Сергей Моисеев
Капитан

Часть 1

Лаборант задумчиво повертел в руках два браслета и откинувшись в кресле, посмотрел на своего начальника.

– Что будем делать с этим, Ориш? – выставил напоказ он кольца. – В утиль?

– Ты разобрался с этим?

– Да, – кивнул лаборант. – Этот вот комплексный прибор. Передатчик, часы, приёмник и ещё куча опций. Тут и навигатор и даже диктофон есть. В общем, зависит от установок. А это, – показывая очерёдной предмет, пояснил он, – типа аптечки скорой помощи. Электронный доктор.

– Какие там лекарства? – полюбопытствовал Ориш.

– Здесь нет готовых лекарств. Есть шесть капсул, из которых создаются нужные препараты на основе анализа. Техника допотопная, но достаточно эффективная, – резюмировал лаборант.

– Положи в сейф, – приказал Ориш. – Командор сказал, что из этого землянина нужно вытрясти всё что возможно. Вдруг пригодится.

– Как скажешь, начальник, – кивнул лаборант. – Питание отключить?

– Оставь, – махнул рукой Ориш. – Вдруг там какая-нибудь защита. Мучиться потом ещё с этим.

***

Капитан открыл глаза и медленным взглядом обвёл обстановку.

«Опять в плену? – мелькнула догадка. – Чёрт. Как мне везёт!»

Он поднялся с постели и спустив ноги на пол, тряхнул головой. Может быть, это сон?

Но нет, вроде бы. Наваждение не проходило.

Браслетов на руках не было и это несколько огорчило. С ними как-то спокойнее.

Капитан судорожно вздохнул, словно набираясь решимости и ещё раз оглядев обстановку, задумался.

Из этой клетки ему уже не вырваться. Наверняка они учли прошлые ошибки и приняли меры. Глупо и обидно подыхать подопытным кроликом. Но что делать. Будем искать новые ошибки, постарался обнадёжить он себя.

Капитан подошёл к двери и протянул руку, желая проверить, заперта ли она. На ней тотчас замигала какая-та предупредительная надпись и руку пришлось убрать. Не стоило пока рисковать своими конечностями. Посмотрим, что будет дальше.

Через какое-то время прямо сквозь дверь в комнату въехал сервировочный столик, заставленный какими-то продуктами и капитан довольно улыбнулся. На сытый желудок помирать всё же гораздо легче.

Едва подкрепившись, он мгновенно уснул и проснулся с полным ощущением, что с ним что-то делали.

Сумрачно рассматривая нависшую над ним матовую овальную плоскость, чем-то напоминавшее большее стальное зеркало, он вскоре пришёл к выводу, что эта клетка, в которой его поселили, и есть лаборатория.

Радовало только одно: его не будут таскать по разным местам, где от одного вида непонятной техники можно было до смерти напугаться и что здесь он закончит свою никчёмную жизнь в сумрачной скорби и тихой печали. Ну что ж. Вполне подходящий, довольно уютный, такой, гробик.

Через пару дней, а может быть и неделю, капитан уже потерял чувство времени, в комнату вошёл человек.

– Здравствуйте, – тщательно выговаривая слова, поздоровался он.

Судя по угловатым движениям и манере говорить – это был робот.

Капитан кивнул и критически осмотрев довольно молодого, но чем-то похожего на него парня, спросил:

– Это робот? – и быстро поправился, сообразив, что незачем сразу злить гостя. – Ну, в смысле, вы робот?

– Да, – утвердительно кивнул гость. – На вашем языке: электронно-механическая машина класса «ТУ». Мы с вами будем изучать ваш психодинамический образ. Кинесику, семиотику и прочие направления в этой области.

– Я даже слов таких не знаю, – усмехнулся капитан. – Что такое кинесика?

– Это наука о языке жестов, поз, – пояснил робот. – Пока я многого сам не знаю, и значит, нам предстоит учиться вместе, – изобразил он улыбку.

Капитан улыбнулся в ответ и робот тут же спросил:

– Вот сейчас, до улыбки, вы приподняли брови. Что это значит?

– Я? – удивился капитан. – Ах да, – вспомнил он. – Это происходит неосознанно и поэтому я не запоминаю, – пояснил он. – Это было что-то вроде: «о-о, какие грандиозные у вас планы».

– Постарайтесь в следующий раз не забывать об этом, – предупредил робот. – Это важно для нас.

– Хорошо, – согласился капитан. – Кстати. Как мне называть вас. Ту?

– У меня есть имя, – поправил его робот. – Клерк. Можете называть меня так.

– Вполне земное и подходящее, – улыбнулся капитан. – Значит, мы будем изучать язык наших жестов, Клерк? Что ж. Будет хоть чем заняться.

На самом деле радовался он совсем другому. Нужно будет как-то использовать этого робота для обретения свободы, подумал он. Жизнь снова стала приобретать розовые тона.

На следующее утро Клерк пришёл снова и капитан, выбрав подходящий момент, предложил:

– Я бы с удовольствием изучил ваш язык. Возможно, это даст нам больше возможностей для взаимопонимания. Как ты на это смотришь, Клерк?

– Никак. Вам это не пригодится, – сурово отрезал Клерк.

– Дело ваше, – смиренно согласился капитан. – Я лишь хотел помочь вам. Ну хоть прогулки можете организовать? – уцепился он за последнюю возможность. – Вам, роботам, этого не понять, но живому существу нужно движение. Ходить, – изобразил капитан пальцами шаги. – Это основа жизни.

– Я передам вашу просьбу руководству, – согласился Клерк.

Робот оказался, как впрочем и полагалось таким типам, весьма дотошным следователем и капитан как-то нечаянно посетовал по этому поводу:

– Вам следовало бы взять в плен женщину. Вот где настоящий гейзер эмоций.

Клерк это понял по-своему. Его лицо исказилось и очень быстро приняло форму довольно миловидного женского лица.

– Нет-нет, – запротестовал капитан. – Ты меня не так понял. Верни это обратно, – обвёл он свое лицо пальцем, – Я не смогу и сотой доли воспроизвести из этого убийственного арсенала.

– Почему убийственного? – не понял Клерк.

– Ну, – растерянно улыбнулся капитан, пытаясь сформулировать ответ, – это сложно объяснить. Любовь-морковь и всё такое.

– Чтобы любить вам нужно есть овощи? – опять не понял Клерк.

– Это просто выражение такое, – пояснил капитан. – Я же говорил, что для лучшего понимания мне нужно знать ваш язык, – с досадою отметил он. – Я бы сразу понял, какие образы используете вы для выражения чувств и сравнить их. И всем было бы ясно.

Клерк задумался, но ничего не сказал.

Только через несколько дней он пришёл улыбающимся.

– Вам разрешили прогулки и дать основы нашего языка, – радостно доложил Клерк. – Начальный курс, – уточнил он.

За очень короткое время Клерк поднаторел в области жестов и мимики и вёл себя практически как человек.

Капитан от радости чуть было не потёр руки, но вовремя спохватился. Досадно было бы провалить такой успех в первый же день.

Для прогулок ему выделили довольно просторное соседнее помещение, где кроме стен ничего не было. Но и это страшно обрадовало капитана. Теперь он мог гулять.

С языком оказалось всё ещё проще. Утром он встал с башкой, полной набитой какой-то дребеденью и только когда пришёл Клерк, смог понять, что во время сна ему «загрузили» язык.

– Чем больше мы будем говорить на нём, тем быстрее вы его освоите, – успокоил капитана Клерк.

Но на деле оказалось всё не так просто. Видимо создатели этой технологии что-то не доработали или восприятие образов у них было устроено по-другому, но восприятие давалось с трудом. Хотя капитан, каким-то невероятным образом и знал образное значение каждого слова, но ни прочитать, ни определить на слух его не мог. В башке всё постоянно путалось и «синхронизировать» звуки и буквы стоило титанических усилий.

Впрочем, довольно скоро мозг разобрался в этой чехарде и дело пошло на лад. Уже через пару месяцев капитан мог свободно читать, практически полностью понимая смысл написанного, но говорить он научился гораздо позже, когда с грехом пополам научился думать на чужом языке. Писать он так и не научился. Просто было не на чем. Бумаги у пришельцев не оказалось, а доступ к сложной электронике у него был закрыт. Почти сразу, Клерк притащил ему какой-то допотопный планшет, где было всего три кнопки. Вверх, вниз и выбор. Для чтения этого было достаточно и капитан несказанно рад был и этому. Судя по количеству заголовков файлов – читать не перечитать. Но писать на нём было невозможно.

Спустя какое-то время капитан попросил поставить ему в комнату нечто вроде телевизора, чтобы более полноценно изучить жесты и мимику пришельцев, но с ним вышла заминка.

Вначале Клерк вроде бы одобрил идею, но уже на следующий день заявил, что это невозможно. Отдельного канала для просмотра у пунерианцев не существовало, а позволить контактировать с другими членами экипажа ему не могли. Как впоследствии узнал капитан, никто просто не захотел заморачиваться с настройками безопасности ради одного пленного. «Изолировать» его от остальных было секундным делом. Было правда, предложение, просматривать статистические картинки, но капитан гордо отказался. Не хватало ещё смотреть каждый день на эти тупые рожи.

Было немного досадно, что вариант с теликом потерпел неудачу, но зато оставалось больше времени на прогулки и просто поразмышлять о дальнейшей своей судьбе. Правда, это доставляло с течением времени всё меньше удовольствия, поскольку представлялось почему-то в мрачных тонах. Одно воспоминание о Клерке уже вызывало тревогу. Его способность к мимикрии поначалу вызвало такое беспокойство, что капитан подолгу не мог уснуть, мучаясь от страхов и переживаний. Подобный терминатор, созданный на грани добра и зла, но не ведающий что это такое, мог в одиночку с лёгкостью уничтожить всю колонию. И только когда капитан вспомнил об идентификаторе, встроенный на уровне генов в каждого колониста, немного успокоился. Поначалу этот идентификатор предполагалось использовать для идентификации личности, если от человека мало что осталось, ну и для ограничения доступа к некоторым объектам. Но со временем это свелось лишь к защите от проникновения диких зверей на территорию колонии. По крайней мере, подумал капитан, система предупредит, что в зоне находится неопознанный объект и поднимет тревогу. Как работает эта система капитан толком не знал и сейчас радовался, что выудить из него эту информацию не удастся. Тем не менее, однажды Клерк всё же спросил его об этом, но не получив вразумительного ответа, больше не возвращался к этой теме. Тем не менее, в душе капитана всё же остался горький осадок, что он был прав в своих подозрениях и вся его «помощь» до добра не доведёт. Пока утешало только одно: он тоже учился на своих врагах.

Прошёл год и капитану порядком осточертела такая жизнь

– Что-то я не видел ни одного пунерианца, – как-то пожаловался он Клерку. – Их сюда не пускают?

– Они все спят, – ответил Клерк.

– Мне бы так, – завистливо вздохнул капитан. – А то я скоро начну выть в этой мышеловке.

– Потерпите, – успокоил его Клерк. – Скоро мы прибудем на базу. Остался всего лишь один год.

«Год?! Это не так мало, как кажется этому идиоту» – но высказывать свои мысли вслух капитан не стал.

– Разве меня не убьют? – деланно удивился он.

– Зачем же, – улыбнулся Клерк. – Вы принесли много пользы и принесёте ещё. Мы не убиваем тех, кто приносит нам пользу.

– Что значит: принесёте ещё? – насторожился капитан. – На мне собираются ставить опыты?

– Как такая убогая цивилизация умудрилась сбить столько наших кораблей и уничтожить армию Кинтара? – в свою очередь удивился Клерк. – Чтобы знать о вас всё – нам даже не надо снимать с вас одежду. Ваше биополе, – провёл он рукой не прикасаясь к капитану, – несёт всю необходимую нам информацию.

– Тогда чем я ещё смогу помочь вам? – озадачился капитан. – Неужели вы рассчитываете с моей помощью захватить колонию?

– Опять не угадали, – развеселился Клерк. – Пока мы не устраним нимерийцев, вопрос с колонией не может быть решён. В рамках этого эксперимента создать подходящие условия для возникновения эмоций конечно можно, но есть опасность, что вы будете подыгрывать нам, – пояснил он. – В естественных условиях у вас не будет нужды разыгрывать спектакль и весь спектр эмоций будет натуральным. Мы будем наблюдать за вами.

– А если я сбегу? – улыбнулся капитан.

– Куда? – усмехнулся в ответ Клерк. – Система контроля найдёт вас даже на дне океана. А сбежать на корабле и тем более не получится. Все входы и выходы будут для вас заблокированы.

– Как всё серьёзно, – иронично посетовал капитан.

– Вот видите, – заметил Клерк, – чем плох наш эксперимент. Сейчас вы выразили деланное огорчение, да ещё в придачу какую-ту непонятную насмешку. В жизни вы так бы не поступили. Верно?

– Конечно, – бойко подтвердил капитан, но не смог сдержать улыбку.

– Почему вы улыбаетесь? – насторожился Клерк.

– Радуюсь предстоящим переменам, – нашёлся капитан и заулыбался ещё шире. Дурить роботов весёлое занятие.

Часть 2

Прошёл ещё год и капитан уже стал офигивать от безделья. Он бегал, прыгал, отжимался от пола, но это мало помогало. Даже читать не хотелось. Истории были скучнейшие и как он довольно скоро понял, написанные совсем не пунерианцами. Он не понимал шуток и убив раздел в пятьсот страниц, названный видимо в насмешку «анекдотами», так ни разу и не улыбнулся. Да и как тут улыбнёшься, если он с трудом вникал в суть написанного. Нужно было там родиться или хотя бы пожить какое-то время, чтобы оценить степень юмора. Впрочем, даже на Земле, эту тему понимают далеко не все и не всегда. Что уж тогда говорить о представителях других рас.

Как-то шутку он поинтересовался, читают ли сами пунерианцы подобные опусы, на что получил шокирующий ответ.

– Книги нужны для покорённых народов и бездельников. Писать и читать – утомительное занятие. Это могут позволить себе только отсталые народы, вроде вас. Меньше будут думать о заговорах и революциях, – пояснил Клерк.

– Сами вы отсталые, – гневно возразил капитан. – Это культура. Просвещение.

– Да? – усмехнулся Клерк. – По книжке вам бы и двух лет не хватило, чтобы освоить наш язык.

– Я не об этом, – отмахнулся капитан. – Как источник знаний, книга конечно, устарела. Пришли другие форматы. Книга даёт возможность уединиться. Заглянуть внутрь себя. Сравнить себя с главным героем и найти свои худшие стороны. Автор делиться с нами своим мировоззрением, а мы, в свою очередь, делимся с ним своим. Никакой другой вид искусства такого не даёт. Вот в чём фокус. Ну а если быть предельно честным, – воодушевился капитан, – то первоисточником всех знаний всё равно является книга. Чтобы что-то сделать – надо сначала написать, как это сделать. Даже первобытный человек «писал» – подчеркнул он, взмахнув пальцем, – свои каракули на стенах пещеры, чтобы потом проникнуться этим образом и придать ему какое-то значение.

Клерк улыбнулся и согласно покачал головой.

– Философ вы, однако, – заметил он. – Но в нашей реальности пунерианцы книг практически не читают, ибо, как вы правильно заметили, книга разлагает, внося душевный диссонанс. А дикарям читать можно. И нужно, – подчеркнул он. – Они становятся мягче. Гуманней. И беззащитней. То, что нам надо.

Возразить против такой логики капитан не смог и устало махнул рукой.

– Делайте что хотите, – пробурчал он. – Всё равно вас когда-нибудь побьют.

– Не думаю, – усомнился Клерк. – Мы даём нашим народам мир и процветание, о котором они и мечтать не могли. Жизнь без войн, насилия и прочих пороках общества. Сказка, а не жизнь. Впрочем, вы сами скоро всё увидите.

– Они стали рабами. Их унизили. Лишили свободы. Какое тут счастье, – безрадостно вздохнул капитан.

– Никто несвободен в этом мире, – возразил Клерк. – Это иллюзия. И не забивайте себе голову подобным вздором. Сейчас они живут лучше, чем жили до этого. И счастливы. А это главное.

– Ладно, – не стал возражать капитан. – Посмотрим на ваших счастливых рабов. Может и я стану счастливым, – улыбнулся он.

***

Наконец пришёл долгожданный день освобождения. Капитану вернули его браслеты и разъяснили, как он должен вести в этом обществе и на что он может рассчитывать.

Клерк протянул ему бактерицидную маску и сказал:

– Первую неделю снимать её можно только дома. Этой для вашей же безопасности. И для этой планеты тоже, – резюмировал он. – Вакцину мы вам вкололи ещё на первом году, так что процесс адаптации у вас практически завершён. Но вирусы всегда готовы преподнести нам сюрпризы, так что масочку неделю не снимайте. Удачи вам на благословенной Клирии.

Аптечке и передатчику капитан был несказанно рад. Хоть какая-то связь с прошлой жизнью. Первую неделю ему дали на освоение нового мира, а потом он должен был идти работать.

Город несколько ошеломил капитана. Он уже отвык от такой массы народа и толчеи. От разношёрстной толпы вначале рябило в глазах, но сколько бы он не пытался разглядеть в толпе экзотическое существо с мордой ящера или другого животного, так и не смог. Местные аборигены на людей были мало похожи. В основном все небольшого роста, большими, грустными как у лемуров, глазами и кожаной «шапочкой» на голове. Сквозь шапочку пробивались редкие ряды волос, но у некоторых они вырастали до приличной длины, колыхаясь на ходу подобно перьям. Слегка выступающие «щенячьи» мордочки придавали им забавный вид.

Были здесь представители и других рас, выделявшиеся из толпы в основном своим ростом, но их было очень мало. Поэтому капитан не очень жаждал общения с ними. Как-нибудь на досуге. Тем более, что саки, как назывался этот народ, оказался довольно дружелюбным и словоохотливым видом. Поболтать они любили. Но возможно, его принимали за пунерианца и по этой причине относились с уважением. Поэтому капитан не сильно радовался этому обстоятельству. Посмотрим, рассуждал он, как поведут себя они, когда я выйду на работу. Заодно в голову пришла интересная мысль, что все разумные существа во вселенной имеют один общий отличительный признак. Они все практически лишены волосяного покрова и по-видимому, в этом есть какой-то смысл. Но пока об этом думать было некогда и капитан решил помыслить на эту тему как-нибудь на досуге.

За неделю он так освоился, что смог даже различать лица саки. До этого ему казалось, что он попал в город близнецов.

Заметил он и ещё одну особенность саки, которую не сразу разглядишь в стремительном водовороте жизни. У них были острые зубы и жевать они не могли. Капитан понял это не сразу, изумлённым взором провожая быстро менявшихся за его столиком в кафе посетителей. Пока он тщательно пережёвывал, похожий на кусок бурой пластмассы, местный бифштекс, их могло смениться несколько. Саки были всеядные, но глотали куски не разжёвывая, быстро и жадно поглощая пищу, словно кто-то мог отобрать её.

Сам город не впечатлил капитана, хотя и удивил своим видом, когда он покидал корабль на челноке. Сверху он был похож на огромный пандус, скрывающий что-то под собой. Но как оказалось, это и был сам город, упертый многочисленными опорами в землю и словно парящий в воздухе. В какой-то момент, капитану даже представилась гигантская морская черепаха, задравшая свои ласты к верху. Вид сверху очень напоминал её панцирь.

А вот внутри было всё как у людей: дома, улицы и парки. Не было только транспорта. Ни велосипедов, ни машин, ни стремительных дронов в воздухе. Единственным средством передвижения служили небольшие кабинки, установленные чуть ли не через каждые сто метров. В кабину могло вместиться двое саки или один капитан. Не больше. Достаточно было назвать пункт назначения и кабина, уйдя вниз, стремительно перемещалась в нужную точку. Как работает эта система капитан так и не смог выяснить, потому что увидеть, что происходит снаружи, было невозможно. На все вопросы саки недоумённо пожимали плечами и смущённо улыбались. По всей видимости, никто таким глупым вопросом из них не задавался. Этим необычным видом транспорта можно было попасть не только в любую точку города, но в собственную квартиру. Две специальные ниши располагались прямо в комнате. Одна для кабинки, а вторая для доставки заказов. Прямо на стенке висела панель управления, где можно было выбрать любое блюдо или что-нибудь из гардероба. Если вам лень тыкать в экран, то можно было заказать и голосом. Но капитан воспользовался другим способом, в первый же день подсмотренный в головизоре. Нужно было переключиться на кулинарный канал и тыкать пальцем в понравившееся блюдо, подтверждая каждый раз голосом; «заказ». Еда доставлялась моментально. Вообще, головизор объединял в себе очень много функций. Там можно было поговорить с другом, написать сообщение на виртуальной клавиатуре или найти нужную информацию. Некий аналог земного интернета, но без хакерских атак, вирусов и назойливых рекламных баннеров.

Капитан как-то упустил из виду вопрос оплаты при расставании с Клерком и теперь наслаждался коммунизмом. Пища была вкусной, а из чего она была сделана, капитану было всё равно. Да и лучше этого вовсе не знать. Жить спокойней.

Вызов транспортной кабинки осуществлялся самой обычной, примитивной кнопкой. Её нужно было нажать. Наверное, для безопасности.

Во всей этой кутёрьме, только кабинки не давали капитану покоя. Остальное он ещё как-то мог домыслить. А здесь его рассуждения постоянно упирались в тупик. Едва он нажимал кнопку, как дверцы сразу разъезжались, приглашая его вовнутрь. Получалось, что кабинка всегда стоит на месте, ожидая пассажира. Но тогда нужно сделать немыслимое количество переходов или объездов, чтобы обойти её. Хотя капитан и не знал, на каком этаже живёт – лифтов и лестничных переходов в домах не было, но подозревал, что здание немаленькое. Снаружи не было даже окон, чтобы можно было оценить высоту здания. Стеклянные панели создавали эффект зеркального полотна и понять, где заканчивается этаж и начинается новый, было невозможно. Большинство зданий несло дополнительную функцию опоры, перекрываемых новыми уровнями и весь город представлял собой, по сути одно единственное здание. Внутри комнат окна были, но это ничего не меняло. Всё равно он не знал, на каком уровне находится. И эта неопределённость его постоянно смущала. Как сделать такую разветвлённую сеть не создавая никому проблем? А ведь ещё существовал грузовой маршрут для еды и вещей. Теперь ему становилось понятно, почему никто не знал, как эта система устроена. Дойти своим умом было просто невозможно.

Через неделю на головизоре замигал огонёк и как только капитан прикоснулся к нему, в ажурной рамке высветилась надпись, куда он должен проследовать.

«Всё, – вздохнул капитан. – Коммунизм кончился. Теперь будем отрабатывать, что сожрали. А съели мы немало, – подытожил он».

Довольно внушительное здание, куда прибыл капитан, оказалось мясным цехом по производству колбасок.

«Хоть халявной колбасы наемся» – обрадовался капитан, но не угадал.

Управляющий смерил его оценивающим взглядом и махнул рукой своему помощнику:

– На линию.

– Что я должен делать? – спохватился капитан, подозревая, что управляющий не в курсе его способностей.

– Рукой махать, – по-дружески моргнул он обеими глазами и успокоил. – Работа лёгкая.

Всё происходящее выглядело глупым розыгрышем, но капитан не подал вида и молча последовал за помощником.

Работа и впрямь оказалась простой. Шприцы в автоматическом режиме набивали колбаски и капитану оставалось лишь следить за тем, чтобы форма и вес соответствовали стандарту. А также провожать грустным взглядом убегающее вдаль добро. Варочный цех был в другом помещении и с халявной колбаской случился облом.

Если шприц вдруг забивался, то следовало поднять руку и станок останавливался. Далее следовало вызвать наладчика и снова запустить станок, подняв руку.

Работа, в общем-то дебильная, но выбирать не приходилось. Как впрочем и задавать вопросы: почему бы не поставить автоматику и сюда. На него смотрели с непониманием и даже с подозрением. Это же работа такая. Причём, очень ответственная. Датчик может оценить степень «набитости» колбаски, объясняли ему, но не может оценить степень её аппетитности. Как можно разглядеть в сырой колбасе степень её аппетитности – капитан понять так и не смог.

Целый месяц капитан промаялся в цехе устав до чёртиков от безделья и ходьбы. Под его началом было аж двадцать станков и за всеми нужно было следить. Ни один, правда, за это время не сломался и рукой помахать не удалось. Что тоже несказанно огорчило капитана. Не удалось посмотреть, что ж там, внутри станка. Но видимо всё же, его работа в чём-то не устроила управляющего и в конце недели его вызвали на «ковёр». По крайней мере, он так думал, направляясь в его кабинет. Но он опять не угадал.

– Как вам работа? – улыбаясь, спросил управляющий. – Желаете остаться или получить новую специальность?

– Махать двумя руками? – улыбнулся капитан.

Управляющий юмора не оценил и вполне серьёзным тоном продолжил:

– Нет. В соседний цех требуется наладчик. Кажется, у вас есть навыки работы с техникой? – осведомился он.

– Есть, – кивнул капитан и тут же добавил: – Я согласен.

Махать руками он больше не желал. Слишком муторно.

– Зарплату когда здесь дают? – поинтересовался капитан, пользуясь случаем. Месяц-то прошёл. Пока продукты дают, но кто его знает, как дальше будет.

– Ах, да, – виновато всплеснул руками управляющий. – У вас особый статус, поэтому вышла заминка. Получите карту в отделе страхования. Завтра вас проводят на новое место работы. Можете идти.

Новая работа тоже оказалась «не бей лежачего» и капитану пришлось мысленно согласиться с Клерком, что рабы живут здесь, если и не очень счастливо, то совсем неплохо. Может где-то и вкалывают по-чёрному, но только не в этом городе. Эти саки если и устают, то только от безделья.

Через месяц капитана пригласил в гости напарник по работе Пато и капитан несказанно обрадовался. Он давно мечтал посмотреть, как живут саки. Без приглашения в чужой дом не войдёшь и эта процедура была страшно забюрократизирована. Следовало заранее подать заявку и только когда чиновник убеждался, что всё соответствует неким нормам, давал добро.

«Мой дом – моя крепость» – усмехнулся как-то капитан, когда сам попытался пригласить приятеля в гости. Целую неделю он ждал разрешения, но ему почему-то отказали. Причину отказа он так и не узнал.

На этот раз добро было получено и капитан даже приоделся, надев вместо футболки рубашку. Шорты и сандалии он решил не менять. И так сойдёт.

Часть 3

Пато важно провёл его по всем трем комнатам, поясняя, кто где живёт и несомненно был горд за своё жилище. Ни детей, ни жены капитан не увидел и на свой немой вопрос получил короткий ответ.

