Купава Огинская
Жатва

ПЕРВАЯ ГЛАВА, в которой никто никому не рад

В купе пахло сдобой, корицей и жженым сахаром.

Йормэ сидел на расстеленной постели, опустив голову на плечо Вейи, и притворялся спящим. Мажена, которой пришлось занять кресло напротив, раздраженно постукивала ноготками по деревянному резному столику, заваленному бумажными свертками с разнообразными десертами.

Мажена теряла терпение.

– Неужели тебе правда так удобно? – спросила она, изнемогая от тишины.

Вейя безучастно смотрела в окно на однообразный лесной пейзаж. Когда она и Мажена проснулись чуть меньше получаса назад, к поезду со всех сторон уже подступил густой и влажный еловый лес. Время шло, но ничего особенно не менялось.

Йормэ лениво приоткрыл один глаз.

– Ты меня спрашиваешь? – Дождавшись подтверждения, он с удовольствием потерся щекой о плечо Вейи. Грубая ткань форменного жилета царапала кожу, и это странным образом доставляло ему удовольствие. – Не очень удобно, у пирожочка слишком узкое плечо. Но я готов с этим мириться.

– Не хочешь вернуться в свое купе и отдохнуть там? – с намеком протянула Мажена.

Во-первых, ее раздражали запахи выпечки, которую Йормэ притащил с последней остановки поезда.

Несмотря на то, что Мажена была ведьмой, мясо она любила больше многих оборотней. Особенно по утрам. Она верила, что нет ничего важнее завтрака, и категорически отказывалась перебиваться сладким тестом.

Йормэ же, несмотря на свою лисью суть, предпочитал сладкое и есть его мог круглосуточно.

И раздобыв где-то десерты, радостный, он пробрался в купе к девушкам. Разбудил их… И это было второе, что раздражало Мажену.

Она ненавидела просыпаться раньше необходимого.

Хотя это была не единственная причина, по которой Мажена пыталась выставить Йормэ из купе. Слишком сильно ее злило то, как бесцеремонно он вторгался в личное пространство Вейи, игнорируя посторонних. И как та спокойно все это воспринимала, позволяя наглому лису слишком много.

И это всё на глазах у Мажены, надежды которой на счастливое будущее с любовью всей ее жизни были уничтожены дурацким заданием от командора. А ведь сержант только-только начал открыто проявлять знаки внимания…

– Мое купе тоже двухместное. – напомнил Йормэ. Если он и заметил терзания пылкой ведьминской души, то никак этого не показал. – И со мной едет какой-то нервный парень. Дергается от каждого моего движения.

– Интересно, почему же? – ехидно спросила Мажена, выразительно глядя на пушистый, серебристый лисий хвост Йормэ. Тот свисал с постели и едва заметно подергивался, выдавая хорошее настроение своего хозяина.

Врожденные особенности у оборотней, как хвост, звериные уши или когти вместо ногтей, считались проклятой меткой. Обладателей подобных меток называли ярыми, верили, что такие оборотни больше подобны зверям, чем людям, и боялись их.

Несмотря на то, что оборотни уже давно стали частью общества, а случаев нападений ярых оборотней было не больше, чем таких же нападений обычных оборотней или даже людей, к ним все еще относились настороженно.

Вейя протяжно вздохнула.

– Если опять собираетесь ссориться, делайте это в каком-нибудь другом месте.

Полноценным констеблем из простого стажера она стала совсем недавно и очень гордилась тем, что ей доверили это задание. Не омрачало радость Вейи даже понимание, что отправили ее по настоянию Мажены. Ехать на границу государства в одиночку ведьма отказалась и вытребовала себе право взять помощницу.

Йормэ же, узнав, кого именно Мажена планирует выбрать, добился права поехать с ними, как бывший куратор Вейи, просто сильный оборотень и талантливый маг. Виной ли всему было лисье обаяние, или капитан просто решил ухватиться за шанс и избавиться сразу от всех проблемных подчиненных, пусть и на короткое время, но разрешение Йормэ получил неожиданно легко и быстро.

Вейя радовалась сложившейся ситуации ровно до прошлого утра, когда они сели на поезд и эти двое начали ссориться из-за любой мелочи. Мажена срывалась, потому что скучать по сержанту, оставшемуся в управлении, начала раньше, чем поезд покинул столицу. А Йормэ отказывался понимать ее чувства и терпеть придирки.

– Пойдем, поедим. – предложила Мажена. Она потянулась к Вейе, взяла за руку и нахмурилась, когда Йормэ перехватил ее кисть, пытаясь отцепить.

– Зачем куда-то идти? Я все принес.

– Мы впервые в жизни путешествуем вместе, и ты предлагаешь есть вокзальную еду?

Йормэ обиделся. Ему, как профессиональному сладкоежке, было неприятно слышать такое.

– За кого ты меня принимаешь? Я купил всё это в кондитерской. – Нехотя, с заминкой и едва слышно, он добавил: – Недалеко от вокзала.

– И как же ты узнал об этой кондитерской? – с сомнением спросила Мажена. – Уже бывал раньше в этих местах?

Они были в пути уже сутки и на всех парах приближались к границе государства. Поезд давно проехал оживленные и густо заселенные территории. С каждым часом вокруг становилось всё меньше городов или деревень и всё больше лесов.

– Мне подсказало сердце. – патетично провозгласил Йормэ.

Ведьма фыркнула.

– Рассказывай. Небось учуял сладкое и пошел на запах.

Вейя не стала ничего говорить, хотя верила, что Йормэ сказал правду. Порой ей и самой казалось, что выпечку лис чувствует сердцем. Кондитерские и пекарни он мог найти везде. Не сложно было поверить, что к сладкому Йормэ ведет его чистая и искренняя любовь.

Бывали моменты, когда Вейя ловила себя на мысли, что начинает ревновать к пирожным с сезонными ягодами или недавно появившемуся в кондитерской у дома новому виду тортов, которые могли привести лиса в восторг одним своим существованием.

– Я хочу позавтракать в вагоне-ресторане. – Мажена настойчиво потянула Вейю за руку. – Пойдем поедим нормальной еды. А Йормэ пусть заказывает себе чай и приближает встречу с сахарным диабетом.

– Не недооценивай здоровье оборотней. – проворчал Йормэ.

До прибытия в город, из которого в столицу пришел запрос на ведьму, оставалось всего несколько часов. К обеду они уже должны были прибыть в пункт назначения.

✧ ✧ ✧

Дорха был маленьким городом, зажатым между густых еловых лесов, полных нечисти и монстров, название которых можно было найти только в древних бестиариях, и гористой местностью, где пролегала граница государства.

Официальное население Дорхи составляло чуть больше десяти тысяч жителей, в действительности же людей в городе было куда больше. В поисках лучшей жизни или просто желая немного подзаработать, в город стекалось множество людей. Работа в шахтах никогда не останавливалась, и рабочие руки нужны были всегда.

Но несмотря на постоянное присутствие в Дорхе посторонних людей, больших преступлений местному управлению городской стражи как-то удавалось избегать долгое время.

Пока на исходе лета не начали пропадать люди.

Сколько именно было пропавших, никто точно не знал. Работники из шахт редко устраивались официально, предпочитая верить нанимателю на слово и получать бóльшее жалование. Из-за этого нельзя было точно сказать, пропал человек. Уехал. Провалился в одну из расщелин, нередко встречавшихся в туннелях – пробивали туннели маги, это было быстро, дешево, но небезопасно. Или стал обедом диких зверей, потому что перебрал и забрел туда, куда не следовало бы.

Местные боялись леса и старались не злить его без сильной необходимости, но приезжие, как правило, были беспечны или просто глупы и нередко исчезали.

Стража привыкла игнорировать такие исчезновения, а Дорха долгое время оставался просто небольшим тихим городком на границе государства.

Пока не начали исчезать местные.

Сначала пропал сторож с кладбища. Старик он был ворчливый и неприятный, в городе его никто не любил, поэтому никого не заинтересовало исчезновение сторожа. Его пропажу даже не сразу заметили.

Но после этого исчезла улыбчивая и добрая помощница школьного учителя, направленная в Дорху на практику. Девушка была симпатичная и милая, умела ладить с детьми и нравилась многим родителям. Горожане надеялись, что после практики она останется в городе.

Когда она пропала, ее сразу же стали искать.

А через несколько дней после этого пропал сын молочника. Подросток, тихий и послушный, он отлично управлялся с коровами, без напоминаний убирал коровник и не отказывался помогать с младшими детьми. И отец, и мать отзывались о нем как о примерном сыне, они не верили, что парень мог просто сбежать.

После того как пропала учительница, в этом сомневались и многие горожане. На стражников, не умевших разыскивать людей, началось давление.

И оно лишь усилилось, когда один за другим пропали еще трое.

А потом нашли первый труп. Безобразный, обескровленный скелет, обтянутый кожей. Единственной уликой был странный знак, выжженный на запястье трупа. Его смысл не знали ни коронер*, осматривавший тело, ни стражники.

⤝ ⤞

Коронеры* – обычно избираемые общиной лица, часто из числа непрофессионалов. Их обучение – понятие весьма относительное, достаточно поверхностное. Коронерская служба существует параллельно с судебно-медицинской, так как услуги профессионала – судебного медика – достаточно дорогие.

⤝ ⤞

К тому моменту, как нашли еще два тела с такими же отметками, в городе пропало уже больше десяти человек.

И только после того, как об этом знаке напечатали в местной газете – единственной, выходившей раз в неделю из-за нехватки новостей, – кто-то из приезжих работников отметил, что в символе чувствуется что-то ведьмовское.

Городская стража, не привыкшая справляться с такими делами, недолго думая, отправила запрос в столицу, в центральное управление, с просьбой направить к ним ведьму для расследования этого во всех смыслах мистического дела.

Они очень удивились, когда пришел ответ, в котором им пообещали прислать не только ведьму, но еще и двух опытных стражников.

Прибытие помощи все управление Дорхи ждало с нетерпением.

А в это время в городе пропало еще два человека.

Большие ожидания принесли городским стражникам лишь большие разочарования.

Когда на перрон маленького вокзала вывалились две рыжих девушки, по возрасту ненамного старше пропавшей помощницы учителя, и странный парень с лисьим хвостом, который с нежностью прижимал к груди какие-то свертки, капитан, лично прибывший встречать гостей, почувствовал себя обманутым.

– Столичные шишки решили над нами посмеяться? – глухо вопросил возвышавшийся над капитаном парень. Ума ему не доставало, зато силы было с избытком. За это в стражу он и попал. И даже сумел получить звание констебля. – Кэп, может, просто избавимся от них?

– В столицу об этом ты будешь отчитываться? У нас и без того много проблем. – огрызнулся капитан. Он был уже немолод, прожил тихую и спокойную жизнь, и за всю свою карьеру не сталкивался с серьезными преступлениями. Поэтому, когда начали пропадать люди, пришел в ужас. Но центральное управление пообещало помощь, и он приободрился, уверенный, что сможет свалить всю работу на них, чтобы вернуться к своей простой жизни. И сейчас, видя совершенно несерьезных и оскорбительно молодых стражников, не мог отделаться от чувства, что его одурачили.

Спокойная жизнь ему и не светила. Теперь он должен будет не только расследовать исчезновение людей, но и следить, чтобы прибывшие столичные стражники не натворили в его городе дел.

– Капитан, – невысокая, полноватая девушка в простом платье блеклого зеленого цвета подбежала к нему, держа перед собой чашку. – Ваш кофе, как вы и просили. Хозяйка кафетерия просила вернуть чашку.

Девушка мотнула головой назад, в сторону низкого одноэтажного здания вокзала. Когда-то оно было выкрашено в розовый цвет, чтобы выделяться на фоне елового леса, но краска под солнцем поблекла и выгорела. Хотя неказистое здание было все так же хорошо заметно среди деревьев.

Капитан пробормотал что-то под нос и кивнул вперед, туда, где стояли три человека в форме столичной городской стражи – от местной формы она отличалась тканью лучшего качества, более чистым серым цветом и блестящими нашивками на воротниках. Осмотрев полупустой перрон, они заметили внушительную фигуру констебля и уже направлялись в их сторону.

– Давай, поприветствуй наших коллег, как полагается.

Девушка кивнула и ринулась вперед. К новоприбывшим.

✧ ✧ ✧

Замерзшая, взволнованная девушка бежала на них с нервным и одновременно торжественным видом. И Вейя, решившая, что они стоят у нее на пути, отступила в сторону и оттащила замешкавшегося Йормэ.

Она очень удивилась, когда девушка не пробежала мимо, спеша к кому-то из редких пассажиров, покинувших поезд на этой станции, а притормозила рядом и запыхавшаяся, но энергичная торопливо произнесла:

– Я Эдна Хьюз, очень рада приветствовать вас в Дорхе. – Она порывисто качнулась вперед, протянув руки к чемодану Вейи. – Позвольте помочь вам с багажом.

– Не… стоит. – Растерянно отозвалась Вейя. Не привыкшая к настолько радостным и деятельным людям, она опешила от такого напора.

Ей, как саламандре, помимо таких недостатков, как неполноценная огненная сущность, в качестве утешения досталось драконье долголетие и некоторая часть их мощи. Поэтому тяжелый чемодан для Вейи проблемой не был, но это замерзшее и хрупкое создание, смотревшее на нее снизу вверх, испытало бы множество трудностей.

– Вы совсем замёрзли. – заметил Йормэ.

Эдна беспечно отмахнулась.

– Не успела накинуть ничего поверх. Не проблема. Я крепкая, перетерплю.

– Не успела, – одними губами повторил Йормэ. Он был снежным лисом, но, несмотря на свою морозную суть, холод совсем не любил. И всё же осеннюю, влажную прохладу переносил куда лучше этой дрожащей и уже начинавшей синеть девушки.

Обернувшись к Вейя, желая попросить её ненадолго присмотреть за его сладкими сокровищами, чтобы освободить руки и одолжить Эдне тёплый китель, Йормэ увидел, что Вейя уже стягивала свой.

– Вам стоит больше заботиться о себе. – наставляла девушку Вейя, накинув китель на подрагивающие плечи.

