Сумеречный лес
Книга вторая. Шах и мат
Евгения Волкова

Редактор Ирина Ивонина

Корректор Александра Приданникова

Дизайнер обложки Мария Фролова

Иллюстратор Ксенон

© Евгения Волкова, 2024

© Мария Фролова, дизайн обложки, 2024

© Ксенон, иллюстрации, 2024

ISBN 978-5-0064-8785-7 (т. 2)

ISBN 978-5-0064-8784-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Знакомьтесь: он, она, оно

– Посмотри мне в глаза… смотри! Что ты видишь?

Лицо брата выплыло из тьмы бледным пятном.

Это не лицо… Посмертная маска с застывшими чертами. Но вот кожа разгладилась и поползла вниз вместе с мышцами, открывая взору чуть пожелтевшую кость черепа. В пустых глазницах, словно подвешенные на тонких ниточках, болтались глазные яблоки.

– Боль… – едва слышно шепнула я и зажмурилась. – Прости, Шореш. Я не должна была…

Череп не позволил мне закончить. Он заорал, а потом завизжал так, что пришлось зажать ладонями уши. Это не помогло: звук не становился тише, совсем наоборот. И вскоре я тоже кричала. От боли.

– Султанша?

Я очнулась от неожиданного и неприятного сна, заставшего меня в самый разгар дня.

– Госпожа.

Моргнув, я заозиралась и наткнулась взглядом на хранителя султанских покоев, смотревшего внутрь паланкина.

– Задремала, – пробормотала я, проводя ладонью по лицу, стараясь стряхнуть липкие остатки кошмара.

– Прибыли, госпожа.

Хранитель отступил и распахнул занавеси, чтобы я смогла свободно покинуть носилки.

Корона империи. Жемчужина Востока. Висария.

Беря своё начало в обжигающих песках пустыни, столица империи не пряталась в глубинах Восточного Пути – напротив, она сияла в лучах солнца, маня усталых путников изумительным миражом. Висария не единственный город, в котором все постройки возводятся из камня, но только здесь можно лицезреть огромный дворцовый ансамбль, словно короной огибающий спящий вулкан. Самой яркой жемчужиной этой короны по праву считается дворец султана Нелах-Хасы Висария Хана.

Следуя по тёплым мраморным коридорам, я ловила своё отражение в зеркалах и покрытых золотой поталью стёклах окон. Точно так же, как делала сотни раз до этого, когда бежала на поклон к отцу. Только сейчас я вернулась из изгнания, в которое он же меня и отправил, и на поклон я иду к брату.

– Внимание! – затянул глашатай, едва завидев меня. – Единственная в роду, с голосом, подобным трелям прекрасных птиц, глазами, которым позавидует ночное небо, и волосами цвета воронова крыла! Великолепнейшая из султанш! Шах-султан!

Я сдержала смешок, представляя, как передёргивает всех жён султана, когда каждую из них величают «великолепнейшей из султанш».

Висарийский трон, огромное сооружение из белого мрамора с отделкой золотом и драгоценными камнями, возвышался над церемониальным залом и сверкал в лучах солнца. Чтобы лицо восседающего на нём было хорошо видно из любой точки зала, трон стоял на постаменте в человеческий рост высотой, и к нему вело двенадцать ступеней.

На третьей снизу сидел Нелах-Хаса.

Вообще, нынешнего владыку империи я видела на троне всего единожды, в тот самый день, когда отец отправил меня в изгнание. В тот день мой брат Нелах-Хаса, старший сын султана, а теперь и сам султан, пообещал, что тело отца не успеет остыть, как мы встретимся у подножия этого трона.

– И вот ты здесь, – заявил он и откинулся назад, поставив локти на ступеньку выше.

– Как ты и обещал, повелитель, – улыбнулась я и глубоко поклонилась, украдкой наблюдая за братом.

Мы познакомились, когда ему уже исполнилось двадцать. Ну как познакомились… Скорее, он впервые взял меня на руки, когда ему было двадцать. И за всю свою жизнь я ни разу не столкнулась с его жестокостью, о которой сейчас не говорит разве что ленивый. Для меня Нелах-Хаса остаётся прекрасным братом, но, если откровенно, он безжалостный правитель, требовательный отец и так себе муж.

– Я ведь не ошиблась, прибыв сюда?

Теперь Хаса широко улыбнулся и в два прыжка оказался рядом со мной. Знакомо прижав меня к себе, он глубоко вздохнул и выдохнул:

– Тахмасин мёртв, поздравляю.

Я смогла расслабиться полностью. Впервые за семь лет изгнания, после тысяч блюд, в которых мог бы быть яд, и десятков, в которых яд всё же был. Впервые за сотни бессонных ночей, когда я ждала убийц, и десятки тех ночей, когда убийцы приходили. Я расслабилась.

– Спасибо, – шепнула я, прижавшись к брату. – Я готова вступить в корпус, если ты всё ещё желаешь этого.

– Желаю, – кивнул султан и разжал объятия. – Больше всего в жизни я желаю, чтобы ты стала той, кем так не хотел видеть тебя наш отец. Но сначала ты отдохнёшь.

Он взял меня за руку и повёл к окну, за которым открывался вид на омываемые бронзовыми лучами заходящего солнца дворцы Короны. Если дворец владыки звался Звездой и стоял ровно в центре, возвышаясь над всем городом, то остальные восемь расходились от него ровным полукругом, и каждый именовался в соответствии с камнями, украшающими венец султана.

– Этот твой, – заявил Нелах, указав на чертоги с малахитовыми колоннами и позолоченными куполами. – Полностью укомплектован людьми. Твоих слуг отправили туда же.

– А корпус? – поинтересовалась я, вновь взглянув на брата.

– Там же, – кивнул тот. – Тахмасин открыл настоящую охоту на дознавателей. Многих убили, но есть и те, кто успел скрыться. Я не знаю, где они сейчас, да и не пойдут дознаватели ко мне на поклон, но если их призовёшь ты…

Я кивала в такт его словам, оценивая перспективы – как свои, так и возрождённого корпуса.

Корпус дознавателей основал султан Тера-Хасым аж лет двести восемьдесят назад. Будучи высокомерным, честолюбивым и заносчивым, он очень негодовал из-за того, что в мире существуют волшебники всех мастей, начиная от рядовых ведьм и колдунов, заканчивая Древними. Его недовольство вылилось в поиски способа не уступать чудотворцам в возможностях. В итоге небольшой отряд начал собирать информацию обо всём, что так или иначе касалось волшебства и предметов, созданных в то или иное время каким-либо чародеем. И вот в один прекрасный момент в руках Тера-Хасыма появился первый артефакт. Потом ещё один и ещё… Аппетит приходит во время еды, как говорится. Вскоре возник корпус дознавателей – ограниченный круг людей, посвящённых в тайны султанской сокровищницы, а вместе с этим получивших возможности, о которых даже не догадываются простые смертные. И пускай дознаватели не имели силы волшебников, они были способны весьма сносно противостоять им. Несмотря на успех миссии, султан Тахмасин сначала полностью запретил доступ к сокровищнице всем, в том числе членам корпуса, а потом закрыл и сам корпус. Всё закончилось настоящей охотой на дознавателей. Зачем? Вот уж вопрос века!

– Если ты хочешь восстановить корпус, то мне нужно будет узнать причину, по которой отец поступил именно так, – пробормотала я, задумчиво покусывая нижнюю губу.

– Верно, – согласился султан.

– В таком случае, – взглянув на брата, я улыбнулась, – не буду терять время.

– Я рад, что в мире нет ничего, способного сломить твой дух, Шах-султан! – Голос Нелах-Хасы прозвучал довольно, а моя улыбка стала шире. – Любопытно, что бы сказал Тахмасин, увидев тебя сейчас.

– Лучше через год, – поправила я и, отступив, поклонилась. – Через год многое изменится. И, думаю, не только в корпусе дознавателей, а во всей империи. Кстати…

Выпрямившись, я сделала шаг к выходу.

– Насколько сильно успело остыть его тело, прежде чем ты послал за мной?

Нелах-Хаса издал смешок и развернулся к окну.

– Скажем так, – молвил он. – Мои пальцы ещё не отпустили рукоять клинка.

Стараясь не расхохотаться, я представила себе эту картину. Я даже услышала ровный голос старшего брата, отдающий приказ отправить за мной экипаж. И всё это равнодушно, спокойно, уверенно. А его пальцы продолжают сжимать рукоятку кинжала, украшенную россыпью алмазов.

Ох, как же жалко, что я не видела этого своими глазами!

Всего год ушёл на то, чтобы воскресить уничтоженное Тахмасином. Год! Я вернула всех выживших дознавателей, отворила для корпуса султанскую сокровищницу, дала цель. И вот наконец я могу оставить подразделение на капитана дознавателей и вплотную заняться тайнами собственной семьи.

Только закончу с одним делом…

– Проверили досконально, – говорила Рита, шагая рядом со мной. – Купол на месте, ни выйти, ни зайти волшебным задницам не даёт. Оно молчит.

– Оно? – повторила я, бросив весёлый взгляд на женщину.

Высокая и крепкая, выносливая, как стадо слонов, и предана корпусу до кончиков своих смоляных кудрей. А ещё жутко не любит волшебников в любой их ипостаси.

– Оно не особо поддаётся гендерному освидетельствованию, – буркнула Рита. – Сама увидишь.

Я хмыкнула, отчего из ноздрей вырвалось облачко пара.

В отличие от тёплого воздуха в башне корпуса дознавателей, здесь, глубоко под землёй, царил холод, и каменные стены покрывал иней. Это место строилось исключительно для волшебников. Да, двери камер здесь не запирались, кованые ворота иногда и вовсе оставались распахнутыми, ведь попавший сюда чародей никогда не сможет покинуть катакомбы, разве что кто-то из дознавателей выведет его.

Ледяной холод быстро проник под тунику из тонкого шёлка и заставил кожу покрыться мурашками. От стен прямиком ко мне потянулись тени, а золотые нити наряда потускнели, будто от времени. Но один-единственный голос легко разогнал тьму, как стаю псов разгоняет удар кнута.

– Какая интересная компания.

Меня передёрнуло, но удалось сохранить спокойный вид. С деланым равнодушием я оглядела две пустые камеры и перевела взгляд на третью. Именно там отдыхал обладатель выразительного голоса.

И ведь иначе не скажешь!

Заняв единственную лежанку, чародей сидел так, будто пришёл сюда сам. Ни пробирающий до костей холод, ни жуткие тени, теперь льнущие к каменным стенам, его, казалось, не трогали. Как и все волшебники, этот был высоким и статным, но носил простую чёрную рубаху с жилетом из кожи и кожаные штаны, заправленные в высокие сапоги. А вот лица я рассмотреть не смогла: его закрывала чёрная маска – словно покрытый копотью череп волка. В провалах глазниц я видела блеск глаз незнакомца, но не их цвет, а тень от черепа полностью скрывала и нижнюю часть лица.

– Почему он в маске? – спросила я, не отводя взгляда от узника. – И это всё же «он».

– Полагаю, твоим смертным друзьям не очень понравилось смотреть мне в лицо, – рассмеялся заключённый, а Рита раздражённо зашипела и шарахнула по прутьям огромным молотом.

Оглушающий рокот прокатился по всему подземелью и заставил меня поморщиться. Пленника явственно тряхнуло от вибрации. Он тихо втянул в себя воздух, содрогнулся, но быстро вернул себе свойственный всем волшебным тварям пафос.

– Это очень неприятно, между прочим, – заметил он, скрестив руки на груди. – К тому же я ведь не лгу. Принцесса, можешь снять маску сама, посмотрим, чем всё закончится.

– Представься, – я проигнорировала его слова и сцепила руки за спиной.

Арестант тяжко вздохнул и запрокинул голову назад, отчего я смогла разглядеть широкую нижнюю челюсть и частично шею.

– Зачем тебе моё имя? – наконец спросил он. – Задавай вопрос, ответ на который действительно сможет тебе помочь.

Я поджала губы, но решила воспользоваться его советом.

– Как ты сюда попал? Как вошёл под купол?

На сей раз мужчина помолчал чуть дольше, потом вернул голову в естественное положение и даже сел ровнее, опустив ладони, сцепленные в замок, между колен.

– Ты верно думаешь, принцесса, – наконец заговорил он шелестящим голосом. – У тебя под боком есть перебежчик, предатель. Ты права.

Я стиснула зубы, теперь с трудом сдерживая дрожь. Холод всё сильнее овладевал моим телом, сковывал внутренности. Но не стужа сейчас довлела надо мной, несмотря на закоченевшие пальцы рук. Стоя лицом к… маске, я столкнулась с чётким осознанием того, что среди всех имеющих доступ к артефактам есть тот, кто предан отнюдь не правящей семье.

– Сними маску, – приказала я, продолжая равнодушно смотреть на заключённого.

– Сними сама, – явно ухмыльнулся тот, а потом и вовсе поднял руки и тряхнул ими, показывая на запястьях широкие позолоченные браслеты. – Ты же знаешь, что я не смогу пользоваться силой, пока на мне это.

