Цан Юэ
Баллада о нефритовой кости. Книга 3

Но нельзя повернуть время вспять никогда,
Удержать его нам невозможно.
И зеркало красавицы покажет
Не яркие цветы, что радовали взор,
А ветви голые истерзанных дерев[1].

沧月

Cang Yue

朱颜下

The Longest Promise. Volume 3

Russian edition rights under license granted by Beijing Memory House Culture Co., Ltd.

This edition is published by AST Publishers LTD arrangement through the agency of Tianjin Mengchen Cultural Communication Group Co., Ltd.

Original story and characters created Copyright © Cang Yue

Illustration Copyright © Gu Ge Li, 2024

All rights reserved.

© Е. Козенева, перевод на русский язык, 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

Глава 1. Сон о далеком прошлом

Когда наступил рассвет, все было кончено.

Двор Звездного моря превратился в руины. После того как магические барьеры были разбиты, с неба посыпался дождь, холодный, беззвучный и мелкий словно туман. Чжу Янь казалось, будто чья-то душа прикасается кончиками пальцев к ее волосам.

Она стояла на коленях среди руин, ощущая пустоту в сердце, и не могла ни плакать, ни кричать, глаза потухли, в них застыло равнодушие.

Облако над головой двигалось медленно, словно решило вылить всю свою влагу и исчезнуть без следа.

Легенды говорят, что русалки отличаются от людей суши. У них нет трех душ хунь и семи душ по[2], они рождаются в море и в море уходят после смерти. Превращаясь в легкие облака, они поднимаются в небо, чтобы стать дождем и вновь вернуться в Лазурное море, где они засыпают вечным сном под далеким звездным небом и буйным ветром.

Может ли это облако быть Юанем?

Вернулся ли он в пустоту между морем и небом? Он говорил, что жизнь русалок очень длинная, говорил, что будет ждать перерождения Яо И… Но теперь он не сможет дождаться ее… И это все ее, Чжу Янь, вина. Если бы не она, Юань бы не умер. Если бы не она, наставник тоже был бы сейчас жив.

Если бы ее вовсе не существовало в этом мире, все, что сегодня произошло, не случилось бы!

Но она жива! Почему она все еще здесь?!

Чжу Янь безжизненной статуей стояла на коленях на холодной земле. Княжна была растеряна, разум был вязким, мысли путались. Она то и дело возвращалась к событиям этой ночи, и каждое воспоминание причиняло жгучую боль. Ее сердце разрывалось, словно его пронзали тысячи клинков. Кровоточащее, разбитое навечно сердце.

Она стояла так до тех пор, пока не услышала гул голосов невдалеке. Будто рассвет разрушил внешний барьер, и случайным прохожим открылись руины.

– Что произошло во Дворе Звездного моря?

– Неужели во время ночного боя артиллерия промахнулась и направила огонь сюда?

– Хорошо, что сейчас двор опечатан, ведь в обычное время здесь могло находиться несколько сотен человек.

– Эй, а вдруг там все же кто-то есть? Мне показалось, что внизу кто-то кричал…

– Быть такого не может! Думаешь, стоит спуститься и посмотреть?

Голоса над головой становились все громче, люди продолжали подходить, а кое-кто даже попытался спуститься. Чжу Янь не обращала на шум никакого внимания, ей было все равно, что они подумают, увидев кровавую сцену внизу. Разум княжны был пуст, она просто стояла на коленях в холодной луже, полностью опустошенная.

Да… следует все закончить. Юань и наставник мертвы… Это конец. Почему же она все еще жива? Зачем? Это слишком мучительно.

Если все закончить, прекратится ли эта боль?

Любопытствующие прохожие еще не успели спуститься, как снаружи раздались топот копыт и громкий окрик, приказывающий всем зевакам отступить.

Преследующие беглецов солдаты императорской гвардии прибыли только сейчас и тут же окружили руины Двора Звездного моря.

Генерал Цин Ган был серьезно ранен в ночном сражении, поэтому армию возглавлял наместник Лиственного города Бай Фэнлинь. Увидев разрушенный публичный дом, наместник был потрясен. Но как? Что произошло? Очевидно, что это не результат артиллерийского обстрела, это магия! Но кто мог обладать такими способностями? Разве что…

Сегодня Ши Ина не было видно весь день и всю ночь, неужели он все это время поджидал врага тут?

Лидер Армии Возрождения, сумевший ускользнуть из расставленной на него ловушки, совершенно точно направлялся сюда, во Двор Звездного моря. Должно быть, Верховный жрец его перехватил. Проклятье! Они тяжело сражались и понесли большие потери, но в конце концов добыча досталась непричастному?

– Эй, кто-нибудь, спуститесь вниз.

Бай Фэнлинь был крайне раздосадован, но старался не подавать вида, лишь посмотрел на бездонную пропасть впереди и отдал приказ:

– Проверьте, там ли этот недобиток из Армии Возрождения.

– Есть!

Несколько солдат спешились и приготовились осмотреть подземелье.

Всего через мгновение они увидят, что Верховный жрец и лидер Армии Возрождения мертвы, а Чжу Янь, молодая княжна клана Чи, сидит рядом вся в крови.

В этот миг над головой вдруг потемнело.

Плохо! Только Сюань Цань, чей уровень совершенствования был самым высоким, успел хоть как-то среагировать и, соединив руки у солнечного сплетения, попытался оказать сопротивление. Однако скорость, с которой надвигалась темнота, была поразительной. Стоило воину лишь шевельнуть пальцем, неведомая сила накрыла людей словно колпаком, окутывая разум и отключая все чувства.

Не может быть! Кто мог это сделать? Ши Ин, этот сукин сын? Чего он хочет…

Мысль промелькнула в голове Бай Фэнлиня в тот короткий миг, когда тьма только нависла над всадниками, а уже в следующее мгновение наместник и все, кто находился в радиусе одного ли[3] от него, потеряли сознание.

Руины Двора Звездного моря погрузились в тишину, и мир вокруг превратился в черно-белую картину, написанную тушью.

Голоса раздавались все ближе к Чжу Янь. Ситуация была критической, но княжна совершенно не реагировала на происходящее вокруг. Она, словно оглушенная, сидела в луже ледяной воды, сжимая в руках сломанный клинок. Чжу Янь не сводила глаз с мертвецов перед собой, и в сердце у нее было лишь одно желание – умереть вместе с ними. Глаза были совершенно пусты, будто душа уже покинула ее тело.

Внезапно кто-то свалился сверху, приземлившись прямо перед Чжу Янь.

– О нет… – услышала она чей-то голос. – Уже слишком поздно?

Кто это? Кто спустился сюда?.. Княжна все еще очень медленно соображала, наконец она сделала над собой усилие и подняла голову. Над ней распростерлись огромные крылья, и четыре кроваво-красных глаза прожигали насквозь.

– Чун… Чунмин? – услышала княжна свой собственный голос, будто раздающийся издалека.

Конечно, это была священная четырехглазая птица! Но как она оказалась здесь? Она… она ведь все видела, так? Может ли так случиться…

Чжу Янь отвернулась, не в силах сдержать стыд, вину и разрывающую сердце скорбь. Она закрыла лицо руками, молясь, чтобы земля разверзлась и поглотила ее.

Священная птица Чунмин опустила глаза на лежащего у ее ног мертвеца, потом снова посмотрела на девушку и вновь на Ши Ина. Чунмин вздрогнула, не смея поверить увиденному, и вздыбила перья. В ее кроваво-красных глазах читалось глубокое потрясение, из глотки вырвалось нечленораздельное бормотание. Вытянув шею, она толкнула клювом тело Ши Ина, пронзительно крикнула, прося его отозваться. Но Верховный жрец оставался неподвижным и безмолвным.

Священная птица замерла, ее перья прижались к телу, а глаза еще сильнее налились кровью. Злобно взглянув на Чжу Янь, она низко заурчала, явно собираясь ее убить.

Княжна не осмелилась взглянуть на Чунмин. Дрожа всем телом, она бормотала как заведенная:

– Прости… Мне жаль…

Чунмин пристально смотрела на княжну и вдруг вскинула голову и издала оглушающий визг, который, казалось, достиг облаков. Священная птица бросилась на Чжу Янь и яростно ее клюнула.

Вот как? Значит, Чунмин собирается сожрать ее, отомстив за наставника?

Княжна подумала об этом будто сквозь сон, не сделав и попытки уклониться. Она все так же стояла на коленях в ледяной воде. Все надежды и желания Чжу Янь превратились в пепел, она закрыла глаза – пускай огромный острый клюв нанесет ей смертельный удар. Пусть Чунмин оторвет ей голову.

– Остановись! – вдруг раздался чей-то низкий властный окрик.

Священная птица сделала выпад, но ударилась о магический барьер и тут же отпрянула на шаг назад.

– Чунмин, отойди, – тихо сказал незнакомец.

Раздался звук приближающихся шагов. Кто-то шел по воде, но плеск был таким далеким, словно доносился не из этого мира.

Кто это? Как он оказался здесь в такой час?

Прошло довольно много времени, прежде чем незнакомец приблизился и остановился прямо перед княжной. Окинув взглядом кровавую сцену, он тяжело вздохнул.

