Михаил Мезин
А что, если…

1. Костя

Костя гнал из Санкт-Петербурга в Тосно на максимальной скорости. Он ехал с работы домой и следил за тем, чтобы ни в коем случае не превышать скорость. Ведь нарвёшься на гаишников – потеряешь время. Он и так уже опаздывал. И это повторялось изо дня в день. Нет, надо найти работу у себя в Тосно. Пускай зарплата будет поменьше, зато жить будет спокойнее. Нельзя вот так терять каждое утро по два часа на дорогу до работы и каждый вечер по два часа на дорогу домой. Это сколько же времени он теряет за неделю, за месяц, за год! Костя задумался…

Только мгновенная реакция спасла его. Ничего не успев понять, не думая, он изо всех сил надавил на тормоза, и давил даже после того, как машина уже остановилась буквально в полуметре от чего-то, чего секунду назад на дороге просто не было!

Наконец Костя отпустил тормоз. В голове гудело, руки дрожали. Он ничего не понимал.

Перед ним, прямо напротив, лоб в лоб, стоял старый «Запорожец» цвета гусиного помёта. Над ним мерцало какое-то странное холодное голубоватое свечение. Это свечение чётко повторяло все контуры машины. За рулём сидел мужчина лет 60 в трико. Он сидел неподвижно, глядя прямо перед собой. Свечение стало ослабевать и прямо на глазах у Кости постепенно сошло на нет. Тогда водитель очнулся, вышел из машины и с интересом поглядел по сторонам. Костя всё сидел в своей машине и никак не мог заставить себя пошевелиться. Мужчина обошёл свой драндулет и как будто только сейчас заметил Костю в его машине. Он подошёл, лучезарно улыбаясь.

«Здравствуйте», – приветливо сказал незнакомец.

«З-з-д-д-равствуйте», – выдавил из себя Костя.

«Позвольте узнать, какое сегодня число?» – вежливо спросил мужчина в трико.

– Сегодня-то?

– Ну да, ну да. Сегодня.

– Это, как его… С-сегодня 1 апреля.

«Замечательно! – почему-то очень обрадовался мужчина. – Просто отлично. А год?»

– Что год?

– Какой год?

Косте стало как-то не по себе. Дорога, как назло, пустая, вокруг ни души…

– Так какой год?

– Сейчас-то?

– Ну да, ну да. Сейчас.

– Это, как его… Сейчас – 2011.

– Значит, 1 апреля 2011 года?

– Выходит, так.

«Очень хорошо!» – заявил собеседник.

Костя не находил в этом ничего хорошего, но промолчал. Он до сих пор не пришёл в себя от потрясения и ничего не понимал. Всё происходящее было очень странным, это одновременно и злило и пугало его. Он мог бы и сам о многом спросить вежливого мужчину, но никак не мог сформулировать хотя бы самый простой вопрос.

Водитель «Запорожца» пошёл было к своей машине, но вдруг передумал и снова подошёл к Косте. Оказалось, вопросы у него ещё не кончились.

«Извините, а у Вас найдётся какая-нибудь газета?» – спросил незнакомец.

У Кости в салоне оказался вчерашний номер «Аргументов и фактов».

– А можно купить у Вас эту газету? У меня тут в кармане 100 рублей завалялись, вот, возьмите.

– Да что Вы, не надо мне никаких денег! Возьмите так, если Вам надо.

– Но ведь она Ваша. Вам нужна, наверно.

– Не, не нужна. Я уже прочитал. Берите.

– Благодарю Вас.

Взяв газету, тот вернулся в свой дивный автомобиль, сел и углубился в чтение. Время от времени он поднимал глаза и доброжелательно поглядывал на Костю, как бы приглашая его разделить хорошее настроение.

«Я тогда поеду?» – с неожиданной для себя вопросительной и даже просительной интонацией сказал Костя.

«Что, уже? – удивился мужчина. – Ах, да, конечно. Езжайте».

«Спасибо, – поблагодарил Костя неизвестно за что. – До свидания».

– И Вам спасибо. До свидания, молодой человек… Как Вас зовут-то?

«Петя», – почему-то ответил Костя и уехал.

Ехал он очень медленно и аккуратно, никуда уже не торопясь. Недавние события не укладывались у него в голове. Ну ладно, дядька явно с прибабахом. Этим можно объяснить и его странные вопросы, и его странный наряд. Этим можно объяснить даже то, что «Запорожец» стоял на встречной полосе. Но одна вещь оставалась совершенно необъяснимой. Откуда вообще взялся этот странный автомобиль со своим странным пассажиром, окутанный голубоватым светом? Буквально ниоткуда. Дорога за секунду до этого была пустая, в этом Костя был уверен. Неужели он настолько задумался, что отвлёкся и не заметил приближение машины по встречной полосе?! Нет, невозможно. Он был опытным водителем и никогда не отвлекался от дороги. Так что же произошло? Может, прикол какой-то на 1 апреля? Может, его скрытой камерой снимали?

