Ольга Шувалова
Дом для кошки

Глава 1

Глава 1.

– Вот ты где, маленький негодник! – ласково проворковала Нари, вытаскивая из-под стола не такого уж и маленького котёнка. Песочного цвета с пятнышками шерсть не блестела, потому что ему уж очень нравилось прятаться в труднодоступных местах и собирать там всю накопившуюся пыль, а ещё резвиться в траве или в лужах после дождя. Тот смешно фыркнул и издал звук, похожий на рык и "мрявк"одновременно. – Ну-ну, я знаю как ты не любишь воду, но купаться необходимо. Перестань брыкаться, иначе я больше не разрешу тебе лежать на диване.

Котенок замер, повернул голову, чтобы посмотреть на девушку и обиженно повел усатой мордочкой. Нари потрепала его по голове между ушей и опустила на пол.

– Марш в ванную! – шутливо-серьезно скомандовала она.

Котёнок, понурив голову, медленно побрел куда-то вглубь дома. Провожая его взглядом, Нари покачала головой и улыбнулась.

Ему было 10 лет. Котёнок ягуара , который обратился и вот уже почти полгода не мог вернуть себе человеческое обличье. Такое бывает. Испуг, стресс. Но его хозяину было важно, чтобы мальчишка умел существовать в обеих своих ипостасях. Так Ён и оказался на ферме Нари гостем и за неполные 2 недели делал большие успехи – понимал человеческую речь и почти по-человечески мог на неё реагировать. Вот как сейчас. Нари вздохнула и наклонилась, чтобы поднять стул, который опрокинул её маленький гость.

– Ён сидит в ванне такой несчастный, – бархатный мужской голос ворвался в мысли внезапно и заставил Нари вздрогнуть от пробежавших по рукам и спине мурашек.

– Вспомни себя, – фыркнула девушка.

– Поэтому я и сочувствую пацану, – фыркнул вошедший.

Нари обернулась и столкнулась с темно-вишневым взглядом Юнги. На нём был рабочий джинсовый комбинезон, заляпанный зелёной краской, клетчатая рубашка с закатанными рукавами и повязка, чтобы сильно отросшие волосы не мешали во время работы. Он вытирал руки полотенцем, пытаясь стереть с них капельки краски.

– Используй растворитель, – посоветовала Нари, а потом лукаво улыбнулась и протянула. – Или можешь искупаться вместе с Ёном.

– Только если ты присоединишься, и мы выставим маленького засранца за дверь, – расплылся в улыбке тот, пристально глядя ей в глаза.

– Юнги! – Нари почувствовала, что щеки начинает заливать румянец и отвернулась, делая вид, что ставит многострадальный стул на место.

– О, простите, голубки. Я помешал? – на кухне быстро образовался перевес в сторону кошачьих. Медовый голос Минхо сочился ехидством. Пора было перехватить инициативу и вспомнить, что вообще-то она хозяйка на этой ферме, а они – Юнги и Минхо – её домашние коты.

– Так, а-ну брысь отсюда! – девушка схватила кухонное полотенце и замахнулась. – Вы закончили с покраской?

– Нет, вот этот безрукий, – Юнги кивнул в сторону напарника, который закатил глаза. – опрокинул последнюю краску. Так что придётся ехать в город.

Нари с укором посмотрела на виновника происшествия, тот состроил умильную мордашку и развёл руки в стороны в извиняющемся жесте:

– Я не виноват! – протянул он. – Этот изверг заставил меня залезть на крышу, зная, что я боюсь высоты.

– Юнги? – Нари посмотрела на второго, уперев руки в бока.

– Я забыл, – фыркнул тот и мученически запрокинул голову, зажмурившись. – Боги! Ты же пума. Горная кошка! Горная. А горы подразумевают высоту!

– А ты не думал, что именно поэтому я живу здесь, а не в горах? – Минхо скрестил руки на груди.

– Ты живешь здесь, потому что носишь вот это, – с издевкой протянул Юнги и поддел пальцем тонкий ошейник на шее кота. Тихонько звякнул медальон.

– Спешу напомнить, что у тебя есть точно такой же, – губы младшего растянулись, но это не было похоже на улыбку, скорее на оскал.

Они замолчали, глядя друг на друга, метая молнии. Нари заметила, что темный взгляд Юнги начинает приобретать золотистый оттенок, а в глубине глаз младшего начинает просыпаться холодная синь.

– Лим Юнги! До Минхо! – командирским тоном воскликнула тогда Нари и, когда оба кота обратили на неё внимание, продолжила их отчитывать. – Не хватало мне, чтобы вы обратились и подрались. В этом доме драчунов не жалуют, напоминаю обоим. Минхо, ты поможешь Ёну искупаться, а ты… – она смерила суровым взглядом старшего. – Едем в город. А потом вы оба поможете мне с тренировкой Ёна.

– Как пожелаете, госпожа, – кивнул младший, бросил испепеляющий взгляд на старшего и покинул кухню. Через несколько мгновений послышался шум воды и мрявканья котёнка.

Нари тяжело вздохнула, зажмурилась и сжала пальцами виски. Когда Минхо обращался к ней на «вы», используя пресловутое "госпожа", значило, что кот соглашался с наказанием, но был обижен.

– Прости, – виновато улыбнулся Юнги. – Я перегнул палку. Ничего не могу с собой поделать, он меня раздражает.

В этом весь Лим Юнги – прости, но ты сам виноват. Нари поймала его взгляд, шумно выдохнула и хмыкнула:

– Ты никогда не задавался вопросом – почему? – тот пожал плечами. – Потому что он точно такой же, как ты.

– То есть? – кот сощурил глаза до щелочек.

– Такой же своенравный, упертый баран, который скорее глотку перегрызет, чем позволит кому-то оставить последнее слово не за собой. Всё ваше отличие в том, что ты старше и умеешь управлять своими эмоциями, а он – нет. Когда Минхо повзрослеет, я совершенно точно сойду с ума с вами двумя, – фыркнула та, заканчивая свою речь. Она уже не злилась и смотрела на застигнутого врасплох Юнги со слабо скрываемой улыбкой.

– Это ещё почему? – обиженно надул губы тот.

– Два вечно недовольных ворчащих кота в доме? Это слишком на одну хрупкую меня. Вы даже глаза закатываете одинаково, – Нари рассмеялась, наблюдая, как глаза Юнги расширились от возмущения. – Поехали, скоро стемнеет. Ты за рулём.

Казалось, кот готов был вылить на девушку тонну аргументов в своё оправдание, но вместо этого, усмехнулся, покачал головой и, достав из кармана комбинезона ошейник, защелкнул его на своей шее. Нари проследила за его действиями, ощущая на языке привкус горечи и сожаления от того, что ничего не может изменить. В их мире оборотни были разменной монетой. Если ты владеешь оборотнем – кошка твоя вещь, и ты вправе поступать, как тебе заблагорассудится. Продай, подари, высеки, заставь ублажать себя или кого-то из гостей. Ты – хозяин, владелец. Но на ферме Нари царили другие порядки. Она давно уже освободила и Юнги, и Минхо, выкупив их у хозяев, но свобода была номинальной. У кошек не было прав, но были паспорта, в которых красивым витиеватым почерком в графе "Хозяин"значилось – мастер Шим Нари. Девушка разрешала, даже не так, настаивала на том, чтобы коты дома не носили ошейники. Юнги не нужно было уговаривать дважды, а вот младший по какой-то причине разрешением не пользовался. Правда, если кошки выбирались в город, ошейники приходилось надевать. Симпатичная безделушка, которая при других обстоятельствах могла бы служить украшением, но…это был знак. Знак принадлежности своему хозяину. Казалось, что эта формальность нисколько не мешала ни старшему, ни младшему, но от этого не становилось менее горько. Это был только инструмент, чтобы ещё сильнее раскачать неспокойные качели их отношений. Но она любила обоих и мечтала, что однажды сможет освободить их по-настоящему.

– Нари? – мягко позвал Юнги, заглядывая ей в глаза.

– Поехали, – грустно улыбнулась она в ответ.

Под вечер стало прохладно, поэтому Нари забежала в свою комнату и накинула на плечи тёплый кардиган. Юнги ждал в машине, проверяя документы в бардачке. Он так и не переоделся и выглядел донельзя деловым и серьёзным за рулем старенького пикапа.

Девушка одернула себя, когда поймала себя на том, что стоит на подъездной дорожке и наблюдает за ним. Она мотнула головой, прогоняя романтическое настроение и поспешила к машине. Возвращаться всё равно придётся в темноте, но лучше поспешить.

Неожиданно до её слуха донесся слабый сигнал автомобиля. А чуткому кошачьему слуху не помешало даже нахождение внутри машины, Юнги услышал приближение чужаков даже раньше неё и выбрался наружу, всматриваясь вдаль, где поднимали дорожную пыль два внедорожника.

– Минхо! – крикнул он и подошёл к Нари, встав у неё за спиной. Через несколько мгновений в дверях появился младший, утирая мокрое лицо и челку полотенцем. Видимо Ён воспользовался отсутствием наставницы и немного порезвился. Футболка младшего тоже была мокрой и липла к телу.

Заметив приближение нежданных визитеров, младший кот отбросил полотенце и так же занял позицию позади хозяйки фермы.

Неизменное построение. Юнги за правым плечом, Минхо – за левым. Воздух вокруг наэлектризовался, кошки были готовы обратиться за секунду, чтобы защищать свою Нари.

Тем временем внедорожники повернули на подъездную дорожку и замерли. Открылась одна дверца с пассажирской стороны рядом с водителем, потом – вторая в соседней машине. Вышли двое в деловых костюмах – охрана. Нари сразу заметила ошейники на обоих и могла поклясться, что загривок обоих её котов сейчас поднят даже в человеческом обличье, чтобы показать чужакам, чья это территория.

Один из охранников открыл заднюю дверцу и дождался, когда хозяин выберется наружу. Достаточно высокий, хорошо сложенный мужчина поправил пиджак и повернулся в сторону Нари и её кошачьей свиты. Он подал знак своим и двинулся по дорожке. Охрана нужна была ему скорее для статуса, чем для защиты, потому что от незнакомца исходила не очень приятная аура. По спине пробежал холодок.

– Мастер Шим, – мужчина почтительно поклонился, Нари поклонилась в ответ.

– Чем обязана? – спросила она.

Гость не выглядел враждебно, но девушке не понравился взгляд, которым он смерил сначала Юнги, затем и Минхо. Это была короткая оценочная эмоция, после которой мужчина натянул неискреннюю приветливую улыбку.

– Моё имя Кан Сынджу. Я приехал просить вашей помощи. Выслушаете? – заискивающий тон, от которого Нари внутренне поежилась. Что-то не давало ей покоя, но она пока не понимала, что именно.

– Я слушаю, – кивнула она.

Бояться было нечего. За её спиной, готовые к любой атаке, стояли взрослые пума и тигр, но тревога чувствовалась покалыванием в кончиках пальцев.

– У меня есть кошка. Кот, если быть точным, но он… – мужчина замялся, подбирая слова.

– Не может обратиться? – подсказала Нари.

– Да, – энергично закивал Кан. – Мальчик застрял в человеческом теле, обратившись всего один раз. Понимаете....я хотел подарить его своей дочери на совершеннолетие…

Он снова заискивающе улыбнулся, Нари поморщилась, молясь о том, чтобы гость этого не заметил.

– Он здесь? – девушка хотела поскорее избавиться от общества этого неприятного человека, поэтому торопила события.

– Разумеется, – Кан подал знак. Водитель второго внедорожника выбрался наружу, открыл заднюю дверцу и, не особо церемонясь, выволок на свежий воздух юношу.

Мальчиком тот не был в смысле возраста. Младше Юнги, может быть ровесник Минхо или чуть старше. Болезненно худой, почти изможденный, хотя худобу попытались скрыть безразмерной кофтой и спортивными штанами. Молодой человек испуганно озирался по сторонам, прижимая руки к груди. Когда они, узник и его конвоир, подошли ближе, Нари попыталась поймать взгляд первого. Когда ей это удалось, она уже не скрываясь нахмурилась. На неё смотрели темные глаза сломленного зверя.

– Я возьмусь за него, хотя у меня уже есть воспитанник, – тут же решительно проговорила Нари.

– О… Мастер Шим! Я заплачу любые деньги! – просиял Кан, шагнул к девушке и попытался схватить её за руку.

Зря.

Краем зрения Нари вовремя заметила два резких движения за своей спиной и успела предотвратить трагедию, раскинув руки и остановив котов поперек животов. Охранники Кана тут же отреагировали, приняв боевые стойки.

– Не стоило делать резких движений, господа. Давайте успокоимся, – Нари выдавила из себя примирительную улыбку, но тон оставался напряженным. – На мою ферму не приезжают без предупреждения. Мои воспитанники бывают опасными, не социализированными хищниками. Вы же прибыли без приглашения.

– Да, но мы приехали с миром, с нижайшей просьбой, – Кан переводил взгляд с Юнги на Минхо.

– Я приношу извинения за своих…подопечных, – она по очереди посмотрела сначала на одного кота, потом на другого. -Успокойтесь, господин не опасен. И мы пугаем его.

Нари перевела взгляд на действительно испуганного юношу. Если бы не крепкая хватка водителя, он точно сбежал бы и спрятался где-то, искать бы пришлось долго.

– Госпожа, можно тебя на пару слов? – медленно проговорил Юнги с плохо скрываемым рыком в голосе.

Он специально обратился к Нари таким образом – почтительно, но на «ты», чтобы указать гостям на свое особенное здесь положение и на статус хозяйки – она многое для меня значит, и я порву любого, если кто-то попробует ей навредить.

– Прошу нас простить, – Нари поклонилась и направилась по дорожке к крыльцу дома.

Юнги дождался, когда она отойдёт на пару шагов, кивнул младшему, приказывая не спускать глаз с визитеров. Тот беспрекословно повернулся всем корпусом к Кану и его свите и хищно оскалился.

Девушка наблюдала за этим со стороны, но не вмешивалась. Плохо. Кан наверняка понял порядки на ферме. Если он гнилой человек, то может в какой-то момент надавить на Нари, используя эту информацию. Она откинула эти мысли и поймала взгляд подошедшего к ней тигра.

– Ты должна отказаться от этой работы, – проговорил он.

– Почему?

– Ты знаешь кто такой Кан Сынджу?

– Нет. Но знаешь ты?

Невооруженным взглядом было видно, что Юнги напряжен не просто так.

– Юнги… – мягко позвала она, когда тот, кажется, потерялся в своих мыслях.

– Кан Сынджу далеко не последний человек в этой стране. Ему принадлежит половина города, если ты понимаешь, о чем я говорю, – выдохнул, наконец, тот. – Но это полбеды. Ты не знаешь, что он делает с теми, кого не может купить или заставить на него работать.

Вот оно. Вот, что не давало Нари покоя. Имя. Она знала его, но забыла. В современном мире уже редко использовалось понятие "мафия", главы мафиозных группировок предпочитали, чтобы их называли "предпринимателями". Но выбор наименования не менял сути – мафия есть мафия, и методами действует соответствующими. Последний раз Нари имела дела с мафией, когда выкупала Юнги.

– Я вижу, что он делает с кошками, – немного помолчав, проговорила девушка. Её взгляд неотрывно следил за забитым юношей. – И я не могу оставить это просто так.

– Нари… – почти простонал Юнги. – Пожалуйста, я боюсь за тебя.

– Все будет хорошо. Ведь ты со мной, да? И Хо. Вы оба. С вами я ничего не боюсь, – она ободряюще улыбнулась и еле удержалась от того, чтобы погладить тигра по щеке.

Не дав Юнги возразить что-нибудь ещё, девушка вернулась к непрошенным гостям.

