Владимир Белли
Конвои Второй мировой
Блокада и контрблокада океанских коммуникаций

© Белли В., 2024

© ООО «Издательство Родина», 2024

Глава I
Борьба на океанско-морских сообщениях с начала войны до вступления в войну Италии и капитуляции Франции (сентябрь 1939 г. – июнь 1940 г.)

1. Особенности стратегической обстановки на море к началу войны

Стратегическая обстановка к осени 1939 г. характеризовалась наличием двух созревших очагов войны – в Европе и на Дальнем Востоке.

В Европе гитлеровская Германия, воссоздававшая при поддержке американских монополистических кругов свои вооруженные силы и поощряемая в течение длительного времени англо-французской политикой уступок, продолжала расширять агрессию. Попытки Советского Союза помешать этой агрессии всякий раз наталкивались на англо-французское сопротивление. Оккупировав Рейнскую демилитаризованную зону и Австрию и воспользовавшись Мюнхенским сговором с западными державами, Германия уже в середине марта 1939 г. захватила Чехословакию.

Все эти акции являлись не чем иным, как подготовкой Германии к войне против Советского Союза, а затем и против своих империалистических конкурентов. Поэтому Германия направила первоочередные усилия своей экономики на создание мощной сухопутной армии и авиации. Что же касается флота, то на его строительство из военного бюджета страны выделялось немногим более 10 %, а из рабочих, занятых в военной промышленности Германии, непосредственно на флот работало всего лишь около 5 %.

Делая ставку на быструю победу над Советским Союзом в результате внезапного нападения и предварительного частичного захвата западноевропейской промышленной базы и подневольной рабочей силы, руководители фашистской Германии рассчитывали в дальнейшем без особого труда форсировать строительство своего флота и по его готовности начать действия против Англии и США.

Таким образом, суть была вовсе не в том, как ныне пытаются утверждать некоторые буржуазные историки, что Гитлер не понимал роли «морской мощи» и Редеру не удалось добиться внимания фюрера к флоту из-за его патологической неприязни к большим кораблям и т. п. Решающим было, несомненно, то, что генеральные планы расширения германской агрессии предусматривали в первую очередь войну против континентальных держав и главным образом против Советского Союза, причем в некоторых проектах плана нападение на СССР намечалось еще на осень 1940 г.

Бывший гитлеровский адмирал Ф. Руге пытается доказать, что причина неподготовленности Германии к войне на море якобы состояла в самом по себе принятии зимой 1938/39 года программы строительства «сбалансированного» флота (план «Z») и в отклонении «чрезвычайного плана» командующего подводными силами К. Деница, предусматривавшего широкое использование подводных лодок и крейсеров на морских сообщениях противника. Но если ставка плана «Z» на большие надводные корабли действительно провалилась, то ведь он был принят лишь перед самой войной, а для осуществления плана Деница также необходимы были определенные средства, материальные ресурсы, и главное, время, фактически отсутствовавшие.

Итак, первой и основной особенностью стратегического положения Германии на море было то, что она, направляя все усилия на подготовку армии и авиации к войне против Советского Союза, не располагала достаточными силами для ведения морских операций против Англии и Франции.

Перспективный немецкий линейный корабль «Н», предусмотренный планом «Z», проект 1939 г.

К началу войны в составе германского флота имелось только 2 относительно новых линейных корабля («Шарнхорст» и «Гнейзенау»), 3 так называемых «карманных» линкора, а фактически тяжелых крейсера («Адмирал граф Шпее», «Адмирал Шеер» и «Дойчланд» – впоследствии «Лютцов»), 2 устаревших линейных корабля («Шлезиен» и «Шлезвиг-Гольштейн»), 8 крейсеров, около 40 эскадренных миноносцев и миноносцев, около 70 тральщиков и 20 торпедных катеров. Кроме того, в составе флота находилось 57 подводных лодок, из которых лишь 27 имели водоизмещение от 500 до 750 т и могли действовать на значительном удалении от районов базирования[1].

Следует добавить, что германский флот не имел собственной авиации и почти не мог рассчитывать на помощь и поддержку ВВС, так как подготовка последних (особенно пикирующих бомбардировщиков) была целеустремлена на поддержку наземных войск[2].

Организационно морские силы были сведены в три соединения: линейный флот, разведывательные силы (крейсера, эсминцы, миноносцы, тральщики) и подводный флот.

Если учесть, что флоты Англии и Франции – потенциальных противников Германии – насчитывали в своем составе 22 линейных корабля, 8 авианосцев, более 80 тяжелых и легких крейсеров, более 290 эскадренных миноносцев и миноносцев и 147 подводных лодок, то станет очевидным, что германский флот не мог рассчитывать ни на какие серьезные успехи на море.

Второй особенностью положения гитлеровской Германии на море являлось наличие у нее потенциальных союзников по агрессии – фашистской Италии в Европе и Японии на Дальнем Востоке, хотя сколько-нибудь разработанных планов согласованного стратегического использования вооруженных сил, в том числе флотов этих государств, не было.

Третья особенность заключалась в том, что географическое положение Германии, как и в первой мировой войне, лишало ее возможности беспрепятственной посылки в Атлантику своих боевых кораблей, в том числе и подводных лодок, для действий на сообщениях противника. Использование для этой цели Английского канала, по вполне понятным причинам, было невозможно, а попытки боевых и вспомогательных кораблей пройти в океан с севера почти определенно должны были приводить к встрече с кораблями противника, блокирующими эти выходы.

Политико-стратегическое положение Англии и Франции к началу войны характеризовалось прежде всего банкротством длительной послевоенной политики умиротворения нацистской Германии в целях направления ее агрессии в сторону Советского Союза. В результате эти страны оказались к войне неподготовленными. В частности, армия Англии была намного слабее германской; ее авиация по численности самолетов и их тактико-техническим свойствам уступала авиации Германии, а флот, хотя и обладал многократным количественным превосходством, к отражению угрозы своим морским сообщениям был подготовлен совершенно недостаточно.

Особенностью положения Англии являлась и чрезвычайная ее зависимость от подвоза продовольствия, нефти и стратегического сырья морем. Немаловажное влияние на ее положение оказывало и то, что основные военно-экономические ресурсы Британской империи, включая почти все виды военной промышленности, судостроительную промышленность и военные арсеналы, были сосредоточены преимущественно на юге метрополии, т. е. в сравнительно небольшом удалении от районов развертывания нацистской авиации.

Оценивая обстановку и направленность германской морской стратегии накануне войны, Ф. Руге пишет: «Все усилия флота следовало направить на основную цель – не дать противнику возможности пользоваться морскими путями. Ввиду неравенства в силах не могло быть и речи о том, чтобы пытаться достичь этого действиями флота. Единственным путем к успеху было нападение на суда и военно-морские силы противника всеми имеющимися средствами и во многих местах»[3].

В свою очередь основная задача английского флота состояла в защите сообщений от германских надводных рейдеров, подводных лодок и авиации. Географическая обстановка (Балтийские и Дуврский проливы, узкости между Гренландией, Англией и Норвегией и относительная мелководность района) по-прежнему облегчала англичанам организацию эффективной блокады с широким использованием минного оружия и привлечением авиации, надводных кораблей и подводных лодок. Наряду с этим французские и английские средиземноморские базы обеспечивали защиту важнейшей коммуникации, идущей вдоль западного и южного побережья Европы.

В худшем положении находились трансатлантические коммуникации, соединяющие Великобританию с США, Канадой и другими странами Америки и не обеспеченные в центральной части океана морскими и авиационными базами, что весьма ограничивало использование сторожевых кораблей и наземных ВВС, имевших малые радиусы действия.

Следовательно, несмотря на взаимную неподготовленность к войне друг против друга, Великобритания находилась в еще более незавидном положении к началу войны, чем Германия. Используя против немецких океанских сообщений, в которых Германия не очень нуждалась, такую решительную наступательную форму борьбы, как блокада, Великобритания в отношении остро необходимых для нее океанских сообщений была вынуждена придерживаться целиком оборонительной стратегии, предоставляя гитлеровской Германии инициативу в выборе времени, места и объектов нападения.

2. Общий ход войны

Война началась 1 сентября внезапным нападением нацистской Германии на Польшу, имевшим основной целью создание выгодного плацдарма для будущей войны против СССР. Это произошло всего через неделю после того, как 25 августа 1939 г. Англия заключила с Польшей военный союз и обязалась гарантировать ее целостность и неприкосновенность.