– Они в отпуске. На Санри, – лаконично изъяснил хозяин и повёл своё повествование дальше.

Капитан уважительно качал головой, как бы восхищаясь его «богатством», но обстановка его не впечатлила. Квартира напарника ничем не отличалась от его собственной. Та же спартанская обстановка: кровать, обеденный столик и тумбочка возле каждой кровати с голопроектором в виде цветочной вазы. Ну, разве что обои другие. Трёхкомнатную квартиру ему дали потому, что у него семья была большая. В одной комнате он обитал с женой, а в двух других разместились два мальчика и девочка.

Впрочем ничего другого и не надо было. Ванная, туалет, контейнер для химчистки и встроенный шкафчик для вещей – вот стандартный набор удобств каждого саки. У капитана в шкафчике хранилась только роба, привезённая с далёкой теперь Зари. И да. Сегодня он положил туда ещё и футболку. Обычно он их выбрасывал.

Холодильник, микроволновка, стиральная машина, посудомойка и пылесос – всё это были чуждые для этого мира вещи. Ничего стирать, мыть и убирать не приходилось. Для уборки использовался общедомовой робот, который раз в неделю наводил идеальный порядок. В случае нужды, его можно было вызвать и в неурочный час. Всё остальное просто отправляли в мусоросборник, которым служил всё тот же узел снабжения доставки продуктов и вещей.

Всё было очень рационально и практично.

Первым делом, после экскурсии по дому, Пато включил голопроектор и взмахами руки разделил панораму на несколько частей, чтобы все друзья поместились в обозреваемом пространстве. Как только фигуры друзей материализовались в воздухе, светясь от счастья, он начал хвастать, что пригласил в гости инопланетного друга с неведомой и очень далёкой Земли, чем вызвал всеобщее восхищение. Капитану оставалось только глупо улыбаться и ждать, когда ораторский пыл Пато иссякнет.

Потом они заказали ужин и капитан поведал свою грустную историю.

Пато тоже не остался в долгу и рассказал о нелегкой истории своей страны. Но свелось всё, в общем-то, к одному: как плохо они жили раньше и как хорошо живут теперь. Капитан вначале скептически оценивал этот монолог, но потом вдруг согласился. А ведь действительно. К чему накапливать богатства, если они никому не нужны. Всё их богатство теперь были дети и только им они уделяли основное внимание. Нет нужды вкалывать, чтобы прокормить семью и сейчас, они работают только для того, чтобы получать удовольствие от жизни. Всё-таки, деньги на дороге не валяются. Как же он раньше не сообразил?

И вроде всё встало на свои места.

Пато долго мялся, не решаясь поведать нечто важное, но потом всё же сказал, что кое-где ещё сохранились повстанческие отряды и иногда повстанцы приходят в город. Правда взять или купить они ничего не могут, так как для них ничего не работает, поэтому уходят ни с чем.

– Почему ничего взять не могут? – удивился капитан и тут же понял, что сморозил глупость. Товары на прилавках здесь не лежали и даже банкоматов, которые можно было взломать, тоже не было.

– Ну можно же карту отнять, – нашёлся он.

– С чужой картой ничего не купишь, – возразил Пато. – Без этого кода, – ткнул он пальцами себя в грудь, – карта работать не будет.

– Ну, попросить тогда кого-нибудь купить, – не унимался капитан.

Пато страдальчески дернул головой, сердясь на наивность капитана и объяснил:

– Когги сразу увидят и заберут обоих. Больше ты их не увидишь, – вздохнул он.

Когги – так называли здесь служителей порядка. В черной униформе и шлеме с непроницаемым забралом, они выглядели весьма внушительно. К тому же, ростом они были гораздо выше саки. Видимо, их набирали из других рас. Но капитану всего лишь раз довелось увидеть их, и поначалу, он даже думал, что это страшилка для новичков. Встретить стража порядка ему долго не удавалось. Встреча была случайной. Когги выскочил на перекрёсток и бросив взгляд на капитана, быстро скрылся из виду. Ни до, ни после этого, увидеть когги больше не довелось.

Известие о повстанцах взбудоражило капитана, но он старался не подавать вида. В конце концов, надежда на то, что они помогут выбраться из плена, была ничтожной. Вряд ли они обладают какими-то знаниями, чтобы суметь помочь ему. Тот факт, что они посещали город, ни о чём не говорил. Возможно, у них есть какая-то защита от когги, а возможно, их не видят просто потому, что их нет в базе данных. Такой вариант исключать было тоже нельзя. Централизованная система слепа на безродных.

Но раз разговор зашёл о повстанцах, то капитан всё же спросил:

– Зачем же они ходят тогда сюда?

– Не знаю, – пожал плечами Пато. – Домыслов конечно много, но точно не знает никто.

Они ещё долго болтали о пустяках и расстались уже далеко за полночь.

Весь следующий день капитан провёл в тягостных сомнениях, но всё же решил придерживаться своего варианта. Каждый день он методично просматривал списки вакансий и искал работу как можно ближе к космодрому. На что он надеялся, он и сам не знал, но вера в то, что ему удастся сбежать с этой планеты, была неистребима.

Где-то через пару месяцев счастье улыбнулось ему и капитан, отпросившись с работы на три дня рванул в другой город. Тикму. Требовался смотритель взлётно-посадочной полосы. Это был, по сути, местный аэропорт и совсем рядом с космопортом.

Тикма разительно отличалась от Агаси, где он жил и работал. Даже не нужно было подниматься на высоту, чтобы понять это. Многоэтажные дома взлетали вверх как птицы, устремляясь к небесам и весь город был опутан ажурной тканью бесконечных уровней и переходов. Но капитану было некогда разглядывать достопримечательности. Нужно было спешить, пока кто-то другой не занял его место.

Он опередил своего конкурента всего на два шага и с радостной физиономией влетел в кабинет. Чуть не опоздал.

Тучный управляющий, что было в общем-то, несвойственно всем представителям этого вида, безразличным взглядом окинул его и жестом предложил сесть.

– Работа очень опасная, – заунывно начал он.

– Я согласен, – радостно перебил его капитан. – Когда начинать?

Это возымело некоторое действие на управляющего. Видимо предшественники капитана были не столь напористы.

– Работа действительно опасная, – сурово повторил управляющий. – Эту территорию облюбовали воранги – весьма свирепые и хитроумные хищники. Вот, – кивнул он на фотографию на стене. – От одного вида обделаться можно.

Действительно. На фото, грозно оскалив невероятно длинные клыки, сидела свирепая дикая кошка. Капитан невольно порылся в своей необъятной памяти и смутном образе забытых воспоминаний нашёл некое соответствие – саблезубый тигр. Но кажется, они вымерли, подумал он и значит, не так опасны. Выживают вроде сильнейшие.

– Раз вы согласны, – продолжил управляющий, после непродолжительной паузы, – то ознакомьтесь с вашим оружием.

Он подошёл к шкафчику и достал оттуда автоматическую винтовку и два магазина к ней.

– Транквилизаторы, – тряхнул он магазином и передал всё это добро капитану.

– Но это всё ерунда, – бросил управляющий, направляясь обратно к столу. – Вот, – достал он короткую увесистую палку из ящика стола.

Он любовно прошёлся по ней пальцами и расстроено вздохнул, словно расставался с любимой вещью.

– Дальнобойный шокер. Бьёт на восемьдесят метров. Сто двадцать зарядов. Держи, – обречённо протянул он оружие.

– Да, – восхищенно поддакнул капитан, подыгрывая управляющему. – Это вещь.

– С винтовкой много не навоюешь, – вздохнул управляющий. – Эти твари подкрадываются так тихо, что и выстрелить не успеешь. А работать, в основном, приходиться ночью. Ты не волнуйся, – всполошился управляющий, подумав наверное, что этим отпугнёт претендента. – У тебя будет сменщик. Выспаться успеешь.

И обмякнув в кресле, поведал короткую историю.

– Раньше полосу киборги охраняли. Им и оружие не надо было. Эта железка одним пальцем с ворангом справиться может. Но машина есть машина. Они перебили столько ворангов, что правозащитники животных возмутились и послали петицию в правительство. Пришлось нам убирать киборгов и открывать новую вакансию. Теперь вот сами охраняем.

В первый же день, тигры, как окрестил их капитан, едва его не съели. Взлётно-посадочная полоса, по сути, представляла собой площадку для стоянки, поскольку разгонятся по ней было некому. Вся эта разношерстная масть, которая постоянно ревела и гудела в воздухе, плавно садилась на выделенные квадраты и место всем хватало. Летающие тарелки, аэробусы и ещё куча всевозможных летательных аппаратов постоянно кружила в воздухе и время от времени высаживала или забирала пассажиров.

Квадрат десять на десять километров пешком обходить затруднительно и капитан, вскочив на самодвижущуюся платформу, отправился в свой первый обход. Можно было, конечно, оставаться в своей сторожке и никуда не выходить. Система охраны выдала бы сигнал тревоги в случае проникновения в зону посторонних объектов и вот тогда уже можно было мчаться с шашкою наперевес. Но ведь надо же знать свой объект как свои пять пальцев, чтобы в случае опасности было понятно, куда бежать. Да и муторно всю ночь сидеть у телека. В сон клонит.

В этот раз капитан даже не заглянул под «капот» чуда инженерной мыли – небольшой четырёхметровой платформы, плавно приподнявшейся над землёй при его появлении. А чего зря суетиться? Всё равно он ничего не поймёт, а спросить здесь не у кого.

На взлётную полосу он мог залетать, только если туда проникнет животное и поэтому капитан медленно полетел вдоль периметра, удерживаясь за специальную ручку на пульте управления.

« А ничего так, прикольно, – отметил он про себя. – И ветерок обдувает».

Темнеет здесь быстро и вскоре капитан включил прожектор, рассеяно следя за лучом.

За мыслями он не заметил, как две тёмные, крадущиеся за ним тени, запрыгнули на платформу и только когда её от этого немного тряхнуло, очнулся от своих грёз. Капитан обернулся, но было уже поздно. Одна из кошек прыгнула на него и только чудом капитан успел увернуться, оттолкнув её за борт. Но хищник всё же успел полоснуть когтями и два кровавых следа окропили рубашку. Волна страха хлестанула по нервам, но всё же капитан с нею справился, негнущимися пальцами ухватив шокер. Вторая кошка злобно зарычала, готовясь к прыжку, но эта заминка обошлась ей дорого. Сверкающий луч вонзился в её тело и жалобно взвизгнув, она уткнулась мордой в платформу. Капитан шумно выдохнул, пытаясь сбросить напряжение и прибавил газу, чтобы второй хищник не нагнал его. Надо было немного успокоиться и унять охватившую его дрожь. Но трястись от страха было некогда. Не дай бог воранг рванёт в аэропорт и завалит кого-нибудь из пассажиров. Это могло обернуться для него крупными неприятностями. Капитан сердито зарычал, злясь на свою трусость и свернув в сторону, взлетел над заградительной сеткой, чтобы выбросить хищника подальше в кусты. Минут двадцать он ещё там поваляется без чувств и если его не сожрут, то сунется сюда не скоро. У страха глаза велики. Для этого надо будет очень сильно проголодаться.

Вторую кошку долго искать не пришлось. Она сама ждала капитана. Скаля зубы и закипая от злости, хищник терпеливо поджидал свою жертву. Мощный луч прожектора выхватил его тело и капитан даже увидел, как под кожей играют стальные мышцы. Но исход битвы был предрешён. Луч шокера поразил кошку издалека, заставив её издать душераздирающий крик и всё было кончено.

– Это не смертельно, – усмехнулся капитан и втащив воранга на платформу, повёз его на «родину», в лесную чащу. Сбросив хищника, он вернулся к своей сторожке. Теперь можно было заняться и собой. Капитан осмотрел рану и сумрачно цокнув, решил, что раны следует зашить. Вызвав врача, он предупредил управляющего, что сегодня уже не сможет работать и попросил найти замену.

После такой передряги, на следующую смену капитан надел свой старый комбинезон и довольно похлопал себя по груди. В такой броне не страшно и тигру в пасть.

Часть 4

В этой шумной глухомани, а по-другому назвать он и не знал как, и поговорить было не с кем. Город большой, народу много, а ты стоишь один, всеми забытый и заброшенный. Грустно.

Капитан прислонился к стене дома и сумрачно наблюдал за прохожими. Познакомиться бы с кем, но пока подходящей физиономии не наблюдалось. Абы с кем знакомится он не хотел, да и нравы были здесь совсем другие. Казалось бы, под стать городу и жители должны быть легкими, воздушными на подъём. Ан нет. Лица у всех серьёзные, суровые даже можно сказать. Никто и не улыбнётся. Гараны не жалуют приезжих и сами какие-то замкнутые, необщительные. Они и выглядят совсем иначе, чем саки. Кожа у них намного светлей и волос на голове куда больше. Издалека и вовсе за человека принять можно.

В толпе мелькнуло «порядочное» лицо и капитан двинулся наперерез.

– Вы вроде в этом доме живёте? – остановил он прохожего.

Тот смерил капитана подозрительным взглядом и немного посомневавшись, ответил:

– Из этого. А что?

– А я вижу, лицо знакомое, – обрадовался капитан. – Дай, думаю, спрошу. Я ведь не из этого мира и никак не разберусь здесь. Ничего найти не могу. Как мне в космопорт попасть? – спросил он первое, что пришло в голову, хотя там он уже побывал. – Что-то эта будка, – кивнул он на ряд кабинок, – никак туда не едет.

Прохожий пожал плечами и недоумённо бросил:

– Купи билет и повезёт. А вообще, надо говорить космодром. На Гаймало летите? – с легким презрением выдавил он.

– Ну да, – ещё больше обрадовался капитан. – Хочу побывать в этом райском уголке.

– Не советую, – поморщился прохожий. – Только море и песок увидите. Это зона пунерианцев. Там мало куда пускают.

– Да я вообще-то насчёт работы справиться хотел, – нашёлся капитан.

– Тхе, – насмешливо фыркнул прохожий. – С ума сошёл? Там на двадцать лет вперёд все места забиты.

На запястье мигнул браслет и прохожий заторопился.

– Я пошёл. На работу пока.

– Как звать-то? – спохватился капитан. – Может, встретимся ещё.

– Тимур.

– А я Николай, – протянул руку капитан и тотчас отдёрнул. Здесь было непринято обмениваться рукопожатиями.

Прохожий уловил жест и на секунду задумавшись, пошёл прочь. Волосы на его голове зашевелились и капитан понял, что его жест вызвал усмешку. Он облегчённо выдохнул и радостно потёр ладони. Начало есть. Надо будет непременно развить это знакомство.

Может только для него эта информация была недоступна, но капитан лишь совершенно случайно узнал из подслушанного на улице разговора, что оказывается, на звездолётах не только пунериацы летают. Прохожий расписывал красоты какой-то Гаймалы и уговаривал спутника посетить это место. Ради интереса капитан забил это слово в поиске и обалдел – эта была не какая-нибудь местность или остров, а целая планета. Курортная зона для всех! А он-то думал, что только пунерианцам доступен этот вид транспорта.

Недолго думая, он провёл по сканеру картой, в попытке купить билет, но автомат выдал неутешительное известие:

«Недостаточно средств»

Радовало, что не отказали. Капитан рванул в космопорт, поскольку о стоимости билета в поиске ничего найти не удалось и к его радости, в билетной кассе сидела девушка.

– На Гаймало, – стараясь выглядеть как можно спокойнее, учтиво произнес он и протянул карту.

Девушка щёлкнула сканером и сожалея, улыбнулась:

– У вас не хватает средств.

– И сколько надо? – сделал удивлённо лицо капитан.

– Пять тысяч юнат.

На счету у капитана было только три шестьсот. Это ещё три месяца вкалывать на строгой диете.

– Ладно, – вздохнул он, – Зайду попозже.

– Заходите, – улыбнулась девушка. – Мы будем вам рады.

А он-то был как рад. Препятствий свалить с этой планеты не было, а дальше он как-нибудь разберётся, что делать. Домой он летел как на крыльях и долго не мог уснуть, витая в радужных мечтах.

Главное улететь на Гаймало, а там он как-нибудь зацепится и снова найдёт тайный ход.

Всё-таки, голодать было не в духе капитан и только через четыре месяца он снова объявился возле билетной кассы. Та же девушка сразу узнала его.

– Всё-таки решились? – улыбнулась она.

– Да? – улыбнулся в ответ капитан. – Надо мир посмотреть. Да и вообще…

Девушка щёлкнула карту сканером и сделала озабоченное лицо.

– Что-то не так? – встревожился капитан.

– Видите ли, – смущенно обронила она. – Я не могу продать вам билет.

– Почему?

В страшной догадке оборвалось всё внутри и от вспыхнувшей злобы, капитан стиснул зубы и нервно сжал кулаки.

– На вашем счету всего пять тысяч триста юнитов. А для поездки на Гаймало требуется, чтобы на счету было не меньше пятнадцати тысяч, – пояснила она. – Пять на обратный билет и ещё пять на проживание. Что-то же вы должны будете есть.

Капитан даже не сразу смысл сказанного и только когда немного успокоился, до него дошло, в чём проблема.

– Вон оно как, – попытался он улыбнуться. – Здорово у вас тут всё продуманно.

– Мы заботимся о наших клиентах, – улыбнулась девушка. – Подобные случаи уже были и во избежание будущих инцидентов, руководство приняло меры. Извините.

– Да ничего, – расстроено махнул рукой капитан. – Сам виноват. Надо было выяснить все нюансы. А кстати, где мне найти такую информацию? В сети я ничего не нашёл. Будет неприятно, если и в следующий раз опять что-нибудь не срастётся. Почему вы не даёте такую информацию с сеть? – разошёлся капитан, начиная злиться.

– Нам не запрещают полёты, но афишировать не рекомендуют. Поэтому мы никаких данных не даём. Извините, – пояснила девушка. – Зайдите в кабинку и скажите «справочный центр космодрома». Там вы найдёте всю нужную вам информацию.

– Спасибо, – буркнул капитан, отходя от кассы.

Это был удар ниже пояса. В любом случае его выкинут с Гаймало и ничего он сделать не сможет. Блестящий план с треском провалился и нужно было придумывать новый. Как всё это уже достало!

В обозримом будущем никаких вариантов он пока не видел и теперь, сегодняшнее знакомство с Тимуром могло сыграть свою роль. Придётся всё-таки искать этих повстанцев. Может быть, они что-нибудь подскажут.

Через неделю капитан увидел в толпе знакомое лицо и поспешил навстречу.

– Привет, – взмахнул капитан рукой. – Как хорошо, что я тебя встретил. Тут такое дело, – он бросил взгляд на браслет Тимура, давая понять, что дорожит его временем и продолжил: – Я тут с одной познакомился. Всё как положено, – на всякий случай уточнил он и улыбнулся. – Ребёночка заделали. Не подскажешь, какой роддом здесь лучше? В наших краях врачи просто звери. Запросто дитя могут угробить. Порой приходится за сотню километров бабу везти рожать. Вот я и переживаю, как бы чего не вышло.

– Поздравляю, – равнодушно бросил Тимур, посматривая по сторонам. – Гаранка? – спросил он с прикрытой угрозой в голосе.

Капитан сразу понял, что если он ответит «да», то вмиг обретёт врага на всю оставшуюся жизнь.

– Да нет, – живо возразил он, давая понять, что у него и в мыслях ничего такого не было. – Она с этих… ципалья… цимбалья. Чёрт, всё время забываю, как называются эти острова.

– Цивалья, – напомнил Тимур.

– Ага. Точно, – обрадовался капитан.

– Сампалы похожи на вас, – успокаиваясь, кивнул Тимур. – У них зубы тоже плоские, – подчеркнул он свою наблюдательность. – Они вроде с планеты Тарун. Будь осторожен. Говорят, сампалки страшно ревнивые и мстительные, – усмехнулся Тимур. – Чик по горлу ножичком и вся любовь.

Тимур снова посмотрел по сторонам, словно опасаясь слежки и завершил свой монолог:

– Роддом у нас один. В центре города. Врачи хорошие. Всё нормально будет, – вымучил он улыбку.

– Дай-то бог, – согласно кивнул капитан. – Слушай, – сделав вид, что только что вспомнил, озаботился капитан, – а вправду говорят, что сюда тоже повстанцы приходят? Что им делать-то тут? Всё равно взять ничего не смогут.

На этот раз, смерив капитана испытывающим взглядом, Тимур улыбнулся по-настоящему.

– Завидовать сюда приходят.

– Что? – не понял капитан и удивлённо хохотнул. – Завидовать?!

– У них ничего такого нет, – спокойно объяснил Тимур, – вот и приходят поглазеть на наши достижения.

– Шутишь, наверное, – не поверил капитан.

– Нисколько, – заверил Тимур. – Они первобытным строем живут. Скот разводят. Землю пашут. Даже телефонов нет.

– Странно, – задумался капитан, – а я думал, раз повстанцы, то воюют значит. Даже удивлялся, что пунерианцы на это дело сквозь пальцы смотрят.

– Да кому они нужны, – усмехнулся Тимур. – Война для них лет как триста назад кончилась. Одно название осталось: повстанцы. Носятся со своей фикс идеей, психи недоделанные, да ещё детям своим мозги пудрят. Идиоты, – зло сплюнул Тимур.

– А что за идея? – поинтересовался капитан.

– Свободу им подавай. А где они видели эту свободу?! – разошёлся Тимур. – Раньше на хозяина горбатились, а теперь на пунерианцев. Какая разница?! Мы хоть не вкалываем от зари до зари как они, чтоб с голоду не сдохнуть. Нормально живём. Развиваемся. Есть ограничения конечно, но это в любом обществе так.

Капитан улыбнулся, вспомнив слова Клерка о «счастливом рабстве» и поддакнул Тимуру:

– Это их выбор. Им с этим жить.

– А вы лучше, что ли? – вдруг взъярился Тимур. – Думаешь я не знаю, что вы там на Арура дали пунериацам по зубам? Я всё знаю. Только рано радуетесь. Это просто не их территория. А так бы смели вас к чёртовой матери со всеми вашими ракетами и установками.

– Да я… – опешил капитан. – Я что-то не так сказал?

– Да пошёл ты, – окрысился Тимур и быстрой походкой удалился прочь.

«Жаба ест, – догадался капитан. – Авось перегорит. Будем надеяться, – вздохнул он».

Такая осведомлённость удивила, огорчила и обрадовала капитана одновременно. Надо будет с ним наладить отношения, твёрдо решил он. Такой человек непременно пригодится.

Мимо проходила молодая мама с коляской и взгляд капитана случайно упал на ребёнка.

«Чёрт!!!» – осенила его потрясающая догадка. От досады капитану чуть не стало плохо. Как он сразу до этого не догадался!

– Какой славный малыш, – умилённо всплеснул он руками, – У-тю-тю-тю, – изобразил капитан «козу», заигрывая с малышом и подмазываясь к мамаше. – У меня скоро тоже такой будет, – гордо сообщил он и поправился на всякий случай. – В смысле, у нас. А вы не в курсе, эти коды болезненная штука? – изобразил он озабоченное лицо. – Я так переживаю. В такое маленькое тельце и такой большой шприц, – капитан невольно содрогнулся от такой мысли.

– Да что вы, – улыбнувшись, отмахнулась женщина. – Вжик и всё, – движением пальца изобразила она неведомый прибор и восторженно сюсюкая наклонилась к малышу. – Он даже не почувствовал.

– Правда? – обрадовался капитан. – Вот спасибо. Успокоили. А то я весь испереживался.

Прощаясь, он помахал рукой малышу и виновато улыбнулся мамаше.

– Всего доброго вам. Извините, я побежал.

«Идиот. Дурак. Дебил, – корил себя капитан всю дорогу. – Как я раньше до этого не додумался! Столько времени потерял.

Надо просто сменить свой код и путь к свободе откроется сам собой».

Теперь оставалось придумать, как раздобыть этот «вжик». Задача, прямо скажем, непростая. Здесь не то что в роддом, к соседу в гости просто так не войдёшь. Насчёт этого пунерианцы здорово придумали. Нет дверей и в дом не вломишься, не украдёшь и вообще ничего не сделаешь. Даже нагадить соседу из чувства солидарности нельзя. Ты тупо не знаешь, кто у тебя за стенкой живёт. Сразу становится скучно и пакостно на душе – может там вообще никто не живёт. Благо, шумоизоляция на высшем уровне – хоть ори, хоть музыку на всю катушку врубай – никто тебя не услышит. А так бы, бегай, ищи ветра в поле.

Местные, конечно, свои тайные входы и выходы имеют, размышлял капитан. А так бы, откуда Тимур знал об его колонии. Но к ним так просто не подступишься. Вон как глазищами зыркают. С одной стороны вроде как правильно. Язык за зубами держать умеют. Но не век же ему здесь куковать. Надо как-то пробить эту глухую оборону.

Часть 5

Первым делом предстояло выяснить, где находиться этот роддом. Вряд ли у него есть вывеска и парадный вход. Плутать так можно до бесконечности. Город как грибница пронизан тысячами переходов, пролётов и уровней. Одно и то же здание на разных уровнях может иметь своё назначение. Даже номер уровня найти сложно. Извиваясь широкой лентой, они скользят по городу, то опускаясь вниз, то убегая прямо в облака. Это красиво, грандиозно, но страшно запутано.

Две недели капитан потратил на поиски роддома, но так и не нашёл его.

Нужно встретиться с Тимуром, решил он.

Ещё неделю он поджидал его возле дома, пока наконец, удача не улыбнулась ему. Едва заметив знакомое лицо он быстрым шагом направился к нему.

– Вы всё равно всё знаете, – без обиняков начал он, перегородив путь Тимуру. – Помогите мне.

– И чем я могу вам помочь? – недоумённо отстранился Тимур, делая вид, что несколько напуган таким напором.

– Помогите мне проникнуть в роддом.

– Зачем? – искренне удивился Тимур. – У вашей жены тяжёлые роды?

– Нет у меня никакой жены, – признался капитан, морщась от досады. «Если он и дальше будет дурака валять, я ему морду набью» – решил он. – Мне нужен аппарат для установки кодов.

– У-у, – уважительно промычал Тимур, окинув капитана оценивающим взглядом. – Мозги у вас варят. Только это вам не поможет.

– Почему? – насторожился капитан.

– Это робот, – как бы сожалея, обронил Тимур и с грустью посмотрел на капитана, – Вы не сможете заставить его изменить код. Угрозы и мольбы здесь бесполезны. Он не услышит вас.

– Ну можно же как-то перепрограммировать его, – растерялся капитан. – Вы же можете. Я знаю.

– Наше время ещё не пришло, – недовольно скривив рот, разочаровал его Тимур. – Ради вас никто рисковать не будет. Мы ещё не готовы, – хмуро добавил он.

