Дэри Айронин
На чёрных крыльях феникс

© Айронин Д., 2024

© eisenleber, иллюстрации, 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

* * *

«Ариран, ариран, арарио.

Горе мы переживём»

Из народной корейской песни Кёнгиминё Ариран

Глава 1

Бонг. Бонг. Бонг. Под ритмичный стук барабанов фигура, одетая в мужской костюм, перепрыгнула декорацию и, грациозно развернувшись, выставила в сторону деревянный меч. Каму пэкхи, танец с мечами. Паренёк на сцене был худощав для настоящего воина, но в прыткости он бы обошёл других мужчин. Лицо его с первого взгляда казалось не таким уж и мужественным, до тех пор, пока не взглянешь в его глаза: острый взгляд, пылающий решимостью, словно горящие факелы. Мальчишка и второй актёр, что постарше, перемещались по сцене, делая точные движения, поражая зрителей способностями своих тел – результат долгих и изнурительных тренировок. Искусство на грани реальности. Восхищённые пластикой посетители постоялого двора, хотя среди них были и настоящие воины, охнули, когда паренёк, якобы отклоняясь от меча соперника, сделал сальто назад. Этот прыжок, казалось, противоречит физическим законам. Но вот благородный воин из ордена Тигра на сцене победил злостного убийцу из фракции Змеи. Актёров сменили танцовщицы с барабанами для исполнения пхунмуля. «Сто развлечений с песнями и танцами» длилось до утра.

– Сегодня хорошо потрудилась, Суа.

Старичок-руководитель обращался к кисэн – девушке в красочном ханбоке, сидящей напротив зеркала и вправлявшей стальную шпильку-пинё, слишком простую для надетого на неё наряда, в объёмный парик качхэ. Признать в ней ловкого парнишку, недавно исполнявшего танец с мечами, можно было, лишь хорошенько всмотревшись в её лицо и поймав всё тот же дерзкий взгляд.

– А теперь поторопись за госпожой. Твоё выступление хотят посмотреть два благородных господина.

– Саджанним! – возмутилась девушка.

– Охо! Ты лучшая из моих актрис, но при этом совершенно не контролируешь эмоции в жизни. Даже если тебе не нравится, ты должна сделать это. К тому же, – старичок стукнул девушку по голове, – о чём ты подумала? Ты не какая-то простая кинё, а сокровище нации! Никто из благородных господ тебя не обидит.

– А если всё-таки…

Верхняя губа старика приподнялась и задрожала. Руководитель хотел бы посильнее ударить девушку за такие мысли, но лишь прошипел. Почувствовав, что опасность миновала, Суа перестала жмуриться и распрямилась. Такой его дорогая артистка нравилась руководителю больше.

– Господин уже не первый раз приходит послушать твоё выступление. А ведь знаешь, кому приглянулась? – неловко подмигнул старик. – Эй, да сама увидишь. Не буду портить сюрприз. Поторопись же! Ну! Ступай, ступай.

По тому, что провожать Суа к гостям намеревалась сама хозяйка постоялого двора, девушка сделала вывод, что заказчики – действительно какие-то важные люди, по крайней мере, в столице ордена Тигра, где сейчас находилась театральная труппа. Хозяйка провела кисэн к отдельной комнате на втором этаже и, склонившись в поклоне, отодвинула дверцу. Приветствуя заказчиков поклоном, Суа должна была опустить глаза, но это было не в её характере. Украдкой она оглядела благородных господ. Как и предсказывал управляющий театром, артистка не могла не узнать одного. Мужчина средних лет в дорогом одеянии был «правой рукой» Главы ордена Дракона – Ли Бором. Метким взглядом заметила его руки: несколько старых шрамов – следов использования магии.

«Конечно, такой знати, как он, незачем колдовать попусту. А вот его сопровождающий вполне для этого подходит» – подумала кисэн.

Мужчина рядом с Ли Боромом был столь бледный, угрюмый и, казалось, отрешённый от всего происходящего, что даже его возраст прикинуть было сложно. Хоть он и прятал руки в рукавах, Суа не сомневалась, что все они обмотаны бинтами. Театралы были в курсе всех новостей и сплетён. Это был их хлеб. Нередко они сами становились распространителями информации, за которую заказчики щедро платили. Так что Суа знала очень многое о Ли Бороме и даже о Главах всех трёх правящих орденов, хотя ни разу с ними не встречалась. Если верить слухам, то Ли Бором был властным и грозным. Он вполне мог заставить своего сопровождающего колдовать до изнеможения над излишними вещами, такими, как подогреть и так тёплую воду, увеличить или уменьшить температуру в комнате или прекратить дождь, чтобы не мокнуть. Даже на территории Тигра «правая рука» Дракона имела большую власть, потому что за последние лет двадцать дом Дракона стал наиболее богатым и влиятельным. Ещё немного, и он вполне мог бы считаться гегемоном над остальными орденами. Учитывая социальный статус Ли Борома, Суа тоже должна была бы подчиняться ему в малейшей прихоти. Если она сделает что-то не так, то он может в одночасье разрушить её жизнь или даже без последствий для себя убить кисэн. А вот если он как-то обидит её, ему никто ничего не сделает. Ли Бором, как говорится, держал рукоятку меча – прав тот, у кого прав больше.

«Угх, старикашка! – подумала Суа, со злостью вспоминая руководителя. – Если всё-таки эти господа не настолько благородные, какими он их считает… побег в драконов поток!».

Но вопреки мыслям улыбка на лице Суа была приветливой и обворожительной. Господин Ли жестом пригласил кисэн занять своё место, и та скромно поинтересовалась, какое именно выступление он со своим спутником хотел бы послушать.

– Помощник Чан, – обратился к своему товарищу «правая рука» Главы дома Дракона, – ты же любишь страшные истории? Слышал, эта кисэн хороша в сочинении всяких баек.

Суа быстро перебрала истории соответствующего жанра в голове, стараясь не обращать внимания на неоднозначность слов старого сноба. Ужасы любили немногие, но в последнее время истории о призраках были очень популярны в народе. Должно быть, причиной тому были загадочные пропажи жителей Сэге. Народу проще было думать, что это проделки злых сил, чем считать, что среди них ходят преступники. Суа устроилась за маленьким столиком и принялась рассказывать, пока мужчины продолжали угощаться чаем, фруктами и разнообразными печеньями ручной работы:

– Луна сияла достаточно ярко, чтобы осветить его серое лицо. Прислуга в доме и вдова уже спали.

Голос Суа от природы обладал бархатистым тембром. Но именно годы, проведённые в театральной труппе, научили её, как управлять им. Ещё девочкой в кебане Суа поняла, что голосом можно влиять на настроения людей. Как донести историю? Вести повествование медленно или быстро, низким голосом, пугающе скрипящим, сладострастным или пискляво-испуганным? А какой эффект будет, если добавить мимику и движения? Именно такими рассказами и прославилась Суа несколько лет назад, благодаря чему вот-вот должна была повысить свой класс до ильпхэ – элитных кисэн, главное правило которых было «развлекать – развлекай, но тело не продавай». Даже угрюмый спутник высокопоставленного мага в какой-то момент стал жадно следить за действиями и словами Суа. Заметив это, «правая рука» Главы Драконов усмехнулся, толкнув локтем товарища:

– Что скажешь, помощник Чан? – пробубнил тот. – Глава будет довольна.

«Если нас пригласят во дворец Главы Драконов… – мимолётом подумала Суа. – Воистину, дракон появляется из ручейка, но о задорных выступлениях на улице придётся забыть».

– Хватит, – прервал рассказ Суа старший из магов, хотя они даже до кульминации не дошли. – Благодарю.

Господа встали, и Суа поторопилась тоже подняться, как было положено по этикету. Она склонилась в поклоне, ожидая, когда ей разрешат поднять голову. Но этого всё не происходило. Заказчики приблизились к девушке. Суа слегка вздрогнула, когда жилистая рука Ли Борома коснулась её подбородка.

– Подними голову, – приказал он.

Суа, не желая разозлить высокопоставленного господина, ждала, когда он сам отпустит её, но мужчина не спешил. Негрубо, но властно поворачивал за подбородок лицо девушки, рассматривая его под разными углами. Злость вскипала, и Суа сжала кулаки. Если бы это продлилось ещё несколько секунд, она бы смахнула руку мужчины, но её отпустили.

– Ты нам подходишь, – довольно произнёс «правая рука» Дракона. – Это честь для тебя – быть приглашённой самим Ли Боромом. Сейчас же собери вещи.

– Простите, – произнесла Суа, едва дав господину договорить. – Боюсь, подобные вещи необходимо обсуждать с руководителем и ведомством.

– Нас не интересует вся труппа. Только ты.

– Боюсь, каким бы ни было ваше предложение, – как можно более кротко, но едва ли не перебивая, произнесла Суа. – Я неотделима от труппы. Они дали мне имя и дом. Таков договор в театральной семье.

– О, правда? Даже если мы заплатим большую цену за тебя?

– Даже тогда.

– А если я собираюсь сделать тебя ученицей Главы?

Это было неожиданное предложение, но Суа молниеносно приняла решение.

– Я недостойна такой чести. Моего таланта недостаточно, чтобы оправдать Ваши ожидания. Прошу прощения.

Хотя разговор казался вежливым, Суа точно чувствовала, как изменилась аура магов после её отказа. Конечно, никто не будет рад отказу, но изменения были уж слишком резкими. Девушка, всё же допуская вероятность того, что её действительно хотели завербовать в орден магов, убедилась, что то было просто завуалированное приглашение для кисэн, чтобы развлечь господ в более укромной атмосфере. Пока она не стала ильпхэ и не могла сослаться на указ, оставалось лишь разыгрывать из себя дурочку.

– В таком случае ничего больше не остаётся…

С этими словами «правая рука» отступил. И Суа уже готова была склониться в прощальном поклоне, как вдруг на неё налетел сильный ветер. Нет, это был второй маг. Он смёл девушку к стене, зажал её, не давая ни вырваться, ни пискнуть.

– Разберись с ней, помощник Чан. Но не переусердствуй.

Лицо помощника вмиг изменилось, будто он сбросил маску. Обескровленное лицо больше даже не походило на человеческое. Глаза оказались вдруг пустыми.

«Что это?! Что?! Монстр?!» – вопила в мыслях Суа.

Как ни странно, вслух она не проронила ни звука. Даже дыхание спёрло. Вдруг мир вокруг изменился, все цвета исказились. Вместо напавшего помощника перед девушкой был сгусток полупрозрачного серого цвета. Он, словно дыра, засасывал в себя энергию вокруг.

«Призрак, квищин?» – отчётливо поняла Суа.

Почему-то вдруг помощник Чан замедлился. Причина была неважна. Воспользовавшись ситуацией, Суа оттолкнула его, но даже она не ожидала того эффекта, которое возымело её касание. Её рука на мгновение озарилась небесно-голубой вспышкой и, стоило ей коснуться серого сгустка, как тот тут же взвыл и вдруг взорвался. Тело помощника с глухим стуком упало на пол. Мир снова стал прежним, явив картину чистого убийства. Едва не свалившаяся с ног Суа заметила краем глаза Ли Борома. Лицо его окаменело. Маг оцепенел в шоке, уставившись на девушку со смешанным выражением ужаса и любопытства. Пока он не пришёл в себя, кисэн выскочила за дверь. Подгоняемая инстинктом самосохранения, девушка бросилась наутёк. Оступилась и кубарем покатилась по лестнице, привлекая всеобщее внимание. Даже отточенные годами практики рефлексы не спасли от ушибов.

– Схватить!

Шлейфом пронёсся запоздалый крик. Разгневанный Ли Бором выскочил за ней следом. Кисэн едва успела встать на ноги, когда воздух за спиной собрался в незримый кулак. Суа спас лишь случайно упавший шкаф. Беды на этом не закончились. Не устояв, тело девушки повелось в сторону и врезалось в мужчину. Через долгополый халат прощупывалось его твёрдое подтянутое тело. Суа запрокинула голову и столкнулась со злым недовольным взглядом молодого мужчины. Его чёрные волосы были распущены, и, свисая, локоны щекотали его щёки. Мужчина отреагировал первым:

– В окно, – едва слышно произнёс он.

– Что?

Его рукой тело Суа направило в сторону окна. Девушка вовремя успела собраться и выпрыгнуть. К счастью, это был всего лишь второй этаж, да и трюкачка Суа умела прыгать. Пришлось неприлично задрать юбку, чтобы случайно не зацепиться. В два счёта Суа оказалась на улице. Распрямив ноги, она тут же скрылась в боковой улочке.

Когда маг добрался до окна, было уже поздно. Разгневанный, он обернулся на столпившихся внутри заведения людей. Подбежавшая стража запоздало ждала приказа.

– Схватить! – отрезал «правая рука» Главы ордена Дракона.

Глава 2

«Добро пожаловать в мир Сэге» – среди облаков возникло системное окно, а когда оно исчезло, мы устремились вниз. Карта мира росла на глазах, становилась всё более объёмной и живой. Под эпичную музыку появился текст, который в моей голове звучал почему-то низким и размеренным мужским голосом.

Чёрт, похоже, я жертва стереотипов!

«Период войн страны Сэге закончился с победой Основателей. Четыре друга основали секты, в которых развивали определённые способности. Так, орден Черепахи состоял из целителей. В ордене Тигра достигали совершенства владения оружием. В ордене Дракона занимались магией. А в ордене Феникса жрецы познавали божественные силы. На четырёх столпах в стране был построен мир. Ордены были нужны друг другу, главы домов вместе вели Сэге к процветанию. Но шли годы. Отцы-основатели покинули этот мир.

Время неумолимо, а изменения неизбежны. Первоначальные заветы Основателей стали забываться. Ордены отдалились друг от друга. От дома Тигра отделилась фракция Змеи, ставшая её презираемой тенью. Люди этой фракции были высококлассными скрытными убийцами и шпионами. И сколько бы с ней ни боролись, Змея всегда выживала. Орден Феникса всё больше замыкался в себе. А дом Дракона становился всё влиятельнее. И тогда появилось пророчество, которое увидел мудрый Ли Дэхён – глава ордена Феникса: «Если жители Сэге забудут наставления Основателей, то явится за ними кара божественная». Орден Дракона, объединившись с другими, напал на Фениксов, когда те попытались привести пророчество в исполнение и вызвали демонического феникса. Так с лица этой страны исчезли все божественные силы. Ваша история происходит через восемнадцать лет после этих событий…».

Не так давно я наткнулась на романтический симулятор под названием «Легенда Сэге». Не знаю, что конкретно меня привлекло: великолепные иллюстрации, формат новеллы с различными вариантами выбора и мини-играми, фантастический сеттинг с корейскими мотивами (или просто подавляемое желание романтических отношений). В общем, я скачала её. Удивительно, но с первых же мгновений эта игра влила в мою обесцвеченную жизнь краски.

Она предлагала на выбор несколько образов главной героини, которую звали Суа. Также можно было выбрать путь навыков персонажа. Я сразу определилась, что хочу стать мастером меча. Во-первых, это красиво и эпично. Во-вторых, если мне по сюжету игры придётся возглавить орден, то я хотела бы именно Тигра – любимое животное. Выбранная мной героиня была высокой, с волевыми чертами лица и решительным взглядом. Наверное, это то, чего не хватало мне. С самого начала я одела её в мужской костюм и даже причёску ей сделала соответствующую – высокий пучок со стальной шпилькой. А что? Сразу видно независимый и пробивной характер! Довольная, я приступила к самому сюжету. Сразу погрузилась в атмосферу постоялого двора благодаря столь кропотливым иллюстрациям.

Божечки, как хорошо! Глаз прям радуется!

Я знала, о чём говорю, так как сама училась в институте изобразительных искусств. Низкий поклон художнику! Уже только ради него эта игра стоит своих денег. Хотя подождите, я ничего не платила. Конечно, как и у всякой игры, у неё был платный контент, но пока играть можно было и без него. Главное, заходить в игру надо было каждый день, чтобы получать «силу воли». Да, странное наименование для, по сути, валюты, за которую можно приобретать всякие секретные и не очень сцены (если вы понимаете, о чём я). Конечно, «силу воли» можно было купить за реальные деньги, но… это не мой случай. Так или иначе, игра произвела на меня впечатление с самого начала. А увидев, очевидно, одного из главных мужских персонажей, с которым можно замутить отношения, я тут же определилась:

«Парень в чёрном – хочу тебя!».

Конечно, если его характер совсем гадким не окажется (я за здоровые отношения!). Взгляд действительно казался «вредным и недовольным». Ну, может, это так только из-за иллюстратора. В целом, образ невероятно сексу… то есть привлекательный. Для меня.

После заставки выскочило предупреждение:

«Уважаемый игрок, благодарим за интерес к «Легенда Сэге». Постарайтесь определиться с фаворитом как можно раньше. Как и в жизни, это позволит Вам выстроить с персонажами более надёжные отношения. Второй поцелуй с одним и тем же любовным интересом закроет все другие любовные ветки».

Наверное, в этом был смысл, хотя в других подобных играх можно было бросаться от одного фаворита к другому до самого конца. Но такое условие идеально подходило общей атмосфере сдержанной развратности. И если подумать, то требование побыстрее определиться с фаворитом было выгодно и разработчикам, и игрокам. Первым, чтобы не тратиться на сложный сюжет и дополнительные прорисовки. А вторым – получить доступ к большему количеству романтических сцен. Ну, не вопрос! Второй поцелуй, так второй. Кроме того, игра предупредила о возможности накопления статов за счёт моих выборов в игре. Одним из таких статов был характер героини. Она могла быть более эмоциональной или же более холодной. Впрочем, это распространённая механика в романтических симуляторах. Мой первый выбор состоялся на постоялом дворе и, конечно же, это была эмоциональность. Я решила, что буду копить его. Может, это повлияет на интимные сцены? Как никак игра же «18+». Так, ну что же там в игре? Когда я уже встречу того красавчика снова?

Суа петляла по улочкам, боясь попасться поднятой на уши страже в городе, где каждый второй мужчина являлся воином. Душа горела от переживаний. Вдруг взгляд девушки зацепился за одежду, висящую на сушке в одном из двориков. Судя по ткани и цветам, одежда принадлежала кому-то из среднего сословия – юнгин.

Системное окно: «Переодеться в чужую одежду? Да / Нет».

Значит, кража? Интересно получается. Героиня пошла во все тяжкие? Сначала завалила друга высокопоставленного мага… Хотя бы свидетеля ещё убрала что ли. Будь я на её месте, так бы и сделала. А теперь будем воровать. Тогда уж не одежду, а деньги надо. Хотя они будут без надобности, если Суа поймают. Что поделать? Героиня в любом случае не может быть плохой, правда?

Подумав немного, я решила всё-таки забраться в чужой двор и переодеться. Интерфейс сменился на симулятор гардероба. Можно было выбрать, что надеть. Система предупредила, что от моего выбора зависит маскировка героини. Что ж, тогда надо выбрать что-то отличающееся от того, в чём я сейчас. А это что в углу?

Тик-так.

Таймер?! Похоже, он отсчитывает время до того, как меня кто-то заметит. Но, чёрт, некоторые части костюма предлагают купить за «силу волю». Э? Что за развод?! Я собрала идеальную маскировку, но у меня не хватает «силы воли», потому что я только недавно начала играть. Зачем добавлять в игру выбор, который бесплатный игрок в любом случае не сможет сделать? Хитрые разработчики, а ещё писали «уважаемый игрок»! Я быстренько пересмотрела элементы наряда. Процесс напоминал мои утренние переодевания, когда я уже куда-то опаздывала: «Хочу этот пиджак, но он не сочетается с этими кроссовками. Чёрт, сегодня зачёт – нельзя выглядеть слишком ярко, а то влетит от препода». Что-то в этом духе. Наряд Суа не должен был вызывать подозрения, но должен был отличаться от надетого. Была ни была, буду косить под мальчика-крестьянина.

Тик-так. Чёрт!

– Ты что, паршивец, тут забыл?! Лови вора!

Какой-то дед замахнулся на Суа палкой. По крайней мере, он был так нарисован. И вдруг интерфейс сменился на мини-игру. Я воспарила над улицами, подобным незамысловатому лабиринту, а вокруг красным выделялись ближайшие стражи. Неактивные враги были чёрными, я могла следить за их перемещениями по другим улицам. Три, два, один.

Погодите, я не готова!

Первая попытка – провал. Меня, то есть Суа, поймали. Но вскоре я приноровилась к мини-игре, в которой даже правила не удосужились объяснить (мол, интуитивно понятны?), и нашла идеальный маршрут.

Суа продолжала петлять по грязным во всех смыслах улочкам, чтобы не попадаться лишний раз никому на глаза, пока не вышла к знакомой кибитке. Руководитель крутился возле. Подкравшись, актриса шёпотом поприветствовала старика, некогда заменившего ей отца. Тот встревоженно обернулся, а увидев Суа, так и вовсе обезумел. Он, больно схватив девушку под мышку, затолкал в кибитку.

– С ума сошла? – прошипел он. – Хочешь беду на нашу семью накликать?

Суа непонимающе склонила голову на бок. Именно этот старик всегда учил её, что театралы своих не бросают при любом раскладе. Однако сейчас он не просто прогонял её, но уже и вычеркнул Суа из «семьи».

– Знаешь, какие о тебе слухи ходят? – продолжал руководитель. – Ты убила помощника Ли Борома.

Он не спрашивал, а констатировал.

– Это не… Мы же «семья», – проронила Суа.

– Плачу словно Пёк Ми, но всё, что я могу для тебя сделать, это попрощаться.

Наверху появилось объяснение: «От легенды о невероятно талантливом министре с белыми бровями Пёк Ми, который был вынужден казнить провинившегося младшего брата».

Не мешкая, управляющий достал увесистый мешок с монетами и всучил его Суа.

– Я скажу, что не видел тебя.

– Но куда я пойду?

– Девочка моя, неужели ты ещё не поняла ситуацию? Наша репутация уже растоптана. Если ты останешься, умрём все вместе. Разве это не эгоистично? Уходи. Возьми всё, что нужно, и исчезни. Только так мы сохраним друг другу жизни.

Системное окошко показало варианты выбора:

«Развернуться и уйти / Умолять помочь».

Что за выбор? Конечно, гордость тоже важна, но если думать практично, то как выжить, если я сейчас просто уйду? Нет, надо стрясти с этого ублюдка всё, что можно.

Суа упала на колени и вцепилась в ноги старика, умоляя своего «отца» помочь ей, хотя бы вывести за город. Но страх руководителя был слишком велик. Он понимал, что, если выгонит Суа сейчас, скорее всего завтра узнает о её казни. Но всё равно ответил отказом.