Зная о неподготовленности Англии и Франции к активным боевым действиям на суше и будучи уверено в том, что западные союзники не станут торопиться с выполнением своих обязательств, гитлеровское командование, полностью оголив западные границы, сосредоточило на польском фронте 57 дивизий и 2 бригады регулярных войск общей численностью более 1,5 миллиона человек. Немецкие подводные лодки были развернуты на подходах к английскому побережью, а «карманные» линкоры «Адмирал граф Шпее» и «Дойчланд» высланы в Атлантику, однако им было предписано атаковать английские суда лишь по особому приказанию.

Перейдя границу Польши, германские армии при поддержке авиации нанесли ряд стремительных ударов по основным группировкам польской армии и быстро разгромили ее.

Советский Союз, не связанный никакими обязательствами с Польшей и не желавший безучастно смотреть, как агрессор захватит Западную Украину и Белоруссию, в свое время отторгнутые панской Польшей от России, решил взять их под свою защиту. 17 сентября 1939 г. Советская Армия вступила на территорию Польши. Этот акт, а также заключение в конце сентября – начале октября пактов о взаимопомощи между Советским Союзом и Прибалтийскими государствами знаменовали начало создания Восточного фронта, при наличии которого Германия не могла дальше свободно вести войну на западе и создание которого означало «коренной перелом в развитии войны против гитлеровской тирании в пользу победы демократии»[4].

Но, несмотря на очевидное огромное значение этих действий Советского Союза, Англия и Франция не пожелали изменить свою политику. Правда, 3 сентября ввиду отклонения Гитлером их ультиматума о выводе германских войск из Польши они объявили войну Германии, и 4 сентября началась перевозка английских войск во Францию, однако около 90 французских и 20 бельгийских дивизий, развернутых на границе рейха, бездействовали. Эпизодический характер носили также и события на море. Англо-французские реакционные круги были твердо уверены в том, что Гитлер, добившись победы над Польшей, непременно начнет войну против СССР.

В свою очередь гитлеровская Германия на этом этапе войны не стремилась к решительным действиям против Англии и Франции. 1 октября 1939 г. закончилась немецкая кампания против Польши, а 6 октября Гитлер выступил с официальным предложением западным державам о перемирии. 10 октября премьер-министр Франции Даладье, а 12 октября и премьер-министр Великобритании Невиль Чемберлен отклонили это предложение. На их отказ Германия ответила лишь переразвертыванием основных сил армии и тылов с территории Польши на Западный фронт.

Англия и Франция усилили свои войска, но полностью прекратили даже эпизодические налеты авиации на отдельные объекты противника в прифронтовой полосе, чтобы «не раздражать» Гитлера. Началась так называемая странная война, подлинной причиной которой были опять-таки расчеты на вовлечение нацистской Германии в войну против Советского Союза[5].

Одновременно правящие англо-французские круги развили бурную деятельность по подготовке собственного нападения на СССР как на севере, сразу после начала войны между Финляндией и Советским Союзом[6], так и на юге[7].

Позорный провал этих планов известен. Что же касается действий против Германии, то только в марте 1940 г. Верховный военный совет союзников принял решение об усилении экономической блокады Германии, в частности, путем распространения войны на территорию Скандинавских стран с тем, чтобы отрезать Германию от шведской руды, и на Балканы, чтобы лишить ее продовольственных ресурсов Югославии и Болгарии, нефтеисточников Румынии и т. д. Практически никаких мер для реализации этого решения предпринято не было.

Убедившись в отсутствии у правящих кругов Англии и Франции желания воевать против Германии, Гитлер решил «молниеносными» ударами вывести эти страны из войны и тем обеспечить себе возможность беспрепятственного «восточного похода». В качестве первого предварительного удара еще в октябре 1939 г. германским верховным командованием было намечено проведение Норвежской, точнее Датско-норвежской, операции.

В приказе по германским вооруженным силам от 1 марта 1940 г. указывалось, что эта операция имеет целью предотвращение вторжения англичан в Скандинавию и на Балтику, обеспечение использования железнорудных ресурсов Швеции и расширение стратегических позиций и системы базирования флота и авиации для боевых действий против Англии. Последняя мера позволяла также вывести крупные надводные корабли из-под возможных ударов английской авиации и избежать минной блокады в немногочисленных отечественных базах.

Планируя операцию, германское командование преследовало и еще одну, наиболее важную цель – подготовку плацдарма для нападения на Советский Союз и его изоляции от заморских стран.

Еще в 1937 г. официозный фашистский журнал «Deutsche Wehr» писал: «Для СССР морской путь до Мурманска вокруг Норвегии является в будущей войне единственной связью с океаном. Охрана этого пути крайне важна для СССР. Перерыв его в русско-германской войне имеет огромное значение. Этим объясняется большой интерес Германии к северным норвежским фиордам, представляющим большую ценность в качестве опорных пунктов для блокады Германией морского пути в Мурманск»[8].

9 апреля, ссылаясь на нарушение нейтралитета Норвегии Англией и Францией, которые поставили минные заграждения в территориальных водах Норвегии, Германия оккупировала Данию и высадила войска в Норвегии. Попытки англо-французского флота захватить некоторые прибрежные пункты в южной Норвегии и в районе Нарвика закончились неудачами, и англо-французские войска вынуждены были эвакуироваться.

Спустя месяц, 10 мая, германское командование предприняло наступление через Бельгию и Голландию на Францию. Нет необходимости останавливаться на ходе этой операции, в том числе на едва ли не намеренном выпуске гитлеровским руководством из «дюнкеркской мышеловки» более чем 300-тысячной английской армии, дабы не обострять отношений с Англией и сохранить возможность переговоров с ней в ближайшем будущем.

В результате быстрого разгрома Голландии, Бельгии и Франции от Англии отпала ее основная союзница, а к Германии, наоборот, 10 июня присоединилась Италия, в связи с чем резко изменилось соотношение экономических ресурсов сторон. В частности, уже овладение датскими продовольственными и норвежскими нефтяными запасами позволило Германии «питать» войну в течение многих месяцев и ограничило аналогичные возможности для Англии. Последующий же захват Германией ряда стран Западной Европы лишил Англию возможности получения свыше 200 тыс. т бокситов, железной руды, высококачественных сталей и другого сырья из Франции, свыше 36 тыс. т цинка и 11 тыс. т алюминия из Бельгии, половины всего импорта – 25 тыс. т – ферросплавов, около 600 тыс. т железной руды, 5,4 тыс. т алюминия, большого количества продовольствия из Бельгии и Голландии и т. д. Все это заставило Англию искать новые источники импорта, т. е. неизбежно вело к повышению напряжения перевозок на других, еще сохранившихся коммуникациях. Одновременно гитлеровцы овладели значительным количеством торговых судов захваченных стран (табл. 1).

Выход германских армий к Атлантическому океану привел к ряду серьезных изменений и в обстановке на море. Поскольку у восточного побережья Англии и в Канале получили возможность действовать легкие силы, гитлеровское командование начало переносить центр тяжести действий своих подводных лодок от восточного к западному и северо-западному побережью Англии.

Таблица 1

Приближенные данные о сухогрузном тоннаже Дании, Норвегии, Бельгии и Голландии, захваченном гитлеровской Германией в 1940 г., в бр. рег. т*

* Б. А Беренс. Морской флот и требования войны. М., 1964, стр. 115.

Германская авиация также приблизила свои базы к основным объектам Англии – ее морским коммуникациям, портам и базам, центрам военной и судостроительной промышленности. Это сразу заставило британское адмиралтейство внести крупные изменения в схему развертывания своих сил и в систему перевозок. В мирное время половина обычных грузов и 2/5 импортной нефти разгружались в портах южной части Англии. В новых условиях суда оказались вынужденными следовать в западные порты, главным образом в Ливерпуль и Клайд. Грузы, предназначенные для наиболее уязвимых районов, должны были перегружаться на более мелкие и менее ценные суда или перебрасываться по системе каналов и железным дорогам. Все это усугубляло положение страны.

Одновременно перед Англией встала сложная задача обеспечения защиты сообщений на новом и весьма важном для нее средиземноморском театре.

Таким образом, на первом же этапе войны события на сухопутных направлениях оказали крупное влияние и на общий ход боевых действий на море, и на возможности борьбы на сообщениях[9].

3. Общий ход боевых действий на море

В приложении к директиве № 1 от 31 августа 1939 г. гитлеровского верховного командования («Белый план») перед германским флотом были поставлены следующие задачи в войне против Польши:

• защита побережья от морских или воздушных операций противника;

• защита своих морских сообщений;

• поддержка сухопутных и авиационных операций вдоль побережья;

• использование военно-морского флота как политико-стратегического инструмента в целях

• обеспечения нейтралитета Скандинавских стран и Прибалтийских государств.

На случай, если Англия и Франция начнут военные действия, директива предусматривала объявление опасной зоны на подходах к Англии с опубликованием ее границ по согласованию с министерством иностранных дел и недопущение прохода каких бы то ни было сил противника в Балтийское море. Для решения последней задачи главнокомандующему флотом предоставлялось право в случае необходимости поставить минные заграждения в Балтийских проливах и на подходах к ним.

