Лана Морриган, Ольга Кабацкая
История попаданки. Из графини в служанку

Глава 1. В эфире “Минута правосудия” с Ульяной Перовой

– Адвокат, – судья обратился ко мне, поправив очки на крючковатом носу и хорошенько встряхнул крыльями, отчего по залу полетели коричневатые перья. – Прошу прощения, сезонная линька. Вам слово, – он указал крылом на место перед трибуной.

– Спасибо, – поблагодарила я, поднимаясь со стула и собираясь духом. У меня было все, чтобы с легкостью выиграть свое первое дело. Я вышла в центр, набрала побольше воздуха в легкие. – Добрый день, достопочтенный суд, господа присяжные заседатели, прокурор, – я бросила взгляд на худощавого мужчину, уж очень напоминавшего злобного суслика в форме. – Мой клиент невиновен! – заявила во всеуслышание.

– У вас есть доказательства? – спросил судья, вновь встряхнув крыльями. – Или лишь громкие слова?

Со стороны прокурора послышался ехидный смешок.

– Есть. Давайте еще раз рассмотрим материалы дела. Господин прокурор утверждает, что мой подзащитный отравил гражданина Иванова, подсыпав яд в вино, – я обращалась к присяжным. – А мотивом якобы послужил тот факт, что подзащитный взял последний кусок пиццы с тарелки гражданина Иванова. Все верно?

Присяжные активно закивали, подтверждая слова.

– Верно, – согласился судья, отвлекшись от рассматривания глупых картин на стенах.

Кто вообще додумался развесить нарисованных котов в смокингах и птиц в шляпах в таком серьезном заведении?

– Но давайте не будем забывать, что яд – оружие женщин.

– Протестую, – выкрикнул прокурор. – Ничем не подкрепленное утверждение.

– А я сейчас подкреплю, – произнесла я гордо.

Боже! Да я буду первой третьекурсницей нашего университета, выигравшей реальное дело!

– Мы вас слушаем, – судья подался вперед.

– Можно еще раз вызвать безутешную вдову гражданина Иванова?

– Протестую! – еще громче закричал суслик в форме. А это уже был настоящий суслик, он прыгал по столу и грозно размахивал короткими лапками.

– Тише, иначе я вас съем! У-у! – прикрикнул судья, вскинув крыло и прося помолчать. – Позовите гражданку Иванову.

Эффектная шатенка прошла к месту для допроса свидетелей, держась за локоть водителя лимузина, на котором благополучно и прибыла в суд. Наигранно промокнула слезы и откинула с красивого лица вуаль.

– Гражданка Иванова, – я заложила руки за спину и остановилась около присяжных. – Напомните нам, пожалуйста. Кусок какой пиццы мой подзащитный украл у вашего мужа?

– Я уже трижды рассказывала, но повторю: пицца пепперони.

– Вы уверены?

– Конечно, – фыркнула она.

– А у меня есть другие данные. Вот чек, – я извлекла его из кармана пиджака, – в котором говорится, что вы заказывали четыре порции лазаньи, сырную тарелку, вино и… – я выдержала паузу. – И-и-и, пиццу с ана-на-са-ми! – произнесла изобличительно, с удовольствием слушая ошарашенный гул присяжных и зала. – А это! – я повысила голос, чтобы меня было слышно. – Многое меняет.

– Тише! – крикнул судья. – Тише! У-у! – крутанул головой почти на сто восемьдесят градусов, пугая меня и “безутешную” вдову.

– А теперь скажите, вы бы стали красть пиццу с анансами? – спросила присяжного, что сидел ближе всего ко мне.

– Нет.

– А вы? – я обратилась к следующему.

– Мама-миа! Я бы под дулом пистолета не стал ее есть. Пицца с ананасами – это противоестественно! – мужчина горячно вскинул руки.

– А вы? – я шла вдоль присяжным.

– Боже упаси!

– А вы?

– Нет!

В зале все сильней гудели голоса, судья вскинул крыло с зажатым молоточком в воздух и принялся усердно колотить по столу.

– В связи с новыми уликами, подсудимый признается невиновным! Невиновным! – повторил он, случайно запуская молоточек куда-то в зал. – Пицца с ананасами, – сокрушался. – У-у! Тише! Но кто же убийца? – спросил у меня и выпучил огромные глаз.

– Она! – я с уверенностью указала пальцем на вдову Иванову. – Это она отравила собственного мужа, после того, как намекнула о разводе. Но по брачному договору в случае развода, она бы осталась ни с чем. И поэтому пошла на такой решительный шаг.

– У вас нет доказательств! – взвизгнула шатенка, совершенно забыв о роли вдовы.

– Есть. Вот копии брачного договора и фотографии на которых вы в обнимку с водителем вашего покойного супруга.

В зале образовалась восторженная тишина и спустя мгновение разразилась громкими аплодисментами и довольным уханьем судьи.

– Спасибо, – я не сдержала порыва поклониться присутствующим. – А вы, – обратилась к прокурору, – съешьте от зависти свой галстук, – сунула в рот суслику крохотную полоску ткани. – Да, я богична! – выдохнула себе под нос, возвращаясь к своему месту.

– Качаем!

– Качаем адвоката Перову!

Я даже не стала сопротивляться, когда присяжные подхватили меня ну руки и принялись раскачивать, только почему-то не подбрасывая в воздух, как полагается, а из стороны в сторону.

К покачиваниям прибавился настойчивый голос.

– Перова, вы снова пришли на мою лекцию исключительно поспать? – голос препода смешался с гулом смешков однокурсников.

– Меня нужно качать, я богична, – отлепив лицо от тетради, я непонимающе смотрела на суровое лицо Эрнеста Эдуардовича. – Богична… Ой, вы не суслик.

– И даже не сурикат, – поджав губы, мужчина указал рукой в сторону выхода из аудитории: – Я прошу вас удалиться с моей лекции. Немедленно!

– Но… может, простите меня? – спросила я заискивающе.

Преподаватель по уголовному праву славился просто тираническими замашками. И заработать “залет” на его занятии – почти равно провалу в сессию.

– На выход!

– Ну, хоть выспалась, – буркнула я, закидывая конспект в сумку и спеша к двери.

– Перова, да ты бессмертная, – прошептала одногруппница, округлив глаза и тут же опустив голову.

– Да что я сделала? – шепнула, чуть задержавшись у ее парты.

– Назвала Эдуардыча – сраным сусликом.

– Капе-е-ец, – прошипела я, до боли прикусив губу. – А если я попрошу прощения, смогу остаться на паре? – поинтересовалась, обернувшись к преподу.

Ответом был нервный жест – мужчина указал на выход.

– До свидания, – попрощалась я, приставными шажками преодолевая расстояние до двери, в надежде, что меня простят.

– Вот это залет!

– Помянем.

– Аминь, Перова! – полетели шепотки по аудитории.

– А-а-аве… Ма-а-ария… – затянул кто-то на галерке.

Гордо показав юмористам оттопыренный средний палец, я выскочила из аудитории и…

– Не та дверь, что ли? – выдохнула, ошалело смотря на зелёную траву и синее грозовое небо, вместо помпезного коридора университета.

Глава 2. Опасно входить не в ту дверь

– Бред какой-то, – выдохнула я, крепко зажмурившись и тут же распахнув глаза.

Ничего не изменилось. Трава. Дорожка. Деревья. И… боже. Виднеющиеся вдалеке горы. Обернувшись, я обнаружила ещё несколько не вписывающихся ни в какие логические рамки деталей.

Первое. За моей спиной была сто процентов не дверь аудитории. Нет, дверь была, но… это был вход в склеп. Иначе назвать каменное строение с горюющими рядом статуями, у меня даже мысленно язык не поворачивался.

Второе. На мне было платье. Нелепое, розовое, с рукавами фонариками и… корсетом.

– Я всё поняла, – шумно сглотнув, я не могла оторвать взгляд от черного провала входа в каменное строение. Там, внутри, что-то отчётливо похрустывало. – Это сон во сне. Так бывает. Да, так бывает, – успокоила себя.

А не нужно было на ночь объедаться. Предупреждают же, что потом замучают кошмары. Вот и со мной схомяченная пицца с ананасом сыграла злую шутку. Сначала она мне пригрезилась, как улика на суде. И не засыпала я на паре! Это всё продолжение бредового кошмара…

– Так, Ульяна, соберись и проснись! – приказала я себе, притопнув ногой.

Босой! В пятку тут же что-то больно впилось.

– Да чтоб харя треснула по диагонали зигзагом у того, кто тут камни раскидал! – рыкнула я, прыгая на одной ноге. – Стоп!

Во сне ведь не чувствуешь боли. Никогда! Так почему тогда…

Пока я скакала, откуда-то из складок безобразной юбки вывалился сложенный несколько раз лист бумаги. Замерев, я следила за его плавным падением на землю.

– Так, – прошептала я, присев на корточки и не решаясь его взять. – Та-а-ак, – протянула чуть громче, по привычке запустив руку в волосы и наткнувшись на ещё одну странность. – Где моё каре?! – крик был полон боли и отчаяния.

Всю жизнь мне запрещали стричь волосы.

«Девочки должны быть девочками!» – назидательно вещала бабуля, не допуская длины моих волос короче лопаток.

«Тебе так очень идёт!» – вторила ей мама.

И как-то так сложилось, что эти «правила» прочно засели в моей голове.

До прошлого понедельника, когда я проснувшись утром, уверенно потопала в парикмахерскую и с порога заявила: «Рубите!». Ну, то есть, стригите. И как же я кайфовала, когда дело было сделано. Голова стала такой лёгкой…

Конечно, скандала не удалось избежать. Мама и бабуля синхронно хватались за сердце, реагируя так, словно я не причёску поменяла, а… даже не знаю. Попросила отныне звать меня Хюррем, нашла лысеющего Сулеймана и попросила взять себя сто первой женой.

Вот только сейчас, с ужасом ощупывая голову, я понимала, что они вернулись! Волосы! И стали ещё длиннее…

Неужели бабулина фраза, что она пойдёт к гадалке и всё исправит, была не просто словами? Да нет, глупости в голову лезут…

– Проснись, проснись, проснись! – сколько бы я не шептала, ничего не менялось.

Живописная поляна с сочной травой, голубое небо, яркое солнце и склеп. Мрачный и жуткий. И туфли, что стояли неподалеку. Розовые. На шпильке.

Плюхнувшись на попу, я обулась и всё же взяла в руки лист. Это оказалось письмо. И судя по началу, написано оно было именно для меня.

Глава 3. Юстина приветствует меня!

«Приветствую вас, моя милая Ульяна! Я долго присматривалась к вам, не решаясь провести обряд, способный поменять нас местами. Но моё эгоистичное желание жить взяло верх над совестью.

Я в отчаяние, моя дорогая Ульяна.