Эдна смущённо пыталась отказаться, но когда Вейя настояла, с облегчением и благодарностью закуталась в ткань, ещё хранившую чужое тепло.

– Спасибо, госпожа ведьма.

– А… ведьма не я. – Вейя указала на Мажену, со скучающим видом топтавшуюся рядом. На Эдну она внимания почти не обращала, устремив взгляд на капитана. Тот медленно и с демонстративным отвращением потягивал что-то горячее из приметной красной чашки.

Окончательно смущённая Эдна тихо извинилась и больше не смела сказать ни слова.

Хотя её ошибка была понятна. В последнее время на ведьму Мажена походила мало.

На летние праздники в столицу приезжали родители её дражайшего сержанта Астела, и Мажена имела радость пообедать с ними. На этом обеде госпожа Астел – уважаемая мать сержанта, невзначай заметила, что у Мажены прекрасные волосы, но её лицо ещё прелестней. И высказала сожаления от того, что Мажена скрывает свою красоту за буйными, огненно-рыжими кудрями.

С того самого дня никто в управлении больше не видел её с распущенными волосами. Мажена научилась собирать пучки разной степени сложности и заплетать различные косы.

И сейчас она убрала волосы в низкий, тугой пучок, на свободе осталось лишь несколько непослушных прядей, справиться с которыми ей никогда не удавалось. Бледная, с россыпью блеклых, выцветавших вместе с остывавшим солнцем, веснушек на носу, заспанная и хмурая, она меньше всего походила на ведьму.

В отличие от Вейи, которая пусть и приняла свою неполноценную суть саламандры, но все еще старалась скрывать волосами мягкие, переливающиеся золотом чешуйки на висках.

Поэтому Эдна из двух рыжих девушек в ведьмы записала самую яркую.

Йормэ, заметивший, что Мажена не в духе, взял все в свои руки и пришел смущенной Эдне на помощь.

– Это Мажена Берге – она та самая ведьма, которую ваше управление запросило из столицы. – Он указал на хмурую Мажену, после чего перешел к саламандре. – А это Вейя Крейц. Меня зовут Йормэ Рэйтан. Мы здесь, чтобы оказать посильную помощь.

– Приятно познакомиться. – Волнение немного улеглось, Эдна успокоилась, убаюканная мягким голосом лиса, и заметила то, на что раньше не обращала внимания – пушистый белый хвост.

Йормэ поймал ее взгляд. Обычно в такой ситуации он слышал что-то вроде очевидного «Вы оборотень» или еще более очевидного «У вас хвост».

Но Эдна промолчала.

– Давайте я представлю вас капитану. – Предложила она вместо того, чтобы говорить глупости.

Капитан смотрел на приближающихся столичных стражников как на бесполезный груз. И они это заметили.

Мажена, у которой настроение испортилось сразу же, как они ступили на перрон, помрачнела еще больше.

– У него такая кислая рожа… Так и просит о каком-нибудь сглазе.

– Обязательно расскажу Дэрри, как ты помогала нашим приграничным коллегам. – Пригрозил Йормэ.

Одно только упоминание сержанта Астела сделало Мажену послушной и тихой. Если бы Дэрвин только знал, какое имеет влияние на громкую и проблемную ведьму, то изрядно бы удивился.

Пока Эдна беседовала с прибывшими стражниками, перрон опустел и погрузился в тишину, нарушаемую взволнованным и громким дыханием Эдны и перестуком ее каблучков по каменным плитам.

Перестук резко оборвался.

– Разрешите представить! – звонкий голос Эдны разнесся над платформой. В отдалении ей вторил вороний грай.

Капитан поморщился. Он часто демонстрировал так свое недовольство перед подчиненными.

– Здесь нет глухих, Эдна.

– Простите. – Она кашлянула и повторила уже тише: – Разрешите представить, капитан Ангус Лоркан. И констебль Бэрри Шос.

– Как вы понимаете, – начал капитан, снисходительно разглядывая стоявших перед ним стражников. Они были молоды, на его взгляд, даже слишком молоды для того, чтобы иметь право работать в одиночку, без присмотра старших, – нянчиться с вами у меня нет ни времени, ни людей. Поэтому, давайте договоримся, вы не доставляете проблем моему городу, а я позволю вам немного отдохнуть здесь. Вам здесь понравится, если вы будете соблюдать некоторые правила. В Дорхе отличная природа.

– Отличная, – поддакнул Бэрри, по примеру начальства пытаясь изобразить на лице снисхождение и легкое разочарование. – Если ее не провоцировать.

– Провоцировать, – повторил Йормэ. Он стремительно терял хорошее настроение. – А ты умный, здоровяк. Знаешь такие интересные слова.

Вейя с тревогой покосилась на него. Йормэ был не единственным снежным лисом, с которым она была знакома, но первым, который совсем не вписывался в ее представление о снежных лисах. Слишком вспыльчивым, импульсивным и эмоциональным он был для того, кто повелевает стужей. Порой ей казалось, что внутри него не ледяная пустыня, а дикое, бушующее пламя.

– Разве не вы просили прислать ведьму? – спросила Вейя, решив взять переговоры на себя. – Пока мы были в пути, что-то изменилось? Дело раскрыто?

– Нам нужен профессионал.

Вейя поджала губы, чтобы не сказать какую-нибудь гадость. С настолько откровенным пренебрежением она не сталкивалась уже очень давно.

Но если Вейя смогла смолчать, то Мажена сделать этого даже не попыталась:

– Мне вас проклясть или вашего мерзко ухмыляющегося дружка, – она кивнула на Бэрри, который прекратил очередные безуспешные попытки подражать капитану и вернул на лицо привычное выражение – кривую, неприятную усмешку и легкий прищур. Он считал, что так выглядит крутым, – чтобы вы убедились в моем профессионализме?

Обстановка накалялась. Эдна, до этого стоявшая между двумя враждующими сторонами, незаметно отошла за спину Йормэ.

Лис это заметил и оценил удивительное умение девушки верно выбирать сторону.

– Предлагаю продолжить беседу в управлении, – дружелюбно сказал Йормэ. – Вам все равно придется ввести нас в курс дела, а нам – ознакомиться со всей имеющейся информацией. Потому что нам по возвращению в столицу придется рапорт писать. И не хотелось бы, чтобы он превратился в жалобу, согласитесь.

Капитану пришлось проглотить уже крутившиеся на языке ругательства и кивнуть.

ВТОРАЯ ГЛАВА, в которой появилась первая поклонница

Местное управление городской стражи напомнило Вейе старый склад. Низкое, с маленькими окнами и покосившейся дверью. Деревянная табличка, объяснявшая, что это за здание и кому принадлежит, обветшала, краска на ней давно выцвела.

Проезжая на разбитой повозке по улицам Дорхи, Вейя заметила, что в городе преобладали низкие, основательные строения. За всю дорогу от вокзала на глаза ей попалось лишь несколько двухэтажных зданий.

Капитан вошел в управление первым, сразу за ним брел Бэрри. Эдна придержала дверь, пропуская внутрь прибывших стражников. Китель Вейе она отдала еще в повозке, когда поймала на себе тяжелый взгляд капитана. И теперь вновь выглядела замерзшей и печальной. Хотя во время поездки была в хорошем настроении и охотно приняла от Йормэ угощение. Он предлагал остатки выпечки всем желающим, но оценили его щедрость только Эдна, которая очень любила сладкое, и Вейя, которая просто привыкла принимать от Йормэ все, что он готов был ей дать…

В просторном помещении без стен и перегородок островками хаоса возвышались над полом столы, составленные по двое и заваленные папками, помятыми бумагами, старыми газетами и обертками из пекарни по соседству.

Этот беспорядок сильно контрастировал с чистым полом, блестящими окнами и убранной зоной кухни, которая состояла из недлинного стола, двух шкафчиков над ним и раковины. Располагалось все это в дальнем углу. Картотека и стоявший рядом шкаф со стеклянными дверцами, за которыми на полках аккуратно стояли подписанные папки, тоже выглядели опрятно.

Но это Вейя отметила намного позже. В первое мгновение она видела лишь мусор и не могла понять, как местная стража работает в таких условиях.

– Побеседуем в допросной, – сказал капитан. – Там будет удобнее.

– Да где угодно будет удобнее, чем здесь, – проворчала Мажена.

И Вейя была с ней полностью согласна, хотя осуждающим взглядом все же одарила. Их отношения с местным капитаном не задались с самого начала, и усугублять ситуацию не стоило.

Проигнорировав это замечание, капитан велел Эдне принести всю имеющуюся информацию и повел столичных стражей к неприметному проходу, скрытому за темно-серой, под цвет стен, хлопковой шторкой. Чистой, со старательно проглаженными складками.

На ходу капитан скомкано представил сидевших за столами сотрудников.

– Это капрал Алти, – он указал на тощего парня в больших очках, с коротко подстриженными волосами неопределенного мышиного оттенка и восхитительно-малиновыми ушами.

– Просто Алти? – уточнила Вейя.

Парень сложил газету, которую читал до появления новеньких, и неожиданно низким голосом ответил:

– Просто Алти. Мой батя был конченным ублюдком, не хочу иметь с ним ничего общего.

Капитан притормозил посреди помещения, между двумя островками: один был относительно расчищен и структурирован. На втором, поверх папок с делами, лежал потрепанный, засаленный множеством рук, журнал с непристойными картинками.

– Это констебль Руперт Вáди, – капитан указал на хозяина стола и журнала – угрюмого мужчину неопределенного возраста. Нашивок, подтверждавших звание, на кителе констебля не было. Вместо них красовались вышитые обереги против сглаза и порчи. На Йормэ Вáди смотрел враждебно, зато присутствие двух девушек его откровенно радовало.

– Работа так и кипит, – проворчал лис. Проходя мимо, он будто невзначай махнул хвостом, и часть стола вместе с журналом в мгновение ока оказались покрыты корочкой льда. Констебль выругался. Капитан покосился на это безобразие и проигнорировал.

За соседним столом, напротив констебля Вáди, откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди, дремала немолодая женщина. Волосы ее были собраны в тугой пучок. Среди светло-русых прядей пряталась щедрая седина.

– Это капрал Джина Кампи. Но она любит, когда ее зовут тетушка Джина.

Капитан, как и все в городе, звали ее не иначе как тетушкой. Потому что злить женщину, способную одним ударом переломить хребет медведю, было настоящим безумием.

– Сержант сейчас в патруле. Познакомитесь с ним позже.

Завершив представление, капитан скрылся за занавеской.

Переглянувшись, Йормэ и Вейя последовали за ним.

За шторкой шел короткий коридор, упиравшийся в две камеры и уводивший вдоль них вправо, к еще одному маленькому коридору, завершавшемуся стальной дверью.

Допросной оказалась маленькая комната с заложенным окном. Единственным источником света был сиротливый светильник, низко свисавший над железным столом. Углы комнаты тонули в темноте.

Вейе здесь не нравилось. Она понимала, что такая неуютная обстановка в допросной была создана намеренно, чтобы подозреваемый не чувствовал себя комфортно. О видах психологического давления им рассказывали на подготовительных курсах.

Капитан прошел к столу и тяжело опустился на один из стульев. Вейя подтолкнула Мажену вперед, предлагая ей занять место напротив. Мажена сопротивлялась.

– Почему я?

– Они ведьму просили, – напомнила Вейя. – Мы с Йормэ оказались тут совершенно случайно.

Сесть Мажене все же пришлось.

– Вас в управлении всего семеро? – спросил лис, закрыв за собой дверь в допросную и оставив замешкавшегося Бэрри по ту сторону.

Констебль растерялся. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы сообразить, что он и сам может открыть себе дверь.

– Больше и не требуется, – отозвался капитан.

Вейя покосилась на Йормэ и поймала его понимающий взгляд.

Там, в главном помещении, они оба насчитали двенадцать столов. Некоторыми из них уже давно не пользовались, но они там были. Из чего можно было сразу несколько выводов, но ни один из них не был в пользу капитана. Либо никто не хотел работать в городской страже, либо Ангус Лоркан не спешил принимать желающих на службу.

Они прибыли не для того, чтобы раскрывать грязные тайны управления и его капитана, у них была совершенно другая цель, но Вейя поймала себя на мысли, что хотела бы побольше узнать об этом месте и его начальнике.

Дорха находилась слишком далеко от столицы, в таких местах люди, имеющие некоторую власть, могли ошибочно посчитать себя куда более значимой фигурой, чем это было на самом деле. А капитан Лоркан явно считал себя личностью выдающейся. Вейя хорошо помнила, как он назвал Дорху «своим» городом.

В приоткрытую дверь – с задержкой зайдя в допросную, Бэрри не потрудился толком ее закрыть – просунулась голова Эдны:

– Разрешите?

Она принесла две папки. В одной хранилась вся имеющаяся информация о пропавших. В другой – о найденных телах. Обе папки выглядели прискорбно тонкими.

– Это всё? – спросил Йормэ.

Эдна кивнула.

– Сколько людей пропало на данный момент? – Мажене тоже не понравилось то, что она увидела.

– Тринадцать, – коротко ответил капитан.

Йормэ принял из рук Эдны папки. Открыл первую. Пролистал. Передал ее Вейе и открыл следующую, ту, в которой была информация по найденным телам. Первым оказался листок со странным изображением: незаконченный круг с вписанным в него, заполненным кругом и пятью выходящими из малого круга линиями.

– Знаешь, что это такое? – он показал символ Мажене, краем глаза заметив, как подалась вперед Эдна. Йормэ понимал, что всех в допросной сейчас волновало одно: знает ли ведьма этот знак – единственную имеющуюся зацепку.

Мажена нахмурилась. Она долго вглядывалась в символ:

– Единственное, что я могу сейчас сказать, он связан с жизнью и смертью.

– Это и я могу сказать, – раздраженно сказал капитан. – Не являясь при этом ведьмой.

Мажена вспыхнула. Подскочила… и вынуждена была сесть обратно, потому что Вейя положила ей на плечо ладонь и мягко надавила.

