Сергей Баранников
Арктическая академия. Дело Гронского

Глава 1. Время перемен

– Арс, сильные слова! – поддержал меня Кеша после передачи.

– Я сказал всё как есть, нигде не приукрасил, – пожал я плечами.

Наше выступление вызвало жаркие споры в научной среде. Некоторые учёные спорили и пытались доказать, что наше открытие – фальсификация, и никакого острова по тем координатам быть не может. Иные требовали доказательств. Единственное, что было у нас – записи с эхолокатора и несколько снимков с летяг. Кому-то этого оказалось достаточно, а другим мы посоветовали самим отправиться туда и убедиться в реальности острова. Правда, реализовать эту идею оказалось пока невозможно – территория к северу от Новосибирских островов была объявлена временно закрытой для посещения, а за соблюдением приказа тщательно следили военные.

По возвращению в Мурманск участники экспедиции разъехались по домам. Я хотел поехать с Ариной и познакомиться с её родителями, но обстоятельства помешали осуществить этот план, поэтому пришлось отпускать девушку саму.

Зато Никитский остался у меня погостить. В один из дней он честно признался, что ему просто некуда идти:

– Да, у меня осталась фамилия, но дворянского титула я лишён. Недавняя экспедиция немного обелила моё имя, но я по-прежнему каторжник, который пошёл против императора. В нынешней ситуации это вообще опасное дело. Ты ведь понимаешь, что за мной будут присматривать, и если возникнет хоть малейшее подозрение, непременно упекут в темницу, или отправят обратно на рудники?

– Понимаю. Надеюсь, ты не будешь делать необдуманных поступков. Какие плана на будущее?

– Жить, Арс! Реализовать себя в этом мире, найти занятие по душе. Но есть одно дело, которое я намерен решить прямо сейчас. Ты – единственный, кто не оставил меня наедине с бедой, протянул руку и дал шанс вернуться в общество. Знай, что я никогда не забуду этот поступок. В общем, я хочу присягнуть тебе на верность. Возьмёшь меня в дом Чижовых?

Фёдор разоткровенничался, чего за ним раньше не водилось. Обычно с него слова не вытянешь. Хотя, столько лет молчания и такие перемены в жизни кого хочешь разговорят.

– С радостью! – согласился я. – Документы приготовлю на днях. Пожить можешь у меня, всё равно для нас с Вьюгой этого домика слишком много.

Таким образом, у меня в дворянском доме появился ещё один человек. Сначала Любавин, теперь и Никитский. Конечно, я не планировал наживаться за их счёт. Мы были друзьями, а такой расклад помогал решать различные вопросы и держаться вместе.

Немного позже я нашёл работу для Фёдора – охранником в кафе. Несмотря на привлечение к этой миссии частной охраны, наш собственный охранник не помешает. Тем более, что после смерти императора на улицах стало неспокойно.

Несмотря на отдалённость от столицы, Мурманск испытал на себе всю сложность политической ситуации в государстве. Сначала Швеция в одностороннем порядке разорвала прошлогоднее соглашение о совместном использовании архипелага Шпицберген и запретила вход в эти воды нашим рыболовным судам. Затем пограничники засекли несколько финских кораблей, которые нарушали наши границы и испытывали терпение пограничной службы. Со стороны это казалось, что соседи испытывают границы дозволенного и пытаются выяснить насколько мы контролируем ситуацию.

– Кажется, финны забыли, кто помог им обрести независимость от Швеции! – сетовал Уваров, когда вечером после академии мы собрались в кафе «Айгун».

Из-за массовых беспорядков, которые повсеместно возникали в городе, Кеша провожал Кристину на работу и встречал её вечером, а я решил составить им компанию. Не уверен, что артефактор справится один, если негодяи навалятся толпой.

Конечно, можно было вызвать такси, но хотелось хотя бы вечером прогуляться по городу, подышать свежим летним воздухом и порадоваться теплу. Лето в Мурманске очень короткое, а снег может выпасть даже в июле, поэтому каждый тёплый день был как праздник. Нельзя же навечно огородиться от внешнего мира и жить, словно чеховский человек в футляре. Да, полиция работала в усиленном режиме и отлавливала нарушителей, но меньше их не становилось.

– Вот откуда они берутся? – негодовал парень.

– Думаю, это наёмники из тех, кто за гроши готов наплевать на закон и предать интересы родной страны, – предположил я. – И об иностранных гостях забывать не стоит. Мне кажется, подготовка «осьминогов» к секретной операции, неожиданная смерть императора и массовые беспорядки – части одной мозаики.

– Хочешь сказать, император умер не своей смертью? – удивилась Крис. – Арс, ты осторожнее с такими выражениями, так можно и проблем с безопасниками нажить. Они и так словно с цепи сорвались. К нам на днях приходили двое и расспрашивали не было ли в кафе подозрительных людей или случаев.

– И что ты им сказала? – насторожился Уваров.

– А что я могу сказать? Людей много новых, но все порядочные. Сейчас ведь большинство местных разъехалось по промыслам, а студенты – по домам, недаром лето в Мурманске – период туристов. А на случай, если кто и устроит беспорядок, у нас есть охрана.

За разговорами мы не заметили, как плотная городская застройка оказалась позади, а вокруг нас запестрели дома частного сектора. До нашей улицы оставалось минут пятнадцать ходу, когда дорогу преградили трое подозрительных типов.

– Ты гляди-ка, благородные господа и дамы прогуливаются! – хохотнул один из преградивших нам дорогу парней. – Да, ошибки быть не может, я вижу гербы дворянских домов на ваших плащах. А почему одни, да без охраны?

Отвечать этому недоноску я не собирался. Зачем тратить время на пустые разговоры, если задача этого парня – приковать к себе внимание. В лучшем случае – внушить страх и сломать морально, но на это он может не рассчитывать, не на тех напал.

Я остановил время, чтобы оценить обстановку. Так и думал! Сзади к нам подкрадывались ещё двоё налётчиков. Они старались держаться за машиной, чтобы их не заметили раньше времени, но у меня глаз уже был намётан. Обернись я назад, мне бы незамедлительно прилетел удар от тех, что встретили нас лицом к лицу. Сейчас же, когда время остановилось, я мог не переживать о последствиях.

На последних секундах я решительно направился к тем парням, что заходили со спины, выхватил у одного из них топорик и обухом приложился ему по колену, а второму зарядил в челюсть. Убивать их не входило в мои планы, но оставлять в строю слишком опасно. Теперь же болевой шок и травмы не позволят им участвовать в разборках.

– Слушайте, вы же таланты? Наверняка предсказатель и целитель, да? – прозвучала явно заученная фраза от другого налётчика, но его перебил голос первого:

– Какого леща тут происходит? – парень явно заметил, что я переместился на пару метров назад. Для него и всех остальных этот манёвр показался мгновенным. – Как ты это сделал?

– Наука! – вмешался в разговор Кеша. – Хочешь узнать кто я? Лови!

Артефактор швырнул оратору небольшой мячик, размером с теннисный и тот машинально его поймал, а затем прозвучал взрыв, который оставил неудавшегося бандита без пальцев. Оставшиеся на ногах двое храбрецов быстро смекнули, что остались в меньшинстве и решили убраться, но я замедлил время, догнал их и хорошенько приложил, чтобы они нескоро появились на улицах города.

– Кеша, зачем так грубо? – пожурил я Уварова за жестокую ловушку.

– А сам-то! – стал в защитную позу артефактор.

– Поломанную челюсть вылечат, колено – тоже, пусть и небыстро, а вот собрать оторванные пальцы и пришить… Тут целителям придётся здорово постараться, и не факт, что они справятся с этой задачей.

–А нечего было становиться на пути артефактора! Они вообще-то могли нас убить, или ещё чего хуже… – парень бросил обеспокоенный взгляд на Крис, словно хотел ещё раз убедиться, что с девушкой всё в порядке.

– Ладно, вызываю хранителей порядка, пусть разбираются. Но для них будет версия, что они сами отобрали у тебя эту штуковину. Не хватало ещё проблем с законом из-за изготовления и хранения взрывоопасных предметов.

Пришлось остаться на месте происшествия, дождаться появления полиции и составить протокол, в который занесли наши показания. Домой мы вернулись ближе к полуночи. Лариса Александровна не спала и выглядывала в окно, пока мы не вернулись. Зайдя в гости к Уваровым на ужин, я нашёл там и Вьюгу, а затем к нам подтянулся и Никитский. Женщина так изволновалась, что не отпустила нас, пока мы не поужинали все вместе.

– Вьюга выла всё время, пока вас не было, – произнесла женщина. – Я не выдержала и сходила за ней. Собака словно чувствовала, что вам грозит опасность и успокоилась только рядом со мной.

– Мам, можно ведь позвонить было и не волноваться зря! – произнесла Крис.

– Не понимаю я в этих ваших технологиях! – отмахнулась женщина.

– А я бы прикончил этих уродов! – в сердцах воскликнул Никитский и сжал вилку так, что она погнулась. Фёдор опомнился и извинился за порчу столовых приборов, и даже пообещал купить Уваровым новый сервиз, но Лариса Александровна его успокоила и объяснила, что об этом не стоит волноваться.

– И где бы ты оказался? – поинтересовался я, бросив взгляд на Никитского. – Снова на каторге, потому как это явное превышение полномочий. Оружие было только у двоих из них. Нет, мы поступили правильно – задержали нарушителей и передали в руки властей, пусть они разбираются и занимаются их дальнейшей судьбой. Если это не первое их нападение, то пани рискуют отправиться на каторгу.

– А вы заметили, что во всех этих нападениях прослеживается закономерность? – оживился Уваров. – Три четверти разбойных нападений – атаки на дворян.

– Хочешь сказать, пытаются убрать неугодных кому-то?

– Я пока не готов сделать выводы, слишком мало водных, – насупился Кеша.

– А по мне – если дворяне решили перебить друг друга, пусть так и будет, лишь бы не впутывали в свои разборки простолюдинов! – заявила мать Кристины.

– Лариса Александровна, так мы-то теперь тоже дворяне. Вы всё также не любите это сословие?

– Даже не знаю! – растерялась Лариса Александровна. Я уже забыл, когда в последний раз видел смущение на лице этой женщины, которая в любой ситуации имела свою точку зрения и упорно её придерживалась. – Раньше я презирала дворян за то, что они живут в своё удовольствие и плюют на жизни окружающих людей. Во многом мои представления о дворянах строились на примере отца Кристины, который бросил меня в положении. Но затем я познакомилась с тобой, Арсений, и узнала, что дворяне могут быть добры и оказывать помощь. А после в моей жизни появился ты, Иннокентий. А теперь и моя дочь стала дворянкой, и я совсем запуталась.

После ужина я вернулся домой, перепроверил системы безопасности и только после этого отправился спать. Я прекрасно понимал, что защитные артефакты не смогут полностью защитить от вооружённого нападения, но их цель – вовремя предупредить, помочь отразить нападение и потянуть время, пока сюда не прибудут хранители порядка. Один раз они мне уже помогли. Правда, теперь нет Гронского, который выручал в непредвиденных ситуациях.

Отпуск затягивался, потому как было решено отказаться от традиционной экспедиции в августе. Студенты, которые собирались поступать в академию, должны были приехать на собеседование во второй половине месяца, а пока всем рекомендовали оставаться дома, во избежание жертв из-за беспорядков.

Но скучать дома мне не дали. Через пару дней вызвали в имперскую службу безопасности на допрос. По дороге я прокручивал причины, по которым мог заинтересовать этих ребят и понял, что их более чем достаточно. Взять то же противостояние с бойцами «Октопуса» на Земле Сальникова и убийство Бенедикта. С другой стороны, визит в штаб безопасников – отличный повод пообщаться с Щукиным. Может, у Василия Степановича наконец-то появилось время?

Вот только вместо Щукина меня встретил Дронов, и настроен он был явно негативно по отношению ко мне.

– Чижов, может, ты мне объяснишь, что делали в наших водах крейсер и два эсминца Королевского военно-морского флота Великобритании? А главное, почему их понесло на мины в пролив Белоброва? В результате крейсер и один из эсминцев напоролись на мины и затонули, а второй эсминец подобрал часть выживших и убрался обратно.

– Откуда мне знать? Нигде в средствах массовой информации эта новость не проскакивала. Мне вообще кажется, что вы озвучили секретную информацию.

Дронов нахмурился и поджал губы, стараясь скрыть свой гнев.