– Тогда что мне делать? – в отчаянии простонал капитан.

– Живите. Наслаждайтесь жизнью, – ободряюще улыбнулся Тимур. – Этот мир не так плох, если к нему приспособиться.

– Я не хочу приспосабливаться, – глухо проронил капитан. – Я хочу домой. К жене и к сыну. Я здесь чужой.

– Это так, – на секунду задумавшись, подтвердил Тимур печальными глазами взирая на капитана и поразмыслив с минуту, добавил. – Хорошо. Я постараюсь найти вам работу на Гаймало. Если повезёт, то оттуда можно сбежать. На Ранкор. Одну из трёх планет пунерианцев. Такое уже случалось, – обнадёжил он капитана. – Для вас это не впервой, – усмехнулся он. – Так что справитесь. А уж с Ранкора вы можете попасть куда угодно. Хоть на Арура. Было бы желание.

– Желание есть, – взволновано подтвердил капитан.

– Тогда ждите. Я сам вас найду, – улыбнулся Тимур и сделав прощальный жест рукой, мягко отстранил капитана в сторону.

Надежда разгорелась с новой силой и капитан, чтобы не терять драгоценное время, устроился на ещё одну работу. Нужно быть готовым, когда тебя позовут. И кто его знает, может быть понадобятся деньги для подкупа. Хотя, конечно, на эти гроши сложно кого-то подкупить. Последняя мысль вызвала у капитана горькую усмешку. На этой чёртовой планете даже заработать не дадут. В попытке устроиться на третью работу ему отказали.

– У вас на сон остаётся меньше пяти часов, – объяснил ему управляющий, просмотрев досье капитана. – Мы не можем нарушать ваши права на личную жизнь.

– А если я хочу, чтобы они были нарушены! – отчаявшись, воскликнул капитан.

– Тогда будут нарушены мои, – сурово осадил его управляющий.

Возразить капитану было нечем и он молча удалился.

В бешеной гонке за призрачным призом, незаметно пронеслись полгода и капитан накопил уже на билет. А Тимур всё не объявлялся. Его даже мельком увидеть не удавалось. Капитан порой часами простаивал возле дома, но всё было тщетно. В такие минуты отчаянье овладевало капитаном и хотелось плюнуть на всё и забыть. Обзавестись какой-нибудь подружкой, нарожать детей и жить долго и счастливо. Но другой дяденька, который сидел у него в голове, насмехался над ним и твердил своё: «Ну на ком ты женишься, чудик великовозрастный? На местной? Это всё равно что на лягушке жениться. Не дети будут, а лягушата. Если вообще из этого что-то может получится. Стисни зубы и иди работать, балбес. Тимур придёт».

И капитан, соглашаясь с этим дяденькой, судорожно вздыхал, набираясь решимости и на другой день шёл на работу. Нужно было надеяться, что этот день придёт.

И он пришёл. Через год. Утром капитан пришёл с работы домой и заметил, что у голоприёмника призывно мигает огонёк. Кто-то прислал ему сообщение. Сонливость как ветром сдуло и капитан несколько раз перечитал сообщение, не веря своим глазам.

«Ваша заявка одобрена. Если вы не передумали, то следует подтвердить заявку и прибыть на Гаймало не позднее десятого числа. Вас там встретят»

Капитан едва не запрыгал от радости и быстренько разослал своим работодателям уведомления, что по семейным обстоятельствам вынужден разорвать контракт. Причину увольнении можно было не указывать, но капитан подумал, что так будет учтивее. Привычка. Можно было не спешить и сделать всё спокойно. До назначенного срока оставалось две недели, а лететь на Гаймало в это время года всего шесть дней. Но разве тут усидишь на месте. Внутри всё трепетало и бурлило от радости.

Гаймало – планета близнец Клирии. Она находилась практически на одной орбите с Клирией со смещением к Оарексу, лучезарному светилу этой звёздной системы, в несколько сот тысяч километров. Достаточно было выполнить небольшой манёвр с орбиты Клирии и уже не вы, а Гаймало мчится навстречу вам со скорость тридцать пять километров в секунду, спеша принять вас в свои объятья.

Несмотря на то, что климат на Гаймало был даже благоприятнее чем на Клирии, разумная жизнь здесь так и не пробилась на свет. Животный и растительный мир был представлен во всём многообразии, а вот представителей разума не наблюдалось. Чего-то для полного счастья на этой планете не хватило. Но может, это даже и к лучшему. В гонке за превосходство эти две планеты так бы вооружились, что пунерианцам пришлось бы просто уничтожить всё население поголовно. А так, всё обошлось довольно мирным образом. Всего лишь около пятисот тысяч клирийских солдат. Да и то, благодаря глупости и тщеславию руководящих кругов.

Жаль, что так и не удалось свидеться с Тимуром. Можно было бы спокойно обсудить план побега. А теперь жди короткой весточки, в которой ничего толком не поймёшь. Искать Тимура уже не было смысла и капитан сразу же купил билет, довольно ухмыльнувшись, что на этот раз идиотской надписи «недостаточно средств» не появилось. Вся бюрократическая система Клирии теперь работала на него и было приятно сознавать, что своего он добился. Ещё не совсем, правда, но остальное ему представлялось практически пройденным этапом, который он, несомненно пройдёт. И вера эта была непоколебима. Чтобы не случилось, он найдёт выход из положения. Чего бы это ему не стоило. Он жаждал борьбы и готов был снести легионы пунерианцев со своего пути.

Прибыв на космодром, капитан хотел попрощаться со своей знакомой, но за кассой сидела другая девушка. Огорчённо поджав губы, капитан невольно посмотрел по сторонам, ища свою знакомую и никого не увидев, пошёл на посадку. Стало как-то грустно и обидно, что в этом городе ему даже проститься не с кем.

Райский отдых начинался прямо на корабле. Едва он сошёл с трапа челнока, как его окружили полуголые красавицы с кокетливыми шапочками стюардесс и потащили показывать местные достопримечательности. Представительниц такой расы капитану встречать ещё не доводилось, но тем не менее, интереса он к ним не проявил. Главное, что раскосые смуглянки не вызывали чувства неприятности и отторжения. Капитан нехотя улыбался, но не сопротивлялся, взирая на всё с усталым равнодушием. Ему хотелось побыстрей запереться в своей каюте и отрешиться от этого праздника жизни. Что он такого не видел, чем может похвастаться этот корабль? Дешёвые гирлянды, вспыхивающие разноцветными огоньками? Огромные обзорный экраны, на которых застыли яркие, словно нарисованные звёзды? Всё это его не впечатляло. Бассейн, правда, ему понравился. Метров сто наверное в длину и пятьдесят в ширину. Надо будет сходить поплавать, подумал капитан. Давненько он этим делом не занимался. Ещё правда, вызвало лёгкое недоумение, что ножки столиков не прикручены к полу.

«Неужто здесь не бывает качки?» – подумалось ему.

При ускорениях всегда что-то норовит сорваться с места и врезаться куда-нибудь с максимальным эффектом.

А в остальном, всё как на обычном круизном лайнере. Множество площадок, где можно повеселиться, потанцевать или просто поболтать. Но сейчас он хотел просто отдохнуть, устав от переживаний и при первой же возможности, попросил красавиц показать ему свою каюту. Надо признать, они охотно выполнили его просьбу, спеша обделаться от сумрачного пассажира и одарив воздушными поцелуями, растворились в полумраке коридора.

Утром капитан проснулся свежим и отдохнувшим. Несколько минут он лежал, пытаясь понять движется ли звездолёт. Так и не почувствовав никакой вибрации или что-то ещё, он быстро оделся и вышел в фойе.

Народ уже постепенно прибывал и в зале было довольно шумно. Только сейчас капитан заметил, что на корабле нет ни одного саки. Где-то далеко в углу уединилась семья гаранов, которая прилетела на челноке вместе с ним, а в остальном это были неведомые представители других рас. Откуда они взялись, поразмышлять не пришлось, так как подскочил стюард и бойко предложил что-нибудь поесть и выпить. Перекусить капитан согласился, но от выпивки отказался. Рановато ещё.

Не спеша позавтракав, капитан поднялся и направился к столику гаранов. Надо было прояснить этот непонятный момент.

Едва он приблизился, как глава семейства, посмотрев по сторонам, недовольно процедил:

– Что тебе надо, пришелец?

Капитан примирительно поднял руки и попытался изобразить улыбку:

– Я ненадолго.

Капитан присел на свободный стул и облокотился на край стола.

– – Слушай друг. Я чего-то никак не пойму, – попытался он изобразить озадаченного бедолагу. – Откуда на этом корабле столько чужих? Я что-то не видел таких на Клирии.

Глава семейства на минуту задумался, стоит ли отвечать на такой вопрос и по-видимому решив, что ничего страшного в этом нет, всё так же недружелюбно пробурчал:

– Эта продажная элита от своих на южном полушарии прячется. Так просто их не увидишь.

– От каких своих? – не понял капитан. – От гаранов?

– Да нет, – поморщился глава семейства. – Они с других миров. Если свои их найдут, то сделают ату-тау. На диалекте гаранов это всего лишь значило «отшлёпать по заднице», но капитан понял, что тот имел в виду.

– Премного благодарен, – расплылся в улыбке капитан и церемонно откланявшись, отправился восвояси. Теперь он знал, что за гуманоиды путешествуют рядом с ним.

Пока капитан бродил по залам, приблизилось время к обеду и он решил, что неплохо бы промочить и горло. Так и время пролетит незаметней. Он подошёл к стойке бара и невольно улыбнулся. Он всегда улыбался, вспоминая своё первое знакомство с таким заведением.

Ещё будучи в плену, он никак не понять значение слова «куку». Оно вечно путалось с вполне знакомым с детства словосочетанием ку-ку и он даже думал, что этого слова на чужом языке нет. Ему просто почудилось. Хотя его так и подмывало поставить ударение на первом слоге. И только тогда, когда он впервые пришёл в бар, всё встало на свои места.

Капитан замялся, рассматривая непонятные названия на табло и бармен, видя замешательство посетителя, предложил:

– Вам куку или ищите что-то особенное?

– Куку, – улыбнулся капитан и чуть не расхохотался.

– Я что-то не то сказал? – насторожился бармен, увидев, что посетитель давится со смеху.

– Да нет, – успокоил его капитан, махнув рукой. – Просто на моём языке это слово означает примерно то же самое, только в более грандиозном значении.

– Грандиозном? – с любопытством переспросил бармен.

– Ну да. Это когда крыша поехала. Капитально.

Бармен понимающе кивнул, но больше вопросов задавать не стал.

Капитан попробовал местный горячительный напиток и немного расстроился. На вкус он был такой же мерзкий как и в колонии. Похоже, с одной бочки разливали.

Но расстроился он ещё больше, когда после третьей стопки ему отказали, пояснив, что напиваться здесь не принято. Капитан недовольно скривил губы, но спорить не стал. В чужой монастырь со своим уставом не ходят. Он глумливо помахал ручкой и… отправился в ближайший бар. Там ему налили всего две стопки, поскольку уже невооружённым глазом было видно, что капитан «захорошел». Но капитан не расстроился. Превосходство нации было доказано и можно было идти спать.

С самодовольной ухмылкой он вышел из бара и победоносно провозгласил:

– Кому запрещать вздумали! Да я вас как лохов разведу.

Теперь казалось, что всё знают о его глупой выходке и пытаясь скрыть невольное смущение, он улыбался.

Часть 6

На выходе из космодрома капитана встретил какой-то долговязый субъект с круглым лицом и бегающими глазами. Было такое ощущение, что у него глаза вращались независимо друг от друга, как у хамелеона. К тому же, несмотря на худобу, выглядел он довольно мощно, что в сочетании с бегающими глазками, вызывало понятную тревогу. Безумство и сила – жуткое сочетание.

– Землянин? – приветственно улыбнулся он и его глаза убежали куда-то сторону.

Капитан едва успел кивнуть, как долговязый схватил его за руку и потащил к овальной сфере, смахивающую на кабину вертолёта без привычных винтов. Вместо одного несущего винта их было целых шесть, расположенные в защитных кожухах по бокам. Он бесцеремонно запихал капитану в сферу, всё время подталкивая его, и юркнув в кресло пилота, тотчас взлетел.

– О-о, – радостно простонал капитан, радуясь, что здесь нет убогих кабинок, которые порядком осточертели.

Не успел капитан насладится полётом, как сфера приземлилась и беспокойный сопровождающий потащил его в здание.

– Блин, – расцвёл капитан. – Тут даже двери есть.

Но ему не дали даже подержаться за ручку. Долговязый впихнул капитана в дверной проём и буквально пробежав с ним десяток шагов, втолкнул в какое-то помещение. Дверь за капитаном захлопнулась и капитан, растерянно осмотревшись, облегчённо выдохнул. Похоже, его доставили прямо в кабинет начальника. Славно. Но секундой позже, его сердце тревожно ёкнуло.

Огромная туша расплылась на полстола и капитан даже испугался, подумав, что это пунерианин. Эта жирная скотина могла запросто вышвырнуть его вон, припомнив недавние исторические события. Но присмотревшись, он понял, что ошибся. Слишком маленькие ручонки для такого большого тела. Просто разжиревший представитель местной фауны.

Управляющий, запрокинув голову, долго «ощупывал» его колючим взглядом, бесцеремонно разглядывая маленькими поросячьими глазками, но так и не пришёл к какому-нибудь заключению.

– Землянин, значит, – наконец, глубокомысленно заметил он. Управляющий вперил взгляд в потолок и мысленно переварил это слово, стараясь найти какой-нибудь изъян. Видимо, всё же не найдя ничего предосудительного, он воткнул свой толстый палец в панель управления и усилием воли заставил шею повернуть голову в нужном направлении. Включился голопроектор и в воздухе

возник схематический план какого-то сооружения.

– Это подъёмники для переброски грузов из подземных хранилищ, – пояснил управляющий. – Каждый склад имеет десять этажей и два подъёмника. В твоём ведении будет тридцать таких подъёмников и ты должен будешь обеспечить их бесперебойную работу. Каждый день ты должен делать технический осмотр одного грузового лифта с инспектором. Тебе всё понятно?

Капитан кивнул и управляющий продолжил:

– Но сначала вы поработаете стажёром у мастера Тукана. Он всему вас научит.

Управляющий приподнял брови пытаясь видимо, вспомнить что-то ещё, но так и не пробившись к этой мысли сквозь заплывшие жиром мозги, тряхнул головой и быстренько распрощался с капитаном:

– Сегодня можете отдыхать. Вас проводят.

Дверь тотчас открылась и на пороге опять появился долговязый хамелеон, радостно протягивающий свои грабли.

– Только без рук, – свирепо осадил его капитан.

Он попытался отодвинуть долговязого в сторону и пыхтя от усердия, упёрто заверил: – Теперь я сам.

Долговязый в раздумье покрутил своими глазными яблоками и видимо сообразив, что от него требуется, отступил.

Комната, куда капитана поселили, была как две капли воды похожа на те, в которых он жил на Клирии. Единственным исключением была дверь. Массивная на вид, но легкая как перышко, она легко крутилась на невидимых петлях, и открывать её и закрывать, было одно удовольствие. Кроме, пожалуй, последнего. Затворяя её за собой, капитан наглухо отрезал все звуки, которые могли доноситься извне. Приходилось включать голопроектор, чтобы не «оглохнуть» от такой тишины. Гробовая тишина радовала и тревожила одновременно. Случись что, он так ничего и не узнает.

Первый месяц пролетел незаметно. Старый Тукан водил его по объектам и терпеливо разъяснял, что следует делать.

Он давно овдовел, дети разбрелись по свету и весь смысл его жизни теперь заключался в работе. Хотя родом он происходил из гаранов, но болтлив был как саки. Он вечно что-то бухтел, даже если рядом никого не было. Капитан понимал его. Старый, одинокий Тукан догрызал своё яблоко жизни, смакуя каждый его кусочек.

Через месяц капитану выделили свой участок, но он всё равно частенько наведывался к Тукану. Было хоть с кем поболтать или просто помолчать, вслушиваясь в его нескончаемые монологи. Выходных на этой работе не было, но всегда можно было сходить к морю и искупаться. Что капитан делал с превеликим удовольствием. В город он почти не наведывался. Разве что иногда посещал в качестве зоопарка местный рынок, где продавали в основном местную живность. Было любопытно поглазеть на диковинных животных. В шумной толпе он чувствовал себя одиноко и терпеливо ждал весточки от Тимура.

Однажды в приямке, небольшом углублении под грузовым лифтом, он заметил клочок бумаги и немедленно спустился туда. Шахта должна быть в идеальной чистоте.

Клочком оказался сложенный лист электронной бумаги, которые приклеивали к контейнерам в качестве сопроводительного документа. Эта дополнительная информация в основном использовалась для грузчиков. В таком документе легко было понять, что за груз находился в контейнере.

Капитан уже хотел было выбросить листок, но любопытство взяло вверх и он развернул его.

«У вас пять минут, чтобы прочитать информацию и запомнить её»

ошарашено прочитал он оглавление. Сердце учащённо забилось и обеспокоенно оглянувшись, капитан продолжил чтение.

Закончив читать, он беспомощно опустился на пол и рассеянным взглядом наблюдал, как текст потихоньку тускнеет, сливаясь с общим фоном. Его мысли были уже на Заре и сквозь туманную дымку проступали полузабытые лица жены и сына. Он так давно их не видел, что стало невыносимо грустно. Он так бы и просидел целую вечность, но подъёмник пришёл в движение и капитан встрепенувшись, поднялся. Надо было работать. Теперь он знал, что надо делать, но легче от этого не стало. Предстояло решить много задач и справится ли он с ними, капитан не знал.

Раз в полгода, на Гаймало прибывал грузовой корабль и забирал продовольствие со складов, которые капитан и обслуживал. Точкой прибытия был не космодром, а некий плацдарм близ складов. Сейчас капитан вспомнил, что имелось в виду. Рядом со складами был ещё какой-то полигон, но его туда не пускали.

Команда корабля состояла из роботов и можно было не опасаться, что засекут его код. Но попасть на корабль было непросто. Следовало спрятаться в грузовом контейнере и непременно с плодами дерева тукайя. Только в этом случае можно было уцелеть. Этим плодам требовался особый уход и хранились они в отдельном помещении в специально подобранном для них микроклимате. Поскольку выбраться из этого помещения было невозможно, капитану следовало запастись водой и продуктами на две недели. Ровно столько требовалось кораблю, чтобы достичь перевалочной базы, где часть груза будет выгружена. Капитану также следовало заселиться в ближайший к выходу контейнер и ждать. Дальнейшее поведение капитана будет зависеть от обстоятельств и полностью определяться им самим. Выбор не совсем утешительный, но выбирать не приходилось. Плоды тукайи есть почему-то категорически воспрещалось и капитан решил, что непременно спросит об этом Тукана. Он-то был должен знать, что это такое. Воспользоваться сетью для поиска ответа капитана не решился. Не стоило привлекать к себе лишнее внимание.

Через пару дней капитан наведался к Тукану в гости и в ходе разговора как бы невзначай сказал:

– Я тут недавно один разговор случайно подслушал. Шептались о каких-то плодах тукайя. В поиске ничего на эту тему нет, – соврал он. – Хочу съездить в Хиро. Говорят, там можно купить всё. Надо попробовать, что это такое.

О Хиро, капитан случайно узнал от завсегдатая одного бара. Капитану было любопытно узнать, что же это за полигон по соседству и пожаловался тому, что в этой чёртовой стране невозможно купить даже дрон. Основательно подвыпивший сосед по столику сначала долго вспоминал, что такое дрон, а когда до него дошло, расплылся в улыбке. Да это же сущие пустяки. Езжай в Хиро и там найдёшь что угодно. Но тут же предупредил, что дрон можно запускать только дома. Требуется специальное разрешение, которое он вряд ли получит. А почему – завсегдатай вспомнить так и не смог. Слишком много воды утекло с той поры. Так капитан с удивлением узнал, что оказывается, есть особые зоны, где всё как у нормальных людей. Чёрный рынок и все дела.

Тукан воспринял эти слова очень серьёзно.

– Ты никому не рассказывал об этом? – встревожился он.

– Нет, – словно не придавая этому значения, заверил капитан. – А что? Это что-то запретное?

– И никому не говори. Это наркотик. И очень сильный наркотик, – погрузился Тукан в воспоминания. – Когда-то тукайя росла здесь повсюду. До самой реки Тиколо. Однажды, когда я был совсем молодым, я съёл всего лишь половинку плода и чуть не умер. Тогда я не знал, что это такое, – пояснил он. – Никто не знал. Нас послали сюда обслуживать эти склады и мы были первыми, кто отведал их. До этого здесь были только роботы. Им пища не нужна. Когда пунерианцы узнали об этом дереве, то перекрыли весь район и тукайя постепенно отсюда исчезла. Теперь их разводят в специальных оранжереях где-то на юге.

– Я видел какие-то деревья в зелёной балке. Может, это они, – улыбнулся капитан, давая понять, что был бы не против такого удачного совпадения.

– Нет, – отрицательно покачал головой Тукан. – Это обычные деревья. Тукайя – карликовое дерево. Оно не выше твоего пояса будет. Но плоды большие и вкусные. Когда они поспевают, то словно просвечивают насквозь. Вот я и не устоял против соблазна, – вздохнул он. – Захотелось попробовать.

– И чего переживать? – не понял капитан. – Не умер же. Зато кайфанул, наверное, от души, – улыбнулся он.

– Это необычный наркотик, – не поддержал его восторга Тукан. – Он пробуждает древние воспоминания, которые хранятся в наших генах. Ты начинаешь видеть своих далёких предков и даже можешь разговаривать с ними. Я говорил с ними целых четыре дня и чуть не умер от истощения. Так мне потом сказали. Сам я не помнил, конечно.

– И что тебе сказали твои предки? – смешливо полюбопытствовал капитан. Он не верил, что призраки могут поведать что-то путное.

– Они показывали мне, как они живут, – спокойно отреагировал на эту подколку Тукан. – Чем занимаются. Это был совсем другой мир. Другие животные и растения. Я видел пещеры, где на углях жарилось мясо и бескрайние снежные поля, в которых они пытались найти пропитание. А потом я увидел города. Совсем другие города, непохожие на эти. Они растаяли во мраке времён и появились другие, которые я уже знал из нашей истории. Я даже видел войну с пунерианцами. Тогда я ещё не родился и никогда не видел этой битвы. Только гораздо позже я смог увидеть эту хронику и очень удивился, что всё происходило почти так, как я видел в этом сне.

– Тебе просто привиделось, что ты когда-то видел или знал, – расстроено махнул рукой капитан. Он-то думал, что Тукан придумает что-нибудь позанимательней. – Как во сне, – пояснил он.

Я тоже сначала так думал, – признался Тукан, – что всё, что я видел – неправда. Глюки. Мираж. Но один очень умный робот нашёл подтверждения моим фантазиям. Очень убедительные доказательства.

– Значит, я тоже могу увидеть деда? Или пращура, – задумался капитан. – Забавно.

– Можешь конечно, – согласился Тукан. – Только не ешь сразу много. Можно сойти с ума. Пунерианцы едят тукайю маленькими кусочками и одного плода хватает надолго.

– Не надоедает им общаться с духами? – усмехнулся капитан.

– Тукайя в малых количествах действует как обычный наркотик, – пояснил Тукан. – И при этом не вызывает пагубного пристрастия. За это её тоже кое-кто не любит. Но как ты надеюсь, понял, это не самый страшный её грех. Увидеть историю своего народа и возможно, найти ошибки, которые были совершены – вот главный грех и опасность тукайи. Поэтому никогда и ни с кем не говори об этом. Тебя могут убить только за то, что ты знаешь об этом.

Капитан уходил от Тукана со смешанным чувством досады и недоверия. Он будет лежать на запретном плоде, так и не вкусив его и в то же время, никак не мог поверить в бредни старого Тукана. Порой галлюцинации так реальны, что оставляют в памяти неизгладимый след. Он скорей был готов поверить, что плоды тукайи скрывают из-за их безвредности, чем из-за каких-то исторических глюков. Кому нужен наркотик который не вызывает зависимости? На таком не разбогатеешь. Это очевидно. И всё же, ещё больше он жалел, что не решился напрямую спросить у Тукана, с какого склада отправляют этот экзотический фрукт. Слишком большой риск. Капитан так разнервничался, что неожиданно для себя задумчиво перед уходом бросил:

– Значит, на рынке в Хиро, тукайю не купишь.

Нет, не купишь, – подтвердил Тукан. – Никто чужаку не продаст, даже если и будет. А что, хочется попробовать? – лукаво улыбнулся он.

– Да как ты рассказываешь, аж слюнки потекли, – встрепенулся капитан от неожиданного поворота.

– Есть один способ, – заговорщицки понизил голос Тукан. – Только не скажу, – откровенно предупредил он. – Догадаешься сам – попробуешь. Тукайю только с шестьдесят седьмого склада отправляют. Там все условия для её хранения созданы. Она капризная очень. Холод не любит и без кислорода долго не живёт. С виду не портится, а половину свойств своих теряет. Помни об этом. Где попало не храни, если раздобудешь. Понаблюдай за погрузкой и сам всё поймешь.

– Понял, – довольно осклабился капитан. – Считай, что я у тебя в неоплатном долгу. Спасибо.

И безумно радостный поскакал к себе домой. На такую удачу он даже не надеялся.

Дома он ещё раз прокрутил в голове все детали разговора и посетовал, что совсем забыл упомянуть о полигоне. Глядишь, так бы и дату прибытия грузохода уже знал. Но это было не к спеху. Капитан и не надеялся, что успеет подготовиться за такой короткий срок. По его расчётам, грузовой корабль вот-вот должен прибыть и по всей видимости, ждать придется ещё полгода.

Часть 7

Шестьдесят седьмое хранилище располагалось в соседней зоне и путь туда был неблизкий. Капитан долго размышлял, пытаясь придумать уважительную причину, если вдруг охрана к нему придерётся, но ничего путного в голову так и не пришло. И лишь как-то вечером, прогуливаясь после купания, он увидел веритинога и его осенило. Пожалуй, это то, что надо.

Эта вредная и зубастая тварь, похожая на собаку, постоянно носилась по кустам в поисках добычи и безутешные хозяева носились вслед за ней, чтобы не потерять из виду. Воспитать их было довольно трудно, поскольку требовалось приложить немало терпения и сил, но упёртые гаймальцы надежды не теряли. Зато с какой помпой они ходили потом в сопровождении веритиногов. Словами этого не передать.