Всю жизнь я делала лишь то, что мне велели. Не знаю, как я отважилась на этот шаг. Даже сейчас, выводя эти строки, я не уверена, что доведу начатое до конца”.

– Ну, пока ты описываешь мою жизнь, дорогая подруга, кто бы ты ни была, – проворчала я.

“Но если всё же осмелюсь, хочу, чтобы вы знали. Я буду с огромным уважением относиться к вашему телу, а также к семье и верным подругам. Я проживу вашу жизнь достойно. Так, как это бы сделали вы…»

Что значит достойно? Разве я жила ее недостойно? Да я образец достойности. Любящая дочь и внучка. Хорошая подруга. И почти идеальная студентка!

– Вот ведь… пипка от будильника, – выдала я, оторвавшись от чтения. – Что за бред?!

Других слов у меня не было.

Обряд? Она проживёт мою жизнь? С уважением к моему телу?

Нет! Однозначно, нет! Больше никаких пицц с ананасом. Ни-ког-да!

Встряхнув головой, я продолжила читать.

«… Я понимаю, что всё слишком неожиданно, но смею надеяться, что вы воспримите изменения в жизни с положительной стороны. Ведь теперь, дорогая Ульяна, вы являетесь мной. Графиней Юстиной Маргаритой Элейн!»

– А что не герцогиней? – хмыкнула я, продолжая увлекательное чтиво. – Мелко как-то… графиня… Или сразу в принцессы. Нет, королевы!

Но имя мне понравилось. Адвокат защиты Юстина. Красиво!.. И символично. С таким именем нельзя проиграть.

«Завтра вас ждёт свадебный обряд. Пожалуйста, не судите меня строго. Я не могу стать его. Лучше смерть! Или ваша жизнь”.

Вот спасибо! Еще никто не сравнивал мою жизнь со смертью. И не так уж она и плоха!

“Заранее благодарю за всё!

Искренне ваша, графиня Юстина Маргарита Элейн, первая дочь и наследница Плодородных Земель»

Стоило дочитать последние строчки, как лист загорелся прямо на моих глазах, превращаясь в пепел.

– Трындец, – икнула я, начиная понимать происходящее. – А я почти поверила! – крикнула я, поднимаясь на ноги и с улыбкой осматриваясь. Ну должны же быть камеры, их не просто спрятать. Хотя в век технологий они с легкостью могут быть замаскированы под птичку на дереве или шишку на ели. – Где камеры? Куда махать?

Фокус с самопроизвольным сжиганием бумаги почти ввёл меня в ступор. Почти. Ведь фокус это и есть! Мы на прошлый Татьянин день таким развлекались, пуляя огрызки через дудки и крича одно из непростительных заклятий, пародируя того, чьё имя нельзя называть.

Это квест! Мне в пиццу подсыпали снотворного. Переодели. Напялили парик. Вывезли… куда-то. Да, согласна, кто-то очень сильно заморочился, но… Кто? И зачем? День рождения у меня нескоро. А если хотели поиздеваться, то я никому не гадила настолько крупно. Вроде.

– Я всегда с собой беру, стульчик под задницу, – пропела я, ища скрытые камеры и… не находила.

Парик, кстати, тоже отказывался сниматься. Как настоящий… на супер клей бахнули, что ли?..

– Ваше превосходительство!

– Леди Элейн!

Обернувшись на голоса, я заторможено наблюдала, как из леса в мою сторону бежали пять девиц. И все такие нарядные. Черные платья, белые фартучки, белые чулочки и туфельки.

Дорогой маскарад.

– Да ну нафиг, – прошептала я и юркнула в склеп.

Глава 4. Только через мой труп!

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы привыкнуть к полумраку.

Множество свечей подсвечивали овальный зал с саркофагами, углубленными в стены.

Бр-р-р. Гадость какая. Аж по телу побежали мурашки. Никогда не понимала подобных захоронений.

И я была права – это склеп. И судя по тому, что в центре, на каменном полу кто-то выложил плоскими камушками символы и разжег костер, в котором дымились всевозможные травы, содержимое сгоревшего письма походило на правду. Правду человека в пьяном бреду.

А почему, собственно, кто-то выложил? Графиня, мать ее, Юстина Охреневшая, если она решила, что вот так можно распоряжаться судьбой другого человека. И телом! – подсказывал внутренний голос. Вот мое тело было в идеальном состоянии. Я регулярно посещала стоматолога, не брезговала долгими прогулками и старалась правильно питаться. У меня была идеальная грудь и красивые ножки. И еще неизвестно, что досталось взамен. Судя по платью, эпоха сейчас дремучая. Вряд ли тут слышали о стоматологе, личной гигиене, педикюре или всяческих дурных заболеваниях, что можно подцепить от благородного и любвеобильного лорда.

– Ваше превосходительство!

– Леди Элейн! – звучало из-за массивной двери.

– Вот черт! – фыркнула я, пятясь и шаря по стене руками в надежде найти хоть какое-нибудь укрытие.

Скрипнули двери склепа.

– Леди Элейн… – теперь женский голос звучал не так уверенно и бодро. Видимо, не только я боялась мрачных, каменных пространств, наполненных вековыми трупами.

– Ваше превосходительство?..

К голосам прибавились осторожные шаги.

– Леди Элейн?! – протянул кто-то заискивающе. – Где же вы? Его превосходительство, ваш батюшка, сбился с ног в поисках. Он очень расстроен.

– Еще бы не расстроен, – проворчала я, углубляясь в какой-то проход и продолжая отступать. Если Графиня Юстина Хитрожопая решилась на такой серьезный шаг, как свалить из вашего готического мирка, судьба ее ах как не завидна. Кого вы ей подсунули? Слюнявого старичка в застиранном трико?

– Леди Эле-е-ейн!

Служанки остановились у прохода не решаясь сделать шаг. Они привставали на носочки и вытягивали шеи, но продолжали стоять на месте.

– Леди Элейн, – заговорила самая высокая из них, – будьте благоразумны. Церемония уже назначена, а вы еще в утреннем платье.

Тут мне хотелось крикнуть: “А церемонию без меня не проведут?”. А ведь и правда, если невесты не будет у алтаря, то какая свадьба? Я решительно остаюсь тут! Не сдвинусь с места. Посмотрим кто кого. Да, тут темно, сыро и прохладно, но в разы лучше, чем в постели пропахшей валокордином, или что тут употребляют пожилые благородные лорды.

– Леди Элейн, если вы не выйдите, нам придется обратиться к вашему дядюшке.

Хм, вот и новое лицо на арене цирка. Дядюшка, которым запугивают. Персонаж явно отрицательный.

– А вдруг она спустилась в крипту Темного лорда? – пропищал испуганный голосок.

– Не говори глупости. Леди бы не решилась на такой шаг.

Эхо доносило до меня тихие слова, словно я стояла в шаге от говоривших.

– А вдруг? – не унимался голосок. – Смотри, она ведь пыталась магичить.

– И что?

Голосок не ответил. А я всматривалась в черноту, стараясь определить, где же та самая крипта Темного лорда. Если они его так боятся, то точно к нему не сунутся.

– Леди, мы вас ждем…

– Не дождетесь, – хмыкнула я, нащупав очередной провал в стене и медленно, крохотными шагами входя в него.

Я с трудом разбирала очертания помещения, ориентируясь на блеск влаги на камне и не нашла укрытия лучше, чем за массивной каменной фигурой. Надеюсь, это тот самый жуткий лорд.

Ну вот теперь пусть ищут. Церемония точно назначена на определенное время и не пройдет без невесты. Лорд Пескоструй, что вполне мог бы спасти дороги от обледенения в зимний период, будет невероятно оскорблен и отменит свадьбу, а завтра я выйду из склепа и подумаю, как жить дальше. Шикарный план! И плевать на холод, сырость и голод.

– У плана есть минус, Ульяна.

– Да нет никакого минуса, – возразила я. – Если мне станет сильно холодно, я завернусь в пару слоев юбки. Да и поголодать мне полезно.

– Договор твоего батюшки с господином Дейбриком нельзя расторгнуть.

– В любом договоре можно найти лазейку, – ответила я и затаила дыхание.

Я была не одна!

И хуже всего, что тот, кто говорил, знал мое имя! Настоящее имя!

Я сжалась, вытаращив в темноту глаза.

– Кто здесь? – просипела.

– Тот, кого ты искала, – хмыкнул мужской голос, и воздух пришел в движение, а вместе с ним и каменное изваяние, за которым я пряталась.

Мужская фигура с похрустыванием, скрежетом и грохотом повернулась ко мне.

Склонилась и заговорила:

– Прими свою судьбу. Прими свою судьбу, – повторяла, обдавая изо рта холодом.

– Темный лорд, – просипела я, глядя на жуткое каменное лицо.

А вот это было последней каплей!

Я не думала, неуклюже вскочила и побежала сломя голову с криками и истеричными повизгиваниями.

– А-а-а! А-а-а! А-а-а!

К своему удивлению, я не путалась в подоле пышного платья и, сдавленная корсетом, извлекала из себя высокие звуки.

– Бегите! – прокричала я, расталкивая и проносясь мимо горничных.

Дважды им повторять не пришлось, после очередного наставления из глубины склепа, девушки бросились вслед за мной.

– Прими судьбу! – разнеслось под потолком и эхом скатилось по стенам.

– О боже! О боже! – повторяла я, продолжая бежать и не забывая оглядываться.

Глава 5. Прими судьбу… тут таблетки принимать надо!

Глава 5. Прими судьбу… тут таблетки принимать надо!

– Ваше превосходительство!..

– Леди Элейн!..

На крики я не оборачивалась. Подхватив юбку, бежала так, как никогда. Игнорировала боль в боку и одышку. С последней было чуть сложнее, но я справилась! Просто перестала орать от ужаса, экономя дыхание. А верещать хотелось. Очень!

Статуя. Встала. И заговорила со мной!

Прими судьбу… тут таблетки надо принимать! Успокоительные! Всю пачку!

– Что здесь происходит? – угрюмый мужик так неожиданно возник на моём пути, что среагировать я не успела.

Со всего размаху врезалась в него, осев розовым безобразием у ног.

– Юстина, мне повторить свой вопрос? – рывком подняв меня с земли, незнакомец нахмурил брови.

– Лорд Элейн! – хором поприветствовали мужчину догнавшие меня служанки, плюхнувшись на колени в приветственном жесте.

Вот прям как я мгновение назад.

– Папенька? – с опаской предположила я, рассматривая мужчину.

Расшитому камнями камзолу позавидовал бы сам Киркоров. Как и бородке. Они вообще были так похожи внешне, что я чуть не запела песенку про тазик. Вот что шок от встречи с говорящей статуей с людьми делает.

Не ходите, девки, в склепы. Ничего хорошего…

– Твой отец себе места не находит, – убрав от меня руку, лорд демонстративно вытер обтянутую кожаной перчаткой ладонь о штаны.

