Наталья Владимирова
Ты, дарованный мне богами. Книга вторая

Глава 1

Дед Хоп нас поджидал. И вовсе не из-за еды. Поднос с грязной посудой стоял на его столе. Похоже, Нира нас опередила.

– Твоих рук дело? – спросил меня старик и кивнул на поднос.

– Не нравится? – тем же тоном с ноткой вызова отозвалась я.

– Нравится, – примирительно ответил дед Хоп.

– Почему тогда не позволяли Нире приходить почаще? Она могла бы прибираться здесь и постельное белье менять.

– Теперь дозволяю, – с царственным пренебрежением одарил старик своим согласием.

– Пф! – не сдержалась я.

К моему удивлению старик предпочел не заметить моей насмешки.

– Ты чего пришла? – спросил он меня в лоб.

Я осмотрелась, так как сегодня не припасла ни единого предлога. Комната деда Хопа нашими с Танни стараниями радовала чистотой. Сам старик сытый и опрятный выглядел бодро и пристойно. На счет еды распорядилась, и Нира поспешила выполнить приказ.

– Хотела побольше узнать про магию в себе, – набралась смелости я. – Вы же обещали со мной позаниматься.

– Хех, я бы и сам не отказался узнать про твою магию побольше. Садись, – велел дед Хоп мне, – и ты тоже, – бросил Танни.

Сам он устроился на койке и указал мне на место рядом с ним. Девочка осторожно присела на многострадальный шатающийся стул, но тот хоть и покачнулся, все же устоял под скромным весом костлявого тельца.

– Магия иномирянок до конца не изучена, – принялся обстоятельно объяснять старик. – По большей части из-за того, что при попадании на Лаэру они выходят замуж, а после брачной ночи сразу же оказываются в тягости. Кто же будет изучать беременную женщину. Девять месяцев любая брюхатая бережется, силой даже не пытается пользоваться, чтобы, не дай боги, не обделить магией будущего наследника. А потом уж поздно, после родов иномирянки, в отличии от потомственных магинь, оказываются пусты. Я так понимаю, своего ты скинула, когда упала в прошлый раз в моей башне? Поэтому заинтересовалась магией?

Лгать не хотелось, а правду раскрывать я не собиралась.

– В ближайшее время мне передавать магию некому, – уклончиво ответила я, – поэтому вручаю вам себя для изучения и обучения.

– Это хорошо, – обрадовался старик и потер сухие узкие ладони. – По моей теории, иномирянки могут пользоваться своим даром, просто не умеют. Не удивительно, раз явились из немагических мест. Если я научу тебя простейшим вещам, то смогу внести запись в общую летопись по изучению иномирян, и мое имя останется в веках! – Дед Хоп захлебнулся от восторга, переполняющего его, от увиденных в своем воображении картин блестящего будущего.

– Когда начнем? – Его воодушевление заразило и меня.

– Прямо сейчас! Для начала ты должна почувствовать в себе магию Она теплая, бурлящая, – он прикрыл глаза, видимо, пытаясь передать те ощущения, что испытывал сам.

– Как?

– Что как?

– Как мне ее почувствовать?

Старик захлопал голыми веками без ресниц.

– Ну… а так просто ты ее не ощущаешь?

– Нет.

– Хм. Тогда… – он задумался. – Тогда…

– Рихая, – вмешалась Танни, внимательно слушающая наш разговор. – А что вы чувствовали в прошлый раз, когда в вас летела кружка и вокруг образовался щит?

– Точно! – обрадовался дед Хоп подсказке. – Что?

– Страх, наверное. Когда в лицо летит что-то тяжелое, вряд ли могут быть другие чувства.

– И то верно, – недовольно прокряхтел старик. – А мысли какие были?

– Никаких. Я рефлекторно руки подняла.

– И девчонку собой заслонила, – припомнил дед Хоп.

– Неосознанно.

– Жаль, что неосознанно. Что же делать?

– Снова покидаться посудой? – подсказала Танни.

– Ни за что! – возмутилась я.

– Тогда давай сделаем так, – наконец решил дед Хоп. – Я буду подпитывать фонарь своей магией через тебя. Наставник в храме со мной подобным образом работал в первые дни, когда меня только-только ему отдали на обучение. Правда, он был неслабым магом, как я, но, быть может, и у нас с тобой что-то выйдет, все-таки и ты, в отличие от мальчишки-бастарда, не абы кто, а иномирянка с мощным даром.

Я кивнула в ожидании чуда.

Дед Хоп включил щелчком пальцев слабенько мерцающий фонарь и подозвал к себе. Сверкающий шар приблизился к нам, покружился в воздухе и опустился на уровень наших ладоней. Старик взял кисть моей руки и накрыл ею энергетический сгусток. Я замерла в предвкушении.

– Закрой глаза и почувствуй магические потоки, которые идут от меня к фонарю.

Моя ладонь, оказавшаяся прокладкой между рукой деда Хопа и светильником, быстро согрелась и ощутила щекотку. Казалось, воздушные завихрения проходили сквозь нее.

– Приятно.

Меня засасывало в странное состояние, не сон, но и не бодрствование. Уводило в иное измерение.

– Запоминай ощущения. Концентрируйся и запоминай, – шептал дед Хоп где-то там, на задворках моего сознания, где меня почти не существовало.

Я плыла, послушная теплому воздушному циклону. Мне оказались не нужны подсказки, я уже сосредоточилась на странном чувстве, вводящим меня в состояние эйфории. Пила удовольствие крупными глотками, пропускала через себя и излучала…

В себя меня вернул полный паники крик Танни:

– Рихая Лия!

Мои глаза распахнулись и тут же прищурились. Сияющий шарик размером с мой кулак за время подзарядки разросся до огромного фитнес-мяча и щедро разливал ярчайший свет.

– Надо же, надо же! Кто бы мог подумать, – закудахтал дед Хоп, с любопытством рассматривая наше творение.

Я выдернула ладонь из магического «бутерброда». Старик тоже опомнился, его пальцы резко сжались и разжались. Повинуясь жесту мага, фонарь-переросток рассыпался на мелкие сферы. Маленькие шарики поплыли вверх и заполнили собой потолок.

– Как красиво! – всплеснула руками Танни и, задрав голову, с открытым ртом уставилась на светильники.

– Силища в тебе немереная, – почесал бороду дед Хоп. – Больше разве только у симуранов.

– У кого?

– Мифических существ. Согласно легендам, они когда-то населяли Лаэру, а затем вымерли. Но нам сейчас не до детских сказок. Теперь тебе нужно научиться контролировать свою силу. Вот, что архиважно. Иначе можешь набедокурить, и мы останемся на руинах замка.

– Это правда сделала я? – Я кивнула на потолок, усыпанный горящими светильничками. Поверить в подобное было сложно.

– Можно сказать и так, – подтвердил дед Хоп. – С небольшим моим направлением, и все же… да, без тебя фонарь просто подзарядился бы на час-другой, а ты его настолько переполнила, что чуть все здесь не спалила. Разве можно делать настолько сильное освещение для крошечного помещения.

– Ох.

– Да уж. Но, с другой стороны, это замечательно. Значит, я был прав, иномиряне могут пользоваться своей силой.

– Кто бы им еще это позволил, – фыркнула я. – Без вопросов замуж, а потом – беременность.

– Ради этого вас и вызывают, – развел руками старик. – Для поддержания магии на Лаэре и улучшения породы магов.

– Тогда нечего удивляться, что никто не знал, на что способны иномиряне в действительности.

– Хватит болтать, – вдруг разобиделся дед Хоп. – Давай лучше самостоятельно попробуй напитать энергией фонарь. – Он призвал с потолка один из светильничков. – Вспомни ощущения, которые испытывала с первым фонарем, и попробуй повторить.

Я занесла ладонь над светящимся шариком и закрыла глаза. Эйфория не наступала. Я вообще ничего не чувствовала. Просидев так минут пять, приоткрыла один глаз. Дед Хоп сверлил меня недовольным взглядом.

– И? – сварливо поинтересовался он. – Чего сидим? Кого ждем?

– Не получается, – повинилась я.

– Это я вижу. Лучше скажи, в чем проблема?

– Нет тех ощущений, что были с вашей помощью.

– Конечно, нет! В первый раз заряжал фонарь я, а теперь это сделать должна ты сама.

– Но как?

– Я же объяснил, неужели непонятно? Сама воспроизведи прежние впечатления от магии. Сначала представь, затем войди в то состояние, а уж потом…

Снова закрыла глаза. Что я чувствовала в прошлый раз? Кажется, тепло. И воздушные потоки, пронизывающие ладонь. И щекотку. И… Воспоминания нахлынули, грозя утопить в вихре ощущений, схожих с теми, что посещали меня в прошлый раз, но уже без ограничений, более сильные и яркие.

– Стоп! Стоп! Стоп! – пробился в мое сознание старческий голос.

Я прижала руки к груди и замерла. Открывать глаза боялась. Вдруг снова перестаралась. Хотя… Тогда бы Танни точно не молчала. Я бросила осторожный взгляд сквозь ресницы. И тут же прикрыла глаза ладонью, заслоняясь от слепящего света, как и дед Хоп, и Танни, выброшенной на берег рыбкой беззвучно раскрывающая и закрывающая рот. В шоке пребывали все трое.

Передо мной плавал шар размером с кресло. Он не просто активно светил, а еще и потрескивал, словно переполненный воздухом батут, грозя вот-вот лопнуть.

– Дедушка Хоп, миленький, сделайте что-нибудь, – пропищала Танни, первая обретшая дар речи.

– На мелкие фонари разбить нельзя, спалим все здесь на… – старик припечатал крепким словцом. – Если оставить и не трогать, и без того в комнате невыносимо жарко.

После его слов я ощутила испарину и по моему виску потекла капля пота. И верно, душновато.

– Попытаться вытянуть энергию и на какое заклинание бросить? Так у меня здесь ничего кроме теплого тюфяка нет. Да и не делал я перекид ни разу.

– В себя впитать или в кольцо, а потом воспользоваться? – предложила я, вспомнив земные сказки и фэнтези.

Дед Хоп посмотрел на меня, как на идиотку.

– Только пустить в заклинания. А передать магию можно лишь в собственном чреве младенцу.

– А какие заклинания вы знаете? – спросила Танни.

– Знаю много, применял мало, так как магия во мне слаба.

– Быть может, что-то хотели особенное сделать в своей комнате? – предприняла я еще одну попытку внести вклад в нейтрализацию местечкового апокалипсиса, который сама же и устроила.

Дед Хоп задумался.

– Книги составить на фантомные полки. Меня все устраивает в этой комнате, однако стеллаж здесь не разместить, да и не хочу я о лишнюю мебель спотыкаться, но книги на столе… это не дело.

