Геннадий Источник
Мантия Некро: Промежуток средней полосы. Том 2

От автора

Цикл книг Мантия Некро – НАЛУС spin-off

Все цитаты являются художественным вымыслом автора, приоткрывающие часть сюжета или события, которые произошли или произойдут в последующих книгах.

ЧАСТЬ 1. Курицын

– Дорогой победитель! – начал говорить Великий. – Ты выстоял, ты одержал победу в Королевской Битве! Ты Истинный победитель! Состязаний, с подобным итогом ранее ещё не было. Ты заслужил титул Истинного Некроманта. Но не единственного!

– Не единственного? – удивилась ректор. – Сайрос, о чём он? – сквозь шёпот.

– Слушай! – толкая плечом, ответил мужчина, улыбаясь в сторону Императора. – Сейчас он всё скажет.

– В честь трехсотлетия КоБи, соревнование пройдёт в два этапа, – продолжал Великий. – Первый завершён. У нас есть первый победитель! Это почётно и похвально! Но будет и второй победитель, по итогу второго этапа. Так два победителя, по исходу первого и второго получат равные титулы!

– Сайрос, что происходит? – прошептала Армори. – Какой ещё второй этап? Он убил всех!

– А теперь внимание! – стоя у смотрового окна, говорил старик. – Моё Право разрешает всем старейшинам и другим членам кланов некромантских семей принять участие. Да, вы все имеете право на участие в КоБи за титул Истинного, во втором этапе! И по исходу второго этапа, победитель, равно как и победитель первого этапа, будут иметь право соперничать с Сайросом, с ныне действующим полноправным хозяином Мантии Некро.

– Сайрос, – продолжая шептать, взволнованно говорила ректор. – Это ты его надоумил?

– Мне некого жалеть! Мне некого оплакивать! Это просто расходный материал! – смотря в глаза Авроры, ответил мужчина.

– Сайрос, ты подстроил всё это?

– Слушай Императора, Аврора! И делай так, как он велит!

– Что ты наделал, – испуганно хватаясь за своё лицо, произнесла женщина. – И что станет боевой ареной?

– Я объявляю КоБи второго этапа открытым! – всё ещё продолжал Император. – Да будет мегаполис Промежуток, и прилегающие к нему пригородные территории, полем сражения для всех желающих. Да будет столица Республики МагВаЯ ареной для Королевской Битвы! Показать себя имеет теперь право каждый. Да будет КоБи за титул Истинного открытым! Убивайте своих соперников, ибо останется только один Истинный Некромант. И ПУСКАЙ ПОБЕДИТ СИЛЬНЕЙШИЙ! Я всех вас благословляю! СМЕРЬ ВСЕМ ВАШИМ ОППОНЕНТАМ!

фрагмент из речи Императора Великого,

объявившего начало второго этапа КоБи,

события романа „Мантия Некро:

Промежуток средней полосы“ ТОМ 1

https://www.litres.ru/book/gennadiy-istochnik/mantiya-nekro-promezhutok-sredney-polosy-tom-1-69212578/?lfrom=1009284954&ref_offer=1&ref_key=26496100739b0c1ee17d756a030faece54c59bd605ad4745c21367135c28c43a (по этой ссылке доступна скидка 10%)

Глава 1

Дорогие выпускники, этот год, учебный год подошёл к концу! Нет никаких гарантий, что кто-то из вас пройдёт испытание до конца. Если вы изъявите желание принять участие в этом испытании, то готовьтесь получить неожиданный результат его исхода. Он не всегда получается таким, каким вы желаете его получить. Однако попытать удачу у вас есть право именно сейчас, именно в этот момент, дорогие выпускники! И другого шанса у вас больше не будет.

В этой битве, исходя из статистических данных, умирают все претенденты. А те, кто доходят до финала, чаще всего уже с несовместимыми, с жизнью, ранениями. Конечно это лишь слова, которыми не описать горечь поражения, многим которое придётся пережить. Половина из вас, изъявивших желание, сможет пройти первый уровень состязаний, потом четверть ещё сможет осилить второй. И лишь единицы поборются на фоне третьего. По исходу всего вышесказанного, может вообще и не быть победителей. Всё зависит только от вас, дорогие выпускники!

Вас ждёт тяжёлая Королевская Битва, дорогие наши выпускники и, потенциальные участники КоБи. Это битва, без каких-либо правил и поблажек. Есть только одно условие, на котором базируется смысл нашего КоБи. „Последний оставшийся в живых и есть Истинный претендент на Мантию Некро“. Таково условие КоБи! Под выражением „в живых“, подразумевается не только способность дышать, но иметь в запасе ещё достаточный объём маны.

Все эти нюансы ставят границы и условия для исхода КоБи. И только лучший, набравший большее число очков, выполнит непоколебимый канон принципа передачи право, носить Мантию Некро сильнейшему. Но это, лишь право, которое следует оправдать. Это право на последнее состязание с хозяином Мантии Некро.

Итоговая одиночная битва с достойным некромантом, сила которого взращена годами, поставит точку в вашем нелегком пути.

И тогда Истинный понесёт Мантию Некро на плечах своих и возвысит род свой. Ибо он станет Истинным Некромантом!

Да славиться Великий, кто дал нам Свет и Знания. Да славиться Великий! Да будет ТвоБо всегда с нами! Слава! Слава! Слава! Да славиться Император Великий наш Творец и Бог, что есть ТвоБо в одном обличии.

фрагмент из свода правил,

зачитанный ректором

Университета Некромантии

КоБи за титул Истинного

199999 год после ВеСу

Глава 1. Пора пролить кровь! (часть 1)

– По результатам вступительных экзаменов были отобраны лучшие, – говорила женщина за небольшой трибуной в огромном зале. – Если вы здесь, значит ваш ребёнок достоин стать студентом нашего университета. Именно ваши дети успешно прошли и сдали все требуемые науки для изучения важного направления в Некромантии. Ваши дети стали лучшими среди лучших. Они получили право, высшую привилегию стать часть высшего общества, которое даст ВУЗ Некро. Ваши дети теперь имеют почётное право учиться в нашем университете. Наше элитное заведение считается лучшим во Вселенной Империи ВелиЦе. У нас учатся только лучшие, в особенности я хочу подчеркнуть, что среди наших студентов так же получают образование и граждане Великой Центурии. Именно здесь студенты на равных соревнуются в успешном освоении науки Некромантии. Однако пересекаться с ними воспрещается не гражданам ВелиЦе, – женщина на мгновение улыбнулась и вернулась к своей речи. – У Ваших детей будет право стать гражданами Республика МагВайЯ. И кто знает, возможно, они полюбят это место. Мы же будем рады, если они останутся. И будете вместе трудиться с нами во благо Могучей и Великой Республики МагВайЯ. Все ученики, окончившие университет получают высшую рекомендацию от университета и имеют полноправное право служить в войсках Империи Великого, по своему собственному усмотрению, конечно же. А ещё я хотело бы подчеркнуть ещё одну особенность. Важную особенность, – наконец, она сделала небольшую паузу и сделала глоток воды. – Этот год, важный год, важный для нас всех. Это касается университета Некро. По окончанию учебного года нам исполнится круглая дата. Ровно триста лет назад был основан университет Некро. И, как обычно, состоится очередная Королевская Битва. На этот раз съедутся высшие представители всех кланов некромантских семей.

– Да, что она знает о Королевской Битве, – пробубнил мужчина. – Аврора Армори занимает не своё место.

– Кен,… – прошептала женщина, – …помолчи.

– Нет, ну, в самом деле, Королевская Битва, что она знает о ней? Эту КоБи они проводят каждый год. Но это детский лепет. Я в своё время, титул лучшего, в своём клане, заработал потом и кровью! Нас было пятьдесят человек, когда это началось. Не так много по меркам некоторых состязаний, которые были задолго, до моего участия. Ну, не важно. Важно другое, там было жарко. Сын прекрасно помнит, что я ему рассказывал и понимает, к чему я его готовил. Это тяжёлое испытание, где нужно уметь убивать сотоварищей и друзей. Потому как КоБи подразумевает лишь одного финалиста. А что они делают? В гляделки играют? Договариваются? Я был на их, так называемой, Королевской Битве, на одной из них. Это хохма и только! Там убивать должны! Проливать кровь! И когда все знают цену участия, вызываются добровольцами в меньшем числе. А тут кому не лень, так ещё дружно сортируют себя на команды и…

– Кен! – вновь прошептала женщина, обрывая речь супруга.

– Да здесь каждый уважаемый себя некромант будет со мной согласен. Она из них тряпку взрастит. Елена, может не стоит его отдавать на попечительство этой даме? Может, ну его, этот университет Некро. У меня есть связи. Я могу его сразу в кадеты отдать. Будет больше толку, чем эти игры. Мерзота! – оскалился мужчина.

– У них есть профилирующие старшие преподаватели, она просто ректор, – прошептала женщина. – Перестань. Ему нужно получить высшее образование. Или ты хочешь из него простого вояку сделать? Он же офицером стать не сможет. Ему высшее образование нужно получить. А так ещё есть шанс присвоить титул Высшего ТеМа. Сам же говорил.

– Да, – язвительно ответил глава семейства. – Высшие Техно Маги предано служат Империи Великого. Это почетное звание! Вместе со стражами Света они охраняют наши земли от Зла. Они защищают территорию от грязной Скверны, от непокорных еретиков и грязной крови. Но так как мы сами ещё не граждане Великой Центурии, мы тоже грязь. Вот почему служба в Империи важна!

– Кен…

– Ты посмотри на главу клана Дирков, весь из себя, – игнорируя попытку супруги сказать ему что-то в ответ. – Напыщенная свинья! Всё кабанеет и кабанеет. А клан Гордра! Их допустили? – сморщив лицо. – Все такие важные. Все из себя! О, это кто, Пегрибай? Он же пьянчуга, как его ещё не выперли, с его-то тронного места? А ещё эти картёжные долги. Неужели всем всё отдал?

– Кен, перестань, пожалуйста.

– Ладно, – теребя волосы мальчику, который сидел рядом. – Да, Леон?

– Да, сэр, – вполголоса ответил младший.

– Была бы возможность, я бы тебя сразу в военную школу отдал бы. Там толку больше. Дисциплина сделала бы из тебя достойного человека. И карьеру сможешь построить, уже как гражданин. А что здесь? Гражданин какой-то Республики?

– Кен, – опять прошептала супруга. – Ты мешаешь другим слушать.

– Погоди, женщина, – выставив указательный палец. – Я задал вопрос сыну

– Люди смотрят, – продолжая шептать. – Перестань.

– Леон, ты хочешь здесь учиться?

– Он сдал вступительные экзамены. И сдал их на отлично! Конечно же, хочет, – продолжала Елена.

– Женщина, я у сына спрашиваю, – насупив грозные брови, монотонно произнёс глава семейства. – Пускай сам ответит. Не нужно мешать, когда мужчины говорят о будущем своего рода!

– Да, сэр! – так же, как и в первый раз, вполголоса ответил мальчик.

– Хорошо, твой ответ меня убедил, – улыбнулся отец. – Послушаем, что там эта баба щебечет ещё.

– Наши педагоги, примут все ваши рекомендации и замечания, касательно ваших детей, – продолжала говорить Аврора. – Жилые корпусы поделены на два крыла, одни для мальчиков, другие для девочек. А днём дети учатся вместе, вместе в равных долях. Половина класса наполняется мальчиками, и половина класса наполняется девочками.

– Это правильно, – добавил Кен. – Спят пускай в отдельных корпусах! А учатся вместе. А то одичают, забудут, как бабы выглядят. Не гоже будущему офицеру Империи быть таким, а я надеюсь,… – переводя взгляд на сына, – …что из тебя выйдет прекрасный офицер Империи Великого. Но самое главное ты получишь возможность стать гражданином Великой Центурии. Святым вряд ли тебя сделают, но быть гражданином ВелиЦе, это высокая цена, это высшее положение в обществе, где тебя или твоих детей уже больше никогда не смогут посчитать Скверной. Пойми, я хочу для тебя благо. Я хочу того, что нет у нас. Ты понимаешь меня, сын, ты понимаешь это? Леон Алазар?

– Да, сэр! – он вновь ответил так же вполголоса. – Да, папа, – смотря в глаза отца. – Я понимаю!

Глава 1. Пора пролить кровь! (часть 2)

Спустя некоторое время Леон с небольшой сумкой шёл по коридору. Студенты проходили мимо него. Кто-то смеялся, громко говорил и помпезно и резво жестикулировал. Юноша старался не обращать на это внимание, сосредоточив всё своё внимание на поиск двери с нужным ему номером. Он продолжал двигаться вперед, мимо посвистывающих дверных петель. Внезапно, Алазар услышал чей-то грубый, с надменным тоном, разговор. Он шёл из узкого зазора окна, которое оказалось не плотно прикрытым.

И в ту же секунду любопытство взыграло в нём интерес, Леон остановился. Будущий студент подошёл ближе к окну. И сквозь густорастущие деревья он увидел, как через дорогу, которая прилегала близко к зданию спального комплекса, четверых студентов. Трое высоких парней, измывались над четвёртым, явно младше их возраста.

– Двадцать процентов! – грубо произнёс самый высокий. – Следовательно, ты должен будешь мне сто двадцать пять шуглезов. Это если завтра принесёшь.

– Но,… – приподнимаясь на ноги, начал говорить самый младший, – …если я должен девяносто пять от ста, и плюс двадцать процентов от общего долга, это ведь сто пятнадцать, а не сто двадцать пять.

– Хочешь показать, насколько силён в математике? – злобно произнёс хулиган. – А?

– Нет, тут всё просто, – ответил ему младший.

– Это, что я дебил? – он продолжал наезжать.

– Нет, нет! – опять прикрываясь руками. – Пожалуйста, не бейте меня.

– А теперь вали! Тупица!

– Но я живу в этом общежитии, – указывая на многоэтажное здание за спиной самого высокого.

Леону показалось, что указывают прямо на него, и он тут же скрылся, отойдя от оконного проёма.

– Принесешь всю сумму, будешь жить, – старший не переставал прессовать младшего.

– Но…

– Я не ясно выразился? – схватив за воротник избитого.