Чёрт, надо было сразу на него наплевать и уйти! Нет, Суа, не унижайся!

Старик быстро ретировался, отвалив Суа ещё денег и парочку лекарств. Деньги пригодятся любому, а вот лекарства – ценнейшая вещь, которую только мог отдать руководитель. Для членов орденов медицинское обслуживание было бесплатным, а вот простому народу приходилось за него платить. Хорошие лекарства были дорогими. Суа сгребла в мешочек всё, что попалось на глаза.

– Ой, господа благородные! – послышался снаружи чрезмерно громкий голос старика.

Снаружи, очевидно, были стражники. Последний подарок руководителя – предупреждение. Не теряя времени, Суа захватила вещи, накидку и выскочила с другого конца кибитки. Как раз вовремя. Подошедшие для осмотра воины не заметили её, отвлечённые шумным стариком. Для юной кисэн жизнь закончилась. Она больше не могла быть собой. Суа была точно рыбка, выброшенная из воды, но только животное стремление выжить было сейчас важнее правды, важнее почтительности, важнее чести. Наткнувшись на собственный портрет, уже повешенный в переулке, девушка решила загримироваться подручными средствами. Нашла уголёк, изменила линию бровей и добавила родинку под крыло носа. Теперь это был несимпатичный мальчишка-подросток, бездумно слоняющийся по улицам.

– Что ж творится-то?!

До уха долетел разговор двух сплетниц, проходящих мимо переулка, где гримировалась Суа. Невольно бывшая кисэн прислушалась.

– Говорят, убийца прятался среди актёров. Убил помощника господина Ли Борома и скрылся. Схватили его подельника. Но этот не признаётся, кто заказал убийство. Отрицает всякую вину.

– Это ненадолго. Слышала, к нему самого Гонхо приставили. Под пытками сознаётся, даже если не виноват.

– О, боже! Говорят, он самый безжалостный, особенно когда выпьет.

– Он всегда пьёт перед тем, как сделать это…

По голове Суа побежали мурашки: «Я не убивала! Но разве не странно, что того господина даже готовы пытать? Конечно, с участием господина Ли Борома о справедливости тут трудно говорить, однако, будь тот мужчина из какого-либо ордена, началось бы расследование. А тут сразу к пыткам прибегают. Быть может, он из Змей?!».

Оу, а тот красавчик у нас, значит, из плохих парней? Интересненько… Следующие мысли Суа мне понравились.

«Может, помочь ему? Вдруг он потом поможет мне выйти из города?»

Системное окно указало развилку в сюжете: «Отправиться спасать незнакомца / Отказаться».

Спрашиваешь ещё! Конечно, будем вытаскивать симпатягу из тюрьмы, как бы героиня это ни провернула!

Глава 3

Суа дождалась темноты. Сердце бешено колотилось: «что, если не получится?». Ответ был очевидным, она умрёт, вероятно, вместе с тем, кого намеревалась спасти.

Ну, хоть не одна.

Притаившись в тени здания, Суа всматривалась в темноту. Вдруг мир снова изменился. Разноцветные пятна ходили вдалеке. Двое стояли у входа.

«Ох, что же это со мной такое? За последнее время всё чаще и чаще, но сейчас мне это на руку, только если не обманусь».

Не понимая, что она видит, Суа сосчитала пятна и поправила одежду.

Опять возникло окно с мини-игрой, а именно, вокруг появились глаза со шкалой для заполнения. Стелс? Но я не так хороша в подобном! Чёрт, я же хотела быть мастером меча, чтобы рубить всех вокруг, а мне предлагают стелс??? Ладно, посмотрим… Удачно было то, что враги выделялись довольно ярко. Их легко можно было заметить и обойти. Да и было их немного. Видимо, все силы были брошены на поиски сбежавшей актрисы, то есть Суа. Никто и подумать не мог, что вместо того, чтобы сбежать, она направилась прямиком в тюрьму. Но, чёрт, куда мне? Где конечная точка? Вот так всегда и бывает – валюсь на самом простом! Пока Суа перелезала через стену, её засекли. Ок, попробуем идти туда, где меньше стражников. Короче, с третьей попытки я добралась до… эм, центрального входа. Мини-игра закончилась, но погодите, почему появилась фигура стражника? Я что, должна попасться в любом случае? Зачем тогда была эта чёртова мини-игра для моих нервов???

– Ну-ка, стой-ка! Ты кто ещё такой?

Суа окликнул стражник со спины. Нехотя она повернулась, сохраняя маску спокойствия на лице.

Передо мной появились варианты ответа. Опять на время!

– (убежать)

– Я просто мимо проходил.

– Меня послал сюда господин Ли Бором.

– Меня послала сюда хозяйка из трактира.

Ссылаться на авторитетное имя здесь будет полезно. Я выбрала третий вариант ответа.

Стражник смерил Суа оценивающим взглядом и произнёс:

– Чтобы какого-то оборванца послал господин Ли Бором? За дурака меня держишь!

Ай! Провал!!! За «силу воли» пришлось вернуться на шаг назад. Опять затикал нарисованный секундомер. Так, спокойно думаем. Бежать – не вариант. Тогда я точно не попаду к заключённому красавчику, если вообще убегу. Второй вариант ответа в диалоге явно тупой, самая типичная из глупых отговорок. Третий – не прокатил. Остаётся только четвёртый, хотя в душе не понимаю, при чём тут вообще хозяйка из трактира. А, постойте! Ну конечно, подслушанный мной разговор оказался очень важным. А игра, я смотрю, требовательнее, чем я думала. Ладно, палач (как там его?) всегда выпивает перед пытками. Я с уверенностью нажала на четвёртый ответ.

Стражник смерил Суа оценивающим взглядом.

Что не так? Опять попалась?

– Что-то раньше я тебя не видел.

– Так я новенький слуга в трактире. Ой, да не беспокойтесь, господин, если бы было что на уме, стал бы я через центральный ход проходить? Пока без посылки. Госпожа велела мне узнать, сколько бутылок на сей раз понадобится.

Чёрт, а Суа умна!

– Ладно, проходи.

– Благодарю. Но поскольку я новенький, не подскажете ли, где мне отыскать господина…

Снова появились варианты выбора:

– Гондона?

– Гвансона?

– Гонхо?

– Гынхо?

А-а-а-а! Игра, как ты поняла, что я плохо запоминаю имена??? И опять на время?! Мыслим логически: вряд ли существует такое оскорбительное имя, как первое, но не могу перестать смеяться. Насколько я помню, имя было короткое. Значит, либо третье, либо четвёртое. Но, блин, они отличаются лишь одной буквой! Я не помню таких деталей! Напоминает садистские школьные тесты. В общем, я выбрала четвёртый и прогадала. Пришлось опять потратить «силу воли», чтобы вернуться к предыдущему выбору. Такими темпами я стану бедной и не смогу купить ни одну из платных сцен!!! Правильное имя: Гонхо. Наконец-то меня пропустили! Ещё и путь указали. Отлично, красавчик в чёрном, я иду к тебе!

Суа спустилась в сырое подземелье. За решёткой сидел мужчина. Его довольно простой чёрный чонбок – длиннополый халат без рукавов, который обычно носят военнослужащие – был запылён. Но поза была слишком расслабленной для того, кого вот-вот ожидали пытки. Суа всё ещё скрывалась в тени, но мужчина заметил её присутствие и поднял на неё пронзительные глаза.

Ах, в этом мире каре у мужчин популярны? Какой красавчик!

Суа сделала шаг из темноты. Бровь заключённого на мгновение изогнулась в изумлении. Похоже, он не ожидал увидеть парнишку. Но вдруг на губах сверкнула лукавая усмешка.

– Ты ошибся направлением.

– Узнал меня, да?

Но незнакомец не ответил, лишь продолжал всматриваться в лицо Суа с колким интересом. Суа нервно огляделась и приблизилась к решёткам. Времени было мало. Вот-вот и сюда придут сменившиеся стражники.

– Я вытащу тебя отсюда, – произнесла девушка как можно увереннее, – но ты взамен должен мне помочь, вывести за город до безопасного места.

Предложение, очевидно, позабавило заключённого – левый уголок губ слегка приподнялся. Глаза были всё такие же цепкие и колкие. Вкупе от образа незнакомца исходило неприятное ощущение, что стоит мужчине открыть рот, и ты получишь в свой адрес нечто оскорбительное, или стоит двинуться, и ты почувствуешь в своём животе лезвие ножа.

Такие люди, конечно, неприятны в жизни, но игра, что ты мне навязываешь ощущения? На картинке этот парень и его глаза – просто загляденье.

– Если не болтать сюда пришла, то делай, что намеревалась.

– Так ты поможешь или нет? – спросила Суа.

– Очевидно, нет?

Саркастичный тон незнакомца действовал Суа на нервы. Она обиженно прикусила губу.

– Я могу тебе верить?

Если бы не решётка, сейчас они стояли интимно близко. И Суа сделала шаг назад.

– А у тебя есть выбор? – ухмыльнулся заключённый.

Так, не поняла, а как мы откроем решётку? Где ключи?

Суа вытащила из причёски пинё. Её острый конец был подходящим для того, чтобы использовать в качестве отмычки. Но нужно было что-то ещё. Суа оглянулась на стол стражников, но тут же услышала вздох заключённого.

– Поди сюда.

Мужчина слегка наклонил голову, отодвигая волосы от уха, которое украшал прокол хеликс. Открутив палочку, он протянул её Суа.

Чёрт, опять мини-игра???

Механика была похожа на вскрытие замков в «Скайриме». Ошиблась разок – получила обидную шутку от мужчины мечты. Если долго возилась, приходил стражник и бросался в бой. Приходилось переигрывать.

Эта игра не слишком жестока ко мне?

Наконец я смогла быстро освободить мужчину, теперь, считай, беглого преступника. Ну ладно, чтобы называться «беглым», надо ещё постараться. Впрочем, это же игра, так что мы по-любому выберемся.

– Как мне к тебе обращаться? – спросила Суа.

– Минхо. Ты?

– Суа. Так ты доведёшь меня до безопасного места?

– Либо выведу, либо умру. Пойдёт? Рассказывай, как попала сюда.

Суа не стала обращать внимание на невежливую и неформальную речь Минхо и вкратце рассказала, как прошла. Мужчина сделал недовольное лицо, никак не прокомментировав, а потом махнул рукой, призывая двигаться за ним. Но стоило только ступить в туннель подземелья, как наткнулись на стражника. Минхо плавно отступил в сторону, как будто увернуться от удара для него не составляло труда. Стражник, решив, что девушка не представляет угрозы, сфокусировался на Минхо, и снова занёс хвандо.

«Его надо как-то отвлечь, у Минхо даже оружия нет» – подумала Суа.

Она выхватила из сангту – высокого пучка – всю ту же стальную пинё с острым концом и…

А? И такое в игре есть? Передо мной появился прицел. Стражник двигался с замедленной анимацией движений, что-то вроде слайд-шоу с разными позами персонажа. Эта игра – просто какая-то сборная солянка всех игровых техник. Ну ладно. Я прицелилась. Попала!

Суа бросилась на спину стражнику и воткнула стальную шпильку ему в шею.

Э? Это называется «отвлечь»?

Мёртвое тело рухнуло на сырые камни под ногами, и Суа тут же отскочила. Минхо выглядел озадаченным.

– Что это было?

Спросила Суа, не Минхо. От этого вопроса, похоже, мужчина пришёл в себя и усмехнулся:

– Ты точно кисэн?

– Это… не знаю, как… Оно само!

Заметив, что девушка не может отвести взгляд от трупа, Минхо сделал к ней несколько шагов. Она даже не заметила, а он накрыл своими шершавыми ладонями её дрожащие руки и вынул запачканную шпильку. Бегло осмотрев её со словами «будто и не шпилька вовсе», мужчина вытер пинё о ткань своей одежды и вернул девушке.

– Это же не твой первый, правда?

Бывшая кисен наконец-то оторвала взгляд от того, что лежало на земле, и осознанно посмотрела в глаза мужчины.

– О чём ты? – тут же возмутилась Суа, но Минхо будто этого и добивался.

Ничего не ответив, он подобрал хвандо стражника и бесшумно двинулся по коридору. Суа заставила себя идти за Минхо. Дальше повезло. Встретилась лишь пара стражей, и тех Минхо лихо вырубил. Скоро беглецы благополучно выбрались за стены тюрьмы. И только тогда:

Донг. Донг. Донг.

Минхо был неразговорчив. Суа время от времени пробивала дрожь, но она продолжала идти за своим провожатым. Вдруг Минхо остановился и посмотрел на небо. Суа проследила за его взглядом. Над головой раскинулся океан звёзд.

– По звёздам гадаешь? – подала голос Суа, переминаясь с ноги на ногу.

Её раздражала беспричинная остановка посреди улицы, на которой в любой момент может появиться кто угодно.

– А что, не доверяешь божественным указателям? – усмехнулся Минхо с язвительной улыбкой. – Ночь тёмная. Нам на руку. Если выходить из города, то сейчас. Готова?

Суа, крепко сцепив пальцы, кивнула. Минхо двинул в верхние районы. Девушка, конечно, не понимала, зачем им туда, но решила помолчать и просто довериться новому знакомому. В конце концов, она всё равно не смогла бы выжить в этом городе в одиночку. А если вдруг Минхо захочет избавиться от неё в тёмном переулке… значит, такова судьба бывшей кисэн. Смиренность – добродетель. Впрочем, Минхо, возможно, заметив взгляд девушки, сам объяснил всё через какое-то время.

– Никто не подумает, что беглый преступник сунется в богатые районы, где обычно много стражей.

Остановились возле богатого жилища. Как пояснил Минхо, это был дом торговца, занимающегося контрабандой.

– Нужно в конюшню. Там есть подземный ход, ведущий за город.

«Значит, я не ошиблась? Минхо – последователь фракции Змеи?» – подумала Суа, а вслух сказала:

– Ты уже пользовался этим проходом?

– Хочешь узнать, не контрабандист ли я? Нет. Надо поспешить. Стражи здесь полно, так что тихо следуй прямо за мной.

С этими словами Минхо зацепился за край стены, ловко подтянулся и помог девушке забраться. Прокрались в конюшню. Затем Минхо оставил Суа караулить дозорных поместья, а сам стал отыскивать секретный люк. Бывшая кисэн нервно потирала локти, скользя глазами из одного угла в другой, иногда оборачиваясь в темноту, в которой бесшумно что-то делал Минхо.

«Если не контрабандист, тогда кто? Вор, шпион, убийца?» – думала девушка о мужчине, который был слишком спокоен для ситуации, в которой оказался.

Вдруг Суа нахмурилась:

– Дозорные же по крышам не ходят?

– Что?

В ту же секунду замеченная Суа фигура на крыше повернулась к конюшням, будто заметив девушку, и приняла стойку, готовая стрелять из арбалета. Суа вновь почувствовала, как пространство исказилось. Вместо лысого мужчины на крыше – сгусток серого цвета. Недавнее происшествие на постоялом дворе отозвалось дрожью в теле. От внезапно нахлынувшей слабости девушка потеряла опору. И вовремя, потому что в следующий миг над головой просвистела стрела. Минхо среагировал быстро и, подняв Суа на ноги, велел ей скорее спрыгивать в дыру под откопанным люком. Раздались крики дозорных, по сердцу резанул сигнал тревоги. Не дожидаясь появления стражей, Суа и Минхо спрыгнули и оказались под землёй. Минхо вручил Суа свечку и сказал:

– Беги так быстро и долго, сколько сможешь. Я следом.

Суа без промедления, спрятав пламя рукой, побежала по проходу. Она не слышала, скорее чувствовала, что Минхо бежал за ней.

– Вперёд, – вдруг бросил он и остановился.

Из темноты с нечеловеческой скоростью к ним приближался тот самый лысый стрелок. Его меч уже был обнажён и запачкан кровью. Мутные глаза и неживая энергия – всё точно так же, как тогда на постоялом дворе. Лязг металла – Минхо отразил удар. Суа наблюдала за смертельным танцем, не в силах сдвинуться с места. Оба воина были быстры и точны, но всё же от кроваво-красной фигуры человека к серой дыре тянулись лепестки, которые напитывали мёртвую энергию квищин. Правда, вместо красных они скоро остывали в нечто фиолетовое. Минхо терял скорость. Но, похоже, понимая это, он поднырнул под рукой воина и нанёс неожиданный удар откуда-то взявшимся ножом. Для обычного человека это была бы смертельная рана. Но лысый воин будто не заметил её и отшвырнул Минхо, как надоедливое насекомое. Соприкоснувшись со спиной человека, стены земляного прохода задрожали.

«Этот квищин настолько силён?».

Минхо оскалился, но, похоже, не мог скоординировать движения, ударившись спиной, а, может, и головой об стену. Лысый безжалостно смотрел на спутника Суа, готовясь добить его. Хвандо, выпавший из руки Минхо, лежал недалеко от Суа.

Система предложила варианты: «Бежать / Принять бой».

Ещё спрашиваешь?! Надо спасти Минхо!!!

Суа резко вскочила и схватила меч. Словно вспомнив танец с мечами, Суа двинулась вперёд. Конечно, настоящий хвандо был тяжелее, чем привычные актрисе мечи, но и это была не сцена. От её действий зависели их с Минхо жизни. Вдруг пространство исказилось сильнее. Меч будто сросся с рукой. Нет, он будто обрёл собственное сознание. Призрак, хоть и не ожидал атаки со стороны девушки, всё это время трусливо прижимавшейся к стене, успел закрыть себя мечом. Суа заметила, как от её руки по лезвию хвандо скользнула голубая энергия.

«Как тогда!» – подумала она.

Наконец-то! Покажи ему, Суа! Мастер меча! Ульта главной героини!

Призрак отступил, щурясь от света, мелькнувшего перед глазами. Он открылся, и Суа нанесла решительный удар. Она не знала, хватит ли ей силы, чтобы причинить серьёзный урон, но это и не было нужно. Меч будто вытолкнул призрака, прежде чем застрять в теле мертвеца. Вместе с рухнувшим без управления телом, следом за хвандо, упала и Суа. Глаза заволокло темнотой. Но это оказался ещё не конец. Вдалеке послышался звон лат и голоса дозорных.

– Надо уходить, – произнёс Минхо где-то за спиной.

– Я не вижу!

Система: «Вы всё больше интересны Минхо».

Тихие шаги. Минхо помог подняться, и вдруг вестибулярные рецепторы забили тревогу об изменении положения, в живот упёрлось нечто острое – плечо.

– Нет, поставь меня! Руки!

– Что? Отпустить?

В мгновение ощутив возможность реального падения на землю, Суа вскрикнула: «Нет!».

Да ладно тебе, Суа, пусть потрогает немного. Это твой будущий мужчина. Пора привыкать.

– Не дёргайся. И так непросто.

Дальше стало хуже. Минхо то шёл, то бежал. И когда он бежал, его плечо будто пыталось выдавить из Суа внутренности. К руке, придерживающей за ягодицы, ещё можно было привыкнуть, но не к этому. Актриса старалась подавить рвущиеся стоны боли. Скоро Суа начало тошнить. Она проклинала свою внезапную слепоту и прислушивалась, нет ли за ними погони. Но слышала только тяжёлое дыхание Минхо. Вдруг он остановился, аккуратно поставил девушку на ноги.

– Стой, – коротко приказал он и, похоже, удалился.

Но когда Суа начала переживать, раздался грохот.

В воздухе пахнуло пылью.

«Он обвалил проход?» – подумала девушка.

– Что случилось? – задала импульсивный вопрос Суа.

Чуть помедлив, Минхо всё же ответил.

– Владелец подземного хода не станет рассказывать городским стражникам о нас, но дело мы ему подпортили, так что его люди скорее всего погоняться за нами, чтобы загладить вину перед хозяином. Надо убираться отсюда. Как глаза?

Суа лишь покачала головой.

– Ты точно кисэн? – через усталость усмехнулся Минхо. – Может, у тебя есть талант к фехтованию, но чтобы ещё и к магии…

– Магии?

– Это был непростой воин. Мертвец, в котором сидела чужая душа.

– Ты знал?

– Догадался в схватке. А как ты его одолела – вот это вопрос. Дело не в мече. Это обычный хвандо стражника. Значит, дело в тебе.

– Я сама не понимала, что делаю.

– А твоё зрение. Расплата за магию? Похоже, ты не умеешь её контролировать.

Система: «Ответить уклончиво / Признаться».

– Ты прав. Я жила обычной жизнью кисэн и даже не знала, что у меня есть эта… сила.

Система: «Уведомление. Минхо рад, что вы доверились ему».

Ха-ха, мы стали на шажок ближе, да, любимый?

– У меня есть знакомый колдун, который, возможно, что-то о таком слышал.

– А он сможет научить меня контролировать эту магию?

– Он не со всеми бывает приветлив. Впрочем, узнаешь. Ты ведь хотела, чтобы я отвёл тебя в безопасное место. Тот колдун там.

– Во фракции Змеи?

Как Суа было жаль, что сейчас она не могла видеть лица Минхо. Удивился ли он её догадке и прямому вопросу? Или его это позабавило? Заинтересовало? Что он почувствовал, когда она практически назвала его отъявленным негодяем?

– В ордене. И да, для тебя сейчас это самое безопасное место. Но решать нужно быстро.

– Веди.

– Тогда до реки я снова потащу тебя.

Суа прикусила губу. Ей не хотелось возвращаться в то неудобное и унизительное положение, но выбора не было. Слепая она была бы лишь помехой для Минхо в лесу.

– Как только зрение вернётся, я скажу.

– Не сомневаюсь, – усмехнулся Минхо.

Что ж, а мне надо накопить силу воли! Чуйка мне подсказывает, что впереди нас ждут платные сцены (если вы понимаете, о чём я).

Глава 4

– То есть я не могу покинуть территорию ордена по своему желанию?

Перед Суа, сложив руки на груди, стоял статный молодой мужчина с длинными чёрными волосами, в которых ото лба до самых кончиков протягивалась прядь седых волос. Это был колдун дома Змеи и его Глава.

Второй красавчик! Весь орден негодяев состоит из опасных красавчиков? Можно я буду тут королевой?

– Лишь пока мы не убедимся, что тебе можно доверять.

