Ольга Лорен
Затерянный остров. Обратный отсчет

«Роковая встреча – это мгновение, когда наши глаза встречаются с глазами другого человека, и мы понимаем, что больше никогда не сможем вернуться назад, потому что наша жизнь уже изменилась навсегда.»

Пауло Коэльо

По мотивам истории мобильной визуальной новеллы «Затерянный остров» приложения «Империя Страсти».

GameStory.Empire of Passion

Часть 1

Превратности судьбы

© Текст. Ольга Лорен, 2024

© Иллюстрации. Дарья Грушина, 2024

© Оформление. ООО «Издательство АСТ», 2024

Пролог

Среди теней прошлого и его древних мистических легенд существует история, которая тянется сквозь время, словно нить, связывающая его вехи воедино. Это история о законе бумеранга, тайном заклинании Вселенной, которое говорит о том, что то, что мы посылаем в мир, вернётся к нам вдвойне.

В этом секрете судьбы нет места случайностям или ошибкам, ибо каждый поступок, каждое слово, каждая мысль являются зеркалом, отражающим нашу внутреннюю суть. Те, кто изучил этот закон, знают, что добро и зло, щедрость и жадность – это лишь стороны единого целого. И каждый, кто осмелится бросить бумеранг своих поступков в мир, должен быть готов к тому, что он вернётся к нему, несущий с собой либо награду, либо кару.

Из дневника Бонни Морган

Часть 1
Между прошлым и будущим

«Во всем есть черта, за которую перейти опасно; ибо, раз переступив, воротиться назад невозможно»

Ф. М. Достоевский «Преступление и наказание»

Глава 1
Глоток свободы

Альвис

– Забудь обо всём, что связывало нас! – длинные волосы девушки взметнулись шелковистой волной, когда она снова попыталась вырваться.

– Игра ещё не окончена, – чеканю я каждое слово, ловко поймав её в очередной раз. – У нас есть ещё время! Ещё уйма времени!

– Для моего отца уже нет, и ты это знаешь! Пусти меня и забудь навсегда!

Бешеный пульс её тела синхронизируется с моим. Наше дыхание частое и прерывистое, словно одно на двоих. Она пробудила во мне какого-то нового абсолютно, другого меня, и я не намерен её отпускать.

– Годы пройдут быстро, ты даже не заметишь, – заверяю я, грубо притянув её к себе. – К тому времени мы точно придумаем что-то против Деккена.

– Мы? Ты в этот раз обещал мне освободить отца! В этот раз, слышишь? В этот раз! – в её взгляде плещется ярость, и причина этой ярости – я.

– Целых четыре года на этом острове я ждать не намерена! Проклинай меня сколько хочешь, но я возвращаюсь домой!

– Ещё одну порцию, – слышу я чей-то голос как будто из-под толщи воды. Если бы это была порция чего-то крепкого и горячительного, то и я бы не отказался, но всё далеко не так. Совсем не так…

Сквозь закрытые веки ощущаю, как чья-то тень приближается ко мне и сжимаю зубы от резкой боли чуть ниже локтя. «Чёрт бы побрал того, кто всё это придумал…» Сделав усилие над собой, открываю глаза. Невольно щурюсь от нестерпимо яркого света.

«Добро пожаловать в ад, Альвис Лоренсо Родригес, – сам себе констатирую я, отведя взгляд от пламени факела, закреплённого на стене. – Вот только задерживаться здесь я не намерен!»

Рывком пытаюсь вырваться из плотной конструкции, которая удерживает меня в вертикальном положении. Тесный кованый ворот сверху и каркасные металлические пластины внизу не дают мне сдвинуться с места. В теле слабость, в голове туман, но я всё ещё чувствую себя живым. И это главное. Никто и ничто не сможет сломить меня. Привыкнув к свету, я замечаю множество глаз, наблюдающих за мной. Все они принадлежат жалким подобиям человека – безвольным прислужникам мёртвого капитана. Затаив дыхание, они ждут дальнейших его указаний, а я… Как я докатился до всего этого?

Вспышками молний в моей памяти возникают воспоминания. Самое первое из них то, как в хаосе стихии из волн передо мной появляется Деккен. Рядом едва держится на плаву Морган, и Деккен спасает её и меня, помещая нас на свою лодку.

Следующее, что я помню: из моих вен в чашу на полу сочится кровь. Какого Дьявола это происходит? Из моих вен! Моя собственная кровь! Проклятый Деккен! Что он задумал?

Кровь потоком стекает вниз по тонкой трубке, плотно прижатой к моей коже. Как только я начинаю сопротивляться, меня принуждают вдохнуть пары какого-то терпкого эфира, которые снова вводят меня в беспамятство.

Я никак не могу заставить своё тело подчиниться разуму и даже закричать. «Проклятье! Я Альвис Лоренсо Родригес – один из могущественных людей на земле, а не кусок живого мяса, которое можно использовать!» Вот же чёрт… Против своей воли я погружаюсь во тьму. Долго плутаю в ней, не находя выхода, не видя ни одного способа выбраться…

Внезапно в пучине тьмы будто мелькает что-то светлое, и всё моё существо тянется к этому свету. Если подобное видят люди на исходе своих дней, неужели пришёл мой черёд? Нет. Я буду сопротивляться. Я буду бороться за свою жизнь, чего бы мне это ни стоило.

«Я стану твоим спасением», – слышу голос, и где-то в глубине моего подсознания возникает образ. Пока я вижу лишь нечёткий силуэт, но, уже без всякого сомнения, знаю, что это она. Это Бонни Элизабет Морган. С виду хрупкая и нежная девушка, на самом деле она обладает крепким волевым стержнем. Смелая и стойкая в своих убеждениях, твёрдо идущая к своей цели наперекор всем и всему, она не выходит у меня из головы. Её безудержная страсть к помощи другим противна мне в той же степени, как ненавистны мне мягкость, доброта, милосердие и сострадание, присущие её характеру.

Удивительно, но именно эта непохожесть на меня будто какой-то силой связывает нас. Иначе как объяснить, что образ этой девушки преследует меня повсюду: во сне, наяву и даже сейчас? Её глаза, как безграничное море, как огромный, бескрайний океан. То ясные и спокойные, с нежным лазурным свечением, то тёмно-зелёные, с волнующим вызовом и манящей интригой. Даже в полной темноте я чётко вижу их перед собой. В них отражение моей любимой водной стихии и что-то ещё необъяснимо притягательное. Словно зависимость, будто наркотик…

Это смахивает на шизофрению, но я ощущаю бушующий спектр чувств, когда она рядом. Каждый раз я нахожу в ней что-то новое. Это новое захватывает меня так, что адреналин кипит в крови, и мне его дозу, как больному, хочется увеличивать снова и снова…

– Готово, – оглушает меня грубый мужской голос рядом, и я медленно прихожу в себя. Всё моё тело будто ватное, как после долгого глубокого сна. Напрягая зрение, я смотрю вниз. Моя кровь почти доверху наполнила глиняную чашу на полу. Один из прислужников берёт её и осторожно переносит куда-то в угол.

«Что дальше?» – я наблюдаю исподтишка. Прислужник подносит чашу к человеку, который сидит у стены. От синяков на его лице он выглядит едва живым. Его обречённый взгляд устремлён в никуда.

– Открывай рот и пей! Не гневай патрона! Пей!

Ещё двое прислужников стоят рядом. Они крепко держат беднягу за предплечья связанных рук за его спиной и разжимают его челюсть.

– Давай же! Пей!

Человек упирается ногами в пол и уворачивается. Моя драгоценная кровь каплями сбегает по его подбородку.

– Пей! Приказано тебе! Пей! – шипят вокруг.

В конце концов мужчина делает несколько глотков, задыхаясь от насильно вливаемой жидкости, а затем резко сплёвывает.

– Ублюдок! – рычит прислужник, видя большую часть «напитка» на полу. – Ещё! Нужно ещё!

В это время я вглядываюсь в лицо человека, брезгующего моей кровью, и узнаю в нём поразительное сходство с ней. «Вот это встреча. Вовек не забуду», – ком тошноты подкатывает к моему горлу от всех сложившихся обстоятельств.

Некоторое время назад…

Половицы корабля скрипели под гулкими шагами Бонни, вторя тревожному биению её сердца.

– Куда увели моего отца? – спросила она, обернувшись.

– На твоём месте я бы не спешил с ним встречаться, – отозвался Деккен, следующий за ней по пятам. – Сейчас ещё не время.

– Мы заключили с Вами соглашение! – глаза Бонни засверкали от гнева. – Где мой отец? Отвечайте мне!

– Вторая каюта справа, фройляйн, – нехотя проговорил Деккен. – Но, опять же, повторюсь, ещё не время, чтобы…

Не дослушав продолжение фразы Филиппа, Морган ринулась к двери указанного помещения.

– Мой папа заперт здесь, как какой-то заключённый? – вспыхнула она, увидев висящий над ручкой замок. – Открывайте дверь скорее, капитан!

– Какая нетерпеливая фройляйн, – пробурчал Деккен и, свистнув, вызвал к себе одного из своих матросов.

– Слушаю Ваших указаний, патрон, – матрос был весь во внимании.

– Vertel ze om een andere Kraft bowl sneller te gebruiken! Geef hem een andere Kraft en breng hem hier[1]! – обратился к нему Деккен на своём голландском диалекте.

«Хм, и что бы это всё значило?» – из всей услышанной иностранной фразы Бонни удалось выделить только слово «крафт», которое повторялось дважды.

– Будет сделано, патрон, – тем временем тихим эхом отозвался матрос. И, как только он направился куда-то вглубь корабля, Деккен достал из кармана связку ключей и, выбрав нужный, открыл навесной замок.

– Милости прошу!

Бонни быстро вошла в каюту и в недоумении замерла, окинув её взглядом. «Где же папа?» Ожидая увидеть отца, сидящего здесь в одиночестве на какой-нибудь скамье, но не обнаружив перед собой ничего такого, Морган с беспокойством стала всматриваться в каждый уголок помещения. В самом центре каюты возвышалась массивная кровать с вычурным деревянным изголовьем, украшенным резьбой в виде морских волн и кораллов. Из-под кровати виднелись ящики, наполненные множеством разноцветных тканей, сияющих камней, разнообразных монет, слитков, статуэток и другого долговечного добра. Окно с видом на океан затемняли длинные занавеси из изумрудного бархата. У стены стоял дамский стол с прикреплённым к нему округлым зеркалом в позолоченной раме. Стул рядом со столом был пуст.

– Зачем мы здесь? – Бонни резко повернулась к Деккену. – Где мой отец?

– Ты ведь сама просила меня открыть эту дверь, фройляйн, – лицо Филиппа скривилось в отталкивающей усмешке. – Раз уж мы тут, я расскажу тебе об этом месте. Эту комнату я берёг для своей суженой. Красивая, не так ли?

– Где мой папа? – Бонни едва сдерживала негодование, бушующее внутри.

– Спешу напомнить Вам о нашем недавнем соглашении, капитан Деккен. Я пообещала Вам показать место силы Альвиса взамен на благосостояние моего отца, – затараторила она, пытаясь сдержать охватившую её тревогу и говорить как можно деликатнее и вежливее. – Давайте не будем медлить и начнём с того, что я увижу Фрэнка Моргана живым и невредимым, со светлым умом и ясной памятью. Итак, где мой отец?

– Я ведь предупреждать тебя, что ещё рано, фройляйн! Расслабься, – капитан попытался выдавить улыбку, вслушиваясь в возникший шум за дверью. – Скоро твой отец снова станет прежним, и его приведут к нам.

«То есть, как это? – Морган стало мутить от того, что всё идёт совсем не так, как она предполагала. – А разве не сам Деккен должен привести папу в чувство?»

– У нас проблема, патрон! – в мысли Бонни ворвался взволнованный голос матроса, недавно говорившего с Деккеном. – Этот ублюдок снова разлил большую часть крафта, а брать ещё мы не можем, потому что…

– Потому что что?

