Василиса Лисина
Злодейка для ректора

Глава 1. Попала

– Велена, нам нужно расстаться! – гулко разносится по пустой аудитории.

Надо мной нависает высокий широкоплечий типа как мой “парень” и всматривается в моё лицо. Я пытаюсь отстраниться. Больно натыкаюсь на угол стола и громко ойкаю. Так, что на глазах выступают слёзы. Он расценивает это по-своему.

– Прости, я должен был сказать мягче, – его брови поднимаются домиком. – Но мы просто не созданы друг для друга.

– Всё в порядке… Де… Дебион, – потирая больное место, стараюсь вернуть себе такую необходимую личную дистанцию.

Ну вот, теперь синяк будет. Надо будет спросить соседку, нет ли у них тут волшебной мази от синяков.

– Я понимаю, что тебе сейчас больно, – продолжает гнуть свою линию мой “парень”. Теперь, кажется, уже бывший. – Но иногда лучше, оборвать все концы одним махом, чем долго и нудно оттягивать этот момент.

– Сам догадался? – усмехаюсь я.

– Нет, у Катарины в записной книжке прочитал, – признаётся Дебион. – Мне показалось очень к месту.

– Молодец, – киваю я. – Ну, раз мы все выяснили, я могу идти?

– Обещай, что не ударишься в депрессию и не перестанешь посещать лекции, – он никак не унимается.

– Может, ещё на Библии поклясться? – сдуру роняю я и замолкаю, встречаясь и с непонимающим взглядом Дебиона. – В общем, всё хорошо. Иди к этой, как её…

– Катарине, – на лице здоровяка появляется влюблённая улыбка.

– Именно!

Я всё же умудряюсь отойти в сторону и ловлю озадаченный взгляд Дебиона. Наверное, облегчение, написанное у меня на лице, действительно сейчас кажется странным.

Но изображать из себя безумно влюблённую девицу не очень весело. Тем более, что я еле-еле запомнила его имя. И то только потому, что Дебион перекликался с дебилом.

Я поправляю юбку и пиджак, который так и норовит расстегнуться на груди. Интересно, бывшая хозяйка этого тела специально выбирала одежду на размер меньше, чтобы её главное “достоинство” так выпирало? Надо будет заняться гардеробом. Но не сейчас.

Я выскакиваю из аудитории и, внимательно всматриваюсь в наручные часы, чтобы понять, насколько сильно я теперь опаздываю на следующую лекцию из-за этого здоровяка. Уже успела понять, что в этой академии за опоздания дают дополнительные доклады. А мне бы сейчас с основными разобраться. И не показать, что у меня ни грамулечки магии настоящей Велены.

Поворачиваю за очередной угол и влетаю в чью-то тонкую фигуру. Мы обе валимся на пол. Мне требуется несколько секунд, чтобы сгруппироваться и суметь подняться хотя бы на четвереньки.

– Прости, я не хотела, – пищит девушка.

Я морщусь: ну вот зачем принижаться? Не люблю такое. Мы обе не смотрели, куда шли.

– Я так и знал, что ты притворяешься и не смирилась! – слышится надо мной голос Дебиона. – Ты специально быстрее сбежала, чтобы отомстить Катарине!

Я обращаю, наконец, внимание, на кого же я налетела в спешке. Хрупкая русоволосая девушка потирает ушибленное запястье и, надув губки, жалобно смотрит на меня. Вокруг рассыпаны учебники и тетради. Ну надо же было так влететь!

Дебион кидается к девушке и аккуратно помогает ей подняться. Буквально сам ставит на ноги – силы у этого де… Дебиона немерено.

– Ты цела, Катарина? – он прижимает её к себе и с недовольством смотрит на меня. – Вел, как ты могла? Кати не сделала тебе ничего плохого. Ты, как всегда, лицемерила, когда сказала, что не расстроилась.

Я тоже поднимаюсь на ноги и рассматриваю ссадину на коленке. Больно. Что ж за день-то такой?

– Что здесь происходит? – раздаётся низкий властный голос.

Весь шум в коридоре стихает, а Катарина издаёт испуганный “ох”. Я поднимаю взгляд. Передо мной стоит мужчина в строгом тёмно-сером камзоле, белой рубашке, расстёгнутой на пару верхних пуговиц и бордовом жилете, подчёркивающем широкую грудь и узкую подтянутую талию. Красив, однако.

– Господин ректор, – начинает Дебион. – Адептка Велена напала на Катарину. Из соображений мести.

Пронзительный взгляд его зелёных глаз сосредотачивается на мне. По спине пробегают мурашки. Ректор осматривает меня с ног до головы, задержавшись на коленке, а потом строго распоряжается:

– Велена Эйрис, срочно в мой кабинет!

Ну, блин, попала!

Глава 2. Вспомнила

Под торжествующий взгляд Дебиона я понуро иду за ректором. Эх, и почему у бывшей хозяйки тела настолько плохая репутация? Я в этом мире чуть дольше недели и смирилась почти со всем, кроме этого. При такой хорошенькой внешности Велена умудрилась настроить против себя чуть ли не половину академии. Другая половина искала её внимания и подлизывалась. Как будто она была шаблонной злодейкой из книги или сериала.

Ректор идёт, не глядя на меня, уверенный, что я никуда не денусь. Еле успеваю за его широким шагом.

В кабинете он поворачивается ко мне и впивается колючим изучающим взглядом. Взгляд то и дело скользит вниз, в район моей груди. Я смущаюсь, но сдерживаю желание прикрыться.

– И что это было, адептка Эйрис? – ректор всё же смотрит мне в глаза. – Почему вы всегда оказываетесь рядом, когда с адепткой Бирош что-то случается?

Мычу что-то невнятное, а сама думаю, что же ответить. И ведь не виновата, но всё равно не по себе. Догадываюсь, что Бирош – и есть та самая Катарина, в которую я врезалась. По взгляду ректора понимаю, что он не поверит, если я скажу, что это череда совпадений.

– Выношу вам первое предупреждение, – вкрадчиво, со сквозящей в голосе угрозой говорит ректор. – На третье вы вылетите из академии. Здесь не место таким, как вы.

Я поджимаю губы и киваю, а у самой начинают подрагивать пальцы. Сжимаю их в кулаки. Обидно, что мне попадает от ректора за чужие грехи. И оправдываться бесполезно.

– И сделайте что-то со своей формой, – снова гипнотизируя мою грудь, говорит он. – Застегнитесь.

