Илья Ангел
Манулов, прекрати! Том 3

Глава 1

Сознание возвращалась медленно. Ощущения были такими, словно я тону, и мне приходилось прикладывать всю имеющуюся у меня силу, чтобы выплыть на поверхность. Я сделал глубокий вдох и наконец смог открыть глаза. Очертания окружающего мира были расплывчатыми и блеклыми, словно я смотрел через не слишком плотную повязку. Как бы я не старался, но все никак не мог сфокусироваться, чтобы элементарно оглядеться и понять, куда меня занесло и как отсюда выбраться. В то, что этот портал нес добро и справедливость, верилось как-то с трудом. Мысли текли медленно и тягуче, и хотелось просто закрыть глаза и отрешиться от всего этого, чтобы хоть немного отдохнуть.

Но, я резко пришел в себя, когда какая-та добрая душа вылила мне на голову ведро ледяной воды. Я тряхнул головой, чтобы сбросить с лица холодные капли и огляделся, понимая, что зрение начало довольно быстро возвращаться. А вот ориентация в пространстве вместе с чувствительностью как-то не очень. Меня практически полностью раздели, оставив из одежды только штаны. После непроизвольного купания сначала было холодно, но текущий внутри меня огонь согрел тело, испаряя капли влаги с обнаженного тела.

Руки затекли так, что я их практически не чувствовал. Истинное зрение по какой-то причине не работало, а потоки магии жизни как-то хаотично двигались внутри меня, переплетаясь с разгорающимся пламенем. Подняв голову вверх, я увидел, что руки были скованны довольно плотным кожаным ремнем, со вставленными внутри него зелеными светящимися макрами. Ремни от таких все же жестких наручников соединялись в один толстый жгут, который был подвешен к штырю на потолке. Попытавшись призвать магию огня, чтобы сплести заклинание огненного щита, я увидел, как потоки резво потекли к рукам и будто впитались в ремень, заставляя зеленые макры сиять еще ярче. Магия печатей просто не работала, а внешняя энергия даже и не думала откликаться на мой призыв. Замечательно. Антимагические наручники. Опустив голову и пошевелив пальцами на ногах, которые едва коснулись холодного пола, уже окончательно убедился, что нахожусь в подвешенном состоянии. Ну хотя бы чувствительность начала постепенно возвращаться к телу, уже неплохой бонус.

Вокруг было темно, только маленький светлый шар, висевший под потолком, немного освещал сырое каменное помещение. С одной стороны стены находилась решетка из толстых прутьев, с другой – открытый проход, в котором невозможно было ничего разглядеть. Какая-то тюрьма, хотя, судя по запахам, скорее система подземных туннелей или старая заброшенная канализация.

– Ну и живучий же ты, – раздался голос откуда-то позади меня, после чего показался тот, кто таким своеобразным способом смог меня похитить. – И никак не поддаешься влиянию магии разума. Почему я не могу наложить на тебя ни одно заклинание подчинения? – прищурился мужчина, вставая под свет светильника, чтобы я наконец смог его разглядеть.

– Случайное стечение обстоятельств, не иначе, – проговорил я, внимательно разглядывая этого человека. Только взглянув в его лицо, сразу понял, кто стоит передо мной: младший брат графа Сапсанова. Он был практически полной его копией, только безумный взгляд светлых глаз и безобразный шрам, идущий через всю левую щеку, отличал его от главы рода. Его глаза бегали из стороны в сторону и складывалось ощущение, что он просто не может сфокусировать на чем-то взгляд.

Он был одет в какую-то рубашку с коротким рукавом и штаны. Обнаженные руки были обезображены буквально впаянными в кожу разноцветными макрами, соединяющиеся снаружи какими-то металлическими проводками, по которым, то и дело, пробегали белые и голубые искры, больше напоминающие небольшие молнии. Все камни, соединенные в сложную систему внутри человеческого тела, переливались и ярко светились. На груди через тонкую ткань, если приглядеться, тоже можно было увидеть несколько кристаллов. Я скривился, даже без истинного зрения понимая, что все его энергетические каналы были просто пересыщены энергией под действием активированных макров. Значит вот как выглядит макровый наркоман, у которого достаточно денег.

– Что вам от меня нужно? – проговорил я, нарушая внезапно возникшее молчание. Я снова посмотрел на сковывающие меня наручники.

Сейчас было самое время проверить возникшую у меня теорию во время битвы с гидрами на изнанке. Да, эти жгуты и кристаллы не дают мне пользоваться магической энергией, поглощая ее, но что будет, если их элементарно перегрузить. Другого выхода я все равно пока не видел, поэтому направил первый мощный огненный поток через руки, заставляя кристаллы поглотить высвободившуюся энергию.

– Я давно наблюдаю за тобой, – задумчиво проговорил он. – Ты смог убить всех подконтрольных мне магов и подчиненных тварей. В тебе есть удивительная и могущественная сила, которой необходимо дать правильный вектор, чтобы она потекла в нужное русло. Я хочу, чтобы ты присоединился ко мне. Вместе мы сможем добиться многого. Величия, денег, славы, – практически вплотную подошел он ко мне, заглядывая в глаза.

– Именно поэтому ты похитил меня и сковал цепями, чтобы предложить партнерство, – усмехнулся я, вновь и вновь посылая огненные потоки вверх, но пока, к сожалению, безрезультатно.

– Ты, как понимаю, получил мои послания? – сделал он шаг назад и скривил губы в каком-то подобии улыбки, доставая из своего кармана родовой перстень Серолаповых. – Я даже был удивлен, что никто тебе не рассказал всю правду твоего происхождения, пришлось импровизировать, чтобы хоть как-то тебя расшевелить.

– Откуда он у вас? – дернулся я, услышав, как первый из восьми кристаллов восьмиглавой гидры треснул. Главное, чтобы этот псих не обратил на это внимание.

– Вытащил из твоего кармана, конечно. Ну а до этого, снял с пальца твоего отца, когда тот умер, – пожал он равнодушно плечами, подбросив его в верх и, поймав, посмотрел мне в глаза. – Как только я узнал, кто ты такой, то сразу понял, почему кольцо не исчезает, а ждет своего наследника. Мы думали, что никого не осталось в живых, но эти волки все равно каким-то образом умудрились спасти маленького ребенка, – сжал он перстень в кулаке и отвернулся от меня. – Хочешь, расскажу, что случилось на самом деле?

– А у меня есть выбор? – хмыкнул я, раз за разом посылая волну огня вверх. Второй кристалл треснул, после чего контролировать собственную магическую энергию стало заметно проще. Потоки магии жизни ринулись вверх, оплетая кисти, возвращая рукам чувствительность.

– Разумеется нет, – рассмеялся он. – Семнадцать лет назад Сапсановы, Ужинцевы и Кондоры решили наконец разобраться с родом твоего отца, который по праву считался одним из сильнейших в этой части Сибири. Что может быть лучше классики, в виде свадьбы, где все члены рода собираются за одним столом. Я по приказу отца направил своих лучших монстров, уже в полной мере научившись ими управлять, Ужинцевы – несколько отрядов скорпинидов, которых приютили и смогли помочь пройти последний этап эволюции, а Кондоры, отличные портальщики, открыли проход, чтобы вся наша объединенная армия атаковала одновременно. План был идеальный, как и реализация. Никто даже не подумал на вмешательство других родов. И знаешь, что? – резко повернулся он ко мне, сжимая кулаки от ярости. – После того, как со всеми смогли расправиться только мои детки, они посчитали меня опасным! Отец выгнал меня из семьи, и ни один из якобы друзей не встал на мою сторону. Они отправили меня подальше от родного дома, при этом не лишив меня благословения Сапсана, словно издеваясь надо мной. Но сейчас наступил момент расплаты. – По его телу пробежали несколько электрических разрядов, которые заставили макры сиять еще сильнее, а на его лице появилась вместо гримасы ярости блаженная улыбка.

– Во что вы превратились, – покачал я головой. Мне оставалось совсем немного, чтобы освободиться. Кристаллы уже не могли поглотить энергию, направляя огненные потоки обратно ко мне в руки. С подобными психами нужно разговаривать только посредством силы, потому что никакие разумные объяснения и разговоры не смогут донести до него очевидное.

– Я? – удивился он моей реакции. – Я перешел естественный барьер, смог перешагнуть сдерживающую меня черту под названием «уровень магического потенциала». Он был у меня всего пятый, но сейчас я достиг восьмого, и развил не только магию разума, мне стали подвластны и обычные стихии. Еще немного, и я смогу соперничать с самим Тигровым или даже Кречетом! – Рассмеялся он, делая шаг назад, но потом резко замолчал и, став неожиданно серьезным, вновь приблизился ко мне. – Благодаря моим экспериментам, мы сможем сделать тебя сильнее во много раз. Какой у тебя уровень? Пятый? Шестой? Ты сможешь достигнуть тех же высот, что и я, и вместе мы покорим Сибирь, покончив со всеми нашими врагами. Я в последний раз делаю тебе предложение присоединиться ко мне в моей войне. Иначе ты умрешь, – оскалился он, приближаясь ко мне.

– Да пошел ты, – сплюнул я ему под ноги. Вырвавшаяся из его рук молния ударила мне в грудь прямо в центр еще до конца не сформировавшегося изображения, вызывая волну боли и спазм в сведенных судорогой мышцах.

– Ты разочаровал меня, – покачал он головой. – Ровно через тридцать минут они все умрут, и ты не будешь мешаться под ногами, чтобы все снова испортить. Через тридцать минут я стану единственным живым наследником великого Сапсана и встану во главе этого увядшего рода, – усмехнулся он. – А к тебе я приду через несколько часов, повиси немного, может, тогда, ты изменишь свое мнение.

Спазм в мышцах прекратился, и я резко открыл глаза. Направленное в меня заклинание словно пробудило спящий внутри меня огонь, заключенный в татуировке огнедемона. Огонь полностью поглотил меня, пропитывая своей магией каждую клеточку моего тела. Резкий всплеск силы, и антимагические наручники, на которые надеялся этот псих, вспыхнули и моментально сгорели под жаром магического пламени.

Огненная аура вырвалась наружу, покрывая меня, словно живым огненным щитом. Недолго думая, я направил неоформленный огненный поток в спину Сапсанова, который резко обернулся и выставил перед собой магический щит. Огонь с легкостью смог его пробить, но рассеялся при этом, не достав до мужчины буквально пары сантиметров.

– Но как…

Я чувствовал изменения, происходящие в собственном теле и не мог пошевелиться. Огонь поглощал меня, завихряясь в определенных точках, плетя только ему понятную сеть какого-то заклинания. Магия жизни внутри меня свернулась в клубочек, прячась в районе сердца, чтобы не попасть под влияние пламени. Концентрируясь, я все же смог выбраться из собственного плена и сделать хотя бы шаг. Макры в кольцах сияли от поглощенной энергии, а печать сокрушения, слетевшая с пальцев в сторону противника, врезалась в того, подобно многотонному тарану.

Впервые за все свои жизни я видел, что именно представляет из себя магия печатей. Огонь пройдя через руки, буквально впитался в макры колец, а печать, ранее не видимая глазу, окрасилась языками пламени, формируя плетение заклинания, которое через мгновение потухло. Измененная печать под действием внутреннего потока буквально вмяла противника в стену, разрушая очередные выставленные против меня щиты. Я направил в его сторону печать контроля, которая запирала объект в небольшом пространстве, изолируя того и не давая из этого пространства выбраться.

Жжение в груди остановило меня от новой атаки в сторону находившегося в отключке противника. Изображение на моей груди ярко засияло, и буквально в считанные мгновения, рисунок стал законченным, превращаясь в полностью законченное изображение небольшого огнедемона, принося просто нереальную боль, с которой не сравнилось даже действие яда скорпиниды.

Столб пламени резко поднялся вверх, окружая меня огненной стеной, перекрывая полностью обзор. Внезапно, меня подняло вверх под действием окружающей меня силы, которая едва не разрывала меня на части. Я понял, что полностью потерял контроль над собственной магией огня, которая сейчас бушевала вокруг меня.

Изображение огнедемона на груди начало словно отделяться от меня, оставляя после себя рваные кровоточащие раны на том месте, где оно находилось. Бушующая стена пламени начала приближается ко мне, усиливая чувство давления со всех сторон. На удивление, я не чувствовал опасности и жара от него. Наоборот, это была родственная мне стихия, и я знал, что она не причинит мне вреда. Прикоснувшись к моему телу, огонь отступил и распался на тонкие нити, начиная вплетаться в рисунок, который завис в воздухе прямо перед моим лицом.

– Что происходит? Почему я не могу выбраться отсюда? – раздался голос Сапсанова, который в этот самый момент пришел в себя и пытался выбраться из печати. Как только он делал шаг, чтобы переступить бушующее пламя, напитавшее собой печать контроля, огонь взмывал вверх, перекрывая ему пути отхода. Ни лед, ни вода, ни многочисленные другие заклинания, которые он направлял, чтобы разорвать круг, не могли потушить сформировавшуюся ловушку.