– Наш донор, он… в общем, его нет на месте. Наш донор сбежал.

«Донор?» – Морган обдало холодом от дурного предчувствия.

– Как так вышло, не понимаю, я… – стал оправдываться матрос, но его слова прервал оглушительный взрыв.

– Scheisse! – проревел Деккен под треск оснастки корабля и крики ужаса со всех сторон, заполнившие пространство.

– Горим! Пожар! Пожа-а-а-р!

– Наверх, живо! – скомандовал Деккен. Одновременно с ним и матросом Бонни бросилась к задымлённому выходу.

– Где мой отец? – прокричала Морган, обернувшись и видя, что большая часть корабля охвачена пламенем. – Он не должен пострадать!

– Шевелись, или сгоришь заживо! – рявкнул Деккен, за локоть подтащив Бонни к лестнице, ведущей на палубу. – Поднимайся! Я вытащу его! Поднимайся!

– Мы так не договаривались, – запротестовала Морган. – Я никуда не сдвинусь с места без папы!

– Проведите девчонку наверх! – скомандовал Деккен, и, вопреки воле Бонни, откуда-то возникли двое «голландцев» и вынесли её наверх к самой фок-мачте.

Тем временем остальные «голландцы» хаотично сновали по борту, нося воду в разных ёмкостях, чтобы справиться с пожаром.

– Уйди с дороги, женщина, не мешайся под ногами, – злобно буркнул Бонни один из них.

– За собой смотри, – оскалилась Морган, отступив в сторону.

– Да что ж такое-то! – кто-то толкнул Бонни со спины, и она недовольно развернулась. Перед ней стоял мужчина в тёмном капюшоне, с измождённым лицом, измазанным сажей.

– Ты с ума сведешь меня, Морган, – произнёс мужчина бархатным, до боли знакомым баритоном. – Где ты была всё это время?

«Не могу поверить!» Сердце девушки сжалось, когда его графитового цвета глаза встретились с её взглядом.

– Альвис? Ты здесь, несмотря на то, что узнал обо мне? – волнуясь, проговорила она. – Деккен сказал, что ты…

– Пусть не мнит из себя героя, – оборвал её Альвис, сменив тему. – Фейерверк на «Летучем» был не в его честь.

– Ты как-то причастен к взрыву? – глаза Бонни округлились в недоумении.

– Как бы то ни было, прежде я вытолкал твоего отца за борт. Иначе его было не убедить.

– Что? Что ты сделал? – Морган поспешила к краю палубы, вглядываясь в воду за бортом.

– Пришлось импровизировать ради общего дела, – заговорщически произнёс Альвис. – К тому же я бросил горящий факел в трюм, полный бочек с порохом, так что с минуты на минуту «Летучий голландец» взлетит на воздух.

– Деккен убьёт тебя, если поймает.

– Ты готова к встрече с отцом? – Альвис оглянулся на бушующий хаос за спиной и как бы невзначай схватил Бонни за руку. – Готова прыгать?

– На счёт «три»? – Морган приготовилась к отсчёту, отходя для разбега в ногу с Родригесом.

– На счёт «сейчас»! – крикнул Альвис, слившись в единое движение с Бонни. Не разжимая рук, они вместе рванули вперёд. Ветер метался в их волосах. Ночное небо сверкало над ними, подсвечивая волны, что расстилались внизу, как чёрное волшебное одеяло.

После нескольких секунд бега Альвис и Бонни прыгнули с палубы вниз. Там их встретили объятия океана, распахнутые настежь.

– И в какой стороне мой отец? – первое, что спросила Морган, вынырнув на поверхность. – Если я не видела его с корабля, значит ли это, что он уже на берегу, или, быть может, с ним что-то случилось?

– Ты хоть на миг можешь перестать думать о плохом и просто довериться мне? – откликнулся Альвис. – Уверен, твой отец на берегу. Где же ещё ему быть?

– А если нет? Что, если он вернулся на корабль – или его заставили вернуться?

– Это невозможно, услышь же меня, Морган! – капитан вмиг подплыл ближе к Бонни и, схватив её за плечи, с гневом взглянул ей в глаза. – Я встряхнул его хорошенько и пообещал ему, что ты будешь ждать его в манговой роще на утёсе за заливом, к северу от моего лагеря.

– Ты уверен, что папа понял тебя? Под влиянием Деккена он сам не свой, – заволновалась Морган.

– Меня едва не стошнило от слёз, застывших в его глазах после моих слов о тебе, но я выдержал это ради того, чтобы ты…

Альвис резко отпустил Бонни и, отведя взгляд в сторону, поспешно добавил:

– Чтобы ты исполнила свою часть нашего договора, разумеется.

– Всё и правда было именно так? Папа обрадовался весточке обо мне? – Морган улыбнулась в ответ, представив восхищённую реакцию отца. «Как радостно, что папа снова стал прежним! Но как это возможно? Ведь Деккен никак бы не успел повлиять на него гипнозом…»

Секундное облегчение девушки облегчение тут же пропало.

– Как ты сделал так, Альвис, что папа вдруг вспомнил меня?

– Хватайте их! Держите! – вдруг с «Летучего голландца», почти на треть превратившегося в «Пепельного», донёсся вопль Деккена. – Девка нужна мне живой, а с этим донором я разберусь лично!

«С каким ещё донором? – напряглась Бонни. – Неужели речь об Альвисе?»

– Ускорься, Морган! – Родригес вырвал Бонни из размышлений. – Корабль вот-вот рванёт!

На пару с правителем Морган стремглав направилась к берегу.

«У нас проблема, патрон! – Бонни вспоминала по пути разговор Деккена с одним из своих людей. – Этот ублюдок снова разлил большую часть крафта, а брать ещё мы не можем, потому что…»

«Потому что что?»

«Наш донор, он… в общем его нет на месте. Наш донор сбежал».

«Что всё это значит? О чём ещё не договаривает мне Альвис?» – забеспокоилась Морган, ступив на берег.

К тому моменту небеса запылали ярким заревом. Мощный грохот прокатился по воздуху, как будто больше десятка орудий выстрелили одновременно. В считанные секунды «Летучий голландец» стал грудой обломков, взлетевших в воздух.

– Вот это да! – воскликнула Бонни. – Неужели мы победили?

– Деккена и его приспешников нельзя убить, Морган! Уходим! – хмуро проговорил Альвис и быстро зашагал к утёсу, за которым виднелась манговая роща. – За мной, скорее!

«Невозможно поверить, что после такого Деккен снова возродится», – Морган с досадой ещё раз окинула взглядом горящий корабль и поспешила за Альвисом.

– Только их нам сейчас не хватало… – процедил он через некоторое время.

– О чём это ты?

– О твоих дружках, что трясутся за тебя.

Бонни подняла взгляд и увидела Ника, Дилана и Эвана, спускающихся со стороны лагеря по размытой тропе.

– Бонни! Как ты? – радостно встретил её Ник.

– Что там произошло? – почти одновременно проговорили Рейган и шотландец, глядя на охваченный дымом горизонт. – Что случилось на корабле?

– Где Фрэнк? Почему вы без него? – сыпал вопросами Николас. – Почему ты молчишь?

– С такой настойчивостью и камень заговорит, – хмыкнул Альвис.

– Всё в порядке, – опуская подробности, заверила ребят Бонни. – Взрыв на «Летучем голландце» – несчастный случай. А папа… папа должен ждать меня в манговой роще.

– М-м-м, манго – это прекрасно! – улыбнулся Ник. – Я к тому, что роща – отличное место для укрытия в случае необходимости. Да и вообще…

– Идём к Фрэнку или так и будем сотрясать воздух? – перебил Альвис.

– Идём! Конечно, идём! – отозвалась Бонни, тронувшись с места вслед за капитаном. Все её спутники поспешили за ней.

– Это Альвис взорвал «Голландца»? – украдкой спросил Дилан, отведя взгляд от Ника, который не упускал возможности подкрепиться и уже поедал манго за обе щёки. – Деккен мёртв или на него такое не действует?

– Всё это теперь не важно, – прошептала Бонни. – Сейчас нам главное встретиться с папой и добраться к Итафениту как можно скорее, чтобы исчезнуть отсюда раз и навсегда.

– Мы сделаем это вместе с ним? – Ник указал надкусанным фруктом на идущего впереди Родригеса. – Только не говори, что ты посвятила его во все наши планы.

– Я обещала ему выбраться с острова взамен на помощь с отцом, и я сдержу данное обещание, – так же шёпотом ответила Бонни. – Теперь Альвис с нами, и вам всем придётся принять этот факт.

– Что есть ужасная глупость, – развёл руками Дилан. – Это же Родригес! Всё тот же высокомерный, жестокий и эгоистичный тип, которого мы знали!

– Я хоть и не знал его раньше, но абсолютно согласен, – кивнул Эван. – Кэп ещё тот хитроумный мерзавец. Никто не знает, чего от него ожидать.

– Тише! – оборвала Морган. – Так или иначе, только благодаря Альвису папа сейчас на свободе.

– Как вообще всё прошло? Отец тебя вспомнил? – переспросил Эван, заметив, что капитан остановился и обернулся к ним.

– Чего затихли? Все кости мне уже перемыли?

– Больно нужно, – соврал Дилан. – Мы говорили исключительно о Фрэнке.

– Кстати, где же он? – оглянулся Николас, придерживая карманы своих шорт, набитые манго. – Мы прошли уже полрощи и никого.

– Надо же, Паркер! – воскликнул шотландец. – Неужели ты стал беспокоиться о чём-то, кроме еды?

– К твоему сведению, я…

– Заткнитесь! – оборвал Николаса Альвис. – Похоже, Фрэнк совсем рядом.

– Откуда инфа? – нахмурился Эван.

– Интуиция, – прищурился капитан.

– О, ну, это, конечно, веский аргумент.

– Следы, – проговорила Бонни, проследив за направлением взгляда Альвиса по влажной почве. – Здесь свежие следы от ботинок.

– Которые как будто нарочно втоптаны в землю так, чтобы их заметили, – произнёс Альвис.

– Что за бред? – отозвался Дилан, скептически сравнив отпечатки своей обуви и тех, что были представлены перед ними. – Следы как следы. Очень отчётливо их видно здесь и…

Исполненная тревогой, Бонни уже не слушала шотландца.

– Как это понимать? – воскликнула она, пробежав по следам, которые заканчивались на самом краю утёса.

– Похоже, что Фрэнк сиганул вниз, – заключил Эван.

– Но почему? – сдвинул брови Ник.

– Папа не мог поступить так со мной по доброй воле, – Бонни взялась за голову, глядя с утёса вниз на безлюдный пляж.

– Всё это очень странно, – проговорил Дилан, внимательно всматриваясь в следы. – И всё же факт прыжка остаётся неопровержимым.

– Кто или что заставило папу спрыгнуть и где он сейчас? – Бонни с тревогой озвучила свои мысли вслух. – У кого какие идеи?

– Начинается детектив в стиле Шерлока, – подытожил Николас. – Может, Фрэнка что-то испугало: например, дикий зверь или змея, и ему просто пришлось спрыгнуть?

– Ну, или Деккен каким-то образом воздействовал на него гипнозом, – предположил Эван.

– Через расстояние? – обсуждая все возможные варианты, Бонни не могла согласиться ни с одним из них.

– Если папа действительно стал прежним, он бы не исчез вот так. Он бы непременно вернулся сюда, зная, что я буду ждать его здесь.

– Что-то тут нечисто, – проговорил Альвис. – Оставайтесь на месте, чтобы не затоптать следы, а я гляну, откуда они берут своё начало.

Не смея возражать и набравшись терпения, Бонни и её спутники остались ждать. Тем временем наступало утро. Солнце прокладывало свой путь сквозь нежные облака, придавая небесам оттенки переливающегося золота. Море встречало первые лучи света мягким покрывалом, отправляя на берег неспешные волны. «Где же ты, папочка? Что с тобой произошло?» – ломала голову Морган, прокручивая в мыслях разные версии случившегося.