– Вы сможете? – полюбопытствовала Танни. – В смысле сделать эти полки фам… фан…

– Фантомные. Попробую, – крякнул старик. – Вроде ничего сложного нет, то же самое, что и фонари, только функциональность другая, не светить, а держать. Правда, не моя специальность, но попытка не пытка.

Он с осторожностью поднес руки к пучившемуся шару и принялся шевелить одновременно пальцами и губами, плетя заклинание. Минута, две… Гигантский фонарь с тихим шипением начал сдуваться.

Выдохнули и мы с Танни, оказывается до того напряженно задерживающие воздух.

Шар плавно и медленно уменьшился до размера горошины, после чего схлопнулся. В тот же момент книги, лежащие стопками на столе, поднялись в воздух, собрались в строй и вереницей отправились к потолку, где и выстроились в два ряда вдоль стены до самого окна.

– Здоооорово! – оценила Танни.

– Лет на десять хватит без подзарядки, – похвалился дед Хоп и щелчком подозвал к себе одну из книг. Та послушно приблизилась и раскрылась. – Во как!

Мы с Танни захлопали в ладоши. Дед Хоп шутя раскланялся во все стороны, не вставая с койки, и отправил книгу на место.

– Вы потрясающий, дедушка Хоп! – вырвалось у меня. – Хочу уметь так же!

Старик довольно улыбнулся.

– Учись, кто же запрещает. Перво-наперво тебе стоит тренироваться контролю. Не выпускай силу полностью, цеди по капле, добавляй при необходимости. Давай…

– Только не фонарь! – взмолилась Танни. – Пожалуйста, рихая Лия, на фонаре тренироваться опасно.

– Хм, что ж тогда дать? – задумался дед Хоп.

– В уборной подачу теплой воды можно зарядить, тряпку настроить на мытье полов, а еще, чтобы ставни сами закрывались и открывались… – посыпались идеи из умненькой Танни.

– Ты где ее нашла? – спросил меня дед Хоп, и я с любовью посмотрела на девочку.

– Там таких больше нет. – Я погладила по голове свою помощницу, и она покраснела от удовольствия.

Дед Хоп «гонял» меня до самого вечера, заставляя снова и снова обращаться к своей магии. С дозировкой своих сил я постоянно промахивалась, но мой учитель не терял надежды, ловко предотвращая устроенные мной катаклизмы и высмеивая, как же без этого, особо неудачные попытки.

Взбесившаяся тряпка, натирающая все и всех подряд, окна, хлопающие ставнями, словно в ладоши, рыгающий после каждого приема мусора утилизатор. Дел я натворила немало.

– Сколько времени? – поинтересовалась я, когда почувствовала себя совершенно изможденной. Причем не столько от усилий, прилагаемых для контроля за неограниченной магией, сколько от разочарования и досады на себя за неудачи. – Я обещала Элфину после ужина выдать деньги на личные расходы.

– Ты? – не поверил старик.

– Рихта Орлана заболела, и на время ее болезни я выполняю обязанности рихты. А Элфин утром настаивал…

– Этому бездельнику? – хмыкнул дед Хоп, поджимая губы точь-в-точь, как Рэнн. И кто сказал, что они не родственники?

– После смерти рихтана Брэя его трудно назвать бездельником, – примирительно объяснила я. – Он помогает Рэнну с делами рихата.

Старик, бросив на меня понимающий взгляд, кивнул, но не угомонился.

– И что? Много требует? – насмешливо спросил он меня.

– Много, – вздохнула я. – Если отдам, сколько просит, не смогу заказать даже одно из принятых развлечений для приема. И без того с деньгами худо, а тут еще он, как нарочно, со своими требованиями.

– Так откажи! Ты теперь у нас почти настоящая магиня. Необученная пока, но то ли еще будет. Особенно, если Рэнн не станет торопиться с наследником.

– Вы думаете, я тоже смогу Рэнну помогать…? – Продолжить я не смогла, отчего-то потеряв голос.

Что случилось? Мой взгляд забегал по комнате в поиске ответа и наткнулся на Танни с любопытством слушающую разговор. Точно, я же давала клятву на крови. А ведь могла бы проболтаться, если бы не предусмотрительность Рэнна. Я с благодарностью подумала о муже. Мне совсем не хотелось, чтобы по замку гуляли отвратительные слухи про него, и уж тем более меня пугала перспектива стать источником злословия.

– А отчего бы и нет? Конечно, есть риск не напитать урожай энергией, а спалить дотла… – заметил с ехидной улыбкой дед Хоп.

– Но и шанс дать сумасшедший урожай тоже имеется! – перебила его восторженная Танни. – Теперь я поняла, для чего вы так старательно упражнялись, рихая Лия! Вы такая замечательная! Узнали, что не сможете быстро дать рихату младенчика со способностями, так сами решили напитать землю и охранные заклятия. Вы невероятная! Я так горжусь, что служу вам! – Девочку, вынужденную весь день помалкивать, прорвало.

– Кстати, на счет урожая, я поняла, лишняя сила там ни к чему, должна быть точная мера. А что станет с охранками, если их напитать больше нужного?

– Ничего особенного, просто заряда хватит на много лет вперед. Думаю, на них можешь тренироваться безбоязненно, – одобрил дед Хоп.

Мы уже прощались, когда старик наставил на Танни длинный костлявый палец.

– Проболтаешься о том, что видела и слышала здесь – рот зашью, – пообещал он девочке, скривив страшную рожу.

Танни взвизгнула и выпрыгнула за дверь.

– Поосторожнее с ней, – велел мне дед Хоп.

Я улыбнулась и помахала на прощание рукой, ничего не ответив. Сомневаться в единственном друге в мире Лаэры мне совсем не хотелось.

Ужин, как выяснилось, мы все-таки пропустили. Танни пошла относить поднос и брать другой, с едой для нас с ней, а я поторопилась к своим покоям. Как и ожидалось, по коридору в нетерпении нарезал круги Элфин. Завидя меня, он остановился и заорал:

– Явилась-таки? Я уж думал вовсе не придешь, чтобы не исполнять обещанное.

– Я вовремя, поэтому не нужно поднимать шум, – сказала я тише, чем требовалась, тем самым заставляя и Элфина сбавить тон.

– Хорошо. Ты пришла действительно после ужина, как и обещала. И что с того? Денег дашь?

– Дам.

Элфин не поверил и выпучил на меня глаза. Значит, он в курсе, что финансов катастрофически не хватает на все нужды. И все равно требует. До чего мне повезло не выбрать его в мужья во время ритуала.

Мы вместе вошли в мои покои, и Элфин по-хозяйски развалился на диванчике, сложив ноги на подлокотник. Я сходила в спальню за приготовленными деньгами и протянула деверю мешочек, мечтая, чтобы мужчина поскорее убрался восвояси. Но Элфин, сжав в ладони мошну, побагровел.

– Что это? – он соскочил с дивана и встал, угрожающе нависнув надо мной.

Наученная неприятным опытом, не стала гордо задирать голову и оставаться с ним нос к носу, а отступила и разместилась так, чтобы диван оказался между нами.

– Деньги на твои личные расходы, – спокойно ответила я, делая вид, будто не понимаю причины его бешенства. Оставалось лишь догадываться каким образом Элфин определил по весу мешочка ничтожную сумму монет.

– Издеваешься?

– Вовсе нет. Новые финансовые вливания у рихата планируются к осени после продажи урожая и сбора налогов, до тех пор денег нет, и ты об этом прекрасно осведомлен. Поэтому не нужно детских истерик. Учти, я выделила тебе деньги в ущерб празднику, который, к слову, именно ты мечтал устроить грандиозным и запоминающимся.

– Ты меня только что оскорбила? – прошипел он, делая шаг ко мне.

Мне пришлось собрать все свое самообладание, чтобы не отшатнуться, а неторопливо отодвинуться, выдерживая прежнее расстояние между нами.

– Я?

– Ты! Сравнила меня с ребенком!

– Когда? Я лишь попросила не устраивать трагедию. Как умный мужчина ты должен понимать о тяжелом финансовом положении рихата и не усугублять его.

В точку! Элфин замолк на целую минуту, видимо, выбирая, ребенок он, который продолжит топать ножкой и требовать своего, или же взрослый и разумный человек, но остающийся без нужной суммы денег. Я думала, он меня придушит, и в напряжении ожидала малейшего движения деверя, чтобы сорваться с места или хотя бы позвать на помощь своего телохранителя.

– Ты все равно не сможешь устроить прием на должном уровне, так чего же цепляешься за остатки денег? – наконец нашелся Элфин, бегая глазами по комнате и не в силах остановиться на одном предмете.

– Посмотрим.

– Пока ты смотришь, я упущу мага, готового мне помочь! – он осекся, осознав, что сболтнул лишнего.

– В чем? – спросила, понимая, что все равно не получу ответ. Из-за своей ошибки Элфин разозлился еще больше, но зато решил свернуть неприятный разговор.

– Ты пожалеешь, – выплюнул он и выскочил из моих покоев.

Я пожала плечами, не понимая, о чем должна переживать. Какие услуги требуются Элфину от стороннего мага?

Поужинав, я позвала Асью. Горничная явилась с удивлением на лице. Не баловала я ее вызовами.

– Асья, замок кто-то прибирает к приему гостей?

– Нет, наверное. Я не интересовалась, – ответила она, хлопая глазами.

– Хорошо, тогда так: кто отвечает за уборку в замке?

– Вэсса.

– Понятно, а кто непосредственно убирает комнаты?

– Горничные.

– Замечательно! Пока Вэсса ухаживает за рихтой Орланой, будешь за главную. Собери всех горничных, займетесь подготовкой этажа для гостей и бального зала.

– Это невозможно! Осталось всего три дня до приема! – Скорлупа напускного безразличия Асьи треснула.

– Невозможно? Сколько же дней нужно, чтобы прибрать этаж со спальнями и зал?

– Две недели.

– Как интересно. Рихта Орлана болеет всего девять дней. Напрашивается два вывода: либо она специально не распоряжалась на счет уборки и подставила меня, либо все-таки она позаботилась о подготовке к приему, но нерадивые слуги решили не выполнять распоряжение хозяйки, воспользовавшись тем, что она заболела. Какой вариант выберешь?

Девушка побледнела и забегала глазами.

– Если первый вариант, то я устрою грандиозный скандал, обличающий рихту Орлану, – подсказала я, отчаянно блефуя, – а ты у меня будешь в качестве свидетеля. Но не переживай, в одиночестве не останешься. Разоблачителей наберется вагон, стоит только бросить клич о вознаграждении.