Наконец, почувствовав впервые в жизни родство с огненной стихии, я понял, как управлять собственной магией. Легко спустившись вниз и встав на ноги, я потушил весь огонь, который распространялся по этому помещению и заставил его вернуться назад. Огненные потоки подчинялись мне беспрекословно, кроме тех, что распались на нити и кружили вокруг своеобразного подарка Тины, формируя из рисунка объемную огненную фигуру.

Когда рисунок полностью поглотил все магические нити, изнутри него вырвался столб яркого ослепляющего золотого света, который тут же потух, оставляя после себя огненную и вполне материальную фигуру небольшого огнедемона. Взмахнув крыльями, он открыл пасть, из которой вырвалось пламя, плавящее даже камень. Еще некоторое время повисев в воздухе, он развернулся и полетел в мою сторону, начиная кружиться вокруг меня, издавая какие-то непонятные пищащие звуки.

– Все равно тебе никого из них не спасти, – донесся до меня голос невменяемого брата главы рода Сапсановых.

– Где они? – довольно спокойно спросил я, начиная движение в его сторону. В ответ он только усмехнулся и, махнув одной рукой, открыл портал прямо внутри печати контроля. Если он смог прорвать печать, почему он ждал и не попытался уйти раньше? Огнедемон, находившийся все это время рядом со мной, зарычал и ринулся к попытавшемуся скрыться мужчине, поливая все пространство перед собой жарким пламенем, все же, как мне показалось, достав до него, подпалив одежду и открытые участки кожи.

Несколько печатей, сорвавшись с руки, чтобы остановить Сапсанова, ударили в место захлопнувшегося портала. Пол под ногами задрожал, а из стен и потолка начали сыпаться небольшие камни.

Существо, образованное моей же собственной магией, разочарованно тряхнуло мордой и вернулось ко мне. Его глаза полыхали огнем, но даже сквозь пламя я сумел увидеть в этом странном магическом взгляде вину и недовольство. Облетев вокруг меня, огнедемон распался на золотые и огненные нити, которые тут же начали вплетаться в мою кожу, вновь превращаясь в обычную, на первый взгляд, татуировку. Но теперь рисунок был закончен и напитан силой, и я чувствовал, что теперь, без каких-либо проблем, смогу его призвать, если потребуется.

Я резко обернулся на звук шагов. Решетка, которая оказалась не заперта отворилась и внутрь ввалился Петр.

– Ты монстр. Нет, правда. Я думал, что либо ты не переживешь это огненное представление, либо я, – покачал он головой, приблизившись ко мне.

– Что ты тут делаешь? И самое главное, как ты здесь оказался? – осмотрев комнату, я увидел свои вещи, которые были просто свалены в углу и, быстро одевшись, вытащил кинжал из ножен, проверяя его состояние.

– Ну, только не злись. Я спрятал небольшой артефакт-маячок в твою одежду, – пробормотал Петя, вытаскивая красный кристалл у меня из кармана куртки. – Так и думал, что ты не сможешь обойтись без приключений, и тебя нужно будет откуда-то вытаскивать. А так я хотя бы знал, где именно ты находишься. Ты в будущем не забывай, что я, в отличие от этих наивных детей, на интригах собаку съел.

– Ну и где мы находимся? – спросил я, отсчитывая в голове оставшееся время. Если Сапсанов не врал, то ребятам грозила смертельная опасность, которая, возможно, зацепит не только их, но и находящуюся рядом с Олегом Диану.

– В нескольких километрах от поместья. Как только тебя в очередной раз похитили, и сопровождающий тебя водитель смог доложить о твоем исчезновении, я сразу же ринулся на твои поиски. Ты уверен, что этот любитель разноцветных камней не врал, когда говорил, что убьет всю свою родню?

– Он псих, и именно этим угрозам стоит верить. Сколько прошло времени, как ты покинул поместье? – я лихорадочно соображал, куда именно мог затащить этот макрозависимый наркоман ребят. Дом, вроде, надежно защищен, однако, каким-то образом послания оставлять он все же умудрялся.

– Немного, минут тридцать. – Проговорил Петр, показывая мне дорогу к выходу из этих туннелей. Снаружи нас ждал автомобиль с несколькими охранниками, которые неуверенно переглядывались между собой.

– Что случилось? – спросил я, садясь на место рядом с водителем.

– Нам поступил приказ от графа Сапсанова, чтобы вся охрана, включая начальника службы безопасности, покинула пределы поместья. Приказ странный, но его граф повторил несколько раз.

– Едем в поместье, быстро, – сказал я, надеясь, что у охраны хватит мозгов не оставлять главу рода одного в доме. Если мои внутренние часы не сбились, то у нас осталось ровно семнадцать минут.

Глава 2

Доехали мы относительно быстро, минуты за три. Перенес меня Сапсанов в какие-то катакомбы заброшенной промышленной зоны на окраине города. Почему именно сюда, а не куда-нибудь на изнанку или вообще подальше от Норильска оставалось загадкой. Надеюсь, что специально обученные люди разберут это место до кирпичика и хоть немного прольют свет на этот вопрос.

Я все время думал о том, что именно задумал этот псих, но даже приблизительно не смог понять хода его мыслей. Мне было совершенно не ясно, чего следовало ожидать, поэтому прокручивал самые скверные варианты событий. Позвонил Шмелеву сразу же, как только мы отъехали от места моего заточения, воспользовавшись мобилетом одного из охранников. Судя по всему, переданную мною информацию он воспринял всерьез, но все равно требовалось время, чтобы собрать людей. Многие еще работали в клубе, часть выполняла другие поручения. Мне настоятельно рекомендовали, а точнее практически приказали не лезть в гущу событий одному, чего я разумеется делать не стану, если не будет другого выхода. Когда мы добрались до главных ворот поместья, оставалось тринадцать с небольшим минут, и никого из силовых структур там не было. Я был практически уверен в том, что Сапсанов не врал, относительно времени. Что-то должно произойти ровно в четыре часа ночи, и именно на это следовало ориентироваться.

– Какого… – прошептал Петр, выходя из машины.

Я полностью разделял его мнение, глядя на поместье Сапсановых. Вокруг было тихо, даже как-то слишком тихо. И пусто. На воротах не было охраны, как и во внутреннем дворе. Больше половины здания, включая главный вход, словно исчезло. На его месте находился довольно глубокий кратер с рыхлой, будто только что выкопанной землей. Часть, видимая обычным взглядом, обрывалась рваным контуром. Складывалось ощущение, что поместье просто разорвало на две половины, одну из которых переместили в неизвестное место.

– Как может исчезнуть половина здания в тишине, не привлекая постороннего внимания? – пристально посмотрел на меня брат, когда мы бегом направились в сторону дома. Я лишь покачал головой, не зная, что именно следует ответить. Это было более, чем странно. Но и Сапсанов, как я понял, отличался выдумкой и театральными эффектами в плане чьего-либо умерщвления. Тешил свое эго или, скорее, наслаждался произведенным эффектом. Просто умер только отец Олега, но и то мне почему-то казалось, что к этому его брат свою руку и извращенную макрами фантазию не прикладывал.

– Связи с нашими нет, никакой, собственно, как и с графом, – проговорил сопровождающий нас охранник. Он вместе с водителем выглядели потерянными, совершенно не понимая, что следует делать в подобной ситуации. У них на пальцах виднелись родовые перстни Сапсановых, значит не обычные наемные рабочие, и просто так бросить графа, которому служили, они элементарно не могут.

Я остановился в непосредственной близости от здания и активировал истинное зрение, коря себя за такую заминку. Все же, серьезное ранение и усталость давали о себе знать. Еще неизвестно, что именно хотел сделать со мной Сапсанов, вспоминая, как тяжело мне приходилось возвращаться в сознание.

Все поместье, как оказалось, было на месте, целым и невредимым. Обширная сеть разнообразных заклинаний в несколько слоев окутывала строение, включая и ту часть, которая была видна. Подойдя ближе, я даже не сразу смог из-за обилия чар разобраться в точном количестве наложенных заклинаний. Через сплошной клубок переплетенных нитей, практически невозможно было разглядеть ни единой точки воздействия, чтобы быстро начать распутывать эту паутину. Все окна, двери, как основных, так и служебных выходов были перекрыты мощнейшими запирающими заклинаниями, которые переплетались с огромным количеством других, не известных мне. Я бы мог попытаться пробиться, расплетая одну нить за другой, но на это ушел бы целый день, если не больше.

– Кто-то скрыл часть дома, запирая все входы и выходы, – тихо проговорил я, когда оббежал поместье по кругу, используя печать ускорения. Никакой лазейки, как бы я не старался, но увидеть не смог. – Кто-нибудь знает другой запасной вход, не указанный в плане здания? Мне нужна хоть какая-то информация, – прорычал я, рассматривая пожимающих плечами охранников.

– Мы работаем в качестве сопровождения, преимущественно на выезде, поэтому с планами здания досконально не знакомы, – ответил один из них.

– Скажи, зачем тебе туда лезть одному. Дождись Шмелева, так будет безопаснее, – пристально посмотрел на меня Петр, сжав губы, отводя при этом в сторону, чтобы охрана не слышала наш разговор. – Я слышал то, что говорил тебе Сапсанов. О том, что именно они сделали с твоими родителями. Зачем тебе им помогать, пускай варятся в этом котле внутриродовых разборок самостоятельно. Ты и так из-за них несколько раз чуть не погиб. Только не говори, что у тебя есть какие-то иные причины им помогать, кроме нехватки адреналина в твоем организме.

– Там не только Сапсановы, но и Диана, твоя сестра, между прочим, – пристально посмотрел я на него. – И еще полсотни ни в чем не повинных людей. Запомни, дети не в ответе за поступки своих предков, – ровно проговорил я. – И они за это время стали мне практически друзьями. А своих я в беде не бросаю и стараюсь сделать все от меня зависящее, чтобы им помочь.

– Костя. Ты сейчас один, и за твоей спиной нет поддержки целого клана убийц, – всплеснул он руками.

– Я никогда никого не оставлял у себя за спиной, – прорычал я. – И всегда действовал один, когда это было необходимо, потому что о предательстве знаю не понаслышке еще с подросткового возраста. Ты же знаешь что-то, я по глазам это вижу. Где вход?

– Пойдем, проверим, – после небольшой паузы проговорил он, разворачиваясь и направляясь в сторону небольшой парковой зоны. – Я узнал про этот выход, когда искал место, в котором отсутствовали бы любые заклинания. Я пытался понять, как законы и принципы магии, известные мне, работают в этом мире. Оказалось, что точно так же, лишь с небольшим отклонением вектора приложения сил, но это легко поддается корректировке, если правильно настроить противовесы, в общем, не важно. Эта беседка и туннели под ней единственное место, на которое даже простенькие охранные чары по какой-то причине наложить нельзя. Какой-то магический парадокс, возможно, это связано с тонким местом, ведь всего в нескольких метрах образовался тот спонтанный прорыв.

Мы подошли к беседке, которая, несмотря на осеннюю погоду, содержалась в идеальной чистоте. Зайдя внутрь, брат тут же встал в центр и с легкость оторвал несколько деревянных досок, выполняющих роль пола. Истинное зрение действительно не показывало никаких наложенных чар, что подтверждало слова, произнесенные Петром, который довольно ловко разобрал часть пола, открывая передо мной ровный сухой лаз.

– Ведет в коридор на третьем этаже в крыло, где располагается главный зал, несколько кабинетов графа Сапсанова и его личные покои. Выход за большой картиной. Тут несколько пространственных переходов, но они не искажают магический фон. Правда, я не уверен, что мы сможем попасть внутрь, если учесть, что вся часть здания, как ты говоришь, скрыта сильными заклинаниями.

– Я даже спрашивать не буду, как именно ты нашел этот выход, – пожал я плечами, оглядываясь и прислушиваясь. Никаких посторонних звуков я не слышал, в виде приближающихся автомобилей или шагов, значит, Шмелев слегка задерживается, если вообще прибудет в ближайшее время.

– На самом деле, мне его показала Лера, – задумчиво проговорил он. – О нем знают только прямые наследники графа и глава службы безопасности, ну и я. Когда ты в первый раз исчез, Валерия показала этот выход нам с Дианой на всякий случай. Тогда почему они им сами сейчас не воспользовались?

Я молча спрыгнул в открытый люк, используя печать вознесения, чтобы спокойно приземлиться, не переломав себе ноги. Выпустив вверх несколько огненных шаров, которые осветили пространство, оказавшимся довольно просторным вырытым подземным ходом. Услышав неразборчивое бормотание и сопение, поднял голову, увидев Петра, который спускался следом за мной, используя ветхую лестницу, прислоненную к одной из стен.

– Какого хрена ты творишь? – спросил я его, когда тот спрыгнул на землю с последней ступени.

– Ожидание смерти хуже самой смерти. Так я хотя бы буду знать, что уготовила мне судьба, а не грызть ногти в неизвестности, думая о том, прикончат ли тебя сегодня, после чего мне оторвет половину души или нет, – нахмурился он и, обойдя меня, двинулся вперед, показывая дорогу.