– Вы не ведьма, – согласился Йормэ, уронив на стол папку. – Вы капитан городской стражи. Человек, который отвечает за безопасность жителей этого города. И вы не справились со своей работой. Даже не попытались.

– Следи за словами, – велел Бэрри.

Йормэ хотел что-то ответить, но Вейя оказалась быстрее:

– Мы это заберем, – она сгребла со стола папку, которую бросил Йормэ, и отобрала у Мажены листок, возвращая его на законное место. – Ознакомимся позже. А сейчас нам неплохо было бы заселиться и немного отдохнуть.

Эдна робко подняла руку:

– Я вас провожу.

✧ ✧ ✧

Комнаты им выделили в ближайшем к управлению доходном доме. Это было двухэтажное старое здание. Когда-то оно было желтого цвета, но краска за время выгорела до песочного и потрескалась.

На маленьком открытом балкончике, прямо на чугунных резных перилах над входом, сушились чьи-то полосатые шерстяные чулки.

Эдна провела их внутрь. Тяжелая дверь с узкой вставкой из цветного стекла по центру отворилась со скрипом. На полу лежала черно-белая плитка, на стенах, выкрашенных в синий, потрескавшейся позолотой сверкал цветочный барельеф. На равном расстоянии друг от друга были установлены полуколонны.

Вейя поежилась. Внутреннее убранство сильно контрастировало с внешним видом здания.

– Нам точно сюда? – с сомнением спросила она у Эдны.

Та кивнула, подтверждая, и повела их налево. В двустворчатые двери из светлого дерева. Там располагалась большая и светлая кухня. За массивным дубовым столом, поставленным у окна, стояла пышная женщина. На разделочной доске перед ней лежал внушительный кусок мяса. В руках сверкал тесак.

Женщина резкими, размеренными движениями рубила мясо.

– Госпожа Келли, – робко позвала Эдна, вклинившись между грохотом опускавшегося на доску тесака.

Это оказалась управляющая доходного дома – госпожа Лайла Келли. Вейя и Мажена ее нисколько не заинтересовали, в отличие от Йормэ. Смерив его оценивающим взглядом, раньше, чем он успел представиться, Лайла задала только один вопрос:

– Женат?

Опешивший от неожиданного вопроса, Йормэ отрицательно покачал головой, покосившись на Вейю.

– Хорошо. У меня две дочки брачного возраста. Присмотрись. – сухо велела она и, порывшись в кармане передника, вытащила два ключа. – Номера комнат указаны на ярлычках. Второй этаж, южное крыло. Душевых на этаж четыре. Уборные разделены на мужские и женские.

– Ключей только два. – заметила Вейя, которой и пришлось принимать их из рук управляющей. Мажена была брезглива и не хотела прикасаться к чему-то, измазанному кровью, а Йормэ просто не рискнул приблизиться к женщине, готовой сосватать совершенно незнакомому человеку свою собственную дочь.

– Комнаты двухместные.

Лайла вернулась к разделочной доске и взяла в руки тесак, всем своим видом демонстрируя, что разговор окончен.

Попрощавшись с Эдной, они поднялись на второй этаж. Йормэ окинул взглядом пустой коридор. Двери шли по обеим сторонам коридора, полутемного и неуютного, заканчивавшегося большим окном.

Каждый шаг по черно-белым плитам пола разносился эхом.

Йормэ шагал справа от Вейи, почти прижимаясь к ее плечу.

– Нам нужно как можно скорее разобраться с этим делом, пирожочек. Если задержимся, я рискую покинуть Дорху уже глубоко женатым оборотнем. И что самое печальное, – он склонился к ее уху, – женатым не на тебе.

Вейя дернулась. Теплое дыхание прошлось по коже мурашками. Она потянулась, чтобы почесать покрасневшее ухо. Звякнули зажатые в кулаке ключи.

Тихий, довольный смешок ее только разозлил. Йормэ знал слабости Вейи и нагло этим пользовался.

– Кажется, нам сюда. – Она остановилась перед дверью. Сравнила номер на ключе с цифрами, выбитыми на табличке.

Комнаты, выделенные им на время расследования, располагались друг напротив друга.

Это была единственная хорошая новость за последние несколько часов.

✧ ✧ ✧

Через полчаса, смыв с себя воспоминания о дороге едва теплой водой, они собрались в комнате, которую заняли Вейя и Мажена.

Йормэ же пришлось стать соседом кого-то из парней, приехавших в Дорху на заработки. Самого парня увидеть ему не довелось, но разбросанная по комнате одежда, несколько пустых бутылок какого-то пойла у незаправленной кровати и пепельница на подоконнике с кучей окурков явно свидетельствовали о том, что с соседом Йормэ не повезло.

Комнаты в доходном доме были небольшими, однотипными и неуютными. Две кровати стояли у стен друг напротив друга, в углу притаился старый, знавший лучшие времена шкаф, а у окна с выцветшими, застиранными занавесками стоял грубо сколоченный стол и одинокий, шаткий стул.

Постельное белье на кроватях было старым, но свежим и пахло чистотой.

– Что известно по делу? – спросила Мажена, раскладывая вещи по полкам шкафа.

– Почти ничего. – Вейя заглянула в папку. – Из тринадцати пропавших хоть какую-то информацию в управлении собрали только на семерых. Кто такие, где работали, кто видел последним… Еще о шестерых известны лишь имена и примерное место исчезновения.

Йормэ сел на кровать рядом с Вейей, привалился плечом, заглядывая в папку. Она не стала его отталкивать. Напротив, обняла, прижимаясь щекой к плечу. И улыбнулась, почувствовав, как лисий хвост застучал по ее ноге. В присутствии посторонних Йормэ честно пытался сдерживать свои чувства, понимая, как откровенные проявления привязанности смущают Вейю. Но хвост часто его выдавал.

Низкие температуры Йормэ переносил плохо, хотя являлся снежным лисом и считался едва ли не олицетворением самой зимы. Поэтому Вейя с наступлением холодов при каждом удобном случае старалась его согревать.

А после холодного душа и сквозняка в полутемном коридоре даже ей, с ее огненной сутью, стало зябко.

– Чем они вообще занимались? – проворчал лис.

– Сомневаюсь, что местные законники умеют работать. – Мажена отвернулась от шкафа, уперла руки в бока и произнесла то, о чем думала уже некоторое время и что очень сильно ее злило. – Вы их видели? Если наш отряд еще раз хоть кто-то из центрального управления назовет проблемным, я лично привезу его сюда и покажу, как выглядит по-настоящему проблемный отряд.

– Проблемный, – повторил Йормэ и неприятно улыбнулся, – не думаю, что хоть кто-то из них вообще имеет право служить в городской страже. Вы ведь заметили, как капитан и констебль Шос обращались с Эдной? Представляясь, она не назвала свою должность, значит, штатская. Можно было бы подумать, что Эдна из канцелярии, но часто ли стражники используют канцелярских работников как простую прислугу? Да и не похоже, что у них такая же структура управления, как у нас.

Мажена кивнула. Оставив раскрытый, полупустой чемодан, она переместилась к столу. Оседлала скрипнувший стул и сложила руки на его спинке.

– Я тоже это заметила. В их конуре просто нет места для кабинета канцелярского работника. Думаю, стража и канцелярия находятся в разных зданиях.

– Тогда почему Эдна крутится среди стражников? – задала главный вопрос Вейя. – Не похоже, что ею в управлении сильно дорожат.

– Да они обращаются с ней, как с рабыней… – фыркнул Йормэ. – Вы ведь тоже все это видели.

Они видели. И замерзшую девушку на перроне, которую капитан так торопил, что не позволил даже накинуть верхнюю одежду. И тихую девушку в повозке, когда капитан ее отчитывал, фактически вынудив вернуть китель обратно Вейе. Тогда Йормэ попытался вмешаться, но Эдна не позволила. С ним она осмелилась проявить твердость, а перед капитаном была тихой и послушной. И исполнительную девушку в управлении они тоже видели. Когда капитан так естественно отдавал ей приказы, а она безропотно подчинялась.

– Ты поэтому булочками с ней делился? – спросила Мажена. – Жалко ее стало?

Йормэ пожал плечами.

– Мне просто не понравилось отношение стражников к ней. Хотел подбодрить. Если Эдна внештатный сотрудник, то жалование у нее должно быть впечатляющим, раз она терпит такое обращение…

Вейя закрыла одну папку и потянулась за второй, лежавшей на краю стола. Она не надеялась, что эта работа будет простой и приятной, но и представить не могла, что они столкнутся с таким количеством странностей и проблем в первые же несколько часов в Дорхе. Этот город будто сразу не принял их.

– Дай-ка мне еще раз глянуть на эту метку, – попросила Мажена, протягивая руку за листком, когда Вейя открыла папку с информацией по телам.

На некоторое время в комнате воцарилась тишина.

Мажена гипнотизировала взглядом символ, Вейя и Йормэ разбирали информацию. Из тринадцати пропавших пока были найдены тела только троих, что случилось с остальными, никто не мог даже предположить.

– Простите! – послышался звонкий женский голос в коридоре. Сразу после этого раздался громкий стук.

Стучали не в их дверь…

– Кажется, это к тебе, – сказала Вейя, прислушавшись к приглушенному расстоянием и стеной звуку. Кто-то отчаянно ломился в комнату напротив. Туда, где жил Йормэ…

– У меня и сосед есть, – напомнил он. – Может, это его ищут.

Но идти и проверять, что стряслось, выпало все же ему. И Мажена, и Вейя были уверены, что звонкая девушка прибыла по снежную лисью душу. После недавнего совета управляющей присмотреться к ее дочерям, было бы странно ожидать, что она не отправит их познакомиться с Йормэ как можно скорее.

– Что нужно? – угрюмо спросил Йормэ, выглядывая в полутемный коридор. Напротив, занеся руку для очередной серии сильных ударов, стояла высокая, худая девушка в простом, нежно-розовом платье с убранными в две косы русыми волосами.

Йормэ всегда знал, что у него красивый голос. В управлении его часто отправляли разговаривать с пострадавшими, потому что капитану казалось, что просто слушая Йормэ, те успокаивались. И Вейя просила его что-нибудь рассказать, когда у нее было плохое настроение. Утверждая, что его приятно слушать.

Йормэ привык к удивлению и комплиментам, и сейчас пребывал в растерянности.

Услышав его вопрос, девушка вжала голову в плечи и не спешила оборачиваться. Со стороны казалось, что она напугана.

– Что там? – Вейя похлопала его по плечу, и Йормэ отступил, освобождая дверной проем и позволяя ей увидеть нарушительницу спокойствия. Мажена увязалась следом. Держась за Вейю, она выглянула в коридор поверх ее плеча.

– Уважаемая? – позвала Вейя.

Незнакомка медленно обернулась. Поняла, что привлекла внимание сразу трех человек, и растерялась.

– Кого вы искали? – дружелюбно спросила Вейя.

– Но… Новенький.

С запозданием она рассмотрела Йормэ, возвышавшегося над девушками, и смутилась.

– Это я. – подтвердил лис.

Она оказалась дочерью управляющей. Звали ее Нэйни, и пришла она по поручению матери.

– Рассказать о наших правилах и передать расписание.

Нэйни хотела передать сложенный пополам листок Йормэ, но нетерпеливая Мажена перехватила его.

– Разве это касается не нас всех? – спросила она, разворачивая бумагу. И присвистнула. – Да у них даже комендантский час есть. Какая прелесть.

– Завтрак, обед и ужин входят в оплату, – Нэйни упрямо обращалась исключительно к Йормэ, – уборка комнат и смена постельного белья по запросу. Шуметь и создавать проблемы в доме строго запрещено. После третьего предупреждения постоялец принудительно выселяется, и оплата комнаты не возвращается.

Закончив инструктаж, Нэйни неохотно удалилась. Вейя видела, как та несколько раз оборачивалась, надеясь еще раз увидеть Йормэ.

– Вот и первая поклонница. – устало констатировала она, закрыв дверь.

Лис уже вновь сидел на кровати, рассматривая доставшееся им расписание.

– А что такое, пирожочек, неужели ревнуешь? – весело спросил он. Не дождавшись ответа, бросил расписание на стол и потянулся. – До ужина у нас еще есть время, может, стоит немного осмотреться?

– Я лучше отдохну. – отозвалась Мажена, расстилая кровать. Утром из-за Йормэ ей пришлось встать слишком рано, она не выспалась и чувствовала, как сильно из-за недосыпа испортился ее характер. Усталость и голод всегда негативно сказывались на ее настроении. Мажена ненавидела эту свою особенность, но ничего не могла с ней поделать.

– Вейя?

– Пойдем, – решила она после недолгих раздумий.

ТРЕТЬЯ ГЛАВА, в которой появилось сразу две жертвы лисьего обаяния

Отличие Дорхи от любого другого маленького городка заключалось в людях. К чужакам здесь давно привыкли. Никто не оборачивался вслед новичкам. Никто не знал, как давно этот или другой человек приехал в город. Всем, в общем-то, было все равно.

И все же, несмотря на это, преступления в Дорхе были редкостью. Не потому, что их никто не совершал. Просто местные жители знали друг друга и присматривали друг за другом, а до бед приезжих никому не было дела.

Поэтому дел в управлении всегда было немного. А Дорха негласно делилась на две части: на постоянных жителей, делами которых управление городской стражи занималось, и на всех остальных, до которых капитану не было никакого дела. А следовательно, дела до них не было и остальным стражникам. И заявления от таких людей отправлялись прямиком в мусорку, стоило им только выйти за порог управления.

Но Йормэ и Вейя не знали об этом, поэтому после недолгих бесед с людьми в ближайшем кафе, а потом и в небольшом парке, недалеко от доходного дома, они пребывали в некотором смятении.

– Так все же, капитан молодец и отлично справляется со своей работой или он ленивый ублюдок и плод любви коровы и… кхм. – Вейя кашлянула, не в силах дословно повторить нелестные слова одного из посетителей кафе.

– Я склоняюсь ко второму варианту. – с серьезным видом отозвался Йормэ. Его больше интересовало другое: как их небольшой опрос местного населения по поводу серии исчезновений перешел на осуждение капитана, его людей и управления стражи в целом. – Но кто этот малыш Алан, о котором все так доброжелательно отзываются? И почему его жалеют?