Жест определённо показывал брезгливый настрой этого мужчины в мою сторону. Господи. Неужели Юстина настолько страшная?! Верни мою милую мордашку, паразитка!

– Почему её ещё не начали готовить? – рыкнул мужик в сторону горничных.

Зря он так с бедняжками. Они только-только биться лбами об землю в поклонах перестали. А этот так гаркнул, что они снова пали ниц. По инерции. Или привычке.

– Немедленно начать приготовления! – приказал лорд Элейн, и девушки тут же взяли меня под руки.

– Да, ваше превосходительство, – не хуже солдат отчеканили служанки, во всех смыслах начиная волочить меня за собой.

– Стойте! Подождите! Ну зачем же так? – пыталась я вырваться, путаясь в пышной розовой юбке. – Мы же девочки! А как же женская солидарность?.. Да куда вы меня тащите?!

– В замок, леди Элейн, – запыхавшись, уведомила меня одна из служанок. – Исполняем приказ его превосходительства Трукса.

Как много здесь превосходительств, однако.

– Труса? – переспросила я, начиная уставать. Хватка у хрупких с виду девиц была воистину бульдожья.

– Леди забыла имя родного дядюшки! – удивилась служанка слева, с ужасом смотря на меня.

– Не мудрено, после посещения усыпальницы Тёмного лорда! – ответила ей вторая.

– Да уберегут нас светлые духи, павшие во имя мира и первородного дракона! – а вот это они уже пропели хором.

Именно пропели. Фальцетом. Честное слово, были бы у меня руки свободны – перекрестилась. Но сейчас смогла лишь зажмуриться, поморщившись от неприятного звука. Боже… словно когтями по стеклу провели!

– С меня хватит! – с силой вжав каблуки в землю, я попыталась остановиться.

Куда там! Моими набойками пропахали несколько метров, даже не заметив сопротивления! Лишь когда туфли слетели с ног, не выдержав такого кощунственного обращения, служанки сбавили шаг.

– Ваше превосходительство, ну как же так! – запричитала одна из них. И жалела она не меня! Туфли!

– Какай кверху, – огрызнулась я, но эффекта на них не произвела.

А ведь рыкнула не хуже дядюшки! Вот только падать ниц никто не спешил.

– Лидия, дай госпоже успокоительные капли! – произнесла служанка, останавливаясь и отпуская мою руку.

Жаль, что я даже обрадоваться свободе не успела. Вторая шустро поднесла к моим губам небольшой флакончик и ловко запрокинула содержимое мне в рот. Тут явно чувствовался опыт. Чем же ты, Юстина, так не мила этому свету?

– Ну и га-а-адость! – попыталась возмутиться я, но получилось больше похоже на зевок.

– Так-то лучше, – довольно кивнула командующая служанка. – Её превосходительство просто перенервничала перед свадебным обрядом.

– Как любая невеста, – вторила ей вторая.

А я шла. Как заколдованная безвольная кукла переставляла ноги! И не могла остановить этот бред!

Глава 6. Два-два-восемь, мерзавцы!

Внешне я была спокойна и покладиста. Мне говорили идти – я шла. Раздеться? Пожалуйста. Повернуться? Всегда пожалуйста! Поднять ножку? Могу. Придержать корсет? Ну, конечно!

Но внутри меня всё горело огнём! Я негодовала! Кричала! Угрожала! Правда, вслух произнести мало что получалось…

– Ста-а-атья-а-а… – протяжно выдохнула я, словно кто-то максимально замедлил скорость моего произношения, пока служанки намывали меня в ванной.

Купали, как маленького ребёнка! Натирали маслами, шампунями, гелями…

Делали они это профессионально. Что-то подсказывало, Юстина проходила подобные процедуры ни раз. И не только купание. Как ловко одна из служанок влила в меня волшебную микстурку.

– Как-то это неправильно, – тихо произнесла одна из девушек. – Леди же…

– Тс-с-с, – одернули ее. – Леди не оглохла.

– И все равно неправильно…

Ну хоть у кого-то из этого мира есть совесть. Это не могло не радовать. Только вот от совести простой горничной мало пользы.

– Два-а-а… – вновь удалось произнести, когда меня закутали в халат и усадили на стул перед огромным трюмо.

Хм…

Из плюсов – я наконец-то увидела своё новое «я». Что тут сказать? Чем-то мы с Юстиной были очень похожи. Особых изменений в лице я, к счастью, не заметила. Разве что кожа была бледная, словно мою предшественницу редко выпускали на свежий воздух. А может и не «словно». Учитывая местную моду и наличие магии, не удивлюсь, если бедная графиня сидела в башне.

– Два-а-а… – не оставляла я попытки высказать всем свои мысли, я с отчаянием (внутренним) и безразличием (внешним) смотрела как мне соорудили высокую прическу и украсили её заколками с драгоценными камнями.

В ценности последних я не сомневалась. Во-первых, весили они не мало. У меня даже шею начало неприятно потягивать. Ну, а во-вторых, каждая заколочка хранилась в отдельном бархатном футляре. Сомневаюсь я, что с простыми стекляшками так бережно носились.

– Во-о-осе-э-эмь… – и пусть на меня никто не обращал внимания, затягивая на спине корсет тяжеленного свадебного платья, я упорно пыталась договорить.

Завершили мой свадебный образ белоснежные туфли и накинутая на голову фата.

– Ме-э-эрза-а-а-вцы-ы, – к моменту, когда я закончила это слово, меня не только вывели из замка, но и усадили в карету.

– Ты что-то сказала, милая? – фата мешала мне разглядеть сидящего напротив мужчину, но голос вопрошающего был немолодой.

– Твоя дочь утомилась и хочет спать, – а вот дядюшкину речь я узнала сразу. – Спать, Юстина.

Самое ужасное, что мои веки тут же сомкнулись, повинуясь чужому приказу!

Я чувствовала, как тронулась карета. Как моё тело покачивалось на кочках. Но ничего не могла сделать! И это ужасно злило! Как и понимание того, куда меня везут. Точнее к кому…

У-у-у! Воображение тут же нарисовало мерзкого старикашку, поправляющего очки и всматривающегося в двери, ожидая моего появления. Фу, какая гадость!

– Два-два-восемь, мерзавцы! – рявкнула я, стоило карете остановиться, сама не ожидая того, что получится. – О, и глаза открылись!

– Ты что-то сказала, моя дорогая? – поинтересовался папочка Юстины.

– Да, сказала, – гордо произнесла я. – Статья два-два-восемь. В вашем случае – незаконное изготовление, хранение и вливание в меня запрещённых веществ! Наказывается штрафом и лишением свободы на срок до пятнадцати лет! Вы чем меня опоили?! – гордо отчеканила я, сквозь несколько слоев фаты буравя гневным взглядом смазанные силуэты.

Согласна, откинуть её было бы удобнее, но… что-то мне подсказывало, что в меня снова вольют какую-то запрещенку. Ну на фиг, так рисковать!

– Нам пора, – никак не отреагировав на мои познания уголовного кодекса, дядюшка поднялся на ноги и первым покинул карету.

Стоило ему открыть дверь, как на несколько секунд я оглохла, от раздавшегося людского гомона. Кто-то кричал, кто-то визжал. Большинство просто что-то нечленораздельно орало…

– Это они нас так встречают? – с ужасом поинтересовалась я, если честно, не ожидая ответа.

– Что? А, это, – встав со своего места, папенька Юстины взял меня под локоток и помог подняться. – На площади открылся портал в Имперскую академию. Вот зеваки и собрались. Провожают тех, кого не увидят ближайшее десятилетие.

– Не увидят? – переспросила я.

– Туда нет хода никому, кроме поступивших, – как само собой разумеющееся пояснил мне собеседник. – Посетителей не пускают, учеников не выпускают. Жестокое место.

– Не впускают, не выпускают, – задумчиво протянула я, покинув карету и чуть-чуть приподняла низ фаты.

Толпа действительно верещала неподалёку от яркой арки, что висела прямо в воздухе!

Это шанс! Возможно, единственный, пока меня не связали браком с мерзким старикашкой.

От мысли побега внутри все запекло. В руках показывало и спину словно лизнул язык пламени. Давно я не испытывала такого сильного предвкушения.

– Юстина, – дядюшка произнес с холодным нажимом, – у тебя уже будет возможность созерцать площадь. Если супруг позволит, – отчеканил, словно вбил первый гвоздь в крышку гроба.

Первый. Но не последний!

Нужно лишь чуть дольше задержаться у входа в храм и дождаться момента, когда я смогу беспрепятственно попасть в портал академии. Думала ли я в этот момент, как я буду учиться? Нет. Я радовалась тому факту, что сквозь портал проходили не только мужчины, но и женщины. А то мало ли, готический мирок до противного патриархальный.

Господи, да о чем я вообще думаю? Шизофренический бред. Точно! У меня приступ шизофрении. Сходят же люди с ума быстро. Вот и я, бах – и в мире пони и единорогов, вернее, злых магов и призраков. Но не стоит отметать возможность, что я действительно попаданка.

– Веди себя достойно, – рыкнул дядюшка на ухо, больно ухватив за локоть. – Если не хочешь провести первую брачную ночь безвольной куклой.

Ля-я-я какой… антагонист. Нет, в голове у меня крутилось слово покрепче. Только я побоялась его громко думать. Мало ли что умеет моя шизофреничная картинка.

Я украдкой взглянула в сторону портала. Еще слишком много людей.

– Доброе утро, господа, – заскрипел мужской голос. И если батюшка Юстина был явно мужчиной в возрасте, то мой жених годился ему, дай бог, в отцы. – Милая леди, – моих пальцев коснулась сморщенная ручонка.

Фу! Фу! Фу! Не слюнявь меня!

Попытку освободиться от мерзкого знака внимания пресек дражайший дядюшка, пихнув меня в бок.

– Юстина, поприветствуй своего будущего покровителя. Совсем скоро тебе называть господина Дейбрика папенькой.

Папенькой? – пронеслось в голове. Эта новость сравни ложки меда в бочке с дёгтем. Да-да, именно так. Я ничего не перепутала. И она подарила надежду, что жених Юстины (тут я перебрала все знакомые ругательства) не двумя ногами в могиле, а одной.

Я покорно кивнула, скривив губы и, надеясь, что фата скроет мою гримасу.

– Ах, леди Элейн, – вздохнул старикашка. – Будь я лет на сорок моложе, не видать бы вас моему сыну, – хихикнул он гадко. – Прелестница.

– Это перебор, – буркнула я, выдергивая ладошку. – Вы меня смущаете, – добавила приторно.

– А мне думается, дело в другом, – заскрипел он. – Лорд Элейн, а не лукавите ли вы, что ваша племянница по доброй воле идет по венец?

Тут мне захотелось хрюкнуть. Нет, ну дядька тот еще… прохвост.