– Ну так что, мастер Шим? – нетерпеливо спросил Кан. – Вы согласны?

– Как я уже сказала, я возьмусь за работу. Как его зовут?

– Ушик, – тут же отозвался Кан. – Он пантера. И мастер Шим....

– Да? – Нари перевела взгляд на гостя.

– Ушик дорог мне. Помогите ему.

Нари кивнула, внутренне содрогаясь от неприязни к этому человеку. Она точно знала цену его словам. Ушик был дорог ему в прямом смысле. Пантеры стоили много. Очень много, потому что данная мутация не была такой уж распространённой.

– Разумеется, господин Кан, – кивнула Нари. – Я доложу о результатах недели через три.

– Три недели? – тут же поник мужчина. – А нельзя ли побыстрее?

– Нет, – отрезала Нари. – Он истощен и морально и физически, нельзя торопиться.

После этого замечания, взгляд Кана стал колючим, очень явно обозначились желваки на скулах, но он справился с эмоциями и растянул рот в улыбке.

– Мастеру виднее, – поклонился Кан, выпрямился, махнул своим людям и стремительно зашагал по дорожке к машинам.

Водитель грубо с рук на руки передал Ушика Минхо и тоже удалился. Бедный кот дёрнулся было, но Минхо мягко приобнял его за плечи, не применяя силу, но всё-таки ограничив его движения.

Нари шумно выдохнула. Сердце колотилось как бешеное, к горлу подкатывала тошнота, но нужно было держать себя в руках. Предстояло много работы.

– Ушик, – мягко позвала она, погладив испуганного молодого человека по руке. – Идем, милый.

Когда Нари и новый подопечный скрылись в доме, младший многозначительно посмотрел на Юнги и заключил:

– По морде твоей противной вижу, мы в дерьме, – на что старший только кивнул. – Ясно.

Нари приобняла Ушика за плечи. Болезненная худоба оказалась видимостью, через тонкую ткань одежды явно прощупывались мышцы. Когда-то парень имел хорошую физическую форму. Видимо Кан морил его голодом или что-то типа того. Тяжело вздохнув, пытаясь справится с нахлынувшими эмоциями, Нари повела его на второй этаж в свободную комнату, проклиная про себя Кана за то, что парню даже вещей личных с собой не дали. Он тем временем крупно дрожал всем телом, беззвучно бормоча что-то себе под нос и не видящим взглядом упирался прямо перед собой. Нужно было прихватить с собой аптечку, чтобы дать бедняге успокоительное, но девушка была так взволнована этим событием, что совсем об этом забыла. Ладно, что-нибудь придумает. В конце концов Юнги точно заглянет проверить не разорвал ли её новый подопечный на лоскуты.

– Так, – ласково проворковала Нари, выпуская на секунду Ушика из объятий, чтобы открыть дверь. – Теперь ты будешь жить здесь.

Парень никак не отреагировал, только несмело бросил взгляд куда-то на стену, мягко высвободился из рук Нари, прошёл вглубь комнаты, сел на пол, прислонившись спиной к стене, подтянул колени к груди, обхватил их руками и уткнулся в них лицом.

Сердце Нари болезненно ухнуло вниз, а поднялось уже, неся с собой злость. Самую настоящую ярость. И если бы сейчас перед ней стоял Кан, она бы выцарапала ему глаза.

Девушка не решалась подойти к парню. Ему нужно немного времени, чтобы привыкнуть и побороть свой страх перед новой обстановкой и людьми.

Со спины тихо подошёл Юнги и заглянул в комнату через плечо Нари.

– Ты думаешь его пытали? – почти шёпотом спросила она, не оборачиваясь, но чувствуя тепло тигра каждой клеточкой.

– Уверен, – не стал увиливать и смягчать информацию тот. – Посмотри на его позу. Его держали в темноте долгое время, возможно на цепи, лишали общения, еды и воды. Он что-нибудь говорил?

– Только бормотал, – голос дрогнул, и Нари прижала руку к груди, как будто это помогло бы ей удержать рвущиеся наружу слезы.

– Скорее всего воздействовали на мозги и другими способами, – выдал Юнги.

– Как? Как с т… – "с тобой"хотела сказать она, но осеклась.

– Тебе лучше не знать.

Нари резко повернулась к нему и заглянула в глаза:

– Мне сейчас не до шуток.

– А я и не шучу, – пожал плечами Юнги. В его взгляде Нари вдруг увидела отголоски прошлых лет, которые он провел, служа на благо мафии. – Я вытянул счастливый билет и не хочу возвращаться к этой теме. Не заставляй меня вспоминать.

Он неотрывно смотрел ей в глаза, будто и правда допускал, что она заставит вспомнить.

Четыре года назад Юнги привезли на её ферму, выбросили к воротам, как мешок с мусором и уехали. Он больше походил на живой труп, чем на человека, обращенный в кошку лишь наполовину. Причем кошачья половина гнила заживо от многочисленных травм, порезов, ожогов и бог знает чего ещё. Это потом Нари выяснила опытным путем, что тигра накачивали психотропными веществами, чтобы притуплять все эмоции, кроме необходимых для выполнения заданий и беспрекословного подчинения. Только вот они не знали, что тело оборотня и так переполнено этими веществами природного происхождения. Оборотничество это вам не сказки, а череда сложных химических реакций, и вмешательство извне влечёт страшные последствия. Поэтому и существовали в мире Мастера, способные раскачать естественные процессы в телах оборотней, путем ласки, любви, разговоров и лёгких тренировок на свежем воздухе, больше похожих на прогулки. Зоопсихолог, любила шутить Нари, когда ты спишь, как твои подопечные, ешь то, что едят они, роешь ямы в саду или приводишь в порядок шерсть, урчишь, когда чешут за ухом. Понадобился целый год, чтобы вытащить Юнги с того света. И тигр никогда и ни при каких обстоятельствах не рассказывал своей спасительнице что же с ним делали ещё, чтобы сломить волю и характер. Только по застарелым шрамам и рубцам она предполагала электрический ошейник, строгие с шипами кандалы и регулярную порку плетями.

– Прости меня, – Нари судорожно вздохнула и ткнулась лбом в его грудь. – Просто я испугалась. За него, – она махнула рукой себе за спину. – За тебя и Минхо. За Ёна.

– А за себя? – мягко хмыкнул Юнги, обнимая её и прижимая к себе.

– Даже не подумала, – фыркнула девушка. – Ты же меня знаешь. Этот дом и вы – моя жизнь, другой не знаю.

– Моя глупая Лилия*, не утони в своём собственном пруду, крепко держись на лепестках, – ласково прошептал Юнги. От его хриплого урчащего шёпота по спине Нари снова пробежали мурашки, как пару часов назад на кухне.

– Да ты поэт, – протянула она и отстранилась.

– Напишу оду в твою честь.

– Дурак, – девушка пихнула его в грудь и смогла почти с облегчением улыбнуться. Но потом её взгляд зацепился за ошейник на его шее, и она потянулась к нему, чтобы снять.

– Нари, – Юнги мягко остановил её, прикоснулся к щеке девушки и вынудил посмотреть в глаза. – Для меня....и для младшего, ладно, это не знак раба, а знак того, что мы принадлежим тебе, ясно? И это ни одного из нас не тяготит.

– Нет, не говори так, – девушка яростно замотала головой. – Принадлежность, значит, обладание. Я не хочу обладать. Я хочу, чтобы вы оба просто были со мной.

Юнги улыбнулся, покачал головой, снял всё-таки ошейник и спрятал в карман.

– Я понял. Но....ты же любишь меня больше, чем этого, который падает в обморок, стоя на стуле?

– Юнги!

Тигр тихонько рассмеялся, и Нари тоже не смогла сдержать улыбку, хотя отголоски мыслей мазнули внутри черепа. Всё это неправильно. Они трое – неправильно. Так не должно быть. Это запрещено Трибуналом. Но ведь сердцу не прикажешь, верно? Что делать, если её кошки дороже сердцу, чем люди? Они другие. Другая форма жизни. Они заставляют её смеяться, хмуриться, злиться и неизменно идти вперёд, помогают быть лучшей в своём деле. Какая разница с кем она спит – с обычным человеком или с человеком, по венам которого бежит звериная кровь? Только разница была. Для Трибунала. Узнай они, что Мастер спит со своими подопечными, её давно бы казнили, а котов сломали морально и отправили бы в пустыню на каторжные работы.

– О каких ужасах ты снова думаешь? На тебе лица нет, – Лим обеспокоенно всматривался ей в глаза.

– Ничего… Ничего, – она мотнула головой, прогоняя тревожные мысли. Этот странный визит, ощущение опасности и кот, которого держали черт знает где и мучили, заставили её задуматься о том, о чем обычно Нари предпочитала не думать. – Присмотришь за ним? Я принесу аптечку.

Юнги кивнул. Он привлек Нари к себе и оставил на лбу нежный невесомый поцелуй:

– Ты со всем справишься. Всегда справлялась лучше любого из нас. Ты у нас сильная.

Казалось бы самые простые слова, но Нари как будто бы очнулась, кивнула и решительно зашагала к лестнице. Да, она всё сможет. Как и всегда.

Аптечка, а точнее сказать огромная медицинская сумка стояла в её комнате, куда девушка и направилась. Проходя мимо гостиной, она заметила Ёна, который спал мохнатым животиком кверху, смешно раскинув лапы. Рядом лежала растерзанная кроссовка Юнги. Сорванцу стало скучно, и он добрался до того, что плохо лежит. Ох и получит котёнок от старшего. Нари прыснула в кулак и на цыпочках пробралась в смежный с гостиной коридор, чтобы не разбудить малыша.

Дверь в комнату Минхо была приоткрыта, и Нари увидела, что кот сидит на подоконнике, прижимая колени к груди, совсем как Ушик. Поколебавшись несколько секунд, девушка всё-таки вошла, тихонько постучав.

– Можно?

Минхо встрепенулся и спустил ноги с подоконника.

– Ушик в порядке? – спросил он.

– Нет, но будет, – уверенно ответила Нари.

Кот кивнул. Воцарилась неловкая пауза, в течение которой девушка судорожно подбирала слова, но тот её опередил.

– Тигрище просил тебя не браться за парня, да?

– Ты слышал или догадался?

– Почувствовал, – хмыкнул тот. – От Юнги за версту разило напряжением. Я думал, что он кинется на Кана, не дожидаясь твоего решения. И я не уверен, что в этом случае смог бы что-то изменить или помешать нашему полосатому психу.

Их взаимная любовь-нелюбовь друг к другу умиляла Нари. Всегда одно и то же. Каждый пытался поддеть другого. Но девушка знала, что в случае опасности её коты будут сражаться бок о бок. Такое уже было.

– Почему это? – запоздало поинтересовалась Нари.

– Я не самоубийца, знаешь ли. Ты когда-нибудь дралась с тигром?

– Нет, но я пыталась заставить его залезть в воду. И у меня получилось!

– Сильно, – оценил Минхо, признавая её шутливое превосходство.

Нари подошла к нему и ласково потрепала темную чёлку, огладила щеку и остановилась на подбородке.

– Прости меня, ладно? За сегодня. Я была несправедлива к тебе.

– Проехали, – Минхо еле заметно вибрировал, отреагировав на ласку. – Ёна всё равно кто-то должен был купать. Поэтому, пока мама с папой пытались уехать за покупками, я занимался мелким. Все честно.

– Поразительное чувство юмора, шутник, – фыркнула Нари.

– По-другому в этом доме никак, – мученически закатил глаза тот.

– Не делай так, а-то затылок изнутри увидишь.

– Уже. То ещё зрелище.

Оба рассмеялись, но Нари быстро снова стала серьёзной.

– Почему ты не снимаешь ошейник? – она не знала, зачем задала этот вопрос. Хотела услышать то же, что сказал ей Юнги? Опять же, для чего? Лишний раз убедиться, что она "хороший парень", а вокруг все плохие? Может быть.

Он дотронулся до медальона, немного помолчал и с кривой улыбкой проговорил:

– Мне нравится. Стильно.

– Минхо, – покачала головой Нари, давая понять, что такой ответ её ну никак не устраивает.

– Нет, правда, нравится, – уже без саркастических ужимок проговорил он. – Лишнее напоминание о том, что я больше не в цирке. Что не нужно прыгать через горящее кольцо и стоять на задних лапах на высоте трех метров. И не нужно бояться, что тебя заставят покрывать самую натуральную дикую пуму ради потехи vip-зрителей.

Нари поежилась, вспоминая в каком состоянии забрала его из того кошмарного места. Ему не позволяли оборачиваться в человека несколько лет, и ожидаемо, что парень забыл, как это – быть человеком прямоходящим. Он напал на своего хозяина, растерзал на лоскуты, и его отправили на бойню, чтобы потом сшить из его шкуры шубу для какой-нибудь чокнутой богачки, но на удачу Нари как раз занималась в этом цирке с несколькими котятами. Минхо отдали ей за бесценок, лишь бы избавиться и не иметь никаких дел с Трибуналом. Когда он обернулся человеком впервые после стольких лет мучений и назвал её по имени, Нари прорыдала всю ночь, обнимая худые плечи измученного парня.

– Это, – кот скосил глаза, чтобы посмотреть на медальон. – Знак того, что я дома, где я любим и свободен. Поэтому… И ты прости меня за сегодня. Я был неправ, но для протокола. Тигрище меня бесит.

– Поверь, это взаимно, – искренне расхохоталась Нари.

– Да? Я счастлив, – фыркнул Минхо, не отрывая взгляда от смеющегося лица девушки. – Люблю, когда ты такая. Мне страшно, когда ты хмуришься.

– Это я-то тебя пугаю?

– Нет, я не об этом, – кот немного смутился и опустил глаза. – Я боюсь, что однажды мне придётся защищать тебя по-настоящему. Не от хулиганов или вандалов и не от поехавшего оборотня, а от чего-то серьёзного. И мне страшно, что я не справлюсь.

Нари замерла, когда он поднял на неё глаза. Такие встревоженно-решительные, как будто кот готов прямо сейчас за неё умереть, подставить шею под клыки какого-нибудь залетного оборотня или кинуться под пули лишь бы Нари не пострадала.

От этого взгляда стало ещё хуже. Она хотела услышать что-то типа "ты спасла меня, и я тебе благодарен", а не увидеть вот это.

Сглотнув вязкую слюну и подступившие слезы, она привлекла Минхо к себе, зарылась пальцами в его волосы и ткнулась носом в шею. Он приятно пах росой раннего летнего утра.

– Ну вот, расстроил тебя, идиот, – пробормотал он, почувствовав капельки влаги на шее.

– Не расстроил, а растрогал, – шмыгнула носом Нари и отстранилась. Слишком много эмоций для этого длинного дня, но нужно было ещё поработать. Оставлять Ушика сидеть в тишине на полу было нельзя.

– Нужна помощь? – с готовностью спросил Минхо.

– Справлюсь, – улыбнулась Нари. – Присмотри за Ёном, он спит в гостиной.

– Будет сделано! – кот комично козырнул, спрыгнул с подоконника и солдатиком зашагал прочь.

– Дурак, – беззлобно буркнула она.

Через минуту девушка поднялась наверх и отпустила Юнги, решив, что Ушик должен привыкнуть сначала к ней, а потом познакомиться с остальными обитателями дома.

Спустившись вниз, Лим застал младшего, похрапывающим на диване, а рядом с ним на полу валялся Ён и дергал во сне лапами, видимо котёнку снилось, что он куда-то или от кого-то бежит. Взгляд тигра упал на уничтоженную кроссовку. Первым порывом было разбудить негодника и надавать по ушам, натыкать мордой, как обычного домашнего кота в сделанную им лужу, но вместо этого Юнги только улыбнулся и покачал головой. Он мягко подошёл к котёнку, присел на корточки и погладил того по бархатному боку, успокаивая. Спустя несколько мгновений Ён действительно перестал сучить лапами и громко засопел.

