Алекс Уэйн
Тени близости

От Автора

Спасибо моим любимым сестрам за поддержку в моем начинании! Если бы вы не соврали, что у меня хорошо получается, я бы не продолжила писать и не переписала бы все с самого начала.

Дорогой читатель, надеюсь, ты влюбишься в героев «Тени близости» так же сильно, как в них влюбилась я. Обстоятельства, в которых они окажутся, – это омут лжи и тайн, в котором каждый из них найдет что-то свое.

Буду рада поболтать с вами о книгах, главных героях и, в целом, обо всем, что взбредет в голову! Информация о выходе глав будет в моем телеграмм канале: https://t.me/alexwaynewriter

Пролог

Кейси

– Не трогайте ее! Не смейте к ней даже пальцем прикасаться! – изо всех сил закричала я, наблюдая, как двое крепких мужчин силой выволакивают из дома мою мать.

Все произошло молниеносно и без объяснений. Они действовали бесцеремонно, грубо, ничего при этом не объяснив. Сначала я подумала, что моя мама что-то натворила и в голове уже бегали мысли, что это могла быть налоговая служба или люди по борьбе с неуплатой кредитов, которых мы благополучно игнорировали. У нас было мало денег. Точнее их вообще не было. Мама почти не работала из-за больного сердца, а моих денег с подработки едва хватало на продукты и оплату коммунальных счетов за дом.

Мама не сопротивлялась. Единственное, на что у нее хватало сил, – это постоянно испуганно оборачиваться, выискивая меня глазами. Они же только больше укрепили свою хватку, давая мне понять, что это обычные бандиты, которым непонятно что нужно от нас. Они не шарились по ящикам, не искали деньги или какие-нибудь драгоценности, а целенаправленно пришли сюда за нашей семьей.

Насильно затолкав ее в один из припаркованных возле нашего дома внедорожник, мужчины принялись сторожить добычу, пока я, загнанная в угол кухни самым свирепым из их компании, собирала все свои силы в кулак, подавляя внутренний ужас и чувство потерянности. Для эмоций было самое неподходящее время, но я не позволю им так обращаться с моей семьей и уж точно не позволю так нагло вести себя в доме, который все еще оставался моим.

Мужчина с раздраженным до предела выражением лица и раскинутыми в разные стороны руками, медленно подходил ближе, прижимая меня к стене и с каждым шагом сокращая количество возможных путей отхода. Я не была сильной. Во мне не было даже пятьдесят килограммов, в то время как один его удар мог выбить из меня все желание к жизни. Зная только одно свое преимущество, ноги приготовились бежать. Я была очень быстрой и хорошо бегала, а передо мной стояла ходячая и медлительная масса мышц.

– Кейси, детка, беги! – успела крикнуть мама до того, как дверь машины со всей силы захлопнулась перед ее носом.

Когда верзила подошел ближе, я вспомнила все, чему меня учил Джеймс и со всей силы ударила его ногой в подколенную ямку. Громила сузил губы от боли и с ненавистным взглядом яростно крикнул:

– Сука!

Замахиваясь правой рукой, он выжидал момента, когда я буду молить его о пощаде.

Схваченная мною с рядом стоящей столешницы стеклянная бутылка разбилась об его голову и, как только этот чертов сукин сын растерялся, стараясь привести себя в чувства, я тут же проскользнула мимо него к лестнице на второй этаж и принялась бежать к своей комнате.

Адреналин в крови зашкаливал, поэтому, не теряя времени, я подняла створки окна, перекидывая через подоконник ногу и, услышав его тяжелые приближающиеся шаги, спрыгнула в задний двор, твердо приземлившись на ноги.

Сердце молило вернуться к маме и искренне верило, что существует хоть какой-нибудь маленький шанс спасти нас от того, что происходит, но ноги не подчинялись и, по-прежнему не зная причин, несли меня вперед. Я не представляла, как со всем этим разобраться, но знала одно – сейчас мне нужно было бежать и бежать как можно быстрее, не оглядываясь. Я спасу ее любым возможным способом. Обещаю.

Деревянный забор, граничащий с соседним домом, проскрипел от небольшой нагрузки моего тела, перелезающего через препятствие.

С самого детства моим единственным доступным спортом был бег по утрам. Я быстро в него втянулась, когда начала испытывать настоящее чувство кайфа и неуязвимости. Каждый день я увеличивала дистанцию, бегая по-своему не очень-то уж приятному пригороду мегаполиса. Голова становилась холодной и находила выход из любой ситуации. Это чувство, когда мозг, накаченный кислородом, начинает работать на высоких скоростях, манило, внушая уверенность и большую решительность по поводу своей силы.

Я пробежала больше двух кварталов, переставая замечать четкие контура домов, машин и всего, что меня окружало. Лица людей становились смазанными как на картинах известных художников арт нуара. Проскочив между двумя почти плотно прижавшимися друг к другу зданиями, выбежала на одну из самых оживленных дорог города. Мое мокрое от пота тело оцепенело, когда надвигающаяся на меня машина издала громкий протяжный гудок. Как глупый олень, я замерла на месте, всматриваясь в ослепляющий свет фар и готовясь к наихудшему исходу событий. Моя никчемная жизнь пронеслась перед глазами и единственное, о чем я задумалась в этот момент, так это то, что я больше никому не смогу помочь. Даже самой себе.

Чья-то твердая горячая рука схватила меня за секунду до столкновения и отдернула в сторону пешеходного участка улицы.

Сердце бешено колотилось, казалось, оно было сбито автомобилем пару секунд назад, но продолжало хвататься за эту жизнь. Стараясь всегда быть сдержанной, не показывать свои эмоции, поддерживать этот облик сейчас было невозможно. Закрыв глаза на дороге, я не могла их больше открыть. Сил не было даже на то, чтобы вытереть скатывающиеся по щекам слезы. Тот, кто спас мое тело не знал, что моя душа уже была размазана по асфальту.

Вскоре я начала осознавать, что стояла прижатая к горячему телу неизвестного мне человека, пряча свое лицо в его одежде. Мускулистая рука опустилась мне на талию, прижимая ближе к себе.

Спустя пару секунд я подняла голову, с мыслью увидеть человека, который может быть рисковал собой ради меня. Как дура пялилась на него, в надежде что он скажет первое слово, возвращая меня на землю. Его большие чёрные глаза были пристально устремлены на меня, а на рубашке, такого же угольного цвета, проступали пятна от моих слёз. Я хотела извиниться. Или поблагодарить. Не знаю, что нужно было сказать ему, поэтому просто испускала тяжелые вздохи, пока уголок рта мужчины не приподнялся.

Медленно приближая лицо к моему уху, он убрал выбившуюся из пучка волос после долгой пробежки светлую прядь и прошептал:

– Ты действительно думала, что сможешь убежать от нас, тварь?

Глава 1

Кристофер

Этот маленький город, по улицам которого я шел вместе с Софией и ее подругой Ханной, был центром притяжение многих знаменитостей с мировой славой, богачей и любителей “Формулы-1”. На этом побережье Средиземного моря была сконцентрирована вся элита этого мира. Почти на каждом шагу встречались дорогие автомобили, многоэтажные бизнес-центры или какие-нибудь первоклассные отели, в которых мы с моей семьей часто останавливались.

Мы шли по авеню Принцессы Алисы, на которой расположены магазины дорогих брендов. Раздражение возрастало с каждой секундой нашего бесполезного передвижения. У меня было достаточно вещей, как, впрочем, и у них, но я уже привык к тому, что посещение каждого курортного города при совместных поездках всегда заканчивалось одним и тем же – шопингом, которого я не мог терпеть.

Нашу с Софией историю можно было бы начать со слов «их познакомили родители». Наши семьи были близки, из-за чего мы вынуждены были проводить все выходные и праздники вместе. Детство плавно перетекло в отрочество и, помимо школы, нас стал объединять один общий круг и практически сросшиеся миры. Так было до тех пор, пока в девятом классе мы с моим другом Кайлом не решили, что уже достаточно взрослые, чтобы почувствовать все прелести этой жизни на полную и ушли в отрыв. София же начала от меня отдаляться и я осознал, что без нее будни становились довольно скучными и серыми. Мне было хорошо с ней, а ей было хорошо со мной. Со временем наша дружба стала чем-то большим, и мы начали встречаться. Родители быстро одобрили такие отношения, ведь лучшей партии было не найти. Девушка была удивительным созданием – сочетанием острого ума, непоколебимой гордости и внеземной красоты, из-за которой очень часто получала то, что хотела, смотря жалобными глазками на своих родителей, а теперь и на меня.

Однако после моего становления на путь истинный, как любит говорить Кайл, все же отношение одного человека ко мне поменялось. Отец Софии, довольно влиятельный человек, долго видел во мне угрозу. Но это изменилось быстрее, чем я думал. Всего одна возникшая проблема на работе, которую я устранил своим вмешательством, и я лучший принц для его принцессы. До боли ироничная ситуация. Теперь мое присутствие как осознание всевышнего в жизни дочери.

Я шел позади девушек, наблюдая как светло-рыжие волосы Софии медленно развиваются от легкого ветерка. В школе она была одной из самых популярных и красивых девушек. Стройная фигура, большая грудь и длинные модельные ноги как на обложке модного журнала. Под руку она вела Ханну и постоянно хихикала после каждого сказанного слова, наверняка обсуждая очередную сплетню про своих подруг или подруг их подруг, с которыми они встречались один раз в жизни на какой-нибудь занудной выставке.

Ханна же была совсем другого типажа. Немного ниже, с белой кожей, темными волосами и огромными круглыми глазами, на которых она часто акцентировала внимание, подводя их синим цветом. Абсолютно другая, но ничуть не уступающая в красоте. Иногда даже казалось, что она обгоняет свою подругу, одевая более стильную одежду, подчеркивающую ее фигуру в форме песочных часов.

Мы опаздывали на вечеринку, в честь окончания этого уикенда. Кайл уже десять раз звонил мне, спрашивая, когда мы наконец-то приедем.

София посмотрела на меня через плечо и ласково улыбнулась:

– Милый, мы хотим зайти еще в пару магазинов, ты не против?

Меня начало это уже немного доставать. Даже не немного. Я кипел от злости.

– Я буду очень даже не против вашей прогулки хоть по всем оставшимся магазинам на этой улице, но при условии, что буду ждать вас в кафе. Мне нужно закончить свои дела. В любом другом случае я либо стану вам помехой в горе ваших сплетен, либо Кайл станет мне помехой на вечеринке.

Не успел я договорить, как моя девушка закатила глаза, отчего Ханна стала еще смешливее.

Сев в уютное кресло в кофейне, часть которой находилась на открытой уличной веранде, я заказал кофе и принялся изучать отчеты за последние месяцы.

Я бросил свою учебу в университете, потому что отец попросил меня о помощи. Распустив больше половины штата своих сотрудников, ему срочно понадобился человек, которому он будет полностью доверять. Таким человеком стал я и был заинтересован в этом не меньше него, однако не стал бросать учебу, а договорился с университетом об удаленной программе обучения. Глупо отказываться от того, на что потратил несколько лет своей жизни.

Я всегда уважал отца за то, что он делал для своей семьи. В детстве он не всегда был рядом со мной и мамой, но все его действия были направлены только на достижение исключительно лучшей жизни и моего будущего.

Взяв небольшой перерыв на работе, чтобы отдохнуть в Монако с друзьями и своей девушкой, я намеревался после вернуться в родной город для сдачи экзаменов и получения бумажки об образовании, чтобы вновь окунуться с головой в работу.

Я должен был проклинать себя за то, что скоропостижный отдых с друзьями превратился в гору рабочих моментов, вызванных моим желанием повысить перед отъездом эффективность и увеличить в короткий срок количество сделок, но отчасти, мне было плевать. Я не мог подвести отца, да и, честно говоря, в последнее время работа была единственным, что меня волновало.

Полтора часа прошли незаметно. Меня резко прервал от работы легкий женский голосок и поцелуй в щеку. София завалилась на соседнее кресло, положив свою голову на мое плечо.

– Мы зашли просто в шикарный магазин. Я купила парочку классных вещей, в том числе и нижнее белье, которые ты просто обязан оценить сегодня своим профессиональным взглядом. – Покусывая нижнюю, слегка пухлую губу, в ее глазах вспыхнула та самая уникальная искорка игривости, которую не спутать ни с чьей другой.

И это сработало. Как и бесконечное количество раз.

– Тогда к черту это вечеринку, – сказал я и притянул девушку к себе, жадно целуя в губы.

Незаметно ото всех София провела рукой по моей ширинке, вызывая у меня стон, смешанный с легким раздражением от невозможности взять ее прямо здесь на этом гребаном кофейном столике.

– Боже, как я устала, – как снег на голову прозвучал голос Ханны.

Нагло присев напротив нас, Ханна, с бокалом заказанного ей напитка, откинула голову назад, наслаждаясь теплым солнечным светом.

Я не был против ее общения с Софией. До этого момента.

Ханна была дочерью известного владельца торговых сетей в Сиэтле. Совсем не такая скромная, как София. В школе сначала поговаривали, что за улыбкой дружелюбной Ханны стоит ярая ненавистница правил и порядков. Кто-то даже говорил, что она самая настоящая сука. Со временем все только сильнее в этом убедились. В десятом классе девушка облила зеленкой одноклассницу за то, что та заигрывала с ее парнем, а следующим же годом обвинила учителя по этике в домогательстве. На удивление всех, именно он поставил ей самую низкую оценку в классе.

С легкой усмешкой моя девушка убрала свою руку от моих брюк и положила на запястье.

– Мы опаздываем, – заметил я, раздраженным взглядом посмотрев на Ханну. Момент был упущен. – Если не хотим остаться за бортом, стоит выехать прямо сейчас.

– Без нас они не уедут. И представить не могу как ты будешь одна жить без такого надзирателя пару месяцев… – буркнула Ханна, бросая свой проказливый взгляд на Софию.

Я возвращался в Сиэтл, где мы все вместе выросли. Главный офис моего отца находился там же, но большего внимания требовали именно его филиалы, поэтому, я принял решение переехать в Атланту вместе с Софией, поближе к ее университету. Совмещал приятное с полезным, изредка уезжая в небольшие командировки по другим городам. Мы планировали учиться вместе, но я предпочел надежное образование в своей сфере в родном городе культурному университету для богачей Атланты.

– Ханна! – София метнула в нее свой недовольный взгляд. – Хватит его провоцировать. Не вынуждай меня сердиться на тебя по-настоящему. – Даже когда она злилась, оставалась милашкой.

– Прислушайся к своей подруге. Ты же знаешь, на что она способна, – усмехнулся я от этой разборки двух маленьких котят и захлопнул крышку ноутбука.

София и правда была не той, кто станет терпеть издевки. Она умела за себя постоять, вот только со стороны это всегда выглядело так, как будто маленький тигренок учится рычать и работало это только с девушками. В любом другом случае у нее был для этого я.

Ханна отвела глаза в сторону, игнорируя ее угрозы, если их так можно было назвать.

– Не переживай, – ласково прошептала София. – Я обязательно приеду в гости. – Коснувшись моей щеки губами, залезла в телефон и заказала нам такси.

***

Подъезжая к яхтенной стоянке, мы вышли из автомобиля и направились вдоль пирса, отыскивая по словам Кайла “настоящий огромный круизный лайнер”. Помимо столь точного ориентира для поиска он сказал название, на которое мы больше полагались.

Пройдя несколько метров по пристани, я увидел яркую золотистую вывеску “SKY” на покрытой высокоглянцевой серебристой эмалью яхте.

Под песню «ZOI – We Bad, We Know» на палубе пританцовывал высокий блондин в обнимку с худощавой стройной брюнеткой в коротком шелковом красном платье с охренеть каким глубоким вырезом. Настолько, что София на секунду скривилась от наряда незнакомки. В другой руке была бутылка шампанского, брызги которого летели в сторону других гостей этого “круизного лайнера”.

– Что он творит? – неодобрительно спросила София.

– Кайл, как всегда, в своем репертуаре – ответил я. – А ты когда-нибудь видела его в другой обстановке и одного?

– Нет, но его пристрастие к брюнеткам меня пугает.

– Как и меня. Скоро не останется ни одной брюнетки, которую бы он не трахнул, – с усмешкой заявил я.

– Ужас какой! – Ханна обхватила свои каштановые волосы, достающие до плеч руками. – Он, конечно, очень красивый, но моя самооценка не позволит мне дать ему что-то больше дружественного поцелуя.

Мне даже на мгновение стало его жаль, поэтому, как настоящий друг, я попытался ее переубедить:

– Зря ты так. Уверен, девушку, которую он полюбит, будет носить на руках.

Главный защитник в моем лице вышел на поле.

– Ага. Главное, чтобы в его кровати не лежала еще одна, такая же любимая им девушка. Кристофер, заканчивай навязывать мне своего друга. Его список побед с каждым днем удлиняется на пару строчек, а мне нужен человек надежный. Н-А-Д-Е-Ж-Н-Ы-Й, – она четко проговорила каждую букву, не оставляя Кайлу никакого шанса.

Вот только она не знала, что Кайл был влюблен в нее в школе, а ее сучий характер только симпатизировал ему.

Кайл, заметив нас, начал с нетерпением махать своей рукой, призывая как можно скорее присоединиться к его компании.

Немного опьяневшая от мохито Ханна, первая направилась вверх по трапу, ведущего к яхте. Приобняв Софию за талию, мы последовали за ней.

– Наконец-то! – завопил Кайл, не отстраняясь от симпатичной брюнетки.

– Да брось, не поверю, что ты скучал по нам! – с усмешкой возразила София, бросая свои купленные шмотки на стоящий рядом диван и подбегая к нему с объятиями.

– Не по тебе, дурочка, по Кристоферу! Я его не видел почти несколько месяцев.

– Может вас тогда оставить наедине? – слегка обиженно произнесла она.

Я бросил на нее укоризненный взгляд, но Кайл справился с девушкой быстрее. Он побежал на нее, размахивая бутылкой с игристым. Девчачьи визги заставили всех рассмеяться, в том числе и меня.

Мне нравилось, что они дружили, хоть и первое время ненавидели друг друга, постоянно жалуясь мне. Он стал для неё кем-то вроде брата – тем, кто всегда готов разрядить обстановку своей немного нелепой, но искренней шуткой, чтобы с её губ вновь сорвалась улыбка.

Спустя час после отплытия от пристани мы могли разглядеть только сливающиеся в одну точку мерцающие фонари оставшегося позади города. Музыка становилась громче, люди – пьянее, а вечеринка была в самом разгаре.

Пока София соблазнительно танцевала посередине яхты, мы с Кайлом и группой некоторых наших общих друзей болтали, сидя на белых кожаных креслах на носу корабля, попивая очередной стакан виски.

Я слишком привык к тому устоявшемуся графику, по которому просыпался и засыпал в одно и то же время. Я не увлекался алкоголем, но знал, что он не причинит мне никакого вреда, ведь завтрашний подъем будет в такое же время, что и каждый день. Но я не учитывал, что как только мой бокал станет пустым, его тут же наполнит Кайл с хитрыми покосившимися глазами.

Разговоры были уж слишком однотипными. У всех было только одно в голове. Учеба, работа и девушки. Правда одна новость на удивление всех была неожиданной. Женитьбу Бена все обсуждали как минимум час, расспрашивая подробности дальнейшей судьбы компании и слиянии их семейного бизнеса, но мы с Кайлом прекрасно знали, что он был истинным романтиком и удовольствие от предстоящего события получал вовсе не из-за какой-то выгоды.

Его будущей женой была Лидия, девушка из весьма благородной семьи, с которой они вместе учились в университете. Хоть их начало отношений, а точнее секс по дружбе и нельзя было назвать романтичным, он долго шел к тому, чтобы стать ей не просто другом.

Не знаю каким образом тема детей и дальнейшей супружеской жизни ворвалась в разговор и коснулась меня.

– И когда нам ждать красивое, пахнущее дорогущими духами Chanel приглашение на свадьбу от тебя и Софии? – спросил Энтони.

Этот вопрос поставил меня в тупик. Нам с Софией и так было хорошо вместе, к чему все эти осложнения? Я знал, что она мечтает о свадьбе и в то же время хочет быть самостоятельной. Ее родители владеют туристическими базами по всему штату, а в ее голове слишком много идей, как их улучшить. Возможно вопрос о свадьбе не всплывет в ближайшие пару лет уж точно.

– Как только Кайл остепенится, я сразу же со спокойной душой пришлю вам дату и место, – съязвил я, смотря как Кайл вылупился на меня, осуждая мою несправедливость.

В ту же секунду к нему на колени подсела девушка, с которой он бурно танцевал в самом начале вечера. Подхватив рукой тонкую талию, друг показательно вцепился в нее губами, после чего задал вопрос, подвергший ее в шок:

– Как насчет того, чтобы стать моей женой? – Он смотрел ей прямо в глаза, в то время как мы молча ждали развязки этой идиотской шутки.

Бедная девочка, с которой он познакомился сегодня даже заикаться начала от такого наглого, но желанного предложения. Оглянув нас, она поняла, что это всего лишь очередная его глупая шутка.

– Возможно. Когда-нибудь… – Она не хотела показаться простушкой, хоть и была такой, оголяя все возможные места на своем теле, чтобы привлечь как можно больше внимания.

– Детка, мне нужно, чтобы друг женился, так что подыграй мне, – шепотом заявил Кайл, но так, чтобы это услышал каждый. Положив свою руку ей на задницу, прошелся глазами по ее ключице и снова остановился на губах. – Ну? Что скажешь?

Приглашенная гостья непонимающе смотрела на него, пока Энтони первый не залился смехом от всего этого фарса.

Брюнетка только недовольно фыркнула, но не стала уходить, а значит никаких откровений я от этой компании больше не услышу.