Внезапно через несколько минут после того, как капитан скрылся за деревьями манго, послышался его сдавленный крик и какая-то возня.

– Хмгхм, хмгхм!!!

– Что там такое? – ребята и Бонни ринулись в рощу и увидели Фрэнка, который, накинувшись на Альвиса сзади, душил его голыми руками.

– Папа? Стой! Остановись!

– Вот ты и попался, мерзавец! – во всё горло кричал Морган. – Сейчас ты ответишь! За всё ответишь!

– Хмгхм, хмгхм!!! – хрипел Родригес, вырываясь.

«Вот это поворот», – остолбенел Николас.

– Они же поубивают друг друга! – воскликнул Эван, глядя на то, как Альвис увернулся от Фрэнка и с силой толкнул его на землю.

– Что ты творишь, Родригес? – подоспел Дилан, заслонив собой Моргана. – Совсем с катушек слетел?

Вместо ответа Альвис зарядил шотландцу мощный удар в челюсть.

– А вот это ты очень зря, – шотландец ударил капитана ногой в грудь и замахнулся снова, уводя его от Фрэнка.

– Уймись, придурок! – перехватил удар Альвис, но Дилан и не думал успокаиваться, продолжая нападать.

– Ты для нас не главный! – процедил шотландец. – И ты больше нам не указ!

– Пошёл прочь! – оттолкнул его Альвис, защищаясь. – Пошёл вон отсюда, грязный пёс!

– Альвис, Дилан! Прошу, не надо! – взмолилась Бонни, видя азарт, вспыхнувший в их глазах. – Дилан! Альвис! Да что с вами такое!

– Не подходи, Бонни, – предупредил Дилан, продолжая борьбу.

– Не вмешивайся, Морган! – прошипел Альвис.

– Что ты наделал, папа! – выпалила Бонни, подбежав к отцу.

– Я хотел лишь поставить Родригеса на место, – проговорил Фрэнк. – Ты многого о нём не знаешь. Я… Куда ты, дочка?

– Остановитесь! – прокричала Морган, встав между разъярённым Альвисом и взмыленным Диланом. – Никто из вас не будет больше драться! Никогда и ни за что!

– Уходи, Бонни! – крикнул ей шотландец.

– Бей меня, если хочешь драться, Гамильтон! – Морган развернулась к нему, глядя в глаза. – Бей меня или никого. Ну же! Выбирай!

– Твоя взяла, – отступил Дилан, опустив кулаки. – Я умываю руки.

– Пусть эта трогательная сцена станет своеобразным посвящением тебя снова в мир смертных, папаша, – проговорил Альвис, обращаясь к Фрэнку. – К слову, я уже не в первый раз я убеждаюсь в том, что люди просто не умеют благодарить за добро.

– За какое добро, мерзавец?! – выпалил Морган, и все вокруг затаили дыхание. – Ты в курсе, что теперь со мной будет? Что будет со мной после того, как ты заставил меня пить свою кровь?!

– Что ты такое говоришь, папа? – у Бонни пересохло во рту от волнения.

– А ты спроси лучше у него, – Фрэнк кивнул в сторону Альвиса. – Пусть он сам во всём признается!

– Ого, – присвистнул Николас. – Поставьте этот момент на паузу, я схожу за попкорном.

– Я слушаю тебя, Альвис, – Бонни вышла вперёд, требуя объяснений. – Если ты что-то от нас скрываешь, то самое время об этом рассказать.

– Хм, – усмехнулся капитан. – У твоего отца обычный отходняк после нескольких лет на «Голландце». Он боится, что Деккен поймает его и не даст ему жизни. Это нормально. Разные кошмары и видения, подобно тем, что он озвучил, будут преследовать его ещё очень долго. Да, и спешу тебе напомнить, Морган, о нашем с тобой уговоре. Свою часть сделки я выполнил. Теперь твоя очередь расплатиться.

– Да, я помню. Я всё помню, – поспешно ответила Бонни.

– О чём он, дочка? – побледнев, прошептал Фрэнк.

– Сейчас самое время воспользоваться этим, папа, как ты и велел мне сделать, – девушка достала асцендент, полученный ею от отца несколько часов назад. – Мы все слишком задержались на этих берегах. Пора возвращаться домой.

«Что ты творишь, жемчужинка?! – Фрэнк схватился за голову. – Неужели Родригес всё знает?»

– За твоё освобождение, папа, я пообещала Альвису раскрыть секрет того, как можно вырваться с этого острова на большую землю.

– И при чём здесь эта вещь? – нахмурившись, переспросил капитан, рассматривая таинственный предмет в руках Бонни.

– Это вещь – асцендент, который приведёт к нашему спасению, – начала Морган. – Он…

– Он приведёт нас к пятому элементу, некоему магическому предмету, – перебил Фрэнк. – Этот самый элемент обладает великой силой, которая при определённых условиях доставит каждого из нас в своё время.

– И место? – уточнил Альвис.

– И место, – согласно кивнул Фрэнк. – Но количество людей в этом действе ограничено. То есть свою команду ты взять не сможешь.

«О, Альвис будто из тех, кого это заботит», – закатил глаза Дилан.

– Меня, чур, верните в 2424 год, – оживился Эван на контрасте скептического взгляда Альвиса. – В какой месяц – неважно, и даже можно не прямиком домой, а хотя бы до ближайшего модуля эйр-такси.

– Ну а меня, пожалуйста, в 2024, – проговорил Николас. – Первое, что сделаю, уволюсь из фирмы и стану фотографом, как и мечтал. Бонни же согласится быть моей помощницей или откроет свою художественную мастерскую. Помнишь, Бонн, мы с тобой говорили об этом? Кстати, мои портреты у тебя выходят превосходно. Уверен, творческая деятельность пойдёт тебе на пользу после таких нервных приключений и…

– А тебе пойдут на пользу искры из глаз, Паркер, если не заткнёшься! – вмешался Альвис. – Выкладывай, Морган, что это за магический пятый элемент, о котором ты говоришь?

– Увидишь уже на месте, – не без ехидства отозвался Фрэнк. – Предлагаю не терять времени и отправиться в путь прямиком к нему.

– Тихо! Слышите? Что это там такое? – насторожился Эван, заставив всех замолчать.

– «Голландцы» восстали из мёртвых, – констатировал Альвис, подойдя к краю утёса. Последовав за ним, взгляды всей компании устремились на горизонт.

– О, Боги, они направляются сюда! Нужно сматываться! – прокричал Николас. – В какую сторону нам идти?

– Разреши, дочка, – отозвался Фрэнк, взяв асцендент из рук Бонни и сделав несколько шагов в сторону. – Двигаемся на юго-запад. Скорее за мной!

Полагаясь на показания своего изобретения, часть которого засияла словно по волшебству, учёный спешным шагом направился вглубь манговой рощи.

– Мертвецы уже здесь, – замер на месте Эван, первым последовав за Фрэнком. Множество изувеченных, изуродованных человеческих тел шли им навстречу. «Голландцы», будто плохо управляемые марионетки, натыкались друг на друга и всё продолжали появляться из-за кустов и деревьев с устрашающими лицами. – Что будем делать?

– Сойдём с утёса другим путём, – решил Фрэнк, развернувшись.

– Боюсь, что мы окружены, – отозвался Эван, с ужасом глядя на новую партию ходячих мертвецов, что-то бормочущих себе под нос и подступающих со всех сторон.

– Отбросить страхи! – командным голосом проговорил Альвис. – Эти твари безобидны, пока не получили чёткую команду от своего главаря. Идёмте так, как ближе к нашей цели.

– Мы не знаем, может быть, команду они уже получили! – не согласился Фрэнк и свернул на поляну, на первый взгляд, пустынную. – Возможно, Деккен, не подавая вида, следует за нами.

– Но также возможно, что Деккен ещё не успел восстановиться, – прорычал в ответ Альвис. – Зачем этому монстру выжидать, если он запросто может оторвать нам головы прямо сейчас?

– Они здесь, они проникли и сюда! – ужаснулась Морган, заметив скорченные фигуры, мелькающие сквозь листву.

Между тем к бессвязным речам «голландцев» добавился томный гул самого острова, делая обстановку ещё более гнетущей.

– Скорее, Бонни, все сюда! – Фрэнк подозвал дочь и остальных к ущелью, поросшему густым, высоким папоротником. – Спрячьтесь здесь, а я отвлеку их, уведу подальше и догоню вас.

– Нет, папа! – отвергла идею Бонни. – Ты пойдёшь с нами. Смотри, мы почти от них оторвались!

– Не всё так просто, жемчужинка, – с грустью ответил Морган. – Глоток свободы я получил, но полного освобождения мне не видать… Я слишком долгое время был среди мертвецов. Они чувствуют мой запах и рано или поздно догонят всех нас из-за меня.

– Значит, тебе тем более нужно скорее идти вместе с нами. Чем быстрее мы доберёмся до камня, тем раньше избавимся от преследований и от всех этих проблем!

– Не огорчайся, дочь, если всё выйдет совсем не так, – отозвался Фрэнк.

– Это почему, папа? – возразила Бонни. – Мы ведь почти оторвались от «голландцев» и скоро будем дома!

– Я болен, дочь, – обречённо проговорил Фрэнк. – Моя болезнь называется «обратный отсчёт», а ещё я связан с командой, которую можно победить только уничтожением Итафенита. Этот камень питает сверхъестественную силу на этом острове и во всём Бермудском треугольнике, что его окружает.

– С Итафенитом всё более-менее понятно, – взволнованно проговорила Бонни. – Но что может связывать тебя с командой?

– Как я уже сказал, я болен. Долго объяснять детально, но на земле обратный отсчёт длится 72 часа, то есть трое суток в каждой петле времени. Я пытался отслеживать свою болезнь, соорудив для себя вот такую штуку, – произнёс Фрэнк, вытащив из-под рубашки шнурок с кулоном в виде песочных часов, в верхней части которого осталось всего несколько песчинок. – Когда мой обратный отсчёт почти закончился в очередной раз, я наконец уступил тёмной стороне. Я попросился в команду «Летучего Голландца», чтобы получать силы от моря, как делают это «голландцы». Став одним из них, я теперь обязан служить Филиппу Ван дер Деккену до конца своих дней и выполнять все его приказы.

– А о своём будущем ты подумал, папа? – встревоженно прошептала Бонни. – Почему ты, имея асцендент, просто не переместился во времени и не сбежал от Деккена раз и навсегда?

– Этого не объяснить в двух словах, Бонни, – тяжело вздохнул Фрэнк. – Пока я не находил лучшего способа, чтобы продолжать жить, кроме как служить тёмным силам. И вот теперь ты появилась здесь, чтобы

утешить моё израненное сердце.

– Папочка, – нежно обняла его Бонни. – Я сделаю всё возможное, чтобы спасти тебя, только…

«У меня самой начался обратный отсчёт», – хотела она добавить, но сдержалась.

– Ни в коем случае не говори Альвису о главном секрете камня, – не заметил заминки Фрэнк. – Пусть загадывает любое время и место, как сделаем все мы, но пусть ни за что не увозит Итафенит с острова. Ты ведь не успела ему ничего такого рассказать?

– Нет, но я собиралась, – призналась Бонни. – Я дала ему слово рассказать, как преодолеть барьер, не выпускающий с Итафена, взамен на твоё освобождение.

– Послушай, пусть Альвис будет и дальше убеждён, что единственный способ выбраться из этой аномальной зоны – перемещение во времени. И не нужно ему знать ничего другого. Ты поддержишь меня, дочка?

– Да, но что будет, папа, если Альвис захочет переместиться только в пространстве, а не во времени? Если он захочет рвануть с камнем в родную Испанию, например?

