Анна Рыжак
Любовный кусь

© Анна Рыжак, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Глава 1
Виви

«Май инглиш из бед…[1] Из бед, огорчений и отчаяния», – эта фраза как нельзя лучше описывала мою жизненную ситуацию. Я вздохнула, вышла из соцсетей и, засунув телефон в карман джинсов, выскочила из автобуса.

Уверена, в университете у меня будут большие проблемы с этим предметом! А все из-за моего школьного учителя. Я-то, конечно, ни при чем! Это все Викторовна! Училка старательно делала вид, что не замечает, как мы на каждом уроке втихаря пользовались гуглом, писали контрольные и тесты, подглядывая в решебник. Даже когда мы переводили «butterfly» как «летающее масло», а вместо «moonlight»[2] с ночного неба струился жемчужный «moonshine»[3], она закрывала на это глаза. Выражение ее лица всегда было сладким, как рафаэлло, – улыбка вместо тысячи слов. Нецензурных, конечно. Подозреваю, вместе с ними в ее голове звучал голос одного древнего, как и она сама, стендапера: «ну, тупы-ы-ые!». В общем, Викторовна давно махнула на нас рукой, а может, ей просто было лень воевать с нами. Ее устраивали аккуратно переписанные по-русски тексты и без единой ошибки решенные тесты. Это ли не подтверждение того, что материал усвоен? В общем, и волк был доволен, и овцы были счастливы иметь липовые четверки. Но теперь… Мне придется буквально изучать язык с нуля, чтобы меня не отчислили.

Впереди замаячил корпус университета, где через час начнется выдача ордеров на заселение в студенческое общежитие. Сегодня мне пришлось встать в четыре утра, чтобы пораньше добраться до Тюмени из своего города. Моя цель – занять лучшее спальное место в комнате, поэтому я летела в сторону нужного здания со скоростью пушечного ядра. Жизнь с четырьмя братьями научила меня отвоевывать территории, а еще я мастерски владела искусством съедать сначала самое вкусное и различать ложь в искренних детских глазах. К своим восемнадцати я стала неплохо разбираться в людях. Может быть, поэтому меня всегда тянуло в психологию?

Я уже пересекала небольшой сквер перед корпусом, когда меня неожиданно обогнал высокий, широкоплечий парень в белой футболке и рваных черных джинсах. Его волосы под жгучим августовским солнцем были цвета сибирской нефти, какую нам показывали в колбах на уроках химии. Закинув спортивную сумку на плечо, он тоже спешил к зданию университета.

Дыхалка у него будь здоров!

Парню хватило трех секунд, чтобы обойти меня на дистанции. Мне оставалось только глазеть издалека на его подтянутое тело, на татуировки, украшающие подкачанные предплечья, и на кожаные браслеты с металлическими клепками. Наверняка он бегает по двадцать километров в день на случай апокалипсиса. И в случае чего, бьюсь об заклад, от зомби он скроется первым. Что касается меня – я паду одной из первых жертв ходячих мертвецов, потому что ненавижу спорт. В той же степени, что и английский. А может, еще больше! Даже если мир захватит искусственный интеллект, он не посчитает меня угрозой: наверняка примет меня за камень или решит, что я уже мертва. Достаточно будет только проанализировать данные с моего фитнес-браслета.

Ладно-ладно, парень, так и быть, беги! Ты для меня – не конкурент.

Я великодушно разрешила ему прийти первым к финишу – к ступеням учебного корпуса, о чем он даже не подозревал. Незнакомец вообще не обратил на меня внимания! Пролетел мимо, как Челябинский метеорит.

На всякий случай я оглянулась по сторонам: не обходил ли меня еще кто-нибудь с рюкзаком или чемоданом наперевес…

Нет. Вокруг было чисто.

Приблизившись к зданию, я вбежала по мраморным ступеням. Еще не было и семи утра. Наверняка мы будем вдвоем куковать в пустом коридоре и украдкой пялиться друг на друга.

Ха-ха! Как бы не так…

Мой преступный оптимизм оставил меня, когда я увидела возле двери заветного кабинета приличную очередь. Парни и девчонки толкались и галдели, холл с серой плиткой на полу и окрашенными в белый цвет стенами был заполнен под завязку. Кто-то кашлял, кто-то спорил, кто-то заливался визгливым, резким смехом, как чайка с астмой. Пока я ужасалась ударившей в уши какофонии, до моего плеча дотронулись. Это татуированный красавчик протянул мне какой-то потрепанный клочок бумаги.

– Запишись, – коротко сказал он, сунув мне в руки список, и удалился, заметив какого-то знакомого в толпе и махнув ему.

32. Ладельщиков Иван.

Я взяла ручку и написала:

33. Брасс Виолетта.

Мне достался хороший порядковый номер! Это точно к удаче! Я нервно закусила губу и еще раз осмотрелась. Хоть бы среди окружающих меня студенток не было тех, кто будет жить со мной. Пусть это будут девчонки из других общежитий! Я намереваюсь прибыть в комнату первой и занять самую комфортную кровать! Мне и так не подфартило с общагой! Она находилась в пригороде, у корпуса Института биологии, в то время как мой учебный корпус – совсем в другой стороне. Придется очень рано просыпаться, чтобы успеть к первой паре.

Что за несправедливость!

Ладно, зато там можно дышать свежим воздухом и слушать пение птиц.

Студентов становилось все больше и больше. Чтобы справиться с неловкостью, я опустила взгляд в бумаженцию и начала изучать «разнопочерковые» строчки.

Ого!

Номер 11. «Барабанные палочки». И они выдали мне волнительную дробь! Я заметила знакомую фамилию… Где-то здесь был Дэн?

На лавочке возле окна, уткнувшись в телефон, сидел парень, задумчиво перебирая левой рукой мелкие русые кудряшки. На нем был коричневый свитер с катышками и растянутой горловиной, потертые старые кроссовки и серые штаны, доставшиеся, видимо, от кого-то из старшаков.

Я незамедлительно рванула к нему, оставив список на тумбе.

– Приве-е-ет!

Он вопросительно поднял на меня глаза глубокого серо-синего цвета. Через мгновение на его лице мелькнуло узнавание, и Дениска наконец расплылся в очаровательной улыбке.

– О, привет, Виви! Во-о-оу! Экспериментируешь? – Он протянул руку и коснулся пальцами моих длинных, распущенных волос малинового цвета. – Не узнал тебя вот так сразу в новом образе.

– Ага. – Я улыбнулась его удивлению. – Аттестат получен, теперь можно немного похулиганить. Так рада видеть тебя! Все такое новое, чужое… У меня мандраж! – Я скинула на пол небольшую спортивную сумку с вещами, поправила на плече лямку рюкзака и одернула просторное сиреневое худи. – Давно тут маринуешься?

– Да. Воспитатель, которая была сегодня на нашей семье, подняла меня в четыре утра, чтобы я успел приехать на выдачу ордеров пораньше.

Я посмотрела по сторонам.

– Ее здесь нет, – усмехнулся он. – Надежда Павловна уехала с Катькой в другой университет.

– Не знала, что мы с тобой будем учиться в одном вузе. Так здорово!

– Ой… Не представляешь, как долго не мог определиться, куда поступать. Ведь я мастер во всем на свете! К тому же мог выбрать любое учебное заведение и направление. Государство оплачивает… Хотя ты и так знаешь. – Он откинулся спиной на подоконник. – До последнего изучал программы разных университетов, пока директор не поторопил меня с ответом. В самый последний момент выбрал профессию разработчика IT-продуктов и информационных систем. Ну, а ты?

– Буду учиться на психолога. – Я попыталась улыбнуться, но потом отвела глаза, потому что почувствовала, как в них защипало. – Хочу в будущем работать в МЧС, помогать пострадавшим и их родственникам.

Наверняка Дэн заметил тень грусти в моих глазах, поэтому кивнул и быстро перевел тему.

– Понятно. Хочешь принесу кофе? Все равно нам ждать выдачи ордеров еще… – он посмотрел на наручные часы с поцарапанным циферблатом, – примерно тысячу лет.

– Не откажусь. Я абсолютно не выспалась! Пришлось встать очень рано, чтобы успеть на электричку Тобольск – Тюмень.

– А мы на школьном автобусе приехали. Сервис! – подмигнул Дэн и скрылся в полумраке холла.

Когда он вернулся из ближайшего киоска с двумя стаканчиками ванильного капучино, рядом щелкнул замок заветной двери. Напыщенная женщина орлиным взглядом окинула бушующее море студентов, которое все прибывало и прибывало. Для порядка она сначала страдальчески вздохнула и только потом начала вызывать по списку. Толпа заволновалась.

– Ты уже знаешь, где тебе выдали общежитие?

– Ага. – Дэн отпил из стаканчика. – За городом, рядом с Институтом биологии.

– Мне то-оже! – Я состроила страдальческую мину. – Деканат явно про нас что-то знает!

– Что мы те еще ботаники?

– Да.

Дэн захохотал, а я вспомнила былое:

– Помнишь, как мы возвращались с региональной олимпиады по истории? Нас знатно потряхивало в автобусе, однако это не мешало тебе с упоением рассказывать мне про пытки Древней Греции.

– Про полую медную статую быка, внутрь которой заталкивали человека?

– Да. Ты с таким восторгом вещал, как под его металлическим брюхом разводили огонь, и жертва сгорала там заживо…

– …и вопли мученика были слышны из пасти, будто бычий рев…

– В тот день я думала, что ты точно псих и сведешь меня с ума своей болтовней!

– Крепись. Я ничуть не изменился! – Дэн натянул на лицо дикую улыбку Джокера, а я шутливо пнула его по потрепанной кроссовке.

– Слушай, тебе же, чтобы писать коды, нужно знать английский. У тебя с ним нет проблем? В вашей школе его хорошо преподавали?

– Сносно. Но я подтянул его сам: смотрел сериалы с субтитрами, играл в Доту 2. В нее много иностранцев играет, короче, болтал с носителями во время каток.

– Везет. Наша училка разрешала нам списывать, и я совсем расслабилась. Думаю, что в университете огребу с английским проблем по полной. Сегодня же придумаю, как выучить его самостоятельно! На репетитора денег нет. Как же не хочется быть отчисленной из-за непрофильного предмета!

– Если будут вопросы по домашке, приходи ко мне. Чем смогу, помогу.

– О! Спасибо! – Я подпрыгнула. – Конечно, приду. Тем более нас вместе отправляют в ссылку.

Он снова хохотнул.

Мы болтали в холле учебного корпуса еще час, вспоминая общегородские школьные мероприятия, на которых мы встречались, прежде чем подошла очередь Дэна забирать документы на заселение. Кудрявый, как я его шутливо называла, скрылся за дверью, я же осталась в толпе, освободив место на лавочке другим бедолагам с отваливающимися ногами.

Листая канал с мемами в Telegram и тихо хихикая, я почувствовала рядом с собой аромат только что постиранной одежды. Свежие нотки лайма, альдегидов и кашмерана щекотали мой нос. Кто-то широкоплечий, высокий встал за мной. Я обернулась. Одну руку незнакомца обвивали геометрические узоры, на другой, под коротким рукавом, едва угадывался робот-волк с накинутым капюшоном, из-под мощных лап которого спускалась к запястью двоичная система счисления – единицы и нули.

А! Это же тот самый спринтер, который обогнал меня. По списку я иду за ним, так что надо постараться не упустить его из вида.

Он быстро пробежался по мне взглядом, нахмурив темные брови, и тут же отвернулся.

– Ку-ку? – Дэн пощелкал пальцами перед моим носом. – Как я и говорил, дали за городом. – Он помахал ордером.

– Как несправедлива жизнь!

– Да ну. Радуйся, что тебе не придется платить за съемную квартиру. А еще у тебя будет просто потрясающий сосед. – Он указал размашистым жестом на себя, и мне стало смешно.

Дэн был прав. Снимать квартиру очень дорого, а получить комнату от университета – почти нереально. Мало хорошо учиться и поступить на бюджет. При распределении комиссия учитывала еще и непростые жизненные обстоятельства. Я, например, из многодетной семьи, а Дэн – интернатовский.

Мне было жаль, что такой симпатичный и умный мальчишка оказался в свое время в казенном учреждении! За время учебы в школе мы с ним посетили множество олимпиад по разным предметам, он всегда занимал призовые места. Дэн представлял свою школу, а я – свою. С ним всегда было интересно поговорить. Его фирменная фразочка «знаешь, что я читал об этом?» не раз увлекала меня в мир потрясающих историй. А еще он, так же как и я, любил биологию. Поэтому еще полгода назад я думала, что Денис поступит в медицинский университет. И очень удивлена была увидеть его сегодня здесь…

Он повернулся ко мне, явно забавляясь, ведь я откровенно на него таращилась вот уже минут пять.

– Что? – улыбнулся Дэн. – У меня зубная паста на щеке?

– Нет. Задумалась просто.

Я вспоминала, как однажды, во время одной из поездок, Денис рассказывал, как он попал в интернат. Его родители погибли, когда ездили за елкой под Новый год. Сумерки, из-за снегопада ничего не было видно. Их машину обогнал автобус и поднял за собой снежный вихрь. Отец потерял управление, вылетел на встречку, и в них на большой скорости врезался самосвал. Дэн в тот день оставался на продленке, ждал их, но за ним так никто и не пришел. После произошедшего никто из родственников не изъявил желания забрать его к себе. Мама и папа ни с кем из них не общались, потому что родные были против их брака.

– О чем же? – спросил Денис.

– О том, что на месте твоих родственников забрала бы тебя к себе!

– Приятно слышать, – он улыбнулся, будто эта тема его уже не трогала. – Знаешь, в то время мне очень не хватало такого специалиста, каким станешь ты. – Дэн бросил на меня быстрый взгляд.

– Ты так уверен в моей компетентности?

– Тю! Кто обошел меня на олимпиаде по биологии и взял первое место в прошлом году? – Он пихнул меня локтем в бок, а я смущенно засмеялась.

Мы еще долго болтали, вспоминая школу, а потом из кабинета вышел парень с татуировками. И я устремилась в заветную дверь. В бюрократическом осином гнезде я получила заветный листочек с печатью, и мы с Дэном подхватили сумки, рюкзаки и заспешили к остановке.

– Это общежитие квартирного типа, – бросила я через плечо, Денис едва поспевал за мной, волоча и свою сумку, и мою. – В каждой из квартир – по две комнаты: большая и маленькая, своя кухня, ванная и туалет. Даже балкон есть! Мне так сказали в деканате пару недель назад, когда распределили меня на койко-место. Надеюсь, успею занять маленькую комнату, в которой стоят только две кровати.

– А в большой сколько?

– Четыре.

– Хм… тогда я тоже хочу в маленькую комнату!

– Теперь ты понимаешь, почему я так спешу!

Мы прыснули от смеха и припустили еще быстрее. Вдалеке замаячила нужная зеленая маршрутка. Мы плюхнулись на разогретые солнцем дерматиновые сиденья, прижав к себе баулы.

Это был последний день августа. Подступала календарная осень, но все еще было по-летнему душно. Дэн приоткрыл люк в салоне. Теплый ветер заиграл с нашими волосами. Как же было хорошо!

По пути в пригород Денис мне рассказывал, как вчера до полуночи генерировал в нейросети картинки на тему фантастических миров, вдохновлялся образами для создания собственной игры. А потом почти до трех читал учебник по программированию, пока его не застал воспитатель и не конфисковал имущество.

– В общем, как обычно, увлекся. Считай, вообще не спал.

Подперев щеку и глядя в окно маршрутки, я вздохнула.

– Теперь все время будем невыспавшиеся. Мне так хотелось жить в центре города, Дэн… Может быть, хотя бы в следующем году получится выбить комнату на Красина? Ну почему нам досталось именно это общежитие? Почему?! Так далеко от центра города! Наверняка там будет жутко скучно!

Маршрутка остановилась на пустыре. Мы вытащили из салона рюкзаки и сумки. Слева от нас ветром в траве шумело поле, солнце играло в барашках небольших озерных волн, а справа шелестел березовыми листьями парк. Среди раскидистых крон маячил светлыми кирпичами четырехэтажный учебный корпус Института биологии, чуть дальше были видны одинокие строения, похожие на продуктовые магазины и жилые дома, и, конечно, само общежитие, невзрачное и серое. Я скривила губы, на душе стало еще паршивее.

Маршрутка укатила дальше в загородный поселок, оставив после себя клубы пыли. На минутку я остановилась перед пешеходным переходом и оглянулась на город, раскинувшийся на другом берегу Туры. Вдалеке виднелись многоэтажки, над ними расстилалась серая пелена выхлопных газов и дыма.

– Не отставай! – услышала я голос друга.

Дэн уже перебрался через «зебру» и исчез среди густых зеленых кустов. Я торопливо последовала за ним по натоптанной тропинке, озираясь по сторонам. Одной на пустыре оставаться не хотелось.

В парке трава и листья на кустарниках, разогретые солнцем, пахли банно и сонно, терпко и сладко. Было тихо, только стрекотали невидимые глазу птицы. Сразу понятно, что мы далеко за городом.

– Все хорошо… Здесь красивая природа, лес и бабочки… – успокаивающе бубнила я себе под нос.

Дэн только обернулся и усмехнулся. С его лба градом катился пот: он как настоящий джентльмен снова тащил обе сумки: свою и мою. Коричневый свитер снял и завязал на шее, оставшись в растянутой серой футболке.

– Home sweet home[4], – объявил он, когда мы прошли мимо учебного корпуса и встали напротив общежития.

– Волнуешься?

– Не-а. Мне не привыкать жить с толпой незнакомых людей. Для меня дом там, где мои книги и ноут. – Дэн взлетел по ступенькам, и я снова последовала за ним.

На вахте мы предъявили документы и ордера, и нам выдали ключи, указав на шкафчик, где их нужно было оставлять, когда уходишь на занятия.

Лифт остановился на седьмом этаже.

– 705. Вот они, твои хоромы, – Дэн нашел глазами номерок над голубой дверью и опустил возле нее сумку на пол. – Устраивайся! Увидимся позже, – он подмигнул, развернулся на пятках и направился к лифту. – Тоже пойду занимать заветную маленькую комнату.

– А ты в какой?

– В 404.

– Твое логово будет не так-то просто найти, – ухмыльнулась я.

– Именно. 404 error. Not found…[5]

– И все же я попробую. До встречи!

Он улыбнулся и скрылся в лифте. А я до сих пор держала в руках ключ с пластмассовой биркой с номером комнаты и не решалась открыть дверь. Хотелось прочувствовать этот момент, запомнить его на всю жизнь. Но услышав шорох приближающегося второго лифта, решила поспешить. Дверь легко открылась, и я ступила в залитую утренним солнцем двухкомнатную квартиру. В золотистых лучах танцевали пылинки, тихо журчала вода в трубах.

Слева от меня была открыта дверь в большую комнату, где по периметру стояли четыре одинаковых кровати. Плотными рулетами на них лежали скрученные матрасы. В углу – шкаф, возле окна – письменный стол. Через открытую дверь незастекленного балкона в комнату врывались запахи и звуки парка.

В небольшом коридорчике, где я остановилась, стояло советское трюмо с тумбой и тремя соединенными между собой зеркалами, простое и лаконичное. В нем можно было увидеть все свои лучшие стороны.

Скинула кеды и зашла в маленькую комнату. На приглянувшуюся мне кровать поставила рюкзак, положила на стол ноутбук, сумку с вещами затолкнула в шкаф. И только после этого выдохнула. Успела!

Села на кровать, подобрав ноги и откинувшись на стену.

Вот, значит, где мне придется жить…

Я устало прикрыла глаза. Тело расслаблялось, сердце успокаивалось после утомительной гонки. Исследовать территорию дальше меня побудило голодное урчание живота. Нужно было оценить кухню, вдруг там найдется сахар и чай. От голода начало даже немного потрясывать.

