Наталья Квасова
Влюбленная в масона

© Квасова Н.А., текст, 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

* * *

Пролог

В центре темного мрачного зала, где все стены пропитаны запахом древности, где каждый угол кажется пронизанным неведомой силой, стояло несколько фигур в длинных темных плащах.

– Он совершенно не подходит на роль канцлера, нам нужен свой человек. Тем более мы давно готовим к этому его, – сказал мужчина, стоявший в центре группы.

– Я думаю, время пришло, и нам пора заняться детальной проработкой плана, Мессир, – отвечал ему сидящий слева мужчина.

– Но вы должны отдавать себе отчет в том, что у нас нет права на ошибку. Надеюсь, вы это понимаете?

– Все будет выполнено на высшем уровне, Досточтимый мастер.

Шахматный черно-белый пол переливался сегодня особым блеском и как будто бы наилучшим образом символизировал собой начало новой политической игры.

Часть I

Глава 1

Поместье располагалось на берегу прекрасного озера, окруженного изумрудной листвой; вода в озере была такой прозрачной, что можно было увидеть проплывающие каскады рыб. А еще, как и обещала Маргарет, здесь можно было найти развлечения на любой вкус: покататься и на лошадях, и на лодках, устроить пикник и гулять на свежем воздухе. А самое главное – можно было полностью раствориться в местной идиллии и совершенно забыть о ритме шумного мегаполиса, откуда Кэтрин и приехала, воспользовавшись приглашением университетской подруги Маргарет.

Красивый особняк в стиле венского модерна издалека казался просто нереальным. В сравнении с небоскребами Нью-Йорка это был совершенно иной мир. Ворота автоматически открылись, когда автомобиль Кэтрин подъехал прямо к центральному входу.

Не успела Кэтрин остановить машину, как дверь тут же открыл дворецкий и спокойным, слегка безразличным тоном произнес:

– Добро пожаловать, фройляйн Кэтрин. Надеюсь, дорога не слишком вас утомила. Я провожу вас на завтрак, а вещи доставят в вашу комнату.

– Здравствуйте, да, конечно, – только и успела растерянно ответить Кэтрин, наблюдая за тем, как подошедшие слуги ловко уносят ее чемоданы в дом, и послушно последовала за дворецким.

Они шли по утопающему в зелени деревьев саду и, свернув на боковую тропинку, тут же оказались на уютной лужайке, в центре которой стоял стол, накрытый белой воздушной скатертью: за ним сидели Маргарет и красивый мужчина, которого Кэтрин видела впервые. Она догадалась, что это сводный кузен Маргарет и владелец роскошного поместья, в котором Кэтрин выдался шанс остановиться.

– Фройляйн Кэтрин, – монотонным голосом представил ее дворецкий. – С вашего позволения, – добавил он и тут же исчез.

– Добро пожаловать, фройляйн Кэтрин, – таким же монотонным, но в то же время очень приятным голосом поприветствовал ее кузен подруги.

«Похоже, что они надо мной издеваются», – подумала Кэтрин, хотя Маргарет предупреждала ее о некоторой чопорности и высокомерии местной публики.

– Вы, должно быть, Джордж, кузен Маргарет? – быстро ответила на приветствие Кэтрин. – Я рада знакомству и возможности остановиться у вас.

– Дорогая, ну что же ты стоишь, садись скорее к нам! – Маргарет подбежала к Кэтрин и, схватив ее за руку, проводила к столу.

– Рад, что вы решили остановиться у меня, – сказал Джордж, наполняя бокалы ледяным шампанским. На этот раз его голос звучал гораздо мягче, а во взгляде читалась улыбка.

Кэтрин сразу стало легче, шампанское приятно охлаждало. И дом, и сад, и компания казались просто чудесными, пока всю легкость не прервал вопрос Джорджа:

– Кэтрин, вы ведь известный журналист, не так ли? Я почитал ваши статьи – все они посвящены разоблачениям и скандалам, но признаю: пишете вы эффектно. Именно в этом и кроется причина вашей популярности. – По его взгляду было понятно, что он откровенно смеется над ней. – Позволите узнать, какой заговор вы хотите разоблачить на этот раз?

– Знаете, Джордж, – начала Кэтрин, – я еще не встречала такого ценителя моего творчества. Мне лестно это слышать, однако придется вас разочаровать, ведь я приехала отдыхать, а не работать.

Выпив залпом очередной бокал шампанского, она почувствовала, как ей снова становится лучше. Сад утопал в зелени деревьев, и хотелось самой раствориться в этой обнимающей красоте.

– Предлагаю не останавливаться и выпить по еще одному бокалу этого божественного напитка, – улыбнулась она, чтобы сгладить небольшую перепалку.

– Надеюсь, что вы меня обманываете. Мне бы хотелось стать вашей следующей жертвой, – мягко ответил Джордж, а затем поднял свой бокал и торжественно произнёс: – За очаровательных разоблачителей!

Кэтрин поняла, что этому мужчине просто необходимо, чтобы финальное слово всегда оставалось за ним. И поскольку все-таки была здесь на правах гостьи, решила на этот раз сдержаться, хотя с ее характером это представляло чрезвычайную сложность.

* * *

Вечером этого дня Кэтрин распаковывала вещи в отведенной ей комнате. Практически все уже сделал за нее персонал Джорджа, но ей хотелось самой разложить оставшиеся вещи, поскольку она планировала задержаться надолго.

«Он как будто бы читает мои мысли и уже заранее знает о том, зачем я на самом деле приехала. Хотя я даже с Маргарет это не обсуждала. Что ж, масон…», – сегодня ее мысли путались, что было для нее необычно. Она вспоминала о событиях, которые привели ее в этот дом.

Вначале мысль о расследовании пришла ей в качестве шутки, когда Кэтрин лучше познакомилась с Маргарет и узнала о том, что у нее за семья. Почему-то эта тема зацепила Кэтрин; в университете они могли часами обсуждать масонскую деятельность, семейное древо и всю его историю. Чем больше она узнавала – тем интереснее ей становилось. Изучая журналистику, Кэтрин поняла, что никогда не знаешь, какая тема сможет выстрелить, какой материал принесет известность. Ее карьера в Холдинге была действительно успешной, но разве она может сравниться со славой?

Несмотря на то, что Кэтрин сама себе показалась тщеславной, она всегда старалась быть предельно откровенной с собой.

Глава 2

На следующее утро их с Маргарет ждала конная прогулка до живописного берега озера, где к их появлению уже должен был быть организован пикник.

