Елизавета Харсейко
Свет и Тьма. Ангел в теле демона

Предисловие:

Давно я хотела что-то про ангелов и демонов написать, так как мне эта тема очень импонирует. Не обещаю, что буду полностью опираться здесь на религию, но постараюсь не косячить.

Как и всегда, все персонажи вымышлены, и любое совпадение, как в плане имён, так и в плане названия самой книги и событий, что описаны в ней. Всем приятного прочтения!

Глава 1

Неприятности на голову или мой отец что, демон?

До недавних пор я не верила ни в ангелов, ни в демонов, ни в прочих существ, и если бы мне кто-то сказал, что видел их, я бы отнеслась к такому со скепсисом и посоветовала бы такому человеку вызвать психушку на дом. Не поверила бы я и тому, что мой отец – демон и причём советник самого Сатаны, пусть и бывший.

Меня зовут Элиза Кларк. Всю свою жизнь я провела в приёмной семье, которая меня нашла на пороге своего дома, когда мне не было и года. Миранда и Маркус были бездетными, и то, что им внезапно как снег на голову свалился новорождённый ребёнок они приняли за знак свыше. Конечно, как и все порядочные люди, Миранда и Маркус пытались найти мою настоящую семью, но время шло, а никто так и не пришёл за мной, и Кларки решили воспитать меня, как родную дочь.

Они были очень хорошими родителями. Давали мне всё, что могли дать. Не баловали меня, но и в большой строгости не держали. Если у меня появлялось какое-то увлечение, то они охотно одобряли его. Мол, это чисто моё дело, и они не имеют права диктовать мне, что делать, а что не делать. Это за ними сохранилось даже тогда, когда я, выпустившись из школы, поступила в медицинский институт. Ещё с детства меня тянуло к людям. Хотелось помогать им. И даже порой сложные предметы не могли унять моё желание быть кому-то полезной.

Училась я прилежно. Однако, несмотря на это, всё-таки успела прославиться как бунтарка. Помню, как однажды возвращалась с учёбы и видела парней, которые в нетрезвом виде приставали к одной девушке. Насилие я терпеть не могла в любом из его проявлений. Первой мыслью было позвонить в полицию. Но тут же моё второе «я», которое, к слову, весьма не доброе, сказало что-то вроде: «Пока полицейских дождёшься, девушке станет намного хуже, ведь парни таки добьются своего. Есть способ разобраться с ними побыстрее».

Сжав руки в кулаки, я кинулась в их сторону. Парни поначалу восприняли меня, как очередную лёгкую жертву, но стоило мне взять одного из них за горло и оторвать от земли, как те тут же забыли о том, что хотели сделать. Один из них успел сбежать. А вот его товарищей я знатно поколотила. Выжить-то они выжили, но утверждали, что видели, как у меня глаза стали красными. Тогда я отказывалась верить в их бредни, не зная, что, вообще-то, они были правы.

О том случае узнал весь институт. Слухи дошли и до нашего ректора, который, к моему удивлению, не стал меня отчислять из-за этого инцидента, в котором участвовал и его сын. Но с того самого дня за мной зацепилась кличка – Дикарка. Некоторые даже меня побаивались. Но я на это не особо обращала внимание. Боятся и боятся. Зато лезть ко мне в лишний раз не будут.

Но вернёмся к Маркусу и Миранде. О том происшествии они узнали быстро. Городок-то у нас маленький, все друг друга знают. Отчитывать меня не стали. Просто сказали, чтобы я постаралась больше не влипать в неприятности. И я старалась не влипать, честно. Но неприятности нашли меня сами.

В тот день, когда не стало моих приёмных родителей, я должна была отпраздновать с ними свой день рождения. Каждый год мы именно по этому поводу мы собирались за одним столом, пели песни, играли в настолки, шутили. Я с нетерпением ждала, когда закончатся пары, чтобы помочь маме с папой накрыть стол, да и вообще помочь по мелочи, после чего мы смогли бы хорошо отдохнуть в очень узком кругу. Еле дождавшись вечера, я покинула здание института и собралась уже идти домой, как из ниоткуда появился парень, преградивший мне дорогу. Схватив меня за руку мёртвой хваткой, тот произнёс:

– Ты здесь чужая. Тебе тут не рады. Ты должна покинуть этот мир, пока не стало только хуже, особенно тем, кто тебе дорог. Подумай над моими словами, полукровка.

