Джордж Самюэль Клейсон
Самый богатый человек в Вавилоне

© Shutterstock/FOTODOM/Curly Pat/Picksell/Daniela Iga/SeamlessPatterns

© К. Ковешников, перевод, 2024

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2024 Издательство Азбука®

Будущее простерто перед нами, как дорога, уводящая вдаль. Вдоль этой дороги раскинулись честолюбивые мечты, которые мы стремимся воплотить, и желания, которые мы хотели бы осуществить.

Для исполнения желаний и мечтаний нужно в первую очередь добиться достатка. Используйте финансовые принципы, изложенные в этой книге; пусть они позволят вам забыть о тощем кошельке и зажить той полноценной и счастливой жизнью, какую обеспечивает толстый кошелек.

Подобно закону тяготения, эти принципы неизменны и применимы всегда и везде. Хочется надеяться, что для вас они окажутся – как уже оказались для многих других – верным способом наполнения кошелька, ключом к жизни с весомыми банковскими счетами и дорогой к устойчивому финансовому благополучию.

Помните: у тех, кто понимает, деньги не иссякают!

Вот простые правила приобретения денег:

– Начните наполнять свой кошелек.

– Следите за расходами.

– Берегите свое сокровище.

– Приумножайте золото!

– Совершенствуйте свою способность зарабатывать.

– Превратите свое жилище в прибыльный вклад.

– Создайте источник будущего дохода.

Предисловие

Наше общее процветание как нации зависит от личного финансового благосостояния каждого человека.

Эта книга рассказывает о том, как добиться личного успеха. Вообще успех есть плод наших собственных усилий и итог приложения наших способностей. К успеху можно и нужно как следует подготовиться. Наши дела никогда не будут мудрее помыслов, им предшествующих, а мышление, в свою очередь, зависит от понимания.

Эта книга рецептов для наполнения тощих кошельков задумывалась как руководство к действиям по обретению денег и правил обращения с ними. Именно такова ее цель – предложить тем, кто грезит о достатке, понимание картины, которое позволит привлекать деньги, надежно их сберегать и умело вкладывать, обеспечивая приток новых денег.

На страницах книги мы перенесемся в далекое прошлое – в Вавилон, колыбель основных финансовых принципов, ныне признанных и используемых во всем мире.

Новым читателям книги автор от всей души желает, чтобы ее страницы подарили им подлинное вдохновение, которое обернется пополнением банковских счетов и иными финансовыми успехами, преодолением тех личных денежных затруднений, что общеизвестны сегодня по всей Америке, от побережья к побережью.

Автор, пользуясь случаем, благодарит предпринимателей, которые широко делились мудростью этих притч со своими друзьями, родственниками и соратниками. Нет похвалы выше, чем похвала от людей дела, которые ценят эту книгу потому, что сами добились значительных успехов, применяя ровно те принципы, какие описываются ниже.

Вавилон сделался богатейшим городом древнего мира из-за того, что его жители были богатейшими людьми своего времени. Они знали цену деньгам, опирались в делах на надежные способы накопления денег, умели сберегать и приумножать те капиталы, которыми уже располагали. Словом, у них было то, о чем мы мечтаем, – источник будущих доходов.

С. Дж. К.

Глава 1. Исторический Вавилон: набросок

Несчетные эпохи повергли в прах могучие стены храмов, но мудрость Вавилона по-прежнему жива. Деньги – средство измерения земного успеха. Деньги позволяют наслаждаться лучшим из доступного людям в этом мире.

В человеческой истории нет, пожалуй, города более величественного, чем Вавилон. Само его название наводит на мысли о богатстве и великолепии. Его сокровища – золото и драгоценности – были поистине баснословными. Разумеется, такие богатства сразу заставляют предполагать удачное местоположение среди тропической роскоши, в окружении обильных природных ресурсов, лесов и шахт. Но все было иначе. Вавилон располагался на берегу реки Евфрат, в плоской и засушливой долине. Там не было ни лесов, ни шахт, отсутствовали даже камни для строительства. Да и естественные торговые пути пролегали в стороне, а осадков выпадало недостаточно для выращивания урожая.