– Разве ты не рассказывал, что дома тебя уже ждет другая? – Ее голос звучал огорченно, но она прекрасно понимала, что эта связь с Кайлом лишь на одну ночь без продолжения и глупых сообщений на расстоянии. Уверен, он даже имени ее не помнил, что уж говорить о номере телефона.

– Другая? – удивленно переспросил Бен, хоть это было неожиданно даже для меня. – В твоем доме девушка, а ты скрываешь это от нас?

– Кайл, ты ее тоже замуж позвал, раз она предпочла остаться дома вместо поездки с тобой? – спросил Айден – парень, с которым мы познакомились на этой яхте.

В его сторону посыпалась куча разных шуточек, выводящих из себя.

Когда Кайл что-то скрывал, этого не знал даже я, несмотря на то, что мы с детства доверяли друг другу почти все свои секреты. Некоторым вещам суждено было остаться внутри, хоть я зачастую и догадывался, что происходило на самом деле. Но только не сейчас. Какая еще девушка?

– Да пошли вы все! – бросил Кайл и запрокинул голову на спинку дивана, не желая больше слышать издевки в свой адрес. – Эту суку даже девушкой назвать сложно.

– Суку?

Все замерли в ожидании услышать, какая особа заслужила такого к себе отношения.

Он нехотя вернул свою голову в изначальное положение и, смирившись с тем, что ему не избежать данного разговора, продолжил:

– Папаша решил поиграть в хорошего отца, только совсем не со мной. Крис, – он посмотрел на меня, – помнишь, я рассказывал про свою сводную сестренку? Так вот, отец года решил наверстать упущенные года, проведенные в отдаленности от своей дочери, которую родила больше подзаборная шлюха, чем женщина.

Слова были произнесены на одном дыхании, как будто все, что нужно было ему, – это выговориться. Похоже, я стал догадываться о ком пойдет дальнейший разговор.

– Кейси будет жить в нашем доме примерно год, пока любимый папочка не наиграется в счастливого отца большого и крепкого семейства. Как вам такая новость, ребят?

– Если эта сука красивая, то не вижу никаких проблем, – спокойно сказал Энтони, не понимая, насколько сильно Кайл презирал ту, о ком рассказывал.

– Меня от одного ее вида тошнит, – тихо выплюнул он. – Я виделся с ней всего пару раз, но она всегда успевала вывести меня и моего отца из себя.

Он посмотрел на меня в ожидании поддержки, ведь каждый раз, когда Кейси приезжала к ним в дом, по счастливой случайности, я оказывался рядом, а позже выслушивал еще неделю какая она недалекая и напыщенная заноза в заднице.

– И какой ты после этого друг, если позвал меня жить к себе, умолчав про сестру, которая даже меня успела назвать придурком? – сказал я.

Мои родители запланировали полную перепланировку дома, снося почти каждую стену, так что выбор стоял между отелем или Кайлом. Я бы с удовольствием выбрал первое, но Кайл не унимался, рассказывая, как весело нам будет вместе. Теперь то уж точно.

– А ты хочешь меня одного оставить вместе с ней? И какой ты после этого друг?

– Кейси должно быть сейчас около восемнадцати лет. Возможно, она давно уже не та напыщенная девяти-десятилетняя девочка, ты так не думаешь? – я попытался слегка успокоить его и самому поверить в это.

Он потратил целую секунду, чтобы обдумать мои слова.

– Какой была убогой, такой и осталась. Как бы не хотел мой отец, больше года она в этом доме не продержится. – На его лице было знакомое выражение и мне оно не нравилось. – И ты мне в этом поможешь.

Глава 2

Кристофер

Я проснулся в одной из комнат второго этажа яхты. Казалось, что я успел поспать часа три от силы. Мой взгляд остановился на лежавшей возле меня Софии. Такое утро я любил. Абсолютно голая девушка, прижимающаяся ко мне своей спиной. Ее макияж был идеальным даже после множества соблазнительных танцев, выпитого алкоголя и под конец жаркой ночи, на которой все и закончилось.

Она любила нежный секс, полный чувств и эмоций, из-за чего мне всегда приходилось себя сдерживать. Как бы глупо это не звучало, но она словно и правда была принцессой, которая порой требовала подобающего к себе отношения. Все это шло лишь к тому, что внутри меня на заднем плане тихо стонал укрощенный этой избалованной девочкой зверь.

Я поцеловал ее в щеку, стараясь приукрасить ее спокойный и наверно прекрасный сон про большой розовый замок и злого дракона, который ее охранял. Такие же сны обычно снятся таким девушкам? Наивно, забавно и немного скучновато.

Натянув на себя лежавшую на полу помятую одежду, вышел из каюты, спускаясь на палубу ближе к воде. Как и говорил, я проснулся один из первых. Вылет будет только через пять часов, поэтому совсем скоро ко мне начнут присоединяться сонные лица гостей.

Я достал из лежавшей на стеклянном столике пачки сигарету и закурил, опираясь спиной на леерное ограждение. В голове всплывали вчерашние разговоры, музыка и нескончаемая смена напитков, которые не лучшим образом отразятся на сегодняшнем перелете многих.

За бортом вчера все-таки один оказался. Пока София переводила дух между танцами, критикуя Кайла, Энтони надоедал всем своими тщетными попытками слушать на повторе одну из его любимых диснеевских песен, за что и был изгнан на пару минут в море до тех пор, пока из головы не вылезет это напористое желание.

Кайл тем временем недовольно размахивал своими руками, без умолку рассказывая о ком-то. Его уже было не остановить.

Несмотря на всю мою дружескую любовь к нему, он был весьма заносчивым типом. Любил тратить деньги своего отца направо и налево. Ему было плевать на учебу, работу и все остальные важные аспекты жизни. Что касается девушек, то он их менял как перчатки. Его типажом всегда были брюнетки, с огромным багажом знаний в области страстного и глубокого минета. К слову, цвет волос не являлся таким весомым аргументом, как второй. Красивые девушки всегда вешались на его шею, надеясь удивить его своими умениями, дабы в следующий раз возглавлять список претендентов составить компанию высокому голубоглазому блондину со стрижкой в стиле вояж.

Ту девушку, о которой он вчера рассказывал звали Кейси. Его сестра, не заслуживающая этого слова. Бешенная и неугомонная девчонка, не знающая никаких правил приличия.

Первая наша с ней встреча была в доме Кайла, когда нам с ним было примерно двенадцать с лишним лет. Я охотно согласился на его предложение погостить у него в тот день, думая, что ему нужна моя поддержка и, полагая, что мое присутствие хоть как-то облегчит их знакомство. Позже я понял, что от меня ему требовалось совсем другое. Как бы это смешно не звучало, в его мыслях было только желание похвастаться передо мной новым членом семьи. Не знаю, какую картину он представлял в своей голове, но он искренне верил в то, что они подружатся. Она должна была рассказывать ему все свои секреты, он в свою очередь должен был отпугивать от нее парней, которые бы позже лезли к ней, а по вечерам они бы вместе смотрели кино, держа в руках бумажную упаковку приготовленного ими попкорна.

Я даже усмехнулся, вспоминая этот детский лепет. На тот момент я и правда ему завидовал, выслушивая предположения какой красивой, умной и веселой она должна была быть. Я единственный ребенок своего отца и никогда не знал, каково это иметь сестру, но внезапный приезд Кейси означал, что у меня мог появиться еще один хороший друг из семьи Спенсеров.

Просто два наивных двенадцатилетних мальчика, которых она позже называла придурками, разрушая детские мечты Кайла и отчасти мои.

В голове всплывала наша первая встреча.

– Это она? – шепотом спросил у меня Кайл.

К дому подъехал серебристый Mercedes с черными тонированными окнами, а внутри сидела маленькая девочка, которую мы с Кайлом очень ждали. Был поздний вечер и любые попытки разглядеть ее за затемненными стеклами автомобиля становились неудачными.

Машина затормозила на слегка заснеженной, прилегающей к дому дороге. Отец Кайла стоял перед нами, одетый в черное длинное пальто из драпа с добавлением шерсти. Кайл в это время был по правую руку от меня. Мы были с ним одинакового возраста, но я уже обгонял его своим ростом на пару сантиметров.

Когда водитель открыл переднюю дверцу машины, из нее первым делом высунулась маленькая ножка в узорчатых белых колготках и коричневых сапогах на размер больше положенного. Я даже почувствовал, как Кайл затаил дыхание, перед тем как милое личико Кейси предстало перед нами. На ней было теплое сиреневое платье, поверх которого одета куртка такого же оттенка. Все было почти идеально, кроме ее взъерошенных белых локонов, собранных в небрежный хвост.

Лицо светилось от счастья при виде украшенного желтыми фонарями особняка и не менее громадной ели, находившейся в самом центре их придомовой территории. От удивления девочка даже слегка приоткрыла свой рот.

К ней подошел Генри. Узнав о ее существовании, он первым делом пригласил ее погостить у себя в доме.

Мы как вкопанные стояли в ожидании того момента, когда она шагнет в нашу сторону, пока Мистер Спенсер, стоя пред ней на коленях, рассказывал про дом, указывая рукой на какие-то его детали.

После нашего пятиминутного ожидания она начала приближаться к нам.

Кайл, не отрываясь с интересом разглядывал ее идеально выглаженное сиреневое платье, а в глазах уже металось желание подружиться и побыстрее рассказать, где он прячет дорогую коллекционную машинку своего отца, которая по неловкой случайности пропала во время благотворительного приема его партнеров.

Ее лицо резко изменилось при виде нас. На смену изумленному от новой окружающей обстановки взгляду пришел оценивающий и самоуверенный взор.

– Привет, меня зовут Кайл. Папа сказал, что ты моя сестра. Это правда? – она даже не успела до конца остановиться перед нами, как Кайл задал ей наиглупейший вопрос. Маленьким мальчикам свойственно волноваться, особенно когда его знакомят с новым членом семьи.

– Я тебе не сестра! Ты совсем что ли с ума сошел? – Она максимально высоко задрала свой подбородок, не видя ничего кроме верхушки наших голов и неба.

После ее слов я больше не видел в нем того Кайла, с которым был знаком. На лице больше не было той радужной улыбки, ее сменило полнейшее разочарование. Он знал, что этого дома было слишком много для него и отца и человек, который должен был разбавить эти серые краски, только сгущал их.

Мы были старше нее, в то время как она была еще совсем ребенком. Таким капризным и привередливым ребенком. Кейси смотрела на нас так, будто мы и внимания ее не заслуживаем, что уж говорить о разговоре и знакомстве с ней.

Не успев ничего ответить, она развернулась, блеснув своими неряшливыми длинными белоснежными волосами.

Два наивных двенадцатилетних мальчика, какими мы больше не являемся.

Я встречал в своей жизни много плохих людей и попадались они мне достаточно часто, но ни один из них не относился ко мне с таким пренебрежением как эта безмозглая девчонка. Я бы соврал, сказав, что меня не зацепила тогда это ситуация, но, к сожалению, припрятанный тогда в моей куртке красивый цветок комнатной орхидеи завял, так и не удосужившись внимания человека, которому я хотел его подарить в тайне от лучшего друга, чтобы произвести впечатление.

Резко переведя голову в сторону, я увидел спускающегося по лестнице ко мне Кайла. Его неуклюжая походка и заспанные глаза говорили о серьезном похмелье, с которым он обычно справлялся, добавляя в кофе секретный ингредиент в виде двадцатилетнего коньяка.

Друг завалился на диван, широко расставляя ноги и демонстрируя маскулинность.

– Я не сомневался, что увижу тебя здесь. В тебя будильник встроен? – Он изогнул брови в недоумении.

Я сел напротив. Нам нужно было многое обсудить, несмотря на то что для этого будет достаточно времени в ближайшие месяцы.

– Скорее я удивлен, что ты встал один из первых. Сколько часов поспал?

– Я и не ложился. – Он пожал плечами, как будто это ничего не значило. Вот только не выспавшийся Кайл – это тот же самый Кайл, но злой и выводящий меня из себя.

Не до конца был уверен в том, что стоит поднимать тему, связанную с Кейси. Кайл и правда был взбешен этой новостью, но если он хочет втянуть меня в какую-нибудь авантюру, то пусть расскажет на что мне стоит рассчитывать.

– И что ты решил с Кейси? Мне нужно к чему-то готовиться? – в предвкушении веселья спросил я.

– Нууу… У папы припрятан коллекционный револьвер…

– Кайл! – я ему не мамочка, но иногда хотелось отчитать его по полной за несерьезность и изредка слабые мыслительные процессы. Думал его головешка способна на большее. Воспоминания немного разогрели меня и, хорошо обдумав все в будущем, я, возможно, готов буду принять его предложение о сухой мести.

– Еще не решил, но нужно сделать так, чтобы она сама захотела съехать от нас. – Друг задумчиво уставился куда-то позади меня.

– Она вроде не горела желанием связываться с вашей семьей, что же с ней случилось?

– А ты как думаешь? Она здесь только с одной целью – содрать с нас как можно больше денег. – Плотно сжав от отвращения губы, Кайл перевел дыхание. – Ей не хватило тех, что мой папа дал в последний раз и она решила закончить начатое. Отец пообещал переписать ей малую часть своей недвижимости взамен тому времени, что она проведет в доме. Какой дурак бы от такого отказался?

Я усмехнулся. Действительно.

Последний раз Кейси была в доме Спенсеров около года назад. Внезапно приехала просить денег на свое обучение, потому что достойна лучшей жизни. Кайл рассказывал какой надменной она была и как сильно показывала всем своим видом ненависть к нему и к главе семейства.

Это был второй, и я надеялся последний раз в жизни, когда мы ее видели.

Яхта стояла недалеко от берега. Не было ни ветра, ни волн, только тихое море и ярко палящее солнце.

Я стянул с себя белую хлопковую рубашку и шорты, оставаясь в одних боксерах и подходя ближе к воде. Кайл продолжал что-то болтать на заднем фоне, только его внимание уже занимал недавно проснувшийся Бен.

Без оглядки я нырнул в воду, помогая руками погружаться на несколько метров глубже. Больше не было слышно никаких разговоров, только полнейшая тишина с бликами солнечного света.

– Почему ты так с нами разговариваешь? Что мы тебе такого плохого сделали? – возмущенно спрашивал я, пытаясь понять причину такой недоброжелательности.

Я словно был каким-то монстром, который застал ее в самый неподходящий момент. Она шарилась по кухонным ящикам поздно вечером, старательно разыскивая какую-то вещь, но мой наездной тон сразу же отвлек ее от этого дела.

Два не больших, а просто огромных глаза в испуге уставились на меня.

– Потому что вы плохие! И я не хочу с вами больше разговаривать. Особенно с тобой!

После этого она просто убежала, а на следующий день и вовсе покинула этот дом.

Глава 3

Кейси

Передо мной стоял большой двухэтажной особняк в стиле неоклассицизма с четырьмя белыми дорическими колоннами, воинственно защищающими темную стеклянную дверь в центре фасада. С двух сторон от входа, выдерживая безупречную симметрию, тянулись вверх большие черные окна. Ветер бил в лицо, пробирая до костей. Несмотря на всю эту окружающую роскошь, это место вызывало у меня самые неприятные воспоминания, которых я всегда старалась избегать. Лучше замерзнуть насмерть, чем ступить на порог и принять его правила.

– Что застыла? Вперед! – Меня толкнули в плечо, заставляя сделать первый шаг в направлении к дому.

Я не сдалась, я просто оступилась.

– Не расслышала?!

Еще один толчок, не сравнимый по боли с прошлым, и я все-таки сдалась.

Прекрасно помню тот день, когда последний раз была здесь. Тогда встреча с моим отцом, по его мнению, закончилась не очень удачно, однако, я добилась того, чего хотела и мне было наплевать, что обо мне подумают. Я нарушила пару законов, пробравшись к ним на территорию, но все же получила деньги, которые были нужны. И сейчас все больше осознаю, что пришло время расплачиваться за свою наглость.

Месяц назад отец позвонил мне, чтобы договориться о встрече. Всего один звонок, который я целенаправленно проигнорировала и уже на следующий день некий адвокат по имени Ник Вилсон вломился без разрешения в дом, милой улыбочкой заверяя, что дело не терпит отлагательств. Отнекиваться было бессмысленно, потому что тонкий намек, что мое повиновение не приведет к экстренным мерам проскользнул быстрее, чем он успел представиться.

Все было уже давным-давно в прошлом и я поклялась не поднимать это в своих глубоко закопанных воспоминаниях. И встреча с адвокатом отца должна была остаться там же. По крайней мере я на это надеялась.

Углубив голову в капюшон толстовки, к ледяному холоду добавился и страх. Тяжело признать, что я боюсь отца, его влияния, взгляда, который втаптывал меня в землю несмотря на то, что я уже давно не маленькая девочка, надеющаяся получше узнать своего отца.

Подъезжая к высокому многоэтажному зданию, находящегося в самом деловом центре города, я пыталась показать всем своим видом безразличие и твердость по отношению к этой встрече.

На улице шел сильный дождь, отчего мои волосы пришлось спрятать под капюшоном толстовки с эмблемой футбольного клуба “Детройт Лайонс”.

Поднявшись на двадцать первый этаж офиса, адвокат приоткрыл мне одну из дверей с вывеской, обозначающей кабинет генерального директора, пропуская меня вперед. Я увидела отца, победоносно сидевшего за большим деревянным столом из темного дуба.

Скрывая свою мимолетную растерянность, сделала пару шагов вперед к нему, крепко сжав руки в кулак. Все еще настоящая причина встречи была неизвестна. Я боялась, что это могло быть что-то серьезное, раз такое дело нельзя было решить по телефону.

– Кейси, присаживайся. – Рукой он указал на кресло с мягкой обивкой, явно сделанное в комплекте со столом. – Наш разговор не займет много времени.

Вразрез ожиданиям первая фраза прозвучала вежливо, но вот движения, взгляд не врут.

Глаза собеседника внимательно изучали меня с ног до головы, после чего на губах появилась легкая презрительная насмешка. Еще бы, в последний раз я закатила ему такую истерику, что к его кабинету охрана сбежалась в считанные секунды. Я была не опасна для него, поэтому, дав отбой своим псам, ему все же пришлось меня выслушать.

– Мы с тобой не с того начали, поэтому хочу попытаться исправить это недоразумение и предложить тебе выгодную сделку, которая изменит твою жизнь в лучшую сторону. Садись. – Последнее слово уже было жестче. Как приказ, скрытый обходительной улыбкой.

Я уселась напротив. Начало было весьма лестным, но не настолько, чтобы я могла поверить в его чистосердечность.

– С твоего позволения начну сразу с дела, – продолжил он. – Мы можем помочь друг другу. С недавних пор моя личность находится под пристальным вниманием всех крупных изданий, а мой авторитет на международном рынке повышается с каждой заключенной сделкой. По моей информации люди, глубоко копающиеся в моей личной жизни, собираются слить в прессу всю информацию о тебе и твоей маме. Это просто неприемлемо, учитывая мой статус и прошлое твой матери. – На мгновение мне показалось, что он забыл ее имя. – Я предлагаю тебе переехать на год жить ко мне домой. Взамен ты получишь деньги, которые тебе так нужны. Тебе ведь они нужны как никому, да, Кейси?

А кому не нужны деньги? Я могла усмехнуться от этого простого вопроса, но испытала только жалость к самой себе. Заманчивое предложение нажиться против жизни с ненавистным мне человеком. Мне и вправду нужны были деньги, только вот проблема была в другом. Я никогда и не под каким предлогом не буду помогать ему. Он не опустится на колени, не будет молить, но даже если реальность изменится по щелчку пальца, я не смогу простить его и принять условия сделки. Я его ненавижу.

Набравшись храбрости и почувствовав его зависимость от моего решения, я расположила руки по краям кресла. Старалась быть уверенной, принять позу, которая будет соответствовать моему ложному психологическому убеждению.

– Я понимаю к чему вы ведете. Если понадобиться, я и моя мать – Миранда, – сказала я, делая явный акцент на ее имени, – будем все отрицать. Нам не нужны проблемы. Тем более мы не намерены хоть как-то связываться с вашей семьей.

Мой ответ ему очевидно не понравился.

Встав со своего кресла, Генри повернулся ко мне спиной, разглядывая соседние небоскребы сквозь огромное панорамное окно, по которому оживленно стекали капли дождя. В таком положении я не могла увидеть его эмоции, отчего разговор мог стать труднее. Иногда представляла, как на лице этого человека проявлялась хоть какая-то капля сожаления или может даже любви, но, к несчастью, это были только фантазии.

– Кейси… – Плечи мужчины напряглись. – Ты даже представить себе не можешь, насколько эта проблема надоела мне. У меня нет никакого желания упрашивать такую как ты мне помочь.

Такая как ты. Все было сказано в этих трех словах. Словно прикованная к электрическому стулу, по мне прошелся убийственный электрический заряд.

– Я же сказала, что мы будем все отрицать.

Он развернулся и я увидела тот самый взгляд. Бешенный и разъяренный, как будто отец пытается сдерживать себя, чтобы не ударить. По коже проскользнул мертвящий холод, а мысли заставляли тело сидеть смирно и не дрожать.

– Как ты думаешь, что будет с моей фирмой и партнерами, когда наружу всплывет то, что у владельца “Спенсер Логистикс” есть дочь от гребаной наркоманки ПО ИМЕНИ МИРАНДА, – крикнул он, яро желая унизить меня.

Я была права, что от этой встречи можно ожидать только одного исхода. Всего пару сказанных слов и я в огне. Мне даже показалось, что вспыльчивость, это то единственное, что нас связывало. Последовав за его яростью, я привстала и твердо уперлась руками об стол, неуклонно смотря в его серо-голубые вороньи глаза. Я старалась всегда быть спокойной и рассудительной, но если дело касалось меня и моей семьи, я безоговорочно дам отпор.