Так-то оно так, ещё ни один волшебник, носивший эти славные браслетики, не сумел обойти их возможности. Только вот с чего бы ему так сильно хотеть, чтобы я сняла маску сама?

– И что же я увижу в твоём лице? – осведомилась я, шагнув ближе. – Что так сильно испугало остальных?

– Ты мне скажи, – едва слышно сказал чародей и выпрямил спину, а потом и лицо приподнял, словно подставляя маску.

Рита одним шагом оказалась рядом с заключённым, держа свой молот в боевой готовности, а я, остановившись напротив, протянула руку и указательным пальцем подцепила маску.

Это не маска, это настоящий череп…

Рука дрогнула, но я толкнула волчью голову вверх, тем самым приоткрыв подбородок и рот мужчины. Его губы растянулись в улыбке, а я сдвинула маску выше. И тут заключённый поймал моё запястье, но не грубо или с целью причинить вред, нет, он заставил меня сжать закопчённую кость пальцами и одним движением убрать маску с лица.

Ледяной, проникающий в самую душу холод окутал моё тело с головы до ног. Тени со стен прыгнули прямиком на меня и мигом поглотили любой свет, худо-бедно проникающий в казематы. А я стояла и смотрела в чёрный водоворот.

Глубже.

Меня затягивало куда-то, в какую-то пропасть, в пустоту, в бесконечность. Куда-то, где нет света, жизни или вообще хоть чего-нибудь. Страшно стало всего на миг, а потом холод рассеялся, но тьма не отступила, она стала мягкой, парной, словно молоко, и запахло персиками.

Персики. Сладкие, медовые персики тают на языке.

Я, ещё раз я и Сет

Влажный нос ткнулся мне в шею, шершавый язык скользнул по щеке, и я услышала незнакомый мужской голос:

– Сет, смотри, что я нашёл! Возьмём это себе?

Я резко села и огляделась – казематы исчезли. Исчез заключённый, Рита и всё то, что я видела буквально мгновение назад. Я сидела на влажной траве, с головой укутанная молочно-белым туманом.

– Это не «что», а «кто», – прозвучал ещё один мужской голос, только если первый был хриплым и каким-то ненастоящим, то этот показался мне более реальным: – Эй, ты в порядке?

Кто-то остановился предо мной, и я осторожно подняла взгляд наверх. С такого ракурса было сложно разглядеть лицо, но фигура у парня была что надо – высокий, широкоплечий. А это напомнило мне о волшебниках. О грёбаных, мать их, волшебниках!

– Всё просто превосходно, – невозмутимо заявила я и положила ладони на грудь, а ощутив под пальцами голое тело, застонала и обхватила себя руками. – Ну вот почему именно со мной происходит такая ересь?!

– Она изумительна, всё как тебе нравится, – вновь заговорил обладатель первого голоса, и я начала искать его взглядом.

Однако вместо ещё одного человека я узрела большого кота, стоящего чуть поодаль. Судя по шкуре – северный леопард. Судя по глазам – в его жилах текла кровь теневых охотников. И эти глаза смотрели на меня с явным ожиданием. Но это всё ерунда, да… Главное, чтобы это не кот тут язык распускал.

– Райву, – предостерегающе протянул парень и опустился на колени, положив в траву подле себя что-то чёрное. – Ты в лимбо. Как ты себя чувствуешь? Знаешь, кто ты?

Ли-и-и-имбо… Я в лимбо. В мире волшебников и их богов. В мире, где нет правил, но всё подчиняется именно им. В мире, где хоть раз желал оказаться любой из дознавателей, но ни один из них не бывал. Ну что ж, одно недоразумение я уже исправила. Осталось разобраться с тем, по чьей воле я здесь оказалась, и… найти одежду, да.

– О да, – кивнула я и даже улыбнулась. – Всё просто великолепно! Всегда хотела побывать в лимбо.

– Я могу помочь? – снова спросил парень и заглянул мне в лицо.

Я вновь окинула его взглядом: приятная наружность, черноволосый и загорелый, но сероглазый, а значит, загар получил в качестве бонуса, путешествуя на юге или по пустыне.

– Да, если одолжишь свою рубашку, – среагировала я на вопрос.

В серых глазах мелькнул огонёк веселья, а на губах появилась плутовская улыбка.

– Тут не так уж и холодно, если что, – заметил он.

Я неодобрительно подняла бровь, а молодой человек только шире улыбнулся, однако сжалился надо мной и быстро расстегнул застёжки на своём жилете. Скинув его на землю, он стянул рубашку через голову и передал мне.

– Прошу! – Он продолжал улыбаться, а когда я взяла рубаху и натянула её на себя, даже представился: – Я Сет, а это – Райву, мой кот.

– Спасибо, Сет, – искренне поблагодарила я, поднявшись на ноги. – Меня зовут Шах, приятно познакомиться.

И, как это принято у дознавателей, я протянула ладонь своему новому знакомому, чтобы оценить крепость его рукопожатия. Тот не стал противиться и сжал мои пальцы…

Он смотрит с любовью. До последнего вдоха не верит в то, что произошло. Серые глаза мутнеют. Я разжимаю пальцы, и клинок остаётся торчать из спины, алые камни в рукоятке блестят, словно капли крови. В моей груди расцветает настоящий пожар, щёку обжигает поцелуй, а ухо шёпот: «Ты совершенна, Шах-султан».

Судорожно втянув носом воздух, я отпрянула от Сета и снова упала в траву. Дышалось с трудом, и я продолжала чувствовать всё то, что ощущала мгновение назад. Я видела лицо и глаза именно этого парня! Именно в его спину я вонзила кинжал! И я была рада его смерти!

– Боги… – прошептала я, тронув трясущейся рукой лоб. – Что же это такое-то…

– Ты уверен, что она не свихнулась от всего происходящего? – вновь как-то глухо прозвучал первый голос, и я недоверчиво взглянула на кота, который смотрел на меня, склонив большую голову набок.

– Даже если ты говорящий – молчи! – приказала я, ткнув в животное пальцем. – Не смей говорить в моём присутствии.

Сет хмыкнул и опустился предо мной на корточки.

– Ты в порядке? – спросил он.

Ещё бы! Аж два раза!

– Ну конечно да! – подтвердила я с широкой улыбкой. – Ты разве не видишь?!

Тот вновь хмыкнул, вздохнул и уселся в траву.

– Ты ведь знаешь, что такое лимбо, правильно? – осведомился парень, а когда я закивала, удовлетворённо качнул головой и продолжил: – Вероятно, также ты знаешь, что смертные здесь бывают очень редко, да?

Я поймала на себе пристальный, даже проникновенный взгляд. Ещё немного, и я уверую в то, что он собирается прочесть мои мысли.

– Ты меня в чём-то обвиняешь? – недоверчиво нахмурилась я, пока внутри просыпалась злость. – О, яйца Рейна, я знаю о вашем всеми шатанном лимбо! Знаю, что смертным сюда заходить столь же глупо, сколь и опасно, только вот…

На меня вдруг свалилось воспоминание о заключённом в маске-черепе, о странной темноте, которую я увидела, едва сняв эту самую маску.

– У меня сейчас голова лопнет… – Я прижала пальцы к вискам.

Всё вокруг показалось таким бессмысленным, таким глупым! Я сама себе показалась полной идиоткой. А ощущение собственной тупости и никчёмности вызвало такую бурю в душе, что я начала хватать ртом воздух, сжимая кулаки в бессильной ярости.

– Как такое вообще могло произойти?! – прорычала я, впиваясь ногтями в ладони. – Как он смог попасть к нам?! Как он сумел провернуть всё это?!

Я вскинула голову и уставилась на Сета.

– Ответь мне! Давай, скажи! Я хочу знать, почему эта волшебная жопа смогла сделать так, чтобы я оказалась здесь!

– Кажется, ты сломал её, – промурлыкал кот.

– Заткнись! – бросил Сет и поймал меня за руку. – Шах…

– Что?! – выкрикнула я и сжала его ладонь обеими своими. – Что, Сет?!

– Разве кто-то умер? – внезапно спросил он, чем несказанно удивил меня.

– Что? – спокойнее, но всё ещё недоверчиво переспросила я.

– Кто-то умер, что ты так убиваешься, м? – Парень заглянул мне в глаза. – Ведь лишь смерть – это то, что невозможно исправить. Так что?

Злость мигом схлынула, смытая волной ледяной рассудительности. Ко мне вернулась рациональность и способность соображать по существу.

– Что? – в очередной раз повторила я, но уже совсем спокойно.

– Кто-то умер?

Я помотала головой и взглянула на наши руки. Тепло его ладони струилось по моей коже, будто тончайший шёлк, но стоило только пошевелить пальцами, как я ощутила покалывание и отдёрнула руки.

– Никто не умер, – буркнула я и подняла взгляд на лицо моего собеседника. – Но я бы не рассчитывала на то, что это продлится долго.

– Ну, тут даже я спорить не буду, – ухмыльнулся Сет и легко поднялся на ноги. – Прошу.

Так как мне была протянута ладонь, я позволила себе принять эту помощь. Выпрямившись и поправив на себе рубаху, я заметила кота и решила обсудить заодно и этот момент.

– Так, ещё мне любопытно: оно реально разговаривает? – ткнув пальцем в сторону животного, я посмотрела на его хозяина.

– Ты даже не представляешь, как много! – сделав страшные глаза, заявил Сет.

– Очень смешно! – подал голос Райву, а я поморщилась и почесала ухо.

– Но если серьёзно, – Сет жестом подозвал кота к себе, – ты в лимбо, а здесь любое животное сможет не просто говорить, но говорить так, что будет услышано кем угодно. К счастью, не все звери столь же словоохотливы, как Райву…

– Ну хватит! – возмутился болтливый кот и обиженно уселся на землю. – Я сейчас вообще никуда не пойду.

Я помотала головой, но с учётом того, что сейчас я находилась в заведомо проигрышных условиях, да ещё и не на своей территории… В общем, пора сбавить обороты и отпустить ситуацию. До поры до времени.

– Слушай, – я взглянула на Сета. – А ты тут никого больше не видел? Ну, типа…

Я жестами попыталась изобразить весьма внушительные формы Риты, а потом поводила ладонями перед лицом, стараясь воспроизвести, как выглядит маска-череп.

– Судя по тому, что ты мне сейчас показываешь, – осторожно заговорил парень, – ты ищешь то ли питомца одного из Древних, то ли вставшую на задние лапы кошку.

Райву начал хрюкать, я округлила глаза и прищёлкнула языком, а Сет примирительно поднял руки вверх и сказал:

– Я никого больше не видел. Только тебя.

Я снова прищёлкнула языком и огляделась.

Допустим, я попала сюда одна, а остальные остались там, в обычном мире, и сейчас Рита знатно потреплет кое-кому нервы. В таком случае… Что, Шах? Что в таком случае? Ну или в ином случае? Ну хоть в каком-нибудь случае? М? Ты вообще сама-то понимаешь, какой у тебя случай?

Содрогнувшись, я покачала головой, что не укрылось от внимательного взора Сета.

– Что случилось? – осведомился тот, заглянув мне в лицо.

– Ничего, – буркнула я, а потом устало потёрла глаза кулаками. – Просто такое ощущение, будто это не я сейчас думала, а кто-то в моей голове говорил со мной.

– Надо же, как интересно! – заявил парень, а меня словно током ударило.

Ненавижу эту фразу! Каждый раз, когда я её слышу, это связано не просто с волшебниками, а с теми мгновениями, когда они натворят какую-нибудь пакость, а потом удивляются тому, что получилось!

– Тебе нужна маска, – подал голос кот, отвлекая меня от напряжённого мыслительного процесса. – Типа такой.

Райву ткнул носом в чёрный предмет, который Сет положил на землю в момент нашего знакомства, и я мигом растеряла желание размышлять о всякой ерунде. Это была маска ворона. Хотя какая маска… Это была голова исполинского ворона! Настоящая, с перьями, глазами и массивным клювом.

– Это… – Я отступила, а Сет склонился и подхватил жуткий предмет. – Что?..

– Здесь нельзя ходить без маски, – произнёс он и протянул вещь мне. – В противном случае далеко мы не уйдём.

Я отступила ещё на шаг и даже руки прижала к груди, чтобы ни в коем случае не коснуться птичьей башки. Тогда Сет пожал плечами и легко натянул её на свою голову. Я услышала характерный чавкающий звук, словно внутри черепушка не была полой. И вот передо мной стоял человек с головой ворона. Меня тряхнуло от отвращения, а парень щёлкнул пальцами, и в его руках появилась ещё одна голова – совиная.

– Держи, – сказал Сет.

– Пожалуй, я воздержусь, – решила я.

– Здесь это не сработает, – подал голос кот и встал так близко, что я почувствовала тепло его тела. – Если пойдёшь без маски, тебя просто съедят.

– В смысле… – Я облизнула губы, пытаясь понять, что имеет в виду животное. – Нападут? Причинят…

– Нет, – мотнул головой Райву. – Сожрут. Проглотят не жуя. Ты не умрёшь, а просто исчезнешь.