Вавилон – выдающийся пример способности человека достигать великих целей, используя любые подручные средства, какие только найдутся. Все, что поддерживало этот большой город, было создано человеком. Все его богатства были рукотворными.

Город обладал лишь двумя природными дарами – плодородной почвой и речной водой. Древние вавилонские умельцы сотворили величайшее инженерное чудо своего времени и всех последующих веков: они отводили воду из реки с помощью плотин и огромных оросительных каналов. Эти каналы, доставлявшие живительную влагу к плодородной почве, тянулись через всю засушливую долину. Перед нами одно из древнейших инженерных достижений в истории. Ирригация обеспечивала чрезвычайно обильные урожаи, подобных которым мир доселе не видывал.

К счастью, на всем протяжении долгой жизни Вавилона городом правили сменявшие друг друга династии царей, для которых завоевания и грабежи были занятиями второстепенными. Горожанам выпало вести множество войн, но по большей части это были войны местные или оборонительные, против честолюбивых завоевателей из других земель, завидовавших сказочным сокровищам Вавилона. Выдающиеся правители Вавилона вошли в историю благодаря своей мудрости, предприимчивости и справедливости. Вавилон не знал чрезмерно дерзких самодержцев, которые стремились бы покорить весь известный мир, дабы все народы платили им дань и потакали их эгоизму.

Увы, города Вавилон больше не существует. Когда энергия человеческих рук, что возводили город и поддерживали в нем жизнь на протяжении тысячелетий, наконец иссякла, на месте Вавилона воцарилось запустение. Город располагался в Азии, приблизительно в шестистах милях к востоку от Суэцкого канала, точно на север от Персидского залива. Он лежал на широте около тридцати градусов над экватором, фактически на той же, что и Юма, штат Аризона. Тамошний климат был схож с климатом этого американского города – жаркий и сухой.

Сегодня долина Евфрата, прежде густонаселенная и плодородная благодаря орошению, вновь превратилась в продуваемую ветрами засушливую пустошь. Скудная трава и колючие кустарники пытаются выжить среди песков, гонимых ветрами. Исчезли без следа плодородные поля, гигантские города и длинные караваны с богатыми товарами. Единственные жители этой земли в наши дни – кочевники-арабы, ради пропитания пасущие малочисленные стада. В таком состоянии Вавилон пребывает приблизительно с начала христианского летосчисления.

Долина изобилует земляными холмами. На протяжении столетий они нисколько не привлекали внимание путешественников. Но вот однажды туда пришли археологи, которые после налетевшей случайной бури ухитрились рассмотреть осколки глиняной посуды и кирпичей в грязи и лужах. Сюда стали прибывать экспедиции, финансируемые европейскими и американскими музеями, и, пустив в ход кирки и лопаты, начали вести раскопки в надежде что-либо отыскать. Довольно быстро удалось доказать, что холмы высятся на местах древних городов. Что ж, эти холмы вполне можно назвать городскими могилами.

Под одним из таких холмов был погребен и древний Вавилон. Добрые два десятка тысячелетий ветры наметали над ним пыль пустыни. Первоначальные стены из кирпича давным-давно разрушились и обратились в прах. Сегодня богатый город Вавилон выглядит кучей земли; он был заброшен столь давно, что ни один живой человек даже не знал, что город прячется под холмом, пока археологи не раскопали бережно и тщательно многовековой мусор с городских улиц и не явили нам руины благородных храмов и дворцов.

Многие ученые считают цивилизацию Вавилона и других городов этой долины древнейшей из тех, о которых имеются хоть сколько-нибудь достоверные свидетельства. Доказано, что история заселения долины уходит в прошлое на 8000 лет. Любопытно, кстати, каким способом была установлена эта дата. Среди руин Вавилона нашлись описания солнечного затмения. Современные астрономы без труда вычислили срок этого древнего затмения, наблюдавшегося в Вавилоне, и так вывели соответствия между современным и вавилонским календарями.

Также удалось установить, что 8000 лет назад шумеры, которые населяли Вавилонию, жили в городах, обнесенных стенами. Можно лишь догадываться, сколько всего веков насчитывают такие города. Их жители вовсе не были варварами, решившими укрыться под защитой крепостных стен. Нет, это были образованные и просвещенные люди. Письменная история подтверждает: они были первыми на свете инженерами, астрономами, математиками, финансистами – и первыми придумали письменность.