– Ты был там! Совсем рядом от того места, а где ты, там и неприятности! Конечно, это секретная информация, и Великобритания ни в коем случае не станет предъявлять нам претензии, потому как они нарушили наше территориальное пространство и не имели права там находиться, но сам факт смущает. Отчего бы это британским кораблям, сломя голову, нарушать договорённости и плыть в сторону новосибирских островов? Выходит, там было нечто важное? Настолько важное, что стоило такого риска.

– Природа там красивая, Виктор Гаврилович. Вы бы только видели! Нигде такой нет!

– Шутишь? – скривился начальник службы безопасности. – Тебе, видимо, не говорили, что у безопасников нет чувства юмора. За такие шутки я могу запросто закинуть тебя на подвал и клещами вырвать признание, а заодно и повесить измену Родине и сотрудничество с иностранной разведкой.

– А у вас есть основания и веские доказательства? – спокойно произнёс я, глядя Дронову в лицо. – Кажется, нет. Более того, если вы сейчас же арестуете меня под выдуманным предлогом, это станет достоянием общественности, и о вашей блестящей карьере можно забыть.

– Хорошо, топчи пока эту землю, Чижов. Но знай, что тебе недолго осталось. Найти предлог, чтобы загнать тебя на рудники, как твоего нового дружка Никитского, не составит большого труда.

– Каждому отведён свой срок, Виктор Гаврилович. Вот только учтите, что любое воздействие подобно маятнику. Если раскачать его, оно непременно вернётся в ответ.

– Ты мне угрожаешь? – закипел Дронов.

– Я? Разве в моих словах прозвучала хоть нотка агрессии?

Я улыбнулся и направился к выходу. Этот раунд был за мной. Пусть я разозлил этого дикого зверя и навлёк на себя его ярость, так даже лучше. Есть шанс, что в порыве слепого гнева он наделает ошибок и выдаст себя. Таким людям явно не место в службе безопасности, где собственные амбиции должны быть на последнем месте. Уже у выхода я обернулся и обратился к Дронову:

– А не подскажете, где мне разыскать Василия Степановича? Хотелось бы пообщаться с ним.

– Василия Степановича? – на лице Дронова появилась довольная ухмылка. Явно не к добру. – Его больше нет, а имперскую службу безопасности в Мурманской губернии возглавляю я. Как видишь, империя избавляется от пережитков прошлого. Вслед за старым императором ушли и его приближённые. Не волнуйся, Чижов, тебя тоже постигнет эта участь!

Да, интересные дела происходят. Раньше за такие слова Дронов уже общался бы со своими коллегами, находясь по другую сторону стола для допросов, а сейчас он может безнаказанно злорадствовать и ничего ему за это не будет. Пока.

– Да, и рекомендую тебе не покидать пределы Мурманска! – донеслось вслед, когда я уже готовился запереть за собой дверь. Вот ещё! Пусть готовит официальный запрет, или катится в тундру со своими рекомендациями.

Одно я понимал точно – поездка в Смоленск отменяется, а чтобы увидеться с Ариной придётся подождать, когда девушка вернётся в академию.

Всё свободное время я уделял тренировкам и разрабатывал планы занятий для студентов. Акулина Ивановна пока не нашла преподавателя по развитию таланта для уников, поэтому с большой вероятностью пары у всех трёх курсов придётся вести мне. В середине августа Остроумова озадачила меня другой новостью:

– Чижов, послезавтра прибывают студенты, нужно помочь встретить их, разместить в общежитии академии, а потом провести собеседование. Ты будешь в приёмной комиссии вместо Гронского!

Я рассчитывал, что меня поставят у двери вместо профессора Лёвушкина, но Остроумова считала иначе:

– У Григория Ивановича пусть и нет таланта прорицателя, зато есть потрясающий жизненный опыт. Ему достаточно одного взгляда на человека, чтобы понять что тот из себя представляет, поэтому не будем лишать профессора такой возможности.

Проблемы начались ещё на вокзале. Не знаю кому в голову пришла мысль, что абитуриенты должны ехать в Мурманск не раньше середины августа, но эти люди совершенно ничего не понимают в вопросах безопасности. Вагоны были переполнены, а принять всех и доставить до академии оказалось совсем непросто. Пришлось собирать всех на вокзале и отправлять небольшими партиями по тридцать человек.

Как только первая партия студентов отправилась в академию, кто-то подошёл сзади и закрыл мне глаза руками.

– Арина! – узнал я девушку и повернулся.

– Привет! – Сотникова светилась от счастья и едва сдерживалась, чтобы не кинуться в объятия, но не стоило афишировать наши отношения на публику. – Приехала немного раньше, чтобы увидеться с тобой.

– Поможешь разобраться с новичками? – спросил я, кивнув в сторону толпы ребят, которые только приехали поступать.

– Без проблем! Кстати, Лёня с Настей тоже приехали!

В подтверждение слов девушки рядом появился Аксёнов. Парень решил использовать талант, чтобы произвести впечатление на молодёжь, и те оживлённо загалдели.

– Нужна помощь, Арсений Игоревич? – ухмыльнулся парень.

– Не откажусь! Займите молодёжь, а я пока разберусь с организационными вопросами.

Мне удалось выбить ещё два автобуса для академии. Благодаря этому всего через пару часов все абитуриенты и студенты, приехавшие в Мурманск, оказались на территории академии. В этом году желающих поступать было больше трёх сотен, поэтому работы предстояло много.

Немного позже Аксёнов объяснил такое явление.

– Люди бегут из больших городов, стараются отправить детей учиться в глубинки, чтобы избежать хаоса. В Москве и больших городах сейчас неспокойно.

– Мурманск – не самое безопасное место, – покачал я головой.

– Но не все этот понимают! Да и наше открытие добавило желающих поступать, – Лёня не сдержал улыбки, а затем поделился причиной такой реакции. – Меня ведь даже в Москве теперь узнают. Слава неугомонного бузотёра безвозвратно ушла, теперь меня знают как полярника и первооткрывателя.

– А не слишком молод для таких подвигов? – ухмыльнулся я, похлопав Аксёнова по плечу. Пусть он и был моим студентом, но после пережитых приключений за год я считал его своим другом.

На следующее утро я приехал в академию к восьми часам, потому как сегодня должно было состояться собеседование. Три сотни студентов ждали своего часа, а мне не терпелось посмотреть на уников и узнать в чём заключаются их таланты.

Глава 2. Частный урок

Я рассчитывал заглянуть в свой кабинет, переодеться и идти на собеседование, но меня задержал звонок телефона, которому я был очень удивлён.

– Ава? Какими судьбами в семь утра? Я привык, что раньше десяти тебя и не увидишь. Или в Архангельске перевели часы сразу на несколько часов вперёд?

– Технически уже почти восемь, – послышался в телефонной трубке голос Петра Аверина. – Арс, к тебе есть важное дело. Настолько важное, что это вынуждает меня проснуться в такую рань и позвонить тебе.

– Весь во внимании!

– Нет, это не телефонный разговор. Детали тебе передаст Седова. Ты же понимаешь, что у неё проблемы с коммуникацией, поэтому я решил, что лучше позвонить лично. Считай, что это моя личная просьба.

Надо же! Что такого задумал Пётр, чего нельзя говорить по телефону?

– Хорошо, сегодня вечером в нашем кафе. Как только освобожусь, подтянусь туда.

– А раньше не получится?

– Конечно, нет! Я же не могу встать посреди собеседования и уйти!

– Что, даже обедать не будешь? – ухмыльнулся Аверин, что не ускользнуло от меня даже по телефонной связи. – Ладно, вечером, так вечером. Только не подведи, Арс, я на тебя рассчитываю.

Конечно, старинный друг по студенческой скамье меня заинтриговал, но подумать толком о его просьбе мне было некогда, потому как следующие двенадцать часов я только и делал, что общался с выпускниками и оценивал их возможности. Что мне понравилось в современном подходе приёмной комиссии – оценивался не только талант и умение владеть им, но и другие навыки претендента. И всё это нужно было продемонстрировать за какие-то минуты, потому как желающих было много, а время не бесконечно.

– Тройка по математике и по истории? – удивился Лёвушкин, изучая аттестат одного из претендентов. – Хорошо, историю можно подтянуть, но как быть с неумением считать? Вы же артефактор, это ваш хлеб!

Оказалось, что парень и в артефакторике откровенно плавал, поэтому ему посоветовали поискать себе другое занятие, или хорошенько подготовиться в следующем году и попробовать снова.

Собеседование пришлось растянуть на два дня, потому как принять всех желающих за один день оказалось просто невозможно. В первый день перед комиссией предстало сто пятьдесят шесть человек, а мы проторчали в академии до восьми вечера. Увы, но поступить смогли далеко не все. В этом году был рекордный отсев – сорок семь человек. И это только в первый день!

Что удивительно, среди ребят было много уников. Хотя, это как сказать – всего двенадцать человек, но если учитывать их редкость, такой ажиотаж просто поражает.

– Вдохновляются твоим примером, – посмотрев на меня, заметила Остроумова, которая тоже заметила эту тенденцию.

Вот только большинство уников были самыми заурядными: притяжение к себе железных предметов, словно магнитом, погружение в сон, повышенная гибкость… Но были и те, чьи таланты меня здорово заинтересовали. Одна девушка издавала невероятный визг, который разбивал стекла в окнах и невольно вынуждал закрывать уши. Другой парень мог воздействовать на сознание и вызывать панические атаки огромной силы, которые вынуждали цель орать в ужасе, или бежать прочь, но больше всего меня заинтересовала девушка, способная отражать любую направленную на неё ментальную силу. Очень интересный талант! Волна стихийника возвращается ему же, импульс от удара ратника смещается в сторону, и может зацепить самого бойца. При желании можно даже целителю вернуть его исцеление, но такое вряд ли придётся часто использовать. Интересно попробовать её в связке с другими униками и посмотреть как поведёт себя её талант. Если получится хоть какой-то эффект – будет чудесно.

Ещё меня заинтересовала девушка, у которой был талант к телекинезу, как у Майи Русановой, которая выпустилась из академии в этом году. Выходит, уники не такие уж и уникальные ребята, как можно было подумать изначально, а теория профессора Жданевича о гранях таланта имеет право на жизнь? Невольно вспомнил слова Гронского там, на Земле Сальникова. Борис Ефимович утверждал, что смог раскрыть в себе новую грань таланта, которая помогала ему немного менять внешность. Очень бы хотелось узнать о том, как ему это удалось, но такой возможности уже не будет.

С Седовой пришлось встретиться в кафе Айгун уже поздно вечером. Как ни странно, она пришла не одна, а с молодым человеком. Слишком молодым, чтобы он годился ей в парни. Да и не её тип мужчин. Реги любит тех, кто сильнее её и физически, и характером. Выходит, этот человек почему-то важен, раз оборотница таскается с ним и тратит своё время.

– Вот, почитай! – произнесла девушка, бросив на стол распечатанный конверт с письмом.

Реги устроилась за столом напротив меня и кивком головы приказала своему спутнику сесть рядом. Я решил сначала прочесть письмо, а потом уже разбираться в происходящем. Почерк Аверина я узнал с первых строк:

«Арс, Седова приведёт к тебе человека, которому нужно помочь попасть в академию. Это крайне важно для всех нас! Проблема в том, что у парня может не получиться пройти собеседование. Именно поэтому ты должен ему помочь! Посмотри на него, найди сильные стороны, которые он продемонстрирует перед комиссией, и подтяни навыки. Я обращаюсь к тебе, потому что ты не первый день работаешь с униками, и в академии нет никого другого, кто бы мог справиться с этой задачей лучше тебя!»

Вот оно что! Выходит, этот парень – моя головная боль на ближайшие часы. Именно часы, потому как времени у нас осталось совсем немного.

– И что вы от меня хотите? – я перевёл взгляд на Реги с гимназистом, который заметно нахмурился. Видимо, он ожидал совсем другой реакции после того, как я прочту письмо.

– Господин Чижов разучился читать? – удивилась Седова. – Там же ясно написано, или у тебя за целый день торчания в академии мозги окончательно поплыли?

– Мозги у меня как раз на месте, и я отлично понимаю, что нельзя за одну ночь сделать из парня профессионала. А вот у вас, похоже, массовое помешательство!

– Арс, ты не понимаешь, это важно! – произнесла Реги, сменив тон на более вежливый.

– Важно и возможно – это разные вещи.

– Отойдём на минуту, – Седова поднялась из-за стола и кивнула в сторону выхода. Мы вышли на прохладный августовский воздух, и отошли немного подальше от шумной компании, которая заметила нас, притихла и навострила уши.

