Людмила Евгеньевна Красильникова
Сад заблудившихся детей

© Людмила Красильникова, текст, 2024

© Оксана Ветловская, ил. на обл., 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

Глава 1
Встреча со скелетом

Разве это сад? Хотела бы она, Вера Солнцева, ученица пятого класса, увидеть хоть кого-нибудь, кроме той женщины с фотоаппаратом, кто назовет эту непроходимую чащу садом!

А вот там, получается, садовый домик? Вера тихо рассмеялась, заметив под раскидистым деревом странный дом в два этажа. Крыша у него была кривая, будто кто-то неровно срезал с нее верхушку. Здание опутывали вьюнки. Дом был не так высок, чтобы нельзя было дотянуться рукой до верха, но и не слишком мал. В него так и хотелось забраться, в крайнем случае хотя бы засунуть ногу или руку. Высотой он был, пожалуй, с Веру – всего сто сорок сантиметров с небольшим – и поэтому казался игрушечным.

Девочка подпрыгнула, пытаясь разобраться, что не так с крышей. Почему она так странно выглядит? Может, там дыра или открытый чердак? А может, просто мастера криво положили доски? Увидеть, что на самом верху, мешала толстая ветка дерева, которая росла вплотную к крыше. На ней распустились три цветка: лиловая орхидея, красный колокольчик и голубая лилия. Просто чудеса какие-то! Но допрыгнуть до цветов у Веры тоже не получалось.

Из-за разноцветных оконных стекол разной величины домик немного напоминал нарядный лоскутный коврик. Широкая желтая дверь в левой стенке дома была приоткрыта. Чтобы заглянуть внутрь, Вере пришлось присесть на корточки. За дверью начинался земляной проход, скорее коридор, который шел под уклон вниз.

«Интересно, – подумала Вера, – если это дом, то вниз должны вести ступеньки, по которым удобно спускаться и подниматься. Почему же строители сделали вместо них горку? И куда по ней можно съехать? В подвал? Забавно! А как подниматься? Странное здание, хоть и игрушечное!»

Девочка, засучив по локоть рукав толстовки, сунула было в дверь правую руку, но тут же вытащила ее обратно. Вдруг это нора и там живет опасный зверь? Так можно без пальцев остаться! К ладони прицепился какой-то сухой стебель или скрученный лист. Вера поддела его пальцем и разглядела высохшую шкурку ящерицы. Поспешно стряхнув с руки мертвую кожицу, она брезгливо сморщилась и понюхала пальцы. От них шел сладковатый и какой-то живой влажный запах. Совладав с чувством гадливости, Вера легла на живот, до конца распахнула желтую дверцу и всмотрелась вглубь открывшегося коридора. Глаза различили белые шевелящиеся точки, Вера испуганно попятилась на коленках и поднялась.

Укус, похожий на комариный, заставил ее еще раз взглянуть на правую руку. По ней бежали несколько черных муравьев. Смахнуть их не получилось, и Вера двумя пальцами торопливо сняла каждого, в спешке нечаянно раздавив одного. А потом заметила, как на краю крыши появилась и поползла вниз цепочка муравьев. Как будто им на подмогу, из желтой двери тоже высыпали насекомые.

Вера отбежала еще дальше, удивленно проговорив:

– Вы со мной драться хотите, да?

Рядом что-то прошуршало, блеснуло серым лаком, и трава качнулась, словно пробежал кто-то невидимый. У Веры дрогнули коленки. Что это было? Как отсюда выйти? Вера хорошо помнила, как попала в сад – через широкую щель, откуда ни возьмись появившуюся в заборе. Почему сейчас ее не видно? И вообще ничего нет – ни калитки, ни проема, ни даже само́й ограды. Вера заблудилась!

С перепугу она бросилась бежать, но почти сразу пришлось остановиться: путь преградило болотце, наполовину заросшее ряской и камышами. Каким неприятным местом может оказаться болото, Вера узнала еще год назад, когда ездила с одноклассниками за город в однодневный поход. Там тоже было страшновато, но такого жуткого места, как сейчас, Вере не приходилось видеть даже в кино.

Угрюмой стеной стояли деревья, с ветвей свисали неряшливые космы какой-то травы, по стволам карабкались плети больших вьюнов. Между корней вросли в землю покрытые мхом камни. Кое-где мох, как шубой, покрывал и древесные стволы. Мутным пятном смотрело на Веру солнце, чьи лучи почти не пробивались сквозь густую листву.

Рядом из тины торчали четыре согнутые полукругом, собранные веером странные ветки. Все они были одинаковые: голые, толстые и почему-то плоские. Что-то в них показалось знакомым. Вера вгляделась, и ей пришло в голову страшное предположение, что это торчат огромные кости. Слишком похожими они казались на ребра в изображениях скелетов динозавров – такие рисунки висели в кабинете биологии. Там обычно проходили классные часы, и Вера всегда с большим интересом рассматривала необыкновенные рисунки, фотографии и схемы.

При мысли о костях сердце девочки съежилось от страха, но она поспешила себя успокоить.

– Что тут такого? – вслух произнесла она. – Ну, ходили здесь когда-то большие зверюги. А где они не жили? По телевизору говорили, что динозавры обитали повсюду. Людей же не было, никто на бедных животных не охотился. И ничего страшного нет в этих костях. Если, конечно, это кости. А вдруг это ребра какой-нибудь несчастной лошадки? Для динозавров они маловаты… – Она критически сравнила размер обнаруженных костей и свой рост.