Он оказался прав. Несколько раз я ощутил небольшой толчок и подкатывающий к горлу ком, как при использовании телепорта, хотя внешне я не видел никаких изменений в пространстве ни обычным, ни магическим зрением. Эта система переходов закончилась самой обыкновенной дверью, которая так же, как и стены, была оплетена сетью заклинаний, но не в таком количестве, как снаружи, да и выглядели они более тусклыми, словно наложены были давно, еще до этих странных событий.

– Ну проход, по крайней мере, на месте, – выдохнул Петр, хватаясь за ручку, сразу же одернув руку, рассматривая пузыри от ожогов. Мои огненные светильники несколько раз мигнули и потухли, погружая нас полумрак. Но был один бонус, вспыхнув несколько раз, сеть заклинаний начала самостоятельно разрушаться, медленно открывая проход и освобождая от яркой паутины стены.

– Прошу тебя, не лезь никуда первым, – прошептал я, отодвигая все еще рассматривающего свои руки брата.

– С этой стороны дверь – это хорошо наложенная пространственная иллюзия. Просто возьмись за ручку и сделай шаг. Открывать ничего не нужно, – пояснил Петр, напряженно глядя на меня.

Я кивнул и, прикоснувшись к ручке двери, сделал аккуратный шаг, проходя через стену. Мимолетные ощущения жуткого холода сменились жаром, после чего я оказался в темном коридоре, который был практически не освещен. Было тихо, но сквозь тишину я слышал чьи-то голоса, доносящиеся откуда-то издалека. Посторонившись, пропустил Петра, который, пройдя через своеобразный портал, врезался мне в спину. Обернувшись, я выматерился, глядя, как место, где была расположена дверь, затягивается разноцветными нитями от заклинаний, покрывающих стены и изнутри поместья. Словно с нашим появлением, кто-то увидел брешь и сейчас пытается заткнуть эту дырку разрастающимися плетениями многочисленных чар.

Тихо передвигаясь, используя способность идеальной маскировки, схватив Петра за руку, я двинулся в сторону голосов. Завернув за угол, я увидел охранника, стоявшего лицом к проходу. Мне он показался знакомым. Приглядевшись, узнал в нем того, кто в последнее время охранял коридор, где располагалась моя комната. Ну теперь становилось понятно, кто и каким образом подбрасывал мне письма счастья.

– Нужно узнать, что тут происходит. Может, он за наших? – прошептал брат, вопросительно на меня посмотрев.

– Давай, только аккуратно, – кивнул я. – Но не думаю, что он что-нибудь тебе скажет.

– Что тут происходит? Где все? – освободил руку Петр и вышел из темноты, показываясь мужчине. Я тем временем проскользнул мимо него, остановившись, чтобы в случае чего подстраховать парня.

– Дом помещен в карантин. Как вы тут оказались? – удивился охранник, без резких движений аккуратно поднося руку к кобуре, вытаскивая револьвер.

– Я работал над одним из проектов и не слышал никаких оповещений, – пробормотал парень, покосившись на направленное на него оружие.

– Лучше б ты и дальше оставался в своей конуре, – процедил мужчина, делая шаг в направлении Петра. Выстрелить или хоть как-то воздействовать на него я не дал. Метнувшись в его сторону, я ударил того ногой под колени, заставляя упасть и поравняться со мной, после чего зажал его рот, чтобы он не закричал и перерезал кинжалом ему горло. Подождав несколько секунд, я опустил тело на пол и кивнул Петру, чтобы тот не тормозил.

– Обязательно нужно брызгать кровью в мою сторону? – брезгливо спросил он у меня, вытирая попавшую на него каплю. – Кто тебя вообще учил незаметно убивать?

– Даже не стану на этот вопрос отвечать. Тихо.

Я увидел небольшое свечение, которое доносилось из приоткрытой двери в коридоре. Этот свет был неровным и каким-то дерганным, словно от пламени свечи. Толкнув слегка дверь, давая возможность для обзора, я заглянул внутрь. Помещение было пустым, такое чувство, что из него вынесли всю мебель, оставляя чистое и свободное пространство. Прямо в центре в выложенном круге из сияющих макров сидел парень с закрытыми глазами. Я видел, как из его рук, которые он приложил к полу, тянулись нити, вплетаясь узором в вереницу тех, что покрывали стены этого здания. Его энергетические каналы были наполовину истощены, но, тем не менее, маг использовал всю доступную ему силу, для поддержания наложенных заклинаний. Я узнал его. Это был один из хозяев «Оазиса», с которым у Андрея произошел конфликт на входе. Кажется, Крапивников. Он явно не ожидал нападения и какого-либо вмешательства, окружив себя лишь простеньким защитным куполом, который и издавал привлекшее мое внимание золотистое сияние. Призвав божественный клинок, я сделал резкий шаг и, с легкостью пробив защиту, вонзил меч успевшему только открыть недоуменно глаза магу в сердце. Как только остатки жизненных сил его покинули, часть плетений потухла, но этого было мало, чтобы полноценно снять заклинание с целого дома. Поэтому можно предположить, что маг внутри здания явно не один.

Раздавшийся женский крик вывел меня из непродолжительного раздумья. Звуки доносились совсем рядом, скорее всего из соседнего коридора. Догнав рванувшего вперед брата, я остановил его, сам стараясь не потерять самообладание. Голова должна оставаться холодной, что бы не происходило.

– Зачем вы это делаете? – прозвучал голос Дианы, когда мы дошли до конца коридора, не встретив никого больше на своем пути. Заглянув за угол, я увидел открытые двери кабинета графа, возле которого стояли двое охранников, сложив руки перед собой. Выглядели слишком расслаблено. Находясь на страже чего-либо, нельзя так пренебрежительно относиться к своим обязанностям.

– Глупенькая, неужели ты так ничего и не понимаешь. Если бы мы хотели просто вас убить, мы бы сделали это в тот же момент, когда вошли и смогли изолировать вас от остальных. Нам нужно время, чтобы закончить заклинание, а это, всего лишь игра, чтобы скрасить тягостное ожидание, – ровно ответил ей незнакомый мне женский голос. Все, что я хотел услышать, то услышал. – Жаль, что Глеб задерживается, так и не сможет посмотреть на представление, которое он так сильно хотел воплотить в жизнь.

Достав из хранилища пояс с метательными ножами, я взял парочку. Надеюсь, что я не растерял определенные навыки.

Два ножа одновременно полетели в направлении своих целей, как только я вышел из-за поворота. Охранники не успели даже понять, что именно произошло, как оба клинка вошли точно в глазницы жертв. Петр лишь покосился на меня, но ничего не сказал. Переступив через тела, я вошел в кабинет, уже особо не таясь.

Диана с Олегом выглядели плохо. Бледные, с черными кругами под глазами, они стояли друг напротив друга, связанные тугими бордовыми нитями. Только спустя несколько секунд я понял, что это, вероятно, нити магии крови, которые напитывались силой непосредственно из тел своих жертв. Женщину, сидевшую в кресле главы рода за столом, я не знал. Она была довольно красивая, ухоженная. Но безумный блеск в глазах и скривившийся в усмешке рот полностью портили все впечатление.

– Кто вы? – ровно спросил я, глядя ей в глаза. Увидев меня, она только пошевелила пальцами. Вслед за этим движением, я почувствовал, как кровь в моем теле начинает замедлять свой ток, но нити жизни быстро справились с влиянием женщины, остановив действие посторонней магии. – Так кто вы, и что вам здесь нужно? – повторил я вопрос, после чего сделал шаг, выходя в центр комнаты. Я направил два облака целебной магии на парня с девушкой, чтобы они элементарно не умерли от кровопотери.

– Это моя мать, точнее, мачеха, – проговорил Олег, не отрывая от нее взгляда. Женщина, тем временем, поднялась на ноги и вышла из-за стола, прожигая меня взглядом, не обращая внимание на своего сына.

– Ты сильнее меня, неожиданно. Хотя, могла и предположить это, раз ты в одиночку смог убить направленных по вашу душу скорпинидов. Тебя в высших кругах явно недооценивают, – улыбнулась она. – Но ничего, я уйти успею, а вы нет. Что бы не произошло, от дома останутся лишь руины, которые погребут вас всех под собой, – рассмеялась она, направляя в мою сторону три тонких, как струны, нити. К атаке я был готов, поэтому, используя поступь тени, ушел ей за спину, а направленное на меня заклятие пролетело комнату и, вонзившись в стену, пробило ее в местах соприкосновения, вылетая наружу.

Печать сокрушения сбила женщину с ног и отбросила ко входу в комнату. Она резко поднялась на ноги и окружила себя прочным багряно-красным щитом, который тут же разлетелся мелкими осколками, превратившись в капли крови, которые на долю секунды повисли в воздухе, под действием печати яростного удара. Воздушные клинки смогли только пробить щит, но до женщины не достали, чтобы принести ей хоть какой-нибудь ощутимый вред. От высвободившейся энергии, после удара клинков по щиту, ее подкинуло вверх и воздушной волной выкинуло через открытые двери, рядом с которыми она стояла. Печать обездвиживания, полетевшая следом за ней, не дала ей возможности пошевелиться. Эту атаку заблокировать она не успела. Я чувствовал, что энергии в кольцах-накопителях осталось мало, а новая по какой-то причине не собиралась, лишь вяло откликаясь на призыв. Это было неприятным открытием.

Подойдя сначала к Диане, я иглой разрушил действие чар, освобождая ее от пут, оставивших глубокие ссадины на открытых участках тела. Посадив ее на пол, удостоверившись, что ее жизни ничего не угрожает, я занялся Олегом, которому досталось намного сильнее. Несколько нитей прорезали не только кожу, но и мышцы, буквально доставая до костей, перерубая при этом кровеносные сосуды и нервные ткани. Руками парень шевелить не мог. Они свисали у него плетьми, а кончики пальцев начали уже синеть и чернеть. Плохо. Моей энергии магии жизни недостаточно, чтобы излечить его, или хотя бы элементарно подлатать, чтобы сохранить конечности.

Выйдя в коридор, я посмотрел на женщину, безумно вращающую глазами, которая всеми силами пыталась высвободиться, используя для этого собственную магию. Я видел, как сеть из кровавых нитей оплетает ее тело, пробивая печать и возвращая постепенно чувствительность и способность двигаться. Петр в это самое время влетел в комнату. Судя по его негодованию и нецензурному бормотанию, он сразу же бросился к Олегу, осматривая его раны.

– Спрашиваю один раз, где Андрей и Лера, – достав кинжал, я сел рядом с ней, приставив его к ее груди, глядя в глаза. Она молчала, только криво усмехнувшись. – Похоже, сумасшествие в этой семье заразно, – покачал я головой, занося клинок для удара.

– Стой, – крикнул Олег. Я повернулся, глядя на растерянного парня, вышедшего в коридор. – Она нужна нам живой. Только она владеет полной информацией. Я не уверен, что наша смерть и разрушенное поместье – единственное, что они хотят сделать.

В тот же момент я почувствовал жуткий холод, который буквально пробирал до костей, а тело женщины начало покрываться инеем. Я покосился в сторону вышедшего Петра, который довольно ловко управлял своими магическими потоками, превращая мать Олега в кусок льда. Ее сердце не остановилось, только редко билось, давая крови поступать, так или иначе, в органы и ткани.

– Они в большом зале, – посмотрел Олег на меня, садясь на пол прямо в коридоре. Он находился в шоке, как болевом, так и эмоциональном, видимо, не до конца понимая, что на самом деле тут происходит. Я кивнул и бросился в указанном направлении, когда часы, висевшие в кабинете, начали отсчитывать удары, оставшиеся до четырех часов.

Я открыл двери зала, влетая туда за несколько секунд до того момента, как раздались одновременно два выстрела.

Глава 3

Я даже не догадывался, что могу действовать настолько быстро. Залетев внутрь зала, я за долю секунды оценил происходящее. Магическое зрение все еще было активировано, поэтому не было сомнений, что вижу истинную картину, а не какой-нибудь мираж. Помещение было пустым, за исключением Андрея и Валерии Сапсановых, стоявших друг напротив друга на расстоянии пяти метров. Я видел знакомые сверкающие серебристые сети, окутывающие их головы, поэтому совершенно не удивился направленным друг на друга револьверам, которые они держали в своих руках.

Активировав поступь тени, под звук последнего удара часов я выбросил в сторону Андрея печати сокрушения и защиты и, не успевая больше ничего предпринять, рванул в сторону Леры. Благо, я мог оказаться возле нее менее чем за секунду. В самый последний момент я отвел руку девушки и закрыл собой, заваливая ее на пол.

Печати не достигли цели за такой короткий промежуток времени, а я вместе Лерой не успел упасть на пол. Нажали они на спусковые крючки одновременно, повинуясь вложенным в их головы командам. Выстрелила Валерия, после моего вмешательства, куда-то в потолок, тогда как Андрей попал точно в цель за мгновение до того, как печать сокрушения сбила его с ног и откинула в дальний конец зала.

Упав на пол, все еще закрывая собой хрупкое тело девушки, повинуясь предчувствую резко возникшей опасности, я мысленно поблагодарил мастера клана носорогов за изготовленную защитную куртку и меткость Сапсанова, выстрел которого пришелся аккурат в правое плечо. Пуля не пробила даже первый слой защиты, отскочив от нее и с бряцаньем упав на пол рядом с нами.