Уже упоминалось о системе орошения, превратившей засушливую местность в сельскохозяйственный рай. Остатки этих каналов все еще видны в долине, пусть почти все они до краев заполнены скопившимся песком. Некоторые каналы были таких размеров, что по сухому дну проходила в ряд дюжина лошадей. По своим размерам они выгодно отличаются от крупнейших каналов Колорадо и Юты.

Помимо орошения долины, вавилонские инженеры осуществили другой проект, не уступавший размахом первому. Используя хитроумные дренажные приспособления, они осушили огромное пространство болот в устьях рек Евфрат и Тигр; эти земли тоже стали использовать для земледелия.

Геродот, греческий путешественник и историк, посетил Вавилон в пору наивысшего расцвета города и оставил единственное сохранившееся описание городского устройства, сделанное человеком со стороны. Из его сочинения мы узнаем, каков был город тогда и каковы были примечательные обычаи городских жителей. Также Геродот сообщал о небывалом плодородии здешней почвы и обильных урожаях местных пшеницы и ячменя.

Слава Вавилона угасла, но его мудрость сохранилась в веках. Этим мы обязаны вавилонской письменности. В те далекие времена бумагу еще не изобрели, вместо нее вавилоняне кропотливо вырезали свои письмена на табличках из сырой глины. Затем эти таблички обжигались и становились твердыми, как камень. Обыкновенно в ходу были таблички размером около шести на восемь дюймов и толщиной в дюйм.

Эти глиняные таблички, как их принято называть, использовались точно так же, как современные материалы для письма. На них вырезали предания, стихи, исторические записи, царские указы, тексты законов страны, подтверждения прав собственности, долговые расписки и даже письма, подлежащие отправке с гонцом в отдаленные города.

Глиняные таблички дают возможность проникнуть в сокровенную суть местной жизни, в личные дела горожан. Так, одна табличка с записями, похоже деревенского лавочника, сообщает, что в такой-то день некий поименованный покупатель привел корову и обменял ее на семь мешков пшеницы, три из которых были доставлены ему сразу, а остальные четыре отложили на хранение до того времени, когда они понадобятся.

Археологи нашли целые библиотеки этих табличек, сотни тысяч штук, глубоко погребенных в разрушенных городах.

Другим несомненным чудом Вавилона были огромные стены, окружавшие город. Древние причисляли их, наряду с Великой пирамидой в Египте, к семи чудесам света. Считается, что первые стены города возвела в незапамятные времена царица Семирамида. Современные исследователи не смогли отыскать никаких следов этих первоначальных стен. Точная их высота тоже неизвестна. Если судить по сообщениям древних авторов, стены имели высоту от пятидесяти до шестидесяти футов, были облицованы с внешней стороны обожженным кирпичом, а перед ними в качестве дополнительной меры защиты выкопали глубокий ров и заполнили его водой.

Более поздние стены, прославленные в истории, воздвиг приблизительно за шестьсот лет до Рождества Христова царь Набопаласар. Вообще он задумал столь обширную перестройку города, что сам не дожил до завершения работ. Дело отца закончил его сын Навуходоносор II, имя которого известно нам из Библии.

Размеры этих более поздних стен поражают воображение. По надежным источникам, их высота составляла около ста шестидесяти футов, что соответствует высоте современного пятнадцатиэтажного делового здания. Общая длина стен была, по разным оценкам, от девяти до одиннадцати миль, причем по верху могла проехать колесница, запряженная шестью лошадьми, – настолько эти стены были широки. Что ж, от былого великолепия мало что сохранилось, если не считать остатков опор и рва. Столетиями камни подвергались разрушительному воздействию стихий, а местные арабы довели разрушение до закономерного итога, разбирая кирпич стен на собственное строительство.

К стенам Вавилона подходили одно за другим победоносные войска почти всех завоевателей той эпохи беспрерывных войн. Множество царей осаждали Вавилон, но никто не сумел взять город. К слову, не нужно насмехаться над войсками того времени и воспринимать их как нечто несерьезное. Историки называют внушительные цифры: 10 000 всадников, 25 000 колесниц, 1200 «полков» пеших воинов по 1000 человек в «полку». Зачастую требовалось два или три года подготовки, чтобы собрать военное снаряжение и разместить склады с продовольствием вдоль предполагаемого маршрута похода.