Но в шкафчиках было пусто. На квадратном столе кверху ножками стояли четыре табурета. Плита, холодильник… Пока я оценивала раздельный санузел, в квартиру вошла элегантная блондинка с чемоданчиком на колесах. Большие зеленые кошачьи глаза пробежались по мне, изучая.

– Привет, соседка! Я Таня. – Голос у нее был немного хриплый и низкий. Совсем не подходил к ее миловидному образу и вызывал недоумение.

– Привет. А я Виолетта.

– Первокурсница? – Она сняла туфли на шпильках и убрала их в обувницу. Длинная тугая коса светлых волос упала через ее плечо. Таня перебросила ее обратно за спину и заглянула в пустую большую комнату.

– Угу.

Она обернулась.

– Еще никого нет? Класс! Можно выбрать комфортное место.

– В маленькой комнате тоже свободна одна кровать.

– Тогда займу место с тобой.

Она затащила чемодан и поставила его возле свободной кровати.

– Ты такая яркая! На дизайнера будешь учиться?

– Нет, на психолога.

– Понятно. А я учусь на журналистике, пятый курс, последний… Пойдем выпьем чаю, поболтаем, – сказала она, раскладывая матрас на кровати.

– Сначала надо в магазин сходить, там пусто в шкафчиках.

– Я с собой кое-что прихватила. Ты, кстати, откуда?

– Из Тобольска. А ты?

– Из Ялты… – хихикнув, она пояснила, – ну из Ялуторовска.

На кухне Таня по-хозяйски поставила чайник на плиту и встала возле окна.

– В этом общежитии на пятом этаже есть холл с диванчиками, автоматами с кофе и со снеками. В учебном корпусе Института биологии – неплохая столовка. Мне уже пятый год дают комнату здесь, за городом, – она недовольно цокнула, – и это несмотря на то, что моя мама – преподаватель сербского языка! Ей, кстати, всегда дают жилье в центре.

В коридоре стукнула дверь и послышались звуки падающих на пол сумок. Мы выглянули, чтобы поздороваться с новыми жильцами. Это были две сестры-близняшки, и, как мы узнали из короткого разговора, они учились в Институте государства и права. Одна темненькая, другая светленькая.

– Еще два места осталось, – заключила Таня, разливая чай, – и будет полный комплект. Но девчонки могут приехать не сегодня.

– Такое бывает? – удивилась я, надкусывая печенье. – Я думала, все заселяются до начала учебного года.

– Нет, пустые места могут оставаться до середины сентября.

Мы болтали еще примерно час, знакомились, а потом вернулись в свою комнату, чтобы расстелить постели и разложить вещи. Я достала синюю юбку в складку и белую блузку для завтрашнего посвящения в студенты, уложила тетради в рюкзак. А потом мы с Таней уехали в город за продуктами. Полениться в последний день лета так и не удалось.

Вечером я вспомнила, что собиралась составить план изучения английского языка, а потому решила посоветоваться с Дэном – с чего мне лучше начать. Я повертелась возле древнего трехзеркального трюмо и решила не переодеваться: осталась в широких джинсах и необъятном сиреневом худи. На голове – небрежный пучок. Сойдет!

Перед закрытой дверью комнаты 404 я ненадолго замешкалась. Живущие с Дэном математики и программисты – наверняка прыщавые задроты с потными ладошками, которые гнут круглосуточно спины-патиссоны над компьютерами. Скорее всего, они даже не обратят внимания на мое вторжение.

Я осторожно вошла. Это было настоящее логово кодеров и геймеров! Парни занавесили окна жалюзи и шторами блэкаут, поэтому здесь было жутко темно. В большой комнате несколько человек играли в Counter Strike, срывая голоса до хрипа. Отсюда мне были видны только сияющие экраны компьютеров и силуэты в наушниках с микрофонами.

И в какой из комнат обитает Дэн?

Ругаясь на себя неприличными словами, я топталась возле входной двери и строчила в Telegram, чтобы он встретил меня. Но в этот момент дверь ванной комнаты распахнулась, и в коридорчик вышел незнакомый парень со светлыми мокрыми волосами, зачесанными назад, с ямочкой на подбородке и с золотой цепочкой на шее. За его спиной стелились клубы пара, будто на сцену вышла рок-звезда. Не хватало только гитары. Он был в одном полотенце, свободно болтающемся на бедрах, на рельефных плечах поблескивали капельки воды.

Не так я себе представляла программистов!

Он замер лишь на секунду, а потом уверенно шагнул навстречу, уперся рукой в косяк двери и навис надо мной.

– Потерялась, Мармеладка? – спросил незнакомец с придыханием, глядя на мои малиновые волосы.

Да что этот парень себе позволяет! Он, конечно, хорош собой и классно пахнет, но мог бы сначала представиться, чая предложить!

Парень дышал прямо в ухо, так что мне пришлось прикоснуться к его влажной груди, чтобы отодвинуть от себя. Из-за этой дурацкой ситуации я очень смутилась! И все же нашла в себе силы доброжелательно ему улыбнуться.

– Я ищу Дэна… Дениса.

– Так я за него.

Надеюсь, этот казанова не думал, что я его рассматривала. Хотя… Конечно, рассматривала. Но только с точки зрения науки, кхм, анатомии.

– Понятно. Зайду позже.

– Я тебе не понравился, что ли? – насмешливо и в то же время будто обиженно спросил парень.

– Серж, не пугай мою подругу. – В сумраке маленькой комнаты показались мелкие кудряшки Дэна, он выглянул, услышав мой голос. – Виви, иди сюда, я здесь. Был в наушниках, не услышал сразу, что ты пришла.

Тоже успел занять маленькую комнату! Блеск!

– Он меня не пугает. – Я, скинув тапки, поспешила навстречу невидимому другу, потому что всерьез беспокоилась о хлипко повязанном полотенце на поясе блондина.

– Виви? – протянул тот, кого звали Серж. – Что за имя такое?

– Виолетта, – пояснила я, – а Виви меня называют друзья.

Нахал удалился в большую комнату, посмеиваясь.

– Атмосферно тут у вас. – Я прищурилась, пытаясь рассмотреть хоть что-то в комнате.

К счастью, Дэн включил настольную лампу.

– Да-а, – закинув руки за голову, довольно протянул он. – Как устроилась?

– Отлично! Ездили с соседкой за продуктами в город. Еще успела собрать рюкзак, подготовить одежду для церемонии. – Я присела к нему на кровать, и он подобрал ноги. – Хочу лечь сегодня пораньше. Но перед этим решила подумать, с чего начать в изучении английского. Помнишь, утром говорила?

Я почувствовала на себе чей-то взгляд. С противоположной кровати на меня мельком посмотрел парень, укрытый цветастым казенным покрывалом. До моего вторжения он, похоже, что-то читал в ноуте. Дисплей тускло освещал его лицо и руку с татуировкой двоичной системы.

Опять он?!

– Привет. – Я улыбнулась ему, а он мне – нет.

– Привет.

Что за угрюмое лицо?

– Это Ванек, – кивнул в его сторону Дэн, – мы с ним в одной группе. А это Виви. Мы из одного города, но из разных школ. Вместе ездили на олимпиады, так что хорошо знаем друг друга.

Парень молча кивнул, видимо, еще раз приветствуя.

– Так, значит, ты тоже успел застолбить лухари место? – спросила я у Дэна.

– Лакшери… – даже в полумраке комнаты было видно, как этот Ванек закатил глаза. Наверное, у него были хорошо подкачаны не только бицепсы, трицепсы, прямые и внешне косые мышцы живота, но еще и глазные. Посмотрев на наши ухмылки, он одернул себя. – Сорян. У меня был углубленный английский. Меня так выдрессировали, что, когда я слышу малейшие ошибки, меня коробит.

Звук «р» в его исполнении звучал как мурлыканье, по-французски.

– Вот как… – усмехнулась я. – Дэн, как будет звучать его имя на английский манер?

– Айвэн.

– Айвэн, – шутливо обратилась я к нему, – может, тоже подключишься к нам и поможешь мне освоить английский? Денег у меня на репетитора нет, так что исходим из этого: только самостоятельное изучение.

– А силы воли хватит? – он отвел серые глаза от монитора.

– Другого выхода нет. Я не хочу, чтобы меня отчислили из-за одного непрофильного предмета.

Он поворочался под пледом, размышляя.

– Услуги оплачу пельменями. – Я озадаченно потерла висок.

– Идет, – сказал он настолько серьезно, будто вышел на сделку с Доном Корлеоне. – Но только не сегодня.

– А когда?

– Не знаю. Давай на днях.

– Ладно.

Я залезла к Дэну на кровать и откинулась на стену.

– Что там такое читаешь?

– Ведьмака, – ответил Кудрявый.

– А что, после выпуска сериала уже и книгу написали?

Я снова почувствовала, как с противоположной кровати меня начали сверлить взглядом.

– Ты это серьезно? – не выдержал Айвэн.

– Шучу! – засмеялась я, Дэн рядом со мной тоже хохотал. – Конечно, я знаю, что сначала написали книгу. Ты что, не слышал этот прикол?

– Нет. – И снова опустил взгляд в свой ноут.

Пожалуй, не буду обращаться к нему за помощью, справимся с Дэном как-нибудь сами.

– Уже второй раз перечитываю, – сказал Дэн. – Теперь воспринимается совершенно иначе: знаю, что будет дальше по сюжету, поэтому больше сопереживаю героям.

– Это тебе не учебник по матану читать, – пробубнил Айвэн, – когда сопереживаешь только одному герою – себе.

Он больше не вставлял ремарки, пока мы с Дэном обсуждали предстоящий праздник для первокурсников и расписание занятий. Хмурясь, Айвэн продолжил пялиться в свой ноут.

Похоже, надо готовить арсенал шуток, чтобы не видеть это угрюмое выражение лица напротив, раз уж я планирую зачастить к Дэну в гости.

Глава 2
Айвэн

Был полдень. Солнце беспощадно поджаривало нас. Мы шли с Дэном из филармонии после праздника, где довольно неплохо провели время: забили на танцы творческих коллективов и взапой обсуждали мобильную игру, которую он начал разрабатывать. Похоже, мой сосед – неглупый парень. Мне понравилось с ним разговаривать. Будет с кем подискутировать в комнате и на парах.

На старых улочках города, где располагалось большинство учебных корпусов университета, было полно студентов. Мимо нас пролетали на самокатах и велосипедах доставщики еды, в обеденных пробках гудели машины, обгоняющие нас студенты хохотали, наверное, делились впечатлениями о летнем отдыхе.

– Есть хочется… – сказал я, расстегивая пуговицу пиджака; я сбросил его на руку, оставшись в футболке. Так было намного легче! Дэн последовал моему примеру.

– Мне тоже.

На нем была забавная рубашка – то ли из мелкого кружева, то ли это такой дурацкий узор.

– Классный прикид! – Я еле сдержался, чтобы не заржать. – Ей раньше телевизор накрывали?

– Досталась от старшаков, а им – кто-то пожертвовал. Нам в интернат постоянно отдавали ненужные вещи. Я пока не успел купить что-то приличное для учебного года.

– Сорян…

– Да все нормально, что ты! – Он весело хлопнул меня по спине.

– Ничего. Пошли. Тут неподалеку есть проверенное местечко. Раменная. Во дворах.

– Ты местный, что ли? – с сомнением спросил Денис.

– Нет. Я из Заводоуковска, но перед поступлением учился два года в гимназии при университете. Город знаю.

Мы направлялись в раменную, как вдруг прямо по курсу возникла Виви, которая топталась возле университетской библиотеки и что-то строчила в телефоне. Одевалась она все еще как школьница: белая блузка, юбка до колен. Малиновая прядь перетянута мелкими блестящими резинками. Волосы издалека сверкают под теплыми осенними солнечными лучами. Симпатичная девчонка! Будто кто-то задал идеальный набор ключевых слов в Midjourney[6], сгенерировав ее образ с помощью искусственного интеллекта. И почему у нас в группе нет таких милашек?

Теперь и Дэн ее заметил.

– О! Привет, Виви, – сказал он, когда мы подошли ближе, и чмокнул ее в щеку. – Хорошо, что я захватил с собой сегодня темные очки… Выглядишь блестяще! Ходила на концерт?

– Нет! – Она страдальчески выдохнула и взмахнула руками. – Представь, села не на ту маршрутку и уехала в другой конец города: ждала тридцать четвертую, а поехала на сто тридцать четвертой. У меня чуть глаза из орбит не вылезли, когда я оторвалась от телефона и увидела, что еду по другому мосту. Опоздала, короче…

Она цокнула и снова уткнулась в телефон, я едва заметно улыбнулся.

– И из-за этого такая хмурая? – удивился Дэн.

– Нет. Мне нужно получить учебники. И, кажется, их очень много! Я пытаюсь дозвониться до соседки по комнате, чтобы она мне помогла. Но, похоже, у нее какие-то дела. Может, ты мне поможешь? – Она как-то виновато улыбнулась и в то же время хитро на него посмотрела.

– Выдача учебников в первый день? Конечно, мы тебе поможем. Правда, Айвэн?

Я откашлялся, потому что он застал меня врасплох: вообще-то я надеялся поскорее попасть в раменную, а не тягать учебники его подружки. Желудок уже прилип к позвоночнику. Но ее белая, почти алебастровая кожа и глаза цвета лазурита, полные надежды, что-то со мной сделали.

– Да, конечно. У нас как раз не было никаких планов!

– Не переживай, – ткнул меня локтем в бок Дэн. – Чуть позже я схожу в кафе и возьму блюда навынос, скажешь адрес. Они же подают в бумажных коробочках?

– Да, – обреченно подтвердил я, и мы втроем зашли в трехэтажное здание университетской библиотеки.

Прохлада и запах книг.

Рассматривая холл, я размышлял, зачем вообще нужно это книгохранилище, сейчас же все есть в Интернете. Взгляд остановился на приличной очереди к выдаче учебников. Да мы успели бы сходить в кафе, поесть спокойно за столиками, вернуться и еще постоять немного! Но мы отправились узнать, кто последний. Когда заняли очередь, Дэн начал рассказывать Виви о концерте в филармонии с таким видом, будто следил за каждым номером, а потом хотел один улизнуть в кафе за едой, но я пошел вместе с ним. О чем мне разговаривать с его подружкой?

Мы очень быстро вернулись. На крыльце библиотеки втроем смолотили воки с пшеничной лапшой и говядиной, заполировали все это морсом. Обсудили с Дэном расписание на неделю и вечерний матч по баскету с биологами, посвященный началу учебного года. Победа точно будет за нами, потому что приз – бесплатное посещение столовой Института биологии в течение целого месяца!

– Долго еще? – полюбопытствовал я, поглядывая на смарт-часы. Хотелось уже свалить. Незнакомая девчонка, длинные очереди! Будто у меня других забот нет.

И как раз в этот момент Виолетта заметила, что подошла ее очередь. Рванула к столу книговыдачи, и мы лениво последовали за ней.

– Не знал, что психологи так много читают, – фыркнул я. У меня и у Дэна было по два пакета в руках. – По-моему, вам нужно выучить только одну фразу: «Вы хотите поговорить об этом?», а дальше просто слушать клиента, думая о своем и иногда вставляя пару слов в разговор. Зачем учиться столько лет?

Дэн расхохотался.

Пока Виви вызывала машину через приложение, я задумчиво смотрел на новенькое здание учебно-лабораторного корпуса, расположенное напротив библиотеки.

– Готов? Тачка уже здесь. – Она посмотрела в том же направлении, потом перевела взгляд на меня. Я кивнул, и мы улыбнулись друг другу.

Сели в такси и поехали за город под гомон этих двоих, болтовня Дэна продолжалась до самого общежития.

– Ты знаешь, какой сегодня день? – спросил он у Виви.

– День знаний?

– Нет. День всех влюбленных… в баскетбол. Так что приходи вечером на спортивную площадку, к восьми, – предложил Дэн своей подружке, когда мы ставили пакеты возле двери ее комнаты, – будет матч.

– Заинтриговал, – улыбнулась она и махнула рукой на прощание. – Приду.

Я коротко кивнул ей в ответ.

Быстро взглянул на номер квартиры и зачем-то запомнил его.

Мы с Дэном переоделись в шорты и футболки и спустились по лестнице, а не на лифте, чтобы немного разогреть мышцы.

Когда пришли на спортивную площадку, обнесенную сеткой, все остальные были уже здесь – игроки стартового состава и запасные. К вечеру жара отступила. Оранжевые лучи заходящего солнца подсвечивали бордовое покрытие с белой разметкой и стойки со щитами и корзинами. Зрители на пластиковых стульчиках за ограждениями щурились, рассматривая нас, прикладывая к глазам ребра ладоней.

Мы приступили к разминке. В нашей команде – пять программистов, все из 404-й комнаты: я, Дэн, Серж, Антоха и Костя. Шестой – щуплый Стас – был у нас на подхвате. Он был живым подтверждением того самого мифа, что программисты прыщавые и худые. Парни еле выманили его наружу, уж очень сильно Стас сопротивлялся, объясняя, что его новая программа прилегла отдохнуть и ее надо было срочно реанимировать. Но отмазаться не удалось. Его помощь была нам необходима: он держал воду и полотенца. К тому же лицо Стаса без солнечного света уже приобрело оливковый оттенок, и в целом он был похож на свежевырытый труп. Именно этот аргумент подействовал на него, и наш сосед выбрался на улицу.

Прикрывали нас сегодня пять запасных игроков – математики из 408-й комнаты.

Судья подал сигнал начала игры, и мы собрались на площадке. Серж, деловито склонив голову, отбивал мяч и с наглой улыбкой рассматривал соперников, будто запугивал.

Свисток. В кровь прыснул адреналин. Я передвигался по игровому полю, ударяя мячом по покрытию. Непривычно после долгого перерыва! Худощавый биолог попытался атаковать меня, но я отдал точный пас Антону. Соперники быстро отобрали у него мяч и оказались опасно близко к нашему кольцу. Никто не ожидал от них такой скорости! Видимо, желание выиграть бесплатные обеды в столовке делало свое дело.

Дэн подпрыгнул, блокируя попытку закинуть мяч, и удалось! Мы снова вели. До начала игры, когда шли к площадке, он рассказывал, что пока жил в интернате, играл часто, что у них все ребята спортивные. И я в этом убедился сейчас, потому что он первый, кто забросил мяч в корзину соперников. Дал ему «пять» и улыбнулся. Денис же принялся искать глазами свою яркую подружку, чтобы разделить с ней этот момент, но не нашел. Она не пришла. И мне почему-то стало за него обидно.

Немного погодя Виви все-таки появилась на трибуне, но только во время второго периода. Она привела с собой симпатичную соседку в коротком платье. Сама же была в свободном спортивном костюме с капюшоном. Виолетта помахала Дэну и пожала плечами, виновато улыбаясь. Серж, похоже, засмотрелся на них и не заметил, что рядом с ним отдали пас. На него летел один из биологов. Они бухнулись недалеко от меня на твердое покрытие игрового поля и, кажется, сильно ударились.

– Как больно! – заныл Серега. – Кажется, я умираю…

– Серж, перед тем как отъехать, не забудь написать мне пароль от Стима, – попросил с наглой улыбочкой его друг – Антон Троицкий, поиграв бровями и взъерошив короткие темно-русые волосы, на что Серж показал ему средний палец. После чего встал, мученически вздыхая, и ушел с площадки, прихрамывая. Ему на замену выскочил математик Игорек, второкурсник. Мяч снова был в игре.

Иногда я посматривал на Виви. Она была полностью увлечена процессом: выкрикивала слова поддержки и хлопала в ладоши, когда наша команда забивала биологам. В целом с ними было несложно играть. Серж все крутился возле Виолетты и ее подруги. Я заметил, как он в своей наглой манере протянул руку к Мармеладке (ведь так он ее называл?), чтобы приобнять за плечи и, наверное, рассказать о правилах игры, но она скинула его лапищу и нахмурилась. Я довольно хмыкнул: Серж – тот еще кот.

