Барбара Фритти
Опасное доверие

© Copyright 2017 by Hyde Street Press

© Самуйлов С. Н., перевод на русский язык, 2024

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2024 Азбука®

Пролог

– Мне жаль, Софи.

Не лучшее начало для самого печального сообщения из всех, что он когда-либо оставлял, но других слов не находилось. Последние шесть часов он прокладывал след, который, как ему хотелось верить, уведет их от его дочери. Выехав из Нью-Йорка несколько часов назад, он некоторое время колесил по пустынным извилистым дорогам северного Нью-Джерси. Бежал, не замечая живописных сельских пейзажей.

Он крепче сжал руль левой рукой, откашлялся и, подбирая правильные слова, продолжил:

– Я допустил ошибку… и не одну. Думал, что смогу держаться подальше от грязи, но, как оказалось, измазался в ней целиком. Объяснять некогда, но… – его прервал звуковой сигнал голосовой почты.

Он снова набрал номер, хотя и знал, что она не ответит. По средам в это время – два часа пополудни – она читала курс археологии в Нью-Йоркском университете и сейчас, наверное, готовила студентов к выезду на летние раскопки в следующем месяце. Прошлое, история пленили ее еще в раннем детстве. Теперь же в течение учебного года она преподавала в университете, а летом отправлялась в археологические экспедиции – искать ответы на вопросы многовековой давности. Идеально…

Ведь оно того стоило – дать Софи все, чего она хотела. Разве нет?

Он снова взглянул на телефон. Учитывая расписание, она вряд ли прочтет сообщение раньше, чем через несколько часов. Может быть, к тому времени он будет в безопасном месте и они смогут поговорить по-настоящему.

А если не получится… да, он вынужден будет сказать ей, что делать. Ждать больше нельзя. Нельзя и дальше уверять себя, что все будет в порядке. Он готовился к такому варианту давно. На всякий случай. Теперь настало время привести план в действие.

Снова включилась голосовая почта.

– Помнишь, как твоя мама любила устраивать весеннюю уборку? Мы еще протестовали, когда она хотела выбросить наши любимые вещи, помнишь? Например, мою коллекцию пивных бутылок… Помнишь наш тайник? Я оставил там кое-что для тебя. Но тебе нужно найти ключ, который спрятан в твоем самом любимом месте.

Он говорил загадками, потому что не хотел рисковать, ведь сообщение могли услышать те, кому оно не предназначалось. А Софи все поймет. Может, она и задастся вопросом, почему он отправляет ее так далеко, но для него было важно, чтобы она поскорее уехала из города и выиграла для себя немного времени.

– Возьми ключ и делай, как я предлагаю, – продолжал он. – Знаю, у тебя возникнет миллион вопросов из-за этого сообщения. Ты попытаешься позвонить мне, но я не отвечу. Ты будешь ломать голову, почему я не поговорил с тобой раньше. Будешь сомневаться, нужно ли делать то, о чем я тебя прошу. Не сомневайся. Сейчас главное, чтобы ты была в безопасности. У тебя впереди долгая жизнь. Возможно, не совсем та, которую ты планировала, но ты все равно можешь быть счастливой. Так что никаких вопросов, сомнений и раздумий – другого варианта просто нет. Не доверяй никому. В том числе полиции. И уж, конечно, не доверяй Бюро. Тот, кого ты считаешь моим – или своим – другом, в действительности недруг.

Телефон снова отключился.

– Проклятье, – выругался он, заметив в зеркале заднего вида автомобиль. Конечно, само по себе это могло ничего не значить, но машина набирала скорость и приближалась. Он понял: его настигают собственные грехи. Он был недостаточно ловок и не смог спрятать концы.

Он вдавил в пол педаль газа, и маленький седан задрожал, силясь набрать скорость и оторваться от преследователей.

Когда-то ему не составляло труда уйти от «хвоста», но за последние годы он растерял прежние навыки и уже плохо помнил себя раньше. Ему было о чем сожалеть, но если на этой дороге он расстанется с жизнью, то никто, наверное, и не узнает почему. Может быть, так оно и лучше.

Он снова позвонил Софи.

– Если будет другое решение, я его найду. А пока делай в точности так, как я сказал. И знай, что я горжусь тобой… – Он помолчал, справляясь с эмоциями. – Все, что я делал, все решения, которые принимал, – все это для того, чтобы сделать нашу жизнь лучше. Прежде всего твою. Понимаю, как нелегко тебе придется. И мне жаль, что я не смог избавить тебя от боли и страданий. Ты была для меня всем. Если со мной что-то случится, не пытайся выяснить, кто в этом виноват. Не ходи ко мне домой. Не возвращайся в свою квартиру. Не доверяй никому, особенно тем, кого ты считаешь моими друзьями.

Наверно, ему следовало назвать имя, но тогда она могла бы подумать, что опасаться нужно только этого человека, тогда как врагов было намного больше. А он и сам наверняка знал не всех.

– Просто беги. Избавься от телефона, как только прослушаешь эти сообщения, чтобы они не смогли тебя отследить. Еще раз, Софи, мне очень жаль. Надеюсь, ты сможешь начать новую жизнь и когда-нибудь – я молюсь об этом – простишь…

Седан прыгнул вперед от удара сзади. Телефон полетел на пол. Снова на газ, но безуспешно – машина сзади была мощнее. За крутым поворотом показался узкий мост. Он заложил крутой вираж, но получил еще один удар сзади, и седан занесло на бетонке. По инерции его бросило к ограждению, и вырулить уже не получалось. В какой-то момент в голове мелькнула сумасшедшая мысль, что он сможет каким-то чудом пролететь над водой и приземлиться на суше, на другой стороне водоема.

Но чудо было последним, чего он заслуживал.

Глава 1

Ее студенты-второкурсники с нетерпением ждали окончания учебного года, впрочем, не меньше, чем она сама. На календаре было первое июня, стояла непривычная жара, и Софи Паркер видела, что прелести лета за окном интересуют их куда больше, чем вопросы к итоговому экзамену, что на следующей неделе.

И кто бы стал их винить?

Через шесть недель она тоже выйдет из аудитории, возьмет с собой восьмерых из этих студентов и отправится на археологические раскопки в Египет. Наконец-то им представится возможность не только читать книги по истории, но и самим погрузиться в нее, ощутить особую, давящую и волшебную атмосферу раскопа столетней давности, отыскать что-то настоящее, способное изменить представление о прошлом.

Волнительное ощущение предстоящего открытия не отпускало ее никогда. Жаль только, что насладиться моментами прикосновения к истории она могла лишь в летние месяцы. Остальную часть года Софи вела курс в Нью-Йоркском университете, где делилась своим увлечением со студентами.

Она взглянула на часы – без одной минуты четыре. Пора отпускать ребят на уикенд.

– Ну что ж, на этом все. Увидимся на экзамене в следующую среду. Если у вас есть вопросы, можете написать мне на почту или прийти в мой офис в понедельник с десяти до полудня.

Занятие закончилось. Ответив на пару вопросов об экзамене, Софи собрала вещи и уже хотела уходить, когда в аудиторию вошел мужчина в темном костюме. За пятьдесят, короткие с проседью волосы, темные глаза, серьезное выражение лица. Он сразу же направился к ней, как человек, пришедший с определенной целью.

Софи узнала его – Питер Хант, агент ФБР и один из лучших друзей ее отца. Они вместе учились в Йеле, он был на свадьбе ее родителей. Сколько она себя помнила, он всегда был для нее дядей Питером. И никогда не приходил к ней на работу.

По спине пробежал холодок.

Что-то не так. Что-то очень-очень не так.

Вслед за Питером в аудиторию вошла Карен Ли – высокая стильная блондинка около сорока, в темно-синей юбке-карандаш и шелковой кремовой блузке. Даже в такую жару Карен выглядела собранной и невозмутимой.

С Карен Софи познакомилась у отца на работе. Он сказал тогда, что уважает Карен и ценит ее интуицию и поэтому назначил ее помощником специального агента в подразделении по борьбе с организованной преступностью, который сам возглавлял. Тот факт, что и Питер, и Карен пожаловали вместе, не предвещал ничего хорошего.

Софи попыталась сохранять спокойствие и не делать поспешных выводов, но грудь уже сдавило и воздух никак не попадал в легкие.

– Софи, – начал Питер серьезным, сдержанным тоном. – Боюсь, у нас плохие новости.

– Мне жаль, Софи, – с сочувственной ноткой добавила Карен.

– Жаль? Чего жаль? – Вообще-то Софи не ждала ответа и не хотела его услышать, в глубине души понимая, что ничего хорошего они не скажут. – Где папа? С ним что-то случилось?

– Он попал в аварию, – мягко сказал Питер. – Все плохо.

– Что? – выдохнула она, машинально прижимая руку к сердцу. – Что вы имеете в виду? Что плохо?

– Машина твоего отца пробила ограждение и упала в водоем. Он скончался на месте. – Питер произнес эти слова медленно, с расстановкой. – Мне искренне жаль, Софи. Это не та новость, с которой мне хотелось бы прийти к тебе.

Софи замотала головой.

– Это, должно быть, какая-то ошибка. Мой отец не умер. Он не может умереть. Он здоров. Он бегает каждый день. И в этот уикенд приготовит для меня ребрышки на гриле… свои знаменитые свиные ребрышки. Мы собираемся в воскресенье посмотреть «Янкиз». И еще хотим поговорить о моей поездке в Египет в следующем месяце… – Софи выдохнула. – Господи!

До нее вдруг дошло, что ничего этого не будет, и ноги стали как ватные.

Питер взял ее за руку и подвел к столу.

Она рухнула на стул.

Он опустился перед ней на корточки и заглянул в глаза.

– Дыши, Софи.

– Скажите мне, что это неправда. – Она умоляюще смотрела на него, но в его глазах была только боль.

– Хотел бы. Алан был моим добрым другом. Я и сам не могу поверить, что его больше нет. Знаю, как тебе трудно. Вы с ним так сблизились после смерти твоей мамы.

Слезы навернулись ей на глаза. Софи поднесла руку ко рту, чувствуя, что ее вот-вот вырвет. Слова Питера напомнили ей о последнем случае, когда она слышала ужасные новости. Но ее мама болела много лет, и они прощались не раз. Она знала, что конец близок и смерть была благословением, поскольку мама очень страдала.

И вот… Принять этот внезапный конец яркой жизни было невозможно. Они были вместе, вдвоем против всего мира с тех пор, как ей исполнилось шестнадцать.

– Где это произошло? Авария? Здесь, в городе?

– Нет, все случилось в нескольких часах езды отсюда – на севере Нью-Джерси. – Питер выпрямился.

– Что он там делал? – растерянно спросила она. – Это имело отношение к какому-то расследованию?

– По правде говоря, мы и сами толком не знаем, почему он оказался там, – сказала Карен. – Пытаемся это выяснить. Когда вы последний раз разговаривали с отцом?

Софи ненадолго задумалась.

– Два дня назад, в понедельник вечером. Мы не виделись несколько недель, и он попросил меня прийти в воскресенье. Вообще-то я не собиралась на барбекю, потому что на следующей неделе у меня выпускные экзамены и мне еще нужно составить тест. – Она тяжело вздохнула. – Вы уверены, что здесь нет ошибки?

– Уверены, – сказал Питер. – Ошибки нет.

– Кто-то еще пострадал? Я имею в виду другую машину.

– Мы не знаем наверняка.

Ответ смутил ее еще больше.

– Получается, мой отец просто съехал с дороги? Это какая-то бессмыслица.

– Похоже, он ехал на большой скорости.

– Во сколько это произошло?

– Около двух часов дня.

Два часа назад. Ее отец умер два часа назад, а она даже не почувствовала, что что-то изменилось. Как такое возможно?

– Где сейчас мой отец? Я хочу его увидеть.

– Он в офисе судмедэксперта в Нью-Джерси, и увидеть его пока нельзя. Пока с ним не закончат.

Софи посмотрела на него в замешательстве.

– Там проводят вскрытие?

– Да. Нам нужно знать, не стало ли ему плохо в дороге и не принимал ли он чего-то, что могло бы повлиять на его способность принимать решения.

– Ничего такого мой отец не принимал. У него было отличное здоровье. Он почти не пил. Вы сами прекрасно знаете. – Она разозлилась не на шутку. Как может Питер говорить такое о ее отце?

– Есть протокол, которому мы обязаны следовать. Мы также работаем с полицией Нью-Джерси и хотим определить, не участвовало ли в происшествии другое транспортное средство, которое могло потом скрыться.

– Кто его нашел?

– В службу 911 позвонил турист. Он видел аварию издалека и поэтому не смог оказать помощь, но полиция прибыла через несколько минут. Похоже, Алан погиб при столкновении. Он не страдал.

– Но вы не знаете наверняка, потому что по крайней мере несколько минут там никого не было. – При мысли о том, что ее отец успел понять, что умирает, ей стало нехорошо.

– Софи, – в разговор снова вступила Карен. – Я знаю, вы потрясены этой новостью. Мы все потрясены. Но мне нужно задать вам несколько вопросов.

– Например?

– Рассказывал ли ваш отец о каких-либо проблемах в своей жизни, на работе, с друзьями или коллегами?

– Нет, но он редко рассказывал мне о своей работе. Говорил, есть много такого, чего лучше избегать.

– А как насчет женщины? Был ли кто-нибудь в его жизни? – продолжала Карен.

– Не знаю. Иногда он ходил куда-то обедать. У него были подруги. Он не обсуждал их, а я не спрашивала.

– Когда вы разговаривали с отцом в понедельник, он говорил что-нибудь о предстоящих встречах, планах на ближайшие дни?

– Нет, не думаю. В основном обсуждали мою археологическую экспедицию. – Она уже чувствовала себя виноватой из-за того, что не расспросила, как у него дела. Возможно, она упустила какую-то важную подсказку, указывавшую на то, что должно было произойти.

– Вы знаете что-нибудь про Харрисона Делано? – спросила Карен. – В календаре вашего отца на сегодняшний вечер запланирован ужин с мистером Делано. Насколько я помню, Делано был его другом по Йелю.

– Да. Они поддерживали связь. – Софи взглянула на Питера. – Вы же знаете Харрисона. Почему бы не спросить его самого?

– Спросим, просто еще не успели, – ответил Питер. – Хотели сначала поговорить с тобой.