Впереди показался пункт ДПС. Костя подъехал к нему и притормозил.

Инспектор всем своим видом показывал, что не ждёт от жизни ничего хорошего. Даже жезл у него висел как-то вяло.

– Здравствуйте, товарищ инспектор!

– Ну, здравствуйте, здравствуйте…

– Знаете, вон там, совсем недалеко, человек какой-то странный.

– Все какие-то странные.

– Он появился как будто ниоткуда.

– Все появились как будто ниоткуда.

– Он в трико.

– Все в трико.

– Он не знает, какой сегодня день.

– Все не знают, какой сегодня день… А я знаю! Сегодня 1 апреля. Так что всё, хватит шутить, проезжайте себе потихоньку.

– Да нет же, я не шучу! В самом деле. Я из-за него чуть в аварию не попал. Он стоит на встречке.

– Как на встречке?

– А вот так! Сидит сейчас и газету читает.

– Какую газету?

– «Аргументы и факты». Я сам ему дал.

– Зачем?

– Он попросил.

– Зачем?

«Да не знаю я, – вспылил вдруг Костя. – Если хотите, сами у него спросите. Тут пара километров всего. Мне-то что? Всё, я поехал. До свидания».

После того, как он дал выход раздражению, ему стало легче. Он всё так же не мог объяснить себе событие, свидетелем и участником которого стал совсем недавно, но уже пришёл в себя и почувствовал себя намного увереннее.

«Всё! – неожиданно решил он. – Завтра же пишу заявление на увольнение. Не для моих нервов такие переезды».

И он в приподнятом настроении поехал домой.

Инспектор в задумчивости постоял ещё некоторое время. Скорее всего дурацкая первоапрельская шутка. Проехаться, что ли, глянуть? Всё равно делать особо нечего.

Он так же задумчиво сел в свою бело-синюю служебную машину и поехал.

Через пару километров он увидел стоящий на дороге «Запорожец» цвета гусиного помёта.

Подъехав ближе, он увидел, что внутри сидит мужчина в трико и читает газету.

Инспектор остановил свою машину и вышел. Сидящий поднял глаза и посмотрел на инспектора поверх газеты.

Через секунду «Запорожец» исчез. Осталось только голубоватое свечение, повторяющее его контуры. Но и оно быстро таяло.

2. Гараж

На самом западе России расположен Санкт-Петербург – город на Неве, окно в Европу, Петра творенье, бывшая столица Российской империи, великий город с областной судьбой.

На самом западе Санкт-Петербурга находится Васильевский остров – самый большой остров в дельте Невы.

На самом западе Васильевскогоострова имеются намывные территории, или попросту намыв – искусственно созданная территорияна том месте, где раньше плескались воды Финского залива.

На самом западе намыва проходит Морская набережная – унылая изогнутая улица с громким названием и с видом на отступивший Финский залив.

На западной стороне Морской набережной притулились старые железные гаражи, которых вообще-то там быть не должно. Они занимают приличную площадь. Во всех планах, и генеральных, и самых обычных, они предназначены к сносу. Но их не сносят. Вокруг в последние годы намывают ещё дополнительные территории, помимо уже имевшихся, рядом строитсяКАД – Кольцевая автомобильная дорога вокруг Санкт-Петербу́рга. Жизнь кипит, земля дорожает, и лакомый кусок этой земли занят старыми гаражами под снос. Но годы идут, а гаражи стоят как заговорённые, их никто не трогает. В чём секрет? Никто не знает. Но среди местных жителей ходит упорный слух, что среди этих гаражей есть «гараж отца Путина». Так ли это, вряд ли кто-то знает наверняка. Очень может быть, что не знают и те, в чьи обязанности входит снос этих самых гаражей. Но лучше не рисковать. Ведь отца Путина уже нет в живых. А значит, страшно вымолвить, теперь там может оказаться гараж самого Путина! Самого! Ой, какие страстишки! Лучше об этом даже и не думать… Какой уж тут снос… Вот и стоят под эстакадой КАДа, на берегу залива, несуразные строения из прошлого века. И будут стоять, пока жив Путин. Есть Путин – есть гаражи, нет Путина – тут уж не до гаражей.

И вот здесь, среди других таких же, можно увидеть неприметный с виду гараж серого цвета. Нет, это не гараж отца Путина. Это гараж отца Анны, Максима Денисовича Ткаченко.