– Нет, предельно всё ясно.

– Вот и пошёл спать в кусты! – засмеялся здоровяк, отбросив свою жертву в сторону. – Парни, нам пора! – развернулся хулиган и пошёл прочь. – В кустах и место тупицам!

– Какого Шулёса здесь такое творится? – удивился Аласт. – Они вымогают деньги? Хулиганы? – вернув взгляд на коридор, по которому он шёл. – Мой номер сто шестьдесят девять, – отвлекаясь от увиденного, он вернулся к поиску своей двери.

Мимо пробежала девушка с фиолетовыми волосами, оттолкнув юношу. Она улыбнулась в сторону Леона, надолго запечатлев свой белый оскал улыбки в его памяти.

– Извини, красавчик, – сказала она, перепрыгнув сумку юноши.

– ЭЙ! – некто прокричал ей вслед. – Марин! – перейдя на громкий шёпот, незнакомый парень бежал за ней. – Как ты сюда пролезла? – возмущался он, ускоряя свой шаг. – Марин! Стой! У меня будут из-за тебя проблемы! Марин!

– А что, нельзя что ли, Дмитрий, – усмехнулась она, пробегая мимо Алазара.

– Марин, полезай обратно в окно, я не хочу проблем, – дальше по коридору бежал студент. – Консьерж мне голову оторвёт.

– Что, боишься, что мама и папа перестанут тобой гордиться, – обернулась она, продолжая улыбаться во всё лицо. – Ты чего такой суетливый?

– Марин, нас Торус ждёт! – пробегая мимо юноши.

– А где выход? – остановилась она.

– Нирам, хватит уже. Какой ещё выход? Меня консьерж с потрохами сожрёт. Полезай туда, откуда пришла! Марин! – сквозь возмущения.

– Что хватит? – обернулась фиолетоволосая. – Ой, какой симпатичный мальчик, – смотря в сторону Леона.

Юноша тут же почувствовал неловкий момент, и начал краснеть.

– Ой, – улыбалась Марин. – Красавчик, явно красавчик. Я не шучу, – сказала она и подмигнула.

– Спасибо, – скромно ответил Алазар.

– Марин, хватит уже издеваться, – подошёл молодой человек. – Скоро ректор будет выступать. И нам предстоит определиться с факультетом. Давай возвращайся в окно. И забудь сюда дорогу. Ты же знаешь правила.

– Я не хочу в свой корпус, – ответила девушка. – Они все там тупые. Это не моё.

– Ты не права. Не все. А это для мальчиков корпус. Нельзя сюда. Я не хочу проблем.

– А ты что там уже бывал? Раз у тебя не все там тупые.

– Марин! – озлобился Дмитрий. – Торус нас ждёт!

– Ха! – усмехнулась девушка. – Я что, не права?

– Марин, я, как и ты, сегодня первый день. Ты первый человек с кем я знаком здесь. Хватит меня вгонять в краски перед посторонними. Я и тебя не знаю. Но если ты хочешь дружить со мной, то хоть выслушай меня. И к тому же, Торус вроде за шоколадками пошёл. Бесплатные! Ты же хотела чего-то сладкого.

– Ну, ладно, – идя в сторону Леона. – А ты тоже студент?

– Да, – немного растерявшись, ответил Алазар.

– Ну, добро пожаловать, некромант! – протянув руку. – Я Марин Нирам.

– Леон Алазар, – улыбнулся юноша и пожал ей руку в ответ.

Следом шёл за ней Дмитрий и тоже протянул руку.

– Дмитрий Маргус – сказал молодой человек.

И они тоже пожали руки друг друга.

– Ну, всё, пошли Марин, – хватая за рукав. – Торус сейчас всё съест без нас.

– Иду, иду, – вновь бросая взгляд на Леона, сказала Нирам.

– Леон, – обернулся Маргус. – В большой аудитории сегодня будет выступать ректорша. Смотри не пропусти, а то вижу, сумку ты ещё свою не распаковал. Не советую опаздывать. Ну, так мне посоветовали, а там решай сам.

– А когда будет выступать она? – спросил юноша.

– Уже совсем скоро. Кинь сумку и айда вниз, – сказал Дмитрий, уходя прочь.

– Скоро? – уточнил Алазар?

Но ответа не было. Парочка скрылась за одной из дверей.

– Давай, через окно! – донёсся глухой голос.

– Я так испачкаюсь! – возмутилась девушка. – А чего у тебя столько земли здесь?

– А какого Шулёса ты вообще сюда полезла? – злился парень.

Плотно прикрытые двери не способны были скрыть их громкие возгласы. Они явно были не довольны поведением друг друга.

– Что за срачь здесь у тебя, ты ведь только заселился? – продолжала она.

– Ты мне два горшка с цветами разбила, – ответил Дмитрий. – Дура!

– Сам дурак! – огрызнулась Марин.

– Сама такая! – огрызнулся и он в ответ.

И стало тихо. Алазар навостри уши, прислушиваясь. Но парочки уже не было слышно.

– И она симпатичная, – подумал он. – Ага! – продолжая искать свою дверь.

После чего юноша вернул взгляд в окно, там уже никого не было. И сделав несколько шагов, он увидел ту самую дверь. Ключ Леона подошёл. И бросив сумку в пустой шкаф, будущий студент поспешил вниз, без понятия, куда ему идти.

– Что ж мне никто не сказал о выступлении ректора? – ускоренным шагом двигаясь по площади. – Я и так здесь, как чужак. Так сейчас ещё и общую лекцию пропущу, – приближаясь к центральному входу ВУЗа. – Большая аудитория точно там. Это ведь логично. Да, я успею. Я обязан успеть. Ой, – замечая у входа группу людей облачённых в тёмные мантии. – Что это?

Среди них находился какой-то важный мужчина, который говорил им что-то неразборчивое. Подойдя ещё ближе, Леон скрылся за широким столбом, не решаясь показать себя в числе опоздавших.

– Может они сейчас уйдут, – подумал юноша. – Может… – внезапно услышав более разборчивую речь незнакомцев, он остановил все свои размышления.

– Оно уже внутри? – спросил важный мужчина, явно отличающийся по одеянию от остальных.

– Да, Сайрос, – ответил ему некто из толпы. – Всё по плану.

– Ну, что же, надеюсь, будет весело, – усмехнулся главный.

– Я тоже, – ответил ему ещё кто-то.

– Ну, так чего мы стоим? – развёл руками Сайрос. – Сундуки внутри. Пора пролить кровь! Пора показать им, какие бывают твари Бездны Шулёса.

Глава 2

– Ну, здравствуй, Мироклин! – внезапно объявился Сайрос. – Вот ты, какой на самом деле. А куда мальчишку дел?

– Его больше нет! – надменно ответил учёный. – Отдай Мантию и тогда возможно, я сохраню тебе жизнь.

– Угрозы, сразу сходу. Ты даже ничего не взвесишь? Какое необдуманное решение, сразу требовать. А зачем ты сопротивляешься? – смотря в глаза пленника. – Работай на меня. В этом есть куда больше смысла и выгоды для тебя.

– Но, Сайрос! – одернула его девушка. – Он ненормальный…

– Погоди! – отмахнувшись. – Я не каждого беру в свой клан, особенно после той дерзости, что ты сейчас устроил. Не нужно дерзить мне.

– А что тебе нужно? – смотря в глаза главного некроманта, спросил Сергей, пытаясь вырваться из цепей.

– Мне нужны такие люди, как ты, – ткнув пальцем в грудь Михайловича. – И они всегда в почёте. Подумай сам, чего ты можешь добиться, если откажешься от этой примитивной магии.

– Откажусь? А что, есть что-то куда более могущественное?

– Есть! – резко натягивая улыбку на своём обличии. – Поверь мне, есть! И поверь мне, технологии могут помочь восполнять ману куда быстрее, чем традиционные способы. На дворе затянувшейся уход эпохи науки некромантии. От неё нет толку, это тупиковое развитие, которое не даст тебе сил и могущества. Воистину настоящих сил и могущества!

– Что же ты предлагаешь? – заинтересованно произнёс Курицын.

– Никчёмные кланы следуют традициям выработанные испокон веков. Они привыкли добывать энергию, ману и силу через практики, через знания заклинаний и через плодотворные тренировки по расширению резервуара для маны. Но у каждого смертного они имеют предел. Этот предел ограничивает не продолжительность жизни, а габариты нашего тела. Резервуар маны имеет предел! Наше строение тела ограничивает расширить возможности до больших пределов. Кто-то говорит о ментальном теле, а кто-то о духовном. Но это разговоры не о чём! – резко сжав руки в кулаки. – Ведь все эти покойники,… – указывая вниз, – …кроме местных жителей, сторонники старой школы. Они исчерпали ману, а потом взяли в свои руки огнестрельное оружие, потому как маны в них не осталось.

– И ты предлагаешь иной подход? – сморщил лицо Михайлович.

– Наука, технологии, аппаратная модернизация может сделать некроманта воистину самым могущественным во Вселенной. Потому как мана будет бесконечной!

– О чём идет речь? – заинтересованно спросил Сергей.

– Представь себе, неограниченные возможности, когда ты можешь применять ману во благо себе, бесконечно и без остановки.

– И она никогда не закончится?

– Пока существует эта Вселенная. Никогда, Мироклин!

– Я не Мироклин!

фрагмент из финала, диалог героя романа,

попаданец Курицын Сергей Михайлович,

с Сайросом владельцем Мантии Некро,

события романа „Мантия Некро:

Промежуток средней полосы“ ТОМ 1

https://www.litres.ru/book/gennadiy-istochnik/mantiya-nekro-promezhutok-sredney-polosy-tom-1-69212578/?lfrom=1009284954&ref_offer=1&ref_key=26496100739b0c1ee17d756a030faece54c59bd605ad4745c21367135c28c43a (по этой ссылке доступна скидка 10%)

Глава 2. Я не Мироклин (часть 1)

– Выпусти меня! – в приказном тоне, яростно выдыхал Курицын. – Иначе, я за себя не ручаюсь! Ну! – напрягая ноздри. – Отворяй, давай! Паскуда!

Михайлович прибывал в узкой, вытянутой к верху, камере. Он не мог сесть, упираясь ногами в прутья решётки, из-за чего профессор вынужденно стоял на своих обеих ногах.

Сергей злобно сжимал решётку руками, неспособный сделать что-либо ещё. Сквозь вздыбленные ноздри и проступивший оскал, с полным призрением, заключённый смотрел на девушку.

– Мироклин, я не выпущу тебя…

– Я не Мироклин! – перебил её герой, сквозь плотно стиснутые зубы. – Паскуда! Дырявый патефон! ВЫПУСТИ МЕНЯ! – закричал он.

– Заткнись! – грозно ответила ему надзирательница. – Умерь свой пыл, недонекромант, – злобно произнесла она. – Ты ничего не добьёшься, если и дальше будешь дерзить. Потому ЗАТКНИСЬ! – под конец она нервно прокричала ему в ответ и ударила ногой по клетке.

Металлическая коробка покачнулась, свисая с потолка на четырёх цепях. Заключённый лицом упёрся в прутья.

– Сука! – продолжая удерживать оскал. – Отдай мне мою собственность, – продолжал он злиться. – Немедля! Тварь!

– У меня нет ничего твоего, – облокотившись о стену, ответила девушка. – Помалкивай, иначе будет худо.

– Ты ещё смеешь мне угрожать? – продолжал свои возмущения учёный. – Падль!

– Мироклин, я тебя предупреждаю, пожалеешь, – скорчила лицо надзирательница. – Я тебе таких люлей отвешу, что родная мать не узнает. Урод, заткнись!

– Проф, ты идиот! – раздался голос Костюка в голове профессора. – Зачем ты убил её, это ведь люди Сайроса.

– Заткнись! – уже про себя, ответил Курицын. – Проснулся. Помалкивал бы и не вякал.

– Без этого минерала ты никто! – продолжал юноша. – Я понял твою слабость!

– Бен, ты сейчас самый последний человек, с кем я хотел бы поговорить. Да ты и не человек больше. Просто голос в моей голове. Но скоро ты починишь в небытие.

– Чего? – возмущённо прозвучал голос Костюка. – Почему ты со мной так поступил? Что я сделал тебе?

– Ой, не надо такое говорить. Мне плевать на тебя. Не до тебя сейчас, мальчишка. Потому закрой свой рот. Это тело больше не принадлежит тебе. Потому просто умри! Сдохни!

– Я так просто не сдамся, – ответил Бен всё с той же интонацией. – Ты не имеешь никакого права распоряжаться мной.

– Тогда, может быть, я убью твоих друзей, – надменно начал Сергей. – Начну с этой девчонки. Отыщу Марин, и откручу ей голову. Ты будешь смотреть, пока я каждому буду ломать их тонкие детские шеи. А ты будешь смотреть, и плакать, но будешь смотреть моими глазами, моими собственными глазами. А ещё ты будешь молить, чтоб я этого не делал, ты будешь умолять меня, чтоб я остановился. Но я не остановлюсь, пока последний не испустит дух. И буду делать это с ними медленно и мучительно. И тогда, когда ты останешься один, ты попросишь меня убить тебя. Ты останешься одиноким голосом, который я задавлю и ты сдохнешь в бескрайне пустоте моего подсознания, Бен!

– Ты не посмеешь! – отважно возразил Костюк. – Нет! Ты не сделаешь этого, проф!

– О, ещё как посмею, – сквозь улыбку на своём обличии, рассуждал Михайлович. – На что ты вообще надеешься, Бен? Я сейчас у штурвала. Я! И я останусь при нём. Потому как теперь я капитан этого судно! И ещё как сделаю это, если будешь меня и дальше доставать. Я буду убивать их, и ты мне ничего не сделаешь. А коли не хочешь этого, не мешай мне. Просто заткнись, мальчишка. Ты желаешь, безопасности для своих друзей, тогда просто помалкивай, мальчишка. Не мешай мне в моих делах.

– Тебе не получится заполучить КиринХаратКриктий, – ещё злился Бен. — Без него ты слаб. Они не до конца понимают, его власть. Объясни им что это, и может быть, они отдадут его тебе.

