Марина Паутова
Империя Чернобога. Книга первая.

Любовь вновь оказалась злой,

Свела полудохлика с козой.

Пролог.

Создал мир Всебог, а после породил и тех, кто должен был за порядком следить. Созданы они были из крупиц его силы, что кристаллизовалась в сгусток божественного ядра. Эти ядра стали душой детей главного Божества, и вскоре сформировалась их телесная оболочка.

Шли тысячелетия, дети Всебожьи не исполняли волю своего могущественного отца, а порождали лишь несчастья, боль и страдания смертных, отчего и подпитывались новой энергией, исходящей от страданий проклятых душ умерших людей. Обычный народ о злодеяниях почитаемых им Божеств не знал. Принято было считать, что боги всегда правы и несут только благо, а наказания их справедливы. На деле же всё было не так.

Видя бесчинства, что творили Божества, их творец отвернулся от них, да решил породить Бога, который должен был защитить души смертных от страшных проклятий и прекратить злодейства своих же старших детей.

Дал Всеотец жизнь мальчику, которого воспитывал долгие две сотни лет, не давая ему вырасти. Делился он своей мудростью, да наставлял на путь, который считал верным. Мальчишка своенравный был, не так просто было его приучать к добродетели и терпению. Но отец заметил в нём важную черту в его характере, которая многое определит в будущем для юного Бога. Стремление быть лучше своих старших братьев и сестёр…

Придёт время… Всеотец отпустит сына своего в свободное плаванье, да закончится беззаботное долгое детство Бога мёртвых…

Глава 1: Воспоминания о маленьком Принце тьмы.

Двести восьмое поколение юных чародеев, благословлённых Богами Прави и Яви, начало своё обучение в магической небесной школе. Сомнений нет, из них вырастут отличные целители, воины, учёные, созидатели, а кто-то станет величайшим бездельником всея Руси на гордость своим предкам. Однако, среди этих детишек был необычный мальчик. Он был до ужаса красив, почти как девочка, но были в его внешности черты нечисти. Тёмные как перья ворона волнистые волосы. Чёрные глазные яблоки, красные зрачки, вытянутые заострённые уши и мрачные рисунки на теле, именованы как «навьи чернометены».

Со временем они распространялись по коже всё больше. Учителей это пугало, да ничего они сделать с ним не могли и жалко его было. Семь лет назад его нашли перед той же школой и так как детдомов на Небесах Прави не предусматривалось, воспитанием мальчика занимались педагоги. Во время появления люльки с малышом вокруг горел огонь, в связи с этим ему дали фамилию «Пожарский», а имя одно из первых в словаре «Аристарх». Несмотря на то, что мальчика пожалели и оставили у себя, как только он стал самостоятельным, то перестал интересовать старших. До начала обучения ему это даже нравилось, но как только появился коллектив, Аристарх сразу же стал в нём изгоем. Сначала с ним просто никто не дружил, потом началась травля. Долгие два года мальчик терпел издевательства от сверстников, пока за него не заступилась его одноклассница, Ксения. Она была дочерью старейшины и последователя Семаргла. Виктор Донской, ее отец, уже обучал ее заветам своего покровителя и она, как настоящая волчица, заступилась за слабого волчонка и приняла в свою стаю. Эта девочка стала для него ярким лучиком света в кромешной тьме, за которым он тянулся и шёл без оглядки. Их добрая дружба притянула внимание Виктора и тому сразу стало понятно: мальчишка сын Чернобога. Мужчина долгое время наблюдал за ним и не увидел в нём ничего плохого. Наоборот, дети заботились друг о друге. Понимая, что со временем связь Злого Бога с его отродьем возрастёт, Виктор усыновил Аристарха, чтобы контролировать ситуацию. Помимо младшей дочери у Донского был и старший сын Богдан. Разница в их возрасте четыре года. На момент усыновления Аристарха Богдану было тринадцать лет. Его отец поручил ему приглядывать за приёмным братом, намекнув, что в нём дремлет зло. Подросток понял, какая ответственность легла на его плечи и не спускал глаз с мальчика. Особенно когда он проводил время с Ксюшей. Спустя время обязанность старшего следить за младшим привела к тому, что они стали хорошими товарищами и отлично поладили.

Год спустя одержимость проявилась. Глубокой, холодной ночью ребёнок сладко спал и его телом завладел породившее его чудовище. Донской тогда работал у себя в кабинете над новым законом о чародеях-отступниках. Ужесточал наказание за предательство своих покровителей. Мальчишка подошёл к нему с взрослым коварством и надменностью в движениях и мимике. Его голова была немного наклонена, подбородок надменно приподнят, губы искривлены в злобную ухмылку, а глаза хитро щурились. От такой картины у Виктора пробежались мурашки, но мужик быстро взял себя в руки. Однако, когда ребёнок заговорил не своим голосом, у последователя огненного волка застыла кровь в жилах.

– Вот уж не думал, что мой сын будет расти среди поклонников блохастого пса.

Услышав презрительный и надменный тон бархатистого низкого голоса, Виктор узнал в чаде Чернобога. Слушать его было невыносимо больно, ибо после каждого слова эхом разносился противный, басистый, ужасно громкий звук, сильно ударяя по перепонкам. Терпеть такие мощные звуковые колебания было невозможно и Виктора с первой же фразы это выбило с ног. Он рухнул на колени и закрыл руками уши, чтобы не слышать убийственный голос Навьего Императора, но от него некуда было деться. Закрывая уши, мужчина слышал разрывающую череп речь внутри себя.

– Похоже, твоей дочери суждено стать женой Принца Нави.

Услышанное ударило Виктора не только по слуху, но и по сердцу. Стараясь не обращать внимания на боль, он посмотрел злу в глаза, и оно его тут же ослепило чёрной, едкой вспышкой. Мужчина тут же отвёл свой взгляд в сторону. Зрение не было потеряно, но очи сильно слезились и болели. Донской был поражён такой мощью и возможностями Чернобога в мире Правых Небес. Ведь даже само название свидетельствовало тому, что ни один бес не может тут находиться, а тем более использовать такие мощные чары, думал Виктор. Только вот присутствие Принца тьмы раньше не заставляло задуматься над этим.

Управляя телом мальчика, Чернобог материализовал кинжал в его маленькой ручке, выполненный в изящном готическом стиле из навьего, леденящего кровь, железа. Рукоять была настолько чёрная, что отражения не имела, да обрамляли её спиралью тонкие сплавы изумрудного цвета смолы из самых порочных душ. Император мёртвых протянул зловещее оружие Виктору. Чародей был потрясён и думал, что Бог зла ждёт от него самоубийства. Но услышал совсем другое:

– Если ты так хочешь обезопасить свою дочь, тогда можешь убить моего сына.

Мужчина вздрогнул от услышанного, широко раскрыв глаза от шока. С его лба стекал холодный пот, сердце колотилось в два раза чаще нормального, а руки бесконтрольно дрожали. Мальчик ни в чём не повинен, считал Виктор. Но способен ли он противиться своему естеству? Сможет ли сдерживать черноту, что таится внутри? Пока дитя Царя Нави находится тут, в безопасности ли старший сын Богдан и дочь Ксения? Эти вопросы кружились в голове Виктора в разных формулировках. Действительно ли Чернобог желал смерти своему сыну? Или всё это лишь его забава? А быть может это проверка мужчины? Способен ли он навредить мальчику или же будет защищать, несмотря на его происхождение?

Наступила удушающая зловещая тишина. Трясущая рука Виктора, неспешно, с неуверенностью приняла кинжал правителя мрачного мира. Владыка усопших, в теле мальчика, надменно улыбнулся, развёл руки по сторонам и замер в ожидании удара. Взяв себя в руки, избранник Семаргла снова осмелился посмотреть в глаза Чернобогу. В этот раз наказания за такую дерзость не последовало. Вместо этого в взгляде отчётливо читалось ядовитое призрение. Виктор отбросил кинжал в сторону и с полной уверенностью в себе, произнёс:

– Я уберегу мальчика от твоего влияния. Таковы учения Семаргла!

– Семаргл учил не вредить своим и биться за их благополучие до конца. Но этот ребёнок не твой. Он из враждебного мира, – с оглушающим, ударным, как гром, эхом возразил Чернобог.

– Я принял его! Теперь он мой и я буду помогать ему бороться!…

– Бороться с чем?! – Владыка тьмы повысил голос и ударная, звуковая волна стала настолько сильной, что отбросила Виктора на несколько метров, а из ушей потекла кровь. Император продолжил, но ехидно шепча: – Ему не убежать от себя самого. Не уйти от последнего пророчества Всебога. Имя, которым я его нарёк, уже прозвучало из моих уст в день его рождения.

Шёпот Чернобога, раздражающей, щекотливой пробежкой насекомого по перепонкам, донимал и без того измученный слух Виктора. Глаза ребёнка засияли, словно рубины на солнце, а волосы, которые едва касались плеч, запарили в воздухе. Чёрный дым начал исходить от него, и на руках его в миг отросли длинные, острые когти. Прозвучал вновь надменный тон голоса, упивающейся своей могущественностью, Чернобога:

– Имя ему Кощей Бессмертный. И возглавит он армию мёртвых, да уничтожит всех Богов небес.

Раздался до ужаса уверенно-зловещий смех Императора Нави. У Донского уже не было сил слушать голос, что разрушал его слух. В надежде достучаться до Аристарха, искалеченный отец начал отчаянно взывать к нему. Мужчина громко кричал имя мальчика сквозь убивающий его злодейский хохот. Через некоторое время ребёнок услышал крики Виктора и пробудился. Однако, было ли это вопреки или по воле его кровного отца? Но так или иначе, для зрелого чародея мучения закончились. Он, с облегчением, рухнул на пол. Аристарх посмотрел на него и увидел кровоточащие уши. Также было сложно не заметить изнеможённое состояние. Мальчик не понял, как оказался в этом кабинете. Ведь он спал у себя в комнате и не помнил, что бы куда-то выходил. Пытаясь осмыслить происходящее, парнишка начинал думать, что на них кто-то напал. Истощённый вид Виктора вызывал у мальчика сочувствие, грусть, а также злость к тому, кто это сделал. Сжались детские кулачки в порыве эмоций, да кровь полилась из них. Ребёнок направил руки перед своим взором и увидел, что порезался об свои же когти. Это потрясло его не меньше прочего. Почему ногти такие длинные? И такие… острые? У Аристарха начала складываться картина, в которую он не желал верить. Стало ясно, он всему виной. Поступили слёзы.

– Что я сделал?! – воскликнул мальчишка плача, посмотрев на приёмного отца.

Виктор взмахнул рукой, и ребёнок потерял сознание. У мужчины не было ни сил, ни желания объяснять, что произошло.

В ту же ночь, в ту же секунду, Виктором было принято решение поместить в тело мальчишки частицу души Семаргла. Он считал, что капля божественной силы огненного волка даст возможность контролировать внутреннее зло ребёнка, а также Бог будет связан с юнцом и поведёт его по нужному пути. Во всяком случае на это рассчитывал чародей, думая, что поступает правильно, давая шанс пока ещё ни в чём неповинному мальчику.

Час спустя после явления Чернобога, Виктор слегка подлечил себя, умылся и начал готовиться к ритуалу. Семаргл был стихийным богом, обитающим в мире Яви, поэтому для места проведения обряда выбран глухой таёжный лес. Но было ясно, в одиночку данное мероприятие провести Донскому не удастся. Во-первых, кто-то должен удерживать яростные языки пламени от мощи Семаргла под контролем, пока кто-то другой помещает божественную частицу в мальчика. А во-вторых, у несчастного отца до сих пор дрожали руки. В таком состоянии к божественной душе лучше не прикасаться. Но и лишних свидетелей этому обряду тоже быть не должно. Мало ли как это обернут против Виктора, подумал он. Потому, в столь поздний час, возлагая огромную ответственность на сына, чародей разбудил Богдана. Тот с трудом проснулся, но рассказанная отцом ситуация заставила его взбодриться. Более того, ему не по себе стало с того, что он коснётся частицы души Семаргла. Данную честь он воспринял сначала со страхом, но после осознал всю степень ответственности.