В этом гараже ничего не было, он был пуст. Был пуст ещё секунду назад, а сейчас в нём уже стоял старый «Запорожец» цвета гусиного помёта. За рулём сидел мужчина в трико. Он внимательно огляделся по сторонам, но не увидел ничего, кроме голых стен. В руках у него был номер газеты «Аргументы и Факты». Казалось, и сам гараж, и «Запорожец» в гараже, и мужчина в «Запорожце» – все они примерно одного возраста. А возраст у Максима Денисовича был уже солидный – в январе ему исполнилось 60 лет, он только пару месяцев назад вышел на пенсию.

3. Максим Денисович

Максим Денисович родился ещё при Сталине, в самом начале 1951 года.

Родители его жили в посёлке Суземка Брянской области. Там и прошло его детство.

Мальчиком он был тихим, но с какой-то необычайной тягой к технике. Тяга эта проявилась уже в детском саду. Другие мальчишки ломали машинки, а он пытался их чинить. И не просто чинить, но и улучшать: пытался к одной машине приделать что-нибудь от другой, да ещё и от себя что-то добавить. Один раз приделал к «Скорой помощи» подъёмный кран и объяснил: это чтобы больных людей не тащить по лестнице, а прямо из окна выгружать. Другой раз прикрепил к легковушке винт от вертолёта: чтобы речку перелетать, если где моста нет. Воспитатели только глаза закатывали и прочили мальчишке большое будущее.

В 10 лет, в третьем классе, он услышал о полёте Гагарина. Это событие потрясло его. Вскоре во дворе дома, где он жил, состоялось знаменательное событие: старт космической ракеты конструкции Максима Ткаченко. Правда, без космонавта внутри. И ракета взлетела! Но полетела почему-то не сразу в космос. Она сначала немного взлетела, а потом стала терять высоту и попала в большую добрую дворовую собаку Найду. Та никак такого не ожидала, взлаяла дурным голосом и ломанулась прочь, подвывая и постоянно оглядываясь назад в тщетной попытке понять, что же это было. Поэтому она почти сразу врезалась в соседское окно на уровне земли и высадила его. Найда отделалась лёгким испугом, как и все присутствующие. Как ни странно, соседи даже не ругались: во-первых, космическая тема влекла тогда всех поголовно, и люди готовы были даже идти на некоторые жертвы ради хорошего дела. А во-вторых, слава технаря-одиночки со странностями начала преследовать Максима уже тогда, и с этим приходилось мириться. Он был готов совершенствовать ракету и дальше, но тут очень кстати случились летние каникулы.

На летние каникулы родители отправили его от греха подальше к бабушке с дедушкой в деревню, опасаясь, что иначе он сконструирует во дворе что-нибудь такое, что приведёт не только к разбитому соседскому окну. Деревня эта со странным нерусским названием Алес находилась недалеко, в том же Суземском районе. В Алесе ему понравилось. В первые же дни, насмотревшись сельских будней, он задался вопросом: нельзя ли как-нибудь помочь дояркам, чтобы им не приходилось вставать каждый день в 4 часа утра. Через несколько дней решение было готово: надо привязать к каждой корове снизу ведро, куда будет стекать молоко. Надои от советских коров были, как известно, скромные, поэтому одного ведра должно было с запасом хватить на сутки. Корова ходит, пасётся, а молоко знай себе течёт, как хорошо! А днём доярка выспится и поменяет ведро. Ах да, над ведром надо ещё подвесить доильный аппарат. И всё! Была готова даже схема подвески ведра на корову. Идиллию нарушила бабушка, поинтересовавшись, что будет, если корова захочет прилечь… Вопрос был на засыпку, но Максимка был не из тех, кого можно было легко поставить в тупик. Он стал разрабатывать устройство, которое не давало бы корове ложиться, но тут, снова очень кстати, летние каникулы как раз закончились. Провожая внука с каникул, дедушка убеждённо сказал, что тот далеко пойдёт. Как в воду глядел.

На уроках труда он мастерил такое, что трудовик только качал головой. А когда началась физика, она сразу стала его любимым предметом.

В седьмом классе Максим услышал краем уха о Левше, который ухитрился подковать блоху. Идея ему понравилась. Но блохи в наличии не было, и тогда он решил подковать таракана. Поймать таракана не было проблемой, этого добра водилось достаточно. Но тут возникла непредвиденная сложность: таракан никак не соглашался быть подкованным. Более того, он вообще не мог усидеть долго на одном месте и при первой возможности начинал ползти куда-то вдаль. Максим решил узнать, как справился с этой проблемой Левша, и обратился к первоисточнику – открыл книгу Лескова. Тут-то и выяснилось, что блоха была не живая, а механическая! К сожалению, у него не было ни времени, ни инструментов, чтобы смастерить механического таракана. Пришлось обходиться тем, что есть.