– Да вы смутили девочку, дражайший господин Дейбрик. Вы прекрасно осведомлены, в какой атмосфере жила Юстина. Все время было посвящено обучению и рукоделиям. Она леди от носика туфлей до перьев на шляпке.

Старикашка фыркнул.

– И эта обученная. Супруга должна быть привлекательная внешне и покладиста.

О-о-о, как все запущенно!

– Моя племянница, графиня Юстина Маргарита Элейн, первая дочь и наследница Плодородных Земел, прекрасна! – в доказательство своих слов, дядюшка убрал фату с моего лица, открывая обзор. Всем открывая обзор.

– Оу, – скривилась я, замечая жениха. В том, что это был жених, не было никаких сомнений. Поверх черного атласного одеяния на груди молодого мужчины было нашито множество наград. Да ему мог позавидовать генералиссимус космических войск. А еще ортодонт… Более неправильного прикуса я в жизни не видела. Верхние зубы торчали вперед, приподнимая губу, а нижние словно кто-то вдавил. – У вас тут капелька, – я пальцем коснулась уголка губ. Соврала, не капелька, слюнявая дорожка по подбородку.

– Фпафибо.

– Повавуйста, – передразнила я. Откашлялась, кожей чувствуя испепеляющий взгляд дядюшки. – Извините. Еще я обучалась подражанию.

– Не фтавно, – ответил жених, нервным жестом откидывая назад редкие волосы.

– Ой… – слюна отлетела на пиджак старикашки.

Господи, он еще и косой! И одна нога короче другой – этот недостаток не мог компенсировать даже каблук.

Да за что же боженька с ним так?..

– Юстина, – дядюшка прошипел мне на ухо, – не играй со мной.

– И в мыслях не было, – ответила с очаровательной улыбкой. – И-и-и, – протянула я, чудом избежав мужской хватки на своей руке. – Папенька, будущий папенька, жених, – отойдя на несколько шагов в сторону от родственничков, я громко выкрикнула: – Я пописать. Сейчас вернусь!

Подхватив юбки, я со всех ног бросилась в сторону арки.

Глава 7. Подаем заявку!

Со стороны мой побег точно смотрела эпично и кинематографично. Я неслась как стрела! Стрела, облаченная в невероятное количество шелка и атласа, украшенная килограммами драгоценных камней и шлейфом трехметровой фаты.

Мне приходилось работать всем телом, унося от этих сумасшедших прекрасную оболочку Юстины Угнетенной, Задолбанной и Хитрожопой. Я врезалась в толпу, не хуже ледокола, прокладывая себе путь.

– Извините. Простите. Отойдите! – безжалостно толкалась локтями и оттаптывала ноги идущим. Недовольные лица мелькали то слева, то справа. – Извините! – проревела я. – Мне нужнее! – я обогнула длинноволосого высокого парня, подныривая ему под локоть и безжалостно наступая на ногу.

– О боги! – воскликнул он за моей спиной. И главное в этом, что за спиной!

Среди этого возбужденного гомона и выкриков я слышала голос дядюшки.

– Юстина! – кричал он словно в рупор. – Юстина Маргарита Элейн! Вернись немедленно! Я приказываю!

Ты глянь какой? Приказывает он!

– Только через мой труп! Ее труп, – поправила саму себя и ускорилась.

Да-да, я смогла бежать быстрей. Не врут. Адреналин делает человека сильней, быстрей и потней. По спине и лицу катились не просто одинокие капельки – волнение, назовем его так, лилось тонкими струйками.

– Юстина! – вновь разнеслось над толпой.

– Дядюшка! – издевательски крикнула в ответ и со всего размаха врезалась во что-то твердое. Это что-то твердое пришло в движение неторопливо повернулось ко мне, ничего не увидело на уровне своих глаз и склонилось. – Извините, – пробормотала я, выглядывая из-за невероятных размеров мужчины. Впереди него и до самого портала было полно таких здоровяков. Кошмар какой. Настоящие айсберги среди коктейльных кубиков для льда. Никого брутальнее я в жизни не видела. – Пропустите, пожалуйста, дело жизни и смерти. Жизни и смерти, – повторила я вцепишь в предплечье здоровяка, всем телом чувствуя приближения дядюшки.

– Идем, – ответил человек-скала с легкостью переставляя меня в центр своих сородичей. – Помочь леди надо, – сообщил он остальным.

Господи, какие хорошие люди… или кто они. Невозмутимые, шагают, разговаривают между собой тихо. Я чувствовала себя суперзвездой в окружении охраны.

– Пропустите! Пропустите! – голос дядюшки срывался на истеричный визг. – Вы не знаете, что я с вами сделаю!

«Телохранитель» подмигивал мне и уверенно пробирался к порталу. Каждый шаг сотрясал землю, и я вдруг ощутила себя главной героиней эпичного фэнтези. Так и хотелось выкрикнуть: “Вперед! За орду!”.

– Позвольте пройти, – произнес гигант, беря меня подмышки и…

– Нет-нет-нет, – завизжала я, понимая, что он хочет закинуть меня в портал. – Я могу сама.

– Нет времени, птичка.

Вот уж точно птичка. Именно ей я и взлетела в воздух, жмурясь от ярких переливов почему-то хихикая.

– Такое приятное чувство, – произнесла я сквозь смех, падая на каменный пол. Гигант успел подставить руку и вместо встречи с полом я хряпнулась ребрами о железобетонное предплечье.

– Жива?

– Жива, – ответила, поднимаясь на ноги и промаргиваясь. – Спасибо, – поблагодарила по-ойкивая и стараясь растереть ребра под жестким корсетом.

– Да не за что, – великан улыбнулся. Какой приятный. Только вот приходилось до хруста задирать голову, чтобы посмотреть ему в глаза. – Береги себя, птичка.

– И вы. Ой. Ну вы поняли.

– Понял, – усмехнулся он, махнув огромной ладонью.

– Таркул! Идем! – моего спасителя окликнули.

– Иду! Леди, вы бы в сторону отошли, – посоветовал он и поспешил за друзьями. – Придавят.

– Ага.

Оказалось, что среди сородичей громилы были не только мужчины, но и женщины. Высокие. Но красивые по-своему.

– Все чудесатее и чудесатее, – прошептала себе под нос, уворачиваясь от очередного прошедшего портал. – Там электричка что ли подошла, – мне пришлось сделать несколько шагов назад и осмотреться.

– Обалдеть, – выдохнула я.

Первое, что привлекло внимание, – это своды потолка, которые поднимались так высоко, что казалось, они касаются самого неба. Зал был украшен витиеватыми узорами, которые искрились, когда я двигалась, создавая эффект звёзд, пробивавшихся сквозь облака. Было ощущение, что я нахожусь не в помещении, а в сердце самой вселенной.

– Не задерживаемся у портала, проходим на распределение, – гнусавый голос заставил меня сдвинуться с места и идти вместе с остальными. – На территории Имперской магической академии действуют следующие правила. Первое. Уважение к различиям. Все студенты, независимо от расы, обязаны уважать культуру, традиции и обычаи друг друга. Второе. Магия должна использоваться только в рамках учебного процесса. Применение магии в корыстных целях, для запугивания, или в качестве оружия против других студентов строго запрещено.

Я шла, прислушиваясь к гнусавому голосу и только в этот момент поняла. Я попала! Я же ничего не знаю об этом шизофреничном мире. Я не уверена, что умею читать или писать. Чудо, что я понимаю местных. Да как я буду учиться?! И это академия ма-гии! Магии! Мать ее! Моим самым больших магическим достижением можно считать фокус с “отрыванием” большого пальца.

– Эй, вы наступили на фату! – возмутилась я, когда со следующим моим шагом, чуть не оторвали голову.

– Прошу прощения, – неискренне пропела девушка со смуглой кожей и маленькими рожками среди огненно-рыжих волос. – Не заметила. Мне очень жаль.

Да-да, я так и поверила в липовые извинения. Жаль ей.

– Ничего страшного, – ответила я, решив, что не стоит идти на конфликт в первые минуты прибытия в академию. За ее стенами меня все еще ждал дядюшка и красавец жених.

– Подходим. Подаем заявку и следуем по коридору, – новый голос раздавал инструкции. – Не задерживаем. Спасибо. Следующий.

Толпа стала вытягиваться в организованную очередь.

Какие дисциплинированные.

И мне пришлось занять место и ожидать. Только чего?

Студенты медленно проходили вперед, а гнусавый голос продолжал по кругу вещать правила академии:

– Каждый студент несет ответственность за поддержание чистоты в своих жилых помещениях.

– Господи, да какой же ты нудный, – прошептала я, стараясь рассмотреть, что же происходит.

– Следующий! Следующий! Следующий!

Очередь ускорилась, и незаметно для себя я оказалась той самой следующей перед пятью глубокими чашами, наполненными… магией.

– Подаем заявку, – объявил громогласно суровый мужчина.

Девушка, что была передо мной что-то бросила в чашу с золотистым содержимом. На первый взгляд мне показалось, что это жидкость, но субстанция вела себя… как сама этого хотела.

Я замерла перед чашами.

Белая. Голубая. Алая. Зеленая. Золотая.

Суровый мужчина смотрел исподлобья, многозначительно сопел, но молчал.

И что выбрать? Еще бы знать, что эти цвета означают.

Красный – точно нет – опасность. Золотой… ну, это что-то для крутых и богатых. Белый напоминал мне о больнице. Врач из меня никакой. Голубой ассоциировался с водой или небом. Летать я не умела, плавала с трудом. Методом исключений остался зеленый.

– С богом, – пробормотала я, бросая колечко в зеленые переливы.

Глава 8. Мне нравится лечить больных людей!

Все остальные абитуриенты, что бросали в чаши что-то до меня, спокойно отходили в сторону, ожидая… да кто эту академию разберёт! Приглашения, наверное, пройти куда-то дальше. Дальнейших указаний.

Но мне, как всегда, не повезло.

Не успела я опустить колечко, как почувствовала (в буквальном смысле!), что подо мной исчезает пол! В голове мелькнула мысль про бижутерию, которую не приняла чаша. Затем про дядюшку Юстины, что сумел каким-то образом вытянуть меня обратно…

Верещала ли я? Не то слово! Приземлившись в темном помещении на попу, я орала так, словно меня режут, помахивая при этом руками и путаясь в длиннющей фате.

– Юстина Маргарита Элейн, первая дочь и наследница Плодородных Земель, – от прозвучавшего баса, визжать я перестала.

Не дядюшка. И не Тёмный лорд… клянусь, стоило понять, что под попой каменная кладка, как я представила себе тот склеп с болтливой статуей.

Фух, кажется, пронесло. Приподняв край фаты, я опасливо рассматривала сидящих за столом мужчин.

– Мать – покойная графиня Маргарита Элейн, отец – лорд Элейн, – огромный мужик с малюсенькими глазками тщательно зачитывал информацию про Юстину с листочка.

Оперативно. Я только в портал вошла и чашу выбрала, а у них на меня уже досье имеется. Круто.