Я перевожу взгляд на его расстёгнутые пуговицы, приоткрывающие широкую мускулистую грудь. Сглатываю. Кто бы говорил.

– Как скажете, господин ректор, – послушно отвечаю и поднимаю на него максимально невинный взгляд.

Это должно было по идее его задобрить, но не сработало. Вместо того чтобы смягчиться, взгляд ректора темнеет, а на лице застывает маска. Но это его не портит, и я невольно засматриваюсь на его высокие скулы и широкий подбородок.

– Если это всё, идите, – немного хрипло говорит он.

Смотрю на наручные часы и понимаю, что уже сильно опоздала.

– Я скажу мадам Битрикс, чтобы она предупредила преподавателя. Вам простят задержку, – успокаивает меня ректор.

Я выдыхаю и бормочу слова благодарности. Мы выходим из кабинета, и я рвусь из двери первой.

Всего на миг отвлекаюсь на движение сбоку: в часах с кукушкой открывается дверца, сейчас пробьёт три. Но вместо кукушки из дверцы вылезает скелет змеи, и раздаётся звук, больше похожий на крик ужаса.

Вздрагиваю и останавливаюсь. В мою спину тут же врезается ректор, а по телу пробегают мурашки.

Я вспомнила. Всё вспомнила. То, что меня ждёт…

Глава 3. Зарисовки в тетради

Всё было в книге, которую я читала незадолго до того, как попала в этот мир. Эти часы – зачарованные, оставшиеся со времён основания академии Даркфилд. А в те времена здесь изучали тёмную и демоническую магию, проклятья, некромантию и прочие сомнительные вещи. Катарина и Дебион – главные герои. Велена – злодейка, которая мстила, неудачно пыталась поиздеваться над героиней, а потом попала в руки скрытого злодея. И в итоге была убита. Ректором.

– Что такое? – доносится до меня голос моего будущего палача, и я вспоминаю, где я нахожусь.

Ректор тем временем огибает меня и внимательно заглядывает в лицо.

– Мне конец, – осознаю я. – И вам тоже.

Он выгибает бровь. Ну да, он вряд ли поверит: здоровый мужчина, сильный боевой маг в полном расцвете сил. До сих пор не понимаю, зачем автор пожертвовал им почти в самом конце.

– Если признаетесь честно, что вы натворили, обойдёмся без строгого наказания.

– Ничего я не сделала, – бормочу я. – А надо бы что-то делать.

Ректор хмурится, совсем теряет нить разговора. Но мне в этот момент всё равно. Всё не важно, кроме той нереальной и абсурдной ситуации, в которой я оказалась. А может, я что-то не так поняла?

– Простите. Я опаздываю, – говорю я ректору и быстрым шагом выбегаю в приёмную.

Прохожу мимо удивлённой мадам Битрикс, иду по коридору, дохожу до аудитории. Всё это время я погружена в свои мысли, практически не обращаю внимания на внешний мир. Цель одна – добраться до тетради и перьевой ручки и всё записать. Только так я убежусь, похожа моя безумная догадка на правду, или нет.

Преподаватель, мисс Кутси, противно улыбаясь, даёт мне дополнительный доклад. Но это меньшая из проблем, которые ждут меня в будущем. Сажусь за своё место и, быстро листая, открываю самый конец тетради с лекциями. Мисс Кутси перестаёт читать мораль по поводу опозданий и переходит к лекции.

Я не слушаю, переворачиваю тетрадь и записываю всё, что помню из книги. Совершенно не помню конец – видимо, не дочитала. Пока записываю, досадую, что в памяти отложились сцены обжиманий Дебиона и Катарины в галерее, но кто и где устроил магическую ловушку главной героине, совсем не помню. Не на то я обращала внимание, не на то.

С сюжетом покончено, я оглядываю записи. С сожалением, которое сжимает тискам грудь, признаю, что я точно в книге. В мире, похожем на книгу. Это само по себе странно. Но перемещение в другой мир – тоже та ещё странность. Я приняла её не сразу, а только недавно, когда вышла из местного лазарета. Так что и “книгу” приму.

Я решаю подумать, что я могу изменить, чуть позже. Для начала надо записать всё, что вообще помню. А ещё неплохо бы вычислить скрытого злодея. Это кто-то из близкого окружения Катарины, но кто – я не знаю.

На каждого человека, играющего роль в книге, я беру отдельный лист. Записываю всё: имя, магию, статус, характер. И главное – их цели, то есть, то, чего они хотели сделать в книге, чего добивались.

На страничках тех людей, с которыми я уже успела пересечься и увидеть вживую, я рисую маленькие портреты. В своём мире я отучилась на художника, но, как это бывает, работала продавцом в ювелирном. Как я надеялась, временно. Что ж, надежда оправдалась…

Лекция заканчивается, но я замечаю это только когда все встают.

– Вел, ты сегодня решила быть примерной ученицей? – спрашивает меня “подруга”, Мадлен.

Не очень приятная девушка, что-то в ней напрягает. И только теперь я понимаю что: она лицемерка и дружит с Веленой только потому, что её семья – вассалы семьи Эйрис. И в книге она без проблем выполняла любые поручения, даже нарушающие правила. Но когда её поймали на горячем – валила всё на Велену.

– Я писала не лекцию. Ты же дашь списать свою? – хлопаю я глазами.

Мадлен без вопросов отдаёт, как будто только этого и ждала. Мы идём в другую аудиторию.

– Так зачем тебя позвал Деб? Неужели сделал предложение? – любопытствует “подруга”.

Я молчу и думаю, говорить или нет. Но прихожу к выводу, что Дебион первый всем разболтает, и пытаться утаить слона в комнате бесполезно.

– Мы расстались.

– Ох, – глаза Мадлен округляются, а потом в них мелькает растерянность. – Как он мог…

– Он всё равно не соответствовал моему вкусу, – принимаю я гордый вид, который, по идее, соответствует образу Велены. – Найду себе кого-то получше.

Мадлен смотрит на меня с откровенной жалостью. Потом спохватывается и активно поддакивает:

– Конечно, раз он не смог разглядеть твоих достоинств, зачем он нужен?

Я думаю, что не обратить внимания на достоинства хозяйки этого тела сложно. Но Дебион действительно не очень-то и смотрел. В отличие от того же ректора.

Уши горят при воспоминании об этом. Надо будет срочно раздобыть нормальную одежду, а потом уже думать, как мне выкручиваться.

Ректор лёгок на помине. Преподаватель по стихийной магии задерживается, и аудиторию нам открывает именно ректор. Я не свожу с него глаз, а он, кажется, даже не замечает меня.