– Знаешь, мне глубоко наплевать на то, что будет с тобой и твоей фирмой. – Глупая смелость говорила сама за себя, откидывая всякую этическую хрень про то, как нужно говорить со взрослыми наглыми идиотами. – Давай сделаем так, что эта встреча окажется последней. Ты ведь хочешь этого, не меньше меня, Генри.

Я развернулась, направляясь к выходу, но грубый голос любого заставит остановиться. В его руках слишком много власти и, в частности, надо мной.

– У тебя, как и у меня есть только один выход из этой ситуации, и я не собирался обсуждать его. Ты переезжаешь к нам, и мы строим из себя прекрасную ячейку общества до того момента, когда журналисты успеют разнюхать все правду про твою с МИРАНДОЙ дешевую и убогую жизнь. Взамен за это страдальческое, по твоему мнению, время, ты получишь от меня пару объектов недвижимости. Они в дальнейшем будут приносить тебе хорошую прибыль для твоего по-прежнему унылого существования. И будет именно так как я сказал, иначе…

– Мне от тебя ничего не нужно! – сорвалась я. Я была слишком зла на него, чтобы дослушивать последнюю часть. Кровь била по венам, разжигая во мне еще большую ненависть. – Решай свои проблемы сам! Как я уже говорила, мы будем все отрицать. Можешь не переживать за это.

Быстро выбежав из его кабинета, я зашла в лифт, в спешке нажимая первые попавшиеся кнопки. Была хорошая возможность назвать его ублюдком-отцом, но я струсила, убежала, выбрала более легкий путь, произнося это слово лишь в голове, а позже с трясущимися руками осознала, что он так просто это не оставит.

Почему все не могло быть иначе? Почему он такой?

Все должно остаться в прошлом.

Должно.

Его слова про то, что все будет именно так, как он сказал оказались правдой. Громилы в моем доме, похищение меня и моей матери привели к его двухэтажному особняку, и я как дура иду умолять оставить мою мать в покое всем сердцем ненавистного мне человека.

В комнату меня проводил Джаред, один из “людей в черном” отца. Его имя я услышала в машине случайно, когда он интересовался дальнейшим маршрутом и выбором более короткой трассы. Второй громила, который ехал со мной на заднем сидении, остался внизу. Незаметно скрыться от них уже не получится. Камеры по всей территории, обход дома строго в назначенное время и я, потерянная до такой степени, что все эти ранние наблюдения только мешают мозгу мыслить.

Дорога заняла около восьми часов и была похожа на дорогу в ад. Я даже в туалет без внимания этих людей не могла сходить спокойно, хоть это и был единственный возможный шанс сбежать. Понять, что происходит я смогла только тогда, когда мы подъехали к этому месту. Если в машине трясло от страха и непонимания, то сейчас колотит еще сильнее из-за наступившего осознания безысходности.

Но выход всегда должен быть.

Джаред распахнул дверь и грубо подтолкнул меня в проём. На его лице, исцарапанном моими ногтями, я не увидела ни злости, ни усталости – лишь безликую пустоту, будто он был злым роботом, истощённым долгой дорогой. Всё же он вёз девушку, которая никак не могла угомониться.

Теперь я повиновалась, не говорила, не плакала, ступала вперед, не давая им права видеть меня жалкой.

Услышав странные звуки, исходящие в коридоре, я повернула к ним голову, увидев две черные тени на стене, становящиеся все больше с каждой секундой. Сначала они больше походили на призраков и поверьте, я была бы на седьмом небе от счастья, если бы это оказалось правдой. Они не такие страшные, по сравнению с отцом.

Первым появившемся человеком оказался какой-то работник, бережно тянущий за собой огромный чемодан. За ним, уткнувшись в телефон следовал высокий парень, одетый в легкую голубую рубашку и бежевые штаны.

Кайл.

Наши взгляды пересеклись, но лишь на мгновение. Поначалу мне показалось, что в его глазах читалась лишь апатия, однако я ошиблась. В них горела всё та же ненависть, что и раньше. С недовольством он отвернулся и продолжил идти – то ли за носильщиком, то ли за своим багажом.

Такой же красивый и самоуверенный, как в нашу последнюю встречу. Я никогда не считала себя очень привлекательной, но мы с ним были очень похожи внешне, а это о чем-то все-таки говорит. Правда его волосы были темнее на несколько оттенков, но разрез глаз и наши маленькие носы идентичны. Когда-то даже было больно смотреть в зеркало, потому что перед глазами появлялся его образ, а этот образ мне совсем не нужно было вспоминать. Если бы я не знала кто он такой, то, наверно бы, пялилась на него в своем городе, пуская слюнки. Однако за такой красотой скрывалось полное безразличие и ненависть ко мне.

Дверь за спиной захлопнулась, оставляя меня одну. Ключ сделал два поворота, и ручка затряслась от проверки, что я надежно заперта.

Спина прижалась к двери и соскользнула вниз, руки поджали ноги к туловищу и мысль, что я осталась одна в этом большом доме, полном презирающих меня людей, сняла побитую охраной броню. Моим слезам удалось одержать вверх. Они хлынули из глаз, не спрашивая моего разрешения и удержать их было невозможно. Зажав рот рукавом толстовки, я старалась не издать ни одного звука, кроме тишины. Этого и хотели от меня.

Я по-прежнему не знала где находится мама и это медленно убивало. Раньше она хотела, чтобы я жила в таком доме, чтобы у меня было много денег и я ни в чем себе не отказывала. Беззаботный мир, в который она старалась меня впихнуть оказался гнилым и жестоким. Слишком рано поняв разницу, маленькой девочке потребовалось другое. Она не идеальная мать, но она моя. Просто быть с ней и жить спокойно в любви и поддержке лучше, чем быть богатой наследницей и наладить связи с отцом. Деньги, конечно, имели значение, но я успела понять, что их избыток делал из людей монстров. Таких, как Генри.

Просидев на полу больше часа, ужасные мысли начинали угасать.

Я искренне старалась верить в то, что нет ситуаций, которых невозможно решить, хоть сейчас это и было на грани невозможного. Встав на ноги, я начала осматриваться, извлекая по максимуму полезной информации.

Комната была огромной по сравнению с той, где я жила восемнадцать лет. Она светлая и внушала несовместимое с моим состоянием спокойствие. Бежевые стены, белесый дубовый паркет, широкая кровать по центру, о которой я могла только мечтать. Конечно, она не сравнится с моим раскладным диваном с торчащими пружинами. Дома приходилось подкладывать одеяло, чтобы хоть как-то избежать боли по всему телу после сна.

Комната была полна ламп. Они свисали с потолка, теснились у двери, стояли по обе стороны кровати – все сейчас погашены, и вся эта искусная композиция казалась мне зловещей. Я рассчитывала, что меня запихнут в чулан. Этого ведь все равно никто не увидит.

Я буду сильной, даже если от меня хотят другого. Быстро приведя себя в порядок, я уселась на край кровати, дожидаясь своего отца. Я знала, что он должен объявиться. По крайней мере, чтобы поглумиться надо мной и продиктовать свои правила. Слез больше не было, но тело дрожало от страха, который я продолжала испытывать с того момента, как к нам вторглись в дом по приказу отца.

Ублюдок.

Глава 4

Кристофер

Все как раньше. Ничего не изменилось за то время, что я провел в Атланте. Аромат свежего морского воздуха, насыщенного озоном, картины и вазы, висевшие и стоящие в тех же местах, что и всегда, очищенная до блеска, словно к ней никто не прикасался, мебель. Филипп, Джаред и Лиза. О боже, стряпня Лизы – это нечто.

Прилетев в Сиэтл, мы первым делом отправились домой к Кайлу, чтобы скинуть вещи и наконец нормально отоспаться, сбросив усталость на нет. В самолете толком не получилось поспать, в отличии от Кайла, забавно развалившегося на двух креслах сразу. Мне же нужно было немного сконцентрироваться на учебе, которую я не собирался откладывать. Не хотелось обременять Спенсеров своим присутствием в течении двух месяцев, поэтому в планах побыстрее решить свои дела и улететь к Софии, хоть она и не радовалась мне так сильно, как Кайл сейчас.

Сиэтл. Я чертовски сильно по нему соскучился.

Учитывая сколько времени я проводил в детстве в этом доме, гостевая комната с видом на залив Тихого океана по праву считалась моей. Разместившись в ней, больше не мог сдержать восторга от возвращения в город, который будто принадлежал моей прошлой жизни. Жизни, с которой связаны как лучшие, так и самые печальные воспоминания.

Я знал этот дом как свои пять пальцев. В детстве мы с Кайлом играли здесь в прятки, позже старались незаметно вытащить из погреба пару бутылок вина, а пару лет назад устраивали громкие вечеринки, пока его отца не было дома. В этом месте мы делали все, что хотели и нас никто не контролировал. Мать Кайла умерла при родах, поэтому был только его суровый отец, который позволял ему слишком многое.

Быстро разложив свои вещи, приняв душ и закрыв окна подавляющими свет шторами, я завалился на кровать, забыв чем-то перекусить.

Меня разбудили громкие и не прекращающиеся стуки в дверь. Я даже на мгновение растерялся, подумав, что проспал больше положенного и очнулся только на следующий день после приезда. Быстро нащупав свой телефон, убедился, что дело шло к вечеру.

Мое вмешательство наконец-то прекратило этот надоедливый стук, принадлежавший, по моему мнению, такому же надоедливому человеку.

За открытой дверью стоял Кайл, одетый в костюм и держащий в руках две жестяные банки пива.

– Серьезно? – спросил я все еще заспанным голосом, в то время как Кайл был на взводе. – Скажи честно, ты начал что-то принимать пока меня не было?

В ответ он только цокнул и, нагло отодвигая меня в сторону, протиснулся внутрь комнаты.

– Прикройся! – промямлил он. – Я не София, которая слюнки по твоему торсу пускать будет. – Он кинул в меня футболку.

Быстро натянув на себя кинутую мне вещь, я лег на исходное положение, щедро взяв из рук Кайла бутылку.

Началось…

Он был словно занозой в заднице, совершенно игнорировал тот факт, что я приехал сюда по делам, а не с целью пройтись с ним по всем клубам этого города, в которых я и так был с момента своего совершеннолетия.

Все же он был моим единственным лучшим другом. Другом, отношения с которым больше походили на братские узы, о которых мы никогда не говорили, а просто жили, молча доверяя друг другу. Я не бросаюсь такими словами, но после того, как пару раз обжегся, то почти навсегда утратил доверие к людям. Я не стремился заводить новые знакомства, но они сами притягивались ко мне в силу моей профессии. Когда передо мной стоял выбор о переезде, я долго уговаривал Кайла поехать со мной. У него не было причин отказаться от моего предложения, но, как бы мне не хотелось, что-то его все же останавливало.

Он включил телевизор, висевший напротив кровати и, нервно попивая из банки, устремил взгляд на экран с яркими сценами драки.

– Я ее видел, – сказал он, не отводя глаз от телевизора. – Она приехала почти одновременно с нами. И ты не поверишь в какой комнате Кейси теперь будет жить.

Кайл всегда любил все драматизировать.

– Ее поселили в одну комнату с тобой, что ты так нервничаешь? – спросил я, за что получил весьма неприличный жест в ответ.

– Вообще-то она живет за твоей стенкой, а не за моей. Так что видеться я с ней буду не так часто, как ты. – Не знаю, радовала меня эта новость или нет. В любом случае, в своей комнате я редко собирался бывать. – А она похорошела с тех пор, как в последний раз вторглась к нам в дом. До сих пор задаюсь вопросом как у нее получилось пройти мимо охраны в тот день. Папа после этого уволил больше половины состава охранной службы.

– Похорошела? Кайл, не забывай, что она твоя сестра. Или твой план по ее выживанию заключается в том, чтобы максимально сильно заебать ее своими идиотскими подкатами? – сказал я, открыв жестяную банку с сопровождением шипящего звука.

– Не переживай, у меня на нее другие планы.

Я вопросительно посмотрел на него. Его выдуманные планы всегда пали с небывалым грохотом, если я в них не принимал участие.

– Старая схема. – Друг сделал максимально серьезное лицо, повернувшись ко мне вполоборота. – Ты ее соблазняешь, говоришь, что жить без нее не можешь, что ты влюблен, или какую чушь ты обычно несешь в таких случаях. Потом следует “Мы не можем быть вместе”. – Он изобразил страдальческое выражение лица. – И все готово.

Я усмехнулся. Ничего глупее в жизни не слышал.

– Тебе бы поменьше фильмов смотреть, друг. Что ты подразумеваешь под “все готово”?

– Ее сердце разбито, она, запинаясь, бежит из дома, как обычно презирая нас.

Гениально. Я что, попал в слезную мелодраму с моим лицом на постере?

– Я так никогда не делал, так что иди-ка ты на хрен из моей комнаты. – Без обиды, но с долой укора произнес я.

– Не обижайся. Она ведь и правда красотка. У нее блестящие, слегка волнистые волосы. Правда показалось, что она не знает о существовании расчески. Как будто неделю не причесывалась. А ее фигура… Ух… Она худая, словно у нее дома круглый год пустой холодильник, и она питается одной травой. – Его было не остановить. Он болтал без остановки, не замечая отсутствия моего интереса к ней. – И ростом она мне до подбородка достает. Знаешь, мы с ней внешне даже немного похожи.

– Кайл, пожалуйста, избавь меня от описания своей женской версии. И кстати, ты забыл одну главную вещь. София…

– Ах, да. Как такую забудешь. Она звонит тебе почти каждый час, а когда ты не отвечаешь, от ее звонков разрывается вообще-то мой телефон. И послушай меня внимательно, мне кажется, ты упустил другую главную вещь. Кейси здесь из-за денег. Денег отца и моих, к слову! – Его возмущения стали набирать темп.

Такая ситуация встречалась на каждом шагу. Каждый второй друг моего отца имел родственные связи в виде внебрачных детей. Малое количество из них впоследствии становились членами семьи, другие же с радостью получали ежемесячное пополнение на своем балансе, лишь бы позволить себе гораздо больше новых вещей. Иных исходов я пока не встречал. Такие люди всегда сначала прикрывались проснувшимся в них желанием обрести семью и, это желание сразу же обрывалась, как только они получали деньги. Как показывает практика, Кейси от них ничем не отличалась. Она пропала сразу же, как получила то, за чем пришла.

«Ладно» – мысленно проговорил я, словно цепляясь за еще одну причину задержаться в этом городе. Это может быть весело.

– Придется придумать что-то другое. Только, Кайл, без перебора. А то ты знаешь, чем это может закончиться.

Намек был на то, что ее стоит легонько напугать. Она девушка и, скорее всего, безобидная. Этого вполне должно хватить.

– Просто покажем ей ее место и все. – На лице друга засияла коварная улыбка, то ли от желания показать ей это место, то ли от того, что мое участие усилит эффект.

Каждый раз, когда Кайлу нужна была моя помощь, я безоговорочно давал ее ему. Не без проблем, конечно. Заметать следы тоже нужно уметь, но зачастую, в силу нашего возраста, у нас это плохо получалось. Иногда все заканчивалось проблемами, о которых нашим родителям лучше было не знать. В девятом классе один из учителей узнал, что Кайл врезался ночью на служебной машине их охраны в одно из административных зданий города и начал шантажировать тем, что сольет все снимки в прессу. Он хотел получить от него крупную выплату, которую нам просто жалко было отдавать такому ублюдку. Мы быстро решили эту проблему, сняв его на камеру в одном из дешевых отелей города вместе с ученицей, с которой он планировал сбежать от ее родителей. В чем последствия? Девушка с психическим расстройством. Вот в чем. Про выпускной класс вообще хочется умолчать и унести воспоминания с собой в могилу. Самый грязный метод, которым мы воспользовались. Хотел бы проявить немного сожаления, но нет. Если бы ситуация того дня повторилась, сделал бы тоже самое, только в добавок еще прошелся бы пару раз по лицу этого урода.

Без меня Кайл мог натворить что-то ужасное. А эта девчонка, приехавшая сюда за деньгами, получит свое наказание, пусть оно будет даже незначительным. Всего-то нужно показать ей, что корыстных девушек никто не любит.

– Кстати, почему ты так разоделся? – спросил я, проходя своим взглядом по идеально выглаженному черному костюму тройке.

Кайл лежал на кровати, будто Герцог Сассекский решил отдохнуть пару минут перед коронацией.

– Папа приезжает домой со своими друзьями по гольфу, после “незабываемых” выходных в загородном клубе. – Он устало вздохнул. – Так что натягивай на себя костюм и спускайся вниз. Нам предстоит весьма скучный вечер…

Я всегда испытывал к мистеру Спенсеру странные чувства. В детстве мне казалось, что он был хорошим отцом, но Кайл с каждым годом все меньше о нем говорил, да и я перестал его спрашивать. Умный, осторожный, черствый и до невозмутимости сдержанный человек. Построил свою компанию с нуля, а такие люди всегда отличаются особым зверством. Сейчас ему было около шестидесяти лет и его суровый взгляд даже на меня действовал иначе.

Недавно он обратился ко мне за помощью по закупке нужного ему оборудования. Его компания занималась международными перевозками по миру, но его техника со временем ломалась, поэтому моей задачей было подобрать нужное оборудования для ремонта. Наша фирма специализировалась на этом и, в счет благодарности за проживание, я потратил на эту работу немало времени.

Вся информация уже была собрана, осталось только отдать ему.

***

Поправив галстук перед зеркалом и зачесав волосы назад, вышел из комнаты, чтобы присоединиться к деловому ужину, который должен был уже начаться. Честно, не думал, что костюм понадобиться мне в первый же день.

Стоило выйти из комнаты, как громкий звук хлопнувшей двери заставил меня обернуться.

Я многое видал, но, чтобы Спенсер старший был так зол, никогда…

– Сука! – не заметив моего присутствия, выругался он себе под нос.

Увидев меня, Генри остановился и нервным движением разгладил складки на пиджаке. В этой комнате, как мне теперь известно, живет Кейси и слово “Сука” определенно принадлежало ей.

Да уж, а она и вправду ничуть не изменилась с тех пор, раз всегда сдержанный Генри Спенсер позволил себе такое.

– Кристофер, – в миг изменившись и, сделав вид, будто ничего не произошло, Генри подошел ко мне и, приобняв, похлопал по плечу. – Уже и забыл, как ты выглядишь.

Обменявшись с ним парой ласковых фраз, мы направились в столовую, которая занимала большую часть первого этажа. Белые стены, зеркальный потолок и большой длинный стол из темного дерева с четкими заостренными углами в самом центре комнаты.

Я был знаком больше, чем с половиной гостей этого дома. Пару раз уж точно мы с отцом пересекались с Ричардом Дэвисом, владельцем нескольких автосалонов в Сиэтле. А Томас Андерсон был вообще частым посетителем нашего дома, так как с отцом они вместе любили выкурить парочку сигар в тайне от его жены, которая была беременна третьим ребенком и просто на дух не переносила табачный дым. Из всех гостей я меньше всего ожидал увидеть там Айдена, с которым познакомился на яхте Бена. Оказалось, он был сыном известного политика демократа, который старался скрывать ото всех свою личную жизнь. Наверно поэтому я и не был с ним знаком. Я даже как-то смотрел интервью, где его отец бурно отстаивал личные границы всех конгрессменов. Хорошо сложенный и слегка кудрявый Айден никак не походил на сына знаменитого сенатора.

Усевшись за стол, мы принялись есть уже поставленные нам порции жаренной говядины на кости. Несмотря на то, что это был неофициальный ужин, все выглядели чересчур уж серьезными.

Загородный клуб, о котором говорил Кайл служил местом решения всех деловых вопросов, а теннисный корт больше походил на спарринг, где выигрывал всегда тот, кто предложит большую цену. Так что за столом определенно сидело несколько победителей и несколько проигравших.

Как только большая часть людей перешла ко второму блюду, а официанты дополнили пустые бокалы вином, оживленную беседу, подходящую к самой сути, прервал легкий стук каблуков.

Звон посуды в миг прекратился, тишина проникла в помещение и все, как в замедленной съемке, перевели внимание на арочный проход. И я в том числе.

Черт. Сделанный мною глоток спиртного, обжег горло и горячей волной спустился вниз.

В комнату вошла высокая блондинка, с убранными в пучок волосами и двумя свисающими прядями вдоль линии лица. Короткое белое платье из шелка, лямки которого обвивали шею, подчеркивало изящное, хрупкое тело, притягивая взгляды всех присутствующих.

Чтобы перестать на нее пялиться, пришлось даже запрокинуть голову и, не думаю, что это кто-то заметил.

Прошу, не будь Кейси. Умоляю.

Не будь ей.

Кайл уткнулся в тарелку, неодобрительно фыркнув перед этим.

Это Кейси.

Твою мать.

Как же я ошибался, представляя в своей голове жалкую подобию Кайла. Он бы взбесился, узнав, что она выглядит в тысячу раз грациознее, чем он в своем самом дорогом костюме его гардероба.

Я хорошо помнил ее маленькое личико, которое было самым невинным на свете до разговора с нами в тот день. Но это воспоминание стиралось с каждой секундой, покуда я смотрел на нее. Когда она год назад влезла в этот дом, у меня толком не получилось рассмотреть ее. Кейси, как бешеная фурия вылетела из кабинета Спенсера, не обращая на меня никакого внимания, хоть я и был тем, кто случайно преградил ей дорогу. Она попыталась оттолкнуть меня, но безуспешно. Конечно, ее маленькие обжигающие ручки тогда и с места меня не сдвинули, но своим худеньким телом она все-таки проскользнула мимо меня, назвав придурком.

Я разное слышал в свой адрес, но придурком меня уж точно никто не называл.