Глава 2: Новая встреча старшего Сварожича и Императора Нави.

В глубокой и кромешной тьме, где не было видно ни конца, ни края, находился Аристарх. Это место – его подсознание, в котором не было ярких красок и света. Лишь холод, туманная пустота и бесконечно-утомительная тоска. Мальчик шёл сквозь туман куда глаза глядели, надеясь увидеть хоть что-то. Хотя бы один расточек, маленький лучик, хоть одну яркую искорку. Но сколько бы он не ходил, как бы быстро не бежал, ничего так и не нашёл…

Маленький Принц отчаялся, да устал. Ему показалось, что все его бросили. Потерявшись во мраке, Аристарх присел на колени и загрустил. Однако, спустя некоторое время, внезапно он услышал тихий, нежный, женский голос. Слух мальчика поймал еле уловимую колыбельную песню, напеваемую девушкой. Юнец решил отправиться в сторону чарующего звука. С каждым шагом голос становился всё отчётливее и громче, а в какой-то момент у ребёнка сложилось впечатление, что он слышит что-то очень знакомое и такое родное. Подойдя ближе, увидел изящный силуэт женщины в белом длинном платье, напоминающем из далека сорочку. Чёрные, длинные, слегка неопрятные локоны развивались от её неспешного танца, приоткрывая интригующе-очаровательный лик. Ярко-красные бусы притягивали внимание, украшая и без того прекрасную женщину. Приблизившись, мальчик начал пытаться рассмотреть её лицо. Девушка не замечала ребёнка. Она была образом из его глубоких воспоминаний, но настолько ярким, что казалась настоящей. Эта иллюзия облика хозяйки Нави, жены Чернобога и матери Аристарха или, как нарёк его отец, Кощея Бессмертного. Имя её Морена Родовна, старшая да самая красивая дочь Рода и Лады. Справедливая Богиня зимы и смерти, также способная даровать жизнь, если такова будет её воля.

Осторожно крадясь, чтобы не спугнуть женщину, мальчик выхватывал взглядом очертания лица божественной красавицы. У мертвецки бледной девы хорошо выделялся лёгкий румянец, как и завораживающие морозно-синие глаза. Острые черты её лика придавали внешности зловещего шарма снежной королевы. Однако сын рядом с ней чувствовал себя в безопасности. В его сердце наступило спокойствие, а душа была согрета пением матери. Мальчик осторожно присел на пепельную, безжизненную землю и, боясь спугнуть красавицу, тихонько слушал и наблюдал за ней. Однако внезапно сзади послышались тяжёлые мужские шаги. Скрип и трение металла выдавали, что идёт кто-то облачённый в тяжёлые доспехи. Подойдя к мальчишке, мужчина сел на колено и положил руку в увесистой чёрной железной перчатке на детское плечико. Аристарх со страхом медленно прошёлся взглядом по металлическому жуткому узору перчатки и, того не желая, встретился взором с тем мрачным воином. Взгляд его холодный, словно змеиный. Ухмылка коварного лиса. Телосложение мускулистого, подтянутого медведя. Цвет рептильных очей ярко-изумрудный. Подбородок с челюстью широки. Серовато-бледная кожа плотно обтягивала кости и сухожилия мужчины. Будто бы он не ел уже тысячи лет. Чёрные, волнистые, длинные волосы собраны в густой, объёмный хвост, из которого виднелись три тонкие косы. На концах их вплетены змеиные, позолоченные черепа. На плечах его мантией свисал пушистый мех угольного оттенка. На вороных доспехах были иссечены золотые, зловещие узоры.

Маленький Арик не знал, что ждать от неизвестного мрачного богатыря, и замер в ожидании. Внезапно, на долю секунды, мальчику привиделся вместо мужчины чёрный скелет. Кости его блестели, будто масленые, а из черепа, где должен был находиться правый глаз, выползла зеленоглазая тёмная змея. Ребёнок вскрикнул в страхе и чуть не отскочил от мужчины, но тот его удержал. В этот момент образ Морены растворился в небытии. Аристарху стало ещё тревожнее, но всё-таки он осмелился задать вопрос:

– Кто ты такой?

Внушительный ростом муж, удерживая крепкую связь между взглядами, начал говорить. Мальчик услышал приятный, бархатистый, низкий голос:

– У меня много имён. Змей, Император Мёртвых, Повелитель тьмы, Чернобог. Выбирай, что угодно, сын мой.

Аристарха поражало слово за словом, а когда услышал про родство с этим внешне прекрасным, но внутри чудовищем, то не поверил своим ушам. Чернобог узрел это в его глазах, а ещё он увидел дикий, первобытный страх и решил испугать сына ещё больше. За мгновение, лицо злодея приобрело отчётливые, змеиные черты. Его пасть раскрылась в демонстрации длинных, острых клыков, из которых тёк едкий яд. Косы Императора воспарили и обратились в трёх змей с ярко горящими, как огни, зелёными глазами. Мальчик с ужаса побледнел и попытался убежать, но вырваться из цепкой руки не смог. В ответ, три гадюки зашипели на бедного ребёнка, вгоняя его в панику. Через некоторое время, Чернобог так же быстро обратно принял человеческий облик.

– Подрастёшь, научу тебя делать так же, – ехидно улыбаясь, сказал Царь Нави, поправляя косы.

– Если ты, правда, мой папа, то зачем так издеваешься? – проронив слезу, заикаясь, проскулил Арик.

– Ради забавы. Захочу, сведу тебя с ума или вообще убью, – с поразительным убеждением произнёс претендент на премию «отец года», а после громко засмеялся.

Этот смех не имел злого или негативного окраса. Чернобог просто забавлялся и подшучивал над своим сыном. В какой-то момент Аристарх это понял, и значительная часть его страха ушла. Мальчику стало интересно, знает ли папа-змей ту девушку, что пела тут.

– Здесь была какая-то тётя. Ты не знаешь, кто это?

– А я думал, ты дольше будешь меня бояться.

Чернобог поднялся с колена, прошёл пару шагов вперёд и, развернувшись к ребёнку, воплотил образ его матери перед ним.

– Удивительно, что ты до сих пор помнишь свою мать. Ведь ты провёл с ней совсем мало времени будучи совсем крохой… Но… сохранившийся в твоей памяти её облик такой яркий и чёткий…

Аристарх был удивлён, но после выходок змея наступило эмоциональное истощение. Поэтому практически никакой реакции не последовало. Он пристально слушал отца, пытаясь приблизиться к истине и найти в нём хоть что-то хорошее. Мальчику пришла навязчивая мысль о том, что его папа-змей не такой уж и злой. Может быть, эта мысль возникла потому, что ребёнок не хотел принимать своё происхождение от чистейшего мрака.

– Имя твоей матери Морена. С Декабря по Февраль она особенно сильна и прекрасна. Если люди заслуживали наказания, она насылала на них кошмары и чуму. Если люди заслуживали дара, она их благословляла. Благородному человеку при смерти она могла дать второй шанс на жизнь.

– Видимо она добрая. И как она тебя, такого злодея, полюбила? – возмущался Аристарх.

– Ты начал мне дерзить?! Быстро же ты страх потерял! – повышая голос на ребёнка с целью испугать, раздражённо гневался Чернобог.

Да на ребёнка уже не действовали его уловки, но это не вывело Императора Нави из себя. В тёмном сумраке на миг даже показалось, что он облегчённо слегка улыбнулся и продолжил рассказ про Морену:

– Мара никогда не была доброй или злой Богиней. Она истинная справедливость этого мира. Однако, скажу, как оно есть. Боги Небес тоже не такие добрые, как принято о них думать. Просто однажды, они выиграли решающую битву за этот мир и его порядки. Меня же запечатали в Нави, сделав пленником своего же царства! Но, за последние годы, печать ослабла. Хоть я всё ещё не могу выйти из подземного королевства, но мои дети уже могут, и у меня есть возможность питать их своей силой.

– Ясное дело, кто победил, того и тапки. Но где моя мама? И почему я не с вами?

– Почему это не с нами? Ты всегда был со мной. Что касается твоей матери, она где-то на небесах, в плену. Нас разлучили через два месяца после твоего… скажем так… рождения. Подробности узнаешь от Вия. Он найдёт тебя, когда ты повзрослеешь.

– Кто такой Вий?

– Твой старший брат.

Казалось, что ничего уже не удивит мальчишку, но каждый раз Змею удавалось поразить своего сына. Из разговора с Чернобогом Аристарх узнал много ранее неизвестного о своих родных. А Император тьмы больше не вызывал у него страха. Даже наоборот, могущество Императора, его властность и сила духа привлекали ребёнка. Маленький росток зла захотел прорасти в огромное ядовитое дерево, подобно его отцу. Змей увидел эту искру восхищения и желание к подражанию. Бог разрушений получил даже больше того, на что рассчитывал.

Семейную идиллию прервал стремительно приближающийся сгусток огня. Пару мгновений после, можно было рассмотреть силуэт огненного зверя, что нёсся в сторону Бога безумия и дитя Морены. Это был волк с огромными, пылающими крыльями. Его мощь чувствовалась из дали, да жар пламени обжигал всё больше по мере приближения. Наконец волк предстал перед Императором и сыном его, во всём благородстве. Аристарх вспомнил, каким Виктор описывал своего покровителя. Перед ними стоял первый сын Сварога – Семаргл. Бог первородного огня, способный приумножать силы Сварожичей и рассеивать даже самую густую и плотную тьму. Во всяком случае, так говорилось в священных писаниях. Насколько это было правдой, никто из смертных не знал. Подняв морду вверх, дикий зверь громко взвыл, да из-под его лап резко выскочили огненные, толщённые цепи, да направились они в сторону Чернобога. Семаргл чуть не сковал Повелителя Нави, но тот успел увернуться, обратившись в огромного чёрного с изумрудными переливами змея. Они стояли друг перед другом, готовые атаковать в любой момент. Отходя в сторону, мальчишка пристально рассматривал полный отцовский облик. Лёгкая улыбка восхищения не сходила с лица ребёнка. На это обратил внимание Семаргл и решил поговорить с ним:

– Не соблазняйся на чёрную магию. Она погубит тебя.

Прозвучал монотонный, уверенный голос волка. Мальчик посмотрел на него и решил поддержать диалог, надменно дерзя:

– А как чёрная магия может погубить меня?

– Что посеешь, то и пожнёшь. Учинённое зло, злом вернётся.

– Я спрашивал о другом!

Недовольно вскрикнул Аристарх и на удивление обоим Богам выступил против волка. Он протянул руку в сторону зверя и резко повернул кисть против часовой стрелки. Из-под огненного животного выскочили костяные руки и схватили его за лапы. Аристарх не останавливался и быстро опустил ладонь вниз и лапы зверя ушли под землю. У него не осталось и шанса, чтобы выбраться. Змей принял облик человека и любуясь на скованного Семаргла изящно скрестил руки с надменной улыбкой на лице.

– Скажу сразу, ты тут не случайно, пёс. Я специально спровоцировал твоего фанатика, поместить частицу твоей души в моего сына.

После услышанного, Аристарх понял, что произошло с Виктором. В нем снова взыграла сильная вина перед приёмным отцом. Император мёртвых обратил свой взор в сторону мальчика и продолжил:

– Ты прав, мальчику нельзя пользоваться чёрной магией. Она отравляет его тело. Если он не будет избегать её, то умрёт и обратится хоть в более могущественного, но костлявого упыря. Ты здесь потому, что я решил дать ему выбор.

– Чернобог пытается спасти своего сына? Что за чушь? Я не верю тебе! – возразил Семаргл.