– Папа? Папочка? – повторила Бонни и покрылась испариной, заметив, как лицо отца стремительно темнеет и вены, словно черви, проступают через его сморщившуюся кожу. – Что с тобой, мой родной?

– Что случилось, Морган? Заблудились в трёх пальмах? – тем временем Альвис догнал Бонни, и его насмешливый тон сменился на полный тревоги и замешательства, когда он взглянул на Фрэнка.

– Дьявол! Твой отец превращается!

– Ничего такого! – в смятении проговорила Бонни, закрывая собой родителя, который внезапно остановился и уставился куда-то вдаль отрешённым взглядом. – От быстрой ходьбы у папы, должно быть, участился пульс и поднялось давление.

– Неужели? – переспросил капитан, уловив растерянность в голосе девушки. – А мне показалось, что…

– Тебе показалось, – обрубила Бонни. – Идём скорее к камню. Скорее!

– Ну-ну, – нахмурился Альвис. – Как бы твой папаша не помешал всем нашим планам.

– Всё будет хорошо, – сама себя заверила Морган.

– О чём вы там шепчетесь, смертные? – Фрэнк вышел из-за её спины, и Бонни застыла в оцепенении. От привычного ей облика отца остались лишь кожа, кости и противно вытаращенные глаза.

«Этот монстр не должен быть моим отцом! Так не должно быть! Не должно!» – всё тело Морган сотрясалось от ужаса.

– Кто вы и почему я здесь, рядом с вами? – между тем спросил Фрэнк.

– Напряги извилины, – процедил сквозь зубы Альвис. – Если они, конечно, ещё не отсохли.

– Я здесь, чтобы выполнить какую-то миссию капитана Деккена, – резюмировал Фрэнк, услышав речь «голландцев» из глубины джунглей. – Патрон нас всех отправил на какую-то миссию…

– Никакой миссии больше нет, ты теперь абсолютно свободен, – выпалила Бонни. – Пойдём скорее с нами, позже узнаешь зачем. Пойдём же!

Стараясь не думать об уродстве его внешнего вида, девушка улыбнулась отцу, который пристально уставился на неё.

– Мне приказано найти беглецов, – словно робот проговорил он. – Кто ты такая? Не одна ли из тех, за кем всех нас послали?

– Папа, это я, Бонни, твоя жемчужинка! – ответила Морган. – Папа, прошу тебя, папа, вспомни меня!

– Это ты! Ты! – вдруг прошипел Фрэнк, приближаясь к девушке. – Ты была на «Летучем голландце», и Филипп Ван дер Деккен приказал найти тебя, чтобы убить!

– Папа, пожалуйста, очнись! Ты больше не подчиняешься Деккену! – взмолилась Морган, отступая спиной назад.

– Я лично сверну тебе шею, как и было приказано, – продолжал приближаться к ней Фрэнк. – Или прокушу, чтобы было быстрее и ты долго не мучилась…

– Ты не сделаешь ничего такого, папочка, ты ведь не погубишь родную дочь? – сердце Бонни заколотилось с бешеной силой. На её глазах выступили слёзы.

– Не сопротивляйся, и умрёшь почти безболезненно, – прошептал Фрэнк.

– Папа, пожалуйста, очнись! – взмолилась Морган, когда обезображенные руки отца схватили её плечи, а его зубы, обращённые в клыки, стали медленно приближаться к её шее.

Глава 2
Сквозь пространство и время

– Отвали от неё! – в одно мгновение Альвис оттолкнул Фрэнка в сторону от Бонни, сбив его с ног.

– Тогда ты станешь первым, кого я прикончу, человечина! – оскалился Морган. Поднявшись, он замахнулся когтистыми руками на капитана, но тот ловко увернулся, отойдя назад.

– Да у тебя не давление, а острая интеллектуальная недостаточность. Но ничего, у меня есть кое-что для тебя, – ухмыльнулся Альвис, вытащив из-за пазухи свою пиратскую флягу. – Пришло время пить добавку. Что скажешь?

«Что он делает?» – в недоумении подумала Бонни, когда Альвис открыл флягу и протянул её отцу.

– Будь умницей, выпей это.

– Ни за что на свете, – скривился Фрэнк, жадно втянув ноздрями воздух. – Никогда больше я не буду этого делать!

– Тебе сказано: «Пей!» – настойчиво повторил капитан. – Пей добровольно, иначе заставлю силой!

– Я тебя прикончу! – Фрэнк ринулся к Альвису.

– Посмотрим, – замахнувшись, капитан толкнул Фрэнка ногой в грудь. – Посмотрим, что ты скажешь мне после.

Повалив Моргана на землю, Родригес схватил его за кисти и приставил флягу к его рту:

– Пей, я приказываю тебе!

– Ты об этом пожалеешь, человечина! – увернулся Фрэнк. – Я не вампир! Я не буду пить кровь!

«Кровь? – воскликнула про себя Бонни. – Зачем Альвис даёт папе кровь?»

– Пей из фляги или прямиком из моей вены, выбирай! – Альвис придавил Фрэнка к земле. – Ну же! Пей кровь, пока я не передумал, или навсегда останешься чудовищем!

«Наш донор, он… в общем, его нет на месте, – в памяти Бонни всплыли слова матроса на «Летучем голландце». – Наш донор сбежал».

Морган подобралась к каплям алой жидкости, которые выплеснулись из фляги во время схватки, и сердце её похолодело.

«Так вот что всё это значит? Неужели Альвис и был тем самым донором?!» – теперь обрывки догадок в голове Бонни окончательно сложились в единую картину. В смятении девушка не могла понять, что ей тяжелее принять – отчуждение отца или осознание той правды, которую она всеми силами старалась отрицать. «Мой папа зависит от крови другого человека. Он стал одним из ходячих мертвецов и, возможно, останется таким навсегда. Неужели нет больше способа, чтобы его вернуть?»

Тем временем борьба Альвиса с Фрэнком продолжалась.

– Сволочь! – кричал, отбиваясь, Морган. – Как же я не узнал тебя сразу, ты же тот самый подонок, который был донором на корабле!

В это время Альвис поднял сухую ветвь из-под своих ног и резко полоснул ею по груди Фрэнка.

– Не осиновый кол, но тоже кое-что. Моё терпение на исходе!

– Мерзавец! – выкрикнул Морган, подходя к Родригесу. – Это ты должен меня бояться! Я здесь монстр, а не ты!

Пользуясь его открытым ртом и эффектом неожиданности, Альвис схватил мужчину за шею и сильно сжал его челюсть.

– А теперь пей и не рыпайся! – подавляя сопротивление, капитан стал вливать кровь в горло Фрэнка. – Глотай! Глотай, не пугай свою дочь!

С каждым глотком выпитой крови Морган становился всё более и более спокойным. Сморщенная кожа разглаживалась, мертвенно бледный цвет лица постепенно приобретал алые оттенки.

– Ну вот, к твоему папаше медленно, но верно возвращается его прежний человеческий облик, – констатировал Альвис.

– Он выпил? Он всё выпил? – Бонни тряслась от ужаса, одновременно осознавая, зачем была нужна эта «процедура».

– Он выпил, – Альвис отпустил Фрэнка и отошёл в сторону, глядя как тот смиренно сел на траву. – Совсем скоро он придёт в себя.

– Папочка, – решилась приблизиться к отцу Бонни.

– Мы еле отбились от кучи «голландцев». Вы не слышали, как мы вас звали? Вы как? – вдруг голоса Ника, Дилана и Эвана, слившиеся в один, раздались за её спиной. – Всё в порядке?

– Уже да, – Альвис смахнул кровь в губ Фрэнка и повернулся к ребятам. – У Фрэнка подскочило давление. Пришлось оказывать ему первую медицинскую помощь.

– Папочка, – Бонни прильнула к отцу, наблюдая за тем, как его взгляд оживает и румянец возвращается к его щекам. – Как ты себя чувствуешь?

– Жемчужинка моя, – прошептал Фрэнк, словно никаких превращений не происходило. – Прости, если я напугал тебя.

– Всё хорошо, папа, – мягко улыбнулась Бонни. – С этих пор я всегда буду заботиться о тебе.

– Эй, парочка Морганов, – окликнул их Альвис. – Пойдёмте дальше! Нужно поспешить!

Некоторое время спустя, минуя окружение «голландцев», вся компания наконец достигла озера, окружённого скалами. На одной из них был потаённый вход в гротную пещеру, куда и подвёл всех Фрэнк.

– Это здесь.

– Какого чёрта? – взгляд Альвиса был темнее грозовой тучи. – Как ты узнал об этом месте?

– В отличие от тебя, я направляю свои силы на великие открытия, – огрызнулся Фрэнк. – Пятый элемент, о котором мы упоминали ранее, находится в этой пещере. Это Итафенит.

– Если бы не договор с твоей дочерью, ты был бы уже мёртв, – прошипел Альвис.

– Идите за мной и ничего не трогайте без моего ведома, – войдя внутрь пещеры, скомандовал он.

«Больно нужно», – нахмурился Дилан и, пропустив всех вперёд, вошёл следом.

Влажные стены пещеры были усыпаны блестящими кристаллами соли, которые, как светлячки, мерцали в полутьме, отражая призрачные оттенки синевы и малахита. Звук капель, падающих на каменный пол, создавал монотонный, но успокаивающий ритм. В воздухе витал особый аромат влажной земли, смешанный с нотками минералов, словно дыхание самой природы.

– Вот это да! Какой невероятный камень! – восторженно проговорил Эван, впервые видя Итафенит. Мягкое, лазурно-изумрудное сияние камня отражалось в воде, на песочной отмели и на стенах, превращая каждый уголок пещеры будто в мистическое укрытие.

– Чтобы активировать Итафенит на наше перемещение в пространстве и во времени, нам нужно объединить силу созвездия, что над нашими головами, в самом центре Бермудского треугольника, и силу четырёх стихий, – торжественно произнёс Фрэнк. – Созвездие на месте. Вода – это озеро, земля – своды этой пещеры, воздух – ветер, гонимый сюда с океана. Нам не хватает лишь огня.

– А что, голова-учёный не изобрёл ещё карманный огонь? – хмуро отозвался Альвис в адрес Фрэнка.

– У входа в пещеру полно кремниевых камней, да и хворост найдётся, – спокойно проговорил Дилан.

– Отлично, – отозвался Николас. – Как выглядит кремень, я не припомню, а вот хвороста наберу. Кто со мной?

– Я тоже хочу поучаствовать в процессе, – оживился Эван. – На какую кнопку нужно будет нажать на кремниевом камне?

– Хах, на кнопку! – усмехнулся Дилан. – Где собираются два неумёхи, комедия обеспечена.

– Ты что-то сказал, или рыба булькнула под водой? – нахмурился Эван.

– Не бери в голову, – отозвался Ник. – Дилан явно завидует тому, что ты из будущего.

– Довольно болтовни! – прикрикнул Альвис.

– Напоминаю всем, что люди Деккена могут появиться здесь в любой момент, как и он сам, – добавил Фрэнк. – Кроме того, что развести костёр, нам ещё нужно переставить Итафенит так, чтобы он был наполовину в воде, наполовину на земле. Помоги мне с этим, Дилан.

– Не нужно, – запротестовал Альвис. – Мы вполне сможем перенести камень с тобой вдвоём, Фрэнк. Хотя, кто знает, вдруг у тебя давление снова подскочит?

– Нет-нет, – побледнел Фрэнк. – Ты прав, мы и вдвоём с тобой справимся. Дилан, будь добр, помоги ребятам.

– Пошли, покажу, как выглядит кремень, – бросив угрюмый взгляд в сторону Родригеса и расправив плечи, шотландец направился к выходу из пещеры.

Когда ребята ушли, Альвис и Фрэнк переставили камень в нужное место.

– У меня есть к тебе несколько вопросов, Фрэнк, – капитан поднял взгляд на Моргана и стоящую рядом с ним Бонни.

– Я весь во внимании, – отозвался учёный.