– Арс, пойми, Белкины – очень важные союзники для Авериных. Они из числа неопределившихся, а Пётр возлагает на них большие надежды и хочет затянуть в нашу фракцию. Союз с ними даст нам большую поддержку в северном регионе.

– Я понимаю, что это важно, но где вы были раньше?

– Раньше Белкин не обращался к Петру с просьбой помочь его сыну с поступлением.

– Ага, как обычно, верят в собственные силы, а потом всё делается в последний момент. Ладно, я поговорю с этим парнем и попробую выжать из него всё, на что он способен.

– Только не сильно жми, завтра у него собеседование, а он должен сохранить хоть часть своей силы для демонстрации таланта.

– Обижаешь! – ответил я уже с улыбкой. – Сделаю всё как положено, только учти – сюсюкаться с вашим Белкиным не стану. Если хочет поступить, будет пахать у меня за десятерых.

– Занимайся, я в тебя верю. Если понадобится моя помощь – звони в любое время.

– А вот помощь пригодится. Пожалуй, я даже сразу воспользуюсь твоим предложением. Поедешь с нами!

Когда мы вернулись за столик, парень заметно приосанился и ждал, что я сейчас буду рассыпаться перед ним в любезностях. Но как же приятно было наблюдать за тем, как улыбка медленно сползала с его лица после каждой моей фразы.

– Ну, что? Поступить хочешь, значит?

– Да! – твёрдо произнёс парень.

– Как звать?

– Ефим Белкин!

– В чём заключается талант?

– Вообще-то задавать такие вопросы… – начал парень стандартную фразу, но я его перебил, не дожидаясь, пока он закончит.

– Повторяю вопрос: в чём заключается талант? Можешь не говорить об этом своим друзьям, подругам, случайным прохожим, но я – твой наставник, поэтому должен знать особенности твоего таланта. Можешь хранить это в тайне от меня и дальше, но тогда готовься к собеседованию сам, я не намерен заниматься ерундой и выяснять как тебе помочь.

– Это умение дышать под водой, – пробормотал парень, потупив взгляд.

Да, я здорово надавил на парня, поэтому его реакция ожидаема, да и стесняться тут есть чего. Это вам не телепортация, и не управление временем. Думаю, отец Ефима был несказанно счастлив, когда узнал, что у него родился уник. Но я также представляю себе лицо Белкина-старшего, когда он узнал особенность таланта сына. Думаю, он бы куда охотнее согласился на обычного стихийника или даже целителя, талант которых часто недооценивают.

А, на мой взгляд, даже самый захудалый талант можно использовать с пользой, если знать как им пользоваться и подобрать правильные условия. Интересно, парень имеет задатки амфибии, или его талант работает иначе?

– Жабры? – спросил я, глядя Белкину в глаза.

– Что? – подавленность мгновенно уступила место удивлению. Глаза парня округлились, и сейчас он смотрел на меня с явным непониманием.

– Как ты дышишь под водой? Жабры, или что-то другое?

– Нет, я впитываю необходимое количество воздуха с помощью кожи. У неё особая структура, позволяющая пропускать через поры нужное мне количество веществ.

– А как происходит фильтрация? По какому принципу отбирается именно воздух, а не что-то другое?

– Откуда мне знать? – начал выходить из себя Ефим.

– Арс, мне кажется, ты требуешь от него слишком много, – поспешила вступиться за парня Седова. Я посмотрел на Реги и увидел по выражению её лица, что она думает иначе, но сейчас так было нужно. Вот как! Выходит, наша Колючка умеет быть дипломатичной, когда нужно? Запомню это.

– Я требую то, что должно помочь мне подготовить парня к собеседованию. Как, по-твоему, воздух попадает в лёгкие? Или этот орган в его организме – явно лишний? К восемнадцати годам он мог бы и разобраться в механике работы своего таланта. Всё-таки это его жизнь и отличительная черта, – я снова посмотрел на парня, который выглядел явно недовольным, но не уходил, а с интересом следил за тем, как будет развиваться ситуация. – Вот что, Ефим, забудь об ужине. Поднимаешься прямо сейчас и топаешь на выход. В академии тебе тренироваться пока нельзя, поэтому мы поедем за город. Реги, едешь с нами. И да, поищи какого-нибудь целителя на всякий случай!

На счёт целителя я сказал больше для вида, чтобы подчеркнуть серьёзность ситуации. Хочу, чтобы парень осознавал – либо он ответственно подойдёт к нашей тренировке, либо завтра на собеседование может даже не приходить.

Я резко повернулся на каблуках и направился на выход, Ефим втянул голову в плечи и направился следом за мной, бросая косые взгляды на посетителей, будто они стали случайными свидетелями его унижения. Было комично наблюдать за его отражением в зеркалах у выхода. Реги двигалась за нами лёгкой походкой, присущей многим оборотникам, которые делают упор в тренировках на ловкость и скорость движений. Я готов был поспорить, что при необходимости девушка может в считанные секунды преодолеть небольшой зал кафе и вцепиться в горло потенциальному врагу.

– Крис, запиши на мой счёт седьмой столик! – попросил я девушку, накинул плащ и уверенно толкнул дверь.

Такси поймали возле кафе и направились в сторону набережной. В тёплом салоне я едва не задремал – сказывалась усталость. Всё-таки я проторчал в академии двенадцать часов, и уже час вожусь тут с юнцом, который мнит о себе слишком много, а хочет ещё большего. Но расслабляться некогда, потому как у нас ещё полно работы. Чувствую, завтра будет ещё тяжелее, потому как претендентов осталось почти столько же, а я не успею отдохнуть.

По дороге я набрал Уварова и попросил присоединиться к нам. Без Кешиных примочек мне точно не справиться.

– Итак, сколько ты можешь продержаться под водой? – спросил я парня, когда мы оказались на берегу.

– Всё зависит от температуры воды, – признался он.

– Если вода достаточно тёплая?

– Да хоть пару часов!

– Проверял?

– Нет, я так думаю… – невнятно пробормотал парень.

– Понятно. Полезай в воду!

– Серьёзно? Температура воды сейчас всего двенадцать градусов. Я же окоченею!

– Да, не выйдет из тебя моржа, Ефим. И как ты собирался развивать свой талант? Если вода – твоя стихия, мог бы закаляться, чтобы расширить свои возможности. Ладно, с заплывом не вышло – переходим к другому плану.

В этот раз мы направились в бассейн. Я дал Уварову отмашку оставаться на месте, а мы направились на Кольский проспект, где бассейн работал до одиннадцати часов вечера. Был вариант заглянуть поблизости в спортивный комплекс «Авангард», но он закрывался буквально через сорок минут – нам точно не подходит.

В такое позднее время здесь почти никого не было, поэтому мы могли потренироваться без проблем. Регина засмущалась и отказалась переодеваться, а я невольно вспомнил о её шрамах. В итоге, один только Ефим переоделся, а мы остались в повседневной одежде, оставив в гардеробе только плащи.

– Ныряй! – приказал я парню, когда тот был готов. – Только попытайся не просто торчать под водой, а ещё и плыть в это время. Сможешь проплыть от одного бортика до другого, а затем обратно, ни разу не глотнув воздуха?

Парень справился, но когда выбрался из воды, тяжело дышал. Выходит, лёгкие у него всё-таки работают, и здорово ему нужны.

– Было тяжело! Если не двигаться, то легче! – признался он.

Мы потренировались до самого закрытия, а затем отправились за город, где нас ждал Уваров. Базой для тренировки мы выбрали одно из заброшенных зданий, которое в прошлом использовалось под склады. Здесь нашлось пару зданий с целыми окнами и дверями, которые закрывались достаточно плотно.

– А теперь проверим, как ты сможешь дышать в боевых условиях! – произнёс я и затолкнул Белкина в одно из таких зданий, а следом швырнул дымовую шашку. – Используй талант, чтобы дышать!

– Я же задохнусь! – запаниковал парень.

– Не переживай, если задохнёшься, я тебя вытащу с того света. Работай!

Дверь захлопнулась, и минуты две мы простояли, наблюдая за парнем. Я чувствовал вспышки силы, которую призывал Ефим, чтобы дышать в таких условиях. Да, получилось у него не с первого раза, пару раз он всё-таки вдохнул носом и закашлялся, но затем адаптировался к непривычным условиям.

– Арс, а если он там задохнётся? – забеспокоилась Седова. – Нас же самих потом прикончат.

– Если задохнётся, я отмотаю время назад. Зато буду знать, что он не справился.

– Может, отмотаешь сразу? Если он нажалуется отцу…

– Пусть жалуется! Он уник, Реги! И если за восемнадцать лет он не смог проверить все возможности своего таланта, пусть благодарит за то, что у него теперь появилась такая возможность.

Я выждал ещё пару минут, а затем открыл дверь и позволил Ефиму выйти наружу. Да, парень заметно побледнел, но стойко выдержал испытание.

– А теперь последний момент! – произнёс я, зашел Белкину за спину и накинул ему на шею удавку.

Да, после этого опыта я отмотал время назад, чтобы не травмировать изнеженную психику парня, но для себя я выяснил, что Ефим сможет справиться и с этим испытанием. Увидев в моих руках удавку, Белкин заволновался, но я поспешил его успокоить:

– Не волнуйся, я уже выяснил, что даже это тебе по силам. Непременно расскажи об этом на собеседовании.

Парень смотрел на меня с удивлением, страхом и… благодарностью. Вот уж чего я действительно не ожидал.

– На сегодня хватит испытаний, иначе у тебя не останется сил на завтра. Всем пора отдыхать, отбой!

Седова взяла такси и повезла Ефима в академию. Судя по всему, Реги попросили присмотреть, чтобы с парнем ничего не случилось. А мы с Кешей вернулись по домам. Возвращаясь домой, я думал о людях и их возможностях. Выходит, я помог Белкину разобраться в своём таланте и выделить сильные стороны. А как быть с остальными? Как быть с теми талантами, которые даже не подозревают о своих возможностях? Они приходят на собеседование и проваливаются, а ведь если с ними немного поработать, можно слепить отличных специалистов. Эта мысль не давала мне покоя и на следующий день, поэтому каждого студента я пытался тянуть изо всех сил, а уников – тем более. С собеседования они выходили бледные, красные, уставшие, мокрые от пота, но каждый из них достиг поставленной цели – поступить.

Второй день принёс пару неожиданных сюрпризов. Мне довелось пообщаться с двумя униками, которые подавали большие надежды. Даже удивительно, что они решили поступать в нашу академию, а не в Москву. На какой-то момент у меня даже закралось подозрение, что их подослали намеренно для подрыва авторитета академии или диверсий в Мурманске, но Остроумова развеяла мои опасения.

– Помнишь, я говорила о нестабильной обстановке в Москве, и о том, что многие студенты стараются ехать к нам, чтобы оказаться подальше от эпицентра волнений? Считай, что наплыв таких сильных студентов – это последствия борьбы за престол внутри императорской семьи.

– Лучше бы не было таких последствий. Как-нибудь иначе справились бы с недобором, – отозвался я.

– Само собой, разумеется! – воскликнула Акулина Ивановна.

Белкин зашёл одним из последних. Парень последовал моему совету и выждал немного времени, чтобы восстановить силы после ночной тренировки.

– В чём заключается ваш талант? – поинтересовалась Остроумова.

– Умение дышать кожей, – твёрдо произнёс Ефим, бросив на меня быстрый взгляд. – Я могу дышать под водой, практически невосприимчив к дымовым гранатам и шашкам с удушающим газом, а также к удавкам и другим приёмам, которые не позволяют дышать обычным способом.

– Продемонстрируете? – поинтересовался Лёвушкин.

– Легко! – отозвался Белкин. Да, мне бы его уверенность при поступлении. Помню, всего четыре года назад я дрожал как осенний лист и едва не завалил поступление. А ведь тогда действительно мог провалиться!

– Интересный парень! – заметила Акулина Ивановна и повернулась ко мне. – Арсений Игоревич, вам с ним работать. Что скажете?

– Его талант может пригодиться и в экспедициях, и в работе спасателя, и даже в боевых условиях.

– Берёте к себе? – поинтересовалась Остроумова и хитро сощурилась.

– Да, безусловно!

Я забрал всех уников, которые пробовали свои силы. За два дня их пришло пятнадцать человек, и это была самая большая группа за всю историю академии. Да, с ними будет непросто, но я уверен, что справлюсь!

