Жоэль Диккер
Дикий зверь

Un animal sauvage – Nouveauté Joël Dicker

Перевод с французского Ирины Стаф

© Joel Dicker, 2024

© И. Стаф, перевод на русский язык, 2025

© А. Бондаренко, художественное оформление, макет, 2025

© ООО “Издательство ACT”, 2025 Издательство CORPUS ®

Факты

Второго июля 2022 года во всех женевских новостях заговорили о сенсационном ограблении.

Эта книга – рассказ об истории нашумевшего налета.

Пролог

День налета

СУББОТА, 2 ИЮЛЯ 2022 ГОДА

9 час. 30 мин.

Двое налетчиков одновременно проникли в ювелирный магазин с двух сторон.

Первый – через главный вход, как обычный покупатель. Изысканный костюм ввел в заблуждение охранника, бейсболка и темные очки в июле месяце были в порядке вещей.

Второй, в балаклаве, вошел со служебного входа: угрожая обрезом, заставил сотрудницу магазина открыть дверь.

У них все было продумано. Они добыли план магазина, выяснили часы работы персонала.

Оказавшись внутри, Балаклава запер связанную женщину в подсобке и поспешил к сообщнику. Бейсболка при виде него выхватил револьвер и заорал: “Это ограбление, всем стоять на месте!” Потом достал из кармана секундомер и нажал на кнопку.

В их распоряжении было ровно семь минут.

Часть первая
Перед ее днем рождения

Глава 1
За 20 дней до налета

ВОСКРЕСЕНЬЕ, 12 ИЮНЯ 2022 ГОДА

ПОНЕДЕЛЬНИК, 13 ИЮНЯ

ВТОРНИК, 14 июня

СРЕДА, 15 ИЮНЯ

ЧЕТВЕРГ, 16 ИЮНЯ

ПЯТНИЦА, 17 ИЮНЯ

СУББОТА, 18 ИЮНЯ

(Уикенд в Сен-Тропе)

ВОСКРЕСЕНЬЕ, 19 ИЮНЯ

(Уикенд в Сен-Тропе)

➧ ПОНЕДЕЛЬНИК, 20 ИЮНЯ (День рождения Софи)

Дом был современный. Большой стеклянный куб высился посреди безупречно ухоженного сада с бассейном и просторной террасой. Участок окружен лесом. Настоящий оазис, маленький потаенный рай вдали от чужих глаз, куда вела частная дорога. Здешние обитатели были под стать дому: Арпад и Софи Браун, изумительная, идеальная пара, счастливые родители двоих чудесных детей.

В то утро Софи открыла глаза ровно в шесть. С недавних пор она всегда просыпалась в одно и то же время. Арпад, муж, спал рядом глубоким сном. Воскресенье, хорошо бы еще подремать. Она повернулась на другой бок, но сон не шел. В конце концов она тихонько встала, накинула халат и спустилась на кухню сварить себе кофе. Через неделю ей исполнится сорок, и она была красива как никогда.

С опушки леса стеклянный куб отлично просматривался. Мужчина, притаившийся за деревом, был одет в темный спортивный костюм, делавший его невидимкой. Он не спускал глаз с Софи на кухне.

Софи стояла у окна с чашкой в руке и смотрела на лес, обступивший сад. Утренний ритуал. Она озирала свое маленькое царство и не подозревала, что за ней следят.

В нескольких километрах оттуда, в центре Женевы, катил по пустынному проспекту серый “пежо” с французскими номерами. Водителя за ветровым стеклом было почти не видно в рассветном сумраке. На машину обратил внимание полицейский патруль. Мигалки окрасили фасады окрестных домов в синий цвет. Полиция проверила “пежо” и водителя. Все документы в полном порядке. Полицейский спросил, что водитель намерен делать в Женеве. “К родным приехал”, – сказал тот. Полицейские, удовлетворившись ответом, удалились. Водитель порадовался, что купил эту подержанную тачку: и цена сходная, и, главное, все совершенно легально. Лучший способ остаться незамеченным.

Софи по-прежнему стояла у окна и смотрела в сад. Бывало, по газону пробегала лиса. А однажды она даже видела косулю. Дом они с мужем купили в прошлом году, и она его обожала. Раньше они жили в самом центре Женевы, в квартале Шампель, но с какого-то времени у обоих засела в голове мысль о собственном доме с садом, для детей. Рост цен на жилье подтолкнул их: они очень выгодно продали квартиру и стали подыскивать дом. Едва увидев эту дизайнерскую виллу в элитарной коммуне Колоньи, оба, не колеблясь ни секунды, остановили выбор на ней. Какое счастье просыпаться каждое утро в этом волшебном месте, всего в четырех километрах от центра Женевы, где они оба работали. Несколько остановок на автобусе, двенадцать минут на машине, пятнадцать – на электровелосипеде для бобо[1], и ты в другом мире.

Теперь мужчина, прятавшийся в подлеске, разглядывал Софи в маленький полевой бинокль. Изучал ее стройное тело, едва прикрытое коротким халатиком, задержал взгляд на верхней части бедра, где виднелось тату с пантерой.

Позади него, в паре десятков метров, терпеливо ждал привязанный к дереву пес. Он лежал на куче листьев и, казалось, привык к такому обращению. Хозяин уже несколько недель по утрам приходил сюда. Садился здесь на рассвете и смотрел на Софи сквозь панорамные окна. Брауны не опускали жалюзи на ночь, и он видел все: как она встает, спускается на кухню, варит себе кофе и пьет его у окна. Такая желанная. Он сходил по ней с ума. Просто наваждение.

Софи допила кофе, поднялась на второй этаж и вошла в супружескую спальню. Разделась и скользнула нагишом в постель, к еще спящему мужу.

Мужчина в лесу жадно смотрел на нее. Но вскоре реальность напомнила ему о себе. Пора уходить, нужно вернуться домой, пока не проснулись Карин и дети.

Он отвязал пса и бегом пустился в обратный путь. Свернул на проселок, выбежал на главную улицу и вскоре был уже в Колоньи, возле группки смежных домов. Дома были одинаковые – жилье для среднего класса по сходной цене. О них в свое время немало судачили в шикарной коммуне, привыкшей к люксовым особнякам.

Войдя, он услышал голос жены:

– Грег, это ты?

Карин сидела в гостиной, пила чай и читала. Дети еще спали.

– Ты уже на ногах, дорогая? – спросил он с напускным безразличием.

– Я слышала, как ты встал, и потом так и не уснула.

– Прости, не хотел тебя будить. Пробежался с собакой.

У Грега все еще стояла перед глазами Софи. Он сел на диван рядом с женой и прижался к ней. Но Карин явно была не в настроении.

– Перестань, дети вот-вот проснутся. Могу я раз в жизни почитать спокойно.

Расстроенный Грег поднялся на второй этаж и пошел в душ – ванная примыкала к их спальне. Долго стоял под прохладной струей воды. Если все откроется, утренние похождения могут дорого ему обойтись. Он может потерять работу. И Карин от него уйдет. Ему самому было стыдно: как это, шпионить за женщиной в ее собственном доме. Но он ничего не мог с собой поделать. В том-то и загвоздка.

Неодолимая тяга к Софи возникла у него месяц назад, когда Брауны устраивали вечеринку. С того вечера его словно подменили.

Месяц назад

СУББОТА, 14 МАЯ 2022 ГОДА

Грег с Карин могли дойти пешком, но пришлось ехать на машине: погода стояла отвратительная. Поездка заняла минуты три, не больше. Они двинулись от дома по Рут-де-ла-Капит, а потом, следуя подсказкам GPS, свернули на узкую частную дорогу среди деревьев, ведущую к дому Браунов.

– С ума сойти, – заметил Грег, – сколько раз бегал здесь с собакой и даже не знал, что дорога ведет к дому.

К Софи и Арпаду они ехали первый раз. Их позвали на день рождения Арпада, тот праздновал свое сорокалетие. Судя по множеству припаркованных вдоль дороги машин, гости уже собрались. Грег занял чуть ли не последний просвет на поросшей травой площадке, и они направились к открытым воротам, чей металлический силуэт решительно не вязался с окружающей растительностью.

С Арпадом Грег познакомился в местном футбольном клубе, где играли их сыновья, почти ровесники. Оба отца семейства входили в группу волонтеров, ответственных за буфет рядом с футбольным полем: в дни матчей он позволял немножко пополнить клубную кассу. Они быстро прониклись друг к другу симпатией.

Карин не была знакома с Браунами и нервничала. В незнакомом месте она всегда смущалась. Чтобы собраться с духом, она решила поговорить:

– Как мило, что они нас пригласили.

Грег кивнул.

– А они много гостей позвали?

– Понятия не имею, – ответил Грег.

– Тебе Арпад не говорил?

– Нет.

– Ну примерно. Человек десять? Тридцать? Чего мне ждать?

– Откуда я знаю, я же не распорядитель на их вечеринке.

– Арпад мог как-нибудь упомянуть в разговоре.

– Но не упомянул.

– А про что вы говорите, когда торгуете в клубном буфете?

– Про детей, про жизнь, про всякую ерунду, – пожал плечами Грег. – Но уж точно не обсуждаем во всех подробностях его день рождения.

– В общем, очень мило с их стороны, что они нас пригласили. – Карин решила прекратить этот бесполезный разговор.

Дальше они шли молча. Они теперь часто молчали. Карин была уверена, что прошлогодний переезд в Колоньи не пошел им на пользу. Раньше они снимали квартиру в центре Женевы, в квартале О-Вив. Оживленная улица, все магазины под боком, Женевское озеро в двух шагах. В той квартире им было хорошо: тесновато, конечно, для четверых, зато цена ниже некуда. А потом Грег получил небольшое наследство от бабушки и с тех пор заговорил как мелкий буржуа. Нужно инвестировать, лучше всего в недвижимость, это куда надежнее, чем фондовые рынки. К тому же банки ссужают 8 о % нужной суммы, а ставки по ипотеке минимальные. Он стал просматривать все объявления о продаже недвижимости и откопал этот проект в Колонки: симпатичные маленькие особнячки, примыкающие друг к другу, покупка на стадии проекта. Картинки в самом деле были просто загляденье. Собственный дом с небольшим кусочком сада. Сельская жизнь в нескольких минутах от города. Грег твердил, что вариант безошибочный: рынок недвижимости в последние десятилетия неуклонно растет. В общем, они решились. Дальше все происходило легко и быстро. Банк ссудил деньги, они подписали у нотариуса акт купли-продажи. Вот так они и перебрались год назад в шикарную коммуну Колоньи. Но Карин с самого переезда чувствовала себя не на своем месте. Во-первых, дом оказался меньше, чем ей представлялось: в реальности комнаты сильно отличались от тех, что на плане. На нее все время как будто что-то давило, хотя общая площадь была явно больше, чем в их старой квартире. В конце концов она поняла, что дискомфорт вызывает прежде всего новое окружение. Большинство обитателей этого роскошного женевского пригорода – адвокаты, банкиры, хирурги, деловые люди, важные шишки – неприлично выставляли напоказ свой финансовый и социальный успех. Машины и особняки красноречиво свидетельствовали о достатке владельцев. Карин не давал покоя вопрос, что забыли здесь они с Грегом, ведь она – продавщица в модном магазине, а он – служащий. Это чувство обострилось, когда из разговоров она поняла, что жилье для среднего класса, где поселилась их семья, считается неуместным среди владений миллионеров. К своему ужасу, она выяснила, что обитатели Колоньи прозвали эту кучку домов Бородавкой, а муниципальный совет даже посвятил ему специальное заседание, одобрив запрет на любое строительство подобного рода в будущем.

Каждый день, проводив детей в школу, расположенную в трех минутах ходьбы от дома, Карин запрыгивала в автобус А, курсировавший между пригородом и центром Женевы. По пути автобус проезжал ее бывший квартал, О-Вив, и ее накрывала ностальгия. Она выходила на Рон-Пуэн-де-Рив и шла к улице Роны, где находился ее бутик. Смешавшись с толпой, она чувствовала облегчение.

Грег и Карин вошли наконец в ворота, и владения открылись им изнутри. В глубине мощеного двора стоял застекленный гараж, а в нем – два “порше”. Прямо за ним высился дом современного дизайна, весь в стекле.

– Ни фига себе шикуют! – присвистнула Карин. – Чем же они оба по жизни занимаются?

– Арпад работает в банке, Софи – адвокат.

Они подошли к двери, и Грег нажал на звонок. За панорамными окнами царило праздничное веселье. Стильные люди под сорок с бокалами шампанского в руках изящно двигались под последний хит.

Карин взглянула на свое отражение в стекле: элегантная, классная, одета, как всегда, со вкусом. Но до этой вечеринки, похоже, недотягивает. Сейчас ей вообще ничто не шло. Ей стукнуло сорок два, она чувствовала, что молодость позади. Зеркало напоминало ей об этом каждое утро.

Потом дверь распахнулась, и Грега и Карин словно ударило током. Их встречала потрясающая пара, Софи и Арпад, воплощение всего, что утратили они сами: влюбленные, улыбчивые, смеющиеся. И стоят под ручку. Дуэт. Союзники.

Сногсшибательный Арпад, великолепный и непринужденный, в итальянских брюках идеального покроя и ослепительно-белой рубашке; верхние пуговицы расстегнуты, приоткрывая мускулистый торс.

Софи в божественном черном мини-платье, сексапильном до умопомрачения, подчеркивающем крепкую грудь и обнажающем восхитительные ноги в лодочках от Сен-Лорана, которые делали их еще длиннее.

Софи и Арпад в тот вечер были ослепительны.

Карин и Грега встретили радостными поцелуями и объятиями, потащили в дом и представили остальным гостям. Арпад налил им шампанского, потом Софи взяла Карин за руку и повела знакомить с подругами. Карин вдруг вздохнула свободно, совершенно перестала стесняться и залпом выпила свой бокал. Софи тут же наполнила его снова, и они чокнулись.

Карин подпала под их обаяние. Еще пару минут назад, стоя под дверью, она заранее обвиняла Софи и Арпада во всех грехах – за их дом, за их машины, за само их существование. Видимость обманула ее. Она представляла их себе надменными, властными, гнойными. Все оказалось наоборот. Они излучали невероятное тепло и нежность.

В тот вечер Карин была по-настоящему счастлива – первый раз с тех пор, как они поселились в Колоньи. Она танцевала, веселилась, казалась себе красавицей. Была самой собой. На время вечеринки снова полюбила себя.

Но на самом деле эта встреча была ударом. Лобовым столкновением. Аварией, масштабов которой не понял никто. Кроме Грега. И не случайно: переступив порог этого дома, он не мог оторвать глаз от Софи. От него летели искры. Нет, он видел ее и раньше, но теперь она открылась ему с новой стороны. На бровке футбольного поля и в местной булочной он не мог до конца оценить ее красоту и исходивший от нее звериный магнетизм.

И пока Карин веселилась и осушала один бокал шампанского за другим, абсолютно трезвый Грег весь вечер следил за Софи. Его завораживало все: ее манера разговаривать, улыбаться, танцевать, касаться плеча собеседника. Около полуночи, когда принесли торт, он смотрел, как она смотрит на Арпада, и хотел быть на его месте. Она повисла у него на шее, поцеловала долгим поцелуем, помогла отрезать первые куски. Потом на глазах у всех принесла подарочный пакет. Вид у Арпада был удивленный, но еще больше он изумился, когда снял обертку. Под ней оказалась фирменная коробка “Ролекс”. Он открыл ее и достал золотые часы. Она застегнула браслет у него на руке. Он ошеломленно смотрел на часы. Потом шепнул что-то на ухо жене и еще раз поцеловал ее. Они понимали друг друга так, что захватывало дух.