А ещё через минуту Юнги услышал звон разбитого стекла и испуганный крик Нари.

Отослав Юнги, Нари несколько минут стояла в дверях и раздумывала, стоит ли заговорить с Ушиком или всё сделать молча. Наконец, всё-таки решила говорить. Ведь он слышит её, а значит способен понять. Если проговаривать ему свои действия, парень возможно будет меньше бояться.

– Знаешь что? – девушка поставила сумку за кроватью, чтобы кот её пока не видел, подошла к нему и присела на корточки. – Я сегодня останусь здесь, с тобой. Может ляжешь на кровать? Я устроюсь на полу.

Не дождавшись вообще никакой реакции, Нари поменяла положение, сев по-турецки напротив парня.

Ушик сопел в коленки, но продолжал сидеть не двигаясь, но девушка видела – прислушивается.

– Ушик, здесь никто тебя не обидит, слышишь? Я забочусь о таких, как ты. Окружаю любовью и заботой. Никто ни к чему не станет здесь тебя принуждать.

Сопенье исчезло, парень замер, впитывая её слова, и Нари продолжила закреплять успех.

– Когда захочешь поговорить, Юнги и Минхо расскажут тебе, как оказались здесь, в моем доме. Расскажут, почему не захотели уйти. И ты тоже сможешь остаться, если захочешь.

А вот это было лишним. Девушка прикусила язык и дала себе ментальный подзатыльник, а ещё представила, как на неё орёт Юнги, а младший, скрестив руки, безнадёжно закатывает глаза за его спиной и готовится сдохнуть, защищая её. Как ты, идиотка, собираешься выкупить беднягу у главы мафии, когда он ясно дал понять, что тот ему "дорог"? Тебе не хватит никаких средств, даже если ты продашь почку! Или обе. Позаимствуешь орган у одного из котов? Но было поздно. Все слова сказаны. К тому же, Ушик, наконец, поднял голову и посмотрел на девушку исподлобья.

Мягкие черты лица, пухлые щеки, несмотря на худобу, и чувственные полные губы никак не вязались с этим взглядом. Безжизненные глаза, привыкшего к боли существа. У Нари сжалось сердце. Захотелось обнять этого мальчика, прижать к себе и заслонить собой, пряча от жестокого мира.

Она представила как эти губы улыбаются, как смеются красивые глаза, и к горлу подступили слезы. Нари, увидишь ли ты когда-нибудь, что Ушик улыбается?

Обязательно увидишь, вторила в голове вторая Нари, которая точно знала, что после боли и страданий улыбка получается самая искренняя – теплая, настоящая, способная воскрешать. Знала, потому что видела много раз. Юнги и Минхо – главные тому подтверждения. Оба с нуля учились ходить, говорить и обращаться, а теперь не заткнешь, готовы пререкаться целыми днями напролёт. Не ко времени вспомнилось, как она впервые услышала смех на кухне. Минхо тогда пытался что-то приготовить под чутким руководством Юнги, но переборщил со сладким соусом, и угощение прилипло к тарелке. Нари сначала не поверила своим ушам, но, заглянув в дверь, увидела, как оба парня заливисто смеются, по очереди пробуя вытряхнуть еду из тарелки.

– У тебя что-нибудь болит? Можно тебя осмотреть? – спросила Нари, улыбнувшись своим воспоминаниям. – Не бойся. Больно не будет.

Девушка помедлила пару секунд, но кот не шевелился, смотрел прямо на неё. Тогда она перекатилась на колени и медленно, короткими шажками подобралась к парню. Замерла на мгновение, чтобы оценить реакцию. Он задышал чаще, но не пытался что-либо сделать – не сбегал, не жался к стене, не проявлял агрессии. Осмелев, радуясь таким успехам, Нари протянула руку и невесомо коснулась тёмной чёлки. Ушик вздрогнул, но не отстранился. Тогда девушка придвинулась ещё ближе и погладила парня по щеке, спустилась на шею, провела рукой по плечу и груди. Заметив на его лице неподдельное изумление, Нари нахмурилась. Было очевидно, что кот не знал или успел забыть, что чужие прикосновения могут быть ласковыми, а не причинять боль. Погладив его по руке, как на улице, когда уводила, она тихонько предложила:

– Пойдем на кровать, ладно? Она мягкая, чистая. Есть теплое одеяло.

Ушик перевёл взгляд на заправленную постель, о чём-то задумался ненадолго, а потом кивнул.

– Вот и умница! – просияла Нари. Поднялась на ноги первой и предложила парню свою руку в помощь. Понадобилось ещё время, чтобы тот решился вложить свою маленькую, почти детскую ладошку в её. Она ободряюще сжала его пальцы и помогла встать.

В какой именно момент всё пошло наперекосяк, Нари так и не осознала. Может быть тогда, когда она повернулась к Ушику спиной и слишком резко потянула за собой к кровати? Или когда парень увидел темно-зелёную сумку с белым крестом на боку?

Кот вырвал свою руку из ладони Нари и ринулся к окну. Начал дергать за ручки в попытках открыть. Хрипел и топал ногами.

– Ушик.... Милый, – Нари пыталась ласково до него достучаться, не повышая голоса. – Котёнок, всё хорошо. Это просто сумка. Я не сделаю тебе ничего плохого!

Ноль эмоций. Вернее, последних как раз было через край. Ручки ожидаемо не поддались, потому что все двери и окна в этом доме имели секретик, который знали только постоянные обитатели фермы. Тогда парень использовал грубую силу. И откуда в этом хрупком измученном теле такая мощь? Одним четким и быстрым ударом Ушику удалось выбить толстое оконное стекло. Осколок в его руке оказался стремительно. Ещё стремительнее тот перекочевал в тело Нари.

Девушка закричала, но крик оборвался. Она захлебнулась собственной болью, с удивлением наблюдая, как чуть ниже груди по рубашке расползается кровавое пятно. Нари неуклюже опустилась на пол, ударившись локтем, и подняла глаза на Ушика. Тот стоял неподвижно, без каких-либо эмоций глядя на девушку, а потом выпрыгнул в окно.

– Что за черт? – Минхо вскочил, вертя головой, не совсем понимая спросонья, что случилось и что его разбудило.

Ён тоже проснулся, жалобно запищал, распушив хвост и юркнул куда-то за диван.

– Нари… – выдохнул Юнги и ринулся на второй этаж, перепрыгивая через две ступеньки. Младший последовал за ним.

Оба кота ввалились в комнату и несколько долгих секунд отупело озирались по сторонам, глядя то на выбитое окно, то на лежащую на полу Нари.

Первым очнулся Юнги, он кинулся к девушке.

– Блять… – его так напугал и выбил из колеи вид осколка, торчащего из тела Нари, что все адекватные мысли выветрились из головы. Минхо вообще впал в ступор и смотрел на страшную картину, не мигая, стеклянными глазами, будто вообще был не здесь.

– Ушик....его нужно…найти.... – Нари уже начинало трясти от боли, от потери крови и черт знает от чего ещё.

– Да срать я хотел на твоего Ушика! – рявкнул Юнги. – Найду, убью!

Громкий звук вывел из ступора Минхо. Он вздрогнул, почти подпрыгнул на месте, а потом еле слышно выдохнул:

– Блять…

– Не стой столбом! Помоги мне!

Минхо метнулся к Нари. Лим подхватил девушку под коленями, Минхо кое-как аккуратно поддерживал её спину. Вместе они перетащили Нари на кровать.

– Больно… – всхлипнула она, но тут же повторила. – Найдите его....

– Да что ты заладила как заведенная?! Замолчи на хрен! – Юнги был в бешенстве. Руки дрожали, и он плохо контролировал свою вторую ипостась, то и дело переходя на рык. – Минхо! Я не могу… Нужно осмотреть рану.

Младший кот кивнул, послушно наклонился к девушке и аккуратно разорвал рубашку на месте пуговиц, чтобы не тратить на них время. А потом снял ткань с осколка, открывая рану.

– Дело дрянь, – изрёк он. – Доставать нельзя, истечет кровью. Звони в "скорую".

– Твою мать! – снова выругался Юнги, выхватывая из кармана телефон.

– Хо… – Нари из последних сил схватила младшего кота за руку и потянула к себе.

– Не двигайся! – с укором прикрикнул на неё тот и присмотрелся к ране, не сдвинулся ли осколок.

– Найдите его…

Минхо мученически простонал какое-то неразборчивое проклятье, но резонно подумал о том, что, когда девушка придёт в себя, она убьёт их обоих. О том, что Нари может не выжить, если «скорая» не отреагирует достаточно быстро, кот не думал, не допускал ни единой мысли.

– Ты куда? – Юнги проследил за бегущим прочь из комнаты младшим. Вопрос застал последнего почти на лестнице.

– Искать психованного уёбка! – бросил Минхо. – Не давай ей отключаться!

Старший кот беспомощно уронил руки, с ужасом глядя, как Нари в агонии сжимает и разжимает пальцы. Он бывал в разных критических ситуациях, но не в такой. Тигр никогда не видел, как мучается от ран любимый человек. Это было невыносимо страшно. Он бы всё отдал, чтобы сейчас оказаться на её месте. Воткните хоть тысячу осколков, лишь бы она не мучилась.

– Юнги… – стон Нари вырвал тигра из оцепенения.

– Я здесь. Здесь! – он опустился на колени рядом с кроватью и взял руку девушки в свою, вздрогнул – до того пальцы были холодными.

– Мне больно, – она не жаловалась просто констатировала факт. – Обещай, что не убьешь его.

Лим скрипнул зубами, задрожал. Попытался выровнять дыхание, почувствовав скорое обращение.

– Обещай.

– Обещаю, – рыкнул он.

– Врешь, – протянула Нари и улыбнулась. Теперь точно убьёт. Растерзает. Сотрет с лица земли. Юнги давно забыл каково это – убивать, но вспомнит, обязательно вспомнит. И сделает всё, чтобы Ушик сам молил его о смерти.

– Я просил тебя, Нари…просил не браться за эту работу. Просил? Отвечай мне!

– Просил.

– Ты не послушала. Ты никогда не слушаешь, упрямая женщина.

– Прости.

– Есть мне дело до твоих извинений, – фыркнул он. – Я надену на тебя ошейник и буду водить на поводке. Так и знай.

– Согласна.

– Согласна она, блять! Нари… – простонал Юнги и ткнулся лбом в её руку. – Не смей умирать, поняла меня?

– Поняла. Я люблю тебя. И Минхо люблю, так что иди на хрен.

– Дура.

Оба рассмеялись, но девушка болезненно закашлялась, с каким-то хриплыми всхлипами.

– Я бы хотел забрать твою боль.

Она не ответила, только слабо улыбнулась уголками губ. Юнги зажмурился так сильно, что под веками заплясали искры. Он представил, как становится крошечным, почти незаметным, пробирается к ране и тянет на себя чёрно-красные нити, накручивает их на свои руки.

Неожиданно кот почувствовал себя странно. Сначала тигр ощутил лёгкое покалывание в руке, потом жжение. Пришлось стиснуть зубы и терпеть. По его руке поползли чёрные ниточки, как будто по венам текла не кровь, а чернила. Он не знал, что это. Не понимал, что делает, но продолжил мысленно наматывать эти ниточки на свои пальцы. Бросил взгляд на рваные края раны в месте, где был воткнут осколок стекла. Кровоподтеки тускнеют? Или ему кажется? Нет, не кажется. Что делать? Вытащить стекло и продолжить? А если это убьёт Нари?

Но девушка сама подтолкнула его к действию, сказав:

– Боль куда-то уходит. Юнги, что происходит? – задышала ровнее и вполне осознанным взглядом посмотрела на него.

Он сам бы хотел знать, но не стал медлить. Взялся за стекло и резко выдернул, не дал чёрным щупальцам даже шевельнуться в теле Нари, молниеносно намотал их на руку и вырвал окончательно. Рана затянулась просто на глазах.

– Юнги? – девушка, не веря своим глазам, пощупала место ранения и взглянула на кота.

– Получилось… – выдохнул он, дернулся и завалился на спину, схватившись за грудь, где по рубашке под пальцами уже проявлялось точно такое же как у Нари пятно.

Проще всего было бы обратиться и найти Ушика по запаху. А дальше что? Что делать, когда настигнет беглеца? Минхо не был уверен, что сможет сдержаться и не растерзать ублюдка прямо на месте, а Нари это вряд ли понравится. Тогда он вызвал превращение, но не обратился, держался где-то между своими ипостасями. Если бы кто-то проходил мимо, то увидел бы как в сторону леса несется человек в серебристой дымке и с горящими голубыми глазами. В такой форме кот был быстрее, и все его чувства обострялись, поэтому он без труда уловил шлейф страха, ментальной агонии и чего-то ещё – на вкус горького, как будто таблетку раскусил и разжевал. Этот вкус был чужеродным для Ушика, неестественным, но Минхо не знал, что это может значить. Пускай со странностями разбирается Нари.

Ворвавшись в реденькую лесопосадку, Минхо остановился, чтобы привыкнуть к калейдоскопу запахов и выбрать из него запах беглеца. Удалось ему это довольно быстро, хотя манящий и дурманящий аромат молодого зайца старался перехватить инициативу.

– Успокойся, идиот, – рыкнул на себя Минхо. – Ты в цирке до сих пор?

Не успел кот пробежать и пятисот метров, как заметил в кустах белеющее пятно. Кофта Ушика сработала для звериного зрения как маяк.

Парень не прятался, он там лежал. Лицом вниз и не шевелился. Мягкой поступью так, что не шурхнуло ни единого листочка и не хрустнула ни одна веточка, Минхо подкрался к беглецу, оценил обстановку. И уже не скрываясь выпрямился. Ушик совершенно точно был без сознания. Подойдя ближе, Минхо поддел его ногу носком кроссовки. Ноль реакции.

– Что ж… – Минхо наклонился, грубо схватил парня поперёк торса, дернул на себя, вытаскивая из кустов и закинул на плечо. – Идём. Правда, я не знаю, что гуманнее. Оставить тебя здесь или отнести к Юнги?

Кот злорадно усмехнулся и бодро зашагал обратно к дому.

***

Врачи "скорой"прибыли и нашли вместо раненой женщины, раненого мужчину, к тому же оборотня. Нари пришлось всеми правдами и не правдами заставить их оказать Юнги помощь. В этом мире для оборотней существовала своя служба экстренной помощи, которая балансировала между человеческой и ветеринарной – разные приёмы, разная диагностика, разные препараты. Благо прибывший дежурный согласился осмотреть тигра, хотя очень долго и многозначительно смотрел на её порванную рубашку и бурое пятно.

Юнги еле дышал и отключился ещё до приезда "скорой". На проверку же рана оказалась глубокой, но не опасной. На резонный вопрос Нари – откуда же столько крови, врач ответил, что раненный истощен, будто не спал, не ел и не пил несколько дней, организм и ускоренная регенерация попросту не сработали.

Юнги заштопали, наклеили пластырь, поставили питательную капельницу и посоветовали показать тигра более квалифицированному в вопросах оборотней врачу. А ещё успокоили Нари, что жизни коту ничего не угрожает. Ему просто нужно хорошенько выспаться, а потом поесть.

Ещё некоторое время ушло на то, чтобы уговорить бригаду занести в карточку её данные, а не кота. Не согласись они, то пришлось бы очень долго объяснять, что же всё-таки произошло. А объяснений у Нари не было, она сама ничего толком не понимала и по инерции держалась за раненый бок, хотя тот её никак не беспокоил, как будто бы это не она буквально только что лежала на кровати с осколком в собственном теле. Но по большей части спас ситуацию не талант Нари к переговорам, а знак Мастера.