Сам Вавилон во многом напоминал современные города: там были улицы, были лавки, а бродячие торговцы предлагали свои товары в жилых кварталах. Жрецы возносили молитвы в великолепных храмах. В городе имелась и внутренняя стена, отделявшая царский дворец и другие важные здания; предполагают, что эта стена была даже выше наружной крепостной.

Вавилоняне слыли искусными мастерами. Они преуспевали в ваянии, живописи, ткачестве, обработке золота, производстве металлического оружия и сельскохозяйственных инструментов. Ювелиры создавали изысканнейшие украшения. Многие образцы ювелирного искусства извлечены из могил богатых горожан и сегодня выставляются в самых знаменитых музеях.

Давным-давно, когда остальной мир еще рубил деревья топорами с каменными наконечниками или охотился и сражался кремневыми копьями и стрелами, вавилоняне использовали топоры, копья и стрелы с металлическими наконечниками.

Также жители Вавилона были умелыми финансистами и торговцами. Насколько нам известно, именно они первыми придумали деньги как средство обмена, первыми стали использовать векселя и письменные подтверждения прав собственности.

Впервые неприятель вступил в Вавилон лишь около 540 года до Рождества Христова. Причем даже тогда городские стены устояли. История падения Вавилона крайне примечательна. Кир, один из великих завоевателей того времени, хотел напасть на город и рассчитывал сокрушить его неприступные стены. Советники вавилонского царя Набонида убедили своего господина выйти навстречу Киру и дать бой, не дожидаясь осады города. После поражения на поле брани вавилоняне бежали, а Кир вошел в открытые ворота и без сопротивления овладел городом.

С тех пор сила и слава Вавилона начали постепенно ослабевать, а через несколько сотен лет город в конечном счете и вовсе оказался заброшен, покинут, оставлен на произвол ветров и бурь и вновь превратился в ту пустынную землю, которой был обязан своим возвышением и величием. Да, Вавилон пал, чтобы уже не подняться, но нынешняя цивилизация во многом перед ним в долгу.

Несчетные эпохи повергли в прах могучие стены храмов, но мудрость Вавилона по-прежнему жива.

Деньги – средство измерения земного успеха. Деньги позволяют наслаждаться лучшим из доступного людям в этом мире.

Денег в избытке у тех, кто понимает простые правила их добывания.

Деньги сегодня подчиняются тем же законам, что и шесть тысяч лет назад, когда богатые люди заполоняли улицы Вавилона.

Глава 2. Человек, который желал золота

Богатство у человека вовсе не в кошельке. Даже толстый кошель быстро худеет, если его не питает золотой ручеек.

Вавилонский ремесленник Бансир, мастер по изготовлению колесниц, был глубоко озабочен. Сидя на невысоком заборчике, что окружал его хозяйство, он грустно смотрел на свой простой дом и на мастерскую под навесом, где стояла незаконченная колесница.

Жена Бансира то и дело показывалась в проеме двери. Взгляды, которые она исподтишка бросала на мужа, напоминали ему, что мясной мешок почти опустел и что Бансиру давно пора доделать работу – постучать молотком, потесать долотом, натянуть кожу на ободы, отполировать и покрасить колесницу и выручить наконец за нее положенную плату у богатого заказчика.

Плотный и мускулистый, ремесленник не обращал внимания на жену и пребывал в неподвижности. Мысли медленно ворочались в голове; Бансиру досаждала задача, с которой он никак не мог справиться. Мастера немилосердно жгли лучи жаркого тропического солнца, что было ничуть не удивительно для долины Евфрата. Но он не замечал, как капли пота со лба стекают вниз и теряются в густых волосах на его груди.

За домом Бансира высилась ступенчатая стена, окружавшая царский дворец. Рядом, пронзая голубое небо, вздымалась раскрашенная башня храма Бела[1]. В тени всего этого великолепия стояло простое жилище мастера – заодно с другими домами, еще более убогими и неухоженными. Вавилон был таков повсюду – смесь величия и убожества, ослепительной роскоши и откровенной нищеты; городские здания внутри стен лепились друг к дружке без всякого плана.