Царь тьмы надменно засмеялся и, разрушив чары сына, освободил волка. Ребёнку снова стало страшно от того, что он узнал. Всё его желание иметь дело с чёрной магией в миг испарилось. Тем временем, Чернобог говорил:

– Лож придумали Боги небес. Я же самый правый Бог этого мира. Что может быть ужаснее, неотвратимой правды? Она способна даже убить человека. Но сейчас не об этом, – он обернулся к Семарглу спиной и, тяжело вздохнув, произнёс: – Боги Прави в плену у какого-то чародея. Я бы был только счастлив, но моя жена тоже там. Меня тоже ждала бы та же участь, но мне удалось сбежать и спрятать Вия. Младшего же сына, я оставил на самом виду, в качестве наживки, но этот чародей не повёлся на приманку.

– Что?! Я был приманкой?! – возмутился Аристарх.

– Молчать!!! – громогласно приказал Император усопших и продолжил говорить с Семарглом: – Я предлагаю тебе временный союз.

Было видно, как Чернобогу тяжело далось сделать подобное предложение Семарглу. Ведь волк был одним из тех, кто запечатал его в Нави. Однако Императору нужны были союзники, чтобы противостоять таинственному могущественному чародею. А тем временем, Аристарх запутавшись в себе и в том, что происходит вокруг, закрылся от всех. То, что отец использовал его как наживку, сильно ранило мальчика. Семаргл ответил на предложение вопросом:

– Ты делаешь это из любви к Морене и ради воссоединения своей семьи или хочешь уничтожить старших Богов?

– Одно другому не мешает, – ответил Бог зла.

– Видимо ты так сильно её любишь, что готов позабыть о собственной гордости. Не знал, что ты на это способен. А раз так, я согласен заключить с тобой перемирие. Твоему сыну будет доступен мой огонь. Я не дам чернометенам на его теле распространяться дальше. Как только он созреет, я помогу ему найти больше союзников. Таково слово Сварожича.

– Ваше слово ничего не стоит, но коли мы с тобой теперь союзники, я сделаю вид, что оно весомо.

Договор между Чернобогом и Семарглом заключён, а судьба мальчика была решена. Император Мёртвых щёлкнул пальцами и Аристарх очнулся в лесу, в руках у Виктора. Рядом с ними сидел Богдан, ладони которого были сильно обожжены. Однако самообладанию подростка можно было позавидовать. Он непоколебимо игнорировал боль и надеялся узреть какие-то изменения. Ждать долго не пришлось. Навьи чернометены Аристарха были запечатаны Семарглом. По их границе проявилась огненно-оранжевая полоса. Увидев это, Богдан обрадовался и с улыбкой на лице, обнял Арика, который всё ещё приходил в себя.

Проходило время, сын Царя Нави и подопечный огненного волка рос, набирался опыта, знаний и сил. Их дружба с Ксенией плавно обрастала романтическими заигрываниями. Семаргл был против их отношений и убедил Аристарха тайно уйти из семьи Виктора. Сказал, что парень может навредить девушке. Чернобог же активно возражал, говорил, что упускать своё счастье нельзя и другого шанса может не быть. Однако сын отца не слушал, а Семаргла уважал и считал его мудрым богом. В возрасте шестнадцати лет парень ушёл из семьи и пошёл на зов волка.

Глава 3: Пленница безмолвной луны и господин в повязке.

Ночь в почти вымершей старой русской деревне была холодна и мрачна. Молодёжь давно уже разъехалась по городам. Ветхие дома пустели, в некоторых жили старики и старухи, да их уже взрослые дети, что в городах не прижились. В лесах неподалёку от этой деревушки завывали свои серенады волки, им подыгрывали совы, а освещалась тёмная ночь с окон домов, да небольшими скоплениями светлячков.

Перед одним из домов на скамье сидели три старухи да обсуждали трагедию, что произошла пару лет назад. После этого ночью стали пропадать дети и мужики распутные. Мимо них прошёл парень молодой в чёрной повязке на глазах, увешанной небольшой золотой цепью, а слева на ней была закреплена красная роза. Одет он был в строгий дорогой чёрный костюм, а поверх него бархатистое пальто того же цвета. На руках перчатки. Причёска не дешёвая. Бока стрижены покороче, тёмные волосы хорошо уложены. Красив, чертяга. Не иначе как олигарх или колдун вонючий. К слову, парфюм у него приятный. Роза, нотки кедра да еле уловимый розовый перец.

Поймал он слухом бабьи сплетни, а те говорили о том, как девушка молодая погибла. Неописуемой красоты умница была, но зачахла с горя. Сначала мать у неё убили из-за самогона, который та отдавать даром не хотела. Потом суженный ряженный оказался не слишком-то и суженным, а бессовестным курощупом. Под любую юбку заглядывал и каждую бабу бесстыжую, красивее чучела, на сеновале мял. Поздно об этом невеста несчастная узнала, ребёночка уже под сердцем носила, которому не суждено было родиться. Возненавидев своего жениха и потеряв из-за этого дитя, через три месяца девушка умерла от глубокой тоски и печали. Её нашли у себя в комнате. Бедная девушка сидела на кровати, обнимая, словно дочь малую, куклу, что когда-то подарила ей мать.

Из старушечьего бубнежа молодой мужчина в чёрном понял, что дух девушки не упокоен и ночью она по деревне бродит. Похожа на полуночницу по описанию. Ищет мужей неверных, чтобы убить, да детей малых забирает, чтоб им матерью стать. Но не станет никогда, ибо являлась она призраком проклятым и могла лишь приносить горе, болезни и смерть.

В отличие от обычных духов, проклятые имели плоть. К ним могли прикоснуться, а также увидеть. Однако прикосновения к ним влекли хворь, проклятья и гибель, но не для всех. Жители Нави и представители тьмы могли взаимодействовать с ними без последствий.

Юноша решил к бабкам подойти да поговорить. А те глаза как вытаращили на него, будто демона в дорогих одеждах увидели. Бабка та, что справа сидела, была почти слепа, но ещё соображала и слышала неплохо. У средней старухи тоже котелок хорошо варил, да вот только практически все зубы сгнили и изо рта отвратно пахло. Слева тихонько сидела старушка совсем плоха здоровьем. Слабо слышала она, глаза вот-вот потеряют свою последнюю краску, да и волос на голове седых мало осталось.

– Здравствуйте, девушки красивые. О чём говорите? – прозвучал мягкий, низкий, хрипловатый голос нездешнего парня.

Две старухи засмущались. Им было лестно, что их назвали девушками, а тем более какой-то юноша. Но слабослышащая старушка его не расслышала.

– Чего-чего? Какие дедушки куролесили? – переспросила она.

– Он сказал «девушки красивые»! – громче сказала бабка рядом, а затем заговорила с молодым мужчиной: – Ты прости её, старая совсем наша Федора, плохо слышит. Как тебя зовут и что с твоими глазами, сынок?

– Зовите меня Виталий, с моими глазами всё в порядке, просто я экстрасенс и повязка помогает мне выявлять злых духов, – ответил незнакомец.

Насколько это было правдой, известно только ему. Федора опять не расслышала и почему-то возмутилась.

– Чего-чего?! Экстрасекс?! Ах ты бесстыдник!!!

– Нет же, он экстрасенс! Манда ты глухая! – почти ругаясь, поправляла старушку бабулька рядом.

– Тише, девчонки, не ссорьтесь, – успокаивал неизвестный, названый Виталием, а затем продолжил: – Расскажите мне лучше про ту несчастную девушку и где найти её дом?

Мужчина узнал всё, что ему нужно было, и направился к дому бедной Наташи. Так звали ту несчастную, по словам старух.

Деревня была небольшой, и путь к дому Наташи оказался недолгим. Подойдя к дому, таинственный мужчина понял, что, несмотря на пустеющее жильё, он не сможет войти в него. Над входной дверью висел чертополох и не пускал нечисть в старый ветхий дом.

«Значит, её дух тоже не может войти.»

Подумал парень в чёрном и решил подождать её около него. Может быть, она захочет вернуться? А если придёт за ребёнком каким, он об этом узнает. Ибо слух его был крайне острым, особенно на проказы чертей и проклятых духов. Таинственный юноша подошёл к дому, обернувшись к нему спиной, сел на землю и расслабленно прижался к стене, закинув руку под голову. Через некоторое время он уснул.

Прошло пара часов, послышался гул, но не от ветра. Призрачный тёмный сгусток постепенно приобретал силуэт молодой девушки, приближаясь к незнакомцу, что пристроился около её дома. Девица была хороша собой. Миловидная внешность, стройная фигура, серебристо-белые шелковистые длинные волосы и такой печальный, да одновременно пустой взгляд. На ней было чёрное свободное, длиной по колени, рваное платье на тонких лямках. Приблизившись к юноше, несчастная Наташа не могла понять, спит ли он или нет. Под повязкой не было видно его глаз. А мужчина уже не спал. Он затаился в ожидании её дальнейших действий. Через несколько мгновений призрачная дева оказалась настолько близко перед ним, насколько это было возможно. Склонившись, она начала рассматривать его лик. В это время парень неспешно стягивал с себя перчатку, обнажая кисть руки с длинными и острыми, как лезвие бритвы, когтями. Заметив, что она тянется к его губам за поцелуем, он решил не мешать и этим ослабить её бдительность.

– Вот бы ты полюбил меня и женился на мне, – тихо произнесла Наташа перед тем, как поцеловать его.

Вдруг проклятый призрак истошно закричал. Мужчина в повязке вонзил под ее ребро свои когти и начал вытягивать из неё силу, подобно вампиру, испивающему кровь жертвы. Второй рукой он удерживал призрака, но через какое-то время она всё же вырвалась, тут же отлетев от него подальше. Парень встал, отряхнувшись, ухмыльнулся.

– А ты намного сильнее, чем я ожидал. Хорошо. Напитаюсь тобой на несколько месяцев вперёд, – произнёс он, подходя к Наташе.

– Кто ты такой?! – со страхом прокричала она, а голос её сопровождался сильным порывом ветра.

– Я первый Принц Нави… Вий… – сказал юноша и, неспешно направляя руку к повязке, улыбнулся.

Улыбка была зловещей, хитрой, но и одновременно с тем притягательной. Основное оружие Вия – это его взгляд. Посмотрев ему в глаза, живые безвозвратно обращались в камень, а мёртвые выполняли любой его приказ. Также ему доступна чёрная магия, но, чтобы пользоваться ей, он должен черпать энергию проклятых. Эта полуночница идеально ему подходила для восполнения своих сил.

Вий в одно лёгкое движение стянул повязку с глаз, а затем взглянул призраку девушки в очи. Взгляд его завораживающий, чарующий. Будто весь мир сокрыт в нём. Каждый видел в глазах Вия, что так сильно хотел видеть. Однако цена за ежесекундную эйфорию была высока. Наташа попалась в эту ловушку, и уже не было шанса сопротивляться. Перед ней открылся мир, где она любима своим мужем, а детей полный дом, да мама жива и блинчики печёт. В образе её мужа выступил сам первый Принц мёртвых. Подобно богомолу, проклятая девушка сама подставила голову на отсечение в экстазе.

– Счастлива ли ты, любимая? – сладостно спросил Вий и снял вторую перчатку, подойдя к Наташе.

Она искренне улыбнулась и кивнула в ответ. Он дал ей то, чего она не получила при жизни, и то, что искала после смерти под силой проклятия. Последние мгновения несчастной девы будут в приторных видениях, навеянных его высочеством. После её душа распадётся и исчезнет навсегда.

– Теперь ты со мной, и так будет всегда. Ты моя.

Промолвив сладкие слова, он приобнял её и приголубил. Девушка прослезилась. Спустя два года душевных терзаний проклятия и страданий от одиночества в ночи, она почувствовала себя счастливой.