В воздухе запахло свежей кровью и поднялся пробирающий до костей холодный ветер. Ощутив отсутствие даже минимального количества энергии в кольцах-накопителях для печати защиты, я зачерпнул силу из внутреннего источника и тут же выставил тройной огненный щит, чтобы хоть как-то сдержать предстоящую атаку, которая началась незамедлительно. Сотни тонких, острых багряно-красных игл сыпались сплошным потоком с потолка. Через пелену огненного купола, я видел, как эти длинные иглы вонзаются в каменный пол чуть ли не на половину своей длинны, после чего тут же разрушаются, оставляя после себя капли дымящейся крови.

Щиты, на удивление, выдержали. Только пара кровавых игл в самом конце смогла пробить огненный купол и достать меня, но с ними легко справилась защита бронированной куртки. Ранение они мне не нанесли, но удар был чрезвычайно сильным. Наверняка в этих местах останутся синяки и гематомы. Даже боюсь представить, что было бы с незащищенными участками тела, если бы такой шип пронзил их.

Когда ветер стих, я быстро поднялся, оглядываясь и вытаскивая кинжал из ножен, хотя постороннего присутствия не ощущал. Зал оказался пуст. Вероятно, атакующие чары имели отложенный старт, на случай, если брат с сестрой промахнутся и не прикончат друг друга. Андрей под заклинание не попал. Эпицентр действия чар как раз приходился на место, где располагались Сапсановы. Так как парня я откинул подальше, то основной удар мне пришлось принимать на себя.

Весь пол бы испещрен аккуратными глубокими дырками и залит довольно приличным количеством крови, которая растекалась из центра по всему залу.

– Мы слышали выстрелы, что тут произошло? – раздался громкий голос Петра, который вывел меня из какого-то ступора, в котором я пребывал, глядя на медленно текущую в мою сторону кровь.

– Успел, – выдохнул я и посмотрел на брата, который выглядел напряженно и очень сосредоточенно. – Не поверишь, успел, – прикрыл я на секунду глаза, садясь на пол рядом с Валерией, вложив кинжал в ножны.

Я чувствовал какое-то эмоциональное и физическое истощение. Видимо, после такой резкой встряски, словил пресловутый откат. Руки немного дрожали, а сердце билось часто, не стремясь успокаиваться и переходить на привычный спокойный ритм. Нужно взять себя в руки. Основное веселье еще впереди.

– Проверь, как Андрей, – обратился я ко все еще пристально рассматривающему меня Петру. – Только аккуратно, они были под заклятием подчинения.

Он кивнул и, переступая через лужи крови, направился в противоположный конец зала к только что зашевелившемуся парню. Сам же я начал осматривать девушку, которая лежала на полу, не двигаясь и все еще сжимая револьвер с такой силой, что у нее побели пальцы на руке. Я с трудом смог разомкнуть их, чтобы вытащить оружие и отбросить его в сторону. Я видел, как сеть подчинения постепенно исчезала, освобождая ее разум.

– Ну же, давай, приходи в себя, – тихо проговорил я, убирая волосы с ее лица.

Они были липкими от крови и местами уже присохли к коже. Не мог же я ее так ударить при падении. Кровь бы не успела засохнуть и свернуться. Истинное зрение в осмотре мне не сильно помогло. Сеть подчинения рябила, перекрывая вспышками все каналы в районе головы. Наклонившись к ней, я осмотрел ее голову и увидел две довольно обширные раны чуть выше виска с обеих сторон. Они были симметричные и одинаковые. Получить такие ранения случайно точно не получится. Она Сапсанова, значит, маг разума. Скорее всего, подчинить ее было не так уж и просто. Пришлось прибегать к дополнительным мерам воздействия. Чувство накатившей апатии улетучилось без следа, уступив место злости и не пониманию, зачем нужно было так мучить своих жертв перед убийством.

Когда последняя нить заклятия подчинения растворилась, девушка внезапно открыла глаза и резко села. Ее начало трясти, а сама она будто меня не видела, глядя куда-то мимо меня.

– Я пыталась сопротивляться, но не смогла. Не смогла остановиться. Я убила его, единственного близкого мне человека, – Лера говорила невнятно, мне с трудом удавалось разбирать ее слова, чтобы понять, что именно она говорит. Она не могла сфокусироваться. Приглядевшись, я увидел, что глаза ее быстро двигаются из стороны в сторону, словно она не могла это контролировать.

– Костя, – раздался голос брата из дальнего конца комнаты, куда я отправил отдохнуть Андрея. – Все хорошо, он жив, только находится немного в шоке. – Я повернулся к нему и кивнул. Отлично. Теперь нужно разобраться, что случилось с Валерией.

– Лера, ты меня слышишь? – я взял ее голову обеими руками с двух сторон в непосредственной близости от ран. Она мотнула головой и вздрогнула, когда услышала мой голос. – Все хорошо, твой брат цел.

Теперь я видел несколько очагов кровоизлияния в ее мозге. Если два из них точно были вызваны теми ранами, то причину еще нескольких гематом я определить так и не смог. Она схватилась за мои руки, но не пыталась их убрать. Видимо, она все же смогла узнать мой голос и немного успокоилась. Тонкие нити жизни потекли через мои руки, окутывая ее голову. Сил было, конечно, мало, но с подобными травмами Петр вряд ли сможет справиться, не видя энергетические каналы и повреждения так, как я. Я старался работать точечно и аккуратно распределять потоки. Помимо травм головы мне были заметны и другие повреждения на ее теле, которые были скрыты одеждой. Но все остальные травмы не были смертельными, поэтому я как мог старался не обращать на них внимание.

– Что же тебе пришлось пережить за такое короткое время? – пробормотал я, ощущая, как дрожь в ее теле становится меньше, а глаза перестают хаотично двигаться. – Лера, посмотри на меня, – ровно проговорил я, когда все видимые моему глазу повреждения были ликвидированы. Она вздрогнула, словно только что проснулась, и перевела на меня довольно осмысленный взгляд.

– Костя? – воскликнула она. – Как ты… о, боги, я…

– Все хорошо, мы вернулись вовремя. – Сказал я, убирая руки от ее головы. – Твой брат жив, Олег и Диана тоже. Нам нужно…

Она не дала мне договорить. Подавшись резко вперед и обхватив мою голову руками, крепко поцеловала. Я уже и забыл, каково это быть в теле молодого парня на пике гормональной и магической перестройки, поэтому даже не заметил, как притянул ее к себе, ощущая мимолетную волну прокатившегося возбуждения. Но разум довольно быстро возобладал, напоминая, что мы находимся не на прогулке, и время играет явно не на нас. Отстранившись, я посмотрел в глаза смутившейся, но одновременно с этим полностью успокоившейся девчонки.

– Прости…

– Все хорошо. Нам нужно всем собраться в одном месте и решить, что делать дальше, – перебил я ее, поднимаясь на ноги, как раз в тот момент, когда Андрей с Петром подошли близко к нам. Подав ей руку, я помог подняться. Увидев своего брата, она кинулась к нему, крепко обнимая, хотя, судя по всему, это приносило ему болезненный дискомфорт, но вида он не подавал, чтобы не тревожить сестру.

– А ты времени-то зря не теряешь, – хмыкнул Петя. – Так и думал, что все это из-за девчонки. Хотя от тебя я такого не ожидал. Вроде с головой дружишь, в связях, порочащих твое самообладание и холодную голову, замечен раньше не был…

– Это просто приятный бонус, – усмехнулся я, не отвечая на провокационные вопросы, выходя в коридор, где было все так же тихо. Мне показалось, что нити заклинаний на стенах стали ярче и начали словно мерцать. Если это так, то плохо дело. – Все, уходим, быстро. – Обернулся я, поторапливая остальных.

Мы дошли до кабинета, где я оставил Диану и Олега. Лера толком в себя после случившегося не пришла, вцепившись в мою руку с такой силой, словно боялась, что я исчезну, и этот кошмар, которой ей пришлось пережить, тут же повторится. Андрей шел молча, опираясь на плечо Петра. Все же довольно сильно я его приложил, раз он до сих пор не оклемался. Главное, что жив, с остальным разберемся позднее.

К счастью, в коридоре ничего не изменилось, кроме того, что трупы охранников куда-то исчезли, но по кровавой дорожке, я понял, что их просто оттащили за угол. Видимо, находиться с ними рядом ребятам не слишком хотелось, собственно, как и оставлять нашу снежную графиню одну. Диана как могла пыталась привести в чувство Олега, который с отрешенным видом смотрел на свою мачеху.

Я обвел всех взглядом, после чего зашел в кабинет, помогая при этом Олегу подняться на ноги. После того, как все сели прямо на пол в центре комнаты, они переглянулись между собой и пристально посмотрели на меня, как на главного в этом своеобразном отряде.

– Им помогают пять магов рода, и кто-то еще со стороны, – первым заговорил Андрей, глядя перед собой. – Я только сейчас начинаю все вспоминать, до этого была каша в голове, и все, как в тумане. А то, что вспоминается, лучше бы и осталось в небытие.

– Нужно помешать им завершить заклинание, – проговорил я. – У них наверняка есть пути отхода, которые нам не доступны. Тот проход, через который мы проникли внутрь здания, сейчас закрыт. Поэтому ничего не остается, как попытаться их нейтрализовать.

– Все, кого я помню, маги, служащие нашему роду, с уровнем пять и выше, – сказал Андрей, прикладывая руку к груди и морщась от боли. Несколько ребер были сломаны, но жизненно важные органы не задеты.

– Знаешь, где они находятся? – спросил я. Судя по тому, сколько времени мы провели внутри, Шмелев уже должен был находиться либо здесь, либо поблизости. Поэтому следовало попытаться сделать все, чтобы он с командой смогли зайти в поместье, а для этого требовалось, хотя бы убрать маскирующие чары, если не удастся сделать большего.

– Нет, – покачал он головой. – Я даже не знаю, сколько конкретно людей осталось в этой части здания.

– Я могу помочь, – сказал Петр. – У меня есть одно поисковое заклинание в арсенале, которое они вряд ли смогут увидеть.

Закрыв глаза, брат вытянул перед собой руки ладонями вверх, в которых сначала появился небольшой кусочек льда. Затем он треснул и начал распадаться на более мелкие части, превращаясь в небольшие снежинки. Петр открыл глаза и взмахнул руками, подбрасывая их вверх. Они зависли в воздухе на несколько секунд, после чего вылетели за дверь, разлетаясь по всему поместью. Одно из заклинаний клана белой волчицы. Значит, смог перестроить его на магию этого мира. Мы все следили за неподвижно стоявшим парнем, в глазах которого мелькали белые точки, похожие на снег.

– Заклятие подчинения на нас наложил дядя, – поежившись, сказала Валерия, нарушая возникшую тишину. – На мага разума, да еще и кровного родственника, тяжело наложить подчинение, но в итоге у него это получилось, с поддержкой посторонних, – покачала она головой. – Все произошло быстро, мы даже ничего понять не успели. Ведь все они давали клятву верности нашему роду и великому Сапсану. Как так получилось, что они предали нас?

– Формально они все продолжают служить роду. Ваш дядя – Сапсанов, и так же относится к вашей семье, – проговорил я. – Как и наша пленница.

– Нет, – поморщился Олег. – Она осталась верна свою богу и роду, поэтому относилась к Ужинцевым и носила их фамилию. Подобное дозволяется у Сапсановых, если супруга – первый ребенок главы рода.

– Она вам сказала хоть что-нибудь важное? – теперь у меня не осталось никаких сомнений в том, кто именно натравил на нас тех скорпинидов, учитывая ее происхождение и подозрительную осведомленность. Только вот интересно, ее род знает о том, что стал замешан в заговоре, или же им все известно, и они напрямую участвуют в нем.

– Нет, к сожалению. За исключением того, что она призналась в том, что не является моей родной матерью, которая умерла при родах и была первой женой отца. Мне никто об этом никогда не говорил, хотя я неоднократно спрашивал, как у мага крови и мага разума мог родиться сын со склонностью к стихии льда. Поэтому все это, как снег на голову.

– Где твоя сестра? – спросил я, вспоминая его слова, что мать должна была прибыть не одна.

– Честно? Не имею ни малейшего понятия, – проговорил он, после чего буквально рухнул на пол, чуть не потеряв сознание от резко возникшей боли и накатившей слабости.

Петр смог немного его подлатать, восстановив кровоток в поврежденных руках, но более деликатную работу выполнить не сумел, поэтому двигать руками Сапсанов не мог, собственно, как и справиться с болью. Но он пытался не подавать вида, что испытывает на самом деле. Я подошел к нему, положив руку на грудь, запуская небольшой поток магии жизни, чтобы хотя бы уменьшить болевые ощущения. Потускневшие потоки откликнулись вяло, но все равно подчинились приказу, перетекая в тело парня, хотя у самого боль в спине, оставшаяся после прилета кровяных игл, от этого только усилилась, но она была поверхностной и вполне терпимой. То, что испытывал сейчас Олег не пожелаешь и врагу.