– Перестанешь существовать, – подсказал Сет.

– Пропадёшь из мира, – подтвердил кот.

– Ты… – Сет не успел закончить, как я воскликнула:

– Я поняла! Хватит!

Парочка заткнулась и уставилась на меня. С обрубка совиной шеи на траву капнула кровь рубинового цвета. Застонав, я закрыла ладонью глаза и протянула руку Сету, призывая того вложить в неё маску. Когда та легла мне на ладонь, я едва успела сжать перья пальцами, ведь голова бедной покойной ныне птицы оказалась весьма тяжёлой.

– Поверь, это всё не так мерзко, как тебе сейчас кажется, – сказал Сет, а я отняла руку от лица. – Просто надень её, и сама увидишь.

Вздохнув поглубже, я взялась обеими руками за перья и заглянула внутрь. Ну а там увидела всё то, что, собственно, и могла увидеть, если бы отрезала голову птице и извлекла мозг.

– Обещаю, – заявила я, продолжая смотреть в черепушку, – я накажу того, кто втянул меня во всё это. Знатно накажу.

Райву хмыкнул, Сет прочистил горло, а я зажмурилась и натянула на себя маску. Вновь раздалось характерное чавканье, моя кожа и волосы мигом стали липкими, а в нос ударил металлический запах крови, но едва я открыла глаза, как все неприятные ощущения исчезли. Я словно только что очнулась в этом месте и впервые смогла увидеть его – великолепный, изумительный, невероятно красивый мир. Тихо шелестела трава, молочный туман словно пуховое покрывало укутывал всё вокруг, но ничуть не мешал видеть. И я видела каждый лучик солнца, хотя самого светила на небе не было, видела сияющую росу на траве, слышала журчание ручейка, пение птичек, даже шелест далёких деревьев.

– Как красиво… – прошептала я, зачарованно скользнув взглядом по холмам.

– Красиво, – согласился Сет, а когда я взглянула на него, заявил: – Ну что, полетели?

Я не ответила, ведь и сам парень будто изменился. Сейчас, глядя на него через совиные глаза, я смотрела на очень привлекательного мужчину. Даже как-то слишком симпатичного. «Чересчур идеальный, – думала я, – где надо выпуклый, где не надо… Ну понятно, короче. Его лицо превосходно симметрично, глаза блестят, словно начищенная сталь, а улыбка потрясающе выразительна. Уж очень он хорош… чтобы быть человеком».

– Стоп! – воскликнула я, прекратив глазеть. – Почему я вижу твоё лицо, а не голову птицы?

– Потому что мы с тобой на одной стороне, – тут же ответил Сет. – Пока ты в маске, ты на одной стороне с теми, кто в масках. Как только снимешь – окажешься в истинном лимбо.

– А там лучше не оказываться, – буркнул Райву и улёгся на живот.

– Это точно, – хмыкнул парень. – Прошу, Шах.

И меня пригласили сесть верхом на кота.

– Ладно, – вздохнула я и подошла к животному, которое тоже стало гораздо привлекательнее.

Его мягкая шерсть блестела и сверкала, пуская солнечных зайчиков по всей округе. Я запустила в неё пальцы и зачарованно затаила дыхание, наслаждаясь ощущениями.

– Не потеряйся, – голос Сета выдернул меня из омута, в который я окунулась, едва коснувшись шкуры кота.

– Что, прости? – Я взглянула на спутника и убрала ладонь от Райву.

– Здесь легко потеряться, – пояснил тот. – Когда видишь или ощущаешь то, чего невозможно увидеть или ощутить в реальном мире, возникает резонный вопрос: зачем нужен реальный мир?

Я усмехнулась.

Действительно – зачем? Нет, я не отрицаю возможности того, что существование здесь способно причинить вред. Но всем ли? Может, и не всем. А может, и не всегда… Насколько велика вероятность того, что здесь можно найти своё место? Действительно, насколько? М?

Я чертыхнулась, снова поймав себя на том, что будто и не сама думаю, а веду диалог с кем-то. Но стоило прекратить размышлять, как это ощущение пропало и я вернулась к тому, что мы делали.

– Прежде чем я залезу коту на спину, поясни, будь любезен, для чего это мне, – я внимательно посмотрела на Сета.

– Чтобы поехать со мной, очевидно же, – словно говоря о чём-то совершенно естественном, заявил тот. – Если у тебя нет других способов покинуть лимбо, конечно.

– Нет, – подтвердила я. – У меня нет способа покинуть лимбо. А у тебя?

– А у меня есть, – довольно улыбнулся парень. – Нужно зайти в таверну здесь и выйти из неё уже по ту сторону.

– Хм, – я бегло поразмыслила над этим, но кивнула и запрыгнула на Райву. – Полагаю, ты собираешься помочь мне выйти, да?

– Ну-у-у… – Сет уселся позади меня, и кот безо всяких понуканий поднялся и побежал вперёд. – Для начала я хотел бы узнать, кто ты и как сюда попала, потом мы могли бы познакомиться ближе, но в конечном итоге – да, я собираюсь помочь тебе выйти.

– Познакомиться ближе… – повторила я, смакуя фразу на языке. – Давай начнём прямо сейчас: кто ты и что ты здесь делаешь?

Мой спутник тихо рассмеялся, но вздохнул и ответил:

– Как ты знаешь, моё имя Сет, и я пришёл сюда, чтобы повидаться с давним другом, а заодно посетить рынок. Теперь твоя очередь: кто ты и что здесь делаешь?

Так как очередь была моя, я тоже хихикнула, но ответила:

– Если ты забыл, то меня всё ещё зовут Шах, и я оказалась здесь не по своей воле, а из-за порочных извилин в мозгах одного волшебника. Друзей у меня здесь нет, и по рынкам ходить не люблю.

Непонятно почему засмеялся Райву, а потом заявил:

– Как вы все знаете, меня зовут Райву, и сюда меня притащил хозяин, которому просто не сидится в одном месте. Теперь придётся встречаться с его другом и тащиться на рынок.

– Привет, Райву, – хором сказали мы с Сетом и захохотали.

Всего на миг я задумалась о том, что сижу верхом на коте, еду по лимбо в компании одного чародея, а попала сюда по воле другого. И всё же сейчас, после недавнего взрыва злости и осознания, что никто не умер, а значит, всё можно исправить, в моей душе наступил относительный покой.

– Так значит, ты волшебник, – констатировала я. – Колдун? Ведьмак?

– А ты знакома только с этими представителями нашего мира? – осведомился мой спутник. – Как бы то ни было, сейчас я не готов рассказать о себе всё-всё. Может, позже.

Я пожала плечами и согласилась, ведь мы все прекрасно понимали, что парень этот не прост, а как именно, так это не суть важно.

– Тогда расскажи о другом, – вновь заговорила я, а Сет утвердительно замычал. – Ты сказал о таверне. Имеешь в виду ту самую таверну? Та, что «В Туманах» зовётся?

– Именно, – подтвердил парень. – Оттуда ты сможешь покинуть лимбо. Потом спустишься с хребта и пойдёшь к себе. А, кстати, откуда ты?

– Оттуда, – заявила я, кивая. – Из дома. Я там живу.

– Я понял, – тут же подхватил Сет и счастливо вздохнул. – Вероятно, там очень красиво.

Я улыбнулась и тоже вздохнула – почти счастливо, обводя взглядом сверкающие пейзажи лимбо. Меня захлестнуло ощущение восторга от созерцания окружающего великолепия. Мигом всё стало неважно, а взгляд просто потерялся на этих бескрайних равнинах.

– Как же красиво… – прошептала я, и это было не способом поделиться впечатлением, а попыткой выплеснуть хоть часть переполнявших меня эмоций.

– Красиво… – согласился Сет, полностью разделив со мной происходящее.

– Красиво… – подтвердил Райву, присоединившись к нам.

Вдруг, откуда ни возьмись, появился…

Потеряться в собственных ощущениях оказалось очень легко. Я даже не замечала, когда наступал тот самый момент, – и вот я уже смотрела не на что-то, а во что-то, словно фокус взгляда менялся и я погружалась в этот прекрасный мир своим нутром. Но тут меня дёргал Сет, и всё начиналось заново. После очередного одёргивания я решила сконцентрироваться на чём-нибудь ином, чтобы не позволить себе уплыть.

– Где мы территориально? – спросила я, обернувшись через плечо.

Парень сидел и загадочно улыбался своим мыслям. Моего вопроса он даже не заметил, зато я разглядела в его глазах яркие золотые звёздочки, словно блики солнца.

– Сет!

Он встрепенулся и моргнул, прогоняя свечение из глаз.

– Что?

– Где именно мы находимся? – повторила я вопрос.

Мой спутник огляделся и пожал плечами.

– Где-то в паре десятков километров от того места, где познакомились, – невинно ответил он.

Райву захихикал, я заскрежетала зубами.

– Знакомься: Сет Масио, – начал кривляться кот. – Никогда не угадаешь, что из него вылезет в следующий момент.

Хозяин болтливого животного прищёлкнул языком, а я качнула головой и…

«Масио? Из баронства Сумеречный лес? Ну надо же, как интересно!»

Я зарычала сквозь стиснутые зубы и помяла виски пальцами.

«Ладно. Если исключить факт, что теперь в моей голове появляются мысли, присущие во… Вот ведь меня накрыло-то! И да, кто сказал, что это не… Ну, какой-нибудь ещё Масио? И почему он обязательно колдун? Да потому, что именно в семействе Масио вообще никогда и никто без силы не рождался! Как интересно!»

Теперь я застонала и шлёпнула себя по лбу.

«Колдун. Это колдун, мать вашу! Кол… колотись оно всё по голове!»

– Сет? – позвала я, когда эмоции чуть утихли.

Тот что-то промурлыкал в ответ.

– Так ты из Сумеречного леса?

Теперь парень вздохнул, словно не желая отвечать, однако и отказываться не стал. Только вот его ответ был…

– Вся эта красота произошла из очень древних и влажных корней большого семейного древа… – заговорил он, а бока Райву начали подрагивать, пока сам кот утробно хрюкал.

Я покачала головой и буркнула:

– Забудь.

И Сет легко забыл мой вопрос, зато решил потрепаться о всяком разном.

– Ты знакома с таверной? – спросил он, мелодично округляя гласные, словно напевая слова.

– Если ты о той самой таверне, – заговорщическим тоном поддержала я его беседу, – то я слышала о ней, конечно!

Масио обрадовался и даже в ладоши захлопал:

– Прекрасно! Там можно пить алкоголь и играть в карты!

Я снова вздохнула, а Райву, не прекращая смеяться, заметил:

– Она тебя поколотит через пару дней.

«У тебя слишком благоприятный прогноз, котик!»

– Откуда ты? – неожиданно серьёзно спросил Сет.

Я даже села ровнее и, удивлённо покосившись через плечо, обронила:

– Видимо, ты не знаешь, как работает обмен информацией, но я с удовольствием послушаю твои идеи насчёт моего происхождения.

Парень с улыбкой пожал плечами, но всё же ответил:

– Я думаю, ты с востока. У тебя волосы цвета вранового крыла и бронзовая кожа, твои глаза столь же темны и глубоки, что и ночное небо. За словом в карман не лезешь, но предпочитаешь больше слушать, чем говорить, а значит, имеешь отношение к одной из тех самых организаций.

– Это о каких организациях речь? – тут же полюбопытствовала я, не показывая изумления.

– Тех самых, – повторил мой спутник. – Ну сама ведь знаешь – шпионаж, тайная канцелярия, клуб весёлых и находчивых дознавателей… В общем, ты в курсе.

Я обвела взглядом пейзаж, стараясь не задерживаться ни на чём, проникаясь мыслью, что нахожусь в компании того, кто знает намного больше, чем я считала. Всё было бы куда проще, окажись на месте Сета волшебник типа «Ненавижу всех людей. Жру их сердца», но именно этот парень был таким искренне радушным, весёлым… В таком трудно заподозрить корыстные мотивы. «Ладно, я знаю его… А я его знаю? О нет, Шах, ты много читала о Масио, но ничего ты о них не знаешь, смирись». Я широко улыбнулась, а потом и хмыкнула. Что ж, игры разума я, может, не люблю, но уважаю и смогу разделить.

– О чём думаешь? – подал голос мой новый партнёр по игрищам.

Выбрав линию поведения, я пожала плечами и ответила:

– Я же дознаватель, я всегда думаю о всяком… дознавательском.

Райву крякнул, Сет недоверчиво буркнул что-то, а я удовлетворённо вздохнула.

– Разве ты должна это рассказывать? – удивлённо спросил парень, заглядывая мне в лицо. – Зачем ты это делаешь?

– Вся прелесть правды заключается в том, что это правда, а значит, нет нужды что-то выдумывать или опасаться как-то выдать себя, – произнесла я, спокойно встретив взгляд Сета. – А что? Разве ты уже не сделал выводы по поводу меня и тех самых организаций?

Тот задумчиво поджал губы и принял мои слова, а я смогла продолжить:

– И всё же, ты из Сумеречного леса?