Некоторые похотливые лица гостей уже выражали желание увидеть эту девицу без платья. Сидевший у окна Стивен, старый друг Кайла, который каждый раз появлялся на мероприятиях с новой девушкой, уже мысленно трахал ее за углом этой комнаты, а немногочисленные жены собравшихся с недовольством смотрели на Кейси, поправляя свою прическу. София всегда так делает, когда видит, как я общаюсь с кем-нибудь противоположного пола.

Кайл говорил, что она слишком худая. Это было правдой, но он не упомянул что, все остальные части тела у нее на высшем уровне.

Замедлив свой шаг и огибая стол, девушка медленно оглядывая всех присутствующих. Движения были слегка неловкими и в то же время уверенными. Ни сказав ни слова, она остановилась перед нами, только больше разжигая интерес.

Кейси приоткрыла рот, с желанием представиться перед всеми, как мистер Спенсер вскочил со своего стула и встал рядом с ней, приобняв одной рукой ее за талию. Кейси слегка пошатнулась от отца, но все же примкнула ближе, как настоящая любящая своего отца дочь.

– Хочу представить вам мою дочь – Кейси. Совсем недавно я узнал эту новость от своего адвоката, который решал мою одну небольшую проблему и случайно познакомился с этой девушкой, о существовании которой я даже не подозревал.

Кейси подняла взгляд на своего отца и ее алые губы расплылись в сдержанной, наигранной улыбке.

О существовании которой он не подозревал? Мы с Кайлом переглянулись, прекрасно зная правду и не понимания, к чему этот спектакль. Но важно было одно – Кейси с удовольствием принимала в нем участие.

– Приятно познакомится, – коротко ответила она, избегая окружающие любопытные взгляды, бегающие от ее щиколоток до уголка идеально накрашенных губ.

И Кайл в этом ничуть не уступал другим. Скорее всего его больше удивил ее внешний вид. От небрежных и не расчёсанных волос не осталось и следа, так ведь? И все же его взгляд снова приобрел ненавистные черты. Он знал, что она не та, для которой знакомство будет приятным. Или еще хуже, неприятным было только знакомство с нами.

Реакция же остальных была предсказуемой. Партнеры с легким шоком метали глаза от Генри к Кейси. И обратно. Эта новость повлечет за собой небольшие сдвиги в их работе. За внезапно появившейся внебрачной дочерью обычно следует ряд публичных заявлений, которые сильно повлияют на их деятельность.

Вставший со своего крайнего места Айден протянул ей свою руку, прервав молчанье. Он явно хотел обратить на себя внимание, но возможно, просто не устоял перед такой красотой. Да, красотой. Можно долго размышлять какой из нее выходит паршивый человек, но эта девушка красива. Даже слишком.

Кейси мило вложила свое запястье в его ладонь и доверчиво поддалась движениям его руки. Если бы я не знал кто она такая, то на месте Айдена непременно бы оставил легкий поцелуй на том участке кожи, которое он возбужденно захватил. Я не понимал почему я хотел это сделать, но облегающее тело платье и она сама вывели бы каждого мужчину из себя.

Генри проводил Кейси к ее месту за обеденным столом и, сев напротив меня, рядом с Кайлом, она мимолетно посмотрела в мою сторону, после чего опустила взгляд на тарелку с едой. На смену быстро пропавшей улыбки пришел слегка жалостливый вид.

Бесполезная болтовня возобновилась, но напряжение продолжало витать в воздухе, и я не понимал, от кого именно оно исходило. Кайл сверлил ее взглядом при каждой удобной ситуации, но она всеми силами старалась не замечать его.

Спустя час оживленной беседы, Кейси не проронила ни слова, только изредка рассматривая окружающую ее громадную комнату. Иногда наши глаза встречались, но она сразу начинала смотреть позади меня в окно, сжав свои губы в узенькую полоску. Она определенно помнит кто я такой и точно не в восторге от нашей встречи. Отчасти, это было взаимно.

– Стивен уже разводится с третьей женой. Ему нельзя доверить даже женщину, что уж говорить о бизнесе, – сказал Ричард Дэвис, обсуждая своего брата, с которым пару лет назад поругался из-за разногласий в бизнесе.

Разговоры «друзей по работе» на некоторое время вернули меня на землю.

Я старался все держать в своих руках и быть независимым от других людей и их бизнеса. Так было больше вероятности, что тебя в будущем не смогут подставить или что-то требовать от тебя взамен оказанной услуге.

– Не ожидал такого от него. Эмили мне очень нравилась. По крайней мере, она не приносила таких сюрпризов, как его прошлая жена, – сказал кто-то из гостей.

– Разве Эмили не работает теперь на твоего отца, Кристофер? – спросил Ричард.

– Да, – односложно и нехотя ответил я.

– Не думал, что она станет вообще на кого-то работать, – задумчиво проскулил Ричард, словно их связывало что-то большее.

– Да… Жизнь как коробка шоколадных конфет, никогда не знаешь какая начинка попадется, – с усмешкой процитировал я слова главного героя из фильма “Форрест Гамп”.

– Кристофер, не знал, что отец воспитал в тебе хорошего философа!

Господи…

Ричард подумал, что это мои слова. Знал бы я, что он такой недалекий, то вовсе бы этого не говорил.

Неожиданно Кейси улыбнулась второй раз за этот вечер, только в этот раз ее улыбка была искренней, насмешливой. Похвально, думал такая как она только и делает, что пересматривает слащавые фильмы про вампиров и оборотней и часами рассматривает их постеры на стене.

Вечер подходил к концу. Кроме приветствия в самом начале, я больше ничего от нее не услышал, а в ее тарелке по-прежнему лежала так и не съеденная порция мяса. Неужто эта девчонка вегетарианка? В любом случае, Кайлу нужно было осуществить свой коварный идиотский план, поэтому она должна быть здоровой и ответить за все сказанное.

С первым вставшим из-за стола человеком, Кейси аккуратно отодвинула стул назад и направилась в свою комнату. Твою мать. Я не осознанно задержал дыхание, когда заметил ее почти полностью оголенную спину, на которой слегка выступал позвоночник с маленькой родинкой на талии.

Черт, да я откровенно пялился на нее, и был не в восторге от себя. Но я был не одинок. Айден резко привёл тело в движение, будто собираясь подойти, но, встретив её холодный, отстранённый взгляд, осел обратно на стул с таким видом, будто мир рухнул у него на глазах. Почему этот парень начал так сильно меня раздражать?

Ее походка была элегантной, поведение за столом как после нескольких лет обучения в школе благородных девиц и на вид, с самыми высокими оценками в дипломе. Она ушла, не обернувшись ни разу.

Кайл также смотрел ей в спину, сжав при этом в кулаке вилку, в то время как Спенсер старший даже не заметил того, что она покинула нас.

– Генри, ты же понимаешь, что ее появление повлечет за собой негативные последствия? – внезапно сказал Ричард, изогнув левую бровь.

Я удивлен, что они так долго терпели. В их духе было начать обсуждения прямо при ней, не стараясь выбирать менее безобидные слова.

– Не переживай, Кейси не доставит проблем. Я, наоборот, рассчитываю, что она нам поможет.

Поможет?

Это нихрена не вяжется с игрой в хорошего папочку и любимую дочку.

– Надеюсь, иначе твое партнерство в нашей фирме будет под угрозой.

Эти слова тоже были своего рода угрозой, на которую Спенсер никак не отреагировал. Зато у Кайла появилась еще одна причина выгнать ее из этого дома, чтобы хоть как-то помочь своему отцу. К удивлению, Генри никогда не вовлекал его в дело. Он всячески поддерживал его интересы, зная, что такой человек как Кайл не справится с его компанией. Это было странно для общества, в котором мы выросли. Мой отец всегда видел во мне наследника, в то время как Спенсер старший хотел заработать кучу денег сам, предоставив сыну выбор, в котором он до сих пор не разобрался.

Кайл учился в том же университете что и я, но на экономическом факультете. Он часто говорил, что этот выбранный курс был ошибкой. Единственной его радостью были только новые знакомства и конечно же девушки, заползающие к нему под одеяло.

– Она моя внебрачная дочь и придется с этим смириться.

Вызов был брошен, но принят не его партнерами.

Жаль Генри не знает, что задумал его сын.

Глава 5

Кейси

Какие же они все напыщенные и гнусные кретины!

Меня просто разрывало от злости из-за их идиотских разговоров. Эти “сливки общества” будто не умеют нормально общаться – без унижений, оскорблений и растаптывания чужого достоинства за спиной. Я передразнивала в уме все их реплики, вызывающие только чувство отвращения и не больше. “Меня не волнует их сделка, они обанкротятся быстрее, чем подпишут договор”, “Если бы не его жена, он давно бы растерял весь свой капитал” и финальное: “Моя дочь – Кейси… о существовании которой я даже не подозревал”.

Как? Как у него получается так прекрасно играть роль благородного отца спасителя?

Он пришел ко мне в комнату до ужина с тем самым бешеным взглядом. Черные зрачки затмевали радужную оболочку после каждого сказанного мною слова. Просто гребанный садист, готовый мучать мою мать, лишь бы я делала все, что он скажет. Правила, которые он установил поддаются логике, но совершенно игнорируют факт добропорядочности, который присваивал себе каждый сидящий за столом.

Я должна быть послушной, вести себя подобающим образом, улыбаться, как дурочка, воплотившая в реальность мечту о богатой жизни в большом доме с любимым папочкой и тогда мама будет в безопасности.

Я сняла с себя ужасно неудобные каблуки, натирающие до боли пятки ног, и швырнула их об стену. С грохотом разлетевшись в разные углы комнаты, за ними последовало платье, лямки которого душили меня с самого начала, не давая впустить в легкие так нужный кислород.

Больше всего меня тошнило от всех этих похотливых взглядов. Всех, кроме одного. Кайлу было все равно, что на мне надето. Даже если бы я стояла перед ним голая, все равно получила бы осуждающий и полный презрения взгляд, который встречала при каждой нашей встречи.

Я чувствовала себя серой мышью, загнанной в мышеловку. А вокруг меня столпились безумные ученые, изучающие мои действия под увеличительным стеклом.

Воздух.

Мне срочно нужен был воздух.

Я подбежала к окну, позабыв накинуть на себя что-то помимо нижнего белья, уже надетого на мне. Повернув маленькую металлическую защелку оконной рамы, дверцы распахнулись в разные стороны от сильного потока ветра, приводящего меня в чувства.

Облокотившись руками на белый деревянный подоконник, рот начал впитывать каждую крупицу холодного воздуха, отрезвляя ум. Половина моего тела уже торчала из окна, и я только теперь смогла понять, что оно не было заперто на ключ, как и дверь.

Слежка за мной теперь стала бессмысленной. Я в той же самой ловушке, только психологической. Отец прекрасно понимал, что у меня не будет никакого выбора. Бежать из этого дома – бессмысленно, потому что я все равно не знаю, где он держит мою мать. А излишний контроль привлечет только больше внимания.

Самое страшное сейчас было думать о маме, о том, где она находится, что она чувствует, чем питается. В голове то и дело, что всплывало “А что, если?”. Мне нужно было знать, все ли с ней в порядке, но что, если…?

Я смотрела вдаль больше получаса, пока мое тело не начало дрожать от холода и устрашающих мыслей в голове.

Темнота была повсюду и не давала разглядеть как следует территорию дома. Заезд был с соседней стороны, как, собственно, и главный вход в особняк. Опустив голову вниз, ноги подкосило от высоты. Конечно, у меня теперь есть опыт прыжков со второго этажа, но любая попытка усовершенствовать его, привела бы меня к жесткому падению и вывиху какой-нибудь части тела. Даже двойная доза адреналина не поможет преодолеть высокие потолки первого этажа.

Издалека доносился шум воды. За густым лесом располагалась трасса, а позади нее залив, подсвеченный теплым лунным светом. Завораживающая картина. Только наслаждение прекрасным видом не приходило. Голова начинала кружиться и звуки бьющихся волн делали ноги ватными.

Еще один вздох. Тяжелый, невосполнимый, обжигающий горло. Еще недавно влажные от подступающих слез глаза, стали сухими от ветра. Проморгав несколько раз, зрачок резко сфокусировался на темной фигура внизу, поглощающей черноту вокруг себя.

Медленно и аккуратно мое тело попятилось назад, но взгляд… взгляд был прикован к широким плечам, покрытыми темной тканью костюма. Скрытое от меня лицо смотрело в сторону леса, и, густые черные волосы делали человека невидимым, близким по духу к ночи.

Зайдя за угол дома, его плечи вскинулись и расправили пиджак, облегающий каждую мышцу. Он остановился, до этого двигаясь медленной самоуверенной походной, словно мир принадлежал ему. Пальцы высунули из кармана металлическую безделушку, поблескивающую от природного света, и, поднесли ее к замаскированному тенью лицу.

Громкий щелчок донесся до моего уха с задержкой в пару секунд. Перед его лицом вспыхнул небольшой огонек, осветивший профиль с каждой четкой выпирающей скулой. Грубые черты лица на мгновенье проявили себя при короткой вспышке и так же быстро скрылись в дыму.

Он сидел на против меня за столом. Это точно был он.

Воздух стал непоправимо увесистым и ноги отказывались ступать дальше.

Друг Кайла, всегда находящийся рядом. Он не сверлил меня взглядом, как другие гости за столом, но в его малейшем внимании все равно читалась безразличие с небольшой долей восхищения моим откровенным платьем. Да, я заметила это. Я заметила все… И от этого становилось нелегче.

Загадочная фигура оказалась бесстрастной машиной, такой же, как и все в этом доме.

Я помню его и уж точно помню указ отца – держаться ото всех подальше. Это было легче простого, но Боже, почему я не могу перестать пялиться на эту тень, на этот дым, обволакивающий пространство вокруг него.

Внезапный шквал ветра обрушился на комнату.

Оконная дверца со всей силы толкнула меня в спину, как будто заставляя действовать, но единственное, на что я решилась, так это прижаться своей задницей к холодному полу, пряча всю себя от внезапного взгляда незнакомца, испускающего облако дыма.

Дверцы продолжали хлопать над моей головой, привлекая все больше внимания к комнате. Зажмурив глаза, я решительно подняла руку вверх, ловя очередное порывистое движение деревянных ставней и заглушая это громыхание.

Пару ловких движений и все было как раньше. Тишина и одиночество. Окна закрыты, я на полу, а сердце бьется как в последний раз. Свет был выключен, но глаза привыкли к этому быстрее положенного. Он будет выключен всегда, потому что мне не нужно привлекать внимание. От этого зависит жизнь мамы, но черт возьми, только что произошло?

Просидев так еще какое-то время, я надела на себя спальные штаны, белую майку и легла в кровать, укрывшись толстым слоем одеяла.

Меня пугал тот простор, который был в моей комнате. По краям кровати стояли две пустые тумбы с прямоугольными золотистыми ручками. Я решила, что они так и останутся пустыми до того момента, как у меня получиться найти выход. В углу комнаты находился огромный шкаф, в котором по заказу отца висело немного новой одежды, в том числе и мое сегодняшнее платье.

Все было хорошо подготовлено. Он даже не предполагал, что у меня получится скрыться от его людей. Что меня действительно удивило, так это моя собственная ванная комната, оформленная в темных мраморных тонах и оборудованная свисающими с потолка удлиненными лампами.

Я старалась уснуть и поскорее забыть причину всего случившегося, но только больше осознавала собственную вину.

Я недооценила его жестокость и вот что с этим стало. После того разговора в его офисе, нужно было уехать, спрятаться, залечь на дно, все что угодно, лишь бы сохранить, по его словам, мою убогую жизнь с людьми, которые мне важны. Несмотря на то, что я была физически и эмоционально вымотана, уснуть не получалось. И дело было вовсе не в кровати, как я думала.

Недавно подсушенные глаза вновь становились мокрыми.

В комнате было слишком тихо. Не было воя соседской собаки и не верю, что говорю это, но я была бы рада услышать ругань своих соседей сквозь тонкие стены родной спальни. К несчастью, я услышала только собственный вырвавшийся всхлип и урчание недовольного желудка после ужина, а точнее его отсутствия. Хоть поданное блюдо и выглядело очень аппетитно, мысли в голове противились каждой попытке взять даже кусочек в рот.

Ворочаясь в кровати больше двух часов, за пределами комнаты утихли все голоса. Больше не было слышно торопливого движения работающих в доме людей. Только гулкий свободный ветер, изредка постукивающий по окнам.

Не знаю, что именно заставило меня спуститься вниз, рвение изучить этот дом получше или желание съесть хоть кусочек какой-то еды, но максимально тихими шагами, затаив дыхание, я босиком спускалась по лестнице.

Дом, в первую очередь поражал своими масштабами. Он был похож на современную галерею или атриум дорогого отеля – пространство, где легко затеряться и где даже тихий шепот рождал многоголосое эхо. Не было ни одной случайной вещицы: ни книги, оставленной на столе, ни помятой подушки, ни следов на идеально отполированном бетонном полу. Словно здесь никто не живет. Господи, даже фруктовая фаза в коридоре, по которому я передвигалась в поисках пищи, была искусственной. И вес равно она излучала больше жизни, чем весь этот особняк.

Медленно пробираясь вперед, я остановилась у первого арочного проема, где было что-то похожее на кухню. Такие люди как отец и Кайл не стоят за плитой, с желанием приготовить яблочный пирог, скорее всего, это просто гнусные и бесполезные декорации. Кухонный гарнитур, плита и холодильник уместились в одной стороне, в то время как каменный кухонный остров с двумя барными стульями занимал все оставшееся место в центре кухни.

Я подошла к серебристому холодильнику, от вида которого мой живот начал издавать более протяжный рык. Открыв его, на уровне моей головы стояло множество стеклянных бутылок с какими-то непонятными жидкостями разного цвета.

Хотелось сказать своему желудку, что я огорчена не меньше него, но разочарованный вздох сделал это быстрее.

В попытке найти хоть одну съедобную вещь, я начала поочередно открывать двери кухонных шкафов и, ничего не обнаружив кроме красиво расфасованных круп, с такой же грустью закрывала их, аккуратно придерживая своими пальцами, чтобы не издать ни одного лишнего шороха.

У этих придурков даже еды нормальной нет.

Упершись руками об стол, я вздохнула, осознавая, что сегодняшняя ночь будет невыносима по еще одной причине.

– Смотря что ты считаешь нормальной едой, – прозвучал твердый мужской голос слева от меня.

Я отпрыгнула от стола, будто сейчас должна начаться та самая бойня, что и сутки назад у меня дома. Тот же внезапный грубый голос, приказывающий мне стоять смирно. Только теперь я не позволю запихать меня в машину, облапав каждый сантиметр моего тела.

Неужели я сошла с ума, что не заметила, как мои мысли вырвались наружу?

Та самая фигура явилась в своем обличии и пожирающее уставилась на меня. Несколько густых прядей, похожих на цвет редкого агата свисали на лоб. Ярко-зеленые глаза в лёгком прищуре скрывались под густыми ресницами, а извилистая линия губ расплылась в злобной ухмылке. Руки были непоколебимо скрещены на груди, а широкая спина опиралась краем об дверной проем.

– Не думал, что ты из пугливых, – продолжил он, просматривая за моей спиной каждую вскрытую мной ранее дверцу, как будто я не искала обычной еды, а мечтала ограбить этот дом и вынести из него все содержимое.

– А я и не из таких, – ответила я и направилась в его сторону, желая пройти и, побыстрее вернуться в комнату. Меня и так не должно быть здесь.

Мужчина перегородил путь рукой, упершись об другую сторону прохода. Кончик моего носа успел дотронуться до его мускулистой части руки.

Только сейчас я смогла почувствовать этот тяжелый запах, исходивший от него. На губах появился привкус терпкого табака с нотками винограда.

Я подняла голову вверх, чтобы наши взгляды сровнялись.

Он был чуть выше Кайла и намного выше меня.

– Что?! – возмущенно вырвалось у меня, тем самым рассмешив мужчину напротив.

Он молча исследовал мое лицо, уделяя большое внимание глазам, в которые погрузился на несколько секунд, пока я не отвела их в сторону. Дрожь прошлась по всему телу, от вида его приподнятого уголка рта.

– Ты за столом была таким невинным, молчаливым ангелочком, а сейчас напоминаешь больше дьяволенка, готового испепелить все на своем пути. Куда же делись эти прекрасные крылышки? – Парень наклонил голову вбок, а его глаза начали искать что-то позади меня, как будто настоящие перья действительно скрывались за спиной. – Кейси, скажи честно: ты их потеряла или их никогда и не было?

Я точно не ангел, потому что чувствую, как внутри меня начинает зарождаться ярость. Мужчина похож на того, кто может своей силой причинить мне боль, но что-то все равно подсказывает, что он не станет этого делать. А вот поиздеваться он явно не против.

– Ты тоже за столом не особо разговаривал, но почему-то я не высматриваю лимба над твоей головой, – шепотом сказала я и отошла назад, не имея никакого желания продолжать этот тесный контакт, где кожей можно почувствовать температуру человека. – Так ты живешь в этом доме или у моего отца есть внебрачный сын, о существовании которого он не знал?

Дойдя до предела, я уперлась спиной об кухонный остров, на который сразу же начала злиться из-за невозможности отойти еще дальше. Он же был непоколебим и стоял в той же уверенной стойке, что и с самого начала.

– Я здесь временный гость. Такой же, как и ты, только на добровольной основе.

– В каком смысле? – замешкалась я.

Неужели он все знает? В таком случае эта вылазка и столкновение с ним на кухне поздней ночью может причинить моей маме вред. Я уже была готова встать на колени и просить его забыть об этом маленьком инциденте, пока он снова не заговорил:

– В том смысле, что мне не платят за это.

Призрение ко мне снова вернулось и окатило словно ведром холодной воды. Глупо было ожидать чего-то другого.

“Только попробуй кому-нибудь разболтать хоть слово. Ты знаешь, что случится” – пронеслось в голове.