– Сегодня я буду вести лекцию, – говорит он, когда мы рассаживаемся и достаём тетради. – Возникли непредвиденные обстоятельства.

По аудитории разносятся шепотки. Какой-то смельчак решается спросить то, что волновало всех:

– Он подвергся тёмной магии? Кто-то опять это сделал?

Ректор бросает на смелого адепта испепеляющий взгляд. Я кусаю ноготь. Этот тёмный маг – и есть книжный злодей. И надо избегать его, но кто он я так и не узнала.

– Вам не о чем волноваться, – чеканит он. – Господин Чотис сам расскажет причину, если сочтёт нужным.

По аудитории опять прокатывается волна обсуждения, но тон разговора другой: слышится облегчение. Преподаватель жив.

Ректор начинает лекцию. Я же опять открываю тетрадь с записями и добавляю то, что не успела. Собственно, самого ректора-то я и не записала. Как там его звали? Имя мелькало редко.

Записываю остальное: красив, сообразителен, боевой огненный маг. Опытный и сильный. Жертвует собой ради академии.

Портрет ректора я тоже зарисовываю, благо, модель перед глазами. Задумываюсь о том, что наставники героев часто умирают для пущего драматизма, вот и ректора постигнет та же участь, я рисую не просто зарисовку, а приличный эскиз. Любуюсь работой – такое лицо грех было не нарисовать. Мне настоящей ровесники Велены уже не так интересны, а вот мужчины постарше кажутся гораздо привлекательней.

Увлекаюсь и зарисовываю мускулистые руки, как бы они смотрелись без пиджака, даю волю фантазии художника и перехожу к грудным мышцам и прессу. Процесс меня успокаивает, и в голову параллельно приходит несколько идей. Например, я могу перевестись в другую академию…

– Адептка Эйрис! Что у вас там? – как гром среди ясного неба раздаётся голос ректора.

Блин. Я прикрываю рисунок рукой и пищу “Ничего”. Понимаю, что этим движением подставляю себя.

– Да? Тогда, с вашего позволения, я сам посмотрю, – хмыкает ректор.

Моя тетрадь поднимается в воздух сама собой и летит прямиком в его руку. Открытая именно на этой странице…

Я замираю и могу только с ужасом смотреть, как ректор берёт тетрадь в руки, смотрит… С его лица сползает еле заметная ухмылка, уголки губ опускаются, а брови ползут вверх. Он переводит на меня осторожный взгляд. Я прячу лицо, закрыв его учебником.

– Как понимаю, лекцию вы не записывали, адептка Эйрис? – с упрёком медленно проговаривает он. – Вам так понравилось проводить время в моём кабинете?

Глава 4. Условие

Я только мотаю головой, так и не поднимая взгляд.

– Я конфискую это, – со шлепком он бросает мою тетрадь на стол.

По телу пробегается холодок. Рисунок смущает, но не более того. А вот что будет, когда ректор прочтёт весь сюжет, мне и представить сложно. Ясно только, что я привлеку слишком много внимания, а мне бы, наоборот, пока затаиться.

– В-вы не имеете права! – нахожу в себе силы гордо поднять голову. – Это моя личная вещь.

– Вот как? – выгибает он бровь. – Хорошо… Если хотите тетрадь обратно, продолжим разговор после всех занятий. В моём кабинете.

Мне ничего не остаётся, кроме как кивнуть и достать другую тетрадь. Ректор продолжает лекцию. Теперь уж я не отвлекаюсь и старательно записываю, хоть и не понимаю почти ничего.

В конце занятия с грустью провожаю взглядом свою тетрадь, которую ректор кладёт в стопку с материалами для лекции и уносит. Он на меня даже не смотрит, и во мне появляется надежда, что и читать он не станет.

Мадлен сразу одалживает мне свои лекции, я благодарю её и кладу их в свою сумку через плечо. У большинства адептов именно такие.

По пути к следующей аудитории я то и дело слышу бурные обсуждения, которые стихают, стоит мне подойти ближе. Интересно, это Дебион уже всё разболтал, или они обсуждают то, что меня вызывал ректор? По злорадным (и изредка сочувственным) взглядам это не поймёшь.

Мне хочется беспардонно подойти к одной из шушукающихся кучек и спросить их прямо, что такого интересного они обсуждают. Но сдерживаюсь и тихо надеюсь, что это всё быстро пройдёт, забудется.

– Ты идёшь на следующее занятие? – спрашивает меня Мадлен.

– А есть варианты? – невесело отвечаю я.

– Да, – теряется “подруга”. – Я могу как обычно сказать, что тебе нездоровится. Мисс Ирис поставит тебе зачёт и так.

– Отличная мысль! – хвалю я её. – Тогда я схожу в библиотеку.

Лицо Мадлен вытягивается от удивления. Видимо, я сказала что-то не то. Я ободряюще улыбаюсь “подруге” и ухожу.

В библиотеке я опять беру книгу по азам магии. Я скрываю ото всех, что магия бывшей хозяйки этого тела мне недоступна. Пока успешно, но надолго ли? Уже скоро у нас начнутся практические занятия. Пока у остальных идёт лекция, я читаю о способах пробудить магию. Некоторые из них, самые безопасные, пытаюсь применить на месте. Пока ничего не выходит.

С сожалением я возвращаю книгу и иду в кабинет ректора. Секретарь говорит, что я могу зайти. Стучу. Задерживаю дыхание. Открываю дверь.

Оправдываются самые мои худшие предположения. Ректор сидит за столом и с интересом читает то, что я записывала в тетради.

– Адептка Эйрис, – обманчиво мягко говорит он. – Я вас ждал.

Нервно улыбаюсь и подхожу ближе. Ректор демонстративно делает вид, что с интересом читает.

– У меня будет несколько вопросов. Первое, спасибо за лестную оценку меня как ректора. Вы перегибаете: я увлечён работой, но не жертвую собой ради неё.

Я издаю невнятный звук, который можно интерпретировать как согласие. Хорошо, что пункт “жертвует собой ради академии” ректор понял не так. Он перелистывает страницу.

– А ещё вы очень самокритичны, – добавляет он.

Чувствую, как жар приливает к щекам. Да, страничка Велены там тоже есть. И писала я для себя, прямо, не забыв упомянуть характер настоящей Велены по книге.

– Верните мне это, пожалуйста, – смотрю на ректора максимально несчастным и невинным взглядом. Как кот выпрашивает еду.