– И всё же я подожду с прямым ответом на этот вопрос, – немедленно среагировал Масио. – К тому же… разве ты уже не сделала вывод в отношении меня?

Н-да… Любопытно, на сколько меня ещё хватит?

– Ладно, помолчим, – кивнула я.

– Но зачем?! – тут же воскликнул Сет и положил подбородок мне на плечо. – Ты можешь спрашивать меня о чём угодно, и я отвечу, если вопрос не будет касаться меня лично.

О чём угодно? О волшебниках? Артефактах? О чём угодно?

– Договорились! – согласилась я, оборачиваясь к собеседнику, а там…

Солнце так здорово отражалось в глазах стального цвета, тонуло в них, вспыхивало золотыми искрами.

– Твои глаза…

Я не смогла закончить, погружаясь в странное состояние, когда всё вокруг становилось таким неважным, но вот сияющие глаза моего компаньона… Эти лучащиеся омуты затягивали и гипнотизировали. Хотелось смотреть в них и дальше, не отпускать момент, остановить всё именно здесь, где может быть только хорошо. Нет невзгод, нет переживаний, тревог, нет вопросов, секретов… и… красиво… Как же здесь красиво…

– Эй! – резкий оклик Райву выдернул меня из созерцания и заставил заморгать. – Ты можешь не концентрировать своё внимание на всём подряд?

Я тряхнула головой, собираясь с мыслями. Меня снова унесло.

– Мои глаза не «всё подряд»! – обиженно воскликнул Сет и сел ровно. – Мои глаза прекрасны! Как начищенная сталь под лучами солнца! О, эти сверкающие очи!

Он страстно вдохнул и томно выдохнул, а я закатила глаза и потрясла головой, пробурчав:

– Ты хоть иногда бываешь серьёзным?

– Иногда, – уклончиво ответил парень. – Но мы же не говорим обо мне, верно?

– Верно, – согласилась я. – Скажи, Сет, вот лимбо – оно что такое?

– Мир волшебников, – тут же ответил тот. – Можно сказать, что это отзеркаленная копия мира смертных, только для чародеев.

Вон оно как!

– То есть, – встрепенулась я, – если в обычном мире есть какое-то место, то…

– Тут оно тоже есть, – подхватил Масио, а я даже в ладоши хлопнула. – Но если ты сейчас подумала о том, чтобы прогуляться туда и взглянуть, как живёт твой край по эту сторону зеркала, – лучше не надо.

– Почему?

– Ты смертная, – словно это всё объясняло, сказал он. – Но если даже это тебя не остановит, знай: по эту сторону обитают все ваши пороки. Вечно.

– Не совсем понимаю… – призналась я.

– Я покажу тебе, – пообещал Сет. – Дойдём до таверны, и я покажу.

– Ладно. Теперь расскажи мне о том, почему этот мир так затягивает. Или он только на смертных так действует?

– Не только на смертных, – возразил мой спутник. – Сейчас ты впервые увидела красоту этого мира, а она всегда будет ярче, сочнее и притягательнее, чем в мире смертных. Поэтому тебя затягивает. Для волшебников, которые уже привыкли к этому миру, эффект слабее, но их тоже может унести, особенно если задержать свой взор на чём-то… или на ком-то.

– И что будет, если не остановить себя в этот момент?

– Если долго вглядываться в этот мир, он обернётся, чтобы посмотреть в тебя. Что будет дальше, мне неведомо.

– О, ты чего-то не знаешь?! – немедленно среагировала я, а Райву ехидно захохотал.

– Я не знаю, что будет с тобой, – выделив интонацией последнее слово, ответил Сет и шлёпнул кота по боку. – Для каждого этот путь свой. Но точно могу сказать одно – это наслаждение.

– Весьма познавательно, – хмыкнула я.

Наслаждение. Настоящее, без примесей эмоций или мыслей. Чистое блаженство. Расслабься… Отпусти…

– Но, если хочешь, отпусти это. – Голос Сета буквально вторил мыслям, которые появлялись в моем сознании. – Позволь себе хоть раз испытать нечто подобное. Я присмотрю за тобой.

Отпусти… Ты должна хоть раз попробовать подобное… Ведь если не сейчас, то…

– Никогда, – пробормотала я, словно пытаясь поставить точку в происходящем безумии, хотя на самом деле просто закончила то, что так сладко начал голос у меня в черепе.

И я устремила взгляд вдаль, туда, где темнела полоска леса, а солнечные лучи так заманчиво искрились в траве. Вероятно, там ручей, а может, даже небольшая речка… Как было бы замечательно окунуться в её воды, ощутить влагу на коже и…

– Ну здравствуй, принцесса…

Воздух рывком покинул лёгкие, будто я упала на спину, а волосы на голове зашевелились.

Персики. Сладкие, медовые персики тают на языке.

Я стояла в молочном тумане по самую шею, но не это заставило меня напрячься, а то, что меня мигом наполнили все те ощущения, которые я испытала в момент, когда сняла маску-череп с волшебника в каземате.

– Помнится, ты спрашивала, кто я, – прозвучал за спиной его голос, а дыхание встопорщило пряди у меня на затылке.

Да, это был голос узника.

– Что… – выдохнула я, но на большее меня не хватило. Страх окутывал, словно одеяло, удушающая аура подавляла, лишала рассудка.

– Что я здесь делаю? – вкрадчиво проворковал чародей. – М? Или что здесь делаешь ты?

Я кожей чувствовала угрозу, исходящую от него. Каждую частичку тела будто пронзило ледяной иглой, а мышцы напряглись до боли. Чутьё подсказывало, что ситуация очень легко и быстро выйдет из-под контроля, если оставить всё как есть. Только как я могу повлиять на происходящее, когда собственное тело не слушается?

– А никак, – с улыбкой подсказал мужчина, словно отвечая на мои мысли. – Ты можешь только смириться. Подчинись мне.

– Иди в кусты и там подохни, – посоветовала я, трепеща от страха и ярости. – Ну затащил ты меня сюда, и что? Пусть пока я не знаю, кто ты, но, будь уверен, узнаю. А когда узнаю, найду способ тебя наказать.

Он расхохотался и обошёл меня так, чтобы встать спереди. Молочный туман даже не дрогнул от его движений.

– О, я прекрасно осознаю, сколько придётся приложить усилий, чтобы сделать тебя послушной, – заявил колдун. – И я могу сказать лишь одно: мне понравится.

Теперь, когда мы стояли на расстоянии вытянутой руки друг напротив друга, я могла как следует рассмотреть то, что прежде скрывалось под маской: копну волос с таким разнообразием оттенков чёрного, что большую часть из них я прежде не видывала, не менее тёмные глаза, чувственный рот с полными губами. Вот губы дёрнулись, растянулись в улыбке, и я почувствовала, как меня затягивает, будто в водоворот. И в этом не было обещания наслаждения, меня просто лишали права голоса.

– Кто ты? – шепнула я.

Персики. Сладкие, медовые персики тают на языке.

– На самом деле не имеет значения, кто я, – раздался бархатный голос у моего уха, а на глаза легла холодная ладонь.

Я оказалась в темноте, однако это не позволило мне прийти в себя. Напротив, с закрытыми глазами я начала ещё быстрее погружаться в происходящее – будто падая в кромешный мрак, исчезая из мира… Из всех миров. Страшно уже не было, не было вообще никаких эмоций, словно их отключили.

– Значение имеет только то, чего я хочу. – Тьма заполнилась голосом чародея в маске-черепе, а затем раздался щелчок, так похожий на звук удара кнутом. – Поиграем.

Одна голова хорошо, а две в одной – лучше

Мелодичное женское контральто напевало грустную песню, и это помогло мне вынырнуть из…

Сна?

Понятия не имею, как это назвать. Кажется, я вновь видела и слышала что-то ненормальное. Только вот… а что было-то? Что произошло?!

– Какого Древнего?! – буркнула я и открыла глаза.

Тихий вскрик дал понять, что своими неосторожными действиями я напугала певунью. Я поморщилась и огляделась, а не заметив ничего, кроме деревянного потолка, села и… тут же сжалась от острой боли. Болело не где-то в одном месте, боль была везде, словно меня некоторое время били.

Вздохнув пару раз, я смогла вернуть контроль над собой и опустила взгляд вниз, где узрела голое тело, покрытое огромными синяками, ссадинами и запёкшейся кровью. Сначала меня бросило в жар, потом в холод, но я только сильнее стиснула зубы.

– Ты очнулась! – воскликнула появившаяся в поле моего зрения девушка. – Какое счастье!

– Действительно… – прошептала я, недоверчиво таращась на свои голые ноги. – Что произошло?

Я подняла взгляд на незнакомку.

Она была темнокожей, черноволосой и темноглазой – явно родилась за морем, в одном из южных племён.

– Что случилось? – повторила я и тронула свою голову, а ощутив под пальцами перья, облегчённо вздохнула, но тут же скривилась.

Значит, я нахожусь всё там же, то есть ничего не изменилось. За некоторым исключением, конечно.

– Меня зовут Бинту. Я здесь, чтобы помочь, – ответила девушка, подходя к большому деревянному комоду. – Твоя одежда испачкалась, и кожа, она…

Бинту умолкла и взглянула на меня с сочувствием.

– Мне очень жаль, но некоторые шрамы останутся.

– Это меньшее, что меня сейчас занимает, – отмахнулась я. – Где я? Где человек, с которым я путешествовала?

– Мы находимся в лимбо, – принялась пояснять хозяйка, ища что-то в комоде. – Мужчина с котом на улице. Нашла!

Развернувшись ко мне, она нежно провела ладонью по пышному полотенцу. Удовлетворение на лице девушки пропало, едва она увидела мою гримасу. Бинту тут же погрустнела и пробормотала:

– Я приготовила воду, может, ты захочешь вымыться?

Я стиснула зубы, борясь с острым желанием подняться и выплеснуть нахлынувшее раздражение и злость.

Я не понимаю, что произошло! Не понимаю, почему это произошло! Я НИЧЕГО НЕ ПОНИМАЮ! Но мне предлагают помыться. Это просто превосходно!

– Давай я тебе помогу.

Дыхание спёрло, сердце замерло в груди, а по спине пробежал холодок, ведь сейчас я действительно услышала голос волшебника в волчьей маске. И я… Я замотала головой и закрыла уши ладонями, шепча:

– Нет-нет-нет… Этого нет. Это неправда!

Бинту осторожно заглянула мне в лицо, но моё сознание вновь заполнил призрачный шёпот, вызывая ощущение полной потери контроля.

– Правда, неправда, – произнёс он. – Разве это важно? Разве я не сказал тебе, что сейчас важно?

Только я открыла рот, чтобы ответить ему, как тело тряхнуло, словно я локтем ударилась, а в голове прозвучал приказ:

– Выгони девку.

– Не дождёшься! – прорычала я, и тут же в глазах потемнело от боли.

Вдоль позвоночника будто молния стрельнула, руки и ноги онемели, глаза заволокло пеленой, а на языке появился металлический привкус.

– Ммм… – промурлыкал голос. – Зубки мне показываешь… Мило.

У меня челюсть свело от его приторной сладости. Голос теперь совсем не походил на призрачный шёпот, с каждым сказанным словом он становился всё твёрже, увереннее… реальнее. Да и меня потихоньку отпускало. Боль притупилась, а по подбородку побежала тёплая жидкость. Стерев её пальцами, я пошевелила прикушенным языком и поморщилась.

– Выйди, – велела я девушке.

Та приподняла брови, но ничего не сказала, а потом кивнула и быстро покинула комнату. Только после того, как дверь плотно закрылась, я спросила:

– Кто ты?

– Тот, кто побудет с тобой некоторое время, – ответил невидимый собеседник.

– Что тебе нужно?

Тон моего голоса не стал выше, но изменившаяся интонация не понравилась тому, кто сидел у меня в голове.

– Заткнись.

Я тут же захлопнула рот и зарычала от безысходности.

– От тебя мне требуется лишь покорность, – вновь заговорил он. – Считай, что служишь мне в качестве личного транспорта. Если будешь умничкой, всё пройдёт гладко, ну а если нет, я перестану скрывать от тебя то, что делаю с твоим телом.

Я тяжело задышала, даже засопела от ярости, вонзив ногти в ладони, но промолчала. Да, я могу быть заносчивой, самоуверенной, но никогда не была глупой. Вот и сейчас повторять дважды мне не потребовалось, ведь синяки и раны на теле уже могли рассказать о многом, и конечно, мне не хотелось вновь испытать всё, что подарило эти следы.

Меня похвалили за сдержанность:

– Вот и молодец. Мне нужно, чтобы ты узнала, где трон.

– Чего? – нахмурилась я.

– Терновый трон, предмет силы бога ведьм.

Я приоткрыла рот, но тут же сжала губы и глубоко задумалась.

Трон бога ведьм, судя по описанию в дознавательских архивах, представлял собой нечто чудовищное, но притягательное даже для смертных. Только вот никто не видел этот трон с тех самых пор, как сам бог ведьм пропал. И вдруг ни с того ни с сего я оказываюсь лицом к лицу с некой одарённой жопой, которой, видимо, не терпится посидеть на этой мебели… Очень интересно!