Вейя пожала плечами.

– Может, это тот самый сержант, которого мы сегодня не смогли увидеть?

С остальными стражниками они успели познакомиться. И среди них не было ни человека по имени Алан, ни хоть кого-то, кого стоило бы жалеть…

Несмотря на то, что вечер еще только начинался, густые сумерки уже наползали на город. Дорха располагалась в низине, с одной стороны над ней нависали скалы – серые, поросшие мхом каменные исполины, с другой – вечнозеленый еловый лес.

Из-за такого расположения солнечный свет рано покидал город и поздно возвращался. Из леса на улицы Дорхи часто сползал туман.

Жители давно приспособились к таким особенностям. Фонари работали исправно и были установлены на каждом шагу. Они возвышались на фонарных столбах, цеплялись за стены домов и освещали вывески редких заведений.

Вейя и Йормэ как раз проходили мимо стенда с объявлениями, когда над ним вспыхнул фонарь, освещая редкие листовки.

Вейя бросила быстрый взгляд на стенд, привлеченная светом. Замедлилась, а потом и вовсе остановилась. Йормэ не сразу заметил ее пропажу и успел пройти несколько шагов, вслух рассуждая о том, что в этом городе ему не нравится решительно всё: начиная с городской стражи и заканчивая этим зябким, пробирающим до костей, сырым осенним воздухом.

Он осекся, поняв, что рядом никого нет. Обернулся.

– Вейя?

– Не помнишь, был ли среди пропавших кто-нибудь по фамилии Рандэ? – спросила она.

Йормэ нахмурилась, пытаясь припомнить. И вернулся назад. Встал рядом с Вейей, пытаясь понять, какое из объявлений ее заинтересовало.

– Кажется, был такой… Райан? Райли?

Во время ознакомления с материалами дела имена жертв было последним, что интересовало Йормэ. Куда больше внимания он уделял отчетам с мест преступления, стараясь найти в скудной информации хоть что-то важное.

Вейя кивнула на доску объявлений, где висел яркий, поздравительный плакат.

– Как думаешь, может ли быть, что госпожа Эмилия Рандэ, недавно победившая в конкурсе по развитию инфраструктуры с программой… – Вейя запнулась, не сразу поверив своим глазам. – Она действительно предложила создавать домики для котов?

– Она действительно победила с этим? – недоверчиво выдохнул Йормэ. Он опустил взгляд на Вейю и увидел, что она смотрит на него. – Возвращаемся?

Они были давно знакомы и неплохо умели угадывать желания друг друга. И сейчас Вейя хотела пересмотреть папки и удостовериться, что среди пропавших был некий господин Рандэ. Если им повезет достаточно сильно, кроме имени и предполагаемого места исчезновения, местные стражники не поленились и вписали в его дело информацию о родственниках.

Но раньше, чем Вейя и Йормэ смогли попасть в комнату и просмотреть имеющиеся отчеты, им предстояло справиться с последствиями лисьего обаяния. Стоило им переступить порог доходного дома, как из двустворчатых дверей справа от лестницы появились две девушки.

Вейя сделала два шага в сторону. Спокойно и естественно, не привлекая чужого внимания. Она знала, что произойдет дальше, даже раньше, чем девушки успели среагировать. Видела такое много раз и понимала, что лучше не вмешиваться. Потому что никогда это не заканчивалось ничем хорошим.

Йормэ она знала уже очень давно и понимала, почему девушки так легко им увлекались. Высокий, красивый, аристократ, да еще этот проклятый лисий шарм…

Вейя знала, откуда берутся и робкие признания в чувствах, и трогательные письма, которые Йормэ выбрасывал, не читая. Влюбиться в него было просто. Она и сама влюбилась. Пусть и не с первого взгляда.

На самом деле, при первой встрече он ей вовсе не понравился.

Столкнулись они в библиотеке, где Вейя пряталась от любопытных взглядов – саламандры были редкостью… Потому что мало какая саламандра оказывалась достаточно удачливой, чтобы пережить первую неделю после рождения. Йормэ же пытался скрыться от одной особенно настойчивой поклонницы.

Сначала они раздражали друг друга, но со временем смогли найти общий язык. Даже подружились…

Девушек, увлекшихся Йормэ, Вейе было почти жаль. Потому что реакция лиса на любые знаки внимания и заинтересованность была резкой. Чувства девушек он уже давно не щадил.

Но несмотря на то, что Вейя искренне сочувствовала незнакомкам, наблюдать за тем, как Йормэ разбивает их сердца, она предпочитала с безопасного расстояния. Чтобы даже косвенно не быть причастной к этой неловкой трагедии.

✧ ✧ ✧

Нэйни, не отрываясь, вглядывалась в окно с того самого момента, как за Йормэ закрылась входная дверь. Она высматривала его, надеясь случайно столкнуться в холле или на лестнице. Как бы невзначай завести разговор…

Одного Нэйни не учла. Ее долговязая фигура очень бросалась в глаза. А через общую гостиную на первом этаже было удобнее всего проходить из холла в столовую. Да и в любую комнату первого этажа. И Вила – ее неуемная сестра, заметила странный интерес Нэйни к пейзажу за окном.

– Что там? – спросила Вила, облокотившись о спинку стула, который Нэйни подтащила к окну. За стеклом кутался в сумерки яркий осенний пейзаж.

Нэйни промолчала. Несмотря на рост и излишнюю худобу, ее часто называли хорошенькой, но Вилу все считали настоящей красавицей. С золотыми волосами и искристыми синими глазами, доставшимися ей от отца, и приятными изгибами фигуры – подарком от матери, она и правда была похожа на прекрасную куколку, каких Нэйни видела только в журналах.

Нэйни во всем не повезло: худощавую фигуру она получила от отца, а блеклые глаза и русые волосы – от матери. Не обманываясь на свой счет, Нэйни понимала, что стоит только столичному стражнику увидеть ее сестру, как у нее самой не останется и шанса привлечь его внимание. И тогда он увезет с собой в столицу Вилу, а не ее.

О том, что сердце Йормэ уже может быть занято, или о том, что он ни одну из них не захочет забирать с собой, Нэйни не думала. Она даже не рассматривала такой вариант.

– Я просто отдыхаю. – Нэйни оттолкнула сестру, желая спровадить ее раньше, чем ушедшие куда-то стражники вернутся. – Не мешай.

– Отдыхаешь, сидя здесь? – Вила прищурилась. Она знала, что сестра совершенно не умеет врать. Нэйни была немного глуповата, поэтому все ее попытки хитрить были до смешного очевидны. – Тогда я тоже отдохну.

Подтащив второй стул, стоявший у круглого столика, Вила села рядом. Скрестила руки на пышной груди и уставилась на улицу.

Нэйни подскочила.

– Я не хочу, чтобы ты была здесь!

Справляться с эмоциями она не умела, легко выходила из себя и еще легче начинала плакать. Вила поморщилась. Эта черта характера Нэйни просто выводила ее из себя.

Подумывая о том, чтобы отступить и последить за дорогой, ведущей к входной двери, из столовой, Вила поднялась. И замерла.

К дому, о чем-то увлеченно разговаривая, шли два человека.

– Ого, – только и выдохнула она.

Вила не была обделена мужским вниманием. Ухаживали за ней не только местные, но и приезжие. И среди них встречались весьма симпатичные парни…

Но оборотня Вила увидела впервые.

✧ ✧ ✧

Йормэ заметил девушек не сразу. Угрозы от них не ощущалось, а сами незнакомки его не интересовали. Хотя высокая девушка с косицами казалась смутно знакомой.

Он и не обратил бы на них внимания, если бы одна из девушек не преградила ему дорогу к лестнице. Пышная блондинка. Держалась она уверенно, знала о своей привлекательности и не стеснялась смотреть в глаза. Ее сестра такой смелостью не обладала и мялась рядом, заламывая пальцы.

– Как хорошо, что вы пришли, – пропела Вила, сладко улыбаясь. – Ужин почти готов. Совсем скоро вас позовут к столу.

Йормэ покосился на Вейю, незаметно отдалившуюся от него на несколько шагов. Оценил ее осторожность. После одного неприятного случая, когда сочувствие Вейи к одной из влюбленных в него девушек привело к весьма неожиданным последствиям и едва не стоило ей жизни, Вейя перестала вмешиваться.

Но сейчас ничего неприятнее легкого кокетства не случилось, и Йормэ сухо улыбнулся в ответ:

– Спасибо, что предупредили. Мы учтем.

Он обернулся к Вейе и мягко произнес:

– Пойдем. Думаю, нам следует поторопиться.

Улыбка поблекла на симпатичном личике. Вила обратила внимание на Вейю и нахмурилась. Но быстро взяла себя в руки. Скрывать свои эмоции за девятнадцать лет жизни она научилась неплохо. В отличие от Нэйни. Та, не справившись с чувствами, обожгла Вейю злым взглядом. И вздрогнула, почувствовав на себе внимательный взгляд синих глаз. Йормэ смотрел на нее, но ничего хорошего в этом взгляде не было. Только немое предостережение.

Воздух в помещении похолодел. Вила зябко повела плечами. Она не заметила короткого обмена взглядами, что произошел между ее сестрой и Йормэ, не почувствовала угрозы и предприняла еще одну попытку покорить столичного стражника:

– Меня Вила зовут, господин… – она выразительно замолчала, ожидая, когда он представится.

– Сержант, – поправил он девушку, – Рэйтан.

Назвал лис только фамилию, лишив Вилу даже надежды на то, чтобы звать его по имени.

– А меня можете звать просто Вейя. – И саламандра наконец не выдержала. Она не любила быть зрительницей таких сцен и собиралась просто сбежать, оставив Йормэ отбиваться от чужого интереса в одиночку.

Ему ничего не угрожало, а тяжелый, полный злобы взгляд Нэйни Вейя тоже видела. Она, в отличие от Йормэ, девушку запомнила. Еще при первой встрече заметила, с каким восторгом Нэйни смотрела на Йормэ, и поняла, что с ней будут проблемы.

И не ошиблась, с сожалением подумала Вейя, проскользнув мимо Йормэ и собираясь обогнуть пышногрудую блондинку.

– Я, пожалуй, пойду. Мне еще столько всего до ужина надо успеть…

Сбежать она не успела. Йормэ поймал ее руку и поспешил следом.

– Мне тоже нужно идти. Еще раз спасибо за предупреждение.

Вила нехотя посторонилась. Но не потеряла надежду покорить эту неприступную ледяную крепость. Она не привыкла сдаваться при первых же трудностях. Пусть Вейя и была симпатичной – это Виле признать пришлось, но кое в чем стражница все же уступала ей. Грудь под наглухо застегнутым кителем у Вейи была совершенно невпечатляющей.

– Мое имя Вила, сержант. Запомните его! – почти прокричала она в спину лису, уже поднимавшемуся по лестнице.

Ни Вила, ни Нэйни не обратили внимание, что после того, как Йормэ покинул их, вновь стало теплее.

О настойчивой девушке лис забыл почти сразу. Крепко сжимая ладонь Вейи, он недовольно спросил:

– Ты правда собиралась бросить меня там одного? С ними?

– Я не могу выносить такие сцены, ты знаешь. – отозвалась Вейя, не оборачиваясь. Она чувствовала, как Йормэ поглаживает большим пальцем тыльную сторону ладони, и не могла найти в себе сил, чтобы призвать его к порядку.

Они были в другом городе, в чужом доме и должны были расследовать странное и запутанное дело, не рассчитывая на помощь местной стражи, в подобных условиях такие проявления нежности казались неуместными… Но кого это сейчас волновало?

– Разве тебе не показалось, что моя честь была в опасности?

Вейя пропустила вопрос мимо ушей. Она уже давно поняла, что проще игнорировать странные и нелепые вопросы, чем пытаться на них ответить.

Коридор второго этажа полнился звуками. В щель под некоторыми дверьми пробивался свет. Это место оставалось холодным и неуютным, но уже не тихим.

До комнаты Вейя провела Йормэ за руку, осторожно приоткрыла дверь и нырнула в полумрак, оставив лиса ждать на пороге. Мажена все еще спала, накрывшись одеялом с головой.

Папки нашлись там, где Вейя их и оставила – на столе у окна.

Она сгребла их и развернулась к приоткрытой двери. Ночное зрение саламандр было не таким острым, как у тех же оборотней, но озорную улыбку на лице лиса в густых сумерках она рассмотрела.

– Ну что, пирожочек, пойдем ко мне?

Вейя ничего не имела против, но судьба распорядилась иначе. Стоило им только войти в комнату, как стало ясно, что они не одни. На кровати лежал тощий мужчина. Его голая грудь навевала воспоминание об ощипанной куриной тушке.

Пахло в комнате сигаретным дымом и чем-то спиртным.

Йормэ нахмурился. Его план остаться ненадолго с Вейей наедине провалился.

Не заботясь о соседе по комнате, он включил верхний свет. Мужчина завозился, закрыв глаза сгибом локтя.

В пепельнице на подоконнике дымилась не затушенная сигаретка. Бутылок на полу стало больше, чем было, когда Йормэ покидал комнату. Он попытался разбудить мужчину, но тот лишь отмахивался и бессвязно мычал.

– Перестань. – мягко попросила Вейя. – Пойдем вниз. Найдем тихое место. Вроде бы, на первом этаже должны быть общие комнаты.

Разместились они в маленьком помещении с круглым столом по центру и деревянными, не очень удобными стульями вокруг. Жители доходного дома называли ее игорной комнатой и часто собирались здесь по вечерам, чтобы сыграть в карты, кости или любую другую простую и азартную игру.

Но этим вечером игорная оказалась пуста.

Вейя разложила анкеты пропавших людей на круглом столе. Нашла нужную и быстро просмотрела скудные сведения.

– Есть. Рауль Рандэ. Пропал три недели назад. Есть жена Эмилия Рандэ и дочь Сессил. – Вейя медленно подняла взгляд на Йормэ, застывшего по ту сторону стола.