Около часа ночи, когда праздник был в разгаре, Грег вдруг не увидел Софи среди гостей. Немедленно пустившись на поиски, он обнаружил ее на кухне: она складывала бокалы в посудомоечную машину. Он решил помочь, но неловким движением смахнул бокал на пол. Кинулся собирать разлетевшиеся осколки, она присела на корточки рядом с ним, платье задралось, и он увидел у нее на бедре тату с пантерой. Грег совсем потерял голову. Хуже того – он влюбился.

– Простите, мне так жаль, – произнес он. – Хотел помочь, и вот результат…

– Ничего страшного, – ободряюще улыбнулась она.

Спустя месяц после того дня рождения Грег, стоя под душем, вспоминал слова, которые сказала ему Софи: “Ничего страшного…” Но страшное поселилось в нем самом. На следующий день после праздника, гуляя утром с Сэнди, их золотистым ретривером, он обнаружил, что к владениям Браунов можно пройти лесом. С опушки открывался отличный вид на внутренность стеклянного куба. Грег не удержался и понаблюдал за семейством, сидевшим в гостиной. Назавтра он вернулся туда на рассвете – под предлогом пробежки с собакой. Видел, как Софи стоит у окна. И с тех пор возвращался каждое утро.

Выйдя из душа, Грег оделся и спустился на кухню. Дети успели встать и теперь завтракали. Он поцеловал их, уселся за стол и, как каждое утро за последний месяц, постарался убедить себя, что все будет хорошо и его место здесь, с ними.

Но ровно через двадцать дней вся его жизнь полетит под откос.

День налета

СУББОТА, 2 ИЮЛЯ 2022 ГОДА

9 час. 31 мин.

Балаклава затолкал продавца и директора магазина в подсобку. Бейсболка заставил охранника запереть дверь магазина, а потом и его оттащил подальше от чужих глаз. Если кто-то пройдет мимо, он увидит через витрину пустой магазин.

Еще шесть минут.

Глава 2
За 19 дней до налета

ВОСКРЕСЕНЬЕ, 12 ИЮНЯ

➧ ПОНЕДЕЛЬНИК, 13 ИЮНЯ 2022 ГОДА

ВТОРНИК, 14 июня

СРЕДА, 15 ИЮНЯ

ЧЕТВЕРГ, 16 ИЮНЯ

ПЯТНИЦА, 17 июня

СУББОТА, 18 ИЮНЯ

(Уикенд в Сен-Тропе)

ВОСКРЕСЕНЬЕ, 19 ИЮНЯ

(Уикенд в Сен-Тропе)

ПОНЕДЕЛЬНИК, 20 ИЮНЯ

(День рождения Софи)

7 час. 30 мин., в Стеклянном доме.

Пока Софи наверху приводила себя в порядок, Арпад встал к плите и нажарил целую гору оладий. Дети, восседая за кухонной стойкой, глядели на него с восторгом. Он явно пребывал в отличном настроении и развлекал их одним из любимых фокусов: подбрасывал оладьи в воздух и, гримасничая, перекидывал с одной сковородки на другую на потеху потомству.

– У нас же оладьи бывают обычно по выходным, – заметил Исаак с высоты своих неполных семи лет. – Есть повод?

– Праздник! – восторженно завопила четырехлетняя Леа.

– Жизнь – это праздник, – отозвался Арпад.

На кухню вошла Софи:

– Отец прав. Жизнь – это праздник. Не забывайте об этом.

Она поцеловала детей, крепко обняла мужа, протянувшего ей чашку кофе, и, счастливая, оглядела свой мирок.

– Если жизнь – это праздник, тогда зачем ходить в школу? – спросил Исаак.

– Кажется, у нас завелся философ, – улыбнулся Арпад.

– Философ – это что значит? – не отставал Исаак.

– Узнаешь, если будешь в школу ходить, – ответила Софи.

– А кто нас сегодня отвезет в школу? – осведомилась Леа.

– Могу я их отвезти, – предложил Арпад.

Арпад был в спортивном костюме и явно не собирался ехать в банк.

– Тебя уволили? – пошутила Софи.

Он расхохотался:

– Я должен был завтракать с одним английским клиентом, а тот вчера вечером не успел на рейс. Так что пробегусь немножко и приеду попозже.

Софи взглянула на часы:

– Отвези детей, пожалуйста. У меня с утра важная встреча, мне еще подготовиться надо.

Она поставила дымящуюся чашку на стойку и нежно расцеловала всех членов семьи. Прошла по застекленному коридору прямо в гараж, села в машину и покинула свой маленький рай.

Спустя пару минут она проезжала мимо начальной школы Колонки. Час был ранний, вокруг никого. Она притормозила у автобусной остановки, ища глазами фигуру Карин. На дне рождения Арпада женщины не только подружились, но и выяснили, что работают совсем рядом, на улице Роны. Модный магазин находился в нескольких десятках метров от здания, где расположилась адвокатская контора Софи. С тех пор она, увидев Карин на остановке, всякий раз подвозила ее. Короткая поездка на машине доставляла подругам большое удовольствие. Софи поняла это, когда в то утро, не увидев Карин, испытала легкое разочарование. Ей нравилось с ней общаться. Карин была прямая и открытая, без прикрас и задних мыслей. Ее смачные рассказы придавали прелесть поездке.

Софи оставляла машину на подземной парковке “Монблан”, где арендовала место на год. Женщины поднимались по эскалаторам на набережную Генерала Гизана, прямо к Женевскому озеру с его тучами чаек и белых лебедей, которых кормили прохожие, проходили вместе еще с десяток шагов и расставались на улице Роны.

В то утро, когда Софи въезжала на парковку “Монблан”, Карин в Бородавке закатила Грегу сцену на глазах у мальчишек, поглощавших на кухне хлопья. Ссорились они из-за нового распорядка дня Грега: до сих пор он совершал пробежки по утрам от случая к случаю, выходил пораньше и возвращался так, чтобы все успеть, прежде чем проснутся дети. А в последний месяц мало того что бегал каждое утро без исключения, так еще и время пробежки сдвинулось: Карин постоянно оставалась одна с двумя детьми и в итоге неизменно опаздывала на работу.

– Ты слишком поздно бегаешь! – упрекала она мужа.

– Я сегодня без четверти шесть вышел! – отбивался Грег.

– А покуда месье принимает душ, одевается и спокойно завтракает, я должна со всем управляться одна? Почему у тебя время изменилось? Пока ты выходил из дому в пять, все было отлично. Ты же сам говорил, что любишь бегать пораньше.

– Слишком уж было рано, у меня сил нет. Имею я право немножко поспать!

– А я имею право, чтобы мне хоть чуть-чуть помогли!

– Должен же кто-то гулять с собакой, – возразил Грег.

Пса Сэнди они завели в честь переезда в новый дом. Очень плохая оказалась идея: в крошечном садике Бородавки собаке не хватало места для разрядки.

– Сэнди не нуждается в том, чтобы бегать по лесу целый час!

– Зато я нуждаюсь в том, чтобы проветриться поутру, пока работа не навалилась.

– Ну так проветривайся вечером, когда никто из-за тебя не опаздывает! Опять я в магазине появлюсь невесть когда. Хочешь, чтобы меня уволили?

Грег попытался разрядить обстановку:

– Беги, с детьми я разберусь. Сегодня мне можно на работу попозже.

Карин поцеловала мальчиков, подчеркнуто не заметила мужниных губ и ушла.

На улице ей стало полегче. Она торопливо дошла до школы и встала на автобусной остановке в надежде, что подъедет Софи. Ей нравилась ее легкость и раскованность. Она восхищалась тем, как естественно Софи скользит по жизни; а вот сама она так и норовит спасовать перед любой преградой. И дело тут не в деньгах, а в человеке.

Машина Софи все не появлялась, зато подошел автобус. Карин села на заднее сиденье и достала из сумки пакетик. Накануне она купила Софи один пустячок. Разорвав обертку, она достала термокружку для кофе. Идеальная штука в поездке. Софи говорила, что вечно не успевает допить кофе перед выходом. Карин вдруг показалось, что со стороны это выглядит смешно – сидит тут в автобусе с подарком в руках. Ей страшно не хватало уверенности в себе.

Вскоре после того, как автобус отъехал, у школы появился Арпад все в том же спортивном костюме – привез Леа и Исаака. Только он собрался пробежаться, как налетел на Грега – тот тоже провожал детей.

– Есть у тебя минутка, может, кофе попьем? – предложил Арпад.

Грег взглянул на часы, прикинул, насколько опаздывает, и заявил с лукавой улыбкой:

– Давай, с удовольствием. Мне уже терять нечего… Не хочется только покушаться на твою пробежку…

– Вечером пробегусь.

– Тебе жена позволяет бегать, когда хочешь?

– Ну да, а что?

– Да так.

Мужчины зашли в ближайшую чайную и заказали два эспрессо. Грегу вдруг стало как-то особенно хорошо. Из-за присутствия Арпада с его непринужденностью и поразительной способностью отказаться от запланированной утренней пробежки ради чашки кофе. У Грега вся жизнь подчинялась жесткому расписанию и непреложным обязанностям. Дети, работа – ни на что другое просто не остается времени. А стоит ему взять несколько дней отпуска в счет переработки, как Карин найдет, чем его занять: то отправит за покупками, то попросит починить мебель или отвезти Сэнди к ветеринару.

Арпад пил кофе и что-то говорил, но Грег не слушал, только смотрел на него во все глаза. Внешне у них с Арпадом мало общего, но в чем-то они похожи. Оба – хорошие отцы и заботливые мужья. Но Грег ясно видел: в Арпаде есть что-то еще. Какое-то прирожденное превосходство. И он ему завидовал. Завидовал прежде всего из-за Софи.

– А ты как думаешь? – Вопрос Арпада вернул его на землю.

Грег понятия не имел, о чем речь. И ответил:

– Думаю, что мне бы стоило больше походить на тебя.

– В смысле? – рассмеялся Арпад.

– Чтобы жизнь не была расписана по минутам, чтобы платили больше, ну вот это все!

– Не волнуйся, у меня тоже мороки хватает, – охладил его Арпад. – По правде говоря, клиенты банка по большей части жуткие зануды, вечно им все не так. Просят делать за них инвестиции, а вся ответственность на тебе. Если все хорошо, для них это норма. А случись какая буза на рынках, так ты же и виноват.

– Я не только про работу. Про семью тоже…

– Там тоже не одни сплошные розы. Где детки, там и бедки. Да и с Софи, бывает, цапаемся.

“Рассказывай, – подумал Грег, – а то я не знаю, как она тебя будит по утрам”.

– Между прочим, у Софи ровно через неделю день рождения, сорок лет, а у меня до сих пор подарка нет. Предложения приветствуются.

– Нужно что-то не хуже. – Грег показал на запястье Арпада с золотым “Ролексом”.

Тот промолчал.

– Будете дома праздновать? – спросил Грег.

– Не знаю. Софи говорит, что не хочет забивать себе голову. На выходные поедем к ее родителям в Сен-Тропе, отпразднуем в семейном кругу. А там видно будет.

Грег, взглянув на циферблат “Ролекса”, встал:

– Мне пора бежать.

– Мне тоже. Иди, я расплачусь за кофе.

Арпад рассчитался, потом все-таки заставил себя пробежаться. Вернулся в Стеклянный дом, сходил в душ, переоделся в костюм идеального покроя и отбыл на своем “порше”. Он уже не первый день ломал голову из-за сорокалетия Софи: ему хотелось подарить ей что-то неповторимое, оригинальное, чтобы символическая цена подарка была выше денежной. Но после этого чертова “Ролекса” он подумывал, не стоит ли все-таки поискать Софи украшение? Мысль не давала ему покоя, и он решил быстренько пройтись по улице Роны, где сосредоточены все роскошные ювелирные магазины и бутики. Может, в витрине что-нибудь попадется. Он оставил машину у площади Лонжмаль и двинулся пешком по улице Роны в надежде, что не налетит на Софи. Быстро миновал часовые магазины, замедлил шаги у витрин ювелиров. Браслет? Подвеска? Не уверен. В витрине бутика Картье он увидел кольцо в форме головы пантеры, золотое, в россыпи бриллиантов и с маленькими изумрудами вместо глаз. Красота и совершенство кольца заворожили его. Ведь пантера – это она! Он немедленно зашел. В тот миг ему и в голову не могло прийти, какие последствия будет иметь эта находка.

Под вечер того же дня Софи вышла из здания, где находилась ее контора. Она не заметила мужчину, уже несколько часов поджидавшего ее, – водителя того самого серого подержанного “пежо” с французскими номерами, что накануне появился в городе. Она торопливо пошла к парковке “Монблан”, забрать машину. Мужчина незаметно, как хищник, следовал за ней.

Охота началась.

День налета

СУББОТА, 2 ИЮЛЯ 2022 ГОДА

9 час. 33 мин.

Все было разыграно как по нотам.

Балаклава держал заложников под дулом обреза, Бейсболка сковывал пластиковыми наручниками руки и ноги охранника и продавца. Не скрутили только директора магазина. Налетчики точно знали, что им делать.

Бейсболка повел директора с собой, к главному сейфу. Балаклава стерег заложников в подсобке.

Оставалось еще четыре минуты.

Глава 3
За 18 дней до налета

ВОСКРЕСЕНЬЕ, 12 ИЮНЯ

ПОНЕДЕЛЬНИК, 13 ИЮНЯ

➧ ВТОРНИК, 14 ИЮНЯ 2022 ГОДА

СРЕДА, 15 ИЮНЯ

ЧЕТВЕРГ, 16 ИЮНЯ

ПЯТНИЦА, 17 ИЮНЯ

СУББОТА, 18 ИЮНЯ

(Уикенд в Сен-Тропе)

ВОСКРЕСЕНЬЕ, 19 ИЮНЯ

(Уикенд в Сен-Тропе)

ПОНЕДЕЛЬНИК, 20 ИЮНЯ

(День рождения Софи)

19 час. 30 мин., Колоньи.

Автобус высадил в центре Колоньи постоянную пассажирку – Карин. Она устало направилась к Бородавке. День был долгий, она почти все время либо на ногах, подбирает покупателям одежду, либо, согнувшись в три погибели, помогает надевать обувь. У нее болели ноги, болела спина, разламывалась голова. В довершение всего обратный путь выдался на редкость тяжелым: автобус был набит битком, и ее, зажатую среди других пассажиров, болтало каждый раз, как водитель нажимал на тормоз или на газ. Когда они жили на старой квартире, можно было ходить домой пешком. Пятнадцать минут вдоль Женевского озера. Так приятно, какая бы ни стояла погода. Но этот чертов автобус… Софи предлагала подвозить ее в конце дня, но она всегда уходила слишком поздно, магазин закрывался в 19 часов.

Подойдя к Бородавке, Карин увидела, что машины Грега нет на месте: наверное, остался на сверхурочные. Чтобы потом взять выходной… Значит, ужин не готов. На пороге ее на миг охватило отчаяние. Потом она вошла. В маленькой гостиной все было перевернуто вверх дном, мальчишки с воплями колотили друг друга, на них беспомощно взирала няня Наталья.