– Их пятеро, – произнес Петр, тряхнув головой. – Есть какой-нибудь план этой части поместья?

Андрей кивнул и, медленно поднявшись на ноги, подошел к одному из шкафов, которых в кабинете его отца было довольно много. Порывшись внутри, он достал сложенный в несколько раз лист бумаги, расправляя его на столе. Брат подошел и, рассматривая довольно старый план помещений, взял в руки карандаш, после чего нарисовал несколько точек, расположенных в разных частях дома.

– Если их соединить между собой, включая того мертвого мага, можно получить обычную пятиконечную звезду с координатором в центре, – проговорил Петр.

– Итак понятно, что это какой-то ритуал, – махнул я рукой, направляясь к двери, запоминая план и расположение всех магов. Если их достать не получится, нужно ликвидировать того, что в центре. Наверняка там и находятся главные узлы. Только, боюсь, если ринуться к нему напролом в первую очередь, можно привлечь внимание остальных, после чего справиться с пятью магами одновременно мне, без магии печатей, будет практически невозможно.

– Ты куда? – раздался голос Дианы. – Идти войной против обученного противника равно самоубийству. Что ты им можешь противопоставить?

– Поддерживаю это отображающее всю суть происходящего замечание, – ворчливо отозвался Петр.

– А сидеть здесь и ждать своей смерти – это считается не самоубийственным решением? – с усмешкой повернулся я, находясь уже в дверном проеме. Неожиданно светильники в кабинете начали мигать, а пол под ногами задрожал, после чего начали появляться одиночные разломы в стенах, которые шли строго по нитям одного из заклинаний. – Они уже долгое время поддерживают чары. – Продолжил я, когда наступила относительная тишина, а здание перестало трястись. – Каким бы сильным по уровню не были маги, долго они все равно не продержатся. Все, кто участвует в заговоре и работает на вашего дядю, ждали сигнала к отступлению и завершению ритуала, и я уверен, что этим сигналом являлись прогремевшие на весь дом выстрелы. Психи эмоционально неустойчивы, но, порой, довольно пунктуальны, и весь этот план был рассчитан вплоть до секунды. В любом случае, как говорила твоя мачеха, даже если эта доставляющая удовольствие игра не сработает, от дома останутся лишь руины, – я посмотрел на глубокие трещины в стенах, подтверждающие каждое сказанное мною слово.

– Отлично, я с тобой, – вышел в коридор брат, чуть не споткнувшись о тело все еще лежавшей там женщины. После чего добавил уже тихим голосом, чтобы слышал только я. – В конце концов, я неплохо владею магией льда. Сейчас, правда, процентов на тридцать от того, что мог раньше, но уже какая-никакая поддержка. Только сразу предупреждаю, свои атакующие заклинания я еще не перевел в местные, поэтому могу помочь только в защите.

– Спасибо, – пристально посмотрел ему в глаза, после чего вновь повернулся к оставшимся в кабинете измученным, находящимся в шоке от предательства ребятам.

Если что случится, защитить они себя точно не смогут. Даже когда были целыми и невредимыми не могли. Огонь во мне вспыхнул резко, пробуждаясь ото сна, повинуясь моему приказу и разжигая с новой силой во мне злость и уже ничем не прикрытую ненависть к тем, кто причинил боль не способным даже себя защитить людям.

Призвав огнедемона, я ощутил лишь небольшой укол в центре груди. Больше никакого светопреставления, как в первый раз, не было, огненный монстр появился быстро, уже полностью сформировавшимся. Облетев вокруг меня несколько кругов, он остановился, замерев в воздухе перед моим лицом, вяло взмахивая огненными крыльями в ожидании приказа.

– Охраняй их. Если кто из врагов посмеет сюда сунуться – сжигай дотла, – мысленно приказал я огнедемону, который взлетел вверх под потолок и умостился на висевшем светильнике, пристально глядя на дверь.

– Это что такое? – задала мучающий всех вопрос Диана, подозрительно глядя на огненного монстра.

– Ваша защита. Если так получится, что сюда попытается кто-то зайти из своих, кричите и топайте ногами, чтобы валили отсюда подальше, пока я не вернусь, – проговорил я. Все, в очередной раз покосившись на огнедемона, серьезно кивнули.

– Ты что творишь, это же одно из твоих новых универсальных, уничтожающих все, на своем пути орудий, – прошипел Петр, как только мы удалились в сторону ближайшего к нам мага. – Тем более, как я понял, твоя магия печатей работать перестала, иначе ты бы не остался в центре зала под ударом заклятия, а как минимум отлетел бы на безопасное расстояние. Как ты собираешься биться с магами? Сомневаюсь, что у нас получится, как с первым, сыграть на неожиданности, хотя, было бы не плохо. Но идти с мечом против мага, не самая лучшая идея, поверь мне. Я сам маг и знаю, о чем говорю.

– А я наемник, который при помощи карандаша смог убить двух магов еще до того, как освоил печати. Но ты прав, идти напролом мы не станем, – усмехнулся я. – Ты, главное, с защитой помоги.

Глава 4

Мы довольно быстро добрались до третьего этажа, находясь под действием идеальной маскировки, где и увидели стоявшего неподвижно мужчину. Он так же, как и остальные, не позаботился даже о простой охране, находясь в своей точке в одиночестве. Что бы он не делал раньше, его часть работы подходила к концу. Он задумчиво разглядывал стену, по которой шла рябь, а плетения чар светились ярче с каждой новой волной. Маг выглядел явно недовольным, периодически бросая взгляд на часы. Его я видел ранее в поместье Сапсановых. Это был один из магов, закрывающих хаотично открывшийся проход на изнанку. Правда, сейчас я сильно сомневался, что этот проход был действительно хаотичным. Он резко встрепенулся, глядя в нашу сторону. Ну что ж, незаметным подойти явно не получится.

– Кто здесь, покажись!

Я, не таясь, вышел из тени, обдумывая варианты действий. Увидев меня, мужчина смерил меня сначала удивленным взглядом, а потом криво усмехнулся, сложив руки на груди.

– Так и думал, что ты появишься. Значит, идейный, и глава рода не смог с тобой договориться. Хотя он и обещал, что под ногами ты путаться не будешь, – хмыкнул он. Я смотрел на него истинным зрением, удостоверившись в своей догадке. Энергетические каналы были потускневшими, но сил у него еще было достаточно, чтобы создать нам проблем.

Внешняя энергия генерировалась неохотно, и ее накопилось в кольцах не слишком много, чтобы можно было рассчитывать на стандартные печати. Единственное, что оставалось, это либо встретиться с магом в рукопашной схватке, чего бы я не хотел делать, либо использовать внутреннею энергию огня, пропуская ее через кольца, создавая печати. Печатей стихии огня я знал не много, потому что никогда не смог бы их применить на практике. Огонь не поддавался обычным магам. Слишком капризный и неуправляемый. Только опытные пироманы могли использовать энергию огня, для создания альтернативной магии, типа печатей. Что ж, стоит попробовать, потому как более разрушительных заклинаний, бьющих по одной цели, я не знал.

– Я могу понять, зачем вы ввязались в это и пляшете под дудку наркомана с манией величия. Ответь только на один вопрос: зачем было устраивать это цирк и мучить тех, кто не в силах ничем ответить? Вы же все равно бы их убили. – Макры в кольцах засияли оранжевым светом, накапливая энергию, которую я преобразовывал из собственной магии, действуя больше интуитивно. Мне нужно было немного времени, чтобы подготовиться и ударить неожиданно, так почему бы и не завязать милую, ничего не значащую для него беседу.

– Это всего лишь один из элементов ритуала. Ты знал, что маг, когда умирает, то выделяет огромное количество энергии, которую можно при определенных знаниях собрать и применить для своих нужд? – усмехнулся он, делая шаг в мою сторону. Петр пока находился в тени за поворотом, не показываясь ему на глаза. Эффект неожиданности не отменял никто, и этим стоило бы воспользоваться в полной мере. – А если перед смертью он испытывает страх, боль и отчаяние, то энергии становится на треть больше. Ничего личного, просто самый простой расчет.

– Ну так прирезали бы кого-нибудь из своих, – пожал я плечами, пристально глядя ему в глаза. Огонь во мне разгорался все ярче. Меня бросило в жар, после чего я почувствовал, что кольца полностью были заполнены энергией. Пора начинать плести канву печати.

– Да брось, они всего лишь избалованные дети, которые ничего не представляют из себя в этом обществе. А тебя мне жаль, такой потенциал и сила. На зависть многим, но все скоро закончится, – рассмеялся он, в ту же секунду направляя в меня с десяток молний. Поступью тени, оставляющей после себя едва видимый взгляду огненный след, я увернулся от атакующего заклинания, особо не приложив к этому усилий, краем глаза отмечая, что брат вышел вперед, а в коридоре стало прохладнее.

– И это все что ли? Маг пятого уровня или даже выше бросается простенькими заклинаниями? – хмыкнул я, закрывая глаза и завершая печать, которая взлетела под потолок четким огненным кругом. Печать кары сделала несколько оборотов и остановилась прямо над головой мага, который только бросил взгляд наверх, после чего скептически на меня посмотрел. Я видел, как по его рукам пробегают разряды молний.

– Это что за фокусы? – фыркнул он, спрашивая меня с усмешкой в голосе. – Вот что ты мне можешь сделать, ты же сам такой же ребенок, как и все, кого ты так рьяно защищаешь.

Я ничего не ответил, сжав кулак и замыкая печать. Направленный на меня смерч с пробегающими внутри электрическими разрядами практически достиг меня, встретившись в паре сантиметров от моего тела с огромной ледяной стеной, перекрывающей полностью проход. Эта преграда не только поглотила часть заклинания, но и сама, постепенно разрушаясь, начала преобразовываться в точно такой же вихрь, осыпая нас взявшимся буквально из ниоткуда снегом. Снежный ураган увеличился в размерах и полностью поглотил уже не кажущийся чем-то значимым вихрь, созданный магом. Покрутившись на одном месте, ледяной смерч неожиданно резко устремился в направлении противника. Ускорившись, он столкнулся с выставленным щитом мага, разбивая его в дребезги и разрушившись при этом сам. Коридор был по щиколотку завален снегом, а стены покрылись толстой ледяной коркой, которая распространялась, переходя на потолок и пол, сковывая ноги, выглядевшего уже не так уверенно мужчины.

– Что ты там говорил? Страх увеличивает выделяемую при смерти мага энергию? – спросил я, делая шаг и приближаясь к нему. – Жаль, что ты не поделился опытом, как правильно ее следует собирать.

– Что ты делаешь? – прорычал он, не отводя от меня взгляда. – Остановись, не порти себе жизнь, ты же не убийца.

Искренний смех Петра в ответ на его утверждение вызвал недоумение на лице мага, а я лишь усмехнулся.

Огненная вспышка замкнутой печати озарила темный коридор, оплавляя жаром потолок и обугливая стены, за долю секунды превращая снег и лед в горячий пар, который обжигал кожу и легкие. Мощная волна силы ударила вниз, сбивая с ног мужчину, который лихорадочно создавал защитные заклинания, одна за другим, окутывая себя ими в несколько слоев, тратя на это все свои оставшиеся силы. Созданная огненная аура не давала тому выбраться за пределы печати, буквально запирая его в центре. Неожиданно он вытащил свиток перемещения и, разорвав его, бросил себе под ноги. Я даже не дернулся, прекрасно понимая, что ничего не произойдет. Пол под ним окрасился голубоватым свечением, но проход так и не открылся.

– На что ты рассчитывал? – усмехнулся я, подходя к нему ближе. – Вы же сами заблокировали весь дом, чтобы никто не смог не войти сюда при помощи свитков, не выйти.

– Ты знал про это? – тихо спросил меня Петр, во все глаза глядя на огненную печать, которая напитывалась силой, светясь все ярче и ярче.

– Догадывался. Если Шмелева еще здесь нет, то свитки, которыми он обвешан, как новогодняя елка, явно не работают по заданным координатам. Что вы собираетесь сделать? Для чего нужен этот ритуал? – спросил я у мужчины, который лишь криво усмехнулся, хотя во взгляде отчетливо читался страх и полное непонимание происходящего. Все, что чувствовали за последний час ребята, сейчас он чувствует на своей шкуре.

Резкая вспышка, озарившая коридор и исходящая с потолка, привлекла мое внимание. Я впервые видел кару в действии, до этого только слышал о ней. Я смотрел, как по краям печати из переплетенных линий и символов начинают медленно, словно играя с жертвой, появляться четыре огненных копья. Очередная вспышка света, и созданное печатью оружие понеслось в замершего мага. Соприкосновение копий со щитами вызвало магический всплеск, тряхнувший поместье. Три копья разрушились, пробивая защитные заклинания, но четвертое спокойно прошло через единственный оставшийся целым купол, вонзаясь прямо в сердце опешившего противника. Секунда, и копье обратилось пеплом, опавшим на пол одновременно с рухнувшей жертвой.