– Почему вы спрашиваете? Почему задаете все эти вопросы? Какое отношение планы моего отца на вечер имеют к его смерти?

– Мы проверяем все, чтобы отыскать хоть какие-то зацепки, – сказал Питер. – Карен просмотрела календарь Алана.

– Я пытаюсь выстроить его график на неделю, – добавила Карен. – Вчера ваш отец был в офисе и ушел до трех, что для него рано. Сегодня утром он не пришел, но и не сообщил, что заболел. Я несколько раз пыталась до него дозвониться, но он не отвечал. Я забеспокоилась, потому что у нас есть несколько важных дел, требующих его внимания. Я поехала к нему домой, но мне никто не открыл. Насколько удалось установить, последним, кто с ним разговаривал, был охранник в офисном здании. Хорошо бы найти кого-нибудь еще.

– Во всяком случае это была не я. – Софи облизнула губы. До нее начал доходить смысл их вопросов. – Так вы думаете, что это не был несчастный случай? Агенты ФБР не срываются просто так с горных дорог.

– Мы проверяем все версии, – сказал Питер. – Наш приоритет – выяснить, что случилось с твоим отцом.

– И мы получим ответы, – твердо пообещала Карен. – Вашего отца любили и уважали не только в нью-йоркском отделении, но и во всей стране. Мы сделаем все необходимое.

– Надеюсь. – Друзей у ее отца было действительно много, и Софи поняла, что на ней лежит большая ответственность. Нужно всех обзвонить, подумать о планировании похорон, поговорить с адвокатом относительно завещания отца, зайти к нему домой и взять из ящика стола большой блокнот, в котором, как он сказал однажды, есть вся необходимая информация, которая понадобится ей, если с ним что-нибудь случится.

Софи никогда не заглядывала в тот блокнот и даже не открывала ящик, хотя отец регулярно напоминал ей об этом. После смерти ее матери, узнав, как трудно подбирать пароли, он поклялся, что никогда не оставит дочери проблем. Она ответила, что и думать об этом не хочет, что у них впереди годы, десятилетия, чтобы привести все в порядок.

Софи смахнула с щеки слезинку. Поплакать можно будет позже.

– Мне нужно всех обзвонить.

– Буду рад помочь с организацией, – предложил Питер. – Ты можешь не суетиться.

– Я даже не представляю, с чего начать, – пробормотала она. – Кому позвонить…

– Могу взять на себя йельскую группу. Харрисон Делано, Майкл Бреннан, сенатор Роли, Дайана Льюис и все остальные, о ком вспомню. В любом случае мне нужно опросить каждого из них и выяснить, когда они в последний раз разговаривали с твоим отцом.

– Было бы хорошо.

– И, конечно же, мы известим всех сотрудников Бюро – в нью-йоркском отделении и по всему миру, – вставила Карен. – Ваш отец был наставником очень многих агентов, когда работал инструктором в Квантико. – Она помолчала. – И моим. Алан сделал из меня агента, и я заверяю вас – мы все выясним. Он это заслужил.

– Спасибо.

– Мы могли бы отвезти тебя домой, – предложил Питер, – и продолжить разговор. Обсудить похороны можно и потом, а пока у нас есть к тебе еще несколько вопросов, и я думаю, что дома было бы удобнее. Ты не против?

Софи сомневалась, что есть такое место, где ей было бы удобнее. И меньше всего ей хотелось сейчас отвечать на вопросы.

– Мне нужно немного времени, чтобы прийти в себя. – Их выжидающие взгляды и желание незамедлительно приступить к делу показались ей неуместными. – Спасибо за предложение подвезти, но я живу всего в нескольких кварталах отсюда, и мне не помешало бы пройтись и подышать свежим воздухом.

– Мы прогуляемся с вами, – тут же сказала Карен.

Софи нахмурилась.

– Извините. Не сочтите за грубость, но мне действительно нужно немного побыть одной.

– Ты права, – кивнул Питер. – Давай сделаем так. Ты идешь домой, собираешься с силами, а мы придем часа через два, скажем, около половины седьмого? Принесем индийскую еду. Если я правильно помню, ты ее любишь.

– Я не голодна. – Софи не могла представить, что когда-нибудь снова будет есть.

– Я все равно принесу что-нибудь. Нам важно поговорить как можно скорее. Пока след не остыл.

– Но я ничего не знаю о его работе.

– Возможно, ты знаешь больше, чем думаешь.

– Хорошо. – Она поднялась. Спорить не хотелось. Хотелось просто побыть одной.

– Вот и отлично. И пожалуйста, до нашего разговора не общайся с журналистами, – предупредил он.

Конечно же, смерть ее отца получит огласку, а значит, ей надо поторопиться со звонками.

Софи взяла сумочку и направилась к выходу.

Они расстались на лестничной клетке, и она уже без сопровождающих поднялась в свой кабинет на третьем этаже. На столе стояла фотография в рамке – они с отцом на выпускном в колледже. Он привез ей леи с Гавайев, и чудесные розовые цветы украсили ее белое платье. Ее родители ездили туда в свой медовый месяц и потом возвращались каждый год. Гавайи были одним из их любимых мест отдыха. После смерти мамы они развеяли ее прах в море у острова Оаху. Таково было ее желание.

А отец? Где хоронить его? Она понятия не имела. Придется все-таки пойти к нему домой и достать тот чертов блокнот.

Какая несправедливость! Ей всего двадцать восемь, и уже приходится хоронить второго родителя.

Софи глубоко вздохнула, преодолевая боль и сознавая, что держится из последних сил. Но ей нужно подумать, что делать дальше. Прежде всего, встать. Пойти домой. Позвонить, рассказать людям, что случилось. Из родственников осталась тетя Валери, сестра матери, которая жила в Австралии с мужем и детьми. Они не виделись с похорон матери, больше двенадцати лет. Но тетя Валери так много сделала для нее, пока мама болела. Ей нужно обязательно позвонить.

Софи достала из сумки телефон. В течение дня он был выключен, а с полудня пошли спаренные занятия, так что она не проверяла его уже несколько часов.

Первым, что бросилось в глаза, были четыре голосовых сообщения с одного и того же незнакомого номера.

Спамеры обычно не звонили по нескольку раз подряд и не оставляли сообщений.

Голос отца ударил в самое сердце. В первый момент у нее даже мелькнула шальная мысль, что Питер и Карен ошиблись и ее отец жив, но в первом же сообщении она услышала совершенно несвойственные ему эмоции: тревогу, беспокойство, даже страх. И то, что он говорил, не имело смысла и звучало безумно.

Первое сообщение оборвалось внезапно. С каждым следующим недоумение только росло.

Отец говорил загадками, намеками. Извинялся, убеждал никому не верить и быть осторожной, но не объяснял, что именно происходит, почему он звонит, где находится и что делает.

Последнее сообщение оборвалось на полуслове. Она услышала ужасный грохот, за которым последовала тишина.

Ей стало не по себе. Что это было? Не в этот ли самый момент его машина перелетела через ограждение?

Неужели он умер из-за того, что записывал ей сообщения, вместо того, чтобы следить за дорогой?

Или потому, что угроза, от которой он убегал, настигла его на дороге?

Она перезвонила по определившемуся номеру, но не услышала вообще ничего – ни гудков, ни автоматического ответа оператора.

Почему он не позвонил ей с того телефона, которым обычно пользовался? Конечно, в наличии еще одного телефона не было ничего особенного: один был служебным, другой – для личных целей. Но в данном случае появился третий телефон – интересно, для чего?

Он определенно попал в беду. Говорил о доверии и о неправильном выборе. Что это за выбор? Что он сделал? И почему не позвал на помощь кого-то из своих – Питера или Карен? Конечно, он доверял Питеру. Они всегда были друзьями. Но он позвонил не Питеру, а ей. Он сказал ей, что нужно сделать, и она это сделает.

Софи встала из-за стола, положила телефон в сумку и вышла из офиса. Миновав кампус, она оказалась на многолюдной нью-йоркской улице. Жизнь продолжалась, но ей все казалось нереальным.

На лбу выступил пот, солнце припекало, но она не могла позволить себе расслабиться. К тому же и время было не на ее стороне. Питер и Карен обещали приехать к ней домой в половине седьмого. К этому времени нужно будет уйти. Переодеться, собрать вещи и сесть в машину.

От этого плана пришлось, однако, отказаться. Завернув за угол, Софи увидела двух мужчин, которые вышли из темного внедорожника и направились к ее дому. Вроде бы ничего опасного – слаксы, рубашки на пуговицах, – и все же что-то заставило ее остановиться. Через окна на лестничной клетке она видела, что они поднимаются наверх. Интуиция подсказывала – эти двое идут в ее квартиру.

В голове зазвучали слова отца: «Не доверяй никому. В том числе полиции. И уж, конечно, не доверяй Бюро. Избавься от телефона, как только прослушаешь эти сообщения, чтобы они не смогли тебя отследить».

Софи достала из сумки телефон и с минуту смотрела на него в нерешительности. Отец сказал выбросить, но тогда она больше не услышит его голос.

Нет, она не сделает этого… пока.

Оставит при себе на какое-то время.

Но она сделает все остальное, о чем он просил.

Софи развернулась и поспешила подальше от дома, в другую сторону. Надо найти укромное место, еще раз прослушать сообщения и решить, что делать дальше.

Смешавшись с толпой, она почувствовала себя еще более одинокой. Существует ли тот, кто мог бы ей помочь?

Конечно, у нее были друзья, но она не имела права подвергать их опасности. Тем более что и сама не знала, в чем именно заключается опасность.

Какими бы загадочными ни казались инструкции отца, она должна им следовать. Его смерть подтверждала всю серьезность предупреждений. Она должна поверить ему и найти способ спастись.

Оставляя позади прежнюю жизнь, Софи снова достала телефон и еще раз прослушала голосовые сообщения.

Жизнь больше не будет прежней.

Глава 2

Специальный агент Деймон Вулф терпеть не мог лето. Особенно вот такую нью-йоркскую жару, из-за которой он уже в шесть часов вечера покрывался липким потом. Все плохое в его жизни случалось именно в жару. Возможно, совпадение, но влажную летнюю жару он за это не любил.

Хотя думать об этом надо было раньше, когда он согласился приехать в Нью-Йорк и продолжить службу в подразделении по борьбе с организованной преступностью местного отделения ФБР, которым руководил его наставник Алан Паркер. Но тогда, три недели назад, об отказе не могло быть и речи. Алан стал его инструктором в Академии ФБР в Квантико и потом некоторое время после. Деймон всегда хотел работать у лучших, и Алан был таким.

Однако неделю назад, после приезда в Нью-Йорк, ему пришлось составлять отчеты по прошлым делам, над которыми он работал последние два года, так что с наставником они виделись нечасто. Алан уже несколько раз говорил, что скоро, вот-вот, обсудит с ним новое задание. Деймон надеялся, что его напарником будет Уайатт Таннер, агент и давний друг. Он и назначил встречу в парке возле Ист-Ривер вместо какого-нибудь бара, где можно было бы выпить холодного пива.

Четыре года назад, еще находясь в академии, они создали приватный чат для экстренных случаев, и в этот чат Уайатт прислал зашифрованное сообщение SOS. О чате знали шесть человек, но откликнулся один только Деймон. Он понятия не имел, следят ли за чатом остальные, поскольку в последнее время им практически никто не пользовался, но сам взял за правило заходить в него каждый день.

Уайатт работал под прикрытием в криминальной организации, и любой его контакт, кроме контакта с куратором, Аланом Паркером, мог грозить разоблачением. Следовательно, Уайатт вляпался в серьезные неприятности.

Приблизившись к месту встречи, Деймон по привычке огляделся. Баскетбольная площадка с двумя щитами и две группы подростков. На игровой площадке – несколько семей с детьми. Ничего подозрительного – тихий летний вечер в крошечном зеленом уголке, каких не так уж много в городе энергичных людей, бесконечного бетона, досадных пробок и небоскребов.

Его внимание привлекло неясное движение между деревьями у реки. В следующий момент из-за деревьев появился и сам Уайатт. Точнее, его бледная копия.

Уайатт не просто сбросил несколько фунтов; он похудел по меньшей мере фунтов на двадцать, и линялые джинсы едва держались на его бедрах. Длинные каштановые волосы шли в комплекте с густой бородой, руки украшали многочисленные татуировки. Кроме того, Деймон заметил синяки на лице товарища и глубокий порез на лбу. Левый глаз Уайатта почти заплыл.

– Что, черт возьми, с тобой случилось? – спросил он.

– На меня напали, – ответил Уайатт.

– Ты в порядке? – Деймону не понравился блеск в глазах товарища. Тот нервно оглядывался по сторонам и покачивался с пятки на носок.

– За тобой следили? – быстро спросил он.

– Нет.

– Что-то случилось?

– Не знаю. Возможно. Да.

Такие ответы встревожили Деймона еще больше.

– Ты что-то принимаешь?

– Нет. Хотя… Сам не знаю. Просто не спал пару суток. – Уайатт вынул руки из карманов и похлопал себя по щекам.

– Тебе нужно в больницу, приятель. Ты как на иголках.

– Это может быть опасно. Меня пытались убить.

– Кто?

– Не знаю. Не видел. Было слишком темно. Едва ушел.

– Ты связался с Аланом?

– В том-то и дело. На меня напали там, где я должен был встретиться с Аланом. Думаю, он меня подставил.

– Не может быть! – шокированный заявлением Уайатта, Деймон замотал головой, категорически отвергая такую мысль.

– Тогда почему он не отвечает на мои сообщения? Я уже два дня пытаюсь с ним поговорить. Он просто молчит.

Деймон нахмурился – ответа на этот вопрос у него не было.

– На этой неделе Алан почти не появлялся в офисе. Вообще после переезда сюда я его почти не видел.

– Несколько недель назад он сказал мне, что пригласит тебя. Я подумал, что это хорошо. Алан уже давно сам не свой. – Уайатт поджал губы, помолчал. – А может, наоборот. Может, у него какая-то своя игра.

Деймон четко понимал только одно: Уайатту нужна помощь.

– Послушай, я не знаю, что происходит, но тебе нужна передышка. Ты в плохой форме.

– Думаешь, я сам не знаю? – сердито бросил Уайатт. – Но если я раскроюсь, то и дня не проживу.