Вера опустила наконец правый рукав и сунула руки в карманы спортивных брюк, как всегда делала, желая придать себе независимый и смелый вид. В карманах брякнула мелочь. И тут Вера вспомнила, что договорилась с Сашей Ивашовой пойти в кинотеатр на новый мультик. И вот, вместо того чтобы сидеть с подружкой в кинотеатре и есть мороженое, она стоит на берегу противного болота-убийцы, загубившего бедняжку-лошадь.

Хуже всего было отсутствие мобильного телефона, который остался лежать в кармашке спортивной сумки. Вера забыла ее на лавочке возле парадной и теперь не могла позвонить подруге и сказать, что опаздывает. Девочка представила, как расстроенная Саша стоит во дворе, то и дело поглядывая на новые часики, и не знает, что и думать.

Пальцы нащупали в левом кармане какую-то плотную карточку. Вера вытащила ее, увидела небольшое фото и сокрушенно подумала, что с него-то все и началось. С красивого фотоаппарата в руках незнакомой женщины, который делал моментальные снимки. На фотокарточке была она, Вера. Темные кудри спадали на лоб – это было единственным, что понравилось девочке. Остальное казалось глупым: удивленно открытый рот, округлившиеся глаза, вздернутый нос с веснушками, даже ямочки на щеках.

Вера услышала над головой гул, посмотрела вверх и удивилась: в воздухе висел дрон размером с большую тарелку. Четыре пропеллера на его концах неспешно вращались. Похожий был у ее соседей братьев Куличкиных.

Дрон качнулся, двинувшись в сторону, завис над камышами, и тут ноги перестали держать Веру, словно стали резиновыми: в камышах она разглядела человеческий скелет. Такой же стоял в кабинете биологии. Только тот скелет, что у болота, сидел на старом ржавом трехколесном велосипеде, задрав острые коленки выше руля, а вокруг его шеи была намотана выцветшая тряпка в горошек.

Неожиданно кто-то дотронулся до плеча Веры. Она, вздрогнув, закричала, и ее накрыла темнота.

Глава 2
Друзья потеряли Веру

Саша Ивашова заплела светлые волосы в две косы и с удовольствием посмотрела на себя в зеркало. Поправив воротничок кружевной блузки, она пригладила ладонями складки клетчатой юбки. Затем натянула на ноги белые гольфы, послюнявила палец и оттерла с кроссовок едва заметные пятнышки. Палец запачкался, и девочке пришлось бежать в ванную, чтобы помыть руки.

Накануне Саша договорилась с подружкой Верой Солнцевой пойти в кинотеатр на новый мультфильм. Девочка взглянула на запястье, где поблескивали стразами сиреневые часики. Их стрелки показывали десять часов тридцать минут. Сеанс начинался в одиннадцать. Саша пересчитала деньги – их хватало и на билет, и на мороженое, и даже на пирожное. Довольная своими планами, которым ничто не должно было помешать, Саша выбежала на улицу, где уже наверняка ждала Вера.

Но подруги не было.

Саша разочарованно огляделась и снисходительно подумала: «Опаздывает!»

А потом заметила на лавочке у соседней парадной Витю Куличкина, который был старше подружек на год, и окликнула его. Просто так, на всякий случай.

– Эй, Куличкин, ты Солнцеву не видел?

Витя сидел, держась руками за край лавочки и подобрав под нее ноги, и покачивался вперед-назад, как старая игрушка «ванька-встанька».

– Исчезла, – сердито произнес он, не переставая монотонно качаться. – Видишь, ее сумка лежит, а она… Солнцева то есть… отсутствует.

Саша поняла, что Витя почему-то совсем не хочет говорить о Вере, хотя все соседские ребята считали их друзьями.

Саша сорвалась с места и подбежала к лавочке, на которой дулся Куличкин. Надетая на нем футболка поздоровалась с девочкой надписью «Привет». Витины выцветшие джинсы, явно доставшиеся ему от старшего брата, натянулись на острых коленках.

– А это точно ее сумка? – с сомнением спросила Саша, придирчиво оглядывая с разных сторон спортивный баул.

– Чья ж еще? – недовольно спросил Витя. Он перестал качаться и повернул к Саше темно-русую голову с зачесанным назад чубом. – Верка постоянно с ней на тренировку ходит. Не видела, что ли?

– Видела, – кивнула Саша. – Вроде ее. Но мало ли еще у кого есть такие сумки!

И подумала, что приятель сильно обиделся на Веру: ведь он никогда не называл ее Веркой.

– А ты чего ее ищешь? Зачем она тебе? – спросил Куличкин Сашу.

– Мы на мультик договаривались пойти, – объяснила Саша. – На «Холодное сердце». Говорят, очень интересный фильм. Мама деньги дала. Вера сказала, что после тренировки свободна и обязательно пойдет. Ей деньги вообще на неделю дают. Без всяких проблем. Только куда она запропастилась? Ничего не понимаю! Может, это все-таки не ее сумка? Может, она задержалась в спортзале? – У Саши хватало разных версий. – Давай позвоним в домофон! Может быть, ты ее просмотрел, и она сейчас дома чай пьет с конфетками после тренировки? А ты принял за Веру другую девочку? – Она взбежала по ступенькам на крыльцо парадной.

– Нет ее дома, и нигде она не задержалась! А я не придурок, чтобы перепутать! – крикнул ей в спину Куличкин. – Врушка твоя Верка! Обещала! – передразнил он. – Я ее позвал, а она даже не оглянулась! И сумку свою тут бросила… Что ее мама скажет? Точно взгреет Верку! И правильно. И не жалко.