Вежливый, но в то же время не терпящий возражений тон. Этот мужчина однозначно был рождён, чтобы быть Главой. Суа уже несколько дней жила в ордене Змеи у местного травника – дедули Бо Нгаи. Правда, большую часть времени, пока Суа была гостьей в его хижине, травник где-то пропадал. Это не удивило Суа. Когда зрение к ней вернулось, она заметила, что спозаранку Бо Нгаи уходит с пустой корзиной, а возвращается с полной. Потом он разделял с гостьей завтрак, параллельно что-то варил и затем уходил куда-то. Дом Змеи был единственным разношёрстным орденом. Здесь были и воины, и целители, и маги. Оно и неудивительно, ведь если в другие ордена попадали люди с талантом к определённым вещам, то сюда попадали те, кто оказывался в беде, хотя и для них был некий отбор, так как убежище Змей было не так просто найти. По всем признакам это был орден, но враги, а вслед за ними простые обыватели звали дом Змеи пренебрежительно «фракцией». Само собой, всех Змей объединяла какая-то страшная история за их плечами. Учитывая, что все в этом ордене, так или иначе, занимались незаконными и опасными вещами, то у целителей здесь безусловно было полно работы. Как ни странно, в этом обществе истории, о которых было принято умалчивать, были темой для знакомства, обсуждения или даже становились шутками. Поначалу Суа боялась даже выходить, но перед Минхо не хотелось показать себя слабой, так что пришлось перебороть свои эмоции. И тогда, во время прогулки, она начала знакомиться с соседями Бо Нгаи. Одна девушка была дочерью рабыни, посмевшей убить своего хозяина. Другой мужчина был наёмным убийцей. А сам Бо Нгаи, как оказалось, был отравителем. Но это было так давно, что настоящую историю никто из молодых не знал. Убийцы и воры казались самыми обычными людьми вблизи. И ведь Суа тоже была такой. Осознание всех фактов наконец настигло девушку и повергло сначала в шок, потом в уныние, а затем пришла смиренность. Суа не считала себя плохим человеком. Минхо ей не казался отпетым негодяем. Он помог ей на постоялом дворе. Потом не бросил, когда она ослепла, выполнил обещание и довёл до безопасного, в его понимании, места. И даже тут он не оставил её, а приходил время от времени. Однажды просто наблюдая за ним во время совместного обеда в хижине Бо Нгаи, Суа вдруг отчётливо поняла, что жизнь есть жизнь и что человек, даже оступаясь, остаётся человеком. А фракция, то есть орден, Змеи – не оплот алчных и кровожадных преступников, а скорее приют для тех, кому жизнь прописала тяжёлые удары. В конце концов, и её мир перевернулся с ног на голову.

Увидеться с Главой ордена Змеи удалось не сразу. Даже когда вернулось зрение, девушке то ли не позволяли встретиться с Главой, то ли Глава не хотел с ней видеться, а может, он присматривался к незнакомке. В любом случае, Суа, как и подобает воспитанной девушке, не стала докучать вопросами о Главе Бо Нгаи и Минхо. И через несколько дней, наконец-то, этот момент настал. Суа, ожидавшую встречи со стариком, удивило, сколь молодо выглядел нынешний Глава дома Змеи. Опустив церемонии, он расспросил девушку о её прошлом, потом о её новообретённых способностях. Поскольку Суа не могла их контролировать и, соответственно, демонстрировать, Пак Суюн умело задавал вопросы об обстоятельствах и ощущениях девушки, заставляя её задуматься об условиях возникновения её магии. Потом продемонстрировал простое колдовство и попросил повторить Суа пассы руками, но ничего не произошло.

– Заранее прошу прощения, но могу ли я приблизиться и коснуться тебя?

Суа согласилась. Ей уже не терпелось знать, что с ней и какими способностями она обладает, ибо за магию колдуны в этом мире платили своей кровью, и слепота Суа казалась странной. Суюн обошёл девушку со спины и склонился к ней, приобнимая. Это было интимно близко.

Молодой человек, вы, конечно, великолепны, но лично моё сердце уже занято!

Его ладони, на которых проступила кровь, скользнули по рукам девушки от запястий к локтям. Затем сдвинулись к спине. Вдруг толчок. В тот же момент под ногами Суа разверзлась пропасть. Вихри магии спиралью уходили в темноту. Электричество угрожающе сверкало отовсюду. Упасть в эту внезапную пропасть – верная смерть. Суа рефлекторно попыталась ухватиться за длинный рукав топхо Суюна, но каким-то образом мужчина успел оказаться слишком далеко. Тело наклонилось так, что устоять уже было невозможно. Суа зажмурилась, проклиная в душе всех и вся. Последнее, что она заметила – это как что-то сверкнуло голубым цветом.

– В тебе нет маны, – произнёс голос Суюна, и Суа открыла глаза.

Она лежала на полу, обхватив себя руками, от которых расходились лучи, создавая что-то вроде полупрозрачного кокона. Суюна Суа видела лишь фигурой, наполненной энергией сиреневого цвета.

Что значат все эти цвета?

И эта энергия тихонько сочилась через раны на руках. Мужчина протянул руку, предлагая помощь. Первым порывом было – оттолкнуть руку Главы и возмутиться его поведению. Как посмел он угрожать смертью? Что, если бы эта немагия не сработала?

– Я заранее извинился. Мне пришлось подвергнуть тебя опасности, чтобы проверить гипотезу. Как самоощущения?

Суа разлепила руки, и тут же в глазах потемнело. Мир остался прежним, привычным, только краски потухли.

– Откат использования твоих сил сказывается на зрении.

Суа перестала тереть глаза и решила не злиться на Главу, тем более что он действительно извинился заранее.

– Я не ослепла полностью.

– Видимо, это зависит от сложности применённого навыка.

– Что это за способности?

– Пока не могу сказать. Если магия, то прежде подобного я не встречал даже в ордене Дракона. Но, судя по всему, способности проявляются в критический момент, когда твоей жизни угрожает опасность. Ты используешь их интуитивно.

– Вы сможете меня научить контролировать эти способности, Глава?

– Можешь говорить со мной менее формально. Если ты готова развивать свои силы, я готов поспособствовать. Не буду таить. Против чёрной магии, призывающей призраков, возможно, твои способности будут наиболее полезными. Я заинтересован в раскрытии твоего таланта, но я должен предупредить, это может оказаться непросто и опасно для тебя.

– Я готова! – воскликнула Суа, может быть, слишком поспешно.

Широким жестом Суюн пригласил Суа проследовать за ним в отдельный зал за большими дверями. То, что она там увидела, поразило её воображение. Сам орден Змеи занимал очень маленькую территорию с неудобным проходом через горы и не был богат, что было заметно по практичным и простым зданиям вокруг, но этот зал был другим. Суа будто попала в одну из комнат какого-то дворца. Зал сочетал в себе два цвета: чёрный и золотой. Колонны изящно подпирали расписной потолок. А на стенах была изображена… история? Суюн провёл девушку к стене и позволил ей осматриваться под его спокойный рассказ.

– Орден Змеи появился ещё тогда, когда все ордены чтили заветы Основателей. В доме Тигра нашёлся непокорный, который был против политики Главы. Он был из простолюдинов, поэтому его ни в грош не ставили. Тем не менее, юноша усердно тренировался и тайно развивал иные умения, которые помогли бы ему занять достойное место среди последователей Тигра. Он был незаметным и опасным.

«Как змея…» – подумала Суа.

– Он стал шпионить за орденом Дракона, и скоро узнал, что некоторые её члены занимались запрещённым колдовством. Он был слишком инакомыслящим, и в доме Тигра не поверили ему, наоборот, оклеветали. Суд орденов приговорил его к смерти, подобрав удобную причину. Только в доме Феникса были против, но тогда этот орден уже терял авторитет из-за своего замкнутого образа жизни. Юноша сумел бежать и основать свой орден. Поскольку без тени солнце рискует выжечь всё живое, божественный орден Феникса позволял ордену Змеи существовать. Но другие объединились против Змеи, куда по итогу стали попадать все неугодные. Дом Змеи рос тем больше, чем жёстче и дальше от наставлений Основателей становились последователи орденов. Теперь, когда дома Феникса больше нет, орден Змеи по-своему оголяет пороки этого мира.

– Кажется, понимаю, – проронила Суа.

А я вот ни черта не понимаю! Получается, плохие парни не такие уж и плохие? Ну, это было ожидаемо.

– Двадцать лет назад отношения между Драконами и Фениксами достигли пика напряжения. Тогда во главе дома Феникса стоял Ли Дэхён.

– Имя говорящее?

– Да, он был мудр, если судить по его делам. Однако лично я его не знал. Глава Ли Дэхён предрёк, что отрёкшихся от заветов Основателей настигнет божественная кара.

Суюн сделал паузу, всмотревшись в глаза Суа.

«Он будто проверяет меня, насколько я сообразительна!» – подумала девушка.

– Получается, это было предупреждение для ордена Дракона? Они пользовались чёрной магией, призвали квищин и вселили их в тела мёртвых?

Суюн коротко кивнул, вновь отвернувшись к росписи на стене.

– Конечно, вся Сэге знает другую историю: будто сами божественные жрецы хотели обрести власть, прикрываясь карой небес.

– Историю пишут победили.

– Опасаясь божественной кары, Драконы переложили все свои грехи на орден Феникса и истребили его.

– Дом Феникса проиграл коварству и алчности Драконов. Но откуда эта история известна в ордене Змеи?

«Неужели кто-то сумел выжить в той резне?» – подумала Суа, но вслух произносить свои догадки не стала.

– Предыдущий Глава нашего ордена узнал об истинной истории не от Фениксов, но от свидетеля. Это была женщина из дома Тигра и близкий друг Главы Ли Дэхёна. Она бы присоединилась к Змеям, если бы на неё не напали в тот день. Ни она, ни предыдущий Глава Сон не выжили в битве против магов и призраков.

– Тогда как давно ты Глава?

Действительно, сколько же тебе лет, красавчик?

Этот вопрос позабавил Суюна, и Суа впервые увидела, как этот мужчина улыбается. Это была светлая улыбка, которая оттеняла печаль в глазах мужчины.

– Всего с десяток лет. Временным Главой был мой отец, будучи другом предыдущего Главы.

«Разве у Главы Сон не было наследника? Что случилось с отцом Суюна? Почему он перестал быть Главой?» – эти вопросы крутились в голове девушки, но сейчас она не смела их задать.

Разглядев на лице Суа замешательство, Суюн ещё раз мягко улыбнулся.

– Если верить тому, что имя ордена небессмысленное, то, возможно, Фениксы по природе своей не могли быть полностью уничтожены. Или их сила.

Суа уставилась на Главу расширенными глазами.

– Возможно, твои способности – божественные силы. И если это так, это большая удача для всей Сэге. Магия привела призраков, поэтому она неспособна изгнать их. Но священная сила нужна для поддержания равновесия. Она способна очистить мир от скверны.

Слова Суюна произвели лечебный эффект на Суа. Её способности были ценными для Сэге! «Как лакрица из аптеки» – подобрала девушка в голове подходящее выражение. Значит, если она разовьёт божественные силы, то станет способной защищать народ от несправедливой чёрной магии власть имущих. Суа решительно сжала кулаки. Глава с интересом наблюдал всё это время за её лицом.

– Обучите меня, учитель! – воскликнула Суа.

Система: «Пак Суюн находит ваше поведение очаровательным».

– Хорошо. Я сделаю всё, что смогу. Но я один не смогу помочь тебе на этом пути…

Ханок, где жил Минхо, был небольшим, но с черепичной крышей. Суа стеснялась входить в дом мужчины каких-то пару секунд, а потом смело и даже нахально шагнула вовнутрь. Кроме кухни, террасы и отдельно стоящей комнаты садан, в которой почитаются духи умерших предков, здесь ещё было пять внутренних комнат. Этот ханок и так был одиноким, стоя на отшибе, но и внутри было как-то непривычно пусто. Ни слуг, ни гостей. Но таким был внутренний мир Минхо. Суа за это время никогда не видела, чтобы мужчина надолго оставался с кем-то в компании. Быть может, он любил одиночество. Быть может, он так целеустремлённо следовал пути самосовершенствования. Именно на балконе-нумару Суа и нашла Минхо. Мужчина полулежал на подушках, похожий на отдыхающего дикого кота. На столике перед ним стоял чайничек с длинной ручкой и чашка на подносе из красного дерева. Минхо лениво поглощал маленькие рисовые сладости – чынпхён. В коробочке, стоящей на столе, их ещё было много, и Суа облизнулась при виде столь красиво и вкусно выглядящих пирожков. Они блестели под солнечными лучами, привлекая ещё большее внимание.

– Я тоже хочу, – проворчала Суа, и Минхо оторвался от созерцания природы за окном.

Он не был удивлён присутствием Суа, но, заметив её взгляд, гипнотизирующий сладости, усмехнулся. Одним жестом он пригласил девушку, и Суа быстро устроилась напротив. Взглядом потребовала угощения, чем вызвала очередную усмешку на губах Минхо.

– Но у меня одни палочки, – произнёс он.

«Не хочет делиться?!» – импульсивно подумала Суа, но изобразила на лице заискивающую улыбку.

Нет, нет, дорогая, кажется, наш любимый предлагает нам что-то неприличное, а ты и не понимаешь. Даёшь косвенный поцелуй!

– Ничего.

Суа наблюдала, как рисовое полукруглое пирожное, украшенное цветком чиндалле, уверенно уселось между концами палочек и подъехало к её лицу. Один укус, и палочки опустели. С наслаждением разжёвывая сладость, Суа издала тихий стон. Минхо просто смотрел своим пронзительным взглядом – Суа никак не удавалось прочитать его эмоции, если они у него были.

– Так вкусно? – всё же спросил мужчина. – Чаю?

Суа отрицательно замотала головой. Минхо отправил следующий чынпхён себе в рот, потом вновь протянул угощение Суа. И снова всё повторилось.

– Я всё же принесу вторую чашку, – произнёс Минхо и поднялся.

Пока его не было, Суа украдкой слопала ещё два кругляшка из рисовой муки, вымоченных в вине.

«Минхо, похоже, любит сладкое. Интересно, откуда у него эта прелесть…» – подумала Суа, облизывая губы от воспоминаний о чудесном нежном вкусе.

Погодите-ка, а что если эти сладости ему приготовила женщина? Буду верить, что это была мама. Хотя странно, что он живёт не с ней. В любом случае, он не женат. Минхо, ты мой, не забудь!

Минхо вернулся с дополнительной чашкой и палочками. Когда коробочка с угощениями опустела, а Минхо и Суа утолили жажду чаем, он произнёс:

– Так ты пришла десертом настроение себе поднять?

– А, точно! – вспомнила девушка. – Я говорила с Суюном.

Суа вылезла из-за стола и снова опустилась на колени, лбом в пол перед Минхо.

– Стань моим учителем!

Глава 5

Прошёл месяц с тех пор, как Суа оказалась в ордене Змеи. За это время она много тренировалась сначала в простых действиях, которые даже не сразу приняла за обучение – таскала хворост, мыла полы в доме Бо Нгаи, собирала с ним травы или раскладывала их по тонким пучкам. Всё ради воспитания выносливости и терпения, хотя и мышцы после таких ежедневных заданий тоже ныли, и некогда нежные ладони артистки загрубели. Позже тренировать начали Суюн и Минхо. Первый заставлял слушать его философские лекции, читать и пересказывать книги, иногда столь мудрёные, что даже обученная чтению и письму в специальном учреждении «кебан» кисэн не справлялась. В конце концов, Суа плохо знала ханъчхаль – то был письменный иероглифический язык знати. Второй мучил медитациями и упражнениями с кинжалом и мечом, проверяя отработанные навыки в условиях имитированного поединка, вот только чаще всего имитация у него выходила слишком натуральной. Суа злилась на Минхо, даже не скрывая своих чувств. Ей казалось, что он несправедливо к ней придирается, заставляет делать невозможное, и что вообще, став её учителем, он стал более холодным и вредным, чем раньше. В какой-то степени это заряжало её на усердные тренировки, чтобы в бою с Минхо утереть ему нос, но Минхо всегда одерживал победу.

«Проверяет, не сломаюсь ли я при постоянных неудачах?! Снова воспитание «духа»?! – думала Суа в раздражении. – Но ведь нет такого, с кого нельзя вытрясти пыль!».

Не переживай, Суа, один раз у нас с ним уже был поцелуй. Остался ещё один – и он не отвертится. Уж на что, а на это я «силой воли» не поскуплюсь!

Суа была занята от рассвета до заката, даже иногда чуть дольше. У неё были перерывы на обед, но всё же интенсивность тренировок была столь тяжёлой, что девушка выматывалась. Она хотела поспрашивать как-то аккуратно о слабостях Минхо у соседей, но это намерение так и оставалось намерением, потому что в конце дня Суа просто падала на постель и, когда открывала глаза, обнаруживала, что уже новый рассвет. Но человек ко всему привыкает, и в конце концов Суа научилась жить в этом ритме. Теперь она могла позволить себе погреться в бочке с горячей водой в конце дня, а во время перерыва погулять по деревне и побеседовать с людьми. Но на её окольные вопросы о слабости Минхо все только усмехались. Видимо, даже в их глазах он был невероятным «сульса», о которых ходили сказки, что они летают по воздуху, словно воробьи, от дерева к дереву, с крыши на крышу. Говорили, что Минхо владеет более чем четырьмя тысячами техниками рукопашного боя, обладает знаниями более чем о ста различных оружий, а также с помощью специальной техники бок-син-суль может читать мысли. «Рыцарь ночи» был для всех таинственной фигурой, достойной поклонения, хотя он не был разговорчив, а если и говорил, то вежливости и почтительности, даже к старшим, от него не слышали. Зато Бо Нгаи как-то, видимо, в знак утешения, обмолвился парой ценных словечек:

– О, с некоторых пор он и впрямь стал сильнее.

– А раньше, значит…?

– А раньше этот сорванец всегда работал один. Все считали это проявлением силы и бесстрашия.

– А на самом деле?

Старик выдержал лукавую паузу, а потом пробурчал: «Спроси это у него сама, авось расскажет». Собственно, Суа так и сделала.

– Не люблю тащить на себе лишнюю ответственность, – ответил мужчина.

– Но когда мы сбегали из города Тигров, мне так не показалось.

До этого неподвижная рука под подбородком Суа, держащая лезвие у её горла, дрогнула. Воспользовавшись моментом, девушка вывернулась из захвата и наставила кинжал на Минхо. Глаза её были завязаны, но она чувствовала его местоположение.

– В этот раз… – проронил Минхо каким-то пониженным голосом, – молодец.

Система: «Вы заставили Минхо задуматься».

Суа в сомнении дёрнула бровями к носу, но тут же вернула своему лицу маску безразличия, как учил её учитель, чтобы по её лицу враги не читали её намерения. Она не знала, но Минхо и не смотрел ей в лицо. Он гипнотизировал взглядом её шею. Длинная пауза смутила Суа. Но стоило Минхо сделать шаг вперёд, как девушка с полной готовностью поправила кинжал, и он концом упёрся прямо в грудь мужчины. Тишина, только шелест ветра. Суа стащила с глаз повязку. Ещё несколько мгновений Минхо смотрел на девичью шею, а потом медленно поднял взгляд. Почему-то Суа почувствовала что-то странное: будто ноги стали ватными, а на затылке сбежались мурашки – ей показалось, что она смогла «прочитать» Минхо. Но то, что, как ей казалось, она уловила, было тем, что заставило её сердце биться чаще. В это сложно было поверить.

– На сегодня всё. Думаю, теперь ты можешь поговорить с Суюном.

– О чём?

– Узнаешь у него сама.

За это время Суа неплохо изучила Минхо. Хотя со стороны никто бы и не подумал, но сейчас мужчина был чем-то взволнован. Это выражалось в его внимательном взгляде? Или об этом сказало его горло, с усилием проглотившее слюну? Или дело было в паузе, прежде чем Минхо сделал ещё шаг к Суа? Его рука остановилась очень близко от лица девушки. Суа почувствовала горьковатый аромат его кожи.

«Его рука такая горячая…» – пронеслось в мыслях.

Минхо коснулся шеи девушки лишь через повязку, но это вызвало новые мурашки по всему телу.

– Прежде чем идти к Суюну, – почти шёпотом сказал Минхо, – зайди к Бо Нгаи.

– Хорошо, – ответила Суа, и Минхо закрыл ранку повязкой.

У-у-у, Минхо, так ты волнуешься за меня? В смысле за Суа. Слава богу, а то я боялась, что скрипты уже сломались. Наконец-то романтические сцены с тобой!

Первым заданием Суа оказалось выяснить о божественных силах чуть больше. Главы орденов Феникса и Черепахи часто переписывались, даже, вероятно, были друзьями. Если и был в этом мире кто-то, кто знал о возможностях божественной силы, то вряд ли этот кто-то знал больше Главы Ха Сангхуна. Соответственно, надо было попасть в дом Черепахи и либо поговорить с Главой о последнем Главе Фениксов, либо найти старые записи самостоятельно. Конечно, Суа не могли отправить одну. Но её спутником, чтобы помочь в случае чего, и чтобы одинокая девушка-путешественница не вызывала лишних подозрений, назначили проворного паренька с рыжеватыми волосами по имени Минхёк. Суа в глубине души была опечалена, что это не Минхо, но Суюн обмолвился, что Минхо не смог сопровождать Суа, так как был занят сейчас другим важным заданием. Суа слабо верила в эту отговорку. Скорее всего Минхо не захотел «брать лишнюю ответственность». В последнее время между ними витало какое-то напряжение.

«Похоже, я ещё зла на него…» – усмехнулась в мыслях Суа.

Ой, да не волнуйся! Если Минхо нас проворонит, то это его проблемы. В конце концов, мы ещё не всех кандидатов встретили. Не могли же разработчики лишить своих «уважаемых игроков» права выбора?

Но Суа была рада, что из всех с ней отправили именно Минхёка. С ним ей было комфортнее всех. Возможно, это потому, что они были одного возраста, но с Минхёком Суа быстро нашла общий язык. Пусть они были знакомы около месяца, они быстро стали так близки, словно были друзьями детства.

– Похоже, Глава тебе наконец-то доверяет, – улыбаясь во все щёки, произнёс Минхёк.

– Ага, настолько, что даже провёл другой дорогой и с закрытыми глазами, – ответила в том же тоне Суа.

– Зато это самый быстрый способ спуститься с горы! И ловушки обходить не надо!

Шли лесом. Если без приключений, то добраться до места назначения должны были через два-три дня. Несмотря на походные условия, Суа радовалась – наконец-то передышка от бешеных тренировок.

– А Минхо давно ушёл? – без застенчивости спросила Суа.

– Не знаю. Вчера или ночью. А что? Жалеешь, что не успела с ним… кх-кх, попрощаться?

Минхёк ни разу не был тактичным человеком, хотя, похоже, что с некоторых пор он стал лучше следить за языком.

«Интересно, почему», – подумала Суа.