Проводив сотрудников "скорой"и закрыв дверь, девушка ткнулась лбом в дверной косяк и шумно выдохнула.

Этот чёртов день когда-нибудь закончится? В голове было столько всего, что хотелось затянуть виски повязкой, чтобы череп не разлетелся на кусочки. За что взяться? Что сделать? Она вспомнила, что в полубредовом от боли состоянии отправила Минхо искать Ушика. Сколько времени прошло?

Нари похлопала себя по карманам в поисках телефона, но не нашла, наверное выронила, пока занималась пантерой. Лёгкое беспокойство кольнуло где-то в области сердца. Живот скрутило, на секунду перехватило дыхание. Так в муках рождалось чувство вины. После того, что сделал Ушик, она не имела права отправлять кота на поиски невменяемого оборотня.

С ними случалось всякое. Кошки, что попадали на ферму бывали и агрессивными, но всё ограничивалось парой ссадин, царапин ну или ран, на которые накладывались несколько швов. Убить её никто ни разу не пытался.

– Твою-то мать.... – выдохнула Нари.

Слишком много ошибок за один день. Получится ли у неё все исправить? Количество вопросов множилось, а ответов на них пока не было.

Нари прислонилась спиной и затылком к стене и съехала по ней вниз, на пол. Но не успела она погрузиться в пучину отчаяния, как услышала тихое шмыганье носом. Сообразить, что это Ён получилось не сразу. Наставничек чёртов, совсем забыла, что в её доме маленький ребёнок, которому поневоле пришлось наблюдать за всем этим. Благо малыш не видел ни раненной Нари, ни Юнги и не столкнулся с Ушиком.

– Ён, котёнок, – ласково позвала девушка, перекатилась на колени и поползла на звук.

– Ён, это Нари. Где ты, малыш?

Котенок обнаружился за диваном.

– Боги… – выдохнула девушка, когда поняла, что вместо маленького ягуара на неё огромными золотисто-карими глазами смотрит мальчик и жмётся к спинке дивана. Почувствовав, как по щеке ползёт слезинка, она молча раскинула руки, подзывая к себе испуганного ребёнка. Тот тут же отлип от спасительной спинки и засеменил к своей наставнице. Нари прижала его к себе и зацеловала каждый сантиметр детского лица. Хотя бы одна хорошая новость за весь день – Ён смог обратиться.

Так, в обнимку их и обнаружил вернувшийся со своей ношей Минхо. Нари стащила с дивана накидку, завернула в неё ребёнка и теперь укачивала уснувшего мальчика на руках, сидя прямо на полу.

– Хо… – с облегчением выдохнула Нари, увидев живого и невредимого кота, и едва снова не разрыдалась.

– Нари? – отупело воззрился на неё тот, замерев посреди комнаты. – А ты чего тут? А… Ты в порядке? Я ничего не понимаю.

Смесь азарта недавней погони, страха за неё, удивления и облегчения отразились на его лице.

– Да, я в порядке. В порядке… – судорожно, со всхлипом проговорила Нари. – Я всё тебе объясню, но ты можешь сначала отнести Ёна в его комнату? Так не хочется его будить.

– А… Да, – кот был совершенно сбит с толку, поэтому даже не спросил, когда котёнок успел обратиться.

Он сгрузил свою ношу на диван, забрал Ёна из рук Нари, окинул её совершенно нечитаемым взглядом и на пару минут скрылся в коридоре. За это время девушка поднялась с пола, вытерла слезы с лица и на мгновение зажмурилась, чтобы собраться с мыслями. Она смертельно устала, хотелось спать. Гудело буквально всё тело. Но времени расслабиться не было. Наверху под капельницей лежал без сознания Юнги, а на диване прямо перед ней – причина, по которой он там лежит.

Из коридора стремительно появился Минхо, подбежал к Нари и сгреб её в объятия. Она ответила на них, вцепилась в футболку на спине, сминая пальцами ткань и ткнулась лицом в плечо кота. Девушка ощутила легкое облегчение от того, что она не одна в этом доме.

– Я ни хрена не понимаю, но я так безумно рад, что ты в порядке, – срывающимся голосом выдохнул Минхо. – Ты чертовски меня напугала. Я не хотел тебя оставлять, но ты заставила найти этого....

Он как будто извинялся. Нари отстранилась, взяла его лицо в свои ладони и заглянула в глаза.

– Прости меня, Хо, – она редко позволяла себе называть его этим ласковым прозвищем, но, кажется, ситуация была подходящей. – Я всегда требую от тебя слишком многого, но как же хорошо, что с тобой тоже всё в порядке.

Минхо улыбнулся и надолго прижался своими губами к её, она в свою очередь зарылась пальчиками в его волосы.

– Расскажи, что здесь произошло, пока я охотился и тащил это коматозное тело? – отстранившись, спросил Минхо. Ему так не хотелось выпускать Нари из своих рук, будто бы боялся, что она исчезнет, и вернётся тот кошмар, когда девушка лежит в луже собственной крови. Но нет, Нари стояла перед ним, теплая, живая и абсолютно здоровая.

Понадобилось немного времени, чтобы собраться с мыслями и поведать ему чудесную историю своего исцеления.

– Оу… – присвистнул кот, дослушав до конца. – Мне больно это признавать, но придётся теперь поблагодарить тигрище за это. Он спас тебя.

– Я не знаю, как Юнги это сделал, – вздохнула Нари.

– По твоему тону слышу, что ты не в восторге.

– Ещё бы. Я никогда о таком не слышала, чтобы оборотни были способны исцелять людей. Воскрешать – да, но не исцелять.

Они сидели на кухне. Нари подалась вперед, уперла локти в колени, уронила голову в ладони и устало потерла лицо.

– Что собираешься делать? – Минхо точно знал, что девушка не оставит это просто так и докопается до истины. Не выгоды ради, а для того, чтобы понять, не опасно ли это исцеление для тигра.

– Сначала поговорю с Юнги, а потом....есть одна мысль.

– Какая? – не унимался кот, желая в свою очередь уберечь Нари от любой опасности. И ему очень не нравилось, что у неё есть какие-то секреты.

– Всему своё время, – Нари улыбнулась ему, а потом, откинувшись на спинку стула, прикрыла глаза.

– Ты устала. Иди спать, я присмотрю за всеми, – мягко проговорил Минхо.

– Не буду геройствовать, – согласилась та. – Посплю в комнате с Юнги, ладно? Не хочу оставлять его одного.

Она тяжело поднялась со стула, обошла стол, ещё раз поцеловала Минхо и ласково потрепала темную мягкую челку.

– Тоже поспи. Ушик не придёт в себя до завтрашнего дня.

Кот кивнул, вибрируя от ласки. А на ум Нари пришла одна мысль. Что бы она делала и какой была бы не будь в её жизни Минхо и Юнги? Девушка размышляла об этом, поднимаясь на второй этаж, поправляя подушку под головой тигра, укрывая его ещё одним покрывалом и целуя в горячие губы. Он смешно сморщил нос, когда её волосы пощекотали щеку. Значит, в сознании, но крепко спит.

Сама она устроилась в кресле рядом с кроватью, выдвинув подставку для ног. Думала, что не сможет уснуть, но стоило ей прикрыть глаза как она моментально провалилась в сон.

Проснулась девушка так же резко и неожиданно, как уснула. Просто открыла глаза и выпрямилась на своей импровизированной кровати. Юнги тоже не спал, сидел, обложенный подушками и отчаянно морщась пил что-то из дымящейся паром чашки.

– Надеюсь, ты не сам сходил за своим питьем? – Нари потерла глаза, освобождаясь от остатков сна.

– Нет, – недовольно фыркнул тот. – Минхо, как курица-наседка с утра вокруг меня порхает. Отвар какой-то восстанавливающий сделал. Мерзость....

Юнги скривился, но снова сделал маленький глоток, лишний раз доказывая, что в их отношениях не всё так просто, как может показаться на первый взгляд.

– Как ты себя чувствуешь? – немного помолчав, спросила Нари.

– Сносно, – помедлив, отозвался Юнги. – Регенерация запустилась, зудит до невозможности, но я в порядке.

– Не нужно было этого делать, – жёстко бросила Нари, не сводя с тигра глаз.

У неё не было чёткого плана, как и что говорить и спрашивать, но раз уж они всё равно сейчас наедине, то пусть будет как будет.

– Делать что? Я не знаю, что я сделал и как у меня это получилось. Какие ко мне претензии? – по тону и взгляду Юнги Нари поняла, что он не хочет поднимать эту тему.

– Ты мог умереть.

– Нари, ты не заставишь меня пожалеть об этом, ясно? Я не умер. Да и если бы умер, плевать. Главное, что ты ходишь, дышишь, спишь зачем-то в этом ебаном неудобном кресле здесь со мной. Живешь, а не лежишь там…! – тигр осёкся, отвернувшись к окну, пряча глаза, и вздохнул – судорожно, рвано. И в этом вздохе было целое невысказанное всё.

Ему не нужно было ничего говорить. Она всё поняла без слов. Вернее, вспомнила. Лёжа с осколком стекла в боку, Нари не совсем осознавала, что чувствует в эти минуты Юнги.

Ему было страшно, так же как и ей, когда она поняла, что больше не ранена, когда он перестал ей отвечать, когда на несколько бесконечно долгих секунд у него остановилось дыхание. Эта беспомощность сводила с ума. Нари позабыла всё, чему её учили в Академии. При других обстоятельствах она могла бы сделать полосную операцию при помощи ржавого ножа и нитки, но только не этой ночью, когда сквозь её пальцы, прижатые к ране, сочилась кровь Юнги.

– Я просто хочу понять, насколько это опасно для тебя. Врач сказал, что ты истощен, как будто долгое время не спал и не ел. Как это возможно? Только если тебя истощило то, что ты сделал, – тихо проговорила она. – Пойми, что я тоже волнуюсь. Не ты один здесь чувствуешь.

Юнги запрокинул голову, зажмурился и шумно выдохнул, размышляя о том, что несправедлив к ней, но он так сильно испугался за неё, что просто хотел избежать этого разговора, как будто ничего и не было, чтобы стереть из памяти те страшные минуты.

– Прости…

– Проехали, – улыбнулась она. – Расскажи мне, что произошло? Как это видел ты, что чувствовал?

Как оказалось, очень сложно собрать воедино картинку, если ты в ужасе и не понимаешь, что делаешь. Юнги был уверен, что упустил некоторые детали, но в голове была каша. Да и к тому же окончание действа практически стерлось из памяти, потому что тигр быстро отключился. Что смог осознанно рассказать, то и выдал.

– Ладно, думаю этого должно хватить, – проговорила Нари и встала. – Приведу себя в порядок и ненадолго съезжу в город. – Она подошла к кровати, наклонилась к Юнги и поцеловала кота в щеку. – Прошу тебя, в моё отсутствие не пусти Ушика на фарш, ладно?

– Ничего не могу обещать, – очень серьёзно ответил тот и невозмутимо вернулся к остывшему отвару.

Спустившись вниз, Нари быстро приняла душ и переоделась. Навестила Ушика, который всё ещё был без сознания. Для безопасности домочадцев Минхо привязал парня кожаными ремнями к кровати. Даже если тот очнется, сбежать уже не сможет.

Девушка зашла на кухню, где младший кот занимался обедом, попутно помогая Ёну рисовать картинку.

– Минхо-хён* красиво рисует! – возвестил мальчик звонким голосом и развернул листок в сторону Нари.

В небе, нарисованном разными яркими красками, от чего оно казалось объемным и фотографически реальным, летали корявые птички, явно выведенные детской рукой. Облака цеплялись за горную вершину, с которой катилась река, теряясь где-то за краем листа.

– Это и правда очень красиво, – удивлённо выдохнула Нари, разглядывая рисунок. – Минхо, я не знала, что ты художник.

– Баловство, – отмахнулся кот, повернулся лицом к девушке, заметил ключи от машины в её руке и спросил. – Собралась куда-то? Мне поехать с тобой?

– Нет. Ты за старшего, – улыбнулась Нари. – Не разрешай Юнги вставать и проследи, чтобы он хорошо пообедал. И позвони мне, если Ушик очнется. С Ёном я позанимаюсь, когда вернусь, но ты можешь ему показать, как происходит обращение.

– Будет сделано, госпожа, – Минхо поклонился.

– Не скучайте, мальчики.

Через полтора часа старенький, видавший виды пикап припарковался у красивой резной деревянной изгороди. Калитка тут же открылась и на дорожке возникла эффектная женщина средних лет в модных джинсах и футболке. Короткие волосы были выкрашены в яркие цвета, совсем как небо на рисунке Минхо.

Нари выбралась из машины и сразу же оказалась в теплых объятиях.

– Давненько ты ко мне не заглядывала, – ласково пожурила гостью женщина. – Я соскучилась.

– Прости, А Ын, много дел навалилось, – виновато пожала плечами Нари.

– А почему одна? Где пушистые? – "пушистыми"А Ын называла Юнги и Минхо, хотя оба мученически закатывали глаза и наперебой напоминали, что они уже взрослые мужчины, и прозвище им не подходит, но неизменно урчали, когда женщина гладила их по голове.

– Я по делу. Пройдём в дом?

А Ын достала из кухонного шкафа свою фирменную фруктовую настойку и две рюмочки на ножке, разлила фиолетовый напиток и села напротив подруги.

– Рассказывай.

И Нари рассказала, все как есть – с приезда Кана и до исцеления. А Ын долго молчала, крутила пальцами рюмку, гипнотизируя напиток.

– Насколько всё плохо? – наконец, не выдержала Нари. – Только не говори, что у оборотней 9 жизней, и вчера Юнги потратил одну из них на меня.

– Сказки, – фыркнула женщина. – Скажи мне вот что.... Ты любишь его?

– Люблю, – незамедлительно ответила девушка.

– Нет, – протянула А Ын. – Ты ЛЮБИШЬ Юнги? Хотя, не отвечай, я и так знаю, что любишь.

Нари хотела возразить, что, да, любит, но это другое, потому что ещё есть Минхо, но женщина остановила её взмахом руки:

– Я в курсе про ваши отношения, дорогая. И тешь себя мыслью, что это не любовь, а нечто иное, непонятное никому чувство. Очень даже понятное, – А Ын отпила из рюмочки. – Ты вытащила обоих с того света, вложила в них душу. Буквально.

– То есть?

– Вы связаны. Навсегда, – женщина говорила так легко, будто это не имело никакого значения. – Представь, если бы тебе пришлось выбирать, кого спасти – Юнги или Минхо. Кого бы ты выбрала?

– Никого. Я ушла бы вместе с ними. Если нет кого-то из них, нет и меня, – слова сорвались с губ так же просто, как говорила до этого А Ын.

Проговорила и замерла, удивленная своей же реакцией на вопрос подруги.

Женщина мягко улыбнулась и встала.

– Слушай и запоминай, я расскажу тебе о связанных душах.

Ещё ни разу до сегодняшнего дня Нари не была так растеряна. А Ын долго и много рассказывала о ситуациях, когда один буквально вкладывал в другого частичку своей души, и что из этого в итоге выходило. Несмотря на то, что в случившемся были не только плюсы, но и существенные минусы, девушка хотя бы нашла ответ на давно мучивший её вопрос – почему? Почему Юнги и Минхо так дороги ей, и почему они оба остаются с ней. Потому что две маленькие искорки вошли в сердца котов, и теперь она и Юнги, она и Минхо единое целое. Отдав часть себя, она получила в подарок по такой же искорке от каждого из них. Услышав об этом, Нари задала вполне логичный вопрос:

– То есть, я заставила их?