Кэтрин была весьма посредственной наездницей и с нетерпением ждала возможности уютно присесть в тени обволакивающей ивы, выпить охлажденного белого вина (почему-то мечталось ей именно о нем) и просто ничего не делать.

Организация пикника превзошла все ее ожидания: под огромной ивой была раскинута уютная скатерть-плед с белыми, совсем невесомыми подушками; угощение из икры, мини-сэндвичей, свежих фруктов, ягод и, конечно же, шампанского было сервировано на небольших складных столиках и серебряных подносах. Казалось, персонал поместья делает все с такой педантичностью, что даже мельчайшие детали не остаются не доведенными до идеала.

Девушки, утомившись от езды верхом, расположись на подушках, обсуждая новые сплетни.

– А помнишь, Кэт, нашего профессора, мистера Гаррета? Как ты написала ему любовную записку? – Мэг обожала вспоминать их студенческие годы. – Это было что-то… только ты могла такое выкинуть! – Кэтрин лишь закатила глаза.

– А что, Кэт, он и правда был хорош собой, хотя вел себя как настоящий зануда, – Маргарет рассмеялась, и Кэтрин не осталось ничего другого, кроме как присоединиться к ней. Было видно невооруженным глазом, что их отношения теплые и искренние.

– Лучше расскажи мне про Джорджа, пока его нет. Он что-то говорил обо мне?

– Он в восторге, по нему это сразу видно. Сказал, что мог бы влюбиться в тебя с первого взгляда.

– Мог бы, но не влюбился? – Смеясь, переспросила Кэтрин.

– Я тебе процитировала, думай, что хочешь.

Под веселое щебетание подруги, Кэтрин выпила подряд сразу два бокала шампанского и даже не заметила, как уснула.

Почувствовав чужой взгляд, Кэтрин открыла глаза и поняла, что ее голова лежит на коленях Джорджа, а он почти невесомо гладит ее по волосам. Она быстро отпрянула и вскочила на ноги, но Джордж только искренне рассмеялся.

– Я не хотел потревожить ваш сон, – сказал он, – и, предвосхищая ваш вопрос, Маргарет отправилась готовиться к благотворительному вечеру. Вы же составите мне компанию, не так ли? Или это не представляет интереса для ваших журналистских опытов?

– Ах, Джордж, неужели вы меня приглашаете? – притворно удивилась Кэтрин. – Я, конечно, с удовольствием присоединюсь, но только если вы утолите мой профессиональный интерес, ведь ни вы, ни Маргарет ничего не говорили о том, что на сегодня запланировано какое-то мероприятие. Расскажите об этом поподробнее.

Как оказалось, благотворительный бал исторически проводили уже много лет в особняке Джорджа еще с тех времен, когда был жив его отец.

* * *

Вернувшись в свою комнату, Кэтрин чувствовала себя немного разбитой. Ей хотелось ненадолго прилечь, но мысли о предстоящем вечере мешали заснуть. Ей очень хотелось позвонить Майклу, рассказать ему о своих впечатлениях и посмеяться над чопорностью местной публики; он бы смог ее понять. Кэтрин не могла не думать о Майкле. Воспоминания уносили ее далеко отсюда, в последние месяцы перед поездкой в Австрию.

Казалось, дорога никогда не закончится. Но они никуда и не торопились: прогулка на кабриолете под любимые песни была неотъемлемой частью их летних встреч. В следующий раз они останутся наедине только через две недели, и им хотелось насладиться моментом.

В прошлый раз они доехали до соседнего города; сели на лодку на причале около Главного театра, всю ночь пили шампанское и целовались, а на сегодня забронировали небольшую виллу с собственным спуском к озеру.

Так беспечно и весело прошло все лето, но осень неизбежно подвела все к другой черте.

На свой день рождения Кэтрин обнаружила в кабинете коробочку Harry Winston.

– Хелен, соедини меня, пожалуйста, с мистером Уортером, – попросила Кэтрин своего секретаря.

Хелен не удалось перевести звонок. По словам Мэри, помощницы Майкла, мистер Уортер был очень занят, однако буквально через несколько минут он распахнул со всей силы дверь в кабинет Кэтрин.

– Кэтрин, Мэри сказала, что ты мне звонила, но я хотел увидеть тебя лично, прямо сейчас. С днем рождения. – Он закрыл изнутри дверь на ключ, подошел, даже практически подбежал к девушке, крепко обнял ее и поцеловал, при этом не обращая никакого внимания на то, что в этот момент документы разлетались по кабинету, падая с ее рабочего стола.

Когда он отпустил ее, продолжая упорно смотреть ей в глаза, он подошел к соседнему столу, на котором стоял его подарок.

– Позволь, я застегну сам. – Он снова подошел к ней ближе.

– Нет, Уортер, это лишнее. Я все равно не смогу ходить в нем в офисе, оно слишком красивое, – просто ответила девушка.

– Ну тогда надень его сегодня вечером после ужина, а все остальное можешь снять, – только и сказал Уортер.

– Майкл, оно бесподобно, но я не могу его принять, Майкл…

Тогда Кэтрин не смогла принять подарок, и это стало отправной точкой к разрушению их отношений…

Второй раз за день Кэтрин не заметила, как уснула. Проснувшись после полудня, она поняла, что кто-то из слуг, а может, и сам Джордж, побывал в ее комнате: на дверце шкафа висело жемчужное платье, чем-то похожее на свадебное: каждая деталь была подобрана с таким вкусом и изяществом, что оно казалось настоящим произведением искусства.

На туалетном столике она нашла записку: «Я не предупредил вас о предстоящем мероприятии, поэтому прошу в качестве извинений принять платье, которое не сравнится с вашей красотой. Желаю хорошего дня».

«Интересно, таким образом он пытается меня подкупить или это австрийские манеры? И что ему от меня вообще надо? – первым делом подумала Кэтрин. – Я не должна поддаваться на такие провокации. Это может повлиять на мою объективность в ходе расследования. Но платье и правда бесподобно».

На самом деле особого выбора у девушки и не было; Маргарет действительно не говорила о том, что их ждут светские рауты, поэтому Кэтрин не привезла с собой вечерние платья. Ей не очень хотелось идти: она знала, что ее ждет вечер в непривычной обстановке, с незнакомыми людьми и разговорами на безразличные ей темы. Бросив еще один взгляд на платье, она достала из чемодана небольшую синюю коробку.

Глава 3

Кэтрин относилась к категории абсолютно уверенных в себе людей, но вместе с тем совершенно не знала, как вести себя на этом мероприятии. Ей было чуть сложнее, чем остальным гостям: как обитательнице особняка, ей нужно спуститься в зал по огромной лестнице, и ее появление просто не могло остаться незамеченным.