Первым делом он взял тонкую нитку, сделал в её середине маленькую кольцеобразную петельку, глубоко продел туда заднюю левую ногу таракана и затянул: не очень сильно, чтобы не повредить таракана, но и не очень слабо, чтобы тот не мог вырваться и убежать. Затем натянул нитку между двумя закреплёнными вертикально карандашами. Таракан висел на нитке, как постиранное бельё на верёвке, сердито шевеля усами и свободными ногами. Максим сделал точно такую же петлю на другом кусочке нитки, достал заранее сделанную за неимением подковы крошечную металлическую стружечку, осторожно приложил её к ноге таракана и закрепил петлёй. Потом концы этой второй нитки коротки обрезал, отвязал таракана и посадил его в спичечный коробок.

Дело было сделано! Таракан был подкован. Хотя правильнее было бы сказать подвязан, поскольку «подкова» была не прибита гвоздями, а привязана ниткой. Максим утешал себя тем, что так оно гуманнее. На ночь он посадил таракана в баночку из-под майонеза, покормив его хлебными крошками и накапав воды из пипетки.

На следующий день он понёс баночку в школу, хвалиться. Дотерпел до урока химии, которую не любил. Достал баночку и стал объяснять своему соседу по парте, как всё устроено. Зрелище понравилось не только соседу. Все соседние парты были заинтригованы. Сосед случайно или намеренно сделал неловкое движение, банка упала на бок, крышка отлетела, таракан тут же вылез и очень активно побежал к соседней парте. Девочки подняли визг, а самые решительные даже забрались с ногами на парты, всем своим видом показывая, как они боятся таракана. На самом деле таракан был совсем не страшный, каждая вторая девочка, если не каждая первая, видела таких у себя дома, но визжать и прыгать было гораздо интереснее, чем сидеть и слушать скучные речи химички.

Кончилось всё вызовом в школу родителей. Никто не оценил подвиг Максима. Его из-за этого случая даже в комсомол не приняли в том году, вместе с остальным классом, а приняли только через год.

После окончания школы Максим уехал поступать в Ленинградский политехнический институт.

И поступил!

В институте он развернулся. Всё ему было интересно, во всё он вникал. На производственную практику его направили на Кировский завод, бывший Путиловский. Это всё и решило.

На заводе в это время строили новый большой современный цех. Здание уже построили, оставалось завезти и установить оборудование. Оборудование состояло из тяжеленных станков, которые надо было расставить по цеху, и мостового крана. Мостовой кран – это такая огромная металлическая перекладина или, иными словами, балка, которая под самым потолком перекидывается от одной стены цеха до другой. В этих стенах на всю длину цеха устраиваются специальные рельсы-дорожки, по которым эта балка может ездить от одного торца цеха до другого. На балку подвешивается мощный крюк, который двигается как вдоль балки, то есть влево-вправо, так и вверх-вниз. Получается, что этот крюк двигается в трёх измерениях и имеет доступ к любой точке в цеху. Он нужен для того, чтобы доставлять на рабочие места к станкам сырье и материалы и забирать готовую продукцию.

Максим подолгу с интересом бродил по территории. Никогда он раньше не видел столько самой разной техники сразу. Всем интересовался, во всё вникал. Забрёл и в тот цех.

– А что вы тут делаете?

– Да вот, студент, видишь, цех построили, теперь будем туда понемногу станки затаскивать, а потом смонтируем ещё мостовой кран, туды его в качель, глядишь, цех и заработает потихоньку. Понял, студент? Что, интересно?

– Очень интересно! А почему не сделать наоборот: сначала смонтировать мостовой кран, а потом этим самым краном все станки и расставить?

Рабочие задумались. Переглянулись. Позвали начальника. Тот пришёл, всё внимательно выслушал, почесал репу, просветлённо улыбнулся и крепко пожал руку Максиму.

Вскоре с завода позвонили в деканат и очень просили, чтобы этого студентапо возможности после окончания института направили по распределению именно к ним. Так он и попал на завод, на котором проработал все оставшиеся 38 лет своей жизни.

Завод-легенда. Здесь делали лучшее.

Живой легендой стал на заводе и сам Максим Денисович. Он быстро выдвинулся в число ведущих конструкторов предприятия. Его знали и ценили. Уже в создании танка Т-80 молодой специалист принимал самое деятельное участие. Да и во многом другом тоже… Работал он с удовольствием, мыслил широко и часто предлагал такие неожиданные и смелые идеи, что другие только руками разводили: как же им раньше-то такое в голову не пришло?