Ближе к концу третьего периода я вел мяч по площадке, потом резко поменял направление и с легкостью обошел противника. Подпрыгнул и забросил его в корзину. А тело-то помнило! Столько времени прошло со дня моей последней игры, однако правила и движения сами всплыли в памяти. Я раскрутил мяч на пальце, потом подал пас Денису.

Так мы и выиграли. В последние минуты четвертого периода Дэн снова забросил мяч в кольцо. Трехочковый. Раздался очередной свисток рефери. Счет 72:54. Бесплатные обеды были наши!

Глава 3
Виви

Баскетбольный матч был просто фееричным! Я так переживала за программистов, что все мои проблемы моментально забылись. У меня промелькнула мысль, что надо почаще выбираться на такие мероприятия, чтобы плохие воспоминания не душили. Последние полгода ненавижу оставаться в одиночестве. После того как произошла та злосчастная авария, я плохо сплю, а если все-таки и удается уснуть, то снятся кошмары. Точнее, один и тот же сон в разных вариациях. Обычно просыпаюсь в холодном поту и не могу сомкнуть глаз до утра.

Игра закончилась, и я побежала поздравлять Дэна и остальных с победой, оставив Таню на растерзание Сержа. Она с ним точно справится!

Лица парней светились от гордости и самодовольства. Они были такие разные и уникальные, как химические элементы. Правда, я еще не со всеми успела познакомиться. Во время игры Серж сказал, что Дэн самый первый забросил мяч в корзину. Я не удивилась его словам, потому что мой кудрявый ботаник – многогранен. Жалела только, что пропустила этот момент: Таня оказалась редкостной копушей. Она хотела выглядеть идеально, прежде чем предстать перед толпой высоченных парней.

– Ты посмотри, как к ним прилипли футболки после матча… – шептала она мне на ухо, отделавшись от Сержа. – Может быть, эта общага на отшибе – не самое худшее место на Земле?

– Расслабься, – фыркнула я насмешливо, – и дыши лотосом.

– Да я за тебя переживаю. Мне-то больше нравятся взрослые мужчины.

– Ну-ну. – И выразительно посмотрела на ее обтягивающее белое платье-поло и светлые кеды. Я пришла в свободном сиреневом спортивном костюме. Красоваться перед кем-то не было желания, хотелось просто быть собой.

– Спасибо, что пришла! Дай обниму-приподниму! – Дэн прижал меня к себе и хлопнул по спине. Он был невероятно мокрый, поэтому я с брезгливым видом быстро оттолкнула его от себя, а он засмеялся.

– Ты был прекрасен, как сочетание докторской колбасы и батона.

Моя рука взмыла в воздух, и он дал мне «пять».

– Твои метафоры – просто преступление, сразу захотелось перекусить, – тихо сказал Айвэн, вытирая краем футболки пот со лба, его щеки пылали. Мой взгляд скользнул по открывшемуся накачанному прессу. Я мысленно одернула себя. Нехорошо вот так откровенно пялиться!

– Сейчас закажем что-нибудь, – сказал ему Дэн, осматривая игровую площадку, вдруг он остановил взгляд на мне. – Виолет, пойдем представлю тебе других членов команды, они все живут у нас, в 404-й комнате. Эй, Серж! Подожди.

Двое парней, собиравшихся возвращаться в общежитие, обернулись.

– Сержа ты знаешь. Он прибыл в общагу из звездной системы Альфа, конечно же, Центавра.

Серж подмигнул и выпятил губы для поцелуя. Тут же ему дал подзатыльник стоящий рядом брюнет, и они вместе рассмеялись.

– Это Антон Троицкий, – показал он на друга Сержа, который представлял его полную противоположность: темноволосый, темноглазый, на щеке – симпатичная родинка. – Но я называю его Троцким или Антонио, и он, кажется, не против, – продолжил Дэн, посмеиваясь. – Они оба учатся на компьютерной безопасности.

Антон только окинул меня мимолетным взглядом и ничего не сказал, даже не кивнул. В его глазах блеснуло холодное безразличие. Они с Сержем развернулись и пошли в сторону общежития, возобновляя прерванный разговор и над чем-то громко хохоча.

Дэн указал еще на одного соседа: невысокий щуплый парень восточной внешности, с прямыми черными волосами, собранными в хвост, с россыпью прыщей на щеках.

– Это Стас. Бледный потомок Эдварда Каллена[7], – представил его Денис с затаенной насмешкой в голосе. – Наш ассистент и по совместительству директор сахарного диабета, очень любит сладенькое. Учится на мехатронике и робототехнике. Замкнутый, угрюмый и тихий, в общем-то, как и все будущие серийные убийцы.

– Пошел ты…

– Куда? В Земной мир?[8] С нетерпением жду этого путешествия.

К потомку вампира подошел рыжий парень, не такой высокий, как остальные в их комнате, но крепкий и плечистый. На его лице пестрели веснушки, а торчащие в разные стороны яркие волосы были убраны ото лба плотной спортивной повязкой. Костя, или Константа, как представил его Дэн, открыл бутылку воды и начал пить без остановки. Остатки вылил на голову, чтобы потушить пожар на коже после удачной игры. Мокрая от потоков воды футболка прилипла к торсу.

– Неплохо сыграли, а? Стас?

– Нормально, – кивнул тот.

– Пойдем в комнату.

Когда темненький и рыженький удалились от нас на приличное расстояние, я шепнула Дэну:

– Похож на Страшилу из «Волшебника изумрудного города».

– На то живое соломенное пугало, мечтавшее получить от Гудвина мозги?

– Ага.

– Константа тоже мечтает о них.

Мы рассмеялись, а Айвэн неодобрительно цыкнул.

– Что? Считаешь, что я слишком груб?

– Нет. Я о тебе вообще не думаю, – пробубнил в своей манере Айвэн. – Вспомнил, что доставка сюда дорогая. Надо что-то другое придумать. Помнится, кто-то обещал нас покормить пельменями, – и посмотрел на меня.

– Ха! В обмен на помощь с английским! – возмутилась я.

– А что там у тебя пожевать есть? – с любопытством поинтересовался Дэн. – Я бы тоже не отказался от ужина.

– В общем-то пельмени могу сварить.

– Я даже на вареники с капустой согласен, – уныло произнес Айвэн.

– Какая гадость! Но я бы тоже не отказался, – согласился Дэн.

– Тогда идем ко мне. Я буду варить, а вы в четыре руки – составлять для меня план покорения английского.

– Сначала в душ! – обмахиваясь полотенцем, объявил Дэн. – Закинь сообщение в телегу[9], когда пельмени будут готовы.

На первой паре я вообще не понимала, что делала в аудитории среди незнакомых людей. То ли недосып сказывался, то ли тема была сложная. Мы начали разбирать филогенез психики человека. После взгляда на одногруппников мне казалось, что все без исключения понимают, о чем говорит препод, и только я одна не в теме. Но все же аккуратно записывала лекцию про стадии развития психики.

Вчера мы с парнями два часа зависали на моей кухне. Дэн и Айвэн спорили – с чего лучше начать: с времен или пополнения словарного запаса. Перечеркали с десяток листков, но в итоге все же появился учебный план, по которому теперь я буду постепенно двигаться. Сила воли у меня есть и мотивация тоже.

После пар, которые с непривычки казались бесконечными, я осталась в городе до самого вечера: готовилась к коллоквиуму в библиотеке университета. Преподаватель дал задание изучить несколько статей из научных сборников, которые хранились только там. Вымотанная после учебы, я шла с остановки через парк, думая заскочить в гости к Дэну. Как же здорово, что мы поступили в один вуз! Не знаю, что бы я делала здесь без его поддержки! Он ответил мне в Telegram, что готов посмотреть со мной какой-нибудь фильм, чтобы расслабить мозги. Хотя у него пока не было большой нагрузки.

Приоткрыв дверь в 404-ю квартиру, очень надеялась не увидеть снова шествующего мимо Сержа в одном полотенце. Вокруг было чисто. Дверь в большой комнате закрыта: там парни, кажется, во что-то играли; в маленькой, наоборот, распахнута – Кудрявый читал, Айвэн спал. Он выглядел довольно мило в объятиях Морфея: лицо спокойное, светлое и безмятежное, не такое суровое и строгое, как когда он бодрствовал.

Увидев меня, Дэн присел, скрипнув пружинами кровати. Жестом я позвала его на кухню, но пока снимала кожаную косуху с клепками, заметила, что его сосед проснулся от их позвякивания. Протерев глаза, он посмотрел на меня каким-то странным взглядом, будто еще не полностью вернулся из сонного, призрачного мира.

– Извини, что разбудила, – почему-то прошептала я, хотя он все равно уже проснулся. Наверное, понадеялась, что он уснет обратно. Но нет. Иван приподнялся на локте и с любопытством начал рассматривать мою одежду.

– Ты рок-звезда, что ли? – хмыкнул он.

Надо избавиться от этих шмоток…

Я отмахнулась от его шуточки, и мы с Дэном ушли на кухню на поиски ведерка с мороженым.

– Давно не заходила к нам, Мармеладка, я уже успел соскучиться, – прозвучало за моей спиной.

Я обернулась. В кухню вплыл Серж в одних шортах и с увесистым игровым ноутом в руках.

– Ничего себе, какой огромный!

– Знаешь, ты не первая девушка, которая мне говорит об этом, – хрипло, с придыханием сказал он.

– Я вообще-то про компьютер.

– Я тоже, – теперь его лицо было невозмутимым. – Постой-ка… – Он прищурился.

– Серж, – предупреждающим тоном сказал Кудрявый. – Виолетта – моя подруга, относись к ней с уважением. Она – не одна из твоих цыпочек. – Дэн выловил из ящика стола две ложки и взял меня за руку. – Идем!

– Да что я такого сказал? – протянул Серж нам вслед притворно обиженным голосом, а потом самодовольно хохотнул и устроился с ноутбуком за обеденным столом.

Когда мы вернулись в комнату, Айвэн уже копался в телефоне, лежа на кровати и закинув ногу на колено. Вид у него был слегка контуженый и помятый.

– Беспокойный сон? Или я тебя разбудила в самую сладкую фазу?

– Все нормально, – он пригладил взлохмаченные волосы, – просто начитался ужасов и случайно уснул.

– Да-а? Что за книга? – полюбопытствовала я.

Он, не глядя на меня, выхватил из стопки учебник, что лежал сверху, – пособие по изучению языка программирования Python.

Я ухмыльнулась и плюхнулась к Дэну на кровать, где он уже заботливо прислонил подушку к стене для меня. Я была такая уставшая и голодная, что не могла удержаться: пока друг включал фильм, тут же засунула первую ложку пломбира в рот. Айвэн проследил маршрут мороженого. Наверное, как всегда, голодный. Был бы это Серж, он бы точно подошел, нагло запустил палец в белое ванильное месиво и с хитрым прищуром положил бы его себе в рот, не разрывая зрительного контакта.

И почему я думаю об этом наглеце?

Кыш из моей головы!

С легким вздохом Айвэн встал с кровати, потянулся, взял со стола пустую кружку и ушел на кухню. Я посмотрела ему вслед: он был будто олимпийский пловец – высокий, плечистый, атлетичного телосложения. Если бы увидела его на улице, подумала, что он точно учится в Институте физической культуры.

Зазвучала музыка, и мы с Дэном уставились в монитор. Он предложил посмотреть последнюю часть «Аватара» в оригинале с субтитрами, чтобы мой мозг привыкал воспринимать и анализировать иностранную разговорную речь. Но я, конечно, его не досмотрела. Наполненный желудок потянул мои веки вниз, и я задремала у Дэна на плече. А это был только первый день занятий!

Я открыла глаза, когда по экрану уже бежали титры, а Дэн перекидывался с кем-то из интернатовских мемами в соцсетях и тихо посмеивался.

– Блин! Позанималась английским! – мученически вздохнула я, сползла с кровати и, прихватив рюкзак и куртку, поплелась в свою комнату. – Пойду к себе…

– Я провожу. – Дэн тоже встал с кровати, но от телефона не оторвался.

«Завтра снова к первой паре! Как же не хочется рано вставать! – думала я, поднимаясь по лестничному пролету. – Когда-нибудь этот мир будет функционировать для “сов”, а не только для “жаворонков”?»

– Только не урони! – пискнула я.

Дэн посмотрел на меня умоляющим взглядом.

– Не действуй мне на нервы и посторонись.

– Дерганый, значит? Сходи траву потрогай. – Я показала ему язык, это был мой последний аргумент.

– Просто не надо говорить под руку!

Дэну все-таки удалось вытащить с балкона привезенную кем-то из парней огромную плазму. Старенькую, но рабочую. Я плюхнулась на пол возле одной из кроватей и блаженно улыбнулась – наступили первые выходные.

– Что это там такое на окне?

– Растение? Это кактус Лаврентий, за ним Стас ухаживает. – Дэн уже подключал к телевизору Play Station, а я взялась за свой кофе.

– А игровая приставка чья?

– Айвэна. Одна из его первых покупок на самостоятельно заработанные деньги. Он так сказал.

Может быть, это было неправильно, но я радовалась, что Кудрявый не уехал на выходные. Ему ведь некуда, у него нет дома. Мне было бы скучно оставаться на несколько дней в одиночестве, я не собиралась ехать в родной городок.

Тишина. У них в квартире – никого, у нас – тоже. Все уехали к родителям. Я закрыла глаза, расслабилась. Но тут меня в плечо ткнул Дэн. Пока я думала свои нехорошие, эгоистичные мысли, он уже проверил, работают ли джойстики, и протянул мне вибрирующий белый, а сам взял черный.

– Играть-то будешь? Или опять уснула? – хохотнул он.

– Буду. Надеюсь, это не гонки, где взрываются машины и мотоциклы?

– Увидишь.

На экране появилась заставка игры «It Takes Two»[10] с цветными яркими персонажами. Я посмотрела на Дэна с благодарностью, и он улыбнулся мне. Это было так мило, что он оберегал мои чувства, включил нечто легкое, мультяшное.

– Игрушка уже не новая, но для тебя – самое то.

Проникновенная предыстория персонажей явно не трогала Дэна, потому что буквально через пять минут игры он прожарил меня током и тихо заржал. Мой персонаж взорвался и исчез, а я зарычала на друга за эту выходку.

– Мы так никогда не станем обратно людьми! – И посмотрела на него с осуждением, пока он покатывался от смеха.

Через минуту я поджаривала его током в отместку: черный джойстик яростно вибрировал, передавая всю жестокость ситуации. Где-то далеко в общем коридоре послышался тихий звук закрывающегося лифта, потом тяжелые шаги по линолеуму. Кто-то, как и мы, остался в общежитии.

Вдруг входная дверь в их квартиру открылась, я даже вздрогнула от неожиданности. И к нам в большую комнату заглянул Айвэн. Он посмотрел, что мы играем мультяшными человечками, хмыкнул и ушел молча в свою спальню, где тихо зашуршал ветровкой.

Не хмыкай мне тут! Это отличная игра!

Я была уверена, что он нас осуждал. Сам-то наверняка играл только в ураганные пострелушки или во что-то леденящее кровь с зомби и призраками.

– Я опять вчера проспала, – пожаловалась Дэну.

– Так и не можешь спать по ночам? – Он не отрывался от экрана, где его человечек перепрыгивал через катушки ниток.

– Не могу. Постоянно снятся кошмары. А еще я сильно скучаю по дому. Так сильно, что мне кажется, будто в моем животе образовалась бездонная дыра. При этом просто не могу взять себя в руки и поехать туда.

– Давай завтра сходим в кино, чтобы отвлечься, – улыбнулся Дэн.

– Звучит неплохо… Как у тебя прошла первая учебная неделя? – спросила я с таким видом, будто не заваливалась к нему почти каждый вечер после занятий.

– Отлично. С чем не справляюсь, мне помогают. – Он кивнул на соседнюю маленькую комнату.

– Почему он не уехал на выходные? – шепнула я Дэну на ухо.

– Не любит, – сказал друг тихо-тихо. – Он уже несколько лет живет в Тюмени: после девятого класса перешел в гимназию для одаренных детей при университете. Привык жить среди студентов, наверное. А может, дома какие-то проблемы. Не знаю.

– Выглядит как зануда. У него всегда такое недовольное лицо?

Дэн хихикнул.

– Ванек – гений, погруженный в себя. Но, я уверен, где-то в глубине души чумовой на всю катушку, его нужно только лучше узнать. С ним интересно, есть о чем поговорить.

Я фыркнула и попыталась перепрыгнуть через огромные коробки. Не вышло. Дэн состроил страдальческую мину, вырвал джойстик из моих рук, чтобы провести мою синевласую диву через препятствия, потому что он уже устал ждать, когда я доберусь до него. Пока друг помогал мне пройти уровень, я краем глаза заметила, что Айвэн вышел из комнаты и пошел в душ, набросив на плечо полотенце. От духоты белая футболка прилипла к его спине, под тонкой тканью играли мышцы, короткие рукава плотно обтягивали мускулистые предплечья. Мое внимание снова привлекли его татуировки.

Не оборачиваясь на нас, он закрыл за собой дверь.

– И как родители разрешили ему так забить руки? – спросила я тихо.

– Когда человек сам себя обеспечивает и несет ответственность за свою жизнь – он может позволить себе все, что угодно. Даже не слушаться родителей.

– Ага. Рассказывай. Просто парням многое позволено, родители за вами не так пристально наблюдают. В твоем случае – воспитатели.

– Вы же девочки. Нежные создания.

Я сделала вид, что меня тошнит. Дэн посмотрел на меня и расхохотался.

– Он и сейчас подрабатывает?

Кудрявый кивнул.

– Разрабатывает приложения на заказ.

– Круто. Но он же только первокурсник.

– И что? Я же говорю, что он мегаумный. У него даже Серж и Троцкий иногда помощи просят, а они старше его на два года.

Послышался шум воды. Монотонный звук убаюкал меня, веки потяжелели, усталость накатила на плечи. Мне надоело играть, и я опять не могла перепрыгнуть через разлом в полу, поэтому отдала джойстик Дэну. Он цокнул, но снова помог мне.

– Пойду подремлю, потом займусь английским и подготовкой к семинару по бихевиоризму, – сказала я, когда мы забросали главаря огненными бомбами.

– Про кино не забудь.

– Ладно.

Я улизнула из квартиры 404 в общий коридор за секунду до того момента, как Айвэн вышел из ванной.

Глава 4
Айвэн

– Формулы в математике были придуманы, чтобы облегчить нам жизнь, – рассказывал препод где-то там, внизу, за кафедрой, а я со скучающим видом крутил ручку и, развалившись на последнем ряду, рассматривал одногруппников, они были будто у меня на ладони. – Хотя когда-то арабы про квадрат суммы писали сладкозвучные поэмы. Но потом пошло-поехало… И что мы имеем сейчас? – Препод окинул нас взглядом, но все молчали. – Виноват в этом, конечно, Пифагор, который сказал, что «все есть число». Большую неправду трудно придумать и сегодня относительно математики. – Он ухмыльнулся. – Хотя к пифагоровым штанам у меня лично претензий нет. Скроены на века!.. Итак, перейдем к сегодняшней теме. Множества.

Препод записывал маркером тему на доске. Я тоже зашуршал ручкой в тетради, потому что этот щуплый очкарик предупредил нас, что будет проверять конспекты лекций и на каждой исписанной странице будет ставить плюсик своей какой-то особенной ручкой, чтобы никто не подсунул ему чужую тетрадь под видом своей. Приходилось строчить.