– Раса отца? – подал голос второй мужчина из… приёмной комиссии, судя по всему. Долговязый блондин с выражением всемирной тоски на лице и острыми ушами.

Эльф! – я чуть не заверещала в голос, глупо улыбаясь и разглядывая его уши. Кончики пальцев зудели от желания потрогать их. Прямо как у добермана! Остренькие! Интересно, а эльфы любят, когда им чешут за ушками?.. Проверять и спрашивать я не решилась. Боюсь, такого бы мне не простили.

Я чуть выше приподняла фату, увеличивая угол обзора, и вся обратилась вслух. Про меня же рассказывают.

– Человек, – ответил громила на заданный ранее вопрос.

– Ясно, – подал голос третий мужчина. Ему тоже было очень скучно. Он даже зевнул, посмотрев на меня: – И что же побудило вас, леди Элейн, принять решение о поступлении в академию на лекарский факультет?

Лекарский, значит. Могла бы и догадаться. В нашем мире с зеленым цветом были те же ассоциации.

– Мне нравится лечить больных людей, – мгновенно отозвалась я. – Обожаю. Делать их здоровыми, мечта моего детства.

Стоило это сказать, как ушастый ощутимо напрягся, с обидой протянув:

– Только людей? Ясно. Так и запишем…

– Не надо! – выкрикнула я, подскакивая на ноги.

Хотела сделать это быстро, но запуталась в подоле собственного платья и завалилась на пол, нехило приложившись об каменный пол локтями.

– Минуточку! – громко произнесла, бурча под нос ругательства и вставая на ноги. – Минуточку, – повторила, пытаясь полностью откинуть назад фату.

Трёхметровый кусок кружева сопротивлялся, не желая красиво свисать со спины. Плюнув, мысленно конечно, я с треском сорвала заколки и кинула ткань на пол. Очень надеялась, что трещала фата, а не мои волосы.

Мозг усиленно соображал, что мне им говорить. Ну не правду же, в самом деле! Что я понятия не имела, что зелёная чаша имеет какое-то отношение ко врачам! И что я шприцов боюсь до трясучки…

– Можем продолжать? – с издёвкой произнёс третий мужик из комиссии, бросив взгляд на… кота.

Да. У стола, в нескольких шагах от меня сидел упитанный чёрный котяра. Пушистый, красивый. Посмотрев на него, я поняла – вот он, мой шанс! Кто-то из этих мужичков настолько любит своего питомца, что даже на работу с собой его таскает!

– Можем! – заявила я комиссии, шагнув вперёд и подхватила котяру на руки.

Чуть не крякнула от веса кисоньки. Но, ничего. Потерплю! Главное, чтобы меня приняли! С остальным разберусь!

– Какая чудесная киса! – протянула я, перехватывая кошака поудобнее. – Я люблю лечить всех. Даже котов! А у вашего глисты. Поверьте, моему опыту – я это на глаз определяю. Так же я хочу научиться исцелять всех. Вообще всех. Поэтому я приняла решение поступать именно на этот факультет.

Кажется, моя речь произвела настоящий фурор. Все члены приёмной комиссии сидели, смотря на меня круглыми (от восхищения, не иначе) глазами. У ушастого даже рот приоткрылся.

Ай да я. Ай да прирождённый оратор!

– Пошла. Вон! – этот голос был мне незнаком. И самое ужасное, что прозвучал он очень близко. Как будто… это сказал кот?..

– Кисонька? – прошептала я, медленно опуская взгляд на разъярённую морду.

– Во-о-о-н! – зашипел кот, продолжая орать.

От испуга я разжала руки, наблюдая за падением кота на пол.

– А я думала они всегда на лапы приземляются, – протянула, смотря как кошак смачно приложился правым боком. – Точно глисты. У него центр тяжести сместился… чей питомец? Могу вылечить, если примите меня на факультет, – на всякий случай я отступила в сторону от шипящего комка ярости.

– Это ректор, – с ужасом прошептал мне ушастый член комиссии.

– Ректор? – в тон повторила я.

– Ты! – зашипел предмет нашего обсуждения, выгнувшись в лучших традициях семейства кошачьих. – Никогда! Не! Будешь! Студенткой! Моей! Академии! Во-о-о-он!

Стоило ему взмахнуть лапой, как за моей спиной с грохотом распахнулась двустворчатая дверь. А я… да. Красиво полетела через неё.

Пролетая, я видела, как двери захлопываются. Даже пожалеть себя толком не успела. Сейчас как врежусь с размаха в стену и…

– Ой! Ай! О-о-й, – пискнула я, действительно врезавшись.

Только не в стену. В полуголого красавчика, что ловко поймал меня в полёте и прижал к своему мощному торсу.

Глава 9. Ну как в романе!

Тело красавчика пахло чем-то свежим, словно он только что вышел из душа или провел время на южном ветре. Находясь у него на руках, я почувствовала, как сердце забилось быстрее, а лицо заливал жар.

Как в моих любимых книжках о приключениях и страсти!

– Какое интересное утро, – пробормотал он.

Я смогла лишь кивнуть, чувствуя, что слова застряли в горле. Мгновение назад я невероятным образом взлетела в воздух и теперь оказалась на мужских руках. Ловкость – и никакого мошенничества. Только не знала с чьей стороны. Я никогда не отличалась особой грацией. Но это была я внутри чужого тела…

– Что случилось? – вмешался голос из-за двери, и я уловила ректорский акцент, вернее – мяуцент, знакомый мне по нескольким предыдущим неприятным фразам. Котик, все еще был в бешенстве.

Красавчик, что продолжал держать меня на руках, вскинул темную бровь и вопросительно взглянул.

– Я усомнилась в кошачьем здоровье ректора, – прошептала на грани слышимости. Все же у котов отменный слух. А у волшебных, возможно, отменней отменного.

– В чем именно? – так же шепотом уточнил он.

– В наличии у него паразитов. Глистов.

– Серьезно? – фыркнул парень, пытаясь скрыть за маской серьезности веселье.

– Это не смешно! – возмутилась я, подергиваясь всем телом и стараясь встать на ноги. – От этого собеседования в прямом смысле зависела моя жизнь, – ворчала, сглатывая внезапно хлынувшие слезы и перебирая руками по крепкой мужской груди. И нет, я не наслаждалась этим процессом! – Но тебе-то не понять.

– Согласен, – хмыкнул он, позволяя мне встать.

– У вас был шанс, – произнес ушастый, вальяжно выходя в коридор, не забывая недовольно подергивать шкурой и пушить хвост. – Вон! – повторил он. – Даже ваше благородное происхождение не исправит ситуацию, леди Элейн! Оно только усугубляет. Мне очень жаль, что граф Элейн не позаботился о вашем воспитании. Валрион, проводи леди к городскому порталу. И когда ты прекратишь расхаживать по академии полуголым?

– Когда вы отмените дисциплину “Магические бои”, ректор, – ответил красавчик с легким поклоном. – Издержки обучения.

Кот дернул хвостом.

– Я все сказал. Проводи леди к порталу. И оденься, – фыркнул и гордо зашагал к дверям кабинета.

– Ну все так все, – выдохнул красавчик, беря меня под локоть.

– Что значит все? А как же презумпция невиновности? – спрашивала я, идя словно барашек на веревочке, и поглядывая за спину. – Неужели ваш ректор такой злопамятный? – спросила я у красавчика.

– Не представляешь какой, – хмыкнул он, не забывая кивками здороваться с шедшими нам навстречу студентами. – Из-за него я тут уже седьмой год.

– И я ничего не могу сделать? – уточнила, чувствуя, как меня накрывает волна отчаяния.

– Ты нет.

– Совсем-совсем?

– Абсолютно.

– А у вас есть платное обучение? М? Для тех, кто не блещет талантами. Ну не могут же у вас, – я чуть не сказала: “… В мире”, – быть все умными. А в моей прическе десятки драгоценных шпилек. Тут есть ломбарды, скупщики, торговцы? – перебирала слова в надежде услышать согласие.

– К сожалению, – парень отрицательно покачал головой, сворачивая с основного, широкого коридора в более узкий. – На территории академии все строго с торговлей.

Да что же это такое?!

Хотелось выть, плакать, валяться на спине и дрыгать истерично ногами. А еще на ручки, чтобы жалели и гладили по головке.

– А портал не там, – напомнила я, уже сама держась за горячую мужскую ладонь. Как ни крути, этот неудачливый стриптизер мой единственный знакомый в академии, да и в мире, не считая родственничков и жениха.

– Я лучше знаю, где портал, – сказал он.

– И то верно, – ответила я, растирая распухший от слез нос и осознавая, что пришло время умолять, и гордости тут не место. – Знаешь, Вал… идол…

– Валрион, – поправил меня.

– Угу. Валь, помоги, мне, пожалуйста.

– Например?

– Ну сбавь шаг, у меня не такие длинные и сильные ноги.

– Пытаешься льстить? – усмехнулся он, сбавляя шаг.

– Пытаюсь, – честно призналась я. – И вроде получается, – я позволила себе робкую улыбку.

– Допустим, – он смотрел на меня с интересом.

– Ну раз у вас запрещена торговля, то обмен-то точно процветает? – предположила я.

– И что ты хочешь выменять?

– Одежду и мотоцикл, – проворчала я. – Чуть-чуть времени и другую одежду. Можно мужскую.

– И зачем тебе это?

А ведь сначала он показался мне умным.

Я остановилась, развернулась к парню лицом, потрясла юбкой свадебного платья и спросила:

– Как ты думаешь, откуда я сбежала?

– А ты сбежала? – удивился он, улыбаясь красивыми губами и демонстрируя ровные зубы с чуть крупноватыми клыками.

– Угу. Ну ничего не случится, если ты отведешь меня к порталу чуть позже. Вечером. Или ночью. Меня там ждут, понимаешь? – мне даже не нужно было изображать вселенскую скорбь. Я была подавлена, зла и испугана по-настоящему. – Там поджидает злой дядюшка, что опять применит ко мне свои фокусы, и я радостно пойду к алтарю с тем… убогеньким.

– А как же отец? – уточнил Валрион. – Ректор говорил, что у тебя есть отец.

Вот хороший вопрос, Валька. Хороший!

– Он идет на поводу своего брата, – я выбрала максимально нейтральную формулировку к фразе “Да хрен его знает!”.

– Ну… – красавчик отступил на несколько шагов, окидывая меня въедливым взглядом, сложив на груди руки и словно специально демонстрируя прекрасную физическую форму.

– Ну, пожалуйста, – произнесла я умоляюще. – Пожалуйста-пожалуйста. Хочешь?! – я вытащила первую попавшуюся шпильку из волос с красным камнем.

Надеюсь, и в этом мире студенты не прочь подзаработать.

– Две.

– Хорошо! – обрадовалась я, а после уточнила: – Ты мне дашь одежду и?..

– Отведу к порталу позже.