– Нет, глупая. Они сделали это добровольно, соединили свои души с твоей, – с улыбкой ответила А Ын.

– Но тогда можно ли то, что происходит, считать настоящими чувствами? – вздохнула Нари. На душе кошки скребли, как бы иронично это не звучало. А вдруг их странная и совершенно неправильная любовь просто магическая реакция?

– Ты очень невнимательная ученица, – хохотнула А Ын. – Обладателями связанных душ могут быть старушка и маленький мальчик, два брата, мать и сын, вариаций тысячи, но любовь, такая как у вас, необязательна. Чувства настоящие. Вам повезло.

Или не повезло. Никто и никогда в любом из миров не поймёт, что можно одинаково сильно любить двух мужчин.

Нари завернула на подъездную дорожку, когда уже порядком стемнело, но на территории фермы везде горел свет, разгоняя сумрак. По двору вместе с большой серебристой пумой с голубыми глазами носился Ён. Мальчик заливисто смеялся, падая в траву, когда кошка, догоняя, мягко толкала его лапами в спину.

– Хён! Так не честно! Ты большой, а я маленький! – отфыркиваясь, кричал Ён, когда пума наклонял к нему морду и тыкался в лицо мокрым носом.

Нари вышла из машины и несколько минут просто стояла, наблюдая за играми ребёнка с его старшим товарищем. Ей подумалось, что лучше бы сейчас сидеть в кресле на террасе вместе с Юнги, пить вино и, смеясь, смотреть на то, как Минхо возится с котятами. Или увидеть восторг в лучистых детских глазах, когда Юнги соглашается на уговоры шумной оравы и оборачивается тигром, походя, играючи, но красиво и грациозно, становясь большой полосатой кошкой прямо в прыжке.

– Нари! – Ён заметил наставницу и подбежал к ней, обняв обеими руками, ткнувшись лицом в живот. – Я тоже стану таким же сильным и красивым как Минхо-хён?

– Обязательно, котёнок, – девушка ласково пригладила растрепанные волосы ребёнка. – Ещё красивее и ещё сильнее.

– Ура! – мальчик запрыгал на месте от восторга. – Я стану большим и буду защищать нуну*!

Ён побежал по траве, размахивая руками и извещая округу о своём важном решении.

Минхо тем временем подошёл к Нари, ткнулся лбом в бедро и поддел её руку, прося ласки. Девушка зарылась пальцами в густой мех между ушами кота. Тот прикрыл глаза и громко заурчал от удовольствия.

– Заканчивайте здесь, уже поздно. Пусть Ён побудет в своей комнате, а ты приходи к Юнги. Мне нужно с вами поговорить.

Кот согласно мрявкнул и резко сорвался с места в погоню за мальчиком. Нари медленно, нехотя, побрела по дорожке к дому.

– Они должны знать, – в голове всплыл кусочек разговора с А Ын, который состоялся, когда Нари уже садилась в пикап.

– И как я им об этом скажу?

– Скажи, как есть. Чего ты боишься?

– Вопросов.

– На которые ты знаешь ответы.

– Юнги это не понравится.

– Ему никогда ничего не нравится.

– Он станет опекать меня в два раза сильнее. Уже грозился надеть ошейник и поводок.

– Нари… – А Ын покачала головой. – Они любят тебя. Что плохого в том, что в твоей жизни есть мужчины, способные защищать тебя и оберегать?

– Ничего. Но они не должны от этого страдать. Юнги не должен сейчас лежать с распоротой грудью и пить отвары Минхо, так должна лежать я, потому что не справилась.

– Ты слишком строга к себе, девочка.

Возможно А Ын и была права, но ощущалось всё по другому. Нужно было послушать Юнги и отослать Кана вместе с Ушиком туда, откуда они приехали. Но решение принято, последствия не заставили себя долго ждать, а разбираться с ними придётся самой Нари.

Юнги полулежал-полусидел в подушках с закрытыми глазами, когда девушка вошла в комнату. Ей даже показалось, что он спит, но кот встрепенулся и посмотрел на неё.

– Как ты? – ласково улыбнувшись, спросила она. Нари подошла к нему и взъерошила чёлку лёгким прикосновением.

– Где ты была? – Лим проигнорировал вопрос.

– Ездила к А Ын.

– Так вот, зачем ты выпытывала у меня подробности, – Юнги был недоволен. И он ещё обязательно ей выскажет всё, но не сейчас. Хотя после того как услышит историю, претензии будут совсем другого толка.

У Нари не было никакого желания с ним спорить и препираться, поэтому она молча поцеловала тигра в губы и устало опустилась в кресло.

– Не расскажешь, что узнала?

– Это история для вас двоих, – проговорила девушка, как раз в тот момент, когда на пороге комнаты появился младший кот.

Он посмотрел сначала на Нари, перевёл взгляд на Юнги и пожал плечами, уловив в глазах тигра молчаливый вопрос.

– Ты исцелил меня, – начала говорить девушка после недолгой паузы и игры в гляделки. – У тебя это получилось не просто так. Я связана с каждым из вас.

– Мы как бы в курсе, – подал голос Минхо, флегматично закатывая рукава свободной рубашки, в которую оделся, вернув человеческий облик.

– Вряд ли, – грустно хмыкнула Нари и, тщательно подбирая слова, поведала котам историю о связанных душах.

Реакция обоих её удивила – они отреагировали абсолютно спокойно на всё, что она рассказала.

– Давай подытожим, – первым заговорил старший, поёрзав спиной по подушке. – Мы добровольно, по собственному желанию отдали тебе по частичке своей души, так? Так же нас никто не заставлял принимать твою? Никто не принуждал и не принуждает нас тебя любить, да? – Нари кивнула. – Тогда я не понимаю, в чем проблема? Почему ты выглядишь так, будто тебе на голову падает небо?

– Вы никогда не сможете меня покинуть, – напомнила девушка.

Коты обменялись многозначительными взглядами, кажется, понимая друг друга без слов.

– Так мы и не собираемся, – проговорил Минхо. – С чего бы вдруг?

– Если со мной что-то случится, то моя душа внутри вас не даст вам нормально существовать, вы понимаете? Тоска по мне может свести вас с ума или даже убить, – следующий аргумент в пользу того, чтобы отнестись к новостям серьёзно.

– Я уже исцелил тебя однажды, смогу и ещё раз, – пришла очередь Юнги разбивать в пух и прах принятую Нари линию защиты.

– А если мы с ним в равных условиях, то и я способен сделать для тебя то же самое, – вставил своё слово Минхо.

– Но я не могу! – не выдержав, воскликнула девушка. – Я не смогу сделать ничего такого для вас!

Её злило, что во всей этой ситуации она оказывалась в плюсе, а коты в огромном минусе, даже с учетом того, о чем она пока молчала. Девушка привязала их к себе всеми мыслимыми и немыслимыми способами. Нари всю свою жизнь бежала от того, чтобы держать оборотней в рабстве, но накинула на шеи любимых ещё более сильную удавку, чем ошейники. Всё было намного проще, пока она не знала об этом чёртовом связывании. Девушка любила их, а они любили её. Теперь же на ней тяжелым грузом висела ответственность и за них, и за себя тоже. Придётся взвешивать каждое решение в два раза тщательнее, продумывать каждый шаг и молиться, что выбранный путь окажется в последствии верным, чтобы никому из них не пришлось исцелять её. Об ещё одном немаловажном моменте во всей этой истории, Нари и вовсе хотела бы промолчать, но ей не дали этого сделать. Старший кот слишком хорошо её знал и уловил тревожное настроение.

– Договаривай до конца, – это был почти приказ, прозвучавший из уст Юнги. – Что мы ещё должны знать?

Нари на секунду зажмурилась, чтобы потом встретиться взглядом с двумя парами темных пытливых глаз.

– Нари? – позвал девушку Минхо, когда пауза затянулась.

– Со мной рядом всегда должен находиться кто-то из вас, а лучше оба, – выдохнула она. Прозвучало совсем непонятно, поэтому Юнги задал резонный вопрос:

– Что это значит?

Услышав предостережение от А Ын, Нари должна была бы почувствовать некоторое облегчение, потому что оно напрямую касалось её, но девушка в своей голове очень быстро вывернула всё, становясь виноватой во всех смертных грехах.

Коты напряжённо молчали, ожидая, когда же девушка заговорит. Юнги не сводил глаз с её лица, а Минхо, скрестив руки на груди, раскачивался, перекатываясь с пятки на носок и обратно.

– Нари, мы всё равно узнаем. Не от тебя, так от А Ын, – не выдержал наконец Юнги.

Девушка шумно выдохнула, собираясь с мыслями. Если на новости о себе коты отреагировали спокойно, то здесь у них вряд ли получится держать себя в руках. Но А Ын права – они должны знать всё до конца.

– Я отдала вам слишком много, – тихо и нерешительно заговорила Нари. – И ваши частички не компенсируют того, что я отдала. Если…представить ситуацию, что меня увезут из дома насильно, будут удерживать против моей воли, пытать или вредить мне иными способами, я… – тут она замолчала, мысленно пробуя на вкус то, что хотела сказать дальше. – Я могу постепенно превратиться в квисина*.

Воцарилось молчание. Минхо собирался что-то сказать, но видимо ждал реакции старшего. По лицу Юнги невозможно было понять, о чем он думает. Тогда младший кот всё-таки подал голос:

– Звучит, мягко говоря, как бред. Квисины – это сказки, мифы, не знаю.

– Про сказки мне говорит сейчас 24-летний оборотень из семейства кошачьих, – хмыкнула Нари.

– Ты сказала "можешь превратиться", но это не точно? – заговорил Юнги, и девушка почему-то вздрогнула. Она знала, что реакция Минхо может быть бурной, но он никогда, какая бы ситуация ни была, не пытался её воспитывать. Лим же мог жёстко и безапелляционно высказать своё мнение, так, что возражать не захочется. Оставалось надеяться, что тигр воспримет всё в правильном ключе, ведь Нари ничего не знала о связывании и не рвала свою душу специально.

– Проверять я бы не хотела, – аккуратно ответила та.

– Так, – Минхо хлопнул в ладоши, потерев их, и вышел в центр комнаты, чтобы Нари и Юнги хорошо его видели. – Я чувствую, что обстановка стремительно накаляется, и хотел бы избежать ваших ссор, поэтому....давайте подытожим. Нам… – он указал пальцем сначала на Юнги, потом на себя. -…угрожает только истощение и дырки в шкуре разной степени тяжести, если мы полезем тебя исцелять. Тебе угрожает превращение в сказочного квисина, если тебя у нас заберут. Звучит страшно, согласен. Да и дырок в шкуре не хотелось бы, – кот сморщился и приложил ладонь к груди к тому месту, куда ранило Юнги. – Но… Подумайте сами. То, что на Нари напали, всего лишь случайность. Мы вместе много лет, и самое опасное, что с тобой случалось, это прокушенная котёнком рука. Да и превращение в квисина это…ну…подумайте сами, ребята. Свидетельств никаких нет, доказательств нет. И вообще. Никто тебя, Нари, не заберёт. Мы же здесь. Всё? Согласны? А теперь можете орать друг на друга сколько влезет, но я слышу, что очнулся Ушик.

Он бросил взгляд на Юнги, посмотрел на девушку, кивнул и покинул комнату, не дожидаясь какой-либо реакции. Нари тоже хотела поскорее уйти, потому что перспектива ссоры с тигром её не радовала, но как только она поднялась, тот её остановил.

– Ты же не собираешься относиться к этому так же легкомысленно как До Минхо? – тон голоса и официальное имя младшего прозвучали из уст кота угрожающе.

– Нет, я не собираюсь подставляться и подставлять вас.

– И это говоришь мне ты после того, как взялась за кота мафии, – Юнги закатил глаза.

– Ладно, – Нари вздохнула и села обратно. – Это уже случилось, и я склонна верить тому, что узнала, потому что а – спустя столько лет мы втроем всё ещё вместе и б – у тебя получилось исцелить меня. Я отдаю себе отчёт в том, что ответственность за происходящее на мне и не собираюсь геройствовать. Что ещё ты хочешь услышать? Юнги, я очень устала и не хочу ругаться. Пожалуйста.

– Я и не собирался. Как ты мне недавно сказала? Не ты одна здесь чувствуешь. Помни об этом, ладно? Я тоже волнуюсь. Мы ответственны друг за друга. А теперь эта ответственность вдвое больше, потому что ты спасла меня и Минхо и заплатила за это слишком дорого. Я недоволен. Да я в ярости, блять. Но понимаю, что ты ни в чем не виновата. И просто хочу тебя попросить быть осторожной и хотя бы иногда прислушиваться к тому, что я говорю, – закончив мысль, Юнги мягко улыбнулся и протянул руку. – Иди сюда.

Нари встала и подошла к его кровати, вложив свои пальчики в его горячую ладонь. Он притянул её к себе для поцелуя, сразу требовательно углубляя его, но сам же и отстранился, прошептав в чужие губы:

– Я, – он сделал упор на это. – Я люблю тебя,  любил бы без всяких связываний душ. И никому и ни за что не позволю навредить тебе.

– Я знаю.

– Вот и хорошо. А теперь помоги мне встать, – кот решительно откинул одеяло и, отчаянно морщась, пододвинулся к краю кровати.

– Юнги…

– Не спорь.

Тигр отказался от дальнейшей помощи и до комнаты Ушика дошел самостоятельно. Видимо, регенерация проходила быстро и доставляла дискомфорт только в виде зуда, а боли не было.

Минхо стоял у изножья кровати и выглядел озадаченным. А опасный гость дёрнулся, когда появились Нари и Юнги, окинул их испуганным взглядом, но ни слова не сказал.

– Ушик, – позвала девушка. – Как ты себя чувствуешь?

Он показался ей другим. Живым что ли. Как будто два разных человека. Взгляд, движения… Парень был напуган, не понимал, что происходит, но от забитого кота, которым его привезли, не осталось и следа.

– Почему я связан? – голос оказался нежным, под стать внешности, но сильным. – Где я? И кто вы?

Нари перевела взгляд на Минхо, тот пожал плечами, мол, я таким его и нашёл. Потом посмотрела на Юнги, уловив в его глазах пресловутое "я же говорил".

– Что последнее ты помнишь? – спросил Лим.

– Я помню, что был у себя дома, в своей квартире. В дверь позвонили. Я открыл, и вот я черт знает где, привязан ремнями к кровати, на меня рычат и смотрят как на врага народа, а я в душе не ебу за что мне такое счастье, – саркастичный тон и грубые слова совсем ему не подходили. Нари не к месту подумала о том, что скорее всего это из-за растерянности.

– Хорошо. Когда это было? – терпеливо продолжил задавать вопросы Юнги.

– Что именно? Когда я был дома? Я похож на ходячий календарь? Не знаю, видимо вчера, – фыркнул Ушик.

– Какого числа было это "вчера"? – выдержке тигра можно было позавидовать.

– Боги.... Ну, двенадцатого.

– А месяц?

– Двенадцатого февраля. И сейчас ты скажешь, что я кого-то убил и пробыл в коме 20 лет, да? – кот с вызовом посмотрел на Юнги, тот проигнорировал и это, скривив губы в ухмылке.

– Сегодня 29 марта, парень. И вчера ты напал на Нари, ранил её, едва не убил. Как тебе такие новости?

На лице Ушика отразился целый калейдоскоп эмоций – от недоверия до понимания, что незнакомые люди не шутят. Он нахмурился, пытаясь, видимо вспомнить хотя бы что-то, кроме чьего-то странного визита, но у него не вышло. И тогда он поднял на Нари глаза и стал похож на маленького испуганного ребёнка:

– Это правда? И что я мог натворить за эти полтора месяца?