– Итафенит перенесёт каждого из нас туда, куда мы захотим. Абсолютно в любое место и время. Так?

– Всё верно, – согласно кивнул Фрэнк. – Если ты, конечно, готов распрощаться со своей командой и кораблём…

– Сейчас меня волнует другое, – оборвал Альвис. – Неужели фокус с камнем – единственный способ покинуть остров? Альтернатива есть?

– Видишь ли, – начал Фрэнк. – Этот остров совсем не такой, как другие места нашей планеты. Он находится в специфической аномальной зоне, на территории Бермудского треугольника, и окружён уникальным барьером из смертельных водоворотов. Поэтому другого варианта выбраться отсюда на большую землю, кроме как переместиться в пространстве, используя уникальную силу камня, просто нет. Преодолеть барьеры вокруг острова как-то иначе физически невозможно. Как учёный-исследователь, я уверен в этом.

– Допустим, я тебе верю, – Альвис встал, скрестив руки на груди. – Тогда расскажи мне в деталях, Морган, как будет происходить это невероятное перемещение? На этом затерянном острове не работает ни один компас. И никаких точных часов у нас нет. Где гарантии, что всё получится?

– Для этого я и изобрёл асцендент, – пояснил Фрэнк. – Эта вещица и есть наша гарантия. Асцендент, подобно пульту на машине времени, поможет нам попасть именно в ту эпоху, в которую захотим. Нужно лишь задать ему нужные координаты и время.

– И как же? – всё ещё скептически переспросил Альвис.

– Здесь по всей окружности, если повернуть её под острым углом, станет видно поле с засечками из римских цифр. Смотри, – учёный положил асцендент себе на ладонь, демонстрируя Родригесу своё изобретение. – Нужно провести по цифрам в той последовательности, которая нужна.

– Это что касается года, а координаты? – заметил Альвис, внимательно рассматривая засечки. – Как указать желаемое местоположение?

– С координатами всё не так строго, – отозвался Фрэнк. – Достаточно лишь явственно представить место, в которое хочешь попасть.

– Так ты и оказался на этом острове в прошлом, папа? – вмешалась в диалог Бонни.

– Да, именно так всё и было, дочка. А вот и наши добытчики огня.

– Всё оказалось проще простого, – засиял радостью Эван, с гордостью неся стопку хвороста на пару с Ником. – Думаю, мы справимся с костром и без всякой кнопки.

– Но это не точно, – хмыкнул Дилан.

– Кстати, где его разводить? – Паркер обвёл взглядом пещеру. – Здесь повсюду так сыро.

– Развести костёр можно на отмели рядом с камнем, – предложил Фрэнк. – Так будет надёжнее всего.

– Итафенит не пострадает от всех этих экспериментов? – волнение Альвиса выдал его напряжённый голос.

– Всё ещё не доверяешь мне? – Фрэнк поднял глаза. – Не переживай. Итафенит нисколько не пострадает. С ним ничего не случится.

– Что ж, тогда действуйте, – положившись на слова учёного, согласился Альвис.

Вскоре, с одобрения капитана, яркое пламя огня вспыхнуло рядом с камнем. Огненные языки, окружив Итафенит, создавали впечатление живого существа, кружащегося в вихре торжественного бала. Цвета пламени переливались от ярко-красного до золотисто-жёлтого. Затем, балансируя, переходили к сиянию сочного оранжевого. Теплота огня ощущалась даже на расстоянии, охватывая всех собравшихся трепетом предстоящего таинства.

– Итак, у нас есть всё для того, чтобы покинуть остров, – начал вступительную речь Фрэнк. – Это огонь, который может творить и разрушать; земля – символ плодородия; воздух, наполненный свободой и движением; вода, символизирующая жизнь и очищение – все четыре стихии перед нами. И все они имеют свою силу и своё значение. Но только пятый элемент, Итафенит, может объединить их все воедино, открывая путь к неизведанным возможностям и тайнам…

– Можно я буду первым отправленцем домой, если очередь ещё никто не занимал. Никто не возражает? – выпалил Эван, нарушив повисшую в воздухе тишину. – У меня масса контента не обработано, да и вообще помыться бы нормально. Ещё эта рана в ноге… Мне срочно нужно измерить все показатели по здоровью и восстановить си…

– Валяй уже, – оборвал его Альвис. – Проверим на тебе весь этот фокус.

– Спс! Это самое удивительное приключение в моей жизни, – расцвёл Эван. – А вы самые кайфовые ребята из прошлого, правда. Разве что кэп немного, эм…

– Не тяни время, а то передумаю, Рейган, – хмуро пригрозил капитан.

– Спасибо ещё раз, ребята, и прощайте, – Эван пожал руку Альвису, Дилану, Нику и приобнял Бонни, подойдя к Фрэнку.

– Итак, парень, слушай внимательно и выполняй то, что я тебе скажу, – настоятельно проговорил учёный. – Чтобы попасть в 2424, нужно неотрывно провести указательным пальцем по цифрам на полях асцендента. Следи за мной, по каким: M M C D X X I V. Запомнил? Повтори!

– M M C D X X I V, – медленно, но безошибочно повторил Эван.

– Молодец, – похвалил его Фрэнк. – Как только будет готово, откроется портал. Что-то в виде объёмного, светящегося круговорота или туннеля. Ну, а дальше останется дело за малым – нужно будет представить место, в котором ты хочешь оказаться, и войти в портал.

– Запомнил, – проговорил Эван в напряжённом волнении.

– Тогда начинаем! Держи асцендент!

– M…M… C… – Эван стал соединять необходимые символы, и все присутствующие затаили дыхание. – D… X…X…I…

В момент, когда Эваном был обозначен последний символ, словно из ниоткуда, у пылающего огнём Итафенита появился вихрь, ослепляющий искрящимся светом золота и серебра.

«Вот это да! Жаль, камеры с собой нет! – воскликнул про себя Эван, когда крутящийся вихрь остановился перед ним. – Это же настоящая сенсация!»

Не сдержав любопытства, Рейган протянул к свету руки – настолько сияние казалось осязаемым.

«Эй, постой, куда же ты?» – обратившись в плавное облако, серебристое сияние вдруг стало размываться, оставляя после себя лишь множество воронкообразных завитков.

– Что-то не так? – Эван в тревоге обернулся к Фрэнку.

– Всё в порядке, – заверил Морган. – Ещё немного терпения, и всё сложится как нужно.

В это время, танцуя в воздухе над Итафенитом, фантастическое сияние стало принимать цвета огня: красный, оранжевый, ярко-жёлтый; воды: синий, голубой, тёмно-синий; воздуха: белый, светло-голубой, серый; земли: зелёный и коричневый…

«Это что-то невообразимое», – Альвис встал рядом с Бонни, наблюдая за тем, как она с восхищением смотрит за происходящим.

Вобрав в себя цвета всех четырёх стихий, множество воронок, наконец, сложилось в знак одной большой закрученной спирали. Серебристые искры, исходящие из её центра, словно мистические ключи, распахивали входную дверь в неизведанный мир.

– Есть! Портал появился! – радостно воскликнул Фрэнк. – Эван, теперь возвращай мне асцендент и проходи!

– Эван Рейган! Ты меня слышишь? – учёный снова окликнул парня, словно загипнотизированного, стоящего перед порталом.

Слегка склонив голову набок, Эван казался живой статуей, полностью погружённой в какие-то мысли внутри себя. В мерцающем свете портала он разглядывал тени и контуры того, что видел. Силуэты древних деревьев, старинных строений и загадочных созданий медленно вырисовывались перед ним, находя отражение в его глазах.

– Ну же, Эван! Возвращай мне асцендент и проходи! – с нетерпением повторил Фрэнк, схватив руку парня, в кулаке которой он сжимал изобретение. – Что бы ты ни задумал, отдавай асцендент!

– Эй, ты чего завис, Рейган? – поочерёдно заголосили Дилан и Ник. – Ты хочешь домой или нет? 2424 в шаге от тебя!

– О, я не знаю, что на меня нашло, – словно опомнившись ото сна наяву, парень передал асцендент Моргану и, будто приготовившись к прыжку с парашютом, издал громкий, пронзительный крик.

– А-а-а! – Эван без промедления шагнул вперёд и скрылся из вида всех присутствующих, словно обернувшись человеком-невидимкой.

«Надо же! Всё это и правда сработало! – Альвис перевёл взгляд на Итафенит, озарённый пламенем огня. – Какие секреты ты ещё скрываешь в себе?»

– Так, одного отправили, – между тем констатировал Фрэнк. – Кто следующий?

– Я! – отозвался Ник и подмигнул Бонни, подойдя к Моргану с асцендентом. – Буду ждать тебя в гости, Бонн. Как только отдохнёшь, звони.

– Как отдохну после отдыха, – отозвалась девушка, выдавив улыбку. – Как ты помнишь, это был наш спонтанный отпуск.

– После всех приключений мы все заслужили хороший отдых, – поддержал Дилан.

– За исключением того, конечно, кто бросает свою команду на погибель из-за сожжённого корабля врага, – как бы невзначай добавил он с намёком, и взгляд Альвиса загорелся гневом.

– Следуя твоей логике, шотландец, Морган заслуживает остаться здесь и сдаться Деккену вместе со мной, чтобы защитить мою команду от его мести. Призываешь к её совести?

– Хм, и с чего такое заключение? – усмехнулся Дилан.

– Спешу тебе напомнить, Гамильтон, что как я использовал Морган в своих личных целях, так и она использовала меня в своих. Сделал выводы?

– Да, пусть вы оба стали причиной того, что Деккен теперь будет рвать и метать, но… – саркастично подметил шотландец, – но цель девушки в отличие от твоей, Родригес, была не только личной, а ещё и благородной. Она думала в первую очередь о спасении отца, а ты беспокоишься только о себе – разве так поступают настоящие…

– Дилан! – окликнула его Бонни. – Не лезь не в своё дело, пожалуйста!

– В какое время и место отправитесь Вы, капитан? – поспешила спросить она, повернувшись к Альвису.

– Не нужно делать вид, что это тебя волнует, – последовал его неприветливый ответ.

– Если я спросила, значит, мне не всё равно, – резко отозвалась Бонни. – Куда вы отправитесь?

– Уж точно не туда, где буду обязан перед кем-то отчитываться.

– Хм, ну и ладно, – процедил Дилан. – Всё равно вам не по пути.

– Это здесь, они все спрятались здесь! – вдруг донёсся чей-то голос из-за стен пещеры.

«Олден?» – после его предательства Бонни из тысячи бы узнала этот голос, и теперь это был именно он.

«Олден? Неужто он здесь и снова против нас?» – Фрэнк попытался скрыть свою тревогу, узнав тембр своего давнего «друга». – Скорее, давайте продолжим!

– Альви-и-ис! – нечеловеческий рёв снаружи громом прогремел имя капитана. – Молись, Родригес! Твой ад уже здесь! Не прячься, как червь, а встань передо мной, как человек, чьё имя Альвис Лоренсо Родригес!

– Ренсо Ригес!.. – раскатистое эхо разошлось по всему пространству пещеры. Мелкие камни попадали с её потолка вместе с частями сталактитов, словно прячась от незваного гостя.

«Нет! Нет! Это Деккен и его люди!» – ужаснулась Морган, увидев у входа в пещеру фигуру приземистого мужчины в окружении изувеченных человеческих тел.

– Я уступаю свою очередь Бонни, – поймав её взгляд, проговорил Ник. – Я готов пожертвовать собой ради тебя.

– Хвалю, но жертв не нужно, – выпалил Фрэнк. – Асцендент способен перенести в одно время до четырёх человек! Соедини на асценденте M M X X I V и забегайте в портал вместе с Бонни. Скорее!

– Но как же вы, папа? – растерялась Морган. – Мы должны выбраться отсюда все вместе!

– Я прибуду следом и ребят тоже отправлю, – пообещал Фрэнк.