– С чего это ты мне такое советуешь? – удивился профессор. – Ты думаешь, что я настолько глуп, что поверю тебе? Скажи я это им, и тогда его точно кто-то приберёт к себе. Хватит делать из меня дурака. Наживёшь только проблем.

– Ха, я понял! – усмехнулся студент. – Ты впитал часть минерала в моё тело. Ты перестроил его, но сейчас ты без КиринХаратКриктий, ты без него. Ты слаб, у тебя нет к нему доступа. Следовательно, я могу вернуться. Кто знает, может смогу. Нет, я уверен в этом! Я смогу вернуть и своё тело.

– Заткнись, Бен!

– Нет, ты сам сказал, что я проснулся. Я проснулся, потому как минерала больше нет на твоей шее. В этом всё дело, – стал радоваться голос в голове учёного. – Я смогу вернуться. Смогу!

– Смейся, смейся, – скалился учёный. – Я убью твоих друзей. Посмотрим, что ты скажешь после.

– Ты ещё смеешь угрожать мне? – внезапно отреагировала надзирательница и вынула из кобуры некую палку с небольшими выступами. – Пора тебя проучить, – сказала она и сдвинула тумблер на его корпусе. – Сейчас тебя тряхонёт! – нажимая кнопку.

Из устройства вырвалась электрическая дуга, пробегая по двум контактам на наконечнике. Громкий треск многократно отразился от потолка, заставив Сергея прижаться затылком к другой части подвешенной решётки.

– Не смей! – насупив ноздри, резко отреагировал учёный. – Не смей этого делать! – озлобился Михайлович. – Нет!

– О, ещё как посмею, – улыбнулась женщина и коснулась металлических прутьев клетки.

И вновь проскочил электрический ток, охватив всё тело учёного резкими сокращениями. Он, уже не способный разжать руки, плотно сжимал решётку, продолжая держать неистовый оскал. Судороги по всему телу охватывали его конечности, доставляя невыносимую боль.

– Нравится! – убирая шокер от клетки. – Могу повторить! – ещё злилась девушка.

– Нет, – тяжело дыша, ответил Курицын. – Не нужно, – перекосив лицо от боли. – Я понял, понял тебя, – жадно вбирая воздух, он пытался дышать.

– Проф, ты идиот! – вновь раздался голос Костюка в напряжённой голове Курицына. – Зачем ты провоцируешь её на эти действия? Идиот! Они ведь тебя не просто так посадили в клетку. Сиди и помалкивай, придурок!

– Бен, заткнись! – продолжая превозмогать боль в сведённых судорогах. – Чертовски больно, – продолжал он про себя, с трудом стоя на ногах.

Профессор ещё сильнее упёрся коленками в прутья решётки. И, теряя силы, ударился о них головой. Раздался металлический звон.

– Вот же ты сука! – скалясь, пробормотал он.

– Так, я же сказала, – нажав на кнопку шокера, девушка вновь пустила электрическую дугу в воздухе. – Тебе что, мало? Хочешь ещё? Мужик!

– Да пошла ты! – огрызнулся учёный и плюнул на пол. – Тварь! Паскуда! Не ограничивай меня этот коробочек, я бы тебе такую трепку задал бы. Паскуда!

Надзирательница подошла к клетке. Яростно смотря на заключённого, она схватила его за воротник. А после чего, ослабевшего резко потянула на себя.

– Хочешь иначе,… – удерживая Курицына, она просунула руку под ним. – Будет иначе, – прикладывая наконечник между ног мужчины.

– Дырявый патефон! – что есть сил, выдохнул Михайлович. – Стой! – задрожал его голос, осознав, что сейчас будет. – НЕТ!

Глава 2. Я не Мироклин (часть 2)

Электрический треск разрядов отражался от потолка, пока невероятный болевой удар одолевал профессора. Сергей кричал, голося во весь голос, но это ему совершенно не помогало. Девушка яростно смотрела на него, неустанно продолжая удерживать свой палец поверх кнопки, прижимая её в утопленном состоянии. Казалось, ей это нравится, и чем дольше она одолевала его током, тем ярче проступала улыбка на её лице. И продержав мужчину почти до минуты в сильнейших конвульсиях, она отпустила тумблер, выпуская воротник из своей крепкой хватки.

– Какой же ты мерзкий тип, – сказала она, отступая от клетки, – говно собачье! – и после этих слов плюнула в лицо Михайловича.

Герой, чувствуя, как слюна стекает по его лбу, и продолжает своё движение по щеке, смотрел на свою надзирательницу. Тело его сокращалось уже после шоковой атаки. Ему было больно, но он смотрел на неё дальше, стараясь не показать своей слабой стороны.

– Ещё долго стоять не будет! – добавила она и подмигнула. – Бедняжечка, – продолжая сквозь улыбку. – Мужика из себя строишь? И даже после того, как звенели твои колокольчики? – ехидно усмехаясь над учёным. – А может мне их вообще отрезать, – продолжая сквозь смех. – Хотя нет, трогать я тебя не хочу.

– Она пожалеет об этом, – не в силах и слога вымолвить подумал профессор. – Выберусь из этого дерьма, накажу её. Она так просто у меня не отделается, – продолжал свои размышления Сергей, испытывая сильную боль сведённых судорог в ногах. – Она будет молить о пощаде. Тварь! – он продолжал злиться. – Ох, как же больно. Я тебе такое устрою…

– Ты что опять удумал, проф? – вновь прозвучал голос Костюка, отвлекая Михайловича от злостных рассуждений. – Прекрати всё это! Ты больной? Зачем нарываешься?

– А тебе до этого, какое дело? – возмущённо отреагировал Сергей. – Помалкивай лучше!

– Курицын! – огрызнулся голос юноши. – Больно же!

– Что? Больно? И тебе больно? – продолжая мысленно говорить со студентом.

– Конечно, я всё чувствую! Это моё тело. Проф, прекрати всё это! Не доставай её. Пожалуйста!

– Хватит меня поучать! И профом называть прекращай. У меня имя, между прочим, есть. Я же тебя не называю студнем! Сука, как же больно! – плотно стиснув зубы, прошипел он. – И к тому же, так сильно шандарахнула между ног. Чёрт! Мне бы сесть или лечь! – упираясь лицом в прутья клетки. – Я ей отомщу, только бы выбраться отсюда, – и не в силах уже контролировать всё происходящее, он случайно сказал это вслух. – Сука!

– Что ты сказал? – возмутилась девушка. – Ты ещё имеешь право бузить мне? Ну, ты и нахал!

– Что я? – слегка растерялся заключённый. – Прости, я не хотел.

– Ну, ты и придурок, – засмеялась надзирательница. – Что ты мне хочешь доказать? Свою стойкость? Что ты мужик? Хочешь ещё промеж ног получить? Это, пожалуйста, это я тебе предоставлю с избытком. Но не думаю, что потом у тебя всё будет нормально работать после такой терапии, – сказала она и вновь электрическая дуга проскочила на наконечнике её прибора. – Лучше помолчи и дождись его. Иначе, я не ручаюсь за себя. Я уже в шаге, чтоб не запихнуть это тебе в задницу. И тогда ты будешь молить меня, чтоб я убила тебя. Тварь!

– Тварь! – уже про себя. – Это она тварь! Я ей такую жизнь устрою. Она кричать будет, чтоб я убил её! Это моя идея, это я буду её мучить, а не она меня. Какого чёрта она ворует мои идеи? – продолжая про себя.

– Сергей, что ты удумал? – вновь прозвучал голос юноши. – Ну, зачем ты провоцируешь её? Перестань!

– Бен, заткнись! Я убью её, нужно только силы подкопить.

– Проф! Перестань нарываться!

– О, я это сделаю, я это сделаю! Эта тварь получит у меня сполна! – продолжая злиться. – Только бы продержаться ещё.

– Ну, Мироклин, – с ухмылкой на лице, смотря в лицо мужчины, сказала женщина. – Уяснил урок? Или тебе понравилось? Может повторить? – после чего она подмигнула.

Профессор ничего не ответил, закрыв свои глаза. Он тяжело дышал, поджав ноги, упираясь в решётку узкой клетки. Ему было больно, судороги ног и промеж ног ещё были сильно напряжены. Неспешно и постепенно они отпускали его.

– А может, я так и сделаю, запихну эту штуку поглубже, – продолжала надзирательница. – Знаешь, какого это, когда кишки сводит? Я вот нет. Потом мне расскажешь, если сможешь ещё говорить после этого без криков.

– Не нужно, – ответил заключённый, глотая слюну. – Пожалуйста.

– Не нужно? – улыбнулась во всю надзирательница. – Ты готов меня умолять?

– Пожалуйста, – что есть сил, продолжал Михайлович. – Ты победила!

– Ты готов стать перед мной на колени?

– Что?

– Нет, давай я это сделаю, а то будешь думать, что я пустослов, – продолжала она, неспешно принявшись обходить клетку. – Хоть как-то, но почувствуешь настоящую боль, подобную той, что испытала Мая, пока они разрывали её на части. ТЫ ИСПЫТАЕШЬ ВЕСЬ БУКЕТ БОЛИ! – опять прокричала она. – Это тебе за Маю, тварь!

По щеке девушки пробежала слеза, а потом ещё одна. Курицын молча смотрел в лицо надзирательницы, не понимая причину агрессии.

– И кто она тебе? – наконец спросил он. – Знакомая? Подружка? Любовница?

– Сестра! – холодно ответила она. – Ты идиот! – продолжая сжимать рукоять шокера.

Надзирательница подошла к клетке сзади. Не теряя времени она резко ухватилась за ремень штанов заключённого.

– Нет, погоди! – вытаращив глаза. – Не надо! Стой! – стал паниковать Курицын, чувствуя, что сильно ограничен в этой решётке.

Раздался электрический треск. И новая порция конвульсий охватило его тело.

– НЕТ! НЕТ! НЕТ! – извиваясь от пронзающих электрических разрядов, прокричал Сергей. – ХВАТИТ!

Освирепевшая продолжала шокером касаться прутьев клетки, пуская по ней разряды.

– Мразь! – скалилась девушка. – Тебя убить мало! Сайросу следует отправить тебя в БеШу, там тебе и место, тварь! Я с тобой разделаюсь сейчас! – продолжая тянуть за ремень она спускала с него штаны.

– По правде говоря, там хватит место и для одного! – прозвучал голос откуда-то со стороны.

– А это кто, – испытывая новые порции электрических разрядов и боль в сведённых судорогах. – Бен, это ты?

– Против законов физики не попрешь! – опять раздался голос со стороны.

– Ты? – содрогаясь всем телом, удивился Михайлович. – Хватит, женщина! ХВАТИТ! – закричал профессор. – Я всё понял. ВСЁ! – пытаясь ещё кричать.

Руки Курицына дрожали, он уже не мог стоять, упираясь в клетку. На лице вырисовывалась усталость и отчаянье. Он уже не мог так лицемерно смотреть на неё, как это было в начале. Сергей тяжело дышал, ощущая каменную хватку всех мускул своего тела.

– Пожалуйста, – с трудом моля. – Не нужно, – чувствуя свои оголённые ягодицы. – Не делай этого, нет!

– Она была моей младшей сестрой! – яростно скалясь в лицо учёного, она вновь стояла перед ним. – Не обольщайся, я сейчас продолжу. Просто хотела сказать это тебе в лицо, перед тем, как ты испытаешь настоящую агонию лютой боли. Я стащила их до нужного уровня. Сейчас будет больно. Очень больно! Тварь! И я не остановлюсь, убийца! – надзирательница начала обходить Курицына. – Удобная клетка, в ней обвиняемый не может нормально двигаться, – остановившись за Михайловичем. – У меня заряда хватит, дорогой, и надолго хватит! – добавила она, оттягивая ремень штанов.

– Перестань! – сопротивляясь, ещё что-то пытался сделать Сергей. – Не надо!

– И когда состоится суд,… – касаясь холодным наконечником профессора.

– Эй! – воскликнул заключённый. – Прекрати это!

– …ты больше не сможешь,… – игнорируя Курицына, продолжала девушка.

– Прекрати это! – начал нервничать Сергей. – Слышишь меня? Дырявый патефон! Прекрати это!

– …не сможешь сидеть,… – чувствуя власть, она продолжала, прикладывая палец к тумблеру, —…потому как я… – утапливая кнопку, прикусив край нижней губы, – …сделаю это…

Глава 2. Я не Мироклин (часть 3)

– Чем это ты с ним забавляешься? – произнес некто, ещё не успев войти. – Вон, как бедолага паникует, – прозвучал голос мужчины на низком тембре. – На весь коридор слышно.

И в небольшую по габаритам комнату, с подвешенной клеткой, вошёл мужчина. Облачённый во всё чёрное, он смотрел на Курицына. Лица не было видно, его скрывала тёмная мантия.

– Прекрати это! – грозно приказал он. – Прекрати этот звериный самосуд, Анна! Хватит!

Замечая присутствие постороннего, надзирательница отбросила руку назад. Убрав устройство пыток, она поместило его в чехол, что висел у неё на поясе.

– Сайрос! – сказала она, тактично отступая назад.

И обойдя Сергея, девушка стала на своё прежнее место.

– Рада видеть тебя, Сайрос. А мы с Мироклиным всё думали и гадали, когда ты уже посетишь нас? – добавила она, улыбаясь ему в ответ.

– Вижу, ты времени не теряла зря, развлекаешься, – всё тем же, низким по тембру, голосом. – И гостя нашего не заставила скучать. Забавляешь и его. Гостеприимная ты наша девочка. Это похвально, похвально.

Из-под накидки, которая скрывало лицо мужчины, в её тени отчётливо проступили глаза Сайроса Нейловджина. Он смотрел на профессора, продолжая говорить со своей подчинённой.

– Он буянил?

– Да так, немного задирает нос, – ответила надзирательница. – Дерзит. Думает, что ему всё сойдёт с рук, – сказала она, и со всей силы ударило ногой по решётки.

Клетка покачнулась, заскрипели петли у потолка, отдавая звоном между звеньями цепей. Михайлович резко выдохнул от неожиданного действия Анны. С трудом ухватившись за штаны, Сергей принялся подтягивать их, вцепившись в край пояса.