Довольно эффектно, но не слишком эффективно. И долгая подготовка. Если бы маг не растратил много сил до встречи со мной, то с легкостью смог остановить действие печати, на которую я, как ни крути, затратил довольно много сил, наверное, треть от своих ресурсов. Развеяв печать огненной кары, не оглядываясь, бросился дальше по коридорам. Я вновь начал ощущать катастрофическую нехватку времени, и это подгоняло меня, заставляя двигаться быстрее. Петр молча следовал за мной в главную гостиную, где, судя по его словам, находился еще один маг.

Новый толчок, после которого начали местами осыпаться стены и лететь камни с потолка, заставил нас остановиться. Очередные трещины на стенах на месте поблекших нитей заклинаний вызвали вибрацию, которая постепенно уменьшалась и превратилась в едва ощутимые толчки, сошедшие, в конечном счете, на нет. Я едва успел оттолкнуть Петра от внезапно возникшего в центре коридора столба света, ударившего из пола в потолок. Он чем-то напоминал переход во дворе поместья, открывшийся не так давно.

– Они открывают порталы, – прошептал я, ринувшись со всей возможной скоростью вниз по лестнице. – Хрен вы от меня так просто уйдете.

Печать меча правосудия я замкнул в тот же момент, как только увидел мага. Это была женщина, на вид лет тридцати, которая находилась в гостиной, и в этот самый момент заходила в круг аналогичного столба света, ожидая, когда портал откроется полностью. Печать сокрушения теперь была видна обычным взглядом. Основанная не на энергии воздуха, она представляла собой огненный кулак, который стремительно понесся в сторону мага, выбивая ее из еще не до конца сформированного окна портала. Физического урона печать не нанесла, разбившись об окруживший ее за мгновение до удара щит, но своей цели я смог достичь, выбросив ее из круга портала. Она села на пол, по какой-то причине не поднимаясь на ноги. Вытирая кровь из разбитого носа, с презрением посмотрела мне в глаза. Эту даму мне встречать еще не приходилось, но, судя по тому, как она отреагировала на мое появление, обо мне ей было известно. Посмотрев вверх на формирующуюся печать, она лишь рассмеялась. Я видел, как линии заклинаний, переплетенные паутинами на стенах, начинают пульсировать, становясь все ярче с каждым мгновением. Видимо, в этот самый момент все приходит к своему логическому завершению.

– Мага огня атаковать огненным заклинанием? Да ты меня полностью разочаровал, – улыбнулась она и, прищурив глаза, выбросила вперед руки.

Что именно она хотела сделать, я так и не узнал. Огненный клинок появился из центра печати и стремительно полетел острием вниз, вонзаясь ей куда-то в области шеи, разрубая тело пополам, которое тут же охватило магическое пламя, по своему действию ничуть не уступая пламени огнедемона. Оно сожгло тело женщины за долю секунды, оставляя небольшое количество обугленных останков после себя и довольно приличную кучку серого пепла.

Я почувствовал резкую слабость и головокружение. Это было странно, ведь энергии огня было достаточно, и до полного истощения еще было далеко. Согнувшись, я тщетно пытался сдержать приступ надсадного кашля, во время которого я сначала почувствовал вкус крови во рту, а затем откашлял приличное ее количество. Слабость и кашель прошли внезапно, когда я уже подумал, что мои легкие окажутся на полу рядом с останками одного из напавших на поместье магов.

– Что с тобой? – подлетел ко мне Петр, заглядывая в лицо.

– Если б я знал, – покачал я головой, поворачиваясь в сторону очередного открывающегося портала, расположенного параллельно предыдущему. – Скорее всего, действие проклятого яда скорпинида дает о себе знать. Прошло не так много времени, после отравления, – тряхнул я головой.

– Я больше не вижу двух магов в поместье, но тот, кто в центре, еще на месте, – проговорил он и первым ринулся в сторону лестницы, поднимаясь по ней на последний этаж, где располагалась закрытая смотровая площадка.

Никаких толчков, вибрации и разломов не было, пока мы добирались до помещения, где располагался оставшийся маг. Только увидел еще несколько формирующихся порталов, возникающих попарно в каких-то определенных местах блокированной части поместья.

Забежали мы внутрь как раз тогда, когда в центре помещения начал формироваться очередной столб света, отличающийся по размерам от видимых мною ранее. Он пробил крышу здания, уходя далеко вверх и освещая ночное небо.

Мужчину, который стоял в дальнем конце комнаты, поправляя расставленные на полу в определенном порядке огромные макры, я узнал сразу. Это был тот самый портальщик, который работал с, так называемым, спонтанным проходом на изнанку во дворе поместья. Увидев нас, он тут же бросился к формирующемуся главному порталу.

– Стой. Лучше остановись, – ровно проговорил я, вкладывая всю оставшуюся у меня энергию в печать поглощения огненной луны, которая не требовала длительной подготовки, но была очень энергоемкой.

Мужчина остановился лишь на секунду, окинув меня пренебрежительным и оценивающим взглядом, после чего сорвался с места. Но добраться до своей цели он не успел. Появившийся огненный шар, лишь отдаленно напоминающий луну, действием своей магической и распространяющейся на все помещения ауры, оторвал мага от земли, поднимая в воздух, и медленно начал притягивать к себе.

– Уходи! – крикнул я брату, глядя, как под силу притяжения печати попадет не только выбранная мною цель, но и все находящиеся под ее действием предметы, включая те самые артефакты, которые, поднявшись в воздух, ярко замерцали, а портал, несколько раз мигнув, начал буквально истаивать в воздухе, так до конца и не открывшись. Петр спорить не стал, лишь округлившимися глазами посмотрел на меня, после чего вылетел в коридор и, судя по шагам, начал довольно быстро спускаться вниз по лестнице. Жар от печати приятно меня согревал, тогда как кожа портальщика начала стремительно краснеть, а одежда, одетая на нем, тлеть.

– Стой. Только я знаю, как разрушить заклинания маскировки и уничтожения! – завопил он. Но я уже подошел к кругу, откуда печать луны притянула к себе артефакты. Все нити заклинаний шли от всего лишь одной точки воздействия, распространяясь по стенам, полу, потолку, заплетаясь в уже осточертевшее мне плетение.

– Что вы хотели сделать? – спросил я мужчину, когда до прикосновения к поверхности шара оставалось несколько сантиметров.

– Вызвать прорывы с изнанки, – шепотом проговорил он, закрывая глаза в тот самый момент, когда огненный шар полностью поглотил все, что смог к себе притянуть. Я смотрел, как огненная луна исчезает в центре печати, которая все еще горела огнем, не собираясь по какой-то причине разрушаться.

Стало чертовски холодно. Меня затрясло, а от магического истощения, которое нагрянуло внезапно, сразу после того, как луна скрылась в линиях печати, закружилась голова. Медленно опустился на колени, стараясь прийти в себя, но меня внезапно скрутил спазм, от которого вырвало темной кровью, и я на какое-то время элементарно отключился. Пришел в себя от ощутимого толчка, который меня буквально подбросил вверх.

– Да твою ж мать, когда ты уже начнешь расходовать правильно свои силы, – процедил Петр, поднимая меня на ноги. – Зачем ты убил этого пухляша? Как нам теперь снять со здания все эти заклятия?

– Все сейчас сделаю, – отмахнулся я, вглядываясь в точку воздействия. Резкая вспышка разрушившейся печати озарила комнату, следом за которой на пол начали падать обугленные части тела мага, вперемешку с расплавленными макрами.

– А мне это даже начинает нравиться, – проговорил брат, окидывая взглядом пол.

– Жестоко убивать? – решил все же переспросить я, решая, что делать с центром плетения. Оно было крупным, поэтому игла с ним точно не справится. Достав божественный меч, я подошел вплотную к центральному пятну и вонзил в его центр клинок.

– Нет, это мне никогда не нравилось, – скривился он. – Кого-то спасать и защищать. Это вызывает у меня какие-то странные чувства, – нахмурился он, переводя на меня взгляд.

Плетения заклятий начали стремительно распадаться. Внезапно наступила резкая тишина и темнота, после чего начали загораться светильники даже здесь, в помещении, где практически никого и никогда не бывает. А потом одно за одним начали включаться чары оповещения, оглушая и вызывая дикую головную боль.

– Ну, вот и все, наверное, – выдохнул я, открывая хранилище и доставая из него уже приготовленную заранее кружку с восстанавливающим настоем. Сейчас не нужно было переживать за магические потоки, ведь обе ветви моей магии были полностью истощены. Сделав всего пару глотков, я ощутил небольшой прилив сил. Злоупотреблять подобными веществами я не рискнул, вспоминая, во что превратился Сапсанов. А ведь наверняка все началось всего лишь с одного случайно перенасытившего его энергетические каналы макра. – Пошли к нашим. Нужно убрать огнедемона, чтобы он не спалил ненароком никого из прибывших спасателей.

– Постой, – проговорил Петр, когда мы вышли к коридору, ведущему в кабинет графа. – Я случайно осознал, что сейчас ты жалкая тень того, что представлял собой раньше.

– И? – я даже не обернулся на брата, продолжая движение. Я слышал крики женщин, раздававшиеся, казалось, отовсюду, создавая ощущение набирающей обороты паники, шаги, мужские голоса. Значит, и со второй частью поместья все было хорошо. Проверять это не было ни сил, ни желания.

– Если я зарвусь и снова начну тебя бесить, качая права, ты просто мне напомни о том, что я сегодня увидел, – похлопал он меня по плечу, заходя в кабинет первым.

Все были на месте, погруженные в свои мысли. Мне показалось, что они даже не сразу осознали, что все закончилось. Я призвал огнедемона, который тут же отозвался и, повинуясь приказу, растворился в изображении, дарованное Тиной.

– Всем не двигаться, руки за голову! – рявкнул мужской голос позади меня.

Резко обернувшись в сторону выхода, я увидел ворвавшихся внутрь военных, направляющих в нашу сторону оружие, похожее на автоматы. Я медленно сцепил руки в замок за головой, показывая остальным, чтобы они тоже не делали резких движений и никого не провоцировали. Я устал и хочу отдохнуть, поэтому очень сильно надеюсь, что это все же кто-то из своих, и мне не придется устраивать тут кровавую баню.

Глава 5

Я находился все в том же кабинете главы рода Сапсановых в гордом одиночестве, после осмотра одного из присланных в поместье целителей. Свой вердикт он вынесет позднее, когда проанализирует информацию, которую ему удалось собрать, включая анализы на яд скорпинида, хотя я сомневался, что он еще находился в моем организме. Рана практически полностью затянулась тонкой белесоватой пленкой, но из-за магического истощения процесс регенерации двигался медленнее, чем того хотелось бы.

Я, задумчиво рассматривая, крутил в руке одно из своих колец. Все артефакты-накопители были уничтожены. Не справившись с той силой, которую я направил через них при последнем заклинании, макры лопнули и раскололись на несколько частей. Нужно заняться изготовлением новых, причем из тех материалов, которые сам выберу, подойдя к этому делу максимально серьезно. Все же, открыв новый способ получения внешней энергии, нужно сделать так, чтобы артефакты не разваливались после первого же заклинания.

В голове крутились десятки планов, но думать о том, что делать дальше, сейчас было преждевременно. Нужно дождаться аудиенции с князем Тигровым и послушать, что он скажет. Только после этого можно будет строить планы на будущее. Благо, бал состоится сегодня вечером, теперь осталось только придумать, как успеть на него попасть вовремя. Путь не близкий.

Сапсановых вместе с Дианой увезли под надежной охраной в сопровождении Шмелева. Как только мы представились обнаружившему нас отряду, они тут же вызвали своего начальника, который и приказал организовать эту сортировку. Я от поездки отказался, чувствуя лишь слабость, усталость и небольшую боль в боку. Тем более, сейчас мне предстоял довольно серьезный разговор с одним из заместителей Алексея Владимировича Выдрова, поэтому особо не хотелось оттягивать неизбежное.

Дверь скрипнула, и в кабинет вошли три женщины. Судя по виду, им было около тридцати, но это только догадки. Маги стареют долго, а уж женщины, которые всеми силами стараются отвоевать у прожитых лет молодость и красоту, так и подавно. Все они были в строгих серый костюмах, волосы были забраны в пучки, и отличались от остальных нормальных людей полным отсутствием каких бы то не было эмоций на блеклых, без единого изъяна на коже, лицах. Совершенно незапоминающиеся внешности. Как раз подходят под определение служащих специального отдела князя Тигрова.

– Меня зовут Татьяна Александрова Улитина, – представилась вышедшая вперед женщина, садясь напротив меня. Я запаздало сообразил, что, вероятно, нужно было встать с кресла графа и выйти из-за стола, но судя по всему, это было необязательное условие этого разговора. – Я хочу побеседовать с вами насчет случившегося. Это не допрос, и вас ни в чем не обвиняют, – улыбнулась она, пристально глядя мне в глаза. Я тоже улыбнулся, надеясь, что чокнутый Сапсанов не растерял всю свою родовую способность к магии разума, и я действительно не поддаюсь ментальным атакам. – Это Ульяна Викторовна и Евгения Юрьевна, они сенсоры.