На личную жизнь времени долго не оставалось. Ему было уже 28, когда он наконец женился. Надо ли говорить, что жену тоже нашёл на заводе: он больше нигде и не бывал. Верочка работала в бухгалтерии.Была скромной, хозяйственной. После декрета на работу уже не вернулась, всё время отдавала мужу и дочке, Аннушке. Очень любил дочь и Максим Денисович, пожалуй, даже больше, чем жену.

Вскоре после женитьбы завод выделил ему хорошую квартиру на Васильевском острове. Жена принялась её обустраивать.

Беда пришла неожиданно. Верочка вышла за хлебом и не вернулась. Её насмерть сбила машина. Пьяный водитель рванул на полной скорости на красный цвет. Конечно, его посадили очень надолго, но человека было уже не вернуть.

Максим Денисович переживал потерю очень тяжело. Справиться помогли дочь и работа. Только эти две вещи и оставались теперь в его жизни.

Дочка росла застенчивой, не любила шумные игры, предпочитала сидеть где-нибудь в уголке и играть или читать книгу. Она начала читать рано, в четыре года. К первому классу уже бегло читала, грамотно писала, при этом никогда не учила и не знала никаких грамматических правил, у неё было прекрасно развито чувство языка. Уже с раннего возраста у неё было одно свойство: не выносила, когда говорили или писали неграмотно. Совершенно естественно, что после школы она сразу же поступила на филологический факультет университета. После его окончания перед ней открывались заманчивые перспективы, её как одну из лучших студенток приглашали в аспирантуру, но она неожиданно для всех пошла работать в школу учительницей русского языка: ей очень хотелось, чтобы все вокруг говорили и писали грамотно, и этому она собиралась посвятить свою жизнь. Однако через пару лет работы ей уже было совершенно ясно, что работа с детьми её не привлекает, и из школы она уволилась. Но перед этим успела познакомиться и подружиться с учителем истории. Так школа свела её с будущим мужем. Олег работал тут уже несколько лет. Предмет свой любил, но ему всё меньше нравились новые веяния в преподавании отечественной истории, которые стали появляться в 2000-е годы. В конце концов он тоже счёл за лучшее уйти с этой работы. Через некоторое время они поженились. Олег занялся компьютерным бизнесом, и хотя миллионером не стал, смог обеспечить себе и жене достойную жизнь. Они купили квартиру, тоже на Васильевском острове, и жили в своё удовольствие.

Максим Денисович, хотя и испытывал поначалу некое подобие ревности, понимал, что у дочки должна быть своя жизнь. С зятем у него постепенно сложились хорошие, доверительные отношения. Познакомился он и с родителями Олега. Те жили в Харькове. Олег и Анна обычно проводилиотпуск летом в Крыму. Ездили они туда на прямом поезде, у которого очень удобное расписание: поезд выходит из Санкт-Петербурга вечером, около 17часов следующего дня приходит в Харьков, где стоит немного больше получаса. Родители Олега приходили к поезду, чтобы повидаться с сыном и невесткой. Один раз родители Олега присоединились к ним в Харькове, и в Симферополь рано утром они прибыли уже все вместе. Другой раз родители Олега предложили пожить у них, и пара провела неделю в Харькове, а потом поехала дальше в Крым. Как-то раз у Максима Денисовича получилось подгадать с отпуском, и в Крым они ездили втроём.

На заводе дела его шли хорошо. Тогда он и купил свой знаменитый «Запорожец». Над ним подшучивали, но никто не знал, сколько усовершенствований внёс он в эту машину. При необходимости она могла развить скорость до 200 километров в час, переплыть реку и даже перелететь небольшое препятствие.

В начале девяностых годов он был уже одним из заместителей руководителя. Для приватизации завода был избран первый вариант льгот. Это означало, что часть акций распределялась бесплатно или по льготной цене среди трудового коллектива, а ещё часть предназначалась для продажи руководству завода, и тоже по льготной цене. Максим Денисович получил свою долю, а потом на все свои сбережения ещё прикупил акций на чековом аукционе. Дела тогда у завода были плохи, акции стоили дёшево, но он не продал ни одной, верил, что всё наладится. И он оказался прав, постепенно ситуация выправилась. Акции выросли в цене. На пенсию он выходил обеспеченным человеком.

4. Самородок.

И вот сейчас Максим Денисович в трико сидел у себя в гараже, в своём знаменитом “Запорожце” цвета гусиного помета. Он отложил газету и задумался.

Когда ровно в 60 лет он сразу же вышел на пенсию, многие были изумлены. Ведь вся его жизнь была связана с заводом, и он так неожиданно легко с ним расставался…

Никто не знал, что у него была ещё и другая жизнь. Коллеги часто замечали, как он внезапно глубоко задумывался и как будто отключался на какое-то время, переставал реагировать на происходящее. Дочка Аня с детства привыкла к тому, что отец, бывает, часами просиживает в гараже, и знала, что в это время ему нельзя мешать. Что он там делает, в своём гараже, она не знала и как-то не задумывалась. Привыкла, и всё.