– Почему все так обернулось?..

Что?! Чжу Янь ошеломленно подняла голову и увидела перед глазами длинный черный подол с вышитым узором в виде облаков. Кисти рук, выглядывающие из длинных рукавов, были тонкими, а кожа – прозрачной и морщинистой. Княжна скользнула взглядом выше и наконец посмотрела в лицо незнакомца.

Это был старик с белыми словно снег волосами, в длинных худых пальцах он держал черную нефритовую дощечку, очень похожую на дощечку наставника. Он пристально смотрел на Чжу Янь, и в глазах его были потрясение и скорбь.

Княжна вздрогнула.

– Ве… Ведающий Судьбами?

Да, это был он – Ведающий Судьбами Кунсана, первый наставник Верховного жреца, а также самый великий мастер магического искусства во всей Облачной пустоши на сегодняшний момент. Почему он оказался здесь вместе с Чунмин? Он… знал, что все так обернется, и хотел предотвратить беду? Однако он опоздал… опоздал всего на шаг!

Ведающий Судьбами взглянул на Ши Ина, лежавшего в луже крови, его лицо слегка дернулось. Он стремительно склонился над Верховным жрецом и попытался с помощью магии вернуть его к жизни.

В эту минуту в глазах Чжу Янь зажглась искра надежды. Застывшее отчаявшееся сердце вновь бешено забилось. Это же Ведающий Судьбами! Если старик применит свою силу, есть шанс, что он сможет повернуть смерть вспять и спасти наставника!

Она ждала затаив дыхание, и никогда еще минуты не тянулись так медленно.

Однако время шло, и ничего не происходило. В конце концов Ведающий Судьбами сдался, опуская руки.

– Бесполезно… – пробормотал старик. – Слишком поздно.

В Чжу Янь словно молния ударила. Кровь отхлынула от лица, тело бил озноб. Раз уж сам Ведающий Судьбами сказал, что уже поздно, значит, в этом мире больше не осталось человека, способного спасти наставника!

Старик медленно поднял глаза, прожигая княжну пылающим взглядом, и вдруг гневно закричал:

– Проклятье! Ты убила Ши Ина!

В бешенстве Ведающий Судьбами поднял руку перед лицом Чжу Янь, выставив пальцы, напоминающие звериные когти. В тот же миг в воздухе над ее головой возникла огромная хищная лапа, готовая сцапать княжну.

Чжу Янь лишь равнодушно взглянула на нее, не собираясь уворачиваться. Княжна не испугалась, она вообще больше ничего не чувствовала.

Однако стоило когтям приблизиться к Чжу Янь, как вдруг сверкнула яркая вспышка!

Послышался свист, и молния, ударив снизу вверх, пронзила хищную лапу, словно толстая ледяная игла, разметав ее на тысячи клочков. В тот же миг Ведающий Судьбами содрогнулся всем телом и, пораженный, отступил на шаг.

– Ин?! – Старик бросил взгляд на тело Верховного жреца и прохрипел: – Ин, это ты?

Ши Ин не шевельнулся. Лицо его оставалось пепельно-серым, глаза были закрыты. Он лежал на земле, окруженный ледяной водой, сверкающей словно родник в осеннем лесу. А над головой его вихрилась молния, источая яркий свет. Это была Нефритовая Кость. Шпилька медленно вращалась. Круг. Еще круг. Она будто приклеилась к Чжу Янь и Ши Ину.

– Ин… ты… – недоверчиво прошептал Ведающий Судьбами. – Даже умерев, ты защищаешь ее?

Будучи человеком с самым высоким уровнем совершенствования во всем Кунсане, он сразу понял, что произошло: перед смертью Ши Ин влил свою духовную силу в Нефритовую Кость, приказав оберегать эту девчонку. Поэтому, как только над княжной нависла опасность, шпилька молнией метнулась к Чжу Янь, прикрыв ее от заклинания Ведающего Судьбами.

– Какой же ты глупый… Ин, – пробормотал старик. Вдруг в его глазах зажегся холодный блеск, и он зло прошептал: – Думал, защита сработает?

Не успев закончить фразу, Ведающий Судьбами вскинул руки, и между его пальцами расцвело яркое клокочущее сияние. Свет превратился в мерцающую сеть, в которую тут же угодила Нефритовая Кость. Шпилька заметалась в ловушке, но в ней была лишь остаточная духовная сила Верховного жреца, неспособная побороть величайшего мастера Облачной пустоши.

– Заплати своей жизнью за его жизнь! – Ведающий Судьбами протянул руку и положил ее на голову Чжу Янь.

В тот же миг смертельный холод пополз от макушки княжны по всему ее телу, заставляя кровь леденеть в жилах. Чжу Янь знала, что вот-вот умрет, но даже не попыталась спастись, лишь покорно закрыла глаза.

Однако недаром княжна все эти годы культивировала духовную силу, и в момент смертельной опасности энергия вырвалась наружу. В то время, когда Ведающий Судьбами воздел руки, яркая и мощная вспышка ударила в старческую ладонь.

Величайший мастер Облачной пустоши на мгновение опешил. Девчонка действительно достойна быть личной ученицей Ши Ина. В столь юном возрасте достичь такого уровня совершенствования!

Взгляд Ведающего Судьбами изменился, и он тут же отдернул руку.

Смертельный холод исчез, и Чжу Янь, вздрогнув, открыла глаза.

Старик, что-то обдумывая, окинул странным взглядом мрачную, приготовившуюся к смерти княжну.

– Смерть – слишком легкое наказание. Думаешь, я позволю тебе вот так просто умереть? – Ведающий Судьбами буравил Чжу Янь взглядом. – Нет, – покачал он головой. – Ты еще пригодишься. Тебе нельзя умереть здесь и сейчас. Ради желания Ши Ина и ради будущей судьбы Кунсана.

Что? Княжна не понимала, что говорит старик, и лишь растерянно смотрела на него.

– То, что ты сделала, ужасно, но еще есть шанс все исправить. – Ведающий Судьбами поднял голову и посмотрел на небо. – К счастью, Чунмин сразу же меня позвала, и я успел вовремя. Сейчас только мы двое знаем, что здесь произошло.

Взгляд Чунмин был полон злобы и ненависти, она пристально смотрела на Чжу Янь, явно желая ее крови. Рука Ведающего Судьбами слегка коснулась оперения священной птицы, успокаивая.

– Я сделаю все, что в моих силах, чтобы это исправить, – произнес старик.

Княжна вздрогнула, ее губы чуть дернулись. Исправить? Как это можно исправить? Она убила наставника, разве можно теперь что-то сделать? Ведающий Судьбами… Чего же он хочет?

– Знаешь, на самом деле я очень хочу убить тебя прямо сейчас, – старик будто заглянул ей в голову. Он ткнул своим длинным худым пальцем ей в лоб, указывая на точку между бровей. И голос его был холодным и злым. – Ты зловещее бедствие! Ты заносчива и невежественна! Тебе вообще не следовало появляться в жизни Ши Ина!

В этот момент Нефритовая Кость, мечущаяся в мерцающей сети Ведающего Судьбами, вырвалась из ловушки. Невзирая ни на какие преграды, драгоценная шпилька ринулась вперед, сияя, будто молния, и остановилась прямо перед лицом Чжу Янь.

– Ах, Ин… Ин… – Ведающий Судьбами не смог удержаться от горькой улыбки. – Ради тебя я дам ей еще один шанс.

Лучи рассветного солнца осветили сморщенное, искривленное в ухмылке лицо старика. Он снова ткнул в княжну пальцем и сказал:

– Хорошо, для начала пойдешь со мной. Я посмотрю, есть ли возможность все исправить.

На этот раз в его жесте не было намерения навредить Чжу Янь, и Нефритовая Кость не стала препятствовать. Когда рука старика коснулась лба княжны, свет померк у нее в глазах, сознание помутилось, а тело вдруг стало мягким и непослушным. Чжу Янь упала в воду, почувствовав, что погружается все глубже и глубже, словно в омут. Последнее, что она помнила, – это холодные капли дождя на лице, похожие на чьи-то слезы.

Чжу Янь не знала, покинула ли она то место, не знала, как долго была без сознания. Порой ей казалось, что она уже мертва и продолжает бродить по миру, превратившись в бесплотного духа. Она блуждала в темноте бескрайней ночи, разыскивая умерших. Юань! Наставник! Где они? Неужели из-за того, что они умерли раньше, Чжу Янь разминулась с ними?

Она металась в непроглядном мраке, но никого не было рядом.

В этом странном кошмарном сне вдруг появились звуки. Они были повсюду – близкие и далекие, громкие и тихие.

– Я плохой учитель. Изучать магическое искусство со мной будет очень тяжело.

– Я не боюсь трудностей! Я смогу жить с вами в пещере!

– Там может быть довольно одиноко.

– Не может, не может! Раньше в той долине были одни лишь мертвецы. Конечно, вы чувствовали одиночество. Теперь же с вами буду я! Вы никогда не останетесь один!

– Тогда с этого дня ты должна слушаться меня и не вздумай мне лгать. Если ослушаешься, будешь побита! Не плачь, когда такое случится.