Щенки росли быстро и через шесть месяцев, если их не ублажать ласками и не щекотать за ушками, могли превратиться в злобную зверюгу, ростом с азиатскую овчарку. Довольно опасная забава. Но если приложить терпение и во всю прыть скакать за ним по кустам, то лучшего друга и защитника не найти. Порвёт любого как грелку.

Капитан приобрёл щеночка и горестно вздохнув, принялся воспитывать своё чадо. Другого способа приблизиться к хранилищу он не видел. Теперь каждый вечер он был вынужден идти «гулять» с питомцем, неустанно следя за ним. Намордник и поводок здесь не помогали. Если надеть намордник, то веритиног будет скулить и биться в истерике, пытаясь снять его. Та же история была и с поводком. Их нельзя было приучить к этим вещам, за исключением ошейника, о котором веритиног довольно быстро забывал. Если веритинога посадить на цепь или оставить в наморднике, то через пару дней он просто сдохнет, заставив вас ещё и угрызениями совести мучиться. Так что выбирать вам. Или веритиног с вами, но свободный, или вы живёте один. Третьего не дано.

Через месяц щеночек подрос и капитан стал приучать его, чтобы он всегда ходил в «правильную» сторону. Для этого он покупал разную живность, которую веритиноги поедали в неимоверном количестве и словно добрый сеятель, забрасывал её подальше вперед. Тобик, как окрестил капитан своего любимца, за иссиня-черную шерсть и белые, печальные круги под глазами, довольно быстро понял, что от него требуется и быстро забежав вперёд, терпеливо поджидал угощение. Правда потом он мог ломануться куда угодно и капитану конечно, доставалось. Приходилось бежать за ним, проклиная тупую зверюгу, ведь неровен час, щенок мог и заблудиться. И тогда пришлось бы начинать всё сначала. Но со временем Тобик понял, что хозяину нужен только один маршрут и старался не откланяться сильно в сторону. За это капитан был весьма благодарен своему другу и щедро награждал его ласками. Дело потихоньку продвигалось вперед.

На ближайшем от хранилища холмике капитан соорудил наблюдательный пункт и теперь мог подолгу наблюдать в бинокль за приёмным ангаром. Пока ничего примечательного обнаружить не удалось, да и вообще, капитана стали одолевать сомнения. Даже если он и увидит что-то, то как подобраться к площадке незамеченным. Вокруг ни одного деревца или хотя бы оврага, чтобы подползти к зданию поближе. Охрана постоянно курсирует по периметру и даже если они его не заметят, то засекут видеокамеры. Кругом засада. А ведь ему ещё надо увидеть сам процесс погрузки, чтобы понять нечто такое, о чём Тукан умолчал. А потом ещё и нагло подойти и забрать плод. Фантастика! Надо быть ниндзя, терминатором или ещё каким-то крутым отморозком, чтобы сотворить такое. Или хотя бы иметь плащ-невидимку. В противном случае тебя просто убьют.

Пришлось идти к Тукану, чтобы выведать хоть какой-то намёк на то, как он всё это должен проделать.

Покалякав о том и о сём, капитан исподволь начал атаку.

– Не придётся мне видно вкусить запретного плодика, – горестно вздохнул он. – Уж не знаю, как ты подобрался к ангару, но мне и на сто шагов не удалось подойти. Охраны больно много.

Но Тукан, как бы сожалея о неудаче, повёл, соболезнуя, кистью руки и сменил тему.

– Я вот всё спросить хочу. Для чего ты носишь эти железки?

Капитан посмотрел на свои браслеты и неопределённо мотнул головой.

– Это память.

– Там записана какая-то информация? – спросил Тукан.

– Нет. Это память такая… – стушевался капитан не найдя сразу подходящего слова. – Напоминание о родине. Родных и близких. В общем, частичка моего мира.

– Понятно, – кивнул Тукан. – А я думал, что это какие-то приборы, – словно сожалея, обронил он.

– Это и есть приборы. Это вот, – выставил капитан левую руку, – Передатчик. Типа телефона. Часы там и ещё куча всякой фигни напихано. А вот это, – выставил он другую руку, – мой доктор. Электронный врач.

– И работают? – с интересом поинтересовался Тукан.

– Да, конечно, – подтвердил капитан. – Что им сделается. Я же у них в качестве батарейки. Так что пока я не сдохну и они будут жить. Симбиоз, так сказать.

– По телефону с кем-нибудь разговариваешь? – улыбнулся Тукан, намекая на шутку.

– Да с кем тут поговоришь, – разочарованно вздохнул капитан. – Приёмник только волну какую-то ловит, но я не понимаю ни черта.

– Ловит, говоришь? – удивился Тукан. – Ну-ка включи.

– Допотопная какая-то станция, – бухтел капитан, пока искал волну. – На коротких волнах, да ещё аналоговая. Я думал, таких уже не бывает. – Вот, – обрадовано доложил он.

В эфире зазвучала музыка, а потом заговорил диктор.

– Похож на ваш, – сказал капитан. – Но так быстро я не понимаю.

Глаза у Тукана подёрнулись грустной дымкой и блаженно улыбаясь, он вслушался в родные звуки.

– Это наш язык, – подтвердил он после непродолжительной паузы. – Радиостанция «Путь домой». Работает ещё, – восхитился он, в тоже время годясь этим.

– Это повстанцы что ли? – спросил капитан, приняв название за призыв.

– Да нет. Обычная радиостанция. Ещё со времён президента Камолы. В цифровом диапазоне нам не дают вещать, а эти не трогают.

– Ну и что там говорят? – поинтересовался капитан.

– Да так, о всяком. О жизни. О любви. О дороге. Раньше эта радиостанция для тех, кто в пути была. Теперь больше о жизни говорят. Тебе надо выучить наш язык, – предложил Тукан. – Будешь передачи слушать.

– С ума сошёл, – усмехнулся капитан. – Я в Тикме за год всего десяток слов выучил. А здесь и вовсе разговаривать не с кем. С тобой разве только.

– Зачем так учить, – удивился Тукан. – Нимбелис тебе программу загрузит и будешь как родной знать. Да и другие языки понимать начнёшь. Пригодится, – по-житейски рассудил он.

– Я что, робот что ли? – усмехнувшись, возразил капитан. – Словарь, наверное. Это я ещё понимаю.

– Разве на вашей планете до сих пор языки учат? – удивился Тукан.

Капитан даже опешил от такого вопроса.

– А чёрт его знает, – смутился он. – Я как-то этим вопросом не задавался. Я любого человека на Земле понимаю. С любых краёв. Может и у меня такая программа стоит?.. – заклинило его. – Вот блин, – вконец расстроился капитан. – Ну я же не робот?!

– Может, одна ваша нация и осталась, – предположил Тукан. – Один язык тогда.

Капитан на минуту погрузился в глубины своей памяти и вспомнив, радостно вскликнул:

– Да нет. Я вспомнил. В фильмах часто непонятные названия попадались, а я их я перевести не мог.

И осознав вдруг свою убогость, безрадостно заключил:

– Значит, я всё-таки робот.

– Робот не робот, – меланхолично заметил Тукан, – Какая разница. Ты когда ногу переставляешь, разве думаешь куда поставить? А свой язык понимать тебя мама с папой учили? Нет. Они лишь тебе слова говорили, а до всего ты сам доходить учился. Все мы роботы, только думаем, что это не так, – заключил он. – И программа у нас у всех одна. Так что иди, ставь программу. Это не больно и не долго. Пять минут и ты свободен.

– И куда мне идти? – обречённо, словно идя на эшафот, спросил капитан.

– Да тут совсем рядом. В доме, котором ты живёшь, – пояснил Тукан. – С другой стороны видел, наверное, охранники иногда стоят? Вот. Возьми какой-нибудь плод и скажи охраннику, что Нимбелис велел этот плод принести. Только ему этот плод не отдавай, – предупредил Тукан. – Скажи, если кто-то коснётся его, то тебе придётся новый принести. Свойства изменятся.

– А если этот Нимбелис расскажет кому-нибудь. Что я тогда делать буду? – встревожился капитан. Такое желание вряд ли оставят без внимания, подумал он. Здесь общий для всех язык – пунерианский, а другие знать необязательно.

– Не расскажет, – успокоил капитана Тукан. – Это очень умный робот. Ему нравится жить в этом мире и болтать он не будет. Себе дороже.

– Ему-то какая выгода, – упорствовал капитан. – Был бы человек, я бы ещё понял. Деньги там или ещё что. А этому что надо дать?

– Ничего не надо. Скажи, что тебя Тукан прислал. Программу УОС поставить. Он будет рад помочь мне. Всё сделает без лишних слов. Иди.

– Что-то просто всё, – продолжал сомневаться капитан. – Взял с улицы камушек и прошёл. Для чего тогда охрана стоит?

– Какой ты дотошный, – улыбнулся Тукан. – Охрана стоит, потому что под землёй находится большая лаборатория. Даже я не знаю сколько там этажей. Ничего секретного там нет, но просто так положено. Понятно? Так полагается, – ещё раз пояснил он. – Кстати, если вдруг заблудишься, не стесняйся кого-нибудь спросить. Нимбелис так часто делает: просит кого-нибудь принести овощи или фрукты для опытов. Так что никто удивится. Иди.

На следующий день после работы, капитан заглянул за угол здания и никого не увидев, сорвал с ближайшего дерева плод покрупнее и направился к входу лаборатории. Охрана сидела внутри.

– Куда? – равнодушно возвестил охранник.

– Нимбелис просил, – учтиво отозвался капитан. – С Батайских лесов, – гордо пояснил он, показывая фрукт. – Еле донёс.

– Оставь, – лениво бросил охранник, кивнув на лоток возле него. – Я передам.

– Ладно, – пожал плечами капитан. – Пойду выброшу. Зря только мучился, – посетовал он.

Охранник вперил в него подозрительный взгляд и немного помыслив, буркнул:

– Проходи.

Сразу за проходом находилась кабина подъёмника и капитан, ступив на платформу, озадаченно почесал свою тыковку. Перед ним возникла виртуальная клавиатура, но он не знал на какую кнопку надо нажать.

– Нимбелис, – рискнул он, четко произнеся имя.

Платформа сдвинулась с места и капитан облегчённо вздохнул, кося настороженным взглядом на охранников. Неосторожный жест мог вызвать подозрение.

Платформа вынесла его на нужный этаж и капитан всё же замешкался при выходе из кабины. Он не ожидал, что здесь будет так много народа. С десяток, а может и больше, гаймальцев шествовали по просторному коридору по своим делам.

«Да тут жизнь бьёт ключом» – удивился он.

Капитан пробежался взглядом по табличкам на дверях и не увидев нужной, двинулся дальше. Далеко идти не пришлось. Пройдя совсем немного, он увидел табличку «Нимбелис» и постучался в дверь. На стук никто не отозвался и капитан, немного помявшись, вошёл.

Посреди большого зала, заставленного какой-то аппаратурой и бесконечными стеллажами со склянками, пробирками и прочей утварью, стоял робот. Самый обыкновенный робот. С угловатой, почти квадратной головой, большими линзами вместо глаз и четырьмя руками-манипуляторами.

– Присаживайся чужестранец, – взмахнул он клешнёй, указывая на единственное в этом зале кресло, подозрительно смахивающее на хирургическое. С кучей каких-то примочек и приспособлений.

– Что привело тебя сюда, мой друг? – поинтересовался он.

– Жажда знаний, – присаживаясь в кресло, буркнул капитан, зябко поёживаясь от нагонявших жуть нависших над ним приборов. – Как бы тут последние не оставить, – сумрачно выдохнул он, с опаской поглядывая по сторонам. Эти штучки могут запросто отнять не только знания, но и разум.

– Похвальное влечение, – заметил робот. – На учёного вы не похожи и значит, вам требуется что-нибудь легкоусвояемое. ОУС, например.

– Угадали, – буркнул капитан, ещё не освоившись в кресле. Зловещий отблеск приборов действовал на него удручающе. – Вам привет от Тукана.

Позади кресла что-то зажужжало, но капитан не успел обернуться, чтобы рассмотреть, что это там зудит. Страшная усталость сковала тело и капитан провалился в глубокий сон.

– Ну вот и всё мой друг, – услышал капитан и открыл глаза.

Робот всё так же стоял посреди зала и неестественно большими линзами глаз наблюдал за ним.

– Прощайте мой друг, – продолжил робот. – Передайте привет Тукану от меня. Я рад, что он жив и здоров. Долгих лет жизни ему.

– Непременно, – кивнул капитан. – Я могу идти? Всё сделано?

– Да, – подтвердил робот. – Скоро вы научитесь понимать даже шелест листьев. Если вы поэт, конечно.

По всей видимости, это была шутка и капитан любезно улыбнулся в ответ.

– До свидания, – взмахнул он рукой и направился к выходу.

Часть 8

Дома капитан потрепал Тобика за холку и улыбнувшись, попросил:

– Ну-ка, тявкни что-нибудь. Вдруг я и твой язык понимать начну.

Тобик дружелюбно вильнул хвостом и выжидающе уставился на хозяина.

– Гулять хочешь, – понял его капитан. – Это я и без переводчика пойму. Ладно, пойдём, – согласился он.

Тобик довольно заурчал и рванулся к двери.

– Подожди, – спохватился капитан. – Дай хоть бутерброд проглотить.

Но Тобик уже зацепил лапой ручку двери и выскользнул на улицу.

– Вот паразит, – вздохнул капитан. – И поесть не даст.

Он выщелкнул на табло пару бутербродов и как только они вывалились в приёмный лоток, запихал в карман. Придётся есть по дороге. Тобик хоть и не тронет никого, но напугать без хозяина может. Зубы-то у него не для красоты.

По пути капитан включил радио, но пока оттуда неслась тарабарщина. Видимо, процесс «установки» ОУС будет не такой быстрый, как обещали. Ну да ладно. Нам торопиться некуда, подумал капитан и побрёл искать Тобика. За его потерю уже можно было не беспокоиться, но присматривать за ним до конца жизни придётся. Мысли о Тобике унесли его куда-то вдаль и капитан вспомнил о предстоящих испытаниях. Скоро наступит ещё один неприятный момент в их совместной жизни и надо будет как-то достойно встретить его. Этого капитан боялся больше всего. Не то что бы он боялся этой зверюги, ростом уже чуть ли не с полугодовалого теленка – он боялся неправильно повести себя в нужный момент. К концу первого года веритиноги начинали выяснять, кто в этой «стае» действительно хозяин. Вожак. Это проявлялось в злобном рычании, отказом выполнять команды и ещё куче мелких уловок, о которых капитан ничего не знал. У всех это происходило по-разному и конкретного совета дать никто не мог. Если не уделить этому моменту должного внимания, то жизнь владельца веритинога превращалась в кошмар. Веритиног мог сбить хозяина с ног, обваляв его в пыли и даже порвать одежду, наказывая таким образом за «непослушание». В чём оно заключалось, одному богу было известно и «сюрприза» можно было ждать когда угодно и где угодно. Зубы веритиноги никогда в ход не пускали, но тем не менее, их приходилось усыплять. Такого «зверского» отношения к себе мало кто выдерживал. А вернуть себе роль вожака было практически невозможно.

И вдруг он остановился как вкопанный, вспомнив свой диалог с охранником. А ведь действительно. Просто так положено. Капитан давно уже понял, что этому виду не грозит глобальная роботизация. Чтобы не было недовольных – все должны работать. Это было видно даже невооружённым взглядом. И даже если ты можешь махать только одной рукой, то у тебя будет свой кусок хлеба. Инвалидов здесь, капитан пока не встречал и этот вопрос оставался открытым. Впрочем, об этом можно было и не догадаться. Протез от настоящей части тела не отличишь.

Это поначалу охрана сканировала его пропуск, убеждаясь в его допуске, а сейчас он стал забывать как он и выглядит. Пару раз даже дома забывал. Да и что таскать его, если из тридцати подъёмников под охраной было всего три. На остальных присутствовал только безучастный ко всему робот-уборщик. А ведь у инспекторов охрана вообще никогда пропуск не спрашивает, припомнил капитан. По крайней мере, он этого ни разу не видел. Да и что его спрашивать, если жетон на шее болтается. За все эти годы привыкли давно. Жетон висит, значит инспектор. Чего ещё надо?

Безопасность превыше всего и инспектор приходил каждый день проверять очередной подъёмник. Из всего механизма лифта его интересовали лишь две вещи. Целостность кабины и надёжность клиновых ловителей. Остальное его не интересовало, поскольку ломаться там было практически нечему. Ни тросов, ни питающего шлейфа, ни даже машинного отделения, роль которого выполняла вместительная коробка, громко именуемая пультом управления. Ничего. Кабина лифта скользила по направляющим на магнитной подушке и ни трения, ни износа не испытывала. Повредить её могли только при погрузке или разгрузке товара. Единственная проблема для сопровождающих могла возникнуть, если вдруг исчезнет электроэнергия. Случай из ряда вон выходящий, но всё же и такое могло случиться. Кабина рухнет вниз и если это будет даже второй или третий этаж, считая снизу, то мало не покажется. Для этого и существовали клиновые ловители, которые срабатывали при некотором ускорении кабины и в источнике питания не нуждались. Вся процедура занимала около получаса. Инспектор осматривал кабину, а потом просил проверить ловители. Капитан тупо отключал электроэнергию, поскольку другого варианта просто не существовало и кабина, глухо ухая, намертво стопорилась стальными клиньями за направляющие. Инспектор ставил галочку в своём планшете и все расходились довольные результатом. Жизнь гаймалийцев в безопасности.

Инспектора довольно часто менялись и капитан поначалу даже подозревал, что текучесть кадров в этом секторе почему-то была весьма высокая. Но вскоре выяснилось, что причина весьма банальная. Время от времени инспекторов отправляли на новый участок, чтобы проверки были всегда на должном уровне. На новом месте инспектор не мог быть уверен, что всё работает как надо и не отлынивал от своих обязанностей. Но сейчас капитан вспомнил о другом. Каждый раз инспектор тыкал пальцем в свой жетон, уведомляя о своих полномочиях и капитан непроизвольно хмыкнул, досадуя, что так ни разу и не удосужился проверить его. Надо будет посмотреть, что он хоть из себя представляет. На жетоне только условный код и без сканера его не прочитаешь.

Дерзкий план созрел быстро. Капитан даже сходу придумал из чего сделать жетон. Для этого идеально подходила ложка. Если ручку обрезать и немного подшаманить, то выйдет замечательный жетон. От настоящего не отличишь. Оставалась найти только шнурок золотистого цвета. У всех инспекторов был именно такой.

Два часа капитан тыркался в сети по магазинам, но золотистого найти не удалось. Любой расцветки. Любой гаммы. Но именно такого не было. Капитан несколько расстроился, но не унывал. Чем-нибудь покрасит. Можно было, конечно и заказать шнурок с нужным цветом, но капитан побоялся это делать. Если такого цвета нет, то это неспроста.

Весь вечер он провозился с куском алюминия от ложки, придавая ему нужную форма, а на следующий день ошарашил инспектора, потащив его к сканеру.

Но то, что капитан увидел, ошарашило его куда больше.

На дисплее высветилась убийственная надпись:

«Нет данных»

Капитан удивлённо посмотрел на инспектора, но тот как ни в чём небывало заверил:

– Не парься. Не успели загрузить в базу как всегда. Такое часто бывает. Пошли работать.

– Разве тут не централизованная база данных? – не поверил капитан.

– Централизованная, – подтвердил инспектор. – Только я изначально был приписан к сто семнадцатому сектору, а меня уже сто пятьдесят раз перебрасывали с места на место. Там тоже люди сидят и не будут зря в кнопочки тыкать, если я всё равно скоро вернусь на место. Соображаешь?.. Ну, тогда пошли работать.

– Пошли, – сдался капитан. Против человеческого фактора не попрёшь. Да и на душе сразу как-то легко стало. Свалился тяжкий груз переживаний и ложных страхов.

Две недели капитан тщательно готовился и как только механик появился на шестьдесят седьмом складе, при полном параде двинулся в путь. Он достаточно хорошо изучил привычки местного инспектора и накладок быть не должно. Настоящий инспектор придёт только вечером и конечно страшно удивится, что до него уже кто-то побывал, но спишет всё на бестолковых операторов, которые конечно, что-то напутали. Вряд ли он поднимет кипеж. Судя по недавнему диалогу со своим инспектором, они все давно привыкли к подобным казусам.

Путь был неблизкий и в конце пути капитана стало основательно трясти от переживаний. Он пытался себя успокоить, но это мало помогало. Всё-таки, на кону была его жизнь.

Охрану капитан прошёл, еле передвигая одеревеневшие ноги. Хотелось плюнуть на всё и бежать, куда глаза глядят. Но на него даже не обратили внимания. Охрана сосредоточилась на выгрузке контейнеров, которые двое рабочих доставили наверх.

Где-то вверху зашумел экранолёт и механик, приветственно кивнув, сожалея развёл руками. Придётся подождать.

Капитан отошёл в сторонку, чтобы никому не мешать и даже был рад этой заминке. Можно было прийти в себя и отдышаться. Рассеянным взглядом, словно ему до этого не было дела, он стал следить за разгрузкой.

Рабочие довольно быстро перекинули громадный контейнер на транспортную платформу и если бы не механик, который что-то заметив, стал ругаться с ними, то давно бы уже выкатили платформу из ангара.

Вид у этих работяг был отвратный и капитан сам лично бы не решился с ними ругаться. Таких гуманоидов он ещё не встречал. Суровые, словно высеченные из камня физиономии не сулили ничего хорошего. Вдобавок они сильно сутулились, словно стыдясь своего роста и речь их была похожа на отрывистый, хриплый лай собак. Правда, они не ругались, как можно было подумать со стороны, а лишь убеждали механика, что никаких повреждений нет. Но тот бесновался, размахивая руками и доказывал обратное.

Охрана в их спор не встревала и спокойно дождалась развязки. Когда всё утихло и контейнеры погрузили на экранолёт, капитан спросил механика:

– Что там случилось?

– Да, – недовольно махнул рукой механик. – Каждый раз одна и та же песня. Чуть кабину не погнули, уроды. Эта бригада всегда куда-то спешит.

Капитан осмотрел кабину, но никаких вмятин не нашёл. Зато карман на робе механика подозрительно оттопыривался. Ещё минут двадцать назад с ней было всё в порядке. Армейская привычка следить за внешним видом своих подчинённых давала о себе знать. Глаз на это дело был намётан.

– Кабина в порядке, – констатировал капитан. – Давай проверим ловители.

Кабина гулко ухнула и капитан достал планшет, делая вид, что ставит там отметку.

– Ну, вот. Порядок, – улыбнулся он и кивнул на карман механика. – А там что?

– Да ничего, – невозмутимо пожал плечами механик. – Вещица одна. Моя.

– Двадцать минут назад её не было, – напомнил капитан. – Может покажешь?

– Тебе-то какое дело? – окрысился механик. – Сделал своё дело и вали отсюда.

– Нехорошо грубить старшим, – урезонил его капитан. – Я ведь и охрану могу позвать.

Механик шумно задышал, злясь на капитана, но нужно было как-то решить эту проблему и он решился.

– Отойдём, – предложил он, кивнув на закуток за выступающим над землёй части лифта.

Они зашли за будку лифта, где охрана не могла их видеть и механик быстро сунул капитану в руки свою «вещицу».

– На, подавись, – зло процедил он и отошёл в сторону, выйдя из укрытия.

Капитан даже слегка оторопел, когда понял, что дал ему механик. Это был плод тукайи. По крайней мере, ничего другого предположить он не смог. Но рассуждать было некогда и бережно уложив «вещицу» в карман, он поспешил за механиком.

Сделав вид, что очень доволен результатом своей «беседы», он церемонно поклонился перед механиком и даже изобразил улыбку.

– Весьма польщён. Приятно было иметь с вами дело.

Стараясь не смотреть по сторонам, капитан быстро вышел из ангара и отойдя на безопасное расстояние, взвился в воздух.

– Йёоу, – исступлённо заорал он, высоко подпрыгнув. Это было что-то. Он был на седьмом небе от восторга.

Дома он внимательно рассмотрел плод и понял, что это и есть тукайя. Всё как говорил Тукан. Сквозь прозрачную кожицу, проглядывала янтарная мякоть, создавая впечатление, что плод словно светится изнутри. Хотелось сразу же попробовать его, но капитан не решился. Сначала следовало отпроситься с работы хотя бы на день. А то унесёт ещё к каким-нибудь предкам и будешь там куковать, как Тукан, пару дней. С такими вещами следовало быть осторожней. Взбудораженный и потрясённый, он долго не мог уснуть и твёрдо решил, что сначала покажет плод Тукану.

Часть 9

Капитан нарочито небрежно положил перед Туканом на столик тукайю и самодовольно ухмыльнувшись, присел напротив.

– Это оно? – кивнув он на плод.

Тукан, оглядев со всех сторон плод, уважительно замычал и одобрительно покачав головой, бросил на капитана смешливый взгляд.

– И не попробовал? – удивлённо приподнял он брови.

– Да как-то боязно с предками общаться, – с весёлыми искорками в глазах признался капитан. – Они там не дерутся часом? А то навешают мне люлей за жизнь мою сегодняшнюю.

– Ты же не виноват, – почуяв подвох, улыбнулся Тукан. – Пожурят немного, может быть, и простят.

– Э-э, – убито протянул капитан. – Отец-то ещё ничего. А дед шибко правильный был. Тот разбирать не будет: виноват ты или не виноват – по полной программе воздастся. Кулачищи-то у него – во! – изобразил он силищу, потрясая кулаком.

– А ты не говори, где ты есть, – посоветовал Тукан. – Они же не знают, где ты сейчас находишься.

– А вдруг они видят? – в тревоге задумался капитан, но не выдержав, рассмеялся.

Оба весело заржали и старый Тукан даже малость прослезился.

Насмеявшись вдоволь, он предостерёг:

– Надеюсь, никто не видел как ты тукайю стянул. Пунерианцы такого не прощают.

– Да это не я, – признался капитан. – Я его у механика отжал, когда он этот хитрый манёвр провернул. Вот только никак не пойму, как он умудрился тукайю из контейнера достать.

– Это просто, – снисходительно бросил Тукан. – Там специальный лючок и рычажок есть. Нажмёшь на него и тукайя сама тебе в руки прыгнет.

– Не знал, – подивился капитан.

– Это сделано для того, чтобы весь контейнер не вскрывать для теста, – пояснил Тукан. – Клиент может захотеть убедиться, что фрукт соответствует. А если микроклимат нарушить, то всё. Долго не протянет. Вот и придумали такую хитрую штуку.

– И что ж тогда получается, – забеспокоился капитан. – Внутри контейнера целый конвейер установлен?

– Не знаю, – слегка задумавшись, обронил Тукан. – Но вряд ли, – предположил он. – Такой механизм много места займёт, да и тукайя фрукт деликатный. Её в специальных корзинках привозят и с ними, я думаю и укладывают. Конвейер туда уже не запихнёшь.