Вий вонзил свои когти в душу и начал поглощать её. Наталья не чувствовала боли. Она нежилась в грёзах, и с каждой секундой они становились всё слаще и страстнее, а силы девушки всё убывали да убывали. Принц Нави уничтожил бы дух бедняжки, но вдруг сзади послышался ехидный смех старухи. Вий обернулся, да увидел рядом с собой летящую деревянную ступу и метлу, которая вот-вот ударит по его глазам. В ступе сидела старуха в лохмотья одетая. Нос её горбатый, да слева на нём огромная бородавка, волосы седой соломой и зубов почти не осталось. Вдарила она метлой по Принцу так, что он упал, отлетев от своей жертвы.

– А ну надень свою тряпку на глаза, пока я тебе их не выколола! – угрожая, ругалась бабушка.

Голос этой старой ведьмы Вий узнал бы из тысячи. Это была Баба-Яга, старуха, что растила его по просьбе Владыки. Принц повязал повязку, закрыв свои пурпурно-розовые очи от посторонних, да перчатки надел.

– Зачем ты вмешалась? – с недовольством спросил он.

– Эта девка мне детишек приносит, не сыскав у них любви как к матери. А за это я о ней забочусь, как о дочери родной. Полуночницы такие дурёхи. Сделают всё ради того, чтобы их любили. Так что её трогать ты не смей!

Пальцем пригрозила, а после рукой махнула в сторону Наташеньки, да та и исчезла.

– Пошли со мной, я тебя накормлю, да спать уложу, а завтра поутру отправишься в путь.

Вий согласился. Путь ему предстоял долгий и полон опасностей. Не будет лишним поспать чуток в мягкой тёплой постельке. Сидя в ступе, помела злая баба метлой, полетев в сторону тёмного леса, да первый Принц за ней последовал. Освещали им ночной мрак среди длинных деревьев заколдованные Ягой светлячки, что вперёд них летели.

– Нашёл братца-то своего? – задала старая вопрос.

– Нет. Но скоро найду. Если он станет мне обузой, заберу силу и прикончу его.

Вий был жестоким и прагматичным циником. Для него что кровные, что любовные узы веса не имели. При себе он держал только полезных существ, от остальных он просто избавлялся.

– Не боишься гнева отца?

– Он ушёл с ним, а меня оставил. Какое мне дело до его гнева? К тому же, если убью отца, вся его мощь станет моей, – невозмутимо и холодно промолвил Вий.

– Ах ты паршивец неблагодарный! – возмутилась Яга и ударила его метлой по хребту, а затем продолжила: – Я тебя растила, кормила, поила, а ты хочешь сказать мне, что тебе у меня плохо жилось? Получай! – вновь его помелом огрела, да всё ругалась: – Ещё и на Владыку зуб точишь?! Да как посмел допустить даже мысль об этом?!

– Мне с тобой жилось хорошо, если не считать того, что ты меня всё время хотела съесть, когда я был маленьким, – защищаясь от помела и отряхиваясь от грязи да пыли, летящей с него, сказал Навий Принц.

– Кто же виноват, что ты был таким сладеньким мальчиком. Но не съела же.

– Ты пыталась отрезать мой мизинец! – вскрикнул он, возмущаясь.

– Ать!!! – снова старуха метлой его ударила, да руки в боки поставила: – Пожалел ты пальчика для бабушки любимой! У тебя их двадцать. Мог бы одним поделиться, но нет, жалко тебе было!

Успели они поговорить о многом, покуда шли к жилищу бабуси. Старая и молодой давно не виделись, потому им было что обсудить.

К избе подойдя, Яга выпрыгнула из ступы, да приказала жилищу своему воротиться передом к ним. Дом бабки поднялся, и из-под него показались куриные ножки. Они-то его и держали. Развернувшись входом к Вию и горбатой старухе, дом резко и неаккуратно опустился вниз. Даже послышалось, как что-то внутри упало.

– Да что ж ты как медведь косолапый! Никакой грации! – проворчала бабка и неуклюже поковыляла к дому.

Её левая нога совсем сгнила, аж кость была видна. Потому и хромала неуклюже. Подойдя к дому, начала неспешно по ступенькам подниматься. Вий решил Ягу подхватить под руку да помочь. Может быть, ему не хотелось ждать её, а может, это проявление заботы. Бабка посмотрела на Принца с лёгким удивлением и не могла понять, что у него на уме. Он невозмутимо смотрел вперёд. К тому же зеркало его души было скрыто от всех под чёрной повязкой. Это было его преимуществом. Никто никогда не сможет счесть эмоций Вия, которые в себе таит он. Принц же под тёмной тканью всё прекрасно видит, потому что заколдована она.

– Эх, была бы я моложе, околдовала тебя и Владыки бы не побоялась. Видный ты, за тобой небось девки табунами ходят, – покачивая головой, улыбаясь во все четыре гнилых зуба, восхищалась бабка.

Вий посмотрел на неё с недоумением, однако после ухмыльнулся и просто ушёл в свою комнату. Там всё лежало так же, как и в день его ухода. Разве что было прибрано. Детские игрушки, книжки, гантели и другие спортивные принадлежности. Сама спальня была просторной и уютной, несмотря на старые обои и пауков в углу. Всё это напомнило о его, бесспорно весёлом, детстве да юношестве. Принц снял пальто, повесил его на стул у стола, за которым когда-то учился всякому, что бабка знала. Немножко математики, чутка литературы, великий русский она ему вбивала, правда, как сама его понимала. Но колдовские науки ему для изучения были открыты самые разные. От самого простого до запретного и жуткого. Его познания в чёрной магии бесценны. Возможно, Чернобог на это и рассчитывал, когда отдавал своего старшего сына Яге.

Разувшись, Вий лёг на скрипучую, старую кровать, и его рука невольно прикоснулась к ковру, который висел на стене над постелью. Скрип под ним и мягкость ковра, а также его восточные, гипнотические узоры грели его высочеству душу. Поглаживая пушистый ворс незамысловатого полотна, Принц засыпал с мыслью о том, что вернулся домой. Разные воспоминания крутились в полусонном разуме. В том числе и первая злодейская шалость против этого самого ковра. То, как великий и ужасный первый Принц Нави вешал свои козявки на его обратную сторону. Как же хорошо, когда есть что вспомнить. Вий сладко засыпал.

В какой-то момент он почувствовал, как кто-то развязывает его галстук. Открыв глаза, он увидел Наташу, однако девушка пока не знает, что прервала его сон. А парень был в повязке и решил снова понаблюдать за её действиями. Она осторожно развязала галстук и, тихонько подняв ворот рубашки, неспешно извлекла его из-под Вия. Затем проклятая душа принялась стягивать с него перчатки. Медленно и аккуратно, чтобы не разбудить. Снятые вещи она красиво сложила на стол и вернулась к якобы спящему парню. Прикоснувшись к его щеке, несчастная прошептала:

– Мои касания тебе не вредят. Значит, мы можем быть вместе. Не знаю, что ты со мной сделал тогда, но я хочу ещё.

При жизни девушка не была такой наивной и легкомысленной, да к мужикам так не лезла. Всё это навеяно проклятием. Снять проклятие с полуночницы можно. Нужно, чтобы кто-то искренне полюбил её и сказал об этом. После её миссия в мире Яви будет выполнена, и она сможет упокоиться в мире Нави, в обители умиротворения под названием «Славь». Навь огромна, и это не только чистилище для бесов и злых духов, как принято считать.

Наташа медленно склонилась перед губами Вия и хотела поцеловать его, но тот остановил её своим вопросом:

– Зачем сняла с меня перчатки и галстук?

– Ну в них же неудобно спать, особенно в галстуке, – оправдывалась девушка, гладя его по щеке.

– Ты мешаешь мне, уходи, – холодно произнёс он.

Несчастная немного отодвинулась от него, сев на кровать да печально задав вопрос:

– Ты завтра уйдёшь?

– Тебя это не касается, – с долей агрессии ответил он.

– Забери меня с собою. Пожалуйста. Обещаю, сделаю всё, что скажешь. Буду помогать тебе во всём, чем смогу. У Яги есть кольцо с серебренным камнем в виде полумесяца. Она связала меня с ним. Забери его, и я после каждого заката буду появляться рядом с тобой.

Молила Вия о собственном рабстве бедная Наташа. Он хотел ей отказать, но в этот момент в его голову пришла идея, которую он подсчитал гениальной. Он много знал о проклятии полуночниц, если их всё время разочаровывать и предавать, то духи усиливаются. А беловолосая красавица будет с ним связана и никуда не денется. Если будет нужна мощная подпитка энергией, то достаточно просто разбить ей сердце, напитаться, а после приголубить и поцеловать. Под действием проклятья дух девушки простит всё. Вий присел, приблизился к Наташе так близко, будто казалось, что они вот-вот поцелуются.

– Ты так хочешь быть моей? – с хитрой ухмылкой сладкоголосый парень ловил свой шанс, соблазняя девушку с трагической судьбой.

– Да, только люби меня, – ответила Наташа, не понимая, в какую западню она сейчас так стремится прыгнуть.

– Мою любовь тебе придётся заслужить. Но я вижу, ты девушка хорошая, красивая и, что для меня самое главное, покорная. Ты мне уже начинаешь нравиться. Будешь паинькой, и я буду любить тебя, как никто другой.

Сладкие слова лживого лицемерия Вия вскружили голову проклятой душе. Он резким рывком впился в губы Наташи, начав с животной страстью целовать её. Циничный Принц мёртвых решил воспользоваться ещё и телом несчастной.

На рассвете, с первыми лучами солнца девушка исчезла. Парень этого не заметил. Спал как убитый после страстной ночи с полуночницей. К полудню с трудом он проснулся, неспешно оделся и, пройдя к умывальнику, сполоснул лицо прохладной водой. Яги дома не было. Видимо, кто-то умер, и она пошла сопроводить душу в Навь. Сама судьба благоволила Вию. Ведь ничего не мешало найти и украсть кольцо, о котором говорила Наташа. Пройдя на кухню, Принц увидел корзинку с едой, редкими эликсирами и целебными зельями, заботливо приготовленную для него бабушкой с костяной ногой. Неужели он всё же обокрадёт старую ведьму? Да. Вий направился в комнату Яги, чтобы найти там нужную ему вещь. Покои старухи ничем не выделялись. Разве что там валялись книги по чёрной магии, стояло большое старинное зеркало, по стенам ползали крупные пауки и барабашка ходил, охранял. Маленькое существо с мощной защитной магией и кусается больно. На вид миловиден, похож на старца косматого, волосы тёмно-русые, густые и длинные брови укрывали огромные голубые, как море, глаза. Нос крупный, под ним усы и объёмная борода до пола свисала. Звали его Яшкой. Увидел маленький старичок Вия и нахмурился, а глаза его покраснели. Он ощутил, что тот хочет украсть что-то, потому и разгневался.

– Чего пришёл?! Сюда нельзя, гуляй отсюда! – прозвучал злобный голос старого деда.

– Пропусти меня, иначе я пройду через твой крохотный трупик, – холоднокровно и с надменностью произнёс Принц Нави.

– Я дух-хранитель, думаешь, твои уловки на меня подействуют?!

Яшка был уверен в своих силах. Опыта ему было не занимать. И не таких колдунов повидал за свою длинную жизнь. Вий ухмыльнулся и, присев на колено, потянулся стягивать свою повязку. Тут же барабашка закрыл глаза, и брови его вниз припали, дополнительно прикрыв очи. Принц увидел, что старец напрягся. Парень подумал, что испугал мелкого скрягу, но через несколько мгновений горько пожалел, что недооценил своего противника. Яшка смачно и громко пернул. Едкий запах распространился по всей комнате, и как только Вий его почувствовал, то начал задыхаться. Его глаза заболели и заслезились так, что он открыть их не мог. Через какое-то время он замертво упал. Барабашка отвернулся от него и начал заниматься своими делами.

– Вставай и уходи, иначе моя газовая атака повторится! – сказал старый дед.