Они просмотрели бумаги еще раз, стараясь найти связь между пропавшими, и выяснили, что две жертвы, исчезнувшие с разницей в сутки, были братьями. Остальных, на первый взгляд, ничего не связывало.

– Уже что-то. – пробормотал лис, сверяя анкеты братьев.

Дверь приоткрылась, и в проеме показалось симпатичное личико Вилы.

– Ужин готов. – пропела она, стараясь поймать взгляд Йормэ.

Вейю восхищало ее упрямство и эта невероятная настойчивость. Сама она никогда не посмела бы так явно выражать свою заинтересованность, а если бы все же рискнула и нарвалась на такую реакцию, какой наградил девушку Йормэ, в жизни больше не показалась бы ему на глаза.

Но Вила была непробиваема.

✧ ✧ ✧

Столовая в доходном доме располагалась по соседству с кухней и состояла из нескольких массивных столов и тяжелых длинных скамей.

В двустворчатой двери открывалась только одна створка, на второй висел список всех постояльцев и карандаш.

– Здесь вы должны отметить, на каких приемах пищи будете присутствовать завтра. – объяснила Вила раньше, чем успел прозвучать вопрос. Она топталась рядом с дверью, и Вейя была уверена, что ждала Вила именно Йормэ.

После того как они узнали, что ужин вот-вот начнется, Вейя пошла наверх будить Мажену, и лис увязался за ней, проигнорировав предложение Вилы провести его в столовую.

Ту настолько откровенное пренебрежение не смутило, и она затаилась рядом со столовой в ожидании жертвы.

Сонная и недовольная Мажена сосчитала количество постояльцев.

– Всего двенадцать человек? Но комнат куда больше…

– Да, – охотно поддержала разговор Вила, не отрывая от лиса взгляд, – но наш дом находится далеко от шахт, поэтому к нам заселяются редко.

Йормэ и Вейя переглянулись.

– Тогда почему меня подселили к какому-то пьянице, если свободные комнаты есть? – спросил лис.

И Вила смутилась.

– Ну, понимаете… Дядька Ансэл уже больше года снимает здесь комнату и всегда платит вовремя, но… Как бы сказать? Он неспокойный постоялец. И мама надеется, что вы сумеете его вразумить. Вы же стражник.

Лис поморщился. Скандалистов им еще не пугали…

Вейя первой ступила в столовую и невольно замешкалась. Столы были уже накрыты, и она не знала, куда ей идти.

Половина мест была занята, но все еще оставалось слишком много вариантов. Единственное, что было понятно наверняка, за маленьким столом в углу, где уже сидели недружелюбная управляющая и опечаленная чем-то Нэйни, им делать было нечего.

Вила, заметившая проблему Вейи, обвела рукой столовую.

– Вы можете занять любое свободное место.

Сказав это, она собиралась покинуть их и занять место рядом с сестрой, но Вейя придержала ее за локоть. Вила казалась девушкой общительной и любопытной.

А Вейе сейчас нужен был именно такой человек – бесконечный источник информации.

– Не хотели бы вы, Вила, поужинать сегодня с нами? – спросила она, игнорируя недовольное сопение Мажены и полный праведного негодования взгляд Йормэ. Ведьма все еще была не в настроении, и один только вид жизнерадостной девушки приводил ее в уныние. Лис же просто предпочитал держаться подальше от тех, кто недвусмысленно демонстрировал романтический интерес.

– Ко…конечно, – прошептала Вила, не веря своей удаче.

Она быстро выбрала самое удобное место из оставшихся и повела приезжих стражников к дальнему столу, за которым сидела только немолодая, сонная женщина.

Вила надеялась подгадать момент и сесть рядом с Йормэ…

И никак не могла понять, почему рядом с ней оказалась Вейя. С вежливой улыбкой саламандра пододвинула к себе тарелку тушеного мяса с овощами. Все ингредиенты были нарезаны щедрыми кусками, а порция поражала воображение.

– Сегодня мы узнали, – начала Вейя издалека, – что госпожа Рандэ недавно победила в конкурсе по развитию инфраструктуры, предложив установить в городе домики для котов. Это невероятно… необычное решение городских властей, очень меня поразило.

Вила затаила дыхание, не веря своему счастью. Она умела понимать намеки, пусть и предпочитала игнорировать те, что были ей неприятны, и сейчас Вила была уверена, что столичную стражницу интересовали местные сплетни.

– У комиссии помутнение рассудка случилось, не иначе. – охотно поддержала беседу она. – Все были уверены, что Эмилию допустили до конкурса исключительно, чтобы повеселить народ. Никто и не думал, что она может победить. Но… вот как все вышло.

Вейя, затаив дыхание, слушала ее, изредка кивала головой, выжидая момент для вопроса. И когда он появился, не стала медлить:

– А были ли еще какие-нибудь странные случаи? Вроде победы госпожи Рандэ. Что-то такое, чего никто не мог бы ожидать?

Йормэ и Мажена, сидевшие напротив, переглянулись, поняв, что задумала Вейя. И прислушались к разговору.

Вила задумалась, пытаясь припомнить что-то странное. Она заметила краем глаза, как Йормэ смотрит в их сторону, и не могла совладать с участившимся сердцебиением.

– Могу припомнить два случая. – сказала она. – Госпожа Винклер недавно овдовела. У них с мужем были сложные отношения. Он ей изменял и, говорят, даже поколачивал, но на развод она никак не могла решиться. Ее родители люди старомодные, грозились отказаться от нее, если вдруг случится развод.

Вила понизила голос и склонилась над столом, обведя блестящими глазами внимательных слушателей. Даже Мажена, дремавшая до этого над тарелкой, заинтересованно подалась вперед.

– А на днях он умер. Сидел в баре вечером, выпивал, как всегда, а потом забыл, как дышать. В свидетельстве о смерти так и написали – задохнулся… Ну, там, конечно, по-умному написано, только факта это не меняет. Господин Винклер задохнулся.

– Если подавился едой… – начал было Йормэ, но Вила его перебила:

– А вот и нет! Он не подавился, не захлебнулся. Просто перестал дышать.

Вейя вопросительно покосилась на Мажену. Та быстро поняла, что от нее хочет саламандра, и ответила ей легким кивком. Было похоже, что умер мужчина не сам.

Возможно, имело место магическое вмешательство… И если бы городская стража как положено выполняла свои обязанности, этот инцидент добавили бы к делу о внезапных похищениях и иссушенных трупах с ведьмовским символом на руках.

– А что за второй случай? – нетерпеливо спросил Йормэ.

Вила расцвела. Она и мечтать не смела так быстро получить столько внимания от прежде холодного сержанта. Сейчас же он смотрел только на нее, и Вила, запутанная своими собственными фантазиями, неправильно поняла его интерес. Таких ошибок с ней прежде не случалось. Но до этого дня она никогда еще не влюблялась с первого взгляда.

– Это случилось с Анитой. В прошлом месяце. – запоздало сообразив, что они не знают, кто это такая, Вила добавила: – Она на соседней улице в швейной мастерской работает. «Золотая игла» называется. Снимает небольшую квартиру недалеко от мастерской, с одной из напарниц. Вот ее еще с прошлого года один парень преследовал. Йонс. Странный он очень.

Вила выразительно покрутила пальцем у виска.

– Так вот, он Аните прохода не давал. Приставал. Странные подарки дарил. Замуж звал. Следил за ней. А однажды даже в квартиру забрался. Хорошо, соседка Аниты раньше пришла и застала его. Он вроде как в шкафу копался, и после его визита одна из ночнушек пропала…

Вила передернула плечами. Она видела Йонса пару раз и каждый раз благодарила Извечную за то, что отвела от нее такую беду. Йонс был некрасивым, неопрятным и безработным. И все это, в глазах Вилы, делало его одержимость Анитой просто отвратительной.

– Анита и в управление ходила, просила защиты, но… – Вила покачала головой, – над ней там только посмеялись и велели радоваться, что она так сильно кому-то нравится.

– А родители? – хмуро спросила Мажена.

Вейя бросила на нее быстрый взгляд. Ей и в голову не пришло, что кроме стражи Аниту могли защитить еще и родственники.

Вила отрицательно покачала головой.

– У нее только мама осталась. Да и та слаба здоровьем. Хотя сейчас это уже не имеет значения. С началом осени Йонс перестал обращать внимание на Аниту. Больше не поджидал ее после работы. И подарки перестал присылать. Даже не здоровался, если они вдруг на улице сталкивались. А недавно кто-то у него спросил, почему он так неожиданно охладел к Аните, и знаете, что он сказал?..

Вила обвела стражников горящими глазами, выдерживая паузу.

– И что же? – спросил нетерпеливый Йормэ.

– «Кто это такая?» – произнесла Вила, подражая ломкому голосу Йонса. И уже своим, восторженным и звонким голосом добавила: – Он ее просто взял и совсем забыл. Напрочь. И ее, и почти весь последний год. И Йонса это даже не беспокоило. Ему было все равно. Разве это не странно?

– Очень странно. – подтвердила Вейя, переглянувшись с Маженой. В этом городе происходило что-то сложнее и запутаннее банальных исчезновений или даже иссохших трупов, еще совсем недавно живых и здоровых людей.

✧ ✧ ✧

Аппетит у Нэйни пропал, стоило ей только увидеть, что Вила привела в столовую новых жильцов.

– Я тоже могла их проводить. – негромко, стараясь скрыть обиду, обратилась она к матери.

Лайла перевела тяжелый взгляд с тарелки на новоприбывших.

– Вила первая попросила доверить эту работу ей. – сухо произнесла она. Лайла никогда не выделяла ни одну из своих дочерей. Несмотря на то, что они обе вышли из ее нутра, она не испытывала к ним особенно теплых чувств. Для Лайлы и брак, и дети являлись скучной и вынужденной обязанностью. Ношей, которую полагалось нести всю жизнь. Но когда ее муж погиб – ремонтируя протекающую крышу, он случайно оступился и неудачно упал на землю – Лайла осознала, что ей необязательно терпеть все это. Она уже стала вдовой, и достаточно было только лишь выдать дочерей замуж и начать, наконец, жить для себя.

Несмотря на то, что она так решила, Лайла была женщиной серьезной, чувствовала свою ответственность за Вилу и Нэйни и хотела подыскать им достойных женихов. Молодой и перспективный стражник из столицы выглядел достаточно привлекательной кандидатурой. Поэтому Лайла охотно поощряла попытки Вилы привлечь его внимание.

Ей было неважно, какую из дочерей заберет с собой этот стражник, главным было то, что на одну головную боль у Лайлы станет меньше.

Нэйни не знала о планах матери, поэтому была уверена, что та всячески пытается помочь Виле. С этим тяжело было мириться, но Нэйни ничего другого не оставалось. Не в ее характере было открыто за что-то бороться.

Поэтому, когда она увидела, что Вила, проводив стражников на свободные места, не пошла к столу, за которым сидела ее семья, а пристроилась рядом с одной из стражниц, Нэйни ничего не сделала. Продолжая ковыряться в тарелке, она просто радовалась, что сестре не досталось место рядом с сержантом.

ЧЕТВЕРТАЯ ГЛАВА, в которой никто не умер

– Что значит, вы не можете выделить нам свободного стражника? – ласково спросил Йормэ. И от этого его тона у Вейи по спине побежали холодные мурашки.

– То и значит, молодой человек, – сухо ответил капитан. Угрозы он не почувствовал, сказывались долгие годы тихой и безопасной жизни и излишняя самоуверенность. – Все мои люди сильно заняты, у них нет времени нянчиться с детьми.

– Скажите, – Вейя положила ладонь Йормэ на плечо, удерживая его от резких слов, – вы хотите, чтобы это дело было закрыто?

Она обвела взглядом помещение. Все из представленных вчера капитаном стражников находились на месте и даже не пытались сделать вид, что заняты делами.

– Или сержанту Рэйтану стоит отправить в центральное управление отчет, где будут подробно описаны причины, по которым капитан Лоркан не может больше занимать свой пост?

– Послушай, девочка, ты в Дорхе всего день и понятия не имеешь, как здесь ведутся дела.

Капитан поставил чашку с горячим кофе на ближайший стол, прямо на стопку бумаг.

– Не нужно жить в каком-то городе полжизни, чтобы понимать, что вы не способны выполнять свои прямые обязанности. – сухо заметила Вейя. – У вас люди пропадают, а вы до сих пор даже опрос свидетелей нормально не провели. И что там с госпожой Рандэ?

– С кем? – искренне удивился констебль Шос.

– С женой одного из пропавших. – любезно объяснила Мажена, выходя вперед. Обвела взглядом стражников. – Как капитан точно заметил, мы в Дорху приехали только вчера, но уже успели найти некоторые странные закономерности. Отсюда следует вопрос: чем вы все тут занимались столько времени?

– Послушай, малышка, – тетушка Джина встала из-за своего стола, разминая плечи. Увидев это, даже Шос, обладавший развитой мускулатурой и внушительным ростом, постарался стать как можно менее заметным, – ты сейчас пытаешься учить нас нашей же работе?

– Приходится. – огрызнулась Мажена. – Ведь вы в этом ничего не смыслите.

– Пойдем, выйдем? – предложила тетушка.

Вейя потеряла дар речи. Подобные предложения она ожидала услышать от перепивших и оттого слишком в себе уверенных завсегдатаев каких-нибудь дешевых баров или от мелких хулиганов, но никак не от капрала городской стражи.

По помещению разлилось злорадное предвкушение. Стражники не сомневались в тетушке и уже предвкушали веселое зрелище.

Назревающую ссору прервал ворвавшийся в управление стражник. Высокий, худой, весь какой-то нескладный, с растрепанными русыми волосами и мягкими чертами лица. А еще с нашивками сержанта и свертком свежей, еще теплой выпечки в руках.

Через несколько минут выяснилось, что это был тот самый малыш Алан – сержант, о котором горожане отзывались с теплом. Задержался он из-за того, что помогал некоей госпоже с мешками муки, которые привезли раньше, чем обещали, и просто выгрузили на углу кондитерской. Выпечка была от той же госпожи – благодарность за помощь.