Пройдя первые три ступени, она замерла на несколько секунд. Ей показалось, что в этот момент все разговоры внизу стихли. Она чувствовала на себе взгляды других мужчин, но сама искала только Джорджа: ей срочно нужно было увидеть его как гарант некой внутренней поддержки. Через несколько секунд Кэтрин заметила его стоящим у дальней стены: Джордж смотрел на нее и улыбался – в его глазах читалось восхищение, и было видно, что он доволен своим выбором платья.

На шее Кэтрин ослепительно блистало колье Harry Winston. Уортер таки сумел уговорить оставить его, несмотря на то, что Кэт дважды возвращала подарок. Сейчас Кэтрин была даже рада этой настойчивости: оказалось, что колье и платье созданы друг для друга.

Кэтрин поняла, что небольшой заминкой и переглядываниями с Джорджем привлекла к себе всеобщее внимание, но его приветливая улыбка и поддержка во взгляде придали ей внутренних сил. Она уверенным шагом направилась прямо к Джорджу и стоящим рядом с ним двум немолодым, но симпатичным мужчинам.

– Позвольте представить мою гостью и весьма известную журналистку – Кэтрин де Лафон, хотя уверен, что вы сами ее узнали и уж точно знакомы с ее статьями. Кэтрин – Генрих и Николас, кузены моего отца.

Мужчины одарили ее легким кивком, не ответив на улыбку Кэтрин.

– Рада знакомству, – ответила девушка, быстро переключившись на показное безразличие ко всему, как, видимо, было принято в этом обществе.

У нее сложилось впечатление, что все пришли сюда, не имея ни целей, ни желания; все присутствующие общались друг с другом через силу, будто ответ на простые вопросы собеседника требовал огромных затрат. При этом каждый изображал такой высокий уровень значимости, что неподготовленный человек сразу начинал ощущать незримое моральное давление и желание поскорее сбежать отсюда.

Но Кэтрин бежать было некуда. Собственно говоря, она сбежала сюда от всех своих проблем.

«Сбежать из места назначения своего изначального побега – абсурднее и быть не может», – подумала Кэтрин, но решила не тратить ни минуты зря и приступила к изучению гостей для первых зарисовок своего отчета.

Кэтрин решила сразу пойти на провокацию.

– Господа, это ведь правда, что Моцарт был масоном? – непринужденно спросила она, хлопая глазами.

От Маргарет Кэтрин узнала, что Джордж является членом Австрийской партии свободы, исповедующей крайне правые убеждения. Джордж был потомственным масоном, попавшим в партию и принадлежавшим к статусной ложе не случайно. Его отец был известным политическим деятелем и постоянным членом Великой ложи Австрии – главной, среди всех масонских организаций страны. Сам Джордж сейчас состоял в Великой ложе вместе со своими двоюродными дядями.

Достаточно радикальные взгляды Австрийской партии свободы постоянно попадали под внимание прессы, в том числе и в США; представители американской политической элиты активно обсуждали связь партии и деятельности масонов, хотя прямых доказательств тому не было.

План Кэтрин был прост: познакомиться с Джорджем, расположить его к себе и завоевать доверие, а по возвращении домой опубликовать скандальный материал. Она с предвкушением думала о том, какой фурор произведет подобное разоблачение. Игра определенно стоила свеч.

Кэтрин подумала о Маргарет. Джордж был ее кузеном, и было видно, что они действительно испытывали друг к другу теплые чувства. Обладая нескончаемым азартом и страстью к своему делу, Кэтрин оставалась порядочным человеком с определенными фундаментальными ценностями и убеждениями и часто из-за этого страдала, особенно в сфере личных взаимоотношений. Но что, если ее расследование и правда прольет свет на прегрешения и нечестные замыслы Джорджа и его соратников? Не будет ли лучше для Маргарет увидеть его истинное лицо?

– Он был масоном только последние семь лет своей жизни, Кэтти, – мягко ответил Джордж, неожиданно для девушки перейдя на неформальное обращение, – и это не секрет, любой может прочитать про это в интернете. Господа, – продолжил он, обращаясь к дядюшкам, – не будьте строги к моей гостье, она просто пытается вам понравиться. По-моему, Кэтрин – само очарование.

– Немногие из современников Моцарта осознавали величие его гения, – начал дядя Генрих. – Но вы же знаете, Кэтрин, чудес не бывает. Надо понимать, кому он обязан своей дальнейшей популярностью. Если бы не его заслуги перед ложей, возможно, сейчас никто бы уже не помнил о нем.

– Кэтрин, а знаете ли вы, как называлась ложа, к которой принадлежал Моцарт? – поинтересовался дядя Николас. – «Ко благому». Он вступил в нее в тысяча семьсот восемьдесят четвертом году.

– К чему это ты, дядя? – усмехнулся Джордж.

– Как знать, дорогой Джордж. Возможно, визит Кэтрин для тебя «ко благому». Редко, когда красивые умные леди сами падают тебе в руки. Как раз за это и предлагаю поднять бокалы. Шампанское сегодня великолепное, Джордж. Впрочем, как и всегда в этом доме. – После этого Николас снова посмотрел на девушку.

– Дорогая Кэтрин, масонские ложи Австрии – лучшее изобретение человечества. Это не просто центры культурного развития, это дружеские, свободные объединения людей, составляющих свет нашего общества. Просто посмотрите вокруг: какой прекрасный вечер и какая достойная публика.

– «Ко благому», – процитировал еще раз Джордж, и все с громким звоном подняли свои бокалы.

Кэтрин обвела взглядом гостиную. Да уж, такого на ее родине не встретишь. Масонская символика проявлялась практически в каждой детали мужских нарядов. У большинства были ордена, закреплявшие на плече синие ленты, украшенные золотыми подвесками в виде циркуля и угольника.

«Я оказалась в нужное время и в нужном месте, – радостно подумала Кэтрин. – Осталось только войти в доверие, и я достигну своей цели». Кэтрин предвкушала свой успех и уже представляла, как у нее берут интервью после выхода статьи.

Взгляд Кэтрин наткнулся на Маргарет. Та стояла в другом конце зала, весело болтая с незнакомым Кэтрин молодым человеком. Подруга сегодня была неотразима: платье из нежного шелка, украшенное вышивкой и перламутровыми пуговицами, подчеркивало ее хрупкую фигуру, а длинные темные волосы были уложены в сложную прическу.