Максим Денисович был не просто талантливым. Он был настоящим гением во всём, что касается техники. И задачи перед собой ставил соответствующие.

Ещё будучи подростком, он задумался над созданием вечного двигателя, но быстро понял, что законы физики не перепрыгнешь, и не стал зря тратить время.

В молодости ему, как и многим, не давал покоя вопрос: есть ли разумная жизнь где-то ещё во Вселенной? В свободное от работы время из подручных материалов он соорудил в гараже на удивление компактное устройство. Но с его помощью он вовсе не пытался поймать сигнал от братьев по разуму. Нет, наоборот, он передавал свой сигнал, по своей собственной методике. Ответа он не ждал, понимая, сколько световых лет могут блуждать по космосу его послания. Но надеялся, что в будущем, скорее всего уже не при его жизни, кто-то их получит и обратит внимание на нашу голубую планету. Передав всё, что хотел, он тщательно разобрал прибор на запчасти, чтобы ни у кого ни сейчас, ни в будущем не возникало лишних вопросов.

После был у него период увлечения «холодным термоядом» – возможностью получения энергии с помощью термоядерного синтеза при низкой температуре. Снова он построил в гараже компактную установку, но она почему-то так и не заработала. Эта неудача сильно его расстроила, и он на некоторое время забросил свои изыскания.

Но не навсегда! Все последние годы Максим Денисович увлечённо занимался изучением вопросов, связанных с движением времени. Время течёт только в одну сторону – в будущее, а не в прошлое. Поэтому если пытаться попасть в прошлое, это будет против естественного хода вещей. Это или невозможно, или очень трудно. А попасть в будущее – совсем другое дело. Это всё равно что плыть по течению, а не против него. Поняв это, он сосредоточился именно на будущем.

Теперь у него на руке был прибор, внешне очень похожий на часы. Он и был вставлен в корпус из-под часов «Полёт», которые долго лежали у него без дела. Но теперь внутри были не часы. На мониторе можно было набрать нужные дату и время в будущем, нажать кнопку – и всё! Готово! Только делать это надо было внутри какого-нибудь не очень большого замкнутого пространства с чётко очерченными границами, чтобы отграничить то, что переходит в другое время, от того, что остаётся. Для этого идеально подходила машина с плотно закрытыми дверцами: сама машина и всё, что было внутри, переносилась в будущее, а то, что её окружает – уже нет. Так же можно было и вернуться назад в своё время.

Это был плод многолетних усилий. Последние два месяца были особенно напряжёнными. Если бы надо было, как прежде, ежедневно ходить на работу, он бы возился ещё долго. Но теперь его ничто не отвлекало, он был на пенсии!

Одно только его беспокоило. Если с временем всё было более или менее ясно, то с пространством оставались вопросы. Даже не вопросы, а какие-то смутные сомнения. По расчётам выходило, что могут быть разные варианты нахождения в одном и том же времени и в одной и той же точке в пространстве. Получался какой-то парадокс: как будто можно попасть в одно и то же время и в одно и то же место по-разному. Но в чём эта разница, он никак не мог уловить. Не исключалось, что в будущем можно попасть не только в нашу реальность, но и в какую-то другую, параллельную, причём этих параллельных реальностей в теории могло быть сколь угодно много. И все они могли существовать в одно и то же время в каком-то четвёртом измерении. А могли и не существовать… Это казалось невозможным, но тем не менее расчёты допускали это. В самих расчётах ошибки не было, он их много раз проверял и перепроверял. Может быть, это только чисто логический парадокс, и на самом деле никаких проблем не будет? Оставалась только одна возможность проверить это – провести опыт. Он так торопился, что даже не стал переодевать трико, тем более что гараж находился совсем близко от дома.

И вот только что закончилось первое испытание. Первое – и сразу успешное! Максим Денисович ненадолго перенёсся вперёд на месяц и вернулся назад. И он как будто бы не заметил там ничего необычного, всё выглядело так, как и должно было выглядеть в нашей реальности. Вероятно, никаких других реальностей и не существует, и нечего забивать себе этим голову. Когда прошла эйфория, он снова задумался. Ему хотелось повторить опыт, но на этот раз попасть намного дальше, лет на 50 или 100 вперёд. И побыть там какое-то время, может, неделю или месяц, чтобы всё узнать, во всём разобраться. Но тут возникала проблема. Когда его не было пару часов, этого никто не заметил. Зашёл в гараж, через два часа вышел – вот и всё. Но было ясно, что никак не получится так же исчезнуть, скажем, на месяц. С дочкой они перезванивались почти каждый день, часто ходили друг к другу в гости. На следующий же день она не сможет до него дозвониться, забеспокоится, начнёт искать, забьёт тревогу… Надо было что-то придумать. Сказать, что куда-то уезжает? Но куда в наше время можно уехать, чтобы не было никакой возможности созвониться? Сказать правду? Видимо, это было единственным выходом. Он потянулся к телефону и … убрал руку. Что он скажет? «Привет, доча, я изобрёл машину времени»? Как бы доча не позвонила в неотложку после такого заявления… Да, это проблема. Раньше он как-то не задумывался об этом. Нет, не надо торопиться, лучше сначала хорошо обдумать предстоящий разговор. А сейчас пока надо постараться отвлечься, успокоится и собраться с мыслями.