– Согласна! Одну сейчас, вторую потом.

– Договорились, – парень забрал у меня шпильку и сложил в задний карман обтягивающих брюк. – Идем, нам вон в то крыло, – он указал в окно на соседнее здание.

Глава 10. Фублия. Лучше и не скажешь!

Чем дольше мы шли, тем больше я задавалась вопросом, а с кем, собственно, я заключила сделку. Юноша явно был не так прост, как мне показалось вначале.

Юноша… молодой мужчина – так будет точнее. Красивый мужчина, – тут же мысленно поправила себя, вновь окинув взглядом его торс. Даже представить страшно, сколько часов он ежедневно проводит в спортзале.

Но смущало меня не это. Его здесь знали, кажется, все. Не могу сказать, что местная академия была набита до отказа студентами, но люди (и всякие нелюди) нам встречались довольно часто. И все здоровались с моим провожатым. Кому-то он отвечал на приветствие, кому-то просто кивал. Некоторые девушки, мило улыбнувшись ему, пытались испепелить меня взглядом. Вероятно за то, что смела идти с ним за руку.

Местная звезда, что ли? Тот самый “первый парень на деревне”? Ну, в академии. У нас в универе тоже такой был. Сынуля ректора. Максимка. Гадкий мажорчик, меняющий девушек по два раза в день…

– Ты так смотришь на меня, – усмехнулся Валёк, окинув меня взглядом. – Даже интересно, о чём задумалась.

– Что на сына кота ты никак не тянешь, – отозвалась я, тут же перестав сверлить взглядом кубики мощного пресса. – Долго ещё идти?

– Что? – немного ошалело отозвался Валька, но переспрашивать не стал. И слава богу. – Почти пришли.

И действительно, спустя минуту он остановился у одной из дверей и галантно открыл ее, пропуская меня внутрь.

– Какая милая кладовка, – без энтузиазма прошептала я, делая несколько шагов и оглушительно чихая.

Комнатка размером два на два метра была завалена всевозможными коробками.

– Забытые вещи студентов, – пояснил мне мужчина, не скрывая улыбку. – Хозяева не нашлись, выкидывать чужое имущество академия не имеет права. Приходится хранить.

– Десятилетиями, судя по всему, – выдохнула я, потянув нечто похожее на штанину, торчащую из ближайшего короба, и поморщилась, когда ткань рассыпалась прямо у меня на глазах.

– Ну почему сразу десятилетиями? – с иронией протянул Валя, продолжая нахально улыбаться. – Уверен, кое-что лежит здесь с основания академии.

– Оговорилась, – хмуро отозвалась я, брезгливо осматривая содержимое следующей коробки. В ней было что-то очень напоминающее прах. – Столетиями, конечно же. Валь, – отряхнув руки, я с мольбой посмотрела на мужчину. – А можно…

– Валрион, – поправил меня он. – Валом или Рионом меня могут называть лишь близкие. Скажи, мы близки?

Произнеся это, он шагнул в мою сторону. И я рада бы была отступить, но… некуда. Врезавшись пятками в коробку, я совсем не грациозно плюхнулась в неё попой, подняв в воздух облако пыли.

– Ничего личного, только бизнес! То есть – дело! – тараторила я, путаясь в собственной юбке и пытаясь вылезти.

В попу упиралось что-то колючее и… начавшее шевелиться.

– Валрион! – заверещала я, из двух зол выбирая то, с которым у меня наметились торгово-взаимовыгодные отношения. – Помогите! Помогите! Ой… спасибо, – поблагодарила, когда он рывком поднял меня на ноги. – Фу бл…

– Ты узнала фублию? – искренне удивился мужчина, как и я, смотря на тёмно-синего волосатого червяка, что шипел в нашу сторону, явно выражая недовольство тому, что я на него села. – На какой факультет ты хотела поступить?

– На лекарский, – хмуро ответила я. – Обожаю лечить. Глистогонные манипуляции мой конёк.

Сама же взгляд не могла оторвать от червяка. Фублия. Лучше и не скажешь!

– Давай я его прикрою, – найдя на полу крышку от этой коробки, я, не раздумывая, положила её на место. Наверное, я сама её и столкнула, когда запнулась. – Вот так гораздо лучше.

Не вижу – не брежу. Хотя ощущения от этой гадости, шевелящейся под попой, ещё долго будут преследовать меня в кошмарах.

– И даже знаешь, что они не любят свет, – Валёк как-то по-новому на меня посмотрел. С уважением что ли… – Кто обучал тебя работе с боевыми фамильярами? И почему обладая такими знаниями, ты выбрала зелёных?

– Мне нравится лечить больных людей, – ошарашенно выдохнула я. – И… не нравится это платье. Помоги найти что-то нормальное здесь. Пожалуйста.

От мысли, что если я сама начну рыться в коробках, то обязательно наткнусь на какую-нибудь новую фублию, меня откровенно передёрнуло.

– Ладно, – протянул Валёк, осматривая коробки и безошибочно выбрав одну из них, достал оттуда вполне сносные чёрные брюки и что-то похожее на кофту грязно серого цвета.

– Спасибо, – искренне поблагодарила, приняв вещи и выразительно посмотрела на дверь.

– Серьёзно? – усмехнулся он, правильно поняв мою безмолвную просьбу выйти. – Разве я не заслужил награду?

– Вторую заколку ты получишь сразу, как только выполнишь оставшуюся часть нашей сделки, – чопорно ответила я, вскинув подбородок. – Стриптиза не будет. Мы не настолько близки, Валрион.

Несколько секунд напряжённого молчания и…

– Надо больше общаться с людьми, – искренне рассмеялся мужчина, неспешно выходя в коридор. – Не знал, что среди вас попадаются особи, наделённые чувством юмора.

Шустро скинув туфли и натянув брюки, я с опаской косилась в сторону двери. И нет, я не боялась, что он как мальчишка внезапно ворвётся сюда с криком: «Сиськи!». Я пыталась понять, а кто он? Так говорил про людей, что и дураку понятно, что к ним он себя не относит.

Так… кто? Вампир? Клыки, конечно, есть, но… даже не знаю. И чеснока нет, чтобы проверить. Да и не бледный он какой-то. И не Эдвард, опять же.

Оборотень? Возможно…

Уверена я была лишь в двух вещах.

Первая. Валька точно не гном, если такие обитают в этом мире.

Вторая. Сколько бы я ни пыталась, без помощи развязать сзади корсет у меня не выходило.

– Валь… Валрион, то есть, – позвала я, чуть-чуть приоткрыв дверь.

Мужчина вальяжно подпирал стену.

– Ты ещё не переоделась, – проявил он чудеса наблюдательности, скользнув взглядом в область моей груди.

– Помоги развязать платье на спине. Пожалуйста, – добавила я с милой улыбкой. – У меня не получается…

Я замолчала, стоило Валриону в одно незаметное глазу движение оказаться непозволительно близко ко мне. Секунда, и он приобнял меня и…

– Готово, – практически в губы выдохнул он, не скрывая в голосе издёвку.

А я… я с трудом успела подхватить сползающее с меня платье, двумя руками прижав его к груди.

– Благодарочка, – пискнула я, отступая и прикрывая за собой дверь.

Натянув кофту, я несколько минут растерянно смотрела на порванные завязки снятого свадебного платья. Словно ножом срезали… вот только ничего колюще-режущего в руке у Валриона не было.

Глава 11. Он был на любителя

– Так куда мы идем? – уточнила я, держа в руках фату и свадебное платье.

Не то что бы я к нему прикипела – побоялась оставлять наряд, расшитый драгоценными камнями, без присмотра. Думаю, в реальном мире этих камней хватило бы на несколько безбедных жизней. Стоит отдать должное, батюшка с дядюшкой не поскупились на свадебное одеяние.

– Туда? – Валя махнул рукой, указывая направление.

– А что там?

– Общежитие.

– Мужское? – я недоверчиво уточнила. Не могу сказать, что была ханжой, но мало ли какие в этом мире законы. К примеру, нельзя оставаться наедине с мужчиной или заходить в его спальню. Я точно не пеклась о чести Юстины Продуманной и Наглой – просто боялась, что меня вновь попытаются выдать замуж или что похуже.

– Смешанное.

– М-м-м, хорошо. А чьи это портреты? – поинтересовалась я, когда мы шли по галерее. Из массивных рам за нами следили в большинстве случаев мужчины, но встречались и женские изображения.

– В основном ректоры и профессора академии.

– Посмертные?

– Нет? Почему? – хмуро уточнил Валек.

– А где кот? – задала я резонный вопрос.

Он ухмыльнулся.

– Прошли. Ты не обратила внимания.

– Да? – я обернулась и осмотрелась. – Странно. Кота трудно пропустить.

– Но не невозможно, – хмыкнул он и нахмурился, всматриваясь в пустое помещение. – Ладно. Идем.

– Угу, – крякнула я под тяжестью свадебного наряда в руках. Страшно представить сколько оно весит.

Валя сделал вид, что не слышал моего хриплого дыхания и не замечал, как я отстаю, перебирая короткими ножками (в сравнении с его великанскими), так и еще и закованными в туфли на высоком каблуке.

– Пришли, – сообщил он, резко затормозив у одной из дверей.

– Это твоя комната? – спросила я.

– Нет, конечно. Ты просила время, ты его получила, – с этими словами он постучал по резному полотну и одним движением извлек шпильку из моих волос. – В долг оплаты.

– Эй, ты куда?! – выкрикнула, глядя на удаляющуюся мужскую спину. – Эй! – я попыталась догнать его, но едва не упала, наступив на подол платья, что волочилось уже по полу. – Ты обещал! О-о-ой, – протяжно пискнула и рухнула кому-то в ноги. Судя по серебристым сапожкам. Кому-то женского пола.

– Добрый день, – голос владелицы сапожек звучал как мелодичный перелив хрустальных колокольчиков.

Я совершенно некрасиво приоткрыла рот и задрала голову.

– Добрый день, – ответила я.

Ужас какой, у Юстины не голос, а какое-то карканье.

– Чем я могу вам помочь, юная леди? – эльфийка придирчиво меня осматривала. Хмурилась, кривилась, приподнимала удивленно тонкие светлые брови. Но все равно была прекрасна. Да я готова была душу продать за подобную внешность. Хотя!.. Хватит! Мне бы вернуть прежнюю.

– Ну, – покрякивая я поднялась на ноги, чувствуя, как ноют колени. – Вал…и… Вало…

Я так разволновалась, что не могла вспомнить имя этого… проходимца.

– Валрион? – подсказала эльфийка.

– Да, он. Без рубашки который, – я чуть подбросила наряд, удобней перехватывая. – Произошло недопонимание, – мной было принято решение вывалить все быстро и честно, пока есть возможность. Вариантов-то у меня было немного. Да не было их! – С ректором. Возможно, я его обидела. Но я и не думала, что милой кисе доверят управлять академией. И сказала лишнего, усомнившись в его здоровье. Ректор выгнал меня. Я встретила Валриона, – не стала вдаваться в подробности этой встречи. – Попросила помощи. А он привел, получается, к вам, – тут состроила жалостливую улыбку и перевела дыхание.