Собеседование снова затянулось до восьми вечера. Когда я выходил из аудитории, в коридоре остался всего один человек, который так и не ушёл домой. Это был Ефим Белкин.

– Вы что-то хотели? – спросил я так, словно мы были с ним совершенно незнакомы.

– Да, хотел… – замялся парень. – Арсений Игоревич, спасибо вам большое за помощь! Без вас я бы ни за что не поверил бы в свои силы и не смог понять свой талант. Конечно, ни о каком поступлении не могло идти и речи.

– Я рад, что ты оценил наши старания, но не расслабляйся, это было только начало. Впереди нас ждёт ещё много работы.

Глава 3. Дисциплина

Долгожданное начало учебного года все встретили с воодушевлением. Даже студенты, которые не особо горели желанием учиться, устали маяться от безделья и с удовольствием шли на пары.

Первым занятием стояла пара у второго курса – мои ребята, которые стали на год взрослее и многому научились! Было приятно видеть их повзрослевшими и более серьёзными. Я отметил, что Лёня с Настей сидели за одной партой. Значит, их отношения развиваются, и вполне может быть, что из этого получится что-то серьёзное. Арина сидела с Ладой. Девушки помирились после небольшого недопонимания в начале прошлого года и стали близкими подругами. Филя, обычно сидевший один на задней парте, неожиданно переместился на соседнее место к Шиловой. И только Чернова сидела одна, но не особо расстраивалась по этому поводу.

Сегодня мы провели лёгкое теоретическое занятие, чтобы немного освежить знания и самую малость размялись, не выходя на тренировочную площадку. Я решил не нагружать ребят в первый день после каникул. Пусть понемногу привыкают к нагрузкам и настраиваются на рабочую волну. Я планировал спокойно поработать без потрясений до конца дня, но у судьбы были совсем другие планы. Стоило мне отпустить студентов, дверь в аудиторию распахнулась, и на пороге показался взволнованный Уваров.

– Арс, ты где столько денег взял? – закричал Кеша. – И ведь мне ни словечком не обмолвился о такой покупке! А я думал, что ты всегда делишься со мной важными событиями.

– А что случилось? – удивился я, выглянув в окно, но не обнаружил во внутреннем дворе академии ничего необычного.

– Ты серьёзно?

В этот момент в кабинет вошли Аксёнов с Рыбаковой.

– Да, Арсений Игоревич, удивили! – с завистью в голосе произнёс парень.

– Да что случилось-то? – я поднялся из-за стола и решил разобраться в причине помешательства моих друзей и студентов.

– «Индигирка» случилась, Арсений Игоревич. Последней модели.

Тут у меня зазвенел телефон, и служба доставки попросила меня получить посылку. Хоть я ничего не заказывал, меня убедили, что мне полагается получить посылку и расписаться о её получении. С самыми дурными предчувствиями я вышел из академии и обомлел, потому как на парковке стоял эвакуатор, который привёз новенький автомобиль. Это был стильный внедорожник чёрного цвета с увеличенным аккумулятором.

– Чижов Арсений Игоревич? – подошёл ко мне парень в рабочей одежде. – Распишитесь о получении автомобиля. Ключи передаю. Проверять целостность будете?

– Погодите, но я ничего не заказывал!

– Доставка с Москвы на ваше имя. Не волнуйтесь, всё оплачено!

Я заметил конверт, который был прикреплён к лобовому стеклу дворниками, взял его в руки и немедленно раскрыл. Может, там есть зацепка, которая прольёт свет на появление этого внедорожника? Внутри конверта обнаружилась короткая записка, написанная от руки:

«Я умею быть благодарным! В.С.»

Сальников! Вот кто стоит за появлением этого автомобиля. Учитывая, что документы оформлены на меня, это подарок за обнаружение нового острова к северу от Новосибирских островов. Выходит, ему понравилась моя идея с названием.

На самом деле, Виктор искусно показал, что следит за моей жизнью и в курсе моих возможностей. Он ведь сам видел меня за баранкой машины Серафимовых, когда Алексеич учил меня вождению. Наверняка ему доложили, что я получил разрешение водить автомобиль.

– Я что-то вам должен? – поинтересовался я у парня, который отвечал за доставку подарка.

– Если у вас претензий нет, больше ничего. Ровных вам дорог! – с улыбкой произнёс парень и поспешил занять место рядом с водителем эвакуатора.

Уваров, Аксёнов и ещё несколько моих студентов высыпали на улицу, чтобы осмотреть новинку.

– Арсений Игоревич, покатаете? – ухмыльнулась Рыбакова.

– Обойдёшься! Тебя Лёня покатает, – отмахнулся я от девушки.

– Даже у меня такой крутой машины нет, – признался Аксёнов. – По Москве на таком ездить, конечно, не очень удобно, ему просто негде использовать всю мощь двигателя, а вот по местному бездорожью – самое то.

– А что, такая дорогая?

– Внедорожник последней модели! – с уважением в голосе произнёс Лёня. – Миллиона два точно стоит, а в полной комплектации – два шестьсот.

Что-то мне подсказывало, что у меня как раз второй случай. Не любит Сальников экономить на мелочах, а если и делает красивые жесты, то всегда эффективно.

– Поздравляю, Арс! – произнёс Кеша, крепко пожимая мою руку.

– И я тебя поздравляю! – ответил я с ухмылкой.

– А меня с чем?

– Как это? Теперь нам не придётся ходить домой пешком или вызывать такси.

Полюбоваться подарком я не успел, потому как пара должна была начаться минут через пять, поэтому пришлось поспешить обратно в корпус. В этот раз занятие прошло с первокурсниками. Все пятнадцать человек собрались в небольшой аудитории, которая не была рассчитана на такое количество студентов. Пришлось даже попросить одного уника сбегать за стулом в соседнюю аудиторию.

– Итак, друзья! – начал я, когда все устроились по местам. – Проведём традиционную процедуру знакомства. Сейчас я попрошу каждого из вас представиться и в двух словах рассказать о том, как работает ваш талант. Сразу предупреждаю – здесь эта информация открытая. От понимания ваших возможностей зависит судьба всего отряда, поэтому не стоит скрывать такие вещи.

– Гордей Слуцкий! – представился первый студень, который выглядел внушительно. Он поднялся с места и гордо расправил плечи. – Мой талант в огромной силе. Я могу гнуть рельсы голыми руками, одним ударом сражать даже ратников и поднимать автомобили.

– Впечатляет, хороший талант, – похвалил я парня. – Думаю, мы найдём ему применение. Кто следующий?

Один за другим ребята называли свои имена и таланты:

– Клим Мадьяров! Погружаю противников в сон!

– Как только кому-то будет угрожать бессонница, мы непременно обратимся к тебе, – ухмыльнулся Гордей.

Мне показалось, ощущение огромной силы придавало ему излишней уверенности и позволяло свысока смотреть на остальных. Если условный Лёня Аксёнов обладал сильным талантом и покорил одногруппников задором, щедростью и компанейским характером, то Слуцкий явно вызывал неприязнь у товарищей.

– Жанна Мизоева! Невероятная гибкость!

Девушка упёрлась руками в парту и закинула обе ноги себе за голову, а затем с лёгкостью вернулась в исходное положение.

– Ого! А можешь повторить без посторонних? – пробасил Гордей.

Парень явно вёл себя вызывающе, и пришло время положить этому конец, иначе о дисциплине в группе можно забыть. Насколько я помню, дом Слуцких из Москвы входит во фракцию Сальниковых, но большим влиянием не отличается. Да, Кеша подал мне хороший пример, блеснув знанием дворянских домов, и в свободное время я интересовался дворянскими домами, их происхождением и силой. Благо, их было не так много, и выучить наиболее влиятельные не составило большого труда. Кто выучил материал у Гидрасовой за весь семестр, тому дворянские дома империи на один вечер.

– Слуцкий! Вас не учили правилам вежливого тона, или вы прогуливали уроки этики в гимназии? Извинитесь перед своими товарищами за безобразное поведение!

– И не подумаю! – набычился парень и скрестил руки на груди. – И вы меня не заставите! Меня и в гимназии все боялись. Училки ходили послушные, а одного препода, который решил сделать мне замечание и оставить после занятий, на неделю увезли в больницу после моего удара…

Мне показалось, или это открытый вызов? Придётся переходить к крайним мерам и показать кто здесь главный. Надо же! Академия, приличное общество, а опускаемся до уровня первобытных животных, которые демонстрируют силу, чтобы получить влияние в обществе себе подобных.

– Здесь вам не гимназия, и ваши выходки терпеть никто не будет.

– Уверены? – ухмыльнулся парень. – Отчислить вы меня не сможете, уники вам нужны. Тем более, такие как я, а не эти фокусники. А что на счёт правил, вы мне не указ.

– Очень жаль. В таком случае, предлагаю покинуть аудиторию, или мне вышвырнуть вас за шиворот?

– А осилите? – в глазах парня загорелся азартный огонёк.

– Давай проверим! – я повернулся к остальной аудитории и произнёс настолько громко, чтобы меня слышали все. – Первый урок, который вы должны усвоить в жизни, а не только в академии, или в Арктике: никогда не стоит недооценивать силу противника. Ваш товарищ, Гордей Слуцкий любезно согласился продемонстрировать всем вам важность соблюдения этого правила. Мы проведём спарринг, в котором Гордей будет использовать талант и все свои возможности, а на моей стороне будет только физическая подготовка и навыки рукопашного боя. И никакого использования таланта! Поддержите парня аплодисментами!

Естественно, никто не хлопал. В аудитории повисла тишина, все молча наблюдали за тем, что будет происходить дальше и даже дышали так тихо, что не было слышно ни звука. Гордей уверенно шагнул вперёд, активировал талант и провёл быстрый джеб с правой. Может, я бы и попался на эту уловку, ударь он без таланта, но вспышка силы выдала намерения парня, и я машинально сместился в сторону.

А дальше всё произошло в мгновение ока. Я не использовал талант, но отработанная техника помогла сделать всё чётко. Сначала отвёл правую руку парня в сторону, нырнул под левую руку, которой он провёл широкий замах, а затем выдал мощный удар в челюсть. Слуцкий пошатнулся и рухнул на парту, приложившись об неё головой, а затем распластался на полу. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя и сесть. Сил подняться на ноги у него пока не было.

– Вот вам типичный пример переоценки собственных возможностей. Да, у парня огромная сила, способная валить даже ратников, но никто не говорил о защите, которая ничем не отличается от всех остальных. Клим, будь добр, спустись на этаж ниже и попроси у Венеры Гавриловны кого-нибудь из способных целителей. Нужно привести Слуцкого в порядок к концу пары, а то как же он будет ходить по академии в таком виде?

– Ты пожалеешь! – пробормотал Гордей, потирая ушибленную челюсть. Удивительно, что после такого удара я вообще её не сломал.

– Я? – повернулся и посмотрел на наглеца, который после публичного унижения позволял себе угрожать преподавателю и обращаться ко мне на «ты».

– Знаешь, кто мои родители?

– Дай-ка угадаю, Слуцкие? Это легко было понять по твоей фамилии. Видишь как всё просто, когда человек использует мозги по назначению! – я подошёл к парню ближе, чтобы нас слышало как можно меньше присутствующих, и продолжил. – А Слуцкие состоят во фракции, которую возглавляет господин Сальникова. Тот самый Сальников, который сегодня подарил мне новенький автомобиль. Как думаешь, он сильно расстроится, если узнает, что ты позоришь не только свой дом, но и портишь репутацию его фракции?

В глазах Слуцкого я увидел неподдельный страх. Значит, я попал в точку. Нужно только немного докрутить для закрепления:

– Зная господина Сальникова, готов поспорить, что его негодование будет сложно описать словами. Как думаешь, какое наказание он придумает для тебя? Не удивлюсь, если прикажет запрячь тебя в сани вместо оленей и катать туристов по Мурманску. Ты этого хочешь? Ты ради этого развивал свой талант?

– Нет, совсем нет! – пролепетал парень. Сейчас от былой гордыни не осталось и следа, а Слуцкий выглядел жалко.

– В таком случае, я жду извинений!

Клим вернулся как раз вовремя, чтобы увидеть и услышать как Гордей просит прощения у меня и всех студентов, ставших свидетелями его неподобающего поведения, а через пару минут к нам поднялась Глинская собственной персоной.

– Арсений Игоревич, кого же я вам пришлю? У меня ведь первый курс! Их самих хоть бери откачивай от вида крови. Что у вас стряслось?

– Студент получил повреждения во время учебного процесса. Можете его осмотреть, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке?