– Это, конечно, не моё дело, но ты бы с ним поосторожнее. Он тебя заживо проглотит, если будешь к нему лезть. Ты же знаешь, он у нас такой, что от слова «совсем» не соблюдает общественную этику. Хотя… оно понятно, он был рождён сыном Главы Сон и, конечно же, с малолетства жил как «Змея», противостоящая другим орденам. Так что ему и не положено быть кунджа, праведность ему неведома. Кванджанним может быть странным, что с него возьмёшь! Но ты ведь девушка. Боюсь, Минхо лишь разобьёт тебе сердце. Как друг переживаю, Суа.

Суа, шагавшая чуть позади, разбежалась и с силой повисла на шее Минхёка. Тот склонился и застонал, когда девушка беспощадно начала трепать его волосы.

– Ай! Ой! Прекрати! Благородная девушка не может себя так вести!

– А мы простолюдины, забыл что ли, братец?

– !

Суа резко отпустила Минхёка, а тот в свою очередь важно насупился, заметив издалека приближающихся людей. Одеты они были в хорошую одежду. У некоторых были мечи, у других – руки в бинтах.

«Светлые ордены!» – подумали одновременно Минхёк с Суа и переглянулись.

Девушка и паренёк, одетые в бесцветные тряпицы санминов, смиренно двинулись навстречу благородным господам. Вперёд выступил один с бинтами на руках и оценивающе оглядел людей перед собой. Суа не вмешивалась, пока Минхёк беседовал с аристократами, лишь исполняла этикет. Липовые документы исполнили свою роль, и в мыслях Суа похвалила Суюна, сумевшего сделать их такими, что даже маги не отличили подделку. Минхёк казался услужливым юношей, но Суа заметила, как он осторожно контролировал положение своей руки, чтобы она всегда была недалеко от складки одежды, в которой хранилось оружие. Вдруг взглядом Суа встретилась с одним из воинов. Она поспешно прикрыла лицо краем ссукэчхимы, но незнакомец продолжал сверлить её исподлобья. Это было как минимум невежливо, и девушка почувствовала неладное. Но не успела она подать сигнал Минхёку, как послышался скрежет металла, вынимаемого из ножен.

– Ну вот, влипли! – заныл Минхёк, отскакивая назад. – Бедовая ты женщина.

– Сам ты бедовый!

– Ну-ка покажи, чему научилась. Удираем!

Минхёк бросил дымовую бомбу, чтобы выиграть время. Суа возмущалась, что приходится так постыдно убегать, но, с другой стороны, это лучше, чем погибнуть в неравном бою. Но вдруг, будто прямо с деревьев, посыпались ещё воины. Суа уже сразу определила, что это не люди. Трое. Но сзади подбежали ещё трое из предыдущих парней.

«Да уж… бедовая!» – подумала Суа, а вслух произнесла:

– Это квищин!

Минхёк брезгливо сморщил нос и кивнул. На случай столкновения с призраками у него была парочка магических фокусов от Суюна. Суа сжала в руке рукоять своего кинжала. Она по привычке словно слышала ускоряющийся ритм барабанов, которому вторило её сердце. Глубокий вздох, чтобы не довести до потери контроля. Смотреть врагу в глаза. Вот только глаз было несколько. И всё же никто не думал, что слабая женщина из санминов даст достойный отпор, поэтому большая часть воинов нацелилась на Минхёка. Суа надо было лишь воспользоваться эффектом неожиданности, пока у неё ещё было это преимущество. Сосредоточилась на одном. Сначала уменьшить количество. Она увернулась от хвандо.

«Быстрее!» – прозвучал в голове строгий голос Минхо.

Развернулась и со всей силы ударила в шею. Брызнула кровь, но девушка успела отскочить, чтобы не запачкаться. Сразу подлетела к другому. Пока он заносил хвандо, пробила в живот. Жажда жизни и тренировки делали её движения достаточно быстрыми и точными, но всё же не для толпы врагов. На неё кинулся один из призраков. Он был сильнее и быстрее обычных воинов и к тому же становился лишь опаснее, пожирая энергию живых. Юбка предательски путалась в ногах, хотя Минхо заставлял раньше тренироваться в одеждах потяжелее. Суа казалось, что она крутится юлой, и всё же сталь кусалась больно. Это были лишь порезы, но, как уже знала Суа, через них призракам было ещё проще вытягивать жизненную силу. И тогда она почувствовала безмерную усталость. Девушка теряла контроль. Если божественная сила прорвётся, она ослепнет, а без зрения сражаться тяжелее. Нужно было оттянуть этот момент и каким-то способом уменьшить количество врагов. Бежать! Найти место, и там уже дать отпор тем, кто будет преследовать. Надо было предупредить Минхёка. Суа в пылу боя оттеснили далеко.

– Минхёк! – крикнула девушка.

И вдруг сердце словно окаменело. Минхёк лежал у дерева, в то время как его враги потеряли к нему всякий интерес. Минхёк, который был самым юрким и выносливым! Минхёк, которого считали юной версией Минхо! Тут же мир исказился. Энергия Минхёка была бледно-розовой, выходя из его тела.

«Он мёртв» – ясно осознала Суа.

Что? Нет! Это сюжетная смерть?!

Вокруг оставались лишь трупы и ходячие трупы. Видя их пугающие физиономии и чувствуя мерзкие энергетические дыры, Суа больше не могла себя контролировать. Всё в ней охватывал гнев. Она хотела покромсать на мелкие кусочки каждого, кто поднял руку на такого хорошенького и жизнерадостного паренька, как Минхёк. Тела раскромсать, а души отправить гореть в геенне огненной. Время будто замедлилось. Суа ясно осознавала, что находится на волосок от гибели, но если даст сейчас своим силам выход… Чем всё закончится? Паника охватила девушку, но она блокировала удар одного из врагов.

«Бежать?».

Она развернулась, чтобы бежать, и чуть не столкнулась с другим незнакомцем. У него были очень мягкие черты лица, а одежда – крылья.

«Ещё один?» – в ужасе подумала Суа.

Незнакомец был янбаном из «светлых» орденов, а значит, враг. И он преграждал путь отступления. Суа уже направила острие кинжала ему в бок, как вдруг мужчина отскочил и парировал удар одного из квищин.

О да, ещё один!

«Этот меч…?» – подумала Суа.

Суа чувствовала от него удивительно чистую приятную энергию. Девушка присмотрелась. Меч светился словно луч солнца, но видно это было только «особенным взглядом» Суа. Тем временем незнакомец ранил этим мечом одного из призраков, и тот тут же лопнул, оставив чужое тело под ногами незнакомца. Два оставшихся квищина одновременно бросились на воина.

– Отойдите, госпожа! – крикнул незнакомец Суа.

Битва была настолько скоростной, что с трудом Суа успевала следить за происходящим. Вдруг один из квищин использовал приём, которому учили только в ордене Змеи. Он словно вырос из-под земли за спиной незнакомца и, прежде чем тот успел увернуться, всадил ему кинжал между рёбер. У Суа перехватило дыхание. Она разрывалась между желанием сбежать, пока её никто не замечает, и помочь небезразличному незнакомцу. Будто неведомая сила толкнула её вперёд, и Суа влилась в бой.

Система: «Незнакомец впечатлён вашей храбростью».

Мужчина по-прежнему мастерски сражался, что Суа даже подумала, не привиделось ли ей то ранение или, быть может, оно было не таким уж серьёзным. Но даже из-за незначительной раны человек терял энергию. И движения незнакомца стали медленными и размазанными. Суа тоже была не в лучшей форме, но она смогла взять на себя одного из квищин. И пока она его отвлекала, мужчина разделался со своим соперником, а с последним двоим удалось расправиться в считаные секунды. Наконец, бой кончился. Суа глубоко вздыхала. Руки тряслись. Это был её первый настоящий бой. Она снова была на грани, едва не умерла. Она снова лишилась друга. И приобрела?

– Вы целы, госпожа? – прозвучал голос незнакомца.

Голос был шелковистый, приятный. Но вдруг незнакомец рухнул на колени.

– Вы ранены! – воскликнула Суа.

Она боялась, что незнакомец сейчас умрёт на её глазах.

– Пожалуйста, принесите сумку с лошади, – голос незнакомца был почти спокойным, но Суа различила в нём болезненные похрипывания.

А этот товарищ у нас истинный аристократ, да? «Пожалуйста» говорит при ранении.

Суа бросилась к лошади, на которую указал незнакомец, и стащила сумку. Она вернулась с тяжёлым багажом как могла скоро, но мужчина уже валялся на земле без сознания. Суа резко наклонилась к нему, автоматически изменив видение: фигура мужчины была красно-золотой, но энергия шустро вылетала через ранение в боку.

«Он умрёт!» – подумала Суа, но вдруг на руках вспыхнула уже знакомая энергия небесно-голубого цвета.

Ниточками эта энергия будто тянулась к месту выхода живой энергии незнакомца и запечатывала её. Суа интуитивно направила руки к ране на боку незнакомца. Холодок пробежал по всему телу девушки, но она заметила, что красно-золотистая энергия перестала покидать тело незнакомца. И вдруг наступила темнота. Суа отстранилась.

«Ого, божественные силы и на такое способны?» – подумала она.

Система: «Вы спасли незнакомца. Он этого не забудет».

Девушка чувствовала себя совершенно истощённой, но с облегчением услышала ровное дыхание мужчины. Смысла спешить не было. Всё равно зрение утеряно, а ноги не слушаются. Суа хотела привести своё состояние в порядок и устроилась в удобную позу для медитации, но скоро незнакомец подал голос:

– Меня Донхён зовут. Ким Донхён. За помощь благодарю.

Суа не двигалась. Она не видела, чтобы быть уверенной, кто перед ней: друг или враг. К тому же его слова были неоднозначны. Он благодарил её за помощь в бою или он знает о её божественных силах? Если второе, то он, скорее всего, враг, и от него придётся избавиться. Суа хотела назваться фальшивым именем, но Донхён перебил её:

– Я знаю, кто Вы. Видел на постоялом дворе выступление. Но не бойтесь. Я не причиню вреда, клянусь. Я искал Вас, потому что уже давно расследую причастность дома Дракона к появлению квищин. И, мне кажется, Вы можете мне помочь.

Глава 6

К сумеркам разбили лагерь, и Донхён усадил Суа на что-то мягкое возле костра. Как раз к ужину зрение вернулось, и Суа смогла в спокойной обстановке рассмотреть мужчину. Он был одет в шёлковый ханбок с золотистыми рукавами чогори, а турумаги был дополнен вышитыми бледно-розовыми бутонами. Волосы были пшеничного цвета, убранные в изящный сангту, видный за сеткой шляпы-кат. Бусы ката были из полудрагоценных камней. Уже по одежде было ясно, что мужчина этот имел высокий статус. Но своеобразной искоркой в столь классическом благородном образе янбана был маленький чёрный камешек в ухе.

А всё-таки пирсинг в этом мире популярен или художник-фетишист?

Черты лица Донхёна были мягкие, почти как у ребёнка. Если бы Суа не видела, как умело он машет мечом… нет, она бы ни за что не подумала, что человек перед ней – искусный воин, а значит, из ордена Тигра. Когда взгляды пересеклись, Донхён улыбнулся.

Какой же пусик!

Суа тут же смутилась и скосила взгляд на меч, что лежал у ног мужчины. Даже сейчас она чувствовала его светлую энергию. Суа всё ещё не доверяла Донхёну, но за время их знакомства решила, что это человек с благородной душой. Он вызвался проводить её до дома Черепахи, куда она изначально направлялась. И даже предложил воспользоваться его лошадью. Так скрыть проблемы со зрением было проще. В конце концов, нелепые движения было проще оправдать неумением ездить верхом. Но Донхён был действительно благородным янбаном, чтящим пять постоянств праведного человека, и Минхёку он организовал что-то вроде похорон. И всё же почему-то он не задавался вопросом, как у него вылечилась рана на боку. Поскольку он медлил, Суа понадеялась, что Донхён списал всё на удачу и не доверился собственным ощущениям и воспоминаниям. Но это было слабым утешением, поскольку от небольшой царапины, оставшейся после «лечения» Суа, не могло натечь столько крови, замарав одежду. И раз мужчина ещё ничего не спросил и не сказал, это настораживало. Суа желала как можно скорее избавиться от общества хоть и приятного, но подозрительного янбана.

– Я не очень хорошо готовлю, – признался Донхён с неловкой улыбкой, и только теперь Суа заметила, что так и не притронулась к какой-то похлёбке, – но это съедобно. Вам стоит восстановить силы.

Если кому и надо восстановить силы, милаш, то это тебе. Суа всю дорогу на твоём коне ехала, а ты вот пешком тащился.

Появились варианты диалога. Больше всего меня сейчас интересовал чудесный меч. Смогу ли я им завладеть?

– Так что это за меч такой? – поинтересовалась Суа, отхлебнув из своей чашки.

– О, это действительно уникальный меч. До недавнего времени он хранился в главном храме в ордене Тигра. Но до этого, говорят, был напитан божественной силой Фениксов для использования в ритуалах. Это было давно. Сейчас же это особенное сокровище в ордене Тигра.

Мало того, что этот саинчамсагом не выглядел как обычный церемониальный меч, скорее как самый настоящий и опасный клинок, так ещё и был сокровищем. Кем был в таком случае Донхён, что ему позволили забрать этот меч и использовать как обычное оружие в бою? Суа поджала губы.

– Так Вы расследуете связь дома Дракона и квищин?

– Не только. Квищин – это лишь симптом. Дело в самом использовании чёрной магии.

О, так эта головушка не только красива, но и умна!

Донхён взглянул на объявление, добытое у убитых им воинов «светлых» орденов, бросил взгляд на Суа, вдруг скомкал бумагу и кинул в костёр. Там было написано, что Суа является убийцей из фракции Змеи, а всех Змей было принято отлавливать живыми или мёртвыми. Но, похоже, Донхён не поверил в это объявление.

– Вам стоит быть осторожной, – проронил мужчина. – Ваше имя запятнано, и намеренно. Уверен, это всё дело рук Драконов.

Суа была несколько удивлена словами Донхёна. Почему он сразу подумал на орден магов? Конечно, это логично, но разве не стоило бы подозревать и орден Змеи? Уж кто-кто, а по мнению большинства, именно этот дом творил всё зло, которое только существовало. И маги там были, причём неплохие – тот же Суюн.

– Вы слышали о пропаже людей? – это было просто уточнение со стороны Донхёна, но Суа кивнула. – Кажется, что между пропавшими нет связи, но для многих она есть. Потенциально многие из них могли нести в себе божественную силу. Прямо как Вы, госпожа.

Это было шокирующее признание, и сердце Суа заколотилось. Мало того, что Донхён знал, какими способностями она владеет, он ещё и объяснил, почему Суа оказалась в таком положении. На неё велась охота! Нет, не на неё. На всех, кто потенциально мог родиться с божественными силами. Суюн был прав. Если дом Феникса и искоренили, то божественную силу контролировать так просто не получится – она бессмертна. Были ещё такие, как Суа! Возможно, в тот день на постоялом дворе Ли Бором действительно собирался привести Суа к Главе. Значит ли это…?

– Кого Вы подозреваете? – спросила вкрадчиво девушка, но ответ Донхёна подтвердил её мысли.

– Главу Драконов.

«Это смелое заявление!» – подумала девушка.

– А доказательства?

– Пока они слишком несущественны, чтобы я мог выступить против Главы Драконов, но с вашей помощью и помощью моего информатора из ордена Дракона я смогу открыть истину.

Все улики были косвенными, но указывали именно туда – на верхушку ордена магов. Чёрная магия, всё большее распространение квищин и спокойствие «светлых» орденов. Возможность прикрывать преступления, уничтожение Фениксов, охота на божественные силы и, наконец, помощник правой руки Главы был одним из квищин. Суа чувствовала себя пойманной в паутину. Если у неё были надежды вернуть себе имя и свою прошлую жизнь, то об этих мечтах теперь точно можно было забыть. Суа взглянула на милое лицо Донхёна, и новая волна осознания захлестнула её. За этой нежной наружностью скрывался хитрый воин. Он сказал, что видел Суа на постоялом дворе. Вероятно, он догадался о том, что тогда произошло на самом деле, если следил за Ли Боромом. Для него Суа стала ценным свидетелем, а также приманкой.

«По крайней мере, он заинтересован в том, чтобы сохранить мне жизнь» – подумала девушка.

Видимо, мучительные размышления отразились на лице Суа, так как Донхён произнёс:

– Жаль, что наша встреча произошла при таких обстоятельствах, но я действительно прошу Вашей помощи. Вы можете мне отказать, но боюсь, сейчас вернуться к спокойной жизни не получится.

Он говорил в точности то, о чём думала Суа. Вариант сбежать и спрятаться в ордене Змеи всё ещё существовал, но Суа было бы стыдно так себя повести. Клубок событий завязывался всё туже, и она была в центре всего этого. Оставалось только принять этот удар судьбы.

Конечно, принять, иначе никакой игры бы не было!

– Тогда у меня к Вам есть ещё вопрос…

– Задавайте.

– В ордене Тигра… восемнадцать лет назад была ли там девушка, которая дружила с Главой Ли Дэхёном, а потом исчезла?

Донхён сузил глаза и внимательно посмотрел на Суа. Но его размышления не затянулись, и мужчина произнёс:

– Вам повезло. Немногие могут ответить на Ваш вопрос. Госпожа А Йонг – так звали женщину из ордена Тигра, которая дружила с Главой Ли Дэхёном – но она была изгнана из ордена. Говорят, она что-то украла у Главы Драконов. И случилось это в тот день, когда был истреблён дом Феникса. Что случилось после? Что ж, о ней никто не слышал.

– Она умерла, – тихо проронила Суа.

Мысли нахлынули, требуя осознания. Всё началось давно с чёрной магии. Затем – пророчество Главы Ли Дэхёна о божественной каре. Испугавшись, Глава Драконов посылает уничтожить орден Фениксов. В это же время подруга Дэхёна – А Йонг из дома Тигра – крадёт нечто у Главы Драконов. Если, конечно, это не ложные слухи. Затем А Йонг сбегает к Змеям, но погибает вместе с предыдущим Главой Сон в битве с квищин. Что она украла? Какой-то важный магический артефакт? Если так, быть может, он хранится в ордене Змеи? Но почему Суюн или Минхо ничего не сказали? Тогда был потерян?

На следующий день, когда уже почти добрались до города, в котором проживал Глава Черепах, господин Ха Сангхун, неожиданно пошёл ливень, и путникам пришлось укрыться в попавшейся на глаза старой беседке. Суа всё ещё не отпускали думы о том, в какой клубок головоломки восемнадцатилетней давности она попала. Донхён говорил реже, давая девушке возможность разобраться с мыслями. И если она задавала вопрос, он вежливо отвечал и при необходимости разъяснял.

– Вы точно не знаете, что, по слухам, украла госпожа А Йонг у Главы Драконов?

Суа задавала этот вопрос уже третий раз, но Донхён ответил всё тем же спокойным тоном, что и в предыдущие разы.

– Нет. Глава Драконов не распространялась о том, что эта была за вещь. Но это не похоже на ложное обвинение. Что-то действительно пропало. И Глава Ки Монкут долгое время разыскивала это.

Суа взглянула на миловидное лицо Донхёна и прищурилась: «Кто он такой?». Почему он знал столь многое? Она уже набралась смелости, чтобы прямо спросить своего спутника под предлогом, что она должна понимать, кому доверяется, но её отвлекло появление ещё двух невезучих путников, попавших под ливень. Это были госпожа и слуга. Девушка была молодой и красивой. И, судя по косе, незамужней. Она прикрывалась атласным чанот, но всё равно промокла. В некоторых местах на жёлто-зелёной тани, какую носили девушки-янбаны, и на чхиме виднелись пятна. Слуга, нёсший две корзины трав, промок до нитки.

– Говорил же, агасси! Надо было зонтик взять! – донеслось стенание слуги.

– Скорее сюда, – ответил нежный голос из-под чанот.

Добежав до беседки, девушка кротко поклонилась, а Донхён галантно подвинулся, впуская госпожу под крышу. Слуга тоже пробрался за своей госпожой, предварительно низко поклонившись Донхёну. На Суа он бросил оценивающий взгляд, который можно было бы считать дерзким, но Суа была в простой одежде, так что, вероятно, слуга принял её в лучшем случае за слугу Донхёна.

– Агасси, вы не замёрзли? – слуга тут же бросился с заботой к своей госпоже.

– Всё в порядке, – тихо ответила девушка.

– Погода сейчас опасная, можно поскользнуться на грязи, – вдруг произнёс Донхён. – Вам не стоит заходить далеко в лес, госпожа Ха Чон.

«Они знакомы?».

Голос Донхёна и его улыбка, как и раньше, были мягкими и сладкими, словно варенье. Только варенье это было явно с косточками. Суа уловила, как из-под чанота сверкнул злой взгляд незнакомки. Но когда она открыла лицо, Суа удивилась: круглое и нежное лицо с невероятно красивыми глазами и пушистыми ресницами. Эта девушка была великолепна.

– Как вы узнали меня, господин Ким Донхён?

– Это нетрудно, госпожа.

Диалог казался вежливым, но Суа улавливала тонкие нотки недовольства с обеих сторон.

Они знакомы, но не ладят? Что за история была между этими двумя? Пахнет чем-то интересненьким!

– Вы так хорошо воспитаны, господин Ким, но до сих пор так и не представили нас с вашей спутницей друг другу.

Когда Ха Чон напрямую взглянула на Суа, та вздрогнула от пробежавших по спине мурашек.

Разве законно быть настолько красивой?! А-а-а! Художник был явно влюблён в этого персонажа – столько труда приложил, чтобы изобразить эту красоту… Минхо, твоё положение в опасной ситуации! Ты должен мне кучу романтических сцен, любимый, иначе я за себя не ручаюсь.

Когда дождь закончился, все четверо добрались до города. В дороге в основном молчали, или разговоры были настолько аккуратными, что даже бессмысленными. Суа присматривалась к Чон. Она определённо почувствовала отношение Донхёна к этой девушке, но взять его мнение за основу было бы неправильно по отношению к столь прекрасному юному очарованию. Суа не хотела быть предубеждённой. Но встреча с Ха Чон была к удаче. Они ещё не сопроводили Чон к её дому, как вдруг навстречу выбежал старичок и принялся отчитывать Чон. Встреча с Главой Черепах произошла намного раньше и более неожиданно, чем думала Суа. Чон оказалась внучкой самого Сангхуна. О таких совпадениях и говорят: «Надо же, пошёл в город, а там ярмарка».

– Снова сбежать хотела?

О, так на самом деле Чон – бунтарка?! Мне нравится!