– А какая дура откажется жить в этом доме мечты с такими замечательными людьми, да еще и за деньги, правда? – наигранно съязвила я, пытаясь оттолкнуться от правды, о которой должна молчать. Должна.

– Не знаю. Тебе виднее, – он разочарованно пожал плечами и потерял ко мне всякий интерес в секунду после моих слов.

Внутри все полыхало. Он бы удивился или захотел меня придушить, если я бы сказала все, что действительно думаю о них. Но инстинкт самосохранения сработал как нельзя вовремя.

Я снова направилась к выходу, в надежде, что этот разговор останется позади, как в самый последний момент парень схватил мою руку. Не грубо, но достаточно, чтобы показать свою силу.

– Аккуратней. Ты можешь пострадать. Просто постарайся не показываться у нас на глазах.

Еще одна очередная угроза в моей копилке от богатого засранца. Облик красавчика явно не соответствует его натуре. Просто обманка, к которой часто прибегает мой отец. Генри хорошо выглядит для своего возраста. Даже слишком. Но человек из него получается хреновый, как и из мужчины напротив.

– Не переживай, я избегаю общения с напыщенными богатеями, не стоящими в этой горе денег и цента.

Я вырвала свою руку, признавая, что его угроза подействовала.

Клянусь, я буду всеми силами стараться избежать встречи с кем-либо в этом доме.

Глава 6

Кейси

На часах было одиннадцать часов дня.

Я сидела на краю кровати в джинсах и черном джемпере на пуговицах. Эта была первая вещь, которая бросилась в глаза. Не придавая большого значение своему внешнему виду, я надела ее на себя с отвращением. Что если одежду выбирал мой отец? Или охрана, от которой тошнило не меньше? Можно расценивать это как подачку. Я бы с удовольствием ходила в своей толстовке, в которой приехала, но она изрядно испачкалась за этот долгий путь и хранила на себе пятна из Детройта, в сочетании с грязью Сиэтла.

Голодный желудок похоже свыкся с нашим страдальческим положением и молчаливо терпел. Его недовольство иногда приглушала моя рука, слегка давящая на живот.

Встав с кровати, я начала ходить кругами по комнате, размышляя о том, что вчера меня подвели, нет! Подставили мои физиологические потребности. Неужели я не могла потерпеть и делать все как мне приказали? Я не столкнулась бы с ним…

Не могу понять его истинных мотивов. Незнакомец предупредил меня для моей же безопасности или просто поставил перед фактом, что на меня открыли охоту? Темноволосый мужчина определенно живет с чувством вседозволенности и то, что я попалась вчера, дало ему вторую волну ощущений этого чувства. Застал меня врасплох, наслаждался испугом, испуская коварную улыбку удовольствия, издеваясь надо мной на кухне. Сейчас план не попадаться на глаза, удачно выполняется, правда с маленькой погрешностью. Без еды у меня вряд ли получиться долго просидеть в засаде.

Если бы я была в родном городе, то заехала бы ему между ног. И… убежала скорее всего. Но сделала бы хоть что-то, чтобы постоять за себя.

Тело предательски покрыли мурашки. Не от приятных эмоций, скорее от нагнетающего волнения.

А я ведь правда его побаиваюсь. Не так сильно, как отца, но он все же напугал меня. Это предупреждение, к которому все же хотелось прислушаться, было угрозой и таило в себе еще большую опасность. Генри сказал быть послушной, но меня не покидает чувство, что Кайл и этот парень будут делать все, чтобы помешать мне.

Намотав еще пару лишних кругов, голова переключилась на поиск решения. В воспоминаниях проносились все фильмы про ограбления банков и побеги из тюрьмы, которые мы смотрели вместе с Джеймсом по вечерам. Впервые они могли мне пригодиться. Я уже представляла, как спускаюсь по белым простыням, перевязанными между собой.

Отрезвляющая пощечина только что прошлась по моему лицу.

Джеймс!

Кейси, ты и вправду дура.

Накопившиеся переживания и слезы вытеснили единственного человека, на чью помощь можно сейчас наедятся. Когда мама ходила на собрания для бывших наркоманов, мне частенько приходилось дожидаться ее за дверьми секретной комнаты, в которой меня никогда не должно было быть. Кроме одного случая, когда просили привести с собой близких родственников.

Тогда я впервые подумала, что эти встречи могут дать результат. Боже, да я сразу же поверила Джеймсу, когда он начал рассказывать про второй шанс, про поддержку и про то, какую силу имеет любовь к членам семьи. Каждое его слово внушало уверенность, что мы справимся. И я ему поверила и верю до сих пор.

Он был старше меня на пару лет и имел темное прошло, о котором не стеснялся рассказывать всем. У него получилось побороть зависимость и не знаю, что стало причиной его особого внимания к нам, но он искренне верил, что у нас это тоже получится.

Джеймс начал приходить к нам чуть ли не каждый день. Мы готовили вкусную еду, смотрели фильмы, в общем подружились и стали доверять друг другу слишком много, секретничая, оставаясь одни. Когда мама пропадала, он всегда был рядом, приходил на помощь в любое время суток, даже если ночь была в самом разгаре.

Как только он обнаружит наш пустой дом в Детройте, непременно начнет меня искать. Мы с мамой никогда внезапно не пропадали. Каждая наша поездка в другой город была либо с ним, либо под его четким контролем в виде постоянных звонков, которые я каждый раз ждала с нетерпением.

Я как маленький ребенок улыбнулась, найдя наконец-то надежду, но резкий стук в дверь, прервал мое секундное ликование.

На пороге стоял один из охранников отца. Черный деловой костюм, не слезающий с него даже во время сна, рация на поясе и кобура с пистолетом внутри уставились на меня.

– Собирайся, – приказным тоном сказал лысый мужчина с каменным лицом и множеством разнотипных рубцов на нем. – У меня задание приглядывать за тобой и сопровождать, но в обязанности не входит вытаскивать тебя из комнаты, в которой ты сидишь уже несколько часов.

Я хорошо его помнила, так как этот мудак тащил мою маму к машине. Возможно, он был главным среди всех, потому что по его приказу, силы остальных были сконцентрированы на мне. А ведь они не угрожали мне и маме оружием. Неужели я была такой слабой?

Затянув под пристальным вниманием шнурки кроссовок, я, с покорным выражением лица, пошла за ним, останавливаясь в столовой на первом этаже, где вчера бессмысленно провела два с лишним часа.

Желание бросится и исколотить его возрастало с каждым шагом.

Где моя мама, придурок?

– Мисс Спенсер, здравствуйте! Ваш завтрак уже остыл. Я постараюсь быстро его подогреть, – отвлекла меня от возмездия незнакомая и весьма приятная на вид женщина, сорока-сорока пяти лет, одетая в оливкового цвета платье чуть ниже колен.

Тошнотворный ком встал в горле, от сочетания этих двух слов. Мисс и Спенсер.

– Не Спенсер, Хьюз, – поправила я. – И зовите меня просто Кейси, пожалуйста.

Она замешкалась, но с миловидной улыбкой проводила меня за стол, пока безликий охранник, вынув ключи из кармана, направился в машину, с указаниями сесть в нее позже.

Она вынесла огромную тарелку, на которой было ассорти из различных нарезанных овощей, яичница, пару жареных колбасок и несколько кусочков хлеба. У меня никогда не было такого сытного завтрака, да и чтобы его мне кто-то подогревал я тоже не припомню. К своим годам я стала самостоятельной и все обязанности по дому брала на себя.

– Извините, миссис…

– Если вы просите называть вас Кейси, то прошу, зовите меня просто Лизой, – таких жизнерадостных людей я еще не встречала. Она немного затормозила у стола, с затаившимся интересом рассматривая всю меня.

– Лиза, а где Мистер Спенсер и Кайл?

– Они уже давно позавтракали и уехали по делам.

– По делам? – переспросила я, радуясь намеченному плану избегать столкновения с ними.

– Да. Мистер Спенсер отправился на работу. Он встает очень рано. Кайл и его друг, мистер Райт уехали в университет. Могу разбудить вас в следующий раз, чтобы вы вместе позавтракали.

– Нет! – настороженно выпалила я. Это может стать проблемой для всех нас.

Мистер Райт… Тот самый самоуверенный незнакомец…

Она озадаченно кивнула головой, будто получила новые указания, которым обязана была следовать.

– Позавтракайте, у вас может быть очень трудный день. Вам понадобятся силы, – с улыбкой протараторила она, – новая школа – это всегда тяжело.

Точно. Новая школа. Еще одна строка в договоре, который хотелось сжечь вместе с этим домом. Лиза не выглядит как тот, кого нужно сторониться. Она кажется очень милой и доброй, как нянечка в старых американских фильмах.

– Вы что-то знаете об этой школе?

– Конечно! Моя дочь просто мечтала учиться в ней, но нам, к сожалению, это не по карману. Там учатся дети весьма состоятельных родителей, у которых мы зачастую работаем.

Она улыбнулась, смирившись с этим давным-давно. У нас больше общего, чем она думает.

– Очень жаль, я думала вы дадите мне пару советов, как там выжить, – я улыбнулась ей в ответ, но глаза все равно выдавали мою подавленность.

– К моему сожалению, ничем не могу вам помочь. У вас должно все получиться. Ваш папа очень влиятельный человек и поскольку вы его дочь, то должно быть родились с той же деловой хваткой, – она рассмеялась, в то время как сходство с отцом пугало меня. Это не комплимент, это ужасное оскорбление, которое я проглачу, как и остальные.

– Надеюсь, – сквозь зубы сказала я, стараясь не перечить этой доброй женщине, первой, кто проявил ко мне снисходительность.

Не хотелось быть фальшивой, как мой отец, но знакомство с ней могло оказать мне бесценную услугу.

– Простите за нескромный вопрос, но я могу одолжить у вас телефон на пару минут?

Мне всего-то нужно было сделать один звонок. Набрать на телефоне пару циферок, которые я знала наизусть. Мне нужно было просто связаться с Джеймсом, который выручал меня из ситуаций похуже этой.

Радужная улыбка с лица Лизы исчезла в мгновение, как будто эта просьба была на грани невозможного.

– Простите, мисс Хьюз, но нас предупредили, что вы можете попросить о таком, поэтому вынуждена вам отказать, – ее голос стал более тихим, но осторожным. – Обещаю, это останется в тайне.

Она сразу же убежала, оставляя меня одну за этим большим пустым столом, вычищенным до блеска.

Молодец.

Закончив жадно проглатывать кусочки еды, я села в машину к охраннику, раздраженно ожидавшему меня все это время возле автомобиля и скурившего пол пачки сигарет. Следуя намеченную плану, мы поехали в мою новую школу.

В моем столе остался доклад, которые я должна была сдать Миссис Кларк сегодня. Она дала мне время, чтобы я улучшила его, и я была ей благодарна. Самый лучший учитель, который всячески игнорировал слухи о моей матери. В этой школе ожидать такого не стоит, даже если Генри сделает все зависящее от него.

Мама, Джеймс, наш дом…

Пальцы потянулись к ручке, когда машина была на ходу. Может получиться не разбиться?

Я посмотрела в зеркало заднего вида, водитель смотрел на дорогу. Рука начала трястись, пока ее не уняла вторая, приказав расслабиться и отбросить бредовые мысли из головы. У меня все равно ничего не выйдет.

– Сколько нам ехать до школы?

Я серьезно подумала, что он мне ответит?

На любой мой вопрос, он отвечал односложными ответами, либо вообще молча отводил глаза на дорогу. Не получалось узнать даже его имени. Я старалась быть любезной, хоть и терпеть не могла лицемерия. Люди в родном городе были простыми. Простая работа, учеба, простые хобби, вроде катания на скейтборде, а не участие в гонке на прибрежных парусных яхтах в открытом море. И я относилась к их числу. Будешь любезной, получишь в ответ такое же отношение и к себе. Должный закон природы, который люди зачастую забывали в обыденной жизни. Но в этом мире было все наоборот.

Машина плавно остановилась на просторной парковке, возле арктически серого Porsche Cayenne и ряда других автомобилей бизнес-класса.

Человек “каменное лицо”, так я его прозвала, впервые обернулся ко мне с переднего сидения.

– Кабинет 213. Директор Амелия Данкуорд. Вход через главные ворота. Второй этаж по лестнице. Подпишешь документы и сразу же вернемся домой, – басом он вычерчивал каждое слово запрокинув брови, – понятно?

– Звучит как план захвата, – съязвила я.

Ни одна мускула на его лице не дернулась.

– Терминатор, – буркнула я, выбираясь из машины. Вряд ли бы он ответил мне.

Хлопнув дверью, я уставилась на замок британского герцога или самой королевы Англии! Здание, высотой в три этажа, длиной как скоростной китайский поезд, огражденный густыми ветвями редких посадок деревьев. Это каменное лицо уверено, что мы приехали в нужное место? Я даже не знала, что такие здания сохранились до наших времен.

Уверена, школьники на обед едят жареного ягненка, а на десерт круассан, привезенный утренним рейсом из Парижа.

Дорога до главного входа школы заняла почти шесть минут, не учитывая времени, когда я застоялась перед огромным фонтаном с греческими богами, держащими в руке различные древние орудия убийства.

Школа к моменту моего удачного прибытия была почти пустой.

Пробираясь по безлюдному школьному пролету, я изредка встречала школьников и учителей на своем пути. Пару раз даже прошмыгнула возле открытых на всеобщее обозрение классов, где профессор читал какую-то нудную лекцию про историю давно забытого всеми тихоокеанского государства.

Неловкий стук дверь под номером 213 и я сижу в кабинете директрисы, пропуская ее слова мимо своих ушей. Она что-то рассказывает про правила, учителей, опоздания, но мне совершенно наплевать на каждое ее слово.

Директриса Миссис Амелия Данкуорд по своему происхождению была британкой. Ее выдавал акцент и редкая фамилия, которую я сразу же исковеркала при первом моем обращении к ней. Она по праву занимала свой “трон” в этой школе, так как за пять минут разговора почти ни разу не посмотрела на меня. На ней было красное приталенное элегантное платье, а собранные в пучок волосы только подчеркивали ее серьёзность и непоколебимость. Она бы могла быть прототипом какого-нибудь злодея в детском мультике, не хватало только маленькой колбочки с ядом в ее сумочке от Chanel. Кстати, у меня была точно такая же. Правда мама купила ее не в элитном дорогом бутике, а на обычном рынке, где продавали подделки. Для меня же эта сумка была гораздо ценнее любой другой вещи, висевшей сейчас в гардеробе. Это был первый подарок с тех пор, как она поправилась. Мы старались не тратить много денег, но этот неожиданный подарок на мой восемнадцатый день рождения был одним из лучших моментов за последние несколько лет.

То, что мы пережили не знакомо каждому встречному.

– Вы меня слушаете? – строго спросила она.

– Да, – прозвучал от меня такой же строгий ответ.

Если она думает, что я буду кланяться перед ней и умолять, чтобы меня взяли в эту школу, то она очень ошибается. Нарастающее раздражение было не только у нее одной.

– Мисс Хьюз, я прекрасно наслышана от вашего отца о сложившейся ситуации, – упоминая о нем, она немного расслабилась.

– О какой именно ситуации вы имеете в виду? – спросила я, желая узнать, какой очередной версии мне придерживаться.

Она не собиралась церемониться и изогнув правую бровь сказала:

– О ВАШЕЙ ситуации. Хочу вас сразу предупредить, что он попросил оказать ему небольшую услугу и докладывать о всех ваших успехах и … провалах, а также отслеживать ваше посещение на предметах. Он ведь планирует передать вам небольшую часть своего бизнеса и рассчитывает на должное образование, которое мы собираемся вам предоставить, – сделав небольшую паузу, изучая мою реакцию, которой не было из-за моего безразличия к ней и к этой школе, она продолжила. – Вот листок с профильными предметами нашей школьной программы, прошу вас в кратчайшие сроки сделать свой выбор и обозначить интересующие вас направления обучения. С такими вещами лучше не затягивать.

Я выхватила бумажку из ее рук и взяв без спроса ручку с ее стола, поставила галочку сине-фиолетовыми чернилами напротив первый четырех попавшихся мне профилей подготовки.

Положив перед ней листок, я развернулась, с желанием побыстрее покинуть уже ненавистный кабинет, в котором я надеялась больше не появляться. Но один вопрос меня все же мучал.

– Разве не нужно согласие моей матери на мое обучение? – спросила я, обернувшись в пол оборота своим телом и встретившись с ее удивленными глазами.

– Мисс Хьюз, вы зачислены в нашу школу с этого дня. Нам не нужно согласие вашей матери, нам нужно было ее письмо, которое она и предоставила через своего водителя.

Извлекая из папки один исписанный листок бумаги, она положила его на ближнюю ко мне сторону письменного стола.

Я вернулась к столу и взяв его в руки, прочитала:

“Я, Миранда Хьюз, законный представитель и мать Кейси Кэролин Хьюз, даю свое согласие на обучение моей дочери в “Академия Сиэтл”.

Я всматривалась в этот листок слишком долго. Так долго, что она начала нервно стучать каблуком об деревянный пол старинного кабинета.

Этого просто не может быть. Это был ее почерк, это была ее подпись внизу документа. Что происходит? Она не могла просто так дать свое согласие. Почерк был спокойным и уверенным, но я знала, что если моя мама нервничает, ее буквы становятся неровными, а некоторые вовсе искажались. Я знала это, потому что постоянно отправляла от ее имени письма в налоговую.

Я вылетела из кабинета, не заметив даже с какой силой громко захлопнулась от моей руки дверь.

В оставшуюся поездку до дома мы с каменным лицом мы ехали молча.

Я рассматривала город, подмечая его унылую прохладную погоду, он же отслеживал ровность разметочной полосы дороги. Наверно такого как он, могли развлечь только противозаконные собачьи бои или извращенные фильма про убийства.

Нажимая на педаль тормоза, черный Mercedes остановился у дома. Каменное лицо импульсивно постукивало по рулю указательным пальцем, ожидая момента, когда я покину машину.

– И вам спасибо, – бросила я, закрыв за собой черную лакированную дверь автомобиля.

Погруженная в свои мысли о том письме, я шла по засыпанной маленькими белыми камушками дороге, с желанием побыстрее вернуться в спальню. Громкий визг тормозящего автомобиля опустошил мою голову за долю секунд. Он остановился передо мной в паре сантиметров.

Второй день в этом доме, а меня пытается сбить машина.

Я стояла на месте, как будто меня сковали цепями и готовилась к наихудшему исходу событий. Я только невольно вытянула вперед свою руку, в надежде, что она сможет хоть как-то меня защитить. На одну секунду мне даже показалась, что такой исход решит все проблемы и облегчит мою жизнь, если я буду мертва.

Но ничего не произошло.

Я посмотрела в сторону автомобиля и увидела в нем сидящего за рулем Кайла. Он вышел из машины и хлопнув с размаха дверью подошел ко мне, облокотившись на капот, перед моим оцепеневшим телом.

Идеально уложенные белобрысые волосы, сощуренные глаза и темно-синий благородный свитшот подчеркивали его мускулистое тело. Но, твою мать! Он пытался сбить меня машиной!

– Ты чуть не сбил меня! Эта дорога из гребаного камня, машина могла забуксовать и не затормозить вовремя! – я не знаю, что со мной случилось в этот момент, но я больше не могла закрыть свой рот. За меня говорила моя злость и переполненное страхом тело.

– Она и не затормозила вовремя, идиотка! Я вообще-то слишком рано нажал на педаль, – прозвучал холодный жестокий голос, похожий на его отца. Нашего отца.

Неужели я заслужила этот шанс оказаться под колесами машины? Я не была плохим человеком. По сравнению со всеми, уж точно не была.

Он всматривался в меня, будто видел перед собой собственное отражение, которое ему не нравилось, вызывая брезгливость. Да, мы похожи, но только внешне.

– Ты по-прежнему считаешь себя лучше нас или тебе вдруг понравилась перспектива быть богатенькой наследницей компании нашего папочки, что ты готова стать ласковой и услужливой для него?

Он назвал его нашим “папочкой”. Такого я никогда себе не позволяла, да и давно забыла в голове это слово. Мне было интересно, Кайл действительно идиот или только им прикидывается. Увы, все что я видела в нем – это жестокость. И его поступок сегодня это доказал.

Я проигнорировала его слова, стараясь как можно быстрее уйти от ядовитого взгляда брата. Мои ноги сделали первый шаг, который дался мне с таким же трудом, наверно, как тогда, когда я впервые начинала ходить.

Они не оставят меня в покое.

– Ты должна будешь трахнуться с половиной его друзей, чтобы у тебя появился хоть малюсенький шанс на крошечную долю нашего состояния, ты это понимаешь? – крикнул он мне в спину.

Отец сказал мне молчать и даже не смотреть в сторону Кайла, но такого унижения я никогда не испытывала. Да, у меня не было столько денег, как у них, но была гордость, которая сейчас всего лишь бесполезное слово в моем лексиконе. Я слишком сильно переживала за свою мать, чтобы позволить себе дать достойный ему ответ. Могла им только подыгрывать, чтобы они побыстрее от меня отстали.

– Как пожелаешь, – сказала я, желая побыстрее прекратить этот разговор. Я не знала на что способен Кайл. Вдруг он решит закончить начатое.

Разве мы не должны изображать образцовую семью? Или он собирается делать это только на публике, а в остальное время пытаться навредить мне всеми возможными способами?

Глава 7

Кристофер

Я вернулся с университета на такси к себе домой, где одна из надежных строительных компаний уже вовсю сносила лишние стены дома.

Как только Райан заметил меня, стоящего перед наполовину разрушенным домом в горе щепок и строительного мусора, то подбежал, приветливо махая над своей головой рукой. На нем была клетчатая рубашка, заправленная в темно-синие джинсы с множеством карманов по всей длине. На голове неряшливо болталась желтая каска, не до конца утянутая на подбородке, а на половине лица был легкий осадок в виде строительной пыли.