Однако Вий лежал будто мёртвый, то ли сознание потерял, то ли выжидал чего-то. Глаза старого вновь приобрели голубой цвет.

– Ваше высочество, прекратите притворяться. Я всё равно не посмею взглянуть вам в глаза. Кто я, а кто вы, хи-хи-хи, – с ироничной издёвкой ёрничал Яшка-барабашка.

Вий пролежал так некоторое время. По нему начали ползать пауки. А дедушка прибирался потихоньку. Один большой паук заполз прямо на лицо Принца, но и это не заставило его пошевелиться. Яшка расслабился, ослабил бдительность и не заметил засады. Когда старик проходил мимо зеркала, Вий резко приподнялся, опустил повязку и кинул паука в отражающую поверхность, что был на его лице. Дедушка невольно бросил взгляд на то, как насекомое отбилось об зеркало, и оказался пойман молодым колдуном через отражение. Теперь маленький старец был под полным контролем Принца мёртвых.

– Сюда иди, – снимая перчатку с левой руки, раздражённо произнёс его высочество.

Вию стало доступно самое сокровенное желание духа-хранителя. Яша хотел вернуться в то время, когда Принц был ребёнком, чтобы каждый день беззаботно играть с ним. Барабашка хотел вернуть маленького и непоседливого друга.

Невысокий старец подошёл к тому, кто его контролирует и хочет убить.

– Хочешь поиграть, значит? – спросил с надменным тоном Вий, а после ухмыльнулся и продолжил: – Хорошо. Давай поиграем в последний раз.

Принц схватил дедушку правой рукой и прижал к себе, готовясь вонзить в него свои когти. Сознание же старца было занято навеянными иллюзиями, а связь с явью была утеряна. Он хотел ещё раз пошалить с мальцом над бабой-Ягой, поиграть в прятки, побегать в лесу, собрать для него любимых сладких ягод. Он бы хотел уложить ребёнка спать и рассказать ему страшную сказочку на ночь. Внезапно появилась иллюзия, которая до глубины души поразила Принца. Главная мечта старика – увидеть то, как Вий станет Императором Нави. Как давний друг, он желал ему самого лучшего. Парень отпустил деда, передумав его убивать, однако наказать всё же хотел.

– Ты плохо себя ведёшь с будущим Императором Нави, но на первый раз я тебя прощаю. Ты что-то исхудал. Нужно хорошо питаться, иначе здоровье загубишь. Съешь всех пауков в этой комнате… живьём, – последняя фраза была наполнена жестокостью. Похлопав старичка по щеке, Вий продолжил: – Запомни мою заботу и милосердие, друг мой.

Юноша поднялся с пола и принялся искать то, зачем пришёл, а стариц принялся есть пауков. Их волосатые твёрдые лапки так и хрустели между ушей, многочисленные глазки лопались во рту, а под натиском зубов расходились маленькие тельца, из которых сочились зелёные кисловатые соки. Насекомые сопротивлялись да ядовито кусались, но Яшке было всё равно. Под действием заклятия первого Принца он выполнял его приказ, не обращая внимания на всё остальное. Когда Барабашка придёт в себя, долго не сможет избавиться от противного привкуса во рту. Придётся залечивать раны от укусов пауков и снимать последствия их ядов.

Злодейски-милосердный Вий равнодушно рылся в вещах Бабы-Яги. Долго искать не пришлось, кольцо лежало в выдвижном ящике тумбы, что стояла рядом с кроватью. Взяв его, он понял, что оно будет ему мало, и с помощью колдовства переделал его в крупный перстень из навьего железа, оформленного рунами, но с тем же полумесяцем. Надев перстень на безымянный палец левой руки, он почувствовал некую связь с очень знакомой аурой. Закрыв глаза на долю секунды, Принц увидел образ Наташи, и стало понятно, он не ошибся с кольцом. Воодушевлённо ухмыльнувшись, сын Чернобога надел перчатку и направился к выходу. Выйдя из комнаты Бабы-Яги, он вернулся на кухню за корзиной и, забрав её, ушёл.

Путь Вия лежал через ту деревню, в которой он был ночью. Заметив толпу людей около дома, перед которым вчера сидели три бабушки, прислушался к ней. Народ скорбел, и из их разговора стало понятно, что та глухая старушка Федора скончалась. Левый уголок губ Принца немного приподнялся в лёгкой ухмылке.

– Надо же, я обязан какой-то старой глухой карге за такое удобное отсутствие моей любимой бабушки, – тихо произнёс надменный циник и пошёл дальше, следуя за намеченной целью.

Глава 4: Три лесные ведьмы.

Пять с лишним лет прошло, как Аристарх ушёл из семьи Донских. В этот день Ксения сидела перед небольшим озером. Вода его была чистая и незамутнённая, да рыбки виднелись в ней. Рядом расстилалась цветущая поляна, что радовала глаз. Росли на ней цветы различные, всех оттенков радуги. Воздух там особенно свеж и сладок. Лёгкий ветерок развивал тонкие длинные тёмно-русые волосы молодой румяной девушки. Очи её цвета мрачного янтаря сияли на солнце, словно Млечный Путь в ночи. Ксюша была так похожа на свою покойную мать, только ещё прекраснее, будто какая-то Богиня решила приумножить её природную красоту. Она так часто приходила на эту поляну, что её нежная кожа впитала чарующий аромат здешних цветов. Он хорошо подходил миниатюрной хрупкой девушке, подчёркивая образ хрустальной леди. Но то было лишь обманкой. На деле же Ксения закончила факультет «Небесных Стражей», прошла подготовку по боевым искусствам и была грациозной да проворной, что делало её ещё более опасной для своего врага. Однако девушке всё равно не стать образцовой защитницей Небес. Несмотря на все её таланты, Донская была крайне ленива и сердобольна. Лишать жизни даже беса ей было жалко, и вставать рано она тоже не любила. Плюс ко всему характер у неё был скверный. Старшим по статусу и званию могла нахамить так, что всем за неё приходилось извиняться. В том числе и её отцу, который был не последним чародеем в Небесной Прави. Как-никак один из трёх главных старейшин. Но все эти события дней минувших. Сейчас озорная девчонка живёт в мире Яви, в одном лесном домике с двумя подругами. После исчезновения Арика она впала в депрессию и не могла находиться в родительском доме. Сначала она поступила на защитный факультет и жила в общежитии, а после учёбы Ксения вместе с Сашей и Евой, так звали её подружек, переехали.

Приходила она на эту поляну, чтобы побыть в уединении и вспомнить Аристарха. Вспомнить о том, как они чуть не поцеловались, но в последний момент его кто-то будто бы одёрнул. Пофантазировать, каким бы этот поцелуй мог быть. Могла ли их маленькая романтическая шалость перейти во что-то большее? Увы, Аристарх и Ксения об этом не узнают никогда.

Спустя какое-то время в поле невиданной красоты пришла Александра. Девушки были знакомы с самого детства.

Родители Шуры – выдающиеся целители Небесной Прави, вот только к ним мало кто ходил. Ибо оба они чтили Морену, Императрицу Нави. Редко она брала чародеев под своё покровительство, но все избранные Мары были крайне одарены.

Ксении едва исполнился месяц, когда она серьёзно заболела. К кому Виктор не обращался, все лекари Прави не могли понять, что с ней, и помочь. Безутешный отец, конечно, догадывался, что никто ему не поможет, кроме служителей Богини зимы. Но надежды всё же чаял на то, что найдёт людей, которые исцелят его дочку, и ему не нужно будет связываться с последователями Морены и Чернобога. Но в конце концов ему всё же пришлось пойти к Анне и Кириллу Вороновым. Те сразу поняли, в чём дело, и излечили младенца. Виктор им был крайне благодарен и впредь лечение своей дочери доверял только им. Так и познакомились девчонки почти погодки, и с годами дружба их лишь крепла.

Поляна та ранее безжизненной пустошью с мутным от отходов болотом была. Три подруги нашли это место и очистили его. Покровитель Евы был Велес. Хранитель всех лесов, защитник зверей да птиц и владыка земель плодородных. Саша же поклонялась Мокоши. Та тоже отвечала за плодородие, а также была повелительницей магии Яви. Знахари, заговорщики, шептуны, ворожеи да ведуны, все питали свои силы от этой Богини.

Ева и Шура с помощью своих чар превратили безжизненную землю в цветущий сад, а грязное болото, в котором давно уже зачахли его обитатели от химических отходов, с тяжким трудом очистили. Донская, конечно же, тоже им помогала, но нужных магических навыков у неё в арсенале для этого не было. Однако физическая сила тоже пригодилась. С тех самых пор это озеро стало символом их дружбы, а также местом, где они могли побыть наедине с собой. Освежить мысли, поплакать в трудный час, покружиться среди цветов от радости или помечтать о чём сердце трепетно сжималось в груди.

Подойдя к Ксении, Саша надела себе на голову цветочный венок, что сплела по дороге сюда. Чародейка имела привлекательные, но одновременно зловещие черты лица. Цвет глаз лишь добавлял ей устрашения. Бордово-красные очи с оранжевым отливом напоминали угасающую алую звезду, которая вот-вот превратится в сверхновую и ослепит всех своим сиянием. Волнистые саженные пышные локоны свисали до самого пупа. Лебединая осанка, ухоженные ноготки, изящная фигура, а также грациозность пантеры придавали ей аристократичности. Одета серьёзная леди была в короткий белый топ, юбка длиной до пола в хохломской росписи, белые балетки, а под ними капроновые подследники. Саша любила смягчать свой грозный вид нежными образами. Ксения же носила чаще всего спортивные костюмы в чёрных и красных тонах. Из обуви она предпочитала берцы. Их у неё было три пары. Все в её любимых цветах, и одна пара была для зимы.

– Ты всё о нём да о нём думаешь, а он уже небось себе другую нашёл, – стояла сзади подруги Саша и молвила: – забудь его, мужиков что ли мало?

Тяжело вздохнув, поднялась с земли Ксюша и обернулась к подруге. Посмотрев той в глаза, она с горечью ответила:

– Возможно, ты и права.

– Ладно, пойдём домой. Я блинов испекла, – погладив её по плечу, сказала Шура.

А Донская вспомнила, что Ева на диете, и начала возражать:

– Стой, Ева же на диете, а ты приготовила блины?

– Да, масленые, жирные, м-м-м. Вкусненько!

Тут даже и понимать ничего не пришлось. Саша и Ева снова поругались.

– Вы каждую неделю собачитесь, не надоело? – с осудительным взглядом, подняв бровь, спросила Ксения.

– А я чё? А я ничё, – в шутливой форме ответила ей подруга, да за нос взяла и потискала, а после продолжила: – Ты же нас знаешь. К вечеру мы помиримся.

– Из-за чего хоть поругались?

– Она постирала свою розовую кофточку с моими белыми брючками. Сама догадаешься, что произошло? – хлопая глазками, ёрничала девушка.

– Я поняла тебя, – ответила Ксения, в мыслях осуждая Сашу, а затем, развернувшись, позвала её за собой: – Пойдём домой. Я не завтракала. Хочу есть.

«Насколько же это мелочно. Неужели нельзя не ссориться по пустякам? Только портят этим нашу дружбу. Какая глупость».

Всё думала об взаимоотношениях своих подруг Ксения. У молодой девушки, как и у всех людей, было много изъянов в характере. Считать себя умнее других и осуждать за, как ей казалось, глупости, было не чуждым. Однако своими мыслями насчёт окружающих она ни с кем не делилась. Поэтому среди большего числа знакомых к ней хорошее отношение. Но если бы они узнали, что Ксения о них думает, сильно бы удивились.