– Дедушка! – прошептала Ха Чон, взглядом указав на Донхёна и Суа. – Да и не сбегала я. Просто в лес вышла за травами. Что в этом такого?

– У-у, смотри мне! Позже поговорим. Донхён, рад тебя снова видеть!

Тон старика резко сменился на любезный и приветливый. Удивительно, но в этом старике было так много жизни, что, казалось, сними он седой парик и бороду, и там окажется мужчина средних лет. Взгляд Главы Сангхуна тоже был ярким и несколько хитрым, особенно если он улыбался. Суа не ожидала, что Глава окажется таким. Она припомнила Бо Нгаи. Но у того старика была совсем другая аура – более холодная и мрачная. Он был отстранённым целителем, который скрывал много тайн. Этот же дедушка казался очень тёплым и принимающим. Перебросившись парой фраз, описывающих дорогу к этому моменту, Донхён представил Суа. Поделиться своей историей Глава Сангхун пригласил уже в доме, больше напоминавшем медицинскую академию.

Суа начала рассказ скудными описаниями, но, видя внимание и сопереживание в глазах Главы Сангхуна, она стала более открытой и эмоциональной. Под конец рассказа старик нахмурился, но его последующие слова были полны горечи:

– Так вот оно как… Даже Дэхён не смог бы такого предвидеть. А ведь я помню их четверых ещё детишками. Сердце радовалось при взгляде на них. Они были словно перевоплощение самих Основателей.

– Вы говорите о… – уточнил Донхён.

– Их было четверо: Ки Монкут – нынешняя Глава Драконов, А Йонг – храбрая воительница из ордена Тигра, Ли Дэхён – последний Глава Фениксов и Ким Джинхо – юный лекарь со слабым здоровьем.

– Они дружили?

– Да, кто-то с детства, как Монкут и Йонг. С остальными они познакомились в подростковом возрасте. Возможно, всё началось именно тогда. Однажды Джинхо чуть не умер. Конечно, все, кто проходил такой пограничный опыт, меняются, но Джинхо с тех пор поменялся слишком радикально. Он стал мрачнее, меньше внимания уделял друзьям, стал больше заниматься, но сомнительными вещами. Не раз заставал сорванца за изучением ядов! Джинхо стал одержим знанием. Стремление к знаниям – это прекрасно, но постижение ли связано с гармонией. В конце концов, Джинхо добился высот, но тогда я переживал за этого юношу. Йонг первая познакомилась с Дэхёном. Он ей нравился, хотя она никогда бы не призналась. Но Дэхён был… бесспорно талантливым и мудрым, однако, оторванным от жизни. Они с Йонг были настолько разными, что их можно было назвать противоположностями. Тем не менее, они были вместе до самого конца.

Старца потянуло на воспоминания, но Донхён постарался вернуть его к основной теме разговора своим вопросом:

– Так нынешняя Глава Драконов дружила с Главой Фениксов?

Суа знала уже, что мужчина подозревал Главу магов в чёрной магии и распространении квищин, поэтому этот вопрос для неё звучал несколько иначе, чем для Главы Сангхуна.

– Монкут была очень милой девочкой. Целеустремлённая и чуткая, она почти всегда поступала идеально, но когда у неё были сомнения, она была готова спросить совета или услышать критику своих идей. Она была прирождённым лидером. Кто бы знал, что однажды четвёрка друзей расколется. Джинхо и Монкут нашли больше общего друг в друге, чем с остальными, и отдалились.

– Чёрная магия?

Мысли Суа озвучил Донхён, и Сангхун едва заметно кивнул.

– Впрочем, тогда все считали, что у Монкут проблемы со здоровьем, но единственным, кому она доверила это дело, был Джинхо. А потом Дэхён предрёк, что на Сэге обрушится божественная кара. Это пророчество послужило окончательным расколом для бывших друзей.

– Глава, – взяла слово Суа, – говорят, госпожа А Йонг украла что-то у Главы Ки. Это так?

– Украла?

Сангхун посмотрел на Суа новым взглядом, будто впервые увидел девушку, а потом вдруг пробормотал:

– То, что украла Йонг у Монкут – никто не должен был об этом знать. Пророчество Дэхёна было о его собственном ребёнке.

– У Главы был ребёнок? – удивился Донхён.

– Я знал об этом, потому что он сказал мне. Его дитя послужило причиной того, что он увидел то пагубное пророчество.

– Дитя? – повторил, глядя куда-то в пол, Донхён.

Сначала взгляд Сангхуна, а затем и взгляд Донхёна устремились на Суа, и девушка едва не выронила из рук пиалу чая.

Ну, естественно! Можно было с самого начала догадаться, что главная героиня не просто какой-то там носитель божественной силы, а дочь самого Главы Фениксов! А талант к фехтованию – это от матери. Получается, Ли Суа – дочь Ли Дэхёна и А Йонг!

Глава 7

– В… вы уверены? – запнулась Суа.

– Ты похожа на Дэхёна.

Заметив замешательство в глазах Суа, Сангхун взял её руки в свои и мягко улыбнулся.

– Это же лучше, чем не знать, кто твои родители.

От рук старца будто исходило лечебное тепло. От его последующего предложения Суа не смогла сдержать слёз:

– К сожалению, я не знаю о А Йонг. Но хочешь увидеться с отцом?

Как заверил Глава Сангхун, место он выбрал в соответствии с пунгсу-иржи, так что дух Дэхёна должен был спокойно отправиться в загробную жизнь. Действительно, могильный курган последнего Главы дома Феникса окружали спереди река, слева – гора, за которой находился орден Тигра, справа – гора по направлению к дому Дракона, и, наконец, холм позади символизировал удачливую черепаху. В качестве угощений дедуля подготовил холодные закуски. Здесь была небольшая площадка для обрядов. Суа, ни разу не справлявшая ни похороны, ни поминки, с неуверенностью оглянулась на Главу Сангхуна. Старичок закивал головой и подтолкнул девушку на площадку. Поклоны духу Земли. Как только девушка закончила, Глава Сангхун протянул ей бутыль соджу, ложку и палочки. Сам он, что-то бормоча, прошёл к поминальному столу и поставил чашу с водой, в которой размешал три порции риса – одна для души покойного, другая для духа Земли, третья для духа Неба – и рисовые лепёшки. Любимое блюдо Дэхёна оказалось ттокпокки. Глава Сангхун со светлой тоской припоминал, как ещё с детства любил это блюдо мудрый и сдержанный мужчина и как он отказывал себе в удовольствии, считая, что должен научиться обуздывать желания.

– Хо-хо, такой был утончённый и высокодуховный человек и так любил простую уличную еду, да ещё со столь специфичным вкусом. Остро-сладкий, хо-хо, да уж…

Хотя это и нарушало порядок поминок, Глава Сангхун первым пошёл на поклон, демонстрируя заодно Суа, что и как надо делать. Налил спиртное в рюмку тремя порциями, потом обвёл рюмкой стол три раза и поставил ближе к могиле. Несмотря на возраст, Глава Сангхун оказался достаточно гибким и проворным, чтобы совершить три глубоких поклона. Затем он вылил спиртное из своей рюмки на могилу, и настал черёд Суа. Когда и Суа проделала весь этот ритуал, Глава Сангхун подозвал её, и они вместе опустились на колени на минуту молчания, в которую, как считалось, душа покойного вместе с другими духами пробует пищу, расставленную на площадке.

– Ну же, теперь поёшь вместе с отцом, – произнёс старик, глядя на Суа влажными глазами.

Робко приблизившись, Суа взяла с поминального стола палочку ттокпокки. Хотя кусок в горло не лез, она покорно соблюдала ритуал, мысленно обращаясь к отцу. Она представляла, каким он мог бы быть, в какой одежде ходил, как вёл себя за столом, как бы отнёсся к дочери, которая никогда не приходила к нему и даже не знала о его существовании. Сангхун, отведав блюд, не постеснялся разговаривать с духом Дэхёна вслух. Но говорить ему было не так-то просто – задорный тон скатывался в хрипы, выдавая сожаления и печаль старика. Да и Суа было непросто слушать. В конце совершили ещё совместный поклон и вернулись в дом Главы. Но, как оказалось, на этом всё не закончилось. На кухне приготовили еду без муки, перца и чеснока, ещё ттокпокки и другие блюда, которые любили, по заверениям старика, оба родителя Суа. Сегодня здесь тоже обустроили поминальный стол. Перед дощечками Ли Дэхёна и А Йонг сам Сангхун в определённом порядке установил кушанья по принципу: «красное – на востоке, а белое – на западе», «рыба – на востоке, а мясо – на западе». Зажёг благовонную свечу. И снова чаша со спиртным, поклоны… Но в этот раз присоединились и Чон с Донхёном. Стоящая перпендикулярно ложка в чаше с кашей, выход и вход в комнату, очередные поклоны и постоянные мысли о том, кого Суа даже не видела, были крайне непривычны для бывшей кисэн. Когда все приступили к общей трапезе, девушка находилась в смешанных чувствах, едва заставляя себя есть. Суа была благодарна дедуле Сангхуну, но почему-то эта благодарность была тяжёлой.

После расслабляющей ванны Суа почувствовала себя лучше, но мысли всё ещё не отпускали её. Это была горечь о преждевременной утрате, о тяжёлом наследии и туманном будущем. Девушка ворочалась в постели, а вместо сна перед глазами постоянно вставали глаза старика со слезами, как если бы он встретил собственную внучку; ошарашенный взгляд Донхёна, старающегося скрыть свои эмоции; насупившаяся Чон, не знающая, как правильно реагировать; могильный камень родителя, к которому Суа всё ещё не до конца знала, как относиться. Чувства душили. Суа оделась и вышла, надеясь, что прохладный воздух приведёт её в чувство. Девушка неспешно прогуливалась, размышляя о том, что она чувствует и как ей быть дальше, пока не заметила фигуру старца в беседке чончжа. Это действительно был Сангхун. На столе перед ним был кувшин с полупрозрачной жёлто-зелёной жидкостью. Суа подумала уже уйти и не мешать лекарю, но Глава Сангхун, будто почувствовав взгляд девушки, обернулся, улыбнулся и жестом подозвал к себе. Суа села напротив, по привычке оценив обстановку. Щёки старика порозовели. Взгляд был затуманенный. Глава много вздыхал.

«Пьян. Перебрал чходжу. Он почти всю бутыль выпил в одиночку», – подумала девушка, в мыслях жалея старца.

Не ей одной в эту ночь было тяжело. Быть может, ей было легче, так как она никогда не знала своих родителей и не испытывала к ним настоящей привязанности. В те редкие дни, когда Суа задумывалась о том, кто она и где её родители, она думала, что мать бросила её в лесу на смерть, но её нашёл управляющий театром. Теперь же она знала, что обоих её родителей постигла печальная судьба, но это ничего не меняло. Лишь то, что Суа твёрже вознамерилась развить свои божественные силы и противостоять той, кто уже давно сеяла хаос в Сэге. Ибо лягушка не помнит, что была головастиком.

– Внешность тебе досталась от отца, но, могу поспорить, дух у тебя крепкий, как у твоей матери, – хихикал старик. – Вино не предлагаю, но могу заварить успокаивающие травы.

– Всё в порядке, благодарю.

Старик поджал губы и посмотрел вверх. На безучастном небе поблёскивали далёкие звёзды.

– Иногда я задаюсь вопросом, мог ли как-то повлиять на путь, уготованный нам свыше, и тогда в моём сердце сорняком разрастается сожаление. Но будь в моём распоряжении силы Дэхёна, как бы я поступил? Божественные силы – большая ответственность. Возможно, именно поэтому орден Феникса был настолько малочислен. Обладающий невероятной мощью и всё же такой хрупкий… Знал ли Дэхён, что будет, и если да, с какими намерениями он позволил этому случиться? Был ли этот выход лучшим или единственным? Это то, чего я никогда не буду знать. И всё же я был свидетелем всего, что произошло с твоими родителями, поэтому чувствую себя причастным. Мне небезразлична твоя судьба, Суа. Конечно, решать лишь тебе, что ты будешь делать, но я хочу, чтобы ты знала – у тебя есть дом здесь и дедушка, который сделает всё, чтобы ты прожила жизнь, какую сама захочешь.

Были ли это слова развязанного алкоголем языка или просто утешением, но Суа было приятно и радостно услышать их. За последнее время мир её переворачивался несколько раз, и она уже успела забыть об этой доброй и светлой стороне. Но жаловаться на свою пхальтя, возможно, было неправильно. Что если это был такой шанс «поменять свои восемь букв», изменить свою жизнь? В порыве чувств Суа взяла Главу Сангхуна за руку и сквозь слёзы улыбнулась. Лицо старика отразило её эмоции, и Суа с Сангхуном вместе рассмеялись. Где-то за углом что-то разбилось.

– Ух, наверное снова этот балбес что-то уронил, – всё ещё смеясь, пожаловался на слугу-парнишку Глава. – Пойду посмотрю, что за шум.

Старик неловко встал и покачнулся, Суа придержала его со словами:

– Я Вас провожу.

– Конечно, конечно, – снова рассмеялся лекарь, но вдруг сделал серьёзное лицо и пригрозил Суа пальцем. – Смотри, насчёт моих предыдущих слов… хоть я и пьян, но говорил серьёзно. Подумай.

– Хорошо.

– Обязательно подумай!

Из-за угла выскочил тот самый слуга, который сопровождал Чон. Но вид его был напуганным.

– Глава! Глава! Там.!

Не успел он договорить, как лицо мальчишки исказилось. Слуга замертво упал на землю, с туго вошедшим в спину ножом. Стрела рассекла воздух, и вдруг Глава Сангхун осел в руках Суа. Из темноты появился человек в чёрном.

– Дедушка! – завопила Чон и, уронив корзинку, бросилась к старику.

Путь ей преградил наёмный убийца. Он уже замахнулся кинжалом, но из ниоткуда появился Донхён и убил врага. Он выскочил «в одних тогах», то есть в спешке – вид его был неопрятен, можно было увидеть грудь и пресс.

– Держитесь за мной! – крикнул он.

– Дедушка?! – рыдала Чон, не слыша голос воина.

Суа на мгновение изменила своё видение. Но для Сангхуна уже было всё кончено. Стрела принесла ему мгновенную смерть. Донхён продолжал что-то кричать. Суа смогла взять себя в руки. Ей пришлось отрывать Чон от Главы, чтобы оттащить в безопасное место. Убийц оказалось немало. Воины в чёрном, закрывавшие свои лица платками, будто плодились самой темнотой.

«Это же не могут быть Змеи?!» – пронеслось в мыслях Суа.

– Проклятая фракция! – выругался Донхён.

Очевидно, янбан мыслил иначе. Но Суа отказывалась в это верить. Девушка подобрала кинжал одного из врагов. Стилем боя они действительно напоминали Змей. Но их было много, в то время как Змеи всё же действовали если не поодиночке, то малыми группами. К тому же среди Змей точно не могло быть квищин. Суа моментально изменила своё видение, чтобы удостовериться. Суа отреагировала на появление убийцы за спиной, даже не дав ему добраться до них с Чон. Благородная девушка визжала от страха и, склонившись в нелепой позе, пряталась за спиной Суа. Дом Черепахи был единственным орденом целителей. Воины тут если и были, то на отдыхе или раненые. К тому же никто в здравом уме не стал бы нападать на целителей, что нужны были всем и каждому. И хотя Глава Сангхун не говорил об этом, из-за того, что Суюн так легко отправил Суа к нему, было ясно, что орден этот был полезен даже Змеям. Тем не менее, это случилось. И не ожидавшие нападения воины не успели защитить Главу. Теперь надо было уходить. Если Суа с остальными и выживут в этой битве, то потом «светлые» ордена обвинят их ещё и в убийстве Главы Сангхуна. Какое бы положение ни занимал Донхён, его тоже не пощадят, раз он подозревал в чёрной магии Главу Драконов. И, наконец, Чон. Оставшаяся без попечения деда, что она будет делать? Она – свидетель. Оставить её тут не получится. Уходить надо как можно скорее.

«Какой бы ни была Ки Монкут в прошлом, сейчас она не остановится ни перед чем!» – злилась Суа, сравнивая Главу магов с алчным агви – вечно голодным монстром, у которого рот как игольное ушко, а живот размером с гору.

Только девушка коротко сказала Донхёну о своих намерениях покинуть орден, как издалека различила знакомые энергетические дыры. Пока те до них не добрались, они быстро ушли через тайный ход, который показала Чон. Путь, проложенный девушкой, чтобы незаметно улизнуть, пригодился как нельзя кстати. Встретилась всего парочка врагов-людей и один квищин, который был тут же сражён чудесным мечом Донхёна. Несмотря на суматоху, Суа упросила друзей подождать её, пока она оставляла тайный знак, как научил её Минхо. И вот выбрались в лес. До того, как их подберут Змеи, нужно было решить два важных вопроса: успокоить Чон и поменять настрой Донхёна по отношению к тем, кто станет их спасением.

Глава 8

Открыв глаза, Суа всё ещё была в таком состоянии, что не сразу поняла, где она. Это была комната не в доме Бо Нгаи. Тогда где? Девушка, пытаясь отдышаться после тревожного сна, приподнялась. Она лежала в чужой постели, заботливо укрытая одеялом. В недоумении и смущении Суа поднялась. Во сне девушка несколько раз умерла, и поэтому теперь суровая реальность давила лишь сильнее.

«Куда бы я ни пошла, я веду за собой смерть, – подумала Суа, и плечи её задрожали. – Это началось не сейчас. Много раньше. Мои отец и мать стали жертвами моего проклятия. Кто ещё должен умереть по моей вине?».

Суа закрыла лицо руками, но не заплакала. Она вдруг подумала о Минхо. Она находилась в его доме. Должно быть, уснула, пока ждала его возвращения.

«Неужели ему тоже суждено умереть на моих глазах?» – ужаснулась Суа.

Она поднялась, чтобы скорее покинуть чужой дом. В таком состоянии ей не стоило здесь оставаться. Но выйдя в главный зал тэчхон мару, Суа поняла, что в такое время находиться в доме мужчины ей вообще не стоило – на дворе была ночь.

Оу, а я что-то уже успела забыть, что это всё ещё романтический симулятор. А то везде СМЕРТЬ, БЕЗНАДЁЖНОСТЬ! Неужели… неужели нас ждёт долгожданная сцена???

Только девушка хотела выскользнуть из ханока, как заметила Минхо. Он стоял на веранде-тхвинмару, подпирая спиной столб. На улице шёл дождь, играя беспокойную симфонию, и мужчина, сложив руки на груди, смотрел, как с чхомы сливаются небесные струи и пенятся на земле. Хотя снаружи было шумно, а Суа старалась не проронить ни звука, Минхо обернулся. Не говоря ни слова, мужчина сделал несколько шагов внутрь дома, будто сканируя лицо девушки. От этого Суа стало ещё более неловко, и она отступила на шаг, с трудом соображая, что должна сказать в такой ситуации. Минхо в ответ на её действия остановился и дёрнул щекой. Затем он помотал головой, будто отвечая самому себе, и вдруг произнёс:

– Скажи мне… что я могу сделать, чтобы ты снова улыбалась?

Это нелепая и довольно расхожая фразочка, но когда это говоришь ты, мой неправильный «рыцарь ночи», да ещё с таким серьёзным лицом, это даже трогательно.

Этот вопрос застал Суа врасплох. Но следующее предложение было ещё более шокирующим:

– Останешься?

Точно неправильный! Но такой обаятельный!

Предложение наводило на смущающие мысли. Суа не могла ни о чём думать. Взглядом скользнула к губам мужчины. Сразу вспомнилось их тепло и смелость. Выбор между холодным мраком снаружи и теплотой внутри дома был очевидным.

– Но кто я для тебя? – бросила Суа, зная, что этим вопросом может сейчас всё разрушить.

– Та, за кого я хочу взять ответственность.

«Это признание?» – пробежало в мыслях Суа, согнав мурашки к животу.

Будто прочитав мысли Суа, Минхо хитро улыбнулся и протянул руку. Его ладонь коснулась щеки девушки. Он сделал шаг навстречу, а потом склонился к мягким женским губам, целуя их нежно, потом всё откровеннее и настойчивее. Суа задыхалась от столь непривычной близости, от страсти, от него… Конечно, сульса уже знал, что Суа сделала заказ Суюну на Главу Драконов. Конечно, он видел, что, когда буря чувств утихла, смелая девушка начала сомневаться в собственном решении. Путь, который Суа избрала, был тяжёлым и опасным. И он, и она это понимали. И пути назад уже не было.

Ленты откорым, как и весь узел мыслей, оказались ловко развязаны. Суа смотрела на Минхо так, словно испытывала жажду, которую мог утолить только он. И это не была игра, это были подлинные чувства. И жажда эта была глубже плотских потребностей.

– Скажешь мне остановиться, и я остановлюсь.

Суа не ожидала от Минхо такой чуткости. С одной стороны, это смущало. Хоть Суа уже было восемнадцать, и многие девушки в её возрасте уже были замужем, а она к тому же была кисэн, руководитель театра по-своему берёг её, заявляя, что она – «сокровище нации». Даже ведомство Сандэ-тогам подписало указ, запрещающий Суа вступать в связь с мужчинами, и готовилось повысить ранг кисэн. Это было до смерти жены руководителя, которая воспринимала Суа как дочь. После её смерти Суа мысленно готовилась, что её неприкосновенное положение может измениться, но в итоге Суа до сих пор не знала близости с мужчиной. Ткань чогори соскользнула с плеча, а затем и вовсе оказалась на полу. Прохладный ветерок коснулся ключиц, и Суа инстинктивно сжалась. Губы Минхо изогнулись в игривой усмешке, прежде чем прижаться к шее девушки. Ощутив влажное прикосновение, Суа почувствовала, как обмякли ноги, и тут же оказалась на руках мужчины. Он понёс её в спальню. Нет, Суа не думала его останавливать, несмотря на свой страх.

– Хорошо, что это ты, – пробубнила она вслух.

Каким образом обнажились даже мысли? Через слои чхимы Суа чувствовала горячие узкие ладони мужчины. Минхо улыбнулся так, словно читал её мысли. А, может, слухи не врали, и он действительно был способен как сульса угадывать мысли других. Взгляд мужчины, всегда дерзкий и острый, сейчас обжигал особенно. Но это был согревающий огонь, который сейчас не давал душе Суа замёрзнуть. А улыбка в тот момент была столь задорной, что заражала. Минхо наслаждался трепетом девушки в его руках.

«О боже! – подумала Суа. – Неужели саджанним был прав, когда сказал, что по моему лицу всё видно?».

– Я не твой враг. Нет нужды прятаться, – нежно произнёс мужчина.