Одновременно директива № 1 требовала подготовить военно-воздушные силы к нанесению ударов по военной промышленности, морским и сухопутным коммуникациям Франции, а при благоприятных обстоятельствах и к массированным действиям против кораблей и соединений английского флота. Командование флотом конкретизировало эти задачи следующим образом: в операции «Белый план» – проведение блокады Польши и минирование подходов к Балтике; в операции «Оборона границ» (направленной против Англии и Франции) – развертывание сил для последующего (по особым указаниям) нанесения ударов по торговому судоходству и минирование подходов к основным английским портам.

3 сентября после объявления Англией и Францией войны Германии гитлеровские надводные корабли и подводные лодки получили приказ начать борьбу на сообщениях этих государств в Северном море и в Атлантике. Соответственно англо-французское командование нацелило действия своих флотов на защиту сообщений. Лишь небольшой частью сил воюющие стороны стали решать противоположные задачи: Германия – оборонять свои сообщения, Англия и Франция – действовать против них.

Как общий тоннаж судов, находившихся под контролем британского адмиралтейства, так и характер их использования претерпевали в первые месяцы войны многочисленные изменения, но уже к концу 1939 г. стало ясно, что этот тоннаж составляет около 18,5 млн. т дедвейт. Все эти суда имели различные размеры и скорости хода, причем многие из них уже прослужили значительный срок. Из них 1,8 млн. т, или около 10 %, были мобилизованы для непосредственных военных надобностей либо в качестве вспомогательных и специальных судов военно-морского флота, либо в качестве транспортов, выделенных для участия в операциях; 300 тыс. т, или около 1,6 %, использовались в прибрежном судоходстве; 11,5 млн. т, или около 60 %, направлялись для гражданских нужд Соединенного Королевства; 3 млн. т, или около 16 %, использовались для гражданских нужд других стран Британского содружества наций и, наконец, 1,6 млн. т, или около 9 %, обычно находились в ремонте или вне строя по другим причинам. Кроме того, в перевозках в Англию и из Англии принимали участие суда нейтральных стран: США, Швеции, Дании, Бельгии, Голландии, Норвегии и др.

Схема. 1. Основные коммуникации Англии и США в Атлантике в первый период второй мировой войны (цифры – удельный вес в общем объеме перевозок)

Среднемесячный тоннаж судов, прибывавших с грузами в английские порты с сентября 1939 г. по июнь 1940 г., составил около 3,2 млн. нетто рег. т, а тоннаж судов, выходивших в это время из Англии, около 2,6 млн. нетто рег. т[10]. В дальнейшем в связи с потерями судов, их отвлечением от участия в операциях и под влиянием ряда других причин эти цифры снизились. Характерно, что если в мирное время недогруз приходивших в Англию судов выражался сравнительно большими величинами, то в военное время, и особенно в наиболее напряженные годы борьбы на сообщениях, он значительно снизился.

Кроме судоходства для связи с заграницей, в течение всей войны поддерживалось и прибрежное судоходство, в системе которого учитывались как суда, специально назначенные для перевозки грузов и пассажиров вдоль побережья между портами Англии, так и те суда (пришедшие из-за границы или собиравшиеся идти туда), которые не имели на борту импортно-экспортных грузов и временно использовались для транспортировки грузов местного значения.

Итак, несмотря на сокращение судоходства по сравнению с мирным временем, оно по-прежнему было широко разветвленным. Выступая в палате общин 6 декабря 1939 г., тогдашний первый лорд адмиралтейства Уинстон Черчилль заявил, что в море постоянно находятся 2000 британских судов и от 100 до 150 судов ежедневно приходит и покидает порты Великобритании. В отличие от первой мировой войны все это судоходство сразу же начало охватываться системой конвоев (табл. 2).

И все же недостаточно защищенные английские сообщения представляли особенно удобный объект для ударов германского флота. Однако по ряду причин (неподготовленность, нехватка сил, отсутствие решительных целей в войне, занятость подготовкой к войне против СССР и др.) первые действия гитлеровского флота против сообщений, как и вообще его действия на море, не отличались целеустремленностью и активностью. Эта активность возросла лишь в связи с операцией по захвату Норвегии.

К участию в ней гитлеровское командование привлекло весь наличный состав своего флота, включая все боеспособные подводные лодки, около 50 транспортов из состава 1, 2 и 3-й транспортных эскадр, большое количество судов, не входивших в состав эскадр, и около 100 рыболовных траулеров. Общий тоннаж судов, участвовавших в операции, достиг 1,2 млн. т. Практически в этой операции гитлеровцами было использовано «все, что только могло плавать».

Таблица 2

Передвижение английских конвоев за период с 9 апреля по 20 июня 1940 г.*

* За этот же срок в прибрежных водах Англии из Темзы в Ферт-оф-Форт вышли 64 конвоя, включавшие 2105 судов, и в обратном направлении – 65 конвоев, включавшие 2141 судно.

Участие крупных сил германского флота в Норвежской операции еще более снизило напряжение борьбы на морских сообщениях, а последующие действия гитлеровских армий в Голландии, Бельгии и Франции почти вовсе не поддерживались флотом.

Иное положение создалось для Англии. Стремясь затруднить продвижение немецких армий, вторгшихся в Голландию и Бельгию по побережью Северного моря, и тем облегчить положение английского экспедиционного корпуса, адмиралтейство ввело в действие значительную часть своих легких сил флота и авиации. Их напряжение особенно возросло в конце мая 1940 г., когда началась эвакуация английского экспедиционного корпуса из Дюнкерка.

У. Черчилль в своей работе «Вторая мировая война» пишет, что в этой операции участвовали 861 боевой корабль и вспомогательное судно, в том числе 39 эскадренных миноносцев, около 120 шлюпов, корветов, тральщиков и траулеров, более 50 транспортных судов и др. В ходе эвакуации английский флот потерял 243 плавединицы, в том числе 6 эскадренных миноносцев (кроме того, были потоплены 3 эскадренных миноносца французского флота) и 23 эскортных корабля (шлюпы, корветы, тральщики и траулеры). Большое число кораблей было повреждено и среди них 19 эскадренных миноносцев и 14 эскортных кораблей.

Привлечение многочисленных легких сил английского флота к эвакуации из Дюнкерка ограничило возможности защиты морских сообщений, облегчив условия для действий подводных лодок противника. Однако в связи с тем, что эти лодки все еще находились на отдыхе или в ремонте после Норвежской операции, заметных перемен в борьбе на сообщениях не произошло.

Теперь обратимся к Средиземному морю, обстановка на котором резко изменилась в связи с вступлением в войну Италии. Правда, последняя была готова к военным действиям еще в меньшей степени, нежели ее противник[11], да и соотношение сил на море складывалось не в ее пользу:

Таблица 3

Соотношение основных сил флотов воюющих государств на Средиземном море на 10 июня 1940 г. *

* La Marina Italiana nella Seconda guerra Mondiale. Dati Statistics Roma, 1950, P 17.

** В скобках – данные французских источников.

И все же «…итальянский флот был в более выгодном положении: во-первых, с точки зрения защиты своих морских сообщений с Северной Африкой, оборона которой являлась главной задачей, и, во-вторых, ввиду благоприятной возможности наносить удары по растянувшимся перед ним английским коммуникациям. С другой стороны, обе английские эскадры, одна из которых базировалась на Гибралтар, а другая на Александрию, были слишком удалены от центральной части Средиземного моря, чтобы активно действовать силами надводных кораблей на итальянских коммуникациях между Италией и Ливией…»[12].

К большим изменениям в обстановке привела капитуляция Франции. Ее флот, частично сосредоточившийся в Тулоне, по условиям перемирия был лишен права выходить в море. Ряд кораблей капитуляция застала в Оране (Мерс-эль-Кебир), в Дакаре и даже на о-ве Мартиника. Хотя по условиям перемирия они также были оставлены в распоряжении правительства Виши, не исключалась возможность их захвата гитлеровцами и использования против англичан. Лишь небольшая часть французского флота к моменту капитуляции находилась в Александрии, а часть (главным образом подводные лодки, корабли легких сил и вспомогательные суда) ушла в порты Англии и в последующем приняла участие в военных действиях против фашистской Германии и ее сателлитов.

Таким образом, несмотря на то, что за 10 месяцев, прошедших с начала войны и до конца июня 1940 г., на море сколько-нибудь крупных боев и сражений не произошло, общая морская обстановка в связи с событиями на сухопутных театрах претерпела ряд крупных изменений, которые облегчили немцам действия на морских сообщениях и, наоборот, серьезно затруднили для англичан их защиту.