Но Саша, не слушая мальчика, набрала на домофоне номер Вериной квартиры. И долго слушала, как возникают и затихают без ответа длинные гудки.

– Ну что я говорил? – голос Куличкина как-то даже повеселел, возможно, оттого, что не его одного расстроила Вера.

– Почему ты не пошел за ней? – упрекнула мальчика Саша, спрыгивая с крыльца. – Вот куда она могла уйти?

– Как я мог пойти за ней? – Витя поднялся с лавочки, и сразу стало видно, что он вырос из джинсов старшего брата. – Тем более она была не одна. Я сперва вообще подумал, что она с твоей мамой. У женщины, с которой шла Верка, одежда, как у твоей мамы – полосатая… пиджак полосатый.

– Жакет, – машинально поправила мальчика Саша. – Пиджаки у мужчин, а у женщин жакеты.

– Ну жакет, – согласился Куличкин, – а платье – длинное, зеленое, будто из листьев слепленное… А сама эта тетка – худая, типа твоей мамы. Поэтому я сел на лавочку. Подумал, Вера сейчас вернется. Да и сумку надо было посторожить, в ней же новое кимоно, которым Верка гордится, ключи, мобильник. Это я телефон в кармане ношу…

Саше стало неприятно, что Куличкин упоминает ее маму.

– А тебе что надо от Веры? – решила она увести разговор в сторону.

– Ничего, – буркнул Витя и, помолчав, неохотно объяснил: – Хотел узнать, поедет ли она на соревнования в Москву. Интересно все-таки. Может, ты знаешь?

– Собиралась, – вздохнула Саша. – Хотела. Очень.

Ребята замолчали.

– Ну что, ждать будем? – спросила наконец Саша.

– Очень нужно! – с пренебрежением бросил Куличкин. – Мне больше делать нечего?

Носком кроссовки он подцепил под скамейкой какой-то камешек и подкинул его, как мячик. Тот упал на асфальт и отлетел в сторону. Витя сел на лавочку около Вериной сумки.

– Ведь это очень странно, что Верка не оглянулась, – проговорил он, не глядя на Сашу. – Она шла с этой женщиной, я ее громко окликнул. Очень громко. А она прямо как оглохла.

Глава 3
Высотка в новом микрорайоне

Саша Ивашова и ее мама жили на третьем этаже многоквартирного дома в новом микрорайоне города. Место было удобное – рядом со школой, и возможно поэтому в доме было много детей, что не могло не нравиться Саше. В соседней парадной жила ее одноклассница и подружка – Вера Солнцева.

Солнцевых знал весь двор. Все соседи любовались морской формой Вериного папы, когда он возвращался из плавания или, напротив, уходил в рейс. Знали жильцы дома и других членов семьи: маму Ольгу Захаровну, которая работала в гостинице администратором, брата Веры Мишу, ученика десятого класса. Он занимался дзюдо и часто ездил на соревнования. Соседи считали, что Миша станет чемпионом, такой он был крепкий и серьезный мальчик. Вот и младшенькая Вера по примеру брата записалась в секцию. Она почти каждый день гордо проходила через двор с синей спортивной сумкой на ремне, направляясь на очередную тренировку.

Этажом выше Солнцевых обитала семья Куличкиных, их сыновья – Павел и Витя – подружились с братом Веры и с самой Верой, хотя она была младше Вити на год, а Паши – на целых пять лет.

На первом этаже жили Ефимовы с сыном Никитой по прозвищу Пончик. После появления в их квартире пса Бунча прозвище мальчика сократилось до Понча. Никиту и овчарку так и стали звать: Понч и Бунч.

На крыше их общего дома располагалась вертолетная площадка. Все ребята гордились этим и иногда гадали, когда же сядет наконец на эту площадку настоящий вертолет.

В день, когда исчезла Вера, над домом как раз покружил вертолет, серо-голубой, как пасмурное небо. Покружил и улетел.

Саша Ивашова и Витя Куличкин сидели на лавочке, раздумывая, куда могла уйти Вера, беспечно бросив у парадной сумку с мобильным телефоном и новым кимоно.

– Ты видела сегодня вертолет? – спросил Куличкин Сашу – ведь противно ждать молча.

Саша, которая сидела на лавочке по другую сторону от подругиной спортивной сумки, опять огладила складки клетчатой юбки и ответила:

– Нет, не видела. Я собиралась на мультик.

– А я видел. Верка как раз выруливала из-за магазина «Старина». Я подумал, что успею ее перехватить. И тут зашумел вертолет. Мне ужасно захотелось увидеть, как он садится.

– Вертолет слишком тяжелый, чтобы приземляться на дом, – рассудительно возразила Саша. – Он должен был зависнуть над площадкой и спустить лесенку.

– А вот и нет! – не согласился Куличкин. – Вертолетную площадку делают не для лесенки! Для лесенки и балкон может сойти!

Саша вздохнула, решив не продолжать спор – с мальчиками трудно спорить, – и посмотрела на часики.

– Сколько сейчас? – встрепенулся Куличкин.

– Одиннадцать тридцать пять. Сеанс начался в одиннадцать. У тебя что, телефона нет, чтобы время посмотреть? – с подозрением поинтересовалась Саша.

– Я торопился, уронил его, и вот, – признался мальчик, – придется менять экран. Треснул. Вот ты мне скажи: куда Верка могла пойти? Час прошел, а ее все нет. И сумка лежит… Вера же не знала, что я ее сумку буду караулить. – Витя встревожено посмотрел на Сашу. – Она тебе ничего не говорила? Ни о чем не предупреждала? Послезавтра первое сентября, все пойдут в школу. А Вера? Где ее искать?