Парень исчез так же внезапно, как и появился. Решив не заострять внимание на столь странном происшествии, я продолжила свой путь.

На подходе к дому я почувствовала что-то неладное. Взойдя на крыльцо, я заметила, что дверь открыта, чего уж точно быть не могло: Миранда всегда закрывалась, даже если была дома не одна. И это связано вовсе с паранойей в виде вечно мерещившихся где-то грабителей, нет. Виной всему был один случай из маминого детства, о котором та никогда мне не рассказывала, да я и не спрашивала. Знаю же, что насильно лезть в душу к человеку категорически нельзя. Если захочет, сам всё расскажет.

– Мам? Пап?

Пройдя ещё немного, я увидела царивший в доме хаос и море крови. Плохое предчувствие только обострилось. Аккуратно, чтобы не вляпаться в кровь, я прошмыгнула в гостинную, где нашла тела родителей. Едва я подошла к ним, как Миранда, ненадолго открыв глаза, пришла в себя и еле слышно прошептала мне:

– Элиза, беги! Хоть ты спаси свою жизнь!

Когда же её глаза закрылись, я отказывалась принимать то, что её, как и папы, больше нет со мной. Пытаясь реанимировать её, я снова услышала уже знакомый мне голос:

– Я же сказал, ты не своя здесь! Ты не вняла моим словам, и теперь расплачиваешься всем, что у тебя есть.

Обернувшись, я снова узрела того парня. Не понимая, что мною движет, я приняла боевую стойку, на что он только усмехнулся и молвил:

– Какая боевая! Но вынужден тебя расстроить, милое личико! Местные боевые приёмы против меня не помогут.

То, что произошло дальше, я никак не могла объяснить. Когда он накинулся на меня с кинжалом, я выставила перед собой руку, из которой тут же вырвался шар, переливающийся то небесно-голубым, то красным цветом. Это на несколько минут остановило парня. Зная, что у меня есть лишь один шанс на побег – а это, скорей всего, было так – я бросилась к выходу, но путь мне преградили его соратники, которые начали меня окружать со всех сторон.

«Ну всё, я влипла по полной!» – думала я, когда посреди комнаты появился столп огня, из которого вышел мужчина. Что мне в тот момент показалось самым странным? Наличие чёрных крыльев за спиной. Потёрла глаза. Увы, не показалось, как и то, что этот мужчина тут же превратился в огромного демона с рогами, ужасным лицом и когтями. Подавив волю одного из нападавших, он вырвал из его груди сердце, после чего повторил процедуру и с другими, включая их лидера, которого я временно вывела из строя.

Принимая человеческую форму, незнакомец выдал:

– Не думал, что это всё-таки случится. Но раз уж так вышло… Тебе моё заявление может показаться странным. Ты даже имеешь полное право назвать меня сумасшедшим и в какой-то степени будешь права, ведь все демоны, по сути, немного сумасшедшие, но я твой отец. Настоящий отец. Зовут меня Азраэль, если по-вашему. На нашем же языке моё имя звучит совсем по-другому, и я не уверен, что ты смогла бы произнести его правильно с первого раза. Смертные ж не могут. Куда уж полукровкам-то!

– Полу… Кому?

– Полукровкам вроде тебя. Ты – дитя ангела и демона, моя кровь и плоть.

– Извините, но я вашим словам не верю.

– Что ж, я этого и ожидал. – Демон вздохнул. – Давай так: ты задаёшь мне любой вопрос, а я на него отвечаю максимально честно. Идёт?

Демон и честность? Насколько я помню, они даже в книгах представлены, как истинные знатоки лжи и всех пороков. Но Азраэлю какая-то часть моей души хотела верить, и я задала ему первый вопрос:

– Кто эти незнакомцы, убившие Маркуса и Миранду?