– Что вы… что вы такое говорите, рихая, как можно, ничего подобного…Рихта никогда бы так не… вы же видели…сами видели ее… Сходите к ней… она… она…– залепетала горничная.

– Если второй вариант, – невозмутимо продолжила я разыгрывать ушлую стерву, делая вид, будто не замечаю состояния Асьи, – то сменю всю прислугу разом, и никто мне в этом не воспрепятствует. Рихтан и его брат уже не раз сказали о моей безграничной власти на время болезни свекрови, впрочем, еще несколько месяцев, и ее статус перейдет ко мне. Как считаешь, когда я объявлю о наборе новых горничных, сколько с ближайших поселков набежит народа?

– Все будет готово к приему, – пообещала Асья, уткнувшись взглядом в пол и кусая полные губы.

– Надеюсь, – с нажим сказала я, не особо уверенная, что прислуга не подведет. – При необходимости набери временный штат из селян.

Асья молча кивнула.

Неужели доброта рихты Орланы настолько разбаловала слуг? Или причина во мне? Мои распоряжения слуги пытаются саботировать? Но за что? За потерю наследника, о котором они мечтали?

Ответов на подобные вопросы у меня не находилось, поэтому я чувствовала себя уязвимой. Разумеется, рано или поздно время расставит все по своим местам, и однажды мы узнаем то, о чем до того даже не догадывались. Но именно сейчас я остро нуждалась в информации, так как не имела права оступиться.

Глава 2

В эту ночь Рэнна пришлось ждать еще дольше, чем накануне. Зато к моему облегчению он явился хоть и усталый, но не раненый. Даже вчерашние глубокие борозды затянулись и выглядели шрамами недельной давности.

Завидев меня, выпрыгнувшую из своих покоев в коридор ему навстречу, Рэнн споткнулся и остановился. Мне на мгновение показалось, что он сейчас повернется на сто восемьдесят градусов и сбежит. Но нет. Рэнн окинул меня мрачным взглядом и прошагал к себе. Решил игнорировать? А я-то думала, мы сблизились после того, как он дежурил у моей постели пять ночей подряд. Эх.

Пришлось припустить за ним и не позволить закрыть дверь перед своим носом.

– Я вообще-то тебя ждала! – возмутилась, проскальзывая в покои супруга.

– Зря, – холодно отозвался он, закрывая дверь и проходя в гостиную. – Я тебя не звал.

Вредина! Что ж, я не гордая, зайду и без приглашения.

Я последовала за Рэнном, но так как он не присаживался, пришлось стоять и мне. Ничего страшного, за день насиделась. Только не очень удобно голову задирать, чтобы в очередной раз взглянуть в иссиня-черные глаза.

– Ты так и не ответил утром… – начала я. Рэнн дернулся, как от удара, и я растерянно замолчала.

– Кажется, я вчера еще просил не задавать лишних вопросов. – Лицо его потемнело, а губы сжались в белую полосу.

– Так ты про себя, наверное, говорил, а не про прием? Или как? Я хотела узнать по поводу рассадки гостей. В вашем мире это очень важно? Я имею в виду, правильно рассадить приглашенных за столом. Не хочешь отвечать?

Похоже, Рэнн ожидал от меня других вопросов. Он поэтому утром сбежал? Не собирался объяснять свой странный вид накануне? Так я и не собиралась совать нос, куда не просят. Хотя… теперь Рэнн заинтриговал.

– Важно, – после минутной паузы выдохнул он с явным облегчением и принялся обстоятельно отвечать. – Если посадить гостей, не учитывая статуса или личных связей, то можно нанести им оскорбление. Ссоры в таком случае неминуемы.

– А ты случайно не знаешь, кого и как следует посадить за столом?

– Если честно, я даже не знаю, кто приедет.

Я вздохнула.

– И я не в курсе, кого пригласили рихта Орлана и Ясмидара. Слышала только, что не менее двух сотен гостей.

– Еще до смерти рихтана Брэя поднимался вопрос о браке Элфина с рихаей Ками Фесс. Из-за вынужденного вызова иномирянки помолвку, понятное дело, пришлось разорвать, однако семьи остались в прежних теплых отношениях. Поэтому, уверен, Фессы прибудут на сутки раньше других, так сказать, по-свойски, как обычно. Попробуй попросить помощи у почти-родственницы.

– Хорошо. Спасибо. А что на счет храмовников? Ты узнавал?

– Точно! Как я мог забыть. Я заезжал в храм, но все маги заняты. Слишком поздно мы обратились.

– Как же так? Совсем-совсем? Неужели у всех праздники?

– Не только. Это и обновление бытовых заклятий, и различные мелочи для комфорта. В храме остался только низший состав, те маги, что имеют слабый дар. Их иллюзии и фейерверки больше походят на игрушечные макеты, нежели на полноценное развлечение для искушенной публики.

– Им не хватает силы?

– Да. Без нее даже отточенное годами мастерство в своей области не имеет значения.

– Но мы вообще остались без храмовников. Что, если позвать хотя бы слабых? Дорого выйдет?

– Плата за них чисто символическая. Так как им редко выпадает возможность попрактиковаться, а побывать на приемах тем более, низший состав работает практически за еду.

– Тогда зови всех способных, пусть слабых, но соображающих в своем деле! – загорелась я. – На столах можно организовать маленькие фейерверки, вместо живых цветов. Выйдет мило и оригинально, заодно на букетах сэкономим. Иллюзионисты смогут своими крошечными картинками украсить зал. А вот музыка…

– Придется гостям общаться шепотом, если хотят наслаждаться музыкальными произведениями, – продолжил в духе моей идеи этот шутник.

– Придумаем что-нибудь, – пообещала я.

Говорить, что подпитаю своим даром магические творения, не стала. Зачем обнадеживать? С моим полным отсутствием контроля дара можно лишить народ не только развлечения, но и слуха. Тут не обойтись без смекалки. Но не сейчас.

Сейчас я не сводила глаз с Рэнна. Радужка его темных глаз светилась ярко-голубым светом. Что это? Словно тысяча мелких звезд собрались вместе и кружились в хороводе. Завораживающе.

В попытке получше рассмотреть, я сделала шаг к Рэнну, приблизившись почти вплотную. Он что-то говорил, но резко замолчал, впившись в меня взглядом.

Я судорожно вдохнула воздух. Он тоже не отрывал от меня глаз.

Рэнн опустил голову, лицо его оказалось совсем близко. Как ни странно, меня это обрадовало. Я с удовольствием вдыхала уже знакомый запах кожи с чуть слышным ароматом сосновой смолы, разогретой на солнце. Смотрела на четкие, правильные черты и ловила себя на мысли, что любуюсь. Мой взгляд прошелся по точеным, почти острым скулам, прямому носу, рубленному подбородку и вернулся к губам. Их нежный абрис контрастировал с общим обликом Рэнна, но тем притягательнее они казались. Хотелось встать на цыпочки и потянуться к ним, коснуться хотя бы раз, ощутить их вкус…

Рэнн сам преодолел между нами остаток расстояния. Темная голова склонилась надо мной, заслонив свет от магических шаров, и его губы осторожно прижались к моим робким и бесконечно нежным поцелуем. Пол уплыл у меня из-под ног, но Рэнн не позволил мне упасть, прижав к себе одной рукой. Вторая, еле касаясь кончиками мозолистых пальцев, гладила мое плечо.

Глаза сами собой закрылись, отгораживая меня от окружающего мира и сужая реальность до единственно важных сейчас ощущений. Его губы ласкали мои, едва прикасаясь и пробуя на вкус. Теплые и шелковистые, они своими осторожными, бережными движениями рождали во мне бурю. Желание большего росло и затапливало наслаждением остатки разума.

Протяжный стон, вырвавшийся из моей груди, напугал меня. Что со мной? Я отпрянула от Рэнна, ощущая, как к щекам приливает жар. Мой разум помутился? Я точно не в себе!

Не поднимая глаз на Рэнна, я бросилась вон из его покоев.

Кошмар! Неужели он мне нравится? Мне нельзя было этого допускать, ни в коем случае! Остаться с мужем – навлечь беду на весь рихат. Мне в любом случае придется уйти. Поэтому, Лия, не смей даже смотреть в сторону Рэнна! Немедленно забудь о его руках и губах! Ооооо! Еще бы это было бы так просто…

Я вернулась в свои покои и, сорвав с себя одежду, спряталась под одеялом. Ощущение кокона немного меня успокоило и отрезвило. Ничего страшного не произошло. Ну, подумаешь, взыграли гормоны. Один-единственный поцелуй ничего не значит. Так и решим. Буду делать вид, что ничего особенного не случилось. Уверена, Рэнн поступит так же. Ему еще меньше меня хочется, чтобы я осталась в рихате и создала проблемы.

Несмотря на разумные мысли, я еще долго крутилась в постели и не могла уснуть. Пришлось встать и принять прохладный душ, только после этого мне удалось провалиться в тревожный сон.

Зато на утро я поднялась бодрая и полная решимости организовать великолепный прием, какого еще не видывали на Лаэре, выучиться азам магии, чтобы потом без деда Хопа продолжать совершенствоваться, и устроить свой уход, не подставляя ни себя, ни Рэнна. А вот когда окажусь на свободе, тогда и подумаю о любви и спутнике жизни. В конце концов, я могу сбежать на край света и притвориться незаконнорожденной магиней. С развитыми способностями точно не останусь в одиночестве и нищете. Так и сделаю!

Спускалась к завтраку я в прекрасном расположении духа.

– Вы точно по приказу рихтана Рэнна? Все сразу? – услышала я удивленный голос Асьи, доносящийся из холла.

– Гонец от рихтана Рэнна Мирта прибыл в храм ночью со срочным приглашением для всех свободных храмовников, – гордо отчитался мужской голос. – Нам сказали, прием через три дня.

– Через два, – машинально поправила Асья.

Я поняла ее растерянность, обнаружив в холле человек двадцать мужчин разных возрастов. Так много невостребованных слабых магов? Впрочем, для меня чем больше, тем лучше. Рэнн сказал, что платить им много не придется, а уж накормить и определить фронт работы, думаю, не затруднит.

– Добро пожаловать в наш скромный замок! Я – рихая Лия, – отчаянно подражая рихте Орлане, проявила гостеприимство я и жестом указала путь до столовой. – Вы с дороги, наверняка проголодались. Проходите, рихи. Окажите честь, позавтракайте с нашей семьей.

В осадок выпали и храмовники, и Асья. Я что-то сделала не так? Низший состав храмовников не приглашают за стол?

Мужчины, несмотря на жару, кутались в коричневые мантии и продолжали неуверенно топтаться неподалеку от входа, будто ожидая, что в любой момент их выгонят из замка.