Пришлось, кратко и избегая некоторых подробностей, всё-таки рассказать ему, что произошло накануне, чтобы заработать себе балл в копилочку доверия со стороны парня. Ведь уже было ясно, что его похитили, и теперь нужно было выяснить – а собственно, зачем. Причина, что Ушик редкая в оборотном мире пантера никого не устраивала. Совершенно точно было что-то ещё. Можно было бы просто сделать свою работу, наладить процесс превращения, передать парня Кану и получить деньги, но Нари не была бы собой, если бы не попыталась бедняге помочь. Она понимала, что Юнги будет против, но ничего не могла с собой поделать.

– Я…прошу прощения за то, что сделал. Я ничего не помню из того, что вы рассказали, – Ушика освободили, потому что вряд ли он сейчас представлял какую-то реальную опасность. Парень сидел на кровати, закрыв лицо руками.

– Это мы поняли, – отозвался Юнги. – И извинения приняты. Волнует меня другой вопрос. Кто ты такой и почему тебя похитила мафия?

– Мафия? – кот хмыкнул, и по его лицу можно было понять, что он точно знает почему и за что. Я так понимаю, что сюда меня привёз господин Кан?

– Что ты об этом знаешь? – спросила Нари.

– Мой отец Пак Джэ Хва. Нужно объяснять кто это такой?

Имя упало посреди комнаты и оглушило всех, кто искал ответы. Объяснения не требовались никому – ни Нари, ни Минхо, ни Юнги тем более.

– Пак Джэ Хва твой отец? – слова давались тигру тяжело. Он делал паузу после каждого, чтобы вдохнуть.

Нари моментально забыла и об Ушике, и о том, зачем они здесь. Она повернулась к Лиму и поймала его взгляд, который уже начинал золотиться.

– Юнги…

– ПАК ДЖЭ ХВА ТВОЙ ОТЕЦ?! – в рычании сложно было разобрать человеческую речь.

– Да что происходит?! – гость с ужасом наблюдал за странной реакцией кота.

– Юнги, пожалуйста… – взмолилась Нари. – Я прошу тебя. Милый, он не виноват, что родился в ЕГО семье.

Юнги не слышал. Грудь тяжело вздымалась, лицо приобретало звериные черты. Лим дрожал всем телом от ярости. Он перенёс слишком многое, чтобы сейчас здраво осознавать то, что говорила ему девушка. И виной этому был его прежний хозяин – Пак Джэ Хва.

– Давай уйдём? Давай выйдем на улицу! Юнги!

– Нари, – на её плечо легла рука Минхо, подернутая дымкой превращения. – Отойди.

– Минхо… – она обернулась, чтобы увидеть в глазах кота только молчаливое сожаление, и поняла, что избежать того, что должно сейчас произойти и произойдёт, не получится.

– Отойди, – приказал он. – Нари, прошу.

Медлить было нельзя, потому что Юнги почти обернулся. Одежда трещала, разрываясь. Он пытался что-то говорить, но из глотки вырывалось только разъяренное рычание.

За долю секунды до удара, девушка отшатнулась, прячась за пуму, и увидела как две призрачные дымки – голубая и золотисто-рыжая – вылетели в коридор. Минхо, влетев в Юнги, выкинул их обоих из комнаты в коридор. Грохот и рык сотрясли дом, когда коты врезались в стену.

– Да что не так?! – воскликнул Ушик, схватив Нари за руку. – Что я такого сказал? Он знает моего отца?

Она стряхнула его пальцы и ринулась следом за котами, бросив на ходу:

– Оставайся в комнате!

Пума и тигр полностью обернулись. Юнги пытался прорваться обратно в комнату, рычал, скалил клыки, старался достать оппонента когтистой лапой, но Минхо не давал ему этого сделать, оттесняя к лестнице, подныривая под удары и толкая зверя в грудь. Лим метался из стороны в сторону, подпрыгивал, чтобы обойти соперника, младшим же руководило желание уберечь Нари, да и черт с ним, Ушика тоже, он не был ослеплен яростью, действовал чётко и обдуманно, под удары не подставлялся и не вредил старшему, просто уводил от беды. Кошачьи когти царапали пол и стены, оставляя глубокие рытвины в полотне. От очередного удара тигра в щепки разлетелась дверь одной из комнат.

– Пожалуйста, хватит! – срывающийся голос Нари терялся в грохоте и рычании дерущихся кошек.

Когда в пылу схватки Юнги задней лапой оступился на лестнице, Минхо воспользовался этим. Изловчился, уходя из-под очередного удара, схватил лапами тигра поперёк тела и с силой оттолкнулся от пола. Дымчато-рыжий клубок покатился вниз по лестнице, врезался в журнальный столик, ломая его, разминая тяжестью звериных тел. Падение ничуть не успокоило Юнги.

Стряхнув с себя пуму, тигр ринулся к лестнице, по которой уже бежала Нари. Девушка испуганно сжалась и закрыла глаза, когда перед её лицом мелькнули когти. Она готовилась к удару, была готова умереть, но ничего не произошло. Юнги заскулил, болезненно, почти жалобно, с обидой. Нари открыла глаза и увидела, что Минхо вцепился зубами тигру в загривок и теперь, фыркая, упираясь всеми четырьмя лапами, тащил того к двери. Лим брыкался, пытаясь освободиться, но делал только хуже. Белая морда и шея пумы, рыжий мех на загривке тигра лоснились от липкой крови. Видимо Минхо это заметил, разжал пасть и встал между Юнги и всё ещё стоящей на лестнице Нари, опустив голову и прижимая уши. По телу тигра прошла дрожь, он отряхнулся. В воздухе закружились волоски шерсти, вырванные зубами пумы.

Теперь Лим видел в Минхо врага. Первого, которого нужно убрать с дороги, чтобы добраться до того, кто прятался в комнате.

– Нари…?!

В коридоре первого этажа показался напуганный шумом Ён. Огромные глаза ребёнка были направлены на двух больших кошек, которые смотрели только друг на друга, не замечая никого и ничего вокруг.

– Беги в комнату! В комнату! – крикнула девушка и быстро преодолела оставшиеся ступеньки, чтобы перекрыть к ребёнку ход. – Быстро! И не выходи, пока я не приду!

Ён вздрогнул. Он не понимал, что происходит. Был напуган громкими звуками и криком наставницы, и Нари боялась того, что мальчик впадет в ступор, но тот выполнил приказ. Хлопнула дверь.

На несколько минут стало оглушительно тихо, было слышно только гортанное бормотание котов. Девушка надеялась, что всё закончилось, и начала медленно подходить.

– Юнги… Милый, послушай, ладно? Я прошу тебя, – ласково говорила она. – Услышь меня. Приди в себя.

Схватка продолжилась. Буквально в последнюю секунду Минхо разгадал маневр тигра и сорвался с места вместе с ним. Кошки столкнулись. И если бы не проворство пумы, перевес был бы на стороне Юнги.

Входная дверь от удара слетела с петель и сложилась пополам. Коты кубарем скатились с террасы на дорожку перед домом. В воздух взметнулась пыль, заклубилась, забивая им носы и глотки. Нари выбежала следом.

Всепоглощающая ярость вдруг вспыхнула в груди, не давая вдохнуть. Да что они творят?! В её собственном доме! Тогда, когда только что пообещали быть вместе и рядом с ней! А теперь разнесли всё до чего дотянулись, сцепились как драные коты на помойке за голый рыбий хребет!

По телу девушки прошла волна дрожи. Она попыталась сморгнуть, испугавшись, но было уже слишком поздно. Нари подняла руки на уровень глаз, оглядела себя и постаралась стряхнуть дымку. Нельзя. Нельзя!

Вдох. Выдох.

Нужно успокоиться.

Вдох. Выдох.

Сердце колотилось как бешеное, затуманивая взгляд. Нари почти ничего не видела перед собой. Но всё равно скорее почувствовала, чем заметила, как Юнги всё-таки дотянулся до обороняющегося Минхо и ударил того лапой по морде. Младший кот мрявкнул и откатился в сторону. Попробовал встать, но не смог. Тряс головой, чтобы оставаться в сознании.

– Юнги, нет! – закричала Нари.

Не думая, кинулась вперёд, нырнула под тигра, чтобы остановить его и закрыть собой Минхо. Звериные когти мазнули в воздухе над её головой, на секунду увязли в ярко-красном мареве, которое обожгло лапу. Запахло горелой шерстью. Юнги взревел и отшатнулся, а на траву опрокинулся на спину уже обнаженный окровавленный человек. Он уставился на Нари, которая лежала на уже обернувшемся Минхо сверху, защищая. Обоих окутывала полыхающая дымка.

Немного придя в себя и увидев открывшуюся картину, Минхо вздрогнул. Первым порывом было скинуть с себя девушку, отползти подальше, но он сдержался.

– Нари… – выдохнул он. – Что… Какого хера происходит?! Что это?!

Она будто очнулась, дернулась, затрясла руками, пробуя заглушить, скинуть марево. Когда поняла, что не получается, бросила быстрый, горящий красным, испуганный взгляд сначала на Минхо, потом на Юнги и не придумала ничего лучше, чем просто сбежать. Вскочила и устремилась в ту же сторону, что и Ушик во время своего побега.

– Нари!

Оба кота тоже поднялись на ноги и уже собирались рвануть следом за ней, но вовремя вспомнили, что с ног до головы перемазаны кровью и пылью, да и ещё и голые после превращения.

– Блять! – громко выругался Юнги и устремился в дом, столкнувшись в раскуроченном дверном проёме с Ушиком. – С дороги!

– Вам двоим лучше не трогать её сейчас, – спокойно сказал парень, смело глядя тигру в глаза. – Первое превращение даётся тяжело.

– Что за чушь ты несёшь?! Какое превращение?! – Юнги был готов растерзать гостя даже будучи в человеческом обличье.

– О чем ты говоришь? – более спокойно спросил Минхо.

– Она полукровка, – отозвался тот. – Приведите себя в порядок, обработайте раны. Круто вы друг друга потрепали. Думаю, вам есть, что обсудить.

С этими словами Ушик обошёл тигра, намереваясь уйти, но Юнги схватил его за плечо, сжав тонкую ткань кофты в кулак.

– Куда это ты собрался?

– Я найду её. Двое полукровок лучше поймут друг друга, – Ушик слабо улыбнулся и, стряхнув с плеча его руку, решительно зашагал в ту сторону, куда убежала Нари.

*Квисины – призраки или духи, чаще всего злые. Они появлялись после насильственной или несправедливой смерти человека, душа которого не могла найти упокоения. Условно подразделяются на духов стихии (чаёнсин), животных (тонмульсин), людей (инчхесин), домашних духов (касин), духов болезней (чильбёнсин), святых и будд (сонбульсин), злых духов (токкэби, чапсин или чапкви).

* Нуна (кор. 누나) – неформальное обращение младшего брата к старшей сестре. Используется не обязательно при близкородственных связах.

* Хён (кор. 형) – неформальное обращение младшего брата к старшему, либо младшего к старшему товарищу. Можно добавить уважительную частицу «ним» (кор. 님)

*Нари (кор. 나리) – буквально лилия.

Глава 2

Глава 3.

Убежать можно, если бежишь от кого-то, но от самой себя не убежишь. Всю дорогу, пока не устала, и пока лёгкие не начали гореть огнём от недостатка воздуха, Нари пыталась избавиться от чёртовой дымки превращения, но та полыхала как факел. В какой-то момент девушка просто упала на землю, перевернулась на спину и закричала в небо:

– Пожалуйста, хватит!

Она почувствовала как горячие дорожки слез покатились из глаз по вискам, теряясь потом в волосах.

– Хватит… Вспомни, чему ты учишь своих подопечных, которые не контролируют обращение, – заговорила она как можно более спокойным тоном. – Выровнять дыхание. Осознать, что ты не только зверь, но и человек. Каким человеком ты хочешь быть?

Добрым, счастливым, настоящим и…цельным, каким всегда и была, забыв, что это не совсем правда.

В их мире не допускали рождения полукровок. Интимная связь хозяев и оборотней допускалась, если кошки изначально регистрировались, как наложницы или наложники, но за этим тщательно следили. И это было по карману далеко не каждому. Постоянные проверки, уколы, защита. Если беременность всё-таки наступала, женщину принуждали сделать аборт, не зависимо от того, хозяйка она или оборотень. В случае сокрытия факта беременности или побега мать устранялась. Если полукровки всё-таки появлялись на свет, их всё равно находили. Практически невозможно было спрятаться. На нарушителей доносили собственные родственники или соседи. Но любая система несовершенна, в каждой есть пробелы. Нари повезло. Маме удалось скрыть беременность, родить, а перед смертью передать девочку сестре. Тётя и вырастила Нари, как свою дочь, дала ей свою фамилию и научила быть человеком. Благодаря безупречной репутации тёти удалось избежать проверок, и Нари спокойно поступила в Академию и стала тем, кем являлась сейчас – первоклассным наставником и Мастером своего дела. А связь со звериной ипостасью благополучно стиралась с прошествием лет, и Нари надеялась, что превращения никогда не произойдёт.

– Ещё недостаточно тепло, чтобы ты валялась на земле. Вставай, простудишься.

Она вздрогнула и приподнялась на локтях, чтобы увидеть, как Ушик стоит рядом, прислонившись плечом к стволу дерева. Причина, по которой, всё это произошло. Но стоит ли его винить? Ведь он сам по сути жертва.

– Что ты делаешь?

– Пытаюсь не оставить тебя одну после первого превращения, – просто ответил тот.

– Ты тоже полукровка, – поняла девушка, и это открытие немало её удивило.

– В точку, – он говорил спокойно с лёгким налётом грусти.

– Я думала, что Юнги разделается с тобой, пока меня нет, – грубо, но извиняться Нари не собиралась.

– Ты хотела этого? – хмыкнул парень и подошёл ближе, протянул раскрытую ладонь. – Вставай, твой полосатый и так не в восторге, а если ты заболеешь…

– Как ты быстро его раскусил, – усмехнулась она и приняла помощь. Встала, стряхнула налипшие на одежду ветки, листья и травинки.

– Ты не ответила на вопрос.

– Я тебя не понимаю, – Нари посмотрела Ушику в глаза. – То ты с большими глазами, полными ужаса, хватаешься за меня, боишься, то спокойно уходишь от двух взрослых кошек, одна из которых едва не разорвала тебя на части. Что с тобой не так?

– Мой отец глава крупной мафиозной группировки, – пожал плечами тот. – Я не знал, как себя с вами вести, поэтому попробовал всё. Согласись, сбивает с толку?

От того ангела, которого она видела пару дней назад, не осталось и следа. Теперь перед ней стоял уверенный в себе парень. Он не то, что совсем не опасался за свою судьбу, а скорее был уверен, что ни за что не погибнет просто так и будет бороться до конца.

– И что ты будешь делать? Проводишь меня домой и сбежишь?

– Нет, я не бесчувственная сволочь. Если меня привёз сюда Кан, вы с ребятами в заднице. Я не собираюсь оставлять вас один на один с мафией. Придумаем как победить, и я спокойно вернусь домой, – Ушик улыбнулся. – Идём или тебе нужно время, чтобы собраться с мыслями?

Нари не была наивной и видела, что парень не так прост, но ему хотелось верить. Несмотря на представление, что он устроил, Ушик располагал к себе мягким голосом, улыбкой, настроем. Что ж, ладно.

– Думаю, я придумаю, что сказать Юнги и Минхо, пока мы возвращаемся. Идём.

Парень кивнул и первым двинулся по лесу в сторону фермы, первым и прервал молчание.