– Тогда оставайся в тени. В городе должен быть врач, к которому обращается Бюро. В Ди-Си[1] такой точно был.

– Я не доверяю Бюро. У нас завелся предатель. Может, Алан. Может, кто-то еще.

– Ну уж мне-то ты можешь доверять.

В кармане Деймона звякнул телефон. Уайатт вздрогнул, как будто в него выстрелили, и отскочил на пару шагов. В темных глазах заметались огоньки страха.

– Ты кому-нибудь говорил, что идешь на встречу со мной?

– Нет, никому. Это от Бри. – Деймон повернул телефон так, чтобы Уайатт сам прочитал сообщение. – Она возвращается завтра в город. Закончила дело в Мичигане и предлагает встретиться – пообедать и поговорить. Я не видел ее с тех пор, как перебрался сюда.

На какой-то миг выражение лица Уайатта смягчилось, а взгляд прояснился. Они познакомились в Квантико в первый учебный день, тогда еще совсем молодые и горящие желанием поступить в Бюро и оставить свой след в мире. Трудно поверить, что с тех пор прошло четыре года. Так много всего случилось.

Уайатт немного расслабился, но тут из-за угла на большой скорости вылетел автомобиль. Уайатт схватил Деймона за руку и потащил его за деревья. Черный внедорожник остановился рядом с баскетбольной площадкой, не заглушив двигатель.

– Что ты сделал?! – В глазах Уайатта вспыхнули безумные огоньки. – Что ты, черт возьми, сделал?

– Ничего я не сделал. И понятия не имею, кто там.

– Врешь.

Деймон почувствовал, как в бок ему уткнулось что-то твердое. Пистолет? Учитывая состояние Уайатта, он вовсе не был уверен, что тот не выстрелит.

– Нет. О том, что ты со мной связался, не знает никто. Я на твоей стороне.

– Или только притворяешься. Как Алан.

– Алан никогда бы тебя не сдал. Он не такой.

– Я уже ничему не удивляюсь. Люди способны на все, если хорошо их мотивировать, – цинично усмехнулся Уайатт.

– Ты вымотался. Плохо соображаешь. Тебе нужно поспать и поесть. Отдохнешь, и мы поговорим. Во всем разберемся.

Уайатт как будто задумался, но тут дверца внедорожника распахнулась, и из машины показались чьи-то ноги в джинсах.

– Мне пора, – быстро сказал он и скрылся за деревьями.

Деймон заколебался. Пойти за ним? Или посмотреть, кто выйдет из машины?

Секундой позже из внедорожника вышли и поспешили к корту трое подростков, один с баскетбольным мячом в руках. Опасности они не представляли, и Уайатт понял бы это, если бы рассуждал логично.

Деймон направился к реке, рассчитывая найти друга, но тот исчез. Потратив на поиски минут десять, он сдался. Исчезать Уайатт умел едва ли не лучше всех.

Он мысленно вернулся к их разговору. В то, что Алан каким-то образом подставил Уайатта, Деймон поверить не мог. Но если его действительно раскрыли – а судя по тому, как он выглядел, такое могло случиться, – тогда ему угрожает серьезная опасность. И в таком состоянии, как сейчас, он долго не протянет. Уайатт всегда отличался обостренной интуицией и, как хамелеон, мог вписаться в любую группу, благодаря чему считался идеальным агентом для работы под прикрытием. Но, конечно, не сейчас.

Деймон достал телефон и набрал личный номер Алана. О встрече с Уайаттом он решил пока не говорить, только прощупать Алана и посмотреть, что тот скажет.

Увы, телефон Алана переключился на голосовую почту.

Поколебавшись, Деймон набрал рабочий номер. К его удивлению, трубку взяла женщина.

– Агент Ли, – четко сказала она. – Кто звонит?

Странно, Карен работала в отделе по борьбе с организованной преступностью под Аланом, но на звонки, адресованные ему, не отвечала.

Что-то не так.

– Карен, это Деймон. Я ищу Алана.

– Я перевела его звонки на себя.

– Почему?

– Ты не знаешь?

– Чего я не знаю? – Предчувствие чего-то нехорошего поползло по спине.

– Алан мертв. Умер сегодня днем.

– Что? – Он крепче сжал телефон. – О чем ты говоришь?

– Погиб в автоаварии в сельской местности на севере Нью-Джерси.

– Боже мой… – он не нашелся, что сказать.

– Знаю, – ее голос дрогнул. – Это трагедия.

– На несчастный случай не похоже, – продолжала Карен. – Ехал на большой скорости, следов заноса или торможения нет. Вылетел в водоем.

– Свидетели есть?

– Турист. Наблюдал с расстояния почти в милю. Толком ничего не видел.

– Другие машины?

– Свидетелю показалось, что он видел на дороге еще один автомобиль, но не уверен. Он позвонил в 911, и полиция быстро прибыла на место, но было слишком поздно.

– Поверить не могу, – пробормотал он, чувствуя, как участился пульс и затрещала голова. Алан мертв? Как такое возможно?

– Не только ты. Он не говорил тебе, куда собирался сегодня, почему оказался в Нью-Джерси? На работе он не был, ни с кем не связывался.

– Я не разговаривал с ним с понедельника. Он сказал, что немного занят, и, поскольку я заканчивал свое дело, мы договорились встретиться на следующей неделе. – Деймон помолчал, спрашивая себя, не связана ли смерть Алана с покушением на Уайатта. Уайатт думал, что его подставил Алан, но, возможно, кто-то подставил их обоих. Он хотел задать Карен еще несколько вопросов, но сдержался: после паранойи Уайатта и смерти Алана разумнее было не говорить лишнего.

– Мне пора, – сказала Карен. – У нас тут много всякого.

– Я могу чем-то помочь?

– Работать будем допоздна. Надо установить, кто мог представлять угрозу для Алана. Учитывая, сколько дел он вел за последние двадцать с лишним лет, список будет длинный.

– Я скоро буду. – Он прокашлялся. – Что насчет дочери Алана? Ей сообщили? – Ему сделалось не по себе при мысли о том, каким ударом стала эта новость для Софи.

– Мы с Питером говорили с ней несколько часов назад. Она была потрясена.

Его сердце сжалось от сочувствия к этой красивой блондинке с теплыми карими глазами, неотразимой улыбкой и мягкими, сексуальными губами, которые так и тянуло поцеловать. Он не видел ее четыре года, с той единственной ночи, которую они провели вместе. Ночи, которой не должно было случиться.

С тех пор он старался держаться от нее подальше. Когда Алан случайно упоминал дочь, он быстро менял тему. Софи была частью его прошлого, и именно там он намеревался ее оставить.

Но теперь…

Деймон мог только представить, каково ей сейчас. Он сам чувствовал себя так, словно потерял правую руку, а ведь Алан был всего лишь его наставником, а не отцом.

– Как… как она? – неловко спросил он, понимая, что вопрос совершенно неуместный.

– Не знаю. Мы с Питером разговаривали с ней около четырех и договорились, что встретимся у нее дома в полседьмого. Она хотела побыть немного одна, собраться с духом, но когда мы пришли, дверь была открыта, а квартира разгромлена.

– Ты сейчас в квартире Софи? – с тревогой спросил он.

– Да.

– А Софи?

– Ее здесь нет. Мы пытаемся отследить ее телефон. Будем надеяться, она просто пошла прогуляться или навестить подругу. Ты знаешь кого-нибудь из ее друзей? Вы с Аланом долгое время были близки. Ты тоже знаешь Софи?

– Нет, – отрезал он. – Я понятия не имею, кто ее друзья.

– Ладно. Итак, зачем ты звонил Алану? Я могу тебе чем-то помочь?

Он на мгновение замялся.

– Сейчас это не имеет значения. Увидимся в офисе.

Деймон сунул телефон в карман и выдохнул. Он пришел в парк всего лишь час назад, и за это время его мир перевернулся. Сначала Уайатт вел себя как параноик, а теперь Алан…

Алан Паркер мертв. В это невозможно было поверить. Ему не исполнилось и шестидесяти. Он был здоров, подтянут и полон энергии – прирожденный лидер, умный начальник, хороший друг.

Деймону следовало бы привыкнуть к тому, что люди исчезают из его жизни. Это случалось достаточно часто, но каждый раз он оказывался не готов к новому удару судьбы. Не все они умерли, большинство просто ушли.

Но сейчас дело было не в нем, а в Алане… и Софи.

Торопливо оглядевшись, Деймон вышел из тени деревьев и пошел через парк к выходу. Мысли его обратились к женщине, которая произвела на него такое впечатление, что он бежал от нее со всех ног.

Они встретились в непростой момент. Оба потеряли своего хорошего друга – Джейми Роуленда. Деймон и Джейми вместе служили в армии, а потом подались в ФБР. Софи знала Джейми с детства, ведь их отцы – Алан и Винсент – работали вместе в Бюро.

Деймон встретил Софи на поминках Джейми. Еще не зная, кто она, эта красивая блондинка, он увидел, что ей так же больно, как и ему. В ее глазах застыла боль, а губы, как ему показалось, дрожали.

Их потянуло друг к другу мгновенно. Физическое влечение соединилось с желанием уединиться, и они, незнакомцы, удивительным образом поняли, что именно нужно каждому из них в эту ночь.

Только потом, узнав, кто она и кто ее отец, он понял, как сглупил, переспав с дочерью человека, который мог легко вышвырнуть его из академии.

Но, по-видимому, Софи не рассказывала отцу об их коротком романе, потому что Алан не обмолвился ни словом. И, конечно, сам он держал рот на замке, ведь Алан помог ему построить новую карьеру в ФБР.

И вот теперь Алан был мертв.

Софи – где бы она ни была – должно быть, сходит с ума.

Может быть, просто выплакивает горе в каком-нибудь баре?

Или ее кто-то похитил? Кто-то, кто столкнул Алана с дороги. Неужели и ей что-то угрожает? Тот факт, что в ее квартиру вломились, не предвещал ничего хорошего.

Деймон сошел с тротуара и поднял руку, подзывая такси. Сидя в ползущей в городском потоке машине, он достал телефон и отправил сообщение Бри: встретимся за ланчем и обсудим бейсбол.

Зайдя в интернет, Деймон перешел в тот секретный спортивный чат, где оставлял сообщение Уайатт. Общались здесь на зашифрованном бейсбольном жаргоне, и каждый использовал имя одного из игроков команды «Метс», участвовавшей в Мировой серии 1986 года.

Здесь они всегда называли Алана Коучем. Уайатт был Фернандесом – в честь знаменитого питчера-левши. Деймон не знал, заглянет ли Уайатт на форум, но это был лучший способ для связи.

Подумав секунду-другую, он написал: Коуч мертв. У Фернандеса проблемы. Надо встретиться. Кто свободен?

Глава 3

Беря в аренду машину, Софи едва не воспользовалась своей кредитной картой, но вовремя вспомнила, как легко отследить такой платеж.

Она не знала, от кого убегает, но отец сказал ей быть осторожной, особенно остерегаться полиции, поэтому нашла банкомат и сняла семьсот долларов наличными – максимальную сумму, которую могла снять со своего счета за один день.

Потом она поймала такси, доехала до пункта проката и взяла самую дешевую машину, какую смогла найти.

Отец велел отправиться в ее любимое место – домик на берегу озера в северном Адирондаке, в пяти часах езды на автомобиле. Она понятия не имела, зачем он отправил ее туда. Почему он так загадочно говорил о безопасности? От кого ей защищаться? Кто может ей угрожать? Хорошо бы знать имя.

Разве что он сам не знал его наверняка?

Или, может быть, ему не хватило времени…

Как же она жалела, что не подняла трубку, когда он позвонил. Но он, вероятно, на это и не рассчитывал. Почему он не позвонил ей утром, до того, как она ушла на работу, когда они могли бы поговорить?

Вопросов так много – и ни одного ответа.

Она все еще не могла поверить в то, что он мертв. Все случившееся напоминало сон. Дурной сон. Если бы только она могла проснуться!

Телефон снова завибрировал, и она поняла, что должна от него избавиться. Последние тридцать минут он звонил непрерывно.

Софи взяла телефон с консоли и включила прослушивание голосовых сообщений. Ее злило, что к голосу отца примешались другие. Телефон надо отключить, но он был для нее своего рода последней связью с отцом.

Первое сообщение от Питера Ханта:

«Софи, мы в твоей квартире, а тебя здесь нет. Похоже, к тебе вломились. Я волнуюсь. Где ты? Пожалуйста, перезвони мне как можно скорее».

Вломились? Кто? Возможно, те двое парней, которых она видела, когда подходила к дому?

Следующее сообщение было от ее подруги Кэтлин, коллеги-профессора по университету:

«Боже мой, Софи. Я только что смотрела новости и узнала о несчастном случае с твоим отцом. Мне очень, очень жаль. Хочу помочь. Пожалуйста, перезвони мне или приезжай. Не могу поверить, что это произошло. Знаю, насколько вы были близки. Хочу быть рядом с тобой. Перезвони мне».

Может быть, она и перезвонит Кэтлин, но определенно не сейчас.

Третье сообщение пришло от ее подруги и соседки:

«Это Бекки, Софи. Я только что узнала новости. Мне очень жаль. Но сейчас я больше беспокоюсь о тебе. Где ты? В твоей квартире полиция, домовладелец сказал, что к тебе вломились. Никто не знает, где ты. У входа пасется съемочная группа какой-то новостной программы, и парни в темных костюмах стучатся в двери и опрашивают жильцов – кто что видел или слышал. Я вернулась домой несколько минут назад и толком не знаю, что случилось. Если у тебя неприятности, я хочу помочь».

Получается, она правильно сделала, что не вернулась домой, а доверилась чутью и убежала. То, о чем предупреждал отец, уже началось. Нужно следовать его указаниям, какими бы безумными они ни казались. Нужно быть осмотрительной и не рисковать, пока она не разберется, что происходит.

Заметив знак, Софи машинально повернула направо, выехав на хайвей в направлении, противоположном изначальному. Миль через десять она съехала на обочину, но выключать двигатель не стала.

Софи взяла телефон и в последний раз прослушала отцовские сообщения, стараясь сохранить в памяти его слова и голос. Слушая каждое предложение, она пыталась обнаружить в нем какие-то подсказки, но тщетно. Волны боли, накатывая одна за другой, угрожали унести ее в пучину сожаления и печали, а этого она допустить не могла. Ее ждали дела.