– Асья, передай, пожалуйста, Монни, что у нас гости. Пусть подаст к завтраку всего побольше и повкуснее.

Асья, изображавшая болванчика, деревянно кивнула и ушла в кухню на негнущихся ногах.

– Спасибо, – тепло поблагодарил бородатый мужчина лет сорока. Он торопливо пересек холл и, отвесив мне низкий поклон, замер, не зная, что должен делать дальше.

Остальные храмовники повторили за старшим поклоны и тоже придвинулись ко мне ближе. Чуть потоптавшись, каждый из них представился. Но имен, разумеется, я не запомнила. Пробормотав, как мне приятно, я в который раз позвала их завтракать.

– Прошу! – пришлось самой двинуться к дверям столовой, поглядывая через плечо, идут ли гости.

Они шли. Неуверенно осматривались по сторонам, перешептывались, то и дело подталкивая друг дружку локтями. Храмовники гуськом вошли в столовую и снова смущенно застыли почти у самого входа.

– Присаживайтесь, рихи! – предложила я.

Спасибо Асье, слуги подсуетились и успели приставить к столу стулья по числу гостей. Приборы, правда, еще не все расставили. Зато на кружевной скатерти уже появились фрукты, хлеб, сыры и местные сладости.

Обводя жадными взглядами содержимое ваз и подносов, храмовники вереницей потянулись к столу. Некоторые из них, видимо, благородных кровей, пытались с пренебрежением посматривать на угощения, правда, у них плохо получалось. Другие, напротив, не скрывали удивления и восторга, обмениваясь улыбками и подмигиванием.

Хоть обеденный стол и был длинным, рассчитанным на большое семейство, мужчины расселись за ним впритирку. Остались лишь два места с торцов, одно из которых заняла я, а другое напротив – подошедшая Ясмидара.

– У нас гости? – удивилась девушка. Но насколько бы неожиданным для нее ни оказалось подобное столпотворение за завтраком, она и бровью не повела, продолжая мило улыбаться, будто каждый день завтракала с парой десятков мужчин за одним столом.

На мое счастье Элфин в столовой так и не появился. Наверное, все еще дулся из-за денег. Но оно и к лучшему – не пришлось судорожно искать еще одно место. Если храмовников давка вполне устраивала, так как компенсировалась изысканными блюдами, подаваемыми лишь высшему сословию, то Элфин вряд ли стерпел бы подобное неудобство. А решать вопросы с капризами младшенького мне сейчас совсем не хотелось.

Разговор за завтраком не клеился. Мужчины наслаждались едой и отвлекались на светскую беседу с Ясмидарой неохотно. Сама я оказалась от подруги на противоположном конце стола, поэтому пообщаться с ней не могла.

По окончании завтрака храмовники, уже более уверенные в себе и довольные жизнью, отправились в гостиную. Ясмидара подождала, пока последний мужчина в мантии выйдет из столовой, и ухватила меня за локоть. Чуть дернув рукой, я поняла, что сбежать не выйдет, придется отвечать на вопросы, которые вот-вот на меня посыплются.

– Кто все эти мужчины? – прошептала Ясмидара мне на ухо, поглядывая на створчатые двери столовой.

– Храмовники, – удивилась я. Понятно же по одежде, зачем спрашивать?

– Сама вижу. Но… – подруга никак не могла подобрать вопрос среди тех, что переполняли ее.

– Маги. Из храма. Для приема, – перечислила я ответы на вопросы, которые могла бы задать Ясмидара.

– Но почему так много? – наконец сформулировала девушка то, что более всего ее поразило.

– Так слабые, сильных раньше надо было заказывать.

Ясмидара уставилась на меня, пытаясь переварить то, что я сказала и обнаружить в моих словах логику.

– Так от количества их магия сильнее не станет.

– Думаешь? Но ведь магу достаточно подпитывать чужие заклятия, чтобы они хорошо работали. Разве не так?

– Так. Но те, что подпитывают, хоть какаю-то силу имеют. А эти… я так понимаю, низший состав, верно?

– Да. Ты угадала.

– Они всем скопом не смогут сотворить даже одно нормальное заклятие. Силы не хватит.

– Рэнн и Элфин подпитают. – С каждым разом у меня все лучше получалось блефовать. Горжусь собой!

– Братьям есть чем заняться. И даже, если они пойдут у тебя на поводу, им потребуется время на восстановление. Ты все равно многого не выиграешь. Не зря зовут из храмов профессионалов и платят им немалые деньги.

– Ясно. Я поняла, – примирительно согласилась с подругой, похлопывая ее по тыльной стороне ладони, а на самом деле пытаясь размять свои затекшие мышцы под цепкими пальцами Ясмидары. – Не переживай, я что-нибудь придумаю.

– Скоро приедут Фессы. Ты же не собираешься их сажать за один стол с храмовниками?

– Конечно нет, они все и не поместятся.

– Я не об этом! Низший состав храмовников состоит из обедневших магов и незаконнорожденных отпрысков.

– Аааа! Ты про снобизм высшего сословия.

– Избавься от храмовников поскорее, чтобы Фессы нас не засмеяли, умоляю. Если не будет на празднике увеселений, можно списать на траур по рихтану Брэю. Это, конечно, оскорбление для гостей, но нас поймут. А вот низший состав храмовников явно укажет на нашу несостоятельность и банкротство. Пожалуйста, я прошу тебя о благоразумии.

– Все будет хорошо, – пообещала я. – А теперь, извини, мне нужно в гостиную. Можешь присоединиться к нам, если хочешь.

– Нет, спасибо, – быстрее, чем требовалось отказалась Ясмидара. Впрочем, ничего другого я не ожидала.

– Тогда я пойду, не стоит заставлять гостей, пусть и низшего состава, мучить ожиданием. Они и так волнуются.

Распрощавшись с Ясмидарой и убедившись, что она поднялась на второй этаж, я отправилась в гостиную к храмовникам. Те, хоть и распределились по комнате, но так и не посмели присесть, нервно прохаживаясь между диванчиками и креслами.

– Зачем вы нас вызвали? – без предисловий и витиеватой вежливости спросил бородатый мужчина, стоило мне зайти в гостиную.

– Работать, – так же просто и коротко ответила я.

– Что именно от нас требуется? – уже с большим энтузиазмом поинтересовался парень лет восемнадцати с густой копной рыжих кудрявых волос.

– Развлечения для гостей.

Мужчины разволновались, и я, предупреждая возможные возражения, поспешила добавить:

– Я в курсе, что вы очень слабые маги. Но также я знаю о ваших хороших умениях в плетении заклинаний.

– Что толку без силы, – фыркнул усач.

– А с этим утверждением я поспорю. Но не сейчас. Для начала мне хотелось бы знать, кто и что умеет делать.

– Музыка. Басы, – отрапортовал усач.

– Музыка. Верхние регистры, – подхватил рыжий паренек.

– Простейшие иллюзии, – с непонятной виной в голосе доложился высокий худой мужчина.

Один за другим мужчины сообщали свои магические умения, а я про себя считала сколько набирается народа на то или иное развлечение.

– Четверо музыкантов, шесть иллюзионистов, два снежных дел мастера и восемь специалистов по фейерверкам, – подвела я итог.

Последние здорово смутились, наверное, из-за излишнего количества и снова принялись смотреть в сторону выхода.

– Просто замечательно! – громко провозгласила я, чтобы ни у кого не осталось сомнений в своей нужности, и хлопнула в ладоши. – Виновник праздника – мой муж, рихтан Рэнн. Мужчина необычный, видный и яркий.

Кто-то из храмовников неучтиво фыркнул. Я замолчала и выгнула бровь.

– Если кого-то что-то не устраивает, прошу, прямо сейчас отказаться от работы.

Мужчины не сдвинулись с места. Но я выжидала. Наконец не выдержал усач:

– Вы не подумайте, рихая, все очень уважают рихтана Рэнна, просто… – Храмовник замялся.

– …он не особо красивый, – договорил за него рыжий паренек, по-детски хлопая длинными ресницами.

Кто-то из храмовников на него шикнул, пытаясь указать на невежливую прямолинейность.

– Красота – дело вкуса. Кроме того, о ней не было ни слова. Я говорила о том, что мой муж незаурядный и запоминающийся, таким должен стать и вечер в честь него. Яркие краски, смелые идеи и сочетания. Я из другого мира, поэтому не в курсе, на что вы способны, уважаемые. Но верю, что каждый из вас не хуже сильных практикующих магов по части творческих затей. Принимайтесь за работу. Пусть ваши результаты окажутся мелкими и годящимися только для макетов, зато нестандартными и интересными, это главное.

Удивленные храмовники поклонились. Вопросов не последовало.

– Пока можете работать здесь. Вам принесут закуски и напитки, а также недостающие стулья. К вечеру будут готовы ваши комнаты, и вы разместитесь со всеми удобствами.

Мужчины снова поклонились и начали поглядывать на места, где могли бы присесть.

– Позже я посмотрю на то, что у вас получается, и тогда на реальных примерах обговорим недостающие детали.

Я оставила храмовников приходить в себя от счастья, а сама отправилась распоряжаться на счет их питания и проживания к Монни и Асье. И та, и другая скривились, но перечить не посмели.

Прикинув, что больше от меня ничего не зависит, я позвала Танни, и мы пошли в заброшенную башню. В этот раз не стали брать с собой поднос с едой, а собрали в гостинец джем, мед и одеяло. Новое, теплое и легкое. Дед Хоп практичной вещице более всего обрадовался.

– Вот это я понимаю – подарок, – скрипел он, прикладывая к себе угол одеяла.

Старик всего за несколько дней ожил и повеселел. А уж со мной занимался со вкусом и детским азартом. Правда, контролировать свои силы у меня выходило из рук вон плохо. Влить магию от души получалось легко, а как речь заходила о том, чтобы ограничить поток энергии в заклинание деда Хопа, так я обязательно портачила. Старик громко возмущался, Танни тихонько ворчала на его неуважительное отношение к рихае, а я расстраивалась, так как рассчитывала применить свои знания в устройстве увеселений для будущего приема.

Покидая комнату деда Хопа, я удрученно вздыхала, неудовлетворенная результатами своих стараний.

– Рихая, в следующий раз обязательно получится, – увещевала меня Танни.

Но я не склонна полагаться на дары судьбы, поэтому направилась прямиком в библиотеку. Дед Хоп, разумеется, для меня бесценная находка, но он при всем желании не мог научить меня тому, что не делал сам. У него никогда не имелось столько сил, чтобы ее приходилось дозировать.

К сожалению, и среди книжного собрания Миртов не нашлось ничего похожего на руководство по сдерживанию безграничной магии. Оно и понятно. Сильные маги на Лаэре давно перевелись, а иномирянок никто в расчет не брал. Возможно, существовали учебники для рихов, что рождались от призванных ритуалом девушек, но не в библиотеке Миртов.