– Ты неплохо держишься, – похвалил он. – Моё первое превращение вывело меня из строя дней на пять. Валялся с температурой и лихорадкой. Весёлое было время.

Говорил он об этом легко, но Нари чувствовала – Ушик не хотел оборачиваться, хотел отказаться от второй ипостаси так же, как она. Преимущество полукровок перед чистокровными оборотнями – ты можешь выбрать. И даже сейчас, когда девушка пережила половину обращения, она может его не заканчивать.

– Почему ты обратился? – спустя недолгую паузу спросила Нари.

– Из-за мамы. Она не хотела, чтобы я забыл, кто я есть на самом деле. Считала, что отказаться от звериной половины, значит, обманывать себя и других всю жизнь. Неполноценный, с изъяном, лжец, – парень криво усмехнулся и замолчал. Воспоминания делали больно, и ему было тяжело об этом говорить.

– Прости.

– Не извиняйся. Я едва тебя не убил,и ты вправе узнать обо мне всё, что пожелаешь.

– Это настоящий Ушик или Ушик, сын отца-мафиози? – полушутливо поинтересовалась девушка.

– Настоящий, – совершенно серьёзно отозвался тот.

Прошли молча ещё немного. Из-за деревьев уже показалось открытое пространство и ферма.

– Будет сложно завоевать доверие твоих котов, верно? – поинтересовался кот, остановившись у кромки леса.

– Тебе придётся задействовать всё своё обаяние, – фыркнула Нари.

– А ты разве не можешь…ну…убедить их?

– Они мне не рабы, – предупредила девушка.

– Это я понял. Так вы трое…? – он не договорил, но мазнул пальцем по носу и хитро посмотрел на неё исподлобья, что не трудно было догадаться, какие мысли блуждают в его голове.

– Это не твоего ума дело, – жёстко ответила Нари, готовая защищать свою личную жизнь до последней капли крови. Это было слишком опасно, разбрасываться такими подробностями.

– Расслабься. Хоть я и вырос в другой стране, где оборотни свободны, и полукровок не трогают, но теперь я здесь, в равных с тобой условиях. И вздернут нас на одной виселице, или что там делает Трибунал с такими, как мы?

– Расстреливает.

– Вот. Вместе у стенки будем стоять, если что. Я знаю твой секрет, ты знаешь мой. Достаточная гарантия? – Ушик подмигнул ей, зашагал по тропинке, но обернулся и добавил. – И мне абсолютно всё равно с кем ты спишь.

Нари надеялась, что нужные слова и мысли придут к ней по пути домой, но нет. В голове было пусто. За эти несколько дней произошло слишком много всего, хотелось просто отключиться. Заснуть, а проснувшись понять, что всё у них как прежде – никаких связанных душ, полукровок и мафии, только ремонт дома, занятия с Ёном и уютные тихие вечера в компании Юнги, Минхо или обоих котов. Ну как тихие… С перебранками и вечным подначиванием друг друга. Нари всегда это раздражало, а сейчас стало не хватать. Они устраивали словесные войны, а сегодня подрались. По-настоящему. С кровью и наверняка сломанными костями.

Ферма встретила возвращающихся тишиной и выломанной дверью, остатки которой разбросало по террасе и траве у подножия небольшой лестницы, что вела в дом. Нари грустно пнула щепку носком кроссовки, нехотя преодолела три ступеньки и вошла внутрь.

Если на улице было тихо, то дом встретил её двумя недовольными голосами.

– Ты мог не бить в грудь! Боги, что это за мерзость? Почему так воняет?

– Не дергайся! Это мазь от зуда. Рана открылась, ты хочешь ещё неделю чесаться?!

Коты обнаружились на кухне. Ён тоже был при них, помогал Минхо обрабатывать и заклеивать раны Юнги пластырем.

– Можно и нам по стаканчику? – Нари кивнула на бутылку крепкого алкоголя, что стояла на столе среди разбросанных медицинских принадлежностей.

Три пары глаз воззрились на неё. Две пары взрослых – с невысказанным миллионом вопросов, и одна детская – с нескрываемой гордостью за себя, что переборол страх и теперь спокойно находится в комнате с котами, что час назад едва друг друга не разорвали. Смелый котёнок, из него выйдет толк.

– Ён, подержи, – Минхо дождался, когда мальчик прижмет ладошкой сложенный в несколько слоев кусок бинта на груди Юнги, достал из шкафа два стакана и разлил по ним янтарную жидкость.

Нари осушила свой одним глотком и подала знак, чтобы его наполнили его снова. Молчание котов угнетало. Лучше бы они кричали, тыкали в неё пальцем и обвиняли во лжи.

– Всё в порядке? – спросила она, устало опустившись на стул.

Оглядев обоих, девушка отметила ссадины, синяки, царапины и кровоподтеки. На шее Юнги сзади красовался большой такой кусок того же бинта. Обожженная рука была густо смазана неприглядного вида мазью. Торс Минхо был и вовсе перетянут тугой повязкой, а на лице расползался синяк, сквозь который алели глубокие царапины. Сосуды в глазу с той стороны, куда ударил лапой тигр, лопнули, и вкупе с темной радужкой смотрелось это жутковато. По груди Юнги уже начали чернеть гематомы.

– Нет, но будет. Не волнуйся, – мягко улыбнулся Лим, давая Нари надежду на положительный исход разговора. – Прости меня, ладно? – девушка кивнула, вернув улыбку. Тогда Юнги поднял взгляд на Ушика. – И у тебе я приношу прощения. Не сдержался. Твой отец....

– Та ещё мразь, – закончил за него тот. – Проехали.

Нари обернулась и поймала взгляд парня, который так и сочился ехидством, будто говоря: не так уж и сложно, как ты думала.

– И когда ты собиралась нам рассказать? – продолжая сосредоточенно лепить пластырь, спросил Минхо.

– Ён, подойди, – ласково позвала Нари, раскрывая объятия. Когда мальчик приблизился, она обняла его и поцеловала в лоб. – Всё хорошо? Да? Ты не голодный? Нам с твоими хёнами нужно очень серьёзно поговорить, посидишь пока в комнате?

– Но я хочу послушать! Они не говорят из-за чего подрались, – котёнок надул губки.

– Я всё тебе объясню, обещаю. Но это взрослый разговор, тебе не нужно его слышать. Когда ты вырастешь ещё устанешь разговаривать на серьёзные темы. Веришь мне? – она погладила ребёнка по голове, терпеливо ожидая ответа.

– Да. Можно я сегодня не буду спать до 12? – мальчишка хитро сощурился.

– Можно, негодник. Но завтра будем усердно заниматься. Понял?

– Понял! – кивнул Ён, помахал всем рукой и быстро скрылся в коридоре.

Нари проводила котёнка взглядом и повернулась к котам. Отпила из стакана и шумно выдохнула.

– Я вообще не собиралась об этом рассказывать, – честно призналась она. – Причина, думаю, ясна? Я защищала себя и своих родных. Если кто-то узнает, что Мастер Шим Нари полукровка, под суд пойду не только я, но и моя семья.

– А мы, значит, тебе не семья и нам не стоило знать? – язвительно хмыкнул младший кот.

– Минхо! – прикрикнул на него Юнги.

– Я понимаю, – кот поднял руки в примирительном жесте. – Но по-моему мы заслужили право знать. Ты так не думаешь, хён?

Впервые, наверное, Минхо вот так признал старшинство Юнги. Никогда прежде он не обращался к тигру подобным образом. Если что-то подобное случалось раньше, Нари непременно бы помнила об этом. Они постоянно подначивали друг друга, пытались задеть, спорили, но ни разу не поругались серьезно. До сегодняшнего дня. Наверное, это простое «хён» и подкупило Лима, потому что тот промолчал, задумчиво крутя пальцами свой стакан.

И Минхо был прав. Она поступала с ними несправедливо, умалчивая о такой важной части своего существования тогда, как знала о них всё. Или почти всё. Души и сердца наголо. Что бы не происходило в их жизнях до их встречи, она была в курсе, за исключением некоторых деталей, о которых её коты никогда не хотели бы не то, чтобы говорить вслух, а вспоминать. Она знала, что Юнги первоклассный убийца. Знала и том, что Минхо потрясающий вор. И о том, что они делали, чтобы выжить в мире, где ни секунды до встречи с ней не были свободны.

У них уже была общая тайна, которую коты хранили бережно и ни разу за всё время не подвели её. Почему же она решила, что эту они не сохранят?

– Вы правы, – тихо проговорила Нари, наконец, когда пауза уж слишком затянулась и грозилась превратиться в неоконченный разговор. – Я приняла неверное решение, скрыв от вас правду о себе. И я надеюсь, что смогу однажды искупить вину за это и завоевать ваше доверие снова. Но поймите. Вы оба тоже моя семья, и защищала не только свою тайну, но и вас. Я думала, что в случае, если моя тайна раскроется, вы избежите наказания, если ничего не будете знать.

Коты переглянулись, обменялись молчаливыми мнениями, после чего Минхо отложил ножницы и пластырь.

– Иди-ка сюда.

Нари облегчённо выдохнула, поднялась со стула, подошла к нему и нырнула в его раскрытые объятия. Юнги со своего места взял её за руку. Ушик хмыкнул и отвернулся, чтобы не быть лишним свидетелем этой по-семейному теплой сцены.

Надо быть честным. Он немного завидовал. Отец никогда не проявлял к нему особого внимания. Когда мама забеременела, всё, что он сделал, вывез её из страны и оплачивал содержание. После маминой смерти так же исправно обеспечивал сына, но не интересовался им. Приезжал раз в год, чтобы провести инспекцию по расходам и проверить успехи. Друзей Ушик тоже не завёл. Были кое-кто в его жизни, с кем он проводил достаточно много времени, но привык называть их нейтральным «коллеги», чтобы не подпускать слишком близко. И одиночество его не особо заботило, ровно до сегодняшнего дня. Наблюдая за Нари и её котами, видя их взгляды и понимая, насколько эти трое близки, Ушик впервые задумался о том, чтобы поучиться у других доверию, любви и заботе. Вот такой вот, безусловной. Чтобы не за что-то, а вопреки всему.

– Ну, и кто ты? – тем временем поинтересовался у Нари Минхо.

– Не знаю. Маму я не знала, она не успела мне ничего рассказать. Меня вырастила тётя, которая решила, что уж коли мне никогда не быть той, кто я есть на самом деле, значит и знать свою природу мне не следует. Я никогда не превращалась и не собираюсь заканчивать обращение, – ответила та.

– О, она ирбис, – Ушик бросил взгляд через плечо и повернулся. – Если вам интересно.

– Откуда ты знаешь? – спросил Юнги.

– Только у ирбисов красная дымка превращения, – пожал плечами тот. – Если я редкий экземпляр, то ты уникальна, Нари.

– Почему? – Минхо и Юнги задали вопрос практически в унисон.

– Ген с этой мутацией истребили ещё во времена Империи, сотни лет назад, потому что ирбисам даровали свободу, и это многим не понравилось, – медленно проговорила девушка, вспоминая курс истории из Академии. – Мы касались этой темы во время обучения, но настолько поверхностно, что я многого и не помню.

– Серьёзно? Ирбисы были свободны? Откуда такая неслыханная щедрость? – Минхо переводил взгляд с Нари на Ушика, и обратно.

– Их освободили из-за некоторых…способностей, – уклончиво ответил парень, не зная, хочет ли Нари раскрывать все карты до конца.

– Каких способностей? Нари? – Юнги посмотрел на девушку.

Та же в свою очередь молчала. Это слишком тяжело. Слишком много для неё. И опасно. Опасно для всех. И не потому что она полукровка в мире, где это под запретом, а потому что.... Она зажмурилась и отвернулась, пряча лицо на плече Минхо, давая тем самым молчаливое согласие на раскрытие всех карт.

– Ирбисы способны возвращать к жизни мёртвых. И с таким же успехом забирать жизнь, не пролив ни единой капли крови, прикосновением или взглядом. Поэтому ты и обжегся, прикоснувшись к её дымке, – Ушик кивнул на руку Лима. – Их боялись и боготворили. Вели войны за них и под их знаменами. И если бы не истребление, то мы с вами, простые кошки, были бы сейчас свободны, но мутация слишком редкая. Ирбисам просто не хватило количества, чтобы победить.

– Борьба с рабством у тебя в крови, – присвистнул Минхо, прижимая девушку к себе.

– Это ничем мне не поможет, – пробормотала ему в плечо Нари. – Потому что я полукровка.

– Если ты закончишь превращение и примешь вторую свою ипостась, то способности будут доступны и тебе. Не чистая кровь только условность, – возразил Ушик. Он немного помолчал, о чём-то раздумывая. А потом спросил. – Ребята, что вы знаете о Сопротивлении?

О Сопротивлении по стране ходили легенды. Кто-то, в основном кошки разумеется, говорили об этом явлении с благоговейным придыханием и чаще всего шепотом, потому как организация являлась незаконной. Нари знала лишь то, что члены Сопротивления были оборотнями и своими силами пытались бороться против гнёта Трибунала. За ними велась ленивая охота, но в любом случае любая связь с ними была слишком опасной, чтобы углубляться в этот вопрос.

Поэтому Нари наотрез отказалась слушать про Сопротивление. Слишком много событий, слишком много перемен – нужно было всё это уложить в своей голове. Причем не только ей. Пусть Юнги и Минхо достаточно спокойно отнеслись к новым открытиям и к правде, что стала вдруг доступна, но и им было сложно. Всем троим хотелось хотя бы ненадолго вернуть в дом покой, поэтому после хорошего отдыха и долгого оздоровительного сна они просто занялись повседневными делами, будто бы не было связанных душ, мафии, Ушика, драк, внезапных превращений, и на ферме не звучало слово "сопротивление".

Ворча друг на друга, старший и младший коты убрались не первом и втором этажах, заменили выбитые двери и доски на полу, которые пострадали от когтей. Нари, отбросив все ненужные и тревожные мысли, занималась с Ёном. Даже может быть с излишним рвением, потому что после таких тренировок бедный котенок засыпал прямо за столом с палочками для еды в руке, и кому-то из старших котов приходилось относить его в комнату. Но зато спустя два дня Ён с легкостью обращался в ягуара и так же без труда возвращал себе человеческую ипостась. Оставались только проблемы с понимаем человеческой речи в форме зверя и управлением телом.

Самое удивительно и странное во всём этом было то, что Ушик согласился с решением всех насчет Сопротивления и возвращения к привычной жизни. Просто сказал "ладно", пожал плечами и перевёл тему на что-то неважное и бесполезное. И все эти несколько дней, пока ферма пыталась жить как прежде, участвовал во всех делах, помогал, готовил обеды, мыл посуду и ни разу не попросил телефон. Хотя Нари в первую ночь, когда он ночевал на ферме не связанным, предполагала, что тот сбежит, либо стащит чей-то телефон и позвонит отцу. Даже ждала приезда кортежа мафии на следующий день, но ничего такого не произошло. Ушик позавтракал и первым принялся убираться после побоища.

И Нари почти успокоилась.

Даже начала улыбаться и только по-доброму качала головой, наблюдая за перебранками тигра и пумы. Думать о мотивах странного гостя она категорически не желала. Мозг просто отказывался выстраивать теории и причинно-следственные связи.