Дом девушек был недалеко. Сам Велес укрывал его за лесами от незваных чужаков, заставляя их блуждать по бесконечным извилистым тропам, покуда назад не уйдут или не встретят смерть. Само жилище было небольшим, но уютным. Казалось, что в этот дом вросло огромное дерево, но нет. Эта двухэтажная изба и есть живое дерево, покрытое снаружи каменной плиткой. Слева находилась лестница на террасу второго этажа, украшенная цветами и уличными фонарями. Вдоль тропинки к дому росли растения, за которыми тоже ухаживали. Избу себе вырастили Шура и Ева, ну а Ксюша, как и в случае с прудом, помогала чем могла. Внутри было всё просто, если не считать расписных вручную Евой обоев. На них были изображены древнеславянские магические руны и некоторые Боги Яви. Почти вся мебель была старой и потрёпанной, а что-то даже разваливалось. Посуда тоже роскошной не выглядела.

«Чем богаты, тому и рады.»

Поговаривала всё время Саша лишь бы не работать, однако хорошо жить всё же хотела. Но мало чего для этого делала. Ева же всё ещё училась на факультете травников в Небесной Прави. Зарабатывала из них троих только Ксения, и то обманывала всех вокруг. Два года назад устроилась уборщицей в офисе, чтобы подкопить денег на съём квартиры в ближайшем городе. Сняв её, она стала строить из себя ведьму-гадалку. Наряжалась и малевалась так, будто снова вернулись в моду эмо и готы. Однако чувствовались в образе Ксении притягательность и элегантность. Этим обманщица и подкупала честной народ. Когда в съёмной квартире появились первые клиенты, она тут же уволилась с работы, и деньги полились на неё рекой. Большая часть её клиентов были женщины самых разных мастей и финансовых положений, но обирала она их всех с одинаковой жадностью. Однако они всё равно считали Ксению приятной юной девушкой, потому что умела на уши присесть и всякие сласти напеть.

«Какие же наивные дураки, говоришь им примерно одно и тоже: «Сначала случится что-то очень плохое, но ты всё преодолеешь, и всё будет хорошо», а те и верят. Ха-ха-ха, заговоры и привороты, что для них делались, были туфтой. Не буду же я вредить невинным людям из-за просьб каких-то кретинов. Одной стерве, которая меня взбесила своим поведением, я дала трёхлитровую банку с водой из сливного бачка и велела пить каждое утро натощак, чтобы вышел весь негатив, но процесс будет неприятный. Так она месяц с горшка не слазила, а после пришла, отблагодарила меня и отдала полмиллиона рублей. Как жаль, что говно в ней всё равно осталось.»

Вспоминала своих клиентов Ксения, презирая тех за глупость. Однако были и те, кому она всё же содействовала. Таких было немного, однако она считала, что справедливость обошла их стороной, и старалась исправить это хотя бы чуть-чуть. Также девушка не лечила больных. Таким людям чародейка и обманщица сразу говорила, что она шарлатанка, и убеждала их обратиться ко врачам. Особенно старалась убедить стариков и родителей с больными детьми. Про огромную выручку от своего мошенничества подругам Ксения не говорила. Приносила денег столько, сколько было необходимо.

«Саше и Еве необязательно знать, сколько я сегодня заработала, дуря людей. Счастье и деньги любят тишину. Продолжу говорить, что убираюсь в офисе и большую часть зарплаты отдаю им, потому что я хорошая подружка и так люблю этих нахлебниц. Всё равно продолжу с ними жить, мне с ними весело. Да и кто будет их содержать? Люблю этих глупышек.»

С такими мыслями она вернулась домой после первого дня работы экстрасенсом.

По возвращению домой Ксения и Саша помыли руки и пошли на кухню завтракать. Там их ждала злая и голодная Ева. Волосы цвета клубничной сладкой ваты, заплетённые вместе с голубой шёлковой лентой. Щёчки сдобные, будто свежеиспечённые булочки. Нос слегка картошкой, усыпан веснушками, словно мелкой крошкой из молочного шоколада. На коже оттенка ванильного мороженого был персиковый румянец, а губы яркого окраса, подобно вишнёвому сиропу. Глаза зелёной карамелью, в которой намешаны цветные сладкие блёстки. Короткий синий топ на завязке на шее оголял красивые плечи, а светло-розовые свободные джинсы подчёркивали её кроткий вид. Но внешность обманчива.

Ксения познакомилась с Евой Воробьёвой в школе. Они были одноклассницами, однако подругами стали не сразу. Их отношения время от времени менялись. То они чуть ли не на крови клялись в верной дружбе, то становились друг другу кровными врагами. Ева была из небогатой семьи и завидовала Ксении. Ведь она была дочерью старейшины и имела недурное положение в обществе, и многие хотели с ней дружить. Бедная девочка тоже хотела так же жить, чтобы все бегали вокруг неё, учителя боялись поставить низкую оценку, чтоб все мальчики носили портфель, а старшеклассники к ней хорошо относились. Но в этом не было искренности, всё делалось ради собственных интересов, и Донская хорошо это осознавала, с удовольствием пользуясь всеми. Однако по-настоящему она дружила только с теми, кто от неё ничего не хотел получить взамен. Ева этого не понимала. Девчонка часто пыталась подражать своей однокласснице. Старалась покупать те же ручки, тетрадки, карандаши и прочие школьные принадлежности. Что-то было не по карману, но она находила аналоги дешевле, а в периоды дружбы Ксения сама делилась своими вещами.

«Папа купит мне ещё, да получше старого… И… может… Еву это порадует…»

Думала маленькая хитрюга про себя. Годы шли, менялись и интересы. В возрасте, когда девушкам начали нравиться парни, они разругались в пух и прах. Яблоком раздора стал Аристарх. Ксения начала встречаться с ним, и Еву привлекала их романтика тайных запретных отношений. Арик явно был не из Прави, а может даже и не с Яви. Сначала Донская рассказывала Воробьёвой о своих секретных свиданиях с Аристархом.

«Вчера ночью, пока папа и Богдан спали, мы сбежали в явный мир. Гуляли в парке до самого рассвета, любовались звёздами и не заметили, как пролетело время. Его необычные глаза сливались с ночной тьмой, но, когда он смотрел на меня, они почему-то становились ярче и, сказать честно, так завораживали. Его взгляд заставляет во мне всё трепетать. Наверно… я в него… влюбилась. А ещё смотрю на него, и будто время замирает. Но! Мы вчера чуть не попались. Когда вернулись домой, нас папа чуть не спалил. Арик заметил, что отец выходит из своей комнаты, а я стояла, растерявшись, прямо перед дверью в платье и при параде, когда надо было спать. Аристарх схватил меня за руку и, потянув к себе, увёл за стену. Места было мало, поэтому мы стояли вплотную. Было очень страшно, что отец нас сейчас спалит, ещё и в таком положении. Но он прошёл мимо и не заметил нас. Страх обернулся приятным волнением, а когда мы встретились взглядами, то оно усилилось. Мы бы поцеловались, но в последний момент его что-то одёрнуло.»

Слушая рассказ Ксении, Ева начинала всё больше и больше ей завидовать. Через какое-то время она решила отбить парня подруги, хотя на тот момент у девушек были тёплые дружеские отношения. Но Воробьёву это не остановило, и она пошла на предательство. Мало того, что получила отказ, так ещё и поставила под сокрушительный удар дружбу. Через какое-то время, после исчезновения Аристарха, девушки всё-таки помирились. Несмотря на глубокую обиду, Донская нашла в себе силы простить Еву.

На кухне стояла местами комичная ругань. Саша и Ева ругались из-за блинов и брюк, а Ксения завтракала, смотря на всё это. В чём-то она посмеивалась над ними, а в чём-то испытывала стыд за них. В какой-то момент, постучавшись, к ним кто-то пришёл. Донская, цепляясь за шанс уйти подальше от этого балагана, пошла посмотреть, кого к ним занесло. Распахнув входную дверь, девушка увидела высокого привлекательного голубоглазого блондина атлетического телосложения. Это был брат Ксении, Богдан. Как и его сестра, предпочитал спортивные костюмы любимых цветов. Ему нравятся тёмно-синие и серые оттенки. Из обуви чаще всего выбирал массивные кроссовки. Добродушно улыбнувшись, парень вошёл в дом.

– Привет, я на пару минут. Проходить дальше не буду, – произнёс Богдан и, прислонившись к стене, закинул руку к затылку.

– Привет, братец, а чего пришёл?

– У старейшин для нас какое-то поручение. Нужно явиться к ним сегодня днём.

– Ладно. Я приду, – улыбнулась Ксения подобно хитрой лисе.

– Давай только без глупостей. Будь почтительнее, – сказал Богдан, насторожившись.

В этот момент к разговору присоединилась Саша. Она давно уже пытается очаровать брата своей подруги, а он и не против, но почему-то всё ещё держит её на расстоянии. Возможно, так воспитал его отец, а потому парень не переходит лишних границ.

– Иди ешь дальше, Ксюх, – увидев Богдана, произнесла Воронова.

– Но я уже позавтракала.

Саша подошла к подружке и начала толкать в сторону кухни.

– Иди жри мои блины. Зря готовила что ли?

– Жрут свиньи, если что! Ладно. Богдан, увидимся днем, пока.

– Пока, Ксюш.

Девушка отошла на кухню, как и хотела её компаньонка. Шура же подбежала к Донскому и начала строить ему глазки, а тот игриво ей улыбнулся в ответ.

– Привет, с чем пожаловал, краш? – спросила Саша, сняв свой цветочный венок с головы.

– Здравствуй, да вот пришёл сказать Ксюше, что нас вызывают старейшины. Судя по всему, они хотят поручить нам что-то.

– И как ты думаешь, что именно?

– Понятия не имею. Самому дико любопытно.

Девушка подошла к нему ближе и, надевая ему на голову венок, произнесла нежным голосом:

– Если они поручат вам что-то опасное, береги себя и сестру.

– Будет выполнено, – пообещал парень, кивая и улыбаясь.

– Может, сходим куда-нибудь вместе в эти выходные?

– Хорошо, давай сходим в кафе в эту субботу.

Вот так легко? Подумала Александра и на мгновение остолбенела от того, что услышала его согласие. Однако девушка не хотела показывать, что смутилась, и решила понаглеть.

– Кринж, и почему я тебя приглашаю куда-то? Ты сам должен был это сделать.

– Эй, я же тебе в кафе предложил сходить.

– С моей барской подачи.

– Барыня, ты барыня… Я понял, увидимся в субботу. У меня дела. Пока, – игриво подмигнув, Богдан попрощался и ушёл.

Саша вновь замерла из-за Донского. Его взгляд перед уходом буквально вскружил девушке голову. Внешне он и правда был мечтой для многих девушек. Если Ксения была копией своей покойной матушки, то Богдан очень похож на отца, но и гены матери тоже проглядывались.

Глава 5: Сегодня герой, завтра враг.

Над небесами возвышался огромный дворец, освещённый божественным светом. Мрамор его ослепительно белый, золотая отделка сияет ярче звёзд, а руны изливались магией пяти стихий. Длинный мост из того же мрамора, а с обоих сторон вдоль него стояли статуи доблестных воинов армии Перуна. Их огромные мечи были опущены друг перед другом так, что никто не прошёл бы через них, если они не поднимутся. Сам же дворец охраняли золотые статуи Перуна, Стрибога и Сварога. Таким был дворец старейшин, и соединялся он мостом с Небесным городом, да сиял ему вторым солнцем.

Ксения, прихорашиваясь, ждала брата за Небесным городом перед мостом, ведущим во дворец. Услышав шаги, обернулась на звук, ожидая увидеть Богдана, но увидела своего бывшего сокурсника. Артур Высоцкий так же, как и Ксения, прошёл обучение на «Небесных Стражей». Однако на богатыря не был похож, скорее сошёл бы за пафосного Ивана-дурака, однако такой типаж внешности мужчин Ксения находила привлекательным. Худощав, слащав, высок и немного горбился. Мягкие пышные волосы длинной по плечи, цвета русой бронзы, стрижены лесенкой. Ровный пробор по середине изящно разделял пряди поровну. Одет в дорогие белые одежды. В его образе сочетались славянские и футуристические мотивы. Такой стиль присущ всем жителям Небесной Прави. Если бы не длинный серый плащ и более тёмный шарф, свисающий с его шеи, парень бы всех ослепил своей белизной. Очки в серебристой оправе выдавали небольшие проблемы со зрением, но украшали приятного внешне мужчину. Особенно выделялись его ярко-зелёные глаза с аквамариновым оттенком.