– Обычная беседа в присутствии двух сенсоров, – хмыкнул я, откинувшись на спинку кресла из-за незначительной, но приносящей дискомфорт боли где-то в районе груди. – А за дверью, наверное, стандартный отряд быстрого реагирования?

– Не воспринимайте это в штыки, мы работаем по протоколу. Тем более, мне может понадобиться информация, детали которой вы самостоятельно вспомнить не сможете. Они помогут вам расслабиться и вести наш диалог в непринужденной форме, – продолжала улыбаться она, но взгляд ее стал более сосредоточенный.

– Что, расскажут несколько смешных историй и массаж сделают? – фыркнул я, стараясь особо не хамить. Ненавижу, когда пытаются мне залезть в голову, даже из благих побуждений.

Улитина покачала головой и отвела от меня взгляд, никак не отреагировав на мою реплику. В голову-то возможно она залезть ко мне и не смогла, но сенсоры, видимо, не только детектором лжи являются. Меня немного поклонило в сон, в голове слегка зашумело и возникло ощущение полной расслабленности. Я даже сбрасывать это воздействие не стал. Как раз то, что было нужно моему телу, учитывая, что энергетические потоки начали быстрее восстанавливаться, по крайней мере, магия жизни. Огонь как-то вяло разгорался, но хотя бы нарушение целостности каналов я не видел. Голова при этом оставалась ясной, и я полностью контролировал ход своих мыслей.

– Начнем сначала. Расскажите, что случилось на верхнем этаже «Оазиса»? – задала она первый вопрос, открывая блокнот, готовясь делать записи.

Я честно отвечал на все вопросы, особо ничего не утаивая. Ее действительно интересовало много различных незначимых деталей, которые я смог вспомнить только по всплывающим в голове картинкам. Все же, они смогли повлиять на мой разум, хоть и опосредованно. Улитину интересовало все: какого цвета были макры в руках Сапсанова и какого размера, на какой по счете волне огня мне удалось разомкнуть антимагические наручники, и тому подобное. Уже в самом начале разговора я понял, как можно управлять этими всплывающими в памяти эпизодами, не привлекая внимание двух сосредоточенных сенсоров, на которых то и дело оглядывалась моя просто ведущую беседу собеседница.

Многое я, конечно же, не говорил. О завершении рисунка огнедемона и его материальной форме, о перстне и истории своего рода, о моей способности истинного зрения и владении магии печатей. Это ей было знать не обязательно. В подробностях моих магических атак она не нуждалась, ей хватало краткого: использовал магию огня. Это меня серьезно насторожило, учитывая, что ответы именно на эти вопросы могли меня, мягко скажем, подставить. Потом ее беседа неожиданно сменила направление, и вопросы стали хаотичными, причем затрагивали не только случившееся в поместье и в клубе, но и некоторые эпизоды моих с Андреем путешествий по изнанке, лечение графа и другие подробности моих злоключений. Причем, все это упоминалось как-то вскользь, словно она хотела что-то нащупать, но что именно мне так и не удалось понять. Прессинг был внушительный. Такой профессиональной работы я еще ни разу не встречал. Даже допрос Выдрова показался мне расслабляющим разговором в семейном кругу.

– Я правильно понимаю, что вы разрушили заклинание при помощи меча, который даровал вам ваш бог? – переспросила она, я лишь только кивнул, ранее уже отвечая на этот вопрос. Хотя, я не помнил, чтобы говорил о том, что это дар бога. Значит, эта женщина знает гораздо больше обо мне, чем хочет показать. – Вы сказали чуть ранее, что данное оружие использовали против скорпинидов и других тварей изнанки. Когда-нибудь вы использовали его против человека?

– Да, – уверенно ответил я. – Маг, кажется Крапивников, погиб от этого клинка.

– Вы когда-нибудь до сегодняшнего дня убивали человека? – это вопрос был задан не просто так. Я встрепенулся, но потом взял себя в руки. Этого мгновения было достаточно, чтобы все напряглись, как гончие, взявшие след.

– Да. – Спокойно ответил я. – На поляне на третьем уровне изнанки, когда пытались выбраться из леса со Шмелевым, – сразу же всплыла перед глазами картина того побоища. Главное, не думать ни о чем другом. Несколько секунд меня буровили взглядом, но потом все расслаблено отступили.

– Спасибо за сотрудничество. У меня больше нет вопросов, – захлопнула папку Улитина, поднимаясь на ноги. В этот самый момент часы пробили шесть часов. Почти два часа велась эта странная беседа. Меня до сих пор не покидало чувство, что она знает обо мне гораздо больше. Я смотрел, как они выходят из кабинета, оставляя меня одного. В коридоре послышался знакомый голос Шмелева, видимо, он уже ждал под дверью. Мне стало любопытно, и я, аккуратно поднявшись, тихо подошел к стене, которая была пробита в нескольких местах, после схватки с Ужинцевой-Сапсановой.

– Я закрываю дело, – проговорила Улитина. – На сей раз нет никакой необходимости в постоянном наблюдении, как вы и говорили. Парень, конечно, интересный, но выделение на него ресурсов нецелесообразно. Я доложу Алексею Владимировичу.

Очень интересно и, главное, содержательно. Что ответил ей Шмелев я не слышал, как бы слух не напрягал.

Дверь в очередной раз открылась. В комнату зашел осматривающий меня целитель и Шмелев. Оба выглядели какими-то уставшими, а на лицах читалась такая нескрываемая скорбь, словно я умру с минуты на минуту.

– Эм, – немного замялся лекарь, глядя на меня. – Следов яда скорпинида в вашем теле нет, поэтому по поводу этого беспокоиться все же не стоит. Но ваши энергетические каналы… – покачал он головой. – Вы полностью истощились. Кашель и рвота с кровью были не последствиями отравления, скорее, это признаки того, что потоки вашей второй ветви полностью разорваны. Это ощущается в области груди, где сосредоточено ядро. От него я не чувствую разветвления каналов. То, что вы маг жизни не позволило вам умереть на месте. У меня есть опасения, что они до конца не восстановятся, и вы потеряете способности к магии. Простите, мне очень жаль.

– Но… – я еще раз направил тонкую нить магии жизни, но снова не смог разглядеть никаких повреждений. Либо я чего-то не до конца понимаю, либо он не такой уж и хороший специалист. Мужчина еще раз пристально на меня посмотрел, после чего покачал головой и вышел из кабинета, оставив меня наедине со Шмелевым.

– Ты как? – осторожно спросил меня наставник.

– Я убил семь человек, спасая друзей, после чего мне прополоскали мозг грязной водой, а сейчас сообщили, что магии огня у меня больше не будет. Сам, как думаешь, дядя? – довольно резко ответил я, пристально глядя на него. – И как давно вы все знали о нашем родстве?

– Через несколько дней после того, как ты посетил Дом всех богов, – он сел на стул, потерев лицо обеими ладонями.

– И вы ничего мне не сказали? – я продолжал пристально на него смотреть, все еще обдумывая слова лекаря, когда до меня вдруг дошло, что именно повлияло на его неверное в отношении моего магического состояние заключение.

– Мы с Выдровым решили, что это будет для тебя опасно. После того, что случилось во время ритуала, когда Алексей Владимирович увидел своими глазами битву богов, и появлении у тебя питомца в виде волка, мы допросили Кайотову и нашли ту женщину, которая числилась в документах твоей матерью. Она нам все рассказала, что была твоей няней и, когда случился прорыв, вы были в дальней части поместья. Ей удалось тебя вынести и спастись самой. Костя…

– Что нужно было от меня Улитиной? Ее мало интересовали подробности случившегося здесь. Вопросы были странные и провокационные. – Перебил я его. Сейчас мне нужна была информация, и я не намерен был откладывать этот разговор.

– Просто ты – Манулов, – пожал он плечами. – Мы знаем, что каким-то образом бог или его жрец может передавать силу, знания и умения другому постороннему человеку. Все Мануловы никогда не были связаны друг с другом кровными узами и, как правило, ими становились люди без каких-либо способностей к магии. Все они – маги огня, с потенциалом шесть и выше, и владеют очень необычными наборами заклинаний. Как ты понимаешь, в магических школах они никогда не обучались, практически сразу начиная свой путь охотника. – Он поднялся со стула и подошел к столику с баром, наливая себе в стакан из первой бутылки, попавшейся ему под руку. – Жрецы Манула связаны со своим богом сильнее, чем многие в нашем обществе. Я не знаю, как это происходит, и не буду спрашивать, но человек и Манул становятся как бы единым целым, но тебе об этом лучше известно, у нас же только догадки. А теперь представь, что будет, если внезапно, в середине своей жизни, кто-то из Мануловых получит способности к магии на уровне самого императора и постоянную помощь от своего бога. Не все Мануловы были обычными охотниками, Костя. Многие смогли принести довольно много неприятностей, пока либо от них не отказывался сам бог, либо их не останавливали. Поэтому, когда мы узнали, что в доме, где вы прятались с Дианой, умер Манулов, мы сразу поняли, что он каким-то образом смог передать все свои знания кому-то из вас. Ритуал в Доме всех богов все расставил по своим местам. Именно поэтому изначально меня направили следить за тобой. К счастью, ты признан благонадежным, а твои способности вполне приемлемыми. Так что, постоянной слежки, как и моего пригляда, больше не будет. Теперь ты сам по себе, – он сделал глоток и повернулся в мою сторону. – Кстати, Серолаповы были очень сильными магами жизни, именно поэтому в тебе два магических потока.

– Понятно, – я выдохнул, все оказалось не так страшно, как мне представлялось изначально. – Почему ты скрывал о моем происхождении? – я подошел к нему и налил себе из той же бутылки, что и Шмелев.

– Это опасно, и не дает тебе никаких преимуществ, – пожал он плечами. – Послушай, я признаю наше родство и могу объявить об этом завтра на балу, чтобы общественность вскипела. Но это поставит твою жизнь под угрозу. Ты все же Манулов, а не Серолапов, поэтому кроме сплетен, слухов и домыслов мы не сможем ничего добиться. Мне Петр, кстати, рассказал о вашем разговоре с Сапсановым. Если до этого я был уверен, что Сапсановы приложили к этому руку, то Ужинцевы и Кондоры стали неожиданностью, – он выглядел каким-то потерянным. Видимо, не так он представлял себе встречу с потерянным племянником. – Мне стоит ждать от тебя проблем? – серьезно спросил он, глядя на меня.

– Ты думаешь, я пойду и, желая отомстить, вырежу два рода? – усмехнулся я. – Нет, я конечно могу это сделать, но в этом случае, кроме смертного приговора мне ничего не грозит. У меня нет ни денег, ни армии, ни поддержки других родов. Я всего лишь сирота, которому повезло оказаться рядом с умирающим стариком, – ровно ответил я. – Оставим пока это в подвешенном состоянии. Зачем меня приглашают на завтрашний бал?

– Не знаю, – пожал он плечами. – После случившегося сегодня, ты можешь не ехать, и это не посчитается оскорблением. Я могу договориться о переносе вашей встречи после того, как ты придешь в себя.

– Нет, такими приглашениями не разбрасываются, – я сделал последний глоток, поставив стакан обратно. Неплохой коньяк, даже мне немного в голову ударил, хотя я в принципе сомневался, что могу опьянеть в этом мире. – Сможешь меня подкинуть до Новосибирска? На дирижабле я точно не успею по времени. Я же не ты, чтобы скакать при помощи свитков в разные концы Империи.

– Если бы не свитки, я бы катастрофически никуда бы не успевал, – усмехнулся он. – Завтра около шести вечера думаю переместиться. Я останусь пока здесь, в поместье. Обеспечу охрану. Скоро вернутся ребята, они не захотели оставаться в больнице.

– Как они?

– Физически неплохо. У всех, кроме Олега, только поверхностные травмы. С ним все сложнее, целители сомневаются, что смогут сохранить ему правую руку. – После этих слов Шмелев непроизвольно дернул щекой. Видимо, действительно переживает за парня. – С левой, вроде, все неплохо, по крайней мере, мне доложили именно так.

– Олега я завтра навещу, посмотрю, может смогу что-нибудь сделать. – Кивнул я.

– Но ты же не можешь…

– Целитель ошибся, когда сказал, что я потерял магию огня, – прервал я вскинувшегося Шмелева, призывая огнедемона, который появился моментально и словно играючи начал носиться кругами вокруг наставника. Он знал о подарке Тины и скрывать его смысла особого не было. – Вполне возможно, они так же ошибаются и насчет раны Олега.

– Ты закончил печать огнедемона? – ошеломленно проговорил он, следя, как он растворяется во мне, повинуясь приказу. – Но как ты смог это сделать так быстро?

– Когда тебя похищают, связывают и подвешивают, как тушу на скотобойне, периодически поливая холодной водой чередуя это с разрядами молний, которые направляют в твое тело, открывается третье дыхание и скрытые ранее способности, – усмехнулся я.

Зазвонил мобилет Шмелева, и он тут же ответил на звонок. Выражение его лица мне не слишком понравилось при этом.

– Николай Сапсанов умер десять минут назад в имперском госпитале в Москве, – проговорил он, глубоко выдохнув.