Потрудись Бансир обернуться, он увидел бы множество шумных колесниц, принадлежащих богатым горожанам, толпы торговцев в сандалиях и босоногих попрошаек. Даже богачам приходилось то и дело сворачивать в придорожные канавы, уступая дорогу длинным вереницам царских рабов-водоносов с тяжелыми бурдюками из козлиных шкур: рабы несли воду для полива висячих садов.

Впрочем, Бансир слишком глубоко ушел в свои мысли, чтобы отвлекаться на городскую суматоху. Лишь когда неожиданно прозвенела струна лиры, он очнулся от размышлений. Он резко повернулся и увидел знакомое улыбающееся лицо своего лучшего друга, музыканта Кобби.

– Да будут боги щедры к тебе, друг мой, – велеречиво произнес тот. – Сдается мне, они уже сполна вознаградили тебя, раз ты можешь сидеть без дела. Позволь и мне порадоваться твоей удаче. Более того, я готов разделить ее с тобой. Твой кошелек, как видно, полон, иначе бы ты вовсю трудился в мастерской. Снизойди ко мне и извлеки из него всего два жалких шекеля[2] в долг до сегодняшнего вечернего пира у вельмож. Не успеешь даже заметить их отсутствия, как они вернутся к тебе.

– Будь у меня два шекеля, – мрачно ответил Бансир, – я не отдал бы их никому, даже тебе, моему лучшему другу. Это ведь целое состояние, весь мой достаток. Никто не жертвует своим состоянием, даже для лучших друзей.

– Что я слышу? – воскликнул Кобби с неподдельным изумлением. – У тебя нет ни шекеля в кошеле, а ты сидишь на заборе, точно изваяние? Почему же ты не доделываешь колесницу? Или нашел иной способ утолить свои изысканные запросы? Ты ли это, друг мой? Где твоя неуемная живость? Что тебя гнетет? Или боги обременили тебя невзгодами?

– Это и вправду божье наказание, – согласился Бансир. – Все началось с нелепого сна, совершенно бестолкового. Мне приснилось, что я разбогател, что на поясе у меня весит красивый кошель, полный монет. Там было столько шекелей, серебряных и золотых, что я без счета швырял их нищим. За серебряные монеты я накупил украшений жене, да и себя не забыл, приобрел все, чего мне только хотелось. Я не боялся их тратить и не опасался будущего, потому что там было много золотых монет. Да что скрывать, я был вне себя от радости. Ты не узнал бы, пожалуй, своего трудолюбивого друга и жену мою тоже бы не узнал, ибо с ее лица пропали все морщины и она прямо светилась от счастья. Словно сделалась опять той улыбчивой девушкой, какой была в первые дни замужества.

– Хороший сон, ничего не скажешь, – кивнул Кобби. – Но почему же от таких приятных мыслей ты застыл угрюмым истуканом на заборе?

– Почему, спрашиваешь? Да потому, что я проснулся и вспомнил, как пуст мой кошелек! Так тошно стало! Давай-ка вместе разберемся, мы же с тобой, как говорят у нас на реке, сидим в одной лодке. В детстве мы вместе ходили к жрецам изучать науки. В отрочестве делили на двоих юношеские радости, а когда повзрослели, то сделались уважаемыми людьми и остались хорошими друзьями. Мы охотно трудились, не ведая устали, и легко тратили все, что зарабатывали. В минувшие годы мы ведь звенели монетами, хотя, конечно, и помыслить не могли о счастье от подлинного богатства. Скажу тебе так, друг мой, мы с тобою – тупые бараны! Мы живем в богатейшем городе на свете. Путники болтают, что других таких попросту не найти. Вокруг столько роскоши, но нам от нее ничего не достается. Истратив полжизни на тяжкий труд, ты, мой лучший друг, приходишь ко мне с пустым кошельком и просишь одолжить два жалких шекеля до вечернего пира. А что ты слышишь в ответ? Разве я сказал тебе: «Вот мой кошель, я всегда рад с тобой поделиться?» Нет, я отвечаю, что мой кошелек так же пуст, как и твой. В чем же тут дело? Почему у нас нет ни серебра, ни золота, которых сполна хватало бы на еду и одежду?