– Хорошо!

Этот давний разговор эхом отозвался в памяти Чжу Янь.

Наставник… Наставник! Княжна вздрогнула и попыталась заткнуть уши. Слезы катились по щекам, она всхлипывала и трясла головой, но голоса не смолкали. Они были в ее голове, всплывая из глубин памяти.

Вслед за звуком пришли образы. Перед глазами встала картина давно ушедшего прошлого.

В этот миг Чжу Янь провалилась вниз и стала стремительно падать, полностью потеряв контроль над своим телом.

Беспросветный мрак окружал ее, но глубоко внизу что-то вспыхнуло темно-красным, будто в царстве мертвых открылся огромный равнодушный глаз. Это была бездонная пропасть, из которой вырывался всесжигающий огонь. Земля горела в адском пламени, а небо содрогалось от ярости молний, будто Судный день уже наступил.

Что это за место? Оно выглядело так знакомо, как если бы княжна уже бывала здесь раньше…

Ну конечно! Ведь это поток, текущий из загробного мира. Мифическая Бездна туманных глубин. Неужели она оказалась здесь потому, что уже умерла?

В миг, когда Чжу Янь вот-вот должна была провалиться в пропасть, она собрала последние силы и остановила падение, схватившись за уступ.

Загробный мир был совсем близко, воды потустороннего источника текли из разверзшейся трещины, неся стенания и вой бесчисленных призраков. Княжна подняла голову и попыталась дотянуться до тонкой полоски света наверху, но тело было таким тяжелым, а небо таким далеким и недостижимым. Странно, почему ей так тяжело? Неужели…

Она медленно обернулась и вдруг увидела, что несет кого-то на спине!

Этим человеком оказался… наставник?!

Бледный, абсолютно неподвижный, с закрытыми глазами. На вид ему было слегка за двадцать, и он еще не носил белоснежных одежд Верховного жреца. Это ведь…

В этот миг между жизнью и смертью, находясь в вязком кошмаре, она вдруг вспомнила тот страшный момент своего детства!

Прямо сейчас она пытается выбраться из Бездны туманных глубин с умирающим наставником на спине. Позади бешеное пламя царства мертвых, мощный поток потусторонних вод и яростный рев водяного дракона. Те золотые вспышки вовсе не молнии, это цепи, удерживающие Царя драконов! Магический барьер, созданный легендарным предком-основателем Кунсана, императором Син Цзунем!

Это не посмертные видения, это воспоминания из того времени, когда ей было тринадцать лет.

Тогда наставник взял ее с собой в лес Кошмаров, чтобы совершенствовать духовную силу, и неожиданно они попали в засаду воинов Царства Цанлю. Им удалось вырваться из окружения, но, спасаясь от погони, они упали в Бездну туманных глубин. Никому еще не удалось выйти из этого страшного чистилища живым. Наставник умирал, а она была совершенно измучена.

Будучи совсем ребенком, она тащила на спине человека в два раза тяжелее себя, из последних сил карабкаясь вверх по скале. Ее пальцы были содраны в кровь, а в голове вертелась лишь одна мысль: она должна вытащить наставника живым!

Внезапно из бездны позади раздался ужасный рев. Обернувшись, княжна увидела огромную лапу, которая высунулась из мрака и ударила в скалу, обрушивая камни.

Огромные, как два солнца, глаза появились из-под земли и уставились на чужаков. Княжна изо всех сил прижалась к скале, не сдержав крик. Это был дракон! Из черной расщелины вырвался легендарный правитель Морского царства!

Ужасное божество, выбравшееся из Бездны туманных глубин, разинув огромную пасть, выдохнуло столп огня, сжигая все на своем пути.

– Нет! Не надо! – Чжу Янь раскрыла руки навстречу пламени, инстинктивно защищая бесчувственного Ши Ина у себя за спиной. – Не трогайте наставника!

Огонь, сила которого была столь велика, что могла превратить в прах все вокруг, хлынул ей прямо в лицо, облизал кончики волос, увлекая княжну в свою смертельную пляску.

Но случилось чудо! Когда пламя погасло, Чжу Янь стояла все там же, целая и невредимая, лишь волосы были опалены страшным жаром.

Увидев, что малявки под его лапами все еще живы, тысячи лет заточенный в Бездне туманных глубин, Царь драконов взревел еще яростней и бросился вперед.

Маленькая девочка завизжала от ужаса и закрыла глаза, но с места не сдвинулась. Наставник ранен и без сознания. Если она уйдет, этот ужасный монстр его сожрет.

Клыки дракона почти впились ей в горло, но в последний момент остановились. Царь драконов склонил голову, посмотрел на Чжу Янь и вдруг озадаченно что-то проурчал.

Что… что происходит? Дрожа от страха, княжна открыла глаза и увидела два огромных золотых солнца, пристально ее разглядывающих. Дыхание дракона было подобно вихрю, ткань на груди княжны распахнулась, приоткрывая яркий предмет, сверкающий, словно драгоценный камень!

Это был древний нефрит, подаренный ей Юанем.

Царь драконов, наклонив голову, задумчиво смотрел на бледное маленькое лицо Чжу Янь, зажатой между его когтями. Склонив голову, он обнюхал ее с ног до головы и фыркнул. Дыхание его было подобно порыву шквалистого ветра, древний нефрит на груди княжны откликнулся дракону, замерцал и вспыхнул ярким светом!

– Ты? – произнес Царь драконов, и звук его мощного голоса эхом разнесся в бездне.

Что?! Этот дракон может говорить по-человечески? Он… он что, обращается к ней?

Княжна растерянно смотрела на громадного монстра, вдруг почувствовав, что его тяжелая лапа больше не давит на нее. Втянув когти и опустив голову, дракон внимательно рассматривал Чжу Янь. Ярость и желание убивать в его глазах постепенно затухали, сменяясь замешательством и интересом. Он даже протянул лапу и дотронулся когтем до ее волос.

Княжна испуганно вздрогнула, но не осмелилась отстраниться. Она боялась, что монстр может причинить вред наставнику, который по-прежнему был в забытьи.

– Хм… человек народа Кунсана? – Царь драконов сощурил глаза, покачал головой и выплюнул: – Странно… не похоже, что ты та, кого я жду…

– Вы… вы со мною говорите? – запинаясь, спросила Чжу Янь, ее голос дрожал.

– Ты не она. Хотя и похожа на нее, – Царь драконов снова и снова возвращался взглядом к упавшей в бездну девчонке. Увидев узор на ее одежде, он покачал головой. – Ты княжна клана Чи, а женщина, которую я жду, должна быть из клана Бай. Что-то пошло не так…

Царь драконов вновь прикоснулся к девочке своим огромным когтем и пробормотал:

– Тебя не должно здесь быть. И почему на тебе эта вещь?

Чжу Янь не понимала, о чем говорит Царь драконов, она медленно пятилась, выбираясь из щели между его пальцами. Но бежать было поздно: монстр снова выпустил когти, преграждая ей путь со скалы. Княжна вскрикнула и закрыла глаза.

– Что ты здесь делаешь? Это император Кунсана отправил тебя сюда? – голос огромного дракона был низким и мрачным. – Живому человеку не место в Бездне туманных глубин!

– Я… я не нарочно! Я не хотела тревожить вас! – поспешила оправдаться Чжу Янь. – Мы… мы попали в засаду и по неосторожности упали сюда!

– Попали в засаду? – Царь драконов задумчиво опустил голову и некоторое время пристально смотрел на княжну. – Кто хочет тебя убить?

– Я… я не знаю! – тревожно пробормотала она. – У этих людей были льдисто-голубые глаза… как… как у людей Ледяного клана. Они пришли, чтобы убить моего наставника!

– Твоего наставника? – Царь драконов посмотрел ей за спину. – Кто это там, позади тебя? Отойди, дай мне посмотреть!

– Нет! – Чжу Янь не знала, откуда взялась эта смелость. Она переплела пальцы у солнечного сплетения, создавая барьер, и закричала: – Не подходите к наставнику!

Не успела она закончить фразу, как острые когти Царя драконов уже прикоснулись к ней.

Раздался страшный грохот, Чжу Янь отшатнулась на несколько шагов, чуть не свалившись в пропасть, но удержалась за отвесную стену скалы. Она почувствовала резкую боль в груди и соленый вкус крови во рту. Княжна сплюнула красный сгусток, и не подумав отойти от наставника.

– Чего вы хотите? Нет… не подходите к нему!

Царь драконов отдернул лапу, на которой остались следы ожогов. Склонив голову, он внимательно разглядывал маленькую дрожащую девчонку. Какая неожиданность – это хилое, испуганное существо излучало бешеную, яростную силу, подобную энергии бушующего пламени!

– Ты так отчаянна, – Царь драконов призадумался, золотой свет в его глазах поблек. Он вдруг вздохнул и устало пробормотал: – Я неправильно рассчитал время… Должно пройти еще семьдесят лет…

Неправильно рассчитал время? О чем он говорит? Что будет через семьдесят лет?