Йормэ заметно подобрел, стоило ему в руки только попасть сладкой булочке с ягодной начинкой.

Появление сержанта Зоина, смущенно просившего звать его Алан, спасло ситуацию. А быть может, дело было в том, что почти сразу за ним появилась Эдна. Быстро оценив обстановку, она убежала делать чай.

Чашек хватило на всех, как и булочек в свертке из кондитерской. Госпожа оказалась щедрой женщиной.

Тетушка Джена не стала развивать конфликт в присутствии сержанта и вернулась на свое место.

Вейя заняла стул за одним из пустующих столов, что находился ближе всего к рабочему месту Алана. Йормэ предпочел уместиться на краю заваленной бумагами столешницы.

Сержант выслушал рассказ Вейи внимательно, изредка рассеянно отпивая из чашки с отколотым краем.

– Значит, вы хотите опросить не только родственников пропавших, но и людей, с которыми в недавнем времени случалось что-то странное. – подвел он итог.

– И нам нужен человек, который знает город.

Алан кивнул. Его не пришлось даже просить.

– Я помогу.

Йормэ воспринял желание сержанта помочь с особой благожелательностью, которая показалась Вейе странной. Когда чай был допит, а десерты закончились, и Алан предложил выдвигаться, она придержала лиса в дверях, потянув на себя.

Тот послушно склонился.

– Не слишком ли ты ему рад?

– А что такое, пирожочек? – весело спросил Йормэ. – Неужели ревнуешь?

Ответом ему был осуждающий взгляд.

– Что не так, Вейя? Он не может быть плохим человеком. Он поделился с нами десертами.

– Напомни, я уже говорила, что твоя любовь к сладкому когда-нибудь тебя погубит?

Лис лучезарно улыбнулся.

– И не раз, пирожочек. И не раз…

✧ ✧ ✧

Алан вел их по тихим и пустым улицам. Изредка Вейе удавалось разглядеть людей сквозь грязные окна витрин. Один раз из мясной лавки дальше по улице вышла женщина с увесистой корзиной. Не глядя по сторонам, она посеменила к магазину напротив. Большое объявление, выцветшее и поистрепавшееся, висевшее на одной из витрин магазина, обещало свежие овощи и вкуснейшие фрукты.

– Здесь всегда так безлюдно? – спросила Мажена. Она шла, сверяясь с самодельной картой, которую для нее нарисовал сержант. Он старательно прочертил улицы, расходящиеся от управления городской стражи, и указал места, где были найдены иссушенные тела. Пока Вейя и Йормэ планировали опрашивать население, Мажена собиралась осмотреть отмеченные места.

Алан озадаченно осмотрелся. Он жил в Дорхе с самого рождения и не видел ничего странного в пустых улицах.

– По будням здесь всегда тихо. – признался он медленно, как человек, который не уверен, что где-то может быть иначе. – Особенно днем. Но дождитесь выходных…

Запнувшись, он указал на узкую улицу, уходившую на запад.

– Если пойдете туда и за перекрестком свернете налево, попадете к месту, где было найдено второе тело.

Мажена присмотрелась к нарисованной карте, сверяясь с его указаниями. Кивнула и поблагодарила.

Йормэ, все это время рассматривавший улицу, неожиданно насторожился. Потянул Вейю за прядь. Он часто так делал – любил касаться ее волос. Потому что они были мягкими, гладкими и будто бы даже согревали пальцы слабым теплом. И потому что никому, кроме него, Вейя такого не позволяла.

– Посмотри-ка туда, – попросил он, указывая на вывеску, где большими буквами было написано «Золотая игла».

– Заглянем ненадолго, – решила Вейя и первой поспешила к зданию. Неплохо было бы лично поговорить с Анитой и услышать о случившемся с ее точки зрения.

Уже подходя к зданию, Йормэ резко сменил направление. Его манил открытый прилавок, выходивший на улицу из здания.

Увидев возможного покупателя, женщина, кутавшаяся в шерстяную шаль, отставила чашку с горячим чаем и выплыла из недр своей лавки.

– Подходи-подходи, молодой-красивый, – профессионально зазывала она. – У нас все свеженькое. Только из печи.

Швейная мастерская делила одно здание с небольшой пекарней, вывеска которой была маленькой и терялась на фоне внушительного названия мастерской. У пекарни и название было скромное – «Пироговая».

Сержант растерянно посмотрел на Вейю. Та лишь отмахнулась.

– Не обращайте внимания. Он всегда такой.

А Йормэ уже жадно рассматривал ассортимент пекарни. Вопреки названию, за слабой завесой магии, защищавшей нутро лавки от холода и ветра, можно было увидеть не только пироги.

Женщина, заприметив Вейю, попыталась пригласить и ее выбрать себе что-нибудь, но та вежливо отказалась.

– Скажите, вы давно здесь работаете?

– Уж почитай двенадцать лет, – кивнула женщина, с подозрением глядя на Вейю. Ее не радовали люди, отказывавшиеся у нее что-нибудь купить. И вызывали подозрение стражники, которых она никогда не видела, но которые задавали странные вопросы.

Вейя чувствовала эту настороженность и уже подумывала что-нибудь купить для налаживания отношений, но все разрешилось само собой.

Увидев Алана, женщина обрадовалась ему, как родному, и заметно повеселела. И когда сержант спросил, не знает ли она, работает сегодня Анита или нет, торговка охотно поделилась последними новостями:

– Так уж почти неделю как уволилась, бедолажка. Совсем ее довели.

Не потребовалось много времени, чтобы женщина разговорилась и легко рассказала о том, что после того, как Йонс оставил Аниту в покое, проблемы девушки никуда не исчезли. Теперь люди стали подозревать ее в ведовстве и в том, что она сама как-то отворожила его от себя. Пошли слухи, что она же его ранее и приворожила.

Выносить это Анита больше не могла и уволилась.

– Девка она рукастая, – по секрету сообщила женщина, – да и работу свою знает. В любом городе не пропадет.

– Хотите сказать, Анита собирается покинуть Дорху? – насторожился Йормэ, на мгновение забыв о выпечке.

Торговка закивала:

– Она сама так и говорила, что сил ее нет больше и она скоро со всем покончит. Да и что ж делать? Жизни ей здесь уже не будет. И ничего ее в этом городе больше не держит. – Хватило одного удивленного взгляда Йормэ, чтобы женщина добавила: – Когда все эти слухи про ведовство поползли, мать Аниты совсем плоха стала. А потом и вовсе умерла. Три дня назад похоронили.

Вейя похолодела. Возможно, она была излишне пессимистичной особой, но после всего услышанного фраза о том, что у девушки больше нет сил и она скоро со всем покончит, не походила на план начать жизнь заново. В представлении Вейи это больше выглядело обещанием эту жизнь скоро закончить.

Анита долгое время подвергалась преследованию, не могла найти защиты и вынуждена была со всем справляться в одиночку. А после того, как проблема, казалось, разрешилась сама собой, она же в глазах общества стала чуть ли не преступницей…

– Вы знаете, где она живет? – спросила Вейя. Сердце ее билось так громко, что, казалось, его стук должны слышать все вокруг.

Торговка замялась, но все же назвала адрес после того, как Йормэ согласился купить у нее несколько сладких пирожков.

– Я сама эти ягодки собирала, – напевала женщина, заворачивая покупку, – сама перетирала, сама закрывала…

– А там точно ягодки? – с сомнением спросил лис, принюхиваясь. Но торговка заверила его, что в своих-то пирожках она не запутается, а пахнет от них мясом и грибами, потому что рядышком лежали.

Йормэ поверил, уж очень уверенно она это говорила, с благодарностью принял сверток и поспешил за Вейей, которой не терпелось поскорее найти Аниту.

Сержант молча следовал за ними, не задавая вопросов, но сохраняя на лице растерянное и непонимающее выражение.

Квартира, которую Анита снимала с напарницей, располагалась в старом трехэтажном доме. Темная лестница пропиталась запахом сырости, плесени и…

– Псиной пахнет, – проворчал Йормэ, брезгливо морщась.

– Ты же лис, – напомнила Вейя, перескакивая через ступени, чтобы поскорее оказаться на последнем этаже. – Вы с собаками почти братья.

– И что, пирожочек, ты всех своих родственников любишь? – спросил он ехидно, пряча нос в рукаве кителя.

Вейя промолчала, только бросила на Йормэ испепеляющий взгляд. Она была уверена, что любит свою семью, хоть и признавала, что отношения у них довольно сложные.

Ей никогда не доставало тепла и заботы, и долгое время Вейя была уверена, что так и должно быть, что она не заслуживает ничего из этого. Пока не познакомилась с Йормэ и не поняла, что не обязательно выпрашивать любовь, чтобы тебя любили.

На третьем этаже было всего две двери. Этот этаж достраивали уже после того, как здание было закончено, из остатков материалов, поэтому с улицы третий этаж сильно выделялся. Он занимал только половину всего здания и выглядел довольно неловко.

И квартиры здесь были самыми дешевыми.

Вейя недолго выбирала между двумя дверьми и забарабанила в обе. Одна открылась довольно скоро, и на пороге показалась сонная и недовольная женщина, недавно вернувшаяся с ночной работы и еще не успевшая отдохнуть.

Скомкано извинившись, Вейя, не прекращая, барабанила во вторую дверь. Но та так и не отворилась.

– Быть может, она куда-то вышла? – предположил Алан. Для него в этом мире всегда светило солнце.

Вейя отрицательно покачала головой.

– У меня дурное предчувствие.

– Тогда нам стоит войти, – решил Йормэ и, отодвинув Вейю, положил руку на замок. По двери от его ладони поползла легкая изморозь. Через несколько мгновений щелкнул замок.

– Мы не можем… – попытался вразумить их Алан, но не был услышан. Лис решительно распахнул дверь и первым вошел в квартиру, держа подмышкой сверток с пирожками. Возможности попробовать их ему пока не выпало.

– Дверь открыта, разве нам, как стражникам, не нужно найти хозяев дома и предупредить их о том, что они забыли запереться? По городу бродит похититель, такая беспечность сейчас небезопасна.

– Но это же вы…

Вейя положила ладонь на плечо сержанта. Смотрела на него она почти с сочувствием. Многим людям было сложно свыкнуться с Йормэ, слишком уж непростой у того был характер.

Квартира была небольшой и скромно обставленной, но чистой и уютной. Из маленькой гостиной вело четыре пути помимо входной двери: один арочный проем – на кухню, и три запертые двери за старым диваном, заботливо укрытым лоскутным покрывалом.

За первой дверью оказалась ванная комната. За второй – чистая и пустая спальня. За третьей – тоже спальня, но далеко не пустая.

На мгновение Вейя оцепенела, увидев тело на кровати. В нос ударил запах крови.

Девушка лежала на кровати, поверх покрывала в сорочке, скрестив руки на животе. Белая ткань в мелкий цветочек потемнела и промокла насквозь. За спиной Вейи тихо охнул взволнованный сержант и выругался Йормэ.

И Вейя пришла в себя, бросилась к кровати, суматошно пытаясь нащупать пульс на тонкой девичьей шее. Анита была девушкой красивой, но смертельная бледность делала ее облик отталкивающим и даже пугающим.

– Живая! – дрожащим голосом воскликнула она. И повторила немного тише: – Живая.

Вейе уже доводилось видеть трупы. И не все они выглядели прилично. Но впервые ей пришлось столкнуться с попыткой самоубийства.

Мгновение она смотрела на белое, бескровное лицо, сомневаясь, что стоит тревожить девушку, уже потерявшую так много крови. Но страх не успеть подгонял. Вейя подхватила Аниту и бросилась прочь из квартиры.

Тело в ее руках казалось почти невесомым.

Только выбежав на улицу, она осознала, что понятия не имеет, где находится ближайший лазарет, но Алан уже выскочил на улицу следом за ней и за Йормэ и бросился дальше по улице.

– Сюда!

В этот момент безлюдность улиц оказалась как нельзя кстати.

Лазарет располагался на соседней улице. Прелесть маленьких городков заключалась в их компактности. Но в этом же был и их недостаток.

Алан первым ворвался в холл, следом за ним влетела Вейя с бесчувственной Анитой на руках, Йормэ был последним. Столь стремительное явление перепугало немолодую женщину и двух девушек – вчерашних студенток. Мгновение ошеломленной тишины для Вейи продлилось вечность. Потом холл взорвался криками.

Их не сразу начали расспрашивать о том, что случилось. Строго велели перенести и уложить Аниту в палате и отойти. Вейя подчинилась, но отступить не успела, замешкалась и заметила на руках девушки длинные и глубокие порезы. И ожог…

– Подождите! – Вейя схватила руку Аниты, внимательно разглядывая ожог. Это был неполный круг с широким кольцом внутри и пятью пересекающими его линиями. Глубокий порез проходил прямо по нему, искажая рисунок.

Раньше, чем лекарь, вызванный для помощи Аните, успел возмутиться, Вейя отпустила руку и отшатнулась. Вышла в коридор, где ее ждали Йормэ и Алан.

– Что? – спросил лис, заметив ее потрясенное выражение лица. У Вейи был веский повод выглядеть потрясенной, но сейчас это не было похоже на «Эй, она вскрыла себе вены». Это скорее было похоже на «Мы в полном дерьме».

– У нее была метка, – медленно произнесла Вейя. – Как и у наших трупов.

Йормэ глянул поверх ее головы в палату, где над Анитой склонился лекарь и его помощница.

– Поправь меня, если я ошибаюсь, но трупы были полностью иссушены, а она, хоть и потеряла много крови, но выглядит значительно лучше тех тел.

– В том-то и дело. – Вейя хотела растереть лицо, но заметила на ладонях кровь и передумала.

Она отлучилась, чтобы смыть кровь.

Уборная в лечебнице оказалась маленькой, с едва работавшим светильником и неудобной раковиной. В зеркале с отколотым углом Вейя рассмотрела свое бледное лицо – на щеке и подбородке тоже обнаружились капли крови. На темной ткани кителя были плохо видны кровавые разводы. Вечером ей определенно придется убить кучу времени, чтобы счистить кровь с формы…

Руки Вейя отмывала долго. Старательно стерла успевшие подсохнуть капли с лица. Внимательно осмотрела свое отражение и только после этого вышла в короткий глухой коридор.