С одной стороны, всё происходящее смущало. Но с другой стороны, Минхо дал Суа выбор. Это было проявлением уважения, но Суа в момент очередного поцелуя подумала, что всё равно не смогла бы ему отказать. Останови она его из-за собственного страха, и отношения между ними стали бы неловкими. Однако то был Минхо. Его не осуждали за его одиночество лишь потому, что он был невероятно силён и важен для всех Змей. Минхо не изменял себе, но склонял Суа на свою одинокую сторону. Его считали странным, ибо он сам выбирал исключение из общества. Как воспримут это окружающие, если или, вернее, когда узнают об их отношениях?

Никакого отказа! Мы так долго к этому шли! Посмотри – какой мужчина. Ах, если бы я встретила Минхо в реальности…

Нет, этому суждено было случиться однажды, так пусть это будет с тем, кого она… любит? Быть может, именно связь с ней станет надёжной нитью между Минхо и людьми. А что, если Суа не может остановить мужчину именно потому, что сама этого хочет? Какое завтра будет у них – Суа не знала, и это поставило точку в размышлениях. Для них с Минхо существовало только сейчас.

– Не думай. Будь со мной, – шелестел возле уха голос Минхо.

– Но всё так запутано.

Суа казалось, что она горит, а от бесстыжего взгляда Минхо сейчас вовсе взорвётся. В мелкой дрожи она ждала впервые увидеть обнажённого мужчину, который сделает её своей этой дождливой ночью.

– Как раз сейчас всё просто, – произнёс Минхо по-наставнически спокойно.

Отстранившись, он со своей одеждой был менее обходителен, чем с её ханбоком.

– В таких вещах через разум не получится. Нужно через желание. Либо да, либо нет.

– Просто я… у меня такое впервые, – призналась Суа, зажмурившись.

Ей было страшно, если он вновь усмехнётся, но голос Минхо не смеялся. Его голос понизился до шёпота. Уверенного и нежного. Из-за отсутствия каких-либо движений и слов, Суа была вынуждена вновь открыть глаза. Минхо был перед ней. Он позволил девушке рассмотреть его. Он не смущался, не смеялся, он просто ждал, показывая, что в лицезрении природной красоты нет ничего постыдного. И Суа начала расслабляться. Она позволила себе провести пальцем по свежему шраму на боку любимого.

– Я хочу, чтобы ты мне доверяла. Нет, лучше доверяй себе. Научись слушать своё тело и понимать его.

– А ты понимаешь?

Хитрая улыбка предвосхитила ответ, но мужчина всё же ответил:

– Сейчас я собираюсь прислушаться к тому, что говорит твоё тело.

От этих слов Суа залилась краской, но то, что сказал Минхо, не было ложью. Он был аккуратен, демонстрируя чудеса чуткости по отношению к другому человеку. И всё же он заставил девушку испытать совершенно новые ощущения и принять их. Но не только Суа открыла свои новые грани в эту ночь, Минхо тоже показал другие свои стороны. Физическая близость стала способом соединения душ. Суа казалось, она стала лучше понимать любимого мужчину, а те границы, что были между ними, стёрлись. После бури тишь становится блаженством. Суа и Минхо делили одну постель, наплевав на все социальные предписания. Но почему-то Суа ощущала внутреннюю бодрость и удовольствие от такого поворота событий. Будто нахождение с этим мужчиной дарило ей чувство целостности.

Мой милый-милый Минхо! Ну как такого не любить?! Не зря, не зря я выбрала тебя! Аж сама вспотела от этой сцены… Фух.

В порыве чувств Суа потянулась и ласково убрала прядь волос с лица Минхо с внезапной мыслью:

«У всего живого я видела разные цвета в их энергии. У Суюна – сиреневая. У Донхёна – красно-золотистая. Какого цвета энергия у тебя?».

Мир вокруг изменился. Энергия рядом лежащего человека была завораживающего бордового цвета.

– Что такое? – спросил Минхо, не открывая глаза.

– Просто смотрю.

– Не можешь уснуть?

Суа, крепче взяв за руку Минхо, согласно промычала.

– Спи. Есть техника усыпления чоу-миун-суль. Вместе с тань-джон-хо-хып-боп, элементам которой я тебя учил, должно сработать. Дыши спокойно, освобождая разум. Тебе надо расслабить тело и отдохнуть.

– Будешь моим личным пульгасари, защищающим от плохих снов?

– Если ты так хочешь, – но спустя короткое время Минхо вдруг продолжил. – Ответишь на мой вопрос?

– ?

– Каким было твоё детство? – низким голосом спросил Минхо, неожиданно вернув Суа в реальность.

Оу, а ты, мальчик, захотел узнать обо мне побольше? Одобряю!

– Особо нечего рассказывать. Меня подобрал саджанним с женой, когда я была ещё младенцем. С тех самых пор я жила и воспитывалась как артистка.

– Тяжело было?

– Иногда было сложно, но театр не бедствовал. На самом деле, думаю, жизнь кисэн была мне по душе. Но иногда мне интересно, как бы жила дочь Главы? Впрочем, никто не знал о дитя Дэхёна. Возможно, я не была желанным ребёнком. С учётом пророчества…

Суа слабо улыбнулась. Это был риторический вопрос, но Минхо почему-то ответил.

– Не думаю, что это так. Та шпилька.

Минхо протянул Суа её же пинё. Простая и стальная, она была такой крепкой, что послужила девушке и отмычкой, и оружием. Эта шпилька, как ей однажды рассказала жена руководителя театра, была с ней в пелёнках, когда её нашли. Она предположила, что это был прощальный подарок от родной матери Суа, именно поэтому бывшая кисэн всюду таскала её с собой, боясь потерять соломинку надежды. Но что об этом мог знать Минхо?

– Когда я был ещё совсем мальчишкой, мой отец взял меня на встречу с одной женщиной. Я думал, это будет важная торговая сделка или заказ, но это была женщина-воин с ребёнком.

– Неужели.?

– Это была А Йонг. Это её шпилька. И это был тот день, когда орден Змеи лишился своего Главы.

Ого! Любопытненько! Теперь посмотрим глазами маленького Минхо?

Щуплый мальчик семи лет. Он заглянул в пелёнку с младенцем и сердито сдвинул брови к носу. Ему это маленькое, красноватое и непропорциональное тельце, завёрнутое в пелёнки, не показалось симпатичным, хотя его отец – грозный Глава дома Змеи – улюлюкал с младенцем, позволяя тому своими крохотными слабыми ручонками хватать его за мизинец. Но вдруг Глава Змей оторвал взгляд от дитя и сердито переспросил женщину в мужском ханбоке перед ним:

– Это правда? Госпожа А, если всё так, как вы говорите, и Глава Ли мёртв, мир перевернулся с ног на голову. Значит, орден Змеи будет бороться за сохранение мирового порядка. А это дитя станет нашей путеводной звездой.

Но вдруг послышались крики. А Йонг и Глава Змей вскочили со скамей, выхватив мечи. Разбрасывая по сторонам простых невинных людей, к своим целям приближалась кучка подосланных Главой Драконов магов.

– Это они! Они не остановятся! – бросила А Йонг, готовая снова вступить в бой.

Глава Змей, мгновенно оценив ситуацию, всучил младенца своему сыну со словами:

– Беги в лес. Запомни, вас не должны найти.

– Но, отец, позвольте мне остаться и помочь вам! Я готов! – воскликнул мальчик.

– Я ясно выразился. Не подведи меня, сынок.

С этими словами Глава Змей оттолкнул маленького Минхо в темноту, а сам шагнул за столб харчевни, смешиваясь с народом. Минхо уже понимал, что не может оставаться на этом месте, если должен скрыться. Но когда он был готов незамеченным сбежать под уже привычные звуки драки, его вдруг остановила та самая женщина, с которой встречался его отец. А Йонг смотрела в глаза мальчика с мольбой. Потом перевела взгляд на младенца в его руках, и губы воительницы задрожали. Она вытащила пинё из своего пучка и вложила неприглядную вещицу в пелёнки ребёнка. Маленький Минхо не понимал ни этого прощального жеста, ни того, зачем ребёнку, который может только сам об неё пораниться, эта шпилька. Времени не было. Поэтому разорвав зрительный контакт с женщиной, Минхо прокрался под тенью здания на задний двор, перемахнул через заборчик и рванул в лес, крепко прижимая к себе младенца. В голове он проклинал беспомощный комок в своих руках за то, что ему самому пришлось ради него оставить отца, так трусливо сбегать в лес, а не демонстрировать свои боевые навыки. Минхо раздражало, что он должен заботиться об этом некрасивом новорождённом дитя, хотя так и велел отец. За ними оказалась погоня. Если бы Минхо был один, он мог бы даже разобраться с преследователями. Но младенец производил впечатление слишком хрупкого и шумного существа. Минхо не знал, что этот ребёнок был слишком тихим для своего возраста. Его было неудобно держать, и Минхо боялся, что ребёнок закричит, сведя все его старания на нет.

– Не плачь! – пригрозил Минхо, когда ребёнок начал поскрипывать и морщить носик.

Мальчик приметил лисью нору и, удостоверившись, что там никого нет, спрятал младенца. Надёжно закрыл еловыми ветками и листвой. Ребёнок, будто почувствовав, что скоро останется один, снова начал издавать звуки.

– Тише, а то найдут. Побудь тут, оппа скоро вернётся и заберёт тебя. А до тех пор ни звука. Хорошо?

Минхо не был уверен, что ребёнок его понимает и уж тем более не рассчитывал, что тот послушает его. Но сейчас ребёнок затих. Это был его шанс увести преследователей подальше. Отметив про себя место, где оставил младенца, Минхо, намеренно производя шум, удалялся всё дальше и дальше. В тот день он ловко расправился с двумя взрослыми магами. Уверовав в свои силы, Минхо решил вернуться в деревню и при необходимости помочь отцу. Но деревня встретила его могильной тишиной. И даже казавшийся непобедимым Глава Змей больше не прятался, а неподвижно лежал на земле. Первое время Минхо присматривался, есть ли кто вокруг. Ему казалось, что это новый приём, который ему показывал отец. И даже ощутив холодеющую с каждой минутой кожу отца, Минхо думал, что отец преподаёт ему новый урок контроля над своим телом и навыки маскировки. Он сидел рядом с трупом в окружении других мёртвых тел, пока в деревню не вернулись янбаны «светлых» орденов во главе с Ли Боромом. Они что-то или кого-то искали. Вспомнив о младенце, Минхо вернулся в лес, но долго плутал. В темноте лес казался совсем другим, поэтому чтобы окончательно не заблудиться, Минхо устроился под деревом, крепко сжимая в руке кинжал отца. Солнце озарило лес, и он направился на поиски. Но когда Минхо нашёл лисью нору, младенца там уже не было. Это был день, когда он подвёл отца и потерял сразу двоих.

Глава 9

Система: «Положиться на чутьё Ким Донхёна / Отказаться от затеи».

Суа, смотря в глаза мужчины, кивнула.

– Похоже, придётся ускориться. Мы должны не просто избавиться от Главы, но и предотвратить этот подозрительный ритуал. В противном случае я буду винить себя за то, что бездействовала, зная об угрозе.

Минхо недовольно дёрнул щекой, но возражать не стал. Суюн, недолго поразмыслив, тоже кивнул в знак своего согласия с Суа. Чон, поймав взгляд Суа, улыбнулась, таким образом говоря, что поддержит её в любом случае.

Система: «Донхёну приятно, что вы доверились ему».

Информатор Донхёна, которым оказался помощник Джинхо – Чо Ингук – был худощавым, коротко стриженным пареньком, который во время встречи с Суа и Донхёном заметно нервничал – мял в руках свою шапочку и пил воду каждую минуту. Ингук выглядел слабым, но то, что этот юноша поручил расследование о собственном начальстве Ким Донхёну, говорило о храбрости духа. Собственно, если бы не он, как сказал Донхён, возможно, молодой детектив никогда бы сам не обратил внимания на связь квищин и «светлых» орденов.

– Все приготовления держались в строжайшем секрете, но причастные ждали этого момента так, словно этот ритуал перевернёт Сэге. Полагаю, он наделит Главу ещё большей силой. Если так, то это уже за границами человека.

– Думаете, Глава превратится в токкеби или нечто подобное? – уточнил Донхён.

– Утверждать не могу, всё же моё положение не настолько высоко, чтобы я был посвящён во все детали, но предполагаю. Я знаю, мой учитель не одобрял действия Главы, но он не мог предать дружескую клятву. Что оставалось ему, кроме как следовать за Главой и беспокоиться о её здоровье? И вот к чему это привело! Учитель теперь сильно болен. И всё из-за проклятой чёрной магии!

Последние слова были полны праведного гнева, но опасаясь, что привлечёт внимание эмоциональными высказываниями, Ингук подавил в себе порыв. Справившись с собой, он зашептал:

– Я знаю, где хранится ключ от тайного зала. Всего два дубликата. Один – у Главы. Другой – у учителя. Учителю Ким стало совсем плохо, когда он закончил помогать Главе с нанесением знаков на полу этого тайного зала. Тогда я и припрятал ключ. Но если ваш план не сработает, моя жизнь будет в опасности.

– Мы все поставили свои жизни на кон, но таков наш долг, – проговорил Донхён. – Ради всей Сэге.

Змеи были крайне подозрительны по своей натуре, а потому изначально не хотели связываться с посторонним человеком, но Ким Донхён настаивал, что Ингуку можно доверять. Без него ускорить и так готовящееся покушение на Главу не представлялось возможным. Так что пока Суа и Донхён обговаривали детали с Ингуком, Суюн и Минхо по своим каналам проверяли личность этого человека.

– Уверен, у него есть скрытые мотивы.

И Минхо оказался прав. Семья Ингука стала жертвой квищин. Но в данном деле чем крепче и серьёзнее мотивы, тем лучше. В итоге план был тщательно проработан. Настал день икс. Столица дома Драконов была нарядной и шумной в Праздник фонарей Ёндынхве.

Суа под начало нового такта в музыке сделала шаг и начала медленно поднимать церемониальный жезл. Чонаг, звучащая в этом отрывке, была медленная и пружинистая – королевский ритм. Мужчина закричал на одной ноте. Суа исполняла неприметную скромную роль, потерявшись на просторах дворцовой площади среди целой толпы высококлассных и благородных артистов. Она вновь была на сцене. Она вновь могла предстать как кисэн, вот только её лицо непривычно закрывала вуаль, да и стояла она далеко на заднем плане. Вместо наслаждения действом приглашённого музыкального театра чхангык Суа сдерживала тоску по прежним временам и прежней себе. Мысли о прошлом связывались с будущим, загоняя в ловушку. И музыка затягивала в болото пространных мыслей. Воспользовавшись техникой дыхания, которой научил Минхо, Суа постаралась сосредоточиться на настоящем. Подняла взгляд, где на троне восседала Глава ордена Дракона. Гордо вздёрнутый подбородок, ледяные глаза, смотрящие будто куда-то мимо сцены с танцорами и актёрами. Ки Монкут была облачена в величественный наряд красного цвета, а голову её украшали золотые уборы. По первому взгляду было понятно, что это властная женщина, которая никогда не ставила себя ниже мужчины. Её осанка и движения говорили об её уверенности в себе и готовности снести все преграды на пути. Суа, увидев Главу вживую, могла понять, почему многие так благоговели перед этой женщиной. Но зная подноготную Главы Ки, сама девушка испытала лишь раздражение и уверилась в правильности своих целей. Такой ослеплённый своими идеями правитель не мог привести Сэге к процветанию. И вот Глава встала. Суа, переглянувшись с Ингуком, подала сигнал Минхо и незаметно покинула сцену. Пора. Следом за Ингуком, заламывающим пальцы, Суа, Донхён и Суюн двинулись по дворцу. Никто не стал подозревать мага и воина, сопровождающих девушку вместе с помощником самого Ким Джинхо. К тому же скоро воины сбежались в другую часть дворца – горело хранилище. Суа с остальными направилась к палатам учителя Ингука. В кабинете Джинхо встретились с Минхо, устроившим отвлекающий манёвр. Донхён остался разбираться с документацией, надеясь найти доказательства для своего расследования. Остальных же Ингук повёл к тайному залу. Идти было недалеко.

– Слишком тихо, – насторожил всех своими словами Минхо.

– Но тут всегда так, – проговорил, едва не запинаясь, их проводник. – От этого только страшнее.

– Много стражи у тайного зала вызвало бы подозрения, – сказал Суюн.

– Или, возможно, дело в энергетике, – предположила Суа, ощущая чёрную магию почти физически.

Отперев двери, Ингук отправился исполнять свои обязанности перед ритуалом, чтобы вызывать меньше подозрений. А Суа, Минхо и Суюн вошли внутрь. Хотя зал был обкурен благовониями, омерзительный запах мертвечины всё ещё витал в воздухе. В зале не было никаких лишних предметов. А на полу так, что не зарисованного пространства почти не оставалось, размещалась сложная пентаграмма. Суюн, встав на границе ритуального знака, принялся взглядом изучать все составляющие элементы.

– Ты можешь понять, что это за колдовство? – спросила Суа через какое-то время.

– Я узнаю некоторые символы, но в сумме с другими… Мне нужно ещё время. Лучше не наступайте во внутренний круг. И думаю, наш маленький информатор был прав. Если не остановить Главу, она перейдёт границы человеческого в ней, но в кого она превратится – в бога или дьявола – никому не известно.

Но вдруг круг свечей вспыхнул, в узлах пентаграммы возникли тени. Бесформенные, они блуждали между внутренним и внешним кругом. Дверь в зал отворилась. Сначала влетели маги и квищин и кинулись в бой. Среди всех Суа узнала Ли Борома, а он – её. Со священным саинчамсагомом в одной руке для атак и привычным мечом в другой для защиты пунрюсондо Минхо завораживало. Суа впервые видела эту технику в реальном бою. Минхо мастерски скручивал тело и вращал мечи вокруг себя, двигаясь словно волчок, обнажившийся острыми клинками. Суюн метал искры, поджигая врагов, блокировал чужие магические атаки или отвлекал иллюзией. Раз за разом Суа ощущала, как вокруг неё вырастала прозрачная линза, готовая защитить от ударов врагов. Пускай сама Суа не стала таким мастером меча, как Минхо, тренировки сделали её способной виртуозно противостоять куче врагов. Правда, куча была не для неё. Магов и бесконечное количество квищин отвлекали на себя мужчины, Суа же стремилась к женщине в красном и золотом, из тени взирающей без интереса на схватку. Их взгляды с Суа встретились. Глава Драконов быстрым движением выхватила пинё и резанула ею по руке. Щелчок, и Суа оказалась в совершенно пустом зале. Это было всё то же место. Вот только здесь не было ни пентаграммы, ни людей вокруг. Здесь была только Суа и Ки Монкут.

– Так это ты та кисэн, о которой говорил Бором, – раздался эхом голос Главы. – Что ж, мне очень жаль, что всё так обернулось.

Суа не могла понять, что подразумевали эти слова, но это и не имело значения. Ки Монкут появлялась то в одной части зала, то в другой. Пытаясь просчитать перемещения и уловить ритм для атаки, Суа решила поддержать разговор.

– Где все? Что ты с ними сделала?

– С ними – ничего. Это мы в другом измерении, потому что я хотела с тобой поговорить.

– И о чём же?

– О твоей миссии. Не скрою, ты меня приятно удивила тем, как научилась использовать божественные силы. Никому до тебя не удавалось добраться до такого уровня. Ты знаешь, что предназначение феникса – вести страну к процветанию? Это и моя цель. Мы не враги друг другу.

– Правда? К чему же тогда квищин и весь этот ужас несправедливости в мире?

– Это побочный эффект на пути к благости для всего народа. Ты ещё слишком юна, чтобы понять. В конце концов, Дэхён предрекал это. Сейчас я предлагаю тебе выбор: быть обыкновенным диверсантом или же стать настоящим благородным фениксом, который осветит путь во тьме.

– Предлагаешь мне сдаться? Я пойду до конца ради всей Сэге!

– Очень жаль!

Суа позволила миру исказиться, проявив сущности всего вокруг. Теперь Ки Монкут была неподвижной энергией синего цвета. Остальное было магией, созданной ею. Суа бросилась в бой. Смертельный танец с высшим магом был во много раз сложнее тренировок с Суюном, но именно благодаря тем тренировкам Суа могла предсказывать нападения Главы Драконов. В конечном итоге ей удалось оказаться достаточно близко, чтобы ранить врага. Ки Монкут вскрикнула, и искусственное измерение рассыпалось на мелкие куски. Суа отбросило на центр зала. Она заметила, как к Ки Монкут подбежал её помощник Ли Бором. Он с ужасом отметил почерневшие вены на руках Главы, затем перевёл звериный взгляд на Суа, но вдруг его выражение лица изменилось. Это был страх. Суа перехватила поудобнее эфес и поднялась на ноги. И почему-то не смогла сдвинуться с места. Шум в ушах нарастал. Голоса шептали, кричали, молили. Под их тяжестью Суа осела на пол. И, прежде чем глаза ослепли, она заметила под ногами символы внутреннего круга пентаграммы, которую окропили капли её крови.

Чёрные крылья Феникса бросили тень на всю Сэге. Вместо красивой песни пробирающий до мурашек крик птицы вызвал в душе каждого первобытный страх. У каждого были грехи, за которые пришла расплата. И каждый понял это, услышав этот крик. Но убежать от божественной кары невозможно. Два приговорённых к казни мужчины, чьи принадлежности к разным орденам больше не имели значения, стоя на помосте, понимающе переглянулись между собой… Крепко сжимая эфес меча, Суа подошла к краю обрыва. Всюду, куда простирался взор, были сожжённые поля, деревни и города. Божественный суд был свершён, определив, что человеческое зло перевесило добродетель.

Э?! Опять? Нет!!! Я так старалась, столько раз перепроходила… Да я уже всю игру наизусть знаю! А финал один??? Нечестно! Я не согласна! Я поддерживала со всеми хорошие отношения, выбирала разные варианты, и всё равно плохая концовка? Чёрт, и почему на эту игру нет до сих пор никаких гайдов? Я что, одна в неё играю? Раздражает! Ну что я сделала не так, а? Я отматывала эпизоды почти до начала. Ну, не может же быть так, что финал зависит от того, какого фаворита или какой навык игрок выбирает в начале игры?! Это безумно! А знаете что, я напишу разработчикам. Да, думаю, их игра сломана!