Он открыл газету и начал её просматривать. Вдруг его внимание привлёк один заголовок, он вздрогнул и углубился в чтение.

«Японский Чернобыль. Ситуация на АЭС грозит глобальной катастрофой

После серии взрывов на АЭС Фукусима-1» в Японии прошло уже более двух недель, тем не менее ликвидаторам пока так и не удаётся взять ситуацию под свой контроль. Концентрация опасных веществ на объекте и вне его продолжает стремительно расти. В связи с этим спасательные работы на станции сегодня утром в очередной раз были приостановлены».

Дальше шли технические подробности. Заканчивалась заметка так:

«Авария на АЭС «Фукусима-1» произошла после разрушительного землетрясения и цунами, обрушившихся на Японию 11 марта. Терпящая бедствие станция была рассчитана на силу подземных толчков в 7 баллов, однако мощность землетрясения составила 9 баллов. В итоге были серьезно повреждены четыре из шести реакторов АЭС. Кроме того, из-за разрушения системы энергоподачи из строя вышло охлаждение реакторов, что привело к серии взрывов и пожаров, сопровождавшихся выбросами радиации, превышающий предельно допустимые нормы в тысячи раз. По данным экспертов, устранение последствий катастрофы может занять десятилетия».

Максим Денисович в ужасе отложил газету. Смысл прочитанного заполнял мозг постепенно и неумолимо. Через 10 дней в Японии произойдёт мощнейшее землетрясение, которое разрушит атомную электростанцию и вызовет на ней аварию, сравнимую с Чернобылем. И он единственный человек в мире, который об этом знает. У него есть 10 дней, чтобы что-то сделать. Но что можно сделать? Землетрясение предотвратить невозможно. Но атомную станцию за это время можно остановить! Сегодня ему ничего не сделать, уже вечер. Он провёл бессонную ночь и с утра бросился к телефону.

Утром 2 марта 2011 года в Генеральном консульстве Японии в Санкт-Петербурге раздался телефонный звонок.

– Генеральное консульство Японии, доброе утро.

– Доброе утро. Скажите, пожалуйста, могу я встретиться с консулом?

– К сожалению, господин Генеральный консул занят. Если Вы будете столь любезны, что изложите свой вопрос, мы приложим все усилия для его скорейшего решения.

– Видите ли, у меня необычный вопрос. Скорее, не вопрос, а информация.

– Если Вы будете столь любезны, что изложите эту информацию, мы приложим все усилия для её надлежащего использования.

– Это очень важная информация. Лучше бы мне поговорить с консулом…

– Господин Генеральный консул с величайшим удовольствием принял бы Вас немедленно, однако, к сожалению, лишён такой возможности.

– А можно записаться на приём? Это очень важно!

– В настоящее время возможна запись на 25 марта, на 10 часов утра.

– Нет! Нет! Это очень срочно! Это не терпит до 25 марта!

– В таком случае, если Вы будете столь любезны, что изложите Вашу информацию по телефону, мы приложим все усилия для её надлежащего использования.

– Ох! Давайте попробую. Записывайте. Через 10 дней в вашей префектуре Фукусима произойдёт землетрясение силой не менее 9 баллов, которое разрушит атомную электростанцию Фукусима-1. Пожалуйста, остановите станцию!

– Э-э-э… Позвольте поинтересоваться источником этих сведений?

– Ну… Мои собственные разработки позволяют сделать такой вывод с точностью практически 100 %.

– Я имею честь говорить с сейсмологом?

– Нет…

– Я имею честь говорить со специалистом по атомным станциям?

– Нет… Да не в этом дело! Я… как бы это сказать… Мои разработки дали мне возможность заглянуть в ближайшее будущее, и там я увидел то, о чём вам только что сообщил.

– Понятно. Благодарим за информацию, мы приложим все усилия для её надлежащего использования.

– То есть Вы примете меры? Вы остановите станцию?

– Э-э-э… Не беспокойтесь, Ваш звонок зарегистрирован, Ваша информация принята к сведению.