4. Действия немецких подводных лодок на морских сообщениях в 1939 г

Немецкое командование начало развертывание подводных лодок задолго до нападения на Польшу. Между 19 и 21 августа 18 лодок были высланы для позиционно-маневренного использования к северу, северо-западу и западу от Британских о-вов. 28 августа все они достигли назначенных районов. Кроме того, пять-шесть лодок были развернуты в Северном море, а остальные боеспособные лодки были приведены в боевую готовность в базах[13].

Выход в море почти половины наличных подводных лодок явился большим напряжением для подводных сил германского флота, исключившим возможность дальнейшего поддержания угрозы судоходству противника путем своевременной замены одних лодок другими. Но немецкое командование, несомненно, преследовало цель создать наибольшую угрозу английскому судоходству на первом же этане войны, пока противник не построил организованную систему противолодочной обороны, и тем оказать давление на Англию в интересах достижения перемирия. Одновременно немцы хотели бы уничтожить или вывести из строя хотя бы несколько крупных английских кораблей, облегчив тем условия действий своих надводных рейдеров. Наконец, такое развертывание лодок позволяло доразведать направления и интенсивность английского судоходства и заставляло противника распылять свои противолодочные силы.

3 сентября 1939 г. в 21. 00 в 200 милях к западу от Гебридских о-вов подводная лодка U-30 торпедировала без предупреждения первое английское судно – лайнер «Атения» (13 581 т), который шел без охранения из Ливерпуля в Монреаль (Канада) с пассажирами и генеральным грузом.

В связи с тем, что потопление «Атении» вызвало протест английского правительства, германское командование заявило о непричастности к этому своих сил, а 4 сентября отдало всем подводным лодкам категорическое приказание «ни в коем случае, даже если пассажирские суда идут с эскортом, никаких действий против этих судов не предпринимать»[14]. Спустя несколько дней, 7 сентября, на совещании у Гитлера было решено не давать никаких объяснений о случае с потоплением «Атении», пока подводная лодка не возвратится в базу[15], и избегать действий против пассажирских судов в Атлантике и против французских судов вообще[16].

Продолжались действия только против Англии, но и они были недостаточно настойчивыми и носили эпизодический характер. При встречах с торговыми судами подводные лодки либо не трогали их, либо атаковали нерешительно.

Столь же нерешительным было использование подводных лодок и для постановки мин. В течение сентября лодки совершили с этой целью 5 походов, поставив у западных берегов Англии 6 минных банок общей численностью в 56 мин[17]. Между тем более активное использование мин, в частности на выходах из Ирландского моря и у восточного побережья Англии, особенно на подходах к устьям рек Темзы, Тайна и Клайда, могло бы принести немцам крупный успех, ибо первоначальная борьба англичан с минной угрозой, несмотря на привлечение больших сил, не давала должных результатов. Нередко дело обстояло так, что почти половина из поставленных мин выполняла свое назначение, т. е. шестью минами повреждалось или даже уничтожалось три судна. Можно полагать, что вначале англичанам вообще не было известно, какой вид боевых средств применил противник.

Тонущая «Атения»

Правда, английские источники указывают, что немцы, кроме 20 тыс. контактных мин, имели лишь 1,5 тыс. мин с магнитными взрывателями и в первые месяцы войны не могли изготовлять их в большом количестве. Это также был один из грубых просчетов немецкого командования.

К половине сентября значительная часть подводных лодок вынуждена была возвратиться или начать возвращение в базы. Численность лодок, направленных на замену возвращавшихся, оказалась гораздо меньшей, и к 17–18 сентября в море осталось немногим более 10 лодок. Если за первую неделю сентября лодками были потоплены суда общим тоннажем 65 тыс. бр. рег. т и за вторую неделю – 46 тыс. бр. рег. т, то за третью неделю сентября потопленный тоннаж уменьшился до 21 тыс. бр. рег. т, за четвертую – до 9 тыс. бр. рег. т, а за первую неделю октября потери упали до 5–6 тыс. бр. рег. т.

Этот спад был в некоторой степени компенсирован, правда случайным, но все же крупным успехом подводной лодки U-29, потопившей английский авианосец «Корейджес». Находясь на позиции к юго-западу от Ирландии, лодка вечером 17 сентября обнаружила патрулировавший авианосец, который шел со скоростью 15 уз. в охранении двух эсминцев, и атаковала его в момент маневра для принятия на борт возвращающегося самолета. В борт авианосца попали две торпеды, и через 20 минут он затонул.

28 сентября 1939 г. на очередном совещании у Гитлера главнокомандующий флотом Редер, доложив об окончании первой фазы подводной войны в Атлантике и в Канале, подчеркнул решающее влияние на успехи лодок политических ограничений[18]. В частности, по его мнению, только эти обстоятельства помешали действиям лодок против крупных конвоев, направлявшихся из Северной Африки во Францию, и минированию подходов к северным французским портам для помехи переброске туда английских экспедиционных войск.

Вслед за этим гитлеровское руководство провело еще ряд мер по ограничению деятельности лодок. Была подчеркнута необходимость особой осторожности при действиях против судоходства нейтральных стран. Приказы, данные командирам лодок, обязывали их прежде, чем атаковать судно, устанавливать, вооружено ли оно, какому государству принадлежит, в каком направлении следует, что везет и т. п. Это лишало атаки внезапности, создавало угрозу для лодок и снижало решительность их действий.

В октябре операции подводных лодок продолжали оставаться разрозненными и нецелеустремленными. Перевозка английских войск во Францию проходила почти без помех, так как в районе Канала действовали всего две-три лодки, да и те, не решаясь всплывать, редко обнаруживали конвои и еще реже атаковали их. К тому же лодки начали нести потери. В сентябре погибли U-39 и U-27. 8 октября в Дуврском проливе подорвалась на мине и затонула U-42.

10 октября из Вильгельмсгафена вышла с задачей прорыва через Дуврский пролив U-40. С учетом опыта первой мировой войны командир лодки рассчитывал форсировать минные заграждения через 3 часа после полной воды при скорости течения полтора уза. Однако в 3.00 13 октября лодка подорвалась на мине и затонула.

С 10 по 16 октября лодки предприняли первую попытку атаковать конвой методом подвижной ударной группы под руководством командира флотилии, находившегося на борту U-37. Однако результаты атаки оказались незначительными: подводные лодки U-37, U-46 и U-48 потопили из состава конвоя только три судна.

10 октября на очередном совещании в ставке главнокомандующий гитлеровским флотом доложил, что программа строительства подводных лодок может быть успешно выполнена только в том случае, если она будет признана первоочередной. Он перечислил потребности в материалах, в рабочей силе, в развертывании судостроительной промышленности и предложил прекратить чрезмерное расширение заводов Круппа, работавших на армию. Ставка одобрила план, но при условии, что он не будет ограничивать работу заводов, занятых выполнением заказов для армии.

Тогда же Редер заявил, что захват бельгийского побережья не даст преимуществ для подводных лодок. Однако поддержанный Герингом Гитлер заметил, что бельгийское побережье представляет большую ценность для ВВС. Редер добавил, что наибольшее значение для лодок имело бы получение баз на норвежском побережье.

Таким образом, начало октября ознаменовалось обострением противоречий среди гитлеровского высшего командования во взглядах на методы ведения дальнейшей войны против Англии. Вскрылись и новые обстоятельства неподготовленности германского флота к борьбе на сообщениях: отсутствие организации взаимодействия подводных лодок между собой, с надводными кораблями и с авиацией, а также нехватка вспомогательных крейсеров для борьбы против сообщений противника на отдаленных театрах.

Торжественная встреча U-47 по возвращении в базу

Одновременно в связи с отклонением предложения Германии о перемирии были активизированы действия лодок, и в течение 48 часов они потопили 6 судов. Наряду с этим германские подводные лодки добились нового успеха в борьбе против крупных надводных кораблей. В ночь на 14 октября подводная лодка U-47 проникла через неохраняемый пролив Кирк-Зунд на внутренний рейд крупнейшей базы английского флота Скапа-Флоу, дважды торпедировала и потопила линейный корабль «Ройял Оук», после чего благополучно возвратилась в базу.

16 октября Редер внес предложение торпедировать без предупреждения все торговые суда, достоверно опознанные как суда противника (английские или французские), а пассажирские суда в конвоях торпедировать после предупреждения их об этом. Редер и Дениц[19]настаивали на организации строжайшего контроля над всем неприятельским и нейтральным судоходством. Гитлеровское руководство решило создать специальный штаб экономической войны во главе с адмиралом Шустером, однако общий масштаб усилий Германии в этом направлении, в очевидной связи с ожидавшимся развитием политических событий, оставался ограниченным. Не случайно 1 ноября Редер сделал в своем дневнике такую заметку: «…Приоритета строительной программе лодок еще не предоставлено, так как первоочередной задачей сейчас является пополнение вооружением и боезапасом армии. Расширение строительной программы при имеющихся сейчас в наличии лимитах стали, металла и рабочей силы невозможно… Для того чтобы выполнить большую программу строительства подводных лодок, необходимо постоянное давление»[20].