– Так кто ты такой, собственно? – спросила я будничным тоном, полностью стряхнув с себя страх. – В целом я не имею ничего против того, чтобы найти стульчик бога ведьм. Мог бы просто попросить.

Волшебник зловеще рассмеялся, отчего у меня мурашки по спине побежали, но за хохотом не последовало ничего. Я просто почувствовала себя так, будто только-только проснулась. И тут же заметила, что в комнате появилось ещё одно действующее лицо в виде Сета Масио.

– Сет, – выдохнула я и провела ладонью по щеке. – Видимо, правила приличия – это не твоё.

– О, я знаком с ними, – спокойно отозвался Сет, словно ничего не случилось, а я не выгляжу так, как не должна выглядеть, – но мне не понравилось. А ты, радость моя, любишь правила?

– Правила необходимы. Без правил не будет порядка. – Я пожала плечами, поморщилась от боли, но не стала акцентировать на этом внимание. Вместо этого я уставилась на Масио.

И снова меня увлёк его вид – все эти рельефы и изгибы тела, сверкающие глаза, изумительная улыбка…

– Шах! – одёрнул меня Сет, а я стиснула зубы и упала на спину.

Вдруг парень заговорил со мной настолько тихо, что пришлось поднапрячься, чтобы разобрать слова:

– Прости меня. Когда я понял, что происходит, было уже поздно.

Впервые я услышала раскаяние в голосе Сета, поэтому приподнялась на локте и бросила на него взгляд. Очень лёгкий и быстрый. Но и этого хватило, чтобы увидеть на лице моего спутника самую настоящую боль.

– Хочешь сказать, ты так переживаешь за меня, а не потому, что не успел? – съехидничала я, чтобы хоть как-то разрядить обстановку.

Судя по тому, что физиономия Сета мгновенно стала хитрой, у меня вышло очень хорошо.

– Между прочим, я был немного занят, – заявил он. – И потом, я же вытащил тебя. Если бы не я, то синяками и ссадинами ты не отделалась бы.

– Насколько быстро? – спросила я, отведя глаза от Сета.

– Очень быстро, – отозвался тот.

– Ты знаешь того, кто это сделал?

– Возможно.

Я тяжело вздохнула, а парень отступил от кровати.

– Не думаю, что голословное обвинение кого-либо окажется для тебя полезным, – добавил он как бы между делом. – Особенно с учётом того, что мы находимся в лимбо.

Ах ты ж мелкий, самодовольный…

– Сет, а что ты здесь делаешь? – поинтересовалась я, стараясь держать себя в руках. – Не в целом, а именно здесь, в этом доме, сейчас?

Тот шокированно взглянул на меня и даже отпрянул, а когда я удивлённо подняла брови, воскликнул:

– Я пришёл посмотреть, как ты моешься, конечно же!

Будто можно было ожидать от него иного ответа…

Я вздёрнула подбородок, но решила вернуться к нашей глупой игре.

– Посмотришь, – многообещающе заявила я, а когда парень прищурился, закончила: – Но сначала мы поговорим о тебе. Представься. Полностью. Без шуток. Я же должна знать, кто собирается наблюдать за моим омовением.

Сет закатил глаза и покачался из стороны в сторону, но заговорил:

– Сет Масио, первый сын барона Сумеречного леса, семнадцатое поколение. Будущий барон. Весельчак, шутник и просто красавчик.

– Боги, ты невыносим, – пробормотала я и скопировала гримасу собеседника, а когда тот рассмеялся, хитро улыбнулась и добавила: – Ты забыл кое-что очень важное.

Масио изобразил удивление, однако явно задумался. Длилось это недолго, и в итоге он воссиял аки солнышко:

– Не женат!

Я шлёпнула себя ладонью по лбу и вздохнула.

– Да ладно, радость моя, – ухмыльнулся Сет и взглядом указал на лохань, от которой поднимался пар. – Забирайся туда, и поговорим.

Я пожала плечами и сползла с постели. На лице Масио отразились удовлетворение, восхищение и… радость. Да, он любовался мною, как и множество других людей, но только Сет смотрел так, словно я исполнила его мечту. «Наверное, так же выгляжу я, когда начинаю уплывать», – подумала я и позволила первому отпрыску барона насладиться ситуацией, прежде чем выдёргивать его. Лицо Сета расслабилось, все эмоции пропали с него, но это не сделало его уродливым или пустым, совсем напротив. Теперь я видела чистую красоту этого мужчины. Без примесей чувств, меняющих выражения.

– Сет! – выдохнула я и заморгала, поняв, что и сама поддалась моменту. – Эй!

Тот моргнул и будто ожил – я остолбенело наблюдала за вихрем обуревающих его эмоций. Словно здесь и сейчас Масио переживал всё, от колоссального удовольствия до самого жестокого разочарования.

– Я… – наконец вздохнул парень и провёл ладонью по лицу. – Всё, я тут. Вернулся… Да…

Он бегло взглянул на меня, и теперь уже я рассмеялась, прекрасно понимая, что именно испытывает в эту секунду юный весельчак.

– Не смешно! – буркнул Сет и указал на лохань. – Залезай!

– О нет, это очень смешно, – промурлыкала я, но провоцировать парня перестала и шагнула к корыту.

Проверив, не горячо ли, и удовлетворённо кивнув, я вошла в воду, и тут же зашипела – ссадины на ногах начало щипать. Всё же я погрузилась в пенистую жидкость, хотя мыться совсем расхотелось.

– Зачем это мне?.. – процедила я и вздохнула.

Сет сел на пол рядом, а руку положил на край лохани.

– Сейчас пройдёт, – пообещал он и окунул пальцы в воду.

Мне мигом стало легче: тело обмякло, а настроение поднялось.

– Лучше?

– О да! – выдохнула я и закивала, а потом легла, позволяя пене скрыть меня по самую шею. – Спасибо.

Сет хмыкнул, но промолчал. Я тоже молча наслаждалась тем, что у меня ничего не болит. Несмотря на полное расслабление, я всё же контролировала свои глаза, не позволяя им надолго задерживаться на чём-либо. Поняв, что предел умиротворения достигнут, я спросила:

– Ты колдун?

Прямой вопрос – прямой ответ.

– А ты хотела бы, чтобы я был колдуном?

Н-да… Прямой вопрос – кривой ответ. Знакомьтесь: Сет Масио.

– Прекрати в игры играть, – процедила я, окидывая его строгим взглядом. – Заканчивай!

Лицо парня приобрело многообещающее выражение, но я успела поднять руку и закрыть ему рот ладонью.

– Сет, – быстро заговорила я, пока он опять не начал шутить. – Я здесь не по своей воле. Моя семья не отмечена знаком Древних, и поэтому я знаю о волшебниках лишь то, что в принципе можно о них узнать смертным. Тем не менее я оказалась здесь. С тобой. И именно ты вызвался мне помочь. Так будь добр – помогай!

Я почувствовала, как шевельнулись его губы, а потом Масио чуть сдвинул мои пальцы и заявил:

– Ты лукавишь.

Я нахмурилась и убрала руку, всем своим видом показывая, что готова выслушать всё, что он скажет. И Сет заговорил:

– Для начала хочу заметить: я ознакомлен с перечнем того, что хранится в сокровищнице дознавателей. А это, знаешь ли, делает смертных чуть более интересными для волшебников. Насколько я знаю, у вас даже фиал с той самой водой есть.

Я опустила взгляд и закусила губу.

– Не подумай, я не обвиняю тебя, – продолжил Сет. – И конечно же, не оставлю в беде, сделаю всё, что сумею. Но ты же понимаешь, что вот так просто, без вопросов и уточнений, я смогу помочь тебе лишь покинуть лимбо?

Я кивнула.

– А чтобы быть тебе полезным в остальных делах, я должен узнать, что привело тебя сюда. Понимаешь?

Я снова кивнула.

– И я подожду. А когда будешь готова – выслушаю тебя.

Я задумчиво покусала губу и вздохнула.

– Благодарю тебя, Сет Масио, – искренне сказала я. – Даже если твоя помощь закончится сразу, как только я выйду из лимбо, спасибо.

– Пока ещё не за что, Шах, – улыбнулся тот, а потом тихо добавил: – Я же тоже не просто так всё это делаю.

– Моя напрасная вера в альтруизм… – пробормотала я. – Тогда расскажи, зачем ты мне помогаешь?

– Чтобы иметь возможность сделать так… – И Сет провёл кончиком пальца по моему плечу.

Его прикосновение обожгло холодом, но мне стало жарко, и кровь ударила в лицо. На затылке появились мурашки и бросились врассыпную, волосы на голове зашевелились. Я стиснула зубы и отвела глаза.

Что не так-то?! С чего такая реакция? Я вижу этого парня буквально второй раз! Ну да, он красивый, даже очень. Для человека…

– Сет, я… – Я вновь посмотрела на него и встретила понимающий взгляд.

Мысли вспорхнули, как стайка испуганных птичек, и разлетелись.

– Я знаю, Шах…

Время остановилось, в воздухе плавали завихрения пара, серые глаза глядели терпеливо и внимательно. Да, мы только познакомились… да и не познакомились толком, но между нами явно что-то происходит. Или он хочет, чтобы я так думала… Но даже если так, плевать! Разве найдётся в мире хоть один человек, который откажется испытать такое вот просто из-за страха? Не я точно.

– Мне кажется, оно того стоит, – произнёс Сет и мягко улыбнулся. – Мойся. Я буду ждать тебя на улице.

Он поднялся на ноги, а я так удивилась, что не могла произнести ни слова, только смотрела на него широко открытыми глазами.

– Ну что такое, радость моя?! – с хитрой улыбкой воскликнул парень, сунув большие пальцы за пояс. – Ты же не думала, что я пойду дальше? Ну уж нет, мы только начали.

Я поперхнулась и кашлянула, а Сет захохотал и двинулся к выходу.

И пойду я долиною призрачной…

Всё ещё пребывая в замешательстве, я быстро помылась и натянула на себя рубашку Сета. В нос ударил аромат мужского тела – мягкий, но терпкий, с нотками дерева… Так пахнет чистое бельё, долгое время хранившееся в закрытом сундуке.

– Ну хватит! – оборвала себя я и рывком поправила рубаху.

Пальцами расчёсывая волосы, я покинула дом и оказалась у фонтана в виде сидящего льва. Вместо воды из пасти зверя плавно стекал молочный туман. Тут находился и Сет в компании Бинту, а также великан, показавшийся смутно знакомым.

– Шах, – улыбнулся Сет, оглядывая меня с головы до пят, а потом в обратном порядке, – это Аневардан, мой друг. Теперь он пойдёт с нами.

– Приветствую, – кивнула я. – Мы встречались?

– Здравствуй, – вроде бы согласился тот и медленно ощупал взглядом мою фигуру, словно это могло помочь вспомнить. Не помогло: – Не думаю.

– Понятно, – вздохнула я.

Аневардан снял с запястья браслет.

– Ты точно не бывала там, где бывал я.

– Как ты уверен, – пробормотала я, а когда гигант одним движением превратил безделушку в огромного медведя с бурой шкурой, зачарованно улыбнулась.

– Никогда не ошибаюсь, – отозвался Аневардан и обратился к Сету: – Где животина твоя?

– Я тут, – подал голос Райву, неслышно подойдя к нам.

– Тогда поехали, – скомандовал великан и запрыгнул на своего медведя.

Кот прилёг перед нами, позволяя забраться ему на спину. Я вновь устроилась впереди, после чего уселся Сет, и наш маленький отряд тронулся в путь. Чтобы отвлечься от пейзажа, я решила продолжить беседу с Масио:

– Так ты колдун?

Сет ласково обвил меня руками и замурлыкал на ушко:

– Разве я не говорил, что ты можешь спрашивать о чём угодно, если это не касается меня?

– Говорил, – себе под нос отозвалась я, и тут в наше общение встрял великан:

– Можешь спросить меня, я отвечу на все вопросы, включая личные.

– Ох, да ладно! – воскликнул Масио, а я ухмыльнулась и обратила взор на Аневардана.

– Откуда ты?

– Из Урхана, – тут же ответил он.

Ммм… Урхан. Однажды я там едва не оказалась, но вовремя одумалась.

– Так ты ведьмак? – уточнила я.

– От начала и до конца, – согласился великан.

– И для чего ты здесь, в лимбо?

Теперь Аневардан молчал чуть дольше, но всё же ответил:

– Мне скучно.

– В смысле, там, в мире смертных? – изумилась я. – Разве не смертные самое интересное для шабаша?

– Отчасти ты права, – согласился ведьмак. – И всё было хорошо, пока я не увидел нечто, заставившее меня возжелать иного.

Я вспомнила своё… видение… в котором убила Сета Масио, но быстро отмахнулась от возникшей перед внутренним взором ужасной картины.

– И что же ты увидел? Что-то жуткое? – выпытывала я.

– Ну почему же жуткое, – усмехнулся Аневардан.

Я собралась сказать, что ничего не понимаю, но ведьмак перебил меня:

– Хочешь, покажу?