– Спасибо…

– Спасибо Вам за удовольствие общения с Вами. До свидания.

– До свидания.

Максим Денисович в отчаянии бросил телефон. Было совершенно ясно, что его приняли за психа и никто никаких мер принимать не будет. Да он и сам на месте своего собеседника воспринял бы происходящее точно так же.

Что же делать, что делать? Сколько он ни думал, ему ничего не приходило в голову. Хорошо бы посоветоваться с Анной. И Олег тоже толковый парень. Может быть, они что-нибудь посоветуют? Но им-то как сказать?

Потянулись томительные дни, полные мыслей о предстоящем бедствии. Он ничего не мог придумать. Оставалась только одна надежда: а что, если он всё-таки попал в какое-то другое измерение, и в нашем реальном мире ничего этого не будет?.. Он посмотрел в Википедии, в Японии никогда не было таких сильных землетрясений. И вот что, именно через несколько дней оно вдруг случится? Как-то сомнительно… Ему уже самому хотелось, чтобы он ошибся и катастрофы не произошло.

8 марта он пришёл к дочери поздравить её с праздником. Все выпили, слово за слово, и как-то само так получилось, что он не удержался и завёл разговор о том, что его волновало – о перемещениях во времени и о своём открытии. Естественно, ему никто не поверил. Дочь с зятем не знали, что и думать – то ли он их разыгрывает, то ли его самого кто-то разыграл, то ли дело серьёзнее, и он нуждается в лечении. Заметив обеспокоенные взгляды, которыми они переглядывались между собой, Максим Денисович пошёл ва-банк и выложил на стол свой главный козырь – газету. Это подействовало. Они смотрели на газету и молчали, не зная, что подумать.

Наконец Олег оторвал взгляд от газеты и поднял глаза на тестя.

– Максим Денисович, но если Вы утверждаете, что совершили такое открытие, почему Вы до сих пор об этом никому не сказали?

– Так вот же я Вам сейчас говорю.

– Я не это имею в виду. Почему Вы не сообщили… как бы это правильно сказать… ну, властям, государству?

– Ах, это. Знаешь, Олег, я тебе скажу, почему. Я всю жизнь проработал на этом заводе. Он делал и трактора, и танки. Так вот, всё лучшее всегда шло на танки. Лучшие кадры, лучшие станки, лучшие материалы. А ведь танк никакой пользы никогда никому не принесёт. На него уходит труд, тратится сталь, он жрёт топливо и в конечном итоге идёт на слом. Тем не менее, как только появлялось что-то новое в науке, в технике, все первым делом думали: а как это применить к танкам? И так везде. Первая АЭС в мире появилась лет на 10 позже, чем первая атомная бомба. В истребителях Россия одна из лучших, а нормальный гражданский самолёт никак не может сделать. И я не хочу, чтобы это открытие тоже использовали во зло. А я почти уверен, что так и будет. Поэтому я хочу сначала сам увидеть будущее, а там уж погляжу, стоит кому-то что-то говорить или нет.

– И что же, вы снова туда отправитесь?

– Конечно. В этот раз надолго. На неделю или на месяц. Посмотрю и вернусь. Но для начала мне надо проверить свои расчёты. Вот тут в газете написано, что 11 марта в Японии было – но для нас ещё только будет – сильнейшее землетрясение. Посмотрим, будет оно на самом деле или нет. Мне бы, если честно, хотелось, чтобы его не было. Тогда я ещё поработаю над формулами.

Но землетрясение случилось. Максим Денисович чувствовал вину за то, что ничего не смог сделать. Он пришёл в японское консульство и пожертвовал 100 долларов в помощь жертвам землетрясения, но легче не стало. Впервые он задумался о том, что в будущем может быть не только хорошее, но и плохое. И что он сможет сделать, если узнает о чём-то таком, о чём лучше бы вообще не знать?..

На следующий день после землетрясения дочь с зятем сами пришли к нему. Теперь уже ни о каких сомнениях речи не шло. Анна с порога заявила: «Пап, тебе одному нельзя этого делать. Только со мной!»

Максим Денисович никак такого не ожидал.

– Это зачем же с тобой, доча? Мало ли что там случится?

– Вот именно, мало ли что там случится! Тебе одному нельзя рисковать. Вот ты на час или два туда попал, и тебя уже чуть не задержали. А если и в этот раз так получится? Как ты назад попадёшь? Ты об этом подумал?

– Да вряд ли что-то случится…

– Откуда ты знаешь? Случиться может всё что угодно. Ты можешь просто ногу подвернуть, и уже не сможешь добраться до своего прибора. Ты вообще не можешь даже представить, что тебя может там ждать. Нет, я удивляюсь, как можно в таком возрасте быть таким легкомысленным!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.