– Прощай, папа, – прошептала Софи.

Она вышла из машины, положила телефон под переднее колесо, вернулась за руль и проехала вперед. Осколки она выбросила в ближайший кустарник. Вернувшись за руль, Софи проехала еще миль пять, развернулась и покатила в обратном направлении.

Если они отследили ее телефон до этого места, то по крайней мере на какое-то время она сбила их со следа. Разумеется, ФБР, располагая огромными ресурсами, рано или поздно ее найдет. Вообще-то все, что им нужно, это поговорить с Винсентом Роулендом.

Винсент и ее отец вместе работали в ФБР и лет двадцать назад купили домики на озере. Лучшие друзья, они считали, что им нужно место, где их семьи могли бы быть в безопасности. Оба коттеджа приобретались с максимальными предосторожностями, так что обнаружить настоящих владельцев было непросто. Мало того, приезжая на озеро, оба мужчины использовали вымышленные имена. Семья Софи значилась здесь как Фремингемы, а Роуленды – Болдуинами.

В детстве это все казалось ей забавной игрой. Приезжая летом на озеро, Софи познакомилась и подружилась с сыном Винсента, Джейми, и его дочерью Кэсси. К сожалению, после того как ее мать заболела, поездки на озеро стали реже, а потом, когда Софи окончила школу, отец и вовсе перестал там бывать – слишком много воспоминаний было связано с этим местом. Время от времени она ездила туда на выходные с Джейми или Кэсси, но потом, как это всегда бывает, их жизненные пути разошлись. Джейми пошел в армию. Кэсси переехала в Калифорнию. Винсент развелся с их матерью и уволился из ФБР, чтобы путешествовать и играть в гольф. А отец Софи на некоторое время уехал в Квантико.

Возможно, в своем стремлении уберечь ее от неизвестной опасности отец просто не принял Винсента во внимание. Или, может быть, он доверял Винсенту на все сто и полностью на него полагался.

Софи нахмурилась, вспомнив голосовые сообщения. Отец призывал ее не доверять ФБР, а значит, и двум самым близким коллегам, Питеру и Карен.

В этом свете их расспросы зазвучали несколько иначе.

Чего они хотели? Раскрыть убийство ее отца или выяснить, что известно ей? Оставалось только надеяться, что в домике на озере найдутся какие-то ключи к этой загадке.

Софи прибавила газу, но следила за спидометром – не хватало только, чтобы ее остановили за превышение скорости.

Время шло, Софи понемногу успокоилась и даже рискнула остановиться у придорожного киоска и взять кофе, чтобы не уснуть на горной дороге.

Она также включила радио, и какое-то время музыка помогала отвлечься, пока из динамиков не зазвучала одна из любимых песен Джейми. Та, которую Кэсси играла на поминках брата. Официальная церемония прошла днем раньше, но Кэсси хотела проститься с братом в том месте, которое он очень любил, и Софи присоединилась к компании.

В тот уикенд она проехала по этой дороге в последний раз.

Хотя в самом прощании было что-то катарсическое – собрались люди, любившие Джейми так же сильно, как она, – Софи испытала невероятную грусть. Он был одним из самых близких ее друзей, даже ближе, чем его сестра, потому что при всем своем обаянии и кажущейся беззаботности умел внимательно слушать и мог дать добрый совет.

Среди присутствующих было немало пар, включая Кэсси, которая привела своего тогдашнего бойфренда.

Софи была одна. Как и он, тот симпатичный темноволосый парень с пронзительными голубыми глазами, зацепившими ее с первого взгляда.

Никогда прежде у нее не было такой сильной физической реакции на мужчину, реакции, схожей с ударом под дых, после которого воздух вылетает из легких, подкашиваются ноги, и ты понимаешь, что можешь упасть, если не будешь осторожна.

Конечно, она забыла об осторожности. Приняла от него бокал вина, потом еще и еще. Они сидели у костра на берегу и говорили о Джейми, а потом заиграла музыка, и ей пришла в голову безумная идея – потанцевать. Каким-то образом они оказались далеко от берега…

Она проглотила подступивший к горлу ком.

Деймон Вулф появился в ее жизни в самый неподходящий момент.

В ту ночь она не знала ничего, кроме его имени. Не знала и не хотела знать. Ей хватило другого.

Сопротивляться влечению не было сил. Да она и не пыталась сопротивляться. Она просто хотела позволить себе испытать это удивительное чувство. И да, все было восхитительно.

Но когда взошло солнце, она была одна.

Позже Софи узнала, что Деймон готовится стать агентом ФБР в Квантико и что ее отец – один из его инструкторов.

Деймон не искал ее, и она не знала, был ли причиной тому ее отец. Впрочем, это не имело значения.

С самого начала, с первой секунды их знакомства Софи знала, что Деймон не тот мужчина, удержать которого она могла бы дольше, чем на одну ночь. И возможно, так было лучше.

Он пошел дальше своим путем, став агентом ФБР, а она последовала за своей мечтой – быть археологом.

Наверное, Софи могла бы радоваться тому, что отец увидел, как она получила докторскую степень, узнал о ее первом большом открытии, наблюдал, как она ведет занятия, но с горечью думала о другом, о том, чего он не увидит: ее свадьба, дети и много чего еще…

Еще больнее было оттого, что она не может ни с кем поговорить, не может пойти к своим друзьям, обнять их, не может поделиться своим горем с людьми, которые знали ее отца и ее саму. Но отец сказал, что нужно сделать, и она это сделает. С надеждой, что однажды все это обретет смысл.

* * *

Когда Деймон пришел в офис, в конференц-зале, примыкающем к кабинету Питера Ханта, уже собралось около дюжины агентов. В нью-йоркском отделении Бюро Питер Хант имел ранг ответственного специального агента и служил непосредственно под началом Уолтера Холмса, ответственного помощника директора. Они курировали дюжину оперативных групп и специализированных подразделений, одним из которых было подразделение по борьбе с организованной преступностью во главе с Аланом Паркером.

Карен Ли, заместитель Алана, излагала собравшимся свои соображения о том, какие криминальные структуры могли быть причастны к смерти ее шефа.

– Мы считаем, что наибольшего внимания требуют к себе следующие три организации. – Она повернулась к маркерной доске. – Во-первых, группа Расулова: русский преступный синдикат, действующий на Брайтон-Бич и возглавляемый Сергеем Расуловым. Во-вторых, семья Вентури: давняя итальянская мафиозная семья, которой управляют братья Стефан и Лоренцо Вентури. И в-третьих, ответвление японской якудзы, которым руководит сейчас новый для нас персонаж, Тоси Акита. Мы присмотримся в первую очередь к ним, но также будем благодарны за любую другую информацию.

Карен отступила, и ее место занял Питер Хант.

– Наш главный приоритет – и это же указано в директиве директора Холмса – найти дочь Алана. – На большом настенном мониторе появилась фотография Софи.

Внутри у Деймона все сжалось. Последние четыре года она жила в его мыслях, но при этом он всячески старался стереть ее черты из памяти. Теперь же Софи смотрела прямо на него карими, с золотыми крапинками, глазами, обрамленными длинными черными ресницами. Светлые волосы падали на плечи густыми волнами. Чистая, гладкая кожа с легким розовым оттенком на скулах. Над правой бровью – три веснушки. На фотографии их видно не было, но Деймон знал – они есть. Веснушки были и на плечах, и на груди…

Он заставил себя сосредоточиться на Питере, который рассказывал о событиях прошлого дня.

– Софи вышла из здания Нью-Йоркского университета около пяти часов вечера, что следует из записей камер наружного наблюдения на территории кампуса. Сейчас мы подключаемся к другим камерам по пути ее следования домой, но информация еще не получена. Мы также отслеживаем ее телефон. Вполне возможно, что Софи поехала к подруге и ее не было дома, когда в квартиру вломились неизвестные, но эта версия требует подтверждения. Вы все знаете, что Софи была для Алана смыслом жизни. Так давайте же сделаем все, что в наших силах, чтобы не только найти Софи, но и выяснить, кто убил Алана. Все прочее отходит на второй план.

Агенты поднялись и потянулись к выходу, на ходу переговариваясь и обсуждая внезапную смерть Алана. В глазах у некоторых женщин блеснули слезы.

Деймон знал Паркера так же хорошо, как и многие в этом здании, но он был здесь новичком, проработал в офисе всего неделю и чувствовал себя едва ли не чужаком.

– Деймон! – окликнул его Питер.

Деймон остановился и повернулся.

– Зайди ко мне, поговорим, – сказал Питер.

– Конечно. – Деймон совсем не знал Питера. У них состоялся всего один короткий разговор, при знакомстве в первый рабочий день.

У себя в офисе Питер жестом попросил Деймона закрыть за собой дверь и указал на стул.

Деймон сел, отметив про себя, как изменился Питер за считаные мгновения: от всей его энергичности и решительности не осталось и следа, лицо побледнело и напряглось.

– Чем могу быть полезен?

– Знаю, Алан просил тебя приехать в Нью-Йорк, чтобы поработать в его команде, но Карен сказала, что никакого расследования тебе еще не поручили, и мне это показалось странным.

– Я подтягивал кое-какие хвосты.

– По делу MDT. – Питер кивнул. – Я в курсе. Ты хорошо поработал.

– Спасибо. Должен признаться, мне помогли.

– Семья Монро. Как я понимаю, они дали ценные показания.

– Именно так.

– Мне любопытно, почему ты не остался в Ди-Си?

Не слишком ли много личных вопросов, подумал Деймон, но спрашивать не стал.

– Я всегда хотел работать на Алана. Он лучший… был лучшим, – поправил себя Деймон и ощутил очередной прилив злости на несправедливость жизни.

– Алан был одним из лучших агентов, с которыми я когда-либо работал, – согласился Питер. – Вообще-то это он принял меня в Бюро.

– Не знал.

– Да. Мы вместе учились в Йеле. В нашей группе я был кибернердом и после колледжа занимался системами компьютерной безопасности. А потом Алан взял меня на работу в ФБР. Он изменил мою жизнь. – Питер помолчал. – Он на многих повлиял.

– Да, он был харизматичный, – согласился Деймон.

– И мог оценить талант лучше, чем кто-либо другой. Знал, как проявить в людях лучшее. Поэтому и добился успехов в Квантико. Распознавал героев с первого дня.

Деймон слушал болтовню Питера с ощущением, что они приближаются к какой-то точке, но делают это чертовски медленно. Дождавшись следующей паузы, он спросил напрямик.

– О чем вы на самом деле хотите поговорить?

Питер выпрямился, словно понял вдруг, что заблудился в своих воспоминаниях.

– Алан уважал тебя. Полагаю, он вызвал тебя в Нью-Йорк не просто так, а имея на то причину. Думаю, из-за проблемы, которой не хотел делиться ни с кем другим. И думаю, что эта проблема убила его. – Питер посмотрел на Деймона так, словно ожидал возражений и был готов отстаивать свое мнение.

– Алан говорил, что расскажет о моем следующем задании на этой неделе, но так и не успел. Если у него и был какой-то секрет, со мной он не поделился.

– Жаль. Я надеялся, что ты мне поможешь.

– Хотел бы, но… Думаю, с делами Алана лучше знакома Карен Ли.

– Обычно так оно и было, но Карен сказала мне, что последние несколько недель он вел себя странно. Скрытничал, не всегда был доступен. Она предполагала, что у него какие-то сложности в личной жизни. А теперь задается вопросом, не связано ли это с работой.

– Жаль, но я об этом ничего не знаю.

– Вот и я тоже. – Питер вздохнул. – Нам нужно найти Софи. Вернуть Алана мы не можем, но мы должны сделать все, чтобы спасти его дочь. Ты был дружен с Аланом и, наверное, знаешь Софи?

– Я встречался с ней однажды, много лет назад.

– Есть предположения, куда или к кому она могла отправиться, если хотела сбежать от всего этого?

– Учитывая ваши отношения с ее отцом, я бы предположил, что она сбежала к вам.

– Да, я бы тоже так подумал, – тяжело вздохнул Питер. – Вот почему я склоняюсь к тому, что она скрылась не по своей воле.

Софи чья-то пленница? От этой мысли ему стало не по себе.

– Надеюсь, это не так.

– Вот и я тоже надеюсь. Спасибо. Можешь идти.

Деймон уже подходил к двери, когда в офисе зазвонил телефон.

– Сенатор, – сказал Питер, снимая трубку. – Да, знаю. Невозможно поверить. Трагическая потеря.

«Интересно, кто из сенаторов позвонил в Бюро, чтобы выразить соболезнования?» – подумал Деймон, закрывая за собой дверь. Питеру не позавидуешь, обязанность уведомить друзей и близких о смерти Алана лежала на нем.

Он видел много смертей – и во время службы в армии, и в ФБР – и знал, как это нелегко.

Пройдя по коридору, Деймон поднялся на лифте на свой этаж. В крошечном кабинете, где он не успел толком освоиться, его ждал еще один сюрприз – на этот раз приятный. Наконец-то в этом здании у него появился друг, и этим другом была симпатичная брюнетка со светло-голубыми глазами.

– Бри, как я рад тебя видеть.

Они обнялись.

– Не могу поверить, что Алан мертв. Услышала эту новость, как только сошла с самолета. Сначала подумала, что это какая-то ошибка.

– Если бы так… – Деймон сел за свой стол, Бри устроилась рядом на стуле.

– Судя по тому, сколько людей собралось здесь в такое позднее время, это не был несчастный случай, – сказала она.

– Нет, не был. И что еще хуже, дочь Алана пропала. Никто не знает, сбежала или до нее кто-то добрался.

– Это тревожный знак, – с беспокойством сказала Бри.

– Ее квартира разгромлена, там явно что-то искали – все ящики выдвинуты, диванные подушки порезаны.

– Они что-то искали и полагали, что это у нее.

– Или же полагали, что она что-то знает. Но мне трудно представить, что Алан посвящал дочь в свою работу. Он старался не вмешивать ее в эти дела. Помню, как-то он сказал, что не хочет, чтобы она была частью нашего мира.

– Тот, кто проник в ее квартиру, мог этого не знать. Есть какие-нибудь зацепки?

– Со мной никто информацией не делился, но я здесь почти никого не знаю. Может быть, у тебя получится лучше.