И все-таки даже ограниченные действия гитлеровских подводных лодок вызывали у англичан нервозность, требования усилить защиту судоходства и приводили к фактическому его ограничению. К тому же, опасаясь потерь своих судов, США объявили районы вокруг Англии и Франции опасными для плавания и тем, с одной стороны, еще более сократили ввоз в Англию и Францию различных видов снабжения, а с другой – облегчили немецкому командованию задачу избегать обострения отношений с ними.

Однако все это не решало генеральной задачи усиления подводной блокады Англии, и даже постепенный (с ноября 1939 г.) переход немцев к неограниченным действиям подводных лодок при небольшой их численности не мог привести к крупным переменам. Наоборот, если говорить только о лодках, то потери тоннажа союзников от них в ноябре по сравнению с потерями в сентябре и в октябре уменьшились почти в три раза, и лишь некоторый рост активности в использовании мин, в том числе лодками (в конце октября и в ноябре они выполнили восемь постановок), привел к тому, что общие потери союзного тоннажа в ноябре сохранились на уровне предыдущих месяцев и составили немногим менее 200 тыс. т.

Снижение потерь от подводных лодок частично объяснялось и тем, что англичане стали шире привлекать к охранению судоходства береговую авиацию. Опасаясь атак с воздуха, лодки перешли от дневных надводных атак одиночных судов с использованием артиллерийского оружия к торпедным атакам одиночных судов и конвоев днем из подводного положения. Однако участившееся обнаружение лодок «Асдиками» заставило их отказаться от дневных атак в пользу ночных из надводного положения. Если в сентябре 97 % от общего числа уничтоженных германскими лодками транспортов были атакованы днем, то в ноябре уже более половины транспортов было атаковано и потоплено ночью[21].

Удерживаясь днем на значительном расстоянии от конвоя, подводные лодки с наступлением сумерек, когда авиация становилась уже не слишком опасна, всплывали в надводное положение и, следуя большими ходами (до 17 уз.), быстро сближались с объектами атаки. Непосредственно перед атакой лодки переходили в крейсерское положение (при котором над водой оставалась лишь малозаметная для визуального наблюдения рубка) и атаковали конвой обычно из темной части горизонта. После атаки лодки отворачивали и полным ходом, превышающим скорость большинства кораблей охранения, уходили от преследования.

В такой обстановке 22 ноября на совещании у Гитлера была принята новая программа строительства подводных лодок. Если существовавший до 1 сентября 1939 г. план предполагал наличие в составе флота к началу 1940 г. 31 подводной лодки, готовой к боевым действиям, а к следующим очередным годам соответственно 49, 68, 88, 116, 144 и к началу 1946 г. 178 лодок, то новый вариант плана предусматривал быстрый рост численности подводных лодок в готовности уже с января 1941 г., а именно 88 лодок. В октябре 1941 г. эта численность должна была составить 191 лодку, в марте 1942 г. – 253, в марте 1943 г. – 334 и т. д.[22]Такие темпы строительства подводных сил ранее не имели места. Новый вариант плана свидетельствовал о признании гитлеровским руководством неизбежности затяжной войны.

Схема 2. Направления развертывания немецких подводных лодок и районы действий немецких надводных кораблей во второй мировой войне

Однако и этот внушительный план занимал весьма скромное место среди других ассигнований на военные нужды Германии. На все военное кораблестроение из военного бюджета страны ассигновывалось лишь 12 %, а число рабочих, занятых в судостроительной промышленности, не превышало 3,5 % от общего числа рабочих, занятых в военном производстве. Кроме того, новый план не позволял довести численность подводных лодок до той оптимальной цифры в 700–900 единиц (из них 300 должны были постоянно находиться в море), которая называлась К. Деницем как условие, необходимое для удушения Англии Подводной блокадой. Наконец, этот план не подкреплялся аналогичным усилением авиации, прежде всего для обеспечения боевых действий подводных лодок.

Уже с 11 декабря судостроительные заводы Германии начали переключаться, на расширение строительства подводных лодок. На верфи была возложена задача постройки только корпусов, заказы на механизмы и вооружение распределялись между другими заводами. Одновременно началась ускоренная подготовка личного состава для подводного флота. Правда, уже на раннем этапе выполнения этой программы стали существенно урезаться материальные фонды. Так, вместо 170 тыс. т железа для флота первоначально было выделено лишь 140 тыс. т.

Между тем подводные лодки продолжали действовать в прежних районах, главным образом против судов, совершавших самостоятельное плавание, и ставили мины у восточного, юго-восточного и западного побережий Англии, в частности в Ливерпульском заливе и на подходах к Клайду. Несколько лодок действовало против конвоев, направлявшихся из Норвегии в Шотландию. Число лодок, одновременно находившихся в море, по-прежнему не превышало 12–14 единиц.

В конце декабря немецкое командование впервые наметило некоторые меры к согласованию действий подводных лодок с действиями крупных надводных кораблей. Поскольку последние готовились к выходу на коммуникации во второй половине января 1940 г., на совещании у Гитлера было решено подготовить к этому времени максимально возможное число лодок.

В это же время гитлеровское руководство пришло к заключению, что усиливать действия подводных лодок надо без официальных заявлений об этом. Поэтому 30 декабря командирам лодок было приказано топить без предупреждения все суда вблизи побережья противника, где возможно использование мин, т. е. где потопление может быть приписано подрыву на минах. Тогда же было объявлено, что коммерческие суда всех наций, продающих или передающих их Великобритании, в первую очередь греческие суда, замеченные в зоне, признанной американцами опасной, разрешается топить без предупреждения. Одновременно обсуждалась возможность строительства подводных лодок по еще более широкой программе, которая в дополнение к находящимся в строю обеспечила бы ввод в строй к 1 января 1942 г. еще 316 лодок.

Гибель «Корейджеса»

Тем не менее даже при недостаточном количестве лодок и нерешительном их использовании к концу года экономика Англии начала испытывать напряжение. Промышленность, работавшая раньше на экспорт, частично переключилась на выполнение внутренних заказов. Военные расходы в декабре достигли крупной цифры в 53,5 млн. фунтов стерлингов в неделю. Цены на предметы широкого потребления возросли на 10–15 %.

В итоге деятельность германских подводных лодок за первые четыре месяца войны может быть охарактеризована следующим образом:

• несмотря на неудобства базирования, лодки оказались в состоянии выходить в Атлантику вокруг Шотландии; менее удачными были их попытки прорыва через Ла-Манш;

• лодки находились в море непродолжительное время и относительно часто менялись (очевидно, этим преследовалась цель поскорее дать практику всему личному составу подводного флота);

• первоначально лодки наносили удары по транспортам как торпедным, так и артиллерийским оружием, однако начиная с декабря 1939 г. применение артиллерии сократилось, что объяснялось постепенным распространением конвойной системы, а также вооружением артиллерией одиночно следующих судов; надо подчеркнуть также сравнительную успешность применения подводными лодками мин;

• наряду с действиями против торговых судов как главного объекта лодки добились успехов и в борьбе против союзных боевых кораблей;

• взаимодействие подводных лодок со своими надводными кораблями и с авиацией свелось лишь к согласованным по месту и времени минным постановкам; другие формы взаимодействия не только не применялись, но по-серьезному и не замышлялись.

5. Действия германских и итальянских подводных лодок на сообщениях в первой половине 1940 г

Начало 1940 г. не внесло ничего нового в подводную кампанию. Германские подводные лодки продолжали действовать на подходах к Британским островам до меридиана 20° з. д. и южнее Гибралтара. Периодически отмечалось усиление их активности в Северном море, в проливах между Данией и Норвегией и у юго-западного побережья Норвегии. Несколько лодок готовилось к выходу в районы Галифакса и Фритауна, где, как предполагало гитлеровское командование, конвои сопровождались значительно меньшим охранением, чем в европейских водах.

Минные постановки лодок создавали все большую угрозу союзному судоходству; потери от мин в январе составили 21 судно общим тоннажем 77 116 бр. рег. т. У англичан кораблей не хватало даже для контрольного траления опасных районов, поэтому то один, то другой районы временно закрывались для плавания, и суда вынуждены были отстаиваться в портах или совершать переходы обходными маршрутами.