– Тренировки посреди аудитории! Арсений Игоревич, вы ведь не первый день преподаёте, вели бы студентов на тренировочную площадку! – отчитала меня Глинская, но осмотрела Слуцкого и провела пару манипуляций. – Ничего страшного, у парня ушиб нижней челюсти, рассечение кожи головы в районе виска и небольшое сотрясение мозга. Я провела нужные процедуры, но сегодня его больше не нагружайте, дайте парню отдохнуть.

– О, не волнуйтесь! – заверил я целительницу. – Гордею на сегодня точно хватит!

Пару ребят не смогли сдержать эмоции и прыснули от смеха из-за моих слов, но в остальном никто не выдал себя.

Мне казалось, что после этого происшествия конфликты в группе первокурсников будут исчерпаны, но уже на следующей паре в среду я столкнулся с новой проблемой. Ещё в коридоре я услышал крики, которые доносились из аудитории. Судя по всему, там разгорелся ожесточённый спор, который вот-вот мог перейти в драку. Пришлось поторопиться, чтобы вовремя взять ситуацию под свой контроль. Я решительно распахнул дверь и вошёл в аудиторию. Картина предстала передо мной просто невероятная. Гордей стоял посреди кабинета и истошно орал, нависнув над Исидором, Клим что-то доказывал своим одногруппникам, а девчонки галдели наперебой. Одна из них закрыла лицо руками и рыдала.

– Что здесь происходит? – произнёс я достаточно громко, и звуки в аудитории мгновенно стихли. Почти. Тишину нарушали лишь всхлипы девушки с задней парты и тяжёлое дыхание споривших парней.

– Арсений Иванович, у нас тут получился небольшой конфликт, – попытался объяснить мне Ефим Белкин, которому я помог при поступлении.

– Это вы называете небольшим конфликтом? Хорошо, что из-за такого шума охрану не вызвали. В чём причина этого безобразия?

– Просто кто-то считает, что лучше других из-за своего таланта, – отозвался Клим Мадьяров и бросил недовольный взгляд на Гордея с Исидором. – Вот мы и пытались выяснить чей талант достоин уважения, а чей – пустышка.

– Гордей? – произнёс я, ожидая объяснений от Слуцкого.

– А я что? – пробасил парень, испуганно глядя на меня. – Я ничего, просто своё мнение отстаивал, никого не обижал!

– Какие все невинные, прям смотреть тошно! Вытирайте слёзы, приводите себя в порядок и занимайте места. Нам есть о чём с вами поговорить.

Пришлось потратить пару минут занятия на наведение дисциплины, но это была лишь верхушка айсберга. Нужно навести порядок в головах этих ребят, иначе ничего толкового с них не слепишь. Так и будут мнить себя вершинами эволюции, что приведёт к проблемам в дальнейшем. Конечно, я провёл воспитательную беседу, но по глазам видел, что она не возымела должного действия, а потому задумал хитрость. Будем выколачивать дурь из ребят на практике.

В пятницу я перешёл к реализации своего плана. Подговорить Кешу и Регину для участия в моей задумке не составило большого труда, а вот Трофимов немного поупирался.

– Чижов, у нас занятия по развитию таланта, а не показательные выступления. Тебе факультатива мало? – недовольно ворчал наставник ратников.

– Андрей Константинович, считайте, что это воспитательный момент, который будет полезен и вашим ребятам.

– Ладно, потрачу одну пару на твои безумства, – согласился Трофимов.

На пару к первому курсу я входил с довольной улыбкой. Как я и предполагал, студенты перессорились друг с другом, и все сидели хмурые.

– Не вижу радости на ваших лицах! – произнёс я, словно ничего плохого не произошло. – Сегодня у нас будет объединённое занятие с другими талантами. Марш в раздевалки! Через десять минут жду вас на тренировочной площадке. Посмотрим, на что вы годитесь.

Многие ребята восприняли это с энтузиазмом, но некоторые поникли ещё больше. Ничего, будем эту ситуацию исправлять. Я намеренно просидел весь вечер, представляя различные ситуации, в которых мои студенты могут получить преимущество, и моделировал такие случаи, когда их талант окажется бесполезен. Как же приятно было смотреть, когда артефакторы выставляли непробиваемые энергетические щиты против Гордея Слуцкого, а ратники без единого удара укладывали его на лопатки, оборотники обезвреживали Мадьярова и Шелехова и заставляли побегать остальных. Недоумение и откровенную беспомощность на лицах моих ребят сложно было не заметить.

– Жёстко ты с ними, Арс! – заметил Кеша, когда очередной уник упал на землю, не в силах сопротивляться.

– Зато эффективно. Пусть это будет для них уроком.

Полчаса творился управляемый хаос, в котором уники играли роль мальчиков для битья. Наконец, я убедился, что достаточно, и решил прекратить представление.

– Значит так, друзья! Я больше не хочу слышать споры о силе таланта и его важности, о том, что кто-то лучше, а кто-то хуже. Вы – уники! Но, похоже, забываете, что это значит. Вы не можете заменить любого таланта, но можете предложить нечто особенное. Некоторые из вас могут действовать в одиночку, другие раскрываются в группе, третьи нуждаются в особых условиях для реализации таланта, но самая большая ваша ценность в том, что вы можете сделать то, чего не могут остальные. Это и делает вас ценными талантами.

Студенты выстроились в ряд и внимательно слушали меня, впитывая каждое слово. Сегодняшняя встряска остудила многих.

– Прекратите споры и оскорбления в адрес ваших друзей. Сегодня вы сами убедились, что в выносливости и умении держать удар вам не сравниться с ратниками, в скорости и ловкости – с оборотниками, а в мастерстве создания защитных артефактов и использовании их – с артефакторами. Но у вас есть нечто, чего нет ни у кого, даже у ваших товарищей по группе. Именно это мы и будем с вами развивать и использовать с практической пользой. Я разработаю для каждого из вас индивидуальную систему тренировок, но уже сегодня мы попробуем кое-что из того, чем вы можете быть полезны в группе.

За оставшиеся полчаса мы успели совсем немного, но каждый уник смог поработать над своим талантом и доказать, что он чего-то стоит. Прежде всего, себе, а затем и остальным студентам. Те ребята, у которых были слабые таланты, уходили с тренировки довольные. А те, кто считал себя лучшими, глубоко задумались и посмотрели на свои возможности с другой стороны.

– Арсений, можно вас на минуту? – попросила меня подойти Остроумова после занятия, когда мы с группой вернулись в аудиторию. – Я следила за вашей совмещённой тренировкой. Знаете, мне кажется, это хорошая идея. Думаю, для первого курса такие занятия проводить пока рановато, им нужно раскрыть себя и оттачивать навыки, а вот для старших курсов нужно ввести такой формат практических занятий на постоянной основе. Скажем, раза в неделю будет достаточно. Займётесь?

– Сделаю всё, что будет полезно для академии и студентов, – заверил я ректора.

– Вот и славно! Кстати, раз вы у нас такой инициативный, проведите экскурсии для первокурсников. Им не помешает узнать больше о городе, в котором предстоит провести следующие три года своей жизни, а может, и больше.

Вот мало мне было занятий у трёх курсов уников, факультатива и работы с добровольческим отрядом. Теперь ещё и экскурсии свалились на голову! Ладно, составлю маршрут и устрою первакам интересную прогулку по городу. Всё-таки это не самая сложная задача, а ещё и приятная. Есть у меня пара мыслей, как провести экскурсию с пользой для студентов, и себя не обделить.

После пар я был в хорошем настроении. Поработал над планом занятий на следующую неделю, дождался Кешу и собирался заскочить в кафе за Крис, но у имперской службы безопасности на меня были совсем другие планы. Когда я подошёл к машине, меня остановили двое мужчин в плащах и предъявили документы.

– Арсений Игоревич Чижов? Проследуйте за нами! Вас вызывают на допрос в имперскую службу безопасности!

И чего им снова от меня понадобилось?

Глава 4. Перед бурей

В тёмной комнате, освещённой лишь тусклым светом настольной лампы, располагались стол и два стула. На одном из них сидел я, а другой пока пустовал. Надо же, как подготовились! Просто классическая схема для допросов с целью надавить на психику. Не удивлюсь, если ещё и свет лампы направят в глаза.

Ожидание продлилось минут пятнадцать. Совершенно ничего не происходило, из-за массивной железной двери не доносилось ни единого звука. Наверняка очередной психологический приём, призванный вывести меня из состояния равновесия. Вот только на меня эти приёмы совершенно не действовали. Что бы там ни задумали безопасники, я чист.

Может, пытаются протянуть время, чтобы я наверняка не смог вернуться назад и выбраться отсюда? Тогда им придётся здорово постараться, ведь сила моего таланта заметно выросла за последние годы.

Наконец, дверь распахнулась, и в комнату вошёл отлично знакомый мне человек. Надо же, Виктор Дронов собственной персоной! Интересно, чем я заслужил такое внимание, что беседовать со мной решил лично начальник имперской службы безопасности Мурманской губернии?

– Удивительный ты человек, Чижов! – произнёс Дронов, присаживаясь на стул напротив меня. – Ты состоишь во фракции Авериных, но в экспедиции катаешься за счёт Сальникова. Не находишь это странным?

– А что здесь странного? Я участвую в экспедициях во имя науки, а она превыше дворянских интриг.

– Мне-то не рассказывай! – оборвал меня начальник безопасников. – На этой неделе ты получил в подарок машину. «Индигирка» последней модели – автомобиль для езды по бездорожью, который способен преодолевать расстояние в тысячу километров без подзарядки. Как ты объяснишь это?

– А разве это не ваша работа – выяснять что откуда взялось и почему? Правда, не то, чтобы я отказывался работать с имперской службой безопасности, но вы ведь тоже должны чем-то заниматься.

– Не волнуйся, я знаю о тебе всё: чем ты дышишь, с кем спишь и что ешь на завтрак! Но хочу узнать твою версию.

– Господин Дронов, вы уж простите великодушно, но я не помню, чтобы вы свечку держали.

– Всё шутишь? – ухмыльнулся Виктор, выдержав на этот раз очередную издёвку. – Для таких шутников у нас всегда найдётся место на рудниках. Дай только повод.

– Так вот зачем вы меня вызываете к себе с завидным постоянством! Вам так хочется потешить свое самолюбие и упечь меня куда-нибудь, вот только подходящего способа никак не подвернётся. Но вы целеустремлённый человек и не сдаётесь, а упорно идёте к успеху. Вашу энергию не помешало бы в полезное русло направить, господин Дронов. Если вы хотите знать откуда у меня машина, я скажу: это подарок от Виктора Сальникова. Ни он, ни я это не скрываем. Фракция Авериных никак не смотрит на наше сотрудничество, потому как им нет до этого никакого дела.

– Я хочу знать на чьей ты стороне, Чижов, – произнёс Дронов, сверля меня взглядом.

– На стороне государства, разумеется. Мои действия ни разу не давали повода усомниться в этом.

– Государства, говоришь? – медленно произнёс начальник безопасников, растягивая каждое слово. – А ты уверен, что государство будет на твоей стороне, когда новый император взойдёт на престол?

– Не понимаю вашего вопроса, господин Дронов. Если я удовлетворил ваше любопытство, позвольте мне покинуть вашу компанию, потому как я законы знаю – вы не можете меня удерживать в стенах здания имперской службы безопасности без обвинения, а на душевные беседы у меня нет времени.

– Катись вон! – прошипел Дронов, едва сдерживая эмоции, а затем крикнул мне вслед, когда я уже открыл дверь. – Ты мог бы выбрать правильную сторону, Чижов, но тебе мешает юношеская неосведомлённость и дурацкое благородство!

И что он имел в виду? Последнюю фразу Дронов произнёс явно на эмоциях и вряд ли собирался говорить нечто подобное. Выходит, он что-то знает о будущем императоре и его политике? Вернувшись в академию, забрал машину и поехал домой. Вечером прогулялся с Вьюгой, а затем заглянул в гости к Уваровым. Кеша явно беспокоился обо мне и пригласил в гости скорее, чтобы узнать что произошло на допросе. Я пересказал ему свою историю, а заодно поинтересовался делами в семье императора. Уже Кеша точно должен лучше меня знать такие детали.

– Ситуация непростая, – признался Уваров. – Технически место императора должен занять старший сын Павла – Михаил, но его позиции внутри императорской семьи немного слабее, чем у брата покойного императора – Владислава. То, что мы видим в Москве – есть борьба внутри императорской семьи. Людей прежнего императора зачищают, идёт борьба за кресла.