– Одни не особо хорошие существа. Когда-то они были ангелами, но совершили какой-то грех, и Создатель выгнал их из райских садов. Какое-то время они служили самому Сатане, но и тот их в конце концов отверг. Сейчас же, после неудачных попыток вернуться в рай или преисподнюю, они, скажем так, слегка не дотягивают до истинных демонов.

– Что им сделали мои родители?

– Понятия не имею. Должен отметить, что…

Азраэль поведал мне и о том, что Создатель был всё-таки милосерден ко всем своим детям и позволил им уничтожать детей, рождённых в браке ангела и демона, в обмен на возвращение крыльев и былой славы. И те исполняли свой долг со всей ответственностью. Продолжают и сейчас. Вот только Всевышний уже давно поменял своё мнение относительно полукровок.

– А почему их вообще уничтожали-то?

И Азраэль мне ответил:

– Их сила была настолько велика, что все боялись. Боялись, что исполнится древнее пророчество, предрекающее гибель всему живому, если сила, текущая в их жилах, в одночасье вырвется наружу.

Следующий вопрос был таким:

– Кто моя мать?

– Ангел, разумеется. Я полюбил её ещё в то время, когда в этом мире бушевала Вторая Мировая. По официальной версии браки между ангелами и демонами больше не порицаются. Но на деле же… На деле всё наоборот. Нам не от Создателя, а от остальных родичей пришлось скрывать свои отношения, а в последствии и твоё рождение. Когда ты появилась на свет, твоей матери предсказали, что ты и будешь той, кто может привести весь мир к неминуемой гибели. Тогда же твою силу и запечатали до восемнадцати лет по человеческому летоисчислению. Но, несмотря на это, полоумные головорезы пытались убить тебя. Боясь за твою жизнь, Ариэлла предложила отправить тебя в тот мир, где тебя долго не смогут найти.

Слушая его, я думала: «Охренеть! Мой отец – демон! А мать – ангел! Ну и семейка!»

Глава 2 Новый мир

Дом, в котором я прожила все эти годы, пришлось уничтожить вместе со следами произошедшей в нём бойни. Власти списали это на проникновение с целью ограбления, хоть у моих приёмных родителей и нечего было красть. Жили-то они не богато, но и не бедно. Как бы они сами сказали, главное, что на жизнь хватает, а всё остальное уже и не важно.

Ну а пожар… По официальной версии, он возник в результате короткого замыкания. Правду же знали только мы с Азраэлем, который и устроил этот поджог. Когда прибывшие на место полицейские закончили с принятием показаний, я могла быть свободна. Вот только идти мне больше некуда. Все, кого я считала семьёй, погибли. Родственников у них не было: со стороны Мелинды умерли все, а Маркус был из приюта. Друзей у меня почти что нет, да и не хотела я их в лишний раз тревожить. Не хотелось стеснять их. А в общежитии, насколько я знаю, все места были заняты. В общем, ситуация была далеко не из хороших.

– И куда ты теперь пойдёшь? – спросил у меня Азраэль. – У тебя ведь не осталось никакого пристанища, а попрошайничать на улицах ты вряд ли станешь. Гордая. Вся в меня!

Затем он добавил:

– Раз ты теперь всё равно уязвима, я заберу тебя с собой, да и наверстать упущенное надо. Я же о тебе совсем ничего не знаю. Не видел даже, как ты взрослеешь и постепенно превращаешься в очень красивую девушку. И не смей со мной спорить! Сама посуди, ты ещё не умеешь защищаться, контролировать свою силу и держать обе ипостаси в узде. Тебе нужно всему научиться, Элиза. Только так ты сможешь постоять за себя.

«Ещё чего! – подумала я. – Жила же как-то без силы все эти годы. Боевыми искусствами, к счастью, владею. Не пропаду же, в конце-то концов!»

– А вот на физическую силу я бы тебе не советовал полагаться.

Услышав это, я подумала: «Он что, читает мои мысли?»

– Да, читаю. – послышалось в ответ. – У родителей с детьми в нашем мире зачастую есть ментальная связь. Так что, Элиза, будь поаккуратнее со своими мыслями, если не хочешь, чтобы кто-то случайно узнал то, чего не следовало бы знать.

– А от этого как-то можно защититься? – поинтересовалась я.