– Хорошо бы так, – обрадовался капитан.

– Даже не думай, – понял Тукан этот возглас по-своему. – Второй раз может и не повезти. Живи, радуйся жизни. Тебе этого мало? Лет через десять накопишь – купишь домик в Виранге. Там многоэтажек нет. У каждого отдельный дом. Небольшой участок земли. Всё в зелени. Райский уголок. Я себе такой уже купил, – похвастался он. – Будешь в гости ко мне ходить.

– На пенсию собрался? – улыбнулся капитан.

– Да я уж давно на пенсии. Всё не соберусь никак. Прикипел тут. Только скоро всё равно придётся уйти. Годы своё берут, – посетовал он. – Твои сородичи, кстати, сколько в среднем живут? На вид ты ещё молодой.

– Это, смотря где, – рассудительно заметил капитан. – На Земле, в среднем, сто пятьдесят. Ну, а если деньги есть, то и за двести и даже триста легко можно махнуть. Только там уже не человек, а живая мумия получается. Мозг не выдерживает. Никакие таблетки не помогают. Нафиг, – чертыхнулся он. – До ста двадцати дотяну и хватит. Дальше уже только на химии выжить можно.

– У нас также, – улыбнулся Тукан. – Я же говорил: программа у всех одна.

– Я бы не сказал, – возразил капитан. – Я слышал, что некоторые у вас тут до пятисот доживают.

– Не бери в голову, – с досадою поморщился Тукан. – Это всё байки. Попытки прожить свою жизнь в другом теле. Ровно через пять лет это уже два человека в одной черепушке, – выставил он свои заскорузлые пальцы. – Со своими бзиками, болячками и предпочтениями. Они все доживают свой век в психушке. Природу не обманешь.

– Боливар двоих выдержит, – соглашаясь, усмехнулся капитан. – У нас тоже такие попытки были, но потом как-то всё утихло и даже не знаю, как сейчас обстоят дела. Но не думаю, что лучше стало. Долгожители никому не нужны. Земля и так перенаселена. А так бы было неплохо, конечно, – мечтательно улыбнулся он, – купил клона и живи себе дальше. Наслаждайся жизнью. Здесь, вот правда, не знаю сколько проживу, – посетовал он. – На Заре бы точно до ста двадцати дотянул.

– Заря, это что? – спросил Тукан. – Ещё одна планета, как у нас?

– Колония. И от Земли далеко очень. Совсем в другой звёздной системе, – пояснил капитан. – Подходящую планету не так-то просто найти. Наше светило рано или поздно потухнет, вот и осваиваем новые рубежи, так сказать,

– И далеко она отсюда? – полюбопытствовал Тукан.

– Не знаю, – задумался капитан. – Меня сюда два года везли. Далеко, наверное. Но может, слышал, – вспомнил он. – У ваших она Арура называется.

– Арура?! – удивился Тукан. – Ты ничего не напутал? Это планета нимерийцев. Они там, правда, не живут, но и чужих на планету не пускают. У них там секретное оружие запрятано.

– Знаю, – небрежно отмахнулся капитан. – Не знал только, что они нимерийцы называются. Альмагель они охраняют. Охраняли, точнее, – поправился он. – Сейчас мы охраняем, – и спохватившись, что может быть уже и охранять некому, ещё раз поправился. – Наверное.

На Тукана это произвело эффект взорвавшейся бомбы. На несколько минут он завис с открытым ртом, пытаясь осознать сказанное капитаном.

– Вы очень могущественная цивилизация, – наконец потрясённо выдохнул он. – Даже пунерианцы боятся нимерийцев. Значит, это вы порезали корабль Зубороша? – мелькнула у него догадка.

– Нет, не мы, – огорчил его капитан. – Это Усгул приложил свою руку. Он и наш корабль порезал, кстати, – признался капитан. – Так что мы не самые могущественные, если что. Просто мы умеем договариваться, – улыбнулся он.

– Договориться с нимерийцами можно, – согласился Тукан. – Но когда дело касается альмагеля, то ни за что не поверю, – живо возразил он.

– У них просто выбора не было, – небрежно бросил капитан. – Или мы или альмагель. Они выбрали нас.

– В смысле? – не понял Тукан. – Зачем им было выбирать вас?

– Тогда бы мы уничтожили весь альмагель и Усгул бы остался ни с чем, – пояснил капитан. – А так у него и альмагель есть и мы живы-здоровы. Взаимовыгодное сотрудничество, так сказать.

Тукан восхищённо потряс головой, но сказать ничего не нашёлся. Он просто поверить не мог, что такое возможно.

– Ладно, – выдохнул он после минутного замешательства. – Мне это дело надо переварить. Разложить всё по полочкам. Стар я стал для таких новостей. Ты меня удивил, – признался он. – Я представлял всё совсем иначе. Кстати, – вспомнил Тукан. – Нимерийцы дальше всех продвинулись в вопросе бессмертия. У них там некоторые особи по тысячу лет живут. И больше. Но, – вздохнул он, – смерть приходит откуда не ждёшь. Это ещё один повод уничтожить их и пунерианцы своего добьются. Ходят слухи, что они создают какое-то сверхмощное оружие для космоса. На земле им и так почти равных нет, – пояснил Тукан. – А если и в космосе превосходство возьмут, то нимерийцам тяжко будет. Они за счёт космоса только и держатся. Вояки они слабые. Торгаши. Что с них взять.

– Пунерианцы тоже, – неуважительно поморщился капитан. – Я бы не сказал, что они воевать умеют. Так себе.

– Не скажи, – бойко возразил Тукан. – За последние лет триста или даже пятьсот, если не считать Арура, они не больше тысячи солдат в битвах потеряли. Это очень хороший показатель. Виртуальные битвы, конечно, расхолаживают, но они быстро восстановятся. Вот увидишь.

– Может быть, – равнодушно бросил капитан. Он не думал, что эти потери хоть как-то могут огорчить пунерианцев. Для них это естественный ход жизни. Меньше дармоедов кормить придётся.

– А что ты там сказал про бессмертие? – полюбопытствовал он.

Эта тема была гораздо интереснее.

– Правитель Нимерии, император Исбелиус, уже восемьсот лет председательствует в совете. Так что это не миф, – подчеркнул Тукан.

– Император? – удивился капитан. – У них до сих пор короли правят?

– Это скорее почётный титул, – пояснил Тукан. – По факту правит совет. Но в случае войны вся власть передаётся императору. В этом случае он будет решать все вопросы единолично.

– Ну, так понятно, – вздохнул капитан. – Император же. Простому смертному бессмертие не дано.

– Там не только император, но и вся элита бессмертные. Точнее – совет, – поправился Тукан. – За остальных точно не знаю.

– И в чём фишка этого бессмертия? Если это не секрет, конечно.

– Они и не скрывают, – ответил Тукан. – Назвать жизнью это конечно сложно, но ради бессмертия на что только не пойдёшь. Они использовали старый метод копирования разума в нейросеть, но сумели вдохнуть в него сознание.

– Ха, – невольно усмехнулся капитан. – У них ещё и роботы всем заправляют.

– Это не то, что ты думаешь, – возразил Тукан, – но определённый смысл в этом есть, конечно. Телесная оболочка искусственная. Зато никаких проблем с внедрением в другое тело. И похоже, всем всё нравится. С годами совет становится только мудрее и уже не совершает таких ошибок, как если бы правили настоящие нимерийцы.

– Мудрее, – с сарказмом протянул капитан. – Прогрессировать может только глупость и жадность. Пробившийся к власти человек с низов быстро забывает о своих невзгодах и ещё быстрее о проблемах других. Я допускаю, что могут быть исключения, но это один на миллион. Так что если твой совет и становится мудрее, то это, скорее всего, могут быть только роботы. И не надо им приписывать человеческие черты. Ты сам подумай. Мудрость это всего лишь некий багаж опыта позволяющий сделать наиболее оптимальный выбор. Став правителем, человек перестаёт приобретать его, поскольку отрывается от жизни и начинает всецело полагаться на советников, которые ловко манипулируют им. Я где-то читал, что некоторые цари время от времени жили в «шкуре» бедняков, чтобы понять чаяния народа. Вот тут я согласен. Получая новый опыт, они становились мудрее. А других вариантов просто нет.

– Важна глобальная политика общества, а не конкретный человек, – не согласился Тукан. – У них всё есть. Даже бессмертие. Чего им ещё надо? Самое время подумать о народе.

Капитан невольно усмехнулся, понимая всю абсурдность своих мыслей, но всё же сказал:

– Ещё больше. И того и другого. Это своего рода болезнь и бессмертием её не вылечишь.

– По-твоему, все правители глупы? – раздражённо бросил Тукан.

– Глупость – понятие относительное, поскольку определяется количеством жизненного опыта, – нравоучительно заметил капитан. – Чем меньше этого опыта, тем больше человек совершает глупостей. В случае с правителями её вообще можно оценить только с точки зрения мировой истории. Конечным этапом правления, так сказать. И не всегда это можно назвать глупостью, хотя на самом деле она таковой и является. Достижение конкретной цели может быть достигнуто разными способами и здесь всё определяется нравственными устоями конкретного индивидуума. Кто-то шагает по трупам своих соплеменников, чтобы достичь своей конечной цели, а кто-то выбирает более рациональный путь. Но в конечном итоге все они стремятся остаться в памяти народной навсегда. Одного бессмертия им недостаточно. Нужна ещё и бессмертная слава о них. Но это тоже палка о двух концах. Любое самодержавие может быть повержено, – улыбнулся капитан. – И память о нём будет стёрта. Поэтому этот цикл становления бесконечный. Но лучше оставим эту тему, – предложил он. – Королями нам не быть и лучше думать о своих проблемах.

– Давай оставим, – согласился Тукан. – Хотя я бы, конечно, поспорил. Некоторые правители всё-таки думают о своём народе и вряд ли думают о бессмертии своих деяний.

– Это делается неосознанно. Как инстинкт продолжения рода. Мало кто задумывается, зачем он вообще это делает. Так надо и всё.

– Ты конечно, знал, зачем ты это сделал, – съязвил Тукан.

– Вовсе нет, – простодушно признался капитан. – Я поступил так же как и все. Понимание приходит гораздо позже. И то не совсем. Вот сейчас, когда я так далеко от родных, я начинаю понимать насколько они мне по-настоящему дороги. Будь я рядом с ними, этого понимания бы не произошло. Да, я любил их. Переживал. Но не так, как это происходит сейчас. Можно сказать, с удвоенной силой, – улыбнулся он. – Даже больше. Порой выть хочется от тоски. А ведь дома я мог месяцами их не видеть. И ничего!

– Просто ты знал, что всегда можешь увидеть их, – улыбнулся Тукан. – Вот и не переживал.

– Но это всё равно не определяет стремление к продолжению рода, – продолжил свою мысль капитан. – Мы же не рожаем детей, чтобы просто любить их. Нам нужно нечто большее. И в общем-то, следуем корыстным интересам. Чтобы на старость лет было кому кусок хлеба подать.

– Да, – вздохнул Тукан. – Я бы тоже хотел, чтобы это был близкий мне человек. Но уже не судьба видно. Слишком они далеки от меня. За них теперь будут роботы подавать, – горько улыбнулся он.

– Это не завит от расстояния, – посочувствовал ему капитан. – Любая попытка творить добро требует от человека некого самопожертвования своих интересов. А на это способны немногие. Гораздо проще творить добро за счёт чужих людей. Но поскольку у них и у нас такой возможности нет, то тепло нам будут дарить роботы. И кстати, – улыбнулся он. – Оставь тукайю себе. Мне всё равно её некогда пробовать. А тебе поможет отвлечься от грустных мыслей.

Часть 10

Капитан уходил от Тукана с чувством лёгкой досады и разочарования. Он надеялся, разговор будет более продуктивным. Всё что он узнал, конечно, тоже было немаловажным, но и без этих знаний он вполне бы обошёлся. Тем более, что эти знания ни на йоту не приблизили его конечной цели. Как забраться в контейнер, да ещё с двухнедельным запасом провизии – вот главная его задача, которой он отдавался бессонными ночами. Пока, ни одного лучика надежды в этой беспросветной мгле загадок и тайн, не блеснуло. И неизвестно, блеснёт ли вообще. Терзаемый досадой, он направился в ближайший бар, чтобы хоть как-то сгладить горечь разочарований и обалдело застыл на входе, увидев за одним из столиков Тимура. Это был словно дар, посланный богами.

Кто-то невежливо подтолкнул капитана сзади и ему пришлось посторониться, чтобы пропустить входящих.

Тимур приветливо махнул рукой, приглашая его за столик и капитан, сообразив, что вначале следует взять выпивку, поплёлся к стойке бара, лихорадочно соображая, что следует сделать, чтобы выжать из этой встречи максимальную пользу.

– Привет, – присаживаясь, поздоровался капитан. – Какими судьбами?

Капитан подальше отодвинул от себя стопку, хотя от волнения пересохло в горле и безмятежно откинулся на стуле, словно эта встреча для него ничего не значила.

Тимур приветственно кивнул, но ответил не сразу.

– Я тут в отпуске, – наконец сказал он. – Решил проведать старого друга. Ты получил моё послание?

– Да, – кивнул капитан. – Спасибо. Только это вряд ли осуществимо, – не преминул заметить он.

– Это конечно, очень сложная задача, – согласился Тимур. – Не думал, – съёрничал он, – что ты так быстро сдашься.

– Я не сдался, – возразил капитан. – Просто я не вижу выхода в этой ситуации. Нужен другой план.

– Другой возможности здесь нет, – отрешённо заметил Тимур, давая понять, что всё остаётся в силе. – Хорошо, – неожиданно предложил он. – Я помогу тебе. Но за это, ты должен будешь сделать кое-что для меня.

– И что, например? – усмехнулся капитан, не понимая, что он вообще может сделать на этой планете. – Взорвать подъёмник?

– Это намного серьёзней, чем ты думаешь, – поморщился от глупой иронии Тимур. – И на кону будут миллионы жизней.

– Ты не боишься, что нас могут подслушать? – удивился капитан беспечности Тимура. Говорить такое открытым текстом он бы побоялся.

– Успокойся. Пунерианцам нет дела до наших заговоров и дел. Если вспыхнет восстание, то они просто уничтожат всех и заселят планету другим видом. Без вариантов. Возиться с тобой или искать виновных никто не будет. Хочешь посмотреть, как это будет? Валяй. Убей одного пунерианца и через три часа на этой планете не останется ни одного клирийца. Живого клирийца, – жестко уточнил Тимур.

– Ну я вообще-то землянин, – усмехнувшись уточнил капитан. – Кроме меня, здесь никого больше нет.

– Это неважно, – сердито отметил Тимур. – Если здесь нет твоих соплеменников, то в расход пойдут те, с кем ты общался. Не пощадят даже твою билетёршу, – зло завершил он.

– Что ты от меня хочешь? – начиная сердиться, перешёл к делу капитан.

Выяснять он ничего не собирался. Раз Тимур считает, что они в безопасности. То пусть так и будет.

Лицо Тимура подобрело и посмотрев по сторонам, он продолжил.

– Нам удалось установить, что ты встречался с нимерийцами, – окинув капитана завистливым взглядом, продолжил Тимур. – И даже, как мы считаем, помогли тебе бежать из плена. Это много стоит. Мне нужно передать послание твоим друзьям. Твоей задачей будет встретиться с этим Усгулом и передать ему наше послание. Со своей стороны, мы сделаем всё возможное, чтобы эта встреча состоялась. Никакого геройства от тебя не требуется. Просто передашь ему послание и скажешь пару слов.

– Что я должен передать?

– Тебе лучше этого не знать. Если тебя вдруг поймают, то пунерианцы без труда узнают суть послания. Отсюда, – коснулся пальцем Тимур виска, – это не удалить. Поэтому даже не пытайся прочитать его. Ты всё равно ничего не поймёшь, а последствия для нас будут очень серьёзные. Помни об этом.

Тимур окинул взглядом капитана и его взгляд остановился на браслете.

– Что это?

Капитан посмотрел на браслет и кратко пояснил:

– Телефон, радио. Что-то вроде того, что у тебя на руке.

– Сними его. Завтра я его тебе верну. Нам нужно понять, как он работает.

– Это не так просто сделать, – стушевался капитан. – Там хитрый замок. Есть какой-нибудь острый предмет? Иголка, например.

Тимур на минуту задумался, очевидно внутренним взором ощупывая свои карманы и отрицательно покачал головой.

– Хорошо, – решил он. – Завтра к тебе зайдёт наш человек: отдашь браслет ему. Не волнуйся, – заметив тревогу в глазах капитана, заверил он, – через полчаса он вернёт браслет.

– Я и не боюсь, – живо возразил капитан. – Лишь бы не сломал.

– Не сломаем. Это в наших интересах. Он послужит контейнером для сообщения. В случае опасности, его будет легко удалить.

– Это точно, – согласился капитан. – Можно даже голосом. А что я должен буду сказать Усгулу? – поинтересовался он.

– Сделать то, что указано в сообщении. Это важно и для них, но Усгул может решить, что это провокация и важно убедить его в обратном, – пояснил Тимур.

– Он меня не послушает, – честно предупредил капитан.

– Этого и не требуется, – улыбнулся Тимур. – Главное, что он верит тебе, а значит, поверит и тому, что будет в послании. Ты можешь вообще ничего не говорить. Но будет лучше, если всё же скажешь пару слов. Порой слова значат больше, чем что бы там ни было.

– Но я не знаю что в послании, – недоумённо возразил капитан. – Как я смогу убедить его в чём-то?

– Усгул сам расскажет тебе всё. Я думаю, что ты уже знаешь ответы на все его вопросы.

Тимур поднялся из-за стола и кивнул на стопку.

– Расслабься. Тебе это не повредит. Я дам знать, когда всё будет готово. И не забудь про провиант, – напомнил он отходя от столика. – Можешь готовиться уже сейчас. Дорога будет долгой.

Капитан опрокинул стопку и надолго задумался. Мысль об Усгуле радовала его. Он и Заря как-то слились воедино в его мечтах и уже казалось, что как только он передаст послание, его тотчас высадят на Зарю. Только через какое-то время до него дошло, что встреча не обязательно должна состояться на орбите Зари. Она могла случиться где угодно и даже в миллионах парсеках от неё. Это несколько огорчило его, но не настолько, чтобы перестать радоваться предстоящим переменам. Кто бы знал, что его общение с Усгулом так пригодится. Фантастика.

На следующий день прогулку с Тобиком пришлось отложить, чтобы дождаться посыльного Тимура. Впрочем, заняться было чем. Капитан ещё вчера глянул в сети, что можно приобрести для далёкого путешествия и в общем-то, остался доволен. Гаймальцы довольно часто ходили в турпоходы самостоятельно. Кто-то лез в горы, а кто-то в джунгли и с приобретением походного рюкзака с синтезатором пищи проблем не было. Правда, пришлось выписать два, поскольку запас продовольствия и воды у них был всего на неделю. Но не это беспокоило капитана. Контейнер хоть и большой, но всё же не настолько, чтобы можно было выделить уголок для туалета. К тому же он сомневался, что вентиляция будет на высоте. Удастся ли ему прорубить окно, был ещё вопрос. Хорошо, если получится выломать лючок. С инструментами в этом мире было совсем плохо. Кустарным производством практически никто не занимался и даже примитивную отвёртку было сложно купить. Только на заказ. Кое-что можно было приобрести в горном снаряжении, а что-то он мог взять с работы. Но достать обыкновенный ломик была та ещё проблема. Такая же история приключилась и с подгузниками, на которые рассчитывал капитан. Их не было. От слова совсем. На Земле была масса всяких приспособлений для решения этих проблем, но ничего похожего здесь найти не удалось. По ходу, гаймальцы никогда не болели и подобными недугами не страдали. Пришлось перелопатить массу информации о младенцах и с горечью узнать, что подгузники им, по всей видимости, тоже не требовались. Как для пожилых и немощных. Он не нашёл ни одного упоминания об этом предмете. Правда, в одной из статей нашлась ссылка на некий утилизатор и капитан несколько воодушевился. Осталось найти, что это такое. Утилизаторов оказалось гигантское количество, но ни один из них не мог быть использован капитаном для решения своих проблем. Все они занимали слишком много места и в основном предназначались для выносных точек общепита.

Капитана всегда восхищала стремительность возведения подобных точек. Особенно на запретной территории пунериан. Поскольку заготовкой продуктов никто не заморачивался, то проблема решалась просто. Решивший отдохнуть в уединённом месте пунерианец просто тыкал в нужное место на земле пальцем и в считанные минуты там устанавливали торговый бокс. Рабочие бросали доставочную трубу прямо на землю и готово. Можно было не ограничивать себя в выборе товара.

Капитан так бы наверное и не узнал об этом, если бы ему не пришлось однажды участвовать в одной спасательной миссии.

Он как раз работал на участке примыкающем к запретной зоне, когда над ангаром застрекотал геликоптер. Капитан вышел посмотреть, что там происходит и навстречу ему уже бежал гаймалец. Он представился смотрителем работ и стал слезно умолять помочь ему. Оказалось, что торговый бокс установили прямо на одну из заброшенных шахт подъёмников. Когда пунерианец решил что-то купить и приблизился к боксу, то купол шахты не выдержал и всё рухнуло вниз. По счастью пунерианец успел отскочить в сторону, но выронил свой планшет и теперь требовалось срочно достать его.

Капитан помялся для приличия. Но согласился.

Бокс провалился неглубоко. Метра на три или четыре, упёршись в кабину лифта. Однако никто не хотел рисковать жизнью из-за какого-то планшета. Рабочее стояли понурив голову, разглядывая в недрах шахты останки бокса, а заодно и злополучный планшет, который тускло отсвечивал на кабине лифта и молча выслушивали угрозы пунерианца, который размахивал руками и гневно требовал достать планшет. Лучше потерять работу, чем жизнь, здраво рассудили рабочие и никак не хотели понять, что от них требуется.

Капитан осмотрел место происшествия и решил, что проблем нет.

– Верёвка есть? – задал он присутствующим вопрос, но ответа на него не получил.

На него посмотрели как на сумасшедшего и снова уставились в зияющий провал. Вариантов было два. Либо никто из них не знал что такое веревка, либо не верили в собственные силы. Капитан хоть и уступал по комплекции пунерианцам, но для гаймальцев был всё же великаном. Поднять и опустить его на верёвке было для них сложной задачей.

Капитан не стал выяснять, что рабочие думали на самом деле, поскольку невдалеке заметил будку узла питания лифта. Раз её не снесли, то напряжение до сих пор поступало и следовало вначале проверить так ли это на самом деле. Если этот вариант не прокатит, то тогда всё равно придётся искать веревку и привязывать её к геликоптеру. Других вариантов капитан не видел.

Капитан осторожно включил питание, опасаясь короткого замыкания и облегчённо выдохнул, когда ничего не произошло. Загорелись весёлые огоньки и после короткого теста на дисплее появилось сообщение:

«Все системы исправны»

Можно было работать.

Со страшным визгом и скрипом кабина всё же тронулась с места и под восхищенные взоры гаймальцев поднялась наверх, слегка покорёжив бокс, но чудом удержав на поверхности кабины планшет, готовый при легком толчке ринуться в бездну. Капитан благодушно принял поздравления, но всё же поспешил скрыться с места происшествия, поторопив смотрителя. Афишировать себя было ни к чему.

В конце концов капитана осенило, что это может быть робот и следует искать именно в этой категории. И дело пошло на лад. Роботов-нянек оказалось тоже достаточно много и теперь предстояло выбрать их них самый подходящий. Этим он и занялся в ожидании посыльного.

Тобик глухо зарычал и следом раздался тональный звонок, оповещающий, что на пороге гость. На дисплее возникла чья-то физиономия и капитан понял, что это посыльный от Тимура.

На пороге выжидательно запрокинув голову стоял гаран. Капитан восхищённо потрепал Тобика за холку: почуять незнакомца сквозь такие стены, как ему казалось, было нереально и ткнув в кнопку допуска, предупредил посетителя:

– Лучше не входите. Тобик не любит гостей. Я сам выйду.

Капитан отдал браслет и усевшись напротив Тобика сказал:

– Потерпи ещё немного. Скоро пойдём гулять.

Тобик вильнул хвостом и безрадостно зевнув, улёгся на полу. Ну что ж, подождём.

И тут по сердцу словно ножом полосонули. Сердце тревожно ёкнуло и внутри всё оборвалось. Только сейчас капитан понял, что скоро придётся расстаться с другом. Это было так больно и горько, что от волнения вспыхнуло лицо и капитан, растерянно потерев ладонями лицо, тяжко вздохнув, зашагал по комнате.

Веритинога нельзя оставить кому-нибудь на попечение. Второго хозяина он не примет. Можно только бросить его, отпустив на волю. С голоду эта зверюга конечно не помрёт, но сам факт расставания разбередил душу капитана. Он так привязался к этому милому существу, что даже не представлял, как он сможет бросить своего друга на произвол судьбы. Одна мысль об этом была невыносимой.

Снова звякнул входной звонок и капитан, забрав браслет, выждал несколько минут, чтобы дать посыльному уйти. Тобик почему невзлюбил посетителя и всё время глухо ворчал, пока тот не ушёл.

Может предчувствовал, что этот гаран принесёт ему разлуку с хозяином, подумалось капитану.

В этот раз они гуляли долго. Капитан рассеяно наблюдал, как Тобик резвится и всё время думал о нём.

Веритиног не собака – лаять не умеет и ненужного переполоха не создаст, но всё равно его с собой не возьмёшь. За две недели без прогулки он всю кровь выпьет. Да и кормить надо. Хотя с возрастом Тобик стал умерен в пище, всё равно его нужно будет кормить чем-то и капитан был не уверен, что на новом месте будет всё легко и просто. Самому бы с голоду не сдохнуть. Вряд ли его карта будет работать в чужом краю. А другого эквивалента денег здесь просто не существовало. Тут самому придётся выживать.

Часть 11

Через неделю капитан пошёл в гости к Тукану. Надо было проститься со стариканом. Всё-таки это был единственно близкий человек на этой планете.

Они долго болтали о пустяках, прежде чем Тукан обратил внимание на браслет капитана.

– Радио слушаешь? Что там говорят?

– Да так. О пустяках всяких, – неохотно отозвался капитан. Радио в последнее время он перестал слушать. Стало просто неинтересно.

– Понимаешь? – улыбнулся Тукан.

– В общем да, – кивнул капитан. – Только некоторые слова понять не могу. Может быть, из другого языка, – предположил он.

– Нет, – возразил Тукан. – Заимствованные слова тоже имеют смысл. Это мёртвые слова.