Бри проработала в нью-йоркском отделении всего три месяца и, хотя к подразделению Алана отношения не имела, поскольку занималась делами, связанными с похищением и розыском пропавших детей, контактов у нее было больше. А сам Деймон мог доверять Бри полностью. Она была из той группы, которую сам Алан отобрал для переезда в Нью-Йорк.

Теперь, когда Алан был мертв, Деймон не мог не задаться вопросом, для чего они все были нужны ему здесь.

– Попытаюсь что-нибудь узнать. – Бри бросила быстрый взгляд через плечо и, убедившись, что поблизости никого нет, добавила: – Надо потолковать о бейсболе.

– Давай прогуляемся.

Они не проронили больше ни слова, пока не спустились вниз и не отошли от федерального здания на несколько сотен ярдов.

– Ты говорил с Уайаттом? – спросила Бри.

– Да, мы встретились в парке возле Ист-Ривер сегодня вечером. Выглядел он паршиво. Сказал, что кто-то пытался его убить и изрядно отделал. Дергался, постоянно оглядывался, нес какую-то чушь. Я подумал, он либо сидит на чем-то, либо не спал неделю.

Бри покачала головой.

– На Уайатта не похоже.

– Вел себя странно. Сказал, что Алан его подставил.

– Бред. Алан никогда бы так не поступил.

– То же самое я ему и сказал, но Уайатта это не убедило. Сказал, что Алан назначил ему встречу, но сам не появился, и он попал в засаду. Если его подставил не Алан, то это мог быть кто-то другой из Бюро, потому что они действовали в соответствии с протоколами.

Бри недоверчиво покачала головой.

– Алан никогда бы не предал своего агента.

– Так или иначе, Уайатт скомпрометирован и ему угрожает опасность. Я пытался уговорить его пойти ко мне домой, но к площадке подъехала машина, и он занервничал и убежал. Как потом оказалось, в машине были подростки, но он не стал ждать и сорвался. Надо бы узнать, над каким делом работает Уайатт.

– А ты не знаешь? – удивленно спросила она. – Он тебе не сказал?

– Нет. То ли не успел, то ли думал, что я уже знаю.

– Но вы же в одной команде.

– Алан ни в одну из текущих операций меня не посвящал. А мне вот интересно, не связаны ли нападение на Уайатта и несчастный случай с самим Аланом?

– Тебе нужно поговорить с Карен Ли.

– Знаю, но можно ли ей доверять? Что ты думаешь? Ты ее знаешь?

Бри заколебалась.

– Недостаточно хорошо, чтобы сказать наверняка.

– Что подсказывает интуиция?

– Не уверена, – задумчиво протянула Бри. – Карен умная, амбициозная, целеустремленная. Много работает. С Аланом, как мне кажется, у них было полное взаимопонимание. Одно время я даже предполагала, что у них более личные отношения – видела их в одном месте за поздним обедом. Но, с другой стороны, они могли просто обсуждать какое-то дело.

– Интересно.

– Что будем делать с Уайаттом? Я видела твое сообщение в чате насчет Алана, но он не ответил, как и остальные.

– Думаю, Парисы и Диего может не быть в стране.

– Или у них нет доступа к чату. Остаемся мы с тобой.

– Надеюсь, Уайатт снова выйдет на связь и назначит еще одну встречу.

Бри откинула со щеки прядку волос, и Деймон увидел темные круги у нее под глазами.

– У тебя усталый вид.

– Мало спала на этой неделе, но оно того стоило. Мне удалось вернуть дочь матери. Такое случается нечасто, а все прочее не имеет значения.

Он улыбнулся.

– Поздравляю. Вернемся в офис?

Бри виновато посмотрела на него.

– Знаешь, я действительно устала. Мне нужно поспать несколько часов, чтобы мозг снова заработал.

– Конечно. Не расстраивайся. Над делом Алана работает большая команда.

– Я подключусь завтра утром. Но если тебе что-то понадобится раньше…

– Я буду на связи.

– Рада, что ты в Нью-Йорке. Пусть даже не в одном подразделении, но все равно приятно знать, что ты рядом.

– Честно говоря, даже не представляю, что мне поручат теперь, когда Алана уже нет. Посмотрим. И нам надо вытащить из беды Уайатта.

– Вытащим, – пообещала Бри.

Деймон проводил ее взглядом и повернул назад.

– И Софи тоже, – пробормотал он.

Глава 4

Он старался держаться в тени, крался осторожно. Вместо широких улиц выбирал узкие неосвещенные переулки. Наверное, надо было принять предложение Деймона. Он всегда ему доверял. Но, с другой стороны, он всегда доверял и Алану, и вот…

Уайатт Таннер не знал, что и думать.

Он не хотел верить, что человек, в чьих руках была его жизнь последние десять месяцев, оказался предателем, но найти другого объяснения произошедшему он не мог. И даже если предал не Алан, то это сделал кто-то из Бюро. Кто-то из очень небольшой группы посвященных.

Алан привел его в нью-йоркское отделение десять месяцев назад с вполне определенной целью: внедриться в итальянскую мафиозную семью Вентури, обезглавленную в восьмидесятых годах, но вернувшуюся в дело после 11 сентября, когда правительство переключило внимание на исламские террористические группировки. Вентури возродились еще и потому, что год назад старик Джанкарло Вентури умер в тюрьме и двое его сыновей решили восстановить семейный бизнес.

Долгое время Лоренцо и Стефан Вентури просто отмывали грязные деньги, но потом постепенно, через бизнес с недвижимостью, оптовую продажу алмазов и азартные игры, перешли к торговле наркотиками, подпитывая опиоидную эпидемию на северо-востоке страны.

Проникнуть в семью Вентури Уайатту помогли навыки строителя, полученные в юные годы благодаря отцу, который сам был неплохим подрядчиком и рабочим. Разумеется, отец и подумать не мог, что сын воспользуется приобретенными на стройках умениями, чтобы внедриться в мафиозную семью.

Поначалу дело шло медленно, но потом Уайатт сблизился с одним из бригадиров, который пригласил его поиграть в покер. Благодаря хорошей памяти и бесшабашности в азартных играх ему удалось получить приглашение на игры хайроллеров. В конце концов, как и планировалось, Уайатт задолжал младшему брату Вентури – Лоренцо.

Чтобы расплатиться, пришлось хвататься за любую дополнительную работу, которую подкидывали братья: сначала мелкую, вроде внесения наличных на различные банковские счета, а потом, когда он доказал, что заслуживает доверия, более ответственную, такую как доставка наркотиков, оружия и алмазов.

Дело против Вентури выстраивалось как нельзя лучше, но несколько недель назад кое-что изменилось.

В бизнес вошел новый игрок. Братья Вентури проводили тайные встречи, и внутри организации поползли слухи об объединении с более крупным синдикатом.

Два дня назад Алан назначил Уайатту встречу, сославшись на необходимость обсудить некую важную информацию. Это было необычно, потому что раньше контакты инициировал сам Уайатт. Так или иначе, Паркер на встречу не явился, а Уайатт попал в серьезную переделку, из которой едва вышел живым. Иначе как подставой объяснить произошедшее было невозможно.

Сначала он думал, что у Вентури есть кто-то внутри ФБР. Поверить в то, что таким «кротом» оказался Алан Паркер, было невозможно, но в тот момент он представлялся единственным кандидатом.

Теперь перед Уайаттом стояла двойная задача: остаться в живых и докопаться до правды. В парке, на встрече с Деймоном, он сорвался и запаниковал, решив, что Деймон замазан так же, как и сам Паркер, ведь последний лично пригласил его к себе на работу. В этом он, наверное, ошибся. Но Деймон был хорошим парнем, а вот у Уайатта голова из-за усталости и недосыпа работала плохо. В висках пульсировала боль, перед глазами плыли круги, тело ломило. Помимо всего прочего, у него почти закончились наличные. Вариантов не оставалось.

Меньше всего он хотел обращаться за помощью, но других вариантов не было. Да и Деймон действительно мог помочь.

Чтобы связаться с ним, нужно было просто выйти в интернет. С этой целью Уайатт и зашел незадолго до полуночи в полупустое интернет-кафе.

Потратив несколько долларов из того, что еще оставалось, он получил десять минут интернета, зашел на бейсбольный форум, открыл приватный чат и увидел сообщение от Деймона.

Прочтя его, Уайатт замер и, откинувшись на спинку стула, перечитывал сообщение снова и снова.

Коуч мертв. У Фернандеса проблемы. Надо встретиться. Кто свободен?

Коуч – Паркер, Фернандес – он сам, и Деймон обращался к остальным за помощью. Но пока никто не ответил.

Может быть, Алан все же не был предателем? Или, может быть, ему поручили убрать Уайатта, а он провалил задание? Алан мог действовать не сам, а нанять какого-нибудь головореза.

Впрочем, теперь это все не имело никакого значения. Смерть Алана не могла быть несчастным случаем. Кто же его убрал? Кто-то из ФБР? Кто-то из семьи Вентури? Или тот, кого называли новым игроком?

Он пробежал пальцами по клавиатуре. Пожалуй, у Деймона могут возникнуть такие же проблемы, как и у него. Тем более что он последний, кого привел в дело Алан.

Деймон выбрал для чата имя звездного кэтчера Гэри Картера. Ему Уайатт и адресовал свое сообщение:

Картеру не следовало подписывать контракт с новым тренером.

Возможно, ему лучше вернуться в молодежную команду. Там игроки получше. Предлагаю встретиться завтра на тренировке в клетке в девять вечера. Надо бы поработать над свингом.

Деймон поймет, что место встречи – аркада на Восьмой улице, где они уже встречались несколько раз. Место безопасное, людное.

Он кликнул «отправить», надеясь, что не совершает ошибку.

Даже если Деймон чист, все может закончиться плохо, если информация об их встрече дойдет до плохих людей.

* * *

Деймон не спал всю ночь, ворочаясь на кровати в душной квартире, жить в которой можно было лишь с открытыми окнами и двумя работающими вентиляторами. Кондиционер присутствовал, но со своими обязанностями не справлялся. Деймон снял квартиру по причине ее близости к работе, но теперь, похоже, пришло время подумать об улучшении жилищных условий.

Не в состоянии уснуть, он несколько часов размышлял, куда могла пойти Софи, если ей грозила опасность. Перебирая варианты, он снова и снова возвращался к месту, где они встретились в первый и последний раз: к небольшому коттеджу на берегу озера в Адирондаке.

Он не знал, есть ли там у Паркеров дом или Софи просто ездила туда с Роулендами – Кэсси и Джейми. Но он помнил, с какой нежностью она рассказывала о летнем отдыхе на озере. Само озеро находилось в пяти часах езды к северу от города. Может быть, именно там она и чувствовала себя в безопасности.

Но действительно ли это место безопасно для нее?

Был еще один вопрос, на который Деймон не находил ответа. Софи выросла в семье агента, и ФБР было для нее едва ли не вторым домом. Если она столкнулась с опасностью, то почему убежала от друзей отца?

На это должна быть по-настоящему веская причина.

Устав от хождений по кругу, он вылез из постели около четырех, принял душ, надел джинсы и футболку и заглянул на бейсбольный форум.

Здесь его ждал сюрприз – сообщение от Уайатта. Он был жив и даже назначил встречу на девять вечера.

Глядя на часы, Деймон прикинул, сколько времени потребуется для поездки на озеро и успеет ли он вернуться на встречу с Уайаттом. Расчеты показали, что успеет. Он сел в машину, проехал до ближайшей закусочной, где выпил кофе и позавтракал буррито, и выехал на федеральную автостраду. Возможно, он сгоняет впустую, но в любом случае ему нужно быть на озере к десяти и вернуться в город вечером.

Конечно, Софи могло там не быть. Не исключено, что она вообще никуда не убегала. Ее могли похитить. И даже убить. Он тут же отогнал ужасную мысль прочь. Зацикливаться нельзя. Он сделает только то, что в состоянии сделать: проверит коттедж. В офисе от него толку мало. Команда Алана не то чтобы отстранила его, но они определенно не считали себя обязанными делиться с ним информацией. Очевидно, они доверяли ему не больше, чем он им.

Может быть, Бри удастся что-то разведать. Пусть она и не в команде Алана, но кого-то из них она наверняка знает. Он вспомнил, что договорился встретиться с ней за ланчем, и решил, что позже напишет и отменит встречу. Конечно же, Бри еще спит.

Колеса накручивали мили, и в какой-то момент Деймон поймал себя на том, что наслаждается поездкой, ему было приятно сидеть за рулем и чувствовать на лице прохладный ветер. После поступления в Бюро четыре года назад он жил в постоянном стрессе с ощущением непроходящей усталости. Обычно ему нравилось жить в напряженном темпе – пустое время неизбежно подталкивало к размышлениям. Деймон предпочитал двигаться вперед, реализовывать задуманное. Но сейчас, похоже, ему придется как следует обдумать ситуацию.

Его наставник, человек, на которого он пришел работать, мертв.

Что из этого следует? Он не был уверен, что хочет работать на Карен Ли, если ее повысят. С другой стороны, ФБР могло назначить на место Алана кого-то другого. Понятно, что это случится не скоро. Какое-то время ему придется побыть в подвешенном состоянии, но это и к лучшему. У него будет возможность помочь Уайатту и поискать Софи.

Деймон стиснул зубы, вспомнив, как ехал по этой дороге на поминки Джейми. Еще свежо было воспоминание, как он впервые ее увидел. Вообще-то он искал Кэсси, но вся жизнь мгновенно замерла, когда в комнате, полной народу, он случайно встретился взглядом с Софи. Его потянула к ней какая-то неодолимая сила, и он не стал сопротивляться.

Присутствовавшие делились своими рассказами о Джейми, а Деймон не произнес ни слова, потому что было слишком больно говорить об этом человеке. Слишком молодом, чтобы умереть.

У него сжалось в груди.

Черт! Мне все еще больно думать о том дне.

После смерти Джейми он едва не уволился из Квантико. Именно Алан убедил его остаться. Он был на пороге выпуска и новой карьеры, и, конечно, Джейми хотел бы, чтобы он прошел весь путь.

Но еще до всего этого Деймон провел невероятную ночь с невероятно красивой женщиной, влечение к которой так напугало его, что он ушел, когда она еще спала. Ушел, потому что, проснувшись, она могла улыбнуться ему, поманить взглядом, соблазнить своим телом и заставить забыть обо всем на свете.