– Пришлось поставить его на место, – продолжила она. – Устроила ему небольшую встряску.

– Вижу, вижу! – ответил Нейловджин. – Уж больно тихо стало, притих смельчак.

Учёный тяжело дышал, едва оклемавшись, он пытался выпрямиться на дрожащих ногах. Но получалось у него это с большим трудом. То руки, то ноги его ещё вздрагивали, тело продолжали сводить судороги. Это отчётливо передавало лицо профессора, как бы он это не пытался скрыть.

– Ну, что же… – откинув балахон с головы, продолжил главный, – …Мироклин…

– Его это бесит, – ехидно улыбнулась девушка. – А меня забавляет.

– Я знаю, Анна, – на мгновение бросив взгляд на свою подчинённую. – Ну, так, – вновь смотря на героя. – Мироклин,… – делая пару шагов по направлению к заключённому, – …как поживается в тесной клетке?

– Я не Мироклин! – озлоблено ответил Курицын. – Я не… – сдерживая боль, – …Мироклин, – более уставшим голосом. – Я… – замолкая, пытаясь совладать с болью в ногах.

– Ох, – вздыхая, главный начал вертеть головой. – Ты его хорошенько так встряхнула. Вон, какой послушный стал.

– Я что, собака? – что есть сил, возразил герой. – Я вам не послушная собака.

– Ты так и не уяснил, – смотря в глаза ученого, продолжил Сайрос. – Плачевно. Плачевно, но плачевно только для тебя. Потому как за каждое неповиновение тебя будут бить. А если ты, собака, не станешь послушным, я тебе устрою настоящее испытание. И поверь мне, после такого тело уже не может правильно функционировать, не может работать так, как работало до того. Без рук и ног, без органов осязания. Я тебе всё отрежу, и только в конце лишу головы! – грозно подытожил Нейловджин, насупив ноздри. – Но, это если ты будешь плохой собакой, – уже более умеренным голосом. – Давай не будем об этом. Я сегодня добрый, очень добрый. И хочу, чтоб и ты был учтив со мной. Я не считаю тебя собакой, ты всё же человек. Потому, давай закончим говорить на эту тему. И поговорим, как нормальные люди.

– Зачем? Зачем ты с ним любезничаешь? – стала недовольствовать надзирательница. – Может я его ещё раз? – спросила она, приложив руку к кобуре.

Михайлович, в ту же секунду прижался затылком к задней стороне решётки. Ему явно хватило того, что уже было.

– Анна, в следующий раз не доводи наших плохишей до такого скотского состояния. Он вот-вот и по твоей команде подошву начнёт лизать. Ещё убьешь его ненароком. Знаю я твои извращённые игры. Плохая девочка, – грозя пальцем.

– Какие ещё игры? – опешила Анна. – Ты серьёзно, Сайрос?

– Ну же, у тебя нет чувства юмора? – засмеялся главный. – Это шутка. Но всё же его состояние ты сильно пошатнула. Не нужно так, впредь. Мне бы с ним поговорить. А ты его шокером своим фигачешь. Умерь свой пыл, девочка!

– А что, он жить после этого должен, столько народа загубил? – с ненавистью смотрела на учёного надзирательница. – Отдай его мне, я изморю его. Замучаю до смерти. Этой твари место только в гробу! И то, гроба на него жалко.

– Анна, ты же знаешь правила, – повернув голову в сторону девушки. – Ты ведь знаешь их.

– Дай, Сайрос, – смиренно опустив голову. – Но, он…

– А-а-а! – указательным пальцам грозя девушке. – Ты же знаешь правило! Оно едино для всех.

– Да,… – тяжело на выдохе произнесла она, – …СаВcеПра!

– Самое важное правила клана! – засмеялся Сергей. – Они у тебя все на привязи. Наверно и лают по команде. Собачки Сайроса! – придя в себя, продолжил язвить учёный.

– Ещё есть силы? Похвально, – Нейловджин начал хлопать. – А ты смелый, – скорчив лицо. – Скажи мне, откуда столько энергии? Откуда ты получил эту ману? Таких резервуаров нет в природе, по крайне мере, нет в человеческом теле.

– Он заметил это! – вновь прозвучал голос Бена в голове Сергея. – Не глуши меня, не смей, это моё тело! Он хочет от тебя… – и Костюка умолк.

– Ага, вот как его можно заткнуть, – обрадовался про себя Курицын. – Я не понимаю о чём ты? – уже вслух.

– Когда-то, до Великого Суда, на этих землях обитали эльфы и другие твари. И те, кто владели магией, имели невероятного объёма резервуары для маны. Но, вместе с гоблинами, троллями и остальной нечистью их всех депортировали. Изгнали отсюда. И подобные способности остались описанными в книгах, а после стали сказками и просто мифом. И вдруг, откуда ни возьмись, появился ты.

– Куда изгнали?

– В БеШу, – ответил Сайрос.

– Вот почему учительский корпус практикует хождение в Бездну Шулёса через сублиматор, – добавил Сергей.

– Верно. Ты понимаешь это. А они нет, – вертя головой. – Они никогда не смогут расширить его. Потому как некромантия, в отличии от нейроники…

– Имеет тупиковое развитие, – Михайлович закончил за главным.

– Верно, – улыбнулся Нейловджин. – Ты мыслишь верно. Так объясни мне, как ты получаешь ману? Как ты, имея человеческое тело, впитываешь в себя столько энергии? Или как-то научился восполнять ману?

– Проф! – вновь вырвался голос юноши. – Не говори ему, мне страшно, не опускай меня во тьму. НЕТ! Пожалуйс… – и Костюк опять замолчал.

– Я просто много практиковался, – смотря в глаза главного, ответил Михайлович.

– Ну, не знаю, не знаю, – задумчиво произнёс некромант. – Звучит не совсем убедительно. Ну, хорошо, допустим, – задумчиво. – Возможно, ты уникален, – добавил он.

– Да в чём его уникальность? – возмутилась надзирательница. – Сайрос, он что тебе нравится?

– Анна выпусти его, – внезапно приказал Нейловджин. – Клетка ему ни к чему.

– Что? – резко приподняв голову, удивилась надзирательница. – Но, Сайрос!

– Я же говорю, открой клетку! – монотонно повторил главный, смотря в глаза героя.

– Но он убил одну из наших? – продолжая свои возмущения. – Его нельзя выпускать! Он опасен!

– Анна, ты же знаешь, что она соскользнула с его руки, – повернув голову в сторону надзирательницы. – Это был несчастный случай, – приподняв веки, сказал он вновь всё тем же, низким по тембру, голосом.

– Это его отговорки! – воскликнула девушка. – Нет! Он убийца! Он убил одну из твоего же клана. Она была одной из нас. Ты его после этого возьмёшь и отпустишь? – продолжая злиться и нервничать. – Сайрос! Не делай этого. Нет!

– Ты так считаешь, Анна Кусан?

– Ну, зачем? Зачем так официально, – напряжённо смотря на Нейловджина. – Я что неправа? Почему ты не слышишь меня. Дело не в том, что это моя сестра. Он убил одну из наших. Он намеренно это сделал. Это лишь отговорки. Он убийца, Сайрос!

– Это было отговоркой или это действительно так случилось на самом деле, Мироклин? – переводя взгляд в сторону Михайловича. – Это было несчастным случаем?

– Это наводящий вопрос! – голос девушки дрожал от возмущения. – Не надо так, Сайрос, – глаза Анны стали мокрыми. – Пожалуйста, Сайрос, не выпускай его. Нет!

Курицын вновь хотел было возразить. Он был готов опять оспорить, указать на неверно названное имя. На мгновение учёный напряг своё лицо, но промолчал в ответ.

– Дырявый патефон, – бормоча себе под нос. – Дырявый патефон! – повторил он.

– Что ты говоришь? – спросил главный, потянув уголком губ. – Ты что-то сказал?

– Так случилось… – ответил профессор, с трудом натягивая на себя улыбку, содрогаясь губами, – …на самом деле,… – спустя некоторую паузу ответил Михайлович, с ехидством смотря на свою надзирательницу. – Я просто её не удержал. Перчатка, всё дело было в её перчатках. Они подвели. Это несчастный случай, – переводя взгляд на главного.

– Ты слышала его ответ? – спросил Нейловджин.

– Но, Сайрос! – бегая взглядом, метая его от заключённого до главного и обратно. – Сайрос, его нельзя выпускать.

– Ты слышала его ответ? – повторил он.

– А как же суд? – с надеждой блестели её мокрые глаза. – Его ведь будут судить?

– А суда не будет, – внезапно ошарашил её главный. – Я принял решение не проводить суд. Он сейчас неуместен.

– Но Сайрос, он же…

– СаВсеПра! – обрывая надзирательницу. – Выпусти его, немедленно, Анна Кусан! Немедленно, потому как я приказываю тебе это сделать!

Девушка с растерянным взглядом вновь посмотрела на профессора, а после на Сайроса. Рукой от напряжения она ухватилась за кобуру с шокером, и вновь посмотрела на заключённого.

– Ну, так что? – с усмешкой на своём обличии, смотрел Курицын. – Хозяин тебе приказал, апорт! Отворяй, давай, – сверля пронзительным взглядом. – Пожалуйста! – оголив свои белоснежные зубы.

Глава 2. Я не Мироклин (часть 4)

– Ты никогда не задумывался стать частью общества подобных тебе? – двигаясь вперед, бок о бок с Курицыным, говорил Сайрос. – Ты некромант, такой же, как и мы. Но есть одно но, существенное, весомое но.

– Какое, но? – спросил Сергей, ступая за главным.

– Ты можешь куда больше! – воскликнул главный. – Это знаю я и это должен знать и ты. Ты можешь куда больше. Ты это уже показал. Ты лучше остальных из моего клана, едва они окончили первый курс. Ты ведь Бен, Бен Костюк, не так ли?

– Он знает! – прозвучал голос юноши в голове Михайловича. – Нет, стой, нет… – и он опять умолк.

– Я не Бен, – ответил профессор. – Я…

– Я видел, что стало с этим юнцом, – идя дальше, продолжал Нейловджин. – Я присутствовал на его похоронах. На мальчишку мне было плевать. В тот момент меня интересовало взглянуть на лица прибывших гостей. Но не думал я, что стану свидетелем этого невероятного воскрешения. Не будь я занят своими делами, то заметил бы сразу, что здесь замешены высшие силы.

– Что ты хочешь от меня, Сайрос? – спросил Курицын, едва собеседник успел сделать паузу.

– Кто ты? – остановился главный. – Как проник в тело этого юнца? – продолжая стоять спиной к герою. – Как перестроил его внешний вид? И откуда у тебя такие неиссякаемые резервуары маны? – развернувшись в сторону учёного. – Мироклин! – пронзительно смотря в глаза своего собеседника. – Ну же, отвечай.

– А тебя не интересует, как я овладел знаниями? – спросил Сергей.

– Ой, не нужно меня этим пытаться удивить. У тебя хорошая память, вычитал в библиотеке, запомнил. А в нужный момент, применил, – с полным безразличием говорил Нейловджин. – Я видел, как ты, будучи в теле Бена разрывал этих выпускников на части, – проявив улыбку на своём лице. – Порадовал. Но тогда, у тебя закончилась мана. Ты казался обычным задротом, который умело применял заклинания. Но не подумал о пределах своих возможностей. Типичная ошибка для первокурсника и второкурсника. Вы ещё такие зелёные юнцы. Ты применял самые мало потребляющие, но эффективные, заклинания. Я оценил это, и то, как ты рвался в бой. И вот, когда мы в последний раз виделись, я удивился, как изменился твой внешний вид. А всего-то три месяца прошло. Ты знаешь, не убей ты Маю, мы бы, не стали искать тебя. И я бы не заметил, той особенности, ради которой я тебя сейчас освободил. Мы быстро выследили тебя, ты хорошо сопротивлялся, пока не обронил это, – вытащим из внутреннего кармана камень бирюзового цвета. – Что это за минерал? В нём всё дело? Мироклин, не молчи, я знаю!

– Он обманывает тебя! – едва различимая вырвалась фраза юноши в голове профессора.

– Отдай! – пытаясь выхватить.

– А-а-а! – отдёрнув руку. – Не так просто, Мироклин.

– Я не Мироклин!

– Видимо, ты ещё не понял, кто я такой, – возразил Сайрос и подбросил минерал в верх.

Профессор задрав голову, глазами пытался уловить траекторию полёта подброшенного минерала. Но главный успел схватить его раньше и, плотно сжав в кулак, ударил в живот Михайловича. Герой пошатнулся и рухнул на пол.

– Я тебе сейчас устрою, – оскалился Курицын.

– Ага, значит, тебе нужен близкий контакт с ним, – улыбнулся Нейловджин, разжимая руку с бирюзовыми осколками и горящей лампочкой.

– Что? – удивился учёный. – Это не КиринХаратКриктий. Это подделка!

– КиринХаратКриктий, – задумчиво повторил Сайрос. – Ты это украл у КраСес? – нанося ударом ноги в живот учёного.

– А! – скорчился Михайлович. – Чёрт!

– А ты думал, я взял с собой этот минерал? – стоя над героям, усмехнулся главный и нанёс ещё пару-тройку ударов в живот Сергея. – В клетку его!

Сзади подскочило несколько человек и, схватив Курицына за подмышки, потянули вверх. И его грубо поставили на ноги.

– Дырявый патефон! – возмутился герой. – Куда вы меня на этот раз потащите? – пытаясь обернуться назад. – Хватит уже! Сайрос, ты пожалеешь об этом! – смотря в лицо главного.

– Не бойся, больно будет не долго, – вновь с полным безразличием ответил ему главный. – Сегодня я всё узнаю, – добавил он и отбросил осколки в сторону. – Мироклин!

– Я не Мироклин! – обозлёно возразил Сергей. – Я Грес ПроСвет! – пытаясь ухватить полы мантии Нейловджина. – Мантия Некро будет моей!

Поставив учёного на ноги, его руки свели за спиной и в ту же секунду на них надели холодные браслеты. Раздался щелчок, устройство издало низкий звуковой сигнал, последовал металлический звон.

– О, неужели ты думаешь, что я постоянно хожу в ней, и тем более, сейчас? – с ехидством смотрел главный. – Глупец ты, Мироклин!