Втянув когти, Царь драконов тихо сказал:

– Однако, раз уж ты пришла сюда с этой вещицей на шее, твоя судьба, должно быть, как-то связана с Морским царством. Если я убью тебя сейчас, это может нарушить баланс судьбы. Хм… я не могу так рисковать.

Чжу Янь ничего не понимала, кроме того, что убивать ее дракон раздумал. И все же она по-прежнему не смела пошевелиться, продолжая загораживать собой наставника.

Царь драконов зевнул и покачал головой.

– Хорошо… малышка, на этот раз я отпущу тебя. Возвращайся туда, где тебе следует быть, пока я не передумал!

Не успела Чжу Янь прийти в себя, как почувствовала необъяснимую легкость и взмыла в воздух.

Царь драконов выбросил княжну с ее печальной ношей из Бездны туманных глубин. Они упали на зеленую траву. Лучи солнца, пробиваясь сквозь листву, падали на лицо, даря тепло и свет новой жизни. В этот миг маленькая девочка заплакала от радости. Они вырвались из царства мертвых!

Лицо Чжу Янь было черным от копоти, волосы опалены до самых корней, а тело изранено. Но она, стиснув зубы, несла наставника на спине, передвигаясь по лесу Кошмаров чуть ли не на четвереньках.

Ее путь был долгим и трудным: непролазные буреломы, нечисть и призраки подстерегали тут и там.

– Не умирайте… не умирайте! – всю дорогу шептала княжна.

Эти слова стали для нее молитвой. Чжу Янь твердила их снова и снова, сдерживая рыдания. Она не осмеливалась обернуться и проверить, дышит ли еще ее наставник.

Совершенно лишенная сил, она упала без чувств на ступенях храма предков Цзюи, даже не подозревая, какие волнения вызвало ее возвращение во всей Облачной пустоши. Ведь прошло два месяца. Наверняка все уже думали, что наставник и ученица мертвы, сгинули в Бездне туманных глубин и от них не осталось даже косточек. Император Бэй Мянь, поддавшись клевете наложницы Цин, пожаловал титул наследного принца своему младшему сыну Ши Юю.

Один день в горах равен тысяче лет. Все изменилось.

Однако маленькая девочка ничего не ведала о коварстве политики. Она знала лишь то, что ценой невероятных усилий спасла наставника и теперь должна хорошо позаботиться о нем, пока он не очнется.

– Что с твоим лицом? – первое, что сказал Ши Ин, когда через полмесяца пришел в себя и увидел сидящую рядом Чжу Янь.

– Оно… обгорело.

Лицо княжны было перебинтовано. Кожу ужасно жгло, но девочка не осмелилась жаловаться раненому наставнику.

– Верховный жрец сказал, что, если прикладывать травяной компресс, даже шрамов не останется.

Ши Ин молча кивнул и, помолчав, спросил:

– Это ты… спасла меня?

Маленькая княжна много сделала, чтобы заслужить похвалу, и ждала этого вопроса. Уголки ее губ невольно приподнялись, и она гордо кивнула.

– Угу!

Однако, когда Ши Ин услышал ответ, на лице его промелькнуло странное выражение. Он просто отвернулся и долгое время ничего не говорил.

Чжу Янь всей душой желала, чтобы наставник ее похвалил, и гордо вскинула голову в ожидании слов благодарности. Однако реакция жреца заставила ее оробеть. Эх, наставник такой высокомерный. Обычно это он спасает других людей, но сейчас впервые в жизни кто-то спас его. Он… Может ли он разозлиться на нее? Он собирается ее отругать?

Княжна со страхом ждала слов Ши Ина, но услышала только:

– В будущем я верну тебе долг.

– А?

Чжу Янь была озадачена, она не поняла значения его слов, но сердце сжалось от зловещего предчувствия. Она вытянула руку, стремясь ухватить его за рукав.

И в тот же миг видение изменилось, перед глазами возникло море крови!

В руинах Двора Звездного моря острый клинок вновь пронзил сердце Ши Ина, и кровь, подобно воде, хлынула из раны.

– В тот год ты спасла меня, вытащив из Бездны туманных глубин. Я сказал, что в будущем верну долг и отдам тебе свою жизнь, – он взглянул на нее и, улыбнувшись, прошептал. – Знаешь, когда я говорил о будущем, я имел в виду этот день.

– Нет… нет! – закричала Чжу Янь. – Не надо! Не умирайте!

Отчаянно пытаясь удержать то, что бесследно исчезало, она рыдала так, что разрывалось сердце.

– Не сегодня! Не сейчас! Не оставляйте меня одну!

Однако его глаза закрылись навечно.

Острая боль разрывала княжну изнутри, ей не было конца. Нет, невыносимо! Когда это прекратится? Если она умрет, мучения закончатся? Почему она еще жива? Когда же, когда утихнет нестерпимая боль?

Видение дрогнуло, Чжу Янь почувствовала, что кто-то коснулся ее лба.

– Хватит… Очнитесь!

Княжна резко открыла глаза. Рука, что вытянула ее из липких сетей кошмара, принадлежала старику.

Глава 2. Звездное небо

Чжу Янь проснулась мгновенно, вся в холодном поту. Перед глазами все кружилось и плыло, превращая мир в туман. Чья-то рука прижалась к ее лбу, оставаясь абсолютно неподвижной. Где она находится?

Княжна хотела сесть, но обнаружила, что не может пошевелиться.

– Хм, ты и правда беспокойный ребенок…

Чжу Янь боролась изо всех сил, но так и не смогла сломать невидимые оковы. Внезапно в голове прозвучал низкий старческий голос, слегка плывущий, будто говоривший был под хмелем.

– Мои старые кости не вынесли твоей возни, поэтому я временно запечатал тебя.

Кто это? Чжу Янь могла лишь бешено вращать глазами. Наконец она заметила подол черных длинных одежд и чью-то руку, сухую, как ветка дерева. Рука сжимала абсолютно черную нефритовую пластину.

Ведающий Судьбами? Наконец княжна поняла, кто перед ней, будто очнулась ото сна.

После короткого мгновения забытья все, что выветрилось из памяти, вдруг всплыло ясно и отчетливо. Чжу Янь вспомнила этот день, самый страшный в своей жизни. Картинки мелькали, сменяя друг друга, заставляя все тело дрожать, словно лист на ветру. Да, она помнила…

Юань и наставник мертвы!

Ее жизнь разлетелась на осколки, которые уже не склеить воедино.

Ведающий Судьбами, который в последний момент появился в руинах Двора Звездного моря… Куда он принес ее?

– Это храм предков на вершине Белой Пагоды Целань. Никто не сможет войти сюда, кроме меня, – равнодушно ответил Ведающий Судьбами, будто читая ее мысли. – Ты слишком слаба. Ты пробыла без сознания три дня и три ночи, но дело не терпит, поэтому мне ничего не оставалось, как разбудить тебя.

Что? Так это и есть тот самый легендарный храм предков на вершине Белой Пагоды?

Хотя Чжу Янь все еще не могла пошевелиться, зрение постепенно прояснялось, но перед глазами по-прежнему было темно, только медленно покачивались яркие огоньки.

Это были свечи. Бесчисленное множество свечей в храме предков мерцали, словно звезды.

Внутреннее помещение храма на вершине Белой Пагоды было великолепным и поистине огромным, в трепещущем свете свечей можно было разглядеть огромные статуи богов-близнецов. В древней легенде говорилось, что небесный дух первозданного хаоса правой рукой создал Облачную пустошь, а если творение не оправдает его ожиданий, оно будет уничтожено левой рукой. Сотворив небо и землю, небесный дух исчерпал все силы и замертво упал на землю. В месте, где упало божество, появилось огромное озеро, которое сейчас называют Зеркальным. Из тела небесного духа родились боги-близнецы, унаследовав две силы творца: созидание и разрушение.

Правая рука бога и левая рука демона.

Эти удивительные близнецы, старший брат и младшая сестра, обладают невероятной силой, повелевая всей Облачной пустошью в упадке и процветании. Испокон веков их сила поддерживает хрупкое равновесие, соблюдая баланс, подобный смене луны и солнца.

Сейчас боги-близнецы в десять чжанов[4] высотой взирают на пустой храм. Бог созидания в одной руке держит цветок лотоса, другая вытянута ладонью вверх, символизируя рождение и рост. У бога разрушения в одной руке небесный меч, ладонь другой направлена вниз, символизируя смерть и истребление. В черных глазах спокойствие и равнодушие, а золотые глаза такие яркие, что кажется, будто солнце и луна взирают с высоты.

А над храмом возвышается прозрачный купол с изящными прожилками каркаса, переплетающимися в сложном узоре из звезд и луны. Между прочными ребрами вставлены громадные кристаллы хрусталя, отполированные, словно линзы. Такие чистые и прозрачные, что через них можно созерцать небесные светила, оставаясь в помещении.

В данную минуту княжна лежала на алтаре, глядя на небесный свод. И зачем же Ведающий Судьбами принес ее сюда? Что он собирается делать?

– Я видел твой сон… Оказывается, когда-то ты спасла жизнь Ина в Бездне туманных глубин? – голос старика, что пристально смотрел на княжну, стал немного теплее. – Жизнь за жизнь. Значит, судьба так решила. Все предопределено… – вздохнул он.