Может быть, если бы он встретил ее в другое время, в другом месте, все было бы по-другому… или нет?

Деймон не верил в любовь, Софи же была сама любовь.

Остаться или уйти – в итоге он разочаровал бы ее любым выбором, а потому предпочел сбежать и потом постоянно боялся увидеть ее снова.

Что ж, этот страх придется преодолеть.

Он был многим обязан Алану Паркеру и, имея возможность найти Софи, должен это сделать.

Найти, а потом исчезнуть. Во второй раз должно быть легче.

* * *

Где же этот чертов ключ? Каждая ушедшая минута напоминала ей, как быстро летит время. Часы показывали девять тридцать утра четверга, и солнце поднималось все выше.

Коттедж стоял в некотором удалении от береговой линии, прячась между высокими могучими деревьями, отделявшими его от соседних зданий на добрых двадцать пять ярдов.

Ближайший дом принадлежал Роулендам, но отсюда его не было видно. Из окон дома ей открывался вид на озеро, и за последние несколько минут она увидела пару человек, выгуливающих собак, и идущих к озеру детей. Городок просыпался, и ей нужно было скрыться до того, как ее заметят.

Приехав около полуночи, Софи хотела поискать ключ, но, добравшись до коттеджа и спрятав машину за лодочным сараем в миле отсюда, обнаружила, что в доме нет электричества. Никто не приезжал сюда уже целую вечность, и смотритель заходил только несколько раз в год днем – смахнуть пыль и паутину и убедиться, что имущество в целости и сохранности.

Она попыталась поискать свечи, но, не имея в своем распоряжении даже телефонного фонарика, ничего не нашла и в конце концов легла на диван и провалилась в беспокойный сон.

Удивительно было то, что ей вообще удалось уснуть, но, очевидно, голове и сердцу требовалась передышка от боли и тревог. Едва проснувшись, она возобновила поиски, но ничего не нашла.

Какая нелепость. Коттедж был не таким уж большим – две спальни, ванная, гостиная и маленькая кухня.

Кладовка все еще была забита пляжными принадлежностями, стульями, веслами для двух каяков, оставшихся в гараже, пляжными полотенцами и прочими случайными вещами, которые она уже просмотрела. Она даже забралась на чердак и порылась в старых коробках, давным-давно перенесенных туда и составленных одна на другую.

Это навело ее на грустные воспоминания, обернувшиеся слезами, когда она наткнулась на ворох фотографий разных лет.

И что дальше? Софи осмотрела отцовскую спальню и комод, в котором обнаружилось только заплесневелое постельное белье. В ванной – ничего. Она порылась в кухонных ящиках, выбрасывая ненужные вещи, и нашла пару ключей, но все они были либо от коттеджа, либо от старой, давно проданной лодки.

Софи вернулась ко второй спальне, той, которая всегда принадлежала ей. Там стояла широкая кровать – она уже сняла одеяло и проверила под подушками. Это было нелегко, поскольку кровать напоминала о Деймоне и той ночи, которую они провели вместе.

С той ночи она здесь больше не бывала. Домик у озера хранил слишком много воспоминаний – как хороших, так и плохих, – и, хотя ей нравилось копаться в прошлом людей, живших много веков назад, свое прошлое она предпочитала не трогать.

Желая поскорее отогнать воспоминания, связанные с кроватью, Софи вернулась в гостиную.

Что она упускает?

Не совершила ли она ошибку, приехав сюда? Может быть, говоря о самом любимом месте, он имел в виду что-то другое?

Но ничего другого в голову не приходило. И все же зачем надо было отправлять ее так далеко? Почему он не оставил этот ключ где-нибудь в Нью-Йорке? Если не у нее и не у него дома, то почему не где-то поближе, где его легче найти?

На то должна быть причина. Возможно, он просто хотел, чтобы она побыстрее убралась из города. Или он оставил здесь ключ давным-давно, а потом так и не вернулся, чтобы забрать. Она уже не помнила, говорил ли он о поездках на озеро в последние годы, но, с другой стороны, она вообще мало знала о том, чем он занят по выходным. Они были близки, но в то же время заняты каждый своей работой и, хотя часто разговаривали и переписывались, лично виделись несколько раз в месяц.

Софи обвела взглядом комнату, и из какого-то уголка памяти выплыло старое воспоминание.

Ей было лет десять или одиннадцать. Они с мамой на кухне, мама печет печенье. Софи вышла и заглянула в гостиную – попросить отца покатать ее на лодке.

– Что ты делаешь, папочка? – спросила она, когда отец осторожно вытащил кирпич из стены над камином.

– Устраиваю тайник, – ответил он с улыбкой, хотя глаза его остались серьезными.

– Для чего?

– Для всего, что нам понадобится. Это будет наше секретное место, как этот наш секретный дом. Ты ведь умеешь хранить тайны, да?

– Я никому не скажу, – пообещала она.

– Вот и молодец. Надеюсь, ты знаешь, как сильно я тебя люблю.

Последние слова отдались болью, но Софи быстро прошла через комнату и провела пальцами по кирпичам, пытаясь вспомнить, какой из них вытаскивается. Помечая место, отец сказал тогда что-то о ее возрасте – одиннадцать лет.

Она отсчитала снизу одиннадцать кирпичей и толкнула последний. Он чуточку подался, и она, ухватив покрепче, вытащила его из стены.

Сердце екнуло – в углублении лежал серебряный ключ.

Нашла.

Но ключ был не единственным предметом в тайнике. Рядом с ним лежал маленький 9-миллиметровый пистолет, похожий на тот, который, как она видела, носил ее отец.

Софи почувствовала, как участилось дыхание. Она умела пользоваться оружием. Отец научил ее стрелять, когда она была подростком. Но пистолет и ключ заставили ее подумать о том или тех, кто отнял жизнь у ее отца.

Она достала ключ и положила его в карман, потом взяла пистолет.

С крыльца донесся звук тяжелых шагов.

Кто-то идет!

Сосед, друг или враг?

В окно она увидела силуэт мужчины.

Он постучал.

Она не ответила.

Может быть, он уйдет.

Не ушел.

Он постучал снова, а затем пинком распахнул дверь.

Софи подняла пистолет и направила на незваного гостя.

– Стоять на месте. Руки вверх.

Глава 5

– Не ждал, что ты будешь рада встрече, но не предполагал, что захочешь застрелить. – Он поднял руки.

– Деймон…

Вот уж кого она никак не ожидала здесь увидеть. Со времени их первой и последней встречи прошло четыре года. За четыре года можно облысеть, располнеть и поседеть, но, к сожалению, ничего этого не случилось. Он выглядел так же неотразимо сексуально, как и в тот далекий день, когда она впервые его увидела.

Темно-каштановые волосы остались такими же густыми и волнистыми и вызывали невольное желание пригладить их ладонью. Голубые глаза манили таящейся в них загадкой, и она знала, что они, как море, способны менять цвет в зависимости от настроения и накала страсти. Полные губы были такими же аппетитными, а при беглом взгляде на широкие плечи, стройные бедра и длинные ноги по спине у нее побежали мурашки, не имеющие никакого отношения к опасности, но явно связанные с тем необъяснимым влечением, которое вспыхнуло в момент их первой встречи и которое она так и не преодолела.

– Не хочешь опустить пистолет? – негромко, но твердо спросил он.

Софи вздрогнула, понимая, что теряет самообладание. Нет, на этот раз такого не должно случиться.

– Что ты здесь делаешь? Почему вышиб дверь?

– Я искал тебя, постучал, а когда ты не ответила, решил убедиться, что у тебя все в порядке… ну, что-то вроде того.

– Вот как? Ты ведь слышал о моем отце, да?

– Слышал. Мне очень жаль. Правда.

Скорее всего, ему и впрямь было жаль. Отец считал его одним из лучших своих учеников и на протяжении многих лет поддерживал с ним связь.

Ирония заключалась в том, что Деймон был, вероятно, единственным мужчиной, которого она могла бы представить отцу и который бы ему понравился.

Вообще же он не одобрял ее знакомств с кем-либо из ФБР и держал по возможности подальше от своей работы и коллег по Бюро. В какой-то степени такое отношение помогало ей в решении поставленной задачи: никогда больше не видеть Деймона.

– Нам нужно поговорить, – сказал он. – И мне было бы спокойнее делать это не под дулом пистолета.

– Как ты узнал, что я здесь?

– Интуиция. Тогда, на поминках, ты сказала, что это место много значило для тебя и Джейми.

Джейми… У нее сдавило грудь. Почти все, кого она когда-либо любила, уже мертвы.

– Ты говорил кому-нибудь, что едешь сюда? Кому-нибудь из Бюро?

Деймон пристально посмотрел на нее.

– Нет, я приехал один. Но тебя ищут. Ты знаешь, что в твою квартиру вломились?

– Да. Подруга оставила сообщение. Но я не смогла ей перезвонить.

– Почему? Потому что потеряла телефон за сотни миль отсюда?

Значит, они отследили сигнал ее мобильного. Она так и предполагала.

– Хороший ход, чтобы сбить людей со следа.

– Однако я не справилась – ты ведь здесь.

– Я здесь не потому, что отследил телефон. – Он помолчал. – Я просто закрою дверь. Не стреляй.

Софи и сама не знала, сможет ли в него выстрелить, а он, казалось, не слишком волновался из-за этого. Пистолет она не опустила по одной причине: держа Деймона под прицелом, она как бы контролировала ситуацию.

Он закрыл дверь, но защелка не сработала – сломался замок.

– Тебе придется это починить. Хотя замок в любом случае не очень поможет.

– Тебе нужно уйти.

– Давай сначала поговорим. Почему ты сбежала из своей квартиры? Спряталась от друзей, от коллег отца? Почему ты решила исчезнуть?

– Потому что кто-то убил моего отца.

– Это мог быть несчастный случай.

– Ты веришь в это не больше, чем я, – бросила она.

– Может быть, но думаю, тебя напугало что-то конкретное.

– Ты имеешь в виду двух мужчин, которых я видела возле дома?

– Ты видела тех, кто вломился в твою квартиру? – удивленно спросил он.

– Не могу утверждать, что это были они, но очень похоже.

– Как они выглядели?

– Как обычные сотрудники спецслужб или кто-то в этом роде. Не знаю.

Деймон уставился на нее, и она прекрасно понимала, о чем он думает.

– Почему ты боишься сотрудников спецслужб, если твой отец из ФБР?

– Интуиция, – солгала она, понимая, что нисколько бы их не испугалась, если бы не отцовское предупреждение. – И, похоже, я была права, что сбежала. Кто знает, что бы случилось, вернись я домой.

Он сжал зубы.

– Послушай, Софи, я хочу помочь тебе.

– Почему? С какой стати?

Глаза его потемнели, и воздух разве что не заискрился – они оба оказались вдруг на опасной территории, куда ни он, ни она, очевидно, не хотели бы ступать.

– Мы не друзья, – быстро добавила она, торопясь разрядить напряжение. – Мы никто. Мы не виделись четыре года. Почему тебя волнует, где я, что я делаю? Из-за обязательств перед моим отцом? Из-за этого, да? Иначе зачем бы тебе тратить время и катить в такую даль?

– Я должен был позвонить тебе после той ночи, – сказал он.

– Я не жду извинений.

– Неужели?

– Нет. Может быть. Нет. – Мысленно Софи обругала себя за прозвучавшую в ее голосе неуверенность. – Все это не имеет значения. У меня есть проблемы поважнее.

– Тогда давай поговорим о настоящем, – с готовностью предложил он. – Я уважал твоего отца. Он был моим наставником. Я многим ему обязан и знаю, что он хотел бы, чтобы я помог тебе. Он доверял мне, и я надеюсь, что ты тоже мне доверяешь.

– Я не знаю, доверял ли тебе мой отец. – Она покачала головой.

– Это почему же? – вспыхнул он.

– Потому что отец сказал мне не доверять никому из Бюро, а поскольку ты агент, то это и к тебе относится.

– Когда он это тебе сказал?

Она поняла, что проговорилась.

– Недавно.

– Недавно? Неужели? И когда же? Может, сегодня? Что еще он сказал?

– Не твое дело.

– Ты не понимаешь, важным может быть каждое слово. Ты должна сказать мне.

– Ничего я тебе не должна. Если бы он хотел, чтобы ты что-то знал, он бы оставил тебе сообщение.

– Значит, он оставил тебе сообщение?

Черт, какой сообразительный.

– Не важно, как и когда он мне это сказал. Я тебе не доверяю. И против него не пойду.

– Софи, я не просто какой-то агент…

– Ох, пожалуйста… То, что мы видели друг друга голыми, ничего не значит.

Деймон только нахмурился.

– Послушай, мы теряем время. И вот как все будет. Либо ты расскажешь мне, что беспокоило твоего отца, и тогда я помогу выяснить, кто его убил, и позабочусь о твоей безопасности, либо тебе придется застрелить меня. Вот такие у тебя варианты. Потому что без тебя я отсюда не уеду.

– Думаешь, я не смогу спустить курок? – с вызовом спросила Софи. – Не думай – смогу.

– И что это даст тебе? Продвинешься в поисках убийцы отца?

Он раздражал ее этими спокойными, точными вопросами. Она поддавалась эмоциям, он пользовался логикой.

– Ладно. Вот что я могу тебе сказать. Отец сообщил, что у него неприятности. Что он беспокоится за мою безопасность. Что я не должна никому доверять. Что мне надо спрятаться и делать все, чтобы остаться в живых. – Софи умолчала о той части, где отец говорил о ключе и следующем шаге.

– Это все? – спросил Деймон.

– Там было что-то о том, как он сожалеет и как сильно меня любит, но последнее сообщение внезапно оборвалось. – Она прерывисто вздохнула. – Думаю, он звонил мне из машины перед тем, как съехал с дороги и сорвался в водоем. Я услышала грохот, а потом наступила тишина.

– Он сказал, кто за ним охотится? Называл имена? Упоминал о деле, над которым работал?

– Нет. Никакой конкретики. Я говорю правду. Я бы и сама хотела узнать имя или что-то еще, чтобы не убегать, не зная, кто может меня преследовать. – Она облизнула губы. – Думаю, он просто хотел попрощаться. – Ее глаза наполнились слезами, рука с пистолетом задрожала, плечи поникли.

– И что ты собираешься теперь делать? У тебя есть план?