– Вы все пожалеете о том, что стали у меня на пути! – продолжая свои возмущения, ещё сопротивлялся герой, пока его тянули в противоположную сторону. – Сайрос, я тебя убью! – не угасали угрозы и сопротивления, пока его волокли по коридору.

– В твоих снах, жалкий Мироклин, – улыбался главный. – Сегодня, великий день! – задрав голову к верху. – Я ещё на шаг ближе к цели, – смотря в потолок. – Я почти решил эту головоломку. Скоро. Совсем скоро. Я смогу это сделать. Я смогу!

Спустя некоторое время, Курицына усадили в подобие металлического кресла. На его руки моментально были надеты металлические браслеты, плотно приковывая, стесняя какие-либо движения.

– Что вы делаете? – пытался вырваться Сергей. – УРОДЫ! – повысив голос. – НЕМЕДЛЕННО СНИМИТЕ ЭТО…

– Сиди ровно, – подошёл один из незнакомых герою людей и нанёс сильный удар по лицу героя.

Разводы перед глазами, острая боль в висках. Перед глазами всё начало плыть.

– Сиди паинькой, всё пройдёт безболезненно, – добавил ударивший его мужчина. – Понял меня?

– Да, – почти на выдохе ответил герой, жмуря свои веки. – Вы пожалеете, все пожалеете! – испытывая жуткий гнев. – Там я был обычным человеком, я пытался стать выше всего этого. Я мог добиться чего-то высшего. Но у меня это отняли! – скалясь. – Возможно, убили. Не знаю! Но я вернулся. Я переродился в новом теле, я переродился с новой жизнью, я переродился в новом мире. И я почти стал Истинным Некромантом! А вы пытаетесь всё это отнять у меня? Вот уж нет, паскуды! Я сожру вас целиком, я сожру вас живьем, я сожру всех, кто дорог вам! Я не отступлю! ТВАРИ! Вы все мусор, челядь, что стоит у меня на пути! – пытаясь вырваться. – Вот только маны подсоберу, и заставлю вас страдать…

И опять мужчина ударил его по лицу. Треск в ушах, круги перед глазами, боль в голове.

– Заткнись, придурок! – уже отходил назад ударивший его. – Или повторить, – резко развернувшись?

– Нет! – ответил герой. – Я понял. Дырявый патефон! – злобно бормоча. – Сука!

И в тот же момент рука учёного выскользнула из петли. Потом вторая, но ноги были по-прежнему пристёгнуты.

– Как это у меня получилось? – озадачился профессор. – Как?

И тут он заметил, что одежда, в которую он был облачён, слишком свободна для него, она стала казаться большей по размеру. Он взглянул на своё отражение, которое отчётливо отражали некоторые приборы, стоявшие у кресла. И Курицын увидел в отражении Бена.

– Чёрт! Мой былой облик. Нет! Я опять этот мальчишка? Нет! Нет! Нет!

В ту же секунду раздался взрыв, на пол упала массивная дверь. И в помещение, испуская разряды молний, и выбрасывая огненные шары в окружавших героя некромантов, вошла группа незнакомцев. Гремели взрывы, трещали электрические разряды. И среди незнакомцев профессор узнал знакомые лица.

– Марин! Торус! – обрадовался Бен, чувствуя контроль над своим телом. – РЕБЯТА! – замечая остальных, прокричал Костюк. – Я ЗДЕСЬ! Я ЗДЕСЬ! Я ЗДЕСЬ, РЕБЯТА!

Глава 3

…я думал, что ты развратная наложница или проститутка.

– Эй! Вы это почему так решили?

– А давай на „ты“, Милана.

– Мне без разницы! – злобно она смотрела на мужчину. – Если Вы не потенциальный ГоХоТе, то делать Вам здесь нечего. Это женский гарем!

– Потому, как ты одета. Твоя грудь, прости, что порвал эту марлю, она и так не была скрыта.

– Потому, как РаЛю не нужна одежда, – гордо ответила Милана. – Просто здесь прохладно. А я не привыкла ещё, я новенькая.

– Интересное место, куда я попал, – игнорируя ответ собеседницы, герой вновь посмотрел на окружающие его стены. – И давай на „ты“. Видимо КиринХаратКриктий может это, – сказал он вполголоса. – С ним я могу перемещаться между Вселенными, интересно.

– КиринХаратКриктий, что сиял в твоих руках, ты выкрал его из храма КраСес? – спросила полуобнажённая особа. – Ты вор, что ли? Ты не Страж Света?

– Ничего я не воровал, это трофей. И я не Страж Света. Достала уже!

– Они тоже носят золото. Но форма одеяния и эмблемы у них другие. И что это за три сферы у тебя на гербе?

– Лучше ответь мне на вопрос, дева. У них есть такой же? – вынимая потухший кусок минерала. – У твоих КраСес, в их храме есть такой же КиринХаратКриктий?

– Такой же? – удивилась Милана. – Так это другой камень?

– Я ничего не воровал! – оскалился Люцифер. – Я же доходчиво объяснил тебе. Я не вор!

– То есть этот камень…

– Минерал! – поправил ей Безродный.

– Пускай будет минералом. То есть этот минерал не из храма КраСес?

– Значит, у КраСес есть такой же?

– Да, наверно, – растерялась Милана. – Я не знаю.

– А кто такие, эти КраСес? – убирая потухший камень обратно за латы.

– Красное Сестринство.

– Женщины, как много женщин на моём пути, – отреагировал герой. – Ладно, Милана, веди меня к этим КраСес. Покажу им свой минерал.

– Нет! – ответила девушка.

– Нет? – скорчил лицо Безродный. – Ты дерзишь мне? Храброй себя возомнила?

– К ним нельзя! В этом причина. Это не моя прихоть, Господин.

– Это почему же? ОТВЕЧАЙ! – резко подняв голос.

– По уставу КраСес, это учение ордена Красного Сестринства, мужчинам вход воспрещён. Потому, Вам, то есть тебе туда нельзя.

– Да ну, неужели? – самоуверенно улыбался Люцифер. – А может ты меня обманываешь, Милана? Милана, значит милая. Так ответь мне честно, милая. Почему же?

– Каждый, абсолютно любой мужчина, кто вхожий в священный храм Красного Сестринство есть недруг. Он нарушитель спокойствия, входящий в святую святынь, как осквернитель лона до брачных уз среди обычных смертных. Он несёт искушение и грех, что лишит вас сил и мудрости. Он сеятель раздора и сомнения, что не даст вам превзойти их по силе. Он возьмёт вас силой, а когда наиграется, бросит, как обессиленных и никому не нужных! И вы станете грязью. А грязь не вхожа в храм, и даже смерть не очистит вас после этого. Ибо вы соприкоснулись с грехом!

– Так я и есть грех! – засмеялся Люцифер. – Я не метафора, я и есть грех в истинном его виде.

фрагмент, диалог героя романа,

попаданец Люцифер Безродный,

с Рабыней Любви Миланой,

события романа „Изгой:

Здравствуй – я Люцифер!“

https://www.litres.ru/70013641/?lfrom=1009284954&ref_offer=1&ref_key=6b17a05cfe419b5648f1285e0984f31e2807d46d8a27fa72c8b9138fb5f4786c (по этой ссылке доступна скидка 10%)

Глава 3. Ступая по выжженной земле (часть 1)

– Как ты Бен? – держа за руку, шла Марин рядом с героем.

Яркий фиолетовый цвет её волос моментально приковал взгляд Костюка. Они очаровывающие переливались в лучах заходящего солнца. Свет небесного светила мелькал, пробиваясь через руины окружающих построек.

– Бен! Бен! – повторила девушка несколько раз.

– Да не трогай его, не видишь, он контужен, – прозвучал чей-то знакомый голос.

– Ну, я… – глотая слюну, юноша пришёл в себя. – У меня в горле пересохло.

– Вот, попей, – отстегнув ёмкость с пояса, передала ему фиолетоволосая свою личную флягу.

Герой моргнул несколько раз, пытаясь сфокусировать взгляд на человеке идущем впереди них. И, с трудом отвлекаясь от небывалого окраса волос Нирам, он заметил Сагре. Лидер, внимательно осматривая каждый поворот и закоулок, на узкой улочке, неспешно двигал их компанию за собой.

– А где Марио, где Миша? – сделав несколько глотков, спросил Костюк.

– Они скоро нагонят нас, – ответил Торус. – Дмитрий, как обстановка? Ага! – прижимая гарнитуру к уху. – Я плохо тебя слышу. И что? Куда ушли? Что? – возмущение не сходило с его лица. – Ладно, я понял. Нет! – оскалившись. – Ладно. Оставайся на месте.

– Что там? – спросила Нирам.

– Гуртки свалили, – ответил Сагре, и со всей силой пнул какой-то булыжник, лежавший у его ног. – А я говорил на Рамха полагаться нельзя. Он какой-то странный.

– А на Макса? – добавила Марин. – Ты думаешь на него можно.

– Ну, он уже не тот, что был раньше, к тому же вообще калека, – на мгновение обернулся лидер. – Одна из КраСес ему руку отсекла, интересно, только руку? Вон Бену чуть не оторвала его…

– Торус! – перебила его Нирам. – А ничего, что в вашей компании девушка?

– Ой, ну прости, – скорчил лицо Сагре. – Я просто нервничаю. Не нравится мне это дорога, – смотря вперед. – Мы здесь ещё не ходили. Шулёс его знает, кого сможем повстречать на пути. Тут глаз да глаз нужен.

– Ребята, я вас так рад видеть, – радостно произнёс Костюк. – Курицын…

– Опять он? – продолжая идти, тут же вставил Торус. – Все беды из-за твоего попутчика. Лучше бы он вообще не вторгался в наш мир.

– Тогда мы бы его уже давно похоронили, – подытожила Марин. – Если бы не его попутчик, то Бена давно бы ели черви.

– А эта сучка знает толк! – прозвучал голос профессора в голове Бена. – Нравится она мне всё больше и больше. Расцветает цветочек. Аж слюнки потекли. Огонь-баба!

– Проф! – уже про себя. – Перестань оскорблять моих друзей! Не смей так говорить про Марин. Слышишь меня? Не смей!

– А что ты мне сделаешь, мальчишка? – с усмешкой в голосе. – Нотации продолжишь причитать? Ничего ты не можешь мне сделать. Правильно твоя подружка сказала, ты жив благодаря мне. А значит твоя жизнь теперь моя. Отдавай своё тело!

– Заткнись, Курицын! – едва сдерживая эмоции. – Пошёл ты! Урод!

– Вот-вот, мы так к общему консенсусу не подойдём. Потому я буду говорить то, что хочу. И вообще, будто она тебе не нравится. Ты посмотри, какая она сексуальная и такая брутальная, властная. Да ты сам её хочешь, я чувствую твои мысли. Она мне нравится больше остальных, это потому что тебе она нравится. Хотя, я бы сейчас РаЛюшек подыскал бы себе. Нужно разряд сбросить, а то ведь замкнуть может. Может Эстер для начала, она на коленках постоит. Она это вполне может сделать.

– Проф, ты что несёшь? – испытывая стеснением, говоря о Нирам, Костюк опустил голову. – Проф, не в гоняй меня в краски. Что ты удумал? Марин моя подруга, как и Эстер. Перестань говорить такие гадости о них. Перестань, проф! Я приказываю тебе. Перестань!

– Знаешь что, я вкусил недостаточно, – никак не утихал голос в голове Костюка. – Я хочу большего! Это так забавляет. Я тебе гарантирую, ты будешь плакать, когда я завладею вновь твоим телом. Если ты не хочешь идти мне на встречу, если ты не хочешь по-хорошему. Тогда будет по-плохому! Я злопамятный! Я наброшусь на неё, я сорву с неё всю одежду! А потом проникну в неё!

– Прекрати, Курицын!

– Она будет умолять меня, а я буду двигать бёдрами! – продолжал Михайлович. – Она будет рыдать и плакать.

– Заткнись, Курицын!

– Она будет кричать от боли! Она будет стонать от жуткой и грубой боли. Как тебе такой расклад, мальчишка?

– Прекрати! Ты не посмеешь, проф?

– О, ещё как посмею, и сделаю это с превеликим удовольствием, только бы тебя изничтожить. Ты должен был умереть. Почему я до сих пор заложник твоего тела? И когда ты сдашься, испустишь дух, я стану Истинным! Сделай это как можно быстрей. Я устал от бремени, которое зовут Бен Костюк!

– Почему? Почему ты так со мной? Зачем ты мне угрожаешь?

– Потому, как я хочу полноценной жизни, а ты мешаешь мне! Отдай мне своё тело! Уйди на покой, жизни спокойной я тебе не дам. Ты должен находиться в гробу. Тебя должны были похоронить ещё в прошлом году.

– Проф! Перестань! – продолжая идти склонив голову.

– Ладно, мальчишка. Я не трону её. Я обещаю тебе, если ты обещаешь отдать мне своё тело. Как тебе такой расклад?

– Ничего не понимаю, то угрозы, то уговоры. Ты какой-то странный.

– Я? – радостно прозвучал профессор в голове героя. – Или у меня биполярное расстройство, или я просто в отчаянье? Я не знаю, что делать и могу наломать дров. Знаешь такое выражение?

– В смысле, сделать что-то непоправимое, то чего не хотел?

– Бен! – отвлекая героя от раздумий, обратился Торус. – Ты где вообще? В облаках витаешь? Что с тобой? Ты всё время молчишь. Всё нормально? Всё хорошо?

– Нет! – ответил Костюк. – Он огрызается, он угрожает мне.

– Курицын, – добавила Марин.

– Да, он, – вновь опустил голову. – Он стал излишне агрессивен. Мне сложно его контролировать.

– Ты с ним говорил? – уточнил Сагре.

– Надо бы его как разделить, – добавила Нирам. – Он ему нормально жизни не даст.

– А это возможно? – заинтересовался юноша. – Как это, разделить?

– Интересно, каждому дадут по телу или здесь кроется подвох? – вновь прозвучал голос учёного.

– Ну,… – идя дальше, продолжила девушка, – …Рамх об этом что-то говорил.