– Ты и так красива. Не надо портить кожу, – произнёс Артур, подходя к Ксении.

Он был симпатичен своей сокурснице, однако в её сердце был всё равно другой. Годами ранее Донская пыталась построить отношения с Высоцким. Думала, что у неё хоть так получится забыть Аристарха, но никто не мог его заменить. Когда девушка это поняла, разорвала все отношения с Артуром и даже прекратила с ним общение. А он был без ума от неё, и резкий разрыв нанёс сильнейший удар по его сердцу. Однако, встретив её снова, он был счастлив увидеть Ксению после долгой разлуки. Как только девушка поняла, кто к ней идёт, старалась не смотреть в его сторону.

«Вот уж нежданчик… Не подходи ко мне! НЕ ПОДХОДИ!!! Не разговаривай, даже не дыши в мою сторону! А он всё равно прётся… И чё делать? Я же так жёстко его бросила… Он сейчас будет будить во мне мою совесть, сам того не подозревая. Если он станет моим напарником по заданию, я вообще с ума сойду.»

В мыслях Ксении была каша, и она не понимала, как выкручиваться. Артур подошёл и начал разговор:

– Здравствуй, давно не виделись.

«Не надо… дядя…»

Подумала Донская, красившись и делая вид, что его нет.

– Ксения, это я, Артур Высоцкий.

Уже не было смысла притворяться. Девушка взглянула на своего бывшего и, складывая палетку с тенями в сумку, нервно захихикала.

– Не узнала. Богатым будешь.

Однако он и так один из самых состоятельных чародеев Небес. Его отец, Лазарь Высоцкий, является одним из трёх старейшин, как и Виктор Донской. А мать возглавляет монастырь служителей Лады. Артур занимает очень высокое положение в обществе, хотя сам пока что ничем не выделился.

– Говорят, ты обосновалась в Яви. Тебе нравится жить среди обычных людей или ты от чего-то сбежала, вернее, от кого-то? – с подозрением задал вопрос Артур.

– Думаешь, от тебя? Не слишком ли ты много на себя берёшь? – задала встречный вопрос девушка и, задрав нос, стала более дерзкой как в словах, так и движениях: – Я живу там, где мне хочется. Захочу, буду жить в Нави…

Высоцкий от услышанного ужаснулся и, не дав договорить, ладонью закрыл ей рот. Приблизившись к девушке, он склонился к её уху и прошептал:

– Что ты несёшь? Тебя за подобные слова могут казнить. Я не хотел задеть твою гордость. Прости. Я просто думал, что ты боялась меня. Что тебе навредят, но я бы не стал.

Артур отпустил Ксению и сделал небольшой шаг назад, взглянув ей в глаза.

– Скажу, как есть. Я не боюсь тебя. Я переехала потому, что дома всё напоминало о… Это не важно. Мне просто было невыносимо там находиться. Ты тут ни при чём.

В этот момент пришёл Богдан, они поприветствовали друг друга и направились к дворцу через длинный мост. Один за другим каменные рыцари поднимали свои мечи перед ними.

Зал старейшин поражал своими масштабами. Он был выстроен словно великанами. Сорокаметровые стены, такой же высоты расписные витражные окна, огромные картины, на которых изображены верховные Боги. Ослепительно белый мрамор контрастировал с вездесущими цветами и растениями. Свисали громадные золотые люстры со свечами с роскошного и живописного потолка. Напротив главных дверей, почти в конце зала, восседали три властителя на своих золотых тронах с мягкой отделкой, обшитой красным шелком. В центре сидел Ефим Королёв, самый старший из старейшин. Седой старец с вечно недовольной миной. Очень придирчив даже к своим двум равноправным коллегам. Не любит, когда ему откровенно дерзят, поэтому терпеть не может Ксению. По левую руку его место Виктора Донского. Он отличный организатор. Хорошо справляется с тем, чтобы сформировать эффективно рабочие службы, министерства и прочие объединения. Также он переписывает законы и издаёт новые. За него много кто хочет выйти замуж. В свои сорок семь лет голубоглазый блондин выглядит потрясающе, а возраст его красит всё больше. Если бы захотел, быстро нашёл себе женщину, однако Виктор верен своей покойной жене Юлиане. Справа находился Лазарь Высоцкий, отец Артура. Выдающийся стратег и крайне умный человек. Любит плести интриги, поднялся за счёт хитрости, проходя по чужим головам. Однако ценит долгую дружбу, может помочь товарищу и обязательно, при этом, вывернет всё в свою пользу. У интеллектуального хищника была длинная тёмно-рыжая грива, орлиный взгляд и вызывающее тревогу выражение лица. По возрасту он был ровесником Донскому.

Артур, Богдан и Ксения прошли в зал, и настало время для почтения. Парни поклонились, а Ксения помахала рукой и ехидно улыбалась. Увидев это, её брат сгорел со стыда.

– Я же просил тебя… – возмущённо прошептал он в сторону сестры.

Раздался мощный голос Лазаря:

– Рад, что у тебя хорошее настроение, Ксения. Давайте перейдём к делу. Ваша цель – Аристарх Пожарский. Его нужно привести живым, это главное условие. Не лишать его жизни!

Ксения поникла, улыбка с лица испарилась, а ноги подкосились. К счастью, ей удалось устоять.

«Надо взять себя в руки. Нельзя себя выдавать.»

Подумала девушка.

– Не тот ли это Пожарский, что был усыновлён Донскими? – задал вопрос Артур, обратив внимание на Ксению.

Девушка взглянула на него, и её тело начало выдавать себя ещё больше. Растряслись руки, забегали глаза, и хоть под одеждой не было видно, но волосы на её теле встали дыбом. Виктор с грустью выдохнул и ответил:

– Да, это мой приёмный сын.

Девушка набралась смелости, чтобы поинтересоваться, для чего они его ищут:

– Зачем вы его ищете?

– Услышанное, скорее всего, тебе не понравится, а поэтому ответа на свой вопрос ты не услышишь, – холодно произнёс Лазарь, заметив, как её всю трясёт.

Артур начал подозревать, что Донская влюблена в Аристарха. Вспоминая разговор у моста и увидев её реакцию, он понял, что к чему. Однако, чтобы развеять все сомнения, он решает задать провокационный вопрос и в то же время контрольный:

– Почему его нельзя… убить?

После слова «убить» её немного передёрнуло. Артур убедился в своих догадках и совершено не обрадовался этому. Ему снова стало больно, ибо старая рана до сих пор не зажила и любовь никуда не исчезла.

– Если он умрёт, то обратится в навье отродье. Всебог, он же Всеотец, пророчил смерть всех Богов Небесной Прави от рук Кощея Бессмертного. После первой своей кончины он станет самым сильным существом во всех трёх мирах. Все последующие его смерти будут лишь приумножать его силы, – произнёс Виктор.

– Вы приютили сгусток зла?! – возмутился младший Высоцкий.

– Сын мой, думаю, Виктор всё прекрасно знал, что делал. Держал парнишку поблизости, чтобы контролировать ситуацию. Мудрый поступок. Однако, как он смог сбежать и с чего решил? Ведь ему хорошо жилось в твоей семье.

– Я не всесилен, Лазарь. Ты должен это понимать.

После этих слов Виктор сотворил магическую сферу и, слегка подтолкнув её в нужную сторону, передал Ксении. Ефим был недоволен его решением отдать сферу дочери и показал это взглядом. Лазарь тоже, мягко говоря, не оценил этого, но не показал вида, ибо просчитал даже это.

– Эта сфера укажет вам путь к нему, – произнёс Виктор, подмигнув дочке левым глазом.

Получив ключик к поиску Аристарха, Ксения поняла, что отец не желает зла парню. Он даже готов рискнуть собой и карьерой.

«В какое болото мы залезли, папочка?…»

Посмотрев на своего родителя, подумала девушка.

«Похоже меня определили в мятежники. Даже и не знаю, что мне делать. Плакать или сразу убиться об стену.»

Мысленно проговорил Богдан, считывая намёк своего предка.

«Пахнет предательством… Если они пойдут на это, их всех казнят. Надеюсь, у отца есть план. Они вроде друзья с Виктором.»

Пронеслись мысли в голове у Артура.

Глава 6: Грехи отцов.

День был солнечный. На ярко-голубом небе не было ни облачка. На юге России, за нетронутыми лесами, на непаханом поле проходили тренировки Аристарха. Его наставником по фехтованию был Бог грома и войны Перун. Громовержец выжимал из парнишки все соки. Бои их шли на смерть. Пожарскому тяжело было противостоять такому, как повелитель молний, однако на поле брани не будет никаких поблажек. А поэтому парень бился достойно обоим своим покровителям, Чернобогу и Семарглу. Не жалуясь и минуя любую боль, усталость, непогоду и грязную местность. Именно так и становятся великими воинами, думал Аристарх, наивно полагая, что Бог грома хорошо подготовит его.

Тёмно-алые длинные волосы Перуна, заплетённые в хвост, развивались на ветру в пируэтах. Глаза ярко-голубые молнией сверкали. Под свободной белой наполовину расстёгнутой рубахой скрывалась неукротимая мощь. Ростом он больше двух метров, плечи его широки, ручищи крепки, а накаченное рельефное тело излучает Божественное могущество. В этот день одет он просто. Коричневые штаны, рубаха и галоши. А вместо привычного топора у него деревянный меч, которым он с удовольствием дубасит сына Чернобога, называя это тренировкой. Если бы за парня не ручался огненный крылатый волк, Перун его при первой бы встречи убил.

За боем наблюдали Ярило и Семаргл. Ярило не был богом в полном его понимании. Он весенний дух, наделённый лишь частью божественности. Отвечал за плодородие и пробуждал любовь в сердцах живых. Полубог любви по своему характеру был ярким, юморным, чрезмерно активным озорником с внешностью худощавого молодца. Локоны его золотисто-пшеничные средней длинны беспорядочно развивались на ветру. Миловидные, слегка острые черты лица дополнялись еле заметными веснушками. На его теле были некие геометрические узоры из прямых линий, которые сияли насыщенным оранжево-золотым светом. Создавалось ощущение, что его кожа потрескалась и из неё вырывалась лучистая энергия. Носил Ярило ярко-красные одежды. Полубог постоянно раздражался, что люди в своих ритуалах используют его чучело по-всякому. То сжигают, то в гробу закапывают в непристойном виде. Однако ему льстило, что некоторые считали его Богом солнца, но на самом деле он им никогда не являлся.

Лежал повелитель сердец в траве, а Семаргл рядом с ним сидел.

– А он точно сын Чернобога? – спросил Ярило у Семаргла.

– Сомнений быть не может. Так и есть.

– Если бы не его внешний вид, то он бы сошёл за обычного парня двадцати одного года. Вижу, ты к нему привязался. Знаю, вы освободите Богов, которые сейчас в плену. Это дело времени. Но что, если Сварог прикажет тебе уничтожить его? Что ты будешь делать?

– Я Сварожич… – после Семаргл обратил свой взгляд к Яриле и уверенно произнёс: – Я выполню любой приказ своего отца.

В это время Аристарх совсем выбился из сил и, пропустив очередной удар Перуна, он рухнул на землю.

– Ладно. На сегодня хватит. Продолжим завтра.

Сверкнула молния среди ясного неба, да Перун исчез. К Аристарху поспешили Ярило и Волк, чтобы помочь ему встать.

– Не трогайте меня. Дайте отлежаться, – тяжело дыша, еле пробубнил побитый парень.