– Я еще не решила. Знаю только, что мне нельзя здесь оставаться.

– Конечно, нельзя. Не понимаю, зачем ты вообще сюда приехала. Кто-то в ФБР наверняка знает об этом месте. Питер Хант сказал мне, что твой отец привел его в ФБР. Весьма вероятно, что он когда-то приезжал сюда.

– Нет, не приезжал. Здесь с нами были только Роуленды. Им принадлежит домик по соседству. Винсент и мой отец купили эти два коттеджа давным-давно, и о них не знал никто. Мы приезжали сюда под вымышленными именами. Тогда я думала, что это какая-то игра. Отец не допускал, чтобы работа смешивалась с нашей частной жизнью.

– Бюро в любом случае выйдет на Винсента Роуленда. Пусть Винсент и отошел от дел, они с твоим отцом были хорошими друзьями. С ним обязательно будут разговаривать.

– Я все это знаю, но мне нужно было куда-то уехать. Побыть одной, поплакать, подумать. Я не планировала здесь оставаться дольше, чем на ночь.

Деймон с сомнением покачал головой и перевел взгляд на камин, выемку и лежащий на полу кирпич.

– Нет, ты приехала сюда не предаваться скорби. Ты приехала, чтобы что-то взять.

– Пистолет.

– Пять часов езды ради пистолета? Ну нет, на это я не куплюсь. Ты не говоришь мне всей правды, Софи. И пока не скажешь, я не смогу тебе помочь.

– Деймон, пожалуйста, просто уходи. Просто оставь меня в покое, – попросила она, отчаянно пытаясь избавиться от него, пока не совершила какую-нибудь глупость. Например, не начала доверять ему. – Я исчезну. Уеду в такое место, о котором никто не знает. Тебе больше не нужно беспокоиться обо мне. Ты выполнил свой долг. Приехал за мной. Сделал это ради памяти моего отца. А теперь сделай кое-что для меня – оставь меня в покое. Тебе удавалось это четыре года. Продолжай в том же духе.

Он стиснул зубы.

– Я не оставлю тебя одну. Для тебя это опасно. Ты не сможешь обратиться за помощью к друзьям, потому что подвергнешь их опасности. И даже если будешь очень осторожна, ты совершишь ошибку, потому что не знаешь, как прятаться. Я – знаю. Так или иначе, тебе придется кому-то довериться. Так что придержи свой гнев и позволь мне позаботиться о тебе.

Прежде чем Софи успела ответить, на нее внезапно обрушился град осколков оконного стекла.

Это что, черт возьми, такое?

Стекло второго окна разлетелось точно так же, и что-то просвистело у ее уха.

Деймон схватил Софи за руку и потянул вниз – в тот же самый миг взорвалось третье окно.

В нее стреляли!

– Ты не ранена? – спросил Деймон, скользнув взглядом по ее лицу.

Она молча помотала головой. Осколки стекла посекли обнаженные руки и застряли в волосах, но пули прошли мимо.

– Кто стреляет?

– Не важно. Нам нужно выбираться отсюда. Здесь ведь есть черный ход? – отрывисто спросил Деймон.

– Да, но что, если они уже там?

Еще одна пуля разбила последнее стекло, и Софи пригнулась ближе к Деймону. Оружие, из которого вели огонь, вероятно, было с глушителем, потому что самих выстрелов слышно не было – только звон бьющегося стекла.

– Не высовывайся. – Деймон подобрался к стене и выглянул в окно.

– Ты кого-нибудь видишь?

– Да, за деревьями. Думаю, он один. Похоже, прострелил мне шины. Наверно, решил, что это твоя машина. Вот что мы сделаем. Ты выбежишь через заднюю дверь, а я займусь нашим стрелком. – Он вытащил из-за пояса пистолет.

Ее собственная недавняя сцена с пистолетом выглядела теперь довольно нелепой. Деймон, конечно же, мог обезоружить ее в любой момент, если бы только захотел.

– Где твоя машина?

– Оставила у лодочного сарая в миле отсюда.

– Хорошо. Иди туда. Я приду, как только смогу. Где этот лодочный сарай?

Она на мгновение заколебалась.

Он сердито посмотрел на нее.

– Серьезно? Кто-то пытается убить тебя, Софи, и я единственный, кто может ему помешать.

– Это недалеко от Колдуэлл-роуд, за Кингстон-Лодж. Что, если ты не сможешь выйти? Что, если у моей машины кто-то есть?

– Я выйду, а ты будешь ждать меня. Я нужен тебе, Софи, хочешь ты это признать или нет.

Ваза на столе разлетелась вдребезги от очередного выстрела.

Софи подняла пистолет, подползла к кухонному столу, схватила свою сумку и метнулась через кухню к задней двери. Задний двор был огорожен, и она никого там не увидела.

Снова раздались выстрелы – это уже Деймон открыл огонь.

Софи выскользнула за дверь, прошла вдоль стены, юркнула в ворота и кинулась к зарослям. Она даже задержала дыхание, чувствуя себя под прицелом. Но Деймон сделал свое дело и отвлек стрелка.

Уже добравшись до леса, Софи услышала вдалеке вой сирен. Кто-то услышал выстрелы и вызвал полицию. Стрельба прекратилась. Потом где-то поблизости взревел мотор.

Похоже, при звуках сирены стрелок сбежал. Оставалось только надеяться, что с Деймоном все в порядке.

* * *

Спустя несколько минут Софи уже была у лодочного сарая. Ее машина стояла на своем месте. Она достала ключи и с минуту смотрела на машину, прежде чем решилась подойти. Сердце колотилось. Скользнув за руль, она с трудом удержалась от того, чтобы тут же не умчаться прочь. Но будет ли она в большей безопасности на дороге?

Деймон просил подождать. Он сказал, что нужен ей, и она, к своему ужасу, была вынуждена согласиться. Она понятия не имела, кто пришел за ней и почему этот кто-то пытался ее убить.

Сбивчивые предупреждения отца получили грозное подтверждение.

У нее едва не остановилось сердце, когда кто-то вышел из-за лодочного сарая. К счастью, это был Деймон. Без лишних слов он сел рядом.

– Поехали.

– Куда?

– Туда, куда ты собиралась поехать потом. – Он испытующе посмотрел на нее. – Это ведь твой отец направил тебя сюда? Полагаю, на этом его инструкции не заканчивались.

Увы, он был прав. Еще больше злило, как легко он обо всем догадался. С другой стороны, рядом с ним – пусть даже ей и приходилось терпеть его дерзкое мужское высокомерие – она действительно почувствовала себя в безопасности.

– Что со стрелком?

– Услышал сирены и сбежал.

– Ты его разглядел?

– Ничего особенного. На нем были джинсы и толстовка, на голове бейсболка. Лица я не видел. Сел в грузовик и уехал. Номер я тоже не рассмотрел. Марку и модель вроде запомнил. Сейчас нам важно уехать отсюда побыстрее. Если опасения твоего отца обоснованны, то с полицией нам лучше не встречаться.

Об этом она не подумала.

– Но тебе необязательно ехать со мной. Ты же из ФБР. Можешь сказать, что зашел в дом, но меня там не было. Расскажешь полицейским о стрелке. – Софи самой понравился ход ее рассуждений, но Деймон покачал головой.

– Ни в коем случае. Стрелок меня видел. Чтобы защитить тебя, я должен быть рядом, а этого не будет, если я свяжусь с местными копами. Я нужен тебе.

Он посмотрел на нее в упор.

– Возможно, ты не хочешь этого признавать, но дело обстоит именно так. Нельзя недооценивать тех, кто охотится за тобой.

Софи поежилась, но не из-за недавних выстрелов. Она все еще не могла поверить, что Деймон пришел за ней.

– Нравится тебе это или нет, но теперь мы в этом деле вместе. Куда едем?

– Я скажу тебе, когда будем на месте.

– Тогда давай я сяду за руль?

Руки дрожали, сердце бешено колотилось в груди, но она ни за что бы не уступила руль. Сейчас это был единственный оставшийся в ее распоряжении инструмент контроля, и она держалась за него всеми силами.

Глава 6

Выбрались удачно. Софи знала, куда ехать, чтобы не попасться на глаза полицейским, но Деймон, который все это время посматривал по сторонам, успокоился только миль через десять.

Успокоило его и то, с какой уверенностью Софи вела машину. Она была напугана и еще не вполне оправилась от шока, но отлично держалась.

Вопросы оставались, и Деймон все еще ломал над ними голову. Почему она сбежала из Нью-Йорка в домик у озера? Что взяла в тайнике у камина? Он не сомневался, что там был не только пистолет. Это предположение вело еще к одному вопросу. Если Алан не доверял своим коллегам – агентам ФБР, то почему отправил свою дочь в домик по соседству с тем, которым владеют Роуленды? Софи сказала, что домик был чем-то вроде конспиративной квартиры, но Винсент Роуленд знал о нем и мог рассказать кому угодно. Вполне возможно, что, выйдя в отставку, он уже не видел необходимости в сохранении секретности. И если бы Питер или Карен связались с ним прошлым вечером и спросили, не знает ли он, где может скрываться Софи, он мог бы рассказать им о домике у озера.

Не то чтобы Деймон хотел верить, что Питер или Карен послали кого-то разобраться с Софи. Но он не мог этого исключать.

– Когда ты в последний раз разговаривала с Винсентом Роулендом?

Софи бросила на него удивленный взгляд. Последние двадцать минут они оба молчали, думая о своем, но теперь он вдруг заговорил.

– С Винсентом? – эхом отозвалась она. – Не думаю, что разговаривала с ним после смерти Джейми. А что?

– Думаю, кто мог так быстро тебя найти.

– Винсент никому бы не сказал. У него с моим отцом был договор. Эти коттеджи были для них своего рода убежищем. Кроме того, я знаю Винсента с детства. Роуленды были рядом со мной и отцом в самые мрачные дни, когда умерла мама. Что бы ты ни говорил, я никогда не поверю в то, что Винсент или Кэсси могли подослать стрелка.

– Я не утверждаю, что все было именно так, но, если Питер, или Карен, или кто-то еще из ФБР позвонили Винсенту или Кэсси после твоего исчезновения прошлым вечером, сказали, что беспокоятся о тебе, и спросили, не предполагают ли они, где ты могла укрыться, вполне возможно, что кто-то мог упомянуть домик, чтобы помочь тебе. Они же ничего не знают о предупреждении твоего отца не доверять никому в Бюро.

– Такой вариант возможен, – признала она. – Но Кэсси сейчас в Лондоне.

– У нее есть телефон. А что Винсент?

– Я не знаю, в Нью-Йорке ли он; Винсент много путешествует.

В кармане завибрировал телефон, и Деймон пожалел, что не отключил его раньше.

– Это Питер, – сказал он.

– Не отвечай. Не говори ему, где мы, – заволновалась Софи. – Тебе вообще не надо было брать телефон. Ты не думаешь, что они отслеживают нас прямо сейчас?

– Я избавлюсь от телефона, как только узнаю, оставит ли он мне голосовое сообщение. – Деймон подождал и, увидев сообщение, кивнул. – Так и есть.

– Включи громкую связь. Если мы в этом деле вместе, то и секретов между нами быть не должно.

Он сделал, как она просила.

– Деймон, это Питер Хант. Если нашел Софи Паркер, тебе нужно привезти ее сюда. Она в серьезной опасности. Я очень беспокоюсь за вас обоих. Перезвони мне.

– Слишком быстро, – пробормотал Деймон. – Очевидно, Питер знает о перестрелке в твоем домике.

Софи взглянула на часы.

– Прошло всего полчаса. Как они узнали?

– Полиция нашла мою машину и уведомила ФБР, а Питер сложил два и два и понял, что я поехал за тобой. – Он помолчал. – Что у тебя с Питером Хантом? Почему ты не попросила его о помощи? Он ведь давний друг семьи.

– Я уже говорила – отец велел никому не доверять. Я не знаю, касалось ли это Питера, но он определенно не просил обратиться к нему за помощью.

– Ты упомянула, что его последнее сообщение оборвалось. Возможно, он сказал бы больше, будь у него время.

– Он оставил мне четыре голосовых сообщения, но ни в одном из них ни разу не упомянул Питера.

Удивительно, что Алан оставил ей так много сообщений. Наверное, она все же рассказала ему не всю историю. Впрочем, по опыту работы со свидетелями он знал, когда нужно проявить настойчивость, а когда лучше отступить.

Сейчас Софи переполняли эмоции: страх, горе, гнев, и попытки завоевать ее доверие следовало отложить до тех пор, пока она не успокоится.

Также нужно избавиться от телефона. В нем не было съемного аккумулятора, поэтому Деймон просто отключил питание, опустил стекло и выбросил телефон в кусты на обочине. Оставалось только надеяться, что когда кто-то доберется до места, они с Софи будут уже за много миль отсюда.

Оставшись без телефона, Деймон испытал одновременно облегчение и тревогу. Работая под прикрытием, он обходился без средств связи, но у него всегда был контакт в Бюро, кто-то, кто всегда знал, где он находится и какое задание выполняет. Теперь было иначе. Сев в машину с Софи, он выбрал сторону – ее сторону.

Удивительно и странно, как легко это получилось.

Он сказал себе, что сделал это ради Алана, но понимал, что покривил душой. Впрочем, мотивация значения не имела. Они с Софи были предоставлены сами себе, и ему нужно было решить, что делать дальше.

– Где ты взяла эту машину?

– В автопрокате в Нью-Йорке. Заплатила наличными. Машину нужно вернуть сегодня, но я не представляю, как это сделать.

– Сейчас ты не можешь ее вернуть. Машину придется сменить. ФБР уже проверяет агентства по прокату автомобилей на Манхэттене. Твою фотографию разошлют по всей стране, и если они еще не узнали номер, то скоро узнают.

– Как мы поменяем машину в горах?

– Разберемся. Надеюсь, у нас есть немного времени.

Некоторое время оба молчали, потом она спросила:

– О тебе будет кто-то беспокоиться? Кто-то, кто тебе дорог?

Увы, ответить утвердительно он не мог.

– Брошенная машина и проколотые шины, наверное, вызовут некоторое беспокойство, но в Нью-Йорк я переехал только неделю назад и еще ни с кем не успел сблизиться. Коллег даже не всех по именам знаю.