Откинув планшет, я вскочила с постели, перелетела на кресло у компьютера и быстро напечатала сначала отзыв, а потом, заметив почту для связи, настрочила целое письмо разработчикам. Ну, серьёзно! Игра всем хороша, но концовка. Так не должно быть в игре, где подразумевается возможность выбора. В конце концов, разве это не самое интересное – к чему приводят твои выборы? Но тут выбор был лишь иллюзией! Отправив письмо, я вернулась на кровать. Глубоко вздохнув, я уже автоматическими движениями вошла в игру.

Система: «Начать с начала?».

Может, другая концовка доступна лишь платным игрокам? Я в одном шаге от того, чтобы задонатить, если это гарантирует мне хорошую концовку. Ладно, так и быть. Ещё разок. Я выберу путь мага и другого фаворита. И только попробуй ещё раз меня разочаровать, игра! Я нажала на кнопку, и тут же высветилось новое окошко.

Система: «Ваша сила воли будет списана. Начать с начала?».

Да, давай уже. Только секундочку… Где там таблетки от головы? Похоже, я перенервничала из-за этой проклятой игры. Я на секунду прикрыла глаза, а когда открыла.

Боже мой! Где я? Я стояла на сцене, прикрывая лицо широким веером. На меня глазела толпа людей азиатской внешности и в традиционных костюмах. Сбоку так резко раздался удар в барабан, что я вздрогнула. Я едва не наступила на малиновую юбку-чхиму. Гул публики нарастал, и у меня по рукам побежали мурашки. Такое ощущение, что на меня вылили ведро холодной воды. Кто я? Где я? Снимите меня отсюда!

Глава 10

В жарком воздухе пахло цветами и едой. Я смотрела на людей, шумящих за деревянными столиками. Прекратите на меня смотреть! Кто побогаче, кто победнее, но все в костюмах. Многие переговаривались между собой, пили из пиал, ели какие-то похлёбки. Но их объединяло внимание к сцене, на которой стояла я и ещё один мужчина рядом в голубом ханбоке, отбивавший ритм на барабане-пук. Доигралась, получается?! Теперь и во сне буду видеть мир этой игры?

– Суа!

Мой взгляд зацепился за одного молодого мужчину, показавшегося мне знакомым. Погодите, это же… Минхо! Тот самый тёмный долгополый халат без излишеств и с зашнурованными рукавами, те самые вороные волосы до скул… Вживую он выглядит даже лучше, чем на великолепной иллюстрации! Отсюда не так хорошо видно, потому что, конечно, «рыцарь ночи» сидит в тёмном и одиноком углу, но я вижу его длинные и цепкие пальцы, которыми сейчас он держит не кинжал, а пиалу с чаем. Он подносит её к губам. О, боже! Интересно, какие в реальности его глаза. А! Он посмотрел на меня. Мурашки по коже. Дерзкий и проникновенный взгляд – прям как описывали. Ты даже не знаешь, мой милый Минхо, сколько всего мы пережили вместе в игре. А какими были эротические сцены! Какое странное ощущение в груди. Это мои чувства или что-то не так с сердцем? А? Я смотрю на него слишком долго? Боже-боже, этот взгляд был такой цепкий и внимательный… куда деть глаза? Я заскользила по другим посетителям постоялого двора, и в другой стороне от Минхо наткнулась на ещё одно знакомое лицо. Ну как «знакомое». Вживую я видела его впервые, но иллюстрации-то рассматривала тщательно и много раз, так что не перепутала бы. Получается, в той сцене на постоялом дворе действительно участвовали два основных мужских персонажа. Ким Донхён – и впрямь милашка. Он словно плюшевый мишка в дорогом ханбоке. Сидит, улыбается, так даже и не скажешь, что он не какой-то там молодой повеса, а своевольный детектив.

– Хой! – привлёк моё внимание напарник по сцене, снова ударив по барабану, покоящемуся у него в ногах.

Что ты такое лицо делаешь? Думаешь, мне комфортно тут стоять и ничего не понимать под всеобщим вниманием? Голове было тяжело двигаться – я нащупала огромную причёску. Ого, я что, стала кисэн? Прям как в дорамах?! Чёрт, если я продолжу молчать, это обернётся проблемой. Публика начинает что-то подозревать, но откуда мне знать, что я должна делать?

– Суа, пой! Заканчивай!

Я различила шипящий шёпот где-то за спиной. С-Суа? Так ведь звали главную героиню в игре! Я обернулась на голос. На меня с беспокойством и злобой смотрел старичок. Да это же хозяин театра! Иллюстрация была достаточно достоверной. Я бы морщин ему только добавила и складок под глазами, тогда была бы не картинка, а фотография.

– А краснобокий дракон что сказал? – ритмично зачитал мой напарник по сцене.

В тот момент мне подумалось, что мой партнёр позволяет себе лишнего, вмешиваясь в моё повествование целой фразой, но я была ему благодарна. В голове сами собой возникли слова, как с песней, которую ты выучил когда-то очень давно, вдруг снова услышал и готов подпевать. Подпевать, но не петь же! Это была песня-рассказ, иными словами пхансори (откуда я знаю это название?). Вообще-то это была длинная история, но, похоже, Суа остановилась на сцене совета божеств, на котором Феникс обвинил каждого в своём грехе. Да это же сюжет игры! Пророчество Феникса о божественной каре, а потом все остальные ордены перевели стрелки на Фениксов. Получается, в этой сцене Суа сама рассказывает ложную историю в виде такой вот притчи. Пансури – это не просто рассказ под музыку и выкрики барабанщика, здесь ещё нужно выражение и актёрская игра. Господи, как мне выкрутиться?! Я совсем не Суа и сейчас со стыда сгорю!

– И дракон вышел вперёд, – произнесла я, закрыв глаза.

Я медленно поднимала руки, добавляя торжественности. Главное, не смотреть в зал. Голос мой был другой: громкий, надрывистый, пружинистый. А пение, украшенное специфическим блеянием – сигимсэ, казалось и вовсе чуждым мне. Я просто представила, что это говорю не я.

– «Прав ты, друг, все мы небезгрешны. Только прежде, чем огнём возмездия пылать, посмотри-ка вот сюда».

– Чуа!

– В зеркале отражение своё увидал пылающий Феникс…

Ритм замедлился, и вдруг наступила тишина. Развязка, на которую был акцент – как бы не провалить!

– И ослеп! – выкрикнула я протяжно и взмахнула веером.

Надеюсь, я всё правильно сказала. Текст, возможно, не оригинальный, но что поделать, если я просто знала, что надо сказать, а не как выразиться. Ну вот почему главная героиня должна быть в центре внимания? И почему я попала в её тело? Это был не конец пхансори, но я услышала за спиной шум и уже знакомое ворчание:

– Живее-живее, поторопитесь.

На сцену, озадачив не только меня, но и моего напарника-барабанщика, выбежал актёр в забавно-страшной маске с коротким хлыстом в руке. Он начал бегать с криками вокруг нас и пританцовывать. По краю сцены вдруг выросли другие музыканты. Ритм сразу изменился, став быстрым и задорным. За танцором с хлыстом выбежали два артиста в костюме тигра.

– О-о-о, что это за зверь такой?! – крик танцора был похож на накаты волн.

Чтобы «тигр» танцевал, голове и заду приходилось исполнять акробатические трюки. В такой духоте… Надеюсь, им там внутри не слишком жарко. В любом случае, я поняла, что мне надо быстренько уйти со сцены. Я прошла за музыкантами, стараясь не споткнуться и не задеть никого пышной и тяжёлой чхимой. Но не поглядеть на необычные инструменты было невозможно. Мужчина средних лет водил смычком по двухструнному хэгым: эдакому бочонку с грифом. Звук из него получался зудящим, стонущим, иногда хохочущим и крякующим. Девушка выдувала необычную музыку из флейты согым. Выглядит просто великолепно! Другой мужчина играл на тансо – тоже флейте, но продольного типа. И был ещё один весёлый барабанщик, самозабвенно стучащий разными палочками по двум сторонам барабана-чангу, имевшего форму песочных часов. Спустившись с платформы, я тут же была затянута в так называемое «закулисье».

– Суа!

Старик-руководитель явно обращался ко мне. Он больно держал меня за локоть. Ощущения такие реальные! Это не сон, и я действительно попала в тело героини? Ущипните меня! Нет, я сама это сделаю. А? Так бывает? Паника начинала завладевать мной. Старик ругался, но я не слышала его.

Я в игре. Я Суа. Что теперь делать? Секундочку, но там не было такого эпизода! Или начало отличается в зависимости от того, какой путь персонажа выбираешь? Ничего не понимаю. Как такое возможно?! Но если это начальная сцена, то что будет дальше? Суа пригласят к Ли Борому, на неё нападут, она сбежит, и её объявят приспешницей Змей, что в итоге обернётся правдой, но… Это самое начало. Ещё ничего не произошло. Но почему меня уже трясёт? Правильно! Потому что я стала Суа! А это значит, что меня ждёт её судьба! Есть много историй с попаданцами в мир книг и игр. Скорее всего, я вернусь домой, если пройду игру до конца. Но мне нельзя забывать сюжет. Когда всё начнётся, велика вероятность, что я могу запутаться в спешке, поэтому лучше сейчас записать всё, что помню. В конце концов, не даром же я столько раз перепроходила одни и те же сцены? Я должна подготовиться! Чёрт, где бы взять листок бумаги и карандаш? Погодите, грифелей тут нет, но тушь и кисть должны быть. Голос старика становился всё мягче с каждым новым словом.

– Что с тобой такое, Суа? На тебе лица нет.

– Мне нужна бумага и кисть!

– Да, конечно…

А продавить его оказалось проще простого. Старик отвёл меня к столу, делая распоряжения о чём-то фоновым персонажам, потом принёс мне плошку воды и канцелярские принадлежности. Чёрт, а писать кистью будет неудобно. Эх, сейчас бы ещё русской каллиграфией заниматься. Ладно, попробую минимум букв и схемы. Так, с чего бы начать? Как шумно. Для второстепенного, нет, даже третьестепенного персонажа, который продаст героиню в самом начале, у этого старика слишком много слов. Я повернулась к руководителю, и он тут же замолк.

– Что такое? – булькнул он.

У меня не так много времени перед тем, как запустится сюжет, и мне не нужны лишние свидетели!

– Саджанним, кажется, Вас кто-то зовёт.

– Да? Кто?

– Хозяйка двора. Кажется, ей надо сообщить Вам что-то важное.

Старик недоверчиво прищурился, но всё же пригрозив мне «поговорить позже», пошёл куда-то в толпу. Отлично. Сейчас мной никто не интересуется, так что я могу быстренько написать. Растерев чернила (будто всю жизнь этим занималась!), я принялась старательно выводить кисточкой буквы. Начнём с основного, а то вдруг я даже это забуду:

«Меня зовут Анна. Мне двадцать два года. Меня затянуло в игру «Легенды Сэге». Теперь я – Суа. Сюжет.».

Даже если эти записи найдут, кроме меня их всё равно никто не прочитает. Кстати, интересно: я могу свободно говорить и понимать здешний язык. И сейчас я пишу на русском, но в голове одновременно возникают варианты, как бы это было на… корейском? Вот он бонус попадания в игры и книги! Ты автоматически научаешься иностранному языку. Интересно, а можно этот навык забрать с собой в реальный мир? Так, надо сосредоточиться.

Я записала основные сцены и развилки и спрятала бумагу на груди. При должной концентрации, а мне это удалось, дело было быстро сделано. Саджаннима всё ещё не было. После встречи с Ли Боромом, жизнь Суа разрушится, и ей придётся бежать. Помню, там была мерзкая сцена с унижением перед руководителем, который всё равно выгнал Суа. Дальше все события разворачивались очень быстро. Нужна будет маскировка, еда, деньги, медикаменты. Что если мне заранее подготовиться? Хм, а если не следовать сюжету и сбежать, пока на меня не устроили облаву? Из размышлений вырвал мужской голос:

– Суа, почему ты не пела?

Это был тот паренёк, которого я не знала, как зовут, так как он был просто фоновым персонажем. Я немного растерялась. Так, без паники. Я же здесь кисэн. Вдруг и актёрские навыки мне задаром перепали? Я постаралась изобразить невинность.

– Ох, мне так жаль! Внезапно все слова из головы вылетели. Прости.

– Но у тебя отличная память, с чего вдруг?

А ты чего такой подозрительный? Подумаешь, бывает, что что-то вылетает из головы.

– Я… я испугалась. Один из зрителей странно на меня посмотрел.

– ?

– Я подумала, что он из фракции Змеи, но, наверное, ошиблась, – добавила я. – Прости, не мог бы ты сказать, где находится наша гримёрка. Я хочу немного отдохнуть и прийти в себя.

Подозрение на лице этого фонового персонажа сменилось беспокойством.

– Ты такая впечатлительная. Ладно, я провожу.

– Не надо, не надо. Просто укажи направление.

Вдруг я переодеться хочу? К счастью, сработало, и мой сценический напарник подробно рассказал, куда идти. Похоже, он списал мою забывчивость на испуг, как я и хотела.

– Окей!

Ой, я едва не выдала себя. Меньше радости и непонятных слов. Я склонила голову и произнесла как на автомате:

– Спасибо, сонбэ.

Сонбэ? Ладно, пора поторопиться. Пусковое событие сюжета скоро начнётся. Надо воспользоваться тем, что я знаю будущее и облегчить себе это натуралистичное прохождение игры.

Глава 11

Я принялась отыскивать разного рода вещи. Сперва мешок, куда всё сложить. Благо, в театральной гримёрке было полно всего. Затем сгребла еду, которую только нашла (в основном это были печенья-таси), украшения. Не обижайтесь на меня, мои безымянные товарищи по ремеслу, мне нужнее будет! Плошку тоже захвачу, палочки. А это что? В свёртке был какой-то порошок. Наверное, лекарство. Рядом с ним ещё какие-то бутылёчки и коробочка с шариками. Всё возьму – пригодится. О, фляга, тоже беру. Теперь для маскировки. Возьму запасную одежду. Ещё нужна косметика. Пудра, тушь, румяна из сафлора… Этого хватит?

Кто-то приближался. Я тут же села за косметический столик, делая вид, что прихорашиваюсь. И взгляд мой остановился на отражении в бронзовом зеркале. А? Это Суа? Но почему так похожа на меня? Огромный парик, напоминающий мне аистовое гнездо из кос и буклей, был, конечно, не в тему, но это лицо не казалось чужим. Овал лица, форма носа была как у прежней меня, даже родинка на виске сохранилась. Только глаза были тёмные и раскосые, но всё равно не настолько, чтобы полностью изменить внешность. Или, быть может, я нахожу так много общего из-за памяти Суа, сохранившейся в этой голове? Заворожённая отражением, я даже не обратила внимания, как ко мне подошли двое: саджанним и хозяйка постоялого двора.

– Сегодня хорошо потрудилась, Суа.

Мне не нравится его заискивающий доброжелательный тон! Что, уже начинается? Только не говорите, что я сама подтолкнула саджаннима к запуску сюжета. Точно, надо проверить, пинё-отмычка-оружие при мне? Я потрогала украшения под качхе, наконец, нащупав простую металлическую шпильку. Фух, с ней мне спокойнее.

– А теперь поторопись за госпожой. Твоё выступление хотят посмотреть два благородных господина.

Боже, он говорит тот же самый текст! Какое странное ощущение: дежавю с привкусом озноба. М-м-м, никому не пожелаю. Старик положил руку мне на плечо. Но это было не просто касание. Он явно хотел этим сказать что-то вроде: «Будь послушной девочкой и соберись. Ты моя кисэн и должна хорошо отработать».

– Саджанним! – вскрикнула я от злости и омерзения.

Чёрт, неужели я тоже говорю по сценарию?

– Охо! Ты лучшая из моих актрис, но при этом совершенно не контролируешь эмоции в жизни. Даже если тебе не нравится, ты должна сделать это. К тому же…

Я уклонилась от руки старика, не дав ему коснуться своего лба.

– О чём ты подумала? Ты не какая-то простая кинё, а сокровище нации! Никто из благородных господ тебя не обидит.

«Ага, ага» – подумала я. Знаешь ли ты, что там будет? Какая там фраза была у Суа? Точно, если подумать, она была несколько озабочена вопросом сближения с мужчинами и сразу подумала о том, что эти господа могут захотеть лишнего.

– А если всё-таки…

Верхняя губа старика приподнялась и задрожала. О, какая натуральная игра! Этот персонаж такой эмоциональный, что в пору самому быть «сокровищем нации». Этот саджанним, сдержав эмоции, словно по щелчку пальцев сменил гнев на милость.

– Господин уже не первый раз приходит послушать твоё выступление. А ведь знаешь, кому ты приглянулась? – неловко подмигнул старик. – Эй, да сама увидишь. Не буду портить сюрприз. Поторопись же! Ну! Ступай, ступай.

– Ли Бором?

– Как ты угадала? – удивился руководитель. – Если знаешь, то поспеши и, пожалуйста, в этот раз не испорть ничего. И господин Ли Бором, господин!..

Хм, а этой фразы не было в оригинале. Это потому, что раньше я не портачила в первой сцене? Ладно, не трусь, Аня, это всего лишь игра, и мы должны через неё пройти. Я следовала за хозяйкой, осторожно проверяя возможности своей одежды. Избавиться хотя бы от одной из нижних юбок. Впрочем, и котсин на ногах были непривычны. Как я буду в них убегать? Руки вроде двигаются, хотя не могу сказать, что абсолютно свободно. Мы поднялись по лестнице на второй этаж. Это здесь мне предстоит бежать? Я постаралась запомнить окружение вокруг, чтобы меньше спотыкаться. Лестница была с двух сторон. С двух сторон были окна-выходы для меня. Если так подумать, здесь и сейчас находятся два мужских персонажа, которые так или иначе узнают о том, что произошло между мной и Ли Боромом. И если я не ошибаюсь, то в игре во время побега был выбор, в какую сторону бежать. Я тогда вроде побежала направо и столкнулась с Минхо. Если концовка действительно зависит от любовного интереса, то мне нужно выбрать другую сторону и тогда, скорее всего, я столкнусь с Донхёном. Извини, Минхо, но мне нужна хорошая концовка.

Хозяйка остановилась перед отдельной комнатой. На бумажной стене светом свеч отпечатывались две тёмные фигуры. Хм, а, может, мне после помощника Чана избавиться и от Ли Борома? Шпилька то есть. Ладно, будем смотреть по ходу.

Хозяйка с лёгким поклоном указала мне на дверь. Глубокий вздох, и я отодвинула дверь, вошла и сразу поклонилась.

– А, это ты? Проходи, проходи! – посмеиваясь, произнёс, очевидно, Ли Бором.

Я взглянула на его спутника. Ух, мурашки по коже. Он словно манекен. Я постаралась улыбнуться.

– Присаживайся, присаживайся, – произнёс Ли Бором, жестом указывая мне на место напротив. – Помощник Чан, ты же любишь страшные истории? Слышал, эта кисэн хороша в сочинении всяких баек.

О, чёрт! А об этом я не подумала! И я не помню рассказ Суа! Его вообще давали в игре? Я помню только, что Суа остановили в середине. Мне надо лишь немного продержаться, но… Я не знаю ни одной истории в жанре «ужасы»!!! То есть я, может, и знаю, но как это рассказывать, а не показывать? Вот если бы были романтические истории, я бы ещё что-то придумала. В конце концов, я так много их читала! Погодите, а что, если превратить романтическую историю в хоррор? Надо просто взглянуть под другим углом.

– Давным-давно, в далёком царстве, – осторожно начала я. – Жил-был янбан. Была у него добродетельная жена. И вот жена его заболела. Янбан растратил всё богатство на врачей и лекарство для жены, но всё было без толку. Родив дочь, жена умерла. Потосковав по супруге, янбан женился повторно на богатой женщине с двумя дочерьми. Однажды в лесу его задрал медведь. Но говорят, что медведи в той стране никогда не нападали на людей просто так, и зверя кто-то науськал. Мачеха невзлюбила падчерицу. Выгнать она её не могла, поэтому свалила на бедняжку Син Дереллу работу прислуги.

Так, отлично, «золушка» – один из самых распространённых сюжетов. Что страшно для восточного общества? Правильно, общественное осуждение.

– Все считали мачеху и её дочерей злыми людьми, издевающимися над Син Дереллой, и сочувствовали девушке. Син Дерелла носила убогие платья и всегда была в грязи. Но даже под гнётом осуждения, терпя лишения, по неизвестным никому причинам мачеха и её дочери продолжали издевательства над Син Дереллой. И вот однажды стало известно, что в королевском дворце будет бал, на котором принц выберет себе жену.

– Что такое бал? – внезапно спросил Ли Бором.

А, точно, в восточных странах балов же не было. Как-то забыла.

– Это такой праздничный обычай в дальних странах, – объяснила я на руках, – когда все гости разбиваются по парам и танцуют. Поскольку на балу мужчина и женщина касаются друг друга и в принципе находятся очень близко, то это даёт возможность сблизиться друг с другом.

– Варварские обычаи, – прокомментировал старый сноб, и я, будто соглашаясь, покивала в ответ.

– Син Дерелла захотела тоже пойти на бал и попытать удачу с принцем. Хоть она и выглядела как рабыня, подлинный статус её был выше. Но мачеха ей запретила, опасаясь, что на столь важном мероприятии падчерица устроит скандал, и завалила бедняжку работой.

Прости, Золушка, но мне придётся сделать из твоей истории что-то ужасное.

– Находясь в одиночестве и терпя постоянные унижения, Син Дерелла стала разговаривать с крысами. Может, это началось раньше – никто не знал. Конечно же, в душе девушка ругала свою судьбу и жалела себя, поэтому бал стал её заветной мечтой. Она натравила крыс, чтобы они погрызли лучшее платье одной из сестёр, и та его выбросила. Син Дерелла подобрала его и тайно вышила себе платье на бал. Птицы украли для неё туфли и маску. И вот в день бала-маскарада, когда мачеха с дочерьми уже уехали, Син Дерелла тоже собралась и вызвала карету… То есть паланкин, чтобы добраться до принца. Она была девушка закомплексованная, и цель затмила разум. Чтобы точно привлечь внимание принца, она использовала в качестве духов.

– ?

– то есть саше дурман. Так принц потерял голову сразу после танца с Син Дереллой. Чтобы дурман посильнее свёл принца с ума, Син Дерелла убежала в самый разгар бала, оставив ему только туфельку. И принц начал поиски своей невесты. Мачеха с сёстрами узнали о проделках Син Дереллы и заперли её. Когда пришёл принц, чтобы примерить туфельку всем девушкам королевства, мачеха показала ему только двух своих дочерей. Но размер ноги одной из дочек оказался слишком большим для туфли Син Дереллы. Поскольку дочери были близняшками, то размер у них был один. И тогда мачехой завладела жадность. Пока принц не видел, она отрубила пальцы ног второй дочери и натянула туфлю. Принц был вынужден жениться на сестре Син Дереллы. Послушная строгому запрету матери, сестра Син Дереллы не посмела снять туфельку до самой брачной ночи.