В отличие от Кэтрин, подруга обладала легким, жизнерадостным характером. Ей никогда не приходилось ничего делать. Закончив престижный университет на отлично, Маргарет посчитала свою миссию на этом завершенной и теперь наслаждалась всеми благами и атрибутами жизни единственной дочери обеспеченных родителей. Они не отказывали ей ни в одной ее прихоти, и все втроем существовали в полной гармонии. Маргарет не собиралась выходить замуж, поскольку замужество, на ее взгляд, не могло ничего добавить к ее и без того идеальной жизни.

Перехватив взгляд Кэтрин, Маргарет быстро закончила диалог, и поспешила к подруге.

– Кэт, ну как тебе Джордж? – спросила Маргарет, после того как сделала Кэтрин около десяти комплиментов и отдала дань уважения организаторам вечера. – Согласись, что он гораздо обаятельнее твоего скучнейшего Уортера, мало того что не свободного, так еще и вечно занятого своей работой.

– Джордж и правда хорош собой, Мэг, но он совершенно не мой типаж, ты же знаешь. Но не могу не отметить его манеру держать себя, совершенно не свойственную его ровесникам, да и всем представителям мужского пола моего мира.

– Ну, это неудивительно, ведь его родители – представители элиты австрийского общества. А родословная отца уходит корнями к очень древнему австро-венгерскому роду, – добавила Маргарет.

Безусловно, Кэтрин все это уже слышала когда-то давно на их совместных с Мэг университетских вечеринках, но, только оказавшись здесь, осознала масштаб этой действительности. Каждая деталь, каждая мелочь, с которой она сталкивалась, только подтверждала ее. Она подумала о том, насколько может соответствовать местной публике и обстановке: ее безграничная уверенность в себе начинала таять. Да, она была успешным журналистом и построила блестящую карьеру, но сможет ли она переиграть человека, с детства ощущавшего себя королем мира?

Кэтрин понимала: то, что она задумала, – это не какой-то обзор в «Нью-Йорк Таймс»: это настоящая сенсация, а если повезет – книга-бестселлер. Если Кэт ставила себе какую-то цель, то, как правило, достигала ее, чего бы ей это ни стоило.

Ход ее мыслей прервала Мэг:

– Но, как бы ни был хорош Джордж, многие высокопоставленные гости и даже дяди считают, что он еще слишком молод и пока не готов занять место своего отца.

– Они просто завидуют ему, – почему-то решила встать на его защиту Кэтрин.

Несмотря на свою цель и на то, кем являлся Джордж и какие убеждения он разделял, Кэтрин сразу прониклась к нему симпатией. Она думала о нем как о стереотипном «очаровательном злодее», совершающим свои злодеяния красиво и утонченно. Кэтрин не понимала, почему он с первой встречи пытается ее обворожить, но профессиональная интуиция, на которую она часто полагалась в ходе расследований, подсказывала, что для достижения цели стоит ему подыграть.

Кэтрин подумала о том, что ей снова следует вернуться к Джорджу, но он нашел ее сам.

– Кэтрин, – обратился он к девушке, передавая подругам по бокалу шампанского, – мне кажется, вы задолжали мне танец. – Он улыбнулся своей самой обворожительной улыбкой и в этот момент казался очень искренним.

– Пожалуй, я здесь лишняя, – весело рассмеялась Маргарет, – хорошего вечера, Кэт. – Она забрала бокал из ее руки и скрылась в толпе.

– Ну что ж, прошу, – Джордж протянул руку Кэтрин и слегка приобнял ее за талию, увлекая в центр зала.

Зазвучала музыка: Кэтрин танцевала хорошо, но сразу отметила, что Джорджу в этом деле просто не было равных.

«Если бы я была моложе, то точно влюбилась в него», – промелькнуло у нее в голове.

– Итак, Кэтрин, над чем же вы сейчас работаете? – непринужденно спросил Джордж, будто речь шла о погоде.

– Вы уже спрашивали об этом, а я уже вам отвечала.

– Бросьте, мы оба знаем, что вы приехали не просто навестить подругу. – Джордж вел себя весьма непринужденно. – Здесь можно найти так много скандалов, что я ни за что не поверю в ваш отпуск.

– Сейчас я работаю над новой книгой, если вам так интересно. – Кэтрин решила, что полуправда поможет ей отвести от себя подозрения. – Но пока что я просто собираю информацию.

– Могу ли я быть вам чем-то полезен? – усмехнулся Джордж.

Кэтрин показалось, что он читает ее мысли. Не успела она и слова сказать, как Джордж продолжил:

– Или пойдете наугад, вслепую? – Было видно, что ему очень весело.

– Понятия не имею, о чем вы, Джордж, – улыбнулась Кэтрин.

– Кэтрин, милая, к чему такая конспирация? Такое ощущение, что вы скрываетесь даже от себя самой. Ради вашего же блага, надеюсь, что вы пишете роман, а не детективную историю, – не останавливался Джордж.

– Ради вас, Джордж, я сделаю исключение и все вам объясню. Я пишу книгу о масонах. Довольны?

– Пожалуй, что да, ведь тогда я могу быть вам полезен. Хотите взять у меня интервью? – Даже самые прямолинейные вопросы не могли смутить его хотя бы на секунду.

– Я просто не понимаю, как вы можете придерживаться таких несовременных взглядов в нашем мире, – не растерялась Кэтрин.

– А знаете ли вы, Кэтрин, как много харизматичный лидер способен сделать для страны?

– Вы сейчас говорите о себе, Джордж?

– Нет, я имею в виду своего отца. Он возглавил партию в тридцать шесть лет и успел многое сделать для страны.

– То есть для вас вся эта деятельность и церемониал своего рода соревнование с отцом? Или вы хотите доказать самому себе, что эта карьера вам под силу?

– Мы были очень близки с отцом, и я просто продолжаю его дело, – спокойно, и даже мягко ответил Джордж.

– Но со стороны кажется, что вся деятельность вашей партии сводится только к критике правящей элиты. – Кэтрин решила не останавливаться: ей нужно было понять Джорджа. – Вы придерживаетесь авторитарных взглядов на управление государством и при победе на выборах повлияете не только на Австрию, но и на всю Европу.

– Кэтти, я вас умоляю, мы, как и все, отстаиваем права и свободы человека, защищаем принципы рыночной экономики. Просто делаем это так, как умеем, так, как и было принято в нашем обществе изначально. Вы сами не знаете, о чем говорите. И не знаете, что хотите найти.

Они так увлеченно спорили, что не заметили, как кончилась музыка, и продолжали танцевать.