– Погоди, выходит, Щукина тоже могли «убрать» по указке из Москвы и поставить Дронова?

– Не хочу давать однозначных ответов, но вполне может быть, что так оно и есть, – признался Кеша.

– Выходит, Щукин был ставленником старого императора и поддержал не того человека, а Дронов на стороне того, кто хочет занять власть. Если всё верно, то картина понемногу вырисовывается – Владислав хочет занять престол, сместив племянника.

– Арс, давай сменим тему! – поморщился Уваров. – Поверь, разборки в императорской семье – не нашего ума дело. Там настолько мощные силы задействованы, что нас сметут и не заметят.

– Вот только вся соль в том, что нас вряд ли будут спрашивать, хотим мы участвовать в борьбе за престол или нет.

Со следующей недели возобновилась учёба. Теперь конфликтов в группе первокурсников стало на порядок меньше, и можно было сосредоточиться на занятиях. А заниматься с ними было одно удовольствие. Все таланты новые, толком неизведанные – бескрайнее пространство для фантазии.

– Клим, сможешь погрузить в сон сразу несколько человек? – поинтересовался я у Мадьярова во время перерыва между упражнениями.

– Боюсь, что нет, Арсений Игоревич! – ответил парень с явным волнением. Неужели боится, что из-за отказа я занижу его оценку? – Мне нужно направлять свой талант на каждого человека персонально. По очереди смогу человек пять усыпить, но на это уйдёт минуты три, не меньше.

– А если ударить по площади?

– Это как? – удивился парень.

– Используй талант и направляй его вокруг себя. Пусть сила растекается от тебя волнами во все стороны. Потренируйся пока так, а затем постараемся научиться выбирать конкретное направление.

Для тренировки я выбрал стандартную схему с захватом здания и дроблением группы на защитников и атакующих. С таким большим составом должно было получиться интересно. Первую попытку штурма атакующие полностью провалили. Не помог им даже жуткий вопль Ксении, огромная сила Гордея и умение Ефима проходить через дымовые завесы.

Мадьяров усыплял всех, кто приближался на опасное расстояние, а если кому и удавалось просочиться, в дело вступал Исидор Волков. Парень отправлял бегать в ужасе всех, кто пытался приблизиться к стенам. Кстати, нужно попробовать с ним ту же схему, что и с Климом. Если парень сможет сеять панику среди большого числа противников, цены ему не будет.

Поменял стороны местами, но перевёл Клима в число защитников. Всё-таки у них с Исидором очень похожий эффект у талантов, хоть и принцип работы разный. В этот раз команда атакующих взяла верх. Волков провёл работу над ошибками соперников и верно оценил опасность противников, а потому первым делом направил свою ментальную атаку на Клима Мадьярова. Пока Клим боролся с приступами паники, никто из атакующих не попал в царство Морфея. Защитникам пришлось столкнуться с полными силами противника.

Я, словно тренер футбольной команды, бегал по границе полигона и раздавал ценные указания ребятам:

– Влад, используй талант, чтобы лишить противника оружия! Гордей, смещайся к центру, там ты нужнее! Сторона атаки, активнее!

Я намеренно не комментировал хитрости, которые использовали обе команды, хоть со стороны и видел их действия как на ладони. Судьбу штурма решила атака с тыла. Мизоева с лёгкостью пробралась через заграждения из колючей проволоки и ударила защитникам в спину. Сразу трое ребят получили отметины на спинах из тренировочных «Туров». После такого манёвра защитники посыпались и проиграли.

Остаток занятия я посвятил работе над ошибками и разбору вариантов, которые были у ребят. На удивление, все без исключения включились в работу и активно предлагали свои версии, спорили и рассуждали как правильнее было бы поступить в той или иной ситуации. Одно дело, когда это всё разбираешь в теории, и совсем другое – когда сам был участником событий, испытал свои силы, а теперь смотришь на результат и пытаешься понять как его можно улучшить.

С наступлением выходных настало время для экскурсии. Мы с Кешей ответственно подошли к этому вопросу и тщательно прорабатывали маршрут, который держали в тайне даже от Остроумовой. Студентов разбили на четыре группы – две группы записали на субботу, остальные две – на воскресенье. Волнения на улицах не стихали, поэтому пришлось усилить сопровождение – взяли Седову и пару человек от Трофимова.

Единственное крупное место, куда нам удалось выбраться со студентами – Мурманский порт. Здесь мы провели большую часть времени, осматривая заходящие порты. Пришлось устроить небольшую экскурсию по городу, чтобы рассказать о его истории и показать достопримечательности. В принципе, для тех, кто раньше слышал о Мурманске лишь понаслышке, это хороший вариант познакомиться с городом.

В конце экскурсии немного слукавил и намеренно провел студентов мимо обеих наших кафешек. Получилась хорошая нативная реклама. Почему бы и нет? Если учесть, что они находятся на нашем маршруте, ничего страшного не случилось. Пусть лучше знают о таких местах и питаются нормально, а не всякой гадостью в порту или на вокзалах. Хотя, в академии учились в основном дворяне, которым и ресторан был по карману.

Ещё одна причина, по которой мне понравилось подобное мероприятие – возможность установить контакт со студентами и лучше узнать каждого из них. Пусть мне пришлось разбить всех поступивших на четыре подгруппы по пятьдесят шесть человек, я успел пообщаться почти с каждым. Если не считать замкнутых в себе ребят, с которыми нужно устанавливать контакт отдельно и не давить, иначе совсем замкнутся в себе.

Суббота прошла гладко, а вот на второй день не обошлось без проблем. Уследить за группой из пятидесяти человек не так-то и просто, поэтому никто не удивился, когда трое ребят отбились от группы и вляпались в неприятности. Пришлось немного откатить время назад и поспешить к месту событий.

– Что здесь происходит? – навис я над группой студентов, которые зацепились с местными. Хотя, не похожи они на местных…

– Арсений Игоревич, мы ничего такого не сделали! – поспешил заверить меня один из ребят. – Они просто спросили как пройти в сторону порта.

– Правда? А что потом?

– Не знаем, – пожали плечами ребята. – Мы толком ничего не поняли. Они очень плохо говорят по-русски.

Группа гостей города поспешила ретироваться, но в это время вспыхнула стычка в другом месте – какой-то болван вылетел на тротуар на машине и зацепил пару человек из нашей делегации. Нет, не верю я в такие совпадения. Если решу эти проблемы – появятся другие. Такое впечатление, что нас завели в ловушку, и теперь пощипывают со всех сторон, чтобы мы выдохлись. Не дождутся!

Отмотал время на пять минут назад и оценил обстановку. Сейчас атаковать нас могут всего с двух сторон, где проходит улица. Если прижаться спинами к магазинам, удастся организовать неплохую защиту. Лишь бы только не ничего не летело на головы с крыши. А ведь и такой вариант нельзя исключать.

– Внимание, группа! – произнёс я, пробиваясь в центр, чтобы меня услышали все. – Отрабатываем поведение в городе при чрезвычайных ситуациях. Тревога не учебная, вполне боевая. Противников стараемся обезвреживать. Если невозможно – ликвидируем!

– Арс, ты что устроил? – пробилась ко мне через толпу Седова.

– Это не я, у нас проблемы с гостями города. Переборщили мы с туризмом, Реги!

Стоит отдать должное ребятам. Пусть они и приняли это как игру, но действовали организованно. Видно, что студентами занимаются на занятиях, а не валяют дурака. Артефакторы вышли вперёд и выставили перед собой энергетические щиты. Рядом с ними расположились ратники, а у них за спинами – оборотники, готовые вырваться из-под защиты и устранять цели со слабой защитой. Стихийники также стояли во втором ряду, но никуда не торопились – их дело атаковать врага на расстоянии и поддерживать защиту первых рядов. Ну а целители и предсказатели ожидаемо оказались в центре. Их не оставили без прикрытия – трое артефакторов расположились рядом.

Мы сформировали овал и в таком боевом порядке прошли в сторону парка, привлекая взгляды прохожих. Происходящее казалось забавой ровно до того момента, пока не началось то, к чему мы готовились.

Машина выскочила из-за угла и направилась прямиком на нас. Со стороны казалось, будто она лишилась управления, но я отлично понимал, что это всего лишь картинка для отвода подозрений. Одна и та же машина дважды пытается врезаться в толпу студентов, причём, в обеих версиях реальности столкновение происходит в разных частях улицы?

– Все назад! – скомандовал я, понимая, что даже артефакторам и ратникам не под силу остановить машину.

Строй ненадолго рассыпался, а студенты бросились за железные ограждения, которые должны были остановить легковушку. На полной скорости машина влетела в ограду, снесла пару секций и полетела на нас, но тут на её пути встретилось дерево. Задумка вполне могла удаться нашим недругам, если бы от удара об ограду машину не унесло левее. Старая лиственница росла здесь несколько десятков лет, пока не встретилась с машиной. Может, дерево и отойдёт после столкновения, а вот железному монстру точно пришёл конец.

Дверь распахнулась, и из неё вывалился окровавленный водитель. Он явно не ожидал таких последствий от столкновения, потому как даже защитный энергетический щит артефактора не смог полностью компенсировать силу удара.

Словно по сигналу, сразу с нескольких сторон к нам бросились незнакомцы. Со стороны это могло выглядеть, будто они спешили на помощь пострадавшему водителю, но я уже видел лица многих из них.

– Боевой порядок! – скомандовал я. – Артефакторы, щиты! Стихийники, ледяные оковы по периметру! Ратникам приготовиться!

Против нас работали явно не дилетанты, потому как ледяные оковы стихийников не прошли, а всего лишь сбили заряд у защитных артефактов.

– Стихийники, повтор! – скомандовал я в надежде, что артефакты были одноразовыми. Несколько человек замедлились, но трое продолжали бежать. Выходит, именно эта троица и была артефакторами, а это значит, я знаю по каким целям нужно работать.

Сразу несколько человек потянулись за оружием. Вот вам и гости города! И как они смогли пройти границу? Хотя, зачем я задаюсь таким вопросом, если заранее знаю ответ? Оружие они получили уже здесь от кураторов, а через границу они проходили чистенькие и с невинными улыбками рассказывали пограничникам о том, как они хотят увидеть северное сияние, посмотреть на китов близ Териберки и прогуляться по Мурманску.

Проблема в том, что сейчас нам это никак не поможет, нужно брать цели под контроль, а ещё лучше – подавлять немедленно, пока они не открыли стрельбу. Опасность стрелков понимал не только я один.

– За мной, стая! – бросила клич Седова и первой бросилась в атаку. Девушка заранее сменила облик и сейчас находилась в промежуточном состоянии, когда её тело покрывалось густой шерстью, вырастали длинные когти и клыки, а ловкость и скорость превышали возможности обычного человека.

Первый стрелок даже не успел понять что произошло, когда острые когти разорвали его горло. Реги решила действовать наверняка, а с последствиями разбираться уже потом. Только бы оставила мне хоть парочку пленных, чтобы было кому давать показания на допросе. А то действительно всё выглядит так, будто мы вырезали группу туристов, гулявших по городу. К счастью, студенты действовали мягче и всего лишь ранили своих противников.

Один стрелок всё-таки успел выстрелить и сразить сначала одного оборотника, а потом и второго. Ничего, мы и на тебя найдём управу! Откатил время назад и отдал приказ Волкову.

– Исидор, страх на стрелка в меховой шапке!

Хоть парень и отучился меньше месяца, мои указания привык выполнять без промедления. Стрелок не успел даже прицелиться, когда ментальная атака Волкова настигла его. Он выронил из рук пистолет, попятился и попытался сбежать, но тут его задавили оборотники.

– Ратники, встречаем! – отдал я приказ, и парни набросились на артефакторов.

Моя задача в этом бою сводилась к тому, чтобы руководить бойцами и сводить потери к минимуму. Всего за две-три минуты бойни мы смогли уничтожить четверых врагов и скрутить ещё семерых, не потеряв при этом ни одного человека. Да, были раненые, но их раны обработали целители. Жизням студентов ничего не угрожало.

– Всем оставаться на месте до прибытия хранителей порядка! – приказал я и плюхнулся на землю. Моя работа была окончена.

Полицию пришлось ждать минут пять. Сначала на вызов примчался один экипаж, но уже через пару минут на улицу выкатился фургон. Чтобы доставить в участок всех участников стычки, пришлось вызывать отдельный автобус, к которому мы пробивались через толпу зевак и репортёров.

– Господин Чижов, как вы прокомментируете случившееся столкновение в сквере Капитанов?