– Ты… Почему ты не убил меня? Разве ты не хочешь отомстить за моего наставника?

Чжу Янь не смогла вытерпеть этого тона. У нее перед глазами по-прежнему стояла та самая последняя сцена. Утратив спокойствие, княжна отчаянно и мучительно закричала:

– Я… я убила наставника! Убей меня!

Ведающий Судьбами холодно посмотрел на ее застывшую фигуру.

– Ты думаешь, твоя смерть решит все проблемы?

– Чего еще ты хочешь? – Чжу Янь настороженно взглянула на старика.

– Чего хочу? – пронзил ее взглядом Ведающий Судьбами. – Маленькая княжна клана Чи, знаешь ли ты, что совершила ужасное преступление? Ты посмела убить своего наставника, вступить в сговор с мятежниками, убить старшего сына императора! Тебе недостаточно просто умереть. Девять будущих поколений не расплатятся за твои злодеяния! Вся твоя семья должна быть обезглавлена!

Что? Чжу Янь затрясло, будто ей в лицо плеснули ведро ледяной воды.

Когда умер Юань, мысли княжны были заняты лишь лютой ненавистью и гневом. Она без колебаний вступила на путь мести. Но сейчас она наконец смогла взглянуть на все с холодной ясностью и поняла, какую ужасную, непростительную вещь совершила. Она убила Верховного жреца Кунсана и старшего сына императора!

Этого преступления достаточно, чтобы утопить весь клан Чи в крови!

Княжна застыла, краска отлила от лица, и все тело задрожало, как от озноба.

Ведающий Судьбами чуть пошевелил пальцами, и в его ладонь со свистом влетел сломанный клинок. Это было то самое оружие, которое Чжу Янь вонзила наставнику в грудь. Орудие убийства. Сабля девяти колец с самого начала принадлежала клану Чи, и на его лезвии, испачканном кровью Ши Ина, был выгравирован семейный герб.

Старик холодно взглянул на княжну и сказал:

– Ты знаешь, что произойдет, если этот клинок будет передан императору?

– Не надо! – вскрикнула Чжу Янь в страхе. – Нет!

– Ты боишься? – Уголки рта Ведающего Судьбами приподнялись в хищной усмешке. – Маленькая княжна клана Чи, ты с детства не боялась ни неба, ни земли… Но сейчас наконец вспомнила, что у тебя есть отец, мать, семья?

Чжу Янь колотила сильная дрожь, и прошло довольно много времени, прежде чем она смогла жалобно прохрипеть:

– Кто провинился, тот и в ответе! Это я убила наставника. Ты… ты можешь разорвать меня пятеркой коней, изрубить на множество кусочков, только, умоляю, не впутывай в это мою семью. Не трогай отца и мать!

– Говорить просто, – усмехнулся Ведающий Судьбами, не сдвинувшись с места. – Желаешь отдать свою жизнь за его, но кто сказал, что ты выше закона Кунсана?

Чжу Янь вздрогнула и помрачнела, взглянув на старика.

– Ты… Чего ты хочешь, в конце концов? – спросила княжна с дрожью в голосе. – Ты не убил меня, привел сюда. Значит, у тебя уже есть какой-то план, верно?

– Умная девочка, – ледяной тон Ведающего Судьбами вдруг смягчился. – По правде говоря, я знаю, что нельзя возлагать на тебя всю вину. Ведь Ши Ин не счел тебя убийцей, так? Никто в этом мире не смог бы убить его, пока он сам не пожелал бы умереть. Я прав?

Чжу Янь вздрогнула, она не ожидала, что старик так легко обо всем догадается, и не знала, радоваться ей или огорчаться. Прикусив губу, княжна кивнула и прошептала:

– Да! Наставник, он… он внезапно снял чары прямо во время боя! Я… я не успела ничего предпринять…

У Чжу Янь вдруг перехватило дыхание.

Ведающий Судьбами молча слушал, его старческие руки чуть дрожали.

– Ожидаемо, – после долгой паузы пробормотал старик. – Ин с детства скрывал свои эмоции. Даже я никогда не мог угадать, о чем он думает.

Ведающий Судьбами тяжело вздохнул и, задрав голову, посмотрел на холодную луну в небе.

– В последний раз я видел его месяц назад. В тот день он неожиданно сказал, что хочет уйти с поста Верховного жреца.

Чжу Янь была ошеломлена.

– Я… я ничего не знала об этом!

– Не знала? – Ведающий Судьбами оцепенел, глядя на красивую, но бестолковую восемнадцатилетнюю девушку. В его глазах зажегся огонек понимания, и он криво усмехнулся. – Верно, ты не могла знать, ведь твое сердце занято другим – естественно, ты ничего не видела.

Чжу Янь притихла, и старик непроизвольно вздохнул.

– Поистине это злой рок… Характер Ина точно такой же, как у его матушки!

Матушка наставника? Он говорит об императрице Бай Янь?

Княжна ждала продолжения, но Ведающий Судьбами молчал. Лицо его было печальным, будто сейчас старик был не здесь, а где-то в далеком прошлом. Прошло довольно много времени, прежде чем он пришел в себя и покачал головой.

– Я заботился о нем с самого его рождения, видел, как он растет, взрослеет, и уже было подумал, что ему удалось обмануть судьбу. Но, увы…

Ведающий Судьбами одним махом осушил бокал с вином и не глядя бросил его на землю, пробормотав:

– В конце концов, что значит сила человека по сравнению с силой судьбы! Он добровольно пошел ради тебя на смерть. Мог ли я остановить его?

Наставник… пошел на смерть ради нее?

Чжу Янь слушала не шевелясь, и душа ее была полна смятения. Она наконец-то все осознала. Ее сердце разрывалось от боли, но в глазах не было ни слезинки.

– То, о чем он думал, чего желал, – он никогда не рассказывал об этом другим людям. Даже мне. Его поступки всегда застигали врасплох, – пробормотал старик с грустью в глазах. – Увы, даже десятки лет дружбы не заставили его попрощаться со мной заранее…

Ведающий Судьбами покачал головой, глядя на предмет в своих руках. Это была Нефритовая Кость. Шпилька была запечатана, но продолжала неспокойно подергиваться.

– Смотри, до самой своей смерти Ин защищал тебя, именно поэтому я до сих пор не отдал тебя императору.

Старик кашлянул, поглядывая на маленькую княжну клана Чи.

– Не беспокойся, если бы я хотел отомстить за Ина, то, открыв глаза, ты бы увидела не меня, а трупы своих отца и матери!

Чжу Янь прошиб холодный пот.

– Тогда чего ты хочешь?

– Маленькая княжна клана Чи, ты все еще ненавидишь своего наставника? – вдруг спросил Ведающий Судьбами.

Чжу Янь вздрогнула и не нашлась с ответом.

Ненавидела? Да, в тот миг она ненавидела его! Когда Юань умер прямо у нее на глазах, она была в ярости! Она так ненавидела, что была готова отдать и свою жизнь, лишь бы убить Ши Ина. Но, когда лезвие сабли пронзило его грудь, вся злость исчезла, будто испарилась. Осталась лишь боль, бездонная и мучительная.

Оказалось, что после ненависти приходит бесконечная пустота.

Чжу Янь достигла того, чего хотела, но чувствовала лишь безграничное отчаяние.

– Нет, – наконец произнесла княжна, едва заметно качнув головой. – Я больше не ненавижу его.

Да, она уже не чувствует ненависти. В миг удара клинком, в момент последнего вздоха наставника, огонь ярости в сердце княжны погас, оставив бесконечную пустоту и скорбь. Все, что она могла, – кричать и плакать, желая умереть вместе с ним, чтобы прекратить эту невыносимую боль.

Ненависти больше не было. Все, кого Чжу Янь любила, мертвы. В чем смысл ненавидеть теперь? Ее единственным желанием было последовать за ними.

Но этот старик… Зачем он принес ее сюда и чего хочет?

– Это хорошо, что злость исчезла. – Ведающий Судьбами пристально взглянул в лицо княжны и выдохнул с облегчением. – Если бы в твоем сердце была хоть капля ненависти, нам не удалось бы осуществить задуманное.

Задуманное? Чжу Янь застыла, поднимая взгляд на старика.

– Это я оставлю себе, – холодно произнес Ведающий Судьбами, пряча сверток с окровавленным сломанным лезвием в широкий рукав, – в качестве доказательства твоей измены.

Сделав паузу, он заговорил снова:

– Все, что сегодня произошло, мы объясним так: Армия Возрождения подняла восстание в Лиственном городе, Верховный жрец уничтожил лидера повстанцев, но, к несчастью, сам получил тяжелые ранения. Все это никак не связано с тобой. – Старик многозначительно взглянул на Чжу Янь. – Как тебе такое объяснение?

Что? Княжна была обескуражена и недоверчиво взглянула на Ведающего Судьбами, не в силах произнести ни слова. Он… что он имеет в виду? Он хочет скрыть ото всех ее вину?