Я вывел тему занятия, а он продолжил в том же духе:

– Множеством может быть множество деревьев в лесу, множество студентов в университете или даже множество бедных родственников…

«Был у меня недавно один такой бедный родственник», – подумал я, сжав ручку так, что ее корпус начал жалобно потрескивать.

– Кроме понятия множества есть еще одно исходное базовое, – продолжил препод, глядя на всех нас, – остальное в этой теории производно. Это – принадлежность, или еще называют отношение принадлежности. – Он повернулся к доске и записал маркером следующий термин. – То есть элемент принадлежит множеству! Слово «принадлежит» в обыденной речи можно заменять с учетом контекста другими синонимами. Например, мистер Х «входит» в число ваших бедных родственников.

Мистер Х.

Ха! Определенно…

Я почувствовал, как уголки моих губ поползли вверх, когда вспомнил об этом придурке. Поднял глаза на доску и вдруг встретился взглядом с Дэном, сидящим на несколько рядов ниже, чем я. Он ненадолго обернулся на меня и подмигнул. Подумал, наверное, что я посмеиваюсь над шутками препода. Пусть так.

Денис отвернулся, и я откинулся на спинку лавки в раздумьях: было бы неплохо в этом году съездить домой на Рождество, раз уж мистер Х отчалил в мир иной.

Какая глупая смерть!.. Захлебнуться в собственной рвоте.

Я еле сдержался, чтобы не начать качать головой от тупости произошедшего.

– …теория множеств оперирует со всеми множествами, кроме тех, которые нельзя создать, – донесся голос препода сквозь мои мысли. – Все эти множества, объединенные в одно множество, называются универсумом.

Я отбросил ручку и решил больше не писать, потому что проходил эту тему в гимназии. В конце концов, можно вырвать листок из старой тетради с этой темой и приклеить сюда. Так и решил поступить, поэтому взял телефон и зашел в «ВКонтакте». Дэн вчера оставил мне заявку в друзья. Добавил. В рекомендациях всплыла страничка Виви. Некоторое время я гипнотизировал ее аватарку, зашел в профиль.

Ого! Вот это фотки! Никогда бы не подумал…

До конца пары вместо дискретной математики я изучал ее страницу.

Хм, на мой взгляд, она заслуживает… уважения. Наши интересы были похожи.

На секунду пожалел, что она с Дэном.

Я поднял взгляд на мелкие кудряшки соседа по общежитию, на его серый свитер «с локтями» и катышками. Коротко вздохнул и вышел из профиля Виви, так и не подписавшись. В коридоре начала играть музыка, это означало, что пара закончилась, можно было двигать в столовую.

Закинув тетрадь в сумку, я вальяжно спустился к выходу из аудитории, Дэн уже ждал меня возле окна в коридоре.

– У меня есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться. – Он шутливо поиграл бровями.

Я поправил лямку на плече и скептически хмыкнул:

– Что там у тебя?

Виви

Дэн стоял в дверях моей комнаты, позади него на кухню прошли близняшки, бросая в его сторону любопытные взгляды.

– Что решила?

– Ни за что! Почему именно боевик со взрывами и ночными гонками? Ты же знаешь, я пока не могу смотреть такое.

– Именно поэтому я и зову на этот фильм. Clavus clavo pellitur[11] – подобное побеждает подобное! Я уже и с комендантом договорился, чтобы нас пустили обратно. У тебя все равно бессонница, а ночной сеанс – дешевле, чем вечерний. Так что собирайся.

– Ладно! – я вздохнула и отбросила книгу, которую до этого читала.

Проветриться хотелось, а смотреть на взрывы – нет.

– Проверим твою теорию. Но если я вообще потеряю сон, то… – я многозначительно посмотрела на друга и провела пальцем по горлу, – тебе кранты!

Таня Кошачьи Глазки изучала меня наполненным весельем взглядом, а потом выдала:

– Никто не будет осуждать тебя, крошка, если ты проснешься ночью от кошмара, а потом случайно окажешься в 404-й комнате, в кровати у кого-то из тех горячих баскетболистов, готовых тебя утешить.

Я бросила в нее подушку, и они с Дэном засмеялись, будто были в сговоре.

– Больно они мне нужны!

– Ты что! – возмутилась Таня. – Самое главное в жизни – чтобы было на кого ножку ночью закинуть.

Я улыбнулась и посмотрела на Дэна.

– Дай мне двадцать минут на сборы, – попросила я, вставая с кровати, – встретимся на крыльце.

И действительно, Дэн ждал меня там. Вот только не один. С Айвэном.

Это был тихий теплый осенний вечер, переходящий в ночь. На небо высыпали первые звезды. Как будто все еще было лето. Я вдохнула аромат осенних цветов, благоухавших на клумбе рядом с крыльцом, и свежий запах парка, окружавшего здание Института биологии и наше общежитие.

– Поедем на ка́рше[12], – сказал коротко Айвэн и показал на припаркованную недалеко машину.

Он сел за руль, рядом с ним – Дэн, а я устроилась на заднем сиденье. Машина тронулась, и я уставилась в окно. Весь путь задумчиво наблюдала, как там мелькали улицы ночного города, фары машин, иллюминация и фонари. Один раз мы с Айвэном встретились взглядами в зеркале заднего вида, хотя, может быть, он просто смотрел на дорогу. Цвет его глаз, как у неба перед грозой. Темно-серый.

Он припарковал авто, и мы двинулись по полупустой стоянке к торговому центру. Наш план включал еще и поздний ужин, поэтому перед сеансом мы направились в кафе, располагающееся на самом верхнем этаже. Мы, как лебедь, рак и щука, не могли определиться с кухней, поэтому решили остаться в ресторанном дворике. Дэн взял суши, Айвэн – зеленый салат с огурцами и какое-то мясо, а я – кусочек пиццы. С удовольствием уплетая еду, болтали о фильме, на который приехали. Настолько увлеклись, что чуть не опоздали на сеанс. Подхватили куртки и побежали, хохоча.

Прошло только несколько минут, как мы устроились в мягких креслах, у Дэна возник дабл-трабл[13]. Он схватился за живот и вылетел из зала с бешеной скоростью.

– Это у него от страха, – сказал невозмутимо Айвэн, не отрываясь от экрана.

Я хихикнула и продолжила есть попкорн.

Айвэн

Зрителей в зале было мало. Скорее всего, одни студенты, ведь ночные сеансы стоили намного дешевле вечерних. Не знаю, за какую цену двое моих соседей по общаге приобрели билеты, я же купил свой по «Пушкинской карте»: если есть возможность, всегда стараюсь на чем-нибудь сэкономить. Дэн убежал в туалет полчаса назад и до сих пор не вернулся. Это наталкивало на мысль, что роллы были не такими уж и безобидными. Виви на соседнем сиденье молча смотрела фильм, то закрывая глаза и уши, то бросая на меня тревожные взгляды. Меня это забавляло. Зачем надо было соглашаться на сеанс фильма-катастрофы?

Я старался не глазеть на нее, но иногда все же бросал косые взгляды: свет от большого экрана падал на длинные малиновые волосы, превращая их то в пурпурные, то в темно-синие. Смело и необычно.

Вдруг она наклонилась ко мне близко-близко, окутав ароматом зеленого яблока, и сквозь рев зомби сказала:

– Может, проверишь Дэна? Что-то он совсем там застрял.

– Думаешь, его зомби унесли? – улыбнулся я.

Она пожала плечами, будто такая вероятность действительно была.

Как раз в этот момент в кармане джинсов завибрировал телефон. Дэн написал мне, что близок к смерти, поэтому просит после фильма проводить Виви до ее комнаты. Я показал ей экран, она улыбнулась и закатила глаза с видом «я-же-говорила-что-нужно-было-покупать-пиццу».

Мы продолжили смотреть фильм, а я все думал о ее фотках из профиля. Кожаная куртка, высокие черные ботинки, байк… Она выглядела круто! Интересно, давно гоняет?.. Неожиданно Виолетта вздрогнула, когда на экране показали автомобильную аварию и колонки громыхнули от взрывов. Она схватила меня за рукав черной толстовки, видимо, забыв, что рядом с ней уже не Дэн. И это прикосновение показалось мне неожиданно приятным, будоражащим. Я озадаченно посмотрел сначала на ее руку, а потом – на ее лицо. Виви побледнела, однако нашла в себе силы расцепить пальцы; шепнула «извини», неловко заерзала в кресле и уткнулась в мобильник, больше не глядя на экран кинозала.

До конца фильма я время от времени ухмылялся: вот ведь молодцы – один отравился и уехал домой, вторая – не смотрит. Отлично повеселились, ничего не скажешь! Соглашаясь на этот сеанс, я рассчитывал поржать с Дэном над какими-нибудь тупыми моментами. А что получил? Вечер в напряженном молчании.

Наконец-то на экране побежали титры, и мы вместе с небольшой толпой вышли в холл.

– Ты не против, если на каршеринге поедем?

– Да, давай.

Забронировал тачку, и мы пошли на ее поиски. Я не знал, как избавиться от неловкого молчания, повисшего между нами. Надо было срочно что-нибудь у нее спросить, чтобы не выглядеть идиотом.

– Понравился фильм?

– Не особо.

– Так ты почти весь сеанс просидела с закрытыми глазами и ушами! – хмыкнул я.

– Дэн выбирал. Сказал, что со страхами надо справляться только так. Типа клин клином вышибают.

– С каким страхом? – я нахмурился.

– Эм-м… Со страхом взрывов. Плохо сплю последнее время.

– Почему ты боишься взрывов?

Она тяжело вздохнула, и я понял, что расспрашивать лучше не стоит.

– И что, работает его теория?

– Чувствую, что нет.

Я тихо усмехнулся.

– Нужно заниматься спортом. Помогает. После хорошей физической нагрузки в тело поступают гормоны удовольствия, нервы успокаиваются, мышцы расслабляются. Крепче спится.

– Каким спортом?

– Да любым… Аэробика, плавание, тренажеры… Что угодно. Могу показать тебе зал, в котором занимаюсь. Он в корпусе Института биологии. Для студентов посещение бесплатное.

– А-а, да-да, мне соседка рассказывала про тренажерный зал. Может быть… – она пожала плечами, – надо подумать. Но я не любитель спорта, честно говоря.

Я снова посмотрел на карту, разыскивая машину, она была где-то поблизости.

На этот раз Виви села рядом со мной, на переднее сиденье. Пока я проверял салон на наличие подозрительных вещей, она выбирала радиостанцию, тыкая на кнопки изящными пальчиками. Пришлось наклониться к ней слишком близко, когда мне понадобились документы на машину, они лежали в бардачке. Мне даже показалось, что я уловил аромат ее блеска для губ или чего-то такого. Она смутилась: слегка нахмурилась и напряглась. Да и мне было неловко вот так нависать над ней! Забрав прозрачную папку, я откинулся на свое кресло.

В колонках загрохотала клубная музыка, и мы поехали за город. Проезжая мост над рекой, я думал, о чем бы с ней поговорить, чтобы она не считала меня занудой. После того как из семьи ушел отец, все твердили мне, что я закрылся, обозлился, стал грубым и жестким. Вот бы Виолетта не посчитала меня таким! Почему-то перед ней хотелось выглядеть лучшей версией себя. Еще и Дэна рядом не было…

Я бросил взгляд в боковое зеркало и пошел на обгон. Краем глаза заметил, что Виолетта о чем-то сосредоточенно думала, облокотившись на дверь и положив щеку на ладонь. Свет от фонарей поблескивал в клепках ее расстегнутой косухи.

Как же она ей была к лицу!

Я сжал руль крепче.

– Как английский? Уже приступила к изучению времен?

– Какой там! – Она ухмыльнулась, глядя на огни города, мелькающие за окном. – Совсем чуть-чуть. Посмотрела несколько роликов про Present Simple[14] на Ютубе у разных блогеров. В голове, кажется, начал складываться пазл. Я даже попыталась выполнить несколько упражнений, но кто их будет проверять? Дэн занят, он погрузился в учебу. Все оказалось не так просто, как он изначально думал. Штудирует учебники, а минуты отдыха не хочется у него забирать. Я и сама после учебы мечтаю только об одном – полежать, как мох на болоте. Расслаблять мозги тоже надо.

– Согласен.

Мы подъехали к общежитию.

– Это тебе так кажется, что надо много времени, чтобы выучить другой язык. Ты наверняка считаешь, что необходимо собрать волю в кулак, стиснуть зубы и действовать. На самом деле все гораздо проще: достаточно каждый день делать маленький шаг к своей цели.

– Или хотя бы лежать в ее сторону, – рассмеялась Виви. – Давай выйдем из машины, деньги же капают.

Мы встали на крыльце под желтым фонарем и слушали ночной шепот деревьев в парке.

– Если сразу возьмешь высокий темп, будет трудно его удержать, – рассуждал я. – А если забросишь, начать снова будет еще труднее. Поэтому достаточно заниматься хотя бы по пятнадцать минут, но каждый день! Уже к концу первого семестра заметишь, как ты продвинулась вперед. Главное, не пропускать и не лениться. Это искусство маленьких шагов.

– У меня мотивация огромная, потому что вариантов больше нет. Хочу сдать сессию вовремя и на хорошие оценки, и чтобы английский при этом не висел долгом до следующей зачетной недели…

– Молодые люди, вы заходите? – Вахтерша нарушила наше уединение, выглянув из приоткрывшейся двери, нам пришлось зайти внутрь.

Я проводил Виви до комнаты, и мне стало даже немного жаль, что ей уже пора.

– Если хочешь, я проверю твои упражнения.

– Тебе не жалко тратить на меня личное время? – она с сомнением посмотрела на меня.

– Давай свой номер. Спишемся завтра, обсудим.

Глава 5
Виви

Сентябрьский теплый ветер обдувал мое лицо и играл с распущенными волосами. Я сидела во внутреннем дворике учебного корпуса, возле небольшого фонтана, и качалась на парковых качелях, схватившись руками за цепи. Уютный сквер уже заполнился яркими красками: неизбежно приближалась осень с золотыми, оранжевыми и багряными оттенками.

Недалеко от меня, возле постриженных кустов акации, гуляла влюбленная парочка: они катались на велосипедах, а теперь остановились здесь, чтобы попить воды. Было приятно наблюдать за ними. Девушка кончиками пальцев поправила парню растрепавшуюся от ветра челку, а он в благодарность поймал губами ее руку и нежно чмокнул в тыльную сторону ладони. Это выглядело так чисто, так невинно, что у меня защемило сердце от тоски.

В кармане джинсов зазвонил телефон.

– Привет! Давно не виделись. Как ты? – в трубке послышался голос Дэна. Мы и правда не встречались уже несколько дней с тех пор, как он отравился в кафе. Обоих придавил гранит науки.

– Я-то нормально. А вот ты как себя чувствуешь? – хихикнула я.

– Сносно. Правда, мне пришлось есть противное, как сладкий песок, лекарство. Повезло, что у Айвэна под кроватью настоящая передвижная аптека. Похоже, он еще тот ипохондрик. Извини, что не смог проводить тебя той ночью.

– Все в порядке, твой сосед справился.

– Надеюсь, он проводил тебя до кроватки и подарил сладкий поцелуй на прощание, чтобы крепче спалось?

– Конечно, все так и было, – прыснула я. – Как ты угадал?

– Я – маг и чародей, – по голосу было слышно, что Кудрявый улыбается. – Заходи в гости вечером, съездим куда-нибудь или посидим у нас на кухне, выпьем кофе, поболтаем.

– Зайду. – Я посмотрела на наручные часы. – Денис, у меня сейчас будет английский. Мне пора!

– Понятно… Ладно. Желаю удачи.

– Она мне пригодится.

Скинув звонок, я поправила сиреневую рубашку, завязала волосы в высокий хвост и пошла в учебный корпус, размахивая рюкзаком.

На первой паре нам провели тестирование и аудирование, чтобы разделить на подгруппы по уровню владения языком. Ожидаемо, я оказалась среди представителей палеозоя. Мне дали листочек с результатами теста, где все было перечеркано, и направление в аудиторию «для тупых». Я специально заняла место на последней парте, подальше от преподавателя, чтобы у меня по возможности ничего не спрашивали.

В глазах этой на первый взгляд милой женщины была надежда, что мы хотя бы чуть-чуть ее понимаем.

Ну это вряд ли.

Сегодня Миссис Золотые кудри живо рассказывала про план обучения на этот семестр, а я рассматривала одногруппников. Это нехорошо, но меня радовало, что не только в моей школе английский преподавали отвратительно.

Неожиданно соседка ткнула меня в плечо.

– Может, после этой пары сходим вместе в буфет? – шепнула милая девушка с прямыми темными волосами и разного цвета глазами – голубым и зеленым. – Тебя как зовут?

– Виолетта. А тебя?

– Диана.

– Давай сходим, – кивнула я.

Девчушка показалась мне такой же потерянной, как и я. Когда преподаватель бросил на нас многозначительный взгляд, продолжая рассказывать про транскрипцию и правила чтения английских слов, Диана смущенно опустила глаза в тетрадь.

Всю пару я чувствовала, как в моей голове туда-сюда шарахалось перекати-поле. А когда меня попросили зачитать небольшой отрывок, преподаватель едва не изобразила эмодзи «рука-лицо». Она терпеливо выдохнула, спросила, в какой школе я училась – видимо, ее интересовало, где так безобразно преподавали ее любимейший предмет. После чего задала мне сделать конспект параграфа по произношению английских звуков (согласных, гласных и дифтонгов) и пообещала, что спросит меня на следующей паре. Так и знала, что еще намучаюсь с этим предметом!

В столовую мы с Дианой брели расстроенные. И так догадывались, что знание иностранного языка у нас ниже среднего, но чтобы настолько все было плохо! Похоже, мы были худшими из худших.

– Что делаешь? – я заглянула в комнату Дэна и Айвэна, последнего тут не было, только пустая, аккуратно застеленная кровать и ровная стопка учебников.

– «Лежу и молчу, двери запер на замок. Приятный отдых».

– Это какие-то отсылки для людей с ICQ больше 100?

Дэн расхохотался.

– Это хайку из-под пера Мицуо Басе. Ну, знаешь, японская лирическая поэзия. Не читала?

– Не-а, я больше люблю увесистые романы или что-нибудь по психологии и психиатрии… Серийные убийцы, там, маньяки всякие, психопаты. Я же изначально хотела поступить на юриста, чтобы работать следователем или адвокатом. Так что стихи – не моя тема. Ты готов? Мы же собирались вечером выпить где-нибудь кофе или, может… – я повела подбородком в сторону его живота, – чай из полыни или настой укропа.

Он цокнул и улыбнулся мне. Выхватил из шкафа чистую, но с уже потертым рисунком футболку, невзрачную серую толстовку и скрылся в ванной, чтобы переодеться. Я же села на его кровать, откинулась спиной на стену и начала копаться в телефоне. Из большой комнаты к входной двери прошли рыжий парень и щуплый молодой человек с прямыми черными волосами, забранными в хвостик. Костя и Стас. Оба бросили на меня короткие удивленные взгляды. Явно не ожидали увидеть в своем логове девчонку. Я помахала им одними пальчиками, Стас потупил взгляд, а Костя сдержанно улыбнулся. Дверь за ними закрылась с грохотом.

– Я возьму с собой рюкзак с компьютером, поработаю над игрой. Ты же не против? – Дэн вернулся из ванной.

– Конечно, нет. Именно это я и ценю в нашей дружбе, что каждый может заниматься своим делом, но находиться при этом рядом. Разговаривать – необязательно. Просто сидеть в компании друг друга – кайф.

– Согласен.

Так как все ребята разошлись, Дэн закрывал дверь квартиры на ключ. В общем коридоре он отдал мне подержать свою сумку с техникой.

– Твой рюкзак весит, как все мои грехи!

От лифтов шел Айвэн. И Дэн его не видел, иначе бы перестал проворачивать ключ в скважине.