– Мистер Райт, здравствуйте! Не знал, что вы вернулись! – Райан протянул мне руку в знак приветствия. – Если вы планировали уже заехать, то мы только начали, – усмехнулся он.

Тот редкий экземпляр счастливого парня, который заключил свой первый договор с очень влиятельной семьей Сиэтла. Ему теперь открыта дорога в мир крупного строительного бизнеса, стоит только упомянуть наш контракт. Хотел бы я сказать, что мы старались поддерживать начинающих бизнесменов, но в нашем договоре был один важный пункт, который не все могли выполнить, в отличии от Райана.

– Вы неплохо справляетесь, – заметил я, глядя на очередную падающую стену от механической руки экскаватора. Он засветился от счастья. Причиной моей лести и правда были его усердные старания.

– Могу узнать почему вы решили приехать? Миссис Райт и так контролирует стройку по телефону. Я отчитываюсь почти каждый день. Правда с ней немного тяжело работать… она очень часто меняет дизайн некоторых участков, – он скованно поджал свои губы, подумав, что сболтнул лишнего. – Но я обещаю, все будет сдано ровно в срок, даже с учетом переделок.

– Не переживай, мама будет довольна любым результатом, лишь бы от старого дома ничего не осталось.

Он понимающе кивнул головой.

– Куда вы потащили это! – завопил Райан и бегом направился к двум высокими загорелыми парнями, тянущих какие-то провода.

Я подошел ближе, рассматривая под своими ногами битые куски мраморной плитки, принадлежавшие старому кухонному полу, но не утратившие прежнего блеска.

Казалось, что стиралась и та невидимая часть дома, в которой я все еще оставался маленьким и счастливым ребенком, изредка играющим с отцом в бейсбол на заднем дворе. Непривычно было видеть это место таким разрушенным, все же я провел в нем большую часть осознанной жизни. К счастью, перемены были той самой постоянной величиной, к которой моя жизнь вынужденно адаптировалась ещё пару лет назад.

Оглушительный рев мотора техники постепенно стихал. Из кабины вылез смуглый парень, держа в руке потрепанный рюкзак. Рабочий день заканчивался и люди начали медленно покидали стройку, садясь в машины и возвращаясь по домам.

Райан уехал почти самым последним, проследив до этого за каждым выезжающим седаном и что-то отмечая в блокноте. Первое время отчеты по стройке приходили по каждому поводу и любое время суток, но уровень доверия постепенно рос и наблюдения за процессом стали не такими необходимыми. В любом случае, если что-то пойдет не так, мы узнаем об этом из новостей.

Телефон, лежавший в переднем кармане брюк, завибрировал. Сначала подумал, что это очередная присланная родителями фотография из Италии, в которой они отдыхали на время ремонта, но череда назойливых сообщений с разницей в долях секунд могла быть только от одного не менее назойливого человека.

“Поторопись”

Перед тем как покинуть этот дом, я еще раз пробежался глазами по горе строительных отходов, которых завтра уже не должно было быть здесь. Я выдохнул с облегчением и готов был развернутся, распрощавшись с проснувшимися воспоминаниями, как заметил в глубине мусора четко выделяющееся ярко красное пятно. Тело сковало цепями и волна незримой боли медленно достигала своего апогея.

Сжав кулаки, я с тяжестью в груди начал медленно подходить к месту, где на мой взгляд лежало то, о чем Райан должен был позаботиться.

Приложив все свои силы и откинув в стороны тяжелые бетонные блоки, под низом лежала гипсовая панель моей бывшей спальной комнаты.

На ней все еще были обрывки платиновых обоев, пару засечек от картины, которую мама без спроса решила повесить у меня в комнате и три следа от пуль старинного револьвера, ранее скрытыми красным плакатом с группой Linkin Park.

Голова мучительно затрещала, принимая звуки выстрелов за реальные.

Я провел пальцами по крошечным сквозным отверстиям огнестрельного оружия, как сердце начало бешено колотиться, разгоняя кровь по венам.

Зарывая в своей памяти тот случай, изменивший всю нашу семью, я боялся любого упоминания, любой маленькой детали, принадлежащей тем уродам, которые решили вломиться к нам в дом. Времени на то, чтобы убедиться в отсутствии посторонних людей у меня не было и не отдавая себе отчета, я начал отчаянно бить кулаками по выступающим пробоинам, оставляя после только груду маленьких обломков. Голова отключилась почти сразу же, разрешая инстинктам взять вверх над ситуацией.

Это поместье передалось по наследству моей матери и много значило для нее, но это чувство, когда ты не можешь изменить прошлое, больше навевает на мысли о необходимости сжечь этот дом дотла. Оставалось только жить дальше, с попыткой построить нечто новое, но не думал, что это будет так чертовски сложно.

Телефон совершил еще одну попытку отвлечь меня.

“Быстрее Кристофер! Пропустишь самое интересное!”

“Я же пообещал, что стриптизёрши не будет.”

“Приезжай уже блять быстрее”

Костяшки пальцев начали ныть, когда неостанавливающиеся сообщения оказали должный эффект.

Кайл устроил вечеринку, в честь моего возвращения. Утром заикался, что будут многие из нашей школы и огромный торт, из которого позже вылезет сексуальная стриптизерша в бикини. Я был одним из немногих, кто мог терпеть его чувство юмора на грани фола. Мистер Спенсер часто уезжал по делам, поэтому возможностей организовать какой-нибудь “мальчишник” у него было предостаточно.

Вытерев рукавом рубашки капли пота со лба, я пошел к небольшому строению, стоящему вдалеке от обломков. Гараж, в отличии от остального дома, не собирались сносить.

Нажав на кнопку пульта, дверь гаража начала складываться вверх и мне не терпелось поскорее сесть в удобное кожаное кресло моей красотки, дожидавшейся меня слишком долго.

Машина не была новой, но салон пах исключительной свежестью, по ощущениям схожей с запахом только что купленной книги. Пару месяцев назад в ней даже присутствовал аромат самого дорого в коллекции Софии французского парфюма, но как бы смешно не звучало, он выветрился быстрее, чем тонкий специфический запах деталей машины.

Спустя двадцать минут езды по автостраде на большой скорости, я подъехал к дому Спенсеров, занимая место вдалеке от припаркованных автомобилей, оставаясь в тишине. Сила тяжести припечатывала тело к сидению, делая его неподвижным. У меня больше не было сил двигаться дальше.

Я опрокинул голову назад, наблюдая за компанией людей, стоящих недалеко от главного входа. Они идеально вписывались в атмосферу праздничного настроения. Я пытался продумать в своей голове каждую их реплику, заканчивающуюся громким гоготом, доходящим до меня через закрытые двери машины. Все что угодно, лишь бы хоть немного отвлечься.

На улице уже было темно. В окнах мерцали короткие вспышки стробоскопов, выделяющих каждое быстрое периодическое движения танцующих. Слегка приглушенно доходили и звуки песни Porn Star Dancing – My Darkest Days.

Не прекращающаяся вибрация на телефоне уже начинала выводить меня из себя. Хотелось при встрече с Кайлом швырнуть в него свой телефон, но дожидаться этого момента долго не пришлось.

Он сердито подходил к машине, недовольно указывая пальцем на телефон с исходящим на нем звонком, который я игнорировал больше часа. Он несколько раз постучал кулаком по стеклу, после чего его пришлось опустить вниз.

– Да что с тобой стряслось? – едва сдерживаясь пробурчал он, но осмотрев машину и меня, понял. – Почему не сказал, что заезжал домой? Я бы с тобой поехал.

Он стал осторожнее в выборе слов, ведь был единственным, кому я рассказал правду. Ее не знала даже София, хоть она и задавала много вопросов.

– Надеюсь все хорошо, а то по твоей одежде не скажешь… – он мигом оглядел мою рубашку, на которой остались следы грязи и пыли.

– Уже лучше, – ответил я. Рука и сжалась в кулак, с желанием выпустить на ком-то пар. – Ты разве не должен быть внутри дома, а не снаружи, дожидаясь меня как послушная собачка?

– Я не послушная собачка, а преданный друг. Но все равно не обольщайся. Хотел остановить девушку Брэндона, которая решила укатить на его машине домой. Они поссорились, а без нее он ведет себя как полный придурок.

Хорошим качеством Кайла было умение быстро переключаться на другую тему в разговоре, тем более что это сейчас было необходимо.

– Удачно?

– Она раздавила пару гортензий пока сообразила, что его машина на механике, а не на автомате, как она привыкла, – Кайл приоткрыл дверь, заставляя меня побыстрее выйти из машины, что я, собственно, и сделал.

Все же вечеринка была как нельзя кстати. Пару часов в компании давно забытых друзей, болтающих о всякой ерунде, пару выпитых бокалов и все мысли из головы улетучатся с небывалой скоростью.

Кайл присоединился к друзьям, в то время как я отправился в спальню, желая поскорее привести себя в порядок.

Ноги невольно остановились у соседней с моей комнатой двери.

Там должно быть была сейчас Кейси.

Спенсер старший, уезжая сегодня из дома просил Кайла проследить за ней, чтобы она ничего не натворила. Ох, он и правда не знал, что Кайл продумывает в голове тысячи способов феерично распрощаться с ней. Впервые он высказался против вечеринки, но быстро успокоился, доверившись сыну, который старательно не оставлял никаких следов в доме после развлечений.

Не знаю почему, но мои руки будто тянулись к ручке.

Возможно, хотелось взять небольшой реванш, а возможно, просто еще раз увидеть ее в белой майке, выделяющей ее упругую грудь и маленькие капельки. Вчера она стояла с надутыми от возмущения губами, на которых еще оставался оттенок красной помады и это не могло остаться незамеченным. Я постоянно задавался вопросом как из такой маленькой идиотки могла вырасти такая красотка?

К несчастью, в ней все равно сохранились те самые отталкивающие качества, которые она усердно проявляла своими дерзкими заявлениями. Кейси по-прежнему та самая взбалмошной девчонка, не понимающая, какую опасность может вызвать ее острый язычок.

Не стоящие и цента? Кто тогда она в данном случае? Просто жадная девица, решившая, что может хорошо подзаработать среди людей, которых она всю жизнь презирала. Да, это было видно, но у каждого поступка и каждого сказанного слова свои последствия. И ее обдумывались уже в голове ее старшего брата и отчасти в моей. Хотелось немного проучить ее и может быть только тогда оставить в покое. Все же, я не настолько озадачен ее пребыванием в этом доме, в отличии от Кайла.

Когда на мне была чистая футболка и темные джинсы, я присоединился ко всем гостям, в этот раз уверенно проходя мимо зазывающей меня комнаты.

Дом Спенсеров был по настоящему просторным. Настолько, что в гостиной могло поместиться вдвое больше человек, чем было сейчас. В столовой вместо стола уже было что-то наподобие барной стойки, за которой разливал по бокалам напитки любимый Кайлом бармен. Он делал просто шикарные коктейли, показывая целое выступление с пустыми бокалами, которые постоянно подбрасывал руками без последующего их падения.

Все уже были слегка пьяны и в особенности Кайл. Он стоял в компании с Джеком, держа в руках опустошенные за секунду до этого рюмки текилы. Они что-то обсуждали, но я услышал только имя той, которой здесь не должно было быть.

– Сука, Кейси рушит все мои планы, – крикнул Кайл, стараясь перекричать громкую музыку, доносящуюся позади нас.

– Ты о чем? – старался не подавать вида, что сегодня она промелькнула пару раз в моей голове в своем белом платье с огромным элегантным вырезом на спине.

– Папочка дал ей кредитную карту, и она поехала с нашим подручным за шмотками, которых у нее оказывается почти нет. Она блять что, свои вещи сюда не брала в надежде на все чистенькое и новенькое?

– Кайл, ближе к делу, что ты задумал? – спросил я, напрягаясь от ожидания услышать очередную тупую идею, вроде той, что мне нужно было с ней переспать и бросить.

– Когда она приедет сюда, ее ждет очень сладкий прием. Я кое-что узнал о ней и мне не терпится об этом поделиться со всеми.

– Надеюсь ты уверен в том, что собираешься сделать? – тело напряглось от одного упоминания ее имени, а слова Кайла только усилили это чувство.

– Конечно, – на его лице расплылась самодовольная улыбка, которая не сулила ничего хорошего.

Его взгляд сразу же упал на кого-то позади меня и лицо уже не было таким безобидным, как раньше.

Я обернулся, увидев Кейси, одетую в довольно милый джемпер и облегающие ее стройные ноги джинсы. Она оглядывалась по сторонам с недоумением, почему такое количество людей танцует перед ее носом.

Медленными шагами Кейси начала пробираться сквозь толпу, которая все больше начинала обращать не нее внимание. Она даже толкнула какого-то парня, закатив при этом глаза. Перед ней была одна цель в виде ее комнаты и тяжелая череда испытаний в виде каблуков девушек, которые случайно наступали на ее ноги, что-то крича в ответ, и уж точно не извинения.

Мне было плевать на жизнь других людей и на их проблемы. Но почему, затаив дыхание, я не мог отвести от нее взгляда, внутри желая ей успеха дойти до комнаты незамеченной?

В конце своего тяжелого пути, напротив нее стояли два высоких парня из школьной команды по футболу. Майк, играющий сейчас в высокой лиге и Итан, бросивший это дело за год до выпуска. Они не давали ей прохода, загоняя ее в ловушку и прикасаясь своими гребанными руками до ее тела, которые она растерянно пыталась оттолкнуть от себя.

– Кайл, какого хрена здесь происходит? – взволнованно сказал я, не отводя взгляда от напуганного вида Кейси.

– Просто расслабься и наблюдай, – он направился в ее сторону, но я успел перехватить его руку в последний момент.

– Только без перебора, ты помнишь?

Он кивнул головой, после чего уверенно ринулся к ней, под стихающие звуки музыки.

Кайл подошел к ней сзади, обхватывая ее за плечи и разворачивая к толпе, которая уже с любопытством приготовилась внимательно их слушать.

– Дамы и господа! Хочу представить вам мою сестренку, которая с недавних пор, а точнее вчерашнего дня решила влиться в нашу семью.

Идиот.

Кейси была в самом центре внимания и в панике пробегала глазами по каждому окружающему ее человеку, будто подсчитывая общее количество. В конце концов его потерянный взгляд остановился на самодовольной и предвкушающей весельяя физиономии брата. Она сложила руки на поясе, защищая себя единственным доступным способом и начала нервно перебирать пальцами край толстовки.

– Кейси, моя сестра, выросла в пригороде Детройта в очень бедной семье, – я видел, как его пальцы впились сквозь ткань и пытались удержать непослушное тело Кейси за плечи. С применением всех актерских талантов он начал рассказывать ее судьбу, которая как и мне была знакома в общих чертах. – Ходила в не лучшую, но весьма сносную школу, получала отличные оценки, но не хватало ей только одного – денег на существование и поэтому она решила, что нужно на полную использовать данный ей судьбой шанс пожить в хорошем доме и добавить пару ноликов на собственном банковском счете, прибегая просто к унизительным методам. Молодая девушка готова на все, только предлагайте! Давайте поаплодируем успеху моей сестры, о существовании которой я мечтал!

Все начали громко хлопать в ладоши. Кто-то кричал “Добро пожаловать в Сиэтл!”, кто-то ликующе вопил во все горло, а некоторые просто смеялись от очередного комичного выступления Кайла на вечеринке.

Лицо Кейси покраснело, но вовсе не от ярости, а от стыда, который ей уготовил Кайл. Глаза поблескивали от наворачивающихся слез, от которых она быстро хотела избавиться, махая своими ресницами.

Вот идиот. Перебор означал именно этого.

– Я могу тебе тоже денег дать, если тебе они так нужны, куколка, только взамен нужно оказать услугу, – кто-то крикнул из толпы, после чего некоторые девушки ехидно захихикали.

Кейси резко дернулась, снося со своих плеч руки Кайла, которые сейчас были для нее хуже пятитонного пресса. Я думал она сразу же убежит, но она стояла как статуя, пронизывая своим испепеляющим и одновременно безобидным взглядом Кайла.

Музыка вновь заиграла на тех же громкостях, что и раньше. Для всех людей в этой комнате такое развлечение было обыденным. Их могли позабавить только подобные скандалы, которые они ждали при каждом случае и так же быстро потом забывали, потому что слишком уж благородно уделять столько внимания такой простушке как она.

Кейси быстро выбежала из комнаты, стараясь скрыть ото всех стекающую по правой стороне лица переполненную чувствами жалостливую слезу, от вида которой мне стало не по себе.

Я дернулся с места в коридор, чтобы догнать ее, но вставший на пути Кайл, перегородил мне дорогу.

– Ну как я? – он стоял передо мной как победитель. Прямая спина, плечи, откинутые назад, кричали об этом на каждом шагу.

Надеюсь на этом все закончится.

– Как придурок, который сделал ужасную непоправимую ошибку, – я злился на него. Он мог придумать что угодно, но нет, в его голову пришла единственная идея опозорить ее при своих друзьях, которые разнесут эту новость со скоростью света.

Я не стал дожидаться от него ответа. Хотелось исправить то, что он натворил и уже наконец-то прекратить эту бесполезную борьбу, в которой не будет победителя, зная на что они оба способны.

Но поднимаясь по лестнице я застал только яростно захлопнувшуюся дверь.

На этаже стоял охранник Генри. Увидев, что Кейси зашла в комнату, он пошел дальше по коридору в крыло для обслуживающего персонала, как будто убедившись в чем-то. В его поведении было что-то странное.

В этом доме явно твориться какая-то хрень.

Я подошел к ее двери, хотел извиниться, но рука не осмелилась. Я был для нее никем, как и она для меня, не мог успокоить того, кто ненавидел Кайла и уверен меня в даную минуту.

Куча сомнений в моей голове оставили ее одной, возвращая меня назад.

Кайл как ни в чем не бывало загонял в себя очередной шот текилы. Сзади к его спине уже прижималась очередная брюнетка, с которой он скорее всего проснется утром в кровати.

Дальнейшие действия становились все более смазанными.

Ночь была мутной, и я не помню, что делал и не помню, что говорил. Мне нужно было расслабится, чтобы избавиться от всех этих бредовых мыслей в голове. Помню только звучание песни, очередной налитый Кайлом шот с текилой. Я не любил разбавлять алкоголь, поэтому если я начал с текилы, то текила будет со мной до самого конца. Стук в дверь. Молчание. Женское дыхание и шот текилы. Музыка, которая становилась все громче. Помню, как кричал Кайлу, что он идиот. За что это я так к нему? Точно. Кайл идиот. Звонок Софии и то, как она хихикала. Я увидел ее грудь в синем лифчике с кружевом. Пол, трясущийся от непрерывных танцев и подпрыгиваний, медленно проносящиеся лица людей и их раздражающий смех. Я танцевал. Стук в дверь. Какая-то брюнетка. Кайл. Очередной стук в дверь. Очередное молчание. Я завалился в кровать. Красивое личико и чьи-то длинные волосы, щекочущие мне шею. В окне множество ярких звезд и жгучий холод, пронизывающий и так охладевшее ко всему тело.

Глава 8

Кейси

Я смотрела в зеркало больше часа. На мне была надета одна из самых дорогих вещей в моем гардеробе – школьная униформа, состоящая из юбки чуть выше колена, белой рубашки и темно-синего пиджака с эмблемой, которую мне хотелось вырезать ножницами.

Уставшие глаза выделялись на фоне того образа, которого следовало придерживаться. Если бы мама увидела меня сейчас, то это разорвало бы ей сердце. Для нее я старалась быть сильной, получала хорошие оценки, никогда не заикалась по поводу нехватки денег и всегда говорила, что мы справимся. Но почему сейчас во все это вериться с таким трудом?

Мы никогда не говорили о нашем положении, и кто был этому виной. Даже Спенсеры были здесь не причем. Я была для нее сильной дочерью, которая могла со всем справиться, выбраться из любого дерьма, пока она при каждом удобном случае опускала свои руки, прибегая к ее любимому методу забвения всех проблем. И только моя лживая улыбка, внутри которой мир страдальчески разрывался на части, хоть как-то удерживала ее от полного разрушения себя.

А что, если мне это надоело? Может я не хочу больше быть сильной? Может я мечтаю о той жизни, которая есть у Кайла. Делать все что хочу, зная, что в любой момент мою спину прикроет богатый папочка с влиятельными связями. Но реальность была жестокой. Прикидываться сильной, не давая маме повода расстраиваться, когда мир катился к чертям – все на что я способна.

Раньше я хотя бы могла за себя постоять, а сейчас это превратилось в угрозу. Я плакала больше от своей ничтожности, отсутствия возможности возразить и отстоять себя вчера. С каждым днем внутри копилось то, что могло взорваться в любой момент, угрожая по большей части только самой себе.

Мне бы все равно никто не поверил.

Незачем было отрицать, что обо мне говорили, а доказывать обратное этим людям было бессмысленно и еще более унизительно. После я никогда в жизни их больше не увижу.

Я умыла лицо холодной водой, придавая бодрый вид и без того опухшим векам. Проскальзывающие сквозь окна в ванной солнечные лучи устремились прямо в глаза, заставляя меня несколько раз моргнуть. Погода увы была единственным, что поднимало настроение.

Более убогого зрелища я еще не видела. Покрасневшие сухие глаза с трудом натянутой в последнюю минуту улыбкой, заставили спуститься вниз. Может так время будет идти быстрее?

Я надеялась никого не застать, но Лиза настойчиво проводила меня в столовую, где сидели все члены этого дома вместе с моим, как я вчера узнала соседом. Он выглядел не самым лучшим образом. Волосы были небрежно взъерошены, рука придерживала голову, опущенную в тарелку с едой, от которой он слегка морщил нос.

Помнит ли он о том, что произошло вчера ночью?

В голову пришел единственный ответ – нет.