– Да, можно, но тебе, опять же, нужно тренироваться. К счастью, у нас в школе и этому обучают.

– В школе?

В мире ангелов и демонов существует школа, созданная специально для их обучения. Её директором сейчас является Азраэль, который занимает сей пост уже примерно пятьсот лет. По словам моего отца, изначально туда принимали только чистокровных ангелов и демонов. Спустя несколько столетий, проведённых в кровопролитных войнах, не приведших ни к чему, кроме всеобщих страданий, было решено дать шанс полукровкам, рождённым в союзе кого-то из бессмертных и человека и тем, кто так же, как и я, был плодом запретной любви между ангелом и демоном, дать шанс проявить себя, начав принимать в школу и их.

Итого сейчас существует всего три факультета: ангельский, дьявольский и демельский.* Заканчивал Азраэль свой рассказ так:

– В общем, у нас ты уж точно найдёшь своё место. Кстати, при школе есть и общежитие, в котором, к слову, запрещено устраивать драки и тусовки. Правил на самом-то деле не сильно много. Думаю, ты их быстро запомнишь.

Затем Азраэль открыл портал, перенесший нас в иной мир. Здесь было очень красиво. Повсюду росли неизвестные мне деревья и не менее чудные цветы. Кроме того, повсюду шныряли звери, отличавшиеся от земных лишь наличием у них крыльев и особых способностей, из-за которых, по словам Азраэля, не стоило бы вообще прикасаться, если не хочешь никаких последствий. Заглядевшись на представителей местной флоры и фауны, я вновь была отвлечена Азраэлем, сказавшим:

– А вот и твой родной мир. Добро пожаловать, Элиза! Будь как дома.

Я кивнула ради приличия, будто бы соглашаясь с ним. Может ли этот мир стать мне домом? Смогу ли я здесь стать своей? Во всяком случае, это вряд ли так скоро произойдёт, ведь мне ещё ко многому стоит привыкнуть.

*Демел – ангел и демон во плоти. Автор долго думала над тем, как назвать таких полукровок, и в итоге во время написания этой главы придумала новое слово, обозначающее дитя ангела и демона.

Глава 3 Две соседки

В общежитии, что было при школе, мне выделили комнату, где уже жили две девушки. Увидев меня, та, что была голубоглазой блондинкой, обратилась к брюнетке с каре:

– Сестрица, похоже, у нас впервые за долгое время появилась новая соседка. Надеюсь, хоть она от нас не сбежит.

Её сестра лишь хмыкнула и продолжила слушать музыку в плеере, параллельно таращась в потолок, на котором была фреска, изображающая, по всей видимости, Эдемов сад и Адама с Евой в окружении ангелов, один из которых, держа в руках свиток, читал им указ Всевышнего. Невольно засмотрелась и я. Фреска была настолько красива, что земные мастера вряд ли смогли бы в совершенстве передать каждую деталь рисунка.

– Такие по всей школе есть. – сказала светловолосая соседка, вырвав меня из потока раздумий. – В том смысле, что рисунки, а не в том, что везде один и тот же сюжет. Когда это здание только построили, сюда созвали лучших художников и дали им задание создать серию сюжетов, которые будут или поучительными для молодого поколения, или же, наоборот, вдохновляющими. Кстати, меня зовут Элегия. А это моя сестра – Астерия. Мы хоть и близняшки, но вопреки всему учимся на разных факультетах. Я же ангел, а вот она – демон.

– И вы, конечно же, тоже дети запретной любви. – молвила я, закатив глаза. – Меня это уже ни капли не удивляет. Единственное: я не могу понять, почему вы не унаследовали обе ипостаси от родителей.

И тут Астерия, изначально казавшаяся мне нелюдимой, произнесла:

– Наиредчайший случай. Чаще всего дети, рождённые от таких союзов, рождаются полукровками. Это обычно и близнецов касается, хотя они и в наших краях довольно большая редкость.

– А вот ты всё-таки демел, Элиза. Так ведь?

Повернувшись к Элегии, я спросила:

– Откуда тебе известно моё имя, ведь я даже не представилась?