– Схватить и убить! Убить всех! – истошно кричал на фоне Деккен своим приспешникам. – Уби-и-ить!

«Это ты привёл их, мерзавец?» – Альвис метнул взгляд на торжествующего Олдена.

«А что ты думал, капитан? – так же одними глазами ответил Олден. – Получай, Родригес, за то, что выгнал меня и унизил перед всеми! Получай по заслугам!»

– Набирай M M X X I V, Паркер! – прорычал Альвис, поочерёдно отбрасывая назад волну ходячих мертвецов, с оскалом ринувшихся на него. – Шевелись, быстрее!

– Схватить и убить! Убить всех! Схватить и убить! Уби-и-ить! – вопили они, когда к борьбе с ними подключился Дилан.

– Скорее, Паркер!

– M… M… – начал Ник. – X… X… и…

– На этом всё! – один из приспешников Деккена вырвался вперёд и выбил асцендент из рук Николаса.

– Олден! – схватил его шотландец и принялся колотить на пару с Эваном.

– Начни с начала, Ник! – тем временем скомандовал Фрэнк, заслоняя собой его и Бонни.

– Асцендент разбит и портал исчезает! – запаниковал Николас, видя, что мертвецы уже в шаге от него во главе с их главарём.

– И что за шабаш вы тут устроили? А, Родригес? – внезапно громыхнул голос Деккена у плеча Альвиса. Но самому Филиппу удалось ухватить лишь воздух, так как капитан «Несокрушимого» резко рванул в сторону Бонни.

– Теперь и у меня благородная цель! – прокричал Альвис, крепко схватив Морган за руку и потянув её к порталу.

– Пусти! – прокричала Морган, но Родригес уже прыгнул в светящуюся бездну, не оставляя ей иного выбора, как последовать за ним.

Альвис

Едва я пересёк границы портала, вспышка нестерпимо яркого света ослепила меня. Я не успел осознать, как моё тело вдруг стало непостижимо лёгким и будто бесчувственным. Помимо этого, звуки внешнего мира стремительно быстро переставали существовать. Их частота угасала, словно всё их звучание затягивало в невидимую пропасть вместе со мной. Это было как погружение в невесомость. Реальность растворялась, как туманная дымка, и что-то неуловимое тянуло меня в неизведанную бездну. Все мои чувства и эмоции смешались так же, как краски, хаотично вылитые на холст художника-абстракциониста. Вся гамма моих ощущений приобрела абсолютно новые, никогда не встречающиеся оттенки.

Нестерпимо сдавило виски. В памяти стали крутиться обрывки каких-то воспоминаний, которые я как будто переживал заново.

Я в большом, просторном зале, наполненном людьми. Приветствуя меня, они все притихли и склонили передо мной свои колени и головы в знак почтения. Голова лишь одного человека осталась возвышаться над остальными. Это девушка. Какая-то длинноволосая девушка. Нахалка, которая беспардонно плюёт на мои правила, – сущий бес, воплотившийся в прекрасном теле. Её стать и неслыханная дерзость ясно выделяют её среди всех присутствующих. Я медленно поднимаю бровь и встречаюсь с ней глазами. Сверлю насквозь, мысленно испепеляю её. Обстановка накаляется с каждой секундой. Напряжение вокруг нарастает. Она же, не дрогнув, продолжает стоять, словно играя в силовую борьбу, несмотря на то, что мои подданные нашёптывают ей о должных правилах поведения в моём присутствии. Во взгляде девушки читается вызов, несгибаемая уверенность в себе. На моих губах мелькает улыбка, полная насмешки. Это Бонни Элизабет Морган, ещё не знавшая тогда, с кем имеет дело…

Сердце подпрыгивает в груди и, будто ударившись в рёбра, отскакивает обратно, замерев на пару секунд. Теперь я точно знаю, откуда у меня к ней такая необъяснимая тяга! Она и Бонни Морган – один и тот же человек! Мы и правда были знакомы раньше! В моих воспоминаниях оживает момент, когда мы с Морган висим над джунглями, запутанные в сети племени Канески, и как пылают её губы в ответе на мой поцелуй.

Я вспоминаю, как спасаю её от казни над камнем жертвоприношений аборигенов и как после многочисленных приключений мы оказываемся в лагуне из светящегося планктона. Я помню её взгляд, наполненный страстью, и как её возбуждённые, твёрдые соски касаются обнажённой кожи моей груди. Я помню, как, измождённые желанием, наши тела сливаются друг с другом, и как я предлагаю ей весь мир, если она согласится быть моей навсегда. Она не спешит с ответом, и я не тороплю её. Она точно согласится. Я ощущаю себя абсолютно счастливым, впервые так явственно представив наше общее будущее. Моё дыхание учащается сейчас так же, как и тогда. Я помню! Я всё помню! Я словно до сих пор тону в пучине её бездонных глаз и жадно вдыхаю пряный запах её волос!

Это она! Она! От одного её присутствия я ощущаю такой бурный прилив энергии и сил, с которым не сравниться даже Итафенит.

В какой-то момент я вырываюсь из воспоминаний прошлого, вдруг почувствовав наконец твёрдую поверхность под ногами. И, пока глаза привыкают к новому окружению, а слух к вновь появившимся звукам, первое, о чём я думаю: «Где она? Где Бонни Элизабет Морган? Почему её нет рядом? Я ведь держал её за руку!»

«Альвис! Что делаешь? Пусти меня!» – я проворачиваюсь на каблуках своих сапог и, сквозь шум ветра в голове, её голос репитом звучит в моём подсознании. Но её со мной рядом нет. Какого дьявола? Я же затащил её за собой в 2424 вслед за Рейганом! По словам Фрэнка, асцендент должен был иметь силы на троих! Как раз Рейган, я и Морган! Где же она?

Я стою поодаль от множества снующих туда-сюда людей, на просторной площади с проекцией в виде земного шара в самом её центре. Сама площадь расположена в окружении множества монолитных многоэтажных зданий со светящимися вывесками. Все они своей яркостью затмевают солнце, медленно клонящееся к закату. Лавируя среди них, над головой бесшумно пролетают конструкции без пропеллеров и крыльев – должно быть, какие-то современные средства перемещения.

Между тем, пока я, словно дикарь, только что вышедший из джунглей, озираюсь по сторонам, прохожие не обращают на меня никакого внимания. Каждый спешит куда-то, погружённый в свои мысли, и даже не подозревает, что мельком увидел человека из далёкого прошлого. Оно и понятно. Какое кому дело до незнакомца в таком современном, большом городе.

Тем временем я продолжаю искать взглядом Морган. Всё вокруг – полный контраст с утопающим в зелени островом. Всё пространство между зданиями устлано каким-то твёрдым, однотонным, почти идеально ровным покрытием. Ни одной пальмы, куста или травинки поблизости не видно, и моё сердце ликует. У меня действительно получилось! Я выбрался с того злосчастного затерянного острова! Впереди меня ждёт долгая и счастливая жизнь за его пределами.

Где же Морган? Я начинаю всё больше волноваться. Неужели ушла, даже не попрощавшись? Эта мысль горечью заполняет моё сердце, и, словно вспышкой, меня озаряет осознание. Она ведь уже так поступала со мной, и не один раз. Однажды это было в пещере, когда я лежал укушенный скорпионом, и однажды, когда… Стоп! Я чувствую, как мой пульс начинает зашкаливать. Внутри будто что-то безвозвратно обрывается. Нет, я не хочу в это верить!

Последнее, что я помню из времени моего правления в Гринстоуне, – именно нашу ночь в лагуне со светящимся планктоном. Это была наша первая и последняя ночь. Моя и Бонни!

Тогда она обещала привести меня к камню, но так и не сдержала своего слова, оставив меня в самый неожиданный момент… Как же я был слеп! Морган ведь всегда бежала от меня! Зная о моих намерениях насчёт Итафенита – о том, что я хочу увести его на континент, – она встала на сторону своего отца.

Иначе как объяснить её исчезновение после моего признания ей?

Тогда в лагуне, в порыве чувств, под шелест волн я раскрыл перед ней свою душу. Я до безумия желал тогда, чтобы она стала частью моей жизни, и предложил ей разделить со мной вечность. Я мечтал, чтобы, впитывая энергию и силу Итафенита вместе, мы с ней навсегда оставались молодыми и жили вечно, вопреки всем катастрофам, что притянет на наше окружение этот камень. Неужели она побоялась довериться мне и отвергла меня?

Она, как всегда, побеспокоилась о жизни других больше, чем о своей? Она выбрала людей, а не меня? Она выбрала человечество взамен собственного счастья и просто сбежала, не дав мне забрать Итафенит с острова ни с ней, ни без неё? Неужели она в самом деле предала меня? Она правда так поступила со мной, или была какая-то другая причина, по которой она исчезла тогда в ту ночь? Я непременно должен это выяснить!

С этим решительным настроем я вновь сверлю окружение взглядом и решаю прочесать все окрестности до дыр, лишь бы скорее столкнуться с Морган лицом к лицу.

– Эй, парень? – вдруг меня окликает чей-то резкий голос за спиной. – Это что здесь у нас происходит?

– Шли бы, куда идёте, или летите, куда летели, – отмахиваюсь я от парочки бугаёв, облачённых в костюмы, подобные скафандрам. – Попутного ветра!

– Что ты себе позволяешь? – рычит один из них. – Надень маску и не огрызайся!

– Попутного ветра, я сказал, или у тебя тугоухость? – отзываюсь я.

– А ты кто, собственно, такой?! – рассерженный бугай начинает размахивать булавой в руках и буравит меня взглядом сквозь свой защитный шлем. – Твои документы?

– А вы сами кто такие? – встаю я в защитную позу.

– Пройдём-ка с нами! – не отвечая, подонки хватают меня под руки.

– Стойте! Отпустите! – вдруг вмешивается девушка из толпы людей, проходящих мимо. – Это мой брат!

«Хм, а ситуация становится всё более непредсказуемой», – морщусь я, разглядывая девицу с ярко-синим каре, в медицинской маске на лице. В куцых лоскутах обтягивающей ткани вместо одежды, вся разрисованная татуированными знаками на коже, она идёт прямиком ко мне. «И в каком сне она видит меня своим братом?»

– Это мой брат, магистраторы, простите его! У него обострились симптомы, и я веду его в клинику. Сейчас он наденет маску, и мы продолжим путь. Только, пожалуйста, не трогайте его. Без насилия, прошу!

– Свободен, – внимая жалостливому тону девушки, так называемые магистраторы отпускают меня. – Скажи спасибо твоей сестре, что вступилась за тебя.

– Идём же! – шепчет мне незнакомка, уводя меня в сторону.

– И вот это тебе лучше надеть, – покопавшись в своей сумочке, она протягивает мне зип-пакет, в котором виднеется что-то похожее на платок. – Всегда ношу с собой запасную на всякий случай. Вот и пригодилась.

– Медицинская маска? – я разворачиваю содержимое пакета. – Мне ни к чему, я ничем не болен.

– Ну, тогда будешь платить штраф, или они закроют тебя надолго, – с угрозой заявляет синевласка. – Выбирай. Кстати, костюмчик твой ничё, капитан! Какого века до нашей эры? – добавляет она уже более расслабленным тоном.

– Тебе и не снилось что-то подобное, – бросаю я девице и замысловатому украшению в её носу. Эта особа явно не может меня знать, но почему-то я слышу от неё привычное ко мне обращение, что меня настораживает. – Мы разве знакомы?

– Хах, вживую – нет, а вот виртуально – даже очень, – хихикает синевласка и по-кошачьи щурит глаза. – И вживую ты ещё симпатичнее, чем в приложении, кэп. Только, пожалуйста, не ищи неприятностей и надень маску.

– Ты очень странная девушка, – под пытливыми взглядами стражей я надеваю маску. – Ты самая странная девушка, которую я когда-либо видел.

– Да, я тащусь от старины и всего такого, ты же знаешь по переписке, – будто оправдывается она. – Кстати, моё настоящее имя Элинор. А твоё?