– Вот только они бросили нас, – обозлёно добавил Торус. – Так что, забудь.

– Но… – попыталась возразить Марин.

– Тихо! – прошептал лидер. – Там! – указывая вперед.

– Синдикат! – хватая Костюка за воротник, фиолетоволосая потянула его к мусорным контейнерам.

Сагре последовал примеру друзей. И троица притаилась. Неприятный запах моментально ударил по носу.

Глава 3. Ступая по выжженной земле (часть 2)

– Что это так разит? – сказала девушка и плотно прижала нос рукой. – Фу! Эх! – приглушённо, сквозь материю рукава. – Ещё кто-то сбрасывает мусор?

– Не время менять позицию, – добавил Торус. – Сидим молча. Ни звука!

– Знаю, – гундося, ответила она. – Но этот запах. Фу!

Бен, не сразу, но тоже почувствовав вонь, зажал свой нос. Отступая, прижимаясь к стенке, он ногой упёрся во что-то твёрдое. Обернувшись назад, юноша ощутил ещё более резкий запах.

– Что здесь так воняет? – не отпуская нос, никак не могла успокоиться Марин. – Мне глаза режет. Что здесь сдохло?

– Не удивительно,… – язвительно ответил Сагре, – …столько смертей. Марин, кончай носом крутить! – сквозь оскал, он начал шептать. – Жди! Терпи!

Костюк тем временем, пытался понять, во что он упёрся. Перед ним лежал большой сверток бумаги, или тряпок, сразу невозможно было разобрать.

– Что ты там нашёл? – спросила фиолетоволосая.

– Не знаю, – ответил юноша.

– Заткнитесь! – нервно прошептал лидер. – Заткнитесь! Пожалуйста, заткнитесь оба!

С трудом удерживая рвотные позывы, Нирам взяв палку, приподняла кусок ткани. И она в ту же секунду увидела перекошенное лицо покойника.

– Несчастный умер в муках, – прошептала она и отдёрнула руку назад. – Вот откуда запах. Труп!

– Тихо! – прошептал Торус, и повернув голову, заметил покойника. – Уже нет возможности сменить место укрытия, тихо! – добавил он и резко замолчал.

Друзья, зажав носы притаились. Мимо укрытия с мертвецом шло трое взрослых мужчин.

– Макмут, – первый обратился ко второму. – Слыхал об этом? Говорят, они просто не могут уснуть.

– Ты думаешь в этом проблема? – ответил второй. – Гашваро, ты в этом уверен?

– Ребята, у кого есть что поесть? – прозвучал третий голос.

– Белбер, ты достал уже, – огрызнулся Макмут. – Сколько можно жрать? Ты на себя посмотри.

– Гашваро, ну пожалуйста, – грустно произнёс третий. – Ну, хоть один кусочек. Тебе, что жалко?

– Жалко, потому как ты никогда наесться не можешь! – ответил второй.

– А чего ты за Гашваро отвечаешь? – продолжал Белбер.

– А он со мной согласиться. Да, Гашваро?

– Тихо! – оборвав остальных, резко заявил первый. – Кутар что-то учуял? Кто-то здесь есть.

– Гашваро, – твоя собака, просто есть хочет, как Белбер.

– Я вам что, собака? – возмутился третий.

– Заткнись, жирдяй! – огрызнулся второй. – Не беси меня, а то кишки выпушу. Толстый урод!

– Там! – резко воскликнул первый.

Мусорный бак был сдвинут в сторону. Торус толкнул Костюка по направлению движения контейнера и скрыл героя из виду. Но он, не успел отпихнуть Марин, раскрыв и её и своё местоположение.

Перед Нирам и Сагре показалась тройка незнакомых им мужчин. Один из них был с собакой, второй с порезанным лицом улыбался в сторону Нирам. А третий в спешке вытирал руки о свою одежду. Он был полным, из-за чего казался напуганным и растерянным.

– Какая вкусняшка! – мужчина с порезанным лицом схватил фиолетоволосую за шею. – Ух! – второй рукой шлёпнув по её попке.

Мужчина пробежался взглядом от головы до ног Марин, и облизал свои губы. Продолжая держать за шею, второй рукой он начал щупать грудь девушки, жёстко комкая каждую.

– Ай! – воскликнула девушка. – Не надо. Нет! – извиваясь. – Пожалуйста, я вас прошу. Не делайте это.

– Что, не ожидала? – улыбаясь, засмеялся мужчина с порезанным лицом.

И закончив свои грязные действия, он приподнял её ещё выше над землёй. – Рост подходящий. Главное, чтоб твои коленки выдержали стоять на карачках.

– Отпусти её! – резко приподнялся Сагре.

Первый, не проявляя каких-либо эмоций, выпустил поводок из своих рук. Собака набросилась на Торуса, стараясь укусить за шею.

– Молоденькая, – страстно прошептал Макмут над ухом девушки. – Какая ты сладкая. Детка в самом соку.

– Отпусти меня! – продолжала сопротивляться Нирам.

– Давай, бейся… – он продолжал шептать, – …ты меня ещё больше заводишь. Укуси ещё, – подставив руку к губам Марин. – Давай, я этого хочу. Стань дикой кошкой, тигрица.

– Ну не надо, пожалуйста, – пуская слезы, она начала плакать. – Нет!

– А ты очень вкусно пахнешь,… – схватив за лицо, – …детка, – утопив нос в фиолетовые волосы девушки. – Какой чудный аромат. О, да! Твой запах сводит с ума, – добавил он и в ту же секунду облизал её щёку. – Какие сладкие слезы. Обожаю, когда плачут. Ты не представляешь, скольких я убил. Самые сладкие, молоденькие как ты. Я уже готов, опуская взгляд на свои штаны. Стонать будешь громко! Ты запомнишь меня на всю свою короткую жизнь! А потом, я придушу тебя. Испытаешь небывалый…

– Но это моя собака почуяла их, я её первый трахну! – обрывая Макмута, схватив за руку девушку, стал требовать первый. – Это моя собака, следовательно, я буду первым!

– Ты чего, Гашваро, это мой трафей, – от неожиданности скорчил лицо второй. – А ну в очередь, я секонд-хендами не пользуюсь.

– Пожалуйста, не надо заплакала Марин. Нет!

– Заткнись! – нанося кулаком сильный удар по лицу девушки. – ЗАТКНИСЬ! – заорал Макмут. – ЗАТКНИСЬ, СУКА! – нанося ещё один удар. – Просто, заткнись, – уже более сдержанно.

– Зачем вы так? – испуганно смотрел на своих товарищей Белбер. – Может, отпустим её?

– Не хочешь, нам больше достанется, жирдяй! – вновь огрызнулся второй. – Гашваро, а может тогда твоя собака будет первой, она нашла, а не ты. Но я после собаки точно не буду.

– Макмут! – освирепел первый. – НЕ ПЕРЕГИБАЙ ПАЛКУ! – на мгновение подняв голос. – Я старше тебя! Я тебя прирежу! – первый вынул нож. – Эта баба будет моей. Я первый её трахну.

– О, это так ты решил мне угрожать? – засмеялся второй. – Это твои аргументы?

И пока товарищи-бандиты ссорились, пытаясь определиться с последовательностью своих действий, Торус лежал на полу, с трудом держа собаку, удерживая её за ошейник. Дикий зверь извивался, пытаясь достать до шеи Сагре.

– Бен, беги! – на мгновение, повернув голову в сторону Костюка. – Я пока могу удержать пса. Они не видят тебя. Беги, друг!

– Ну, вот видишь, насколько ты беззащитен? – радовался попутчик в голове юноши. – Торуса твоего скоро не станет, собака загрызёт. А Марин познает, что такое грубое соитие с мужиком, а может и с двумя сразу. Сейчас они решат, и начнут жёстко! – продолжал Сергей в голове героя. – А я буду любоваться. Мы вместе посмотрим. Интересно, как она стонет.

– Курицын, ну ты и урод! – бормоча себе под нос. – Так примените магию, – герой прошептал лидеру. – Торус!

– Мы всю ману истратили, пока тебя вызволяли, – ответил Сагре. – Беги, давай! Справимся, – продолжая удерживать собаку.

– Ничего они не справятся, – добавил учёный. – Хочешь спасти им жизнь, дай мне доступ к штурвалу. Твоё судно вот-вот, и налетит на мель. Ты посмотри, как напугана эта девчонка. Да, такую красотку многие захотят. И не один раз.

– Проф! Заткнись!

– Если ты хочешь моей помощи, то сделай это сейчас или будет поздно для всех! Отдай мне штурвал, мальчишка! НЕМЕДЛЕННО! – прозвучал голос профессора с хриплым надрывом.

Глава 3. Ступая по выжженной земле (часть 3)

– Проф! – в страхе воскликнул юноша. – Если ты…

– Некогда договариваться! – оборвал его Сергей. – Давай!

– Ладно, – зажмурив глаза. – Ладно, хорошо! Бери штурвал! – согласился Костюк. – Только спаси их! Пожалуйста, спаси!

Тем временем двое бандитов, отложив свои споры, вели разговор. Фиолетоволосая продолжала плакать.

– А потом, что с ней делать? – спросил первый. – Может, продадим?

– В рабство, – добавил второй. – РаЛю сейчас на хорошем счету.

– Отлично, поднимем немного бабла, – обрадовался Гашваро. – Красивая. Ты её по лицу не бей, товар попортишь.

– Согласен, – задумчиво произнёс Макму. – Я вот думаю, не просекут они, что мы её того?

– А могут? – спросил первый.

– Не просекут, если будешь молчать. Шулёс! Какие крепкие застёжки.

– Пожалуйста, нет, – уже не в силах молчать, девушка продолжала рыдать. – Нет!

Прозвучал треск разрывающейся материи.

– Шулёс! – злобно воскликнул Макмут.

– Достань нож, – сказал Гашваро. – Ты же его отмыл от крови?

– Да. Да придётся, в РаЛю не в этом же сдавать, – засмеялся второй. – Я отмыл нож. Тварь, он меня так залил своей кровью.

– Я тебе сразу сказал, стань за спину и режь ему горло. А ты зачем воткнул спереди?

– Видел бы ты его глаза, – засмеялся второй.

– А может, мы её отпустим? – спросил Белбер. – Давайте мы её отпустим.

– Ну, ты и дурак! – огрызнулся Макмут, звеня металлическим лезвием. – Такая вкусная бабёнка! Не хочешь, стой и жди.

– Макмут, я начинаю! – продолжил настаивать первый.

– Гашваро, ты обалдел?

Из-за мусорного бака выглянул взрослый мужчина. Торус лишь повёл бровью, ещё удерживая собаку. Марин к тому моменту была уже вся в слезах. Один из мужчин достал нож, и уже хотел было разрезать её одежду. Толстяк, замечая третье лицо, испугался, и позвал товарищей, резко отдёрнувшись назад.

– Эй, Макмут, Гашваро! – обратился Белбер. – Там какой-то тип.

– Что? – разъярённо обернулся второй. – А ты кто такой? – бегло пробегая взглядом по одежде Курицына. – А ну проваливай мужик! – указывая ножом.

– Что? – заметил его первый. – Кутар! Фасс! – зашипел он.

Собака вырвалась из хватки Торуса, резко повернула голову в сторону учёного и зарычала. Ещё секунда и она бросилась на Михайловича.

– Эслероп Ачпарет! – произнёс профессор, нарисовав круг в воздухе.

Собака остановилась и поджала хвост. После чего она стала скулить, и опустила голову.

– Кутар! Фасс! – повторил первый. – Что с тобой? Фасс! Разорви его! Кутар! Фасс!

Пёс стал отступать назад.

– Кутар! Фасс! – вновь повторил Гашваро. – Что с этой собакой не так?

Не в силах больше терпеть, пёс начал скулить пуще прежнего, и рванул в противоположную сторону.

– Кутар, ты куда? – недоумевал первый. – Что ты сделал с моей собакой?

– А я говорил, что от собаки толку нет, – добавил Макмут, грубо держа Марин за руку. – Ты кто такой, мужик? А ну проваливай, баба наша, – заламывая руку девушки.

– Я? – с ехидством улыбнулся Курицын. – Я ваша худший ночной кошмар!

– Я, ясно, – ещё сильней заламывая руку фиолетоволосой. – А теперь пошёл отсюда.

Девушка закричала от боли. Второй продолжал её грубо удерживать.

– Заткнись, тварь! – нанося удар по лицу Марин.

– Не порти товар! – огрызнулся первый. – Макмут ты ей губу разбил.

– Останови их! – прозвучал голос Костюка в голове Сергея. – Я же дал тебе доступ к штурвалу.

Первый достал пистолет, и наставил его на учёного. Он ещё раз взглянул в сторону, куда убежала собака.

– Ты кто такой, мать твою? – спросил он. – Что ты сделал с Кутаром? Ты кто…

Из кучи мусора приподнялся мертвец. Завывая, он попятился в сторону отползающего Торуса.

– А это откуда здесь? – выкатил глаза Гашваро.

– Сам говорил, они не могут уснуть, – засмеялся Макмут.

Курицын схватил мертвеца за воротник и перенаправил его в сторону человека с пистолетом. Прозвучало несколько выстрелов, но мертвец продолжал идти.

– Какого Шулёса! – возмутился бандит. – Их теперь вообще не убить? – отступая назад. – Чёрт патроны!

Пытаясь успеть перезарядить оружие, он ещё отступил на несколько шагов назад, но уперся в стенку. Покойник тут же набросился на мужчину.

– Что за? – скорчил лицо второй. – Ты кто такой? – смотря в сторону учёного, который уже вышел из-за мусорного контейнера.

– Видимо влияние руды сказалось и здесь! – улыбался герой.

– Кто ты? – ещё держа Марин, спросил Макмут.

– Я твоя погибель! – злобно улыбался профессор.

– Нет! – заплакала Нирам.

– Бигварто Атяро Пак! – произнёс Сергей и указательным пальцем на расстоянии разрезал живот мужчине.

Рука ослабла и Марин смогла вырваться. И в ту же секунду Курицын схватил её за руку.

Макмут с криками упал на землю, выпуская нож из руки. На него тут же набросился покойник, едва успев полакомиться первым.