– Значит, ты безгрешный ангел. – Он не смог удержаться и чмокнул меня в лоб, забирая сумку обратно и с легкостью забрасывая ее на одно плечо.

Айвэн проследил взглядом за его милым жестом.

– Один раз дверь запри, семь раз проверь… – приговаривал Дэн.

– Попахивает обсессивно-компульсивным расстройством, – сказала я, посмеиваясь.

– Не закрывай.

– О, это ты, Ванек, – улыбнулся Дэн, ничуть не смутившись. – Уже закрыл. Держи!

Он бросил соседу ключ, тот ловко поймал его одним резким движением, и мы скрылись в лифте.

Следующие несколько часов я и Дэн поглощали кофе, болтали и занимались учебой. Я жаловалась на то, что ожидаемо не понравилась преподавателю по иностранному языку, что плохо читала, и препод Миссис Золотые кудри меня запомнила, при этом выдала дополнительное задание.

– Представляешь? Она просто взбесилась, когда у меня вместо «корабля» получился «баран»[15].

– Ошибки в длительности гласных часто приводят к нарушению смысла, – улыбнулся Дэн. – Этот язык хотя и простой, в нем все равно есть подводные камни. Хотелось бы мне тебе помочь, но, к сожалению, не могу загрузить в чужую голову собственные знания. Была бы такая волшебная флешка, я с удовольствием поделился бы с тобой. Раз! Свободно читаешь и разговариваешь!

– Знаю. – Я накрыла его руку, сжимающую мышку. – Спасибо!

Он снова улыбнулся.

– Ладно, мне надо прочитать для семинара главу про возрастные этапы развития психики человека.

– А я продолжу писать код для своей игры.

Но долго читать у меня не получилось. Написал Айвэн и спросил про проверку упражнений, я ответила ему, что вечером можно увидеться и обсудить.

– Твой сосед всегда такой угрюмый, – сказала я, нарушив в очередной раз наше молчание, откладывая телефон.

Дэн поднял глаза от ноутбука и некоторое время обдумывал брошенную мной фразу.

– У него есть на это причины, наверное.

– Какие?

– Не знаю. – Он пожал плечами.

– Какой он вообще, этот Айвэн?

– Хм… Один из тех людей, рядом с которыми стоит только замешкаться, и ты уже ведешь здоровый образ жизни, занимаешься спортом и изучаешь что-то новое. Он обожает порядок и чистоту, у него все по полочкам и по расписанию.

Ответ меня развеселил. Наверное, он и правда тот еще зануда.

Через пару часов мы засобирались домой. По пути заскочили в магазинчик подарков, где Дэн купил мне плюшевого акита-ину с вытянутым тельцем и маленькими лапками. Я уже представляла, как обхвачу мягкого песика руками и ногами и крепко усну. Еще и несколько сиреневых воздушных шаров с блестками вручил, чтобы приободрить меня. Обратно ехали в полупустом автобусе, и все это было невероятно романтично.

– Ты в выходные остаешься в городе? – спросил Дэн.

– Да.

– Давай сходим в торговый центр, поможешь мне выбрать одежду. Хочу выбросить эти старые шмотки, доставшиеся от старшаков. Мне как раз сегодня от государства ежемесячную выплату скинули.

– С удовольствием. Почему бы и нет? Не надо бояться избавляться от старых вещей и хлама. Новая жизнь, новая энергия.

Когда мы подходили к общежитию, я подняла глаза на четвертый этаж и увидела стоящего на балконе Айвэна, облокотившегося на перила. Он пил что-то горячее из кружки и не сводил с нас глаз.

Глава 6
Айвэн

Прошло две учебных недели. Все предметы для меня пока что были понятны. В последний год в гимназии мы прошли часть программы первого курса, и мне не надо было дополнительно штудировать учебники. Именно поэтому я так безмятежно спал в это воскресное утро. Сквозь сон я почувствовал какой-то легкий аромат, сладковатый и соблазнительный. Снилось, будто спелое яблоко упало в дождевую бочку с холодной водой. Красное, хрусткое, сочное. С фруктовым ароматом смешивались свежие ноты дождя и влажной травы, которую обычно приносят с прогулки на резиновых сапогах. Давно мне не снились такие яркие сны с запахами… Я чуть приоткрыл глаза. В нашей комнате была Виви.

Неразлучники смотрели фильм на соседней кровати, в наушниках. Виолетта, завороженная действием на экране, зачерпнула ложкой пломбир из ведерка и положила холодный комочек мороженого в рот, не отрывая взгляда от монитора.

Засмотрелся на нее…

Надо было вставать, но под одеялом я был в одних боксерах. Меня до сих пор мучила привычка стесняться своего тела, даже несмотря на то, что я неплохо подкачался за последние два года. Подтянул к себе плед и начал ворочаться, закручиваясь в него, как гусеница, и они повернули головы в мою сторону.

– Доброе утро, – сказал добродушно Дэн, вынув наушник и поставив видео на паузу.

Кто вообще смотрит фильмы по утрам в выходные?

– Доброе. – Я потер заспанное лицо, прошелся по комнате в пледе-плаще, как император, и заглянул в монитор соседа. – Они умрут в конце… – отомстил я им за неудобства.

– Э! Какого хрена!

– Для чего еще нужны друзья, если не для того, чтобы проспойлерить все самое интересное?

– Говнюк!

Одной рукой я продолжал удерживать королевскую мантию в цветочек, второй – зачесал волосы назад и, коварно ухмыляясь, удалился в душ.

Водные процедуры быстро придали мне бодрости. Закончив, я не стал вытираться досуха, капли стекали с волос, катились по спине и впитывались в полотенце на бедрах. Я почистил зубы, побрился. Перед тем как выйти на балкон, тщательно вытерся и оделся. На свежем воздухе выпил небольшую бутылку минералки, чтобы восстановить водный баланс после сна. С высоты четвертого этажа было видно, как парк вокруг Института биологии пылал рыжей и красной листвой. Вдалеке среди деревьев ходила группа ботаников… настоящих, а не таких, как мы с Дэном. Я вдруг подумал, что его подушка, которую сейчас обнимает Виолетта, наверняка еще долго будет пахнуть ее духами. З – зависть.

Я прошел на кухню, выпил в одиночестве чашку растворимого кофе и вернулся в комнату, где уже никого не было. Остался лишь призрачный аромат яблок.

– Куда, интересно, они ушли? – сказал я настолько тихо, что едва расслышал сам. – Могли бы пригласить с собой. Или я уже третий лишний?

В квартире было тихо. Парни разъехались на выходные по домам, но сегодня вечером должны были вернуться, ведь завтра – понедельник. Включив любимое музло на телефоне, я натянул чистую белую футболку, черные джинсы и ветровку. Поехал в город полюбоваться на свою мечту, которую планировал воплотить в жизнь к концу этого учебного года. Дело оставалось за малым – разработать пару приложений и выиграть весенний турнир в Доту. Благо все парни в комнате хорошо играли. Мы решили выдвинуть свою команду на участие.

К вечеру общий коридор наполнился голосами, и наша хлипкая входная дверь непрерывно хлопала, начиная с пяти вечера. Пацаны по очереди возвращались из своих городков и поселений. Они заглядывали ко мне в комнату, салютовали и исчезали в своей, с грохотом бросали тяжелые сумки на пол. Дэн тоже приехал.

– Где пропадал весь день? – лениво поинтересовался я, не отрываясь от «Ангелов Ада»[16] на планшете.

– С Виви ходили по магазинам. – Он поставил рядом с кроватью пакетов пятнадцать. – Помогла мне выбрать новые шмотки. Обновил сразу весь гардероб. Сейчас займусь выгребанием старья, отнесу все на мусорку. Мои поношенные вещи даже бомжам отдавать стыдно.

Я улыбнулся.

– Думал, ты с нами в Доту сыграешь.

– Когда? – Он вытаскивал новые джинсы, свитера, футболки с бирками и бросал их на кровать.

– Через час начинаем тренировку.

– Так я успею!.. – Он заглянул еще в один пакет и пробубнил под нос: – Продукты на кухню… – Открыл следующий. – О-о! Ванек, смотри, какие подкрадули выбрал.

Я заценил его новые коричневые ботинки на белой подошве.

– Непрактично. Но смотрится прикольно.

– Вообще огонь! У меня таких никогда не было!

Я помог Дэну вынести мешки с его растянутыми кофтами и пожелтевшими от времени футболками, а потом мы засели за компьютеры и натянули наушники.

– Мы должны сделать это, пацаны! – объявил я, со щелчком опуская микрофон ко рту. – Давайте выстроим стратегию игры на сегодня…

Оторваться от Доты было сложно, но ужин и домашку никто не отменял. Естественно, никто и не думал открывать учебники в выходные, и мы решили сделать перерыв в игре до завтра. Я отложил наушники и лениво начал продираться сквозь домашку по матану.

Ко мне заглянула рыжая лохматая голова Константы. Он сказал, что Серж и Троцкий пригласили в гости каких-то девчонок и что после ужина с ними намечается турнир в карты.

– Сыграешь с нами?

Я молча кивнул.

– А пока, может, приготовим что-нибудь съедобное?

– Давай. Закончу только с подготовкой к семинару. Десять минут.

Мы вошли с ним на кухню, где Дэн наконец-то начал разбирать пакеты с продуктами: он закидывал что-то в холодильник, что-то в кухонные шкафчики. Я взял упаковки с овощами и принялся готовить салат, раздумывая о том, позовет ли Дэн свою подружку играть сегодня вечером. Я нахмурился. Почему меня это так волновало? Может, потому что они частенько смотрят в нашей комнате фильмы, и я стал привыкать к ней? Она прикольная. Из-за ее отсутствия я чувствовал себя как-то… странно.

– Ого! Вот это огурцы! – присвистнул Константа, выдергивая меня из задумчивости.

Они и правда были гигантскими.

– Тепличные, – предположил я.

– Это же Лазерный меч из Далекой-Далекой Галактики. – Он начал размахивать им, изображая Энакина Скайуокера[17], демонстрируя нам мастерскую ловкость и гармонию с Силой. – Я буду поддерживать мир и вершить правосудие в 404-й квартире!

Мы с Дэном посмотрели на него снисходительно, как на умалишенного, а Костя засмеялся.

– Да ладно вам… Смешно же! Блин… Он начал подгнивать.

– Покажи.

– Фу! Какой он мерзкий! – согласился Дэн. – Уже и плесень есть!

Константа снова начал хохотать:

– О! Мне тут такая идея пришла! Давайте этот тухлый огурец положим Стасу под простыню, а потом разоблачим его, будто он объедает нас. Вот он офигеет, когда мы раскроем дело, куда пропадают продукты из холодильника!

Мы не смогли удержаться и все-таки заржали вместе с ним.

– Пойдемте-пойдемте, у него сейчас как раз заплыв с утками.

Пользуясь моментом, пока Стас застрял в ванной, рыжий подсунул ему огурец в кровать и удалился как ни в чем не бывало, посвистывая и засунув руки в карманы.

До начала настольной игры, пока мы готовили ужин, Костя с Дэном покатывались со смеху. Особенно когда мимо них проходил Стас. Бедняге периодически приходилось осматривать себя в зеркале. Я тоже таинственно улыбался, что заставляло его нервничать, а парней – хохотать еще громче.

– Придурки! – бросил нам недовольно Стас и засел за компьютер в большой комнате. Решил, что мы просто блефовали. А зря…

После ужина в квартире стало шумно. Я тоже выбрался из своего убежища, кинув на подушку планшет с недочитанной главой, когда на кухне уже все собрались.

– Наконец-то душнила компании подтянулся. – Серж хохотнул, а я показал ему средний палец и сел рядом со Стасом. Между мной и Троцким остался пустой табурет для Дэна. Но мой сосед по комнате куда-то улизнул после ужина, приодевшись в новые шмотки. Наверное, эти двое опять ушли гулять. Я откинулся на стуле и скрестил руки на груди.

– Эй, Иван, повеселее! – хлопнул меня по плечу Троцкий, я пихнул его в ответ. Перестарался. Он чуть не улетел с табурета, но я его придержал за футболку.

– Так достаточно весело? – улыбнулся я.

Мы еще некоторое время шутливо толкались.

– Начинаем? – сказал Серж, тасуя карты «Свинтуса»[18] и оглядывая собравшихся. – Дэна только не хватает. Ну ладно. Как-нибудь без него… Итак, девочки! Играем на раздевание!

Девчонки сразу завизжали, что они на такое не согласны и уходят. Сержу пришлось уверять их, что он просто пошутил и готов загладить свою вину – раздеться перед ними прямо сейчас, проиграв авансом. Соседки одобрительно присвистнули, Серж уже взялся за края футболки, вот-вот должен был начаться стриптиз, но всеобщий игривый настрой сбил стук входной двери. Все обернулись в ожидании появления Дэна, но зашла Виви. Она тоже его искала, как и мы.

Виолетта, видимо, бежала по лестнице, торопилась, поэтому сейчас тяжело дышала.

– Мармеладка, ты так пыхтишь и отдуваешься, будто занималась чем-то непристойным, – сказал ей Серж с придыханием и закусил нижнюю губу, все еще пребывая в роли Супер Майка[19].

Она картинно закатила глаза с видом «отвали».

– Как по мне, парень должен представлять из себя нечто большее, чем мешок с остротами.

Выражение лица Сержа на секунду поменялось, будто его впервые спускали с небес на землю.

– Почему сегодня никто не воспринимает мои шутки! Потому что Меркурий ретроградный или потому что завтра понедельник? – он притворно обиделся. – Давай, Мармеладка, сыграй вместе с нами в «Свинтуса». Иди сюда.

– Да, – подхватил Антонио, – я научу тебя с ангельским выражением лица обманывать соперника. Нам как раз не хватает одного игрока, – и шлепнул ладонью по табурету между мной и им.

Она озадаченно рассматривала стол с картами.

– Я вообще-то к парам готовлюсь.

– Да ладно! У тебя еще вся ночь впереди. Давай-давай, я не кусаюсь, – не сдавался Антонио. – Иди сюда.

– Но я никогда не играла в такую игру…

– Мы научим.

Она вздохнула, но потом все же пролезла между мной и Троцким, ухватившись руками за наши плечи.

– Итак! – объявил Серж, сжимая колоду. – Да начнется мясо и рубилово! Главная задача – поскорее избавиться от карточек.

Карты с веселыми рисунками летели на стол, мы спорили, подкалывали друг друга и смеялись. Виви тоже довольно быстро включилась. Каждый хотел выйти победителем, атмосфера накалилась. Мне стало жарко. То ли оттого, что в комнате было много людей, то ли оттого, что бедро симпатичной девушки в широких джинсах прижималось к моему, а еще наши голые локти постоянно соприкасались, когда она скидывала карты на игровое поле. Мне было безумно приятно ощущать ее рядом с собой. И как же от нее приятно пахло! Всеми этими женскими штучками: лосьонами, кремами, духами.

К концу партии я заметил, что Виви проигрывает… Захотелось вытянуть ее. Почему-то с того дня, как мы познакомились, мне постоянно чудилась легкая грусть в ее лазуритовых глазах. Неужели все из-за английского, который никак ей не давался? Когда выпала карта «Хлопкопыт» и наступил момент стучать по стопке карт, игроки тут же устремили руки к колоде. Я специально не стал спешить, лишь аккуратно положил свою ладонь поверх изящной ручки Виви, чтобы не сломать ей ногти и не ударить. Да, я был последний и из-за этого потом проиграл, но зато она улыбалась.

– Иван, ты продул. Раздевайся, – скомандовал Серж.

– Обойдешься.

Все заржали.

– Давайте на день программиста сходим в клуб? – вдруг предложил Троцкий, снова перемешивая карты.

– Не, я не пойду, – сказал Константа и убрал рыжие волосы под ободок. – Я решил полностью погрузиться в учебный процесс.

– Ты?! – с изумлением уставился на него Стас, уж он-то знал, что Костя начал семестр без энтузиазма, пропускал пары и смотрел сериалы в комнате. – Так и скажи, что у тебя нет денег…

– Да, нет денег, – кисло признался он.

Среди присутствующих прокатились смешки.

– Я одолжу тебе, если хочешь, – предложил я.

– Иде-ет! – Константа сразу оживился.

Мы сыграли еще несколько раундов, я снова поддался и стал полным аутсайдером этого вечера. Но мне было все равно. Главное, что я видел в глазах Виви неподдельное веселье.

Постепенно приглашенные из соседних комнат девчонки начали расходиться. На кухне остались только все наши и Виолетта. Она тоже собиралась уходить, но заинтересованно обернулась на Сержа, когда он взял в руки гитару и начал перебирать струны. Серж не сводил с Виви глаз. Он виртуозно владел музыкальным инструментом, кончики его пальцев обладали какой-то магией, властью над струнами. И пел он тоже отлично.

Виолетта дослушала песню до конца, откинувшись спиной на дверной косяк кухни.

– Вау… – Она одобрительно сжала губы.

– You rock![20] – добавил я.

– Нравится, Мармеладка? – Мой сосед улыбнулся Виви абсолютно обезоруживающей улыбкой. – У меня удивительно проворные пальцы. – Он самодовольно ухмыльнулся и отложил гитару. – Приходи как-нибудь на наши вечерние концерты на балконе, споем вместе.

«Видишь, как Серж хорошо играет на гитаре, а Троцкий настолько хорош собой, что она весь вечер переглядывалась с ним. А ты… Такой же жалкий, как твой родной батя».

Судорожно вздохнул.

Заткнись, урод!

Я смотрел на парней и сопротивлялся как мог едким замечаниям голоса, поселившегося внутри меня.

«Ха-ха-ха! Ты никогда ее не заинтересуешь! Посмотри на себя… Худой, как шпала, и эти прыщи… Фу!»

Схватив кружку с пресным чаем, я вышел из кухни.

Я уже не такой!

«Такой-такой…»

– Подумаю, – сказала Виви Сержу позади меня и попрощалась.

Она догнала меня возле входной двери, когда я почти зашел в свою комнату.

– Слушай, Вань, ты можешь проверить мою домашку по английскому?

– Хм… Давай посмотрю. У меня сейчас как раз есть свободное время.

Вообще-то его нет. Меня ждет лабораторка по кодингу.

– О, правда?

– Угу. – Я отпил чай.

– У меня тетрадь наверху. Хочешь подняться? Или мне вернуться сюда с ней?

– Пошли к тебе.

Мы поднялись на три этажа вверх. Я – все так же с кружкой. Никогда не любил остывший чай.

– Дэн рассказывал, что ты – гений программирования, – сказала она, выходя из лифта. – У тебя, наверное, родители математики или компьютерщики?

Я усмехнулся.

– Видела мем? «Из айтишников в моей семье только закодированный батя». Моя ситуация. Правда, у меня был отчим, и ему это не помогло, он недавно умер после пьянки… Мама – медсестра в городской больнице, а настоящего отца я не особо помню, он давно ушел из семьи.

– Оу, соболезную смерти отчима.

Я весело фыркнул. Мне было все равно, что этот урод отъехал. Для меня это был абсолютно чужой человек.

Перед тем как войти в их квартиру, я попросил Виви проверить обстановку внутри, чтобы никто из дам не проплывал по маршруту «ванная – спальная комната» в одном шелковом халате или без него. Не хотелось ставить их в неудобное положение или, того хуже, получить выговор от коменданта. Пока Виолетта осматривала внутренний коридор и комнаты, я стоял в общем в тапках и с чашкой, прихлебывая чай. Зашел только тогда, когда она подала знак рукой, что путь чист.

Я быстро проверил ее домашку и отдал тетрадь с исправлениями. Это было простое упражнение, но ошибок в нем она сделала море.

– И никакой я не гений, – бросил на прощание и вышел на лестничную площадку.

Сбегая по ступеням вниз, все думал, как же неловко проводить с ней время наедине.