А мотивы были кристально чисты и понятны – Нари. Даже желание выяснить, зачем Кан его похитил и каким воздействиям его подвергал отошло на второй план. Сейчас все мысли Ушика занимал план – как привести ирбиса в Сопротивление. Увидев красную дымку превращения, он не поверил своим глазам. Этого просто не могло быть! Он всегда был удачлив, но чтобы настолько… Ирбис, даже один, даже полукровка значительно увеличивал шансы Сопротивления на победу. Вернее, в первую очередь на существенный шаг вперёд. Сейчас их деятельность сводилась к вербовке хозяев, присмотром за оборотнями и спасением особо отчаявшихся, попавших в бедственное положение. Хаджун, их лидер и идейный вдохновитель, действовал аккуратно, долго и тщательно обдумывал каждый шаг и никогда не позволял членам их небольшой организации подставляться. Ушик уважал его, но иногда не понимал. Завербованных хозяев среди людей, которые платили немалые деньги в казну Сопротивления, предоставляли свою недвижимость под убежища и поддерживали идею равенства людей и оборотней было так много, что вполне хватило бы на маленькую армию. Причем представителей близких к управлению страной тоже хватало, но Хаджун медлил. Может быть чего-то ждал? Например, ирбиса, а?

Если до встречи с Нари Ушик участвовал в Сопротивлении только ради себя, чтобы занять время и привнести в свою жизнь хоть чуть-чуть смысла, то после уверовал, что всё может быть не зря. Лёжа ночью в постели без сна и разглядывая звезды через большое окно, кот обдумывал, какие действия предпримет лидер, когда в их команду придёт ирбис. Запустится ли колесо? Будет ли новая война между людьми и оборотнями? Ушик не боялся воевать в первых рядах. Если нужно, он первый возьмет в руки оружие. Но зная лидера, открытые столкновения произойдут ой как нескоро.

Несмотря на все сомнения, Ушик всё равно был воодушевлен. Стоило большого труда набраться терпения, и постепенно шаг за шагом завоевывать доверие Нари и её котов. Проскальзывала мыслишка стянуть чей-нибудь телефон и вызвать Сопротивление на ферму или увезти Нари силой, но тогда она точно откажется помогать. Что это за борьба с рабством, когда потенциально главное действующее лицо похитили и принудили слушать, вникать и проникаться идеями Сопротивления? Поэтому Ушик наблюдал, слушал сам и обворожительно улыбался, чтобы ни у кого и в мыслях не возникло, что он что-то замышляет.

Нужен был четкий план действий, чтобы ввести Нари в Сопротивление без потерь. Пока Юнги и Минхо будут испытывать хоть малейшие сомнения, девушка ни за что не согласиться хотя бы даже просто выслушать и встретиться с Хаджуном. Эти трое были как будто связаны незримой нитью – где не будет одного, не будет и остальных. Ещё несколько дней назад Ушик посмеялся бы в лицо тому, кто сказал бы, что есть трое, что женщина одинаково сильно любит двух мужчин, которые отвечают ей тем же и прекрасно существуют на одной территории. Теперь желания смеяться не возникало. Всё, что происходило между ними было так же естественно, как дышать, пить воду,..жить. И каким бы мелочным в своих намерениях не был Ушик, он ни за что не станет разлучать этих троих.

Существовала ещё одна причина, чтобы привести Нари в Сопротивление. Но о ней Ушик даже думать боялся, будто бы кто-то из котов смог бы прочитать его мысли.

– Юнги, мы с Ёном на площадку! – Нари спустилась с лестницы и подняла голову. В руках она держала небольшую ширму, за которой прятался котенок во время тренировок, чтобы раздеться перед превращением и одеться после.

Лим с самого утра занимался покраской фасада главного дома.

– Не таскай ничего сама, ладно? Попроси Хо помочь, – отозвался тот и случайно мазнул себя по носу испачканной в краске рукой. – Чёрт…

– Тебе идёт зелёный. Не хочешь покрасить волосы? – хохотнула девушка, дождалась Ёна и направилась вместе с ним вглубь двора, чтобы пересечь небольшой холм и выйти в поле.

– Нари! Ты слышала меня? Не таскай тяжести!

– Слышала, не ворчи! – крикнула та, заворачивая за угол дома, где их и нагнал Ушик.

– Я понаблюдаю, ты не против?

– Нет, идём, – согласилась та. – Может действительно понадобится грубая мужская сила.

– Или…я могу помочь котёнку натренировать некоторые полезные маневры, – подсказал тот. – Если конечно парни не будут ревновать. Это же их работа.

– Думаю, они переживут.

С холма, на который они поднялись, открывался потрясающий вид. Хоть поле еще не было покрыто свежей зеленой травой и выглядело сухим, густой лес по обе стороны исправлял положение. Прямо, там, куда уходила дорога, виднелась река, а за рекой – город. Вставай прямо на этом холме и пиши картины.

– Живописно, – хмыкнул кот, осматривая окрестности и вдыхая прохладный ещё воздух с запахом сырой земли, хвои и прошлогодней травы.

– Вечером солнце купается в реке, а огни города выглядят как свечки на торте. Очень красиво.

Девушка ещё пару секунд смотрела на пейзаж и чему-то улыбалась, а потом двинулась следом за неугомонным котёнком, который убежал далеко вперёд.

– Нуна, я хочу спуститься к воде! – мальчик подбежал к Нари и нетерпеливо запрыгал на месте.

– Ты же не любишь воду, – улыбнулась она.

– Я же не купаться собираюсь, а смотреть, – с донельзя серьезным видом проговорил котёнок. – Камушки покидать.

– Нет, малыш. Земля ещё не совсем просохла, ты можешь поскользнуться и упасть, а плавать ты не умеешь, – проговорила девушка.

Энтузиазм Ёна тут же улетучился. Он понурил голову и разве что не начал носом шмыгать, чтобы показать как расстроен отказом.

– Ну что за ребёнок! Ты из меня веревки вьешь! – шутливо нахмурилась Нари. – Хорошо, уговорил. После тренировки попрошу твоих хёнов сводить тебя к воде.

– Ура! – тут же воспрял духом мальчишка.

– Я могу с ним остаться и присмотреть, – вдруг предложил Ушик и обратился к Ёну. – Спустимся к реке, я расскажу тебе легенду о речных духах.

– Правда? – просиял тот. – Нуна? Можно? Можно, можно, можно?

Нари задумалась насколько будет правильным оставлять подопечного в обществе незнакомого ещё оборотня. Пусть сейчас Ушик никакой агрессии не проявлял и был вроде бы самим собой, но что можно от него ожидать? Стоит ли опасаться?

Видимо пристальный взгляд Нари выдал все её мысли, потому что парень рассмеялся.

– Да брось! Я не причиню вреда мальчику. И отплачу какой-никакой помощью вам за доброе к себе отношение, кровать и еду.

– Ну пожалуйста, – протянул Ён. Взял наставницу за руку, прижался щекой к тыльной стороне ладони и заглянул ей в глаза.

– Предупреждаю сразу, будет много вопросов. Этот ребёнок тебя заговорит, – сдалась та.

– Посмотрим, кто кого! – с шутливым вызовом бросил Ушик, глядя на мальчика и смешно подвигал бровями от чего Ён заливисто засмеялся.

– Ладно, сделаем так, – подбоченилась Нари и посерьезнела, – Я разрешу тебе остаться на реке с хёном, если ты сейчас хорошо потренируешься.

– Так что же мы стоим?! Я готов усердно трудиться! – прозвучало по-взрослому. Ён забрал из рук наставницы ширму, расставил её на земле и скрылся за ней, насвистывая какую-то песенку, услышанную им в мультике.

– Тебе правда несложно повозиться с ним некоторое время? – понизив голос, спросила Нари.

– Правда, – кивнул тот и улыбнулся. – Он славный парень. Будет интересно отвлечься от мыслей.

– О чем ты думаешь?

– О похищении. Я не знаю, что делал, пока был у Кана. И, если признаться, не хочу знать, но выяснить это придётся, – из глаз парня пропала смешинка. – Да и дни идут. Сколько времени у нас есть до того, как он спросит с тебя результаты?

– Осталось 2 недели.

– Две недели… – пробормотал Ушик, задумчиво глядя куда-то на горизонт. – Уйма времени.

– Почему ты не позвонишь отцу? – этот вопрос волновал её с того самого момента как гость осознал, кто он есть на самом деле. – Он наверняка волнуется. Ищет тебя.

– О, – протянул Ушик и криво усмехнулся. И было в этой усмешке столько боли, что Нари пожалела о том, что вообще задала этот вопрос. – Господин Пак наверняка ни разу не вспомнил обо мне за всё это время. У нас с ним…натянутые отношения. Я ведь даже не ношу его фамилию. Вроде родная кровь, а вроде так…не совсем удачное вложение денег. Поэтому он последний человек, кому бы я позвонил в этой ситуации.

Нари хотела как-то перевести тему, чтобы не нагнетать обстановку, спросить, что парень обо всем этом думает – зачем его похитили, зачем воздействовали на мозги и зачем привезли на ферму, чего добиваются, но в этот момент из-за ширмы выбежал пятнистый котёнок, и девушка решила перенести разговор. К тому же, здесь больше поможет Юнги, который бывал в похожей ситуации и знает о мафии намного больше, чем она.

– Готов? – бодро поинтересовалась Нари у Ёна, тот сморщил нос и кивнул. – Тогда вперёд.

Тренировочное поле представляло собой не очень большой огороженный участок, на котором различными фигурами были выложены обычные прямоугольные тюки с сеном. Было похоже на площадку для аджилити*. Да и тренировка чем-то напоминала собачьи соревнования. С помощью этих упражнений Нари тренировала у неокрепших котят координацию, выносливость и устойчивость. И сейчас Ён бегал и прыгал среди импровизированных тренажёров, выполняя указания Нари, а Ушик не спускал задумчивого взгляда с реки, в глади которой отражалось солнце, бросая блики по всей прибрежной территории.

Закончив тренировку и раздав указания, Нари вернулась обратно на ферму, периодически оборачиваясь и ловя взглядом две фигуры в поле – Ушика, который шагал, расслабленно засунув руки в карманы, и Ёна, который несмотря на усталость после тренировки семенил и спешил убежать вперёд, но каждый раз останавливался, видимо получая от старшего нагоняй.

Девушка обогнула дом и села на ступеньку, вытянув ноги. Юнги спустился с лестницы.

– Устала? – спросил он, вытирая руки тряпкой.

– Да, – не стала скрывать Нари. – Но морально больше, чем физически.

– Нам нужно отдохнуть, – согласился тигр. – Провести время вместе, выкинуть это всё из головы. Что ты думаешь насчёт того, чтобы выбраться куда-нибудь с ночёвкой? Возьмём с собой Ёна, погуляем, костёр, мясо пожарим. Минхо рыбу свою фирменную приготовит. А?

– А ты гитару возьмёшь? Я давно не слышала, как вы с Хо поёте, – лукаво улыбнулась Нари.

– Споём, – вернул улыбку Юнги, наклонился и поцеловал девушку в губы. – Для тебя всё, что угодно. Ну, так ты согласна?

– Конечно.

– Тогда мы с младшим обсудим маршрут.

– Спасибо тебе, – Нари поднялась на ноги. – Помогу Минхо с обедом, Ён вернётся голодный.

Она собиралась войти в дом, но не успела, потому что дверь резко открылась и на крыльцо вылетел обеспокоенный Минхо:

– Где Ён?

– С Ушиком на реке, – медленно проговорила девушка. Грудь сдавило.

– Чёрт… – шикнул тот, спрыгнул с террасы, игнорируя ступеньки, и быстро скрылся за углом дома.

Нари посмотрела на Юнги, тот пожал плечами и ринулся следом. Она же осталась стоять на месте, тяжело дыша, боясь двинуться с места, будто бы это помогло оттянуть любой момент, что должен сейчас произойти. Вид, с которым выбежал Минхо, не сулил ничего хорошего.

Она вздрогнула, когда услышала приближающиеся голоса. Зажмурилась и открыла глаза только тогда, когда её назвали по имени. Девушка даже не поняла кто именно, так громко в ушах бухало сердце.

Ко лбу Ушика липли мокрые волосы, с подбородка капала вода. С безвольно болтающейся головы Ёна, которого тот держал на руках, прижимая к себе, тоже срывались капельки и ярко, как будто бы издеваясь, отбрасывали короткие блики.

Минхо и Юнги стянули с себя футболки и рубашки, разложили их на земле.

– Клади… Клади! – распорядился Лим, придержал голову мальчика и сразу же начал ощупывать его, слушать.

– Что…случилось? – глухо, даже с каким-то хрипом спросила Нари, избегая взгляда на ребёнка.

– Я… Я не понимаю как это произошло… – запинаясь на каждом слове, отозвался Ушик. Он дрожал всем телом, то ли от холода, то ли от волнения. – Мы вместе были на этом чертовом мосту! Я шёл первым, ступал на те же доски. Как они могли треснуть под ним....?

Парень закрыл лицо руками и опустился на колени, сгорбившись в попытке спрятаться или исчезнуть.

– Всё, – Юнги плюхнулся на пятую точку, прекратив мучить ребёнка массажем сердца и искусственным дыханием. – Всё…

Минхо вскинул на старшего большие глаза с немым вопросом, перевёл взгляд на мальчика и, повинуясь порыву, погладил его по мокрым волосам.

– Ён… – прошептал он, зовя ребёнка. – Ён…

Юнги запустил пальцы в волосы, опустив голову и издал короткий крик, в который вложил всю злость, всю боль, которую ещё не совсем осознал, но испытывал.

Нари вздрогнула, окинула взглядом картину, которая открылась перед ней – лежащий на земле Ушик в позе эмбриона, сгорбившийся Юнги, стоящий перед мальчиком на коленях Минхо, который продолжал гладить его, ероша волосы.

Что она сделала не так? Чем заслужила это? Ей доверили ребёнка, а она не смогла его уберечь. Первого из сотни. Почему именно Ён сейчас лежит на земле и не дышит?

Что ты за наставница, Нари?

Взгляд девушки зацепился за бледное детское лицо и приоткрытый рот с синими губами.

В каком-то обречённом исступлении, даже еще не совсем понимая, что собирается делать, она стянула с себя кроссовки, скинула кофту и принялась расстегивать джинсы.

– Нари? – Минхо первым это заметил. – Нари!

Она не слышала, продолжая раздеваться. Юнги поднял на неё глаза, вскочил, схватил за плечи и встряхнул:

– Нари, что ты делаешь? Посмотри на меня!

– Я всё исправлю.... – безжизненным голосом ответила она.

– Ты оборачиваться собралась?! Не смей! Слышишь меня?! Нари!

Девушка молча, игнорируя Юнги, выбралась из джинсов и стянула футболку, оставшись в одном нижнем белье.

Она требовательно скинула с себя его руки и отошла на пару шагов назад, сказав:

– Я всё исправлю.

Её тело и глаза вспыхнули красным. Юнги показалось даже, что он слышит гул пламени. Нари закрыла глаза, вдохнула полной грудью, и через секунду на траву перед домом на передние лапы припал, бормоча, дымчато-белый ирбис. Длинный пятнистый хвост бил по земле, подрагивал черный кончик. Глаза, как будто густо подведенные карандашом, потухли и остались льдистыми, серо-голубыми.

Нари отряхнулась, облизнулась, показав острые клыки. Коротко рыкнула, проходя мимо Юнги. Все трое завороженно следили за кошкой, которая подошла к мальчику, обнюхала его и ткнулась в щеку носом. Она легла рядом с Ёном, положила голову ему на грудь и закрыла глаза. В образовавшейся тишине раздалось мерное урчание, низкое, но мелодичное, как будто кошка напевала что-то себе под нос.

Через пару минут грудь Ёна встрепенулась, он сделал первый вдох. Ресницы мальчика дрогнули. Ребёнок открыл глаза, молча сел и, не глядя больше ни на кого, обхватил шею кошки руками, обнимая.

Глава 3

Глава 4.

Нари чётко знала, что переживает человек во время обращения в зверя. По учебнику. Как её учили в Академии требовательные преподаватели. Но

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.