Саша хмыкнула:

– Уж до послезавтра Солнцева хоть как найдется! А вообще она ничего особенного не говорила, – покрутила головой Саша, сведя светлые брови к переносице, – кроме того, что в десять сорок встречаемся во дворе. У нее с девяти до десяти тренировка, потом сразу домой надо. Еще она сказала, если тебе интересно, что ее мама уехала в командировку в другой город на открытие филиала гостиницы и вернется только завтра. Или послезавтра. А Мишка приедет вечером. Вера и Мишка целые сутки будут дома одни!

Помолчав, девочка принялась отстукивать ногой ритм какой-то песенки, а потом достала из кармана блестящий телефон и позвонила Вере.

Дети услышали, как в ответ на лавочке запела спортивная сумка. Куличкин радостно встрепенулся.

– Ура! Мобильный здесь. Можно позвонить Веркиной маме и узнать, куда могла уйти ее дочка…

– Ничего мы не узнаем, – сокрушенно перебила мальчика Саша. – Что-то мне подсказывает, что Ольга Захаровна будет очень недовольна, когда узнает, что Вера ушла непонятно куда и неизвестно с кем, а сумку бросила на лавочке у парадной.

– Да уж! – понуро согласился мальчик. – Нагоняй Верка получит еще тот!

– Сегодня нагоняя не будет, потому что Ольга Захаровна ничего не узнает. Она же в командировке! О чем я тебе говорила? – Саша укоризненно покачала головой, совсем как учительница.

Витя, смутившись, вздохнул.

– Но она узнает, когда вернется домой. Будет здорово, если мы найдем Веру до приезда ее мамы.

– Ты шутишь? – Саша округлила глаза. – Где ж мы ее найдем?

– Ну, далеко она вряд ли успела уйти. – Он поднялся с лавки и показал рукой направление. – Они пошли туда. К дороге. Вера и какая-то женщина в длинном платье…

– С чужими людьми нельзя никуда ходить – так мама всегда говорит, – заметила Саша.

– Это разговоры для малышни! – воскликнул Витя, небрежно махнув рукой. – Ты не маленькая девочка, и Верка тоже. Она знает, что делает. Может, это Веркина родная тетя, и они пошли к ней в гости!

– Пытаешься себя успокоить? – оборвала Саша рассуждения мальчика и, помолчав, спросила: – У кого-то из твоих друзей есть собака?

– Точно! Нужна собака! – обрадовался Куличкин такой простой идее. – У меня голова совсем перестала соображать. Верины вещи – вот они. – Он ткнул пальцем в сумку и хлопнул себя ладонью по лбу. – У Ефимова же есть Бунч! Что мы мучаемся?

Куличкин подобрал мелкий камешек и бросил его в окно квартиры на первом этаже. По другую сторону стекла сразу же появилось круглое мальчишеское лицо. Мальчик за стеклом сразу принялся крутить пальцем у виска.

– Сам дурак! – пробормотал Куличкин. – Вот терпеть таких не могу: он еще ничего не понял, а уже изображает умного.

– А если бы ты стекло разбил? – встала на сторону Ефимова Саша и крикнула: – Никита, выведи своего Бунча на улицу, нам человека надо найти. Быстрее! Вопрос жизни и смерти!

Глаза за стеклом округлились. Мальчик кивнул и исчез.

Через несколько минут из парадной, натягивая поводок, вынырнула черная овчарка, а следом скатился с крыльца невысокий полненький Никита Ефимов, иначе говоря Понч, который на ходу запихивал в джинсы криво застегнутую рубашку.

– Стоять! – важно приказал он своему питомцу, остановился рядом с ребятами и поинтересовался: – Кого будем искать?

– Пропала Вера Солнцева из сороковой квартиры, – начала объяснять Саша.

– Так я видел ее! – радостно от того, что задача решается легко, воскликнул Никита. – Она шла домой, веселая такая. С сумкой шла. Прямо вприпрыжку. Кажется, даже напевала. Бунча Бунчиком назвала. Вот скажите, что за привычка такая вредная у людей – стараться погладить чужую собаку? Солнцева всегда норовит до моего Бунча дотронуться, – голос у Понча задрожал от негодования. – А если он… ей руку отхватит?

Никита сам не ожидал, что у него вырвутся эти слова, и теперь выжидательно, с каким-то превосходством и даже важностью посмотрел на ребят, склонив голову к правому плечу.

– Ну ты, Понч, чересчур! Давай не пугай! – осадил Никиту Витька.

– А что? Моей вины в этом не будет: не надо к чужой собаке лезть! – И Понч склонил голову к другому плечу.

– Значит, ты видел Веру, – вернула Никиту к нужному рассказу Саша. – Что дальше было?

– Ничего не было, – пожал плечами мальчик. – Вера с какой-то теткой стала болтать. Как раз когда вертолет над домом круг сделал. Я больше на вертолет смотрел. Я что, Солнцеву не видел? А она правда пропала? Солнцева? Или вы шутите?

– Пропала, – вздохнула Саша. – Сумка здесь, а ее нет.

– Ничего не понимаю: куда она могла пропасть, если до дома дошла?

– Короче! Ищем Веру, – оборвал его Куличкин и ткнул пальцем в спортивный баул. – Сумка – вот. А Вера и женщина ушли в ту сторону. – Он вытянул руку, словно регулировщик на перекрестке. – Вперед, Понч и Бунч!