Пришлось набрать книг на смежные темы. В любом случае, дополнительные знания не помешают – решила я.

За чтением просидела до полуночи. О том, что пора бы ложиться спать, напомнили затекшая спина и тяжелая поступь за дверью. Рэнн.

Я выпрямилась в струну и напряженно замерла, затаив дыхание. Снова ранен? Здорового Рэнна, как правило, не слышно.

Его шаги замедлились и остановились у моей двери. Хотелось ли мне, чтобы он вошел? Я не знала. Просто смотрела на неподвижную дверную ручку и ждала. Наконец шаги возобновились, отдаляясь. Рэнн вошел в свою комнату и хлопнул дверью. Я выдохнула.

Догонять не стала. Я вообще не понимала, что между нами происходит. И не хотела задумываться. Это лишь все осложнило бы.

Следующие полтора суток Рэнна я не видела вовсе. Он не заходил. Впрочем, как обычно. Зачем ему ко мне заглядывать, если нет на то особой надобности? Я тоже старалась о нем не вспоминать. Признаюсь, в предпраздничной суете это получалось неплохо. Меня постоянно дергали слуги, требующие решить то на счет скатертей на стол, то по поводу постельного белья для ночевки гостей.

К храмовникам я заглядывала самостоятельно, так как скромные мужички до сих пор не могли поверить в собственную нужность и старались не привлекать к себе особого внимания, видимо, приняв неожиданное пребывание в замке блажью иномирной рихаи. К деду Хопу я наведывалась тоже сама – все-таки надежда на скорое овладение магией не давала мне покоя. Старик с удовольствием занимался со мной, постепенно привыкая к нашим с Танни визитам.

Особенно я растерялась, когда в назначенный вечер Фессы, которые должны были прибыть на сутки раньше прочих гостей, так и не появились.

Катастрофа! Похоже, решили, что раз их рихае Ками не стать правительницей замка Миртов, то и изображать близкую дружбу отныне не обязательно.

– Наверное, к началу приема явятся, – предположила Ясмидара. – Отказа ни на одно приглашение мы не получали.

Понятно. Но мне-то, что делать с рассадкой гостей? Я так рассчитывала на почти-родственников, а они, сами того не осознавая, меня подвели.

Я, понуро шаркая ногами, возвращалась к себе с ужина и размышляла, как поступить. Усадить всех гостей наобум? Скандала не оберешься. У меня не такая уж хорошая интуиция, чтобы положиться на нее и выбрать места каждому по наитию. Все-таки дождаться Фессов и, посоветовавшись с ними, в ускоренном темпе расставить карточки? Хороший вариант, только снова полагаться на друзей семьи, о которых я знала лишь понаслышке, не хотелось. Лучше уж вовсе никак не рассаживать…

Точно! Я остановилась. Почему мне раньше не пришло подобное в голову? На Земле званые ужины существуют наряду с фуршетами. И если в первом случае важно продумать рассадку гостей, то во втором – достаточно обеспечить столы широким ассортиментом закусок. Насаждать земную моду на Лаэре не входило в мои планы – слишком хлопотно, но иного выхода не оставалось. Придется организовать местную вечеринку на собственный лад – иномирный. И пусть консерваторы не обижаются, меня вынудили обстоятельства. В конце концов, какой может быть спрос с иномирянки? На Земле к иностранцам относятся с пониманием и уступками. А тут другой мир, шутка ли!

Заглянув в свою комнату и предупредив Танни, чтобы ложилась спать без меня, я бросилась на первый этаж.

Из распахнутых дверей бального зала доносился гомон и шум приготовлений. Но дойти до него не успела, обнаружив, что и в столовой произошли перемены. Появились дополнительные столы и стулья, вазы с цветами из зимнего сада. Ранее просторная комната стала казаться крошечной и переполненной. До чего же тесно окажется, когда там рассядутся гости!

– Неужели Мирты всегда принимают столько народу? – вырвалось у меня. Я стояла у входа и растерянно глядела на слуг, все вносящих и вносящих в помещение стулья.

– Нет, что вы, рихая, – ответила женщина, останавливаясь около меня и обтирая фартуком со лба пот. – Этот праздник особенный. Разве можно его сравнивать с обычными приемами для развлечения? Новый рихтан в замке появляется нечасто.

– Ох. Выходит, подобное счастье в две сотни гостей случается довольно редко?

– Впервые с тех пор, как я здесь работаю, – подтвердила женщина и, подхватив стулья за выгнутые спинки, понесла их к столам.

То есть неизвестно, как справлялись с подобным нашествием гостей в честь предыдущего рихтана, но этот прием явно походил на злую пародию. И я еще сомневалась в своей идее устроить фуршет?

– Всем внимание, – захлопала я в ладоши, входя в столовую.

В комнате воцарилась тишина. Слуги застыли в нелепых позах и уставились на меня.

– Прошу прощения, что не отдала заранее распоряжение на счет столов и стульев. Как-то я упустила из виду, а Асья решила сделать все по старинке. В этот раз не будем всех гостей разом кормить в столовой.

– Где тогда, рихая? – тоном строгой учительницы вопросила неизвестно откуда материализовавшаяся Асья. – В замке нет других подходящих помещений. А оставить приглашенных без угощений – позор!

– Супы и горячее мы подадим им как раз в столовой, накормив небольшими партиями человек в пятнадцать-шестнадцать, по мере их прибытия в замок и кучкованию по интересам. Поэтому нужно вернуть комнате ее первоначальный вид. Пожалуйста, уберите отсюда лишние столы и стулья. Что касается праздничного угощения… Согласитесь, тяжело танцевать на полный желудок. Да и за длинный вечер, переходящий в ночь, гости успеют не раз проголодаться. Для удобства закуски подадим не здесь, а в бальном зале. Расставьте в нем, пожалуйста, вдоль стен столы и стулья. Скатерти, цветы и общие блюда с закусками, фруктами и десертами размещайте как раньше, а вот столовые приборы и посуда пусть стоят стопками и пополняются по необходимости.

Асья хлопала глазами в попытке осознать, что за блажь мне пришла в голову. Я посмотрела на слуг. Кто-то переминался с ноги на ногу, кто-то чесал в затылке, но по большей части люди с безразличным взглядом смиренно выслушивали распоряжения.

– Гости поедят и отправятся в бальный зал развлекаться, – принялась объяснять я. – Там они смогут не только общаться или танцевать, но и попутно наслаждаться напитками, закусывать и смаковать десерты без спешки. А также присесть при желании на стулья или диваны.

По тому, как согласно затрясла головой Асья, я поняла, что идея ей показалась достойной воплощения.

– А еще несколько девушек и парней пусть ходят по залу с подносами и предлагают закуски и напитки тем, кто не захочет подойти к столу самостоятельно.

Асья неуверенно улыбнулась:

– Должно выйти хорошо, – согласилась она. – Вы славно придумали, рихая. – Кажется, впервые за все время она обратилась ко мне тоном, в котором не скользили ни насмешка, ни презрение.

– Еще раз прошу прощение за доставленные лишние хлопоты. – Я обвела взглядом слуг и кивнула. Кажется, вопрос с рассадкой гостей закрыт. Гора с плеч!

Глава 3

Следующим пунктом назначения стал бальный зал. Здесь слуги до сих пор чистили, мыли, скребли, полировали.

Чтобы добраться до каждого стеклышка, закованного в узорную металлическую сетку витражных окон, заполнивших собой пространство от потолка и до пола, пришлось подставлять высоченные стремянки. Те же тонкие, но устойчивые лестницы использовались и для приведения в порядок тяжелых бордовых портьер, украшенных сложным плетением из золотой нити. Слуги орудовали длинными швабрами, видимо, магическими, так как стоило тронуть ткань или стекло, и место касания, и часть вокруг него становились чище.

Помимо самонатирающих тряпок по полу катались горничные на странных щетках, оставляя за собой блестящую поверхность паркета. Пыль с кушеток и пуфов убирали при помощи смешных мешочков, которые не только всасывали в себя пыль, но и слизывали застарелые пятна.

Тут же мельтешили храмовники-иллюзионисты, пытаясь небольшими картинками украсить три огромные стены бального зала. Если честно, выходило не очень. Вернее, сами иллюзии выглядели сказочно, но при всем старании магов живые пейзажи размером с небольшой холст под масло производили общее впечатление недоделок. Видели это и храмовники, от чего расстраивались и наводили пустую суету еще усерднее.

– Никто и не заметит эти крошечные иллюзии, разбросанные по стенам! – сокрушался один.

– Может, постараться и живых картин сделать побольше? – предлагал другой.

– И кто твою работу увидит под потолком? – фыркал третий.

Лавируя между горничными, я подошла к мужчинам.

– Ооо! Смотрю у вас все готово? – похвалила я, не сводя глаз с чудесных иллюзий.

Те на самом деле производили впечатление. Удивительной красоты пейзажи поражали воображение, жили своей жизнью несколько минут, после чего сменялись новыми, еще более волшебными и невероятными.

А лохматый и небритый храмовник, сознавшийся в первый день нашего с ним разговора в том, что является непревзойденным мастером по самым сложным вариациям иллюзий, создал целый видеоряд, напоминающий немое кино, но в цвете и с полноценной сюжетной линией на полчаса: моя любимая сказка про Русалочку, которую я рассказала магу, ожила на небольшом подносе. Крошечные герои и декорации получились лучше, чем настоящие, смотреть на них можно было с любой стороны – ракурс на происходящее действо не менялся – идеальная иллюзия для демонстрации в центре зала в качестве основного развлечения.

– Да, – как-то невесело отозвались храмовники.

– В чем дело? – не поняла я их уныния.

– Как вы собираетесь распорядиться иллюзиями? Они ведь такие мелкие. Вряд ли гости захотят на них любоваться через увеличительные стекла.

– Думаю укрупнить иллюзии.

– Как?

– Я вам не говорила, что во мне иномирная магия?

– Мы знаем, рихая, – подтвердили храмовники, почтительно кланяясь, и в ожидании затихли.

– Я могла бы попробовать влить силы в ваши творения.

– Это возможно? Что? Как? – удивились мужчины. – Разве иномирянки способны владеть магией, как местные магини?

– Почему нет? Иномирные женщины ничем не отличаются от магинь с Лаэры. Разница лишь в обучении. Иномирянки вовсе не сосуды для магии, из которого переливают силы в наследника, мы тоже на кое-что способны.

– И вы уже пробовали? Что-то получалось?

– Конечно! Много раз! – с бахвальством ответила я, раззадоренная недоверием, прозвучавшим в голосах храмовников.