Я встала как вкопанная перед столом, не понимая, что мне нужно делать и можно ли вообще появляться перед ними в свободное от посторонних глаз время. Сегодня первый день в школе и логично, что по времени он совпадал с началом рутинных дел семейства.

Кайл с ног до головы оглядел мою одежду, которая сидела на мне в облипку, ведь кто-то явно промахнулся с размером.

– Эта форма тебе не к лицу.

Одно замечание и я чувствую, как ткань сковала тело еще сильнее.

– Перестань, – отец, посмотрев на черноволосого парня, сидящего напротив Кайла, и на меня, кивнул, указывая на стул.

Как только я уселась, в ту же секунду передо мной Лиза поставила огромную тарелку хлопьев с молоком, подмигнув мне в тайне ото всех. Вчера я попросила ее не готовить для меня столько еды, и позволить выбрать самой хотя бы пищу, которая будет немного напоминать привычную жизнь.

Кажется, я обрела новую суперспособность, потому что мое присутствие делает находящихся рядом людей немыми.

Мне должно быть все равно, но я не переставала наблюдать. Отца я видела всего три раза в жизни и в каждый промежуток времени он изменялся до неузнаваемости. В первый раз его волосы были густыми, с кофейным оттенком. Кожа гладкой, сверкающей от избытка успешной карьеры. Одежда строгая, словно ему необходимо было донести свои намерения до каждого встречного. Во второй раз, год назад, в волосах прорезались седые пряди, но не до такой степени, чтобы быть заметными. Одежда по-прежнему лаконичная, но последняя пуговица отныне никогда не застегивалась, как будто он уже доказал все, что нужно было. Сейчас же его седина покрывала всю голову. Она не прибавляла ему ненужные года, а наоборот идеально подходила к его смуглому лицу. Уверена, он притягивал к себе большое количество взрослых и состоявшихся женщин, только по непонятной причине до сих пор был в одиночестве.

Я несколько раз мимолетно глянула на парня, решившегося взять в рот маленький кусочек яичницы. Он больше походил на сына Генри, чем Кайл. Та же строгость, та же холодная расчетливость, поблескивающая в глазах.

Всю ночь ко мне кто-то долбился в дверь. Сначала показалось, что это были друзья Кайла, которым не терпелось узнать на что я способна в постели взамен паре баксов. По крайней мере об этом они кричали в тот момент, как я в спешке бежала от из издевок и после очередного стука я все-таки сорвалась.

На меня тогда уставились два зеленых помутневших глаза, смотрящих куда-то вглубь, но точно не на меня.

Боже, да он был в стельку пьян.

Только я собиралась закрыть дверь, как его рука силой остановила горящее желание.

Первой мыслью было то, что он просто решил продолжить начатое Кайлом. Он долго смотрел на меня, будто пытался вспомнить слова, затем шагнул в мою сторону и его ноги подкосило. Если бы не моя рука, упирающаяся в его грудь, он бы снес меня с ног и повалил на пол, придавив своей тяжестью и намертво приковав к полу. Я до сих пор чувствовала покалывание в пальцах от этого горячего прикосновения.

Размяв конечности руки под столом, я вспомнила и то, что услышала.

“Прости” – единственное слово, которое он был в силах сказать и которое как пустой звук смешалось с музыкой.

Я не хотела с ним общаться еще с того момента, как увидела его в свой первый приезд в этот дом. Он стоял рядом с Кайлом, ни разу не оторвав от меня своего внимания. Тогда я услышала от отца больше положенного. Маленькая девочка стала бояться брата и его друга, чьи родители способны разрушить мою жизнь. За ужином день назад мое желание только усилилось. Мужчина был самоуверенным, смотрел на всех свысока, редко с кем-то разговаривал и больше слушал. В его взгляде я постоянно наблюдала какое-то хладнокровие. Кто знает, что еще они собираются сделать со мной.

После того, как у меня получилось вчера вернуть его в изначальное положение, по прежнему еле удерживая себя на ногах, он стал отдаляться, не прекращая смотреть вглубь меня. Он повернулся в сторону огромной картины с пейзажем ночного города, которая висела возле входа в крыло для персонала.

За это время я уже успела узнать, что это была запасная дверь, в которую раньше никто не заходил до моего приезда. Услышала это от охранника, который не заметив меня, радостно рассказывал своему сослуживцу о сокращении дистанции перемещения по дому.

После этого дико пьяный парень, не торопясь и со сплетавшимися от избытка алкоголя в крови ногами пошел прямиком к картине, но остановился у последующей за моей дверью. Так вот кто оказывается жил у меня за стеной и слушал Eyes Closed- Imagine Dragons на повторе.

Он долго изучал вход в свою комнату, пытаясь понять в правильном ли месте он оказался и, наконец, открыл ее своим телом. Нет, не так. Она свалился на нее, с маленьким грохотом успев поставить перед собой ладони. Сейчас на них не было ни одного следа.

Вчера мне показалось, что он принял что-то гораздо крепче алкоголя, но наркоманов я научилась распознавать еще в семь лет, а значит предположение было ошибочным.

Я повторяла в своей голове что он заслуживает этого, приказывала себе захлопнуть побыстрее эту долбаную дверь и забыть о лежащем на полу теле.

Ну и что если он заболеет? Может я отомщу им таким способом? Пара таблеток и он снова будет здоров.

Я наблюдала за ним несколько минут, решаясь сделать то, что сделала в итоге.

Я хороший человек. Всегда была им и останусь, и я не буду опускаться до их уровня. Я добрая. Добрая дура, к которой никогда не будут относиться также.

Я собрала в себе всю свою незначительную силу и поддерживая его за плечо, тащила до кровати. Он еще не отрубился, поэтому мне нужно было только направлять его тело в нужную сторону.

Как только мозг приказал уйти, ведь этот придурок не заслуживал даже этого, другая часть меня заметила на его рубашке мокрые пятна, пахнущие каким-то наверняка дорогим алкоголем.

Зачем? Зачем я все это делала?

Я расстегивала пуговицу за пуговицей, наблюдая как оголяется его с ума сойти какая твердая грудь, под которой с каждой секундой появлялся новый кубик пресса. Этот парень наверно из спортзала не вылезает, или еще хуже – живет в нем. В таком случае, его нужно было спустить на цокольный этаж и положить на беговую дорожку, чтобы был как дома.

С трудом пропустив в себя еще одну порцию хлопьев, она чуть не застряла в горле, вспоминая, как я случайно дотронулась до его груди и услышала ответный стон, учащающий мое дыхание. Сердце тогда чуть из груди не выпрыгнуло, будто я сделала непоправимую ошибку, которую он станет припоминать при каждом удобном случае.

Все придурки такие красивые или только этот?

В итоге я приняла самое лучшее за жизнь решение – быстро свалила оттуда. Укрыв его одеялом, я вернулась в комнату, не прекращая озираться по сторонам.

– Вчера мне звонили со школы и отчитались о твоем визите, – отец нахмурился, не отрывая взгляда от бумажной газеты перед собой. – Директор пожаловалась на твою неприемлемо бурную реакцию на обучение в школе и на громко захлопнувшуюся перед ее носом дверь.

Я стыдливо посмотрела на него, удерживая в клетке внутренний беспомощный крик.

Эта гадина и правда будет докладывать ему о каждом моем вздохе? Никто перед ее носом дверь не захлопывал. Разговор подошел к концу, а она вообще сидела за столом! Я не озвучила свои мысли в слух и просто молча посмотрела в тарелку, набивая рот едой. Пусть лучше молчат, чем будут обвинять меня в том, чего я не делала.

Он что, спит с ней, что она рассказывает ему о каждой мелочи?

– Был удивлен, что в качестве профильных предметов ты выбрала иностранные языки, географию, искусство и … богословие, – продолжил он, произнося последнее слово с удивлением. Единственная положительная эмоция от него за последнее время.

Надо было все-таки прочитать направления, которые я выбрала, а то это звучит настолько странно, что после последнего сказанного им словом, все уставились на меня, а Кайл и вовсе усмехнулся.

– Всегда интересовалась существует ли Бог, – уверенно произнесла я, закрывая рот очередной ложкой с кукурузными хлопьями.

Парень, живущий со мной по соседству, рассмеялся, наверно не понимая, как может девушка выбрать такое направление, если только в ее голове не появлялась перспектива стать монашкой. А на монашку я точно не похожа.

– Прекрасно. Надеюсь, если он существует, то поможет тебе закончить школу с отличием, – закончил отец, дав мне наконец-то понять, что весь этот спектакль с завтраком в семейном кругу, интересом к моей учебе был только для одного человека и он сидел слева от меня.

Этой фразы было достаточно. Дальше они продолжили разговаривать между собой вновь не замечая моего присутствия, но это даже было к лучшему.

– Мне нужен мой телефон, – перебивая всех настойчиво выпалила я и начала понимать, что ошибка была совершена именно в это секунду.

Мне нужно было сделать один звонок. Или одно сообщение. Да если бы я одну букву отправила это помогло бы мне больше, чем изучение обстановки этого дома и подсчет количества охраны, с которым я уже сбилась.

Проклятье. Я только что себе подписала приговор. “Как ты посмела?” – вот что было на лице моего отца.

– Кейси, мне жаль, – с глухим раздражением и наигранным отчаянием его челюсть тихо хрустнула, – но Филипп случайно разбил твой телефон, когда ты оставила его в машине, – в комнате начала развеиваться миленькая картина про счастливую семью, потому что родные люди не врут. А Генри делает это постоянно. Они забрали и выкинули мой телефон в окно первым делом после того, как запихнули меня в машину.

– Мне будет сложно учиться без него, – так же молниеносно вылетело у меня изо рта.

Я перебирала пальцами край юбки, надеясь, что это поможет мне успокоиться, но движения отца навевали только больше опасности. Он сел на краешек стула, склонившись вперед и рисуя на мне мишень.

– Я скажу, чтобы тебе купили новый, только ты сама понимаешь, что у нашей семьи много врагов и все купленные телефоны проходят через охрану.

Кайл вопросительно посмотрел на отца. Возможно, то, что он сказал было очередной ложью, но я все равно найду способ позвонить человеку, который мне нужен.

С громким скрежетом ножек стула об пол, он недовольно поднялся со своего места.

– Мне пора на работу, – Генри бросил на меня прищуренный взгляд. – Я скажу Филиппу, чтобы он купил тебе новый телефон, дочка.

Дочка. Это слово было острее любого ножа. Слово, которое он впервые произнес, между нами. Генри вышел, оставляя меня одну на растерзание.

Томная фигура скрылась в проходе. Не прошло и секунды как Кайл устремился ко мне.

Да уж. Просьба при них купить новый телефон была только очередным подтверждением моих “корыстных намерений”.

Бросая свой недоеденный завтрак, я отодвинулась от стола, впервые с желанием побыстрее добраться до школы. По крайней мере их там не было.

– Выглядишь уставшей, неужели плакала всю ночь? – первый заговорил Кайл, приостанавливая мои резкие движения и подчеркивая правдивость в его вопросе.

– Мне казалось вы именно этого и добивались, но огорчу вас, я просто не выспалась из-за громкой музыки, – признаться, что я всю ночь ревела из-за них только подпитывать их тщеславие, которое и так уже на недостижимом уровне. – И вы выглядите не лучше. Не знала, что у вас двоих есть проблемы с алкоголем. Если что, у меня есть прекрасная клиника на примете.

– Никто и не сомневался, – шутливо сообщил Кайл, поворачиваясь в сторону своего друга, который молча наблюдал за нами, впервые за утро подняв наверняка ноющую голову. – Надеюсь это не станет для тебя новым предметом для шантажа.

Шантажа?

А, так вот в чем было дело и почему они стремятся всеми способами меня задеть.

– С чего вы взяли, что я буду вас шантажировать? Уверена, у журналистов на примете новости поинтереснее, чем два богатых алкоголика, считающих себя вершиной правосудия, – я наклонилась, чтобы взять рюкзак, лежавший возле моих ног и закончить этот бессмысленный разговор, но Кайл перехватил его быстрее.

Он протянул его мне, словно наживку, которую я охотно проглочу.

– А разве год назад ты не ради этого приехала к нам домой? – В его глазах была неутолимая жажда услышать от меня подтверждение тому, что он был прав, а вдобавок и насладиться этим моментом.

Мне все равно никто не поверит. Это то, что я повторяла в своей голове сегодня утром.

– Какая разница зачем я сюда приезжала? Разве это что-то изменит?

Я могла бы им рассказать, что нуждалась в этих деньгах, что моей маме нужна была операция, на которую я бы не заработала за всю свою жизнь, вот только эта правда нужна была только одной мне.

– Ты права. Это ничего не изменит, – рюкзак рухнулся на пол, выбрасывая из карманов все незначительные школьные принадлежности.

Я опустилась на колени, раздраженно собирая остатки своего достоинства, от которого скоро останется одно слово. Опять этот смешок, пропитанный презрением и самодовольством. Он долго еще звучал в голове, даже несмотря на то, что Кайл уже ушел.

Комнату все равно покинули не все, и эта мысль медленно нагнетала меня, до тех пор, пока нутро не почуяло неладное. Надо мной нависло уверенное в себе тело, которое еще вчера было в самом милом и безобидном состоянии. Оно издевательски посмотрело на меня, точно я, стоящая на коленях, молила о сострадании, униженно подбирая с пола не принадлежащие мне вещи.

– Это многое изменит. Мистер Спенсер не идеальный человек и у него есть небольшая склонность недоговаривать. Это знакомо всем, кто хоть раз встречал его. Так что может скажешь что-нибудь в свое оправдание?

Я резко выпрямилась, заправляя нависшую прядь волос за ухо и закидывая рюкзак на плечи. И так раздраженные сейчас глаза уже не могли выставивать в этой битве неуравновешенных взглядов и просто опустились в пол.

Правда им не понравиться.

– Я действительно его шантажировала, – заявила я, в то время как по нему пробежала маленькая толика разочарования. – Отец и правда любит недоговаривать, только боюсь вы не лучше его.

– И ты сделала этот вывод всего за два дня? – меня пугало, что при каждой нашей встречи он внимательно всматриваться в мои глаза, словно ищет в них какой-то ответ. Сейчас он делал то же самое, заставляя мое тело сковываться и искать укрытия.

– Удивительно как быстро люди могут показать себя за это время.

Я быстро направилась к выходу, не желая видеть очередное откровенное презрение. Ноги переплетались, а одежда стала такой дискомфортной, что дыхание сбивалось каждым шагом. Или дело было не в одежде?

Возле дома меня уже по поручению отца ждал тот самый водитель с каменным сердцем. Поездка как обычно прошла в тишине. Радио, которое я просила сделать погромче, было вовсе выключено после моей просьбы.

В этот раз мы приехали к началу занятий, и разница в количестве слоняющихся возле школьного двора людей была значительной.

Сложнее всего было найти кабинеты первых трех занятий. Они располагались в разных корпусах, заставляя меня ненароком ускорять свой шаг, избегая дальнейшие доносы директрисы.

Первый день был не таким уж и плохим, как я думала. Конечно, меня внимательно все разглядывали, поскольку я была новенькой, но подойти никто так и не решился. Возможно, информация обо мне еще не дошла до них, либо распространялась слишком медленно. Я только надеялась, что в их жизни было много других интересных событий, на фоне которых я окажусь лишь помехой.

В родной школе я всегда была тихоней, хорошо училась, но старалась не выделяться. Я не была такой уж скромницей вне школьных стен, но с другими учениками меня мало что связывало и за столько лет найти себе друга или просто хорошего знакомого так и не получилось.

Мне казалось, что у окружающих меня людей с самого детства была одежда лучше, их родители дарили им новые велосипеды, игрушки, мобильные телефоны, в то время как моя мать была в помутневшем состоянии почти на каждый мой день рождение. Я не зацикливалась на деньгах и жизни других детей, даже пыталась с ними пару раз познакомиться, но все попытки оказывались неудачными. Иногда просто не о чем было с ними говорить, а когда все узнавали о моей матери, то желание к знакомству обоюдно пропадало.

Вчерашний рассказ Кайла с удовольствием бы подцепили в моей прошлой школе. Все и так знали о моем положение, но эта новость привела бы их в экстаз. К счастью, грань между этими мирами была уж слишком большой, чтобы эта новость дошла до родного города.

Мучительные три часа занятий тянулись слишком долго.

Я стояла возле доски объявления, внимательно изучая висевшие на нем листочки разного размера и цвета. Мне нужно было чем-то занять себя в свободное от уроков время, и я не нашла ничего лучше, как прикинуться школьницей, интересующейся внеурочной деятельностью.

“Школа организовывает экскурсию в Лондон 20 июля. Просьба всех желающих подойти в 114 кабинет.”

“Библиотека работает с 11:00-14:00 с понедельника по четверг”

“Учеба по обмену. Италия, Франция, Германия. Проживание в течении трех месяцев в лучшей столице города. Поможем оформить все документы. Звоните по номеру …”

“Мистер Паркер чокнутый”

“Продвинутый курс биологии для поступления в университет…”

Моя рука самопроизвольно потянулась к последней прочитанной бумажке.

Как только я хотела ее сорвать, то услышала громкий хлопок дверцы шкафчика, находящийся неподалеку от меня. Какой-то парень бросил быстрый взгляд в мою сторону, отчего я резко отдернула свою руку от края уже отклеивающейся бумажки.

Пройдя за моей спиной, холод прошелся по позвоночнику и заполонил собой пространство. Да, богатые парни даже выглядят иначе. В отличии от других, вместо униформы на нем сидела объемная толстовка того же цвета, что и мой пиджак, только сравнения на этом можно было закончить. Вальяжно следуя дальше, он успел оглядеть меня еще один раз, но уже более внимательно, словно мы были знакомы. Я бы запомнила вьющиеся русые волосы и спортивное телосложение и определенно запомнила бы очки, не дающие разглядеть в полной мере очертания лица. Двумя словами прилежный плохиш. Он казался старше, чем все другие и определенно не вписывался в школьные будни.

Я была напряжена с того самого момента как переступила порог этой школы, но то, что испытала сейчас, заставило волосы вздыбиться, предупреждая о большей опасности. Так может все-таки выступление Кайла уже распространилось и только ждало своего звездного часа?

Все было не так.

Двигаясь вдоль широкого коридора, по краям которого стояли разделенные на группы люди, мой взгляд следовал за идущими передо мной кроссовками.

Когда он остановился у двери, я чуть не впечаталась в его спину. Благо дистанцию я все-таки держала, и мы зашли в класс почти вместе.

Я села на единственное свободное место возле окна, подальше от суетливого преподавателя с ярко желтым галстуком в горошек, который успел десять раз запнуться, перед тем как начал урок экономики.

Жаль сон на парте не служит повышению экономических показателей страны.

Урок был интересным, но не настолько, чтобы я смогла забыть почему здесь нахожусь, поэтому гораздо увлекательнее было пялиться на высокое хвойное дерево, стоящее по ту сторону окна и схожее с тем, что находилось в доме Спенсеров, недалеко от моей комнаты. На нем висела маленькая серебристая табличка с какими-то датами, первые цифры которого напоминали о прошлом столетии.

Громкий звук музыки разнесся по всему кабинету, привлекая к себе внимание всех сидящих. Мне следовало лишь повернуть голову на сто восемьдесят градусов в другую сторону, чтобы заметить, как парень, чья внешность и кроссовки бросилась в глаза, неторопливо вынимал из своего кармана телефон, отключая его громкость.

– Мистер Робертс, не отвлекайте пожалуйста учеников, которые действительно заинтересованы в получении образование, а здесь не ради веселья.

Для него слова преподавателя были пустым местом, потому что, лениво развалившись на стуле, он пялился в телефон, наглядно выставив его перед собой.

Я задержала свой взгляд на его толстовке, пытаясь сложить маленькие буковки под эмблемой воедино. Он резко посмотрел на меня, в тот момент, когда меня озарило, что надписью является “Футбольная команда академии Сиэтл”.

Наши взгляды неловко встретились, но также быстро расстались по моей инициативе.

И новая волна мерзлоты снова настигла меня, как перед глобальной катастрофой.

Стараясь притворно вникнуть в тему урока, я чувствовала шевеление его развернутого в мою сторону тела. Он нагло разглядывал меня, уделяя особое внимание ногам, юбке, сложенной гармошкой и неспокойным постукиваниям пальцами по парте, которые я не могла остановить. Блики на его очках были тому подтверждением. Я старалась делать вид будто не замечаю этого, но внутри все же боязливо подмечала его непонятное увлечение мной. Но почему?

– Так как тебя зовут? – шепотом спросил он.

Постукивания прекратились сразу же, как он решил подать голос. По-моему, сделать вид что я глухонемая сейчас не лучший вариант.

– Кейс … Кейси, – прошептала я, не отрывая глаз от доски и позабыв сказать ему последнюю букву. Но этим только вызвала на его лице забавную улыбку, адресованную мне.

Он не смотрел на меня с презрением, как это делали другие и от этой мысли все же было приятно.

– Кто твои родители Кейс… Кейси? – последнее слово он выделил особенно.

Я знала ответ на этот вопрос, вот только отвечать мне совсем не хотелось.

– Мою маму зовут Миранда. Тебе достаточно будет этой информации?

Я принялась списывать с интерактивной доски позади преподавателя какие-то числа, значения которых не поняла еще с начала урока, поскольку в нашей школе эта тема относилась к университетской программе, но цифры сплывались в непонятный узел, не значащий ничего.

– А отца? – он с любопытством придвинулся ко мне ближе, заставляя чувствовать себя некомфортно.

– Генри, – также тихо ответила я.

Наклонив голову набок, его пальцы в раздумьях провели по подбородку, а после издался громкий смешок, ставший причиной строгого, осуждающего взгляда учителя, вовлеченного в тему больше, чем все присутствующие.

Мистер Паркер не стал делать ему замечание и просто продолжил вести урок.