– Мёртвые? – удивился капитан.

– Да. Эта программа распознаёт не слова, а звуковые образы. Наши же предки не придумывали слова, создавая словесную абракадабру, а издавали подходящий звуковой образ какого-либо предмета, – пояснил Тукан. – А раз программа, как я сказал, у нас на всех одна, то и звуковые вибрации будут одинаковые. Просто мы этого не замечаем. Вот «хлеб», например. Для кого-то это батон или буханка, а для кого-то румяная лепешка. Слова разные, а вибрации образа одинаковые. И программа распознаёт только общее значение для всех видов. У всех ведь разные представления о хлебе. А какой именно вариант здесь присутствует, придётся выяснять самому. Потом это понятие закрепится и не надо будет выяснять снова. Наш мозг сам работает по этому принципу, поэтому сложностей больших не возникает. А вот мёртвые слова программа перевести не может. Это искусственно созданные слова. Такие слова в основном создают учёные и литераторы. У них нет звукового соответствия нашим образам и программа перевести их не может.

– Вон оно как, – восхитился капитан. – А я-то всё удивлялся; откуда в вашем языке наши слова? И даже у некоторых значение одно и то же!

– Ну вот видишь, – улыбнулся Тукан. – Даже на этом можно убедиться, что я был прав. Одна у нас программа. Одна.

– Ещё бы мировоззрение у всех было одинаковое, – согласился капитан, – и был бы полный порядок. Всё бы войн было бы меньше.

– Это тоже один из принципов выживания, – не согласился Тукан. – Каждый хочет лучших условий для своего существования, – задумчиво остановился он. – Но мы так далеко ушли от природы, что теперь это неизбежное зло. Они никогда не кончатся и не станут гуманнее. Борьба за господство будет происходить вечно. И неважно, какими способами это будет достигнуто.

– Наверное, – согласился капитан. – Чужие миры приходится завоёвывать. Но пожалуй, нам пора расстаться, – посмотрев на часы продолжил капитан. – Возможно навсегда. Я собираюсь переехать на новое место жительство.

– Да? – удивился Тукан. – И куда, если не секрет?

– Пока точно не знаю, – смутился капитан. – Мне предложили одну работу, но я пока не решил. Надоело торчать здесь, – признался он.

– Ну что ж, – неожиданно согласился Тукан. – Ты ещё молодой. Хочется мир посмотреть. Соглашайся. Может, своих соплеменников встретишь и жизнь наладится. Одному на чужбине тяжело жить. Я знаю.

– Спасибо, – обрадовался капитан. – Не хотел вас расстраивать, но так уж получилось.

– Ничего, – вздохнул Тукан. – Я тоже скоро уеду. Так что не переживай. Но про домик в Виранге не забывай, – шутливо напомнил он.

– Не забуду, – заверил капитан.

Время тянулось словно в кошмарном сне и капитан всеми силами старался ускорить его. Он давно купил всё необходимое и перетащил в ближайшую от плацдарма шахту лифта. Вытаскивать всё из дома в последний момент капитан поостерёгся. Здесь не укроешься от нескромных взглядов. Теперь он намного дольше гулял с Тобик грустя о расставании. Жаль было бросать эту добродушную и весьма умную псину.

В один из таких дней к нему подошёл знакомый посыльный. Тобик куда-то умчался и можно было спокойно поговорить.

– Через пять дней прибывает грузовой корабль, – сразу перешёл он к делу. – Надеюсь, вы приобрели всё необходимое?

– Давно уже, – подтвердил капитан. – Устал ждать уже.

– Мы вам вышлем подробные инструкции на ваш телефон, – кивнул посыльный на браслет капитана. – Но если хотите, я расскажу вкратце, что вам предстоит сделать.

– Хочу, – бодро мотнул головой капитан.

– Вещи, надеюсь, храните не дома?

– Нет, конечно, – возмутился капитан. – Сектор пять, площадка семнадцать.

Посыльный достал планшет и найдя объект, одобрительно улыбнулся:

– Хорошо.

– Погрузка и разгрузка по нечётным часам, – поспешно вставил капитан. – Через каждые два часа.

– Замечательно, – похвалил посыльный, отметив что-то в своём планшете. Итак, – перешёл он к заключительному этапу своего повествования, – всё будет происходить примерно в таком ключе. В двадцать три ноль ноль вы должны быть в указанном вами квадрате. Сразу после окончании погрузки, на поле приземлится самоходная платформа. Вы летали на таких в Тикме, – пояснил посыльный, – Управлять ею не надо. Погрузите на неё вещи и дождитесь отправления. Она сама доставит вас в нужное место. Если там всё ёще будет происходить выгрузка товара, то спрячьтесь куда-нибудь на время. После двенадцати часов ночи все доставки прекращаются и начинается погрузка. За это время вам нужно вскрыть контейнер с тукаей и укрыться в нём. Вот ключ, – протянул он капитану пластиковую карту. – Он подходит только для этих контейнеров, так что не ошибётесь. В правом верхнем углу контейнера выбит логотип фирмы. Коснитесь его картой и люк откроется. Будьте осторожны. Он может придавить вас. Все лишние плоды следует выбросить подальше от контейнера. Роботы на них не обратят внимания, но за погрузкой, через терминалы роботов, следит диспетчер. Обычно он спит уже в это время. Но осторожность не помешает.

– Думаете, я смогу справиться с этим? – выразил сомнение капитан. – Контейнер большой. Три метра в длину, два в высоту и столько же в ширину. Тут просто выгрести часа не хватит.

– Тукайю поставляют в корзинках, которые в свою очередь, расставляют на вагонетки, – терпеливо стал разъяснять посыльный. – В каждом контейнере двадцать четыре вагонетки. Вам достаточно выкатить всего шесть, чтобы поместиться со всем вашим хозяйством. Это займёт не более десяти минут.

Капитану ничего не оставалось. Как согласно покачать головой. Задача вполне выполнимая.

Посыльный порылся в кармане и достал небольшую коробочку.

– Это «жужа», – пояснил он. – Без неё вы не сможете открыть контейнер изнутри когда прибудете на Доху. Просто прислоните её, к теперь уже левому верхнему углу и она всё сделает сами. Для активации нажмите эту кнопочку. Она же служит и для самоуничтожения устройства. Для этого нужно удерживать кнопку в течении десяти секунд. Не бойтесь. Взрыва не будет. «Жужа» просто расплавится. Уничтожите её когда прибудете на место. Вы купили кислородную маску? – вдруг спросил посыльный.

– Нет, – растерялся капитан. – Мне никто не говорил про это.

– Ваш контейнер может оказаться не в первых двух рядах и тогда придётся выбираться самостоятельно, чтобы пробраться на грузовой челнок. На складе температура не слишком низкая, но воздух будет разряжён. Без кислородной маски вы не справитесь. Учтите. Если вы этого не сделаете, то ваш полёт затянется на годы. До следующей перевалочной базы путь не близкий. Полтора года. Вряд ли вам удастся выжить. Так что не забывайте следить за «жужей». Она оповестит вас, если что-то пойдёт не так. Вот этот индикатор, – ткнул он пальцем в еле заметную точку на приборе, – начнёт мигать, если вы не попадёте в число выбранных для отгрузки товаров. Если же вы переберётесь в грузовой челнок и не укроетесь в контейнере, то роботы-погрузчики засекут вас и вам опять придётся ждать около года, пока всё успокоится. Будем надеяться, этого не случится.

– Понятно, – кивнул капитан. – А я не задохнусь в этом контейнере? – встревожился он, прикинув сколько кислородных масок ему придётся взять, чтобы дотянуть до Дохи. Это могло привлечь ненужное внимание к его персоне. Одна такая маска была рассчитана всего на сутки.

– Нет, – успокоил его посыльный. – В контейнере установлена система регенерации воздуха. Тукайя потребляет много кислорода и необходимо поддерживать необходимый уровень, чтобы она не испортилась. Для вас этого будет достаточно. Главное, постарайтесь не завалить аппарат плодами и не садитесь на него. Это такой цилиндрический снаряд на полу. Можете даже включить свет, – улыбнулся посыльный. – Тогда вам достанется больше кислорода.

– Понял, – вздохнул капитан.

– С этим разобрались, – подытожил посыльный. – Когда прибудете на Доху, то не торопитесь покидать контейнер. Тукайю возьмут на анализ и поскольку она из-за вас будет несколько подпорчена, груз на Ранкор забракуют. Его повезут в другое место. Контейнер перевезут в другое помещение и уже там вы можете спокойно вылезти из него. Не забудьте прихватить с собой пяток плодов тукайи. Это ваш золотой фонд, – хихикнул посыльный. – Станцию обслуживают три мемдона. Вы наверное, видели их уже здесь. Жуткие создания.

– А-а, эти уроды с шестьдесят седьмого, – догадался капитан.

– Они самые, – подтвердил посыльный. – Скажете им, что вы от Тимура. Они знают, что с вами делать. Не вздумайте им предлагать тукайю. Фрукты они не едят и посчитают ваше предложение оскорблением. Советую, кстати, не поворачиваться к ним спиной. Для них вы просто ходячий обед. Не забывайте об этом. Там им никто не указ.

– Нужно тогда хоть какое-то оружие, – встревожился капитан. – Я с такими бугаями вряд ли справлюсь.

– Оружия не надо, – успокоил его посыльный. – Даже год проведённый на Дохе сделает вас немощным. Слишком мала сила тяготения. С вами им не справится, – утешил он. – Но оглоушить сзади могут. Так что не расслабляйтесь. Через два дня к Дохе пристанет другой контейнеровоз. На нём вы отправитесь на Ранкор. Полёт будет длиться полтора года. Экипаж состоит из трех, но иногда из четырёх каунов и плоды, в качестве платы за проезд, отдадите им. Для них это весьма щедрый подарок. Так что если они начнут бухтеть, что им мало заплатили, знайте: за два года работы им не купить даже одного такого неликвида.

– Дорогая штучка, – удивился капитан.

– Смотря кому, – пожал плечами посыльный. – Для тебя, с твоей зарплатой, не очень. А для пунерианцев вообще задарма.

– Им так мало платят? – удивился капитан.

– А тебе много на Тикме платили? – возразил посыльный. – Ладно. Мне пора, – стал прощаться он. – Всё подробности в инструкции. У тебя будет время ознакомиться с ней.

Посыльный прощаясь, взмахнул рукой и быстро пошёл прочь. Его миссия была закончена.

Часть 12

В тот же вечер капитан приобрёл две кислородные маски, рулон клейкой ленты, демисезонную куртку и некое подобие вещмешка. Так же как и у вещмешка, горловина вещмешка стягивалась специальной бечёвкой, но вот ремни были снабжены магнитными застёжками. Зачем было так усложнять такую простую вещь, капитан так и не понял, но выбирать было особо не из чего.

Клейкой лентой он решил хоть как-то скрепить часть вагонеток, которые, по его мнению, теперь непременно будут кататься внутри контейнера и постоянно досаждать своими «наездами». Что же касалось кислородных масок, то и здесь победил «здравый» смысл. Гаймалийцы, в основном, хилые и тщедушные и им, со своими маленькими лёгкими, баллончика может и хватит на сутки. Но у него-то лёгкие будь здоров! Так что запас не помешает. К тому же капитан сильно сомневался, что в эту пол-литровую ёмкость, приделанную к кислородной маске, может поместиться суточный запас кислорода. Правда, маска, оказалась не такой простой. Когда капитан примерил её, чтобы испытать, то к его удивлению основной клапан не открылся. Зато открылись два сбоку. Видимо датчики не позволяли тратить зря кислород. Это несколько встревожило капитана, так как было неясно, смогут ли датчики отреагировать на опасные вещества в воздухе и только когда он нашёл в инструкции уведомление, что маска гарантируют защиту от ядовитых газов, успокоился. Всё равно, кроме гор её негде было испытать и приходилось верить производителю на слово. Но в горах воздух разрежён не настолько, чтобы совсем было нечем дышать и небольшая подкачка кислородом сделает ваше пребывание на вершине горы вполне сносным. В космосе же, возможно, будет совсем другая ситуация и лучше перестраховаться.

Куртку он взял из опасения, что на корабле может быть прохладно, да и будет на чём лежать. А может даже и укрываться. А вещмешок сгодится для тукайи. Вначале он хотел использовать для транспортировки тукайи карманы куртки, но когда получил товар, понял, что больше двух в один карман не поместится.

«Это есть нехорошо» – конструктивно помыслил капитан, поскольку прикидывал взять с собой не меньше шести и выписал вещмешок. Туда он мог напихать плодов сколько душе угодно. Хоть двадцать.

На следующий день пришло сообщение с конкретными инструкциями, где чуть ли не поминутно расписывалось, что и как следует делать в той или иной ситуации. Капитан несколько раз перечитал сообщение, стараясь всё как следует запомнить, чтобы уже не возвращаться к описанию. Вряд ли у него будет время найти в этой длиннющей портянке нужный момент. Лучше лишний раз перечитать.

Потянулись тяжёлые дни ожидания и капитан даже слегка вымотался, мысленно подгоняя время. Наконец долгожданный день наступил, но он же оказался самым тяжёлым. Вечер, казалось, не наступит никогда.

Путь до тайника был неблизкий, но капитан решил идти пешком, чтобы в последний раз прогуляться с Тобиком. Он много чего хотел сказать напоследок своему другу, но так и не проронил ни одного слова, с грустью поглядывая на него. Было немного неловко за своё предательство и капитан стыдливо молчал.

Пока капитан неторопливо вытаскивал свои вещи из приямка, прибыла платформа и он засуетился, чтобы успеть в срок. На погрузку отводилось всего пять минут.

Капитан спешно закинул на платформу свои вещи и присел на краю, взглянув на часы. Оставалось ещё около двух минут. Подбежал Тобик, радостно виляя хвостом и капитан безрадостно потрепал его за холку.

–Ну всё, – сумрачно проронил он. – Прощай друг. Надеюсь, без меня ты не пропадёшь.

Тобик вильнул хвостом и вопрошающе посмотрел в глаза капитану. Мол, о чём это ты?

Сердце болезненно сжалось и капитан потерев грудь, растерянно пробормотал:

– Извини. Взять тебя с собой не могу. Это совсем другой мир и я сам не знаю как там придётся выживать. Здесь у тебя твои любимые тушканчики и суслики, а там ничего этого не будет. Так что не обессудь. Здесь нам придётся расстаться. Прощай друг.

Словно услышав прощальные слова, платформа тронулась с места и быстро ускоряясь, скрылась в ночи.

Тобик наклонил голову, словно оценивая траекторию полёта и надолго задумался. Ему явно не нравился такой поворот событий.

Платформа опустилась рядом с длиной вереницей контейнеров выстроившихся на эстакаде и капитан, внимательно осмотревшись, невольно почесал затылок. Если нужного контейнера не окажется в последнем ряду, то побег придётся отложить ещё на неопределённое время. Слишком мало расстояние между ними, чтобы выкатить вагонетки. Угрюмо вздохнув, он ещё раз внимательно осмотрелся в поисках незримого врага и с досадой морщась от ослепительного света, заливавшего эстакаду, направился к контейнерам. Слишком много света, чтобы чувствовать себя в безопасности.

К радости капитана, первый же контейнер, мягко скрипнув, плавно отпустил входную панель. От волнения капитана охватил лёгкий мандраж и он не сразу сообразил, что вагонетки закреплены особыми защёлками, не позволявшие им самопроизвольно перемещаться. В конце концов он разобрался и на радостях чуть не опустошил контейнер, выкатив с десяток вагонеток. Хорошо, что он догадался посмотреть на вереницу контейнеров и с тревогой отметил, что она стремительно сокращается. Пора было грузить свои вещи. На это ушло не больше пяти минут и капитан, облегченно вздохнув, уже потянулся с картой к логотипу, как вдруг в контейнер, шумно отдыхиваясь, влетел Тобик. Бросив на капитана торжествующий взгляд, он огляделся и приветственно махнув хвостом, улёгся на полу, издевательски поблёскивая своими наглыми глазками.

От растерянности капитан даже не нашёлся что сказать и только когда от негодования вскипела кровь, взревел:

– А ну пошёл отсюда! Быстро, домой!

Тобик робко шевельнул хвостом, словно пытаясь вразумить хозяина, но видимо поняв всю тщетность подобных действий, принял ещё более наглую позу, положив голову на лапы. Лукаво посматривая на капитана, он всем своим видом давал понять. Мол, ты можешь пыхтеть сколько угодно, но я еду с тобой.

– Ах ты, поганец, – взревел капитан, пытаясь ухватить Тобика за ошейник, но вдруг остановился и безнадёжно махнул рукой. Он только потеряет время, пытаясь выволочь эту тушу.

– Ну и чёрт с тобой. Попробуй только вякни у меня.

Капитан коснулся картой логотипа и ещё раз предупредил Тобика:

– Ты сам себя обрекаешь на голодную смерть. Потом не вини меня.

Тобик простодушно хлопнул глазами и отвернул голову. Мол, что с тобой разговаривать. Я всё решил.

Контейнер плавно качнулся и капитан понял, что погрузка началась. Некоторое время он безучастно смотрел в пустоту, но потом перебрался к Тобику и обнял его за шею. Предстоял неприятный период выхода корабля на орбиту. Если искусственная гравитация включится только на орбите, то следует ждать больших неприятностей. Тобик наверняка перепугается и наделает немало бед. Впрочем, самую большую неприятность он мог причинить только себе. Но и капитану, однако, могло достаться.

Взревели двигатели, сотрясая мелкой дрожью контейнеры и капитан стиснул Тобика так, что тот недовольно зарычал.

– Тихо, – осадил его капитан, пытаясь погладить дугой рукой. – Сам напросился.

От перегрузки тело слегка налилось свинцом и потянулись томительные минуты ожидания выхода на орбиту. Как-то незаметно тяжесть в теле исчезла и можно было радоваться, что на этом этапе всё обошлось. Космическое путешествие началось. Что капитан и сделал, взволнованно потрепав за холку Тобика. Тот не оценил радости капитана и недовольно урча, перебрался от него подальше. Теперь можно было отпустить Тобика. Гравитация, слава богу, не исчезла и можно было наслаждаться полётом. Немного смущало легкое покачивание контейнера, но вскоре капитан догадался, что скорее всего, они подвешены к транспортировочной линии и беспокоиться не о чём. При такой схеме любой груз без проблем будет перемещён к месту погрузки или выгрузки. К тому же, вряд ли это был основной корабль и им ещё предстоит очередное переселение, где возможно, будут и не такие потрясения. Но сильно переживать уже не стоило.

Капитан расстелил на полу куртку и использовав рюкзак вместо подушки, блаженно растянулся, мечтательно уставившись в потолок. Пока всё шло замечательно. Даже поговорить есть с кем.

Через какое-то время последовали толчки и капитан понял, что их переселяют на основной корабль. Теперь можно было засечь время, чтобы хоть как-то ориентироваться в этом безмолвии. Нужно было подумать и об экономии продуктов, в особенности воды, но капитан решил отложить это дело на следующий день. Утро вечера мудренее.

Проснулся капитан от того, что кто-то лизал его лицо.

– Всё, – улыбнулся капитан, принимая сидячее положение. – На работу мы не идём. Только спим и жрём. Так-то.

Тобик наклонил голову вбок, пытаясь очевидно, понять смысл сказанного и недовольно рыкнул.

– Прогулки тоже отменяются, – продолжил капитан, вставая с места. – Сейчас посмотрим, что мы будем есть.

Капитан распаковал продовольственный рюкзак и внимательно изучив инструкцию, с ехидством отметил:

– Мяса здесь точно нет, так что привыкай к вегетарианской диете.

Пользоваться всей этой системой было достаточно просто. Нужно было смешать в миске содержимое из трех контейнеров и залить водой. Для этого существовали три трехлитровые ёмкости с гранулами и одна с водой. Несмотря на такой значительный объём, рюкзак выглядел довольно компактным и с точки зрения пользования им, весьма эргономичным.

Для питья был приложен мерный двухсотграммовый стаканчик. К огорчению капитана ёмкость с водой была почему-то непрозрачной и это несколько напрягало. Невозможно было визуально контролировать расход воды.

Ёмкости с гранулами были снабжены дозаторами и капитан, насыпав из каждой в миску немного гранул, залил их водой. Он не стал дожидаться когда «обед» разбухнет и подвинул его к Тобику.

– Ваш обед, ваше превосходительство, – улыбнулся он и предупредил: – Минут пять, наверное, придётся подождать.

Тобик понюхал гранулы и с недовольным видом отошёл в сторону. Как можно такое есть?

– Дело ваше, – иронично вздохнул капитан. – Другого ничего не будет.

Капитан проделал ту же операцию для себя и выждав, когда гранулы раскроются, с сомнением попробовал. Ему казалось, что это будет откровенная бурда и всю дорогу придётся давиться этими «яствами». Но на вкус гранулы оказались вполне съедобными и даже слегка подогретыми.

– А ничего, – приободрил он Тобика. – Есть можно.

Тобик не выразил радости поэтому поводу и весь день пролежал на полу, косясь на миску. Только на следующие сутки он всё же подошёл к миске и с видимой неохотой всё съел. Голод не тётка, однако.

Дорога предстояла долгая и капитан занялся благоустройством помещения. Он переставил часть вагонеток, благо их без труда было можно закрепить в нужном месте, создав таким образом два отделения, указал Тобику на его «место» и предупредил:

– Гадить будешь здесь.

Он вовсе не желал видеть, как Тобик будет справлять нужду у него под носом. Шустрая машинка размером с пылесос, конечно, всё быстро уберёт, но лучше этого не видеть. Капитану и для себя пришлось соорудить небольшой закуток. Правда, из чисто эстетических соображений, поскольку электрическая няня позволяла справить нужду в любом месте. Единственное неудобство этого унитаза на колёсиках было в том, что он был рассчитан на местных гуманоидов и для капитана был несколько маловат. Но деваться было некуда и приходилось мириться с этим.

Основные мероприятия по благоустройству вскоре были завершены и можно было наслаждаться полётом. Правда, такой отдых быстро осточертеет, но что делать.

К концу недели исчезли опасения и по поводу воды. По всем расчётам капитана она должна была уже давно кончиться в этом резервуаре, но пока продолжала литься с тем же напором. Впрочем, Тобик почти не пил воду и скорее всего, он просто ошибся в расчётах. Это радовало. По своему опыту он знал, что если чего-то не хватает, то этого хочется ещё больше. А в этой клетке, в которую он сам себя посадил, эта жажда обернётся настоящим кошмаром.

Часть 13

Сказать, что капитан совсем забыл о волшебных плодах, неисчислимой армадой выстроившихся вокруг него, было бы, конечно, неправдой. Временами он поглядывал на это сказочное богатство, упрятанное от нескромных глаз в контейнеры-корзинки, но голос разума, а точнее страх, что может произойти что-то непоправимое, останавливал его от безрассудного поступка. Всё-таки он с других миров и то, что доступно одним, может оказаться фатальным для других. Капитан успокаивал себя мыслью о том, что непременно попробует тукайю, но в более комфортных условиях, где можно будет не опасаться за свою жизнь. Однако, в удовольствии исследовать содержимое корзинки, он себе не мог отказать. К его удивлению там оказалось четыре плода, уютно расположившихся в своих гнёздышках. Чтобы плоды не бились и не бултыхались в корзинке, сверху их прижимала крышка на защёлках. Всё было сделано основательно. Даже сами корзинки крепились на магнитных защёлках. Очевидно, на случай потери гравитации.

Однажды, ради веселья, он извлёк из корзинки плод и предложил его своему хвостатому другу.

– Не хочешь отведать сказочного угощения, – усмехнулся капитан. – Твои предки будут очень рады, что ты не забыл о них.

Тобик не сразу поднялся со своего места, очевидно раздумывая, стоит ли соглашаться на такое предложение, но всё же подошёл, недоверчиво косясь на капитана.

Он подозрительно понюхал плод и скорчив недовольную мину, выразившуюся в недовольном рычании, вернулся на место. Мол, сам ешь эту гадость.

– Как хочешь, – не расстроился капитан. – Моё дело предложить, – продолжал веселиться он. – Зря ты отказался. Сейчас бы с прабабкой лясы точил. Меня вот прямо так и подмывает на своего прапрадеда посмотреть. Жутко интересно, но страшно. Боюсь, как бы станцию свою не пролететь. Эта штука может напрочь мозги отбить. Да и время пролетело бы незаметно.

Тобик внимательно следил за его разговором, но вскоре устало закрыл глаза. Встреча с предками его не вдохновляла. Чего торопиться? Ещё до смерти надоесть успеют.

– Ну как хочешь.

Капитан положил плод обратно в корзинку и завалился спать. Ничего другого, в общем-то и не оставалось.

Походила к концу вторая неделя, как капитан вдруг чертыхнулся. Размышляя о бренностях жизни, он вдруг представил, что эта чёртова мигалка на «жуже» замигала. И что он тогда будет делать? Тащить обессилившего пса к челноку на ошейнике? Так он его тогда совсем доконает. Перекроет ошейником кислород полностью. Нужно соорудить какие-то лямки для переноски друга, решил капитан. Изобретать, к счастью, ничего не пришлось. Ремни от рюкзаков подошли прекрасно. Капитан быстренько соорудил простенькую конструкцию нечто вроде плетеной авоськи и попробовал приподнять Тобика. Сила тяжести на корабле была существенно меньше, чем на Гаймало и капитану удалось это сделать без особого труда. Попотеть, конечно, потом придётся, потому что поднимать и тащить совсем разные вещи. Но как-нибудь он справится. Капитан удовлетворенно хмыкнул и освободил Тобика от лямок, решив, что на сегодня достаточно, поскольку тот заметно нервничал. Он примирительно потрепал Тобика за холку и на время оставил его в покое.

Гораздо сложнее было модернизировать кислородную маску, чтобы как-то укрепить её на морде. Вначале капитан попытался просто намотать клейкую ленту на маску в виде чулка, чтобы удлинить её. По замыслу, потом маску будет легко прикрепить к голове. Но как только он натянул своё чудо инженерной мысли на морду Тобика, тот тотчас стянул её лапами, развалив и без того хлипкую конструкцию. Косясь на капитана и недовольно ворча, он забился в угол подальше, пытаясь таким образом скрыться от «взбесившегося» хозяина. Тобик никак не мог взять в толк, что от него требуется и за что ему такие напасти. Лежал себе смирно и тут на тебе. Здрасьте, приехали. На морду какую-ту гадость напялили. С хозяином явно что-то случилось и вряд ли это к добру.

Попытка с маху решить задачу не удалась и требовалось что-то основательное. Капитан долго размышлял на эту тему, пока его взгляд не упёрся в корзинки.