– Ладно-ладно, – сказал полубог весны: – Не спеши…

– В бою никто ждать тебя не будет! – перебил Семаргл: – Считай это тренировкой на выносливость.

Послушав волка, парень начал пытаться встать. Повелитель любви хотел ему помочь, но волк запретил ему это делать. Аристарх с трудом поднялся, прошёл метров десять, да упал, потеряв сознание.

Снова он оказался в своём подсознании и вновь перед своим отцом. Чернобог в царской позе восседал на чёрном троне с черепами. От Семаргла их разделяло угольное непроницаемое облако, что накрывало их куполом. Бог первородного огня не мог ни зайти в него, ни увидеть и ни услышать их разговора.

– Чего тебе? – выразил непочтение сын к отцу.

– Смотрю, какой ты жалкий, и стыдно становится. Тебе нравится быть мальчиком для битья?

Надменный и пронзающий взгляд Чернобога говорил юнцу, насколько он глуп. В глубине души парень осознавал, что что-то идёт не так, однако старался всё оправдать.

– Тренировки легкими не бывают.

– Ты шесть лет шёл за лицемерным псом!…

– Не смей его так называть! – перебив, выкрикнул Аристарх.

– И ничему так и не научился, – спокойно продолжил Император Нави: – Перун обучил тебя основам, но он никогда не сделает тебя достойным воином. Я бы тоже не стал растить себе могущественного врага.

– Но я им не враг!

– Им достаточно того, что в тебе течёт моя кровь. Ты всегда будешь для них чужим.

Парень отказывался принимать этот факт. Но понимал, что это правда. В пользу Чернобога играло ещё то, что он ни разу не солгал.

Владыка поднялся со своего трона и начал подходить к сыну. Подойдя к нему вплотную, он явил себе в руку ужасающий длинный меч, схватил юношу за шею и, притянув его к себе, резко вонзил в Аристарха оружие. Тот почувствовал холодное лезвие в себе, но боли не было. Парня переполняли эмоции страха, удивления и глубокого шока.

– Сейчас я научу тебя фехтовать, – держа сына за шею, прошептал Чернобог ему на ухо.

После он отошёл от юноши и извлёк из него меч. Ранение тут же затянулось, и Император продолжил говорить:

– Мы у тебя в подсознании. Здесь ты не умрёшь от нанесённых мной ран. Поэтому будем тренироваться на настоящих мечах, а не на деревянных палках. Ты должен ощущать весь вес железа.

Меч Владыки был непростым. Клинок его рунический, намного шире и извилисто сужался к острию. Дол прозрачный, а в нём находилась немного вязкая жидкость изумрудного цвета. Это яд, что отравляет тело и разъедает душу. Гарда в форме двух змей, обвивших друг друга, с раскрытой пастью, высвобождая клыки. Черенок из чёрной навьей стали, сделанный специально под руку Императора. Вершина рукояти меча была сделана из черепа пятимесячного мертворождённого дитя. Воистину, оружие, достойное своего хозяина.

Чернобог лёгким движением взмаха руки воплотил сыну простой, но удобный меч и сказал:

– Возьми пока этот. После завтрашнего боя с Перуном отправляйся в Навь. Имперский мастер скуёт тебе меч специально под твой темперамент.

– И как мне туда попасть?

– Завтра я тебе всё расскажу. А сейчас в бой!!!

Отец и сын начали свой спарринг. Сначала казалось, что проходили часы… дни… потом месяцы… а после и годы. По ощущениям Аристарха прошло семь лет, пока он тренировался. Параллельно у него было много времени обдумать всё происходящее и изменить отношение к некоторым вещам. Парень не знал ни усталости, ни голода, ни жажды, ни боли. Он без перерыва внимал учения Чернобога в схватке, и был заметен прогресс их усердных занятий. В отличие от Перуна, Владыка мёртвых был заинтересован в том, чтобы Принц смог хотя бы выжить, а потому учил его всем своим приёмам и техникам. Ещё он рассказывал о навыках и слабостях других Богов. Ближе к концу тренировок их клинки перехлёстывались молниеносно, а движения Аристарха были отлично отточены.

И вот, этот момент настал. Чернобог остановил бой, ухмыльнулся и произнёс:

– Ты готов. Теперь можно считать себя неплохим воином.

Император приподнял руку, чтобы щёлкнуть пальцами.

– Стой! – вскрикнул его сын, а после спокойно продолжил: – Подожди. Я думаю, нам нужно поговорить.

– Тебе пора возвращаться, но вот мой совет. Будь умнее и думай сам своей головой. Никогда не полагайся на пса.

Владыка щёлкнул пальцами, и глубокий сон был прерван.

Очнулся он в комнате своей. Жил Чернобожий сын в доме Семаргла и его жены Купальницы. Изба была достаточно простой, но уютной. Жена волка дивной красоты, что не описать. Только вся из воды морской состояла. Купальница за Принцем присматривала, пока он был без сознания. Придя в себя, Аристарх отлежался и пошёл искать волка, поблагодарив водную деву за заботу. Семаргл находился в паре километров от своего дома. Он каждый день приходил к цветам «Купало-да-Мавка». Небольшие растения имели контрастные лепестки огненно-жёлтых и фиолетовых оттенков, что завораживали сознание. В них таилась очень сильная магия.

Молва о трагедии детей Семаргла и Купальницы дошла даже до людских ушей. Только они переврали эту историю, значительно обелив Небесных Богов.

После женитьбы Богов воды и огня, из слезы счастья Купальницы и искры первородного пламени Семаргла были рождены на свет Яви Кострома и Купало. Однако Сварог не благословил брак сына своего. Не нравился ему выбор его возлюбленной, а потому к внукам относился холодно. Да и не сказать, что водная дева и огненный волк были примерными родителями. Часто оставляли детей малых одних, хоть и предупреждали об опасности. Кострому любили сильнее и времени уделяли больше, чем Купале. Тот часто обижался и из-за обид с сестрой плохо себя вёл. За это ему тоже доставалось.

Однажды Чернобог приказал своим верным сиринам выкрасть сына Купальницы и Семаргла и привести к нему. Сирин – это навий гибрид птицы и человеческой женщины. Расцветка оперений их зависит оттого, в каком регионе Нави они вылупились. Их пение имеет гипнотическую силу, что подавляет волю жертвы и приманивает её к себе. На службу во дворец приглашались только самые умные, прозорливые, хитрые и красивые птицы. Переход от человека к птице начинался с плеч, плавно покрывая перьями женское тело и трансформируя его в птичье.

Сирины Чернобога услышали приказ и принялись выполнять его. Они поджидали подходящий момент, а когда он настал, пернатые красавицы заманили его в ловушку своим завораживающим пением и забрали мальчонку. Всё видела Кострома, но родителям сказала, что её брат пошёл в лес, который находился совсем в другой стороне от места похищения. Поэтому найти Купалу родителям не удалось. Сколько бы Семаргл не просил о помощи Сварога в поисках сына, но тот был неумолим. И когда мальчика перестали искать, Чернобог радостно потёр руки и наградил всех сиринов, что участвовали в этом похищении. Сначала Купало очень хотел домой, но Повелитель мёртвых делал всё, чтобы ребёнку понравилось во дворце. Царь тьмы хорошо заботился о нём, предоставил ему милую компанию из детей духов и в целом дал ему намного больше, чем Семаргл. Однако это было не просто так. Владыка старался взрастить в мальчике ненависть к родному отцу, и это ему удавалось. Ему было интересно, сможет ли волк пойти против Купалы, ведь он его сын и являлся Сварожичем.

Прошло полтора десятка лет. Кострома выросла в прекрасную красавицу. Такую, что сама Богиня Лада позавидовала её дивному лику, да навесила на неё проклятие. Кто чужой посмотрит на неё, страхолюдину увидит. Лада не хотела, чтобы родители девушки узнали о проклятии, а поэтому для родных она оставалась всё такой же красивой.

Каждый день Кострома плела венки для суженого, и каждый раз ладным ветром неудач их уносило с головы в реку. Если венок никто не подберёт, дева красная замуж не выйдет. О проказах Лады прознал муж дочери её, Чернобог. Увидел Владыка в этом возможность ой как насолить Семарглу за своё заточение в своём же царстве. Властитель Нави приказал выпустить Купалу и сделать всё, чтобы он получил венок своей сестры. Тогда он будет обязан жениться на ней. Разлучённые в детстве брат с сестрой не узнали друг друга и женились. Да обрушился гнев Богов на обоих.

И вот судят их… несчастных и загубленных Богами душ. Семаргл хотел защитить детей своих, однако побоялся отцовского гнева. Купало это понял, глядя на реакцию волка. Юноша убедился, что всё сказанное Чернобогом про его отца – чистая правда, и сделал то, чего ему не могли простить Боги Прави. Купало отрёкся от своего рода и нарёк себя верным воином Владыки Нави. Семаргл не смог выдержать такого позора и сам лично сжёг своего сына. В огне пылая, парень поклялся вернуться и уничтожить того, кто его породил и убил.

Кострома была помилована, но после того суда, позорного брака с братом и из-за проклятия Лады не хотела больше жить. Она утонула в озере в надежде раз и навсегда избавиться от страданий. Однако обрекла себя на другую, более страшную судьбу, да превратилась в мавку, злую уродливую русалку, что поначалу казалась красивее всех на свете.

Все мужики, что проходили рядом с тем озером, встречая утопленницу, не могли устоять перед её обликом. Оказавшись в объятьях мавки, они видели её реальный облик и пугались. Каждый раз она разочаровывалась и топила их. Это продолжалось долгие сотни лет, пока Семаргл не пошёл просить о милости Небесных Богов. Ему не хотелось больше видеть, как страдает его дочь. А эти Боги не дураки, чтобы миловать потенциальных врагов. Они соврали о том, что не смогут вернуть их тела. Небесные правые господа вернули душу Купалы с Нави из-под влияния Чернобога и объединили с душой мавки, создав из них цветок. Теперь они безмолвные пленники природы, а их корни скованны землёй. Каждую осень брат с сестрой вынуждены умирать, чтобы ожить весной на радость своим родителям.

Похоже, о таких детях они и мечтали…

Цветок «Купало-да-Мавка» прекрасен, но сколько же боли в нём таится… Никто не знал, что сестру и брата свёл Император мёртвых…

Аристарх шёл за Семарглом и, вскоре, увидел его, печально склонившегося перед цветами. Парень решил не мешать. Он скрылся за деревом и просто наблюдал. Однако волк знал, что юнец здесь, ибо они были связаны и Бог огня слышал мысли Принца тьмы.

– Подойди сюда, – призвал его Семаргл.

Аристарх подошёл к волку. Их взгляды пересеклись, и юноша узрел грызущую душу тоску Бога первородного огня. Мысли Арика беспорядочным потоком звучали в его голове. Поэтому Семаргл с пробуждения парня уже знал о тренировках с Чернобогом и что он сказал после них.

– Значит, вы тренировались? Это хорошо, – сказал волк.

В голове Принца послышался голос Императора Нави.

– В отличие от тебя, я забочусь о своих детях. А ты позволял и позволял наказывать их. Но теперь ты, наверно, счастлив. Ведь они больше не смогут разочаровать Богов Небес. Ценности, что несёшь людям, к тебе никакого отношения не имеют. Защитить свой род у тебя не получилось. Вся суть твоего бытия заключается в том, чтобы быть верным пёсиком своего отца! Твоих же детей он превратил в жалкие цветы, вместо того чтобы дать им шанс всё исправить, – надменно язвил Чернобог.

И каждое его слово отзывалось в сердце несчастного отца. Всё сказанное было правдой, но умалчивалось то, что и Владыка тоже сыграл в этом не последнюю роль. Однако, если бы Семаргл и Купальница присматривали за своими детьми лучше и воспитывали правильно, смог бы Император Нави похитить Купалу?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.