И Элегия пояснила:

– Да тут вся школа на ушах стоит! Все только и твердят, что дочка Азраэля сюда пришла. Многие были в шоке. Мы с сестрой не исключение. Никто же и не подозревал о том, что у нашего директора есть дочь, да ещё и от ангела рождённая. Нет, конечно, ходили слухи, что у него была интрижка с кем-то из серафимов или архангелов, но в это никто и не собирался верить. Слухи на то ведь и слухи.

Садясь на свободную кровать, я проговорила:

– Честно говоря, я думала, что этим только люди и страдают.

Астерия снова напомнила о себе, засмеявшись. Затем она сказала:

– К твоему сведению, смертных создали по нашему образу и подобию. Первыми сплетниками всегда считались демоны. Именно мы и приучили людей к перемыванию костей всем знакомым и друзьям. Ангелы же настолько святоши, что с ними и слухи распускать не получается, ибо они слишком любят правду.

«И это говорит мне та, чья сестра сама ангел!» – думала я, когда Элегия задала мне вопрос:

– Чего в тебе больше: ангельского или демонического?

Я задумалась. С одной стороны, я очень добрая и понимающая девушка, в которой на первый взгляд вообще не увидишь бунтарку. С другой же стороны, я, видя насилие в каком-либо из его проявлений, вместо того, чтобы вызвать полицию или ещё кого-то позвать на помощь, сразу же лезу в драку, от чего меня, порой, переполняет восторг, быстро меняющийся муками совести. Правда, последняя, как ни странно, не всегда давала о себе знать, что даже приводило меня в ужас.

Пожав плечами, я ответила:

– Сложно сказать. Наверное, примерно поровну. Научиться бы ещё это контролировать…

– Так ты для того и оказалась здесь. Тебя тут и контролю, и полётам, и владению особым даром научат.

– Особым даром? Разве здесь не…

Меня перебила Астерия:

– Вообще-то, не все ангелы рождаются целителями, как и демоны ходячими огнемётами. Есть среди нас и те, кто, к примеру, мысли читает. А есть и дары из разряда особо уникальных. Я их называю причудами. Вот у моей сестры дар – это умение оживлять всё, что она нарисует. Она такой способностью всё наше детство пользовалась, когда мы сбегали от наших наставников, не желая учиться. И да, в очень редких случаях такой грех, как лень , ведом и ангелам. Но от него проще всего избавиться. На мой взгляд, куда сложнее обуздать гордыню или свой гнев. Кстати, это частенько свойственно полукровкам вроде тебя. Будь готова к тому, что тебя могут направить на дополнительные уроки по управлению гневом к ангелу Вистерии. Это наша тётушка, если что. Как по мне, там скука редкостная, но я туда хожу из уважения к ней. В противном случае мать с отцом мозг промывать мне будут как минимум день. Максимум ближайшую сотню лет я от их бубнежа не избавлюсь. Это Элегии хорошо! Папаша наш ею всегда доволен. Ещё бы! Старшая дочь самая любимая, самая красивая, самая умная и самая спокойная! Я же сплошное разочарование!

Когда Астерия отвернулась к стене, Элегии вымолвила:

– Не обращай внимание. Она всегда такая. Я уже привыкла. Всё-таки ж с рождения знаю. Отойдёт скоро.

– Ничего, я всё понимаю. В прежнем мире и не с такими встречалась.

После этого я решила продолжить тему особых даров, спросив у Элегии:

– А у Астерии какая способность?

– У неё? Умение понимать язык животных, но больше всего она ладит со змеями, которых разводит наша мама. В её террариуме даже василиск есть. Его, кстати, многие демоны побаиваются, хоть бессмертным существам его яд не вредит. А вот людям я не завидую.

– Знать бы мне ещё, какой у меня дар…

– Скоро узнаешь, Элиза. У тебя, возможно, он не один. Но это уже как повезёт. Сразу два дара наследуются далеко не всегда.

Глава 4 Первые уроки

На следующий день мне вместе со всеми предстояло посетить уроки. Для многих учеников они были уже далеко не первые, и они хотя бы знали, чего ждать от преподавателей. Я же, наоборот, немного волновалась. Что, если я на первом же уроке накосячу, и с меня потом все смеяться начнут? Память-то у бессмертных, как говорит мне интуиция, очень хорошая, и каждую неудачу тебе ещё долго будут припоминать.