Стас проспал всю ночь рядом с вонючим огурцом и даже не заметил присутствия опасного соседства. Когда я заглянул к ним в комнату, Костя уже начал операцию по разоблачению худощавого святоши.

– А что это у тебя тут такое? – спросил Константа, ощупывая твердый выступ под простыней. Потом вытащил из-под постельного белья тщедушного друга собственноручно спрятанный накануне артефакт на глазах у обалдевшего Сержа и ошалелого Антона. Повертел в руках и кинул дружку на одеяло.

– Пойман с поличным!

– Не знаю… Фу! Это не мое! – захрипел после сна Стас.

– Твое-твое, – захохотал Константа, и остальные подключились к всеобщей истерике. – Наконец-то мы нашли того, кто опустошает холодильник, когда все разъезжаются на пары!

– Знаешь что?! Да пошел ты! Я сказал, что это не мой огурец! Кто из вас его мне подсунул? – Он подхватил овощ с одеяла и кинул в Сержа. – По-любому, это был ты!

– Ты обалдел? – взбрыкнул Серж. – Фу! Что это с ним? Да он уже начал протухать, пацаны! Наверное, давно был спрятан под матрасом. Я его даже трогать не буду!

Серж подхватил огурец грязным носком, но в шутку отправил бумеранг удачи в не ожидающего этого Троцкого.

– Эй, урод!

Стас тоже начал смеяться вместе с покатывающимися Константой и Дэном, которые стояли в дверях рядом со мной и наблюдали за этим безобразием. От своего рыжего друга он абсолютно не ждал подставы, поэтому даже не подозревал его.

– Ладно. – Стас примирительно замахал руками, пока огурец путешествовал по кроватям. – Положите его на кухонный стол. Я проснусь и настрогаю его вам в салат, – и лег спать дальше.

Парней, кажется, начало мутить.

– Я сам сейчас тут настругаю, – заорал Троцкий, которому огурец только что прилетел по лбу, теперь уже с моей подачи.

– Теперь я соглашусь съесть приготовленное Стасом блюдо только в качестве предсмертной трапезы, – театрально предупредил Серж, хохоча и прижимая руку к груди.

– Ты совершенно прав. Готовлю вам только из тех продуктов, что пригрел под боком. Пропитываю их энергией любви. – Не открывая глаз, Стас хохотнул в подушку.

– Чур я готовлю завтрак. – Константа выбежал из комнаты в сторону кухни.

– Чур этот братишка едет с ним сегодня в универ, – тихо заржал Троцкий, засовывая огурец в рюкзак Кости, пока тот не слышал.

– Давайте, кто первый избавится от него, выкинув в мусорное ведро, тот проиграл и ставит два ящика пшеничного смузи. – Серж взял нас на слабо. – Нефильтрованного.

– Идет.

Чувствую, эта игра будет долгой. Никто не захочет уступать. Дух соревнований – у нас в крови.

Все еще посмеиваясь, мы с Дэном ушли к себе переодеваться и собираться на учебу.

Виви

Уже полгода я ни для кого не готовила, но сегодня захотелось испечь творожно-банановое печенье. С утра у меня было только две пары, и теперь я была полностью свободна. Я позвала Айвэна позаниматься английским, но, чтобы это не выглядело как-то неприлично, пригласила вместе с ним Дэна.

Когда я достала из духовки последнюю партию, в дверь аккуратно постучали. Мальчики принесли с собой кофе в больших бумажных стаканах.

– Я пришел почистить на вашей кухне файлы cookies, – профессионально сообщил мне Дэн, потянулся к тазику с печеньем и блаженно кивнул, снимая пробу. – М-м-м! Роскошество! Напоминает дом и маму.

– Ты ее хорошо помнишь? – Я постаралась, чтобы голос звучал деликатно.

– Так… Обрывками. Словно сон. Столько лет уже прошло!

– Скучаешь?

– Да.

Он еще что-то говорил про нее, но я едва могла разобрать слова, потому что его рот был набит. Айвэн съел только несколько штук, и я подумала, что ему не понравилось.

– Не любишь сладкое?

– Выпечка не очень полезна для организма, – смущенно сказал он. – Но вкусно. Спасибо.

– Ой, не могу! – Дэн засмеялся с набитым ртом, полетели крошки. – В тебе будто живет вечно всем недовольный дед.

– Отвали.

В коридоре хлопнула дверь, и на кухню заглянула Таня. Она не удержалась и, расстегивая на ходу плащ, заинтересованно заглянула в таз с печеньем.

– Как пахнет!

– Привет, садись. Сейчас налью тебе чай. Это Айвэн, он подтягивает мой английский, Дэна ты знаешь.

– Привет, – она протянула моему сэнсэю руку, – Таня, пятый курс, журналистика.

Мы посидели за столом совсем недолго. Айвэн намекнул, что пора приняться за главное блюдо – за инглиш. Он посмотрел на меня и постучал по циферблату смарт-часов. Пришлось оставить разговоры.

Следующий час мы разбирали с ним Present Simple, потягивая кофе.

– Начнем с базы, – сказал он, положив руку на спинку моего стула. – Времена в английском языке – это скелет, без него нельзя нарастить мышечную массу. Под этим я подразумеваю словарный запас. Хм. Какие-то спортивные метафоры получаются… Ладно. Не зная времен, ты не поймешь, что случилось вчера, а что произойдет завтра. Понимаешь?

Глаза напротив меня были как серая бездна дождливого неба. Они гипнотизировали и завораживали. Пришлось мысленно себя одернуть.

– Угу.

– Итак, маркеры времени Present Simple… – Голос Айвэна был напряжен, словно он судорожно пытался подобрать понятные для меня слова, будто хотел, чтобы до меня точно дошло.

Айвэн объяснял мне правила, но я постоянно отвлекалась. То на тепло его руки, покоящейся позади меня, то на болтовню и смешки Дэна и Тани на кухне. Никак не могла взять себя в руки. Мой талантливый тичер шикнул на них, чтобы были потише, а потом и вовсе закрыл дверь в маленькую комнату, и мы остались наедине. От этого стало совсем неловко.

Когда я выполняла упражнения по построению предложений, Таня заглянула к нам в комнату:

– Пока, Виолетта! Спасибо за печенье! Поеду зарабатывать новый стресс.

– Это куда?

– На работу в редакцию журнала. Буду поздно. Сегодня сдаем номер в печать.

Дверь за соседкой закрылась, и Дэну стало скучно. Он пришел с кухни, сел на мою кровать, одной рукой обнял плюшевую собаку акита-ину, второй – начал перебирать книги в огромной стопке, стоящей на тумбе в изножье кровати.

– Я устала! Сэнсэй, дай пять минут отдохнуть! А ты, – обратилась к Дэну, – подвинься!

Я легла на кровать и положила ноги Кудрявому на колени. Он даже немного их помял, и я блаженно закрыла глаза.

– Давно встречаетесь? – спросил Айвэн.

– Что? – Мои глаза тут же распахнулись.

– Я с ней? – округлил глаза Дэн, тыча в меня пальцем.

– Я с ним? – повторила я.

Мы оба состроили шутливые гримасы омерзения, высунув языки, после чего засмеялись.

– Нет, мы не встречаемся, – я замахала руками перед собой, – Дениска влюблен в другую и очень давно. Почему, думаешь, он не играл с нами в настольную игру на днях? Потому что ходил на свидание. – И ткнула Кудрявого в бочину пяткой.

– Да. Катюха – девчонка из моего интерната, – признался Дэн со сладкой, мечтательной улыбкой. – Давно мне нравится. И только сейчас, когда мы не под присмотром воспитателей, она начала отвечать мне взаимностью.

– Как это мило! – Я посмотрела на него медовым взглядом, у Дэна был совершенно счастливый вид. – Ты мне еще не рассказал, как у вас все прошло!

– Обязательно расскажу. Пока некогда было.

Повисло неловкое молчание. Казалось, что у Айвэна в этот момент в голове звучало стрекотание сверчков. Он пытался осмыслить сказанное нами, будто долгое время был уверен в обратном. Неужели он раньше думал, что Дэн мне нравится как парень?

Потом Айвэн молча указал на мой учебник, призывая вернуться к занятиям. Я не стала наглеть, тут же подскочила и села рядом с ним. Десяти минут хватило, чтобы прийти в себя. Наверное, он тоже успел отдохнуть, потому что рассмеялся, когда я снова неправильно составила предложение. От его смеха вся комната будто сразу преобразилась, я не могла оторвать взгляд от его запрокинутой головы, вздымающейся от смеха груди и от тонкой кожи вокруг глаз, сложившейся в лучики. Айвэн нечасто смеялся, оттого момент показался мне особенным.

– Я безнадежна, да? – спросила я, успокаиваясь.

– Мы еще поборемся за тебя, – выдохнул он, глядя в тетрадь перед собой, – но на сегодня мои силы исчерпаны.

Пока они обували тапки, я успела переложить печенье в контейнер и сунуть им коробку с собой. Парни же всегда хотят есть?

– Это что, версия to go? – спросил Айвэн со звучащим по-французски «р».

– О, я с удовольствием… Спасибо! – Дэн выхватил у меня коробку и хотел уже выходить, но остановился у дверей. – Завтра мы идем в клуб отмечать день программиста. Составишь нам компанию?

Айвэн так внимательно смотрел на меня, будто ждал ответа больше, чем Дэн.

– Я же не программист, – усмехнулась я. – Да и парням, наверное, не понравится, что ты пригласил меня с собой.

– Понравится, – сказали они в голос.

– Я тоже приглашаю. – Айвэн отвернулся и взялся за ручку двери.

В глазах Дэна я прочитала, что он по-дружески не хочет оставлять меня в одиночестве, чтобы я не квасилась в своих переживаниях. Вот она, настоящая забота! Это я в нем и ценила.

– К следующему уроку посмотри мультфильм Up, – продолжил Айвэн. – В нем мало диалогов, зато очень много коротких базовых высказываний, типа «Let me in» и «Get up!», которые пригодятся для развития разговорной речи. Ок?

– Поняла!

– Поду-ума-а-ай… – загадочно протянул Дэн, постучав себя пальцем по виску.

С пар вернулись близняшки, поэтому парни быстро ушли, чтобы не мешать им раздеваться в маленьком коридорчике. Я выскользнула в общий и украдкой наблюдала с лестничной площадки, как они спускаются и что-то оживленно обсуждают. Мысленно я взвешивала все «за» и «против» – идти ли с ними в клуб.

Глава 7
Айвэн

Как же они долго собираются!

Я стоял на крыльце общежития и ждал, когда спустятся эти жизнерадостные лоси. Даже начал злиться из-за неорганизованности парней. Ведь за эти полчаса, что я стоял здесь, можно было заметно продвинуться в проекте, что был у меня по подработке. К моменту, когда я уже закипел, вышла Виви, и мое раздражение вдруг испарилось. Я удивился: девчонка была одета так же, как и я – тонкий черный свитер, черные рваные джинсы, массивные армейские ботинки и косуха. Одно отличие – у меня не было такой шикарной прически. Среди распущенных малиновых волос заметил сбоку изящную косу с блестящей резинкой. Непривычно было видеть Виолетту в моих любимых темных тонах, обычно ее гардероб был яркий, в сиреневых оттенках, будто она выпорхнула из страны сахарных пони.

Мы посмотрели друг на друга и ухмыльнулись.

– Очень милый наряд. – Единственное, что пришло мне в голову, потому что я целиком и полностью был очарован.

– Считаешь, что в этом я выгляжу как милашка? – Она засмеялась, покачала головой и перевела взгляд на учебный корпус Института биологии.

В ее смехе была магия, и внутри меня что-то екнуло. Я залюбовался ею.

Они не встречаются. Интересно…

– Как дела?

– Нормально.

– Изучение иностранного языка продвигается?

– Ага. Посмотрела мульфильмы по списку, что ты мне скинул в телегу. Выписала непонятные для меня выражения, как раз хотела спросить у тебя их значение. Я так думаю, что дословный перевод тут не подходит.

Виви открыла заметки в телефоне и подозвала меня. Я быстро перевел, и она тут же все записала.

– Сделаю себе карточки для заучивания. Спасибо! – И вернула телефон в карман джинсов.

Рядом с нами открылись двери, и на крыльцо наконец вывалились парни: Дэн, Серж, Антонио, Константа и Стас, а еще несколько математиков из соседней комнаты.

– Собираетесь дольше, чем девчонки, – рявкнул я, а они только поржали.

– Ну, ма-а-ам! – хохотнул Антонио.

Я зыркнул на него, он тут же перестал смеяться. Хотя наглая улыбка никуда не исчезла.

– Привет, Виви, – поиграл бровями Серж, она улыбнулась ему и кивнула.

С макияжем и укладкой Виолетта выглядела сногсшибательно. К сожалению, это заметил и Серж. И не он один. Его лучший друг, Троцкий, тоже. Он перевел взгляд с меня на нее и начал нас внимательно рассматривать, будто размышлял над тем, почему мы одеты в одном стиле. Но странно, ничего не сказал. Он практически всегда игнорировал ее, наблюдал издалека, в то время как остальные парни из комнаты всегда старались переброситься с ней парой слов. Может, это было и к лучшему.

Мы заказали такси через приложение и в честь дня программиста похвалили коллегу, который его когда-то создал, облегчив всем нам жизнь. Виви сидела между мной и Дэном, то и дело похихикивая над нашим раздутым эго. Я чувствовал головокружительный запах яблок, но сегодня к нему добавился сладкий аромат дымного вишневого ликера и корицы. Волшебство Шахерезады, загадочность восточного базара. Мне вдруг захотелось уткнуться носом в ее волосы, высадить Дэна и Костю возле клуба и поехать кататься с ней по ночному городу. И, возможно, даже целовать ее на заднем сиденье в полумраке салона… Я зажмурился и потер веки. Меня куда-то понесло. Чтобы отвлечься, я крепко сжал руки в замок и уставился в окно. Был поздний вечер, зажглись фонари, мерцали рекламные блоки, пробок практически не было. До центра мы добрались быстро. Прошли фейсконтроль и в клубе устроились за заранее забронированным столиком.

Пропустив по бокалу, мы обсуждали новинки на IT-рынке, предстоящий матч по Доте, к которому надо было серьезно подготовиться, самых вредных и самых лояльных преподов, а потом алкоголь дал о себе знать, и наша компашка направилась танцевать и слемиться. Я к своему виски практически не притрагивался. Сделал всего несколько глотков, и они прожгли огненную дорожку от горла до желудка. Я никогда не напивался, брал напиток только для настроения. Все потому, что насмотрелся в детстве на отчима: я становился свидетелем таких вещей, что сейчас и вспоминать было мерзко.

В перерыве между танцами мы с Дэном болтали у барной стойки. Пара коктейлей заставила его вывернуть душу наизнанку: он рассказывал мне о жизни в интернате, но я слушал вполуха, потому что время от времени посматривал, как Серж танцевал рядом с Виви. Они друг другу улыбались, и я чувствовал уколы ревности. Хотя старался себя убедить, что у меня просто несварение желудка после ужина, который готовил сегодня Костя.

Дэн заметил, что я его не слушаю. Он проследил за траекторией моего взгляда, ухмыльнулся и подмигнул.

– Долго не смотри, голова закружится, – хохотнул Денис.

– Кажется, ей уже хватит. Пять маргарит как в сухую землю.

– Пусть отрывается, ей нужно выплеснуть… негатив, – задумчиво ответил он, чокнулся со мной и отпил из своего стакана.

Дэн заметил кого-то в толпе и чуть не подавился.

– Пардон, отойду ненадолго, это парни из моего интерната. Можешь присмотреть за Виолеттой?

Весьма заманчивое задание: пялиться на девчонку, которая мне нравится.

Я кивнул, и он потерялся в танцующей толпе. Через пару минут диджей включил медляк. Ответственно наблюдая за хорошенькой подругой Дэна, я заметил, как он сам уже тискался с какой-то невысокой белокурой девушкой и целовал ее в лоб. Наверное, его Катюха.

Когда я повернулся к Виви, ее уже пригласил Троцкий. Сначала они мило болтали, Антон ей сладко улыбался. У меня даже сахар в крови подскочил, как же это было приторно. Несколько дней назад он расстался с девушкой. Точнее, она его бросила. Так странно. Он был очень хорош собой, а убивался по какой-то серой мышке, невзрачной Нинке с компьютерной безопасности. Вся эта ситуация выбила его из рабочего состояния, он даже не тренировался с нами последние дни. Плохо.

В широком стакане перекатывался лед, и под это легкое позвякивание я думал о своей бывшей девушке, с которой разошелся полгода назад. На меня накатилось одиночество. Наверное, моя симпатия к Виолетте – просто способ заткнуть зияющую дыру в душе. Но потом я вспомнил ее фотки из профиля, увлечения, еще раз посмотрел на сегодняшний наряд для вечеринки и понял, что она мне не просто симпатична. Она мне идеально подходит. Красивая, умная и ответственная.

Может, предложить ей встречаться, раз она свободна?

В моем воображении снова всплыл знакомый хохот.

«Взгляни на себя! Даже не знаю, что ты должен сделать, чтобы эта девушка посмотрела на тебя!»

– Захлопнись! – прошептал я себе под нос, сжимая стакан в руке крепче.

Дернул головой, пытаясь отделаться от насмешливого голоса в голове. Иногда он молчал несколько дней, и тогда я чувствовал себя более или менее сносно. Ощущал, что я был уже не тем слабаком и дохляком, каким покинул родной дом. Последние два года много работал над своим внешним видом, но этот саркастичный шепот время от времени все же преследовал меня, незаметно подкрадывался из темных уголков памяти и нападал. Воспоминания о безрадостном детстве приносили мне ощутимый дискомфорт.

Перевел взгляд на танцпол: руки Антонио медленно спускались на бедра Виви. Я опрокинул остатки напитка и щелчком двух пальцев отправил пустой стакан с позвякивающими остатками льда бармену. На сегодня хватит.

Обернулся в тот момент, когда Виви хлопнула его по лапищам и нахмурилась, а тот заржал, но все-таки отпустил. Я довольно фыркнул себе под нос. Кто сегодня хотел заполнить пустоту в душе, так это Троцкий.

Заиграл более быстрый трек. Виви освободилась от объятий Антона и пошла к выходу. Одна. Меня это напрягло гораздо больше, чем то, что она танцевала с парнями из моей комнаты. Мне не хотелось, чтобы Виолетта была на улице в одиночестве в таком состоянии. Я покинул наблюдательный пост и последовал за ней. Когда вышел на улицу, почувствовал яблочный аромат. Она курила вейп, а рядом с ней уже крутился незнакомый парень: худенькие ножки колесом в потертых джинсах, несуразная огромная куртка с плеча старшего брата.

– Может быть, мы могли бы уединиться… – сквозь смех других посетителей клуба до меня донесся наглый, хриплый голос.

Сердце начало яростно стучать, гнев забурлил и вскипел в моей крови.

– Свободен. – Мой голос прогремел над его головой.

Я ненавидел, когда пьяные типы подкатывали к девушкам. У меня была настоящая чуйка на них. Сжавшиеся кулаки налились свинцом и запульсировали, мое лицо перекосило от злости. Еще чуть-чуть, и я бы пригвоздил этого алкаша к стенке, дал под дых.

– Твой парень? – небрежно бросил он Виви. – Могла бы сказать, что не одна здесь.

Страх заставил его отступить. Уверен, что невозможно было не заметить в моих глазах нечто дикое и пугающее. Он поднял руки вверх и, неловко улыбаясь, зашел обратно в клуб. Я же встал напротив Виви. Хотелось наорать на нее, сказать что-нибудь грубое в стиле «почему выходишь одна?», «почему не думаешь о безопасности?». Так разволновался за нее! Но когда заметил, что по ее щеке бежит слеза, передумал переходить на крик. Жар агрессии сменился холодом непонимания. Я не мог терпеть женские слезы, насмотрелся на мать.