Когда она вернулась, Йормэ и Алан уже заканчивали беседу с лекарем.

Главное Вейя успела узнать: жизни Аниты ничего не угрожало, но она потеряла слишком много крови и прийти в сознание должна была не скоро. Йормэ настойчиво просил сообщить в управление, когда она очнется. После того как выяснилось, что на руке Аниты есть печально знакомая им метка, беседа с ней стала одним из важнейших дел ближайшего будущего.

Оставив девушку в лазарете, стражники покинули здание. Вейя замешкалась, не представляя, куда теперь им идти.

– Наверное, стоит вернуться, – произнесла она неуверенно. – Кажется, мы не заперли дверь.

Да и как бы они могли ее запереть, если Йормэ заморозил замок, а размораживать его у них не было времени. Они направились назад, к трехэтажному неуклюжему зданию. И Вейя надеялась, что соседка Аниты еще не вернулась, не увидела распахнутую дверь в квартиру и в комнату Аниты. И не заметила следы крови на полу рядом с кроватью.

Йормэ будто только сейчас заметил сверток, что все еще сжимал в руке. Зашуршал бумагой.

Алан скользнул по нему взглядом, среагировав на звук, и ошеломленно приоткрыл рот.

– Вы действительно собираетесь сейчас есть? – спросил он, не веря своим глазам. Йормэ с серьезным видом принюхивался к первому пирожку из свертка. – После того, что произошло?

Лис удивленно посмотрел на него.

– А что произошло? Девушка выжила. Мы молодцы. А значит, можем себя побаловать… Ты что, никогда раненых не видел?

– Видел, – признался Алан. Из-за рабочих, приезжавших в шахты, видеть кровь ему приходилось часто. – Даже трупы видел.

Хотя за все время своей службы с близкого расстояния тело он видел лишь однажды… И после того, как его вывернуло прямо на сапоги капитана, к мертвецам Алана не подпускали.

– Так в чем проблема? – спросил Йормэ и протянул сверток Вейе, предлагая угоститься.

Она отказалась. Нос все еще щекотал легкий запах крови, это полностью отбивало любой аппетит.

Покосившись на Алана, лис несколько мгновений сомневался, но решил с ним все же не делиться. Парень был слишком бледным и впечатлительным и мог воспринять его щедрость как издевку.

– Мне же больше достанется, – решил он и откусил приличный кусок. Мгновение ничего не происходило. Потом лицо Йормэ вытянулось. Он перестал жевать.

– Что-то не так? – спросила Вейя обеспокоенно. Во взгляде лиса отражалась вся скорбь мира. Ей стало не по себе.

– Это конец, пирожочек. Он с мясом.

Йормэ протянул пирожок Вейе, предлагая ей самой убедиться в возмутительной человеческой подлости.

– Ты можешь быть серьезнее? – раздраженно спросила она. Случай с Анитой и ее выбил из равновесия. Вейя всегда боролась из последних сил, никогда не сдавалась и сейчас, увидев чужое поражение, не могла справиться с эмоциями. Пожалуй, это напугало ее сильнее, чем она готова была признать.

– Я совершенно серьезней, пирожочек, – лис с подозрением рассматривал оставшиеся в свертке пирожки. – Меня самым наглым образом обманули, а я этого не заметил. Если капитан узнает, уволит меня за профессиональную непригодность.

Вейя покачала головой. Йормэ часто пользовался тонким лисьим слухом во время допросов. Благодаря чему у него получалось понять, когда человек врет, а когда говорит правду. Но это был не идеальный способ, успех которого зависел от множества факторов.

– Ты ведь сам знаешь, что он тебя не уволит.

Йормэ проворчал что-то в ответ. Он так и шел с надкусанным пирожком в одной руке и подозрительным свертком – в другой, не зная, что делать, пока Вейя не отобрала у него пирожок.

– Просто разломай их и проверь, какие с чем, – предложила она.

К тому моменту, как они дошли до неуклюжего трехэтажного дома, Йормэ отыскал два сладких пирожка и еще один с мясом, который охотно забрала Вейя. Несмотря на ворчание лиса, ей все понравилось. Даже остывшие пирожки оказались очень вкусными.

Алан, отставший на шаг, следил за ними со смирением человека, уже давно привыкшего работать со странными личностями. Если бы не его умение мириться с реальностью, долго в управлении он бы не продержался.

✧ ✧ ✧

Мажена не была уверена, что нашла правильное место. Пустырь, начинавшийся по левой стороне улицы, выглядел довольно подозрительно, но из-за скудных сведений в отчете было трудно понять, в какой именно части этой заросшей пожелтевшей и подвядшей высокой травой местности был найден труп.

Окинув взглядом домики, окна которых выходили на пустырь, Мажена уже собиралась опрашивать местных, чтобы выяснить, где именно копошились стражники чуть меньше месяца назад. Но ее окликнули.

– Капрал Берге! – на повороте, с небольшой корзиной наперевес, стояла Эдна. – А что вы здесь делаете?

Это было похоже на подарок судьбы. И Мажена собиралась им воспользоваться. Признавшись, что она пришла сюда, чтобы еще раз осмотреть место, где был найден один из трупов, Мажена ненавязчиво поинтересовалась, неизвестно ли Эдне, где именно это случилось…

И получила ответ.

– Вон там. Напротив синего дома. – Эдна махнула рукой дальше по улице. Где и правда стояло приметное здание неопределенного цвета. Синим его можно было назвать с натяжкой.

Быстро поблагодарив, Мажена уже готова была ринуться в указанном направлении, но что-то заставило ее придержать нетерпение.

– Могу я узнать, что вы здесь делаете? – спросила она. Эдна была самой доброжелательной и приветливой сотрудницей управления. И Мажене она была симпатична, что не мешало ей оставаться подозрительной.

Эдна пожала плечами и нарочито перехватила корзину поудобнее.

– Сестре тетушки Джины нездоровится, поэтому я помогаю ей с покупками. Она живет здесь, недалеко. – Одарив Мажену теплой улыбкой, девушка с намеком добавила: – И я уже немного опаздываю.

Пришлось ее отпустить.

Дойдя до блеклой подделки на «синий дом», Мажена несколько минут стояла на обочине, гипнотизируя взглядом травяное море. Потускневшее, увядшее, отжившее свое, и от этого казавшееся зловещим.

Пустырь от дороги к густой еловой стене шел слегка под наклоном, благодаря чему Мажена смогла заметить сильно примятый участок травы шагах в двадцати от себя. И к этому участку вело сразу несколько дорожек, протоптанных в высокой траве. Она выбрала ту, что находилась ближе, и прошла к центру.

Трава доставала до середины бедра, и Мажена против воли замедлилась, напряженно осматриваясь. Виной ли тому была атмосфера этого места, или все из-за неприветливости города и утренней стычки с капралом, после которой настроение было просто отвратным, но в голову Мажены лезли только самые плохие мысли.

На протоптанном участке ничего найти не удалось. Если здесь когда-то и был магический след, его давно уничтожили неосторожные стражники и любопытные жители. Все, что ей удалось отыскать – едва заметная тропинка, ведущая в лес. Заметить ее можно было только по нескольким примятым травинкам и обломанным стебелькам.

И Мажена ступила на эту тропинку.

Вела она к лесу. Было заметно, что тот, кто пробирался сквозь траву, часто падал, идти ему было тяжело, порой бедолагу заносило в сторону.

По мере того как Мажена приближалась к лесу, злость ее на местную стражу только росла. Отчет о месте, где был найден труп, оказался простой отпиской. Никто ничего толком не осмотрел. Даже не потрудился. И теперь все, что у них было – эта едва различимая тропинка и подозрения, что именно труп ее и протоптал.

На самой границе леса Мажена остановилась. Что-то мешало ей войти в лес. Разлившаяся в воздухе магия была злой и сильной. Она липла к коже и отдавала гнилой, застоявшейся водой на языке.

В просветах между деревьями реальность будто подернулась дымкой, стоило Мажене хотя бы попытаться рассмотреть что-то за зелеными еловыми лапами, как ее начинало мутить, будто она весь день тряслась в старой, разболтанной телеге, а после еще несколько километров вынуждена была пройти на руках.

Мажене пришлось отступить.

ПЯТАЯ ГЛАВА, в которой есть коты

– Там кто-то наворожил! – прошипела Мажена, стукнула кулаком по столу и тут же вжала голову в плечи, покосившись на немолодую женщину – хозяйку единственного приличного кафе на всю Дорху, как утверждал сержант.

После того как Мажена выяснила, что с лесом, из которого выбрался их иссушенный труп – сам выбрался, на своих двоих, но далеко уйти не смог, – не всё ладно, она прямиком направилась к управлению. Но внутрь заходить не стала, решив дождаться Вейю и Йормэ на улице. Видеть местных стражников ей категорически не хотелось.

И чем дольше она ждала, чем больше кругов по промерзшей земле делала, тем сильнее распалялась. И когда Вейя все же показалась среди облетевших деревьев, Мажена уже была похожа на раскаленный прут, только что вынутый из огня.

Разговаривать в управлении она наотрез отказалась, опасаясь, что точно кого-нибудь там сглазит. И тогда Алан предложил пойти в кафе. Согреться местным ягодным чаем и поговорить.

Так они и оказались в маленьком кафе, где пол и стены были облицованы мелкой мозаичной плиткой. Столы здесь были маленькие, круглые, на одной ножке, расходившейся к низу тремя подпорками. Деревянные столешницы, поцарапанные, с пятнами от пролитых напитков, хранили на себе чьи-то быстрые послания.

Старый граммофон в углу наигрывал тихую мелодию.

Вейя провела пальцем по признанию в любви, нацарапанному, судя по всему, вилкой.

Они сидели на шатких стульях, за столиком, слишком маленьким для четверых. Скрытые за зелеными листьями большого растения, растущего в объемном глиняном горшке.

Кафе оказалось совершенно пустым. Кроме них в помещении была только хозяйка, лениво натиравшая один и тот же стакан за стойкой. За ее спиной, на маленькой кухне, закипал чайник.

Мажена хотела поделиться своими впечатлениями от осмотра места раньше, чем им принесут чай.

– И хорошо наворожили, – продолжила она, когда хозяйка, скользнув по их столику взглядом, медленно отвернулась. – Если бы капитан сразу тщательно осмотрел то место, возможно, и сам бы заметил. Тогда ворожба еще была слабой, с ней справился бы любой достаточно сильный маг. Но теперь-то уже всё. Время потеряно. И в лес в том месте лучше не заходить. Иначе не выберешься.

Она рассказала о следах, ведущих в лес, и о том, что в отчете об этом не было ни слова.

– Вашему капитану стоило бы поучиться нормально составлять важные документы, – доверительно сообщила Мажена сержанту.

Тот неопределенно повел плечами. Он был слишком юн, чтобы поучать кого-то, хотя спорить с ведьмой не стал, прекрасно понимая, что она права. Алана и самого не радовало то, что он видел в управлении, но в одиночку ничего изменить не мог.

– Нужна карта, – сказал Йормэ рассеянно. Вполуха слушая Мажену, он вдумчиво изучал меню кафе, написанное мелом на большой доске позади хозяйки. – Проверим, что находится недалеко от того места, и как туда можно попасть, не входя в лес… Как яичный пирог может быть десертом?

Алан на мгновение растерялся, недоуменно глядя на Йормэ. Потом обернулся на доску и все понял.

– Он сладкий.

Этого оказалось достаточно, чтобы заинтересовать лиса.

Сержант хотел было что-то сказать, но, увидев, как спокойно Вейя и Мажена принимают необъяснимую тягу Йормэ к сладкому, и передумал.

– Я раздобуду подробную карту, – пообещал он, с трудом отвернувшись от лиса, который уже выспрашивал у хозяйки, правда ли яичный пирог делают из яйца, и как так вышло, что это десерт. – И постараюсь узнать, не замечали ли жители чего-нибудь странного в том районе.

– Нужна помощь? – спросила Вейя. Она была рада, что хотя бы один стражник в этом городе готов был работать. Это делало ситуацию не такой уж безнадежной.

Алан покачал головой.

– Я справлюсь. Люди могут не захотеть откровенничать в присутствии незнакомого человека, – сказал он, попытавшись смягчить свои слова улыбкой.

– Справедливо, – вынуждена была признать Вейя.

Мажена так хотела поскорее рассказать о том, что ей удалось найти, что высказала всё первой, не дав Вейе поделиться новостями.

– А как всё прошло у вас? – спохватилась она.

Вейя повела плечами. Несмотря на то, что Аниту они нашли уже без сознания, кое-что выяснить им все же удалось…

Вернуться в квартиру раньше соседки пострадавшей они не успели. И застали бледную, напуганную девушку на пороге. Она собиралась куда-то бежать и звать на помощь. И угодила прямо в объятия быстро сориентировавшегося Йормэ.

Девушку звали Фрэнси, и она оказалась очень впечатлительной и самоотверженной девушкой. Решив, что с ее соседкой случилась какая-то беда, она отчаянно вырывалась и требовала немедленно найти и спасти Аниту.

С трудом успокоив Фрэнси, Вейя попыталась задать ей несколько вопросов. Но девушка не замечала за Анитой ничего странного и не знала ни о каких подозрительных знакомых…

Фрэнси замерла, не закончив фразу, и медленно посмотрела на Йормэ.

– Разве что, была одна странность. Но совсем незначительная…

Мажена нахмурилась, слушая сухой пересказ произошедшего.

– Что странного в том, что Анита пошла куда-то с парнем?

– После того, как Йонс начал ее преследовать, Анита стала избегать мужчин. – объяснил Йормэ. – И от того парня она пыталась отделаться. Но потом он ей что-то шепнул, и Анита согласилась пойти с ним. А на следующий день Йонс начала ее игнорировать.