– Как интересно. Проходи, – эльфийка распахнула дверь и посторонилась, пропуская меня.

– Спасибо, – поблагодарила я.

– Можете положить платье на тахту. Травяного отвара?

– Не откажусь, – согласилась я.

Это ведь хороший признак, когда приглашают за стол?

– Меня зовут леди Араделис Танойя.

– Юстина, – представилась я, чуть не откусив себе язык, когда захотела назвать свое настоящее имя. – Юстина Маргарита Элейн, первая дочь и наследница Плодородных Земель.

К собственному удивлению, я запомнила полный титул.

– Графиня. Да. Я знаю. О вас заметка на первой странице “Имперской правды”.

– Ничего себя, – ахнула я. – Вот это скорость.

– Да-да, – эльфийка рассмеялась. – Не каждый день невеста сбегает из-под венца. И даже не каждый год. Присаживайтесь.

Из небольшого навесного ящика она достала глиняную банку, две кружки и принялась колдовать. Вот другого слова я не могла подобрать, наблюдая за ее плавными движениями.

– Если хотите почитать, газета на столике у окна. Только-только пришла.

– Спасибо, – поблагодарила вновь. – Честно говоря, не особо хочу читать, – призналась я, вызывая искренний смех эльфийки.

– Охотно верю. Но иллюстрация в статье отменная. Кстати, – она принялась разливать кипяток, – сколько ему?

– Кому?

– Вашему жениху. Ему хотя бы меньше семидесяти?

– Да, – заверила. – Он молод.

– Так какой же в нем изъян, раз благородная леди решилась на подобный шаг?

– Ой. Ну. В общем, – мою речь наполнили слова точно не подходящие благородной леди. – Он был на любителя.

– Как вы тактичны. Портрет неказистого юноши там тоже присутствует. На вашем месте я бы выразилась острей. Пейте.

Я не заметила, когда прекрасная эльфийка успела подать на стол блюда с пирожными и фруктами.

– А вы? – спросила я, когда она, надела поверх белоснежной туники подобие плаща.

– Мне нужно отлучиться на пару минут. Вы ешьте, моя дорогая. Я скоро вернусь.

Глава 12. Как молодеют кошачьи болезни…

– Леди… Араделис? – окликнула я эльфийку, очень надеясь, что правильно заполнила и произнесла её имя, но ответа не последовало.

Юркнув за дверь, она оставила меня один на один с кружкой ароматного чая и подносом с пирожными.

– Что ж, – хмыкнула я, косясь на еду. В животе неприлично заурчало. – Не отравит же она меня, в самом деле.

Подбодрив себя этой мыслью, я взяла угощение и отправила его в рот. Желудок тут же выплюнул позвоночник (который, судя по ощущениям, он обгладывал от голода) и благодарно заурчал.

Да… пироженки были восхитительными! Как и чай! Бессовестно схомячив половину вкусняшек с подноса, я сыто откинулась на спинку стула. На глаза тут же попалась газета, про которую говорила эльфийка. «Имперская правда», кажется…

Недолго думая, я поднялась на ноги и прошла к столу, беря её в руки.

Араделис была права, рассказывая про качество снимка. Фотография была великолепная. Я бежала, гордо подхватив юбки, и светящимися надеждой глазами смотрела в сторону портала. За мной по пятам следовал дядюшка, лицо которого перекосило от ненависти. И где-то на заднем фоне виднелся мой несостоявшийся супруг, с удивлением смотрящий… да кто его, с этим косоглазием, разберёт, а куда? Но камеру неизвестного папарацци я заценила. Слюни, стекающие по подбородку жениха, были очень хорошо видны. Или дорисованы… для эффектности.

– Так, а… – пытаясь прочитать саму статью, я почувствовала, как душу охватывает липкий страх.

Я не понимала ни слова! Всё было в незнакомых вензельках и закорючках!

– Ясно, это эльфийский! – выдохнула я, найдя рациональное объяснение тому, что я ничего не могу понять.

Это же фиаско, если я не смогу здесь ни читать, ни писать. Да и потом, письмо от самой Юстины я же прочитала. И никаких проблем с переводом! А здесь… ну, любит эльфийка читать на родном! Что здесь странного?

А я уже успела запаниковать, на ровном месте!

– Как вам статья? – Араделис вошла именно в тот момент, когда я возвращала газету на место.

– Никак, – откровенно фыркнула я. – Но вы были правы. Фотография действительно отличная.

– Да, статью определённо писал задеревеневший женоненавистник, – с чувством согласилась со мной эльфийка, по-своему трактовав услышанное. – Столько спеси и пренебрежения в каждой строчке!

– Да, да, – тактично кивала я, соглашаясь с ней.

А заодно и гася внутри тревожный колокольчик. Кто знает, может она решила, что Юстина учила эльфийский… ой, как страшно…

– Так. Ладно, – хлопнув в ладоши, Араделис изящно встряхнула волосами. – Хватит про этих неотесанных и узкомыслящих мужланов. У меня для вас хорошие новости, леди Элейн. Во-первых, я договорилась насчёт вашего вступительного экзамена. Он состоится завтра утром.

– Правда? – неверяще выдохнула я. – Но… как?

– Скажем так, – лукаво улыбнулась она в ответ. – У профессора курса по Тканевой регенерации есть некоторые привилегии, которыми я решила воспользоваться. Ведь мы, независимые леди, отстаивающие свою самостоятельность, должны друг другу помогать.

– Оу, – только и выдохнула я, от неожиданности растеряв весь свой словарный запас. – Спасибо! Большое спасибо! Я… простите, – достав из причёски заколку, я протянула её эльфийке. – Я просто не знаю, как ещё могу отблагодарить вас и…

– Не стоит, – тактично отказалась она от взятки. – Я достаточно обеспечена, чтобы не искать источники дохода ни у студентов, ни у возможного мужа.

То, с какой интонацией она произнесла слово «муж», окончательно убедило меня в одном промелькнувшем в голове выводе.

Всё ясно. Феминистка. Возможно, оно и к лучшему.

– Так же я нашла для вас комнату, – продолжила говорить Араделис. – Здесь я вас оставить не могу, сами понимаете. Как и в общежитие для студентов заселить не имею права. Но, если вы не откажетесь от комнаты для обслуги…

Она замолчала, ожидая моей реакции.

– Я не боюсь трудностей, – заверила я эльфийку. – И, если таков мой путь от мужского самодурства в свободную жизнь – я с честью принимаю его.

– Рада, что не ошиблась в тебе, – шепнула Араделис, сама не замечая, как перешла на «ты». – Прошу следовать за мной.

Взяв платье и фату, я гордо направилась на выход из комнаты. Шли мы в молчании. Практически. Иногда нам попадались студенты, с которыми здоровалась эльфийка.

А у меня прям дежавю какое-то было! Вот прям как с Вальком…

Резко обернувшись на шорох позади нас, я вздрогнула всем телом.

– Что-то не так? – деликатно уточнила эльфийка, заметив мой испуг.

Ну не говорить же ей, что не покидает чувство будто за мной кто-то следит?

– Всё хорошо, просто… – она так на меня смотрела, что было необходимо сказать хоть что-то. – Вы так добры ко мне. И ничего не требуете взамен. Это так… трогает. Ведь тот же Валрион согласился проводить за две шпильки…

– Мужчины такие… мужчины! – брезгливо скривила губы эльфийка. – У самого сокровищницы скоро лопнут, а всё туда же! И ведь ничего в душе не шелохнулось! Видел же, что вы в отчаяние! Мужчины…

– Да, мужчины, – протянула я, боясь ляпнуть что-то ещё.

Она так про него говорила, что меня начали терзать опасения за верность собственных выводов. А точно ли он студент?..

А если нет, то с кем я… кто мне платье порвал, в конце концов?!

– Мы пришли, – остановившись у одной из дверей, Араделис протянула мне ключ. – Доброй ночи, леди Элейн.

– Доброй ночи, леди Араделис…

Зайдя в комнату, я первым делом закрыла дверь на замок. Мало ли…

Затем некоторое время бездумно бродила по комнате. Заглянула в шкаф. Под кровать. Присела, безразлично проверяя мягкость матраса. Снова встала. Повесила свадебное платье на спинку стула, мысленно отметив, что логично было бы поместить его на вешалке в шкафу, но…

Все мысли крутились вокруг предстоящего экзамена. Это ведь шанс для меня. Действительно шанс по-настоящему закрепиться… в новой жизни. Ведь никакого плана у меня не было. Так. Идея выкроить время, чтобы не нарваться на дядюшку или кого-то из семьи жениха. Но сейчас немного проанализировав, я отчётливо поняла, что в академии мне лучше задержать и как можно дольше. Газета. Моё изображение. Да меня вернут в руки родственников, стоит выйти из портала!

А значит… придётся постараться и сдать вступительные экзамены. Не так всё и страшно. Глянув на окно, я с трудом поборола желание распахнуть его и трижды прокричать призыв халяве. Чтоб пришла.

Хорошо, что я вовремя себе одернула. И привлекать лишнее внимание – определённо не стоит. И так уже… отметилась и запомнилась.

Раздевшись, я забралась под одеяло, пытаясь уснуть. День был насыщенным, а силы мне завтра точно понадобятся. Вот только сон не шёл. Я долго ворочалась с одного бока на другой, заставляя себя держать глаза закрытыми. Иногда я проваливалась в подобие сна, но очень резко просыпалась, избавляясь от очередного глупого сновидения.

Где-то на грани между сном и явью мерещилось не пойми что. То жених, падающий на колени и протягивающий мне фублию с кокетливым розовым бантиком.

То дядюшка, замахивающийся газетой, что я видела в комнате у эльфийки, и грозящий бить меня до состояния «баклажан».

То Тёмный лорд, поедающий пироженки вместе с котом. Последний, к слову, жаловался предку Юстины на глистов. Статуя с сочувствием вздыхала и причитала, как молодеют кошачьи болезни…

То и вовсе снился Валёк, по-хозяйски врывающийся в мою временную комнатку, с требованием дать ему ещё пару заколок, приговаривая, что у его отца паразиты, а лекарства нынче дорогие…

И всё это сопровождалось странным звуком и неприятным давлением в области груди. Распахнув глаза, я занесла руку, чтобы поправить одеяло и избавиться от приносящего дискомфорт ощущения. Вот только пальцы застыли в воздухе, а я…

Да. Я заорала, уставившись во все глаза на фублию, сидящую на мне и поедающую что-то с довольным чавканьем.

И самое удивительное, среагировав на мой вопль, мохнатый червяк выплюнул подол свадебного платья и заверещал в ответ.