Прижимая девушку к себе, Михайлович смотрел в её глаза.

– Нет, пожалуйста, не надо, – сказала она.

– Что не надо? – Сергей смотрел в её глаза. – А ты хороша! – он рукой обхватил её за талию. – Молодец, девочка, – плотно удерживая прижатой к себе. – Взяла и собрала осколки. А я-то думаю, откуда у меня уровень маны растёт, – вынимая мешочек из кармана Марин. – А всё дело в твоём фетише! Молодец, похвально, Нирам. Есть в тебе толк.

Сзади подошёл Торус. Курицын локтём ударил его ниже подбородка. Сагре наклонился и начал кашлять, удерживаясь за шею.

– Больше никогда не подходи ко мне сзади, а то кадык твой сломаю, – он вновь посмотрел в глаза девушки. – Ты красивая, сексуальная, ещё такая юная, – нюхая волосы, второй рукой гладя по щеке. – Не удивительно, что они тебя хотели. С такой красотой блуждать на этих землях почти самоубийство, – шептал он над ухом фиолетоволосой.

– Не трогай её! – прозвучал голос Бена в голове учёного. – Не трогай… – и он опять угас.

– Мальчишка в моей голове стучится, как ненормальный. Боится за тебя. За всех вас. Но может я… – опуская взгляд на грудь девушки, – …возьму тебя силой? – ещё сильнее прижимая к себе. – Детка!

– Курицын! – оскалилась Марин. – Ты урод! – собравшись с силами скорчив лицо, произнесла она. – Пошёл ты!

– О, да! – улыбнулся Сергей. – Лучше не злись, не показывай это мне, я ещё сильнее завожусь. Я с трудом держу себя в руках. Вот-вот и возьму тот нож и продолжу то, что они хотели сделать с тобой. Но я не должен!

– Почему? – голос девушки дрожал.

– Я пообещал ему, что не трону тебя, что помогу вам обоим, – ответил профессор.

– А он отдаст тебе тело, – добавила Нирам.

– Да, – на выдохе произнёс учёный. – И он это сделал, опять.

И только сейчас Сергей заметил третьего. Полноватый мужчина стоял в стороне с испуганным лицом, продолжая следить за происходящим.

– Убил бы и тебя, да ману жалко! – смотря на толстяка Белбера, из одного из карманов девушки вытянув мешочек. – А вот и они, – грубо оттолкнув Марин.

Курицын развернул сверток, увидел бирюзовое сияние.

– Они. Этого пока хватит! – натягивая на себя улыбку. – Удачи вам, детишки! – двигаясь по узкой улице.

– Ты куда?

– По делам! – ответил им герой. – И в следующий раз, детишки, я вызволять вас не буду, – отдаляясь. – Скоро этот Макмут воскреснет, а там и не догрызенный Гашваро дополнит ему компанию. С жирдяем сами разбирайтесь.

– КУРИЦЫН! – прокричала ему Нирам вслед. – Куда ты опять намылился?

– Я Грес ПроСвет! – обернулся профессор. – И помните, что ступая по выжженной земле нужно смотреть в оба, потому как Королевская Битва,… – прислушиваясь к взрывам, – …ещё не окончилась!

Глава 4

И чем дальше шёл он, тем все больше и больше попадалось обломков некогда бывших построек. На дороге, почти в центре, появился какой-то пролом. Его сложно было рассмотреть из-за смога, и герой прибавил шагу. Подходя всё ближе и ближе, Игоревич увидел огромную впадину.

– Это что? Это воронка? Здесь шли боевые действия? Интересно, как пересекли это место те ненормальные, – вспоминая недавнюю погоню. – Что здесь произошло? – бросая взгляд на развалины. – Это что, действительно руины некогда бывшего города? Промежуток, это посёлок, а здесь явно был когда-то город. И потому его упразднили, из-за этого? Нет, это посёлок, точно. Возможно это другой город со схожим названием. Вопрос, где находится этот город? Он явно не в России. Я точно знаю. Откуда я это знаю? Чёрт, я уже сомневаюсь насчёт безопасности в этом сне. И сон ли это? А что если я впал в кому? Почему я делаю такие выводы? Ну, конечно, это моя фобия. Ой, я себе накручиваю. Так, ладно. Нужно осмотреться.

Чем дальше он продвигался, тем больше и больше встречалось руин на его пути. На уцелевших стенах, попадались какие-то бумажные афиши. Истрепанные ветром, на развалинах некогда существовавшего города, висели старые плакаты. Их невозможно было прочитать. Время не щадило ни камень, ни дерево, ни бумагу. Запомнился лишь их красный ободок по краям бумаги.

В смоге тумана стало вырисовываться ещё больше возвышений.

– Возможно, это город, – подумал Денис и ускорил шаг, любопытство двигала им, как ненормальным. – Что это? – побежал он. – Что здесь произошло? Где люди?

Рассеивающиеся дымка, открыла ему вид на дальнее расстояние, и он увидел высокие, изрешечённые строения. Верхушки зданий были сильно разрушены, в отличии их основания. Стёкол вообще нигде не было видно. А в центре виднелась та самая воронка. Не сбавляя ходу, бежал Денис, как вдруг спотыкнулся.

Скользя на чём-то мягком, юноша потерял равновесие. Ещё мгновенье и он упал почти у края той самой воронки.

– Чёрт, падая на обе руки, – развернувшись. – Что это? Это мягкое, – тыкая ногой усыпанную пеплом кучу чего-то не понятного.

Развернув это, Муха отскочил в сторону. Перед ним лежал истлевший то кости труп человека. Вздрагивая, герой тут же заметил еще одно тело. А потом ещё и ещё. Скелеты, белоснежные скелеты, находясь в одежде, усыпанные пеплом, покрывали дороги и переулки.

– А вот и люди, – вздрогнул герой. – Что здесь произошло? – ещё раз осматриваясь. – Здесь явно была бойня. Но, что или кто такое мог сотворить с людьми? Их плоть, её будто испарили. Что это такое?

И краем глаза Игоревич уловил уцелевший плакат, любопытство заставило его подойти ближе. И он увидел страшный лозунг на нем: „Покоритесь Великому или умрите в муках!“

фрагмент первого попадания героя,

Мухи Дениса Игоревича, в иную Вселенную,

очутившегося в руинах некогда бывшего

мегаполиса Промежуток,

события романа „Альфа:

Не такой, как наш…“ ТОМ 1

https://www.litres.ru/book/gennadiy-istochnik/alfa-ne-takoy-kak-nash-tom-1-68317403/?lfrom=1009284954&ref_offer=1&ref_key=000061bed37a8c05a10ae5981f03d81596382be2f0f692b1b579d174aa38397b (по этой ссылке доступна скидка 10%)

Примечание автора: события, которые произойдут через 250 тысяч лет.

Глава 4. Лицензия на убийство (часть 1)

– ЛЕОН! ЛЕОН! ЛЕОН! – некто кричал над ухом Алазара.

– Что? – пришёл в себя студент. – Зачем так орать? – скорчив лицо. – Что… что случилось?

Шум толпы, свист и неприятные возгласы доносились со всех сторон. Одни стучали ногами, другие же громко хлопали и хохотали. Доносились крики и вопли во всё горло, часто и громко звучали звуковые сигналы из пневматических гудок-баллонов.

– Я что, на футбольный матч попал? – подумал Леон. – Где я? – заглядывая за головы впереди сидящих.

Студент посмотрел по сторонам, замечая, что находится на верхних рядах стадиона. Последующие трибуны, огибая огромную площадь, сходились на противоположной стороне. Описывая форму овала, они уходили вниз к центру внимания всех зрителей, где и происходили важные события.

– Что там? – озадачился Алазар, приподнимаясь со своего сиденья.

Крупные прутья решётки, были затянуты мелкой сеткой, частично перекрывая вид. Но, не смотря на преграды, через неё проглядывалось происходящее дальше. Внизу перепачканной арены в бурую грязь, стоя почти в её центре, прибывал молодой юноша. На первый взгляд уже становилось ясно, он почти ровесник Леона. Ликуя и пританцовывая, задрав руки к верху, он был весь покрыт кровью.

– Что происходит? – подумал юноша. – Что случилось? – вопрос за вопросом всплывал в его голове. – Что это за место? Почему я ничего не помни?– ещё про себя. – Что происходит? Кто все эти люди? Почему я ничего не помню? – озадачено и взволнованно размышлял юноша.

– Леон, ты вообще слышал, что сказал Император Великий? – вновь обратился тот, кто кричал в сторону Алазара. – Леон!

– Нет, я просто задумался, – смотря по сторонам. – Я просто…

– Чего ты задумался? Ты хоть понимаешь, что это может значить, Леон?

– Да, я Леон, – подумал студент. – Это я помню, – ещё про себя. – О чём ты? – уже вслух.

– Ты слышал, что объявил Император? Сейчас толпа поутихнет и начнётся. Я не хочу здесь вообще участвовать. Пошли! – приподнялся второй молодой человек.

– Что начнётся? – спросил юноша, вновь смотря на бурую арену. – Это не грязь? – анализируя. – Это была бойня, – продолжая мысленный анализ, он ещё раз посмотрел на окровавленного студента, стоявшего в центре арены.

– Леон, Великий объявил о начале второго тура Королевской Битвы, – продолжал однокурсник. – Границы уровня, это вся Республика МагВаЯ. Нам нужно валить отсюда, пока мы ещё живы. Не думаю, что все захотят участвовать. Городской транспорт скоро будет перегружен! Нужно валить!

– А ты кто такой? – внезапно спросил Алазар. – Я не знаю тебя. Кто ты?

– О, Великий. Этого не хватало, – склонив голову, молодой человек выдохнул. – Меня зовут Луи Бряскин. Мы учимся с самого начала этого курса. Ты вообще ничего не помнишь?

– Луи? – напрягая лоб, повторил студент. – Луи, значит?

– Ну, да. Шулёс, ты реально не помнишь меня?

– Нет.

– Мы дружим целый год, Леон!

– Луи, извини, но я не помню тебя.

– А ты помнишь, как пришёл сюда? – продолжал второй студент. – Помнишь, что ты последнее помнишь?

– Ну, я… – начал Алазар. – Я ведь только был принят. Сдал вступительные экзамены. Разве мы не начали учиться.

– Ясно, – тяжело, на выдохе. – Ты забыл год. Этот идиот скастовал одно из заклинаний, вроде это заклятие „Беспамятство“. Значит, ты забыл целый год. Плачевно, хорошо, что не всю свою жизнь.

– Скастовал? – продолжая озадаченно держать свой напряжённый лоб. – Кто? – спросил Леон и посмотрел по сторонам. – Почему я? Зачем?

– Ты подскочил к решётке, тебе было плохо видно. В этот момент этот умник начал свою мясорубку.

– Умник, – указывая на стоящего в центре арены. – Ты про него?

– Да.

– Как его допустили, он на взрослого не похож? Арена она перепачкана. И это не грязь? – продолжая анализировать вслух. – Что здесь было?

– Это не грязь. Это кровь. Может и к лучшему, что ты не помнишь этих зверств. Здесь была настоящая бойня. Не все могли смотреть на это.

– Кровь? Бойня.

– Вон, видишь? – указывая в дальнюю часть. – Ещё живой, – указывая на отползающего выжившего. – Думаю, его сейчас добьют.

– Экзимут Эдартье Эхта! – произнёс окроплённый кровью молодой человек, стоящий в центре арены. – Сванера Гранта Сачкап-Тар-Таре!

Брызнула кровь во все стороны. Тело несчастного разорвало на две чести.

– О, – прикрыв свой рот, испугался Алазар. – Какой ужас! Такая жестокость.

– Он начал кастовать разные заклинания, – продолжал Бряскин, – …будто оттачивал мастерство, показывая нам, на что способен. Видимо направил не туда одну из своих рук. И попал в тебя.

– Я ничего не помню.

– Ещё бы, это же заклятие. Вейлерус тебя дери, Леон, нам нужно валить отсюда. Хватит сидеть, пошли.

– Хорошо, резко приподнявшись. Бежим!

– Стой! – упираясь рукой в грудь Алазара. – А девочки. Ты решил их бросить?

– Какие девочки? – вертя головой.

– Моника, Джинджер, вы чего сидите? – заглядывая за спину юноши, обратился Луи. Вы что, уснули?

– Да иду я, иду, – приподнялась первая с тёмными волосами и начала зевать. – Леоня, ты реально не помнишь меня? – продолжая зевать. – Вы так громкой сейчас говорили, что я проснулась.

– Тут такое было, а вы спали? – возмутился второй студент.

– Ну,… – пожав плечами, – …мне было скучно. Леоня, ты реально не помнишь меня? – она повторила вопрос.

– Прости, э… – смотря на Луи.

– Мо, – кинул подсказку Бряскин.

– Моника Жойран, – подавая руку, сказала она, поправив свою шатеновую прядь. – Луи, и долга он так будет?

– Пока не расколдуем. Джинджер, а чего ты сидишь?

– Ну, а Чё, дед интересное сказал, – приподнялась блондинка, прожёвывая что-то тягучее во рту. – И я… – она, приоткрыв рот, тоже зевнула. – Я, видать, что-то пропустила. Я чё, уснула?

– Это не дед, а Император! Видать, ты спала, Джинджер. Хоть бы жвачку вытянула из-за рта, во сне поперхнуться можешь. Ладно. Так за мной! – развернувшись спиной к друзьям, двинулся Луи. – Джинджер, не забудь свою сумочку, как в прошлый раз.

– А, точно! – улыбнулась блондинка и нагнулась над креслом. – Сейчас мальчики, сейчас.

Короткая туника задралась к верху, приоткрыв вид на оголённую поясницу девушки. На ней сильно подтянутые к верху виднелись узенькие красные трусики.

– Леон! – воскликнула шатенка. – Куда ты уставился? Забыл про меня, а на баб глазеть не перестал! – смотря в глаза парня. – Собирайся, давай быстрей, Джинджер! – грубо произнесла она. – Ещё бы ноги растопырила,… – скалясь, – …коза! – едва различимо прозвучала последнее слово, это выдало движение её губ.