– Альвис Лоренсо Родригес, – настороженно отвечаю. – Что это за город? И к чему эти правила с масками?

– О, да ты чикануто вжился в роль моего заражённого брата! – синевласка слегка толкает меня в бок и тут же быстро отходит, спохватившись. – Чёрт, дистанция, совсем…

– Когда я задаю вопросы, потрудись на них ответить! – обрубаю я раздражённо.

– А ты мой краш не только внешне, но и по характеру, – с восторгом выдаёт девушка. – Давай поболтаем по дороге, а то совсем скоро нам пора будет прощаться.

– А разве мы куда-то собирались, Элли? Или как тебя там, – вглядываюсь я в лица людей, которые беззвучно проходят мимо.

– Элинор, – между тем поправляет синеглазка. – Я Элинор.

– Это сути не меняет, – продолжаю вглядываться в подозрительно тихих прохожих. – Скажи, почему из всех вокруг в масках только мы с тобой?

– Как же ты бесподобно играешь кэпа из прошлого, Альвис Лоренсо Родригес! – заявляет Элинор, выделяя интонацией моё полное имя. – Ты пригласил меня в кафе, где вход строго по человеку на квадратный метр. Идём же скорее, пока наш столик не заняли.

«Фантазии этой девчонки можно только позавидовать, – ухмыляюсь я про себя. – Зато она может быть мне полезным гидом по этому городу».

Мы выходим на тротуар, где я сталкиваюсь плечом к плечу с молодым парнем, но он словно проскальзывает мимо.

«Что за чёрт?» – меня задевает рукой идущая навстречу девушка, но и её прикосновения я не ощущаю.

– Кстати, ты не против, если я буду называть тебя просто Альви? Ок? – беспрестанно болтает Элинор, а я замираю, уходя в гущу толпы будто бестелесных созданий.

– Эй, Альви? – настороженно переспрашивает синевласка, ожидая моего ответа. – Ты чего там застыл?

– Что это за место? Кто все эти люди? – настороженно выпытываю я.

– О, видно, что ты, как и я, долго не выходил на улицу, – тараторит моя новая знакомая. – Это проекции. Они не живые.

– Проекции? – что-то во мне яростно отвергает новую реальность. – К чему они здесь?

– Как к чему? – брови Элинор удивлённо взлетают вверх. – Они хоть как-то возвращают Портайлэнду прежний вид, пока идёт эпидемия и выходить на улицу можно только по разрешению…

– Ты сказала «эпидемия»? – я пережил эпидемию холеры и до сих пор вижу кошмары, что кроются за этим словом.

– Заражённых тьма, умерших ещё больше, – хмурится синевласка. – Квантовый гиперион КГ-9 уже столько лет с нами. Когда наконец придумают, как его преодолеть?

«Квантовый гиперион? – повторяю я мысленно и понимаю, что ни о чём подобном никогда не слышал. – Неужели в 2424 году ещё не изобрели лекарство от всех болезней?»

– Вирус получил своё название из-за своей способности манипулировать квантовыми структурами в организме, что приводит к необратимым изменениям на клеточном уровне, – просвещает меня Элинор, и, между тем, среди проекций людей я замечаю нескольких с масками на лицах.

– Он переносится воздушно-капельным путём, что делает его высоко заразным. КГ-9 неизлечим, и высокая его концентрация приводит к смерти, – продолжает тараторить синевласка. – Не знаю, зачем, но эту сводку из новостей я вызубрила назубок.

«Поэтому на улицах считанное количество живых людей? – теперь понимаю я. – И все они носят маски из-за страха заразиться… Как же они живут? Сколько ещё городов или стран охватила эта болезнь?»

Внезапно пространство улицы заполняется звуками оглушительной сирены.

– Внимание! Внимание! Срочный месседж! Внеплановая дезинфекция! – откуда-то сверху раздаётся извещение. – Уровень опасности красный! Всем вернуться в свои дома! Срочно! Уровень опасности красный! Внеплановая дезинфекция! Всем в укрытие!

– Снова внеплановая? Но мы только вышли! – лица немногочисленных людей вокруг полны растерянности и безысходности. Некоторые из них совсем не меняют ритма. А есть и такие, что резко меняют направление и в панике бегут, словно спасаясь от чего-то незримого, но до смерти страшного.

Глава 3
Вперёд в неизвестность

Альвис

– За что? Почему это происходит?! – сжимает кулаки Элинор. – Каждый раз, когда я знакомлюсь с нормальным парнем, происходит какая-то лажа!

– Так это из-за тебя сработали сирены? – ухмыляюсь я, глядя на всеобщий хаос вокруг.

– Город в оцеплении! Всем по домам! – продолжает горланить оповещение на фоне неумолкающей сирены. – Всем немедленно пройти в укрытие!

– Что опять случилось? – слышится недовольство среди местных. – Почему мы должны прятаться в наш выходной день? Когда это всё закончится?

– Давай продолжим свидание у меня? – вдруг предлагает мне синевласка. – Я тебя подвезу.

– И на чём же, любопытно?

– Бежим скорее! – Элинор прорывается к летающему перевозчику, который приземлился неподалёку.

– Параллель дробь 15–64! – кричит она, добежав до кабины.

– Система перегружена, – звучит роботизированный отказ перевозчика, в котором уже есть несколько пассажиров.

– Не успели! – бросается она к другому «такси-эвакуатору».

Я следую за ней, и вдруг среди проекций людей мой взгляд ловит золотистый цвет платья и пряди каштановых волос, такого же тёплого оттенка, как у Бонни.

«Морган? Это ты?»

Силуэт длинноволосой девушки в золотистом платье мелькает среди множества незнакомцев, и я, не раздумывая, бросаюсь в толпу.

– Морган, стой! – кричу и спешу вдогонку.

– Альвис?! – теряет меня из виду Элинор.

– Морган! Бонни Морган! – зову я Бонни, и мой крик тонет в голосах людей и шуме сигнализации. Я лишь успеваю увидеть её оголённую спину и волосы, развевающиеся волнами на ветру.

– Химическая дезинфекция начнётся через пять минут! Четыре пятьдесят девять, четыре пятьдесят восемь… – предупреждает информатор, ещё больше нагнетая обстановку.

– Морган! – увидев золото её платья на противоположной стороне улицы, я спешу следом за ней, пробегая несколько кварталов подряд.

– Химическая дезинфекция начнётся через минуту. Пятьдесят девять, пятьдесят восемь…

– Чёрт, чёрт, чёрт! – придя в бешенство, кричу я. Свернув за угол, девушка как будто испарилась, и я окончательно потерял её след.

– Где ты, Морган?! Отзовись! – кипит всё внутри меня. – Ты снова сбежала от меня, Морган? Чем я не угодил тебе на этот раз?

В голове крутится миллион вопросов, и я продолжаю оглядываться по сторонам:

– Я из-под земли достану тебя, слышишь, пока мы не поговорим!

– Химическая дезинфекция начнётся через десять секунд, – тем временем голосит предупреждение. – Кто ещё не в укрытии, прячьтесь немедленно! Вы рискуете жизнью!

– Проклятье! – рычу и вдруг замечаю быстро приближающийся силуэт женской фигуры.

– Фух, успела! – запыхавшись, подбегает ко мне Элинор. – Не знаю, как мы с тобой разминулись, Альвис, но я так рада, что ты здесь! Ты такой молодец, что запомнил адрес!

«О чём это она?» – недоумеваю, но всё сходится, когда обращаю внимание на вывеску над входом в дом передо мной: «Параллель/15-64». Тот самый адрес, который и упоминала синевласка.

– Я сейчас, сейчас! – звучит тревожный троекратный сигнал, оповещающий о начале дезинфекции, когда девушка поспешно касается ладонью центра входной двери.

– Добро пожаловать, Элинор Крайфорд, – слышится звучание какого-то системного приветствия, и дверь послушно открывается.

– Скорее, Альвис, проходи! – зовёт Элинор. – Привет, ИИ!

– Привет! – отвечает тот же системный голос.

Скрыв удивление, я перешагиваю порог здания и оказываюсь в просторном глянцево-белом холле.

– Тревога! Обнаружен новый объект! – массивная дверь захлопывается за нами, и нас встречает голубой жидкокристаллический экран, говорящий человеческим голосом. – Уничтожить его, Элинор?

– Нет, ИИ! Что ты! – с тревогой отзывается Элинор. – Он со мной.

– Новый объект здесь впервые и требует глубокого сканирования на наличие угроз и вирусов, – звучит голос с экрана, который начинает мигать. – Нужна команда на сканирование или уничтожение. Повторяю: сканирование или уничтожение. Нужна команда.

– Это мой гость, ИИ, – Альвис Лоренсо Родригес, – представляет меня Элинор. – Будь ласков с ним.

– Ответ принят. Гость Элинор, стой и не двигайся, – предупреждает система, после чего сеть ядовито-красных лазеров сканирует меня с ног до головы.

«Что за глупое унижение?» – морщусь, чувствуя себя жалким неофитом в Гринстоуне. Благо, процедура длится недолго.

– Сканирование прошло успешно. Объект чист, – одобряет экран через считанные секунды. – Добро пожаловать, Альвис Лоренсо Родригес.

– Спасибо, ИИ, – благодарит Элинор, снимая маску с лица и небрежно бросая её на пол. – Теперь можешь просканировать меня.

– Конечно. Приступаю.

Обследование синевласки проходит ещё быстрее.

– Угроз и вирусов не обнаружено, – объявляет ИИ. Наконец лучи ярко-красных лазеров исчезают насовсем, оставляя помещение в монохромно-голубом свете охранной системы. Помимо широкой лестницы слева от экрана, справа от него – подсвеченная неоном шахта, ведущая наверх. Элинор подходит к ней со словами:

– Я поднимусь к себе, ИИ. Альвис побудет со мной какое-то время.

– Приятного вечера. Проходите, – разрешает система.

– Мы воспользуемся подъёмником, – произносит Элинор мне или ИИ, но никакого лифта в пустой шахте я не вижу.

«И что за чертовщина?» – едва успеваю подумать я, как округлая белоснежная капсула, похожая на распустившийся цветок, спускается по шахте вниз и замирает перед нами. А, теперь мне всё ясно.

– Этот дом весь твой? – спрашиваю, забираясь в капсулу за Элинор.

– Нет, моё владение на седьмом этаже.

«Ну, владение так владение, – ухмыляюсь названию и ищу кнопку с цифрой 7, чтобы нажать, но такой нет. – Где тут вообще хоть одна кнопка?»

– На седьмой этаж, ИИ, – произносит синевласка, и мы тут же несёмся наверх.

– Хм, – прочищаю горло. – Технологии здесь развитые, а вот врачи, видимо, совсем никудышные.

– Да, наверное, ты прав.

Мы выходим на площадку с металлической дверью, украшенной градиентной чёрно-серебристой отделкой. Элинор открывает дверь и оборачивается ко мне.

– Обычно я не привожу домой малознакомых, но мы ведь так много общались с тобой на платформе, что я будто знаю тебя сто лет.

«Могла бы знать столько, если бы жила на Затерянном острове», – отмечаю я про себя, следуя за Элинор в её квартиру, а точнее, во владение величиной во весь этаж.

– Ты располагайся, – девушка проходит вдоль минималистичной гостиной с таким же неоновым освещением, как и в капсуле лифта. – А я быстренько проверю, везде ли закрыты окна. ИИ может барахлить и не уследить за этим.

Элинор уходит, а я всматриваюсь в стены комнаты, не имеющие строгих границ, словно состоящие из гибкого стекла, переходящего из толстых слоёв в совсем тонкие и прозрачные, создающие ощущение бескрайности пространства.

– Можешь включить музыку или какой-то фильм, если хочешь, – доносится голос девушки из-за стены, и мой взгляд застывает на замершей голограмме двух целующихся людей, которая располагается в отдалении комнаты у несоизмеримо большого белоснежного дивана.