А еще о сыновьях подумай, – продолжал Бансир. – Они же идут по нашим стопам. Неужто им, их семьям, детям и семьям их детей суждено прожить такую же жизнь, какую прожили мы, когда вокруг столько сокровищ и золота? Неужто они тоже обречены пировать разве что козьим молоком и пустой кашей?

– Прежде ты об этом никогда так не говорил, Бансир, за все годы нашей дружбы. – Кобби явно не понимал, что происходит.

– А я обо всем этом раньше и не думал. С раннего утра и до темноты все мастерил лучшие колесницы в округе и в глубине сердца надеялся, что однажды боги вознаградят меня богатством. Глупец! Им нет до меня дела, и богатства от них я при жизни не дождусь. Потому-то и взяла меня тоска. Я хочу быть человеком с достатком, хочу владеть землей и скотом, носить тонкие одежды и звенеть монетами в кошеле. Я готов трудиться ради этого, сколько выдержит моя спина, насколько хватит умения в руках и смекалки в голове, но мой труд не должен пропадать даром. Что же с нами творится, скажи? Почему мы не получаем по справедливости всего того, что другие покупают за золото?

– Если бы я знал, – ответил Кобби. – Мне тоже несладко. Все, что я добываю игрой на лире, тут же уходит от меня. Частенько приходится ловчить и изворачиваться, чтобы моя семья не голодала. А ведь я грежу о большой лире, на которой наконец-то выйдет сыграть всю ту музыку, что звучит у меня в голове. На таком инструменте я бы сыграл так, что и царь бы восхитился.

– Ты достоин такой лиры, друг мой. Никто другой во всем Вавилоне не перебирает струны столь умело. Думаю, не только царь, но и боги бы порадовались. Но как ею обзавестись, если мы с тобою оба бедны, как царские рабы? Слышишь колокольчик? Вон они идут.

Бансир указал на длинную вереницу полуголых и потных водоносов, что брели по узенькой улочке от реки. Они медленно шагали по пять человек в ряд, сгибаясь под тяжелыми бурдюками с водой.

– Погляди-ка, кто их ведет. – Кобби ткнул пальцем в человека с колокольчиком, который налегке двигался перед рабами. – Сразу видно достойного мужа.

– Что ж, достойных среди рабов и вправду достаточно, – ответил Бансир. – Они такие же люди, как и мы. Вон те, высокие и светлокудрые, – с севера. Чернокожие и смешливые – с юга. А те, что пониже и посмуглее, – из ближних земель. Все они каждый день идут от садов к реке и обратно – день за днем, год за годом. На лучший удел им рассчитывать бессмысленно. Соломенный тюфяк для ночлега, вареная полба на обед… Пожалей этих бедолаг, Кобби!

– Да, мне их жаль. Но ведь ты сам только что говорил, что мы ничем не лучше, хоть и зовемся свободными.

– Верно, Кобби, верно. Невесело, правда? Не хочу я жить рабской жизнью год за годом. С утра до вечера тружусь – и что взамен?

– Может, стоит поспрашивать, узнать у других, откуда берется золото? И дальше жить, как живут они? – предложил Кобби.

– Наверное, ты прав, надо поговорить с богачами, – задумчиво ответил Бансир. – Глядишь, и наткнемся на какую-то тайну.

– Как раз сегодня я видел нашего старого друга Аркада. Он ехал на золотой колеснице. Знаешь, он не смотрел поверх моей головы, как сделали бы многие другие богачи. Наоборот, помахал рукой, так что все зеваки могли видеть, что он улыбается и дружески здоровается с музыкантом Кобби.

– Болтают, будто он самый богатый человек во всем Вавилоне, – мечтательно проговорил Бансир.

– Такой богатый, что даже царь обращается к нему за золотом, когда казна вдруг пустеет.

– Вот, значит, как? – Бансир хмыкнул. – Повстречайся он мне где-нибудь в темноте, боюсь, я отобрал бы его кошелек.

– Ерунда! – отмахнулся Кобби. – Богатство у человека вовсе не в кошельке. Даже толстый кошель быстро худеет, если его не питает золотой ручеек. У Аркада есть доход, не дающий его кошельку истощиться, сколько бы он ни швырялся деньгами.