Двадцатилетняя Наталья занималась в основном тем, что делала селфи. Не убирала, не мыла, не готовила (“я только сижу с детьми!”). Но Грег говорил: “Ей можно доверять, это куда важнее”. А главное, она была согласна на невероятно низкую почасовую оплату, и это всех устраивало: Карин и Грег могли себе это позволить, а Наталья получала деньги за то, что сидит в телефоне, покуда дети до прихода родителей маются от безделья.

Карин отпустила Наталью, отправила мальчиков в душ и встала к плите. Обследовав содержимое холодильника, решила ничего не чистить, не мыть и не резать и достала замороженную лазанью. В холодильнике стояла открытая бутылка вина, она налила себе стакан. Вино так себе, ну и ладно. Пока грелась духовка, перемыла кучу грязной посуды в раковине (“спасибо, Наталья”). Потом сполоснула термокружку, купленную для Софи, – в итоге она сама теперь из нее пила. Зазвонил мобильник – надо же, Софи. Карин поспешно схватила телефон.

– Мы с тобой разминулись утром на остановке, – в голосе Софи чувствовалось сожаление.

– Опять я задержалась, – вздохнула Карин. – Дети, все такое. Грег со своей проклятой пробежкой…

На заднем плане Карин услышала музыку. Наверное, Софи на концерте. Может, в Опере.

– Я тебя отрываю?

– Нет, абсолютно, между прочим, это я тебе звоню, – возразила Софи.

– Просто слышу фоном классическую музыку и подумала..

– Это Арпад нас терзает. – И Софи весело подмигнула мужу, возившемуся с кастрюлями.

Она полулежала на диване в гостиной, потягивая вино.

– Кто готовит ужин, тот заказывает музыку! – отозвался Арпад от кухонной стойки.

– Твой муж готовит? – спросила Карин.

– Говорит, что он так расслабляется.

– Идеальный мужчина, – подытожила Карин.

Она болтала по телефону и видела вокруг беспорядок в доме и лазанью фабричного производства. Со второго этажа скатились вопящие мальчишки. Не другой конец провода, а другой мир.

– Прости, не могу больше говорить, у меня тут двое полуголых голодных младенцев в гостиной.

– Знакомо, – улыбнулась Софи.

– Сомневаюсь, – отозвалась Карин, – у тебя в гостиной симфонический оркестр, а у меня зоопарк.

Софи расхохоталась:

– Подхвачу тебя завтра утром?

– Если я вовремя соберусь…

– А я за тобой заеду. Посигналю, когда буду, и пускай Грег сам разбирается. До завтра, моя красавица.

Софи назвала ее “моя красавица”. Ей уже давно никто ничего подобного не говорил. Карин схватила термокружку и решила упаковать ее заново. Она из нее уже пила, но ведь все равно подарить можно?

В тот вечер в Стеклянном доме семейство Браунов съело приготовленный Арпадом ужин, а потом Леа и Исаак пошли спать. Начался вечерний ритуал: дети и Софи уместились на кровати Исаака, и Арпад прочел им с выражением несколько глав из книги, начатой пару дней назад. Вечернее чтение очень сближало семью. Арпад неизменно разыгрывал целый спектакль, и чем сильнее слушатели увлекались сюжетом, тем больше он старался, тем более красочным получался рассказ. Время словно останавливалось.

Семья Льежанов в Бородавке в тот вечер ужинала поздно, подгоревшей лазаньей. Потом, когда детям наконец пора было спать, старший со слезами сознался, что не сделал домашку и завтра у него будут неприятности. Грегу пришлось помогать ему с математикой. Он злился, кричал и в итоге сделал задание сам. Дети после этой истории сильно возбудились: отец еле уложил их в кровать, проявив чудеса терпения. Когда они наконец уснули, Грег пришел на кухню к Карин. Та домывала посуду. В комнате царило ледяное молчание, настроение у обоих было скверное. Грег попытался завязать разговор:

– Наконец-то все спят. Все-таки Наталья могла бы проверять уроки.

– Вот и скажи ей об этом, – язвительно отозвалась Карин. – Когда я последний раз сделала ей замечание, она оскорбилась.

– Все равно надо бы проверять уроки до ужина, – предложил Грег.

– Это твое “надо бы” к кому относится, ко мне? – Карин с трудом сдерживала раздражение. – Может, “надо бы” тебе приходить домой пораньше, нет?

– Я тебе послал сообщение…

– Думаешь, я вижу какие-то сообщения, когда мальчишки над ухом орут? Мне даже в туалет сходить некогда!

– Прости. – Грег во что бы то ни стало хотел обойтись без новой ссоры. – В следующий раз позвоню. Мне надо было обязательно закончить с отчетами. Такую бюрократию развели, сил нет. Как будто раньше бумажек было мало. Если еще раз от кого-нибудь услышу, что служащие бездельничают, просто в морду дам!

Карин тоже хотелось ослабить напряжение, и она кивнула – просто чтобы проявить интерес ко всем этим скучным вещам. Ей было плевать на рассказы про бумажки и офисные интриги. Ей хотелось чуть больше романтики в жизни. В глубине души ей хотелось такой жизни, как у Арпада и Софи, но не говорить же это мужу. Когда с посудой было покончено, Грег уселся перед телевизором.

– Я быстренько сполоснусь, – сказала Карин, – а потом будем дальше смотреть сериал.

Но когда она в халате вернулась в гостиную, Грега на диване уже не было. Он стоял на пороге с поводком в руках и надевал пальто.

– Ты куда? – удивилась она.

– Прогуляюсь с Сэнди.

– Сейчас? Он прекрасно может пописать в саду.

– А кто-нибудь с ним гулял с сегодняшнего утра? – Ответ Грег знал заранее.

– Нет, – признала Карин.

– Ну вот, кому-то же надо это делать. Если я с ним не погуляю, никто не погуляет.

– Это что, упрек? – рассердилась Карин.

– Нет. Просто констатирую факт.

– Это ты хотел завести собаку, – напомнила она.

– Это дети хотели завести собаку, – уточнил Грег.

– Дети еще и пони хотят. И что, мы теперь пони будем держать в гостиной?

Грег пожал плечами. Нечего препираться по пустякам. Он свистом подозвал Сэнди, и они оба скрылись в ночи.

Выходя из дома, он думал только сделать кружок по кварталу. Но ноги сами понесли его по Рут-де-ла-Капит, а потом по частной дороге, что вела к Стеклянному дому. Это было сильнее него. Он вошел в лес и, как и утром, стал пробираться среди деревьев. Добравшись до опушки, Грег обмотал поводок Сэнди вокруг ствола; пес привычно улегся на кучу сухих листьев. Грег двинулся на свет из окон и скрылся в зарослях. Засев в подлеске, он стал озирать внутренность гигантского куба – панорамные окна давали потрясающий обзор. И какое зрелище поджидало его в гостиной! Обнаженная Софи отдавалась мужу на диване, а тот, стоя сзади, ритмично двигался в ней.

Грег пожирал их глазами. После сцены в гостиной оба поднялись в спальню. Вот они, наверное, принимают душ; потом оба голышом разгуливают по комнате с зубной щеткой во рту, потом прижимаются друг к другу. Потом немного читают. Когда свет погас, Грег вернулся домой и скользнул в супружескую постель, под бок к Карин. Та уже спала.

А в Стеклянном доме Арпад, дождавшись, пока Софи уснет, встал и спустился на кухню. Сна не было ни в одном глазу. В голове вертелась одна-единственная мысль. Он взял телефон и полистал на экране фото, сделанные утром в магазине Картье. Вглядывался в это кольцо в виде головы пантеры. Чтобы его надеть, надо просунуть палец зверю в глотку. Просто невероятная работа ювелира. Он был уверен: пантера эта – идеальный подарок для Софи. Но, увидев астрономическую цену кольца, заколебался и сказал продавцу, что зайдет попозже.

Он мучился. Знал, что должен отказаться от этого украшения.

Пора во всем признаться Софи. Прекратить этот маскарад.

Но он не мог с ней так обойтись за неделю до ее дня рождения.

Пятнадцать лет назад

СЕНТЯБРЬ 2007 ГОДА

Сен-Тропе

В Сен-Тропе он больше никогда не вернется.

Он так любил этого место, но покидал его навсегда. Нельзя здесь больше оставаться, опасность слишком велика.

За несколько часов Арпад подвел черту под этой частью своей жизни. Он исчезнет быстро и надежно, не оставляя следов.

Начал он с квартиры. Старушке, сдававшей ему меблированную комнату на втором этаже своего дома, он сказал, что у него “неотложные семейные дела”. Она не задала ни одного вопроса, только поскорей схватила конверт с платой за два месяца вперед – он вручил его хозяйке вместо предупреждения. Потом освободил помещение и сгрузил весь свой скарб в маленькую машину.

Затем он направился в “Беатрис”, один из шикарных ночных клубов Сен-Тропе, где весь последний год работал супервайзером. Под его началом был весь бар и ресепшен этого ультрамодного ресторана, по вечерам превращавшегося в клуб. Управляющему он сказал, что ему страшно повезло, он только что отхватил место в сфере финансов – от таких предложений не отказываются. Управляющий проявил полное понимание. “Арпад, тебе не за что извиняться. Ты пять лет отучился в университете. Я сроду не видел бар-менеджера с дипломом экономиста. Тем лучше для тебя. Только хорошо бы ты заранее предупредил, что параллельно ищешь работу, я бы тогда присмотрел кого-нибудь на замену”.

В “Беатрис” он надеялся повидать Софи, но она еще не пришла. Дозвониться ей тоже не удалось, и он пошел поискать ее на улицах Сен-Тропе. Все впустую. На самом деле оно и к лучшему: не придется скармливать ей всю эту ложь. Возможно, придется отказаться от нее, чтобы ее уберечь.

Последнюю остановку в здешних местах он сделал на заправке, залил полный бак. Пока лился бензин, переписал в записную книжку два телефона – Софи и Патрика Мюллера, швейцарского банкира, с которым познакомился в “Беатрис” и который наверняка мог быть ему полезен. После этого сломал симку и выбросил телефон в урну. Теперь его никто не найдет.

Он выехал на автостраду и двинулся на север.

Больше он сюда не вернется.

Так он думал.

Глава 4
За 17 дней до налета

ВОСКРЕСЕНЬЕ, 12 ИЮНЯ

ПОНЕДЕЛЬНИК, 13 ИЮНЯ

ВТОРНИК, 14 июня

➧ СРЕДА, 15 ИЮНЯ 2022 ГОДА

ЧЕТВЕРГ, 16 ИЮНЯ

ПЯТНИЦА, 17 ИЮНЯ

СУББОТА, 18 ИЮНЯ

(Уикенд в Сен-Тропе)

ВОСКРЕСЕНЬЕ, 19 ИЮНЯ

(Уикенд в Сен-Тропе)

ПОНЕДЕЛЬНИК, 20 ИЮНЯ

(День рождения Софи)

5 час. 45 мин. утра, в Колоньи.

Вокруг было еще темно. Грег бежал в хорошем темпе по проселочной дороге, рядом трусил пес. Оба быстро оказались в лесу. Посреди зарослей Грег остановился, привязал Сэнди к дереву и пошел в подлесок следить за Стеклянным домом. Свет в окнах еще не горел.

Грег сел на землю и достал из рюкзака термос с кофе. Налил и стал дожидаться начала представления. Вдруг на кухне вспыхнул свет. Появилась Софи, сварила себе кофе. Грег убрал термос и схватился за бинокль. Сказал себе, что она встает все раньше и раньше.

Софи с чашкой подошла к панорамному окну. В футболке и шортах. Грег любовался ее ногами, долго разглядывал их в бинокль, медленно поднимая его от щиколоток к лодыжкам, коленям, потом к бедрам, задержался на тату с пантерой. В кармане, разорвав мирную лесную тишину, зазвонил телефон. “Мать твою!” – ругнулся Грег. Он достал его, на экране высветился номер: звонили со службы. Он принял звонок – у него не было выбора – и стал говорить шепотом, как будто рядом спит жена.

Снаружи было еще темно, и взгляд Софи сразу привлекла короткая вспышка света на лесной опушке. Короткая, всего одно мгновение, но она четко видела искусственный свет. Открыла окно, и ей послышался мужской голос.

Сердце в груди так и подпрыгнуло: в лесу кто-то есть, прямо здесь. Она вскрикнула и включила все лампы.

Грег понял, что его засекли. Кинулся отвязывать пса, но тот вертелся, и поводок завязался узлом. Грег никак не мог распутать. Его охватила паника. Он слышал, как Софи зовет на помощь Арпада. В спальне тоже вспыхнул свет.

Грег изо всех сил пытался справиться с поводком. Но чем сильнее тянул, тем туже затягивался узел. Дурацкий пес! Перерезать толстый кожаный ремень он не мог, у него не было с собой ножа. Оглянувшись на Стеклянный дом, он увидел, как Арпад выбегает из кухни в сад с криком: “Кто здесь?”

Узел все не поддавался. Грег паниковал все сильнее. Он видел, что луч карманного фонаря шарит все ближе, слышал крики Арпада, явно перепуганного не меньше, чем он сам. Еще несколько метров – и он попался. Ничего другого не оставалось: он отцепил поводок от ошейника пса и со всех ног кинулся прочь, волоча за собой собаку. Поводок остался висеть на дереве. Арпад добежал до опушки, посветил фонарем на стволы деревьев, увидел убегающую тень и заорал на адреналине: “Стой! Остановитесь!”

Грег бежал изо всех сил. От страха у него выросли крылья, пес едва поспевал за ним. На дороге он еще прибавил ходу и помчался в Бородавку.

Арпад не стал преследовать убегающую фигуру, вернулся домой и позвонил в полицию.

Грег влетел в дом, оставил пса на первом этаже и бросился в спальню, предупредить Карин. “Звонили из офиса, надо ехать сию минуту”. Она еще спала, но от слов Грега сразу села в постели. “Будь осторожен, – нежно сказала она. – И позвони, когда закончится”. Он кивнул и выскочил из дома в спортивном костюме. По правилам внутреннего распорядка в случае срочного вызова следовало прибыть в управление как можно быстрее. Он прыгнул в служебную “ауди”, припаркованную у дома, и нажал на газ. Набирая скорость и держа руль одной рукой, подобрал с коврика у пассажирского сиденья мигалку и налепил на крышу машины. Потом включил сирену на своем авто без опознавательных знаков.

Переполох в Стеклянном доме разбудил Исаака и Леа. Арпад и Софи старались разрядить обстановку, чтобы дети не напугались.

– Пустяки, мои милые, – успокаивала их Софи. – Наверно, какой-то прохожий. Я просто не ожидала и очень удивилась.

– Если это какой-то прохожий, зачем вы звонили в полицию?

– Если сомневаешься, лучше проверить, полиция на то и существует, – ответил Арпад самым обыденным тоном.

Софи закрылась с детьми в спальне и включила им фильм по телевизору. Исаак в полном восторге спросил, нельзя ли вызывать полицию каждый день, а Леа решила выяснить, не отменяется ли школа по такому случаю.

– Сегодня среда, дорогая, – напомнила Софи, – в школу идти не надо.

– А можно мы позавтракаем в постели? – спросила Леа.

– Неплохая мысль, – согласилась Софи.

– А можно посмотреть на полицейских? – с надеждой спросил Исаак.