– Как вы думаете, почему все на нас смотрят? – шепотом спросил Джордж. Он склонился к ней так близко, что еще чуть-чуть – и они бы соприкоснулись. Кэтрин казалось, что она находится в его власти; ей было необходимо отвлечься от этой мысли.

– Кажется, мы подарили гостям целую порцию новых сплетен, – произнес Джордж, отстранившись, когда Кэтрин не ответила. – Что ж, позвольте показать вам одно из моих любимейших мест в этом доме.

Кэтрин только растерянно кивнула, и Джордж, взяв ее за руку, уверенно повел их в другой конец зала, где, как оказалось, можно было выйти на террасу. Уже стемнело, и оттуда открывался великолепный вид на звездное небо.

– Это просто необыкновенно, – только и оставалось восхититься Кэтрин.

«Даже это он продумал», – подумала она про себя.

– Мое любимое созвездие – пояс Ориона. К сожалению, здесь мы его не увидим. Подобно Полярной звезде в нашем полушарии, оно указывает путь. Три его звезды – Альнитак, Альнилам и Минтака, – вместе образуют пояс охотника. – Он посмотрел ей прямо в глаза, и они оба замолчали. – Но иногда охотник не знает, что он сам жертва, – добавил он и, как обычно, улыбнулся. – Кэтрин, прошу вас, закройте глаза на минуту.

Он взял ее за руки. «Прошу», – повторил он. Кэт закрыла глаза. Он отпустил ее руки, и сквозь тишину она услышала его удаляющиеся шаги. Через пару минут он вернулся, остановившись за ее спиной. Кэтрин почувствовала прикосновение его рук к своей талии и резко открыла глаза. Джордж повязал ей на талию необыкновенной красоты шелковый пояс, расшитый бело-голубыми камнями, узор которых в точности повторял звезды из созвездия пояса Ориона.

Кэтрин потеряла дар речи. Она привыкла к дорогим подаркам, но ни один мужчина никогда не преподносил их так.

– Он бесподобен, Джордж… Я даже не знаю, что сказать. – она взяла его за руку.

– Кэт, прими от меня на память этот пояс. Подобно поясу Афродиты, мой подарок наделяет особой привлекательностью ту, кто его наденет.

Наверное, дело было в шампанском, иначе сложно было объяснить, почему Кэтрин сама поцеловала Джорджа. Она не поняла, как это получилось. Ей хотелось, чтобы поцелуй длился вечность, но услышала скрип открывающейся двери. Резко отпрянув от Джорджа, она замерла, лихорадочно придумывая объяснение произошедшему. От необходимости что-то говорить ее спасла Маргарет, внезапно появившаяся на террасе.

– Ах, вот ты где! – Кажется, подруга быстро сориентировалась в ситуации, потому как подхватила Кэтрин под локоть и повела внутрь зала, слегка кивнув Джорджу: – Прости, братец, но мне кажется, что на сегодня ты достаточно времени провел с моей подругой. Настала моя очередь!

Весь остаток вечера девушки смеялись и болтали, распивая шампанское; пару раз Кэтрин ловила на себе взгляды Джорджа, но не нашла в себе силы ответить ни на один из них.

Глава 4

На следующее утро Кэтрин проснулась, чувствуя себя в замешательстве. Она попросила подать завтрак в ее комнату, потому что не знала, как вести себя с Джорджем. Вернее, она не могла разобраться в собственных мыслях и чувствах.

Наскоро позавтракав, Кэт решила не тратить время зря и взяла ноутбук, чтобы записать все то, что она услышала вчера от Джорджа и его гостей. В какой-то момент Кэтрин задумалась: зачем Джордж так старается ее очаровать? Не преследует ли он какие-то свои цели, о которых Кэтрин не знает? У нее не было ответов на эти вопросы. Она понимала, что начинает путаться в своей двойной игре.

Кэт просидела в своей комнате до полудня, пока не получила записку от Джорджа: они с Маргарет ожидали ее на веранде к обеду. Кэтрин собралась быстрее обычного; сделала легкий макияж и подкрутила волосы, а любимое летнее платье мятного цвета было ей очень к лицу.

Уже к половине второго она спустилась на второй этаж. Выход на террасу был сразу за кабинетом, и Кэтрин была совсем близко к нужной двери, когда услышала обрывки ожесточенного спора. Она оглянулась вокруг и, удостоверившись, что в коридоре никого нет, замерла у кабинета, активно прислушиваясь. Один из голосов точно принадлежал Джорджу, а два других – Генриху и Николасу, тем самым родственникам Джорджа, с которыми она вчера познакомилась на балу.

– Неужели этого нельзя избежать? Неужели это – единственно возможный вариант? – раздраженно сказал Джордж. Кэтрин очень удивилась, ведь ей казалось, что он само воплощение спокойствия и выдержки.

– Не забывай о том, что ты здесь ничего не решаешь, а просто исполняешь поручения, – резко ответил Генрих.

– Но, дядя, при этом ведь пострадают невинные люди, возможно женщины и дети. Почему нельзя выбрать другой вариант? – Джордж не мог говорить спокойно.

– Ты сам знаешь, что в этот день там будет он. Второго шанса может не быть. Плюс, там свои люди. Это все решает, – сухо сказал второй дядя.

– Если все решено, значит, будем действовать. Приказ есть приказ, – раздраженно ответил Джордж и быстрыми шагами, не прощаясь, пошел к двери.

Кэтрин не успела отбежать, и Джордж чуть было не ударил ее дверью. Они столкнулись взглядами.

– Вы все слышали? – резко спросил он.

– Нет, я… – начала было оправдываться Кэтрин.

– Я вам не верю. Что ж, впрочем, тем лучше. У вас не будет иллюзий на мой счет, – перебил ее Джордж и продолжил, – Прошу меня извинить, фройляйн Кэтрин, я вынужден уехать и не смогу составить вам с кузиной компанию во время обеда. Мой дом и персонал в вашем полном распоряжении.

Не дожидаясь ее ответа, он развернулся и быстро ушел. Несколько секунд Кэтрин смотрела ему вслед, пока его силуэт не исчез в длинном коридоре. Оставшиеся в кабинете дяди Джорджа, как ни в чем не бывало, продолжили обсуждать общую политическую ситуацию, но Кэтрин решила, что продолжать подслушивать небезопасно – неизвестно, какие будут последствия, если ее заметит кто-то, кроме Джорджа. Она медленными шагами пошла по направлению к террасе.

Свежий воздух вернул ей способность мыслить. Она была в смятении и не знала, из-за чего больше: из-за Джорджа, который предстал перед ней совсем другим человеком, или из-за того, что услышала? И хоть ей не удалось понять, что именно замышляют эти люди, интуиция Кэтрин кричала о том, что это точно не к добру.