Однако германские подводные лодки, как и ранее, действовали в одиночестве. Главнокомандующий флота Редер продолжал требовать поддержки для них авиации, но воздушные силы уклонялись от выполнения этих требований.

Не имея сил для активизации действий на морских сообщениях, гитлеровское командование продолжало увеличивать давление на Англию, Францию и нейтральные страны расширением запретных зон на подходах к английскому побережью, в пределах которых суда нейтральных стран подвергались такой же опасности уничтожения без предупреждения, как и суда противника. В частности, в конце января 1940 г. было решено расширить блокадную зону у северо-восточного побережья Шотландии, увеличить размеры угрожаемого района на подходах к Бристольскому заливу, включить в эту зону Ирландское море и добавить новый закрытый район в юго-западной части Северного моря (примерно от Дувра до мыса Фламборо). Полная блокада Английского канала пока не проводилась, дабы оставить кое-какую отдушину для нейтральных судов.

Сославшись на то, что пассажирские суда начали ходить без огней и что англичане стали использовать их для перевозки военных грузов и войск, а также подчеркивая, что вооружение торговых судов равносильно нарушению Лондонской конвенции 1936 г. о нормах ведения войны на море, гитлеровское командование 18 февраля объявило, что не считает себя больше связанным этой конвенцией и что германские подводные лодки отныне будут атаковать в блокадных зонах все суда без предупреждения.

Эти меры привели к некоторому росту потерь союзников. В частности, подводные лодки эффективно действовали в Северном море: за выход они уничтожали в среднем два судна общим тоннажем 3000–4000 т. Особенно успешными были действия некоторых лодок на подходах к Английскому каналу и в Атлантике. Из 164 судов, уничтоженных за первые полгода войны, только 7, или 4 %, были потоплены на переходах в составе конвоев.

25 февраля 1940 г., опасаясь нежелательной реакции США, гитлеровское командование решило отменить походы лодок, намечавшиеся в район Галифакса для постановки мин и действий против судоходства. По политическим мотивам были отменены и походы нескольких лодок в Средиземное море.

Одновременно с конца февраля 1940 г. в порядке подготовки к Норвежской операции германское морское командование начало ставить некоторые лодки в ремонт, что еще более сократило их число в море. Благодаря этому с середины марта в Атлантике не осталось ни одной немецкой подводной лодки.

Немецкий план Норвежской операции предусматривал следующее развертывание подводных лодок: в районе Вогс-фьорда – три, Вест-фьорда – пять, Тронхейма – три, Бергена – пять, Ставангера – две и в районе Оркнейских о-вов – пять. Все они должны были вести разведку и наносить удары по английским боевым кораблям и транспортам с войсками, если таковые будут следовать из Англии в норвежские порты. Часть лодок была выделена для переброски из германских баз в основные пункты высадки дополнительного оружия, боезапаса и снабжения[23].

Но никаких потерь англичанам лодки у норвежского побережья не нанесли. Одной из причин неуспеха германских лодок явилась непригодность в высоких широтах торпед с магнитными взрывателями, которые при проходе под целью не срабатывали. В связи с неудачей гитлеровское командование, не ожидая окончания операции, отозвало находившиеся в этих районах лодки и ускорило подготовку остальных для действий против сообщений.

Следует заметить, что 21 мая 1940 г. главнокомандующий германским флотом пытался выяснить мнение гитлеровского руководства относительно возможной продолжительности войны с тем, чтобы решить, следует ли рисковать посылкой в море всех подводных лодок в надежде на то, что война скоро окончится, или же правильнее считать, что война продлится еще некоторое время. и в связи с этим организовать лучшую боевую подготовку лодок и предусмотреть их строительство на более длительный период Гитлер высказался за второе. Приведенный факт лишний раз подтверждает отсутствие четкой координации гитлеровских военных планов и недостаточную осведомленность в них главнокомандующего флотом.

30 мая 1940 г. германское информационное бюро сообщило: «Во время военных действий в Норвегии экономическая война против Англии была на втором плане. Теперь германский подводный флот имеет новые возможности для своих операций. Подводные лодки могут с новой силой начать свои действия на английских коммуникациях, тем более, что порты восточной Англии так или иначе закрыты». В тот же день несколько пароходов было потоплено у западного побережья Испании. Несмотря на то, что вооружение английских судов артиллерией лишало германские лодки возможности приближаться к ним в надводном положении, гитлеровским подводникам, благодаря хорошему знакомству с типами судов, как правило, удавалось распознавать их национальную принадлежность.

Однако заметного перелома в борьбе на сообщениях не наступило и на этот раз. Основной причиной оставалась ограниченная численность подводных лодок, попытки же ускоренного их строительства встречали серьезные препятствия. Так, 4 июня 1940 г. главнокомандующий ВМС снова доложил гитлеровскому руководству о задержке в выполнении строительной программы из-за нехватки рабочей силы и сырья. Ему было отвечено, что флоту и авиации будет уделено максимальное внимание по окончании операции против Франции, когда можно будет сократить численность армии и уменьшить затраты на ее содержание.

10 июня 1940 г. начали боевые действия итальянские подводные лодки. Из 115 лодок, числившихся в составе итальянского флота, для действий могли быть использованы всего 88[24]. Следует заметить, что и эта цифра в полтора раза превышала количество лодок, которыми располагала в то время Германия, и была больше, чем численность основных противолодочных сил английского и французского флотов на Средиземном море, состоявших из 74 эсминцев и миноносцев.

Из этого числа 8 лодок базировались в Массауа (Эритрея) на Красном море. Из 80 остальных единиц итальянское командование с началом войны развернуло в Средиземном море 49 лодок, т. е. более 60 %, имевшихся в наличии. Перед ними были поставлены две задачи: разведка и нанесение ударов по англо-французскому судоходству. Атаки судов и конвоев предписывалось проводить днем из подводного положения. Однако итальянские подводные лодки, выполнив не без успеха задачи разведки, в действиях против судоходства не добились почти никаких результатов. Ими было уничтожено лишь несколько транспортов. Кроме того, 12 июня 1940 г. подводная лодка «Банолини» потопила к югу от Крита английский крейсер «Калипсо». Сами же лодки к концу месяца потеряли 10 единиц.

Начиная с 13 июня несколько итальянских лодок прошли через Гибралтар для действий в отведенных им районах у Азорских о-вов, у берегов Испании и Западной Африки, но и их успехи были невелики.

Одной из причин низкой боевой эффективности итальянских лодок явилось недостаточно умелое их использование (ориентация только на дневные атаки, недостаточная обеспеченность разведкой и др.). Другой причиной были серьезные технические недостатки лодок, в том числе:

• низкие маневренные качества (например, радиус циркуляции составлял 500 м, в то время как у немецких лодок он не превышал 300 м);

• малая скорость погружения (до 70 сек, в то время как немецкие лодки могли погружаться за 30–40 сек);

• большая шумность двигателей, демаскировавшая лодки; слишком заметный след торпед после залпа.

Итальянское морское командование ограничило использование подводных лодок с низкими тактико-техническими данными, заказало в спешном порядке промышленности 11 новых лодок с улучшенными характеристиками и приступило к изготовлению бесследных электроторпед по немецким образцам. Одновременно были приняты меры к сокращению времени погружения лодок с 60 до 30 сек.

В противоположность итальянским подводным силам немецкие – в Атлантике добились в июне известных успехов, которым содействовало отвлечение союзниками значительных легких сил для обеспечения эвакуации экспедиционного корпуса из Дюнкерка. Последовавшая 22 июня 1940 г. капитуляция Франции вообще вывела из войны значительные противолодочные силы французского флота. В результате потери союзников от подводных лодок в июне в сравнении с предыдущими месяцами оказались весьма высокими и равнялись 58 судам общим тоннажем 284 тыс. т. При этом немецкие лодки с 14 по 17 июня успешно атаковали на линии Галифакс – Великобритания три конвоя и потопили из их состава семь судов.

Однако общие результаты действий германских лодок на протяжении всего первого этапа войны до капитуляции Франции оказались скудными: за 10 месяцев они потопили всею 258 судов общим тоннажем 1 136 916 т, что составляло лишь 6 % от всего торгового тоннажа союзников.

В добавление к предыдущим замечаниям о методах использования подводных лодок необходимо отметить следующее.

В первые месяцы войны эти методы изменялись примерно так же, как в ходе первой мировой войны. Первоначально одиночным лодкам отводились небольшие районы (позиции) на подходах к базам, портам и на узах прибрежных путей сообщения противника. По мере усиления противником противолодочных мер в прибрежной зоне подобный метод использования лодок становился все более опасным и малоэффективным. В конце 1939 – начале 1940 г. гитлеровские лодки стали ограничивать свои действия в прибрежных зонах лишь постановкой мин на вероятных путях судов, а для использования торпед были вынуждены отходить мористее. Позиционный и даже маневренно-позиционный метод использования лодок постепенно превращался в крейсерство в ограниченных районах. Когда же по мере удаления районов действий лодок от берегов радиуса авиации не стало хватать, лодки должны были перейти к свободному крейсерству в обширных районах или вдоль вероятных путей движения конвоев.