– Конечно. – Софи с трудом скрывала беспокойство.

Леа решила не упустить шанс:

– Можно мы будем на завтрак есть конфеты?

– Нет, – раздраженно отозвалась Софи и тут же об этом пожалела.

В ее тоне сквозила нервозность. У нее было дурное предчувствие.

В саду Арпад расхаживал по газону на опушке леса. У них не было ни забора, ни живой изгороди. Природа сама провела границу: в этом, кстати, было особое очарование их уголка. Ему пришло в голову, что, быть может, наивно было с его стороны считать себя в безопасности.

Грег несся на полной скорости через Колоньи по верхней дороге и выехал на набережную Женевского озера. Машины тех, кто ехал на работу с раннего утра, прижимались к обочине, пропуская полицейский автомобиль, который стрелой домчался до Рон-Пуэн-де-Рив, а затем проследовал до квартала Лез-Акасья, где находилось Главное полицейское управление.

Несколько минут спустя Грег входил в раздевалку группы быстрого реагирования; коллеги уже снаряжались. Атмосфера, как всегда в такие минуты, была напряженная, но спокойная. Время быть серьезным и сосредоточенным. Грег, вслед за остальными членами группы, облачился в черную униформу и бронежилет; натянул балаклаву на голову, но пока не опустил на лицо. Потом, в качестве командира смены, провел короткий инструктаж, опираясь на сведения, полученные по телефону.

– Выезжаем на улицу Паки. Угрозыск собрался брать какого-то парня у него дома. Чувак оказал сопротивление, оттолкнул инспекторов и заперся в квартире. Наша задача – его выкурить. Детали узнаем на месте.

Десяток полицейских расселись по трем машинам, и колонна двинулась в путь. Они ехали по городу, отбрасывая на фасады блики маячков. Грег, сидя на пассажирском сиденье головной машины, смущенно разглядывал себя в зеркало заднего вида. Еще легко отделался. Его, командира группы быстрого реагирования, которого все уважают и ценят, едва не сцапали как заурядного вуайериста.

7 часов, в Стеклянном доме.

У ворот Браунов стояли две патрульных машины жандармерии. Один полицейский в доме брал показания у Софи, трое других в сопровождении Арпада обследовали опушку леса. Леа и Исаак на втором этаже смотрели телик.

Жандармы обшарили весь лес, но обход не дал результатов. Они внимательно изучили подлесок по всей границе владений Браунов, но не нашли никаких улик. Был, конечно, привязанный к дереву собачий поводок. Но рядом валялся еще и ржавый детский велосипед, и пластиковые бутылки. Даже здесь леса превратились в помойку.

– Вы говорите, мужчина находился за этим кустом? – еще раз спросил жандарм, демонстрируя, что относится к ситуации со всей серьезностью.

– Да, – ответил Арпад.

Жандарм для очистки совести присел на корточки и в энный раз осмотрел почву, но на сухой земле не осталось никаких следов.

– К сожалению, тут мало что можно сделать, – произнес он. – Может, это бродяга или грабитель какой на разведку ходил. Могу сказать, если вам так будет спокойнее, что вряд ли он намеревался проникнуть в дом: воры не ходят по домам, когда все встают. Предпочитают орудовать, когда никого нет, или по ночам, когда все спят.

– Это утешает, – отозвался Арпад.

– У вас есть в доме сигнализация?

– Нет.

– Стоило бы поставить. В наше время это не так уж дорого.

– Вы вызовете криминалистов?

– Чтобы что? Отпечатков мы не нашли.

– А разве не они как раз должны искать отпечатки? – возразил Арпад. – Есть этот поводок на дереве. Несколько странно, разве нет?

– Позвольте я позвоню в отдел по борьбе с ограблениями и проинформирую их, – предложил полицейский притворно участливым тоном.

Он отошел на несколько шагов и позвонил в центр. Попросил соединить с дежурным инспектором отдела ограблений. Он сильно подозревал, что собеседник пошлет его лесом, но хотел, чтобы к нему не было никаких претензий: никогда не знаешь, чего ждать от этой публики из модных кварталов. У них везде знакомства, еще жалобу настрочат на самый верх, если решат, что к ним отнеслись несерьезно.

Инспектор снял трубку, и жандарм вкратце изложил ему факты.

– Так, короче, что там у тебя? – спросил инспектор.

– В лучшем случае собачий поводок, привязан к дереву в общественном месте.

– Поводок на дереве, ты серьезно? Каким образом они проникли в дом?

– Да нет, в дом никто не проникал, – уточнил полицейский. – Никаких краж со взломом. Дама пила кофе и заметила, что якобы кто-то за пределами ее сада за ней следит.

Инспектор, хохотнув, положил конец и делу и разговору:

– Вы миляги, парни, но на мне по три десятка настоящих ограблений в день. Надо же, дамочка увидела, что кто-то по лесу гуляет!

8 часов утра.

Улица Паки в центре Женевы была оцеплена полицией. Обширный периметр безопасности удерживал зевак в отдалении от места событий.

Грег в балаклаве вышел из штабной машины, где получал последние указания от начальства, и направился к подчиненным. На тротуаре он вдруг нос к носу столкнулся с инспектором Марион Брюлье из уголовной полиции. Она входила в группу полицейских, которым на рассвете этот бесноватый дал отпор. Грег заметил ее сразу, как только приехал. Красивая, молодая. С подкупающей улыбкой. Очень привлекательная женщина.

– Никому не говори, но сейчас будем штурмовать, – сообщил он. – Этот цирк слегка затянулся.

Сведения подобного рода не подлежали разглашению, даже среди коллег, но другого предлога завязать разговор он не нашел.

– По-моему, неплохая мысль, – улыбнулась инспектор.

Она видела только глаза собеседника, не закрытые балаклавой. Какой пылкий взгляд. Парень ей нравился.

– Тебя как зовут? – спросила она.

– Льежан.

– Я про имя спрашиваю.

– Грег.

– Очень приятно, Грег. А меня – Марион.

– Я бы снял балаклаву знакомства ради, но это запрещено.

– Тем лучше, – отозвалась Марион, – сюрприз откладывается до следующего раза.

Грег понял, что инспектриса флиртует. Прямо на задании. Для него это было в новинку. Он почти смутился. К тому же его давно никто не клеил, он и забыл, как это приятно.

В Бородавке Карин, бодрая и оживленная, собиралась на работу. Сегодня утром Софи должна заехать за ней домой. Наталья, сидевшая в среду утром с детьми, явилась вовремя. Все складывалось как нельзя лучше.

– Хорошего дня, Наталья, – сказала Карин с порога. – Не забудь, в десять часов у мальчиков…

– … футбольная тренировка, – перебила Наталья. – Не волнуйтесь, я все помню.

Карин вышла из дома и встала у Бородавки, держа в одной руке сумку, а в другой – термокружку в подарочной бумаге, которую собиралась вручить Софи.

Прошло несколько минут. Софи не появлялась. Карин думала было ей позвонить, но не хотела показаться назойливой. В конце концов, Софи не ее личный шофер, наверно, ее дети задержали. Она надела солнечные очки, ей это казалось особым шиком. Подождала еще. Наталья развязно окликнула ее, заметив из окна кухни:

– Все хорошо, Карин?

– Да-да, все в порядке. – Карин раздраженно махнула рукой, возвращая Наталью к ее обязанностям.

– Классные у вас очки, – отозвалась Наталья и захлопнула окно.

Карин сразу сняла их: солнце еще не взошло, не хотелось выглядеть деревенщиной. Она взглянула на часы и решила все-таки позвонить Софи.

– Ты про меня не забыла, моя красавица? – смущенно пошутила она, когда та сняла трубку.

– Ох, черт! Прости…

Карин так и села. Софи забыла про нее.

– Со мной утром случилась странная вещь, – объяснила Софи, – сейчас не могу распространяться, попозже расскажу.

Но вконец раздосадованная Карин уже не слушала.

– Не волнуйся, – печально сказала она и нажала на отбой.

Она пошла к автобусной остановке. По дороге увидела урну и с горя выбросила термокружку.

Не только Карин поджидала Софи.

В двух шагах от остановки была чайная. На примыкающей к ней парковке стоял серый “пежо”. Водитель сидел за столиком на террасе и делал вид, что читает газету.

Он высматривал Софи. Что-то она сегодня задерживается.

Он уже досконально изучил ее привычки.

Как хорошо, что он снова ее нашел.

В Стеклянном доме Софи расхаживала взад-вперед по кухне.

– Ни к чему здесь маяться. – Арпад нежно взял ее за плечи. – Почему бы тебе не поехать в контору, отвлечешься хотя бы?

– Мне неспокойно… Мы собирались на уикенд ехать к родителям…

– Я поставлю сигнализацию, – пообещал Арпад. – Прямо сегодня утром свяжусь с охранной службой. К отъезду все будет готово.

– Но что это за тип за мной подглядывал?

– Ты же слышала, что сказала полиция. Скорее всего, это пустяки.

– Как это пустяки? Кто-то за нами шпионит, а ты говоришь, это пустяки!

– Соф, если это и впрямь взломщик разнюхивал, право, ты у него отбила всякую охоту возвращаться. И потом, не волнуйся, я сегодня весь день дома.

По средам Арпад работал удаленно. Это позволяло ему немного побыть с детьми. Не считая коротких вылазок, когда он возит Леа и Исаака на внешкольные занятия, дом пустовать не будет.

Софи сдалась и решила ехать на работу. Но на душе у нее было тревожно.

Это чувство преследовало ее всю дорогу. Когда она выходила с парковки “Монблан”, чтобы отправиться в контору, ей показалось, что за ней кто-то идет. Она несколько раз оглянулась, всмотрелась в прохожих. Ничего особенного. Она словно превратилась в комок нервов. Надо было поговорить с подругой, и первым делом она вспомнила про Карин.

Увидев Софи в дверях магазина, Карин сразу поняла: что-то не так.

– Софи, что случилось?

– Мы можем выпить кофе? – всхлипнула Софи.

– Ну конечно!

В магазине была кофемашина для покупателей, но Карин, учитывая ситуацию, предупредила коллег, что ненадолго отлучится, и повела Софи в “Кафе дез Авиатёр” на другой стороне улицы.

– Прости, что так ввалилась… – извинилась Софи. – Твои сослуживцы решат, что я ненормальная.

– Ничего подобного, – успокоила ее Карин.

В душе она сгорала от нетерпения. Софи в трудную минуту пришла именно к ней. Ей до смерти хотелось знать, что происходит.

– Рассказывай все, моя красавица, – подбодрила она.

С тех пор как Софи накануне вечером назвала ее “моя красавица”, Карин при каждом удобном случае сама к ней так обращалась – в надежде услышать эти слова еще раз.

– К нам сегодня пожаловал какой-то непрошеный гость, – начала Софи.

– Что?

– Ну, не прямо в дом. Но почти… Я около шести утра пила кофе и вдруг заметила в лесу какого-то типа, он следил за мной.

– А дальше?

– Я везде включила свет, закричала. Прибежал Арпад. Но тот тип удрал.

Карин накрыла руку Софи своей:

– Ох, сочувствую! Представляю, что ты пережила. Вы полицию вызвали?

– Конечно. Они приехали, прочесали лес, но ничего не нашли.

– Дело заведут?

– О чем ты говоришь! Сказали, что сделать ничего особо не могут: никаких следов, ни взлома, ничего. Как будто им наплевать.

– Погоди, – отмахнулась Карин. – Надо обязательно все рассказать Грегу.

– Ты думаешь?

– Конечно, он наверняка может что-то сделать, – заверила Карин, гордая, что вдруг оказалась полезной. – Он никому не говорит, но вообще-то он важная шишка.

Карин не стала распространяться: нельзя раскрывать тайну, которой была окружена работа мужа. Брауны знали, что Грег – полицейский, но, как и большинство его знакомых (кроме горстки близких друзей), не представляли, чем именно он занимается. Бойцы группы быстрого реагирования должны были держать все в секрете из соображений безопасности. Грег, если его спрашивали, отвечал, что состоит при жандармерии.

Карин стала расспрашивать, как заправский следователь:

– Ты говоришь, “какой-то тип”. Это мужчина, ты его видела? Смогла бы его опознать?

– Нет, было слишком темно, ничего не видно. Но это мужчина, я уверена. И не просто прохожий или какой-то там бродяга, как считает полиция: он прятался за кустом и следил за мной… Это как… ладно, ты решишь, что я свихнулась…

– Ни в коем случае, говори, – подбодрила ее Карин.

– Как будто он меня поджидал.

– О боже! – вскричала Карин. – Какой ужас!

– Еще бы! Мне первый раз в жизни стало страшно дома.

– Я попрошу Грега зайти к вам в конце дня. Уверена, он сможет тебе помочь все это выяснить.

– Спасибо, моя красавица, – улыбнулась Софи.

Карин просияла.

В полдень, в модном магазине.

Карин жевала сэндвич в каморке, служившей складом, и читала с телефона статью на сайте: там говорилось о крупной полицейской спецоперации, проведенной на рассвете в квартале Паки. Группе быстрого реагирования пришлось извлекать из квартиры какого-то буйного психа.

Она узнавала подробности происшествия, но главное уже и так знала. Грег звонил ей после каждой операции.

В статье было несколько фотографий. На одной она узнала Грега, хоть он и был в балаклаве и униформе, точно таких же, как остальные члены группы. Много лет назад они придумали условный знак, известный только им двоим, – так она могла его узнать. Среди разных эмблем, крепившихся на липучках на форму штурмовиков, была его группа крови, А+. Он всегда лепил ее вверх ногами. Она восхищенно всматривалась в снимок: какой мужик внушительный в боевом снаряжении! На фото он инструктировал женщину-полицейского в штатском, ее было видно со спины.

На самом деле в этот случайный миг инспектор Марион Брюлье подошла поздравить Грега с успешным завершением операции.

– Спасибо. – Она глядела на него сияющими глазами.

– Для того мы и есть, Марион, – ответил Грег. – Если еще понадобимся, ты знаешь, как нас найти.

Он улыбнулся под балаклавой: Марион угадала улыбку по движению челюсти.

– Не премину, – заверила она. – Мне потом в самом деле нужно будет с тобой пересечься. Наверняка понадобится рапорт.

Грег снова улыбнулся. Он подозревал, какого рода рапорт ей нужен.

Под вечер, вернувшись в Стеклянный дом, Софи обнаружила в саду Арпада и Грега. Они осматривали заросли в том месте, где она заметила поутру ту жуткую фигуру.

– Ох, Грег, как я рада тебя здесь видеть!

– Видно, мои коллеги не очень-то вас успокоили, – с сожалением произнес Грег.

– По их представлениям, ничего особо серьезного, – пожала плечами Софи.

– Это еще не причина, – возразил Грег.

В руках он держал пластиковый пакетик, в каких полиция хранит улики. В пакетике лежал собачий поводок.

– Это тот поводок, что был на дереве? – спросила Софи.

Грег кивнул. Приехав, он сразу попросил, чтобы его проводили в лес. Сделал вид, что видит эти места первый раз. И когда Арпад показал поводок, привязанный к стволу дуба, Грег разыграл целый спектакль: натянул латексные перчатки и долго изучал кожаный ремень. Сел посреди леса на корточки и исполнил роль эксперта-криминалиста. Под рубашкой у него проступала кобура служебного револьвера. Прямо как в кино. Наконец, решив, что пародия затянулась, он забрал поводок и со всеми предосторожностями положил его в пластиковый пакет.