– Ты в порядке? – Большим пальцем вытер мокрую дорожку. – Он напугал тебя?

– Все нормально.

Не удержавшись, все-таки вспылил.

– Надо было позвать с собой кого-то из нас, выходить одной – безрассудно. Тут же все пьяные! Что, если бы я не наблюдал за тобой?

– Ты наблюдал за мной? – она подняла на меня полные влаги глаза.

Я осекся.

– Да. Дэн попросил. Он отошел к знакомым из интерната.

Виви кивнула, снова затянулась и выпустила струю яблочного дыма в ночной воздух. Меня посетила мысль, что она была расстроена не только из-за приставалы. Ее будто что-то мучило, но я пока не понимал – что именно.

– Познаешь мир глицерин-пропиленгликолевых ништяков? – кивнул я на дудку.

– Меня это успокаивает.

– Ты знаешь, что глицерин при курении электронной сигареты выделяет токсины, из-за которых случаются заболевания дыхательных путей? А еще в твоей трубке мира есть никотин, и он вызывает привыкание. Давно куришь?

– Полгода.

– Тебе это не нужно.

Я забрал у нее электронную сигарету и спрятал в свой карман.

– Эй! Отдай!

– Пойдем со мной, – скомандовал я.

Она скрестила руки на груди, прожигая меня гневным взглядом, совершенно не собираясь двигаться с места.

– Куда?

– Узнаешь.

– Мы уходим с пирушки? Совсем?

– Да.

Она оглянулась на толпу возле клуба и что-то с минуту обдумывала.

– Хорошо. Если ты мне купишь бутылку шампанского с собой.

– Круто! – сказала она, положив руки в задние карманы джинсов.

Я знал, что ей понравится.

– Clavus clavo pellitur, – задумчиво произнесла она, но я не понял, что это значило. Это был не английский. Что-то похожее на латынь.

Мы сели на мраморные ступени Западно-Сибирского инновационного центра нефти и газа и начали наблюдать за собравшимися на стоянке байкерами. Я открыл для Виви бутылку шампанского и поставил рядом с ней на ступень, а рядом с собой – минералку.

Этой сентябрьской ночью здесь собралось много парней и девушек, влюбленных в скорость и адреналин. Тишину ночного города разрывали густые и резкие звуки моторов их спортивных мотоциклов. Мигали светофоры, искрились украшения на столбах, мерцали рекламные щиты. Блики огней подсвечивали восторг в глазах Виви и в то же время нечто, похожее на светлую грусть, когда она наблюдала, как мотоциклисты исполняли ездовые трюки – вилли и стоппи, – ездили то на заднем, то на переднем колесе, выполняли акробатику, выгорание и дрифт. Это было зрелищно! Наверняка у жителей ближайших многоэтажек тряслись окна от звуковых вибраций.

– В конце учебного года куплю себе байк, – сказал я, откинувшись одним локтем на ступень выше.

– Спортивный?

– Нет. Посмотри на меня, все спортивные мотоциклы подо мной смотрятся как велосипеды! – Я раздраженно выдохнул. – Иногда жалею, что вымахал такой огромный.

– И в кого ты такая машина?

– В дедушку.

Виолетта улыбнулась.

– Скажи мне, почему нет дилерских центров с мотоциклами под названием «Для больших и высоких»? – сказал я в сердцах.

– Не знаю, – рассмеялась она и отпила из своей бутылки.

– Хочу круизер или классический мотоцикл. Что-нибудь наподобие старины «Харли», чтобы спокойно кататься по асфальтовым дебрям.

– Да-а, у таких моделей особый магнетизм. А где деньги возьмешь?

– Я разрабатываю приложения на заказ.

– А, точно. Дэн говорил… Осталось только девушку найти, чтобы катать на заднем сиденье. У тебя есть дама сердца?

Она посмотрела мне в глаза.

– Нет.

Может быть, ты станешь моей девушкой?

Так я только подумал, но не стал спрашивать. Пока что. Мы ведь практически друг друга не знали.

– Не страшно. Обязательно найдется.

Она положила локти на колени и поставила бутылку между ботинок.

– У меня тоже есть мотоцикл.

Я знаю.

– Родители подарили в конце учебного года подержанный, но крепкий и надежный красный Kawasaki. Приложение к золотой медали. – Она невесело хмыкнула и покрутила бутылку, схватившись за ее горлышко. – Так как восемнадцати мне еще не было, вот только в этом августе исполнилось, я каталась за городом, где нет пешеходов и машин. Но теперь официально – могу. Но не хочу. Думаю продать мотик.

– Перегорела?

– Нет.

То ли оттого, что алкоголь растекался по ее венам, и Виви расслабилась, то ли азарт и драйв мотоциклистов навеяли ей воспоминания. Она начала делиться сокровенным.

– У меня погиб парень этой весной. Они с братом возвращались ночью домой, ехали по федеральной трассе, разогнались и попали под фуру. После этого случая не могу кататься сама. Не знаю, может быть, фобия появилась. Со стороны вот так могу смотреть, а сесть за руль – нет.

– Стремно. Ты поэтому сегодня столько выпила?

– Да. Топлю горе в вине. – Ее нетрезвый голос дрогнул, и она снова отхлебнула из бутылки.

– Ты думаешь, выпивка поможет тебе со всем этим справиться? Будет только хуже. Проблема никуда не денется, только головная боль добавится. Я же говорю, тебе надо начать ходить в спортзал. Это лучше всего помогает проработать негатив и агрессию, по себе знаю.

Она неуверенно пожала плечами, наблюдая, как парень выполнял трюк, на ходу касаясь рукой земли. Мы молчали. Виолетта, наверное, вспоминала своего парня, а я, наконец, понял, почему она ни с кем никогда не флиртовала и делала покер-фейс, когда к ней кто-то подкатывал. До сих пор переживает.

Мотоциклисты выстроились в колонну и, выехав на главную улицу, куда-то укатили.

– Куда они?

– На нелегальные гонки за городом, наверное; на закрытые от посторонних трассы. Или просто кататься по ночным полупустым улицам.

Я поднялся и отряхнулся. Виви тоже встала, ее повело. Я успел поймать ее за талию, прежде чем она рухнула на ступени и расквасила себе нос.

– О-о! Кажется, тебе пора заканчивать с выпивкой. Зря я, конечно, поддался на уговоры и купил тебе шампанское. Тебе уже тогда было достаточно.

Виолетта меня явно не слушала. Она безвольно упала мне на грудь и выронила бутылку на ступени, та со звоном допрыгала до брусчатки площади и покатилась по ней.

– Да блин!

Я посмотрел на часы, уже было четыре утра.

– Поехали домой?

Она кивнула. Я вызвал такси и загрузил ее в салон. В машине она положила мне голову на плечо, и мы поехали за город к общежитию. Пока Виви покачивало во время тряски на кочках, я размышлял, как бы завести ее внутрь, чтобы она не выглядела перед дежурной неприглядно. Если та нажалуется коменданту, Виви может не получить общежитие в следующем году.

Мы вышли из машины. Я посмотрел на Виолетту: ее явно укачало, цвет лица был словно шпинатный смузи.

– Меня сейчас стошнит, – еле слышно пролепетала она.

Благо возле Института биологии было достаточно кустов, их листья еще не опали. Пока она сотрясалась от рвотных позывов, я держал ей волосы и заботливо похлопывал по спине.

– У тебя на этих выходных кто-то остался в комнате? – спросил я.

– Нет.

– Хм… Как бы добыть ключ от твоей квартиры?.. – Я думал, думал, думал. – Сможешь изобразить на некоторое время бодрость, чтобы взять его на вахте?

– Наверное, нет.

– Это плохо… – Я нахмурился и посмотрел на желтый фонарь, расположенный на крыльце общежития. – Ладно, сам возьму оба ключа. На, прополощи рот минералкой, тут еще немного осталось. Вот жвачка. Пошли.

Дежурная – ну точно престарелый лепрекон – открыла нам с жутким ворчанием на то, что мы ее разбудили, что вернулись очень поздно, и это совсем не по регламенту, что она оставит нас ночевать на улице в воспитательных целях. Но все же впустила. Я оставил Виви в коридоре, прислонив ее к стенке. Понадеялся, что за пять секунд она не скатится на линолеум холла, а сам зашел в каморку вслед за дежурной и снял с крючка два ключа. Потом подхватил ее под руку, и мы бодрым шагом пошли к лифту. Нам повезло: он стоял на первом этаже. Зайдя внутрь, я нажал кнопку «7», и лифт двинулся вверх. С закрытыми глазами Виви прислонилась к стенке и то ли дремала, то ли была в забытьи. Но даже в этом состоянии она выглядела мило и соблазнительно. Пухлые губки были приоткрыты, длинные ресницы трепетали, малиновые пряди спадали на бледное лицо. Она не отреагировала, когда я нажал на кнопку «Стоп», и мы остановились… Немного подумав, я ткнул на цифру «4». Нужно было кое-что взять в моей комнате, прежде чем мы поднялись бы к ней.

– Жди здесь, сейчас приду, – шепнул я ей, коснувшись вскользь губами нежной щеки, оставил ее в общем коридоре и исчез в темноте 404-й квартиры. Вернулся обратно я быстро, на ходу укладывая небольшую коробочку в карман косухи. – Идем.

Повел ее снова за собой в лифт, как ослика на веревке. В холле седьмого этажа было светло и пусто. Я открыл дверь девчачьей квартиры с каким-то непонятным волнением и трепетом. Внутри было темно и тихо. Сбросил обувь, подхватил Виолетту и занес в комнату. Не расстилая кровати, уложил ценный груз на покрывало, снял с нее армейские ботинки, просунул руку под куртку и стянул с нее. Она выглядела такой хрупкой и беззащитной. Очень хотелось покрыть ее шею влажными поцелуями.

Не спуская глаз с Виолетты, я полез в карман косухи, вытащил коробочку и подошел обратно к кровати. Виви была почти в отключке.

Я снял защитную пленку. Внутри скрывался огромный свиток почти до пола.

– Это что, Соборное уложение? – она приоткрыла глаза.

О, полюбуйтесь, кто это тут у нас подает признаки жизни.

– Инструкция к средству от отравления.

– Что пишут? – сказала она безразлично, вновь закрыв глаза.

– Есть кое-какие интересные вещи, сюжет держит в напряжении, вариативность концовок впечатляет…

– Я не буду это есть.

– Конечно, будешь. Этот препарат быстро высосет все токсины алкоголя.

Я ушел на кухню и вернулся с ложкой. Их квартира выглядела уютней, чем наша, хотя планировка была та же. Виви поморщилась, но все же проглотила лекарство, отметив, что это редкая мерзость, и, пока я все еще склонялся над ней, вдруг схватила меня за футболку.

– Поцелуй меня.

Хо-хо-о!

Мои губы нашли ее ухо, и я нежно прошептал:

– Размечталась. Протрезвей сначала, – отцепил от себя ее руку, впившуюся в футболку, словно краб.

Я, конечно, не святой, но целовать девушку, когда она не в себе, для меня неприемлемо.

Она нахмурилась, но уже через секунду отрубилась и засопела. Мне было приятно, что Виви так запросто смогла уснуть, когда я сидел неподалеку. Значит, ей было комфортно со мной. Не хотелось думать, что в этом был виноват только алкоголь. Я накрыл ее пледом и оставался рядом еще некоторое время, ждал, когда она уснет покрепче. Ее малиновые волосы разметались по подушке, а руки были трогательно сжаты в кулачки и лежали возле спокойного, безмятежного лица.

Я уселся на стул, закинул ноги на их письменный стол, где мы обычно занимались английским, и уставился в окно на фонари возле учебного корпуса. Они хорошо освещали и комнату – у девчонок не было глухих штор и жалюзи как у нас, только тюль. Я раздумывал над разработкой нового приложения. Мне нужны были бабки. Срочно.

Когда начало светать, я медленно поднялся, чтобы не разбудить ее. Подхватил с соседней кровати куртку и направился к выходу. На мгновение обернулся и прислушался: ее дыхание было глубокое и ровное. Наверное, это был первый крепкий сон Виви за последнее время.

Глава 8
Виви

Я открыла глаза и обнаружила себя на кровати в своей комнате. В памяти была черная дыра, будто я вышла из комы. Протерла ладонью лицо и попыталась вспомнить, как вчера добралась до общежития. В голове замелькали мутные воспоминания: клуб, зажигательные танцы с парнями из 404-й квартиры, ночные улицы и мотоциклы, чьи-то кожаные браслеты с клепками, темные волосы, глаза, наполненные яростью и гневом… Я утыкалась в черный свитер и кожаную куртку, пропитанную ароматами лайма, альдегидов и кашмерана… Да, это был Айвэн. Мы ехали вместе в такси. Потом были кусты. Пока меня тошнило, он утешающе хлопал меня по спине.

Боже!

Как теперь ему в глаза смотреть?

Надо постараться не заходить к ним пару недель, чтобы все это забылось и улеглось.

В висках стучало, а стены комнаты вокруг меня все еще покачивались. Горло пересохло настолько, что жаждущие воды бедуины из пустыни Сахары нервно курили в сторонке. Вчера я думала, что от алкоголя будет легче, но нет. Анестезия души была временной, и тоска снова вернулась. К ней добавилась еще и мигрень.

На письменном столе я заметила стакан с водой и стикер с парой слов: «Съешь две ложки этой пасты, когда проснешься». Рядом с бумажкой лежал тюбик с сорбентом.

А он заботливый…

Я проверила телефон и ответила Дэну на его тысячу сообщений и пропущенных, что в порядке. Потом, постанывая от боли в голове и в мышцах, поднялась с кровати и поплелась в ванную, чтобы помыться и переодеться. Все мои вещи пропахли дымом сигарет и выхлопными газами мотоциклов, которые кружили по площади перед нами. Какое же это потрясное было место!

Через полчаса я уже сидела на кухне с влажными волосами, в сиреневом велюровом халате до середины бедра, ждала, когда согреется чайник. Закинув ногу на ногу, я болтала тапкой, повисшей на кончиках пальцев, и листала ленту новостей. Суббота. Меня ждали два дня одиночества.

Или нет.

В дверь тихо постучали.

Нет. Нет. Нет.

В общем коридоре стоял Айвэн со стаканом кофе. Рукава белоснежного тонкого джемпера были забраны к локтям. Широкие кожаные браслеты с клепками прикрывали на его запястьях татуировки – геометрические фигуры и двоичную систему счисления.

– Доброе утро. Как ты? – Его голос был низкий, чуть хрипловатый, невыспавшийся.

– Более или менее. Спасибо, что помог добраться до общаги.

– Да… Кажется, ты вчера перебрала… Лезла ко мне целоваться, – последние слова он произнес медленно, с мягким смешком. Я заметила, что уголки его губ предательски поползли вверх, он сдерживался как мог. Но глаза его выдавали.

– Неправда!

– Правда, – сказал он слишком спокойно, потом отпил свой гребаный эспрессо и посмотрел на меня поверх стакана глазами цвета хмурого неба.

– И мы?..

– Нет, конечно! – отрезал он так, будто я его оскорбила, и снова отпил из стакана. – Я бы принес тебе кофе, – продолжил он спокойно, – но его не рекомендуют пить при интоксикации организма после распада спиртов. Сейчас у тебя pH смещен в кислую среду, а кислоту нейтрализует что?

– Щелочь или что-то жирное…

– В точку.

– Ты разбираешься в химии?

Он загадочно улыбнулся.

– У нас в квартире тоже утренний апокалипсис с четырьмя всадниками похмелья после вчерашнего, так что… присоединяйся. Я сварил уху из стерляди.

Я открыла рот от удивления.

– Кто из вас контрабандист краснокнижной рыбы? Не боитесь попасться в лапы стражей галактики?

В ответ он лишь посмотрел мне в глаза и ухмыльнулся. Я указала рукой в сторону кухни, приглашая его войти, но он покачал головой.

– Пришел убедиться, что все в порядке. Потому что дверь вашей квартиры была открыта остаток ночи. Не мог же я тебя запереть внутри. – Он весело фыркнул. – Ладно, у меня дела. – Айвэн вдруг развернулся и пошел прочь.

– Подожди. – Я выглянула в общий коридор, и отзвук моего голоса догнал его почти у лифта. – Еще раз спасибо! Может, как-нибудь выпьем кофе? Поболтаем? Поучишь меня инглишу на нейтральной территории?

Секунды промедления.

– Посмотрим. Если найдется свободное время, – и исчез за створками лифта.

Те две недели, что я была с ним знакома, его лицо почти всегда не выражало эмоций: было серьезным и непоколебимым. Но сегодня он, кажется, веселился.

Дурак!

Я скинула халат, натянула джинсы и футболку. Стояло бабье лето, и я вышла на балкон с кружкой травяного чая. Внизу шумел парк, на университетском стадионе какие-то парни играли в футбол, слышались их крики и гулкие удары по мячу. Дверь общежития с грохотом распахнулась, и я увидела, как Айвэн бодро соскочил с крыльца, направляясь в сторону учебного корпуса Института биологии. Наверное, в спортзал, потому что на плече у него болталась сумка, напоминающая те, какие берут с собой в тренажерку. Даже с высоты седьмого этажа я заметила, как перекатывались мышцы на его спине. Да что со мной! Я не должна заглядываться на других парней, это нечестно. Уставилась на дно чашки, по которому кружились чаинки, задумчиво погладила большим пальцем стертую позолоту на ободке.

Вчера он защитил меня от незнакомца на улице, это я точно помнила. Действительно, с моей стороны было опрометчиво выходить одной. Но объятия Антона Троицкого напомнили мне прикосновения Макса. У него были такие же бездонные черные глаза, темные брови вразлет. И тот же парфюм. Что-то щелкнуло во мне. На мгновение показалось, что мой парень жив и никакой аварии не было. Но я силой воли вернула себя в реальность. Как только музыка прекратилась, тут же пулей вылетела на свежий воздух, ни о чем не думая, никого не предупреждая. Мне нужно было срочно прийти в себя, избавиться от навязчивых воспоминаний, покурить. Когда произошла авария, в школе мне все сочувствовали. Даже девчонки, с которыми никогда не складывались отношения, подходили и говорили слова поддержки, предложили сигареты, мол, это неплохо успокаивает. И это правда заглушало боль, отвлекало, но лишь на короткое время.

Айвэн мне так и не вернул мой вейп! Наглец.

Я улыбнулась. Снова вспомнила, какое было у него выражение лица, когда он обратился к подошедшему ко мне незнакомому парню! Оно излучало чистую ярость, агрессию, злость, власть, силу; его настрой нагнал на незнакомца такой страх, что тот в мгновение ока скрылся из вида. Кому бы захотелось связываться с этой машиной смерти? Мне кажется, что я и сама в тот момент стала намного трезвее.

Я хохотнула, допила остатки чая и, отодвинув тюль, заскочила с балкона в большую комнату девчонок. На прошлой неделе к близняшкам подселили еще двух новеньких: тихоню Олечку с педагогического факультета и почти что модель Plus Size, красотку Оксану, которая поступила в этом году в Институт биологии. Но и они уехали. Двухкомнатная квартира была в моем распоряжении на все выходные!

Я завалилась на кровать, чтобы почитать материал к семинару, но переоценила свои возможности. Бессонная ночь и головная боль дали о себе знать: глаза незаметно слиплись, и я провалилась в беспокойную дремоту, уронив учебник на грудь.

Проснулась от мягкого шелеста переворачиваемых страниц. Кто-то сидел на соседней кровати и листал книгу. Я не планировала засыпать, поэтому и не закрылась изнутри. От неожиданности я даже вздрогнула, но потом поняла, что это был Дэн. Он увлеченно читал мой учебник по «Функциональной анатомии центральной нервной системы человека».