– Не так быстро, – ухмыляется он.

– Что вам нужно? Только намекните, и я это найду и принесу. У меня очень влиятельная семья…

– У меня тоже, – пожимает он плечами.

Так, попытка задобрить или подкупить проваливается. Перехожу к плану “Б”. Шагаю вплотную к столу, слегка нагибаюсь, опираюсь на локти, положив их на стол.

– Очень прошу… – с придыханием говорю я и смотрю на его губы.

Это лишь обманный манёвр. Стоит ректору немного растеряться и дать слабину, я резко кидаюсь вперёд, вытягиваю руки и хватаю тетрадь. Но он не отдаёт и тянет на себя. Сильно, блин. Я проезжаюсь животом по ректорскому столу. Когда он перестаёт тянуть, я так и остаюсь лежать, оказавшись довольно близко к его лицу. Это невероятно смущает. Но я держусь в прямом и переносном смысле. За тетрадь.

– Есть одно условие, – хрипло говорит ректор. – Вам нужно будет сделать кое-что…

Глава 5. Велена нарасхват

Ректор делает паузу, о чём-то задумавшись. Сглатывает. С моего ракурса очень хорошо видно, как двигается его кадык. Нос щекочет терпкий резковатый аромат. Бергамот и что-то ещё. Да, не думала, что застряну в таком щекотливом положении.

– Что сделать? – напрягаюсь я.

Уже жалею, что использовала свой план “Б”. Опасно пытаться соблазнять ректора. Но я была уверена, что такой положительный персонаж, как он, не поддастся на соблазн, просто хотела отвлечь его.

– Поработать, – задумчиво тянет он.

Затем отстраняется и встаёт. Я обречённо отпускаю тетрадь, поняв, что мне бессмысленно тягаться в силе с ректором.

– Адептка Эйрис, идите за мной, – строго говорит он.

Я слышу, как он делает несколько шагов к двери. Сползаю со стола ректора и встаю на ноги. Отряхиваю юбку.

– Я жду, – строго напоминает он.

Догоняю ректора, стоящего в дверях.

Мы идём по коридорам академии. Редкие адепты провожают нас взглядами. Я стараюсь принять максимально независимый вид, но получается плохо.

Мне сильно не нравится, что тетрадь всё ещё в его руках. Куда он её несёт? Зачем? Напрягаюсь сильнее, когда мы с первого этажа спускаемся в какой-то полуподвал.

Там ректор стучит в неказистую дверь с надписью “редколлегия Пера”. Распахивает дверь и пропускает меня внутрь.

В небольшой комнате с половинчатыми окнами под потолком сидят три человека, закопанные в бумажках и кружках с чаем. Высокий широкоплечий шатен на столе, а две девушки на стульях. Узнаю среди них свою соседку по комнате, Тиону, она несказанно удивлена явлению меня и ректора.

Смутно припоминаю, что в сюжете книги фигурировали статьи студенческой газеты, и догадываюсь, что это и есть местные журналисты.

– Добрый вечер, – здоровается ректор, а я чувствую, что он не скажет сейчас ничего хорошего. – Я привёл вам художника.

Все трое адептов смотрят на меня. Шатен и моя соседка с удивлением, а незнакомая девушка, брюнетка с двумя косами и в очках, – с открытой неприязнью. Она же и возражает:

– Господин ректор, она не подойдёт!

– Почему же? Навыки мисс Эйрис на высоте, – спокойно отвечает ректор.

Я молчу: для студенческой газеты мои навыки действительно подойдут, но до каких-то высот мне далеко.

Стоп, о чём я думаю? Я вообще не хочу тут работать! Перевожу несчастный взгляд на ректора и собираюсь наплести ему, насколько загружена учёбой. Но меня перебивает та же девушка.

– Нам важнее скорость и узнаваемость образов, – она поправляет очки.

– О, можете не переживать, – хмыкает ректор. – Сейчас я вам продемонстрирую, что адептка Эйрис нарисовала всего лишь за половину лекции…

У меня волосы встают дыбом, когда ректор открывает тетрадь. Все с интересом смотрят. Он на миг задумывается, сдавленно кашляет и… выдирает целый лист!

Ректор так, чтобы никто не видел, складывает лист из моей тетради втрое и убирает в свой карман. Я понимаю, что уже совсем не контролирую ситуацию и просто хочу зарыдать. Ректор тем временем открывает страницу с мисс Кутси, преподавательницей, которая по сюжету активно покровительствовала героине.

Брови брюнетки ползут вверх, моя соседка, Тиона, удивлена не меньше. Даже больше, пожалуй. Высокий парень хмыкает и прищуривается. Кажется, он читает…

– Господин ректор, давайте я нарисую что-то на листке, – я вытягиваю ладонь и прикрываю буквы рукой. – Это моя личная вещь.

– Отличная идея. Возвращаю, – он протягивает мне тетрадь.

Я смотрю на его карман, но прежде, чем решаюсь попросить обратно вырванный листок, ректор выходит.

– Ах, да, – оборачивается он в дверях, – Адептка Эйрис, если вы откажетесь от участия в активности в газете, я вынесу вам второе предупреждение.

Я поджимаю губы и проклинаю упрямство ректора. Уговорить его не выйдет.

– Адептка Дориа, вы можете не брать мисс Эйрис, но другого художника всё равно нет, – заявляет он и, наконец, выходит.

Дверь за ректором захлопывается. Я остаюсь наедине с теми, кто не раз по сюжету будет писать не очень приятные для Велены статьи. И уже писали…

Печально вздыхаю и поворачиваюсь к ним.

– Давайте вот как поступим, – берёт слово до этого молчавший высокий парень. – Я дам задание, а ты нарисуешь зарисовку на листе. Два человека, в динамике, чтобы были эмоции. Справишься?

Я киваю. А что делать? Пока вылетать из академии не хочется. Я почти не ориентируюсь в этом мире и даже не представляю, что скажут родители Велены.

Сажусь за свободный стул, Тиона даёт мне карандаш и лист. Брюнетка подгребает ближе к себе какие-то черновики и поджимает губы: ей это всё не нравится. Но с шатеном не спорит, видимо, он главнее. Подмечаю, что он выглядит взрослее остальных, наверное, старшекурсник, выпускник. Тиона и брюнетка на год-два старше меня. Парень едва заметно улыбается уголком рта и говорит с хитрым прищуром:

– Нарисуй Дебиона и Катарину. Кто это объяснять не надо? Они должны выглядеть как парочка: обниматься, смотреть друг на друга.