– Думаешь, поводок как-то связан с тем мужчиной? – спросила Софи.

– Если честно, сомневаюсь. Зачем поводок? И зачем оставлять такую улику? Но в лабораторию я его все-таки отдам. На всякий случай. Ничего нельзя исключать.

– Спасибо, – благодарно сказала Софи; наконец-то ее воспринимают всерьез.

– Что, по-твоему, этот тип здесь делал? – в свою очередь спросил Арпад. – Здесь только один дом… Он за чем-то определенным явился, нет?

– Грабитель, – предположил Грег.

– Жандармы сказали, что грабитель вряд ли полезет в дом, когда его обитатели вот-вот проснутся.

– Нет, он мог выслеживать, – заметил Грег. – Изучать ваши привычки.

– И что нам теперь делать? – спросил Арпад.

Грег смаковал каждый миг своего превосходства: Брауны буквально смотрели ему в рот.

– Ничего, совсем ничего, – заключил он. – А главное, не накручивайте себя и не выдумывайте того, чего нет!

– Ты прав, – кивнул Арпад. – Пошли выпьем.

Все трое вошли в дом. Софи стала хлопотать на кухне: насыпала в миску орешки и откупорила бутылку вина. Грег сидел за стойкой и краем глаза наблюдал за ней. Смотрел, как ее руки нажимают на штопор, как чуть хмурится сосредоточенно левая бровь. Как она по привычке покусывает нижнюю губу. Когда Софи собиралась налить третий бокал, он остановил ее:

– Я всю неделю на дежурстве. Должен довольствоваться водичкой.

– Могу предложить кое-что поинтереснее воды, – сказала Софи. – Сок? Кола?

– Вот колы – с удовольствием.

Софи бросила в стакан кубики льда, ловко отрезала кружок лимона, откупорила бутылку кока-колы и с улыбкой поставила все это перед Грегом. Будь это сцена из фильма, она бы сошла за рекламу напитка. Грег был околдован. Но все испортил Арпад: возник в его поле зрения, поцеловав жену в шею, взял бокалы с вином и повел всех в гостиную.

Грег сел на диван в том самом месте, где накануне вечером Софи у него на глазах трахалась с мужем. Он незаметно погладил обивку.

Софи устроилась напротив, в глубоком кресле. Сбросила туфли, черные лодочки упали на паркет. Грег любовался ее ногами с красным лаком на ногтях. Потом спросил:

– А где точно ты стояла утром, когда заметила в кустах того типа?

– Вон там, у окна кухни. – Она махнула рукой в сторону стеклянной панели, за которой он видел ее на рассвете.

Грег поднялся и встал в указанной точке. Поставил себя на место жертвы. Как странно заново переживать эту сцену, поменявшись ролями. А главное, он вдруг понял, что куст гораздо ближе, чем ему казалось. Будь чуть-чуть посветлее, она бы легко его узнала. Он подумал, что это полное безумие и пора с этим кончать.

Арпад сказал, что связался с охранной службой, хотел поставить сигнализацию, но те смогут приехать только в понедельник.

– Сигнализация – это правильно, – одобрил Грег. – Но я уже говорил: не думаю, что грабитель вернется так быстро. Живите себе спокойно, не надо менять свои привычки.

– Кажется, я куплю себе пушку, – признался Арпад.

– Пушку? – изумился Грег.

– Ты больной? – вскинулась Софи. – Я не хочу, чтобы в доме было оружие!

– Ну, это в самом деле глупость, – назидательно добавил Грег. – Ты же не хочешь, чтобы с детьми что-нибудь случилось…

Он вернулся на диван, допил свою колу, а потом, пользуясь удобным случаем, обменялся телефонами с Софи.

– Если что, звони, не стесняйся. И еще: пока вам не поставили сигнализацию, могу, если хотите, делать обход в лесу, когда буду гулять с собакой.

– Спасибо, Грег. – Софи явно успокоило его предложение.

Когда он уходил из Стеклянного дома, Софи на прощание наградила его поцелуем в щеку. Это была не условность, а искренний порыв. А для Грега – посвящение в рыцари. Он подумал, что в истории с бродягой есть свои плюсы. Теперь он может с ней сблизиться.

На обратном пути он заметил урну и выбросил поводок. Скажет, что лабораторный анализ ничего не показал.

В тот вечер Грег, выйдя погулять с Сэнди, даже не приближался к Стеклянному дому. Однако Браунов кое-кто навестил.

Под покровом ночи на проселочной дороге, неподалеку от леса, остановился серый “пежо”. Мужчина, что вышел из машины, отлично знал здешние места. Он зашел в лес и прокрался к Стеклянному дому.

День налета

СУББОТА, 2 ИЮЛЯ 2022 ГОДА

9 час. 34 мин.

Директор магазина отпер главный сейф. Бейсболка тут же связал ему руки пластиковым жгутом и уложил лицом в пол. Потом стал выдвигать один за другим ящички сейфа, не притрагиваясь к содержимому. Он искал конкретные камни, и когда нашел, на лице его появилась торжествующая улыбка. Это были огромные розовые алмазы.

Он взял замшевый мешочек и ссыпал в него алмазы. Их там было на несколько миллионов. Он тревожно поглядывал на секундомер.

У них оставалось всего три минуты.

Глава 5
За 16 дней до налета

ВОСКРЕСЕНЬЕ, 12 ИЮНЯ

ПОНЕДЕЛЬНИК, 13 ИЮНЯ

ВТОРНИК, 14 июня

СРЕДА, 15 ИЮНЯ

➧ ЧЕТВЕРГ, 16 ИЮНЯ 2022 ГОДА

ПЯТНИЦА, 17 июня

СУББОТА, 18 ИЮНЯ

(Уикенд в Сен-Тропе)

ВОСКРЕСЕНЬЕ, 19 ИЮНЯ

(Уикенд в Сен-Тропе)

ПОНЕДЕЛЬНИК, 20 ИЮНЯ

(День рождения Софи)

8 часов 20 минут утра.

У выхода с парковки “Монблан” появились на эскалаторе Софи и Карин. Они увлеченно, весело болтали, не в силах остановиться. Обе хохотали до слез. Им уже почти пора было прощаться, но Софи предложила еще поговорить:

– Может, зайдем выпьем кофе?

– Сейчас? – Карин словно не верила, что ее общество может оказаться настолько приятным.

– Ну, если ты не опаздываешь, – учтиво оговорилась Софи.

– С величайшим удовольствием, – спохватилась Карин. – Я в бутике, знаешь ли, в своем роде хозяйка, что хочу, то и делаю.

Произнеся эту ложь, она незаметно достала телефон и послала сообщение директрисе:

Дети заболели. Опаздываю, простите.

Подруги уселись в “Кафе дез Авиатёр”. Карин выбрала столик в глубине зала, чтобы случайно не попасться на глаза какой-нибудь сослуживице. Разговор затянулся. Они явно понимали друг друга с полуслова, как давние близкие подруги. Наконец Софи сказала, что давно пора расходиться: “Мне надо идти, моя красавица (победная улыбка Карин), меня гора работы ждет”.

Стоя у кафе, Карин долго смотрела ей вслед. Любовалась ее походкой, фигурой, безупречно волнистыми волосами, точеными ногами с красивым загаром, длину которых подчеркивали туфли на каблуках. И подумала: можно ли любить и ненавидеть человека одновременно, причем по одним и тем же причинам? Самое точное определение зависти.

Она провожала Софи взглядом, пока та не скрылась в дверях красивого каменного здания, где находилась адвокатская контора. Представляла себе роскошный кабинет Софи – стены обшиты деревом, кожаные кресла. Вот она входит, ее почтительно приветствует целая армия одетых с иголочки сотрудников, а она гарцует в свой необъятный кабинет с панорамным окном, из которого открывается восхитительный вид на озеро.

Адрес у конторы Софи был в самом деле престижный, однако в реальности величием там и не пахло. Когда Софи толкнула входную дверь конторы на последнем этаже, створка с грохотом налетела на дверцу шкафа.

– Прости, пожалуйста! – крикнула из своего кабинета ее сотрудница Вероника. – Опять я забыла закрыть этот дурацкий шкаф.

– Все в порядке, – откликнулась Софи, убирая рукой преграду.

Жест был привычный. Вероника тут ни при чем: планировка у офиса была кошмарная. Пресловутый последний этаж представлял собой надстройку, добавленную к зданию несколько лет назад и не имевшую ничего общего с остальными помещениями – тесные комнатки с низкими потолками и узкими окошками; восхитительный вид из них открывался, только если изогнуться всем телом. Вся контора Софи занимала коридор, покрытый линолеумом, и три комнаты: кабинет Софи, кабинет Вероники и редко используемый общий зальчик, заваленный папками из-за нехватки места. Еще там была крохотная кухня и туалет. Строго говоря, помещение было тесное и неподходящее, но Софи арендовала его по выгодной цене. А главное, считала, что оно подходит ей как нельзя лучше. Находится в центре, и обустроила она его со вкусом. Ей и не требовалось больше места. В конторе работали всего двое, она и ее коллега Вероника, молодой адвокат, девушка живая и трудолюбивая. Софи очень ее любила: та напоминала ей саму себя в начале карьеры.

Софи села за стол и включила компьютер. На экране тут же всплыло напоминание: завтра утром у нее встреча с одним из самых крупных клиентов, Самюэлем Эннелем.

Раздался голос Вероники:

– У тебя на завтра все готово? – спросила она, не выходя из своей комнаты.

– К встрече с Самюэлем Эннелем?

– Нет, к выходным в Сен-Тропе!

– Чемоданы я еще не собирала, вечером займусь. Зато завтра утром сюда заезжать не буду, прямо из дома отправлюсь к Эннелю. Выедем с Арпадом и детьми около полудня, чтобы не слишком поздно приехать. Так что мне сегодня надо взять с собой все документы для Эннеля.

Вероника обычно все делала заранее. Она появилась в дверях с толстой пачкой бумаг и положила их начальнице на стол.

– Я прикрепила стикеры на тех страницах, где нужна его подпись. Еще я тебе сделала сводную таблицу разных документов, обычные банковские формы. Все тебе разметила.

Вероника была деловита до невероятия.

– Спасибо тебе большое, – благодарно отозвалась Софи.

17 часов, в Бородавке.

Грег поставил машину перед домом.

Ему, в отличие от постоянно ворчавшей Карин, очень нравился их домик. Здесь, в маленьком поселке, ему было хорошо. Тишина, природа. И еще их сад – маловат, конечно, но он заботливо ухаживал за ним, даже развел огородик.

Не выходя из машины, он несколько раз быстро нажал на клаксон, объявил о своем приезде – дети твердо знали этот сигнал. И впрямь, входная дверь открылась, мальчишки выскочили обнять отца, а за ними появились Сэнди и Аньес, мать Карин, сидевшая с детьми после школы по четвергам.

Грег извлек из багажника тяжелые сумки и букет цветов для жены. Веселая компания вернулась в дом.

– Сегодня у нас будет телячья пикката, – провозгласил Грег, выгрузив покупки на кухонную стойку и поставив цветы в вазу. – Вы остаетесь ужинать, Аньес?

– Это очень мило, Грег, но у меня книжный клуб. Кстати, мне пора бежать.

Она поцеловала детей. Грег проводил ее до двери. И тут заметил в прихожей радиобудильник.

– Чуть не забыл. – Грег вручил будильник теще. – Все в порядке. Контакт отошел, я припаял. Должно держаться.

– Спасибо, ты ангел, – улыбнулась она.

– Знаете, Аньес, сейчас есть новые модели, куда более современные.

– Он у меня пятнадцать лет и прекрасно работает, что и требовалось доказать. У продавцов одно на уме: выбросите то, что можно починить, а они вам всучат свое барахло. Мне в магазине предлагали “более продуктивную” модель! Это просто радиобудильник, как он может быть более продуктивным? Кофе тебе сварит и зубы почистит, пока ты еще не проснулся?

Грег прыснул. Аньес на прощание одарила зятя лукавой улыбкой. Она его обожала. И считала, что дочь совершенно напрасно портит ему кровь. В семьях нового поколения, думала Аньес, куда меньше стараются понимать друг друга. Если хочешь, чтобы все шло гладко, усилия должны прилагать оба.

Грег усадил детей с тетрадками за кухонный стол. Просматривая домашние задания, он одновременно начал готовить пиккату. Обвалял в муке ломти мяса и оставил полежать на тарелке. Потом выжал лимон, нарезал петрушку и подготовил каперсы, чтобы можно было жарить мясо, как только вернется Карин. Изобразил соус со сливками для тальятелле. Воду он поставит на огонь в последний момент. Паста свежая, сварится за две минуты. Когда с уроками было покончено, он отослал детей в душ и заодно сходил туда сам.

Когда Карин вернулась, дома царила безмятежная атмосфера. Дети спокойно играли, Грег заканчивал готовить ужин.

– Через две минуты садимся за стол, – объявил он, высыпая пасту в кипящую воду.

Карин заметила на столе цветы и улыбнулась. Грег запустил секундомер на телефоне и поставил дуршлак в раковину – слить воду через 1’49, 1’48, 1’47… Потом обвел взглядом свое маленькое семейство. Если бы Софи накануне не только засекла его, но и узнала, он бы мог потерять все – работу, жену, детей. Он воображал себе худшее: как его задержат коллеги-полицейские, заключат под стражу, как соседи и вся маленькая коммуна будут считать его “извращенцем из Колоньи”. Какое унижение… Как ему только в голову взбрело шпионить за женщиной у ее дома? Он не мог понять, что и откуда на него нашло.

Вечер в Бородавке выдался мирный и тихий.

Уложив детей спать, Карин и Грег уселись в гостиной смотреть сериал. Когда Карин встала налить себе чаю, Грег попросил у нее кока-колы. Она принесла бутылку и поставила перед ним на журнальный столик, даже без стакана. Ему вспомнилось, как приготовила ему колу Софи – с кубиками льда и ломтиком лимона. Карин села рядом. Он взглянул на ноги жены. Совсем недурны, но не так тщательно ухожены, как у Софи.

– Почему ты не красишь ногти? – вдруг спросил Грег.

– Накрашу, когда время будет, – ответила Карин, не отрываясь от экрана.

В тот вечер Арпад, как всегда по четвергам, пошел в теннисный клуб Колоньи играть в сквош со своим старым другом Жюльеном Марте. Они встречались каждую неделю, после партии ужинали в клубном ресторане и разговаривали о жизни. За ужином зашла речь о карьере. Жюльен занимал высокий пост в инвестиционном фонде. Арпад восхищался его головокружительным взлетом.

– Как дела в банке? – спросил Жюльен.

– Нормально. Но я подумываю заняться чем-нибудь другим.

– Успокой меня – тоже в финансовой сфере?

– Разумеется. Но в банке я слегка заскучал. Не могу же я всю жизнь делать одно и то же. Хотелось бы поработать на себя.

– Знаешь, я вложился в один проект, недвижимость в Коста-Рике, – поделился Жюльен. – Лично тебе может быть интересно. А может, кому-то из твоих клиентов?

– Да, – кивнул Арпад. – Расскажи поподробней, пожалуйста.

– Заходи на выходных, поделюсь всей информацией по этому поводу.

– На выходных мы едем в Сен-Тропе, к родителям Софи.

– Тогда позвоню тебе завтра, когда досье будет под рукой.