За столом ее уже ждала Маргарет, как всегда безмятежная, беззаботная и абсолютно счастливая.

– Что там за крики? – бросила она небрежно. – Кэт, и где Джордж, я уверена, что слышала его голос минуту назад! – Не дожидаясь ответа, она бросила официанту: – Бен, прошу вас подайте два бокала ледяного шампанского для меня и мисс Кэтрин.

На мгновение Кэт подумала: а что, если Маргарет тоже в курсе? Если не конкретно этого плана, то их деятельности в целом. Что, если Кэтрин сейчас находится внутри общества, за кажущимся изяществом которого скрывается реальная жестокость? Она не могла понять, с чего ей начать сейчас.

«Надо сохранять хладнокровие, вести себя как ни в чем не бывало, – первое, что пришло ей в голову. – И использовать оказанное доверие на максимум: узнать как можно больше о планируемой диверсии. А в случае опасности придется звонить Уортеру».

Снова мысли об Уортере. Хоть он и дал ей время обо всем подумать, она четко поняла, что вместе они уже никогда не будут, – приезд сюда расставил все по своим местам. Ее чувства совсем утихли и перешли в разряд воспоминаний; она поняла, что Уортер – совсем не тот, кто ей действительно нужен. Тем не менее он оставался одним из самых влиятельных ее знакомых, и Кэтрин была уверена, что он сделает все возможное, чтобы ее спасти.

После затянувшегося молчания Кэтрин улыбнулась подруге и решила сменить тему.

– Мэг, после второй чашки кофе я наконец-то готова по-настоящему начать день. Чем займемся? Только без конной прогулки – я все еще не отошла от вчерашней.

– Кэтти, после вчерашнего вечера и мне так хочется расслабиться и просто ничего не делать. Может, возьмем с собой купальники и проведем остаток дня на берегу озера?

– Мэг, я надеялась, что ты это предложишь.

И подруги весело рассмеялись. В этот момент к столу подошел дворецкий и передал Маргарет записку. – От мистера Джорджа, – коротко объявил он и удалился.

– Оставил нас скучать за обедом, а теперь прислал красивые извинения – это так в духе Джорджа, – капризным голосом заметила Маргарет. – Будем читать или сделаем вид, что ничего не получили? Пусть придумывает, как искупить свою вину.

– Давай откроем. А сделать вид, что не получили, и так сможем, – улыбнулась Кэт, в душе умирая от любопытства.

Маргарет открыла записку и прочитала: «Прошу вас и мисс Кэтрин быть готовыми к половине шестого, машина будет подана к этому времени. Встречаемся в главном ресторане “Гранд Театра”. Твой всегда, Джордж».

– Я же говорила, в этом весь Джордж, – съязвила Маргарет. – Но у нас же совсем нет времени на сборы! Кэт, дорогая, еще по бокалу – и бежим переодеваться. Мы должны быть лучше всех.

Сидя в комнате утром, Кэтрин успела продумать свою тактику поведения с Джорджем, однако обстоятельства, связанные с подслушанным ею разговором, настолько перевернули все с ног на голову, что она снова не знала, что делать. «Ехать в театр в любом случае нужно. Но почему Джорджа не волнует подслушанный мной разговор? Или здесь настолько привыкли, что женщины в семье принимают всю их деятельность как само собой разумеющееся? Видимо, мужчины не чувствуют никакой угрозы. Они не думают, что я могу быть опасна». Кэтрин внезапно поняла, что злится на Джорджа и ничего не может с этим поделать. Главное – не выдать себя.

* * *

Для похода в театр Кэтрин выбрала темно-красное бархатное платье. В нем она выглядела несколько старше, но оно делало ее похожей как минимум на герцогиню, сошедшую с одной из картин, что в огромном количестве украшали особняк Джорджа.

Ужин в ресторане прошел без Джорджа; они встретились уже в ложе, и, как выяснилось, он ждал ее в первом ряду. Мэг деликатно оставила их вдвоем, сказав, что пойдет за дядюшками, засидевшимися в ресторане. Джордж протянул Кэтрин бокал шампанского, и они слегка соприкоснулись руками.

– Почему вы не надели мой пояс? – немного строго, на ее взгляд, спросил Джордж.

– А должна? – спросила Кэтрин с милой улыбкой, но, увидев взгляд Джорджа, решила добавить: – На то были свои причины.

– И какие же? – с нажимом спросил Джордж, давая понять, что добьется ответа в любом случае.

– К сожалению, он не идеально подходил к цвету выбранного мной платья.

– Я надеюсь, это единственная причина, по которой ты приняла такое решение.

Джордж постоянно переходил с формального обращения на неформальное, но Кэтрин начинала к этому привыкать.

– Нет, не единственная, – отрезала она. Рядом с ним она не всегда могла контролировать свои эмоции, несмотря на то что очень этого хотела.

– Я хочу, Кэтти, чтобы между нами не было тайн. Если ты переживаешь по поводу услышанного утром, я приношу тебе свои извинения за наше с дядюшками поведение. – Тон Джорджа смягчился, и он снова казался искренним. – Я сожалею, что тебе пришлось все это услышать. Но идеальных людей не существует, Кэт. У всех есть свои обязанности. У всех свой долг.

– Джордж, если ты считаешь, что после услышанного мое отношение к тебе может остаться прежним, то ты глубоко ошибаешься. Давай же выпьем за то, чтобы жить без иллюзий. – Кэтрин отвечала ему совсем не то, что планировала, позволяя говорить эмоциям.

– Я понимаю, что ты злишься на меня, но, Кэт, признай, что я не оставляю тебя равнодушной. – Он решил бросить ей вызов.

Его самоуверенность, с одной стороны, нравилась Кэт. Но то, как легко он ее читает, давало Кэтрин понять – ей надо держаться от Джорджа как можно дальше. Поэтому она сказала:

– Джордж, это все было ошибкой. Я не свободна, прости.

– Твой поцелуй гораздо красноречивее слов. Ты уже давно свободна, даже если формально это не так. – Джордж ответил так быстро и легко, что стало понятно – он не принимает ее слова всерьез. – Надень пояс завтра вечером, мы поедем в гости к моей тете. И я больше не желаю ничего слышать. – Он демонстративно отвернулся от нее, устремив взгляд на сцену.

Кэтрин уже была готова взорваться от такой наглости, но ситуацию снова спасла Мэг, с радостным смехом ворвавшаяся в ложу под руку с молодым человеком, которого Кэтрин видела впервые.