«А что» – подумалось ему. – «Если вырезать дно и удалить крышку, то выйдет неплохой намордник. А потом к нему примотать маску».

Так он и сделал. Примерить, правда, своё ноу-хау, капитану не удалось. Как только капитан приблизился, Тобик сердито зарычал, недвусмысленно давая понять, что издевательств он больше не потерпит.

– Потерпи, – постарался успокоить его капитан. – Надо же мне как-то подготовиться к этой ситуации. Ещё просить будешь, чтобы я тебе эту штуку на морду напялил. Попомни моё слово. А я ещё подумаю, стоит ли это делать. Между прочим, я тебя в гости не приглашал. Сам напросился, – стал сердиться капитан. – Так что терпи.

Но увещевания на Тобика не подействовали. Как только капитан попытался снова нацепить маску, он ещё больше оскалил пасть, угрожающе рыча и по всему было видно, что эта штука пугала его. Пришлось затею с примеркой оставить.

– Ну и чёрт с тобой, – махнул рукой капитан, оценивая на взгляд своё творение. – «Вроде, должна быть впору. Ну, если только чуть великовата», – прикинул он. – Я посмотрю, как ты запоёшь, когда кислорода хватать не будет, – всё же пригрозил он. – Сам морду в неё засунешь.

Но Тобик, почуяв, что гроза миновала, улёгся на пол, демонстративно отвернул голову и блаженно закрыл глаза. Ругайся, сколько хочешь. Мне пофиг.

Полёт подходил к концу и капитан всё чаще поглядывал на «жужу», беспокойно ворочаясь на полу.

«Только бы не замигала» – молил он бога. Сейчас он ясно представлял какие сложности могут возникнуть и боялся даже представить хотя бы одну из них. Один только факт, что контейнер может оказаться на высоте трехэтажного дома, вводил его в ступор. Как спустить оттуда здоровенную собачку? Проще прыгнуть с ней вместе и насмерть убиться. По крайней мере, никто страдать не будет.

И всё же «жужа» замигала. По каким-то причинам робот-диспетчер проигнорировал контейнер. Возможно, он оказался не в том месте.

Капитан подскочил как ужаленный и бормоча проклятия, приставил «жужу» к верхнему углу. Пока входная панель плавно опускалась, капитан нацепил кислородную маску, не забыв накинуть на плечо вещмешок, и опутав Тобика ремнями, потащил его ко входу.

Первая неприятность была в том, что панель опустилась не до конца, упёршись в соседний контейнер и Тобик ни в какую не хотел выпрыгивать через узкую щель. Но как только капитан попытался вытолкнуть его наружу, как сразу понял, в чём дело. Только сейчас он посмотрел вниз и невольно выругался. До пола было не меньше трёх метров. К тому же, псу нужно было выпрыгнуть из контейнера почти на метр, чтобы попасть в проход между стеной и конвейером, а иначе он рискует грохнуться на нижний контейнер и неизвестно чем всё это закончится. Травмы будут неизбежны.

Но мешкать было нельзя и капитан, обматерив упирающегося Тобика, всё-таки вытолкнул его из контейнера, чудом удержав его на ремнях. Перевалившись вслед за ним, он из последних сил попытался вынести его на вытянутой руке в проход. Спуститься вместе с ним было совершенно нереально. И тут Тобик не выдержал. То ли высота большая, то ли нехватка кислорода, но что-то напугало его до смерти. Отчаянно заскулив, он забился в истерике, извиваясь всем телом и размахивая лапами, пытался дотянуться до ближайшей стойки. Бедный капитан, который тоже взревел вслед за Тобиком, пытаясь удержать его на весу, всё же не осилил неподъёмный груз. Ремень выскользнул из обессиливших пальцев и Тобик, отчаянно визжа, рухнул вниз.

«Ничего. Тут невысоко. Не разобьёшься» – попытался успокоить себя капитан и прихватив «жужу», коснулся картой логотипа. Нужно было закрыть контейнер. Если эта система заклинит, то роботы непременно заявятся, чтобы выяснить в чём дело. Тут и до беды недалеко.

Убедившись, что панель не заклинило, капитан быстро спустился вниз. Его взору представилась безрадостная картина. Подрагивая мышцами, Тобик без движения лежал на полу. По всей видимости он потерял сознание, хотя, надо отдать ему должное, несколько метров он всё же успел проползти.

– Ну что бедолага, – пожалел его капитан, вытаскивая маску из вещмешка, – не покалечился, надеюсь.

На вид было трудно что-то понять, а ощупывать пса капитан не стал. Даже если Тобик что-то и повредил себе, сейчас это было не исправить.

Капитан примотал маску к голове и попытавшись сдвинуть Тобика с места, укоризненно взревел:

– У-у, зверюга. Раздобрел на хозяйских харчах.

Тащить пса было недалеко – метров пятьдесят. Но к концу пути капитана стало пошатывать. В глазах замаячили тёмные пятна и от слабости, навалилась дурнота, грозящая перейти в обморок. По всей видимости, кислородная маска не справлялась с такой нагрузкой. Капитан чувствовал себя как рыба выброшенная на берег. Он пытался вдохнуть воздух, а его не было. Кровь пульсировала со страшной силой, отдаваясь в висках тяжёлым молотом и приходилось контролировать каждый свой шаг, чтобы он не оказался последним. Шагом в небытиё.

Парочка контейнеров уже находилась в грузовом отсеке челнока, но капитану пришлось отдышаться, прежде чем взобраться на ближайший.

– Не дай бог не мой будет, – в отчаянии простонал он, поглядывая, за что бы ему уцепиться. Высота до верхнего края контейнера небольшая, около трех метров, но сейчас она казалась выше Эвереста. И какой дурак придумал так высоко логотипы лепить… Хорошо, что на контейнерах есть выступы в виде каркасов прочности, а так бы он ни за что на него не взобрался. Радовало и то, что контейнеры в челноке устанавливались не встык, а боком друг к дружке. Очевидно, таким образом, груз более компактно располагался в челноке. Но сейчас это давало шанс подобраться к любому из этих двух контейнеров.

Собравшись духом, капитан полез вверх. Пыхтя и кряхтя от усилия, он всё же осилил «высотку» и первым делом заглянул в открывшуюся щель от опускавшейся панели.

Слава богу, контейнер был с тукайей, обрадовался капитан, хотя об этом можно было и раньше догадаться. Но сейчас от волнения и усталости он плохо соображал. Сердце радостно забилось, но радоваться было ещё рано. Погрузка шла полным ходом и сбоку подъехал ещё один контейнер. Скоро этот ряд заполнится и начнут заполняться следующие ряды. Времени оставалось в обрез. Как только панель откинулась, капитан спешно выкатил вагонетку, но со спуском вышла заминка. Панель не опустилась до конца, как ожидал капитан, а застыла в горизонтальном положении. До пола около метра и просто сбросить вагонетку нельзя. Даже если она не сломается, то придётся собирать выпавшие корзинки. А ведь ещё надо выкатить вагонетку за пределы челнока, чтобы не создался затор.

С грехом пополам капитану удалось аккуратно спустить вагонетку и окинув взглядом образовавшееся пространство в контейнере, он понял, что придётся спускать ещё одну. Вдвоём они не поместятся. Разве что друг на дружке. Простонав от отчаянья, капитан принялся за вторую и здесь, повезло гораздо меньше. Вагонетка вырвалась из рук и скользнув колёсиками по полу, завалилась набок, сильно ударившись об пол.

Сердце болезненно сжалось, предчувствуя непоправимую беду и казалось, всё было кончено. Сейчас рассыпятся как горох эти треклятые коробочки и вовек их будет не собрать. Капитан растерянно пробормотал проклятия, но секундою позже, повеселел. Последствия были не столь ужасны и отчаиваться было ни к чему. Каким-то чудом корзинки с тукайей остались на месте и оставалось только вернуть вагонетку в вертикальное положение.

Но сначала капитан закинул на панель Тобика. Он чувствовал, что если не сделает это сейчас, то потом на это у него просто не останется сил. Тобик начинал приходить в себя и по хорошему, надо бы было затащить его подальше вглубь контейнера, чтобы он случайно дёрнувшись, не вывалился опять, но на это уже не было времени. Последний контейнер в этом ряду встал на место и сейчас начнёт заполняться следующий ряд.

Гонки начались, и капитан, зацепив друг за друга вагонетки, погнал их к выходу. Это оказалось немного полегче, чем тащить пса, но обратно он еле дошёл. Страшно кружилась голова и тело отказывалось слушаться. Сердце билось так, что казалось, выпрыгнет из груди. Стиснув зубы и преодолевая немощь в теле, он кое-как взобрался на панель и едва не свалившись, нашел в себе силы подняться. Капитан уже плохо соображал, концентрируясь только на том, чтобы не потерять сознание и буквально добежал до входа, машинально переставляя ноги, чтобы не упасть. Щелкнув картой, он без сил свалился в контейнер и наверное, на несколько секунд отключился, потому что не видел, как Тобик, по наклонной плоскости понимающейся панели, съехал ему прямо в ноги. Капитан открыл глаза и немного подтащив Тобика вовнутрь, чтобы его случайно не прищемило, потрепал за холку.

– Ну вот мы и дома, дурачок, – счастливо улыбнулся он и снова потерял сознание.

Часть 14

Очнувшись, капитан первым делом настороженно прислушался к тишине и попытавшись дотянуться до вещмешка, чертыхнулся. В спешке он забыл про фонарь. Освещённое хранилище сыграло с ним злую шутку и о фонаре он даже не вспомнил. Впрочем, капитан не сильно расстроился. Он включил подсветку дисплея на браслете и остался доволен. Для такого маленького пространства, света было более чем достаточно.

Неясные звуки проникали сквозь стены, но что это было, понять было сложно. Наверное, шумели какие-то механизмы. В теле ощущалась приятная лёгкость и капитан решил, что они прибыли на Доху. Судя по лёгкости в теле, сила тяжести здесь даже меньше, чем на корабле. Капитан вспомнил, что если они прибудут в другом контейнере, то на этот счёт тоже была инструкция. Она была простой. Выждать не менее шести часов и только после этого покинуть контейнер. Сколько прошло времени капитан не знал и поэтому решил заняться Тобиком, чтобы скоротать положенные часы. Он засёк время и невольно усмехнулся посмотрев на пса. Голова Тобика лежала у него на ногах, а его глаза, едва проглядывающие сквозь полосы клейкой ленты, внимательно наблюдали за ним. Самое смешное, что Тобик не пытался сорвать маску. Видимо понимал, что это может быть чревато. Капитан стянул свою и сделал удивлённое лицо.

– Что так? Мы больше не кобыздимся? Всё ништяк? А я тебя предупреждал, – ехидно заметил капитан. – Надеюсь, в следующий раз мы не будем выкобениваться.

В глазах Тобика светилась какая-то печаль и капитан сжалился:

– Ладно, – снисходительно махнул он ладонью, – можешь снять.

Тобик отследил движение кисти капитана и как-то жалобно скульнув, виновато отвёл взгляд. Типа, я всё понял, но маску снимать не буду.

– Как хочешь, – равнодушно бросил капитан. – Жрать захочешь – снимешь. Здесь нянек нет.

Но просидев около часа, всё же сжалился над Тобиком и снял маску. А то ещё поранится, рассудил капитан. Клейкая лента весьма прочная штука и так просто её не порвёшь. Да и места развернуться, для Тобика особо нет. Если он затеет своё освобождение, то здесь всем достанется.

Незаметно для себя капитан уснул и проснулся от того, что кто-то стучал по контейнеру. Может, подумал капитан, его пытались высвободить мемдоны, а может, просто велись какие-нибудь ремонтные работы. Было непонятно. Тобик, заметив тревогу капитана, в поддержку недовольно проворчал, но особой агрессии не проявил. Стало быть, ничего опасного. Стуки прекратились, но поразмыслив, капитан решил всё же открыть дверь. В конце концов, прошло уже почти пять часов, с момента как он засёк время и рано или поздно это придётся сделать.

Входная панель плавно пошла вниз и Тобику это явно не понравилось. Он вскочил на лапы и грозно зарычал.

– Тихо ты, – урезонил его капитан. – Может это свои. Друзья.

Тобк несколько умерил свой пыл, но ворчать не перестал, нервно порыкивая.

Сначала показались головы троих мемдонов и капитан облегченно выдохнул, на всякий случай придержав Тобика за ошейник. Мало ли что тому придёт в голову. Их грозный вид его не напугает. Да и капитану было совсем не страшно. Сейчас, уродливые мемдоны показались ему милейшими созданиями.

Встреча была сдержанной. Мемдоны подивились на Тобика и не сказав ни слова, повернулись к капитану спиной. Один из них сделал жест рукой, приглашая следовать за ними и все вместе они тронулись в путь. Капитан, правда, пройдя несколько шагов, чертыхнулся и бросившись назад, засунул в вещмешок две корзинки с тукайей. Ещё раз осмотрев контейнер – не забыл ли он чего, щёлкнул картой по логотипу. Расслабляться пока было рано.

Мемдоны жили в просторном зале, где из всей обстановки присутствовало пять кроватей-лежанок и один большой шкаф. Кроватями их правда, было трудно назвать. Это скорее выступающая над полом прямоугольная плита. Такая же жёсткая как и сам пол. Очевидно, мемдоны предпочитали спартанский образ жизни. Неудивительно, что от такой жизни они имели такой ужасающий вид. Капитан попробовал прилечь на лежанку и поморщившись от жесткого ложа, постелил куртку. Всё помягче будет. Зато Тобику, можно сказать, повезло. Впервые в жизни он обзавелся лежанкой. Он без приглашения тут же улёгся на ней и по его радостной морде было видно, что он этому несказанно рад.

Может из-за того, что мемдонам было трудно выговаривать пунерианские слова, вместо слов у них получался хриплый лай, с капитаном они почти не общались. Они показали на шкаф, пояснив, что это магазин и к нему лучше не подходить. Провели по другим необходимым помещениям и на этом всё – словно забыли о нём. Впрочем, капитан не обижался. Он прекрасно понимал о чём они говорили между собой и в какой-то мере это заменяло ему общение. К тому же, не стоило открывать эту маленькую тайну. Всё может быть. А в остальном проблем не было. Мемдоны кормили их три раза в день и капитан терпеливо дожидался следующего рейса. Даже с Тобиком не было проблем. Хотя поначалу, он порывался несколько раз обследовать незнакомую территорию, но грозные окрики капитана сделали своё дело и Тобик со скучающим видом отлёживался на лежанке, лишь изредка недовольно ворча. Ещё бы кормили сносно и он бы вовсе заткнулся. А то дают какую-ту бурду. Наверняка здесь суслики водятся, но видно сами втихомолку хавают. Не зря его гулять не пускают. Это, конечно, возмутительно, но что делать. Приходиться терпеть. Всё-таки, он на чужой территории.

Капитану тоже порой хотелось поговорить с мемдонами. Спросить, как быть дальше, как добывать хлеб свой насущный. Но что-то подсказывало ему, что ничего толкового от них он не услышит. Да и откуда им было знать. Небось, всю жизнь провели на этой станции.

Наконец, долгожданный день настал. Один из мемдонов придирчиво осмотрел кислородные маски и удовлетворенно хмыкнув, протянул их капитану.

– До корабля хватит, – резюмировал он.

И капитана с Тобиком опять запихали в контейнер, набитый какими-то ящиками. Свободного места было мало, но кое-как они поместились.

– Это ненадолго, – заверили мемдоны и не попрощавшись закрыли входной люк.

Капитан представлял себе дальнейшее путешествие как-то иначе и порадовался, что не поторопился уничтожить «жужу». Как бы тогда интересно, он выбрался бы из контейнера? Страшно было даже подумать об этом.

Но страхи оказались напрасными. Как только контейнер прибыл на корабль, контейнер открылся и капитана приветствовали кауны. Правда, торжественная встреча была несколько омрачена. Как только кауны завидели Тобика, то в страхе отступили на шаг. Тут было чего бояться. Огромная псина могла любого из них порвать как грелку, но больше их напугал, наверное, устрашающего вида намордник. Капитан спешно ухватил Тобика за ошейник и смущённо улыбаясь, заверил встречающих:

– Не бойтесь. Он никого не тронет.

Он с любопытством разглядел встречающих и отметил, что внешне они очень похожи на людей. Даже ростом такие же как он.

Кауны переглянулись между собой, но приходилось верить на слово.

– Пошли, – махнул рукой один из них. – Если эта зверюга кого-нибудь цапнет, – предупредил он, – мы его усыпим.

– Всё будет нормально, – поспешно заверил капитан.

– Посмотрим, – кивнул каун и снова сделал жест рукой. – Пошли.

Капитана провели в кают-компанию и предложив всем сесть, тот же каун представил всех:

– Это Лис. Это Римза. И я, Сорик. Тебя мы уже знаем, как зовут, – уточнил он.

Капитан осмотрел своих новых друзей и не зная, с чего начать беседу, остановил свой взгляд на Римзе.

– Это женщина? – спросил он Сорика.

– Да, – утвердительно кивнул Сорик. – Полёт долгий, – улыбнулся он. – Что здесь такого? Скоро подойдёт ещё одна. Туана.

– Да я так. Ничего, – смутился капитан. – В этой униформе не разберёшь. Я в том смысле, – поспешил пояснить он, – что у вас могут быть какие-то правила на этот счёт. Не хотелось бы их нарушать.

Сорик понимающе улыбнулся и слегка задумавшись, сказал:

– Я думаю, что здесь, так же как и вас. Не стоит доставать наших женщин излишним вниманием.

Точки над «и» как бы были расставлены и капитан спокойно занялся предоставленным обедом. Обедали молча. Путь предстоял долгий и капитан справедливо полагал, что не стоит суетиться. Наговориться они ещё успеют.

Но в конце обеда Сорик всё же не выдержал.

– Зверь у тебя отменный, – искренне позавидовал он, глядя на заскучавшего Тобика. – И как он тебя не съел? – подначил Сорик, с ухмылкой поглядывая на друзей. – Для него это разве еда…

– Это умная псина, – ласково потрепал за холку Тобика капитан. – Что попало, не ест. Только рвёт на части тех, кто ему не нравится. – не преминул ответить тем же капитан. – А так конечно, не в коня корм. Ему бы суслика или хомячка завалить. У вас тут никакой живности не водится?

– Крыс полно, – махнув рукой, успокоил его Сорик. – Пусть ловит.

Тобик словно понял, о чём пошла речь и немного оживился, завертев головой.

– О, – хохотнул Сорик. – Смотри-ка, сразу понял, в чём дело. Умная собачка.

– Пожрать он не дурак, – согласился капитан. – Ну давайте, показывайте мои апартаменты, – перешёл он к делу. И спохватившись, распоясал вещмешок.

– Оплата за моё пребывание, – пояснил он, выставляя корзинку на стол.

– Приятно иметь дело с таким э-э… – почтительно улыбнувшись, замялся Сорик. – На гарана вы не похожи, – пояснил он своё замешательство, – а тем более на саки.

– Я человек, – согласился капитан. – С планеты Земля.

– Я слышал о такой планете, – вставил Лис. – Это очень, очень далеко отсюда. Они и до вас добрались?! – изумился он.

– Нет. Меня взяли в плен на одной из наших колоний, – пояснил капитан. – Может, слышали: Арура.

– Где-то это я слышал, – задумался Сорик. – Надо будет порыскать в сети. До нас новости доходят в последнюю очередь, – с сожалением заметил он. – Ну об этом после, – махнул он рукой. – Пошли. Покажу тебе наш корабль.

Всё посмотреть, конечно, было нереально. Капитану показали лишь небольшую часть грузового корабля и оставили его в кубрике. Пусть отдыхает.

Сорик принёс для Тобика пластиковый матрац и пригрозил;

– Если нагадит, то убирать будешь сам. Ручками. Наши роботы-уборщики только пыль способны сметать. Если забьётся – сам будешь ремонтировать или уборку за них делать. У нас таких специалистов нет.

– Понял, – задорно качнул головой капитан. – Уберём. Мы не белоручки.

– Ну, если всё понятно, то я пошёл, – не видя причин больше задерживаться, уведомил Сорик.

– Иди, – кивнул капитан. – А мы пока с Тобиком к новой жизни привыкать будем. Ты всё слышал псина? – обратился он к Тобику, грозно насупив брови. – Гадить будешь в унитаз. Привыкай к цивилизации.

Тобик посмотрел на него большими благодарными глазами и широко зевнул. Смешнее ничего не мог придумать?

Часть 15

До обеда, команда обычно пропадала где-то на корабле, выполняя какие-то технические работы, а потом разбредались по интересам. Кто-то шёл в библиотеку или смотровой зал, а кто-то в спортзал. Лишь к вечеру вся команда собиралась в кают-компании и вела нескончаемые диалоги. Капитан успевал везде. И фильмы посмотреть и книги почитать и в спортзал сходить. Времени было предостаточно. Вечерами он охотно рассказывал о Земле и о новой колонии. Вопросов было так много, что он не успевал задавать свои. Незаметно для себя, он даже приобрёл ореол героя в глазах каунов. О таком противоборстве с пунерианцами они и мечтать не могли. Правда, на одно из рассуждений капитана о независимости, Лис заметил:

– Это всё так. Вряд ли кто-то сейчас готов сражаться с пунерианцами. Но время придёт. Некоторые всё же думают о будущем нации и готовятся к восстанию. Если этого не сделать, то в конце концов наша цивилизация сгинет во мраке космоса. Время есть. По крайней мере, пока не остыла планета и не погасло светило.

Потихоньку интерес к капитану остыл. Его уже не докучали вопросами и он перешёл к своим проблемам. Улучшив момент, он спросил Сорика:

– На вашей планете ещё не придумали, как обходиться без карты? – улыбнулся капитан. – Я пока ничего не придумал, как мне жить дальше.

– Ты же не собираешься жить на Ранкоре, – резюмировал Сорик и получив утвердительный ответ, продолжил: – Ранкор – это туристический рай и как положено любому раю, под солнцем места хватает всем. Сотни тысяч туристов каждый день прибывают на орбиту и всех их надо обслужить, пока они будут дожидаться своего рейса на планету. Таких как ты, там сотни, если не тысячи. И никто особо не проверяет их. Так что устроится на работу не проблема. Главное, не спускаться на сам Ранкор. Там проверки куда серьёзнее и устроиться на работу тоже проблематично. Так что не отчаивайся. Сотни орбитальных отелей и комплексов к твоим услугам. Единственно, что может осложнить твою жизнь, – заметил он, – так это твоя зверюга. Пунерианцы не жалуют других домашних питомцев, кроме как своих собственных, и если даже никакой агрессии твоя псина не проявит, то запросто могут пристрелить его. Одного вида будет достаточно. А вид у него впечатляющий, – усмехнулся Сорик. – Придётся держать его на привязи в какой-нибудь каморке. Иначе, ему там не выжить. Да и тебе тоже. Начнётся разбирательство, поскольку любое происшествие не остаётся без внимания и там быстро найдут кто ты есть кто. Без вариантов.

– Как всё сложно у вас, – вздохнул капитан. – А с вашей планеты нельзя убежать?

– Тут вообще всё глухо, – с сумрачным оттенком заметил Сорик. – Тебя даже на планету не пустят. Мы вообще закрытая зона, – пояснил он. – На Брее производят практически все типы космических кораблей и топливо для них. Одних научных центров и лабораторий здесь больше, чем во всех остальных мирах вместе взятых. Так что так просто туда не попадёшь.

– Час от часу не легче, – взгрустнул капитан. – Ладно. Будем осваивать Ранкор.

– Это самый простой путь, – поддержал его Сорик. – Как только ты получишь новую карту, то подзаработав, сможешь улететь ещё дальше. А чем дальше от центров, тем проще жить. Можно даже завербоваться каким-нибудь стюардом и вообще улететь сразу с Ранкора. – посоветовал он. – Тебе, с твоей псиной, это даже лучший вариант. Ранкор неподходящее место для него.

– Спасибо, – поблагодарил капитан. – Приму к сведению. И всё-таки, – рассеяно заметил он, – я не совсем понял, почему на Ранкоре такой бардак. Мне кажется, с этим кодом, – ткнул он себя в грудь, – всё-таки будут проблемы.

Сорик снисходительно усмехнулся и так же снисходительно пояснил:

– Невозможно сразу чётко идентифицировать кого-либо с далёких планет. На это уйдут годы, пока запрос достигнет другой системы и вернётся обратно. Поэтому на орбите и существует относительная свобода. В базе данных, есть конечно, все эти коды, но процесс порабощения идёт и обновление происходит постоянно. Пунерианцы уже сталкивались с этим и чтобы не создавать излишнюю нагрузку на таможню, ввели облегчённый режим пропусков. К тому же, в этом не всегда был злой умысел.

– С чем «этим»? – не понял капитан.

Сорик расплылся в улыбке.

– Код нельзя стереть или уничтожить полностью. Но можно подделать. Что мы и собираемся, собственно, сделать с твоим. Пунерианцы уже сталкивались с подобным явлением, когда у двух разных гуманоидов был одинаковый код. Поэтому им приходиться отправлять запрос на исходную планету, чтобы понять, что вы не враг. Так что у тебя будет лет пять, чтобы спокойно жить и работать.

– Вы можете изменить мой код? – удивлённо переспросил капитан.

– Да, – подтвердил Сорик. – Можем. Изначально этот корабль планировали использовать в армии и поэтому медотсек оборудовали дополнительной установкой, чтобы клеймить рабов. Два раза его возвращали на ремонт, а потом и вовсе бросили. А установка осталась. И благодаря прежнему ИИ, мы и её перепрограммировали. Так что у тебя никаких проблем быть не должно.

– С чего такая забота обо мне, – улыбнулся капитан, подозревая, что всё это неспроста.

– Почему не помочь хорошему человеку?

– многозначительно улыбнулся Сорик.

Время летело быстро. Капитану всё было интересно и он практически обследовал весь корабль. Наверное, не осталось места, где бы он не побывал. За исключением конечно, рубки управления и центрального энергетического узла. Туда его не пускали. Но капитан не сильно расстраивался по этому поводу. Нельзя так нельзя. Зачем создавать проблемы экипажу. Наверняка это как-то отслеживается и у них, потом будут неприятные вопросы. А то и последствия. Хотя никакого главного компьютера типа «папа» или «мама», который бы следил за всеми действиями на борту, он не заметил, приличия и осторожность следовало соблюдать.

Вечерами они собирались в кают-компании и вели долгие беседы. Правда, почему-то всегда какой-нибудь член экипажа отсутствовал. С чем это было связано капитан не знал и спросить не решался. Надо будет, скажут сами.

В один из таких дней, когда говорить особо, прямо скажем, было не о чем, Сорик обвёл всех ухмыляющимся взглядом и вопросил:

– О чём будем говорить? О бабах или снова о космосе?