Брюнетка довольно хмыкает, соседка хмурится. Я только снова вздыхаю, хочу домой.

– Поняла. Это для статьи о том, что они теперь встречаются? – спокойно уточняю я.

Шатен удивлённо поднимает бровь и кивает. В его взгляде появляется толика уважения. Остальные слегка теряются и переглядываются.

Несколько набросков я бракую, наконец, выбираю позу, где они смотрелись бы мило. Рисую. Рука тянется нарисовать Дебиону дебильное выражение лица, но я сдерживаюсь. Если рисунок сразу пойдёт в статью, без правок, то я быстрее освобожусь.

Наконец, заканчиваю. Теперь в глазах всей троицы я явно прибавила очков уважения. Брюнетка только окончательно скисла.

– Добро пожаловать в коллектив, Велена Эйрис, – хмыкает шатен. – Я главный редактор, Мартин Кэррот.

– Велена Эйрис, – киваю я.

– Лолла Дориа, – нехотя произносит брюнетка.

– Меня ты знаешь, но напомню, – беззаботно улыбается соседка, – Тиона Валлис.

Отношения у нас с Тионой были дружески-нейтральными. Если честно, не ожидала, но ей, похоже, нравилось, что я теперь в этом кружке журналистов.

– Предлагаю вот что, – беру быка за рога я. – Если я художник, мне же не обязательно тут надо будет торчать всё рабочее время? Вы можете давать мне задания через Тиону, а я буду рисовать в комнате.

Я встаю и перекидываю сумку через плечо. Лолла сияет, а вот остальные немного хмурятся, как будто я сказала что-то не то.

– Нам нужны не только иллюстрации, иногда нужно рисовать рамки или узоры, – объясняет Мартин. – И рисунок для статьи нужно будет доработать. Нужны толстые линии и обводка.

Мне приходится сесть обратно и заняться исправлениями. Мартин объясняет, стоит за спиной и с каждой правкой наклоняется всё ниже. Мне даже приходится подвинуть стул. Он замечает это движение и отстраняется.

Наконец, я заканчиваю. Мы договариваемся, что я приду завтра сразу после занятий. Все тоже собираются расходиться по комнатам, собирают вещи. Я просто беру сумку, прощаюсь и выхожу первая.

По пути предвкушаю, как завалюсь на свою кровать и наконец отдохну. Слишком много событий для одного дня. А ведь это только начало, мне предстоит подумать, как именно я смогу изменить сюжет.

В своих мыслях за очередным поворотом я не замечаю идущего навстречу худого паренька и влетаю в него. Он затравленно отшатывается, учебники из его рук падают на пол. Вместо того, чтобы поднимать их, он стоит столбом и начинает мелко дрожать.

Так… бывшая хозяйка тела что, его запугала?

Чувствую за это толику ответственности. Прошу у него прощения, чем вызываю шок, отразившийся на его лице. Поднимаю учебник и протягиваю пареньку.

– В-велена! – вместо учебника он хватает мою руку обеими ладонями. – Ты перестала меня игнорировать?

– Э-э-э, – выдаю я.

Я, разумеется, понятия не имею, кто он.

– Я слышал, ты рассталась с Дебионом. Мы теперь можем быть вместе? – оживляется парень и неприлично быстро сокращает расстояние между нами. – Скажи, что ты будешь теперь со мной. Иначе я не выдержу и прыгну, как в тот раз.

От паники я совсем не соображаю, что ответить, только стратегически отхожу. Но это не помогает – он продолжает подходить всё ближе. Кто он вообще? Куда и откуда он прыгал? Он с ума сошёл от чувств к Велене?

Спиной я натыкаюсь на кого-то. Широкая мужская ладонь ложится мне на талию.

– У неё уже есть парень, – раздаётся над ухом.

Глава 6. "Скромный" незнакомец

Оборачиваюсь и вижу Мартина. Округляю глаза, но молчу.

– Так что ты свободен, понял? – добавляет он.

Паренёк поджимает губы и сопит. Я вмешиваюсь:

– У меня нет парня, и я не хочу пока ни с кем встречаться.

Облегчённый выдох худого паренька сбивает новая фраза Мартина:

– Милая, ты всё ещё держишь наши отношения в тайне? Ты же уже рассталась с тем придурком! – как будто вполне искренне удивляется он.

Я теряюсь. Неужели Велена встречалась с двумя? Нет, Мартин просто сбил меня актёрской игрой! Он же только сегодня мне представился, значит, они с Веленой не были знакомы. Я хмурюсь и взглядом даю понять, чтобы он перестал.

– Так вот ты какая, – с презрением говорит паренёк. – Я был о тебе лучшего мнения.

Он подбирает свой второй учебник, всхлипывает и буквально убегает, прикрывая лицо.

– И зачем ты это сделал? – я разворачиваюсь к Мартину и справедливо возмущаюсь.

– Иначе Стефан бы не отстал. Я-то его знаю, – беззаботно улыбается он.

А мне хочется врезать ему в лицо, чтобы стереть эту улыбку. Ничего смешного.

– Этот Стефан может разнести слухи. Не боишься, если тебя начнут считать моим парнем?

– М-м-м, – тянет Мартин. – Нет.

Это сбивает меня с толку. Он прикалывается или флиртует? На всякий случай я отшагиваю.

– Не волнуйся, – ещё шире улыбается Мартин. – Всегда можно это опровергнуть в новой статье. А вообще, легенда о втором возлюбленном может спасти твою репутацию. Тебя, наследницу древнего аристократического рода, бросили ради какой-то безродной.

– А то, что я встречалась с двумя, конечно же, спасёт мою репутацию? – хмыкаю я и холодно продолжаю: – Спасибо тебе за помощь, но дальше я разберусь сама. До завтра.

Мартин разводит руками. Я ухожу.

В своей комнате я, едва разувшись, заваливаюсь на кровать. Соседки пока нет. Рычу в подушку, а потом собираю последние силы и сажусь. День сложный, в основном из-за ректора, но чем раньше я разберусь с тем, что мне делать, тем лучше.

Я думаю и рисую на новом листе простенький портрет ректора, пририсовываю ему рожки. Довольно быстро прихожу к самому надёжному и простому решению: сбежать. Точнее, перевестись в другую академию, или взять перерыв в учёбе. Не знаю точно, но битва с пробудившимся злом наступит в течение года.

Беру небольшой, размером с миску, артефакт, который используется в этом мире как наш телефон. Выглядит он как четыре белёсых кристалла на подставке. Я сама ещё ни разу его не использовала. Только видела, как лекарь звонил родителям Велены.