– Да ты издеваешься! – возмутился Сет, а я закивала, демонстративно не замечая реакции Масио.

Ведьмак тоже проигнорировал приятеля и подъехал совсем близко.

– Иди, – жестом он пригласил меня на своего медведя.

Я с каким-то садистским удовольствием вывернулась из рук Сета и спрыгнула со спины кота.

– Ну вот, а я говорил, давай не будем к нему заезжать, – ехидно произнёс Райву, пока я обегала его. – Сейчас он быстро покажет ей всякие разные развратности, и бам – девочка ушла в Урхан. Ты же знаешь, как оно бывает, Сет.

– Заткнись, будь добр, – процедил хозяин кота и отвернулся, устремив взгляд вперёд.

«Насколько же разные повадки у этих двоих», – подумалось мне. В отличие от будущего барона Сумеречного леса, ведьмак из Урхана лишь руку мне протянул, не удосужившись притормозить медведя.

– Главное, не кусайся, – хмыкнул гигант за плечами и склонился вперёд, кладя свои ладони на мои, а мои – мне на бёдра.

Сзади будто костёр вспыхнул, обжигая лопатки. Я учуяла запах тлеющей ткани и горящих волос, но ещё до того, как стало больно или страшно, жар за спиной пропал и собрался в руках. Сначала в ладонях ведьмака, а потом в моих. Кисти обдало чем-то горячим, словно я окунула их в кипяток. Но с каждым мгновением жар становился всё более приятным… своим.

Вот он добрался до локтей и потёк выше. Коснулся груди и мигом заполнил лёгкие. Поднялся вверх, к голове, и мои глаза вдруг обрели возможность видеть, а уши – слышать. Неожиданно вокруг потемнело, но темнота тут же наполнилась оттенками, каких я не видела никогда в жизни. Больше не было ни единого сокрытого места, и мир предстал предо мной во всём своём великолепии. Глядя в него, я не опасалась быть затянутой, не напрягалась, а просто наслаждалась и чувствовала себя так, как если бы находилась в привычной мне реальности.

А потом этот мир поплыл, словно раскалённый воздух над барханами, краски смешались, и среди великого множества звуков прозвучал голос ведьмака, но обращался он не ко мне.

– Как же необдуманно с моей стороны, – голос Аневардана заставил трепетать жаркий воздух, – бросать вызов своему богу…

Предо мной раскинулся странный мир. Он очень походил на пустыню, на краю которой стоит Висария, но песок отливал не золотом, а бронзой, и над головой не сияло безоблачное небо, а кружилась воронка из чёрных, коричневых и кроваво-красных нитей. Где-то далеко, у горизонта, бесновались огромные звери, исторгая жуткие звуки. Они выли, катались по песку, а небо наливалось алым, словно кровью. Помимо кошмарных тварей я видела и людей, троих. Они не обращали внимания на зверей, ведь то, что происходило между ними, наверняка полностью завладело их вниманием. Это был даже не секс, а совокупление – яростное, дикое, безумное… но вместе с тем невероятно нежное и трепетное.

Воздух вновь поплыл, и пустыня исчезла вместе со всеми, кто там находился. Воцарилась тишина и темнота, но тут же всё стало обыкновенным… для лимбо.

– Как-то так, – пропел Аневардан и убрал от меня руки.

Я вздохнула глубже, возвращаясь в себя, а потом тихо рассмеялась:

– Так всё из-за этого? Даже вас, волшебников, может поработить банальная похоть. Это так…

Я хихикала и качала головой, пока ведьмак не откликнулся.

– Ты словно в укор это произносишь, – усмехнулся он, вновь склоняясь надо мной, и меня вновь обдало жаром. – Только тебе невдомёк, что банальная похоть куда лучше, чем другой вариант.

Теперь незримый огонь лизал не только мои руки и голову, он был везде – наполнял мои лёгкие, сжимал горло. Мне почудилось, что я вот-вот сгорю изнутри, и всё же я не издала ни звука. А потом на меня, словно дикое животное, набросилась жгучая ненависть. Жажда уничтожить всё и всех, разорвать на мелкие куски, сожрать сводила с ума.

– Как тебе такое? – процедил Аневардан мне на ухо.

Я скрежетала зубами, сжимала кулаки и ненавидела весь этот мир. Да что там… Я все миры ненавидела!

– Ну хватит!

Голос Сета ледяным потоком смыл всю ярость с меня и ведьмака. Я взвизгнула и сжалась, Аневардан выругался и тяжело вздохнул, а Масио заговорил с нами так, будто мы провинившиеся дети, а он терпеливый родитель:

– Аневардан, нельзя показывать своё нутро другим, пока ты в лимбо. Тем паче в таком ключе. А ты, Шах, в следующий раз, когда решишь что-то испробовать, во-первых, уточни все нюансы, во-вторых, воспользуйся головой и, только выполнив эти два шага, приступай к реализации.

– Зануда, – бросил Аневардан и, словно дразнясь, обнял меня за пояс. – Не слушай его, у нас впереди ещё много всего, чем можно заняться.

Как же быстро они переключаются! Я всё ещё думать связно не могу, а они уже треплются о пустяках.

Сердце стучало быстро и странно – как камень, который раскачивается из стороны в сторону и бьёт по рёбрам. Каждый вдох отдавался болью в горле, а выдох оставлял на языке горечь сажи. Поэтому я молчала. Просто прикрыла глаза и откинула голову, подставляя лицо солнечным лучам и тёплому ветерку.

Никогда ещё во мне не бурлило столько ненависти. Боги, прошу, не допустите подобного вновь!

Вероятно, меня всё же отпустило, а затем усталость взяла своё, и я задремала. Точнее, провалилась в темноту, тишину и полное отсутствие каких-либо эмоций. В блаженное ничто. Я бы там и осталась, но увы…

– Эй, спящая красавица, – позвал Аневардан и ласково провёл ладонью по моей голове.

– Что? – сипло шепнула я, не спеша открывать глаза.

– Ты никогда не хотела побывать в Урхане? – поинтересовался великан.

Я вспомнила очередного убийцу, отправленного по мою душу приказом султана, и собственные мысли о том, чтобы сбежать именно в Урхан.

– Было как-то… – Я закашлялась: каждое слово резало горло острым ножом, но это длилось всего миг, и вскоре я продолжила: – Однажды я собиралась поехать туда, хотела… уйти.

– Смыться, ты имеешь в виду? – участливо подсказал Сет откуда-то сбоку.

Я поморщилась и наконец открыла глаза, а потом и вовсе села ровнее – всё для того, чтобы подразнить Масио.

– Это очень длинная история, Аневардан, – зашептала я, оборачиваясь к исполину. – И я обязательно расскажу тебе её… наедине.

Сет грязно выругался, Райву захихикал, а ведьмак легко перехватил эстафету и заявил:

– Я непременно отыщу для нас с тобой достаточно времени, как только доберёмся до таверны.

Несмотря на смех кота, деланое раздражение Сета и томные интонации Аневардана, я чувствовала, что всё происходящее не флирт. Это действительно дружеские шутки, подначивания. Понятно, откуда такие отношения у этих двоих… ну и плюс кот, конечно. Но почему я так запросто влилась в их компанию и не испытываю по этому поводу никаких волнений? Почему с ними мне свободнее, чем в собственной семье?

– Помимо того, что тебя хотел убить родной отец?

Я вздрогнула, услышав в голове знакомый голос, но тут же взяла себя в руки и даже потянулась, словно импульсы моего тела не что иное, как желание сменить положение.

– Кстати, – заговорил Сет, – Влад всё ещё ищет, кого бы посадить на трон?

Я мигом переключилась на беседу приятелей.

– Как обычно, – кивнул Аневардан и хмыкнул. – Ещё немного, и он сам туда залезет с горя.

Они рассмеялись, а я снова прочистила горло и спросила:

– Что за трон?

– Терновый трон, устрашающее чудовище, на котором восседает бог ведьм, – пояснил великан. – Ну, или должен восседать, но сейчас не может себе этого позволить.

Теперь мне потребовалось приложить больше усилий, чтобы спутники не заметили моего интереса.

– Я что-то такое слышала, – пробормотала я, делая вид, что копаюсь в памяти. – Но это было так давно, что уже и не вспомнить. Можно поподробнее?

– О, всё действительно произошло так давно, что хорошо с этой историей знакомы только Высокочтимые, – усмехнулся Аневардан. – У тернового трона случился полный бардак: Кхан пропал, ведьмочки истерили, ведьмаки мерились пиписьками, чтобы парень с самой большой смог сесть на колючки. Асбьерн разрулил ситуацию, заявив, что трон принадлежит богу ведьм, и только он или она сможет прижать к нему свои волшебные ягодицы. Ну а так как Кхан существует теперь только в наших грязных фантазиях, престол по-прежнему пустует.

– Но почему? – не унималась я. – Почему кто-то другой не сядет на этот трон?

– Об этом тебе расскажет только князь, – пояснил ведьмак. – Если хочешь, могу устроить тебе встречу с Владом.

– В Урхане, да? – издевательски спросила я, но великан помотал головой.

– В таверне по эту сторону. Он здесь.

Собственно, а для каких целей мне нужен князь этого края? Разве что он сможет направить меня туда, где и стоит это креслице… Тебе же именно это нужно?!

– Умница, продолжай в том же духе.

С трудом подавив страстное желание высказать всё, что я думаю о происходящем, я вздохнула и обратилась к ведьмаку:

– Мне было бы интересно повидать князя, но только если это не приведёт к… служению ему. Я не готова становиться рабыней.

– В таком случае тебе нужно всего лишь следовать обычаям, – невозмутимо ответил тот. – Скажи, тебе знакомы правила общения с урханцами?

– Какие-то специфические требования, да? – решила уточнить я. – Знаю, что нельзя трогать рабов, общаться с рабами…

Мои спутники рассмеялись.

– А ещё не повышать голос, не смотреть в глаза, ни в коем случае не пялиться на рабыню князя… – Аневардан разве что пальцы не загибал, перечисляя запреты. – Если будешь следовать этим правилам, сможешь поговорить с Владом и не угодить в немилость.

– Не проблема, – решилась я и кивнула.

Да, с этим сложностей не будет. Гораздо труднее будет говорить что-то определённое, а не то, что хочется.

– Что мне сделать, принцесса, чтобы у тебя не возникали такие мысли? – ласково прошелестел голос, отчего по спине побежали мурашки. – Причинить боль?

Я хмыкнула, а мой незримый спутник рассмеялся.

– Ты права, это было бы слишком просто. Мы с тобой попробуем кое-что иное. Чуть позднее.

Я не успела отреагировать на это заявление – в уши ударил шум рынка. Нет, он не нарастал по мере нашего приближения, он возник неожиданно, как взрыв. Я вздрогнула и застыла с открытым ртом.

Купить можно всё, и даже еду

В какой-то момент наш небольшой отряд просто появился посреди толп людей разных национальностей, вероисповеданий, наречий, оттенков кожи, нарядов – в общем, всего того, что может отличать одного человека от другого. Уши звенели от разноязыкого гвалта, а в глазах рябило от обилия ярких красок – в одеждах, украшениях, тканях шатров и палаток.

– Встретимся у таверны, – заявил Аневардан, спешиваясь с медведя. – Кто придёт первым, заказывает выпивку.

Мне слезть не помогали, просто поставили перед фактом, так что я спустилась на землю самостоятельно.

– Отличная мотивация, чтобы задержаться подольше, – подхватил Сет и последовал нашему примеру.

– Значит, базар… – прошептала я, озираясь по сторонам. – Вот оно как…

– Ну, развлекайтесь, – хмыкнул ведьмак и пошёл прочь, прилаживая на руку браслет, в который обратился его медведь.

Когда мы остались втроём, колдун подхватил меня под руку и повёл за собой.

– Это ведовской рынок, – начал пояснять он, пока я глазела по сторонам. – Здесь можно купить всё, даже еду.

– Даже еду? – скептически повторила я, покосившись на спутника. – Это в каком смысле? Какую-то странную еду, да? Типа: тут можно купить третью перепонку крыла летучей мыши? Или какой-нибудь паштет из соловьиных язычков? Скорлупу яйца живородящей змеи? Что значит «даже еду»?!

– Во тебя понесло, – отметил Райву, шагая рядом с нами. – Просто еду. Это же волшебный рынок, тут торгуют всем, чего нигде больше не найдёшь. Но купить можно даже еду.

– Да ну вас! – воскликнула я, а кот и его хозяин засмеялись.

Вокруг всё было так же, как на любом базаре. Торговцы зазывали в свои шатры, без зазрения совести нахваливая товар, посетители бродили между рядами лавок и витрин, то исчезали в шатрах, то выныривали из них. Гул и гам человеческих голосов разбавлялся далёкой, будто призрачной мелодией.

– О, смотри, какая штучка! – неожиданно выдал Сет, и… его как ветром сдуло.

– Да какого Древнего?! – рявкнула я и остановилась.

– Сет Масио, – промурлыкал кот и уселся. – Ты же знаешь, что никогда не знаешь…

– Не начинай здесь того, что уже было не здесь! – процедила я.