Хотя с другой стороны, мне было даже и пофиг. Ну, допустим, облажаюсь и что с того? Мне нет дела до чужого мнения! Наверное, во мне сейчас просыпается демоническая натура. Во истину начинаю себя бояться в такие моменты. Интересно, возможно ли вообще мне отказаться от одной из сторон? Надеюсь, это действительно возможно. Надо будет узнать, где тут библиотека. Может, я найду в ней книгу на интересующую меня тему?

– Рад видеть вас. – произнёс ангел, появившийся из ниоткуда посреди кабинета. – Для тех, кто здесь впервые, представлюсь. Я ангел Элиниэль и не дай Создатель, кто-нибудь из вас пошутит по поводу моего имени!

Какой-то парень, вероятно являющийся демоном, всё же хихикнул и тут же поймал на себе злобный взгляд филина, сидевшего у Элиниэля на плече. Скажу честно, и мне стало жутко от его взгляда. Похоже, филин готов отомстить любому, кто обидит его хозяина.

Ангел же, словно пропустив это мимо своих ушей, продолжил:

– У вас я буду вести историю. Возможно, кто-то сейчас скажет, что это скучно, но на самом деле, как я считаю, сия наука весьма увлекательна. Но прежде чем мы с вами начнём, я бы попросил нашу новенькую рассказать немного о себе.

Это меня ни капли не удивило. Логично же, что раз ангелы и демоны много чего переняли у людей (Или люди первые начали?), то и традицию для новичков в каждом учебном заведении вполне смогли сюда интегрировать.

Пытаясь не обращать внимание на взгляды, обращённых в мою сторону, я подошла к подобию школьной доски, я рассказала всё, что могла. Рассказала даже о том, чем вообще занималась все эти годы. Хотя кому это, по большому счёту, интересно, кроме моих новых подруг и по совместительству соседок по комнате?

Снова заняв своё место, я приготовилась слушать. Ангел Элиниэль рассказывал очень интересно. Во всяком случае, лучше, чем историчка в моей школе в прежнем мире. Миссис Норис, помнится, могла обсуждать абсолютно любую тему, но только не то, что касается её предмета. К тому же, она всегда засыпала на середине урока, что, собственно, и служило поводом нарисовать нашим двоечникам усы у неё на лице или написать на доске что-то неприличное.

Над Элиниэлем же никто не осмеливался так подшутить. Может, это из-за доли уважения у нему, а, может, из-за его филина. Или же всё гораздо проще, и он с лёгкостью может заинтересовать даже демона.

– Кто мне расскажет, почему Лилит ушла от Адама?

Рука сама потянулась. Заметив это, Элиниэль обратился ко мне:

– Что ж, думаю, всем интересно узнать мнение той, что долгие годы жила среди людей.

Сохраняя спокойствие, я начала свой рассказ:

– Есть мнение, что Ева была единственной женой Адама, но это не так. В Библии Лилит, которая существовала ещё до неё, упоминается немного иносказательно, где её называют существом, которое живёт среди руин. Из этого следует, что изменилась она именно после развода с Адамом. Не знаю, можно ли это вообще назвать разводом, если тогда и слова такого не было? Но мы с вами немного отвлеклись. Подробнее о Лилит говорится в «Алфавите Бен-Сиры,» Свитках Мёртвого моря, Книге ЗОАР и многих других древних источниках, включая неканоничные евангелия. Если же брать за основу современные течения, то Лилит разве что признаёт каббалистическая теория. Хотя, стоит отметить, и у шумеров было что-то подобное. У них Лилит – это дух мужчины или женщины, умершей в юном возрасте. Это было лишь вступление. Приступим же к основной теме нашего урока. Насколько мне известно, Адам хотел, чтобы жена была послушна. Лилит же, наоборот, считала, что раз Бог создал их из земли, то они равны и имеют одинаковые права, если перевести на язык современных людей. Поняв, что не сможет ничего добиться, Лилит ушла и попросила Бога создать для Адама новую женщину, которая идеально подошла бы ему.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.