– Обо всём узнаете из официальных источников, – отмахнулся я от журналистов.

– А какая ваша точка зрения?

Я собирался проигнорировать вопрос и спокойно занять место в автобусе, но вспомнил недавнюю беседу с Дроновым. А ведь эта ситуация – отличная возможность обвинить не только меня, но и академию в неоправданной агрессии. Служба безопасности снова пригласит меня на допрос, а заодно вызовет и всех участников боя, поэтому нужно предать огласке свою версию, пока никто не выдвинул иной вариант.

– Это всё отголоски беспорядков, которые терзают город. Дошло до того, что даже большие группы людей не могут чувствовать себя в безопасности на улицах города и подвергаются нападениям среди белого дня.

– Это недоработка хранителей порядка? – задала провокационный вопрос репортёр.

– Это диверсия с участием иностранных граждан, которые прибыли сюда под видом туристов и получили оружие.

– С какой целью они здесь? От кого они получили оружие?

– А вот это уже вам расскажут представители полиции. Я не владею этой информацией, а свои подозрения озвучивать не буду, так как они могут быть недостоверны.

В участке мы проторчали часа три. Почти сразу туда прибыла Остроумова и долго общалась с начальником полиции города, а затем участников стычки по одному стали вызывать на допрос. Мне выпало идти одним из последних. Я пересказал всё до мельчайших деталей и заметил, что каждое слово было записано.

– Ничего нового, – произнёс офицер, который вёл допрос, и бросил взгляд на исписанный лист бумаги. – Что на счёт ваших высказываний на публику, рекомендую вам следить за словами. Служба безопасности может расценить ваши слова как попытку дестабилизировать ситуацию в регионе и спровоцировать конфликт с иностранным государством.

– Пусть служба безопасности лучше выполняет свои прямые обязанности, а не докапывается до своих граждан, – отмахнулся я на эмоциях.

– Думаю, у вас будет возможность передать свои пожелания безопасникам лично, – хмуро заметил офицер.

– Удивительно, что Дронов до сих пор не явился сюда, – заметил я, покосившись на дверь.

– Господин Дронов срочно отбыл в Москву вчера вечером, но вас это не касается, – ответил офицер и махнул рукой в сторону двери. – Можете быть свободны.

К счастью, нашлось множество свидетелей происшествия, которые помогли хранителям порядка восстановить картину произошедшего и установить виновных. Да, представители Швеции потребовали немедленно освободить их граждан, но требования шведской стороны отклонили, а нас отпустили по домам. На выходе из участка нас встречали автобусы, которые должны были доставить студентов в общежитие академии. Видимо, Остроумова справедливо решила, что на сегодня хватит рискованных ситуаций и побеспокоилась о безопасности студентов.

– Реги, тебя подкинуть? – предложил я девушке, когда мы добрались до академии.

– Спасибо, я своим ходом! – отказалась оборотница.

– Не завидую тому, кто станет у неё на пути, – покосился на девушку Кеша.

Седова взяла такси, поэтому за девушку я не беспокоился. Завёл машину и собирался выезжать с парковки, но рядом появилась Остроумова и махнула нам с Кешей рукой, приглашая на разговор.

– Арсений, Иннокентий, хочу поблагодарить вас за решительность и умение быстро принимать решение в критических ситуациях. Сегодня могло произойти непоправимое, но мы отделались простыми неприятностями. Что на счёт проблем с законом, не волнуйтесь. Ваши действия полностью оправданы. Но я попрошу вас быть осторожными и поменьше появляться в городе. В пятницу, как только закончатся занятия, едете с вашим добровольческим отрядом на экскурсию.

– Куда? – немедленно поинтересовался Уваров.

– Узнаете непосредственно перед отправлением. Боюсь утечки информации.

– Вы стараетесь сплавить нас из города? – догадался я.

– Скоро вернётся Дронов, а он наверняка найдёт способ вызвать вас на очередной допрос и взять подписку о невыезде. Причём, это касается не только вас, Асрений, а всех участников сегодняшней стычки. Я хочу его опередить. Неизвестно чем закончится эта ситуация с борьбой за престол, поэтому подписка о невыезде вам сейчас ни к чему. Проблемы академии я улажу, а вас на следующих выходных в городе быть не должно.

Глава 5. Рускеала

Работа занимала всё свободное время, а общение сводилось к недолгим разговорам по пути домой, когда мы с Кешей заезжали за Крис и Никитским в кафе, а потом направлялись домой. За время пользования машиной я успел уже кучу раз поблагодарить Сальникова за такой ценный подарок. В холодную погоду в Мурманске такой внедорожник был просто незаменимой вещью и позволял экономить массу времени. Не представляю, как я раньше справлялся без него.

С Ариной мы почти не виделись. Только на парах нам удавалось ненадолго встретиться взглядами. В этой ситуации девушка пошла на хитрость – каждый вечер приходила в кафе, а затем ехала с нами в машине домой. В это время Никитский захаживал к Уваровым на чай или шёл гулять с Вьюгой, а мы с Ариной могли хоть недолго побыть одни.

С приходом октября в Мурманске начался запоздалый бархатный сезон. С юга принесло тёплый циклон, и в городе воцарилась солнечная погода, совсем нехарактерная для этой поры. К концу учебной недели все мои мысли были заняты предстоящей поездкой и длительным отсутствием Дронова. Я был уверен, что начальника имперской службы безопасности нет в Мурманске, иначе он бы давно проявил ко мне интерес. А это значит, что где-то за пределами города происходит нечто важное, что вынудило его оставить службу и бросить все свои силы на решение новой проблемы.

Уже в пятницу я планировал ехать за ребятами и направился на парковку, но меня ждал неожиданный гость.

– Арсений Игоревич! – позвал высокий мужчина лет сорока пяти в длинном тёплом пальто, видавшем и лучшие времена. Я пробежался взглядом по этому человеку и отметил, что он явно не похож на сотрудника службы безопасности или ушкуйника. Худощавый, с седыми волосами, которые торчали на макушке, уставшие глаза и обветренное лицо, которое показалось мне до боли знакомым. Он походил больше на промысловика, или моряка, чем на наёмника. Конечно, внешность может быть обманчива, поэтому я не спешил расслабляться.

– Мы знакомы?

– Геннадий Иванович Сотников, – протянул мне руку мужчина.

Вот оно что! Теперь я понимаю, почему его лицо показалось мне знакомым. Это отец Арины!

– Очень приятно! Какими судьбами в Мурманске?

– Решил посмотреть на человека, который вскружил голову моей дочери, – признался мужчина. – Так вышло, что этим летом сорвалась моя очередная экспедиция по Сибири, и я задержался дома, чтобы побыть с семьёй. Ариша только и говорит о вас.

– Надеюсь, только хорошее?

– Более чем! Если я правильно понимаю, вас связывают не просто дружеские отношения.

– Всё так, – честно признался я. – Присаживайтесь в машину, пообщаемся в более комфортной обстановке.

Ребятам пришлось немного подождать, пока мы проехали в «Хаяр» и посидели там за чашечкой горячего чая. Геннадий Иванович заказал себе чай с облепихой, а я взял классический травяной. От закуски он отказался, но это нисколько не помешало нашей беседе. Отец Арины оказался замечательным человеком, который мог бесконечно рассказывать истории о своих путешествиях и исследованиях, но цель его визита, конечно, была совсем иной, поэтому большую часть разговора мы говорили о его дочери.

– Арсений, и всё же, когда свадьба? – с интересом произнёс Сотников.

– Планировали сразу после того, как Арина закончит обучение в академии.

– Ещё полтора года ждать? – удивился Геннадий Иванович. – Да, долго…

– Пока я преподаватель, а она – студентка со свадьбой всё сложно. В академии такое событие точно приведёт к проблемам для всех нас.

– Понимаю. Но вы не затягивайте!

Сотников решил сам сделать сюрприз дочери, а потому я подкинул его до нашего кафе и дал отцу пообщаться с дочерью. Сегодня домой мы ехали вчетвером, без Арины. Зато уже утром наша делегация собралась возле академии в полном составе.

– Что такие грустные? Такое впечатление не отдыхать собрались, а на выездную тренировку! – произнёс я и сам поймал себя на мысли, что нельзя исключать и такой вариант.

– Невозможно быть радостным в половине шестого утра, – пожаловался Аксёнов.

– Арсений Игоревич, когда уже поедем? Холодно, мы все замёрзли! – пожаловалась София Серафимова.

– Заходите в автобус и занимайте места. Там согреетесь, а заодно и подремлете немного. Как только все соберутся, выезжаем.

На экскурсию отправлялись три преподавателя и двадцать четыре студента. Многие хотели бы поехать, но побоялись отправляться в далёкую дорогу в столь неспокойное время, предпочитая оставаться под защитой академии. Я и сам жалел, что не могу взять с собой Вьюгу и Никитского. С ними было бы немного спокойнее. Зато я знал, что собака останется под надёжным присмотром.

Нам достался невероятно комфортный автобус, в котором нам предстояло проехать не меньше тысячи километров, а затем столько же обратно домой.

Я искренне жалел, что мы ехали не на поезде, но времени было в обрез, а расписание поездов никак не укладывалось в наше расписание. Зато нам выделили сопровождение в виде двух бронированных внедорожников, в каждом из которых помимо водителя находились ещё по три хранителя порядка. С таким сопровождением можно было не бояться случайных налётчиков, которые расплодились по глухим краям.

Одна машина расположилась спереди, а вторая замыкала нашу колонну. Мурманск мы проехали с мигалками, которые выключили только после того, как мы выехали за пределы города.

Через шесть часов нам пришлось остановиться на ночлег в Кандалакше. Это небольшой городок на берегу Кандалакшского залива Белого моря. Приехали туда мы уже ночью, поэтому прогуляться не получилось. Сразу заселились в гостиницу, потому как нам предстояло продолжить путь рано утром.

Здесь было гораздо тише, чем в Мурманске. Ночью никаких машин, шума порта и вокзала. Да, всё это здесь было, но на ночь затихало, и кромешную тишину нарушали только звуки природы. В шесть утра у нас был подъём, ранний завтрак в гостинице и выселение. Нас ждала Рускеала!

Дорога до парка заняла ещё шесть часов времени, поэтому на месте мы оказались только к обеду. К счастью, здесь тоже хватало всевозможных кафешек, где готовили сытные блюда и различные угощения, вот только до них ещё предстояло добраться. Автобус и машины пришлось оставить в трёх километрах от самого парка, потому как добраться туда по дороге было невозможно. В этом и заключалась одна из особенностей парка.

Правда, идти пешком оставшееся расстояние нам не пришлось – рядом с парковкой располагалась железнодорожная станция, у которой нас ждал старинный поезд. Такие поезда массово передвигались по железным дорогам империи лет семьдесят назад, но сейчас, благодаря изобретениям артефакторов, канули в прошлое и остались лишь в музеях или на единичных небольших маршрутах для развлечения туристов.

Если и есть в мире уголок, в котором царит тишина и спокойствие, то это Рускеала. Комплекс, отрезанный от остального мира, в котором нет ни придворных интриг, ни борьбы за власть или ресурсы. Только осеннее великолепие Карелии.

В прошлом здесь добывали мрамор, из которого построено множество зданий Санкт-Петербурга и других городов, а теперь природная красота этого места благоприятствовала созданию живописного парка. У нас в распоряжении был весь день, и мы решили провести его с максимальной пользой. Сначала прокатились на старинном паровозе по местной железной дороге. Каждый желающий мог попробовать себя в роли кочегара, который забрасывал уголь в топку. Несмотря на октябрьскую прохладу, внутри было очень жарко.

Следующим пунктом нашей экскурсии стал верёвочный мост через озеро. Мы поднимались наверх, шагая по доскам, и держались за плетёные поручни, а обратно съезжали по натянутому тросу.

Отдельное внимание получил Сад камней. Из небольших камней гости парка складывали башенки и загадывали желание. Ходят легенды, что такое желание непременно сбудется.

– Знаешь, что я загадала? – прошептала Арина, пока все были увлечены и никто нас не слышал.

– Не говори, а то не сбудется, – предупредил я девушку.

– Нет, это так не работает, – упрямо покачала она головой. – К мечте нужно идти, в неё нужно верить и представлять, тогда всё получится. А что это за мечта, о которой никто не знает? Получается какая-то тайна…

– И что же ты загадала?

– Что мы будем вместе.

– Обязательно будем! – пообещал я и сменил тему, потому что к нам начали подтягиваться остальные студенты.