– Сейчас, кроме нас с тобой, никто не знает, что произошло в Лиственном городе во время восстания, никто не знает, что ты помогла Армии Возрождения, никто не знает, что Ин мертв, – Ведающий Судьбами смотрел на растерявшуюся девчонку, каждым словом увлекая в свою ловушку. – Как только я прибыл на место, то тут же перенес тебя сюда. Я сделал это, чтобы выиграть время и принять необходимые меры, чтобы у тебя появился шанс.

Чжу Янь изумленно взглянула на старика.

– Шанс?..

– Да, – коротко ответил Ведающий Судьбами. – Ты сможешь спасти одну жизнь, повернув все вспять. У тебя будет лишь один шанс.

– Повернуть все вспять? – удивленно охнула княжна. – Ты… ты можешь заставить время течь в обратную сторону?

Пусть даже Ведающий Судьбами самый сильный во всей Облачной пустоши, возможно ли, чтобы он мог повернуть время вспять и заставить звезды на небосклоне вращаться в обратную сторону? Неужели в его силах возвратиться на три дня назад, чтобы предотвратить трагедию?

– Конечно нет, – старик покачал головой. – Но я знаю другой способ.

– Какой способ? – спросила Чжу Янь, чувствуя, как бешено забилось ее сердце.

– Взгляни сюда, – вместо ответа Ведающий Судьбами протянул руку, снимая с ее тела печать. – Посмотри на этот участок неба. Правый верхний угол. Видишь звезду? Вот ту, большую, темно-лиловую?

Чжу Янь наконец-то смогла двигаться и тут же вскочила на ноги. Княжна послушно подняла голову. Через прозрачный купол храма она разглядывала участок звездного неба на юго-востоке.

– Я вижу! – вдруг выкрикнула она. – Вон та большая красивая звезда, да?

– Да, это звезда жизни Ина. Все еще яркая, верно? – голос Ведающего Судьбами был хмур. – Я использовал заклинание, чтобы сохранить ее свет и не позволить упасть.

Чжу Янь была поражена.

– Существует заклинание, способное на такое?

Не дать звезде погаснуть – для этого нужна колоссальная сила! Этот старик действительно способен на такое?

– Во всей Облачной пустоши, кроме меня и Ши Ина, больше никто не способен использовать это заклинание. – В глазах Ведающего Судьбами промелькнула тень тщеславия. – Эта техника близка к техникам «Небесного пути», и я потратил на нее почти все свои силы.

Чжу Янь все еще плохо соображала, поэтому, запинаясь, спросила:

– Тогда… зачем ты это делаешь?

– Чтобы не дать Облачной пустоши погрузиться в кромешный хаос, я одновременно контролирую две звезды, – устало произнес старик. – Еще немного, и мои силы полностью иссякнут.

Две звезды? И кому принадлежит вторая?

Душа Чжу Янь была в смятении, княжне было не до долгих расспросов. Она лишь подняла взгляд на Ведающего Судьбами и спросила:

– Почему ты скрываешь его смерть?

Старик ответил уклончиво:

– Люди, умирая, гаснут словно лампа. Звезда Ина уже потускнела, осталась лишь тень, иллюзия. Это не жизнь и не смерть, сейчас он где-то между ними. Но я использовал всю свою силу, чтобы собрать души хунь и по и продлить его время семь раз по семь дней[5].

– Но… что потом? – не поняла Чжу Янь.

– Потом души рассеются, звезда упадет с небес, и иллюзия исчезнет.

Ведающий Судьбами вздохнул и серьезно посмотрел на княжну.

– Как только это случится, запустится колесо перерождений!

– Нет! – не сдержалась Чжу Янь, сжимая кулаки.

– До того, как это произойдет, у нас еще есть шанс все исправить, – многозначительно взглянул на княжну старик. – Нужно всего лишь заплатить соответствующую цену.

– Какую цену? – хрипло произнесла Чжу Янь. – Скажи мне!

Ведающий Судьбами молча вытащил что-то из рукава и раскрыл прямо у нее перед лицом. Это был тонкий лист бумаги. Чжу Янь бросила на него быстрый взгляд и мгновенно изменилась в лице. На листе было написано всего четыре слова: «Клятва крови Звездной Души».

– Это… это…

Ее пальцы задрожали. Она не могла отвести взгляд от листа бумаги, будто какая-то сверхъестественная сила не позволяла этого сделать. Страница из рукописи, которую ей дал наставник. Страница с заклинанием, позволявшим воскресить умершего!

Верно, как она могла забыть, что, кроме наставника, в Облачной пустоши есть еще один человек, владеющий этой мощнейшей техникой! И это – Ведающий Судьбами!

Старик вздохнул.

– Ты должна знать, это заклинание может перемещать звезды. Это нарушающая закон природы запретная техника!

– Прекрасно… прекрасно! – Глаза Чжу Янь вдруг засияли, сердце бешено забилось. – Скорее научи меня! Овладев этой техникой, я… я смогу спасти наставника!

– Ты готова заплатить эту цену? – сурово посмотрел на княжну старик. – Хоть ты и сказала, что не ненавидишь его, но готова ли ты отдать половину своей жизни в обмен на его?

– Готова! – не задумываясь выпалила княжна. – А вторую половину я хочу отдать в обмен на жизнь Юаня. Если они оба воскреснут, я готова умереть!

– Не мели чушь! – услышав такой ответ, Ведающий Судьбами презрительно усмехнулся. – У русалок нет души. Твой Юань сейчас, должно быть, уже превратился в облако и вернулся в Лазурное море. Если ты хочешь искупить свою вину, только жизнь Ина стоит таких усилий.

– Я согласна! – выкрикнула Чжу Янь.

– Это хорошо, – задумчиво протянул старик.

Наконец в ее сердце зажегся огонек надежды. Княжна взглянула на Ведающего Судьбами и нетерпеливо спросила:

– Тогда… ты ведь должен знать, сколько лет жизни мне еще осталось?

Старик кивнул.

– Твое благословение за прошлые жизни довольно неплохое. Ты можешь дожить до семидесяти двух лет.

– Сейчас мне восемнадцать лет и семь месяцев! Значит, у меня еще осталось около пятидесяти четырех лет? – быстро подсчитала в уме Чжу Янь. – Если я отдам наставнику половину, он сможет прожить еще двадцать семь лет, верно? Это слишком мало, могу ли я отдать ему больше?

Ведающий Судьбами холодно взглянул на княжну.

– Это не предмет для торга.

Чжу Янь покорно замолчала. Ну что ж, двадцать семь лет – это тоже неплохо.

Старик вздохнул и пробормотал:

– Я мог бы и сам использовать «Клятву крови Звездной Души» для воскрешения Ина. Вот только мне осталось жить совсем немного…

Старик покачал головой и горько усмехнулся.

– Все имеет свой срок, своей судьбы не избежать.

– Все в порядке, позволь мне это сделать! – Чжу Янь сжала кулаки, и глаза ее ярко засверкали. – Только научи меня «Клятве крови Звездной Души».

– Это не просто. – Ведающий Судьбами взглянул на сгорающую от нетерпения молодую девушку и покачал головой. – Несмотря на то что заклинание занимает всего страницу, оно самое сложное во всей Облачной пустоши. Великое множество совершенствующихся так и не смогли овладеть им.

– Со мной такого не случится, – княжна была полна уверенности. – Я обязательно научусь!

– Правда? – Ведающий Судьбами развернул перед ней лист. – Что ты видишь?

Чжу Янь бросила на бумагу быстрый взгляд, и свет в ее глазах внезапно померк. В чем дело? Она пыталась прочесть первую строчку, но не могла ничего разобрать.

Это невозможно! Княжна снова взглянула на заклинание, напрягая все силы, и обнаружила, что каждый большой иероглиф на странице состоит из бесчисленного множества маленьких! И когда она концентрирует внимание, иероглифы, будто живые, скачут по листу, избегая ее взгляда. Они корчились и скручивались, один превращался в десять, десять в сто, выстраиваясь в бесконечный плотный строй.

Эти точки света постоянно двигались, словно звезды на ночном небе. От этого мельтешения у Чжу Янь закружилась голова, к горлу подкатил комок, и ее чуть не вырвало кровью.

Ведающий судьбами скатал лист в рулон и снова спрятал в рукаве, холодно взглянув на княжну.

– Ну как?

Как только заклинание исчезло из поля зрения, Чжу Янь вздрогнула и побледнела, с трудом приходя в себя. Тяжело вздохнув, она сказала:

– Это… это заклинание очень злое!

– Ты права, – кивнул старик. – Это сильнейшая запретная магия крови. Она сильно отличается от обычных заклинаний Облачной пустоши. «Клятвы крови Звездной Души» во времена императора Син Цзуня еще не существовало. Она пришла к нам из Срединных равнин от жрецов Западного Тяньчжу[6] лишь тысячу лет назад. Ты последователь храма Цзюи – неудивительно, что впервые увидев это заклинание, ты плохо себя почувствовала.

– Магия крови? – вздрогнула Чжу Янь от осознания этой мысли.

Разве в Сусахале Великий шаман племени Хотоу не применил магию крови? Тогда он использовал жизни дюжины русалок, чтобы создать куклу, как две капли воды похожую на Чжу Янь. Это была темная злая магия, запретная и презираемая в Кунсане.