– Ты тоже думаешь, что к этому причастен его брат? – спросил я, обдумывая свалившуюся новость. Сейчас графство раздерут по кускам в кротчайшие сроки, и Андрей с Олегом ничего не успеют даже предпринять, без опыта и необходимых знаний.

– Все может быть. Оставайся здесь. Я поеду за ребятами, кто знает, на что пойдет этот псих. А ты отдыхай. Если не передумал, то у тебя завтра очень трудный день.

Я вышел из кабинета следом за ним, направляясь в сторону своей комнаты, отмечая, что дом успели привести в порядок, а Шмелев полностью обновил всю охрану, меняя местную на собственных людей. Возможно это правильно. После случившегося вообще сомневался, что из местных можно было хоть кому-то доверять. Дойдя до кровати, я успел только снять куртку, перед тем, как просто отключился, погружаясь в глубокий сон.

Глава 6

Меня разбудил настойчивый стук. Я через силу смог разлепить глаза и подняться с постели, чтобы открыть. Дверь я не только запер на все три замка, которые располагались изнутри, но еще наложил на нее слабенькую печать, чтобы никто не потревожил меня без веской на то причины. Судя по ощущениям, дали мне поспать всего несколько часов, за которые я толком не восстановился и чувствовал себя помятым и совершенно не отдохнувшим. Даже магия жизни толком не могла привести меня в норму, хотя я видел, как изумрудные потоки переливались и разливались по телу, в отличие от магии огня.

На пороге стоял дворецкий, как всегда выглаженный и выбритый. Выглянув в коридор, я заметил двух охранников, дежуривших возле дверей, если судить по одежде, вероятно из команды Шмелева. За дворецким толпилось несколько молоденьких служанок, которые весело о чем-то переговаривались, но, увидев меня, тут же замолчали, обратив все свое внимание на мою скромную персону.

– Сколько времени? – вместо приветствия спросил я, потирая глаза.

– Десять часов ровно, – отрапортовал дворецкий. – Его сиятельство Андрей Николаевич распорядился разбудить вас.

– Который? – хмуро поинтересовался я, пропуская дворецкого внутрь комнаты. За ним тут же впорхнули девушки, проходя мимо и одаривая меня отнюдь не скромными взглядами. Я следил, как одна из служанок ставит поднос на стол, организуя завтрак, остальные же заносят пакеты, тут же начиная из них извлекать какие-то тряпки и одежду. – Сапсанов и Шмелев являются полными тезками, поэтому мне требуются некоторые уточнения.

– Граф Шмелев, – пояснил мужчина с невозмутимым выражением на лице. Ну да, как же я сразу то не понял. Нужно будет уточнить, зачем ему понадобилось меня тревожить в такую рань, если на бал отчаливаем вечером. За костюмом сбегать к Ткачевой дело тридцати минут, если не меньше. Благо, чемоданчик с деньгами, после продажи лунной травы я прихватить не забыл.

– Это что? – я указал в сторону суетящихся девушек, которые развешивали разнообразную одежду в шкаф.

– Одежда. Граф Шмелев распорядился, чтобы вам подобрали некоторые вещи для гардероба. Я связался с мадам Ткачевой и попросил сообщить мерки, которые она сняла с вас при пошиве выходного костюма. Вещи сшиты, разумеется, не на заказ, слишком мало времени было, но вполне должны подойти. Этим занималась с раннего утра Валерия Николаевна. – Зачем-то уточнил дворецкий, доставая из кармана сложенный лист бумаги и протягивая его мне. Понятно, девчонке нужно было чем-то заняться, чтобы отвлечься от всего случившегося. Я, к сожалению, не дождался возвращения ребят, поэтому даже не могу представить, в каком состоянии они находятся, после вести о смерти отца.

– Хорошо, а это что? – развернул я лист бумаги, который был исписан красивым просто каллиграфическим почерком. Вести долгие беседы в таком состоянии не очень хотелось, поэтому я решил ограничится короткими и простыми вопросами.

– Ваше расписание на день, согласованное и утвержденное графом Шмелевым. В одиннадцать ровно у вас запланирована встреча с графом Гюрзовым, которая пройдет в рабочем кабинете на первом этаже. В одиннадцать тридцать, по договоренности с его сиятельством, прибудет мадам Ткачева для примерки вашего костюма. Из поместья, как вы понимаете, никого после случившегося ночью в настоящий момент не выпускают и не запускают без согласования с новым начальником охраны, – посмотрел как-то странно на меня дворецкий. – В двенадцать часов будет обед, после которого у вас состоятся занятия по придворному этикету. С двух до четырех часов будет проводиться урок по бальным танцам, не понимаю, правда, чему можно научить за такое непродолжительное время. В четыре часа пятнадцать минут встреча со стилистом. В пять часов запланирован выезд в Новосибирск.

– И это все? – решил все же уточнить я, немного удивляясь изменению времени отбытия. Этикет и бальные танцы мне были не нужны. Я до шестнадцати лет воспитывался в строгих традициях клана, поэтому мне необходимо было только узнать некоторые местные особенности, хотя, я сомневаюсь, что они чем-то отличаются.

– Там так написано, – приклонил голову мужчина, после чего поднял руку, что послужило приказом девушкам покинуть комнату. – Константин, – произнес дворецкий, когда мы остались вдвоем. – Мы знаем, что именно вы сделали для всех, кто находился сегодня вечером в доме. Именно вы спасли нас от смерти, поэтому мы постараемся в знак благодарности удовлетворить любую вашу просьбу, выполнение которой будет нам под силу, – серьезно сказал он, глядя мне в глаза.

– Абсолютно любую, – раздались женские голоса из коридора и последовавшие за выкриком смешки. Я только усмехнулся, покачав головой.

– Я буду иметь это в виду, – кивнул я. – Где сейчас все члены рода Сапсановых и мои друзья?

– Андрей Николаевич в своем кабинете, просил вас, как освободитесь, зайти к нему. Валерия Николаевна находится в бальном зале вместе с Дианой. Олег Владимирович в больничном крыле под наблюдением целителя и Петра. Граф Шмелев отсутствует, но прибудет к назначенному времени. Чем-то еще могу помочь? – полюбопытствовал он, но я покачал головой, еще раз внимательно изучая составленное расписание, оставаясь в одиночестве. Отвык я уже от того, чтобы жить по часам. Я пошевелил пальцами. Без колец было непривычно, собственно, как и чувствовать себя на половину слабее. Но сегодня артефакты я точно не успею сделать. На это потребуется около четырех часов, и это при наличии необходимых ингредиентов, которых у меня не было. Очень хотелось бы, чтобы эти сутки прошли спокойно, и мне не пришлось бы жалеть об их отсутствии.

Быстро перекусив и приняв душ, я порылся в шкафу, оценивая свой новый гардероб. Валерия за такой небольшой промежуток времени успела неплохо меня узнать. Штаны из плотной ткани военного образца черного цвета с многочисленными карманами и точно такого же цвета футболка немного подняли мне настроение, как и высокие удобные ботинки на толстой рельефной платформе.

До встречи с Гюрзовым еще больше тридцати минут, так что успею сходить к Андрею. Вспоминая составленное заботливым дядей мое расписание, сомневаюсь, что смогу выкроить хоть немного времени для беседы и как минимум поинтересоваться его состоянием. Ему сейчас явно не просто.

Я вышел из комнаты и направился в сторону кабинета главы рода, отмечая, что дежурившая возле дверей охрана молча двинулась следом за мной. Держалась она, правда, в отдалении, но так, чтобы не терять меня из виду. Надеюсь, в случае чего они действительно знают, что делать, а если нет, то хотя бы под ногами путаться на станут.

– Манулов по вашему распоряжению прибыл, – Шутливо отчеканил я, входя в кабинет. Андрей сидел задумчиво за столом, невидящим взглядом уставившись в разложенные перед ним документы. – Ты как? – прошел я к столу, садясь на стул напротив него. Он встрепенулся, будто только что меня увидел и глубоко вздохнул.

– Тяжело. У меня уже с утра было две не слишком приятные встречи, а телефон я просто отключил. Такое чувство, что о смерти отца узнали все раньше меня, – бросил он ручку, пристально глядя мне в глаза. – Что мне сейчас делать? Я же практически ничего не знаю о делах рода. Отец всегда говорил о том, что мне еще рано забивать этим себе голову, а в случае чего будет рядом находиться дядя, который мне поможет. Но в живых остался только тот, кто хочет меня убить, – усмехнулся он, облокотившись на стол, приложив руку ко лбу.

– Это точно нужно спрашивать не у меня, – пожал я плечами. – Я тебе сочувствую, правда. Но единственное, что могу сделать, это осуществлять моральную поддержку. – Нет, меня готовили с десяти лет к тому, что я возьму дела клана на себя. Я даже помню всю ту науку, которую вдалбливали мне в голову, и часть этих знаний мне в свое время пригодилась на практике. Но окунаться с головой в дела чужого рода я точно не стану, как бы мне не хотелось помочь Андрею и остаткам его семьи.

– Ночью ко мне приходил великий Сапсан, – поднял он на меня глаза. – Предложил наилучший вариант в сложившейся ситуации: попросить князя Тигрова рассмотреть один древний закон, который гласит, что князь на вверенной ему территории может взять под полный протекторат защиту рода и не только осуществлять непосредственную защиту от проникновения из вне, но и заниматься экономическими делами обезглавленного рода до тех пор, пока наследник не вступит в права и не сможет самостоятельно вести дела на своей земле. Этот закон на практике не применялся более сотни лет. Я даже не знал о его существовании. – Проговорил он, вновь утыкаясь взглядом в документы на его столе.

– Фактически ты отдаешь управление в его руки, – подытожил я.

– Но помимо этого, он осуществляет защиту территорий. Я даже представить не могу сколько соседей сейчас возбудилось на новость о смерти главы рода. Я сомневаюсь, Костя. Очень сомневаюсь. – Проговорил он, потирая воспаленные от недосыпа глаза.

– Что говорит Олег? – поинтересовался я, пристально глядя на парня, которого буквально разрывали на части скверные мысли и метания из стороны в сторону.

– Ничего. Ему без разницы. Инвалидам не место во главе рода, это его слова, – покачал он головой, поднимаясь на ноги и подходя к окну. Он замолчал, что-то рассматривая во дворе своего дома.

– Тебе не на кого положиться. Прежде, чем браться за дела, необходимо проверить каждого, кто служит тебе. Даже Просапсановы встают на сторону твоего дяди, что уж говорить об обычных людях. – Это было первое, что я бы сделал, после случившегося, еще даже не приняв дела. То, что Шмелев подсуетился с охраной – это, конечно, здорово, но кто будет уверен в том, что тот же дворецкий или повариха не подсыплет в еду яд, во благо рода.

– Значит, другого выхода действительно нет. – Резко обернулся он. – А ты ведь прав, самой первой новостью вслед за смертью отца была, что все поверенные и близкие помощники, включая главного юриста и бухгалтера, опустошили один из наших счетов по доверенности и скрылись в неизвестном направлении, – рассмеялся он истерическим смехом. – Мне нужно договориться об аудиенции с Тигровым до бала. Если он согласится или поможет чем-то другим – это действительно упростит мое положение.

– Это верное решение. Поговори с князем. Говорят, он мужик суровый, но справедливый, – согласился я с ним. – Тебе нужно поспать и успокоиться. Я могу помочь.

– Да, наверное. Сам я точно не усну. – Он неуверенно кивнул, проходя мимо меня и садясь на диван, стоявший в дальнем углу кабинета. Я подошел к нему, прикладывая руки к его голове. – Подожди, я не за этим попросил тебя зайти, – перехватил он мои руки, глядя пристально мне в глаза. Я сел рядом с ним, готовясь слушать, ведь в таком состоянии это первое дело, дать человеку выговориться. – Ко мне сегодня приходил глава рода Кондоров с одним предложением. Я ему, конечно, отказал, но после его визита понял, что он будет не первый, кто заявится сюда с подобным вопросом. – Он встал на ноги, сразу же начиная бродить по кабинету, собираясь с мыслями.

– Андрей, что еще случилось? – ровно спросил я, после чего он остановился и, взяв стул, подвинул его и сел напротив меня. Его действия, мягко скажем, немного беспокоили, но я старался выглядеть невозмутимым, чтобы еще больше не заводить парня своими переживаниями.

– Я даже не знаю, как это сказать, – замялся он. – В общем, не прими это предложение за оскорбление. Я хочу, как глава рода Сапсановых, предложить тебе помолвку с моей сестрой. Стой, ничего не говори пока, дай мне объяснить, – прервал он меня, как только я ошалело открыл рот, чтобы возмутиться. – Ты практически вытащил нас из самого пекла, по какой-то причине оберегаешь нас с самого начала, хотя мы были не знакомы. Может, у тебя есть какие-то свои причины это делать, не знаю. Но за это время ты мне стал ближе, чем те, кого я действительно считал друзьями. Ты хороший человек, и Лера влюблена в тебя, это видят все, да и ты скорее всего тоже. Она единственный родной мне человек, который остался, и я хочу, чтобы моя сестра была в безопасности. С тобой она будет, как за каменной стеной, я в этом уверен.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.