– Как можно пропасть, дойдя до своей парадной? – все еще недоверчиво бубнил Никита, качая головой. Он взял Верину сумку, сунул ее под нос собаке. – Нюхай, Бунч, нюхай… Ищи, Бунч, ищи!

Пес потыкался черным блестящим носом в асфальт и через минуту потянул за собой ребячью компанию как раз в ту сторону, куда перед этим показывал Куличкин. Саша схватила спортивную сумку, чтобы Никите было легче бежать, и перекинула ее через плечо.

А Понч продолжал тараторить на ходу:

– Тетка такая странная. Платье у нее из листьев. И цветы в него понатыканы, как на клумбе. А на голове шляпа. В шляпе. Тетка в шляпе… А Солнцева, как всегда, в штанах и в толстовке. В общем, в чем-то спортивном. Я на вертолет вообще-то смотрел… На нем надпись красивая – «Полиция», может, вертолет ищет кого-то? Бандита, например. Разве не интересно?

Добежав до перекрестка, ребята остановились у светофора и стали с нетерпением ждать, когда загорится зеленый свет. Едва движение машин остановилось, компания ринулась через дорогу, но на середине шоссе Бунч вдруг завертелся, тычась носом в асфальт.

– Он потерял след! – воскликнул Никита и едва не заплакал, глядя на вспыхнувший красный свет светофора. – Тут столько машин проехало! Они весь запах сбили.

Глава 4
Попробуй разберись, где сон, а где явь

Вера видела во сне вертолет. Пузатый, серебристый, он стрекозой завис над высоткой. Она зачарованно смотрела, как крутится большой пропеллер, поднимает ветер, который долетает до самой земли. Девочка почувствовала, как от движения воздуха шевелятся на голове кудри.

Она увидела соседского мальчишку Никиту, которого обычно звала Пончем. Тот выгуливал овчарку. У Веры всегда возникало непреодолимое желание погладить огромного черного пса.

– Бунчик, – ласково проворковала она и протянула руку к овчарке.

– Ты в своем уме, Солнцева? – возмущенно вскинулся на нее Понч. – Ты соображаешь, что можешь испортить мне собаку? Это тебе не болонка, не шпиц и не глупый мопс какой-нибудь! Тебе надо, чтобы он перед всякими-якими хвостом крутил, как никчемная дворняжка? Это служебно-розыскная овчарка, между прочим! Поняла?! Бунчик, Бунчик, тю-тю-тю… – передразнил он. – Слушать противно!

– Но Никиточка!.. – попробовала переломить непреклонного хозяина умного пса Вера. – Тебе жалко, что ли, если Бунч не только на тебя, но и на меня рычать перестанет?

– Смотри, вертолет! – неожиданно закричал Понч, округлил глаза и побежал от парадной, чтобы лучше разглядеть зависшую над высоткой машину, а потом помчался назад, не сумев определиться, где лучше видно.

Вера опять запрокинула голову, но вместо вертолета увидела крутящийся серый пропеллер. И так же пропеллером завертелось небо, и стало падать на нее.

Вера, вздрогнув, испуганно открыла глаза. Синее небо превратилось в серый потолок. Что-то кололо шею, но не больно. Она осторожно повернула голову вправо, затем влево – и увидела серые стены. Вера лежала на спине, одетая в спортивную одежду, кругом царил полумрак, пахло сухой травой, землей и чем-то сладким. Из узкого запыленного окна где-то под потолком струился мутный свет. Все тут напоминало школьный подвал, куда однажды после субботника она и другие ученики относили метлы и лопаты.

Вера прислушалась к себе. У нее ничего не болело. Иногда после тренировки ныли ноги или руки, редко – шея. Девочка осторожно пошевелилась, ожидая, что от движения боль все-таки придет. Но никаких неприятных ощущений не возникло, только шею все еще кололо. Хоть сейчас собирайся и беги на соревнования. Вера повернулась на правый бок, щеку кольнуло, взгляд уперся в неровную стену. Но тело ощутило приятную мягкость. Вера похлопала ладошкой около лица, ее рука зарылась в сено и нащупала что-то похожее на шершавую землю. Земляной пол? Она, ученица пятого класса, лежит на полу, на сене, в странном подвале? Это сон? Девочка подобрала под себя ноги, села и заозиралась. Ощущения ее не обманули: под ней топорщилась сухая трава. У Веры тут же возникло неприятное подозрение, что она оказалась в широкой яме, которую зачем-то вырыли в подвале.

Как ее угораздило попасть в подвал да еще и в яму? Зачем она здесь? Память, как щелчком телевизионного пульта, выбрала из вороха событий женщину в платье с лиственно-цветочным рисунком и полосатом жакете, с зеленой сумкой через плечо. Женщина спускалась с крыльца Вериной парадной. Вспомнились ровно остриженные черные волосы под шляпой, мелодичный голос. Загорелая рука с выступающими жилами, а в ладони – коричневые круглые орехи. Дама появилась, когда Вера, положив спортивную сумку на лавочку, побежала погладить соседскую овчарку.

Вера помнила, что ее прямо-таки загипнотизировал серебристо-коричневый фотоаппарат, который женщина придерживала правой рукой. Он с двух сторон крепился к тонкому ремешку, перекинутому через шею. Это выглядело так необычно, что у Веры дух захватило. Она мечтала о такой камере. Незнакомка легко спустилась со ступенек и протянула Вере небольшую фотографию.

– Это тебе, очаровашка! – услышала Вера.