Арпад вернулся около десяти вечера.

Софи сидела в гостиной и читала. Он налил два бокала вина, они перебросились парой слов. Из окрестного леса за ними следила какая-то фигура. Человек на сером “пежо” вернулся. Прячась в темноте, он внимательно рассматривал внутренность стеклянного куба.

В это время в Бородавке Грег и Карин досмотрели третий эпизод сериала. Карин пошла спать, а Грег вышел прогуляться с Сэнди. Сделал с десяток шагов в темноте. Псу, похоже, понравилось гулять без поводка, он резвился, обнюхивая следы и тропинки. Грег, глядя на рыскающую туда-сюда собаку, подумал, что завтра обязательно нужно купить похожий поводок, пока Карин не стала задавать вопросы.

Дойдя до конца улицы, Грег вдруг свернул к Стеклянному дому, хотя собирался только выгулять Сэнди. Это было сильнее него. Но после вчерашних событий не стоило бессмысленно рисковать, и Грег послал Софи сообщение:

Пройдусь по лесу с собакой.

Он вышел на проселок и скоро оказался на опушке, бесшумно пробравшись среди деревьев. Сэнди шнырял далеко позади, уткнув нос в опавшие листья. Грег ощутил охотничий азарт, как всегда в этом месте. Вскоре за кронами показался дом. Но жалюзи были опущены. Он ощутил укол разочарования: все, спектакль окончен. И собрался было развернуться, как вдруг застыл на месте. В нескольких десятках метров виднелась какая-то тень. На опушке что-то пошевелилось. Сердце у него бешено заколотилось.

Человек, сидевший на корточках метрах в тридцати от Грега, затаил дыхание. Он изо всех сил старался слиться с темнотой, но почувствовал, что его засекли.

Все чувства Грега обострились. Он громко произнес в темноту: “Кто здесь?”

Мужчина не шелохнулся, надеясь обмануть того, кто ему помешал.

Грег выхватил карманный фонарь и стал прочесывать мощным лучом стволы и заросли. “Кто здесь?” – крикнул он еще раз.

У мужчины не оставалось выбора: он выпрыгнул из своего укрытия, затрещав ветками кустов, и со всех ног пустился бежать по лесу

Грег почувствовал выброс адреналина: кто-то шпионил за домом Браунов! Фонарь на миг высветил фигуру, без оглядки удиравшую в темноту “Стой! – заорал он. – Полиция! Остановитесь немедленно!”

Но тень по-прежнему петляла среди деревьев.

Грег пустился в погоню.

Добежав до кромки леса, мужчина убедился, что оторвался от преследователя. Он пустился по полю к узкой пустынной дороге, служившей для сельскохозяйственных перевозок, и устремился к своему “пежо”. Дверцы были не заперты, ключ зажигания оставлен в замке. Он знал, что в случае погони эти мелкие предосторожности могут спасти ему жизнь. Машина сорвалась с места и исчезла в ночи. Он дешево отделался.

К тому времени, как первые полицейские автомобили влетели в Колоньи, серый “пежо” давно успел испариться среди окружавших Женеву полей. По запросу Грега центр выделил ему, кроме патрульных жандармов, группу кинологов – быть может, удастся взять след. На место срочно выехали два инспектора уголовной полиции.

У кромки леса Грег потерял след подозреваемого. Началась охота на человека. Патрульные машины объезжали все окрестные дороги, прочесывая прожекторами живые изгороди и посадки. В лесу кинологи спустили с поводка немецких овчарок. Один из псов дошел по запаху до сельскохозяйственной дороги и встал как вкопанный.

Кинолог подозвал инспекторов и Грега:

– Судя по реакции собаки, думаю, ваш подозреваемый сел в машину.

Патрули, расширив зону поисков на соседние деревни, выслеживали машину, о которой не было известно вообще ничего. Иголка в стоге сена. В половине первого ночи на ноги был поднят весь личный состав полиции.

Когда Грег, вернувшись в Стеклянный дом, сообщил Браунам, что его коллеги оплошали, Софи почувствовала себя отчаянно одинокой перед лицом этой неуловимой опасности. Присутствие Грега успокаивало ее, и она, решив еще немного его задержать, подала кофе с крекерами. Сэнди, запертый на первом этаже, чтобы не мешал работать сыскным собакам, вернулся на кухню и потерся влажной мордой о бедро Софи. Она ласково погладила его.

Арпад, хмурясь, залпом проглотил кофе.

– Что происходит, по-твоему? – спросил он Грега.

– Понятия не имею. Какой-то мужчина следил за вашим домом. Остается выяснить зачем.

– Вчерашний грабитель вернулся и решил действовать? – предположила Софи. – Ждал, пока все лягут спать?

– Не думаю, – сказал Грег.

– Почему нет?

Он, разумеется, не мог признаться, почему ему известно, что два эти происшествия никак не связаны, и ответил только:

– У меня ощущение, что здесь что-то другое…

Грег был встревожен. Что нужно человеку, шпионившему за Браунами? Может, на сей раз это в самом деле грабитель на разведке, которому приглянулся отдельно стоящий дом? Или дело в чем-то еще?

– Прости, но мне нужно задать тебе один вопрос, – повернулся он к Арпаду.

– Ради бога.

– Может, у кого-то на тебя зуб? У тебя есть враги?

– Нет, – отмахнулся Арпад. – Нет у меня ни врагов, ни проблем.

Грег на минуту задумался. Потом решил, что ничего путного все равно не придумать.

– Ложитесь спать, – наконец велел он Софи и Арпаду. – Постарайтесь отдохнуть. Жалюзи у вас прочные, дом забаррикадирован.

Софи проводила Грега до двери.

– Мне страшно, – призналась она. – А если этот тип ночью вернется?

– Не вернется. – Грег старался ее утешить. – Но если вдруг что, мой телефон у тебя есть. Звони, и я через пару минут буду. Даже не раздумывай.

– Спасибо.

Она положила руку ему на плечо. Грег чувствовал, что Софи подавлена, и ему это нравилось. Ему это было выгодно.

– Завтра около шести утра буду гулять с Сэнди и пройдусь по лесу, – сказал он.

– Я уже встану. Зайди, выпей кофе.

Он немного поломался:

– Не хочется тебе мешать.

– Ты мне никогда не мешаешь.

– Ну тогда до завтра.

Когда дверь за ним закрылась, Грег, шагая по лесу с собакой, наконец позволил себе расплыться в широчайшей улыбке. Он добился приглашения.

В это же время, в соседней деревне Жюсси.

Серый “пежо” стоял перед домиком на ферме, где его хозяин по случаю снимал квартирку. Здесь был его схрон, укрытие, здесь он в безопасности, здесь никто не станет его искать.

Он сидел в своем убежище и просматривал фото, сделанные за последние дни. Стеклянный дом под разными углами, бытовые сцены, запечатленные телевиком: Арпад на кухне, Арпад с детьми, Арпад на террасе с телефоном.

Он закурил. Пламя зажигалки высветило его лицо. Он был красив. На вид около пятидесяти, взгляд проницательный, чувствовалось, что он человек незаурядный. Атлетического сложения. От него исходило ощущение силы и бесстрашия.

Он курил у окна, вглядываясь в окрестности. Всегда начеку. Всегда настороже. Потому и удержался в профессии. Но как тогда вышло, что сегодня вечером его засекли? Не похоже на него. И кто был тот тип в лесу, кричавший “Полиция!”? В самом деле полицейский? Откуда он взялся?

Мужчина подумал, что надо удвоить бдительность. Нельзя поддаваться возбуждению от того, что он в Женеве. Это отвлекает.

Он выйдет из тени через четыре дня.

Тринадцать лет назад

МАЙ 2009 ГОДА

Париж

Авеню Монтеня в восьмом округе Парижа.

Софи, совсем молодой адвокат, набиралась опыта в конторе “Темар, Турне и партнеры”. Она начала здесь работать год назад.

Для нее, уроженки Сен-Тропе, изучавшей право в университете Экс-ан-Прованса, эта новая жизнь вдали от родного юга была важным жизненным этапом. В столице ей нравилось, и работу свою она любила. “Темар, Турне и партнеры” была именитой конторой. Софи вошла в команду мэтра Темара, одного из пяти партнеров, человека надменного и убежденного в своем превосходстве. К нему следовало обращаться “мэтр”, а сам он позволял себе называть сотрудников мужского пола по имени, а женщин удостаивал разве что словечка “малыш”. Платил скупо, зато щедро расточал самые отвратительные речи. Но Софи решила не связываться: она понимала, что во всех крупных конторах адвокаты-партнеры любят демонстрировать свою власть над подчиненными. К тому же ее захватила работа, ей нравилось общаться с клиентами, а сослуживцы были очень симпатичные. А главное, она знала – это путь к независимости. Она мечтала в один прекрасный день открыть собственную контору.

Жила Софи в маленькой, но очень удобной квартирке в двух шагах от Сены, на улице Сен-Поль в четвертом округе. У нее регулярно останавливались заезжавшие в Париж подруги. Подругу, которая гостила у нее той весной, она не видела давно: два года назад Селин переехала в Монреаль заканчивать учебу, а теперь вернулась во Францию. Девушки вместе росли в Сен-Тропе. Летом обе работали в ресторанах отца Софи. Селин до отъезда в Монреаль была хостес в “Беатрис”, Софи сменила ее на этом посту.

В тот вечер, когда Селин приехала в Париж, подруги вышли около восьми вечера “просто немножко выпить”, а вернулись домой около четырех утра. Повалились на диван, немного поболтали, потом Софи пошла к себе в спальню, оставив подругу на диване. В семь часов Селин с трудом приоткрыла один глаз. Вошла Софи, свежая, отдохнувшая, обернутая банным полотенцем – только что вышла из душа.

– Не понимаю, как ты так можешь, – сказала Селин. – Я вообще помираю, а ты на работу идешь.

– Перебирайся ко мне на кровать, – весело улыбнулась она, – тебе будет гораздо удобнее.

Селин не заставила себя просить и рухнула в постель подруги. Софи принесла ей кофе, потом открыла платяной шкаф и выбрала костюм. Когда она, сбросив полотенце, осталась нагишом, Селин увидела у нее на бедре огромную пантеру.

– Ты сделала тату?

– Как видишь, – уклончиво ответила Софи.

– И давно?

– Два года назад.

Селин рисунок очень понравился.

– А почему пантера?

– На самом деле просто так, блажь, – призналась Софи.

– Жалеть не будешь?

– Все возможно. Не знаю. Надеюсь, что нет. Не люблю сожалений, предаешь саму себя.

– Ты хороший адвокат, – улыбнулась Селин.

Софи надела юбку, и пантера скрылась. Селин следила за превращениями подруги: несколько часов назад – кожаные штаны в парижском ночном клубе, потом нагота и эта удивительная татуировка, а теперь выглядит как идеальный адвокат. Настоящий хамелеон и потрясающая во всех метаморфозах.

– Убегаю. – Софи уже надела блузку. – Поспи чуть-чуть. И чтобы к вечеру была в форме!

– Вечером съедим суп и в восемь часов бай-бай! – отозвалась Селин.

В то утро мэтр Темар ураганом влетел в кабинет Софи:

– Малыш, скоро должен прийти Самюэль Эннель. Ваша коллега Джессика якобы заболела, мне нужно, чтобы кто-нибудь prestissimo[2] заполнил все эти бумажки.

Самюэль Эннель торговал предметами искусства, был очень богат и недавно перебрался в Женеву из-за налогов. Софи не была с ним знакома, никогда не работала по его делам, но знала, что Темар частенько на него жаловался. Говорил, что тот без конца ему звонит, вызывает в Женеву, а в каждый приезд в Париж не вылезает из его кабинета.

Софи взглянула на стопку бумаг, которые положил перед ней Темар, и ответила не моргнув глазом:

– Будет сделано.

Темар пристально посмотрел на нее. Ему понравилась ее самоуверенность.

Софи покосилась на документы, лежащие сверху: их надлежало заполнить в связи со смертью.

– Умер кто-то из близких месье Эннеля?

– Жена, – ответил Темар. – Три месяца назад.

– Бедный, – посочувствовала Софи.

– Во-первых, он вовсе не бедный, – язвительно заметил Темар, – а во-вторых, она уже три месяца как на небесах. Надо уметь в какой-то момент перевернуть страницу. Короче, я могу на вас рассчитывать, малыш?

– Разумеется, сейчас всем этим займусь.

У Софи явно было будущее в этой профессии. Темар решил бросить ей вызов:

– Можете оказать мне еще одну маленькую услугу?

– Конечно.

– Примите его сами. Без меня. Он не предупредил заранее, а у меня другая встреча. Он явится в одиннадцать.

– Это через час, – заметила Софи.

– Какие-то проблемы?

– Никаких, – абсолютно спокойно заверила Софи.

– Magnifico![3] — пришел в восторг Темар и отправился восвояси, бросив через плечо grazie mille[4].

У Темара была противная привычка пересыпать речь итальянскими словечками, когда он пребывал в хорошем настроении.

Через час в одной из приемных адвокатской конторы Софи принимала Самюэля Эннеля. Лет семьдесят пять, одет изысканно, буйная седая шевелюра.

– Где Темар? – спросил он вместо приветствия, увидев в комнате только какую-то незнакомую молодую женщину.

– У него срочное дело, – объяснила Софи. – Он просил меня его подменить.

Гость был явно недоволен:

– Мне непременно надо его видеть. Я сегодня вечером возвращаюсь в Женеву, у меня куча документов, которыми он должен заняться, и…

– Все ваши документы здесь, месье Эннель, – успокоила его Софи. – Все готово, не беспокойтесь. Примите мои соболезнования в связи с кончиной супруги.

Эннель уселся за большой письменный стол, и Софи стала подавать ему по очереди уже заполненные бумаги. Ему оставалось только поставить подпись. Он выглядел печальным, потухшим. Подписывал молча. В комнате слышался только шорох ручки, скользящей по бумаге. От нажима у него открылась ранка на указательном пальце, кровь капнула на документ. Он достал платок, прижал на несколько секунд к пальцу и принялся подписывать снова.

– Позвольте я принесу чем перевязать, – прервала его Софи.

– Пустяки, – отказался Эннель. – Просто порезался вчера.

– Не пустяки, – возразила Софи, – у вас идет кровь.

Не дожидаясь ответа, она на миг отлучилась и вернулась с аптечкой, которую держали в конторе. Продезинфицировала порез, заклеила пластырем. Он не сопротивлялся. Когда все было сделано, Софи произнесла с наигранным упреком:

– Вы должны себя беречь, месье Эннель.

– Зачем? Это Людмила меня берегла.

Софи, заполнив свидетельство о смерти и прочие бумаги, знала, что Людмила – это его покойная супруга.

– Ну, Людмиле бы не хотелось, чтобы из вас вытекла вся кровь из-за дурацкого пореза.

Самюэль Эннель улыбнулся.

Софи положила перед ним еще одну стопочку бумаг.

– А это еще что? – спросил Эннель неожиданно подозрительным тоном. – Не помню, чтобы я передавал вам эти документы…

Разрядившаяся было атмосфера снова сгустилась. Софи побледнела: вдруг Самюэль Эннель нажалуется Темару, а тот устроит ей выволочку.

– Я сама их добавила, – призналась она.

– Разумеется. Мэтр Темар никогда бы так не поступил.