Следует отметить принятую немецким командованием практику всестороннего опроса командиров лодок, возвращавшихся из боевых походов, об общей обстановке их действий, судоходстве противника, его тактике борьбы против лодок и о всех значительных решениях, которые пришлось принимать командиру лодки за время похода. Обработанные штабами результаты подобных опросов и собеседований, как правило, доводились до сведения всех командиров лодок, что способствовало повышению уровня подготовки офицерского состава подводных лодок и повышало успешность их действий.

6. Действия германской авиации против судоходства

Действия гитлеровской авиации против морских сообщений противника в первые месяцы войны сводились лишь к ведению разведки одиночными самолетами и к эпизодическим «попутным» бомбардировкам отдельных пунктов на побережье Англии, боевых кораблей и транспортов в море.

Это объяснялось, с одной стороны, теми же политическими ограничениями, которые накладывали отпечаток на действия лодок и надводных кораблей, а с другой – рядом дополнительных обстоятельств. К последним прежде всего следует отнести грубую недооценку гитлеровским командованием роли авиации в борьбе на море. Несмотря на сравнительную многочисленность германских ВВС, насчитывавших к началу войны 4161 самолет, военно-морской флот почти не располагал авиацией. Все ее силы были сосредоточены в руках главнокомандующего ВВС, а в оперативном подчинении главнокомандующего флотом находились лишь 14 эскадрилий боевой и 4 эскадрильи транспортной авиации берегового базирования, всего около 150 самолетов, или 4 % от общего состава ВВС Германии. В это число входили как колесные, так, главным образом, лодочные и поплавковые самолеты.

По соглашению между командованиями ВВС и флотом от 27 января 1939 г. задача борьбы на сообщениях эпизодически должна была выполняться авиационными соединениями, специально выделяемыми из состава ВВС. В частности, в начале войны в распоряжение главнокомандующего гитлеровским флотом было выделено еще шесть боевых групп из самолетов He-111, а также 30-я боевая группа, находившаяся в стадии укомплектования пикирующими бомбардировщиками Ju-88. Однако выделение добавочных сил проводилось редко. К тому же авиация, периодически поступавшая в распоряжение командования флотом, была недостаточно подготовлена к боевым действиям на море.

Отставала и техника. Самолеты, которые командование флотом могло использовать, имели небольшие радиусы действия, будучи плохо вооруженными, становились легкой добычей английских истребителей и потому старались избегать приближения к английскому побережью.

Наконец, германская авиация была вынуждена действовать в условиях ограниченной сети аэродромов Гельголандской бухты или пролетать над территорией нейтральных Дании, Бельгии и Голландии, которые фактически являлись союзниками Англии, а это лишало ее действия внезапности и приводило к добавочным потерям.

Первая атака английских кораблей немецкими самолетами состоялась лишь 26 сентября, но была безуспешной. В данных о союзных потерях за сентябрь, октябрь и ноябрь 1940 г. не значится ни одного судна или боевого корабля, потопленных авиацией. Единственным «успехом» немецкой авиации были атака и потопление германскими самолетами двух своих же эсминцев.

Только 1 ноября 10-му авиакорпусу немецких ВВС была поставлена задача действовать против союзных конвоев с использованием как бомб, так и пушечно-пулеметного вооружения. Несколько атак оказались безрезультатными, и лишь 18 декабря был достигнут первый успех: у северо-восточного побережья Англии два германских самолета потопили английское судно «Спринити» водоизмещением 1490 т. В итоге последующих атак в Северном море до конца года были потоплены десять мелких судов общим тоннажем около 3 тыс. т. Несколько больших успехов германская авиация добилась в январе, но затем они снова упали. При этом основная часть потерь союзникам была нанесена не специально действовавшей против судоходства авиацией, не обладавшей тогда достаточным опытом, а самолетами, выполнявшими другие задачи (разведку, бомбардировку береговых объектов и т. д.) и атаковывавшими суда лишь при случайных встречах или в качестве «запасных» целей.

Положение изменилось лишь с началом активных операций на западном фронте. Из 243 кораблей и судов, потерянных англичанами при эвакуации Дюнкерка (преимущественно мелких), подавляющее большинство было уничтожено именно авиацией. В дальнейшем выход немецких сил на Атлантическое побережье расширил возможности авиации. Уже в мае союзные потери в результате воздушных атак составили 48 судов общим тоннажем 158 348 т[25], однако в июне они уменьшились до 22 судов, или 105 193 т.

В конце ноября немецкая авиация (9-я дивизия) начала производить постановку магнитных мин у побережья противника. Минирование, как правило, выполнялось в темное время суток небольшими группами самолетов, главным образом на подходах к восточным английским портам и базам, в устьях рек и на прибрежных фарватерах[26]. Однако малые масштабы этих действий не могли привести к серьезным результатам.

В декабре морские аэродромы замерзли, и дальнейшие минные постановки авиации возобновились лишь в середине апреля.

С 17 апреля по 3 мая 1940 г. ВВС сбросили около 200 донных мин у юго-восточного побережья Англии. Сначала они сбрасывали мины над портами и устьями рек Голландии и Бельгии, после чего временно перенесли центр тяжести своих действий на юг – до района Бискайского залива. Всего до завершения кампании (22 июня 1940 г.) этим способом было поставлено свыше 1000 мин.

7. Действия германских надводных кораблей против английского судоходства

Из крупных кораблей для действий на сообщениях вначале германское командование выделило лишь два «карманных» линкора «Дойчланд» и «Адмирал граф Шпее». Оперативным приказом от 4 августа 1939 г. им предписывалось:

• вести войну против морской торговли на основе призового права;

• если Германия объявит «опасные зоны», то действовать в них любыми способами; при этом во избежание ошибочных атак со стороны своих подводных лодок до специальных указаний держаться вне этих «опасных зон»;

• в случае встречи с морскими силами противника, даже когда они менее сильны, атаковать их лишь при условии, что это сможет в дальнейшем помочь действиям против судоходства;

• чаще менять место в пределах отведенных им операционных зон, чтобы, сделав ненадежной информацию о себе, всемерно затруднить судоходство противника.

Линкоры вышли в море в августе[27], и к началу войны между Германией и Англией находились: «Дойчланд» – в Северной Атлантике (к юго-востоку от Гренландии) и «Адмирал граф Шпее» – в Южной Атлантике (между Бразилией и о-вом Св. Елены). Пребывание обоих кораблей в зонах ожидания затянулось до конца сентября, после чего им было приказано начать действия: «Дойчланду» – в Северной, а «Шпее» – в Южной Атлантике. Начав крейсерство, корабли периодически обнаруживали одиночные транспорты и либо уничтожали их, либо высаживали на них призовые команды и направляли в Германию.

Операция оказалась непродолжительной. «Дойчланд» ввиду неисправности корабельного самолета и необходимости ремонта механизмов в середине ноября был отозван в базу, а «Адмирал граф Шпее» продолжал свои действия в Южной Атлантике до начала декабря, уничтожив за это время девять судов общим тоннажем 50 089 бр. рег. т.

Несмотря на незначительные непосредственные результаты, это крейсерство германских линкоров имело важные оперативные последствия. Будучи обеспокоено потерями судов, британское адмиралтейство направило в Южную Атлантику 9 поисковых групп, в состав которых входили 2 линейных корабля, 2 линейных крейсера, 5 авианосцев и 11 тяжелых крейсеров – всего 23 корабля, в том числе 6 французских. Для непосредственного прикрытия конвоев адмиралтейство выделило 3 линейных корабля и несколько крейсеров.

«Адмирал граф Шпее» был обнаружен 13 декабря в районе устья реки Ла-Плата. В результате боя с тремя английскими крейсерами линкор получил тяжелые повреждения и укрылся в Монтевидео. Ввиду невозможности отремонтировать корабль и блокады выходов из порта англичанами командир линкора 17 декабря взорвал корабль, а сам застрелился. Экипаж сошел на берег и был интернирован[28]. После этого состав английских поисковых групп был сокращен, но поиски германских рейдеров продолжались.

В конце 1939 г. совершили выход в Норвежское море линейные корабли «Шарнхорст» и «Гнейзенау». На подходах к Исландии они потопили английский вспомогательный крейсер «Равалпинди», но из-за опасения встречи с крупными английскими силами операция была свернута. 26 января главнокомандующий германского флота отметил, что значительное число боевых кораблей противника еще только возвращается из Атлантики в отечественные воды, что ряд крупных боевых кораблей находится в ремонте и что таким образом складывается благоприятная обстановка для нападения крупных кораблей на английские конвои, следующие из Бергена к Шетландским о-вам. Однако и на этот раз решительных действий надводными силами предпринято не было.