Видимо, его глубокая мысль до многих не дошла и никто на неё не отозвался.

Пришлось за всех отдуваться капитану.

– Лучше второе, – предложил он. – В девках я не силён, да и если честно, без того печаль гложет. Я уже проклял за все эти годы свою глупость. Надо было не геройствовать, а уматывать без оглядки. Давай лучше о космосе. Где вас ещё не носило? – улыбнулся капитан.

– Да как сказать, – задумался Сорик. – В империи пунерианцев мы были почти везде. По крайней мере, где проложены трассы. А так… – снова задумался он. – Вселенная безгранична.

– Кстати, – влез в разговор Лис. – А что по этому поводу думают человеки?

– Земляне, – улыбнулся капитан. – Человек – это собирательный образ. Личность там…. И так далее. Правильно говорить: люди. А в отношении всей человеческой расы – земляне.

Покончив таким образом с понятиями, он продолжил:

– У нас тоже вселенная безгранична. Для этого существует более ёмкое понятие – космос. По крайней мере, для меня. Потому что вселенных может быть много, а космос один, – пояснил капитан. – Довольно долго у нас главенствовала так называемая теория большого взрыва. Это когда из некой сингулярности – небольшой по размерам точки, вобравшее от чудовищного гравитационного сжатия всё вещество прошлой вселенной, в результате взрыва родилась эта вселенная. В теории, конечно, нет упоминания о прошлой вселенной. Это, так сказать, моя собственная версия событий. Но с чего бы тогда этой точке взяться? – задал каверзный вопрос капитан.

– У нас такой теории не было, – парировал Лис. – Понятия не имею.

Капитан слегка озадаченно поджал губы, склонив голову на бок, и как бы принимая ответ, продолжил:

– Но сравнительно недавно, лет этак двести, стали придерживаться другой теории. Там всё мирно и тихо. Никаких взрывов нет и всё происходит благодаря неким флуктуациям в вакууме. Короче. Всё чинно и благородно. Как любят выражаться в ваших, да и в наших фильмах, никто из создателей не пострадал, – улыбнулся капитан.

– Это ближе к нашей теории, – оценивая разные стороны, закивал Лис. – Правда, может и у нас что-нибудь изменилось. Не знаю. Сейчас мы отрезаны от науки. Всё новое скрыто в тайных лабораториях, – с сарказмом усмехнулся он. – Нам доверяют нажимать только кнопки.

– Правильно нажимать кнопки тоже наука, – улыбнулся капитан. – Похоже, вам и этого не доверяют.

– Да, – смущённо улыбнулся Лис. – Раньше здесь всем заведовал искусственный интеллект, но пару раз его удалось перепрограммировать и теперь, кораблём управляет простенький контроллер. Так безопасней.

– А чем ИИ может навредить пунерианцам? – удивлённо вскинул брови капитан.

– Знания, – снисходительно бросил Лис. – Там где не может пролезть каун – пролезет машинный код.

– Ну да, – слегка смутившись, согласился капитан. – Об этом я как-то не подумал. Хотя… – упорствуя, добавил он, – какие там знания? Это всего лишь программа.

– В нашем случае это не совсем так, – возразил Лис. – Все подобные компьютеры были объедены в единую, глобальную сеть и по сути, что знал один, знали все.

– Тогда, – посочувствовал капитан, – вам следовало быть осторожнее в подмене политик. Или как там у вас называется.

– Там тоже не дураки сидят, – усмехнулся Лис. – Не сразу, конечно, но засекли. И даже не сразу приняли меры. Удобно же контролировать всех и вся. Усилили защиту, конечно. Но не помогло. И только тогда порушили сеть. Горевали, наверное, страшно, – съехидничал он. – Такой надзор потерять. Зато сейчас мы в шоколаде. Делаем, что хотим.

– Это ненадолго, – засомневался капитан. – Что-нибудь ещё найдут.

– Найдут, конечно, – согласился Лис. – И даже уже нашли. Только это не про нас. На грузовозы им наплевать. Далеко на них не уйдёшь и дальше трассы не сунешься. Так что проблем с нами почти нет. И заморачиваться с нами потому не стали. А что там с теорией взрыва? – оживился он. – Мне что-то интересно стало. Почему её зарубили?

Капитан невольно почесал в затылке, пытаясь придумать, как проще обрисовать ситуацию.

– Ну не совсем зарубили, конечно. Страсти и при мне ещё бушевали, как помню, – смущённо начал он, – но раз приняли другую гипотезу, то значит, не всё так славно в этом королевстве. А всё началось с мелочи, – уверенно продолжил капитан. – В этой теории взрыва вселенная расширяется практически мгновенно и этот факт почему-то всегда обходили стороной. Хотя сами же последователи утверждали, что скорость света конечна. А тут на тебе. Никаких ограничений. Ну и конечно нашёлся умник, – наморщил капитан лоб, – сейчас не вспомню фамилию. Который заявил, что это невозможно. Как он объяснил, процесс перемещения материи или частиц, которые образовались в результате взрыва, может происходить только в какой-нибудь среде. В данном случае: вакууме. А это не пустое пространство, как думают некоторые, а среда. В теории взрыва же, получается, что вещество расширяется в пустоте, поскольку законы физики там не работают. А этого не может быть, утверждал этот деятель. И вообще, пустоты не бывает, поскольку, как известно, природа не терпит пустоты. Пустота и вправду понятие чисто житейское, – посетовал капитан. – Настоящей пустоты быть не может. Если есть пустое пространство, то оно всё равно заполнено неким полем, которое мы просто не видим. Но это уже не пустота. И вот эта сущая мелочь, – улыбнулся капитан, – по сути, развалила могучую империю взрыва. Конечно, никто ничего доказать не сможет и эти распри продлятся ещё века, но зерно сомнения посеяно. И дало всходы.

– Ну, я бы поспорил, – задумался Лис. – Может там была среда. Только ещё более разрежённая, чем вакуум. Тогда и скорости будут другие…

Капитан едва заметно улыбнулся, но спорить не стал.

– Может и так, – согласился он.

Капитан не собирался разжигать яростные споры на тему, в которой он мало что смыслил. По своему опыту он знал, что теория взрыва привлекательна своей простотой и очень заразна. И чтобы совсем успокоить Лиса, добавил:

– Это всё равно не объясняет, откуда взялась вся эта прорва материи.

– Да, – сокрушенно кивнул Лис. – Это поистине дьявольская загадка, на которую ответа нет. Почему всё так случилось? – задал он самому себе вопрос.

– Ну, – не утерпел капитан, – на вопрос «почему», простой ответ всё же существует.

– И какой? – вперил Лис в капитана настороженно-любопытный взгляд.

– Дело в том, – повёл кистью капитан, как бы показывая неоспоримую очевидность факта, – что абсолютно «ничего» тоже быть не может. У нас даже слова такого нет, – усмехнулся он. – «Ничего» – это всё равно в чём-то или где-то. Даже «пустота» не подходит. Проще говоря, мы существуем благодаря тому, что иного просто не дано. Абсолютное «ничего» в глобальном масштабе быть не может. Всё равно хоть что-то, но должно быть. Это трудно понять, – поспешил заметить он, – и ещё труднее принять. Но это так. Полное отсутствие всего даже труднее представить, чем бесконечность.

Лис несколько секунд переваривал парадигму капитана, но видимо так и не придя к окончательному решению, то ли восхищаясь, то ли выражая сарказм по этому поводу, воскликнул:

– Ну вы даёте, земляне. Теперь понятно, почему у вас вселенные взрываются. Это ж надо так завернуть…

Часть 16

Последние полгода оказались самыми утомительными для капитана. По большей части все разговоры сводились к пустой болтовне и на капитана, это навевало скуку. Проза жизни его мало волновала. Поэтому, большую часть времени он проводил в библиотеке, где мог ещё найти для себя что-то интересное. Даже Тобик, обнюхав и пометив все уголки корабля, откровенно скучал, провожая печальным взглядом уходящего по делам капитана. Если бы не его ежедневный обход для обновления меток, который Тобик неукоснительно соблюдал, то и он бы наверное, захандрил.

Капитан с нетерпением ожидал только одного – когда наконец, его «перекодируют». Но Сорик явно не спешил, погружённый в свои дела и заботы и капитана это немного нервировало. Как бы он совсем не забыл об этом. Напоминать и торопить Сорика в таком важном и очень значимом для него деле, капитану не хотелось.

В один из таких «скучных» дней, капитан вспомнил и о заветных плодах. Что с ними делать он так ещё и не решил. Капитан вскрыл корзинку и с некоторым удивлением обнаружил, что плоды на вешний вид ничуть не изменились. Он-то полагал, что они давно должны были сгнить.

Надо всё-таки попробовать диковинный фрукт, решил он, а то и вспомнить будет нечего. К тому же, такие подходящие условия вряд ли скоро представятся и тукайя до них уж точно не доживёт.

Капитан предупредил Сорика, чтобы не сильно волновались за его отсутствие и честно рассказал о своём желании.

Сорик ничуть не удивился и обещал присмотреть.

Капитан нарезал тукайю маленькими дольками и отправил первую в рот. Плод и вправду оказался необычайно вкусным, по вкусу напоминавшую спелую грушу. Он с тревогой прислушался к своему организму, но ничего такого пока не происходило. Пришлось съесть вторую дольку, а потом и третью.

Наверное, решил капитан, фрукт всё же испортился и никакого чуда уже не будет. Он с удовольствием доел первый плод, а потом прикончил и второй. Рука уже потянулась к третьему, как вдруг его «накрыло». Упругая волна сладостной истомы разлилась по телу и понесла куда-то выше небес.

– О чёрт, – с тревогой чертыхнулся капитан, но страхи тут же забылись, развеянные необычайной силой вознесшей его до небес и он «полетел» дальше. Мир словно растворился в нём, проникнув в каждую клетку и вся эта мощь мирозданья кипела и бурлила в нём, требуя выхода наружу. Сейчас он взирал с высоты как бог, чувствуя каждую частицу пространства и мог повелевать им по своему желанию. В мгновение ока разрушить мир или создать новый. Всего лишь одним движением мысли. Это было восхитительно, если не сказать божественно. Но сейчас он и сам был бог.

И вдруг всё растаяло, обрело реальность и он ощутил себя в какой-то хижине. К нему подошли двое и с укоризной посмотрели на него.

«О-о, начинается» – простонал капитан.

Первый акт волшебства был куда как приятнее.

***

Оставалась всего неделя, когда Сорик всё же вспомнил о своём обещании и пригласил капитана в медотсек. Капитану ещё не приходилось бывать в этой зоне и в одном из залов, он вдруг с удивлением увидел капсулы для гиперсна. Ему стало интересно, почему кауны ими не пользуются, но спросить решил на обратном пути. Не стоило затягивать важное мероприятие по раскодировке.

Сорик усадил капитана в кресло и улыбнулся.

– Это не больно и всего пару секунд, – уведомил он. – Только планету подходящую найдём.

Повозившись пару минут с настройками он, наконец, сделал свой выбор.

– Пожалуй, вот эта, – соблазнился характеристиками он. – Будешь с планеты Нака. Ты прямо вылитый накаец, – улыбнулся он. – Не отличишь. А самое главное, – подчеркнул Сорик, – у тебя в запасе будет аж семь лет.

– Что хоть за система? – осведомился капитан. – Вдруг спросят.

– Не спросят, – отмахнулся Сорик.

Но немного подумав, добавил: – Разве что свои. Звезда Сия. Но это местное название. Для пунерианцев это код из шестнадцати символов. Так что не переживай по этому поводу. Забудь.

– Вы уже бывали на этой планете? – не успокаивался капитан.

Ему нужно было хоть что-то знать об этом месте, чтобы не выглядеть полным дураком. Хорошо, если какие-нибудь знания он почерпнёт в библиотеке. А если там ничего нет? И что он будет делать тогда? Вдруг объявится какой-нибудь земляк и придётся что-то врать, чтобы не вызвать подозрений. Нужно хоть врать тогда как-то правдоподобно.

Все эти вопросы вихрем пронеслись в голове и не оставили ответа.

Сорик неопределённо пожал плечами и не сразу припомнил.

– Кажется, лет двадцать назад были. Надо посмотреть в бортовом журнале. Зачем тебе это? – недоумевал он. – Ну встретится тебе земляк. Ну и что? Скажешь, что только родился там, а вырос и жил в другом месте.

У капитана отлегло от сердца. Действительно, об этом он как-то не подумал.

– Извини, – пробормотал он. – Просто мысли всякие не дают покоя.

– Ты лучше о своей зверюге думай, – взъярился Сорик. – Весь корабль обгадила. Дыхнуть нечем. Тебе там никто не позволит этого делать. Только увидят – и считай, хана твоему другу. Терпеть такое свинство никто не будет.

– Я уже думал на этот счёт, – стушевался капитан. – Пока ума не приложу, что с этим делать. Но что-нибудь придумаю, – заверил он.

– Придумай, – пригрозил Сорик. – А то самому придётся усыплять.

– Разберёмся, – уныло заверил капитан и вдруг спохватился. – Слушай. Но имя у меня должно же какое-то быть?

– Код – это не то что ты думаешь, – терпеливо разъяснил Сорик. – Это твой индивидуальный номер и всё. Ничего кроме указания на звездную систему, где ты родился, там ничего нет. Это когда запрос сделают, то там всё будет. И где родился и пол и даже группа крови. В общем всё. Где работал и жил. Так что можешь указать своё собственное. Всё равно никто проверить не сможет. Код-то липовый. А вот через семь лет беги, – усмехнулся он. – Но искать шибко не станут, – тут же успокоил он. – Если только сам не начудишь что. Компьютер только систематизирует данные. Сам он преступников не ловит. Да всё нормально будет, – заметив тревогу в глазах капитана, – улыбнулся Сорик и неожиданно разоткровенничался. – Ты у меня пятый уже такой. И все спокойно живут и работают. Никто никуда не бежит.

« Пятый?» – мелькнуло смутное подозрение в голове капитана и он тщетно постарался подсчитать даты.

– Сколько же тебе лет?! – невольно воскликнул он.

В глазах у Сорика заиграли весёлые искорки и задумчиво улыбаясь, словно вспоминая прожитые года, уклончиво ответил:

– Старый я уже.

Процедура перекодирования прошла успешно и на обратном пути, капитан остановился перед залом, где стояли капсулы.

– Это для кого? – как бы между прочим спросил он кивнув на простаивающее оборудование. – Или живой товар иногда перевозите? – улыбнулся капитан.

– А-а, – с пренебрежением махнул рукой Сорик. – Так всю жизнь проспать можно. Это для бездельников больше подходит. А нам дела делать надо. Жизнь и без того короткая.

– Дела? – удивился капитан. – Я что-то никаких дел у вас не видел.

– Ну, они не такие явные, чтобы сразу их заметить, – слегка смутился Сорик. – Лис, вот, свою кибер-империю строит, – пояснил он, – а я ему помогаю. Девчонки тоже своим делом занимаются. Так что всё во благо, – туманно закончил он.

– Во чьё благо? – настойчиво уточнил капитан.

– Во благо будущего, – очень серьёзно ответил Сорик. – Для наших потомков, так сказать.

– И в чём, если не секрет, эти дела заключаются? – полюбопытствовал капитан.

– Знания в основном. Технологии. Сейчас вроде всё у всех есть и никто об этом всерьёз не думает. Но когда придёт свобода, то всё сразу исчезнет. Без вариантов. Даже если что-то и удастся сохранить, то основная часть информации будет потеряна. И вот чтобы локти потом не кусать, мы и делаем это для всех.

– Ну что ж, – согласился капитан. – Дело хорошее. Надо будет потом связь с вами наладить. Может и нам что подкинете.

– Я не против, – улыбнулся Сорик. – Может и у вас нам есть чему поучиться.

Пересадка на орбитальный комплекс, к удивлению капитана, состоялась вполне традиционно и даже обыденно. А он-то думал, что его с Тобиком опять засунут в какой-нибудь контейнер и новые невзгоды лягут на его широкие плечи. Но нет. Вместе с командой он высадился на одной из многочисленных орбитальных станций и сразу отправился в центр занятости.

Ещё у капитана была идея отрастить волосы и бороду, чтобы сойти за какого-нибудь горемыку-бомжа. Но Сорик отговорил его. Это плохая идея, сказал он. Во-первых, в таких местах их просто не бывает, а во-вторых, гораздо больше доверия окажут интеллигентному туристу. Мало того. В таком виде капитана могут запросто упрятать в каталажку для установления личности на все семь лет и никто печалиться по этому поводу не будет. Так что лучше не усугублять.

В нашем мире больше сострадания, заметил капитан, но спорить не стал и решил положиться на опыт Сорика.

Центром занятости оказалась небольшая комната всего с одним служащим. Плюгавенький клерк сидевший за столом с компьютером, что-то мурлыкал себе под нос и по всей видимости, упивался своей искромётной белизной. Даже ноги, выглядывавшие из-под стола, были в белых тапочках и белых носках. В другой раз капитана это бы рассмешило, но сейчас было не смеха. Скорчив унылую мордочку, он убитым голосом проронил:

– Не подскажете, уважаемый? У меня беда. Где-то обронил, а может и украли карту. Первый раз со мной такое. Что теперь делать ума не приложу. Я ведь не местный. С Наки.

Клерк окинул капитана оценивающим взглядом и любезно улыбнулся.

– Бывает, – согласился он. – Сейчас поможем.

Клерк достал из стола сканер и наведя на капитана, щёлкнул им. На экране компьютера тотчас высветился результат и клерк невольно обронил:

– Далеко ваша планетка. Но ничего, – тут же заверил он, – с этим проблем не будет. Вы кто по профессии? Придётся вам вместо отдыха поработать, – сочувственно заметил он. – Есть же что-то надо. Да и зверюгу вашу, – бросил он неодобрительный взгляд на Тобика, – надо в пансион пристроить.

– С собачкой, да, – кивнул капитан, – предвижу проблемы. Но ведь дома оставить, тоже не мог. В наших краях таких заведений для них не построили пока, вот и пришлось с собой брать. Мне бы лучше куда-нибудь в рейс. Стюардом, – предложил он.

Клерк вскинул на него удивлённый взгляд и резонно заметил:

– Великоваты вы для стюарда. Но посмотрим, – сжалился он, – что можно сделать.

Клерк сосредоточенно застучал пальцами по сенсорной клавиатуре и на несколько минут отрешился от капитана.

От нечего делать капитан повертел головой, рассматривая комнату, но не найдя ничего примечательного вновь уставился на клерка.

Тот довольно долго сумрачно цокал, поглядывая на экран компьютера, но все же его лицо озарилось улыбкой.

– Вот, нашёл, – счастливым взором осенил он капитана. – Немного не подходите по характеристикам, – предупредил он, – но я думаю, примут. Пассажирский на Малиграву. Вот путеводитель, – достав из стола устройство, упакованное в небольшую прямоугольную коробочку, он протянул его капитану. – Карту получите там же. Удачи вам, – улыбнувшись, напутствовал клерк.

– Большое спасибо, – радостно запричитал капитан. – Чтобы я без вас делал. – И почтительно пятясь, поспешил покинуть гостеприимное заведение.

Сказать, что капитан летел на крыльях счастья к своему новому приюту, было бы неправильно. Поглядывая на путеводитель, он не забывал посматривать и по сторонам, невольно восхищаясь увиденным. Огромный купол нависал над ним, покрывая необозримую площадь и капитан терялся в догадках: это сколько ж народу могло поместиться под ним? Целая планета! По широким улицам спешили по своим делам прохожие и только некоторые торопливо переходили на другую сторону, что-то бурча в адрес Тобика. Капитан и сам сейчас был не рад этому обстоятельству. В его планы не входило путешествие по далёким мирам, да ещё в качестве стюарда. Если бы Тобик не навязался к нему в качестве бесплатного приложения, то его путь был сейчас совсем в другую сторону. Но что делать.

Капитан не зря часами пропадал в библиотеке. Он искал дорогу домой и обдумывал различные маршруты, которые могли привести к этому. Там он и наткнулся на описание спасательной службы обитавшей на всех без исключения орбитальных станциях Ранкора. Но главное, его впечатлили характеристики кораблей, которыми эта служба пользовалась. Помимо приличной скорости, которую могли развивать эти корабли, они были способны достигать других звёздных систем в пределах десяти парсек. Это было довольно странно, учитывая местный характер служб. Поразмыслив, капитан пришёл к выводу, что эта служба была создана не только для решения сиюминутных задач. В случае внезапной атаки извне, она с легкостью могла эвакуировать десятки тысяч пунерианцев с Ранкора, поскольку корабли могли садиться и взлетать с поверхности планет самостоятельно. Самое привлекательное в этом корабле было то, что экипаж состоял всего из двух человек. Вряд ли у этой службы есть какая-то существенная охрана, размышлял капитан, а уж вырубить двух аборигенов он как-нибудь да сумеет. Нужно просто пожить где-нибудь рядом, осмотреться и выбрать подходящий момент для удара. Капитан долго лелеял этот план, суливший большую надежду на спасение, но судьбе было видно не угодно осуществить его. Надежды, что с Тобиком тоже всё обойдётся, не осуществились и всё пошло наперекосяк. Приходилось надеяться, что со временем, всё как-то образуется.

Часть 17

Чтобы не заставлять нервничать прохожих, капитан придумал маленькую хитрость, пристёгивая Тобика на коротком поводке. Тобик не мог видеть его и поэтому не брыкался. Возможно, он и на длинном поводке вёл бы сейчас себя спокойно, после таких-то передряг в его жизни, но экспериментировать было некогда.

Капитан с любопытством оглядывался по сторонам и молил бога, чтобы его не взяли на эту работу. Тогда, со спокойной совестью он вернётся к этому любезному клерку и найдёт работу получше. Ничего не мешало сделать это сейчас, но капитан страшно не хотел огорчать Сорика. В конце концов, он знает этот мир лучше.

Неожиданно капитана остановил прохожий. У капитана даже сердце ёкнуло: до чего он был похож на человека. Неужто пунерианцы и до других земных колоний дотянулись?

– Вы случайно не с Така? – приветливо улыбнулся прохожий. – Уж больно на местную расу походите, – пояснил он.

– Да как бы оттуда, – растерянно пробормотал капитан и натянуто улыбнулся. Он совершенно не был готов к такому разговору.

– Но я там только родился, – подчеркнул капитан, пытаясь пресечь дальнейшие расспросы.

– Когда собираетесь обратно отбыть? – деловито осведомился прохожий.

– Не знаю, – пожал плечами капитан. – Тут такое дело, – посетовал он. – У меня карту украли. А может, потерял. Теперь наверное, не скоро.

– Потеряли, скорее всего, – посочувствовал прохожий. – Воруют редко. За это смертная казнь полагается.

– Да разве кого найдёшь, – безнадёжно взмахнул рукой капитан.

– За пять минут захомутают, – не согласился прохожий. – Заявление уже подали?

– Ну, я клерку этому в бюро сказал только, – снова растерялся капитан. – А заявления никакого не писал.

– Этого достаточно, – успокоил его прохожий. – Если украли, то скорее всего вернут.

– Даже так? – опешил капитан.

– Здесь система хитрая, – улыбнулся прохожий. – Воруют в основном для того, чтобы вернуть карту и проценты от величины вклада получить. Десять процентов полагается. У вас много на карте было?

– Да так, – ушёл от ответа капитан. – На житьё-бытьё, в основном. Копейки. И что? – не понял капитан. – Я теперь вору последнее должен отдать?!

– Да нет, – упокоил его прохожий. – Проценты государство платит. Можно и этого вора лишить, – по секрету поведал он. – Напишите заявление на кражу и вор тогда, в любом случае вышку получит. Но это всё не так просто конечно. Нужно хотя бы время и место кражи знать.

– Да откуда я знаю, – хмуро бросил капитан, пытаясь понять, к чему клонит прохожий. – Зашёл в бар, а карты уже нету. Да и бог с ней. Скоро новую дадут. А вы что хотели от меня? – пытаясь быть вежливым, напомнил он.

– А вы в каком городе родились? – словно не слыша собеседника, спросил прохожий. – Может виделись случайно, да забыли просто.

– Я же говорю, – начал злиться капитан. – Я там только родился. Видеться мы никак не могли.

– Ах да, – припомнил прохожий. – Запамятовал. Извините.

– Так что вы хотели от меня? – с угрозой в голосе переспросил капитан. Этот назойливый гражданин его стал уже доставать.

– Общий пламенный привет своим землякам хотел передать, – бойко отрапортовал прохожий. – Давно в тех местах я уж не был. Лет тридцать, наверное, прошло. Вы с какого города прибыли? – затараторил он. – Может, у нас общие друзья или знакомые есть? Я много где побывал.

«Сдался ты на мою голову» – про себя чертыхнулся капитан. – «Да кто там тебя спросит!» – сердито передразнил он благодушного Сорика. – «Спросили».

– Я там только родился, – упёрто повторил капитан, подражая собеседнику. Мы тоже мол, умеем «дурака» включать. – Даже и не знаю никого.

– Печалька, – огорчился прохожий, словно ничего не заметив. – Ну да всё равно. Если будете на Така, передавайте всем привет от Рыжтыка. Меня там многие помнят.

– Хорошо. Передам, – кивнул капитан и заторопился прочь.

Вдруг ещё чего-нибудь спросит. – Извини. Я опаздываю.

От этого разговора капитана слегка подколотило и теперь он шёл не такой радостный.

– Общий пламенный привет, – бурчал он себе под нос ещё какое-то время. – Придурок какой-то.

Со штатом на этом корабле видимо было совсем плохо и капитана принял сам капитан корабля. Для капитана это была ещё одна тревожная весточка, но оставалась надежда, что здесь просто так принято.

Завидев нашего капитана, он как-то сразу погрустнел, опечалился и смерив взглядом его рост, трагически всплеснул руками.

– Ну зачем мне такие работники, – уныло констатировал он. – Этот Магнул чем думает, когда к нам таких верзил посылает? У меня не грузовоз всё-таки.

Капитан сочувственно мотнул головой, сделав вид, что тоже не понимает и с тревогой ждал приговора.

– Вынужден огорчить вас, – поразмыслив, принял решение капитан корабля. – Вы нам не подходите. Для вас ещё и биокапсулу отдельную придётся заказывать, – посетовал он. – Нет, – вынес он суровый вердикт. – От вас проблем будет больше, чем пользы. Прощайте.

Скорчив для приличия унылую рожу и тяжко вздохнув, радостный капитан пулей вылетел из кабинета. На радостях, он потрепал за холку поджидавшего за дверью Тобика и даже слегка щёлкнул его по носу. Но пять минут позора были всё же на его совести и капитан сделал Тобику выговор.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.