Обнаруживаю в коробке с артефактом записку. Это от родителей: они объясняли, как им пользоваться, и просили выходить на связь только, если что-то произойдёт. Ага, значит, сама Велена тоже не использовала эту штуку часто.

Соединяю по инструкции какие-то кристаллы. Руки дрожат, я понимаю, что понятия не имею, как Велена общалась с родителями. Какие они? В книге об этом не было, или же я упустила. Но написать письмо я тоже не могу – куда его потом отправлять? Я не знала адреса.

Четыре кристалла двигаются, соединяются, и в месте их соприкосновения загорается огонёк.

– Велена? – слышится слегка искажённый мужской голос. – У тебя уже кончились деньги? Ты что-то натворила?

– Нет, всё хорошо… папа, – вспоминаю ректора, но мой голос меня почти не выдаёт.

– Тогда в чём дело? – раздражается отец Велены. – Говори быстрее, ты же знаешь, сколько стоят магические кристаллы!

– Мне надо сменить академию, – тараторю я. – Я не могу тут учиться.

– Ты хочешь замуж? – удивляется отец Велены.

– Нет. Я хочу другое учебное заведение, – повторяю я, подумав, что он не расслышал.

– Мы уже об этом говорили. Я не собираюсь отправлять тебя слишком далеко от наших земель, других вариантов нет.

Я хватаюсь за другую надежду:

– Я могу пропустить годик, а потом вернуться?

– Ещё раз, Велена Эйрис, – строго говорит он. – Ты или заканчиваешь Даркфилд и выходишь замуж за достойного нашему положению человека. Или вылетаешь и выходишь замуж за дядю Филипа, нашего соседа. У него много шахт и низкий титул. Он сватается к тебе с твоих двенадцати лет. Помнишь его?

Разумеется, не помню, но точно не хочу за него замуж.

– Я поняла, – обречённо вздыхаю я.

– Есть третий вариант: найди себе мужа в стенах академии. И после бросай учёбу. Раз ты всё поняла, я прощаюсь.

Белый огонёк на пересечении кристаллов тухнет, они разъезжаются по местам. Я с неприятным чувством в груди вынуждена признать, что план провалился. Остаётся или сбежать в полную неизвестность, или менять сюжет. Может, если я просто не буду трогать Катарину, то ничего со мной и не случится?

– Хэй, не грусти, – раздаётся мужской негромкий и расслабленный голос рядом.

Я вздрагиваю. Это женское крыло. И я не слышала, чтобы кто-то входил. Тут никого не должно быть.

Но он есть. Молодой мужчина в белых штанах и рубахе сидит на стуле, закинув ноги на мой рабочий стол.

– Вы кто? – нервно сглатываю я.

Маг? Призрак? Почему я не замечала его, пока он не заговорил?

– Я бог.

Глава 7. Медвежья услуга

Я молчу и только хлопаю глазами, не зная, как реагировать на такое заявление.

– От скромности не умрёте, – наконец, говорю я.

– И вообще не умру. А вот сколько тебе осталось – вопрос открытый, – задумчиво отвечает он.

Эти слова меня пугают. Он что, не врал? Нет, просто не может быть. С чего бы богу мне являться. Я встаю и подхожу прямо к сидящему на моём стуле мужчине.

– Если это какая-то шутка, то пора заканчивать, – отодвигаю стул, и он опускает ноги. – Это женская комната, уходите, а то позову… кого-нибудь.

Хватаю его за плечо, чтобы заставить подняться. Рука проходит сквозь него.

– Ай, полегче, – он морщится и трёт плечо. – Я очень чувствительный.

Вот теперь я верю, что я окончательно сошла с ума. Испытываю шок сродни тому, когда только оказалась в этом мире.

– Да расслабься, Вера, – тянет он. – Я пришёл помочь. Скоро уйду.

От этого небрежно брошенного моего имени холодок пробегает по спине. Он знает. Он и правда бог? А я его со стула выпихнуть пыталась…

– Простите, – сдавленно говорю я. – Как к вам обращаться?

– Хэлли. Один из трёх богов баланса этого мира. И можно на “ты”, я считаю, что все души по своей сути равны.

Я киваю и жду, что он скажет. Он встаёт со стула. Только тогда я понимаю, насколько он высокий – мне приходится задирать голову.

– Ты веришь в духов?

– Теперь да, – бормочу я. Теперь я готова поверить в кого угодно.

– Они могут тут иногда появляться. Особенно в местах скопления энергии, – будничным тоном, как будто рассказывает прогноз погоды, говорит он. – Так вот, не обращай внимания. Они безобидны, и люди из этого мира их не видят. Смотри, чтобы не решили, что ты сошла с ума.

Я активно киваю: полезная информация. Он продолжает.

– Постарайся выжить. Скоро тут будет твоя соседка, мне пора.

– Подождите, и это всё? – беспокоюсь я. – Может, подскажете, кого мне надо избегать? Или куда мне идти? Что делать?

– Ш-ш-ш, – он медленно подносит палец к моим губам. Я чувствую прохладу и не более того. – Тихо. Она уже здесь. Не разговаривай со мной. Веди себя естественно.

Дверь в комнату распахивается, и входит Тиона. Я понимаю, как странно выгляжу: стою столбом рядом со столом, смотрю куда-то в пустоту, задрав подбородок.

Хэлли медленно пятится, машет на прощание рукой и исчезает в стене. Сказать, что я всё ещё в шоке – ничего не сказать. Он меня бросил, так ничего и не объяснив!

– Всё в порядке? – спрашивает Тиона.

– Да, – нервно хихикаю я. – Задумалась. День был тяжёлый.

Медленно иду к своей кровати и снова утыкаюсь головой в подушку. Тиона разумно решает меня не трогать, хотя наверняка у неё много вопросов.

В остальном вечер проходит без сюрпризов. Я прихожу в себя, переписываю лекции. Рассказываю Тионе, что умею рисовать давно, просто скрывала. Якобы стеснялась. Она меня заверяет, что зря и что мне срочно надо всем хвастаться. Я не поддерживаю её энтузиазм, и она закрывает тему.

Перед сном я думаю о том, что надо держаться подальше от ключевых героев, и всё будет в порядке. В том числе и от ректора. От него особенно – ведь если я не хочу замуж за некоего Филипа, надо продержаться здесь.

Утром лекции, и на удивление они проходят спокойно. Я не встречаю в коридоре ни Дебиона, ни Катарину, и считаю, что день будет удачный. В обед я иду в столовую с Мадлен.