Обращение «очаровашка» Вере совсем не понравилось, но она сочла, что спорить с взрослым человеком, да еще незнакомым, нехорошо. Поэтому девочка решила не обращать внимания на такие мелочи, как неудачные слова, и заворожено уставилась на камеру.

– Это фотоаппарат мгновенной печати? – почти утвердительно спросила Вера.

– Да-а! – словно пропела женщина. – О-очень удобный.

– Мне папа пообещал такой же на день рождения, – поделилась Вера, и хотя у нее должна была появиться такая же вещь, в голосе прозвучала зависть. – Мой папа плавает по разным странам. – Она помолчала, подумав над сказанным. – Я хотела сказать, по морям. И океанам. Он моряк.

– Тебе повезло, – поддержала разговор женщина. – Сейчас твой папа в плавании?

– Да, – кивнула девочка, ей почему-то захотелось понравиться незнакомой даме, у которой на шее висит красивый фотоаппарат, и она продолжила: – А мама на работе. Она работает в гостинице, часто даже ночью. А брат Мишка уехал на соревнования. Я тоже скоро поеду на соревнования. Мне тренер пообещал. Сегодня мы изучали новый прием, и у меня хорошо получалось.

– Молодец! – Женщина поджала губы и, помолчав, странно добавила: – Значит, ты сегодня свободна.

Взгляд Веры перебежал на платье незнакомки. Оно было сшито из ошеломительно красивой ткани, похожей на лиственный ковер, из которого рельефно выглядывают яркие васильки, лютики и ромашки – совсем как из травы на скромной клумбе. На плечи женщины был накинут светлый жакет в узкую полоску, через плечо висела на расписном ремне зеленая сумка. Голову незнакомки закрывала похожая на панаму шляпка. Глаза прятались за зеркально-золотистыми очками. Женщина показалась даже красивее мамы одноклассницы и подруги Саши Ивашовой, которая вызывала у Веры большое уважение своей строгой красотой и бесконечными знаниями.

Вера аж рот раскрыла – такой удивительной показалась неизвестная тетенька.

А та приподняла очки. Глаза у нее оказались зелеными и блестящими, как листья после дождя, они смотрели на Веру с веселым интересом.

– Судя по всему, ты здесь живешь, – произнесла незнакомка. – Значит, знаешь, где находится экспериментальный сад. Проводи меня, будь столь любезна, к этому замечательному месту.

– Какой сад? – От удивления к восхищенной Вере вернулся дар речи. – Неужели где-то рядом есть сад?

Женщина продолжила чуть насмешливо:

– Ты его видела-видела, очаровашка! Сад окружает ограда из железных прутьев, такие обычно устанавливаются вокруг парков. За изгородью растут необычные деревья, на воротах висит золоченая табличка. На ней написано «Экспериментальная площадка для экзотического сада».

И Вера, словно наяву, увидела металлическую ограду и табличку со сложной надписью. Как же она все это забыла? И почему до сих пор не разведала, что в саду?

– Я не обратила внимания на слова, – стала оправдываться девочка. – И совсем не поняла, что там написано, на табличке. Хотя я очень люблю всякие растения и еще в детстве решила стать «зеленым доктором».

У женщины удивленно поднялись брови.

– Доктором растений, цветов и деревьев, – поспешила объяснить Вера. – Они – живые, а значит, болеют, и им нужны врачи. А что там за площадка? Спортивная?

– Я же сказала: площадка для сада, – повторила незнакомка. – Тебя зовут Вера?

– Как вы догадались? – удивилась Вера – она хорошо помнила, что не называла свое имя.

Но та вместо ответа сказала:

– А меня зовут Изабелла Ричардовна.

Вере это имя почему-то представилось длинной черной строчкой на белой бумаге, воображаемые буквы тут же превратились в гусеницу…

– Какое имя странное! – не удержалась Вера. – Колючее… и тяжелое.

Изабелла Ричардовна ничуть не обиделась, а лишь улыбнулась.

– Так звали знаменитую в Британии колдунью. Тебя интересует колдовство?

– Вы имеете в виду, нравится ли мне фэнтези? В детстве любила, а сейчас на него нет времени. Сейчас меня интересует то, чем я буду заниматься в будущем: соревнования и цветы, – важно ответила Вера.

– Отлично! – Изабелла Ричардовна улыбнулась. – Ты меня проводи к месту с табличкой, а я тебе все расскажу про цветы и сад. И покажу его. Если захочешь.

Любопытная Вера вернулась к разговору:

– А что такое экзо… экзо…

– Экзотический сад? – помогла женщина с трудным словом. – Это место, где выращивают растения, которых нет в данной местности, то есть в нашей области. Например орхидеи. Или арбузы. Для нас экзотика – это растительность из теплых стран, где не бывает зимы. Где беззимье.

Вера тихо повторила удивительное слово «без-зимье».

– А для теплых стран экзотика – наши ели и березы.

Дама взяла Веру за локоть и повела ее прочь от подъезда. Спортивная сумка так и осталась лежать на лавочке. Вера о ней забыла.

– Как же ты не знаешь, – говорила женщина, – что недалеко от твоего дома создают удивительный сад? В нем будут расти ананасы, кокосы, пальмы, лимоны, бананы и другие экзотические деревья и фрукты.

– Вера! Ты куда? – услышала девочка знакомый голос.

– Это Витя Куличкин. Между прочим, мой хороший друг, – сообщила она и хотела обернуться, чтобы ответить, что вернется скоро.

Через пять минут.

Но женщина, крепко держа ее за локоть левой рукой, разжала правый кулак, и Вера увидела пять коричневых шариков, похожих на орехи фундука.