Но почему самая сокровенная, мощнейшая техника последователей храма Цзюи тоже замешана на крови?

– «Клятва крови Звездной Души» не является темным колдовством, – Ведающий Судьбами, похоже, понял, что занимает мысли княжны, и нахмурился: – Не думай о такой ерунде.

Чжу Янь не удержалась от вопроса:

– Но это заклинание забирает человеческую жизнь, так в чем же разница?

– Темное колдовство использует кровь как духовный проводник, принося жизни других людей в жертву. Естественно, это противоречит Небесному пути, – терпеливо объяснил старик. – Но «Клятва крови Звездной Души» отличается, она приносит в жертву лишь жизнь самого заклинателя.

– О… – вдруг прозрела Чжу Янь. – То есть если использовать свою кровь, то заклинание не станет темным?

– Верно, – торжественно кивнул Ведающий Судьбами. – Как я уже сказал ранее, темным будет заклинание или светлым, зависит не от самой техники, а от намерения того, кто его применяет. И хотя «Клятва крови Звездной Души» замешана на крови, заклинатель жертвует лишь своей жизнью, не лишая жизни других, потому эта техника чиста и по природе своей светлая.

– Так было с самого начала? – Чжу Янь нахмурилась. – Но… если «Клятва крови Звездной Души» не темная магия, почему наставник не научил меня ей сразу?

– Неужели ты еще не поняла? – Услышав от княжны такой глупый вопрос, старик горько улыбнулся. – Он не сделал этого, чтобы предотвратить нечто подобное тому, что происходит сейчас!

Чжу Янь остолбенела и долго не могла ничего сказать.

– «Клятва крови Звездной Души» – крайне жестокая техника. Она забирает половину жизни заклинателя. Ин не хотел, чтобы ты когда-либо воспользовалась ей. – Ведающий Судьбами тяжело вздохнул и печально продолжил: – Ин… он заботился о тебе, он берег тебя так, что ты и представить не можешь.

Чжу Янь растерянно слушала. Она вдруг вспомнила выражение лица наставника в его последний миг. Его глаза, голос, слова, что он сказал, – все всплыло перед глазами, став отчетливым, почти осязаемым.

От жгучей боли княжна почти перестала дышать.

– Я… я обязательно верну наставника! – Стиснув кулаки, она повторяла снова и снова: – Любой ценой!

– Тогда давай попробуем. – Ведающий Судьбами пристально посмотрел на Чжу Янь, понимая, что у него нет выбора. – Если подумать, во всей Облачной пустоши твоя духовная сила уступает лишь моей и Ши Ина, к тому же у тебя еще достаточно лет, которыми можно поделиться. Это единственная причина, по которой я оставил тебя в живых.

Так вот каков его план? Это не милосердие – старик изначально задумал обменять ее жизнь на жизнь Верховного жреца! Однако Чжу Янь вовсе не сочла это обидным, она энергично кивнула и пристально взглянула на Ведающего Судьбами.

– Ты станешь моим наставником и научишь меня «Клятве крови Звездной Души»?

– Нет, – покачал головой старик.

– Что? – Чжу Янь побледнела.

– «Клятва крови Звездной Души» создана в Западном Тяньчжу, поэтому ей нельзя научиться, можно лишь полагаться на прозрение. – Ведающий Судьбами посмотрел на лист бумаги, голос его был спокойным и ровным: – В действительности каждый видит здесь что-то свое. Это похоже на звезды, что бесконечно движутся по небосводу. И если звездочеты стоят на земле в разных местах, то, что они видят, естественно, отличается. Поэтому этой технике нельзя научиться, передавая знания устно.

– А? – растерянно переспросила княжна, ничего не понимая.

– Это значит, что я не могу научить тебя этому заклинанию, так же как в свое время я не учил и Ши Ина, – холодно сказал старик. – Ты сама должна преодолеть этот рубеж, опираясь на собственное понимание и талант. Никто не сможет помочь тебе в этом.

Чжу Янь наконец поняла, но не стушевалась. Стиснув покрепче зубы, она взяла лист с заклинанием и сказала:

– Хорошо! Значит, я сделаю все сама.

– Подожди, – Ведающий Судьбами протянул руку и забрал страницу с «Клятвой крови Звездной Души» назад. – Если хочешь, чтобы я помог тебе, ты должна заплатить определенную цену. Кроме того, что тебе придется отдать половину своей жизни, ты еще должна выполнить два моих условия, – сурово добавил старик.

– Два условия? – Чжу Янь на мгновение опешила.

Разве Ведающий Судьбами не хочет тоже спасти наставника? Почему же в таком случае он выдвигает какие-то условия? Но княжне не терпелось помочь Ши Ину, поэтому она поспешила ответить:

– Мне нужно спасти наставника, я соглашусь на все, что ты скажешь!

– Ну что ж, тогда слушай. – старик пристально взглянул на Чжу Янь. – Во-первых, если ты не сможешь спасти Ши Ина, я убью тебя!

– Конечно, – не задумываясь согласилась княжна. – Ты можешь убить меня.

Ведающий Судьбами бросил на девушку быстрый взгляд и продолжил:

– Во-вторых, когда все вернется в прежнее русло, я надеюсь, ты вернешь Ину Нефритовую Кость и навсегда исчезнешь из его жизни.

– Что?! – Чжу Янь застыла, потеряв дар речи.

– Не согласна? – хмуро спросил старик.

– Но почему? – резко выдохнула княжна и тихо пробормотала: – Не мне одной это решать! Что, если… что, если наставник захочет меня видеть?

– Этого нельзя допустить, – ровно произнес Ведающий Судьбами, чеканя каждое слово. – Если он захочет тебя увидеть, ты должна сказать, что из-за смерти Юаня ты никогда не сможешь его простить, – старик криво усмехнулся. – Услышав подобное, такой гордый человек, как Ин, больше не захочет тебя видеть.

Что? Побледневшая Чжу Янь подняла голову и потрясенно уставилась на старика, не в силах произнести ни слова. Глаза старика, практикующего путь бессмертного, горели холодным бездушным светом.

– Хватит лишь одного слова, – голос Ведающего Судьбами был тихим и безучастным. – Ты согласна?

– Почему? – не удержалась княжна от вопроса. – Зачем ты это делаешь?

– Потому что ты звезда бедствий, тебе изначально не следовало появляться в его жизни! – Серые холодные глаза старика смотрели на княжну, словно на ядовитую змею. – Судьбой было предопределено, что Ин станет императором Кунсана, правителем Облачной пустоши! Но твое появление в его жизни все нарушило!

– Что? – Чжу Янь была поражена. – Но наставник никогда не желал ни славы, ни положения. Он не стал бы императором Кунсана! Даже если он вернется, то всю оставшуюся жизнь проведет в долине Императоров как Верховный жрец!

– Ты совсем не знаешь его, – твердо сказал Ведающий Судьбами. – Мирские помыслы уже тронули его сердце, теперь он больше не сможет надеть белое одеяние жрецов. Ин чрезвычайно строг к себе, он знает свои мысли и осознает действия.

– Я…

Чжу Янь открыла рот, но прежде, чем она успела что-то сказать, Ведающий Судьбами резко перебил:

– Ты уже убила его! Теперь, пока еще не поздно, ты должна исчезнуть из его жизни. Иначе рано или поздно ты снова навлечешь на него смерть.

– Этого не будет! – Чжу Янь вздрогнула и подняла голову, не веря словам старика. – Я… я буду послушной! Я больше не стану действовать бездумно!

– Я не верю твоим обещаниям, – голос Ведающего Судьбами стал холодным как лед. – Поверь, без тебя его жизнь станет лучше. Для всей Облачной пустоши будет лучше. Ты уже убила его однажды, неужели хочешь сделать это во второй раз? Разве ты не желаешь ему умереть своей смертью?

Умереть своей смертью? Чжу Янь вздрогнула, со страхом глядя на самого сильного заклинателя всей Облачной пустоши. Ведающий Судьбами, конечно, как никто другой знает прошлое и будущее людей. Почему в данную минуту он сказал эти слова?

– Без меня жизнь… жизнь наставника изменится к лучшему? – пробубнила княжна. Перед глазами промелькнула сцена трагедии во Дворе Звездного моря, и Чжу Янь задрожала. – Это… это твое пророчество?

– Да, – серьезно сказал Ведающий Судьбами. – Или ты не веришь мне? Неужели хочешь рискнуть его жизнью, чтобы проверить мою правоту?

– Нет… нет! Я только хочу, чтобы наставник был жив и здоров! – Чжу Янь затрепетала и отчаянно затрясла головой. – Я… я согласна на все твои условия!

– Очень хорошо. – В ледяных глазах старика наконец промелькнула тень улыбки. – Это клятва, которую ты даешь добровольно, и если нарушишь ее, то неизбежно заплатишь высокую цену. Ты понимаешь это?

– Понимаю, – кивнула Чжу Янь. Дыхание перехватило от слез, и она вытерла ладонью уголок глаза. – Не беспокойся. Я… я не хочу снова стать причиной его гибели…

– Хорошо, что ты понимаешь это, – кивнул Ведающий Судьбами, взял лист бумаги, на котором было написано заклинание, и протянул его княжне. – Возьми это. Надеюсь, ты сможешь изучить технику «Клятвы крови Звездной Души» и применить ее в пределах сорока девяти дней.