– Но разве… вам можно? – робко поинтересовался кто-то из мужчин и выразительно посмотрел на мой живот.

– Я не в положении, если вы об этом, так вышло. Но сейчас мы говорим не об этом. Главное, что я готова поделиться магией для увеличения размера ваших иллюзий.

Мужчины закивали молчаливыми болванчиками, явно сомневаясь в правдивости моих слов. Что ж, пора браться за дело.

Я приблизилась к одной из висящих в воздухе иллюзий и распростерла над ней ладони. Вокруг стоял шум – народ работал, что-то бурно обсуждая. Я закрыла глаза, но отвлечься и войти в расслабленное состояние мне удалось не сразу.

Ощутив бурлящие по венам потоки энергии, распахнула глаза и отдернула руки. Но оказалось поздно. Иллюзия, перенасыщенная моей магией, выросла до гигантских размеров и схлопнулась, рассыпавшись на мелкие цветные кусочки.

– Нет! – взвыла я, протягивая руки и пытаясь ухватить исчезающие обрывки чудесной картины тенистого сада с диковинными цветами. Но иллюзия проходила сквозь мои пальцы превращаясь в вереницу мерцающих звездочек, которые ярко вспыхивали напоследок и пропадали. – Она была такой красивой!

– Не расстраивайтесь, рихая, – попросил вихрастый паренек с густыми черными бровями, – у меня еще две осталось, они очень похожи на первую.

А у самого глаза на мокром месте. Еще бы! Два дня стараний уничтожены меньше, чем за минуту.

– Я не специально.

– Он знает, – заверил меня с поклоном худой миловидный мужчина с двумя длинными белыми косами. – Мы все знаем. Если бы пользоваться силой было так просто, как кажется, все иномирянки вместо того, чтобы вынашивать наследников, в первую очередь занимались бы подпиткой заклятий и урожая.

Я виновато кивнула.

– Но ваши старания на лицо, видно, что давно изучаете контроль над магией.

Серьезно? Давно? Всего же несколько дней. Выходит, я многого достигла.

– Давайте, рихая, вместе попробуем. Я немного изучал теорию о совместных воздействиях на магические заклятия. Правда, там речь шла о том, чтобы обе стороны вкладывали силы, но я попытаюсь вместо того, чтобы вливать магию, растянуть картинку до нужных размеров. Вы вряд ли сейчас способны ощутить тот момент, когда иллюзия готова лопнуть от переизбытка магии, поэтому слушайтесь меня.

Я со страхом посмотрела на чудесные живые картины. Уничтожать их было бы нестерпимо жаль.

– Возьмем мою, – предложил белокосый мужчина.

Он занес ладонь над восхитительным водным пейзажем и выразительно посмотрел на меня, приподняв густую бровь. Пришлось затолкнуть свою трусость поглубже и протянуть руку.

– Приступайте, – подбодрил он меня.

Я сделала глубокий вдох и резко выдохнула. Что ж, взялась, теперь нечего идти на попятную. Я протянула руку и отпустила магию. Делать это становилось с каждым разом все проще.

– Хватит! – Мои руки отбросило чужой энергетической волной.

В испуге я их прижала к груди. Сердце бешено стучало.

– Отличная работа! – похвалил храмовник.

– Повезло рихтану Рэнну, – присвистнул другой.

Несмело открыв глаза, я взглянула на то, что получилось.

– Не то слово! – завороженно выдохнула я. – Вы потрясающий мастер!

Выросшая во всю громаднейшую стену иллюзия поражала воображение. Волны яростно бились о скалы, выбираясь за края картины, и брызгали мне на платье. На ткани ненадолго оставались мокрые пятна, как и на полу около стены, после чего искрясь, исчезали.

– Я имел в виду вас, рихая, – смутился мужчина.

– Значит, мы оба молодцы! – не стала спорить я и посмотрела на следующие картинки, зависшие в воздухе и ожидающие своего часа.

– Нужно решить, где лучше разместить какой пейзаж, и что за чем будет сменяться, – подсказал беловолосый.

– Да!

Мы пересмотрели иллюзии, поделили их на три стены и наметили очередность.

– Столько картин не может себе позволить даже Росстен, – заметил кто-то из храмовников. – А уж на его балы всегда делаются лучшие иллюзии, штук пять, не меньше.

– И как это выглядит? – ухватилась я за возможность узнать хоть самую малость про чужие приемы. Мой взгляд принялся прочесывать храмовников, выискивая говорившего. – Вы видели?

– Нас разве кто пригласит! – усмехнулся белокосый. – Мы же низший состав. Если только рих Веслик видел, он младший сын рихтана, – храмовник кивнул на лохматого мужчину, совсем не похожего на аристократа.

– Чего там смотреть, – отмахнулся рих Веслик. – Готовые иллюзии на стене выглядят так же, как и заготовки в храме. – Он указал на увеличенный мной пейзаж. – Одна или несколько картин «живут» на протяжении всего бала, пока вложенная в них сила не иссякнет и иллюзии не растворятся.

– Но ведь наша работа лучше? – спросил один из мужчин.

– Конечно лучше, – убежденно подтвердил рих Веслик. – Ни в одном доме не украшают три стены, да еще с таким количеством смен иллюзий! А если и мою заготовку рихая увеличит… – Он многозначительно умолк, прикрыв глаза.

– Постараюсь, – пообещала я.

Что ж, нужно действительно постараться. Кажется, у меня появился шанс не просто подготовить прием, как полагается, но и в кое-чем переплюнуть местные увеселения.

– Продолжим? – предложила я.

Над каждой иллюзией пришлось попотеть. Я вливала силу в заготовку, а мужчина с белыми косами вовремя меня останавливал и вплетал картинки в общую хронологию восхитительного зрелища. Работа оказалась выматывающей, но интересной.

В перерывах мы мило болтали с храмовниками обо всем на свете. Они показали себя очень приятными собеседниками. Будучи сыновьями из обедневших родов или незаконнорожденными детьми от прислуги, они тем не менее получили в храме достойное воспитание. Мужчины многое знали и с готовностью рассказывали о Лаэре, а также с не меньшим удовольствием и любопытством интересовались о моем мире. Даже необщительного Веслика я втянула в беседу и выспросила мелкие подробности правил приема гостей.

Спустя пару часов стены зала демонстрировали то уютные лесные поляны, то сказочной красоты водопады, то горные шпили, покрытые снежными шапками… Пейзажи захватывали дух, погружали в особую атмосферу, а затем плавно сменялись, принимая новый, но не менее умопомрачительный вид.

– Восторг! – хором одобрили несколько храмовников.

Слуги к этому времени закончили свои работы и ушли, поэтому наши восхищения разлетались по пустому залу, отражаясь от высоких стен и окон, и терялись под высоким потолком среди россыпи магических осветительных шаров.

– Остались еще силы, рихая? – с задором поинтересовался рих Веслик, потирая ладони и пододвигая ко мне поднос со сказкой, застывшей на одном кадре.

На самом деле магических сил у меня ни на каплю не убавилось, во всяком случае, я ничего подобного в себе не ощущала. Зато от усталости просто валилась с ног. Но храмовнику ответила с прежним энтузиазмом.

– А то!

Остальные мужчины не стали расходится, с любопытством наблюдая за процессом.

Мои руки дрожали. Только бы не напортачить. Непонятно, почему беловолосый оставил самую сложную работу на потом. Уничтожить разом целый спектакль – это была бы катастрофа.

Мы с храмовником дружно протянули ладони к сложной иллюзии, но я никак не могла настроиться и отпустить энергию.

– Рихая, вы устали? – спросил мой напарник, так и не дождавшись от меня потока магии.

– Дело не в этом, – прошептала я. – Просто боюсь.

– Да ладно вам, рихая, – рассмеялся рих Веслик. – Ну, перестараетесь, ничего страшного, просто не будет на празднике вашей сказки, придумаем что-то другое на скорую руку.

В горле застрял ком. Я кивнула, не в силах ответить, и снова протянула руки к заготовке риха. В этот раз, делясь магией, ощущения мне показались отличающимися от прочих «подзарядок». Словно внутреннее искрящееся бурление остановилось за некой чертой, подпустившей его достаточно близко, чтобы прочувствовать исходящее тепло, но не позволившей полностью затопить меня нежностью.

– Все, рихая, достаточно, – услышала я довольный голос беловолосого храмовника. А за ним и аплодисменты.

Я растерянно посмотрела на мужчин. Многие из них улыбались. Кто-то удивленно перешептывался.

– Рихая Лия, я вас не сдерживал, – пояснил беловолосый храмовник в ответ на мой вопросительный взгляд. – Вы справились самостоятельно.

Я пошатнулась, почувствовав, как краска отливает от моего лица. Несколько рук потянулись ко мне, готовые в любой момент подхватить и уберечь от падения.

– Если бы я… – В горле пересохло, а вязкая слюна не желала сглатываться.

– Я был рядом, – легко отмахнулся мой напарник, – ничего бы не случилось. Чуткое наблюдение с моей стороны и полная сосредоточенность с вашей. Иллюзиям ничего не грозило. К тому же, я видел по вашему настрою, рихая, абсолютную готовность к самостоятельной работе. Вы же нащупали вожжи для управления магией, правда?

– Кажется, – вынуждена была согласиться я. – Что-то такое почувствовала. Но не уверена, что это то самое.

– Не сомневайтесь. Оно родимое. Скоро вы сможете интуитивно вкладывать свою энергетику во все, что требует подзарядки, причем без сторонней помощи.

Я молчала, не веря, что у меня все-таки получилось.

– Нет лучшего способа овладеть магией и ее приемами, как желание и практика. И того, и другого у вас оказалось сегодня предостаточно. Вы – молодец, рихая. К тому же, не думаю, что сегодняшний день единственный, когда вы практиковались в порционном вложении силы. Поэтому не стоит удивляться хорошему результату.

Много практики? Не то слово! Как каторжная тренировалась с дедом Хопом и штудировала книги про магию. И не зря!

Наконец несмелая улыбка тронула мои губы. Я – молодец? Да! Я справилась! Я на верном пути. Нужно скорее сообщить деду Хопу. Он так обрадуется, что его теория о способностях иномирянок верна.

– Вы совершенно точно устали, рихая, – спустил меня с небес на землю беловолосый храмовник, кажется, его звали Биллоу, явно намекая, что пора расходиться. – А завтра предстоит непростой день…

После его слов я почувствовала, что и вправду еле стою на ногах. Завтра прием. Пора ложиться спать. Да и дед Хоп наверняка уже смотрит десятый сон.

Но как же хочется повторить успешный результат и убедиться, что действительно могу! Могу чувствовать магию и в состоянии ее сдерживать.