– Эти орехи называются макадамия, – пояснила Изабелла Ричардовна. – Они растут во Вьетнаме. Очень полезные. Ты когда-нибудь их ела?

– Нет, – помотала головой Вера, тут же забыв о Куличкине.

– Пробуй… Они вкусные и уже очищенные. – Женщина все так же цепко держала Верин локоть, и Вера не смогла бы повернуться, даже если бы захотела.

– Ученые решили вырастить для жителей города тропические растения, – говорила незнакомка мелодичным голосом. – Ведутся эксперименты, чтобы сделать их морозоустойчивыми. Знаешь, что это означает? Эти растения будут легко переносить снег и морозы, весной будут цвести, как яблони, а летом давать урожай…

Вера забыла обо всем, кроме диковинного места, куда ее неудержимо тянуло желание все увидеть собственными глазами.

Она помнила, как они с Изабеллой Ричардовной перешли улицу и оказались перед обтянутой тканью, как во время ремонта фасадов, стеной. За ней возвышалась другая стена, состоящая из высоких деревьев. Казалось, их листья пышным плотным одеялом укутывают все, что под ними скрыто.

Послышался скрежет ржавого железа, и в стене открылся проем. Вера почувствовала, как ее толкнули туда, а за спиной раздался металлический стук.

Самым странным было то, что Изабелла Ричардовна куда-то исчезла.

Глава 5
Странное знакомство и непонятности

Послышался шорох, а следом звук чего-то падающего, словно камешки сыпались на стекло и отскакивали. Вера насторожилась, чувствуя, как испуганно зачастило сердце, повернула голову на шум и заметила горящие красные точки.

Кто там? Крысы? Мыши? Пауки? Или все вместе? Мурашки пробежали по рукам и спине, но Вера одернула себя. Пауки, даже крысы – не крокодилы, целиком ни за что не съедят, можно будет побороться. И, конечно, надо выбираться из подвала. За окном светло, а значит, на дворе все еще день. А вот точное время не узнать: телефон в спортивной сумке, сумка на лавочке около парадной. Как можно было ее там оставить?

А если позвонит мама? Не дождавшись ответа, она может всполошиться и помчаться из командировки домой. И ее за это уволят с работы. Нет, мама сначала позвонит Саше Ивашовой, ведь мама знает, что они собирались сегодня утром пойти на мультик. И что ответит Саша? Она не выдаст, что-нибудь придумает. Например, скажет, что у Веры разрядилась трубка. Или что телефон упал в фонтан и сейчас не работает. Но мама потребует, чтобы Саша передала свой телефон Вере. И тут уже будет не отвертеться.

И вообще, Саше не нравится врать. Совсем. Ей лучше и не начинать. Вера вздохнула. Даже если связь будет совсем плохая, сразу станет ясно, что Саша сочиняет. И она непременно запутается. Точно запутается. Так что мама все равно бросит работу и поедет домой. И ее уволят. И у них будет мало денег. Зачем только Вере понадобилось куда-то идти с посторонней теткой? Ведь мама сто раз говорила: «Никуда не ходи с незнакомыми людьми! И не бери у чужих никаких конфет и мороженок!» А она пошла, как глупенькая малявка, и даже взяла вкусные орехи. Да, незнакомка казалась необыкновенной: и платье, и шляпка, и даже глаза, а фотоаппарат вообще классный, но зачем было куда-то с ней идти? Что же делать?

Откуда-то донеслось протяжное мяуканье.

И Вера сердито проговорила вслух:

– Что-что? Тут и думать нечего! Надо выбираться из подвала, а потом и из сада. Интересно все-таки, сколько сейчас времени?

Она вскочила на ноги. Звякнувшая в кармашке мелочь опять напомнила о планах пойти с подругой в кино. Как нехорошо нарушать обещание! Внимательно оглядев помещение, Вера заметила в стене темнеющий большим пятном провал. Она легко выбралась из ямы, которая оказалась совсем неглубокой. Возможно, строители просто решили углубить подвал. Проем в стене оказался выходом в коридор, который шел вверх, словно горка, и чем дальше, тем становилось темнее.

В спешке Вера споткнулась, упала на коленки и зажмурилась от боли. Потом провела рукой по земле и нащупала ребро ступеньки. Выходит, она шла по лестнице, которую зачем-то засыпали землей. Даже она, пятиклассница, понимала, до чего глупо так поступать. Кто и зачем это сделал? Сколько здесь всего непонятного!

От боли и страха к глазам подступили слезы, но Вера загнала их обратно. Потом заметила приставшие к одежде соломинки и стала стряхивать их вместе с комочками земли.

Вдруг в коридор хлынул свет: это распахнулась входная дверь. В дверном проеме темным силуэтом стоял худенький высокий не то мальчик, не то юноша.

– Привет! – сказал он. – Выходи!

– Зачем? – испуганно спросила Вера.

– Тебе нравится сидеть в темноте? – полюбопытствовал незнакомый мальчик. – Тебя наверняка родители потеряли. Беги домой, пока двери открыты!

– Сейчас, – пробормотала Вера, собираясь с мыслями. – Как тебя зовут? – спросила она скорее из вежливости: ведь надо же как-то обращаться к человеку.

– А тебе зачем? – настороженно поинтересовался незнакомец.

– Ну как? Мы же разговариваем…

– Алик, – ответил не сразу мальчик. – Меня звать Аликом. – И слабое эхо подхватило его голос.

Вера поднялась на ноги и направилась к выходу.