– Кстати, – вспоминаю я. – Я переписала лекции, спасибо. Могу вернуть.

– Как? – она аж останавливается. – Ты же никогда их не возвращала.

– Вообще никогда? – теперь я тоже несказанно удивлена.

– Да. Я пишу их за тебя, – хлопает она глазами.

– То есть, ты их не одолжила, а отдала? – уточняю я.

– Ты ведёшь себя странно в последнее время, – косится на меня Мадлен.

Я нервно улыбаюсь. Меня поймали. Она не должна догадаться, что вместо Велены с ней разговаривает уже кто-то другой.

– Я решила взяться за учёбу, – придумываю я, чем это объяснить. – Со вчерашнего дня.

– То есть, моя помощь тебе больше не нужна? – она хмурится.

– Нужна, – заверяю я. – Но лекции отныне я буду писать сама.

Мадлен молчит и о чём-то думает. Но уже вроде бы не считает меня странной. Я выдыхаю.

В столовой “подруга” спрашивает, что бы я хотела, и идёт за едой, оставляя меня за столиком. Мне некомфортно, кажется, что Мадлен выполняет роль служанки. Я бы лучше тоже постояла в очереди.

Успокаиваю себя тем, что свободный столик тоже надо сторожить, и принимаюсь разглядывать студентов. Точнее, адептов. В одном месте они кучкуются больше, и мне становится любопытно, что же там такое. Вытягиваю шею.

А там всего лишь парочка главных героев. Дебион показательно кормит с ложечки Катарину пирожным. Она мило жмурится и с наслаждением, как в рекламе, жуёт.

Я морщусь и отворачиваюсь. И ведь не смущаются совсем. Даже наоборот, будто напоказ это делают. А может, так и есть, ведь Катарине по книге важно закрепить своё положение.

Ко мне подходит Мадлен с подносом, и я забываю про эту парочку. Почему-то “подруга” выглядит очень довольной. Ухватила вкусное пирожное?

– Я всё сделала, – загадочно улыбается она. – Можешь не волноваться.

– О чём? – не понимаю я.

В следующий миг раздаётся взрыв, и я вздрагиваю. Кто-то вскрикивает, все смотрят в одно место. Туда, где сидела “сладкая парочка”. На их столике весело пляшет маленький огонёк.

Катарина стоит возле стола, закрывая лицо руками. Вся её верхняя половина туловища спереди покрыта чем-то зелёным. Вдобавок, видны ошмётки пирожного на шее и платье. Дебион кидается к ней на помощь, огибая стол. Он тоже зелёный, но меньше.

– Возьмите, это поможет Дебу. Вы его просто спасёте, – шепчет Мадлен и впихивает мне в руку флакончик.

Я даже не знаю, что ей сказать. Уже, в общем-то, поздно говорить, что не надо было вмешиваться. И не посчитает ли она опять такую резкую смену поведения Велены странной и подозрительной.

Не сразу я замечаю, что фокус внимания толпы сместился. Теперь почти все смотрят на меня. Дебион сдвигает брови и угрожающе направляется ко мне, оставив плачущую Катарину позади. Её тут же начинает утешать какой-то брюнет.

– Велена, – рычит он, а я вспоминаю, что Дебион по книге не только сильный маг. но и мечник, и вообще. Спортсмен, игрок в их местном виде спорта.

– Велена Эйрис, – раздаётся совсем другой, но ещё более пробирающий до мурашек голос. Ректор за моей спиной. – Жду вас в своём кабинете.

Глава 8. Протестую!

Бросаю гневный взгляд на Мадлен и иду за ректором. Чувствую себя неуютно под прицелом взглядов, но держу голову прямо и специально громко стучу каблуками. Ректор не оборачивается, и я медленно от него отстаю. Приходит мысль даже сбежать, но понимаю, что это только усугубит проблемы.

В кабинете он сканирует меня взглядом так, что хочется сжаться в комочек. Ничего хорошего это не предвещает.

– Второе предупреждение, адептка Эйрис, – чеканит он.

– Протестую! – возмущаюсь я, вызвав лёгкое удивление в глазах ректора. – Это была не я. И вы не должны обвинять меня без доказательств.

– Да? – протягивает он, облокачиваясь на стол. – А может это вы предоставите доказательства вашей невиновности? Или нет, назовите хоть одну причину, почему это не вы, когда во всех остальных случаях в бедах адептки Бирош были виноваты только вы и больше никто?

– У меня больше нет причин так поступать, – говорю уверенно, чтобы он поверил. – Я рассталась с Дебил… Дебионом.

– А может, вы хотели его вернуть? – прищуривается он.

– Упаси бог… боги, – вырывается у меня.

– То есть, вы совсем, ни капельки ни при чём? – ректор делает шаг ближе.

Тут я не могу ответить честно. Сжимаю от досады кулаки. Чтобы не врать, формулирую ответ по-другому.

– К взрыву не имею никакого отношения. Если бы его устраивала я, то на Катарину бы не попало. Только на Дебиона.

Ректор задумывается, внимательно глядя на меня. Кажется, я прибавила очков к уважению.

– Уговорили, адептка Эйрис, – хмыкает он.

Огибает стол и находит в ящике пробирку с причудливой пробкой, в которой торчит маленький кристалл. Возвращается ко мне. Все его движения медленные и расслабленные, но в них чувствуется сила, как у хищника, вышедшего на охоту.

– Дайте вашу руку, – не дожидаясь моей реакции, берёт и поднимает её сам. – Давайте возьмём капельку вашей магии, чтобы сравнить след.

Чувствую, как ладони потеют. Я так и не научилась использовать магию!

– А это точно необходимо? – спрашиваю я, стараясь скрыть волнение.

– Если вы не хотите получать второе предупреждение, то да.

Ректор водит пальцем по моей раскрытой ладони, хмурится. От его движений мне немного щекотно, а ещё почему-то это смущает, но больше ничего не происходит. Прикладывает “пробирку”, хмурится ещё больше.

– Выпустите немного магической энергии, – настаивает он.

– Не могу, – выдавливаю из себя я.

И рада бы, но не получается. От переживаний я не могу сосредоточиться, а из-за того, что не могу сосредоточиться, переживаю ещё больше. Вдруг у меня совсем нет магии? И он прямо сейчас поймёт, что я не Велена?

– Значит, вам есть, что скрывать? – он говорит это таким тоном, будто слегка разочарован.