Я обвела взглядом сонных усталых мужчин.

– Да, время позднее, – опомнилась я. – Давайте расходиться. Большое спасибо за работу, рихи.

Мы двинулись к выходу, когда я обернулась и посмотрела на иллюзии: сначала на стены, потом в центр зала, где стоял поднос со сказкой. Чудесные картины застыли и поблекли, а спектакль стек на поднос разноцветной лужицей, и лохматый храмовник засунул посудину подмышку, собираясь забрать с собой.

– Нужно экономить магию. Завтра активируем, – пояснил он мне.

К себе я возвращалась, пошатываясь. Вроде в процессе не чувствовала оттока энергии, а под конец накрыла жуткая усталость. Несмотря на невероятную силу, дарованную междумирьем, и у нее, увы, похоже, есть предел.

– Что с тобой, Лия? – прогрохотало позади меня.

От неожиданности я подпрыгнула и одновременно попыталась повернуться. Ноги скрутились между собой. Если бы не сильные руки, подхватившие меня, точно рухнула бы на каменный пол.

– Устала, – пискнула я в свое оправдание.

Что с моим голосом? Наверное, еще не отошла от неожиданности. Иначе чего бы мне теряться при Рэнне, я его уже давно не страшилась и чувствовала себя рядом с ним комфортно. Я обвила его могучую шею руками, доказывая это самой себе.

Тут уже Рэнн покачнулся.

– А с тобой? – в свою очередь весело поинтересовалась я, довольная тем, как в буквальном смысле сногсшибательно влияю на мужа.

– Тоже устал, – пробормотал он, пряча глаза и ускоряя шаг.

Желая подзадорить Рэнна, я как бы невзначай провела пальчиком по его шее. Кожа под моими ладонями покрылась мурашками, от чего у меня самой перехватило дыхание. Его походка стала неровной, а взгляд блуждающим. Я сглотнула, вышло звучно. Рэнн украдкой бросил взгляд на мои губы, скользнул по шее, а, наткнувшись на утянутую платьем грудь, быстро убрал. Неужели смутился?

У меня закружилась голова, на губах непроизвольно заиграла улыбка. Я ему нравилась. Я это чувствовала! И пьянела от счастья. Наши сердца бешено бились в унисон, и мне казалось, их стук вот-вот перебудит весь замок.

В мою комнату Рэнн не вошел, а ввалился. Я в предвкушении прикрыла глаза, но тут же их распахнула. Не может быть! Рэнн торопливо усадил меня в кресло и бросился вон. Я и пикнуть не успела, как дверь в мои покои захлопнулась за его широкой спиной.

Разве так бывает?

Настроение упало. Хотелось разрыдаться в голос. Сбежал от меня? Сумел воспротивиться притяжению, что неожиданно появилось между нами. Долг превыше низменных чувств? А вот меня буквально трясло от неудовлетворенного желания. Но только ли физическое влечение было повинно в моем состоянии? Что я чувствовала к нему на самом деле? Хотела ли развития наших отношений?

Уткнувшись лицом в диванную подушку, я задумалась. Что со мной? Почему меня так волнует, что происходит с Рэнном, в то время как сама не в состоянии признаться в собственных чувствах хотя бы себе.

Мне нравится мой муж. Но насколько сильно? Готова ли я пожертвовать свободой и остаться рядом с ним? Кажется, да. Он добрый, умный, заботливый, сильный и привлекательный. Во-о-о-от. Ключевое – привлекательный. Раньше я так не считала. Похоже, Рэнн пробрался в мое сердце незаметно для меня самой. И что теперь делать? Он-то, напротив, сторонится меня. Попробовать очаровать? Хотя, о чем я? Он ясно дал понять, что нам не быть вместе из-за отсутствия в нем магии. Но… Очень много магии есть во мне, и, как выяснилось, я даже могу ею напитывать заклятия. Я – гораздо лучший вариант для рихата, чем Элфин. А значит, Рэнну вовсе не обязательно уходить в храм ради семьи и подданных. У него появился выбор. Но сделает ли Рэнн его в мою пользу?

Я подняла голову с думки и утерла выступившие на глаза слезы. Мне нельзя плакать. Завтра я должна выглядеть феерично! Я докажу Рэнну, что достойна быть его женой и правительницей рихата. Расскажу о своем даре, который полезен, оказывается, не только в качестве донора для наследника. Он поймет, что уход в храм – плохая идея. А я – лучшее, что случилось в его жизни!

Утром, едва выбравшись из постели и умывшись, я вызвала к себе Асью. Девушка отчиталась по приготовленным комнатам для гостей, а также по общей уборке замка.

– Рихая, у ваших дверей с раннего утра толпятся храмовники, – наконец сообщила мне Асья после того, как мы обговорили с ней все нюансы, и я, отдав последние распоряжения перед приемом, собиралась ее отпустить. – Уж не знаю, чего они хотят, но настойчиво ждут. – Асья недовольно нахмурилась. – Все двадцать человек.

– Я догадываюсь, зачем они явились. Зови, пусть войдут, – улыбнулась я. Рассказывать причину, несмотря на неприкрытое любопытство, сквозившее во взгляде Асьи, не стала. Хотелось сделать сюрприз и для нее. Уверена, никто не ожидает от сегодняшнего вечера чего-то необычного, тем более те, кто в курсе про острый дефицит финансов Миртов.

– Хорошо, – бесцветно отозвалась горничная, поджимая губы. Она явно не одобряла моего общения с храмовниками низшего состава. А уж когда я отпустила ее, не позволив послушать разговор с магами, девушка и вовсе насупилась.

– Рихая, – обозначил приветствие бородач, отвесив мне поклон, и за ним поклонились остальные мужчины.

– Доброе утро! – широко улыбнулась я храмовникам, сегодня совершенно искренне, так как с некоторыми из них вчера довольно близко познакомилась и прониклась симпатией. – Чем обязана в такое ранее время? Не терпится приняться за работу?

– Так и есть, – подтвердил мужчина, снова кланяясь. – Мы наслышаны, что вы вчера сделали с иллюзиями наших товарищей, и хотели бы показать вам свои работы.

– Рихая еще не завтракала! – возмутилась вездесущая Танни.

– Вот ты мне и принесешь что-нибудь вкусненькое, – подмигнула я ей, желая спровадить. Мне хотелось, чтобы на празднике Танни насладилась магическими диковинками вместе со всеми, а не довольствовалась обрывками, увиденными случайно.

Девочка унеслась на кухню, а я пригласила храмовников продемонстрировать плоды своих трудов. Мы вместе обсудили, где и чьи работы расположим, и назначили время встречи, чтобы влить магию в заготовки. Иллюзионисты, почувствовав себя после вчерашней совместной работы гораздо увереннее, давали толковые советы и ободряли товарищей.

– Из нас вышла неплохая команда. Как считаете? – пошутила я. – Впору вместе готовить заказы к другим праздникам.

– Для нас это была бы большая честь! – встрепенулись мужчины, серьезно восприняв мои слова и обрадовавшись шансу наконец оказаться востребованными.

– Мы могли бы приносить заготовки для подзарядки и делить прибыль… – робко предложил один из них.

Я не нашлась, что ответить, но храмовники поспешили это сделать за меня, перебивая друг друга.

– Ох, простите нас грубиянов, рихая… Разумеется, с подобными разговорами нам следует обратиться к вашему супругу… Не серчайте… Просто мы так обрадовались вашему предложению…

Что ж, если не удастся по-тихому покинуть рихат, инсценировав гибель, похоже, можно податься в местный храм, объявив себя бесплодной. Чем не вариант? И крыша над головой, и работа.

– Рихая Лия!

Танни ворвалась в гостиную, как обычно, маленьким ураганчиком. Заплаканное лицо и трясущиеся руки напугали меня больше, чем срывающийся на крик голос. Я соскочила с кресла и крепко сплела пальцы рук, готовясь к неприятному известию. И оно не заставило себя ждать.

– Рихая Лия! – Не обращая внимания на магов, Танни грохнула поднос с завтраком на стол и закрыв лицо руками в голос разрыдалась. – Это я виновата! – завыла она.

Мужчины, не привыкшие к детским слезам, застыли в нелепых позах, боясь двинуться. В движении остались лишь глаза, в панике осматривающие предметы в гостиной и выискивающие способ поскорее прекратить рев.

– В чем? – как можно спокойнее спросила я, хотя у самой сердце выпрыгивало из груди от волнения.

– У вас нет к празднику платья! А я об этом даже не подумала! Сейчас прибыли платья для рихты Орланы и Ясмидары, а у вас ничего не-е-е-ет!

– Ох! – хором выдохнули храмовники, то ли сочувствуя, то ли ожидая истерики уже от меня.

Взгляды храмовников сошлись на мне, пытающейся осознать свалившуюся новость.

– Это моя вина! – заламывала руки Танни.

– Не твоя, ты тут вообще ни при чем, успокойся, пожалуйста, – пробормотала я, попутно обдумывая, что же теперь делать. – Моя официальная горничная Асья, это она должна была позаботиться.

Похоже, девушка, как и я, замоталась с подготовкой к приему и просто забыла про наряд. Но сейчас не важно кто виноват, нужно решать, как выкрутиться. У каждой проблемы имеется свое решение, а то и не одно.

– Ничего страшного, – наконец бодро ответила я, при этом ощущая горечь на кончике языка. Похоже, придется пойти на свой первый в жизни бал в чем попало. – Уверена, рихта Орлана не будет против, если я воспользуюсь ее нарядом.

– Не выйдет! Она ниже вас, рихая, и толще! Вы утонете в ее платье. А ушивать нет времени. Да и вряд ли смотрелось бы красиво.

Приплыли!

Почувствовав, что ноги перестали меня держать, я опустилась в кресло.

– Если я пойду в этом, – без особой надежды спросила я присутствующих, указывая на свой повседневный темно-красный наряд, расшитый золотом, – то сильно нарушу местный этикет?

– Вы плюнете гостям в лицо, – категорично отрубил Веслик со знанием дела. Храмовники и Танни закивали, подтверждая его слова.

– Тогда… обмотаюсь куском ткани и скажу, что это иномирная мода? – предложила я, неожиданно повеселев. Кажется, у меня начинался истерический смех.

– Тогда уж лучше обмотаться иллюзией, – хмыкнул рыжий паренек, но мужчины переглянулись, после чего Биллоу сказал.

– У нас есть еще время. К вечеру общими силами наряд для хозяйки приема будет готов.

Мужчины почтительно откланялись и вышли из моих покоев, а я, как сидела, так и продолжила недоуменно хлопать глазами. В иллюзию? Серьезно? Хотя… какой у меня есть выбор? Пусть делают, что хотят. В конце концов, платье из тумана или листвы будет поинтереснее тех вариантов, одним из которых я собиралась шокировать неискушенную публику.