– Кэт, Джордж, это Робби. Мы учились вместе в школе, и он долгое время жил за границей. Я встретила его в ресторане театра и уговорила составить нам компанию. Можно сказать, похитила его у тетушки и кузины. Они, наверное, в шоке от моего бесцеремонного поведения, – сказала она, явно довольная своей выходкой.

– Мэг, с тобой проще согласиться, чем спорить, – весело поддержал ее Джордж. – Робби, я рад знакомству.

Продолжить беседу не дало начало спектакля. Наверняка представление было великолепным, но Кэтрин ничего не запомнила, полностью погрузившись в свои мысли; она пришла в себя, только когда опустился занавес, обозначая конец первого действия.

Все начали выходить из ложи, чтобы отправиться обратно в ресторан; Джордж и Кэтрин шли последними. Дойдя до двери, Джордж резко закрыл ее на ключ, развернулся и притянул Кэтрин к себе. Она не успела ничего понять, как он крепко обнял ее и страстно поцеловал. Так же неожиданно разорвав поцелуй, Джордж сухо произнес:

– Я просто хотел еще раз убедиться в том, насколько вы не свободны.

И вместо ответа тут же получил пощечину.

– Это лучший ответ, – сказал он и вышел из ложи.

Они молча дошли до ресторана и присоединились к ожидавшей их компании.

– Боже, да на вас обоих лица нет! – как всегда весело, проговорила Мэг. – Неужели кто-то умер за время первого действия? Что ж, давайте выпьем шампанское и забудем про все печали.

Ни Джордж, ни Кэтрин ничего не сказали.

Глава 5

Следующее утро Кэтрин провела одна: Мэг вместе с Робби решили на пару дней уехать из города, а Джордж на завтрак не явился, оставив только короткую записку: «Срочно уехал по делам. Всю ночь вспоминал твой поцелуй. Сам заеду за тобой перед визитом к тетушке. Твой навеки, Джордж. P. S. Не забудь про пояс».

Кэтрин была не рада его отсутствию. Этим утром она ждала каких-то объяснений вчерашнему инциденту, ведь они так и не поговорили. Если честно, она сама не знала, что хотела услышать. Кэтрин понимала, что окончательно запуталась в своих чувствах к Джорджу.

Не в силах разобраться с душевными метаниями, Кэтрин решила посвятить свободный день своему расследованию. Прислушавшись к разговорам прислуги, она поняла, что Генрих и Николас тоже уехали из поместья. Кажется, ей выпала отличная возможность пробраться в кабинет.

Сразу после завтрака Кэтрин подошла к кабинету и увидела в замке ключ; кажется, здесь совсем не переживали из-за гостьи, способной узнать что-то секретное. Девушка заперла кабинет изнутри и положила ключ в карман, чтобы было время все спрятать, если кто-то из мужчин неожиданно вернется. Она решила начать с осмотра стола – чего здесь только не было. Книги о масонстве, о черной магии, документы – но все на латыни, Кэтрин ничего не могла понять. И вдруг ее привлек конверт на столе с надписью «Джорджу срочно». С минуту Кэтрин колебалась. Письмо было запечатано, и ей не хотелось оставлять такие явные следы. Но что, если информация в письме поможет предотвратить преступление? Аккуратно вскрыв конверт, она увидела строчки: «Государственная центральная библиотека. Концертный зал. Дата будет позже».

Кэтрин бросило в холод. Она все поняла правильно. Они действительно что-то готовят. Она вспомнила слова Джорджа о возможных жертвах, и ей стало страшно. Ее интересовал только один вопрос: за кем они охотятся. «Там будет он». О ком речь? Если это их главный политический оппонент, то неужели они просто решили его уничтожить? Неужели в современном мире нет других методов борьбы за власть?

Но больше всего Кэтрин ужаснули ее собственные мысли, ведь в глубине души ей до последнего хотелось думать, что Джордж все-таки к этому не причастен. Но глупо отрицать очевидное: план уже в процессе осуществления, и Джордж принимает в нем активное участие. Кэтрин решила забрать записку с собой в слабой надежде, что это хоть как-то помешает заговорщикам осуществить задуманное.

Внезапно Кэтрин услышала, как в замке поворачивается ключ; она в ужасе опустила руку в карман – ее ключ на месте. Почему ей не пришло в голову, что у них может быть несколько дубликатов? Тем временем дверь открылась, и она увидела Джорджа. Удивление на секунду промелькнуло в его взгляде, но в остальном он сделал вид, будто ничего необычного в их встрече не было, и спокойно попросил:

– Кэтрин, душа моя, зачитай, что пишет дядя, будь добра.

Кэтрин молча смотрела на него. Ее руки, сжимающие записку, незаметно тряслись.

– Кэтрин, читай же, дядя обычно пишет на английском, сказывается его образование.

– Государственная центральная библиотека. Концертный зал. Дата будет позже.

– Спасибо, дорогая, распорядись отправить дяде обратное письмо с благодарностью и сообщением, что информация получена, и добавь, что он может на меня рассчитывать. – Он резко развернулся и вышел из кабинета.

Кэтрин не знала, что делать. Она понимала, что Джордж втягивает ее в каждый шаг их плана, и она ничем не могла ему помешать. Сначала она хотела не писать ответ дядюшке, но потом подумала, что ответ – это, скорее всего, простая формальность, и Джордж таким образом наказывает ее за то, что она бесцеремонно ворвалась в его кабинет. Конечно, он все понял. И от этого ей было не по себе. Ей ничего не оставалось делать, кроме как подыграть ему на этом этапе, ведь иначе она рискует остаться без доказательств. Что она имеет на данный момент? Подслушанные разговоры и невинную записку? Кому она об этом расскажет, и кто возьмет это во внимание? Местная полиция, руководитель которой, возможно, стоит гораздо ниже в местной иерархии, чем семья Джорджа? Уортеру, который живет на другом материке в совершенно другой реальности? Ей нужно собрать больше улик для того, чтобы сообщить в полицию.

Другим ее интересом было поведение Джорджа. Несмотря на произошедшее, она не могла не отметить его выдержку и спокойствие, но больше всего ее волновало их дальнейшее общение.

Не имея возможности не подчиниться его сценарию, Кэтрин написала записку и оставила ее на столе, после чего вернулась в свою комнату. Впереди ее ждал совместный вечер с Джорджем в доме его тети. Помня о его просьбе надеть пояс, она выбрала небесно-голубое платье, к которому пояс идеально подходил. Кэтрин не хотелось идти у него на поводу, но злить его еще больше после произошедшего в кабинете было бессмысленно.