Софи стала оправдываться:

– Это документы, касающиеся вашей супруги, от вас рано или поздно все равно потребуют их заполнить. Я подумала, что лучше все сделать сразу. Просто хотела облегчить вам жизнь… Простите…

Взгляд собеседника смягчился.

– За что вам просить прощения? – Он с любопытством оглядел ее. – Наоборот, мэтр, я бесконечно вам признателен за инициативу. Этот чертов Темар знает, как меня найти, когда требует деньги. А когда надо мне немножко помочь, его днем с огнем не сыщешь!

Софи, повинуясь внезапному озарению, повторила нравоучительную поговорку Темара:

– Hai voluto la bicicletta, adesso pedala![5]

Эннель звучно, весело рассмеялся. Теперь его лицо сияло.

– Давненько меня никто не смешил. Вы не заняты в обед?

Примерно год спустя, летом 2010 года, французские власти решили вплотную заняться налогом на экспатриацию Самюэля Эннеля. Тому пришлось решать эту проблему из Женевы: он перенес операцию на бедре и временно не мог приехать. Он по нескольку раз на неделе звонил Темару, но тот обычно переключал его на Софи, и она всячески его успокаивала. Когда разговоров с Софи стало недостаточно, Самюэль Эннель, чувствовавший себя в Женеве как лев в клетке, потребовал, чтобы Темар явился к нему в Швейцарию. Софи передала его просьбу шефу.

– Мало того что он меня задрал своими просьбами приехать в Женеву, так теперь еще через вас решил действовать! – разозлился тот.

– Он не выходит из дому, – напомнила Софи.

– И что это меняет, выходит он или не выходит? Я ему уже десять раз объяснил по телефону, что мы передали в налоговую все необходимые сведения.

– Он тревожится из-за этой ситуации. Думаю, если он вас увидит лично, ему станет легче.

Темар искоса, как петух, взглянул на Софи:

– А вы ему кто, в сущности? Его представитель?

– Не всегда можно все решить по телефону. Нужно все-таки немного заботиться о клиентах.

Софи была права, и Темар это знал.

– Ладно, съезжу, – сдался он. – Вы мне все подготовите, да? И раз уж вы так настаиваете, поедете вместе со мной.

Поездка в Швейцарию состоялась на следующей неделе. Софи с Темаром управились за один день. Сев рано утром в поезд на Лионском вокзале, они к полудню прибыли в Женеву, прыгнули в такси и отправились прямиком к Самюэлю Эннелю: тот ждал их к обеду. Жил он в собственном особняке, стоявшем посреди обширного поместья на берегу озера в коммуне Коллонж-Бельрив.

Темар наскоро проглотил обед, заодно коротко пробежавшись по тем пунктам дела, что беспокоили клиента. Эннель не поскупился на прием, но Темар пребывал в слишком скверном настроении, чтобы отдать дань его знакам внимания. Он отказался от десерта, неохотно согласился выпить кофе и сразу стал собираться назад. В такси, когда они с Софи ехали в центр города, он заявил: “Как видите, совершенно незачем было к нему ехать. Одна болтовня”.

Обед прошел так быстро, что у Темара с Софи оставалось еще три часа до отхода поезда. Погода стояла прекрасная, и Софи надеялась прогуляться по городу. Но когда они высаживались из такси, Темар, отличавшийся великим занудством, сказал: “Будьте добры, сходите за шоколадом для Эннеля и отвезите ему лично. Поймете, как много значат в нашей профессии маленькие знаки внимания. Он обожает шоколадные конфеты с киршем, ну, знаете, такие штучки с ликером”.

Софи повиновалась. Зашла в две шоколадные лавки, но выбор ее не впечатлил. Ей хотелось чего-то более символичного. Может, растение? У одного флориста ей попался великолепный бонсай. Однажды Самюэль Эннель говорил ей, что жена была страстной любительницей маленьких японских деревьев.

Софи купила бонсай, села в такси и вернулась в Коллонж-Бельрив. Доехав до поместья, она попросила шофера подождать, она только отдаст подарок. Вручив деревце домработнице, она сразу вернулась в машину. Но когда они уже катили по гравийной аллее, домработница выскочила из дома и побежала за ними.

– Подождите! – запыхавшись, крикнула она Софи в открытое окно такси. – Месье Эннель хочет вас видеть.

Такси развернулось, и через несколько мгновений Софи стояла перед хозяином дома. Тот пронзительно взглянул на нее:

– Это мэтр Темар вас попросил купить?

– Да, он подумал, что этот символический сувенир доставит вам удовольствие.

– Вы лгунья, ни единому слову не верю. – Эннель смотрел ей прямо в глаза.

– Простите? – оскорбилась Софи.

– Темар уже сколько лет постоянно мне дарит мерзкие шоколадные конфеты с ликером. И потом, ему я про бонсай ничего не говорил…

Софи промолчала, и он добавил:

– У вас есть немного времени?

– Совсем чуть-чуть. У меня в пять поезд.

– У вас есть немного времени, – решительно заявил Эннель и обернулся к домработнице: – Расплатитесь, пожалуйста, с таксистом и отпустите его. Мы отвезем мадемуазель на вокзал. – Потом снова повернулся к Софи: – Могу я предложить вам кофе?

– С удовольствием.

Ближе к осени неприятности Самюэля Эннеля с французской налоговой службой вылились в судебную тяжбу с женевским банком, куда он перевел свои деньги. Нужно было ехать и разбираться с банком на месте. Темар вызвал к себе в кабинет Софи:

– Поезжайте в Женеву и займитесь этим делом. – Он явно пребывал в дурном настроении.

– Одна? – удивилась Софи.

– Вообразите себе, Эннель настаивает, чтобы приехали именно вы. Без меня. Признаюсь, меня это вполне устраивает, нет у меня времени постоянно носиться в Женеву. Не знаю, что такое вы для него сделали, но он ни о ком, кроме вас, и слышать не желает.

– Я только выполняла свою работу, – возразила Софи. – Наверное, он оценил.

Темар устало взглянул на нее:

– Вы вовсе не обязаны отвечать, малыш.

– А вы не обязаны делать мне неприятные замечания.

Темара ее слова задели за живое:

– Следите за своей речью, малыш. Я не потерплю… Не забывайте, что я ваш начальник.

– Вот именно, вы должны подавать пример.

Темар пальцем сдвинул очки в черепаховой оправе, он всегда так делал, когда злился.

– Довольно! Не кусайте руку, которая вас кормит! Вы пошли по очень дурной дорожке, Софи! В ваших интересах уладить это дело со швейцарским банком немедленно. На карту поставлено ваше место!

Через день Софи выехала в Женеву. На вокзале ее ждал шофер. Он проводил ее к черному “седану”, на заднем сиденье которого уже восседал Самюэль Эннель. Они поехали прямо в банк.

По пути Самюэль обрисовал Софи уже известную ей во всех подробностях ситуацию:

– Это просто неслыханно, французы хотят заблокировать мой счет, а швейцарский банк готов с ними сотрудничать!

– Мы все уладим, – успокоила его Софи.

– Ни секунды не сомневаюсь в ваших талантах, – польстил ей Эннель.

В банке Софи и Самюэля проводили в приемную. Войдя и увидев ожидавшего их сотрудника, Софи остолбенела. Мужчина явно был изумлен не меньше.

– Софи? – едва сумел выговорить он.

– Арпад? – воскликнула она.

С минуту они молча смотрели друг на друга.

– Вы знакомы? – в конце концов поинтересовался Самюэль, с любопытством наблюдавший за их встречей.

– Да, по Сен-Тропе, – кивнула Софи.

В тот день, выходя из банка, Софи невольно обернулась и взглянула на фасад здания. Арпад стоял у окна четвертого этажа. Их взгляды встретились, и они улыбнулись друг другу.

Самюэль Эннель прервал эту минутную близость.

– Прямо киношная сцена, – весело произнес он.

– Просто очень славно было его встретить, – охладила Софи его пыл. – Сколько лет уже не виделись.

– Между вами все было серьезно?

– Мы какое-то время встречались. Он тогда работал у моего отца.

– Ваш отец владеет банком?

– Ресторанами.

– Приятно знать, что мой банкир набирался опыта в ресторане, – пошутил Самюэль.

– Арпад получил диплом в Лондоне и какое-то время пробыл в Сен-Тропе. Чтобы заработать на жизнь, он нашел место в одном из ресторанов моего отца; я тоже там работала, когда заканчивала учиться на юриста.

– Вы мне не ответили: у вас все было серьезно?

– Скажем так, мы друг другу очень нравились.

– И почему все закончилось?

– Право слово, вы прямо как кумушка! – развеселилась Софи.

Он расхохотался.

– Представьте себе, этот кретин вдруг взял и исчез с горизонта, – объяснила Софи.

– Во всяком случае, вы к “этому кретину” неравнодушны..

В ожидании обратного поезда в Париж Софи с Самюэлем пообедали в итальянском ресторане в отеле “Де Берг”.

– Я должен перед вами извиниться, – сказал Самюэль. – Я прекрасно понимаю, что разозлил Темара, настаивая, чтобы сегодня приехали именно вы. Но у меня была задняя мысль… Я хотел посмотреть, как вы будете действовать в одиночку. Хотел знать, верное ли решение принял…

Софи вопросительно уставилась на собеседника:

– Какое решение?

Самюэль Эннель сознательно ждал, когда она задаст этот вопрос, и выпалил:

– Предложить вам работать на меня. Самостоятельно.

– Чтобы я стала вашим адвокатом? – У Софи перехватило дыхание, она никак не ожидала подобного предложения. Темар будет в бешенстве…

Он улыбнулся:

– Значит, вы согласны?

– Не знаю. Это крутой поворот.

– Думаю, вы готовы взять свою судьбу в свои руки. В Женеве у вас есть хороший шанс.

– Я должна буду переехать сюда?

Он кивнул:

– Когда вы начинаете работать на себя, первое правило – иметь несколько клиентов, то есть несколько источников дохода. Я уже стар, значит, вам нужны и другие источники дохода, чтобы не оказаться без средств, когда меня не станет. И в этом я могу вам помочь.

– Каким образом?

– Тут, в Женеве, есть целая колония зажиточных французов, которые счастливы будут прибегнуть к услугам адвоката вроде вас.

– Уверена, у них у каждого уже есть свой адвокат.

– Конечно. Но только потому, что они еще не видели вас.

Подумав неделю, Софи приняла предложение Самюэля Эннеля и уволилась из конторы “Темар, Турне и партнеры”.

В Женеве у нее началась новая жизнь. Самюэль Эннель познакомил ее со своими друзьями и ввел в свой круг, состоявший в основном из богатых, как и он сам, французов, привлеченных покоем Швейцарии и ее благоприятным налоговым климатом. Официально конторы Софи еще не существовало, но у нее уже было несколько клиентов. Она вступила в коллегию иностранных адвокатов и благодаря Самюэлю Эннелю подыскала офис по очень сходной цене, расположенный в известном месте, на улице Роны. Вот так она и оказалась на верхнем этаже этого красивого каменного здания.

Но решение Софи переехать в Женеву было связано не столько с перспективами в профессии, сколько с Арпадом. Наконец-то она его нашла! Он исчез из ее поля зрения три года назад. Ее сердце было разбито.

Он был мужчиной ее жизни. Это было настолько очевидно, что она даже не делала вид, будто ищет жилье, и поселилась у него, в его квартире в квартале Флориссан.

Глядя на них, трудно было поверить, что они на три года потеряли друг друга из виду. Разговаривая об этом, они сами с трудом понимали, что произошло.

– Не думай, я с самого отъезда из Сен-Тропе пытался тебе звонить, – уверял Арпад. – Но звонки не проходили. Я звонил в “Беатрис”, даже оставил несколько сообщений. В конце концов мне сказали, что ты уехала отдыхать в Италию. Я подумал, что безразличен тебе.

– Ты мне безразличен?! Да я с ума по тебе сходила! Но я никак не могла дозвониться тебе на мобильный. Как будто твоего номера не существовало.

– У меня его украли, – солгал Арпад.

– Что до Италии, – объяснила Софи, – то я слегка пала духом после твоего отъезда и поехала с одной подругой в Тоскану развеяться. А вернувшись в “Беатрис”, не получила от тебя никаких сообщений.

В то время Софи корила себя за отъезд. Останься она в Сен-Тропе, она бы его не потеряла.

– Это ты с горя сделала тату на бедре, с пантерой? – пошутил Арпад.

– Тату – это была просто блажь. Тебе не нравится?

– Наоборот!

Они были невероятно счастливы, что снова обрели друг друга, и оба списали этот трехлетний перерыв на неудачное стечение обстоятельств.

Но стечение обстоятельств не всегда то, что нам видится.

А видимости доверять не стоит.

Глава 6
За 15 дней до налета

ВОСКРЕСЕНЬЕ, 12 ИЮНЯ

ПОНЕДЕЛЬНИК, 13 ИЮНЯ

ВТОРНИК, 14 июня

СРЕДА, 15 ИЮНЯ

ЧЕТВЕРГ, 16 ИЮНЯ

➧ ПЯТНИЦА, 17 ИЮНЯ 2022 ГОДА

СУББОТА, 18 ИЮНЯ

(Уикенд в Сен-Тропе)

ВОСКРЕСЕНЬЕ, 19 ИЮНЯ

(Уикенд в Сен-Тропе)

ПОНЕДЕЛЬНИК, 20 ИЮНЯ

(День рождения Софи)

5 часов утра, в Стеклянном доме.

Софи открыла глаза. Спала она мало. У нее не выходило из головы вчерашнее происшествие, непрошеный гость, которого спугнул Грег. Арпад рядом с ней, как обычно, спал глубоким сном. Она спустилась на кухню. Не решилась поднять жалюзи. Впервые ей было страшно в собственном доме. Вдруг звякнул мобильный. Сообщение от Грега:

Обхожу лес. Так я зайду на кофе?

В шесть утра, когда Арпад встал и вышел на кухню, Грег и Софи вели серьезный разговор. Брауны должны были ехать на уикенд в Сен-Тропе, но Софи беспокоило, что два дня дома никого не будет.

– Не знаю, можем ли мы ехать, – сказала Софи, увидев Арпада.

– Соф, мы же твой день рождения отмечать едем! Вся семья соберется…

– День рождения у меня в понедельник. Можем перенести на следующий уикенд.

– Сестра твоя специально приедет, а отец небось уже целую программу подготовил.

– А если тот тип на выходных вернется?

– Знаешь, если кто-то решит поживиться, так лучше уж в наше отсутствие, по-моему.

Софи знала, что Арпад прав. Да и смешно отменять уикенд в Сен-Тропе. Все так радовались, и она первая.

– Я просто волнуюсь, что дом остается без присмотра, – сказала она. – Жаль, что мы не успели поставить сигнализацию.

– В понедельник все будет, – заверил Арпад. – Датчик, связанный с оперативной службой охраны, камеры в саду. Можно даже решать все проблемы дистанционно, с телефона. Прямо Форт-Нокс. И знаешь что, я сейчас позвоню и найму охранников, пусть пару раз обойдут дом, пока нас не будет.

– Побереги деньги, – перебил Грег, – у меня идея получше. Я сам буду заходить, присмотрю за домом.

– Тебя не затруднит, ты уверен? – спросил Арпад.

– Я же рядом живу, вообще никаких проблем. Закройте жалюзи и поезжайте спокойно. Я буду на месте.