Глава 4. Лицензия на убийство (часть 2)

– А я что, на такое мастак? – растерялся Алазар. – Я что, обычно глазею на… – запинаясь.

– На баб! – добавила Моника. – Не знаю, – улыбнулась она ему. – Не знаю, – удручённо, с напряжённым лицом. – Джинджер, давай быстрей! Мой парень уже на твою задницу пялится.

– Да мне пох! – продолжая ковыряться в стуле. – Дай собрать косметичку. Всё вывалилось.

– Нет, это не так! – попытался возразить студент. – Я не…

– Девочки, быстро за мной! – вернулся Луи, не дав договорить Алазару. – Коридор пустой. Джинджер, ты опять? Давай быстрей! Ну чего ты постоянно копошишься. Быстрей! Быстрей! Быстрей!

– А ты хочешь, чтоб у меня были такие же? – спросила Моника, смотря в лицо Леона. – Тебе нравятся её трусики?

– Я… Я…, – растерянно ответил Алазар, двигаясь за другом. – Я вас вообще не помню, ребята. Мони… Моника, да. Прости я не помню тебя.

– Ничего, разберёмся с твоим заклятием. Ой, как оно сейчас не вовремя. Сейчас нужно скрыться отсюда, – продолжил Бряскин, заглянув за дверь. – Если то, что объявил Великий случиться, то тут такое начнётся, – высунув голову.

– Чего ты себе накручиваешь, – прожёвывая жвачку, сказала блондинка.

– Народ наверно уже кинулся в бега, – продолжал озадаченно говорить Луи. – Сейчас и транспорта не хватимся. Быстро на улицу, а там уже решим, куда податься! Быстрей Медай, ты сумочку взяла свою или нет?

– Взяла, взяла, – язвительно ответила Джинджер. – Веди давай. Я этого места ещё не знаю.

– Мор, я как и ты впервые здесь! – ответил Бряскин. – Ай, ладно. Всё, тогда пошли!

– Не суетись, Луи.

– Моника, поздно суетиться, бежать следует, – открывая дверь. – И как можно быстрей! Быстро, не отставайте.

Пройдя несколько закаулистых поворотов и коридоров, компания друзей спустилась на несколько этаже ниже.

– А мне нравится, – продолжила Жойран. – Леон такой сейчас потеряшка. Обычно ты серьёзен, а тут, будто тебя подменили, – стала хохотать Моника. – Прости, что-то на меня накатило. Прости, – умолкая в своём хохоте.

– Вы знаете, я тут кое-что вспомнил. Отец моего друга, как-то попал на подобное поприще, – после не продолжительного молчания, продолжил Луи, двигаясь дальше по узкому коридору.

– В смысле? – уточнил Алазар. – Какое поприще?

– Был такой случай. Их начальник, как-то позвал к себе в гости. Он пригласил своих коллег на званый ужин с предлогом, мол, на дружескую встречу. Для повышения уровня коллективизма в обществе, так он это объяснил. Но они не знали, что он был яро помешан на УтреЗаГо. Увлекался этим с ранних лет.

– И что такое УтреЗаГо? – спросил юноша. – Это как-то связано с КоБи?

– А это и есть КоБи,… – прошептал однокурсник, – …то есть Королевская Битва, производная УтреЗаГо от Утренний Забег по Головам. Некоторые кланы устраивают такие состязания с первыми лучами солнца. Сейчас день движется к ночи и в лучшем случае, такое нужно объявлять поутру, а Император объявил начала второго этапа сейчас. Но суть одна и та же.

– Луи, мы долго будем здесь ходить? – спросила Медай, громко чавкая. – Мне скучно, Луи. Пошли в кафешку сходим.

– Джинджер ты дура? – огрызнулся Бряскин. – Ты не понимаешь, что сейчас происходит? Ладно, я понял, сейчас ты меня слушать не будешь. Хоть глаза не закатывай, как обычно.

Блондинка надула щёки и замолчала.

– Ай, всё с тобой понятно, – махнул рукой Луи. – Этот начальник, он же хозяин дома,… – продолжая шептать, – …взял да и закрыл все окна и двери.

– Закрыл, в смысле закрыл? – спросила Жойран.

– Он опустил бронированные рольставни, а сам скрылся. Он предъявил им, что не выпустит их, пока не останется только один. И в качестве компенсации предложил последнему выжившему забрать с собой сто миллионов кредитов Империи.

– Хорошая компенсация, – сказал Лион, смотря на Монику. – Так, в качестве компенсации.

– И что,… – спросила Жойран, – …они стали убивать друг друга?

– Поначалу нет, – замечая приоткрытую дверь, продолжал Луи, проходя мимо. – Ведь многие хорошо знали друг друга. Они не были убийцами и хорошо ладили на работе. Вот только двери и окна оставались закрытыми. Спустя сутки у них закончилась еда, потом ещё прошли одни сутки и ещё. Несчастные стали голодать, но ещё держались, – и рассказчик остановился. – Погодите! – выглядывая из-за угла. – Вы слышите это?

– Что? – пытаясь прислушаться, спросил Алазар.

– Я ничего не слышу, – ответила шатенка.

Блондинка повела бровями. А после молча пожала плечами.

– Туда, – сказал Луи, и указал на приоткрытую дверь. – Переждём. У меня плохое предчувствие. Давайте переждём там. Быстро!

Компания героев, спрятавшись за дверью, притаилась. Лишь Джинджер продолжала громко чавкать жевательной резинкой.

– Он долго проектировал дом для этой цели, – пытаясь разрядить обстановку, продолжил Бряскин.

– Ты это к чему? – спросил Алазар, улавливая ушами посторонний стук. – Реально что-то шумит. Я тоже это слышу.

– Вот я и думаю, почему именно сегодня было объявлено такое скотство. Зачем и почему именно на годовщину он решил сравнять мегаполис с землей?

– Луи, ты так о Великом говоришь, – с упрёком сказала Моника. – Тебя точно Скверной нарекут. Доиграешься.

– А что если это было продумано заранее, – продолжая шептать, ответил Бряскин.

– Идёт кто-то, – взволнованно произнёс Леон.

– Тихо, – переходя на шепот, добавил Луи. – Я это тоже слышу, они идут!

Громыхая латами, отдавая звоном тяжёлых сапог, усиливая шум, некто приближался строевым шагом. Парни и девушки притаились. Луи ещё ближе подтолкнул дверь, оставив небольшую щель.

– Стражи Света, – едва различимо произнесла шатенка.

– Они самые, – ответил Бряскин. – Моника, тише!

Грохот прекратился, отряд облачённых в золотые доспехи, остановился. Мимо высоких спин стражников некто, прикрываемый со всех сторон, двигался дальше.

– Вот ты где, – прозвучал голос пожилого человека, он шёл из коридора. – Сайрос, и долго мне тебя ждать?

– Простите, Император Великий, только разобрался с делами. Вы сказали ещё лучше, чем я думал. Идеальная речь. Нет слов.

– Ну, ну, не нужно мне льстить. Лучше скажи, что дальше удумал делать?

– Это теперь моя забота, Ваше Императорское Величество. Ведь Вы сегодня официально открыли для всех лицензию на убийство.

Глава 5

– Я помню, как они меня били, – усмехался правитель. – А я ничего не мог поделать. Вроде тогда весна была, ночью прошёл дождь, после которого остались огромные лужи в нашем дворе. Помню, как увидел намокшие полы штанов хулиганов и их грязные кеды. Я лежал в той самой луже. Помню мою вымокшую кофту. Мне стало страшно, за то что я испачкал её, ведь меня обязательно будут ругать за это дома, – смеялся Великий. – А ещё я радовался, что они отстали от неё. Это так согревало.

– Она убежала?

– Нет, Денис. Она спряталась за грибочком над детской песочницей. Помню её невероятные косички. Этот взгляд, который не передать словами. Она выглядывала, она смотрела на меня. Она не убежала. Она хотела помочь, но понимала, что справиться с ними, сил ей точно не хватит. А они всё били и били меня. Из моего носа текла кровь, а я думал о кофте, – засмеялся он. – Но я не плакал, мне было приятно помочь ей. Да, периодически я отвлекался от кофты и думал о своём героическом поступке. Я чувствовал себя рыцарем, который спас даму сердца. Глупо конечно, но так я себе это представлял. Страшно было только получить подзатыльник дома за кофту. А может, и вообще посадили бы под домашний арест на неделю. Для нас – мальчишек, это было равносильно тюремному заключению на год-другой. Вот это меня пугало, а не они. Кстати, она попыталась их отбить. Это было эпично! Я помню, как она начала швырять в них камни. Кому-то даже в голову попала. Рассекла бровь. А потом они резко убежали. Вроде за ними дворник ещё погнался. Суматоха была лютая. А ещё помню, когда они убегали, кричали имя девочки и то прозвище, которое было у меня ещё в школе. Они меня называли Грива. Из-за длинной шевелюры, ну таким меня хотели видеть родители. А в итоге одноклассники дали прозвище. Это потом оно стало Грива, а до этого называли Грива Коня.

фрагмент из диалога

героя романа Дениса

и Императора Великого,

события романа „Альфа:

Не такой, как наш…“ ТОМ 2

https://www.litres.ru/book/gennadiy-istochnik/alfa-ne-takoy-kak-nash-tom-2-68738463/?lfrom=1009284954&ref_offer=1&ref_key=4e6e1c106abf5f08120ac709aecfa8e479aa91b339739a5fb2ea8b21ce40fa21 (по этой ссылке доступна скидка 10%)

Примечание автора: события, которые произойдут через 250 тысяч лет.

Глава 5. Грива (часть 1)

– Теперь я полон сил, я горы готов свернуть, – двигаясь по грязной улице, говорил Курицын. – Никто не устоит на моём пути. Все подохнут как тля. Мусор, утиль! Собаки! И ты задавишься, Бен! – радовался он. – Ты умолкнешь навечно! Я не буду и не собираюсь это утаивать от тебя, итак узнаешь правду. Так что смирись, мальчишка!

– Проф, ты думаешь, что заткнул меня? – прозвучал голос Костюка.

– Не, ну ты посмотри на него. Ещё что-то бузит. Заткнись! ЗАТКНИСЬ! – прокричал он под конец! – Я здесь главный!

– Я буду бороться, я буду сопротивляться. Ты мне не указ, проф! Я буду… – и голос юноши утих.

– Так-то лучше! – натягивая на своё обличие придурковатую улыбку. – Даже с этими осколками, – приложив руку к одному из своих карманов, радовался Сергей, идя дальше по грязной улице. – А почему я не лечу? – спросил себя он. – Мартуран Ала Паратрут, – произнёс профессор и, закрыв глаза, раскинул руки в сторону. – Эй, – замечая, что по-прежнему стоит на обеих ногах. – Чёрт, а почему я не взлетаю? Мартуран Ала Паратрут, – повторяя заклинание.

После чего он повторил это ещё несколько раз, но так ничего и не произошло. Профессор по-прежнему оставался на земле. Курицын достал мешочек и взглянул внутрь.

– КиринХаратКриктий, – с облегчением на выдохе, произнёс учёный. – В чём же тогда дело? Здесь или объёма не хватает или функционал его ослаб. Он ведь одним куском был. Да, вероятней всего, в этом всё дело. Да, да. Может быть, у этих КраСес есть ещё что-то? А вдруг у них есть ещё один…

– Грива! – донёсся протяжный голос позади Михайловича, отвлекая его от размышлений. – Ты куда пошёл?

– Что? – обернулся он, пряча мешочек. – Кто это сказал? Кто это? – бегая взглядом по округе. – Давно не слыхал я этого прозвища, – уже про себя. – Кто это сказал? – опять вслух.

– Грива! – вновь повторился голос, и он опять шёл из-за спины профессора.

– Кто? – он опять обернулся. – Кто это сказал?

Рядом, облокотившись о стену, стоял высокий подросток в школьной форме. Его лицо грозно украшала царапина на левой щеке. Переносица была заклеена двумя полосками лейкопластыря телесного цвета. Взъерошенные волосы на голове торчали во все стороны. Засаленные рукава измятой формы, и криво выступающий воротник. Все эти детали напомнили учёному о прошлом.

– Ты? – выкатив глаза, он сделал один шаг назад. – Этого не может быть. Нет!

– Грива Коня! – улыбнулся высокий подросток. – Ты куда намылился? А ну, стоять!

– Этого не может быть, – испуганно произнёс учёный.

– Я кому сказал, стоять, тля! – с призрением на своём обличии произнёс подросток и плюнул к ногам героя.

– Тля? – повторил Курицын. – Так это было твоим словечком?

Сзади подошли трое высоких парней. Двое схватили его за обе руки, а третий потянул назад за волосы.

– АЙ! – воскликнул Курицын. – Отпустите! Не надо!

– ТИХО! – грозно заявил подросток в школьной форме, отходя от стены, которую покрывали разноцветные граффити.

– Что? – смотря на узоры, которыми были исписаны стены, удивился Курицын. – Откуда это?

– Грива Коня! – повторил хулиган, продолжая подходить, и улыбнулся, приоткрыв вид на свои жёлтые зубы.

Остальные подхватили его настрой и начали смеяться.

– Где живёт эта девчонка? – смотря в глаза Сергея, спросил он. – Грива, смирись, рано или поздно за такое, мы изобьём эту дуру. И пускай это произойдёт у её дома, чем в поле или на стройке. Так ей окажут помощь, и она запомнит навсегда, что швыряться камнями нельзя в старшеклассников, – разминая костяшки рук, говорил он. – Ты хоть знаешь, как меня зовут?

– Нет, – смотря в глаза хулигана, ответил Михайлович.

– Так запомни своего палача, тля! Лёша, Лёша-клоун. Так меня называют. Я иногда могу шутить, да так задорна, – и он улыбнулся, – что другие животы надрывают.

Ребята продолжали смеяться. Но Сергея никто и не думал выпускать.

– А иногда я бываю суровым, – продолжал высокий подросток. – Да таким суровым, что животы болят, – сказал он и ногой ударил профессора чуть ниже пояса.

– АЙ! – скорчил лицо Курицын, и зажмурил глаза. – Ай! – уже более тихо. – Больно! – пуская слезы. – Очень больно! – сводя коленки. – Ай! Ай!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.