Подрыв «графа Шпее»

Реальная угроза удаленным коммуникациям англичан появилась только в апреле 1940 г., когда в море начали выходить первые вспомогательные крейсера-рейдеры, переоборудованные из грузовых судов и имевшие скорость хода 15–20 уз. Их вооружение, как правило, состояло из двух-шести орудий калибра 150 мм, нескольких зенитных орудий или автоматов и двух – четырех торпедных аппаратов.

Правда, в отличие от обстановки первой мировой войны Германия не располагала флотом Открытого моря, который мог бы сковывать крупные английские корабли в отечественных водах. К тому же невелико было и число вспомогательных крейсеров. Наконец, их подготовка затянулась до того времени, когда почти во всех районах уже была введена система конвоев, а против них вспомогательные крейсера действовать не могли. Первый из них, рейдер «Атлантис», вышел в крейсерство 31 марта, «Орион» – 6 апреля, «Виддер» – 6 мая, «Тор» – 6 июня и «Пингвин» – 15 июня 1940 г.

Наряду с этим германские крейсера, эсминцы и надводные минные заградители почти с первых дней войны стали совершать кратковременные походы к восточному побережью Англии для постановки мин. Так, с 17 октября 1939 г. по 9 февраля 1940 г. эсминцы под прикрытием крейсеров предприняли девять успешных походов, поставив на морских путях близ английского побережья (от Темзы на юге до Хамбера на севере) 1800 мин (половина из них якорно-контактных, а половина – донных магнитных).

Большинство минных постановок проходило без противодействия противника. Как свидетельствуют некоторые английские историки, адмиралтейство опасалось постановки мин лодками и авиацией и не было подготовлено к борьбе с надводными заградителями. По тем же данным, немцы, не встречая помех, использовали для точного выхода в намеченные районы английские береговые огни, которые были выключены лишь 21 ноября.

Таким образом, в действиях на сообщениях германский флот использовал надводные корабли всех классов. Однако достигнутые ими результаты (всего до июля 1940 г. было потоплено 29 судов общим тоннажем 136 936 т) оказались незначительными. Основными причинами этого являлись:

• малочисленность крупных надводных кораблей;

• запоздание с подготовкой вспомогательных крейсеров-рейдеров;

• отсутствие операционных баз на удаленных театрах;

• недостаточная согласованность действий надводных кораблей с действиями авиации и подводных лодок. В то время, когда лодки начали боевые действия, «карманным» линкорам было приказано находиться в районах ожидания. Когда эсминцы ставили мины у восточного побережья Англии, германская авиация никаких действий против судоходства не вела и т. д.

Совместные действия крупных кораблей и авиации почти не проводились. Например, линкору «Гнейзенау» с легкими силами и авиацией в составе 127 He-111 и 21 Ju-88 было приказано 7 октября нанести удар по английским кораблям у побережья Южной Норвегии. Однако операция развернулась с опозданием и потому оказалась безуспешной.

«В вопросе применения мин между ВВС и ВМФ, – пишет Руге, – не было единства. Первые рассматривали минную войну как собственную задачу; они намеревались начать ее только тогда, когда будет заготовлено достаточно мин для массовой их постановки, то есть не раньше весны 1940 г. РВМ (руководство войной на море. – Авт.) не хотело, однако, ожидать так долго и приступило к постановке мин подводными лодками с самого начала войны, а эсминцами – с октября, будучи убеждено, что англичанам понадобится очень много времени, чтобы изобрести средства борьбы с магнитными минами. Военно-воздушные силы не без колебаний, как оказалось обоснованных, последовали его примеру и в конце ноября сбросили незначительное число мин (68!)»[29]

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Ф. Руге. Война на море 1939–1945 гг. М., 1957, стр. 67.

Вернуться

2

Командование гитлеровской авиации неоднократно утверждало, что авиация сможет самостоятельно разгромить (покорить) Великобританию в течение нескольких месяцев.

Вернуться

3

F. Rugе. Op. cit., р. 160.

Вернуться

4

«Фальсификаторы истории» (Историческая справка). М., 1948, стр. 63.

Вернуться

5

Подробную характеристику событий этого периода см.: «История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941–1945 гг.», т. 1. М., 1960.

Вернуться

6

Советские Вооруженные Силы начали боевые действия против зарвавшихся провокаторов – правящей верхушки Финляндии 30 ноября 1939 г.

Вернуться

7

Подготовка Англии и Франции к нападению на СССР со стороны Турции и Ирана началась еще до вторжения гитлеровских армий в Польшу, но особенно активные шаги в этом направлении были предприняты после начала советско-финской войны. Полностью закончить эту подготовку предполагалось к весне 1940 г.

Вернуться

8

«Deutsche Wehr», 1937. N 20.

Вернуться

9

Одним из косвенных следствий успехов гитлеровской армии во Франции явилось то, что наряду с прочим вооружением немцы захватили во Франции образец английской гидроакустической установки «Асдик», после изучения которого были внесены изменения в тактические приемы действий подводных лодок.

Вернуться

10

Различие в цифрах прибывавшего и выбывавшего тоннажа вызвано, очевидно, повторной регистрацией некоторых судов, переходивших из порта в порт с остатком импортных грузов.

Вернуться

11

В частности, итальянский флот не имел авиации, а сухопутная авиация могла действовать не далее 100 миль от берега, на кораблях не было ни радиолокации, ни гидроакустики, не хватало топлива и т. д.

Вернуться

12

G. Fiorovanso. Die Kriegführung der Achsen Mittelmeer. – «Marine Rundschau», 1958, Hf. 1, S. 17–24.

Вернуться

13

Из них около 15 единиц находились в базах Северного моря, 10 – в базах Балтийского моря, 3 лодки не были готовы к боевым действиям. 4 проходили боевую подготовку и 1 была выделена для противолодочных испытаний (Brassey’s Naval Annual 1948. London, 1948, p. 32).

Вернуться

14

Brassey’s Naval Annual 1948, р. 39.

Вернуться

15

По возвращении U-30 всему ее личному составу было дано указание держать факт потопления «Атении» в строжайшем секрете. Из вахтенного журнала лодки были вырваны соответствующие листы.

Вернуться

16

Можно предполагать, что, стремясь ударами по морским сообщениям принудить Англию к перемирию, фашистское руководство не хотело в то же время раньше срока раздражать Францию, тем более, что рассчитывало разделаться с ней лишь действиями одних сухопутных сил.

Вернуться

17

К постановке мин привлекались лишь малые подводные лодки (II серии), так как выполнение этой задачи не требовало длительного пребывания в море. До конца 1939 г. было проведено еще 16 походов лодок для постановки мин. Общий перечень минных заграждений, поставленных немецкими лодками за время войны, приведен в работе Л. М. Еремеева и А. П. Шергина «Подводные лодки иностранных флотов во второй мировой войне». М., 1962.

Вернуться

18

При этом была названа завышенная цифра английских потерь 232 000 т, тогда как, по проверенным послевоенным данным, за весь сентябрь германские подводные лодки потопили лишь 39 судов общим тоннажем 153 879 т.

Вернуться

19

Дениц в то время командовал подводными силами германского флота.

Вернуться

20

Brassey’s Naval Annual, 1948, р. 55.

Вернуться

21

«Битва за Атлантику». Пер. с англ. Л., 1947, стр. 14.

Вернуться

22

Развернутый план строительства подводных лодок с ноября 1939 г. по июль 1943 г. см.: Л. М. Еремеев и А. П. Шергин. Указ. соч., стр. 26.

Вернуться

23

Данные о фактическом использовании этих подводных лодок см. в книге И. С. Исакова и Л. М. Еремеева «Транспортная деятельность подводных лодок». М., 1959.

Вернуться

24

Из остальных лодок 7 были устарелыми, а 20 – годными лишь для учебных целей.

Вернуться

25

В это количество входят также суда под торговым флагом, потопленные в период эвакуации Дюнкерка.

Вернуться

26

Наряду со скрытными ночными постановками иногда проводились и дневные постановки мин с демонстративными целями, чтобы втягивать в напряжение тральные силы английского флота.

Вернуться

27

Одновременно вышли суда снабжения этих кораблей «Альтмарк» и «Вестервальд».

Вернуться

28

Данные об обстоятельствах встречи и ходе боя см.: Л. Еремеев Некоторые итоги крейсерских операций германского флота. М., 1949.

Вернуться

29

Ф. Руге. Указ. соч., стр. 89.

Вернуться