Глава 13. Плюп-плюп

– Замолчи! – я попыталась перекричать вопящую фублию, только все было бесполезно. Кажется, я поняла в чем именно состоял боевой навык этого мохнатого носка – он оглушала противника. – Хватит! – крикнула, сунув ему обратно в рот кусок платья. – Серьезно? – хмыкнула я, наблюдая, как фамильяр медленно принялся пережевывать белоснежный шелк. Совершенно неторопливо и с огромным удовольствием. – Вкусно? – спросила спустя пару минут наблюдения. – Вижу, что вкусно. А губа не дура, мистер Фублия. Такой материал. Уверена стоит как наши с тобой жизни. Твоя-то тоже видимо не очень ценная, раз ты жил в кладовке среди барахла. Или…

Фамильяр продолжал степенно жевать, словно корова на лугу, хлопая черными глазками и не собираясь сдвигаться с места.

– Я все понимаю. Но завтра у меня экзамен, мистер, а ты мешаешь спать. И как ты вообще сюда пробрался? Я закрывала дверь.

– Чав. Чав. Чав.

– Ясно. Эй! Эй! Эй! Ты не видишь, что уже дошел до драгоценных камней? – я потянула ткань изо рта фамильяра, ожидая оглушительного и продолжительного крика. Пока молчал. Я о-о-очень медленно продолжала тянуть. – Нет, камни тебе точно нельзя. Даже и не смотри так, мистер Фублия. Мне они еще пригодятся. На черный день.

Не знаю, понимал он что-то или нет, но не кричал и не шипел, и не пытался укусить. Смирился с тем, что я не даю ему съесть свадебный наряд в один присест.

– Какой ты умничка. Завтра вечером я тебя обязательно угощу. Хорошо?

Если меня не пнут из академии под зад мешалкой.

– Плюп.

– Что? – спросила я удивленно.

– Плюп, – повторил он.

– Обалдеть. Ты меня понимаешь. Слезь с меня, пожалуйста. Ты тяжелый.

– Плюп.

– Небогатый словарный запас.

– Плюп, – выдал фамильяр с обидой, скатываясь на кровать.

– Прости. Прости. Буду прислушиваться к интонациям.

Червяк обиженно дернул блестящей пушистой шерстью и сполз к ногам, позволяя мне встать. Повернулся к стене и тихонько плюпкал. Словно кто-то пускал пузыри. Даже жалко его как-то стало. Не такой он и фу. Миленький. Пушистенький. Я протянула руку и коснулась темной шерсти.

– Плюп. Плюп. Плюп, – выдал раздраженно.

– Хорошо-хорошо. Не трогаю. Если и ты воображение моего болезненного сознания, так я не ожидала от себя такого полета фантазий.

Я щелкнула выключателем настольной лампы, и фамильяр тут же юркнул под одеяло.

– Точно, ты не переносишь свет.

Свадебное платье я убрала на верхнюю полку массивного шкафа, на всякий случай подперла дверцу спинкой стула и выглянула в окно. Темень непроглядная. Можно еще спать и спать. Если получится.

– Я выключаю свет. Можешь вылазить.

– Плюп, – звучало как “нет”.

– Ну тогда не кусай меня, я тоже хочу под одеяло. Как-то у вас прохладно по ночам.

– Плюп.

– Плюп, – передразнила я, с аккуратностью сапера ложась в кровать. Да мало ли что еще можно ожидать от этого червяка. Возможно, он ядовитый, или агрессивный, когда занимают его место, и еще неизвестно до каких размеров этот крохотный ротик может открываться. Вдруг я приютила удава. – Чур, меня не есть. И в постели не гадить, – предупредила я немного подумав.

– Плюп!

– Поняла, ты чистоплотный. Ой, и мягенький какой, – фамильяр подлез ко мне и вытянулся от бедра до самой ступни.

И длинный – добавила мысленно.

А не плохо. Тепло и приятно. Определенно не стоит делать выводы по первому впечатлению, не всегда оно верно.

Лишь бы панталончики не схомячил, – пронеслась мысль перед тем, как я уснула.

Разбудил меня гнусавый голос, доносившийся откуда-то из-под потолка.

– Абитуриентам факультета Медицинской магии прибыть через сорок минут в Зеленую башню. Абитуриентам Рунического факультета прибыть через сорок минут в Голубую башню. Повторяю. Абитуриентам…

– Да понятно-понятно, – я подскочила в постели, растирая глаза и чуть не плача от факта, что мне не приснился вчерашний день. Ведь была маленькая надежда уснуть и проснуться в своем мире. Но она не сбылась.

Из-под одеяла раздалось недовольной плюпанье.

– Не переживайте, мистер Фублия, я вас накрою еще и покрывалом. Пока меня не будет, ничего не портить. Вернусь, угощу свадебных шелком, – хихикнула, выбираясь из постели.

Только вот смешок у меня был исключительно нервный. Я не представляла как сдавать экзамены. Оставалось надеяться на авось и… драгоценные шпильки, что лежали на тумбе у кровати. Вдруг профессора этой академии любят красивые камушки и глупых леди.

Мне ничего не оставалось как надеть вчерашнюю одежду. Брюки, кофта, все те же жутко неудобные туфли. Привести себя удалось в небольшой ванной комнате. Там я нашла зубной порошок, судя по мятному запаху, щетку для волос, кусок мыла.

– Мистер Фублия, вы не подскажите в какой стороне зеленая башня? – спросила, расчесывая волосы.

– Плюп.

– Это налево из коридора или направо?

– Плюп.

Я выдохнула и сформулировала вопрос корректней.

– Зеленая башня налево по коридору?

– Плюп! – возмущенно.

– Направо.

– Плю-ю-юп.

– Большое спасибо. Как жаль, что нельзя тебя взять с собой. Может и экзамен бы вместе сдали. У тебя в любом случае больше знаний, чем у меня, – пробубнела я, едва сдерживая слезы. – Спокойно, Ульяна, ты почти дипломированный юрист уголовного права. Ты уже выезжала на реальные места преступлений и видела несколько трупов! Знаний у тебя в избытке! В избытке, чтобы отличить мертвого человека от живого, – добавила понуро. – Выкручусь. Смогу! – я гордо тряхнула распущенными волосами и вышла из комнаты.

– Доброе утро, – со мной тут же поздоровалась девушка в форме горничной. Да-да, я уже видела подобное. В склепе, позже в доме родственничков Юстины. Одни отрицательные ассоциации с белыми фартучками и черными платьями.

– Доброе утро, – поприветствовала я, закрывая дверь и торопливо удаляясь направо.

Главное – уверенный вид. Нам так все говорил профессор по праву. “Уверенность – половина успеха. Даже если вы несете откровенную чушь, несите ее гордо!”

Что мне в принципе и оставалось.

Глава 14. Ученье – свет, а неученье полная ж…

Глава 14. Ученье – свет, а не ученье полная ж…

Найти Зеленую башню не составила труда. Нужно было просто идти за студентами в зеленой форме. Как я сразу не заметила, что тут носят пять цветов: белый, зеленый, голубой, красный и золотой. Если медики носили зеленый – то оставалось только догадываться о других факультетах.

– Абитуриенты факультета “Медицинской магии” проходят к аудитории 1-25. Повторяю, абитуриенты факультета “Медицинской магии” проходят к аудитории 1-25.

Как на вокзале, – пронеслось в голове. Даже голос такой же гнусавый и на фоне похрустывание и скрежет.

– Доброе утро, – произнесла я, подойдя к собравшимся. – Тут принимают экзамен?

Основанная масса поступающих составляли эльфы. Парни и девушки невероятной красоты. Высокие, с тонкой костью, шикарными, длинными, блестящими волосами и острыми ушками. Они все были одеты примерно одинаково. Туники, брюки, заправленные в высокие сапоги или свободные юбки. Но если внимательно присмотреться, то можно заметить, что одежда некоторых расшита камнями и серебристыми нитями.

– Эльфы не разговаривают с простыми смертными.

– Что? – я повернулась на мужской голос. Ну как мужской, юношеский.

– Говорю, эльфы-медики жуткие снобы, – сказал парень довольно громко и очаровательно мне улыбнулся. – Они считают себя светочем современной медицины.

– Да? Не замечала, – произнесла я. – Леди Араделис показалась мне очень приятной.

– Профессор Танойя? Ты с ней знакома? – парень округлил глаза. – Моя мечта встретиться с ней. Ее работа о сращивании сухожилий с помощью элементарной магии покорила меня. А восстановление хрящевой ткани в локтевом суставе с помощью выварки коллагена из синдиборской козы? Аж руки затряслись от предвкушения встретиться с ней. Смотри.

– Угу, – пробормотала я. – Я тоже в восторге.

Я была не в восторге, я была в истерике!

Какой из меня медик? Что такое элементарная магия? И какая нафик синтепонская коза?!

– А у тебя какая любимая работа профессора Тонайя?

– У меня? Ну, та, что и у тебя. Про суставы.

– Да-а-а, – протянул он понимающе. – Это был прорыв! Прорыв! – воодушевленно взмахнул руками. – Кстати, меня зовут Эдрик из Синдебории. Городок такой в Южных горах.

– Как козы?

– Да, точно, как козы. А тебя как зовут?

– Юстина.

Из склепа – добавила про себя.

– Юстина и все? – удивился он.

– Юстина Элейн.

– О, ты из знати, – смутился он. – Прошу прощения, что тыкал.

– Ничего страшного. Я не в обиде. А ты знаешь как проходят экзамены? – спросила я, взяв парня за локоть и отводя чуть в сторону.

– Знаю, конечно. Я три года готовился к поступлению.

– И?

– Да там все просто. Первая часть письменная. Вторая практическая.

– Просто… – выдохнула я, предвкушая полнейший провал. Фиаско!

– Я и говорю просто. Вопросы элементарные. Для детей. А вот с практикой как повезет.

– В смысле?

– У каждого будет свой пациент.

– Пациент? – ужаснулась я. – А не рано нам доверять больных?

– Не смертельных, конечно. Обычно это какие-то бытовые травмы. Порез пальца. Ушиб.

– С этим я справлюсь, – пообещала я сама себе.

Ну правда, что я палец не перебинтую? Перебинтую. Еще и бантик красивый завяжу.

– Начинается…– прошептал Эдрик, глядя мне за спину.

Высокие резные двери медленно открывались, пока голос из-под потолка называл имена тех, кто проходит первыми:

– Зенавир Риандор, леди Лианора Талендиль, Финдарис Эстельвис…

– Эстонский эльф, – я нервно хихикнула.

– Эдрик из Синдебории, леди Юстина Элейн. Первую пятерку приглашаем войти, – закончил голос.

– Ох, как нам повезло! – восхитился юноша.

– Да, почему? – удивилась я.

Я бы вот хотела очутиться на экзамене одной из последних, чтобы приемная комиссия была вымотана и более лояльна к таким как я.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.