Куда и к кому именно они едут, Кэтрин не знала; Джордж не посчитал нужным рассказать ей о своей тете побольше. Невеселые размышления прервал дворецкий, который сообщил, что мистер Джордж ожидает ее в фойе.

Когда она спустилась, он пил кофе и читал газету. Подняв на нее глаза и резко встав, он восхищенно сказал:

– Кэтрин, вы, как всегда, великолепны! Тетя даже представить себе не может, насколько вы красивы.

Было видно, что он доволен тем, что она не забыла о его просьбе и надела пояс. Он подал ей руку, а на выходе обнял за талию, подарив ей свою лучшую улыбку.

За всю дорогу Джордж ни словом не обмолвился об инциденте в кабинете. Он весело болтал о Маргарет и ее новом поклоннике, говорил, что она никогда не выйдет замуж, и со стороны казалось, что он пребывает в исключительно хорошем настроении, но Кэтрин не смогла удержаться от вопроса:

– Джордж, вчера в театре ты сказал, что не хочешь, чтобы между нами были тайны. Но что значит эта записка? О чем идет речь?

– Кэтрин, дорогая, почему ты во всем ищешь подвох? – улыбнулся Джордж. – Дядюшки устраивают очередной прием в историческом здании библиотеки, где будет много важных людей. В нашем обществе такие мероприятия – обычное дело. На них уже давно никто не обращает внимания, это просто часть нашей жизни. Да что я тебе рассказываю, ты и сама все увидишь, ведь ты пойдешь туда со мной. И я не приму отказа.

Он прижал ее к себе и поцеловал в щеку, всем видом демонстрируя, что беспокоиться совершенно не о чем.

Его манеры и обходительность приводили ее в заблуждение; ей так хотелось поверить в то, что ни о каком заговоре и речи быть не может, поверить в его сладкую ложь. Но Кэтрин сдерживала себя изо всех сил: весь ее опыт и интуиция кричали о том, что все совсем не так, как ей хотят показать.

Она подумала о том, готов ли Джордж пожертвовать ее жизнью ради достижения своей цели. А еще ее не отпускало услышанное в кабинете – тогда Джордж говорил о возможных жертвах. Не в силах справиться с напряжением и с мыслью, что ей уже нечего терять, Кэтрин отстранилась от него и спросила:

– Джордж, вчера я сама слышала, как ты говорил о жертвах. Ты говорил, что не хочешь этого. Джордж, прошу тебя, ради меня, если я хоть что-то для тебя действительно значу: пожалуйста, расскажи мне правду! Давай вместе сделаем что-то, чтобы это предотвратить!

Реакция Джорджа была неожиданной. Он весело и громко рассмеялся, как будто она сказала что-то смешное.

– Кэтрин, милая, мне приятно, что ты так волнуешься, но ты снова все не так поняла. Ты, должно быть, не услышала начало нашего разговора: дяди говорили о проекте экономической реформы, которая в первую очередь отразится на самых незащищенных – женщинах и детях. Дорогая, хочешь, я дам тебе контакты курируемого нами благотворительного фонда? Там ты сможешь спасать мир каждый день. – Он с улыбкой покачал головой и продолжил: – Право, Кэт, если бы все, что ты говоришь, было бы правдой хотя бы на один процент, разве бы мог я так спокойно все с тобой обсуждать? Твоя профессия и правда накладывает отпечаток – ты начинаешь видеть заговоры и интриги там, где их нет. – И он снова прижал ее к себе.

– А кто этот «он», который будет на приеме?

– Это канцлер, Кэтти. Он поможет нам в лоббировании реформы.

Как же ей хотелось ему верить. Она больше не могла бороться с собой. Кэтрин понимала, что влюбляется в Джорджа и ничего не может с этим поделать. Но все происходящее держало ее в напряжении: она не понимала, что здесь происходит, к тому же ее расследование… Кэтрин решила посмотреть, что будет дальше.

* * *

Тетушка Энн оказалась веселой и легкой дамой лет пятидесяти, а совсем не чопорной старухой, как предполагала Кэтрин. Она чем-то напоминала ей Маргарет: видимо, в этой семье женщин никогда не обременяют никакими заботами, что неминуемо отражается на их легком нраве.

Весь вечере они втроем болтали и смеялись, будто были знакомы много лет.

– Я вас оставлю ненадолго, – ласково сказал Джордж и выбежал в библиотеку.

– Ох уж этот Джордж, – многозначительно сказала тетушка Энн, поставив на стол чашку с чаем. – Знаешь, Кэтти, ты мне очень понравилась. Я никогда не видела Джорджа таким счастливым. Мальчик с ранних лет погружен в дела семьи, и ему, бедному, просто не оставили шанса на беззаботное детство и юность. Сейчас, с тобой, я увидела его совсем другим – он словно ожил.

– Спасибо, тетя Энн, это взаимно. Мне с вами так легко и комфортно, – искренне ответила Кэтрин, слегка смутившись.

– Пока Джордж не вернулся, я скажу тебе еще одну вещь. – И тетя придвинулась поближе. – Твой пояс – это ведь его подарок, не так ли?

– Да, и он просто великолепен. Я никогда не видела ничего подобного.

– А знаешь ли ты его историю?

– Историю? – удивилась Кэтрин. – Нет, тетя. Прошу вас, расскажите. Джордж ничего мне не говорил об этом.

– Этот пояс, девочка моя, принадлежал матери Джорджа. Когда она умерла, он поклялся, что наденет его на ту девушку, на которой захочет жениться и с которой захочет прожить вместе всю жизнь.

Кэтрин не знала, что на это ответить. Она была потрясена услышанным и подумала, что, если и это ложь, тогда Джордж – очень жестокий человек.

– Право, я не знала, – только и смогла ответить Кэтрин, – Джордж никогда не говорил ни о маме, ни о свадьбе.

– О свадьбе, моя дорогая? – Джордж вернулся в гостиную, наклонился через спинку кресла к Кэтрин и радостно поцеловал ее. – Ты делаешь мне предложение? Я согласен, если ты серьезно.

– Джордж, я, я, мы… – Только с ним Кэтрин становилась такой не уверенной в себе.

– Джордж, сынок, не смущай девушку, а то она испугается и передумает. Ну все, давайте пить чай. И расскажите-ка мне про Мэг. Что опять задумала эта бестия? Уехала с новым ухажером? Она всегда говорит мне: «Тетя, у тебя так много денег, что мне не нужно ни о чем думать». Плутовка. Знает, что я люблю ее, как свою дочь, и пользуется этим.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.