Почему меня до сих пор не прервали? История сейчас уже закончится!

– Но Син Дерелла не оставила всё так просто. Она натравила крыс, чтобы они сгрызли плоть до кости, и ворон, чтобы они выкололи глаза мачехе и сестре, а сама сбежала. Потом в королевстве началась чума, и крысы Син Дереллы пробрались в покои молодожёнов. Таким образом Син Дерелла свершила свою месть над принцем и ещё одной сестрой.

Я поблагодарила в мыслях братьев Гримм, подкинувших мне жутких идей, и с довольным выражением посмотрела на своих слушателей. Ли Бором до сих пор держал в руке откусанное круглое печенье-тасик, а помощник Чан не сводил с меня глаз. Я сделала что-то не то? Им понравился рассказ или нет?

– Дальше, – повелел мне «господин».

Дальше? Эм… срочно нужна ещё одна романтическая история. Пойдём по классике, нет истории печальнее Ромео и Джульетты, но я, пожалуй, возьму адаптацию этой истории.

– Син Дерелла попала на шикарный корабль, который увёз бы её в другое королевство. Корабль этот был огромный, как дворец, и был рассчитан на множество пассажиров. Создатель судна считал этот корабль непотопляемым и хвастался всему миру своим богатством и изобретательностью. И по случаю первого отплытия корабля он позволил сесть на него не только аристократам, но и беднякам. Но кто же знал, что принц тоже отправится на этом корабле, и они снова встретятся с Син Дереллой? А случилось это так: принц, поняв, что был обманут и женился не на той, не хотел больше жить. Он плыл в другую страну за лекарством для супруги – таков был его долг. И вот он решил броситься в холодные воды океана. Но Син Дерелла отговорила его. Они встречались каждый день плавания как спаситель и спасённый и влюбились друг в друга.

– Куда смотрели подчинённые?!

– Конечно, люди принца были недовольны его сближением с кем-то вроде Син Дереллы, – поправилась я тут же. – Они вызнали всю информацию про неё и доложили принцу. Её прошлое он не мог оставить без внимания. Син Дереллу заключили под стражу. Но всё решила судьба. Корабль столкнулся с айсбергом, ну, такой ледяной плавающей глыбой, и начал тонуть. И вот вместо того, чтобы спасаться самому, принц, собиравшийся вопреки своим обещаниям взять Син Дереллу в жёны, убил всех мешавших ему подчинённых и бросился спасть Син Дереллу. Когда они выбрались на палубу, не было ни шлюпок, ни шансов на спасение. Корабль потонул в холодной воде, но принц и Син Дерелла выжили. В ледяной воде уцепились за деревянную дверь. Син Дерелла забралась на неё, а принц предпочёл пожертвовать собой ради возлюбленной и замёрз насмерть. Син Дерелла безумно улыбалась, сбросив тело принца в пучину океана, когда на горизонте появилась помощь. Так она оказалась единственно выжившей и, наконец, завершившей свою месть. Марионетка-принц ей больше не был нужен. Таинственное саше с дурманом, которое она всегда носила при себе, случайно захватил с собой мёртвый принц.

Ну как вам? Достаточно жутко? Я снова посмотрела в глаза Ли Борома. Старый янбан требовал продолжения своим молчанием. Ещё? Остановите меня кто-нибудь уже, умоляю! У меня кончились идеи с этой безумной историей. Ладно, иду ва-банк.

– Принц погиб на месте крушения корабля. Это была большая трагедия. И, насытившись болью и страданиями, принц открыл глаза. Он всё ещё был в ледяной воде, но он изменился. Он больше не чувствовал боли и холода. Он выбрался на берег. Вместо голода его преследовала жажда. Жажда человеческой крови. Он стал вампиром! Лишь на солнце было видно, что он больше не человек. Принц долго скитался по миру в поисках Син Дереллы, но прошло сто лет, а она так и не нашлась. Принц вместе с другими вампирами переехал в самый дождливый город и, так как он был ещё молод, ему пришлось притворяться студентом.

– Почему? Я так понимаю, вампиры – это что-то вроде духов?

– Вампиры, – я осторожно взглянула на помощника Чана, – это полуживые люди. Они уже умерли, но если питаются кровью живых людей, то могут жить ещё долго, быть почти неуязвимыми и обладать сверхспособностями. Отпугнуть их можно с помощью чеснока, а убить либо осиновым колом, либо серебряными пулями, но на этот счёт у сказителей есть разногласия.

– Пулями?

– В смысле, серебряным оружием!

Фух, чуть не попалась. Что-то меня заносит.

– Я верно понял. Однако почему этот принц не решил воспользоваться могуществом и захватить власть?

Ах, вот как вы мыслите, господин Ли Бором?!

– Принц не захотел. Для него его нынешнее состояние было сродни проклятию.

– Это недостоверно, но я выслушаю дальше.

Спасибо, что разрешили…

– И вот в этот город переехала старушка, которой перевалило за сто, с внучкой. Внучка пошла учиться, и на занятиях познакомилась с принцем-вампиром. Он на дух не переносил её запах, чем привлёк её внимание. Однажды как порядочный человек принц был вынужден проводить девушку до дома. И тогда он узнал свою Син Дереллу в её бабушке. Для любви больше не было места в сердце вампира. Он захотел отомстить. Но месть его была ядовитой. Принц за столько лет узнал рецепт дурмана, которым Син Дерелла свела его с ума. Он использовал тот же приём на её внучке. Он то отталкивал девушку, то, наоборот, сближался. В итоге внучка Син Дереллы сошла с ума от любви. Она умоляла принца тоже обратить её в вампира. Принц-вампир отказывался, оправдываясь сожалением. И однажды он разбил сердце юной девы, рассказав про свою историю с её бабушкой. Не находя себе места, внучка Син Дереллы спрыгнула с обрыва и покончила с собой. Син Дерелла уже была старой, чтобы вовремя остановить её. Но у обрыва она столкнулась с принцем-вампиром. Она зарыдала и с криком: «Ты убил собственную внучку!», пронзила сердце чудовища осиновым колом. Вместе они упали с обрыва, и сердце старой Син Дереллы остановилось.

– И это всё?

Вас не устраивает? Какие требовательные.

– Перед самой смертью Син Дерелла вдруг поняла, что она всё ещё молода и находится в заточении у своей мачехи. Принца, примеряющего туфлю одной из сестёр, она видела через щель в двери. В руке её был осколок вазы, которым она ранила саму себя. В порыве Син Дерелла выбила дверь и набросилась на принца. Она убила его. Внезапно осознав это, Син Дерелла прикончила и себя. «Я избавлю мир от двух чудовищ сразу» – произнесла она.

Я тяжело вздохнула. Если дальше они снова попросят меня продолжать, я не стану. С меня довольно. Я больше не выдержу этого психологического хоррора! Но, к счастью, я услышала долгожданные слова:

– Хватит, – произнёс Ли Бором и медленно захлопал в ладоши. – Благодарю за столь ужасную историю.

Надеюсь, это был комплимент. Это было долго. Что там дальше по плану? Нападение и побег? Я напряглась. За своим безумным повествованием я забыла обо всём на свете.

Глава 12

Господа встали, и я склонилась в поклоне. Но поднялась слишком рано. Попав под строгий взгляд Ли Борома, я снова поклонилась. Мужчина приблизился и взял меня за подбородок. Это было не просто касание, он держал так, что было бы непросто вырваться. Вот что значит «властный мужчина». Всё моё существо противилось такому отношению, но я в голове думала только о сюжете. Я должна быть готова ко всему.

– Подними голову, – приказал «правая рука» Главы Драконов.

Я подняла глаза, но этот Бором меня так и не отпустил. Он рассматривал меня со всех сторон, и лицо его было слишком близко к моему, я могла видеть все морщинки. Этот заинтересованный взгляд! Я почувствовала неприятное липкое чувство. Понятно теперь, почему Суа так однозначно решила, какие у этих «господ» намерения. Если бы я не знала правду, то подумала бы так же.

– Ты нам подходишь, – произнёс мужчина, отпустив меня. – Это честь для тебя – быть приглашённой самим Ли Боромом. Сейчас же собери вещи.

– Простите, – произнесла я. – Боюсь, подобные вещи необходимо обсуждать с саджаннимом… и ведомством.

Фух, точно, здесь есть же какое-то ведомство, отвечающее за артистов, но его не упоминали особо, поэтому и я забыла. Лучше будет, если я буду говорить по сценарию.

– Нас не интересует вся труппа. Только ты.

– Боюсь, я неотделима от труппы. Они дали мне имя и дом. Согласно договору…

– О, правда? – он меня перебил (что-о-о?). – Даже если мы заплатим большую цену за тебя?

– Даже тогда.

Хотя за большую цену, может, меня и продали бы.

– А если я собираюсь сделать тебя ученицей Главы?

Ага, врите больше.

– Я недостойна такой чести. Боюсь, я не оправдаю ваших надежд.

А вот это уже точно, и начну я прямо сейчас. И раз, два, три.

– В таком случае ничего больше не остаётся… – пробурчал недовольно Бором.

Он отступил. И хотя я готовилась к последующим событиям, для меня всё равно оказалось неожиданностью то, как этот Чан налетел меня и пригвоздил к стенке. Я даже пискнуть не успела.

– Разберись с ней, помощник Чан. Но не переусердствуй.

Прямо на моих глазах человеческий лик помощника пропал. Нет, это было лицо трупа. Глаза мёртвой рыбы. Шея неестественно изогнулась. Челюсть его отпала так, что рвала кожу на щеках. Но крови не было. Казалось, это маска, а не лицо. И изо рта с запахом мертвечины исходила тьма. И я видела, как от меня отделялось нечто и поглощалось этой дырой. Стало трудно дышать. Я будто внезапно оказалась в вакууме. Чан держал меня за горло слишком сильно. Лх… Я что, вот так умру?! Я уже не чувствовала под собой пола. Я не чувствовала своих ног. Я только старалась отодрать этого жуткого призрака от себя. Но мои руки были слишком слабыми. Для Чана моё сопротивление ничего не значило. Я зажмурилась, но страшный звук и чувства не отпускали меня. Я не Суа, я не должна через это проходить! Верните меня домой!

Кажется, я всё же заплакала. И тогда я увидела небесный свет, тихонько сочившийся из моих пальцев. Я тут же ударила Чана в лицо. Пол оказался ближе, чем я думала. Я едва не повалилась с ног, но вовремя удержалась за стену. Омерзительно запищав, призрак исчез, а тело рухнуло прямо передо мной. Ли Бором застыл в стороне. Не дожидаясь его реакции, я рванула из комнаты. Лга, ещё хотела и с ним разобраться! Нет, это всё не для меня. В глазах мигали мошки. Чёртов откат навыков! Я всё-таки споткнулась и перелетела через ступеньки. И вдруг… о, как крепко. Наконец-то земля перестала кружиться. Я вскинула голову, чтобы увидеть того, на кого наткнулась. Минхо? Сердитый взгляд и недовольный, но руки сульса крепко держали меня. Слегка встряхнув, Минхо поставил меня на ноги.

– Схватить!

Спиной почувствовала, как сгустился воздух. Это же магия! Но до того, как в меня вонзилось нечто, с хрустом и треском бьющейся посуды упал шкаф. Так в оригинале шкаф тоже скинул Минхо?

– В окно, – едва слышно произнёс он.

Удивительно, как легко Минхо направил меня одной рукой. Я задрала юбки, чтобы не мешались, и залезла на окно быстрее, чем это поняла. Спрыгнула, упала, поднялась и побежала туда, где было меньше всего народу. Я остановилась, когда увидела закуток, куда можно спрятаться. Прижавшись к стене, я пыталась отдышаться и прислушаться. Пока вроде погони за мной не было. Сердце было не унять. Чёрт, нет, я на это не подписывалась! Это только со стороны интересно и захватывающе! Моя жизнь реально была под угрозой. Я могла умереть, ты, чёртова игра!!! Мне было слишком страшно выходить из своего укрытия, поэтому я заставила себя заняться другим: сняла этот дурацкий качхэ. Кажется, я подвернула ногу. Будет непросто добраться до своих вещей. Развернула бумагу, спрятанную на груди. Сейчас должен был быть эпизод с кражей одежды. Значит, до этого времени я не попадусь? Я рискнула. Дорожный песок попал между посонами и котсин, и я остановилась, чтобы снять обувь. Именно тогда мне на глаза попался ветхий домик, на заднем дворе которого висела простая хлопковая одежда. Я огляделась по сторонам. Хозяина видно не было, как, впрочем, и народа вообще. Моя одежда слишком яркая. Даже без качхе во мне легко опознают кисэн. Обессиленный вздох вырвался наружу, и я пошла к тому месту, где провалилась ограда. Перелезть её было просто, несмотря на тяжёлые юбки. Эх, бедный хозяин или хозяйка, такими темпами к вам все воры заберутся. Правда, у вас, возможно, и красть-то нечего, кроме одежды. Я сняла с верёвки повидавшую жизнь чогори и чхиму. Встав под навес у дома, разделась до сокчхимы и гасемгарике, стягивающего грудь. Любопытно, но под этой юбкой на мне были ещё штаны – сокпаджи. Всё прикрыто – прекрасно! Кстати, было непросто с себя всё снять. Столько всего навешано и назавязано… Я уж не говорю про бесконечное количество одинаковых, на мой взгляд, кофточек и юбок. Интересно, зачем красная сокджоксам, едва закрывающая грудь, внизу, где её никто не увидит? Тоже бельё? В любом случае, я его уже сняла. К своему удовольствию, от распаковки себя-«капусты» я обнаружила мешочек, а там гроздья квадратных монет. Закрепила на себе бледно-синего цвета конопляную чхиму, кое-как завязала ленту-откорым на чогори и поправила белый воротник-тонжон. Он всегда должен быть чистым, иначе другие легко заметят, что с тобой что-то не так. Кстати, голубая юбка, если я не ошибаюсь (это не мои знания), означает, что у женщины есть хотя бы один сын. Я быстренько переделала причёску на пучок. Он, может, получился некрасивым и не совсем аккуратным, но в моём нынешнем виде небрежность не так принципиальна. Свою одежду, а также норигэ (явно недешёвое), кольца и украшения с головы я аккуратно сложила и оставила на корзинке за домом, в оплату. Там же я нашла соломенную шляпу и прихватила её. Выбравшись снова на улицу, я через боль в ноге постепенно приходила в себя.

Чёртова игра! Плевать на сюжет. Моя цель – дожить до конца событий. Сколько длилась вся сюжетная линия? Примерно год? Даже меньше. Тогда я просто отсижусь где-нибудь, Ки Монкут совершит своё злодейское колдовство, превратится там в токкеби или в кого, игра закончится, и я вернусь домой в свои прекрасные ленивые и безопасные будни. Но сейчас мне надо как-то выбраться из города. Сначала доберусь до оставленных в кибитке вещей, а потом… помнится, скоро должен начаться квест со спасением Минхо из тюрьмы. Но ведь его можно было не брать. Так и поступлю. Я просто попробую сбежать. Минхо выберется сам, я уверена. Он из тех, кого даже за десять дней тигр не сможет загрызть (о, это выражение само всплыло у меня в голове!).

Фу, какая мерзкая улица. От вони в воздухе до грязи под ногами. Мимо пробежала крыса, и меня передёрнуло от омерзения. Надо поскорее выйти отсюда. Какой-то пьяница, заметив меня, дёрнулся, но лишь только свалился на землю, пробурчав что-то невнятное. Точно надо выбираться и поскорее, кто знает, что тут вообще может произойти. Прикрывая лицо шляпой, я вышла на более людную улицу. Пытаясь примерно прикинуть, как я бежала от постоялого двора, я пыталась выверить направление. Иногда приходилось резко заворачивать, чтобы спрятаться от искавших меня стражей. Наконец я стала узнавать район. Крепко сжав челюсти, я прошла через площадь и вышла к кибитке театралов. По сценарию этот наш саджанним крутился на улице. Я прошла мимо, но он всё равно меня нагнал, когда я уже схватила свой заранее упакованный мешок.

– С ума сошла? – прошипел он. – Хочешь беду на нашу семью накликать? Знаешь, какие о тебе слухи ходят? Ты убила помощника Ли Борома.

– Я заберу вещи и уйду, – холодно ответила я.

Не мешкая, старик достал увесистый мешок с монетами и всучил его мне. Честно говоря, меня это удивило. Когда я проходила игру, эта сцена показалась мне однозначной. Руководитель театра сердился на Суа, беспокоясь лишь о собственной шкуре, а она умоляла названного отца не выгонять её. Я точно определила, что этот саджанним – типичный жадный делец, но, кажется, у него были какие-то чувства к Суа. В конце концов, почему он крутился у кибитки, будто кого-то высматривал? Почему он не сдал Суа сразу же, а отдал ей немалые деньги, когда мог просто выгнать? Я ничего не просила, но он…

– Я скажу, что не видел тебя.

Пожалуй, кроме страха и злости на лице старого руководителя можно было заметить беспокойство. Для меня этот персонаж был никем, но для Суа он был важным человеком, поэтому я постаралась улыбнуться.

– Не бедствуйте, – сказала я на прощание, – и следите за здоровьем, саджанним.

Мне больше здесь делать было нечего. Я выскочила из кибитки, оставив старика одного. Теперь надо где-то спрятаться и загримироваться. Я зашла в очередной переулок и втиснулась в узкий проход между домами. Тут была лужа, которой я решила воспользоваться как зеркалом. Разложила косметику, запудрила волосы, чтобы было похоже на седину. А когда взяла в руки тушь для бровей, поняла, что вся трясусь. Мне было страшно. Пожалуй, в своей жизни я ещё не испытывала такого животного ужаса. Моя жизнь висела на волоске, я была совсем одна в чужом мире с незнакомой культурой. И это был не радужный прекрасный мир. Здесь были нищета, голод, сословное неравенство, смерти, пытки и даже призраки. Нет, об этом не стоит думать. Я смахнула слёзы и принялась рисовать себе складки и морщины. Я хотела загримироваться под бедную старушку. В конце концов, здесь развито псевдоконфуцианство, а значит, уважают старших. Быть может, так мне удастся выжить. Я постаралась думать о чём-то приятном. Во-первых, мне удалось избежать сцены погони после кражи вещей. Во-вторых, я пропустила почти весь прощальный диалог с руководителем и сэкономила для себя время, так что стражники ещё даже к кибитке не подошли. Это всё значит, что у меня есть свобода воли в этой игре. Значит, я действительно могу подождать год и спокойно вернуться в свой мир. В-третьих, у меня есть вещи, благодаря которым я смогу прожить какое-то время. И в-четвёртых, я знаю, как выйти из города.

Как раз когда я заканчивала, я услышала знакомый диалог про Минхо, попавшего в тюрьму.

– Говорят, убийца прятался среди актёров. Убил помощника господина Ли Борома и скрылся. Схватили его подельника. Но этот не признаётся, кто заказал убийство. Отрицает всякую вину.

Сердце защемило. Нехорошо, конечно, бросать Минхо, но я не готова идти по сюжету. Более того, чем меньше взаимодействия с Минхо, тем лучше. Я не должна начинать с ним любовную ветку. Когда в панике бежала от Ли Борома, наверное, я свернула не туда на лестнице, поэтому и запустился квест с Минхо. Было бы лучше, если бы я смогла отыскать Донхёна, раз он где-то в городе. Но, боюсь, если я буду везде шататься, то попадусь стражникам. Тем более и Донхён, небось, не сидит на одном месте. Несмотря на эти мысли, сердце не унималось. Быть может, это тело всё-таки нездорово? Ладно, в любом случае Минхо из «змей», у него есть отмычка в ухе, да и выбирался он из передряг похуже. С ним ничего не случится. Он один из главных персонажей, как-никак. Аня, ты должна позаботиться о себе!

Я поднялась. Перспектива снова рисковать жизнью вызывала во мне апатию. Я заставила себя думать, что раз по сценарию меня не должны поймать, то и не поймают. С этими мыслями я согнулась и поплелась подобно старушке по улице. Надо было подняться в верхние районы и среди всех отыскать дом контрабандиста. Проходя в стороне от городских ворот, я вновь ощутила дрожь. Всех выходящих внимательно досматривали, сверяясь с портретом.

«Надеюсь, портрет хотя бы красивый нарисовали» – подумала я, стараясь посмеяться над собственной шуткой, но не вышло.

Вдруг ко мне кто-то приблизился. Я инстинктивно сжалась и сильнее прикрыла лицо соломенной шляпой.

– Вам помочь, бабушка? – послышался молодой мужской голос.

Я заставила себя взглянуть на говорящего. Вдруг Донхён? Но я ошиблась. Это был какой-то воспитанный аристократ. Я поспешила снова скрыть лицо, сильнее сгорбиться.

– Не надо, сынок. Благодарю, – проскрипела я, удаляясь.

Эта встреча заставила меня больше не останавливаться и двигаться поживее. Чёртовы крутые подъёмы! С больной ногой и с непривычки это было настоящим испытанием. Но наконец-то я оказалась в богатом районе. Минхо был прав, стражей тут было значительно меньше. Я внимательно смотрела на каждую стену, ограждающую усадьбы, чтобы найти ту самую с картинки. Нашла! Да, тот же узор, та же черепица, то же дерево… Я, радостная, поспешила к ограде, мысленно прикидывая, как мне туда забраться. В оригинальной истории Суа была с Минхо. Я же была одна, так ещё и в юбке. И хотя эта ограда там была невысокой, это оказалось проблемой. Что если использовать дерево? Вообще-то я никогда не была спортивной девушкой. Если я и смогу залезть, то это будет не быстро. Люди вокруг могут меня увидеть. Тогда надо прийти сюда ночью. Надо где-то дождаться темноты. Пока вокруг никого не было, я скинула свой багаж в кусты. Надеюсь, не найдут. Сама же я решила пойти дальше, чтобы не вызвать подозрений своей долгой остановкой. Я завернула за угол и оторопела. Вот те на! Хотела избежать людей, но здесь было явно какое-то публичное заведение для богатых. Я видела, как выходили праздные и пьяные люди. Здесь мне делать нечего. Я развернулась, чтобы уйти. Но пока я шла, голоса сзади становились всё громче. Я уже могла разобрать разговор о ставках, а ускориться – не могла. Было бы странно, если бы бабушка вдруг побежала. Вскоре мужики оказались у меня за спиной.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.