– Начинаешь быть как надо быть, – удовлетворённо закончил наш разговор Райву.

Я закрыла лицо ладонью и тяжело вздохнула, а когда опустила руку, заозиралась по сторонам: теперь пропал не только колдун, но и его болтливый кот.

– Великолепно, – сказала я в воздух и кивнула. – Просто великолепно!

Ну что ж, раз моя компания никому не интересна, придётся искать приключения самостоятельно. Очень хорошее решение. Очень.

Отмахнувшись от чужих мыслей, я покрутила головой и отправилась на поиски этих самых приключений. Поглядывая вдоль рядов и на прилавки торговцев, я старалась не концентрироваться на чём-либо, ведь если начнёт уносить, выдернуть меня будет некому.

Райву, как и его хозяин, оказался прав насчёт того, что здесь можно купить всё – от самых простых реагентов до самых сложных и трудно получаемых, от игрушек до живых кукол, от животных до рабов. И еда. Да, еду здесь продавали едва ли не на каждом лотке, даже если основной товар был совсем далёк от пищи.

Спустя некоторое время моё внимание привлекла возня у одного из шатров. Невысокий коренастый мужчина с круглым пузиком, грязно ругаясь, пытался свалить большую и яркую палатку. Рядом стояла девочка с волосами цвета красного песка и спокойно наблюдала за бузотёром. Скандал совершенно не интересовал ни посетителей, ни торговцев. Покупатели спешили мимо, бросали мимолётный взгляд и шли дальше. Я тоже решила не вмешиваться, но тут пузанчик замахнулся на девочку, и… упавшее пёрышко переломило хребет верблюду.

– Эй! – рявкнула я, в два шага преодолевая расстояние до покорёженного шатра. – Что ты делаешь?

Пузан скривился и ткнул в меня пальцем.

– Не лезь!

Я поймала палец в ладонь и резко дёрнула, мужчина взвизгнул, его свободная рука как-то нелепо взлетела вверх… и меня будто ударил сам воздух! Отпустив палец противника, я слишком поздно вспомнила, что нахожусь на ведовском рынке, среди волшебников, да ещё и без каких-либо артефактов, способных помочь!

Пора включать мозги, Шах. Иногда они могут пригодиться.

– Дрянь какая! – продолжал визжать пузанчик, а меня всё сильнее толкало из стороны в сторону невидимыми потоками. – Никогда больше не лезь в чужие дела!

Эти вопли и подлое, словно исподтишка, противодействие меня разозлили. Сожаление о том, что я полезла к чародею, сменилось раздражением – будто на назойливое насекомое, досаждающее в разгар ночи. Грудь и горло сковало холодом, язык прилип к нёбу, а кожу по всему телу начало покалывать тысячами игл. Ощущения нарастали, полностью поглотив досаду от швыряющих меня туда-сюда тычков. А потом, одним махом, я увидела странную тень, расплывающуюся вокруг, словно я, испачканная чем-то тёмным, вошла в воду. Только эта тень мигом стала ледяной, и всё застыло. Пузан, девочка с волосами оттенка красного песка, потоки воздуха, которые до сего мгновения не давали мне даже стоять нормально. Застыло всё. Замерло. Почти умерло в этот самый миг. Возможно, и я умерла…

– Не передёргивай! – голос внутри вернул меня к жизни. – Даже если я решу тебя убить, ты не умрёшь. Запомни, принцесса, есть вещи куда страшнее, чем смерть.

Мир вновь ожил. Тень исчезла, голос в голове умолк, пузатый коротышка убежал, а я всё стояла и не могла заставить себя двинуться. Так продолжалось, пока я не ощутила прикосновение тёплой ладони к своей руке.

– Ты в порядке?

Вздрогнув, я рывком развернулась и натянула на физиономию улыбку, не желая пугать девочку.

– Да, всё хорошо, а ты?..

Удивление заставило меня заткнуться. При ближайшем рассмотрении оказалось, что спасённая мною вовсе не ребёнок, а женщина – невысокая, по-детски хрупкая, но со взрослым лицом и внимательным взглядом карих глаз.

Так, отсюда нужно уходить. Желательно прямо сейчас.

– Я прекрасно, спасибо, – мягко сказала она, разглядывая меня. – Ты впервые здесь.

Я пожала плечами и заозиралась в поисках чего-нибудь, что поможет мне сбежать.

– Я заметила, что тут не принято помогать ближнему.

– Личный выбор каждого, – согласилась незнакомка и представилась: – Видарис.

– Шах, – кивнула я в ответ. – Мне пора.

Но Видарис крепко… удивительно крепко… сжала мою ладонь в своей. Я напряглась и попыталась освободить руку, но безуспешно.

– Я хочу подарить тебе кое-что, – заявила она. – В благодарность за то, что спасла меня.

– Но я… – Я вновь дёрнула кистью, но было предельно ясно, что женщина меня не отпустит. – Ладно, хорошо. Что ты хочешь мне дать?

– Пойдём, – приглашающим жестом указала она на яркий шатёр. – Я подарю тебе свои глаза.

– Сво… ЧТО?!

Видарис, взглянув на меня, расхохоталась и шлёпнула себя по животу.

– Я вижу сокрытое, – сквозь смех пояснила она, а я облегчённо выдохнула и позволила женщине увлечь себя к палатке.

– Уф… – свободной рукой я смахнула пот со лба. – Ну и напугала!

– Видела бы ты своё лицо! – продолжала смеяться девица, откидывая угол занавеси, закрывающей вход. – Прошу.

Прежде чем войти под сень шатра, я огляделась, но ничего странного не увидела – все вокруг вели себя так, словно ничего и не происходило. Приняв такое положение вещей как должное, я шагнула под полог и обомлела.

– Это… – Я с разинутым ртом разглядывала великолепное убранство в гигантском зале, куда большем, чем самый просторный шатёр.

Здесь было всё, что присуще богатым домам: колонны с узорами, журчание невидимого фонтанчика, огромный камин, стеллажи с книгами, белоснежная мягкая мебель и бесчисленное множество статуэток животных.

– Тебя так легко впечатлить, – с улыбкой заговорила Видарис, останавливаясь у круглого столика с парой глубоких кресел по бокам. – Присядем?

Всё ещё потрясённая, я поплелась к ней, утопая ступнями в толстом ковре, и плюхнулась на атласное сиденье.

– Итак, ты… – Я пожала плечами и предположила: – Предсказываешь будущее?

– Будущее невозможно предсказать, – просветила меня Видарис, устраиваясь напротив. – Нет будущего, которое невозможно было бы изменить.

– Тогда что ты делаешь? – спросила я. – За что тебе платят?

– За возможности.

Я нахмурилась, а женщина положила ладони на стол и подбадривающе взглянула на меня. Ничего не оставалось, как поддаться искушению исследовать и это. Я вложила свои ладони в её. Некоторое время Видарис молча сидела и смотрела на меня. Вдруг её глаза стали белёсыми – не затянулись поволокой, а полностью выцвели. Теперь с бесцветных радужных оболочек в меня целились чёрные точки зрачков.

– Королевский род, – зашептала Видарис, и я наклонилась к ней ближе, чтобы не упустить ничего. – Обагрённый кровью поколений, но крепкий. Не счесть побед, а в тайниках добычи, но… Отчаяние, страх, смирение, боль… Род силён, пока его кровь приносится в жертву этому могуществу.

Я поморщилась.

– Терзаешь себя, вину свою видишь… – Женщина усмехнулась и покачала головой: – Нет твоей вины в гибели брата.

Я начала тяжело дышать и сильнее сжала её ладони. Сердце глухо застучало – то ли от боли, то ли от радости. Хотелось закричать, остановить Видарис, заставить рассказать о её видениях подробнее, но я побоялась тревожить ведунью в такой момент.

– Пороки слишком глубоко проникли в душу султана, изменили его, но не он нужен был богу, – продолжала гадалка. – Его цель всё ещё не достигнута, он ждёт тебя, и… ты придёшь сама, потому…

И вдруг в шатре погас весь свет.

– Кто твой бог?.. – тихим, зловещим шелестом прозвучал во тьме голос.

Мир растворился в беспросветном мраке, в полной пустоте, но в этом нигде я ощущала пристальное внимание к себе. Это походило на осторожное подглядывание за кем-то, и именно я выступала в роли объекта изучения.

– Кто твой бог?..

Вопрос прошелестел и растворился в воздухе, словно росинка в лучах солнца. Я вздохнула и опустила веки, едва сдерживая дрожь во всём теле. Стук моего сердца мог слышать каждый, кто окажется рядом, но я чувствовала себя… хорошо.

– Ты молишься своему богу?

Вновь этот призрачный вопрос – и тишина, в которой есть лишь моё дыхание и гулко стучащее сердце… мне очень хорошо.

– Отвечай мне!

Вопрос стал требовательным, а я улыбнулась, ведь мне хорошо!

– Молюсь… – выдохнула я, улыбаясь всё шире и шире. – Каждый день, стоя на коленях…

Теперь мне не просто хорошо, а ВЕЛИКОЛЕПНО! Я чувствую себя великолепно! Я там, где и должна быть! Я есть!

Горячая ладонь легла мне под подбородок, заставив приподнять лицо выше. Палец скользнул по губам и проник между…

– Сладкая…

– Тебе не место здесь! – звонкий голос Видарис разогнал видение. – Нет! Здесь у тебя нет никаких прав!

Я всё ещё тяжело дышала, словно тело продолжало чувствовать ту ласку, прикосновения, от которых кровь закипала, а голова кружилась. Но разум вернулся в реальность, где Видарис общалась с тем, кого я не видела и не слышала.

– Как ты смеешь?! – полным возмущения голосом прошипела женщина.

Тишина.

– Не смей!

Тишина.

– Откуда… – Видарис не успела закончить, как тишину разорвал резкий и такой знакомый звук – словно щелчок кнута, а ведунья вскрикнула, отпустив мои руки.

– Видарис?! – позвала я и потянулась через стол. – Видарис?! Скажи что-нибудь!

– Что-нибудь, – ворчливо отозвалась та, а я облегчённо выдохнула. – Ну и где свет?!

Не успел вопросительный возглас утихнуть, как в шатре вспыхнул свет. На миг я ослепла, а когда возможность видеть вернулась, быстро огляделась – интерьер не изменился.

– Что это было? – нахмурилась я, вернув своё внимание хозяйке шатра. – С кем ты говорила?

Видарис смотрела на меня нормальными глазами, потирая пальцами лоб. Когда она убрала руку, я разинула от удивления рот, а потом и вовсе закрыла его ладонью.

– Можешь не комментировать, – недовольно буркнула гадалка, снова коснувшись огромного красного пятна на лбу. – Ему не понравился мой интерес.

– Кому? – прошептала я.

– Я не могу ответить на это вопрос, – недовольно процедила Видарис. – Не успела понять.

Она не нервничала, не переживала, но была недовольна тем, что кто-то пресёк её любопытство.

– Та-а-ак… – протянула я и осторожно спросила: – Ты можешь ещё раз заглянуть туда?

Видарис поморщилась и качнула головой.

– Не сейчас, – пробурчала она и тронула отметину на лбу. – Нужно немного времени, чтобы убрать эту помеху.

– Ладно.

Я поднялась на ноги и оглядела убранство шатра ещё раз, а потом направилась к выходу.

– Это же ты, да? Ты помешал ей?

Тихий смех заставил меня содрогнуться, но ответа я не получила. Зато Видарис сказала такое, что я развернулась на пятке:

– Я иду с вами.

Я недоверчиво оглядела женщину. Теперь на ней было дорожное платье изумрудного цвета, свои прекрасные волосы ведунья заплела в две косы, а в руках держала плотный плащ. И всё это она умудрилась провернуть за пять моих шагов! Волшебники!

– Куда?! – удивилась я.

– Туда же, куда и вы, – просто ответила моя собеседница. – Тебе будет полезно иметь меня под рукой, султанская дочка. А твои спутники не будут против.

– Во-первых: не называй меня так, – отрезала я.

– Хорошо, – тут же согласилась Видарис. – Что ещё?

– Ещё… – Я вздохнула, мысленно отметая различные доводы против, ведь мне будут приведены самые логичные аргументы за. – Скажи, Видарис, а зачем это тебе?

– Ну как же, – усмехнулась она и тронула пальцами красную отметину. – Ты накажешь того, кто пытается завладеть твоим временем и твоей жизнью. А я хочу увидеть это.

Я понимающе улыбнулась и кивнула.

– Хорошо, идём. Кто я такая, чтобы отнимать у тебя возможность насладиться победой над противником.

Мы покинули удивительный шатёр, а Видарис даже не оглянулась на него.

Духи есть, они не могут не есть

Бродить по ведовскому рынку с местной обитательницей оказалось куда лучше, чем в одиночестве. Видарис уверенно общалась с торгашами, даже приобретала какие-то вещички, и вскоре за нами летела куча сумок с покупками. Видарис была дружелюбной, общительной и улыбчивой, а ещё прекрасно разбиралась в культурах разных народов, от севера до юга. Вместе мы прошли весь базар и выбрались к тому, что сначала я приняла за тёмную стену какого-то строения. Это оказалась гора – чёрная, уходящая далеко вверх и в стороны – но, как и в случае с рынком, камень я заметила только тогда, когда едва не ткнулась в него носом.