– Почему ты переехал? У тебя же так замечательно все получалось в Ди-Си. Несколько месяцев назад отец упоминал, что ты расследуешь какое-то крупное дело о терроризме. Он гордился тобой, ему нравилось хвастать успехами своих учеников. Ты был одним из его любимчиков. – Она прокашлялась. – Я была рада слышать, что у тебя все хорошо.

– Неужели? – сухо спросил он.

Она посмотрела на него безо всякого выражения.

– Ну, может быть, «рада» – это сильно сказано. Но ты не ответил на мой вопрос. Почему ты не остался в Ди-Си?

– Твой отец сделал мне предложение. Он хотел, чтобы я работал в его оперативной группе в Нью-Йорке. Пришло время перемен, поэтому я согласился. – Деймон помолчал. – Ты ведь не сказала отцу, что знаешь меня?

– Сказала, что встретила тебя на поминках – вот и все. Я не рассказываю отцу о случайных партнерах.

– Так я был у тебя не единственным случайным партнером?

Что-то промелькнуло в ее взгляде, и она снова сосредоточилась на дороге.

– Разве это имеет какое-то значение?

Значения это, конечно, не имело, но он знал правду. Случившееся той ночью было не в ее характере. Он понял это сразу же, но тогда ему было все равно – слишком сильно он ее хотел. Он принял ее «да» за чистую монету и не стал уточнять, чтобы не услышать другой ответ.

– В какую опергруппу отец хотел тебя включить?

– Не знаю. Могу только предположить, что это связано с основным направлением деятельности подразделения – борьбой с организованной преступностью. Но так вышло, что рассказать он не успел. Я уточнял некоторые детали по последнему делу, и он сказал, что мы приступим к новому заданию на следующей неделе. Так что я ни о чем и не спрашивал. Я хотел работать с твоим отцом. Я очень его уважал. Он заставлял меня выкладываться по максимуму, и мне это нравилось. Меня бы устроило любое предложение.

– Многие его ученики относились к нему так же. Это было взаимно. Он заботился о людях, с которыми работал, и часто говорил мне, что самый большой его недостаток – личная привязанность. Я не понимала, как это может быть недостатком, но он, наверное, опасался предательства.

– Думаешь, его предали?

– Да, – не раздумывая ответила она. – Его предал кто-то близкий, поэтому он не знал, кому верить.

– Что еще он сказал тебе, Софи?

– Я же говорила, – глядя перед собой, ответила она. – Что гордится мной. Хочет, чтобы я жила долго и счастливо, даже если его не будет рядом. Он сказал, что, возможно, смог бы во всем разобраться, но, очевидно, ему не хватило на это времени.

– Жаль, что я не могу прослушать эти сообщения, – пробормотал Деймон.

– Я тоже, – с болью сказала она. – Ты не представляешь, как трудно мне было разбить телефон, уничтожить последнюю связь с ним. Не знаю, как мне хватило сил.

– Однако ты это сделала. – Он кивнул. Оказывается, у мягкой, как ему представлялось, Софи стальной стержень.

– Я знала, что так надо. В таких делах нельзя быть сентиментальной.

Наверное, ей действительно было трудно, даже мучительно, учитывая, как они с отцом были близки. В этом смысле ему легче, потому что он не чувствовал близости с родителями. Все, что они делали, его только расстраивало.

Ему говорили, что он тоже их разочаровал. Наверно, это было правдой. Он откашлялся и повторил свой предыдущий вопрос:

– Куда мы едем, Софи?

– Я скажу позже.

– Почему не сейчас?

– Не знаю. Просто я так чувствую.

Ему не понравился ее резкий тон, за которым скрывалось недоверие. Та Софи, которую он встретил на поминках Джейми, запомнилась ему грустной, но открытой, теплой и заботливой. Именно это привлекло его к ней. Он искал нежности, доброты и страсти – и нашел это все в ней.

Может быть, он ждал от нее больше, чем сам мог дать? Деймон надеялся, что нет. Иначе просто не могло быть. Та ночь стала самой запоминающейся в его жизни – может быть, потому, что осталась единственной. Но она осталась в прошлом, а жить надо настоящим.

Он выпрямился и посмотрел в зеркало заднего вида. В поле зрения появился серебристый внедорожник.

– Он там уже пару минут, – сообщила Софи.

Деймон мысленно обругал себя за беспечность.

Расстояние позволило рассмотреть сидящих впереди – женщина на пассажирском сиденье и мужчина за рулем.

– Думаешь, это он стрелял в нас? – с тревогой спросила Софи. – Что будем делать? Здесь некуда съехать.

Он услышал панику в ее голосе и пожалел, что не ведет машину сам. Надо было настоять, но Софи заупрямилась, а машина все же была ее, и он не хотел испытывать судьбу.

– Не думаю, что это стрелок. Но прибавь немного и сверни на следующем повороте. Посмотрим, что они сделают.

– А если за поворотом тупик? Не лучше ли попробовать оторваться от них?

Извилистая двухполосная дорога выглядела не вполне подходящим местом для гонок.

– Что-то подсказывает мне, что они не последуют за нами. Давай сначала попробуем свернуть.

Вскоре появился поворот.

– Там дорога, – с облегчением сказала Софи и резко вывернула руль так, что Деймону пришлось опереться локтем о дверцу. Серебристый внедорожник проехал мимо, продолжив путь по хайвею. Только через милю Софи сбавила скорость, съехала на обочину и посмотрела в зеркало.

– Не видно.

– Давай подождем минутку.

На дороге так никто и не появился, и Софи смущенно посмотрела на Деймона.

– Извини. Это, наверное, из-за того, что я нервничаю.

– Всегда лучше перестраховаться. Ты не против, если дальше поведу я?

Она заколебалась.

– Вообще-то против.

– Думаешь, я отвезу тебя туда, куда ты ехать не хочешь?

– Возможно. Да. Пока я держу руки на руле, у меня остается хоть какой-то контроль над происходящим.

Он мог бы в любой момент взять под контроль и ее, и машину, но ему было важно, чтобы она оставалась сильной и уверенной в себе.

– Хорошо, пусть будет по-твоему.

Софи развернулась и снова выехала на хайвей.

Некоторое время оба молчали, и Деймона это устраивало. Ему нужно было сосредоточиться, а разговор с Софи отвлекал.

Судя по выбранному ею маршруту, они ехали кружным путем на юг, в Нью-Йорк или, по крайней мере, в его окрестности. Вот только ехали не так быстро, как хотелось бы: то подолгу тянулись за громоздким домом на колесах, то стояли в пробке из-за дорожных работ.

Часа через три Софи свернула на заправку.

– Мне нужно в туалет, и у нас почти закончился бензин.

– Я позабочусь о бензине.

– У меня есть наличные.

– У меня тоже. Пока придержи свои.

Она устало кивнула, и они разошлись каждый по своим делам. Деймон заплатил за бензин, а Софи взяла напитки и закуски и встретила его на улице, когда он закончил заправлять машину.

– Я понимаю твое желание сохранить контроль, – сказал он. – Но ты устала, и у меня такое чувство, что впереди еще долгий путь. Давай я сяду за руль на какое-то время.

– Я действительно устала, – призналась она. – Но я купила энергетиков и шоколадных батончиков, так что все будет в порядке.

Ее отважные попытки держаться, оставаться сильной и сохранять уверенность в себе вызвали у него улыбку.

– Мы, конечно, воспользуемся всем этим по назначению, но позволь порулить мне. Обещаю, что не отвезу тебя туда, куда ты не захочешь. Просто дай мне несколько общих указаний, и я все сделаю.

Она помолчала, взвешивая аргументы за и против, а Деймон наблюдал за ней. Наконец решение было принято.

– Хорошо.

Он облегченно вздохнул – в этой игре одержана еще одна победа. К тому же ему надоело быть просто пассажиром.

Сразу после выезда на хайвей им встретился дорожный знак, предлагающий несколько вариантов.

– Куда?

– Направо.

– То есть мы не собираемся возвращаться в Нью-Йорк?

– Нет, мы едем в Коннектикут.

– А что у нас в Коннектикуте?

– Увидишь, когда мы туда попадем.

– Ты ведь знаешь, как раздражают такие ответы?

Впервые за все время она улыбнулась.

– Знаю, что раздражают, но почему-то так ситуация предстает в другом, менее пугающем свете. И это нормально, что в такой ситуации мы друг друга раздражаем.

– В этом нет ничего нормального.

– Знаю. Ты прав. Но, по правде говоря, моя жизнь никогда не была по-настоящему нормальной. Бывают периоды, когда все вроде бы идет гладко, а потом – бум! – и все меняется. Земля уходит из-под ног. Казалось бы, можно и привыкнуть, но каждый раз, когда такое случается, я оказываюсь не готова. Даже интересно, когда это кончится.

Он посмотрел на нее сочувственно, тронутый ее печальным, растерянным тоном.

– Не знаю, Софи, но думаю, на ближайшую неделю рассчитывать не стоит.

– Я тоже так думаю. – Она вздохнула. – Ты не против, если я немного вздремну? Я почти не спала прошлой ночью и очень устала.

– Отдохни. Но сначала скажи, в какой город мы едем? В противном случае, кто знает, где именно в Коннектикуте мы окажемся, когда ты проснешься.

– Нью-Хейвен, – сказала она после паузы. – И пожалуйста, Деймон, будь осторожен, съезжай иногда с шоссе, ладно? Дорога займет больше времени, но оно того стоит.

– Не беспокойся. Я в этом деле хорош. И «хвост» замечу, и оторваться смогу.

– Что будем делать с машиной? Нас может остановить любой полицейский.

– Вот поэтому я поеду местными дорогами. А машину сменим при первой возможности.

– Хорошо. – Она закрыла глаза и откинулась на спинку сиденья.

Через секунду Софи уже спала, и Деймон, задержав взгляд на ее лице, едва не вылетел с дороги на ближайшем повороте.

Взяв себя в руки, он сосредоточился на главной в данный момент задаче – доставить Софи в Нью-Хейвен.

Деймон никогда там не был, но знал, что в Нью-Хейвене находится Йельский университет.

В нем учился Алан. И Питер. Вот это обстоятельство его и беспокоило. Если Алан отправил Софи еще в одно важное место из своего прошлого, то там их тоже могли ждать пули.

Ему хотелось бы от Софи большей откровенности. Работа агента часто требует терпения, но вот с этим у Деймона были проблемы. Он предпочитал действовать. Ему нравилось получать результат. Но все, что он мог сейчас, это вести машину и стараться не заглядываться на Софи.

Она все-таки влезла ему в душу. За последние несколько часов напряжение между ними заметно возросло. Прошлое не позволяло о себе забыть.

Не думать о той ночи было легче, когда Софи бодрствовала, когда в них стреляли, но сейчас, когда она так близко, а впереди бесконечно длинный путь, выбросить ее из головы он не мог.

Все те образы, которые он пытался прогнать и забыть, возвращались с полной ясностью и во всех деталях. Он чувствовал под собой ее тело, и воспоминание о ее вкусе отозвалось покалыванием в губах. И эту незабываемую ночь он отчаянно пытался и не мог забыть.

Он думал, что достиг в этом некоторого прогресса. После Софи Деймон встречался с другими женщинами. Строил карьеру. Постоянно напоминал себе, что любовь – удел неудачников, а быть неудачником он не желал.

С другой стороны, секс с красивой женщиной – это прекрасно, вот только женщина эта не может быть Софи.

Беспокойно постукивая пальцами по рулю, Деймон выдохнул и еще раз напомнил себе, что не будет на нее смотреть.

Даже если бы хотел, он все равно ее не получит. И даже не будет пытаться. Он должен думать о Софи как о работе. Он не перейдет черту. Его единственная цель – доставить ее в безопасное место.

Вот бы еще перестать думать о том, как снова затащить ее в постель.

Глава 7

Костер разожгли на пляже; все разместились в шезлонгах и на одеялах в ожидании фейерверка, подготовленного Кэсси в честь брата.

Принесли бокалы с шампанским, хотя пить никто уже не хотел, поскольку пили с захода солнца, а сейчас было уже больше одиннадцати.

– Не возражаете, если я пристроюсь под ваш плед? – спросил высокий темноволосый мужчина с неотразимыми голубыми глазами.

Софи избегала его с тех пор, как впервые увидела в доме. Ей было не по себе оттого, как он смотрел на нее, и оттого, как она сама на него смотрела.

Внутренний голос кричал об опасности – держись от него подальше! – но вместо того, чтобы сказать «нет», она сказала «да». Она подвинулась, освобождая место рядом с собой, и почувствовала, как все в ней напряглось, как побежали по коже невидимые лапки, забурлила безрассудством кровь – эмоции для поминок не самые подходящие.

Она приехала сюда не на свидание. Она приехала помянуть друга, а не пялиться на мужчину, похоже, такого же неприкаянного, как она сама. Когда с озера потянул ветерок, она почувствовала мускусный аромат его одеколона. Она почти ощущала его дыхание на своей щеке. И его поразительные голубые глаза как будто заглядывали прямо в душу.

Все ее чувства обострились до предела, нервы натянулись струнами. Она вся горела. И даже переплела пальцы, чтобы не поддаться импульсу и не дотронуться до него.

Должно быть, это из-за шампанского или вина. Она выпила слишком много, хотя и не чувствовала себя пьяной. В ней просто проснулся и потребовал утоления голод.

Софи повернула голову и обнаружила, что он за ней наблюдает и в его глазах мерцают огоньки желания.

Она знала о нем только то, что его зовут Деймон и что он служил в армии вместе с Джейми. За весь вечер он почти ничего не произнес. Просто наблюдал, слушал, впитывал.

Примерно так же, как и она сама. В компании друзей Джейми Софи не знала никого. Последние десять лет он шел своим путем, а она – своим, и виделись они нечасто, хотя поддерживали связь по переписке.

Убедившись, что ей не кажется и Деймон действительно наблюдает за ней и даже не старается этого скрыть, она уставилась на огонь и приложилась к бокалу. От шампанского защекотало в горле – этого ей и хотелось. Этого или чего-то другого, чтобы прогнать печаль этой ночи. Джейми был ей как брат. Он единственный мог рассмешить ее, избавить от плохого настроения, поддразнить или поддержать, дать почувствовать, что она может добиться успеха, стать тем, кем захочет. Ей очень и очень его не хватало.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Ди-Си (англ. DC) – столичный округ Колумбия. (Примеч. пер.)

Вернуться