Глава 4

Что ж, вопрос о наряде пришлось закрыть, так как повлиять на него было не в моих силах. Поглубже вдохнув и выдохнув, я занялась текущими делами. Проверила готовность комнат к приезду гостей, общую чистоту замка, исходящие ароматом блюда на кухне. Кажется, слуги перестали противиться моим распоряжениям и выполняли свою работу на совесть. Это радовало.

Успокоившись, что все идет, как надо, я не смогла противостоять искушению заглянуть на минутку к деду Хопу. Пока мы с Танни набирали для старика лакомства, Монни даже не взглянула в нашу сторону, с головой погрузившись в приготовление своих кулинарных шедевров для предстоящего фуршета. Хотелось надеяться, что вечер пройдет без срывов.

Старик нас сегодня не ждал. Он поднял седую голову, оторвавшись от чтения, и машинально запустил башмаком, оказавшимся у него под рукой.

– Ой! – взвизгнула Танни, прикрывая голову от летящего в нее снаряда.

– Ой! – крякнул он, осознав, что сделал, спустя долю секунды.

Я бездумно выставила пятерню, защищаясь от ботинка, и перед нами, как и в прошлый раз, появилась прозрачная стена, вспыхнувшая голубым светом. И пропала, как только ботинок оттолкнувшись от нее, полетел обратно к хозяину.

– Дед Хоп! – возмутилась я. – Вы же обещали больше не бросаться вещами!

– Извиняйте, нечаянно, – то ли действительно сожалея, то ли ерничая, проскрипел старик. – Привычка.

– Так и убить можно, – заметила Танни, проходя в комнату.

Последнее время девочка рядом с дедом Хопом чувствовала себя непринужденно, несмотря на выходки старика. Да и тот стал относиться к Танни гораздо мягче.

– Вас-то? С мощнейшим на Лаэре щитом? – усмехнулся дед Хоп.

– Могла прийти Нира, – заметила я.

– Она наловчилась уворачиваться, – отмахнулся старик, не желая признавать свою неправоту. – А остальным здесь делать нечего. Ладно. Сами-то зачем пожаловали? Кажется, говорили, что сегодня дел будет полно, не до меня окажется.

– Новости есть, – счастливо поведала я.

– Кто-то помер?

– А кто вас более всего порадовал бы? – с детской непосредственностью полюбопытствовала Танни.

– Что вы оба такое говорите! – ужаснулась я. – У меня совсем другие новости. Я вчера сама подпитала энергией иллюзию! Правда, меня храмовник подстраховывал, но он сказал, что я прекрасно справилась.

– Не может быть! – подпрыгнул дед Хоп на постели.

– Может, – подтвердила Танни, уже собравшая сплетни на кухне о моих вчерашних экспериментах. И кто только разболтал? Вроде в зале никого кроме нас с храмовниками не было. – Рихая до полночи тренировалась с храмовником Биллоу, пока сама не увеличила иллюзию. Сегодня вечером посмотрим, что получилось.

Старик фыркнул.

– Быть может, за вами зайти, дедушка Хоп? Перед праздником? Вместе бы посмотрели? – предложила девочка.

– Не дойду, – проворчал тот. – Да и не хочу. Кажется, я уже не раз говорил, что мечтаю и сам обо всех забыть, и чтобы про меня никто не вспоминал. Не желаю видеть весь этот сброд, что понабьется сегодня в замок. Тем более родственничков лицезреть… тфу!

Танни пожала плечами, не понимая старика. Сама она ждала вечернего представления со жгучим нетерпением, и никакие гости или хозяева не могли ей испортить предвкушение от праздника.

– Что я там не видел, – продолжал дед Хоп с неподдельным пренебрежением. – Было время самолично приглашал иллюзионистов и оценивал их работу.

– Как так? – удивилась Танни.

– А кем вы в замке значились? – наконец за все время нашего знакомства сообразила спросить я.

– Кем-кем, экономом, конечно. Как-никак у брата кровного служил. Да и образование отец мне достойное дал, хоть я и слабый маг, а вместе с братом в храме Оракула обучался. Так что…

– Да что ж вы раньше-то не рассказали? – накинулась я на деда Хопа.

Мне приходилось по крупице собирать нужные сведения, а тут под боком у меня притулился кладезь знаний о местных обычаях, светских правилах, а главное – об управлении замком.

– Так ты и не спрашивала.

Меня понесло. Я принялась задавать вопросы. Все, что мне не удалось узнать у Ясмидары и храмовников, пришлось разъяснять деду Хопу.

– Рихая Лия, – вмешалась Танни в наш разговор спустя полчаса. – Скоро гости начнут съезжаться, а вы еще хотели что-то с храмовниками доделать.

– Дык, и я не понимаю, – подхватил дед Хоп, – чего возле меня сидишь, кажись и сама давно со всем справилась.

– Сама могла ошибиться, да и местные устои мне пока малознакомы, – пояснила я, не находя в себе силы уйти.

– Завтра придешь, позанимаемся, а потом еще поспрашиваешь, – пообещал старик.

– А зачем рихае заниматься, она же теперь умеет и сама заряжать заклинания? – не поняла Танни.

– Заряжать, возможно, и умеет, хотя очень сомневаюсь, что с иллюзией не произошла случайность. Но для магов главное не зарядка, а развитие собственного дара.

– У всех-всех магов есть свой особенный дар? – спросила девочка.

– Конечно. Только не каждый его развивает.

– И какой у вас?

– Самый бесполезный – делаю вещи мягкими.

– И теплыми? – подсказала Танни, вспомнив про подозрительный тюфяк.

– А вот чтобы сплести заклинание на тепло, мне требуется много, очень много времени и сил. Маги способны заниматься не своим делом, но с огромным трудом и еще большей энергозатратой. Уж проще подпитывать чужие готовые заклятия и оттачивать собственный дар.

– А у рихаи Лии ведь дар – щит?

– Понятное дело! Она даже, не взяв под контроль магию, легко творит щиты. Какой еще у нее может быть дар!

Я, уже направившаяся к выходу, притормозила и обернулась к деду Хопу.

– А зачем он нужен? – поинтересовалась я. – От чашек и тапок летящих обороняться?

– Не только. От боевого заклинания может уберечь.

– И такая магия есть?

– Есть. Маги-боевики ей владеют. Они защищают границы Лаэры от урлоков и мигонов. И здорово ценятся, остальные-то просто мечами машут, а эти молниями да огнем швыряются. Но еще более в цене защитники и щитовики. Им даже не нужно проживать в приграничных храмах. Установили охранные заклятия или раскинули щит и свободны, подзарядить их может любой маг. И чем более способные и сильные щитовики с защитниками, тем надежнее контур или купол, устанавливаемый ими.

– Это вроде той охранки, что вокруг замка, от всякой нечести?

– Да. И еще есть заклятие в библиотеке. Тоже из того же арсенала. И охранная магия вокруг рихатов. В общем, востребованы всюду. То, что Рэнн забрал тебя из междумирья, наверное, единственный его поступок, который я полностью одобряю. Если бы не он, пропала бы ни за что такая девка!

Я рассказывала любопытному деду Хопу, как оказалась на Лаэре, и он сделал собственные выводы. Впрочем, я с ним согласна, если бы не Рэнн, могла застрять в междумирье, или, чего доброго, сломать себе шею прямо на глазах у братьев.

– Ладно, хватит лясы точить, наверняка сегодня еще дел невпроворот, идите уже, – напомнил нам дед Хоп о предстоящих заботах и указал на дверь. – Завтра придете, там и поговорим. У нас с тобой, Лия, времени предостаточно, успеешь и все выспросить, и научиться чему захочешь.

На том и расстались.

С храмовниками, как и договаривались, встретились в бальном зале. Снежных дел мастера принесли крошечные статуэтки изо льда, от которых веяло прохладой.

– Какие прекрасные, – выдохнула я, склоняясь над изящными женскими фигурками, и из моего рта вылетело облачко пара.

– Нужно много магии, чтобы поддерживать их в летний день и не позволять таять, – посетовал храмовник, держащий поднос с миниатюрными ледяными скульптурами.

– Сначала следует их увеличить, – подсказал Биллоу, – а уж затем заряжать заклятие холода под завязку, чтобы продержались вечер. Это два разных вида направления потоков магии.

– Поможете мне, рих? – попросила я мужчину. Раньше мне не приходилось разделять свою энергию по видам назначения. Просто вливала в сплетенное заклятие, и магия сама текла по нужному руслу, либо укрупняя объект, либо увеличивая срок использования. Тут задача выдалась сложнее, без мага-профессионала не обойтись.

– Конечно, рихая, – поклонился храмовник.

В паре мы увеличили четыре ледяные статуи и наполнили их энергией. Расставленные по углам зала, они должны были не только услаждать взор гостей, но и охлаждать комнату – вечер обещал выдаться жарким. На Лаэре подобная ледяная роскошь здорово выручала в отсутствии кондиционеров. Правда, мало кому была по карману. Оставшиеся шесть фигурок мы укрупнили до размера вазона, и я назначила их подставками под холодные закуски и десерты.

Специалисты по фейерверкам вручили мне мешочки с радужными горошинами.

– У каждого шарика десять выстрелов. Периодичность интервалов установим по вашему желанию, – отчитался самый старый храмовник с седой бородой и продемонстрировал взрыв крошечного фейерверка, рассыпающегося мерцающими разноцветными звездами.

– Восхитительно! – захлопала я в ладоши от восторга.

Часть горошин мы разложили по столам в качестве украшения мини-салютами, а остальные, открыв одно из окон, вынесли на улицу. Вне помещения я не страшилась устроить глобальный взрыв, потому довольно быстро увеличила заготовки для ночного фейерверка, а храмовники настроили их на постепенное срабатывание друг за другом.

Оставались музыканты, но как помочь магам, чьи результаты оказались нематериальны, я не знала. Мужчины включали мелодии щелчком пальцев и так же выключали. И все бы хорошо, будь звучание музыкальных инструментов погромче. Намного громче, если честно.

– Нужно подпитать заклятие, – просили маги, но я лишь разводила руками.

– Как можно заряжать то, чего не видишь? – чуть не плакала я.

Не знаю, кому было обиднее: мне, остающейся без музыки на балу, или храмовникам, которые старательно сплели чудесные мелодии, но не имели возможности познакомить с ними публику.

– Заклинания не нужно созерцать, их важно чувствовать, – подсказывал мне рих Биллоу, однако у меня ничего не выходило. Для меня было важно в первую очередь видеть объект подзарядки.

– Неужели в вашем мире нет усилителя звука?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.