– Вот, – молвила Видарис и хлопнула себя по бёдрам. – Наверху таверна. Если у тебя нет никаких дел, мы можем подняться.

Я обернулась назад и увидела суету торжища, всполохи пёстрых одеяний и переливы разноцветных шатров, но ни единого звука здесь не было слышно.

– Нет. – Я вновь развернулась к горе, а потом и вовсе задрала голову, чтобы разглядеть вершину, но та терялась в тумане. – На рынке у меня явно нет дел, пойдём.

– Надо же, сколько рвения, – прошептал голос.

Я скривилась и бросила взгляд на спутницу, но гадалка ничего не заметила.

– Ты отпустишь меня?

– Если узнаешь, где трон?

Я кивнула, и он это прекрасно понял.

– Нет, если мне нужно будет дойти до него, – был ответ. – Но я обещаю, принцесса, ты обязательно избавишься от меня, как только я удовлетворю свои желания. Будь умничкой и выполняй мои указания.

Я вздохнула, чем привлекла внимание Видарис.

– Что? – среагировала она.

– Ничего, а что? – делано удивилась я.

Ведунья прищурилась, но, прежде чем мне стало не по себе от пристального взгляда, сказала:

– Я не смогу понять. Знаю, что он слышит, видит… Поэтому помни…

Её глаза превратились в бесцветные пятна, в которых я увидела обещание расправы и кровожадный блеск.

– Я узнаю, кто ты. А когда узнаю, приду и расскажу обо всех твоих желаниях.

Я не поняла угрозы, зато ощутила удушливую волю волшебника – она шевельнулась у меня внутри и начала расползаться, заполняя меня и мир вокруг.

– Не-е-ет… – простонала я, впиваясь пальцами в виски. – Не надо…

– Отдай! – прорычал его голос, но я только сильнее съёжилась и замотала головой. – Не противься!

Я замычала и упала на колени, стискивая череп руками. Мир исчез в темноте, она смыкалась вокруг меня подобно безумию. Дышать стало трудно, грудь сжималась, а внутри скреблось нечто чужое и жуткое. Я чувствовала обещание страшных мучений, если не покорюсь, но покорность означала полную утрату контроля, а этого я не могла себе позволить.

– Ну что ж, – голос колдуна стал мягким, даже ласковым. – Значит, ты считаешь, что её жизнь дороже твоего благополучия. В таком случае помни: ты сама вынудила меня.

– Шах…

Вздрогнув, я разлепила веки и увидела перед собой Видарис. Та смотрела на меня сочувственно и с явным пониманием.

– Что… – сипло начала я, но не смогла закончить и закашлялась.

В тот самый момент меня и накрыло.

На голову словно вылили ушат ледяной воды, тело напряглось и взорвалось острой болью. Болело всё, каждая частичка снаружи и внутри. Завыв, я свернулась клубком, а когда Видарис попробовала тронуть меня, едва успела оттолкнуть её руку.

– Шах, прости меня… – В голосе ведуньи звучали слёзы, но я замотала головой, а после и вовсе уткнулась лбом в землю.

Боль накатывала волнами: вот она почти отступала, а потом накрывала с головой, с каждым толчком становясь всё сильнее. Спину начало ломить, и я ощутила, как отвратительно липнет к коже намокающая от пота и крови рубашка.

– Что случилось?! – прозвучал откуда-то голос Сета. – Радость моя…

Его руки я оттолкнуть уже не смогла.

– Я не причиню тебе боли, Шах, – прошептал он, склоняясь ко мне. – Поверь мне. Расслабься.

И я прислушалась к голосу Масио и решила следовать ему, несмотря на страх. Если боль пришла ко мне ледяным ливнем, то сейчас меня окутало тепло, и всё напряжение, вся моя мука будто были смыты этим теплом. Я расплакалась от облегчения.

– Иди ко мне, – пробормотал Сет и чуть сжал пальцы.

Я не стала противиться, когда он потянул меня к себе. Напротив, с готовностью и бесконечной признательностью я прильнула к парню всем телом, а когда он уселся на землю, забралась к нему на колени и крепко обняла за шею.

– Кто должен мне поведать о произошедшем? – недовольно спросил Сет, поглаживая меня по голове.

– Пришёл он, – заговорила Видарис. – Это длилось всего ничего. Одно мгновение.

– Когда с тобой говорит Древний, минута может стать вечностью, – буркнул Масио. – И почему он пришёл?

– Частично это моя вина, – с негодованием отвечала женщина. – Вероятно, захотел наказать меня.

– М, значит, любишь пихать нос куда ни попадя, да? – риторически осведомился Сет.

Судя по недовольному ворчанию Видарис, предположение ей явно не понравилось, но Масио было плевать на мнение гадалки – он сконцентрировался на мне.

– Как ты, радость моя?

Я вдохнула аромат его кожи и ответила:

– Лучше.

А потом, ну чтобы быть наверняка уверенной, что это не повторится, спросила:

– Боль не вернётся?

– Нет, – мотнул головой Масио. – Пока ты рядом, я без труда могу контролировать… последствия всего этого.

Я вновь втянула в себя его запах и осторожно выпрямилась.

– По-моему… – начала я и покосилась вниз, а увидев покрытые кровью руки колдуна, скривилась. – Мне надо помыться. Опять!

– Поднимемся в таверну, и сможешь помыться, – сказал Сет и тише добавил: – Ну, или я тебя помою…

Я выразительно округлила глаза и уточнила:

– Даже в такие моменты ты не можешь быть серьёзным? Ты скажи, ну чтобы я не ждала ничего подобного.

– Ну почему же, – сделал удивлённое лицо Масио. – Я сейчас вполне серьёзно говорю.

Теперь я вздохнула и пробурчала, слезая с колен парня:

– Видимо, для Масио флирт – это норма общения.

И всё же мне стало немного не по себе – нет, не от разговора с Сетом, ведь для него подобный трёп в порядке вещей, а я легко адаптируюсь к любому поведению. Просто мне вдруг показалось, что боль вернётся. К тому же ткань очень неприятно липла к спине, напоминая, что я совсем не в порядке.

– Радость моя, – позвал меня Сет, а когда я взглянула на него, заявил: – Она не вернётся. Обещаю.

Я кивнула.

– Что же произошло? – спросила я, выпрямившись.

Мы всё ещё стояли там, между рынком и скалой, только теперь рядом находился Масио. А вот внутри себя я ничего не чувствовала. Горло сжалось, по щекам побежали непрошенные слёзы, но я резко смахнула их и взглянула на Сета.

– Ответь мне.

Тот поджал губы.

– Расскажи о вашем знакомстве, – вдруг попросил он. – С самого начала. Расскажи.

Предо мной встал выбор: если говорить, то ничего не скрывая, но в таком случае придётся рассказать и о том, что было до моего прихода в лимбо, ведь именно тогда всё и началось. А там одно за другое – и вот я уже каюсь в самых мерзких деяниях…

– Ты уже знаешь, что я дознаватель, – начала я, бросив беглый взгляд на Сета.

Масио кивнул и взял меня под локоть, увлекая к горе. Видарис последовала за нами, а я продолжила:

– Артефакт, Глаза Исины, он способен подавлять любую магию в радиусе своего действия. Мы называем это «купол».

– Я слышал о нём, – подтвердил колдун. – Поэтому к вам вообще никто не приходит, а люди чувствуют себя свободно.

– Да-а… – протянула я недовольно. – Но в тот день у нас объявился волшебник, который искал что-то в столице. И я отправилась проверить, кто он и как смог войти под купол.

– Погоди, – встряла Видарис и тронула мою руку. – Глаза Исины – древний артефакт, и никто, даже боги, не могут попасть в ту область, которую он защищает.

– Именно, – согласилась я. – Весомый повод узнать всё, не так ли?

Неспешно мы шли вверх по неширокой тропинке. Пришлось растянуться цепочкой, но это не мешало мне говорить, а моим спутникам слушать. Я рассказала им всё, что знала, за единственным исключением: я умолчала о том, чего желает это существо. Да и то только потому, что не была уверена в добровольной помощи волшебников, если дело касается некоего артефакта.

– Получается, он нашёл тебя не в лимбо, – произнёс Сет, когда я закончила. – Но он привёл тебя сюда и намеренно здесь оставил. А значит, необходимо выяснить, что ему нужно, иначе… Я не знаю никого, кто сможет заставить его уйти.

Я тут же развернулась и схватила парня за руку:

– Ты знаешь его, да?!

– Допускаю такую возможность, – поправил меня тот. – Те браслеты, которые дознаватели надели на него, это же Оковы терпения, не так ли?

– Да, – осторожно кивнула я, не понимая, к чему этот вопрос. – А что?

– А то, что у каждого артефакта есть его слабое место, – будто и не заметив, как я напряглась, принялся пояснять Масио. – Например, созданное богом проказ будет бессильно перед богиней всех человеческих пороков.

– Так нам всего лишь нужно узнать, кто из Древних способен игнорировать воздействие Глаз Исины и Оков терпения! – воскликнула Видарис и даже в ладоши захлопала от переполнявшей её зловещей радости – и это было жутковато.

Масио, который шёл по тропе последним, словно только заметил присутствие женщины. Он встрепенулся и высунулся из-за моего плеча, чтобы взглянуть на гадалку, а потом уставился на меня с выражением человека, не понимающего, что происходит.

– Ах да, – устало вздохнула я и взмахнула рукой в сторону нашей спутницы. – Сет, познакомься – это Видарис. Теперь она пойдёт с нами.

– Видарис, значит, – голос Сета стал прямо медовым. – Прямо как дух Озера, который мог исполнять самые сокровенные желания.

Я опустила руку и вытаращилась на парня. Ведунья буркнула что-то, но на неё никто не обратил внимания.

– Насколько мне известно, дух так и не исполнил ни одного желания, потому что сначала показывал просящему всю его жизнь, – монотонно пояснял Масио. – Позволял увидеть все деяния, каждый выбор, но на сей раз без эмоций – только трезвое осознание содеянного. И они сходили с ума, проживая своё прошлое ещё раз, и ещё, и ещё…

– Хватит! – крикнула женщина, а когда я тоже развернулась к ней, повторила: – Хватит.

– Так ты дух? – уточнила я, но прежде чем гадалка открыла рот, добавила: – Только давай нормально отвечать, ладно? Прямой вопрос – прямой ответ.

– Да, я дух, – призналась Видарис, и я облегчённо выдохнула. – Но это не имеет значения.

– Правда? – вкрадчиво поинтересовался Сет. – Разве нам нет нужды выяснять, почему ты увязалась за нами? М? Зачем ты здесь?

Я покосилась на парня. Будь я проклята, но эти чёртовы колдуны все один к одному! Словно в колдунских школах их специально учат говорить с одинаковыми интонациями и одними и теми же словами!

Воцарилась тишина, которую никто не желал прерывать. Хвала небесам! Я мечтала, чтобы этот разговор окончился: слишком много бессмысленной информации и ни единого ответа на действительно важные вопросы.

– А чего это все такие грустные? – пробасил великан, догнавший нас на тропе. – Здравствуй, озёрная девица!

– Аневардан, – откликнулась та и вновь воззрилась на меня, хотя отвечала на вопрос Сета: – Мне интересно узнать, кому хватило наглости тронуть меня.

Сет прочистил горло, однако Видарис не умолкла:

– Это не всё! Ещё мне хочется понять тебя. Я увидела много любопытного в твоей семье, но не увидела в ней тебя.

Я зажмурилась, снова остро желая поскорее закончить беседу.

– Достаточно! – бросил Масио, склоняясь ко мне: – Не переживай, радость моя, ты получишь ответы на все вопросы, а её оставим с носом.

Я вздохнула и впервые за очень долгое время вспомнила печальное лицо брата.

– Знаешь, – я повернулась к колдуну, не поднимая глаз, – есть такие вещи, которые никто не должен знать. Ни она. Ни ты. Никто. Такие вещи должны храниться только в одной памяти, сокрытые ото всех на свете. Понимаешь?

Теперь я посмотрела на Сета и встретила добрый взгляд, в котором читалась лёгкая горечь – словно тучка, затенившая яркое солнышко.

– Конечно понимаю, – сказал он. – Хотя мне немного грустно.

– Но почему? – удивилась я.

– Потому что я… – Масио вздохнул и взял мои ладони в свои. – Я же чувствую тебя, Шах. Чувствую тебя так, как если бы прожил с тобой сотни лет. А значит, не осталось тайн или недомолвок. Я принял тебя такой, какая ты есть, и мне всё равно, кто, зачем, почему и как добился того, что ты сейчас рядом со мной. Разве это имеет значение, Шах? М? Как ты думаешь?

Он говорил так пылко, что я не смогла сдержать улыбку. Я вдруг словно увидела его впервые – юного, особенно по меркам волшебников, только начавшего свой путь, вероятно, даже влюблённого… Вероятно, даже в меня…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.