«А фильм весьма натуралистичный», – без понятия, как запустить голограмму, я ищу глазами пульт или что-то похожее.

«Может, где-то в другой комнате? – ухожу в смежное помещение, продолжая поиски, и вдруг слышу приглушённые звуки воды. – Так, сказала, что идёт закрыть окна, а сама решила принять душ. Типичная женщина. Речь совершенно разрознена с разумом».

«Может, она и пульт прихватила с собой?» – чтобы проверить свою теорию, я следую через несколько комнат туда, где шум воды слышен ещё более отчётливо.

«Нет, этого не может быть! Неужели это она?» – мой пульс зашкаливает за все возможные нормы и исключения. На полу, перед тонированной дверью душевой кабины, лежит платье из золотистой струящейся ткани. Такое же, как было надето на Морган.

За дверью душевой, с включенным светом с той стороны, отчётливо видна женская фигура. Это статная, стройная девушка, гораздо выше и грациознее Элинор. Густые волнистые волосы ниспадают ей на спину, почти до самых ягодиц. Ничего не подозревая, девушка что-то напевает. Её песня скорее грустная, чем весёлая, но, несмотря на мелодию, она слегка пританцовывает, соблазнительно покачивая округлыми бёдрами. Намылив аппетитную грудь, её рука скользит меж её ног, и я отвожу взгляд.

«Вот это совпадение! Морган здесь! Она здесь! По счастливой случайности я нашёл её!»

Коснувшись двери душевой, я замираю, представив Бонни полностью обнажённой. Задыхаясь, вспоминаю нашу ночь любви с ней. Как была горяча и прекрасна Морган в нежном лунном свете… Как пылко целовала, как стонала и извивалась подо мной, когда я шептал ей, как мне хорошо внутри неё… Она облегала меня, как ножны шпагу, и я едва не забывал самого себя в тесной близости с ней, отдаваясь воле жгучего наслаждения. Обладая ею, я знал, что её несёт тем же потоком бурной страсти, как и меня. Знал, что она ощущает тот же пламенный восторг, что и я, с самого первого поцелуя и до тех пор, пока мы оба не ринулись в пылающую бездну, на дне которой сверкало неповторимое соцветие искрящихся огней.

Обнимая её после, я чувствовал блаженный вкус эйфории от того, что наконец она со мной и телом, и душой. Ммм, ото всех этих мыслей земля словно уходит из-под ног!

Сейчас, в свете последних событий, от воспоминаний о той ночи с Морган вместо приятного головокружения я ощущаю жуткую слабость, почти тошноту. Почему после всего, что было между нами, она ушла? Почему тогда в лагуне она сбежала от меня, даже не простившись? Почему сейчас, в этом зыбком, опасном будущем, она снова поступает со мной так же? Неужели она так умело притворялась тогда?

Я должен немедленно узнать истинную причину её действий и покончить со всей этой тягостной мукой! Я должен во всём разобраться прямо сейчас

Ни секунды больше не раздумывая, я преодолеваю барьер, вставший между мной и Морган. Одним порывистым движением я открываю дверь душевой комнаты. Мы поговорим с ней сейчас же, и пусть объяснит мне каждый свой шаг, каждое своё действие!

– А! – раздаётся испуганный выкрик совершенно незнакомой голой брюнетки передо мной.

– Ты не…

– Кем бы ты ни был, проваливай! – девушка срывает прозрачный шланг душа со стены и направляет на меня мощные струи тёплой воды.

– Ты не она… – мой пульс как будто перестаёт существовать. В горле пересыхает от неожиданного фиаско, в то время как моя одежда нещадно мокнет под напором воды. «Вот же глупость! Как я мог поверить, что она здесь? Её платье, её волосы, её бёдра!.. Чёрт! И в итоге это не она! Не она!»

С глубоким разочарованием я признаюсь себе в том, что уловил в незнакомке лишь похожие на Морган черты. В полном замешательстве я машинально отхожу назад. Носком сапога поддеваю платье и замечаю, что оно далеко не из такого материала, как было у Бонни.

Выходит, я настолько сильно хотел её видеть, что сам навязал себе мысль, будто и в самом деле увидел. Что за проклятое наваждение?! Как я вообще допустил, чтобы Морган завладела моими мыслями, отравляя сердце?

– Кто ты такой и как тут оказался? – тем временем, пользуясь представившейся возможностью, брюнетка выскакивает из душевой и теперь пятится от меня с какой-то плоской мерцающей штукой в руках.

– Отвечай, или тресну тебя шокером! – её роскошная голая грудь поднимается и опускается от тяжёлого дыхания. – Кто ты такой, я спрашиваю?

– Хм, я мог бы быть вором или маньяком, – небрежно бросаю в ответ. – Но в данный момент я гость. Всего лишь гость Элинор.

– Гость, значит?! – брюнетка сжимает губы и вскидывает бровь. – Ну, Элинор!

– Элинор! – вместо того, чтобы прикрыть свою наготу, она размахивает руками и направляется на разборки в глубину владения, вовсю сверкая своим голым задом. – Ты бы хоть знак подала, что пришла! Да к тому же не одна!

– Досифея? – слышу я взволнованный отклик синевласки. – Ты разве не у Саймона?

– Как видишь, нет, – фыркает Досифея. – У нас с ним давно всё кончено. И в следующий раз предупреждай, Эл, что у нас в гостях мужчина. Такой видный мужчина…

– И что у тебя есть соседка, тоже лучше предупредить заранее, Эл, – облокотившись о стену, добавляю я.

– Боже, какой стыд! – краснеет Элинор.

– Оденься, Доси, ну же! – почти шипит она и переводит беглый взгляд на меня. – Мне так неловко, Альвис… Это она намочила твой костюм?

– Не самое худшее, что могло бы случиться, – замечаю я, представив на месте брюнетки Морган, которая, увидев меня, снова сбегает.

– А мне нравится ход твоих мыслей, Альвис, – Досифея расцветает в улыбке, называя меня по имени, и, подойдя к большому встроенному шкафу, приседает, откинув волосы назад.

– Кстати, а что такое случилось? – девушка бесцеремонно вываливает на пол целый ящик с нижним бельём, не спеша выискивая что-то конкретное. – С чего это нас всех загнали по домам?

– Точно! Включить новости! Включить свежие новости! – спохватывается Элинор и спешит к голограмме, которая тут же, по команде голоса, меняется из влюблённой пары на миловидную ведущую новостей. – Альвис, дай этой бесстыжей переодеться, иди сюда.

– За последний час свыше двух десятков человек доставлены в клиники в тяжёлом состоянии, – в комнату вливается информационный поток от трёхмерной журналистки с микрофоном. – Кажется, эпидемия снова набирает обороты. Гражданская защита Портайлэнда категорически запрещает жителям выходить на улицу до специального разрешения! Пока идёт дезинфекция, мы…

Внезапно голограмма ведущей новостей начинает рябить и замолкает.

– Ну, как всегда, закроют нас ещё на неопределённый срок! – вскипает Элинор. – Да ещё и сигнал пропал!

«И сколько продлится эта дезинфекция?» – я мониторю глазами город внизу, который виден через прозрачные вставки в стенах дома. Улицы города тихи и пусты. Я дико переживаю за Морган. «Где она, чёрт побери? Как она?»

– За несколько минут до звука сирен, – наконец одетая в комплект белья и небрежно прикрытая халатом на запах, Досифея прерывает мои мрачные мысли.

– Словно предчувствуя какую-то опасность, Арго вдруг запаниковал и сорвался куда-то, – жалобно говорит она. – Я так и не догнала его.

– Ох, Арго в своём репертуаре, – Элинор закатывает глаза. – Ему нужно было родиться страусом, чтобы при малейшей тревоге прятать голову в песок.

– Ты всегда его недолюбливала, – хмурится Досифея. – Арго – наш попугай семейства какаду, – поясняет она для меня. – Я его нашла совсем птенцом прямо на улице. Он был ранен и слаб. Я вылечила и выходила его. И вот уже несколько лет он живёт с нами. Точнее, жил…

– Ладно, забей, – отмахивается Элинор. – Наверняка Арго снова забился под какую-нибудь крышу до лучших времён.

– Бездушная, – кривится Досифея. – Вот у тебя, Альвис, есть или были когда-нибудь домашние питомцы?

– Когда-то да, но больше никогда не будет, – задумавшись, отвечаю. – Не стремлюсь окружать себя созданиями, чья привязанность может обернуться против них самих.

– Это как? Расскажешь? – переспрашивает Элинор, и ностальгия охватывает меня.

– Так, как случилось с моей собакой Чико, – решаю я поделиться тем, что у меня на душе. – Мне было тогда года три-четыре. Я был щуплым мальчишкой, единственным ребёнком в семье. В тот день отец был в рейсе, а мама, уложив меня на обеденный сон, куда-то отлучилась из дома…

Сделав паузу и явственно представив тот момент, я продолжаю:

– Воспользовавшись случаем, я улизнул из дома к реке вместе с Чико. Я играл и резвился в воде, не замечая, как постепенно удаляюсь от берега. В какой-то момент я осознал, что меня уносит течением слишком стремительно и далеко, но было поздно. Течение уносило меня всё дальше и дальше, затягивая в воронку над глубинной впадиной. От страха и паники я даже не мог кричать. Да и это не имело бы смысла. Пляж рядом был диким и безлюдным…. Последнее, что я помню, это глаза Чико. Чико подоспела на помощь и подтолкнула меня к берегу. С трудом, но я спасся…

Только с тех самых пор я больше никогда не видел свою собаку, потому что ей самой так и не удалось выбраться. Вместо меня в пучину вод затянуло её. Из-за меня погибло живое существо, которое было мне другом. Настоящим другом.

– Мне так жаль, Альвис, – сочувствует Элинор. – Представляю, сколько душевной боли ты пережил тогда и как долго терзал себя из-за чувства вины.

– Поэтому ты против домашних питомцев? – делает вывод Досифея. – С привязанностью животных ясно, а что насчёт любви? Веришь, что каждому из нас предначертан свыше свой человек?

– Полный бред, – утверждаю я, неосознанно возвращаясь мыслями к Морган. – Люди слишком непостоянны, чтобы быть навсегда с кем-то одним. Любовь – лишь призрак, мираж, и глуп тот, кто считает по-другому.

– А я не согласна, любовь есть, – пытается поспорить Элинор. – Мир без любви и всего, что с ней связано, был бы абсолютно пустым и никчёмным.

– А разве он не такой и есть? – хмуро усмехаюсь. – Чувства только всё портят, делая нас слабее. А вот свобода, власть и бессмертие – неоспоримо истинная жизненная ценность.

Пока девушки обдумывают сказанное мной, в моей голове снова Морган. Мысль о том, что она знала обо всех моих планах насчёт камня ещё тогда, в Гринстоуне, выворачивает меня наизнанку. Возможно, и сейчас, по сговору с отцом, нарочно выдала перемещение в пространстве единственным способом выбраться с острова, чтобы раз и навсегда разлучить меня с Итафенитом. Я не успокоюсь, пока не увижу её и не поговорю с ней! Когда закончится эта чёртова дезинфекция?!

– Может, скрасим этот вечер и сыграем во что-нибудь? – голос Досифеи возвращает моё внимание к девушкам. – Например, в игру с продолжением «Я никогда не…» или во что-то подобное, чтобы познакомиться поближе?

– Точно, я сейчас принесу закуски из кулинарной, – поддерживает Элинор.

– И выпить чего-нибудь прихвати, – подсказываю я, устраиваясь на диване. – Сыграем в «Правду или действие».

– Хм, «Правда или действие»? – Досифея усаживается рядом со мной под пытливым взглядом синевласки. – Никогда не слышала о такой игре, но, уверена, будет жарко.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

– Вели использовать ещё одну чашу с крафтом. Быстрее! Дай ему ещё один крафт и приведи сюда!

Вернуться