Следующим пунктом нашей прогулки стала экскурсия на лодках по подземным тоннелям Рускеалы. Вода здесь была особого, изумрудного цвета. Причина такого чуда объяснялась просто – в реке, впадавшей в местный карьер, содержалось много железа, из-за чего вода становилась коричневой. А уже в карьере происходила химическая реакция, которая и давала необычный зелёный оттенок.

Особое место в экскурсии заняли подземные гроты, по которым мы передвигались на лодках. Гиды помогали сориентироваться в освещённых подземных тоннелях и найти правильный путь. Сами мы точно сюда бы не сунулись, потому как недолго и потеряться.

– Добыча мрамора не ведётся здесь уже более ста двадцати лет, но карьер продолжает пользоваться популярностью. Сначала сюда захаживали геологи и путешественники, во время войны в сухопутных тоннелях укрывались люди из ближайших деревень, а лет двадцать назад было решено открыть парк, чтобы красотой Рускеалы могли полюбоваться все желающие – делился историческими фактами наш проводник. – К нам приезжают даже из других стран, и поток туристов не прекращается даже зимой.

– А что здесь делать зимой? – удивилась Чернова. – Здесь же всё замерзает!

– Зимой в Рускеале тоже красиво. И потом, зимой можно отправиться в Подземную Рускеалу – это целый комплекс природных подземных тоннелей и пещер, куда летом попасть почти нереально из-за угрозы затопления.

Парк открывал перед гостями множество прекрасных видов и увлекательных развлечений. Катанием на квадроциклах нас было не удивить, потому как во время путешествий мы в основном передвигались именно таким образом, а вот верёвочный парк понравился всем без исключения. Особенной изюминкой стала местная кухня, которая радовала блюдами с брусникой и морошкой. Надо бы предложить Любавину добавить эти блюда в наше меню. Мне кажется, получится превосходное угощение. Под конец дня прогулялись по аллее скульптур, где местные умельцы работали с мрамором и создавали красивые, а порой немного причудливые каменные изваяния. Можно было даже остановиться и понаблюдать за работой мастеров, но я решил не отвлекать их от работы, потому как знаю как это, когда кто-то стоит над душой и мешает творить.

Переночевали здесь же, в палаточном городке, а рано утром собрались в обратный путь. Завтрак на свежем воздухе в палаточном городке с видом на парк показался настоящим приключением. Если бы мне пришлось выбирать между ужином в самом шикарном ресторане Москвы и этим местом, я бы, не раздумывая, выбрал Рускеалу.

На концерт симфонического оркестра, который планировался вечером воскресенья мы не остались, потому как нам предстояла долгая дорога домой. Паровоз доставил нас до парковки, а уже оттуда мы целых двенадцать часов добирались до Мурманска, останавливаясь только на обед и в случае крайней необходимости.

Автобус остановился возле академии в девять часов вечера, а мы смогли наконец-то отправиться по домам. Уваров забросил походный рюкзак в багажник моей «Индигирки» и развалился на пассажирском сидении возле водителя.

– Я смертельно устал! – пробормотал Кеша. – Не могу дождаться, когда окажусь дома в тёплой ванне.

– Сейчас мигом домчим! – успокоил я друга и устроился за рулём.

– Погоди, Арс, не заводи двигатель! – неожиданно заволновался парень.

– Почему? Что не так?

– Я чувствую, что в машине есть посторонние артефакты. Дай-ка мне сосредоточиться.

Парень завис минуты на две, а затем попросил меня выйти из машины, и принялся обходить её по кругу.

– Ничего не понимаю! – бормотал артефактор, осматривая заднее колесо. – Я уверен, что здесь есть посторонний артефакт, только не могу понять где именно. Ах, вот оно что! Точно, вот и он!

Через минуту Уваров поднялся, сжимая в руках небольшой металлический диск размером чуть больше кулака.

– Магнитная бомба! – прорекламировал артефактор. Крепится к металлической части, а при срабатывании механизма взрывается. Если бы мы поехали, взлетели бы на воздух.

– Спасибо, друг! – поблагодарил я Кешу и попросил убрать эту штуковину подальше. Вызвали полицию, но те лишь приняли заявление и пообещали поискать виновников. Учитывая, что камеры наблюдения на парковке ведут запись постоянно, у нас был шанс найти виновника, вот только предполагаемый исполнитель преступления тоже не был профаном и хорошенько замаскировался.

– Бомбу установили прошлой ночью, когда злоумышленник мог свободно передвигаться по городу в маске, – объяснил следователь.

– Ясно только одно – кто-то хотел твоей смерти, Арс. И этот кто-то действовал просто, но профессионально.

– «Ушкуй»? – предположил я, вспоминая, что у этой бригады есть на меня заказ ещё с января.

– Вполне может быть, я бы не стал отрицать и такой вариант, – покачал головой Уваров.

Домой мы вернулись ближе к полуночи. Никитский с Вьюгой встречали меня, несмотря на позднее время. Оказалось, что хотя бы дома был порядок, и не происходило ничего странного. Может, убийцы только прощупывали почву? В любом случае, им удалось меня утомить. Утром я вставал по будильнику не выспавшийся и уставший.

С большим трудом отработал три пары и отпустил ребят домой. Я уже мечтал о том, что поеду домой отсыпаться, но Акулина Ивановна назначила очередное собрание, и мне пришлось плестись в актовый зал. Хоть бы не заснуть там! Думая об этом, я ещё не знал, услышу нечто настолько важное, что сон как рукой снимет.

– Дамы и господа, важные новости! – произнесла Остроумова, когда весь коллектив академии собрался в зале. – Я собрала всех вас для того, чтобы передать официальное объявление, которое поступило из Москвы буквально час назад. Этой ночью на императорское имение в Москве было совершено нападение. После погрома Его Императорское Высочество Михаил Павлович пропал без вести. На данный момент нет никаких новостей о его судьбе. В сложившихся условиях, если Цесаревич Михаил не будет найден в ближайшее время, право наследования престола перейдёт брату покойного императора, Его Высочеству Владиславу Александровичу.

– Наконец-то! – выпалил Медин и воздел руки к небу. – Вот теперь настало наше время!

– Напрасно радуетесь, Павел Николаевич, – осадила парня Акулина Ивановна. – Ничего хорошего для нашего государства правление Его Императорского Высочества Владислава не принесёт.

– Вы так считаете? – удивился парень.

– Не просто считаю так, но и уверена в этом. Возможно, юный возраст или личные амбиции не ают вам понять этого, но с императором Владиславом для нашего государства наступят нелёгкие годы. Впрочем, я не намерена обсуждать политическое устройство нашего государства с вами.

– Очень занятная позиция, – вмешался в разговор Яковлев, но Остроумова оставила его слова без ответа и объявила собрание закрытым.

– Не понимаю, зачем она сказала это при Медине и Яковлеве? – удивлялся Кеша, когда мы шли по коридору академии после собрания. – Неужели она не понимает, что её слова немедленно передадут, куда не следует?

– Остроумова знает что делает. Она всё-таки предсказатель, и очень мощный, – успокоил я друга. – Возможно, мы не понимаем её действий до конца, потому как не можем видеть наперёд.

– Думаешь, всё наладится? – с надеждой в голосе поинтересовался Уваров.

– Уверен, что мы наведём порядок. Вот только какой ценой?

Глава 6. Ректор

Кеша был прав, когда опасался последствий слишком резких высказываний Акулины Ивановны. Имперская служба безопасности отреагировала на её слова буквально на следующий день. У меня сегодня не было занятий, поэтому я рассчитывал поработать над планами и заскочить пообедать в «Айгун», но уже на выходе из корпуса меня остановил Уваров.

– Арс, погоди! – окликнул меня Кеша. – Остроумова собирает весь преподавательский состав на собрание.

– Опять? – удивился я, предчувствуя неладное. – Не нравятся мне эти собрания в последнее время. Какую неприятность Акулина Ивановна сообщит в этот раз?

– Боюсь даже подумать! – признался Уваров.

Мы собрались в преподавательской, вот только Акулина Ивановна задерживалась. Даже Медин вертел головой и беспокойно ёрзал на стуле, словно ожидал неприятностей. Яковлев же, наоборот, сидел неподвижно, словно статуя, и боялся даже моргнуть. Ожидание затягивалось, но никого не было. Наконец, дверь распахнулась, и в преподавательскую вошёл Дронов.

– У меня ордер на арест ректора Арктической академии Остроумовой Акулины Ивановны! – с важным видом произнёс Виктор, помахав в воздухе печатным листом бумаги. – Она обвиняется в сокрытии государственных средств и заговоре против Его Величества, императора Владислава Александровича!

– Увы, арестовать Акулину Ивановну у вас не выйдет, – спокойно произнёс я, с улыбкой глядя в глаза Дронову.

– Вы намереваетесь препятствовать работе имперской службы безопасности?

– Что вы, господин Дронов, как можно? – с наигранным удивлением произнёс я, откровенно издеваясь над новым главой безопасников Мурманска. – Просто Акулины Ивановны здесь нет. Вы же не думали, что талантливый предсказатель её уровня будет дожидаться, пока вы выбьете ордер на её арест и явитесь сюда?

Теперь понятно к чему было это собрание. Талант предсказательницы помог Остроумовой заранее узнать об аресте, и ей требовалось незаметно покинуть академию. А как ещё избавиться от нежеланных свидетелей, особенно, от Медина с Яковлевым, которые наверняка шпионили за ней? Собрать всех в одном месте и заставить ждать. Снимаю шляпу перед её умением решать проблемы! Дронов может носом рыть землю, но Остроумову он не найдёт. Не удивлюсь, если в этот самый момент она покидает пределы Мурманска.

– Очень смешно с вашей стороны. И очень наивно, – произнёс Дронов. – Поспешу вас обрадовать очередной новостью. После инаугурации нового императора каждый дворянин должен будет принести ему присягу. Его Императорское Высочество сам решит кого оставлять в сословии дворян, а кого вышвырнуть вон, а заодно лишить всех титулов и государственных наград. Наконец-то мы избавимся от кучи бесполезных выскочек, которые позорят честь нашего государства, портят отношения с соседями и создают угрозу нашему государству.

– Выходит, мы с вами больше не увидимся? – съязвил я, скорее, чтобы не терять лицо.

– Да, господин Чижов, – ответил Дронов с улыбкой. – С вами мы точно больше не увидимся.

От меня не ускользнуло, с каким нажимом он произнёс эту фразу и нарочно выделил интонацией слово «вами». Выходит, Дронов чувствует себя хозяином ситуации и знает наперёд что произойдёт дальше. Ах, как бы хотелось испортить их планы и посмотреть как ухмылка исчезает с этой самодовольной рожи! Знать бы только как это сделать…

Этим вечером на кухне Уваровых мы устроили настоящий мозговой штурм, чтобы понять как выбраться из сложной ситуации.

– Выходит, если отказаться приносить присягу, тебя ждёт неминуемая ссылка, – подвёл я итог своих умозаключений.

– Не просто ссылка, а лишение дворянского титула, всех привелегий и каторга, как для простолюдинов, – уточнил Кеша.

– А отказаться от дворянского титула просто так нельзя, потому как лишить статуса дворянина может только император?

– Всё верно! – подтвердил Уваров.

– Выходит, дворянам, которые не поддерживают Владислава, остаётся либо дать клятву верности, либо позволить себя уничтожить? Неплохую чистку устраивает новый император.

– А ты бы не также поступил? – удивился парень. – Владислав хочет обезопасить себя. Зачем ему дворянство, которое может взбунтоваться в любой момент?

– А я всегда говорила, что от этих дворян ничего хорошего ждать не приходится! – вмешалась Лариса Александровна, которая слышала часть нашего разговора. – Того и жди беды! Как жаль, что мои дочь и зять в это впутались!

Женщина поднялась из-за стола и ушла на кухню, где кипел чайник, а мы провели её взглядами, не желая продолжать разговор при ней.

– Есть ещё один вариант… – начал Кеша.

– Мятеж?

– Тише! – испуганно шикнул артефактор и огляделся по сторонам. – Не стоит говорить о подобных вещах так громко. Говорят, над каждым крупным городом кружат летяги с артефактами прослушки, а некоторым людям в защитные артефакты вживляют подслушивающие устройства. Логика понятна – такие вещи всегда держат при себе на всякий случай. Конечно, доказательства я ещё не встречал, но лучше перестраховаться.

– Думаю, мы не единственные, кто думает об этом. А если так, то почему никого не задержали?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.