– Никак не можешь проснуться? – Он услышал, что я начала ворочаться.

– Ага.

– Я тебя вчера потерял. Могла бы сказать, что уходишь! – В его голосе слышалось осуждение и недовольство, но потом он смягчился. Не мог на меня долго злиться. – Хорошо хоть Айвэн мне написал, что вы ушли вместе…

Дэн игриво подмигнул мне.

– Что? – цыкнула я. – Даже не думай об этом, – и перевернулась на бок, пытаясь вытащить из-под спины книгу.

– Почему? Он отличный парень.

– Парни – последнее, о чем я сейчас думаю.

Друг покачал головой, явно недовольный моим ответом, и снова обратился к страницам учебника.

– А ты? – продолжила я, рассматривая обои на стене, озаренные солнцем. – Как вчера провел вечер? Видела, что Катюха тоже была там. И вы танцевали. – Последнее предложение я потянула с загадочной интонацией и засмеялась. Кудрявый смущенно заулыбался.

– Мы тусили в клубе до самого закрытия, потом ее братья пошли гулять с друзьями, а я проводил Катьку до общежития. – Дэн выглядел довольным.

– О-очень романтично!

– Да… Как планируешь провести день? Если хочешь, пойдем к нам. Парни продолжают отмечать день программиста.

– Нет, я хочу побыть сегодня одна. Выберусь, наверное, в город на поздний завтрак. Может, зайду к вам вечером. Хотя не особо хочется.

– Почему?

– Я вчера так перебрала, что сегодня стыдно смотреть Айвэну в глаза. Он тащил меня на себе, как мешок с картошкой.

– Да брось! Думаешь, он пьяных девчонок не видел?

– Может, и видел. Но мне все равно неудобно. Будет думать, что я постоянно столько пью.

– Значит, тебе важно его мнение о себе? – Дэн улыбался в книгу. – Я правильно понял?

Я бросила в него плюшевого акита-ину, и друг рассмеялся.

– Хочешь ему нравиться. Понятно-понятно, – не унимался он.

– Ой, отстань!

Сил бороться с шуточками Дэна не было.

– Ладно. Пойду к себе. Просто хотел убедиться, что ты жива после вчерашнего.

Он слез с кровати, потянулся и собрался уходить, видимо, удовлетворенный тем, что я в порядке, но остановился в дверях.

– Оставил тебе на кухне контейнер с ухой. Айвэн сварил, чтобы мы побыстрее очухались. Он единственный вчера был трезвый… – Дэн снова сделал шаг и, уже не поворачиваясь ко мне лицом, тихо добавил: – Тебе нужно найти в себе силы жить дальше. Думаю, что Макс бы хотел этого.

Дверь за ним захлопнулась, и я осталась одна в звенящей тишине.

Весь день я провела в городе. Сначала завтракала на фудкорте торгового центра. Купила себе два обычных блина, но сгущенку только для одного. Так вышло дешевле. Повар, наверно, оценила степень моей бледности после вчерашней гулянки, подумала, что я жутко голодная, поэтому полила сладкого соуса очень щедро. Она даже повторно добавила кипятка в мою опустевшую чашку с пакетиком на дне. Чай получился бледным, но с халявным пакетиком сахара пить было можно. Закончив с едой, я отправилась на набережную, погуляла по Мосту влюбленных, насладилась видом на реку и кораблики, полюбовалась тем, как солнце играло в темных волнах. Тяжелые воспоминания ненадолго отступили.

Я вернулась в общежитие под вечер, с хорошим настроением и снова голодная. Разогрела в кастрюльке уху, которую мне принес Дэн, съела и снова попробовала готовиться к семинару. Но одиночество так давило на меня, что я отложила учебник и выскользнула из кухни в наш маленький коридор, чтобы привести себя в порядок и спуститься к парням.

Перед старинным трюмо я сделала на голове два высоких пучка и выпустила на лицо несколько прядей, выполнила несколько дыхательных упражнений и в течение пятнадцати минут улыбалась себе в зеркало. Моя натянутая улыбка отправила сигнал в мозг, что все хорошо. Я почувствовала, как душа наполнилась спокойствием, сердцебиение выровнялось. После чего ноги сами понесли меня на четвертый этаж. И хотя в голове сигналило предупреждение «404 error!», я призналась себе, что в компании парней было гораздо лучше, чем одной. Уже увереннее я открыла дверь в их квартиру и зашла, как своя, в небольшой коридорчик. Пахло жареным луком, болгарским перцем и соевым соусом.

– …нет, просто я готовлю новое блюдо по рецепту с этого сайта, – объяснял кому-то Стас.

Я заглянула на кухню.

– Господи, хоть бы никто не помер. – Константа стоял рядом с ним и обреченно прикрывал рот ладонью.

– Отвали, придурок! Если никогда не готовил собу, лучше не лезь. У меня все под контролем!

– Хотел бы я тебя успокоить, Костя, – сказал Дэн, почесывая затылок, – уверить, что Стасян все делает правильно, но я никогда не стоял у плиты.

Я громко откашлялась, привлекая внимание; парни сидели на кухне – все, кроме Айвэна, – и они обернулись на меня.

– О, Мармеладка, ты вовремя! – первым отреагировал Серж. Он сидел в шортах и футболке возле окна, в его руках была гитара, и он лениво перебирал струны. Напротив него расположился Антонио. – Мы готовим ужин, а потом собираемся посмотреть фильм. Хочешь присоединиться?

– МЫ готовим! – возмущенно усмехнулся Стас.

– Я морально поддерживаю, – не растерялся Серж. – Играю и развлекаю повара. Так еда получается вкуснее… Что думаешь, Мармеладка? Давай оставайся. У нас скоро ужин будет готов.

– У НАС! – снова задыхался тщедушный кок с черным хвостиком под банданой, Серж только хитро улыбнулся ему в спину.

– Почему бы нет, – пожала я плечами и поставила на обеденный стол пустой контейнер из-под ухи.

Денис отдал мне свой табурет, а сам встал возле холодильника. Я наблюдала, как Серж и Антонио пели под гитару.

– Круто у вас получается!

– Скрипичный ключ от дамских сердец, – сказал Серж и игриво прикусил губу. – Хочешь, научу?

– Нет, спасибо!

Он вдруг взял табурет из-под себя и подтащил ближе ко мне, поставил его за моей спиной и бесцеремонно уселся сзади так, что я оказалась между его ног. Серж прижался к моей спине грудью, положил мои руки на инструмент.

– Расслабь левую руку, – скомандовал он. – Большой палец упри в гриф, остальные согни возле струн. Вот так. Держи запястье прямо. Это аккорд ля минор. Самый распространенный, с которого начинает каждый гитарист. Состоит из нот: ля, до, ми.

Поверх моих пальцев он положил свои и прижал к струнам. Я чувствовала спиной тепло его тела и щекочущее дыхание на шее. Меня тут же начало накрывать чувство вины перед погибшим парнем. Паника смешивалась с раздражением.

Трынь!

– Серж, я не хочу учиться играть на гитаре. Выпусти меня из своего капкана! – взбунтовалась я.

– Нормально-нормально. У тебя хорошо получается… А это аккорд ре мажор. Встречается часто, и для него нужны только четыре нижние струны. Вот так.

Он уткнулся подбородком мне в плечо и тихо запел, у него был приятный голос. Я заслушалась и перестала брыкаться. Серж передвигал мою руку по грифу вместе со своей и показывал, как зажимать струны в следующем аккорде. И в этот момент на кухню зашел Айвэн, бросил на нас мимолетный взгляд и занялся приготовлением чая. Потом повернулся, не прекращая полоскать пакетик в чашке, и посмотрел на нас пристальнее, с каким-то странным выражением лица. Мне даже стало неловко, и я опустила глаза на струны. Дэн давился смехом: он-то знал, что я умею играть. Может, даже получше Сержа.

Стас повернулся от плиты и тоже посмотрел на нас. Потом отошел к окну и переплел темные волосы в новый аккуратный хвостик, ухмыляясь:

– Серж, ты всех девчонок учишь игре на гитаре именно так: прижавшись к ним грудиной и положив голову на плечо?

– Конечно, – невозмутимо ответил музыкант, – такова моя авторская методика.

– И как? Есть положительные результаты?

– Обижаешь!

– Может, с Троцким тоже попробовать этот метод? А то он что-то стремно играет, – засмеялся Стас, и Троцкий запустил в него пластиковую бутылку с дешевым кетчупом. – Никак не может все аккорды запомнить, – продолжал ржать наш повар, уворачиваясь от летевших предметов.

Мы все засмеялись, но не Айвэн. Еще некоторое время он собирал с собой перекус, состоящий из безвкусных хлебцев и крекеров, а потом, прихватив кружку, молча ушел в свою комнату и продолжил стучать там по клавишам ноута.

– Круто вчера оторвались, а, Мармеладка? – сказал Серж, отпуская меня. Он снова вернулся к своему голубку Троцкому.

– Ага, было весело. Стас, давай я помогу тебе.

– Только я отвлекся, ты уже испарилась. – Серж картинно надулся в притворной обиде.

Я чувствовала, что он и Троцкий рассматривают меня, когда встала к ним спиной возле плиты. Хотя разглядывать нечего: я была одета в свободный спортивный костюм – в толстовку с капюшоном и в длинные штаны. Не стала отвечать ему, только насмешливо фыркнула. Стас начал раскладывать на тарелки собу в соевом соусе с курицей, а я относила порции на стол.

Через пару минут мы принялись за еду, но одна тарелка так и оставалась нетронутой.

– Позовите кто-нибудь этого задрота, – сказал Антонио.

– Эй, Иван! – крикнул Константа. – Иди сюда, хватит кодить! Сейчас все остынет, а Стас старался!

– Я схожу за ним.

Отложив вилку, я пошла в маленькую комнату. На черном экране Айвэна буква за буквой появлялся разноцветный код. Гений программирования, кажется, вообще никуда не собирался.

– Идем. – И потрясла спинку его стула.

Он даже не повернулся в мою сторону.

– Сейчас. Мне осталось немного, чтобы закончить.

– Спасибо за уху, было вкусно.

Я увидела, что его скулы дрогнули, будто он еле заметно улыбнулся. Наверное, опять вспомнил, какой помятый у меня был вид утром! А еще то, что я к нему приставала с поцелуями. Может, Айвэн врет?

Спустя пару минут мы зашли на кухню вместе и сели ужинать с парнями. Они разговаривали о предстоящем турнире по Доте.

– У вас уже есть официальный статус киберспортсменов? – спросила я, наматывая гречневую лапшу на вилку. – Где-то попадалась новость, что теперь нужно сдавать нормативы по кликам мышкой, чтобы попасть на соревнования.

– Спрашиваешь! – усмехнулся Серж. – У меня самые быстрые и проворные пальчики… Если ты понимаешь, о чем я!

– А у Стаса есть даже особый статус – «Самая быстрая рука Российской Федерации».

– Пошел ты, Троцкий!

По кухне прокатились смешки.

– Что это за игра вообще?

– Никогда не играла в Доту 2? – удивился Стас.

– Нет.

– Если вкратце, – вызвался объяснять Константа, – в игре друг другу противостоят две стороны: темная и светлая.

– Прямо как в реальной жизни, – хмыкнула я.

– Да. Задача команды уничтожить всех оппонентов и разрушить вражеские строения.

– Приходи к нам почаще, Мармеладка, я научу тебя играть, – промурлыкал Серж. – Покажу тебе своего розовенького Инвокера[21].

– Даже боюсь спросить, что это такое, – улыбнулась я, опустив взгляд в тарелку.

За разговорами мы разобрались с ужином, и пока пили чай, парни договорились отдать большую часть завтрашнего дня тренировкам. Их настрой на победу был серьезным, потому что финалистам обещали приличное денежное вознаграждение. Даже не подозревала, какие астрономические суммы разыгрывают в таких мероприятиях!

Я помогла Дэну помыть посуду. Айвэн при этом бросал на нас расслабленные, благоговейные взгляды, будто ему нравилось, что мы с Дэном хозяйничаем. После чего завалились в большую комнату для просмотра фильма. Константа уступил нам с Дэном свою кровать, сам же приземлился на расположенное рядом ложе Стаса вместе со своим худощавым другом. Айвэн сел на кровать с Сержем возле окна, а Троцкий, как царь, вытянулся в гордом одиночестве на своей.

– Серж, задерни шторы, а? – попросил Антон. – Фонарь прямо в глаза светит.

Тот послушно подпрыгнул, закрыл жалюзи и опустил на окно темную ткань, но потом медленно повернулся и сказал сладким голосом:

– Я думаю, Троцкий специально попросил меня подняться, чтобы все вы еще раз могли полюбоваться моим идеальным прессом и красивой спиной греческого бога.

– Заткнись, Серж! – крикнули в один голос остальные.

Он, тихо посмеиваясь, запрыгнул на свою кровать.

– Завидую его самооценке, – пробубнил тихо Стас.

– Боюсь, чтобы достичь такого уровня самолюбования, тебе потребуется пересадка всего тела, – ответил Серж.

В него прилетело что-то вроде пауэрбанка, и он наконец-то угомонился.

Мы смотрели приключенческий фильм о космосе. Дэн изредка наклонялся к моему уху, тихо комментируя ляпы режиссеров. И в эти моменты в полумраке комнаты я ловила взгляд Айвэна.

Глава 9
Айвэн

Воскресенье. Я сидел на кровати, сложив ноги по-турецки, слушал музыку в наушниках и следил за работой отладчика. Где-то в коде возникала ошибка, и я пытался ее найти. Вообще-то примерно догадывался, где именно она появлялась, поэтому поставил точку прерывания в интересующий меня кусок кода. Надеялся найти ее побыстрее, но меня постоянно что-то отвлекало. Точнее, кто-то.

Напротив меня, как обычно, расположились Дэн и Виви. Они о чем-то оживленно разговаривали. Даже не знаю, что меня раздражало больше: то, что из-за их бесконечной болтовни мне пришлось надеть наушники, чтобы не отвлекаться от проекта, или то, что она на его кровати, а не на моей.

На экране выполнилась строчка, программа застыла. Я нажал выполнение следующей строки и снова мельком взглянул на соседа и его подружку. Дэн взял в руки учебник английского языка и, наверное, очень запутанно объяснял материал, потому что лицо Виви казалось озадаченным: она забавно хмурила брови, пытаясь вникнуть. Она взяла со стола полный стакан с кофе и начала задумчиво водить трубочкой по пенке латте, слушая Дэна и кивая ему. Потом положила трубочку в рот и, наслаждаясь карамельным вкусом, зажмурилась. На доли секунды я задержал взгляд на ее влажных губах и беззвучно вздохнул. Снова уставился на экран ноутбука. О! Наконец-то нашел ошибку! Программа дошла до строчки, где была установлена точка прерывания. Пристукивая ногой в такт музыке, я продолжил писать код.

Вчера Виолетта сидела рядом с придурком Сержем, улыбалась ему, пока он якобы учил ее играть на гитаре… Отметка на шкале моей раздражительности тут же поползла вверх. Ее присутствие в комнате, ее духи очень мешали мне работать над заказным проектом. Надо было отвлечься. Я нажал на кнопку «сохранить» и вышел из программы. Схватил спортивную сумку, где уже лежала форма и чистая сменная одежда.

Виви очень мило улыбнулась мне, когда я повернулся к ним.

Я даже немного растерялся.

– Пошел на тренировку, – спустив наушники на шею, зачем-то поставил их в известность.

В зале я начал разминку с беговой дорожки. Тыкал кнопки на дисплее, все ускоряя и ускоряя темп, а перед глазами так и стояла ее улыбка. Может, я ей все-таки нравлюсь? Хотя бы немного.

«Посмотри на себя! Ты же худющий, как шпала! Прямо как твой папаша! Тобой никогда никто не заинтересуется!»

Тряхнув головой, чтобы прогнать из мыслей пьяный голос жалкого кретина, я прибавил звук в наушниках. Это еще одна причина, почему я любил заниматься спортом или кодить под музыку: она заглушала коварный, злобный шепот в моей голове.

– Уже нет! – произнес я беззвучно, одними губами и посмотрел в зеркальную стену перед тренажером на свое подкачанное тело, покрытое татуировками и потом. Теперь я был шире и выше отчима раза в полтора, а может, даже в два. И почему я его так боялся в детстве? Он же всегда был жалким доходягой.

Жим штанги лежа, отжимания, тяга вертикального блока к груди, пресс в упоре на предплечьях… После усердной тренировки пошел в душ, где прохладные струи унесли с собой в сливное отверстие усталость и жар.

Несмотря на договоренность поиграть в Доту, парни разбрелись из общежития кто куда, в квартире были только Дэн и Константа. Вместе с сумкой, наполненной мокрой формой, я сразу направился в ванную. Под ногами валялась груда грязных вещей, будто у стиральной машинки случился приступ рвоты. Я вскинул голову и посмотрел на потолок, досчитал до десяти, чтобы не психануть. Прошло всего несколько недель с начала учебного года, а этот бесконечный бардак меня уже доконал. Я выдохнул, выложил в барабан свои компрессионные штаны, носки, шорты и лонгслив из сумки, а потом забросил туда же остальные вещи, чужие. Виновник этого бардака был здесь, и я направлялся к нему, чтобы устроить поджог его задницы.

– Костя, ты когда-нибудь сам будешь запускать стирку? – Я встал в дверях комнаты, скрестив руки на груди. – Твои вещи лежат на полу ванной уже неделю! Они стали радиоактивны, как плутоний. Тебе самому не противно, что мы несколько дней подряд ходим по твоей одежде грязными носками, встаем после душа на нее мокрыми ногами? Если ты сам не в состоянии постирать их, то будь добр приобрести для меня костюм химзащиты от инопланетной чумы, чтобы я больше не касался этой дряни, покрытой крошками и пылью.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

My English is bad (англ.) – у меня плохой английский.

Вернуться

2

Moonlight (англ.) – лунный свет.

Вернуться

3

Moonshine (англ.) – самогон.

Вернуться

4

Home sweet home (англ.) – дом, милый дом.

Вернуться

5

Ошибка 404 – стандартный код ответа http о том, что сервер не может найти данные согласно запросу.

Вернуться

6

Программа на основе искусственного интеллекта, которая создает изображения из текстовых описаний.

Вернуться

7

Эдвард Каллен – один из главных героев серии романов «Сумерки», вампир.

Вернуться

8

Земной мир – мир, в котором происходят почти все события Dota 2. Вселенная Dota 2 разделена на Cемь миров.

Вернуться

9

Телега – имеется в виду Telegram.

Вернуться

10

It Takes Two – компьютерная игра в жанре action-adventure, в которой игроки управляют родителями маленькой девочки, находящимися на грани развода.

Вернуться

11

Clavus clavo pellitur (лат.) – клин клином вышибают.

Вернуться

12

Каршеринг – краткосрочная аренда машины.

Вернуться

13

Double trouble (англ.) – двойные неприятности, двойные проблемы.

Вернуться

14

Present Simple (англ.) – простое настоящее время, обозначающее действие в самом широком смысле этого слова.

Вернуться

15

Ship [ʃɪp] – корабль и sheep [ʃiːp] – баран.

Вернуться

16

«Ангелы Ада» – роман Хантера Томпсона описывает историю группы байкеров.

Вернуться

17

Энакин Скайуокер – центральный персонаж первых шести эпизодов саги «Звездные войны».

Вернуться

18

«Свинтус» – настольная игра; задача игроков как можно быстрее избавиться от своих карт.

Вернуться

19

«Супер Майк» – комедия про стриптизера.

Вернуться

20

You rock! (англ.) – Ты крут!

Вернуться

21

Invoker – персонаж Dota 2, способный наносить физический и магический урон. Invoker выбирают сильные игроки и киберспортсмены.

Вернуться