Алик шагнул в сторону, уступая ей дорогу. Выйдя из дома, Вера смогла его рассмотреть. На вид ему было лет тринадцать-четырнадцать. Веру поразили его белые волосы. Глаза мальчика имели странный лиловый оттенок. Вокруг них неровными кругами темнели красноватые тени, на их фоне особенно выделялись белые, как густой иней, ресницы. Прямая челка закрывала левую часть бледного лба. Серые и белые полосы спускались по щекам, словно следы от слез. В углу бледного рта алело пятно, по форме напоминающее каплю.

На Алике была светлая рубашка в бурых и серых пятнах. Засученные рукава открывали руки, покрытые черными крапинками, похожими на земляную пыль. Джинсы в дырах заканчивались внизу неровной бахромой, которая спускалась до рваных кроссовок. Казалось, он вылез из ямы. Или из могилы. Но ведь и она только что лежала в яме. Может, он в ней спит?

Вера рассматривала парнишку, как рассматривают картину, настолько удивительно тот выглядел. Но чем дольше она смотрела, тем страшнее ей становилось. Это было слишком противоестественно: перепачканный седой мальчик, стоящий около дома, в подвале которого вырыта страшная яма.

Вокруг покачивали корявыми ветками темные деревья, в ветвях терялись солнечные лучи. Шелест листьев казался зловещим. Вновь откуда-то донеслось протяжное мяуканье – истошный кошачий вопль.

– Чего ты уставилась на меня как на покойника? – сердито спросил Алик.

Вера чуть не подпрыгнула на месте: ей было невдомек, что он почувствует ее настроение и заговорит о мертвых. Однако от легко сказанных слов страх почти прошел, и Вера подумала, что произнесенные вслух слова сильнее страшных мыслей. Не случайно дневной свет побеждает ночные страхи.

– Я просто хотела спросить, как я здесь очутилась, – объяснила Вера. – В подвале?

– Ты в обморок свалилась ни с того ни с сего, поэтому тебя отнесли сюда. Чтобы ты под дождем не вымокла. Видишь, трава мокрая? Дождик прошел. Хочешь, тебя в больницу отвезут?

– Не надо в больницу! – Вера испуганно замотала головой.

На колючей траве прозрачными бусинками висели капли, и вдруг Вера вспомнила об игрушечном домике, об уходящей вниз норе. Она обернулась посмотреть, как выглядит дом, который она только что покинула, и не смогла сдержать крик. Еще бы, ведь перед ней стояла копия игрушечного домика у раскидистого дерева: желтая широкая дверь, из которой вышла Вера, была похожа на ту, куда она сунула руку и за которой оказался похожий на нору коридор. Окна разных размеров сверкали чистотой.

А мальчик за спиной продолжал говорить:

– Вот и хорошо, что не хочешь. А то все уже по домам собрались, из-за тебя не расходятся.

– Не расходятся? Кто? – машинально спросила пораженная увиденным Вера.

– Все, кто здесь работает. Я пойду, сообщу, что с тобой все в порядке, а ты иди домой.

Вера повернулась к Алику и разочарованно вздохнула: тот пропал. Зато среди травы убегал белый худой кот. Придется самой искать выход из этой чащобы.

Девочке не терпелось убраться отсюда, но шла она не спеша. Ведь получалось… ужас что получалось! Даже думать страшно. Получалось, что она, Вера, уменьшилась раз в… Во сколько раз?

Вера попыталась прикинуть: сейчас она легко может войти в дверь, куда прежде влезала только ее рука, и значит… значит, она уменьшилась раз в шесть. Как она вернется домой такая уменьшившаяся? Мама испугается и расстроится. Придется остаться здесь. Ведь невозможно будет ходить в школу! И на тренировку. Правда, в этом происшествии крылись некоторые приятные моменты: она, например, сможет легко прошмыгнуть в кинозал. Но так ли уж это надо?

Глава 6
Странный дом

С этими невеселыми мыслями Вера брела по узкой аллее. Она надеялась просто найти выход из сада, а там уже решать, что делать. План был простой: дойти до изгороди и двигаться вдоль нее, пока не встретятся ворота.

По обе стороны аллеи росли густые колючие кусты. По шипам и полосатым ягодам Вера сразу определила, что это крыжовник. За кустами она заметила раскинувшие ветви яблони и груши, которые тоже были обычными для их краев. Среди привычной зелени не затесалась ни одна пальма. Неужели Изабелла Ричардовна пошутила, рассказывая об ананасах и кокосах?

Пройдя метров сто – благодаря занятиям спортом Вера отлично знала, что такое стометровка, – она резко остановилась. На камешке в траве грелась змея, холодные блестящие глаза смотрели прямо на девочку. Значит, когда Вера зашла в сад, она встретила змею: это ее шкурка блеснула, а след колыхнул траву!

Вера вспомнила слова Вити, у которого дома жил уж – змейка маленькая и безобидная. Куличкин очень интересовался змеями и прочитал о них серьезную книжку. Он рассказывал, что со змеями нужно вести себя осторожно и спокойно. Если ты увидел, к примеру, гадюку, замри и дай ей уползти. Если у змеи угрожающая поза, лучше медленно отступить назад. Вера это запомнила, только как понять, угрожающая поза или нет? В любом случае надежнее отступить – хуже не будет. Стараясь не сорваться и не побежать, Вера стала пятиться, не выпуская из вида змею и постепенно ускоряя шаг. Потом ей стало страшно налететь на что-нибудь спиной, поэтому она резко остановилась и развернулась. Сердце екнуло. Она стояла перед тем самым странным домом, из подвала которого недавно убежала.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.