– Доход – это главное, – согласился Бансир. – Вот бы и мне заиметь доход, который тек бы себе в мой кошелек, пока я сижу на заборе или езжу по дальним краям. Аркад должен знать, как заручиться доходом. Как думаешь, он захочет разъяснить это мне, да так, чтобы усвоила моя тупая голова?

– Сдается мне, он уже преподал эту науку своему сыну Номасиру, – сказал Кобби. – Тот ведь отбыл в Ниневию и, как судачат на постоялом дворе, без помощи отца стал одним из самых богатых людей в этом городе.

– Ты подал мне хорошую мысль. – В глазах Бансира внезапно промелькнуло оживление. – Разжиться советом у старого друга можно и бесплатно, а наш Аркад никогда не скупился помогать. Пускай наши кошели пусты, как прошлогоднее соколиное гнездо, – нас это не остановит. Мне надоело ходить без наличности посреди роскоши. Хочу стать богатым! Идем к Аркаду, спросим его, как бы и нам получать справный доход?

– Правильно говоришь, Бансир. Я вдруг сообразил кое-что. Мы потому никогда не могли найти способ разбогатеть, что просто его не искали. Ты упорно делал лучшие в Вавилоне колесницы, прилагал к тому все усилия и преуспел в своем ремесле. Я же норовил стать умелым музыкантом – и тоже справился. Словом, в тех делах, где мы прилагали старание, у нас все получилось. Богам как будто угодно, чтобы мы продолжали трудиться. Но теперь-то мы поняли, что к чему, как если бы страдали во тьме, а тут наконец взошло солнце. Пора узнать больше, чтобы разбогатеть. Тогда-то мы изыщем достойные способы утолить наши желания.

– Идем к Аркаду прямо сейчас! – воскликнул Бансир. – А еще давай позовем с собой всех старых друзей, которым живется не лучше нашего. Пусть они тоже поучатся мудрости.

– Ты всегда думаешь о других, Бансир. Потому-то у тебя и друзей так много. Как ты сказал, так и будет. Идем прямо сейчас и всех захватим с собой.

Глава 3. Самый богатый человек в Вавилоне

Богатство подобно дереву – оно растет из крошечного семени. Первая медная монета, сбереженная тобою, станет семенем, из которого прорастет древо богатства. Чем скорее посадишь это семя, тем скорее вырастет дерево. Чем усерднее его поливать и удобрять постоянными сбережениями, тем скорее ты сможешь насладиться отдыхом в его тени.

Жил когда-то в древнем Вавилоне очень богатый человек по имени Аркад. Повсюду его восхваляли за богатство – и повсюду бродили слухи о его щедрости. Он не скупился на пожертвования, не считал средств, которые тратил на свою семью и на себя самого. Но все же каждый год его богатство прибывало быстрее, чем он успевал тратить.

Вот пришли к нему друзья юности и сказали:

– Аркад, ты удачливее нас. Ты стал богаче всех в Вавилоне, а мы из сил выбиваемся, чтобы выжить. Ты носишь самые красивые одеяния и наслаждаешься самыми редкими яствами, а мы довольствуемся тем, что одеваем наши семьи во что придется и питаемся лишь тем, что удается добыть. Но ведь когда-то мы были равны! Мы учились у одного наставника. Мы играли в одни и те же игры. Ни в учебе, ни в игре ты нас не превосходил. А в последующие годы тебя уважали не сильнее, чем остальных. Ты трудился не больше нашего, а упорства нам всем было не занимать. Почему же изменница-удача выбрала именно тебя, наделила всеми благами жизни, а нами пренебрегла, хотя мы достойны счастья не меньше твоего?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

В вавилонском культе Бел (Билу) – титул верховного божества; у шумеров таким верховным богом был Энлиль, а впоследствии – Мардук. В Финикии этот божественный титул преобразился в имя божества Баал (Ваал). – Здесь и далее примеч. перев., если не указано иное.

Вернуться

2

Имеется в виду древняя мера веса золота и серебра, а древнееврейское «шекель» («сикль») происходит от шумерского «шеум».

Вернуться