Да этот парень был здесь авторитетом.

Он откинулся спиной на деревянный стул с красивым изголовьем и сложил свои руки на поясе. Похоже разговор со мной был интереснее ему, чем эта лекция.

– Брось, я просто шучу. Я знаю кто ты и кто твой отец, просто было интересно узнать будешь ли ты как все здешние выпендриваться родственными связями.

Мне стало страшно от того, что еще он мог знать обо мне, поэтому я решила промолчать.

Первое чувство потерянности казалось теперь ошибочным, потому что голос, с которым он ко мне обращался был легким, ненавязчивым, не требовательным как у ныне живущего за стеной человека. Он расслаблял не только мышцы, но и бдительность, которая только сейчас начинает возвращаться.

– Меня зовут Остин. Если ты вдруг спросила забыть.

“Главным регулятором экономических процессов всегда является национальные правительства. Часть ресурсов они черпают из своих внутренних источников…” – продолжал вещать мистер Паркер, записка о котором висела на стене объявления, а я продолжала нервно записывать это в тетради, оставляя большие пробелы.

– Из тебя так просто не вытянешь лишних слов, – из-за каждого его обращения ко мне на нас кто-нибудь оборачивался вопреки моему желанию быть безучастной к любому общению.

– Вообще-то никто со мной не начинал разговор с расспросами о моих родителях.

– Так привыкай, милашка.

– Милашка? – переспросила я, максимально изогнув свою бровь.

– Ну ты милая. И видимо немного наивная. Открою небольшую правду: все, кто здесь учиться, родом из обеспеченных семей, поэтому этот вопрос ты будешь слышать очень часто. Привыкай, если хочешь втянуться в сложный процесс взаимодействия социума, построенного на экономической выгоде действующих связей.

Я впервые улыбнулась, специально не напрягая мышцы лица. Почти один в один, как сказал преподаватель.

– Тогда что мне отвечать в таких случаях, чтобы от меня отстали?

– Боюсь если я скажу тебе, то ты сразу же применишь это ко мне, а я этого не хочу, – податливо сказал он, но увидев на моем лице улыбку, придвинулся еще ближе.

– Просто говори, что твой отец Генри Спенсер и все быстро о тебе забудут, как это обычно бывает.

Это возможно был первый дельный совет, на который я молчаливо кивнула своей головой.

– Кайл разве не посвятил тебя в суть дела? – внезапный вопрос, которого стоило ожидать, но не хотелось.

Кайл… и первый человек, от которого не выворачивало на изнанку знакомы? Как сказать, что свет автомобильных фар стал преследовать меня во сне из-за собственного брата?

– Мы с ним толком не разговариваем, – коротко ответила я, надеясь, что расспрос на этом остановиться. Меня вообще никто не предупреждал. Сама жизнь не готовила меня к тому, что я буду ходить в такую школу и прикидываться одной из нормальных учеников.

– Мы учились вместе с ним раньше. Этот засранец не рассказывал, что у него есть сестра.

– Вы друзья? – вот и в моем голосе зазвучало дикое разочарование. Я хотела избегать Кайла и его круга общения, поэтому и Остин теперь был небольшой угрозой. Может он следит за мной?

– Нет, мы друг друга всегда раздражали.

Я тяжело выдохнула, смотря на чертовски красивый изгиб губ.

Он быстро сменил тему и меня ненадолго отпустило. Следующие попытки с его стороны заговорить уже были более успешными, но, как я сказала, бдительность начинала просыпаться, отвечая очень осторожно. Он перестал снижать громкость для вида и рассказывал о школе уже в более высокомерной, но увлекательной манере.

Несмотря на его дружелюбие, я видела в нем один маленький шанс вырваться из этого дерьма. И этот шанс мне нужно было использовать.

– Можно попросить тебя об услуге? – маленькая надежда, о которой я забыла сегодня утром, промелькнула в моих глаза, моля о помощи.

– Смотря что ты хочешь, милашка? – сказал он и на моем лице выступил не свойственный румянец.

Телефон. Мне всего лишь нужен был телефон, который он мне дал на пару минут, с условием что я оставлю свой номер. Вот только у меня его не было, как и желания зацепиться за эту жизнь, продолжая общаться со всеми, кто связан с этим городом.

Я быстро набрала сообщение человеку, которому доверяла больше, чем самой себе. Слышала, как какие-то девчонки трепались об одном отстойном клубе этого города, в котором подают отвратительные коктейли, разбавленные с водой. Они долго возмущались между собой, подмечая то, как их занесло в такое место.

“Клуб “Ночной зверь” 23:00. Сиэтл. Кейси. Мне очень нужна твоя помощь. Дождись меня завтра, пожалуйста”

Как только я увидела, что сообщение было доставлено, на телефон сразу же пришел ответ.

Я давно не была так счастлива, как сейчас. Осталось только придумать как улизнуть завтра ночью.

Мои пальцы тряслись от каждого прикосновения к клавиатуре, а сердце бешено колотилось всего из-за какого-то короткого сообщения.

Можно было сказать, что Остин сейчас спас жизнь.

На его телефоне больше не было сообщений. Их я удалила перед тем, как вернуть ему его собственность.

Первый шаг был сделан, но второго может и не быть.

Глава 9

Кристофер

На моем лице просочилась легкая улыбка, вопреки угрызениям совести.

– И когда ты вернешься домой?

Я не знал, что ответить на этот вопрос. В этом городе я чувствовал себя как дома, хоть от собственного дома почти ничего и не осталось. Я привык к тому порядку, устоявшемуся у меня в голове. Ранний подъем, двойной эспрессо, поездка на такси до работы, пара совещаний, изучение экономических показателей других офисов, поездка домой, заказанный ужин с Софией из ресторана с ежедневной доставкой в тридцать минут и знакомый курьер по имени Стен, а дальше следует секс в удобной кровати в нашей квартире, арендованной на год вперед, прохладный душ, три раза в неделю хорошо вписавшийся поход в спортзал и наконец-то сон. И так по кругу. Но здесь и сейчас я впервые чувствую себя иначе, как будто живу жизнью, принадлежавшей мне, а не кому-то другому, учитывая даже все осложнения в виде постоянных вечеринок и их неотъемлемых частей в качестве похмелья. Переезд обратно будет не скоро, так как ещё минимум пару лет до окончания университета Софией, которая ещё не факт примет решение вернуться.

– Я уже по тебе соскучилась, – милым голосом простонала София, не дождавшись от меня ответа.

– Постараюсь закончить быстрее. Половина дела уже сделана, осталось только сдать  пару предметов и можно возвращаться, – почему-то именно этого хотелось мне меньше всего.

В экране телефона я мог разглядеть каждую веснушку на ее лице. Она лежала на животе с согнутыми локтями, удерживая перед собой телефон и выставляя на обозрение декольте. Ноги игриво болтались из стороны в сторону, а тонкий голосок дал понять, что мое тело соскучилось по тому вниманию, которое она мне уделяла. Я уже был на пределе и обдумывал как бы побыстрее приблизить ее приезд сюда.

Мы разговаривали около часа, но проскальзывающее чувство вины о том, что я не вспоминал о ней эти пару дней, не давали мне покоя. Мои мысли были заняты Кейси, а это было неправильно.

Она была случайным промелькнувшим кадром на старой фотопленке, всегда внезапно появлялась в жизни и так же внезапно ее покидала.

– Что мне нужно сделать, чтобы получать сообщения от тебя, а не от твоего друга? Тебе не кажется подозрительным то, что я с ним общаюсь больше, чем с тобой? Мои родители начинают задавать много вопросов, Кристофер…

– Так тебя беспокоит то, что папа подумает будто, мы расстались?

София угрюмо фыркнула в ответ. Ларсон вряд ли переживет наше расставание, потому как часть его фирмы переписана на меня.

Я почти никогда не ревновал ее, но Кайл в последнее время рассказывал мне о Софии больше, чем я сам знал. Еще одно сожаление о том, что из меня выходит хреновый парень упало в копилку.

– Давай лучше не будем об отце. Мы в последнее время с ним не ладим. В любом случае, если бы ты звонил чаще, такой ситуации бы не было, – она обиженно отвела глаза в сторону, а я опустил все извинения, которые мне не хотелось придумывать на ходу. – Кайл жаловался мне на свою сестру… Говорит, что я понимаю его больше, чем ты.

– Иногда мне кажется, что он вообще ни черта не понимает, а просто делает.

– Я просто переживаю за вас… Держись от нее подальше, Кристофер, хорошо?

Я молчаливо кивнул головой. С Кейси нас мало что связывало, да и вообще связывать ничего не должно. Она шантажировала своего отца, но вдруг ей в голову придет что-то более ужасное.

– Все же это будет проблематично, – заметил я.

– Почему?

– Спенсер старший пригласил нас в гольф-клуб на выходные, и она там отныне такой же важный гость.

Я не был профессиональным игроком, да и вообще никогда не считал его отдельным видом спорта, в частности из-за того, что его мог позволить себе только определенный круг лиц, но Кайл все равно не позволил бы мне отказаться от этой поездки.

– Не думаю, что она умеет играть в гольф, – с раздражением в голосе сказала София и наши мнения были идентичны в этом плане.

– Как мы от секса по телефону дошли до обсуждения той, которую ты даже не знаешь?

– Я же сказала, что не люблю такое и вообще я скоро приеду, так что просто потерпи немного. Так даже будет интереснее, – она кокетливо прикусила нижнюю губу в полуулыбке. – А что насчёт сестрёнки Кайла, просто предупреждаю. Подойдёшь к ней на метр, и я узнаю об этом.

Все было настолько быстро, что связь прервалась еще до момента, как я успел открыть рот.

София и правда была самим очарованием, только ее истеричными позывы иногда бывают слишком уж внезапны.

Я вышел покурить на улицу, утешая себя приятным летним воздухом и стараясь побыстрее вернуться в норму. Отец всегда критиковал мои вредные привычки, от которых сам пытался много лет избавиться, но один умный человек только подтвердил, что люди свободны только в выборе своей зависимости.

В доме свет горел почти в каждой комнате и издалека это поместье казалось огромной горящей гирляндой. Меня не манила перспектива стоять у всех на обозрении, поэтому я зашел за угол дома, где хоть немного можно было укрыться от насыщенного уличного освещения, сражающего на повал способность видеть.

Я пристально смотрел на тот кусочек залива, который был виден сквозь  выращенные многолетние сосны. Как под гипнозом уперся глазами, обдумывая все, что успело со мной произойти за эти два дня. Все было слишком хорошо, не учитывая пребывания Кейси в этом доме. Когда Кайл рассказал о ней, я был немного озадачен, она не вписывалась в спокойную жизнь, к которой я привык, но с каждым днем, с каждым ее появлением внутри разгорался интерес. Может быть даже не к Кейси, а к тому какие проблемы она создает вокруг себя, потому что я блять соскучился по этим проблемам, мне их не хватало.

И сейчас не хватало даже этой догорающей сигареты.

С внутренним беспокойством затягиваясь последний раз, я услышал звук, доносившийся со стороны моего окна. Тот же звук открытых ставней, что и в день ужина, когда мне всего на секунду получилось увидеть идеального полуобнаженного ангела, с запутанными от сильного ветра волосами. Я старался вытеснить из головы эту картину, заставляющую почувствовать себя лишний раз дерьмовым парнем, готовым возбудиться при виде первой встречной девушки, но она въелась так глубоко, что усилия были слишком затратными.

Я обернулся, с мыслью, что опять застану ее в самый неподходящий момент и ей придется также мимолетно и неуклюже скрыться из виду, но черт возьми…

Что делает эта идиотка?

Мои губы сложились в тонкую злостную линию, готовую прибить ее прямо на месте. Кейси, облокотившись своим животом на подоконник окна, поочередно спускала ноги на небольшой выступ, разделяющий первый и второй этаж дома.

Я сдерживался, чтобы не ринуться к ней. Мне нужны были ее проблемы, но только не те, от которых она может получить увечья.

Я еле удержал в себе приказной крик, который должен был заставить ее прекратить попытки свернуть себе шею. Мой голос мог стать причиной ее падения, а этого мне хотелось меньше всего.

Да она совсем с ума сошла.

Хрупкое тельце прижалось к наружной стене здания и замерло на месте, позволяя мне только наблюдать за ней и надеяться, что она не сорвется вниз.

Кейси была такой уверенной в своих действиях, в отличии от меня. Казалось, что мне было страшно за нее больше, чем она переживала за саму себя. Хотя это нельзя было назвать переживаниями. Это была злость, возродившаяся из-за исключительного легкомыслия.

Отбросив остаток сигареты в сторону, я стал медленно подходить ближе, стараясь не издать ни одного звука. На случай если она упадет, я хотя бы подстрахую ее снизу, а потом немедленно верну ее обратно в комнату, убедившись, что окна с этого момента будут закрыты на несколько ключей и выброшены в ближайший водоем. К счастью, она не замечала меня, смотря на стену перед собой и поджимая от страха губы.

Кейси стояла так несколько минут и как будто осознав свою безысходность и закрыв глаза, сделала первый маленький шажок.

Сердце издало первый тревожный стук, словно это я стоял на том самом месте. Я никогда не боялся высоты, за исключением сегодняшнего дня.

Еще один шажок, но уже более уверенный. Ее тело покрыл легкий вечерний ветер. Неуклюже сорвавшийся кроссовок в последнюю минуту вцепиться в дом, пока я стоял внизу и наблюдал за редкостной непробиваемой глупостью.

Богословие? Серьезно?

Я копировал все ее движения, но на уровень ниже.

Дойдя до угла здания, она поставила одну свою ногу на толстую ветку высокого дерева, и отталкиваясь второй, в небольшом прыжке прижалась к его основанию. Похоже, что она планировала это давно, но зачем? И блять неужели она собиралась возвращаться таким же способом? С каждой секундой злость возрастала до небывалых размеров. Что если бы меня здесь не было, и она упала?  Глупая и к тому же неуклюжая девчонка.

Я все больше начинаю понимать, как сильно они с Кайлом похожи. В некоторые моменты он тоже был таким же безрассудным, забывая об элементарных правилах безопасности. Я всегда переживал о нем, но с какой стати я начал переживать еще и за нее?

Свесив свои ноги, Кейси спрыгнула на землю. Я успел обхватить ее своими руками за талию, в тот момент как ее маленький носик чуть не уткнулся в землю.

Об этом я и говорил.

Когда я невольно прижал ее спину к своей груди, она резко отпрыгнула, развернувшись ко мне лицом и излучая глазами такое количество горечи, что в ней можно было спокойно утопиться, распрощавшись с собственной жизнью.

Я знал, что напугаю ее после того, как ее маленький план спуститься со второго этажа удастся, но это был не только испуг. Это была ненависть, воплотившаяся во мне.

Тяжелое громкое дыхание доносилось до моих ушей. Вздыбившаяся грудь тяжело поднималась вверх, с не меньшей тяжестью опускаясь вниз. Она прижалась спиной к дереву и запустила свои пальцы в волосы, после чего маленькая слезинка скатилась с ее правого глаза.

– Я не хотел тебя напугать.

Мой голос должен был быть спокойным, действующим на нее также, но картина ее обтянутой джинсами задницы, которая рисковала рухнуться на землю то и делала, что коверкала его.

– Ты… Ты… Что ты здесь делаешь? – напуганным голосом процедила она, стараясь собраться с мыслями.

– Ты забыла? Я живу в этом доме, в котором ты видимо нашла еще один запасной выход, – я еще раз оглядел окно, из которого она вылезла. Сейчас оно казалось еще выше, чем раньше. – Ты спятила?

– Все в этом доме спятили, а ты приписываешь это только мне? – по ее лицу скатилась еще одна отчаянная слеза, оставившая мокрый след на ровной белоснежной коже. Ее расстроили мои слова? То, что я подкрался и не дал ей упасть? Или то, что я вообще появился перед ней и всеми силами мечтаю запереть ее в комнате?

Я неосознанно поднес свою руку к ее лицу, чтобы хоть немного убрать следы беззвучного плача, но она откинула ее быстрее, чем я успел дотронуться и после только больше отстранилась, вжимаясь со всей силы в дерево.

Неужели я настолько ей противен, что на не позволяет даже на сантиметр приблизиться к себе.

Не люблю, когда девушки плачут, особенно из-за меня, но это состояние может медленно перейти в ненависть, когда на меня смотрят такими глазами, полными презрения. Ее эмоции, которые она непонятно почему пытается скрыть, написаны и вычерчены на лбу несмываемой краской, и сейчас, стоя передо мной и впитывая спиной пресный запах дерева, надпись засияла ярче.

– Просто возвращайся в дом, – сказал я и сделал шаг назад, отрекаясь от возможности стереть эту надпись в порошок.

Ее лицо окончательно побледнело.

– Нет! – Кейси наспех вытерла рукавом толстовки капли с лица, – я не вернусь.

Она посмотрела на окно, словно с огорчением понимая, что пути назад у нее больше нет, а дальше переводя дыхание, уставилась на меня.

Я молча стоял, не зная, как поступить дальше. София сказала держаться от нее дальше, но что если вечно мелькающая передо мной девушка старается нарушить эту просьбу каждый раз, когда что-то затевает ? Что если я вернусь в свою комнату, а на выходе опять встречу ее?

– Прошу, помоги мне, – жалобно сказала она.

Прекрасно, теперь она просит о помощи.

– Помочь? С какой стати? Твой отец будет переживать, если узнает, что тебя нет в доме.

– Он никогда не будет переживать из-за этого. Как ты и Кайл. Признайся уже, что у вас на уме? К чему мне готовиться? Как сильно мне нужно убедиться в своем отношении к вам, чтобы вы оставили и перестали преследовать меня? Почему вы просто не можете оставить меня в покое и почему сейчас ты оказался именно здесь? Именно в этом месте и в это гребанное время?

Я буду ублюдком, если скажу, что мне становиться ее жаль?

Ее возмущения стали набирать темп. Еще немного и нервный срыв будет записан в ее школьной медицинской карточке как закономерный вывод на основе окружающей действительности.

По моему взгляду она поняла, что не добьется ничего кроме сопровождения ее до кровати, поэтому не дожидаясь ответа, Кейси опустилась на землю, намертво обхватив колени руками и с болью прижимая их к себе.

Я собирался уйти, оставив ее одну здесь на волю случая.

Пусть она делает все, что пожелает. Эти разборки мне больше не были нужны. Она получила то, что заслуживала на вечеринке, но отныне мы никто друг другу.

Я решительно устремился к дороге, но в самый последний момент она схватила мою руку, притягивая к себе. Глаза были полны отчаяния, а тело беспокойно колебалось без единого шанса остановится.

– Стой, прошу, – сказала она. – Я сделаю все что ты хочешь. Любое желание, пусть будет даже самым унизительным, которое только сможет прийти к вам в голову, только прошу, помоги мне. Все, все что ты захочешь, – шепотом умоляла она.

Даже Софии так не удавалось играть эту роль бедняжки, хоть она и профессионал в этом деле. Это было моей маленькой слабостью, о которой я никому не говорил.

Я замер, пытаясь освободиться от ее завораживающего и жаждущего взгляда.

– Что ты собиралась сделать? Сбежать из дома в клуб или к своему парнишке-наркоману, потому что твой папаша тебе этого запретил?  Хотела почувствовать себя крутой спустившись со второго этажа через окно?

Мы услышали чьи-то шаги, становящиеся с каждой секундой все громче и ближе. Она вцепилась в мою руку своими ногтями с такой силой, что рука начала немного ныть.

– Умоляю… Увези меня всего на один час отсюда…

На то, чтобы обдумать дальнейшие действия времени почти не оставалось. Как я уже говорил, это было моей слабостью, и в то же время резко проснувшимся желанием хоть как-то разнообразить сегодняшний вечер.

– Одно желание, – холодно сказал я.

Раз уж она нарушила этот телесный барьер между нами, то я не упустил шанс прижаться к ней своим телом, прячась от охранника, который все равно бы мне ничего не сделал. По ее мягкому лицу все же прошлась моя ладонь, стирая слезы и оставляя слегка красный распухший носик, похожий на маленький мокрый нос зайчонка. В этот раз она позволила это сделать. Черт, да она теперь готова на все, лишь бы я сделал то, что она просит.

– Жди меня здесь, – прошептал я ей на ухо.

Выйдя из-за угла, я наткнулся на Филиппа. Он шел с фонариком в руке, осматривая каждый сантиметр по периметру и натыкаясь в итоге глазами на меня.

– Кристофер… привет, – он стоял неподвижно, непонимающе выгнув брови.

Я старался иметь хорошее отношение со всеми работниками, но Филипп был особенным. Как-то Кайл обчистил нас с ним в покер в его единственный выходной, забрав его месячную зарплату без каких-либо угрызений совести, а также мою часть денег, которую он все равно позже проиграл в споре. Заливая горе бокалом виски, мы с ним неплохо пообщались и с того момента больше не существовало формальностей. Я часто обращался к нему по всякой мелочи, тем более что раньше он был превосходным механиком.

– Привет, Филипп, – я достал из кармана пачку сигарет и протянул ему, в надежде отвлечь внимание.

Он вынул одну, вслед за этим зажав ее между зубов и поджигая с моей руки.

С момента моего приезда мы с ним виделись всего пару раз. Количество людей в этом доме превышало самих жильцов, поэтому охрана старалась не попадаться на глаза, оставаясь большую часть времени в отдельно отведенной части дома.

– Что с тобой случилось? Ты так не лыбился, когда приехал сюда. Всегда ходил с грустной мордой, – задиристо сказал он в единственной грубой манере, которой мог, а я тем временем просто предвкушал какое желание смогу заказать у Кейси.

– Просто рад наконец-то забрать машину.

О чем еще можно поговорить с человеком, который провел большую часть жизни в автосервисе, ползая под капотом машины в горе грязных инструментов, измазанных мазутом?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.