В семь часов проснулись Леа и Исаак. Они ничего не знали, ночное происшествие не потревожило их сон. Завтрак прошел весело. Возбужденные дети предвкушали выходные в Сен-Тропе.

– Мы когда поедем? – спросил отца Исаак. – Может, в школу не пойдем?

– Выезжать будем около полудня, – ответил Арпад. – Подхватим вас у школы и прямо туда.

– А что мы будем есть? – забеспокоилась Леа.

– Устроим пикник в машине! – объявил Арпад.

Дети пришли в восторг.

– Значит, после обеда школы не будет? – допытывался Исаак.

– Не будет, – подтвердил Арпад. – Ваши учительницы уже в курсе.

Дети закричали “ура!”. Но Леа заметила, что с матерью что-то не так:

– Все в порядке, мам?

– Все хорошо, моя милая. – Софи заставила себя улыбнуться. – Просто я сегодня немножко уставшая.

Арпад сменил тему:

– Дорогие, если вы позавтракали, ступайте собирайтесь в школу.

Дети весело помчались на второй этаж одеваться.

– Ты как? – спросил он Софи.

– Нормально, не волнуйся.

– Тебе тревожно ехать в Сен-Тропе, понимаю, но нам всем так будет лучше.

Она кивнула:

– Кто бы мог подумать, что в один прекрасный день ты будешь меня уговаривать съездить на выходные к моим родителям…

– Слава твоим создателям!

Она немного повеселела.

– Дорогая, мне пора бежать, у меня прямо с утра встреча в банке… – Он поцеловал ее.

– Конечно, какие проблемы, ты же мне вчера говорил.

– Не хочется оставлять тебя одну…

– Не бери в голову, беги.

– Уверена?

– Да брысь отсюда, наконец! Не опоздай.

Они снова поцеловались.

Великолепный Арпад при костюме и галстуке вышел из дома, сел в свой “порше” и направился в центр. Он не заметил у выезда с частной дороги прячущийся за кустами серый “пежо”. Водитель смотрел ему вслед. Арпад его не интересовал. Он поджидал Софи.

Ее машина появилась через полчаса. Мужчина незаметно двинулся за ней. Она высадила детей у школы, потом остановилась выпить кофе в чайной Колоньи. Посидела на террасе. Он наблюдал за ней с парковки. Потом, около 9.15, она направилась в соседнюю коммуну Коллонж-Бельрив и скрылась в воротах внушительного поместья на берегу Женевского озера.

Вскоре у решетки остановился и серый “пежо”. Водитель вышел взглянуть на имя, значившееся на беспроводном звонке. Интернет подсказал, что хозяин – пожилой богатый француз. Клиент Софи, подумал он, ничего особо интересного. И уехал.

Серый “пежо” растворился в полях. Софи в это время припарковалась у дома, что высился посреди необозримого парка. Домработница почтительно поздоровалась с ней и проводила на террасу, где ждал Самюэль Эннель.

– Софи! – воскликнул он, завидев своего адвоката. – Утро и так было доброе, а теперь появились вы, и оно стало еще лучше!

Он вскочил и в изящном поклоне поцеловал ей руку.

– Привычка преувеличивать по-прежнему при вас, Самюэль, – пошутила она в ответ на его вечные ужимки. – Как вы себя чувствуете?

– Хорошо. По-моему. Можно предложить вам что-нибудь выпить?

– Кофе, с удовольствием.

Самюэль обернулся к стоявшей поодаль домработнице, та кивнула. Софи уселась за стол и полюбовалась панорамой. Изумительно красивое место. Самюэль устроился напротив и спросил без околичностей:

– Видели письмо из налоговой? Надо ли мне беспокоиться?

– Вы проводите много времени во Франции, – заметила Софи. – Им есть к чему прицепиться.

– Но вы же все утрясете, да?

– Разумеется, – успокоила его Софи.

Самюэль вручил ей подробный список своих поездок во Францию. В общей сложности выходило четыре месяца за два года.

– Думаете, мне лучше отказаться от шале в Межеве? И купить взамен что-то в Швейцарии?

– Да, так в самом деле будет лучше, – согласилась Софи.

Она стала доставать из кожаного портфеля подготовленные Вероникой документы, и он изобразил на лице ужас:

– А это что за куча бумаги?

– Документы разные. Я все просмотрела, вам нужно только расписаться на тех страницах, где стикеры.

Он театрально вздохнул. Развлечений в его жизни оставалось мало, и визиты адвоката радовали его.

– Пощадите, Софи! Давайте сперва минутку передохнем, поболтаем просто так. Успеем всем этим заняться.

Софи рассмеялась. Как он любил ее солнечный смех! Она заметила на столе пачку сигарет:

– Можно одну?

– Ну конечно! – Самюэль открыл пачку и протянул ей.

Она вытащила сигарету. Самюэль поспешно поднес ей зажигалку.

– Спасибо. – Она выдохнула белый завиток.

– Нечасто приходится видеть, чтобы вы курили, Софи. Вас что-то беспокоит?

Софи отметила, что клиент неплохо ее знает. Подумала было рассказать ему о ночном происшествии, но не стала. Ответила уклончиво и перевела разговор на нейтральную тему.

11 час. 30 мин., в Стеклянном доме.

Скоро выезжать в Сен-Тропе. Арпад как раз грузил чемоданы в машину, когда позвонил его друг и партнер по сквошу Жюльен Марте:

– Проект в Коста-Рике вырисовывается быстрее, чем я думал.

Жюльен вкратце описал ему планы и назвал несколько цифр.

– Возможно, кто-то из моих клиентов заинтересуется, – заметил Арпад. – Я сейчас не в офисе. Можно перезвонить тебе в понедельник?

– Без проблем. И у меня есть кое-какие документы, могу тебе скинуть на почту, если хочешь.

– Очень хочу, только лучше на мою личную.

Они распрощались, и через пару минут Арпад получил от Жюльена имейл с официальной брошюрой – подробным проектом застройки. На картинке в компьютерной графике красуются будущие здания с видом на море. В преамбуле, обращенной к иностранным инвесторам, расхваливаются преимущества и прелести Коста-Рики.

Арпад внезапно представил там себя: солнце круглый год, вечерние походы на пляж с детьми. В последнее время ему хотелось перемен. Нужно было собрать себя заново. Он мог вложить в этот проект личные средства. Возможно, эта инвестиция поможет ему начать новую жизнь.

Он со своим маленьким семейством поселится в Коста-Рике на берегу моря. Он замечтался… А что скажет Софи?

Как раз в эту минуту Софи вернулась, оторвав Арпада от грез.

– Все хорошо? – с любопытством спросила она, выходя из машины. – Ты вроде в каких-то раздумьях…

Он поцеловал ее и прижал к себе:

– Я мечтал.

– О чем?

– О том, как мы поедем в отпуск.

– О! И куда же мы поедем?

– Я думал про Коста-Рику.

– Pura vida![6] Недурно.

Он решил больше пока ничего не говорить про Коста-Рику. Незачем будоражить Софи мыслями о новом переезде.

– Чемоданы в багажнике, – сказал он, – можем двигаться.

Они сели в машину Арпада. Оставалось только забрать детей из школы – ив путь на юг Франции. Софи взяла мужа за руку. С ним она чувствовала себя в безопасности. Выходные пойдут им на пользу.

17 часов.

Машина Браунов катила по Провансу. Еще часок пути, и они будут в Сен-Тропе.

В Женеве Грег и его команда сбрасывали в раздевалке тяжелое снаряжение. Они целый день обеспечивали охрану главы некоего государства, прибывшего на международную конференцию. Сперва сопровождали высокопоставленное лицо от трапа самолета до здания аэропорта, потом препроводили его в ООН и, наконец, в оцепленный по такому случаю отель “Интерконтиненталь”. Грег координировал все операции и проявил особо высокие командирские качества. Его даже прочили на смену начальнику всего подразделения быстрого реагирования, которому оставался год до пенсии.

Грег уже собирался уходить, когда ему сообщили, что его ждут. Инспектор уголовной полиции хочет, чтобы он расписался на рапорте об операции. Это была Марион Брюлье. Грег провел ее в главный холл полицейского управления.

– Так что там с рапортом?

– Это от тебя зависит.

Марион смотрела ему прямо в глаза, и он даже пошатнулся. Сейчас она вышла из роли полицейского, и Грег подумал: “А ведь она еще совсем молоденькая”. И ему это скорее нравилось. Сколько же ей лет? И тридцати еще нет. Все в ней было желанным – литое тело, свежесть, свобода. Он раздевал ее глазами и видел все то, чего у Карин больше не было.

– Сходим выпьем чего-нибудь? – предложила Марион.

Грег взглянул на часы:

– Я бы с удовольствием, но мне пора бежать.

– Что ж, партия откладывается, – решила Марион. – Не хочешь дать мне свой телефон? На случай, если…

– Если что?

– На случай, если мне понадобится рапорт.

Он продиктовал свой номер телефона. Перед уходом Марион сказала:

– Кстати, без балаклавы ты гораздо лучше.

Грег прекрасно понимал, что ступил на скользкую дорожку. И не только с Марион.

Перед тем как вернуться домой, он обошел Стеклянный дом. Арпад оставил ему запасные ключи. Брауны уехали, путь свободен.

Он отлично знал, чем займется на выходных.

День налета

СУББОТА, 2 ИЮЛЯ 2022 ГОДА

9 час. 36 мин.

Опустошив ящик с алмазами, Бейсболка бросился в подсобку ювелирного магазина, где они удерживали заложников.

– Уходим, – очень спокойно сказал он сообщнику. – Только проверю, свободен ли путь.

Балаклава кивнул. Бейсболка пошел незаметно оглядеть улицу через витрину.

Напряжение нарастало.

Выйти из ювелирного магазина и удрать – самый опасный момент ограбления.

Десять лет назад

ИЮНЬ 2012 ГОДА

Женева

6 час. 30 мин. утра.

Арпад и Софи заканчивали утреннюю пробежку по парку Бертрана в Шампеле. Вернувшись в квартиру на авеню Эжена Питтара, они переоделись и собрались на работу. Обычный день, такой же, как все. И все-таки… Впервые за пять лет, с тех пор как Арпад сбежал из Сен-Тропе, ему предстояло взглянуть в лицо судьбе.

В то утро они дошли до Старого города и позавтракали в забегаловке на площади Бур-де-Фур. Разговор вертелся вокруг скорого отпуска. На это лето они еще ничего не планировали. Все отели были уже забронированы, надо поторопиться.

– Куда тебе хочется? – поинтересовалась Софи.

– На пляж, – ответил Арпад. – На Средиземном море.

– Но куда именно? На Сардинию? В Испанию?

– Честно говоря, понятия не имею.

– Ладно, у вас день на размышления, месье Браун. Вечером решим.

Они встали из-за стола. Арпад заметил, что все официанты и посетители смотрят на них. Они приковывали к себе взгляды. Словно в них было что-то неотразимое.

Каждый пошел к себе на работу.

Софи спустилась по улице Фонтен и направилась к своей адвокатской конторе на улице Роны. Арпад видел, что прохожие невольно оборачиваются и смотрят ей вслед. Он прекрасно понимал, что алчные взоры устремлены не на них обоих, а на нее. Именно ее замечали, именно ее узнавали.

Ее окружала какая-то магнетическая аура, какое-то сияние, которого сам он был лишен. Во всех предыдущих любовных связях в лучах прожектора был как раз он. Но она его затмевала – настолько, что иногда он с трудом находил себе место рядом с ней. Единственным его утешением оставалась мысль (и он ненавидел себя за нее), что он зарабатывает значительно больше. Ее контора находилась еще на старте, а он в банке, со своей зарплатой, бонусом за эффективность и премией в конце года, купался в роскоши. Но всякий раз, беря в руки кредитку, спрашивал себя, чего ему больше хочется – доставить удовольствие ей или подбодрить себя.

До работы – частного банка на улице Корратри – он дошел пешком. Ему нравилось красивое историческое здание, его роскошные интерьеры. Он поднялся на четвертый этаж, в отдел по работе с клиентами из Франции, Бельгии и Люксембурга, поздоровался с патроном, Патриком Мюллером, и прошел к себе в кабинет.

Переехав в Швейцарию пять лет назад, в сентябре 2007 года, Арпад подвел черту под двумя большими периодами своей жизни. Первый он провел в Лондоне, где родился и вырос. Отец его был англичанином, мать – швейцаркой. Отец работал пилотом в авиакомпании “Бритиш Эруэйс”, мать – на крупном фармацевтическом предприятии. Второй этап был короче и протекал в декорациях Сен-Тропе.

Прошлое стояло на письменном столе Арпада в виде двух фотографий в рамках. Одна, двадцатилетней давности, была сделана в аэропорту Хитроу. Арпад, совсем еще мальчик, позировал на фоне “Боинга-747” рядом с отцом в форме командира воздушного судна. Отец теперь на пенсии, мать тоже. Оба каждый год куда-нибудь ездят.

Второе фото откопала Софи, оно было сделано шесть лет назад. Он стоял перед “Беатрис” в Сен-Тропе в окружении тогдашних коллег.

От Лондона у Арпада осталась память о счастливом детстве в красивом столичном пригороде. Походы в центр в подростковом возрасте. Изучение финансов в престижной Лондонской школе экономики. Частный ультраэлитарный клуб, где он получил боевое крещение как бармен. Летом 2006 года, сразу после диплома, ему даже обломилось место в престижном банке в Сити. А потом был тот инцидент, все изменилось. И он решил подвести черту под Лондоном.

Когда Арпад объявил родителям, что переезжает в Сен-Тропе и будет работать в “Беатрис”, мать пришла в ужас:

– У тебя диплом престижного университета, а ты хочешь себя похоронить в ночном клубе какого-то второразрядного городишки?

– Это ресторан, мама. И кстати, довольно шикарный. Весьма модный, скажем так. Да и Сен-Тропе уж точно не назовешь второразрядным городишком. Не понимаю, почему ты так реагируешь.

Арпад старался делать хорошую мину при плохой игре. Мать попала в больное место.

– Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю, Арпад, – не отставала она. – Меня беспокоят мотивы твоего решения.

– Мотивы? А какие нужны мотивы, чтобы перебраться в Средиземноморье, в один из прекраснейших уголков на Лазурном Берегу?

– Не ломай перед нами комедию, Арпад. Тебе стыдно за то, что ты сделал. Тебе стыдно, и ты боишься вернуться. Пора перевернуть страницу, Арпад.

– Все не так просто. – Арпад пошел на попятный. – Думаешь, после того, что случилось, мне светит работа в банке? Мистер Станкович испортит мне жизнь, где бы я ни оказался.

– Мы же все ему возместили, – напомнила мать.

– Знаю, и стыжусь этого.

– Не стыдись. Всем случается хоть раз сделать глупость. Возьми жизнь в свои руки, признай ошибки и двигайся дальше.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Бобо (франц. bobo) – богемные буржуа; термин образован от слов bourgeois (буржуа) и bohème (богема). (Здесь и далее – прим. перев.)

Вернуться

2

Как можно быстрее (итал.).

Вернуться

3

Великолепно! (итал.)

Вернуться

4

Большое спасибо (итал.).

Вернуться

5

Примерно соответствует пословице: “Взялся за гуж, не говори, что не дюж”.

Вернуться

6

Букв.: чистая жизнь (исп.); костариканское понятие, обозначающее наслаждение безмятежной жизнью без забот.

Вернуться