– И, – Вейя посмотрела на Йормэ, забывшего упомянуть важную деталь, – лицо этого парня Фрэнси так и не смогла вспомнить. Хотя утверждала, что хорошенько его рассмотрела, потому что парень показался ей подозрительным, и она старалась запомнить как можно больше деталей, чтобы в случае чего его смогли найти. Но сегодня Фрэнси не смогла даже сказать, брюнетом он был или блондином.

Куда бы он ни позвал за собой Аниту, домой она вернулась вечером и сразу же пошла спать. А проснулась уже свободной от навязчивого внимания.

На минуту разговоры за столом стихли. Хозяйка принесла чай и, специально для любопытного Йормэ, тарелочку с яичным пирогом.

Лис двумя пальцами аккуратно подцепил песочную корзинку, наполненную чем-то желтым и плотным.

– Кто придумал назвать это яичным пирогом? – проворчал он и откусил щедрый кусок. Прожевал его. Проглотил.

Вейя и сама не заметила, как, затаив дыхание, следила за ним.

– И как? – спросила она.

Йормэ молча пододвинул к ней тарелочку, где осталось еще четыре корзинки. Он не знал, как описать то разочарование, которое только что испытал. Ничего яичного в этой корзинке не было… Кроме, разве что, яркого желтого цвета, напоминавшего о яичном желтке.

Мажена подхватила одну из корзинок и передвинула тарелку к Алану. Вейя на десерт смотрела с сомнением и не спешила его пробовать. Ей хватило двух пирожков с мясом, чтобы чувствовать себя сытой и не готовой к подозрительным экспериментам.

– Итак, что будем делать дальше? – спросила Мажена, захрустев краем корзинки.

Йормэ переглянулся с Вейей. Их изначальный план – встретиться с госпожой Рандэ – был все еще в силе. И им следовало поторопиться. Темнело в этой местности очень рано. А с приходом темноты, по словам сержанта, в городе наступал негласный комендантский час. Никто его официально не назначал, но все старались придерживаться. Горожане делали все, чтобы оказаться дома раньше, чем часы на здании почты в центре города пробьют восемь вечера.

✧ ✧ ✧

Выйдя из кафе, они разделились. Вейя и Йормэ отправились к госпоже Рандэ. Алан подробно объяснил им путь до ее дома, попутно нарисовав небольшую схему на салфетке выменянным у хозяйки на медяк карандашом.

Алан определенно имел талант к картографии. Схемы у него получались четкими и точными, несмотря на то, что составлял он их по памяти.

Мажена отправилась с сержантом, чтобы первой узнать, что находится на том участке леса и что же таинственный преступник пытается скрыть…

Дом госпожи Рандэ представлял собой аккуратное одноэтажное здание, сильно отличавшееся от всего, что Вейе и Йормэ уже доводилось видеть в городе. Домик скрывали пушистые, полуоблетевшие кусты. Осенний багрянец листьев странно контрастировал с ярким розовым цветом стен дома.

Большие окна украшали шторы с цветочным рисунком. Дорожка, ведущая к крыльцу, была выложена разноцветным камнем. Резные концы белой крыши напоминали кошачьи ушки…

– Как будто игрушечный, – пробормотала Вейя, озвучив их общие мысли. Йормэ согласно кивнул.

Первой по дорожке из разноцветного камня к белой двери пошла Вейя. Лис возвышался за ее плечом, отставая на шаг. Он к чему-то нервно принюхивался. Кончик его хвоста раздраженно дергался.

– Кошками пахнет, – пожаловался Йормэ, когда они поднялись по двухступенчатой лестнице и Вейя взялась за дверной молоток, выполненный в форме кошачьей лапы.

Она ничего не сказала. Лисий нюх был тоньше и острее человеческого, поэтому она безоговорочно поверила ему на слово, но ничего подозрительного в его замечании не увидела…

Пока хозяйка дома не открыла им дверь…

Госпожа Рандэ была женщиной средних лет. Невысокая, в яркой цветастой шали, она оказалась на голову ниже Вейи. На крыльцо, из-под длинной юбки госпожи, вывалился упитанный черный кот с большим белым пятном на половину морды. Он обнюхал Вейю и остался ею полностью доволен.

Йормэ же его благосклонности не заслужил. Обнюхав ботинок лиса, кот зашипел и несколько раз ударил его лапой по ноге. Решив, что этого достаточно, кот развернулся и гордо удалился обратно в дом.

Стоило только его пушистому хвосту исчезнуть из вида, как у дверей, прижимаясь к хозяйке, появилось еще три кота.

– Могу я вам чем-то помочь? – вежливо осведомилась госпожа Рандэ, глядя на Йормэ с подозрением. Она не доверяла людям, которые не нравились ее котам. Рауль тоже не нравился ее самой первой кошечке, но она не обратила на это внимание и вышла за него замуж. И больше не собиралась совершать подобных ошибок.

Уточнив личность открывшей им женщины и убедившись, что перед ними та самая Эмилия Рандэ, Вейя произнесла, вежливо улыбаясь:

– Мы должны задать вам несколько вопросов.

Она заметила неприязненный взгляд, направленный на Йормэ, и постаралась привлечь внимание госпожи к себе.

– Разрешите войти?

Женщина нехотя посторонилась, пропуская их в дом.

– Полагаю, вы те самые стражники из столицы, о которых говорит весь город. – произнесла Эмилия, провожая их в гостиную.

Идти было сложно. Котов в доме было великое множество, и некоторые из них пытались обтереться о ноги Вейи, забраться ей на руки, цепляясь за плотную ткань формы, или играючи охотились на нее.

– А ты им нравишься, пирожочек. – заметил Йормэ. Его коты игнорировали. Только самые любопытные подходили к лису, чтобы обнюхать его, и почти сразу отступали.

Йормэ, никогда раньше не сталкивавшийся с таким пренебрежением, особенно от животных, выглядел возмущенным.

Эмилия провела их в гостиную. Жестом предложила сесть на единственный свободный диванчик. И заняла кресло напротив.

Ей на колени тут же запрыгнула трехцветная, совсем еще молоденькая кошечка. Женщина с благосклонным видом погладила ее.

– Итак, что вы хотели узнать?

Начала Вейя издалека. Со стандартных вопросов.

Госпожа Рандэ отвечала неохотно и односложно.

Ничего странного в поведении мужа перед его похищением она не замечала. Врагов, которые могли бы хотеть его смерти, у господина Рандэ не было…

– Рауль работал в мастерской. Чинил всякую мелочь. Вел совершенно скучную жизнь. – Эмилия пожала плечами. – Откуда у такого человека могут взяться враги?

Вейя кивнула, принимая такой ответ.

– Скажите, а что делал ваш муж за день до исчезновения?

Эмилия задумалась.

– Это были выходные. Я была занята делами и не успела приготовить ужин. Он, как всегда, устроил скандал. Обидел мою милую Мышку. – она кивнула на серую кошку необъятных размеров, пытавшуюся вылизать круглый бок. – Рауль терпеть не мог моих кошек. Что он вообще понимал? Жалкий неудачник…

Слова вырвались раньше, чем Эмилия успела осознать их смысл. Она осеклась. Кашлянула.

– Рауль быстро отошел и предложил поужинать в кафе. Так мы и сделали. Потом сыграли несколько партий в «Игру смерти» с очаровательным молодым человеком. И вернулись домой. А утром Рауль пропал.

________________________________________________________________________

«Игра смерти», она же «сенет» – древнегреческие нардоподобные гонки.

________________________________________________________________________

Вейя подалась вперед.

– Во что вы играли?

– «Игра смерти». – повторила Эмилия. – Занимательнейшее развлечение.

Заметив на лице Вейи полнейшее непонимание, она объяснила:

– Это местная забава. Неудивительно, что вы не знаете. Правила у нее довольно просты, и, в отличие от зловещего названия, ничего страшного в ней нет. На поле из тридцати квадратов соперники должны первыми провести свои фигуры по всем ячейкам и вывести их с доски. Фигуры обозначают потерянные души, а доска – все преграды и трудности, что им предстоит пройти перед тем, как получить право на перерождение. Отсюда и пошло название.

– Языческая игра. – заметил Йормэ. Без осуждения или удивления. Они находились на границе государства. В затерянном среди лесов и гор городке, где не было ни намека на святилище Извечной. Лис не сомневался, что в этих местах еще жили старые, языческие традиции и обряды. Эта игра была лишь одним из множества свидетельств того, что руки жрецов Извечной были не такими длинными, как тем хотелось бы.

Эмилии в его словах почудился упрек. Она обожгла лиса злым взглядом.

– Вы играли? Или только ваш муж? – поспешно спросила Вейя, опасаясь, что их сейчас попросту выгонят. Она так привыкла, что Йормэ нравился решительно всем, и теперь пребывала в растерянности, видя такую неприкрытую враждебность к нему.

– Мы оба. – неохотно произнесла Эмилия. И добавила: – Я выиграла. Но Раулю не повезло.

– Он проиграл?

Эмилия кивнула. Она и сама не понимала, зачем сказала это. Просто хотела, чтобы все знали, что она была во всем лучше своего никчемного мужа, отравлявшего ей жизнь больше двадцати лет.

– Как ваш муж отреагировал на поражение? Не поссорился ли со своим противником? Быть может, кто-то тогда затаил на вашего мужа обиду?

– Н…нет, – не очень уверенно произнесла Эмилия, вспоминая, что случилось после того, как ее муж завершил партию. Она отчетливо помнила, как они вышли из кафе, увидели толпу рядом с беседкой дальше по улице и заинтересовались.

Там, за столом из потемневшего и рассохшегося дерева, с пеналом для игры сидел привлекательный молодой человек. Он как раз завершал очередную партию с какой-то девушкой.

Та выиграла, но не выглядела особенно радостной. Парень поздравил ее с победой, пообещал, что ее желание обязательно исполнится, когда она поднялась, собираясь уходить. А после обвел толпу взглядом и спросил, не желает ли кто-нибудь еще с ним сыграть.

Рауль всегда был излишне самоуверен и отчего-то считал, что лучше всех знает, как победить в Игру Смерти. Он вызвался. И проиграл.

Эмилия помнила светлые, смеющиеся глаза того парня. Он смотрел на нее, пока Эмилия пыталась успокоить мужа. Предложил сыграть. И она почему-то согласилась, хотя никогда не считала себя азартной. Победила.

Он и ей пообещал, что ее желание непременно сбудется.

Все было как в тумане.

Утром ее муж пропал, а после обеда пришло письмо с поздравлением – ее программа по развитию города победила… Тогда-то Эмилия и вспомнила слова странного парня со светлыми, смеющимися глазами.

Она не понимала, почему сбылось сразу два ее заветных желания. Но знала наверняка, что никогда и никому об этом не расскажет.

– Тот юноша был невероятно мил, – медленно произнесла Эмилия, – и он вовсе не злился на Рауля. Хотя мой муж и позволил себе несколько грубых слов.

Эмилия качнула головой и уже увереннее закончила:

– После того, как Рауль проиграл, я тоже решила сыграть партию и выиграла. И после этого мы отправились домой. Рауль лег пораньше, так как очень разозлился из-за своей неудачи. Отыграться тот милый юноша ему не позволил, сказав, что с одним человеком он может сыграть только одну игру.

Вейя и Йормэ переглянулись.

– Где, говорите, вы встретили того человека?

ШЕСТАЯ ГЛАВА, в которой строятся теории

В управлении было тихо. Половина стражников уже разошлась по домам, хотя до конца рабочего дня оставалось еще почти два часа.

За своими столами сидели только тетушка Джина, разгадывавшая кроссворд из еженедельной газеты, и констебль Шос, который во всем равнялся на капитана и не смел покинуть управление раньше начальства. В его бездумной старательности было свое очарование.

Мажена растерла лицо руками. Глаза пекло. Ей битых три часа пришлось просматривать все карты, которые Алан нашел в архивах. Они пытались составить свою схему зачарованной местности по скудным обрывкам информации.

Утром Мажена прошлась по всем трем местам, где были найдены иссушенные тела, и только пустырь выглядел подозрительно. Второе тело было найдено на тихой улице. Третье – на маленькой площади. По всему выходило, что раньше, чем полностью умереть, на остатках жизненной силы, погибшие пытались добраться до своего дома.

И если путь их лежал в разных направлениях, то, присмотревшись, можно было сделать вывод, что начинался он из одной точки…

Прямо перед Маженой, на стол, рядом с неудачной имитацией карты, опустилась чашка с горячим чаем.

– Вам нужно немного отдохнуть. – заботливо заметила Эдна. На подносе в ее руках стояло еще несколько чашек – для каждого, кто находился в управлении.

– Спасибо. – рассеянно кивнула Мажена. – Пожалуй, так и сделаю.

Она откинулась на спинку стула и закрыла уставшие глаза.

Из всего, что они смогли найти, четкая картина не вырисовывалась. К картам тут относились так же, как и ко всему остальному – с умеренной долей равнодушия. Недостаточной, чтобы все развалилось, но значительной для создания проблем.

На некоторых картах в лесу был отмечен небольшой домик, на других – заводское предприятие, о котором никто в управлении ничего вспомнить не мог. Были и такие карты, где не было отмечено совсем ничего. И только лес простирался до самых западных гор.

Но Мажена не сомневалась – там, в лесу, что-то есть. И они обязаны добраться до этого во что бы то ни стало.

Дверь управления тихо скрипнула, впуская внутрь притихшего, хмурого Йормэ и задумчивую Вейю.

Мажена поднялась им навстречу.

– Где сержант? – спросила Вейя, осматривая помещение.

Словно только и дожидаясь, когда о нем вспомнят, со стороны уборной показался Алан. С мокрых волос на китель капала вода.

– Ты голову под кран засунул, что ли? – удивился лис.

Алан смущенно пожал плечами и пригладил пятерней влажные пряди.

– Нужно было освежиться. – признался он, покосившись на хаос, что царил теперь и на его столе. – Вам удалось что-нибудь выяснить?

Вейя покосилась на тетушку Джину и неопределенно пожала плечами. Рассказывать о том, что они узнали, в присутствии этих людей ей ничуть не хотелось. Она не рассчитывала получить от них помощь и не хотела слушать их насмешки и комментарии.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.