Отпускает мою руку, но вместо облегчения я испытываю неприятное чувство досады.

– Можете быть свободны, – холодно говорит ректор. – Как только я смогу сравнить ваш магический след, я буду рад снять предупреждение. Помните, что третье станет последним.

Я понуро выхожу из кабинета. Плетусь по коридору, пытаясь вспомнить, какое сейчас должно быть занятие. Блин, дурацкая ситуация! Он почти мне поверил, но из-за этой магии меня скоро отправят к дяде Филиппу.

За углом меня ждёт Мадлен. Смотрит извиняющимся, несчастным взглядом, сжимая свою сумку до побелевших костяшек пальцев.

– В следующий раз спрашивай, потом делай, – грозно смотрю на неё.

Она кивает и, кажется, слегка выдыхает.

– Серьёзно, в следующий раз я прямо скажу, что это была ты, – я не могу долго злиться, и это моя слабость.

– Спасибо! – она улыбается. – Иначе мне бы досталось от отца…

Мы подходим к двери аудитории, и я замираю. Блин! Это практика. По магии. Надо было не идти, а сказать, что плохо себя чувствую.

Мадлен непонимающе смотрит на меня. Решаю, что сама отпрошусь у учителя и всё же захожу в аудиторию.

А за дверью скорее спортивный зал. На полу разложены подушки, на них уже сидят, скрестив ноги, адепты. Преподаватель громко просит нас не опаздывать, привлекая этим внимание к моей и так заметной персоне.

По залу идут шепотки. Я к своему неудовольствию замечаю сидящей ближе к преподавателю Катарину: сегодня у нас с её группой объединённая практика. На её коже остался лишь едва заметный зелёный оттенок.

За спиной скрипит дверь – опоздали не только мы.

– Велена! – звучит полный возмущения голос Дебиона. – Как ты могла?

А вот его тут быть не должно. С удивлением я оборачиваюсь и вижу, как Дебион гневно машет мне перед носом какими-то листами.

– Как это понимать? – продолжает он кричать.

Взгляд выхватывает буквы. Заголовок газеты. “Велена Эйрис и её тайная любовь”.

Глава 9. Глаза в глаза

Теперь мне хочется прибить не только Дебиона, но и Мартина. Зачем он это сделал? Мне только показалось, что он ко мне нормально относится, и он решил поиздеваться?

Хватаю газету из рук Дебиона и, не обращая внимания на его возмущения, читаю. Ничего хорошего там не написано. В статье прямо говорится, что Дебион – хорошая партия, и встречалась я с ним ради его статуса и наследства, а вот сердце принадлежало другому. И как только меня бросили, утешаться я пошла именно к нему. Вот и не грустила.

Хитрый Мартин не называет в статье имя моего “возлюбленного”, но смело обещает раскрыть его личность.

– И как ты это объяснишь? – сопит Дебион, который уже немного успокоился.

– А я должна? – выгибаю я бровь. – Нас с тобой уже ничего не связывает.

Забываю о том, что парень передо мной не только “хорошая партия”, но и сильный маг. Сжатые кулаки Дебиона вспыхивают огнём. Вслед за этим позади меня слышна вспышка, раздаются крики. Оборачиваюсь и вижу, как преподаватель тушит шариком воды небольшой костёр посреди зала. Но Дебиона даже это не останавливает: он угрожающе надвигается на меня, и его кулаки всё ещё в огне…

Я успеваю только испугаться – на его руке виснет Катарина.

– Деб, она сделала тебе больно? – сочувственно говорит она.

Я смеряю Катарину жалостливым взглядом. У неё совсем нет гордости? Но зато на Дебиона она действует: тот успокаивается, гасит огонь и переводит на девушку полный нежности взгляд.

– Вы закончили? – раздаётся скрипучий голос преподавателя.

Блин. Теперь из-за главного героя мне тоже влетит. Смотрю на преподавателя и принимаю невинный вид.

– Адептка Эйрис, адепт Ноаль, выйдите из зала, – строго говорит преподаватель. – Адептка Бирош, займите своё место.

– Но я тут ни при чём, – протестую я.

– Вы и так отняли у нас много времени. Выходите.

Понимаю, что спорить бесполезно. От бессилия и злости на Дебиона сжимаю кулаки. Выхожу. Дебил – за мной.

В коридоре выдыхаю. Если так подумать, я же и хотела уйти с занятия. Стоит пойти в библиотеку и продолжить искать способы пробудить магию.

– И не смей больше трогать Катарину, – шипит Дебион. – Я был о тебе лучшего мнения…

– Бедная твоя Катарина, – не выдерживаю я и поворачиваюсь Дебиону с мнимым сочувствием на лице. – Достался же ей парень. Верит всякой чуши в статьях, а сам не лучше… Сколько раз ты бегал на свидания к Катарине, пока мы ещё были в отношениях?

– Это были не свидания, мы занимались, ты знаешь! И только потому, что ректор приказал ей взять надо мной шефство.

Так и было, ведь академии не выгодно, чтобы такой спортивный талант не сдал экзамены и из-за этого не попал на соревнования. Я морщусь и тру лоб. Почему я вообще трачу время на этого парня?

– Скажи, ты правда так быстро меня забыла? – Дебион скрещивает руки на груди и внимательно на меня смотрит.

Не знаю, что ответить. Я-то его и не помнила. И вообще, почему ему это важно, разве он не должен миловаться с главной героиней, а про меня уже и не вспоминать? Что ж, сам хотел знать – сам напросился.

– Да, так и есть, – мстительно улыбаюсь я.

– Ты врёшь, – хватает он меня чуть выше локтя и сжимает пальцы. Приближается. – Ты просто хочешь, чтобы я ревновал и вернулся к тебе. Да, вот на что ты рассчитывала? Вывести меня на эмоции?

Я упираюсь свободной рукой ему в грудь и отталкиваю его. Точнее, пытаюсь – ведь эта скала с мышцами не двигается ни на миллиметр.

– Что я вижу? – раздаётся рядом протяжный противный голос. – Наконец-то я поймал прогульщиков.

Мы с Дебионом отстраняемся друг от друга. На нас смотрит с победной ухмылочкой явно какой-то преподаватель, но я не знаю, кто он. Смотрю на его зализанные набок светлые волосы и вспоминаю… Кажется, в книге это был декан факультета травничества. Один из мелких проходных злодеев, который в какой-то момент приставал к главной героине.

Даже если бы я не вспомнила, меня бы всё равно напряг этот декан. Какой-то он был скользкий и противный.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.