Чжу Янь стиснула зубы.

– Не волнуйся, я сделаю это!

– Пока ты была без сознания, я попросил Чунмин отправить тело и душу Ина на гору Цзюи, – хрипло произнес старик. – Это дело крайне секретное – нельзя, чтобы кто-то из посторонних узнал о нем. Я уже приказал живущим там жрецам очистить главный зал и зажечь семизвездный светильник[7]. Все должны покинуть храм предков Цзюи и не позволять никому входить туда.

Чжу Янь схватила лист с заклинанием и резко встала.

– Я немедленно отправлюсь туда.

– Ступай. – Ведающий Судьбами развернулся и толкнул храмовую дверь. – Если у тебя ничего не получится, не возвращайся!

Ветер вихрем ворвался в зал, раздувая одеяния и длинные волосы старика. Ведающий Судьбами вышел за дверь и легонько хлопнул в ладоши. В ночи появились белоснежные крылья, закрывающие звездное небо.

– Четырехглазая птица! – закричала Чжу Янь.

Священная птица Чунмин возникла в ночном небе, четыре алых глаза холодно смотрели на княжну. Взгляд птицы было невозможно описать словами, он был полон ненависти и гнева. Огромный острый клюв, похожий на обнаженный клинок, нависал над головой Чжу Янь.

– Чунмин! – прикрикнул старик предупреждающе. – Мы ведь договорились! Если она хочет спасти Ши Ина, ты должна помочь ей. Сейчас переломный момент в этом деле.

Священная птица заклокотала и, склонив голову, перехватила Чжу Янь поперек талии.

– Чунмин! – строго выкрикнул Ведающий Судьбами, замахиваясь нефритовой табличкой.

Но священная птица не причинила Чжу Янь вреда, лишь дернула шеей, забрасывая ее к себе на спину. Яростно сверкнув алыми глазами, она пристально уставилась на Ведающего Судьбами, расправляя крылья, чтобы взлететь.

– Чунмин доставит тебя куда нужно, – обратился старик к девушке, восседающей на спине белой птицы, и махнул рукавом на север. – Я буду следить за твоими успехами из столицы. У тебя осталось сорок шесть дней. Если траектория звезд изменится, я буду знать, что ты преуспела.

Чжу Янь была немного озадачена.

– Ты… ты не пойдешь со мной?

– Я не могу быть везде сразу, – тихо сказал Ведающий Судьбами. – Прямо сейчас у меня есть срочные дела в столице, я не могу уйти. Тем более я не могу ничем помочь в этом вопросе, остается только положиться на тебя. Ступай.

Чжу Янь кивнула, и Чунмин тут же оторвалась от земли.

Когда священная птица взлетела, Ведающий Судьбами тяжело вздохнул и поднялся на площадку перед Обсерваторией на самой вершине пагоды. Он стоял один на ветру, заложив руки за спину и вглядываясь в звездное небо. Вот уже несколько дней все его помыслы занимала судьба Ши Ина, и у него не было времени как следует рассмотреть ночной небосвод.

Армиллярная сфера медленно вращалась над Обсерваторией, звездные области бесконечно менялись, так же как сотни и тысячи лет назад. Прошло уже много дней и ночей с тех пор, как он пообещал женщине, что не пощадит свою жизнь и отдаст все силы, чтобы защитить одинокого изгнанного ребенка.

Однако в этот раз он ошибся!

А-Янь… А-Янь, будешь ли ты винить меня за это?

Ведающий Судьбами снова вздохнул, и вдруг в звездном небе он увидел что-то странное. Он вздрогнул, изменившись в лице.

– Невозможно! – выпалил старик и бросился к армиллярной сфере, дрожащими руками хватаясь за диоптр, потрясенно вглядываясь в небо.

Не может быть! Ши Ин ведь убил предводителя Армии Возрождения, однако Предвестник зла, поднимающийся из-за Лазурного моря, по-прежнему был на своем месте. А позади него сияла звезда Чжаомин[8], и Сириус[9] сошел с орбиты, отбрасывая темную тень.

Ничего не изменилось – даже стало еще хуже!

Ноги Ведающего Судьбами подкосились, он схватился за армиллярную сферу, чтобы не упасть, и долго смотрел на небосвод. Но звезды над головой оставались такими же холодными и яркими, как испокон веков. Они не собирались меняться ради мира людей.

Ведающий Судьбами долго стоял, не двигаясь с места. Вдруг он громко рассмеялся и бессильно пробормотал:

– Ин… А-Ин, в этот раз ты умер напрасно!

Верно, ничего не изменилось!

Ши Ин заплатил большую цену, отдав свою жизнь, чтобы убить мятежника из морского народа, которого считал причиной предстоящей катастрофы, но зловещее предзнаменование никуда не исчезло. Судьба, предназначенная Кунсану, не изменилась!

О чем бы подумал этот гордый человек, если бы сейчас открыл глаза и увидел результат своих действий? Потратив все силы, пожертвовав собственной жизнью, отказавшись от любви, он все равно не смог победить судьбу!

Ин, ты будешь сожалеть об этом?

Сила человека ничтожна – в конечном счете она ничто по сравнению с волей небес.

В тебе течет императорская кровь, и, хотя в детстве ты был изгнан из дворца и находился далеко от центра власти, ты пожертвовал собой ради ничтожеств за своей спиной. Но в Ведающем Судьбами тоже течет кровь императора Син Цзуня, неужели он будет безучастным зрителем?

«Если мы, подобно остальным, станем наслаждаться сиюминутной славой, тогда зачем мы нужны этому миру?» – прозвучали в голове старика суровые и непреклонные слова, сказанные когда-то Ином.

Вопреки всему делать невозможное – может быть, в этом и есть смысл существования человека?

Ведающий Судьбами пристально вглядывался в Звезду императора, и на его лице печаль, гнев, воодушевление сменяли друг друга. А потом все чувства ушли, оставив пустоту и неопределенность.

– Возможно… раз так, я смогу все решить, только действуя по-своему? – пробормотал Ведающий Судьбами через долгое время. – Кто знает, может быть, эти старые кости еще смогут принести какую-то пользу.

Вдруг послышались торопливые шаги, и встревоженный голос произнес:

– Ведающий Судьбами! Управляющий просит вас немедленно явиться во дворец! Император… Его состояние ухудшилось!

Глава 3. Дворцовые покои

Ведающий Судьбами поспешил спуститься с вершины Белой Пагоды и направился во внутренние покои дворца.

Занавес в зале был опущен, благовония на драгоценном треножнике источали нежный аромат. За тяжелой ширмой раздавались смутные, неясные голоса, кто-то беспрерывно и беспорядочно метался туда-сюда, пребывая в крайнем смятении. Один человек тут же бросился навстречу старику, хватая за рукав. Это был Нин Цин, управляющий императорского дворца.

– Ведающий Судьбами, вы пришли! – Управляющий, не заботясь о том, что нарушает этикет, уцепился в старика, будто за спасительную соломинку, и хрипло прошептал: – Скорее, скорее войдите и взгляните на него! Император, он уже давно не приходит в сознание! Императорский лекарь сделал иглоукалывание, но это не дало никакого эффекта. Боюсь…

– Как это случилось? – Ведающий Судьбами вздрогнул, и в глазах его появилось странное выражение. – Я заходил к императору после обеда – он был в сознании. Почему же к вечеру все обернулось таким образом? Здесь кто-то был?

Управляющий несколько раз кашлянул и понизил голос:

– Только… только императорская наложница Цин.

– Наложница Цин? – Выражение лица старика изменилось, и он быстро зашагал в покои императора.

Огромная комната была обставлена с небывалой роскошью. Императорская кровать, тоже немалых размеров, вырезанная из редкого агарового дерева, и сама напоминала жилище, разделенное на три части. Ведающий Судьбами подошел к императорскому ложу. Окружающая постель свита осталась на почтительном расстоянии, к императору приблизились лишь двое, и старик, не церемонясь, заорал на управляющего:

– Глупец! Как ты мог позволить наложнице Цин остаться с императором наедине?

Управляющий вздохнул.

– Во второй половине дня императорская наложница Цин пришла сюда и сказала, что потратила огромную сумму денег на чудодейственную траву яоцао и снежный амарант, чтобы сварить оживляющий душу тонизирующий суп. И если быстро не дать его императору, лекарственный эффект будет потерян…

– Что за оживляющий душу тонизирующий суп? – нахмурился Ведающий Судьбами. – Вы осмелились дать пищу императору без моего приказа? Хочешь быть обезглавлен?

– Я не смею… – Управляющий рухнул на колени, моля о пощаде. Голос звучал испуганно, но на лице не было следов паники. – Ведь наложница Цин возглавляет императорский гарем. Если она разгневается, то может казнить такого ничтожного слугу, как я, прямо на месте. У меня только одна голова, и если бы я не выполнил ее приказ, голова досталась бы ей, а не вам.

Ведающий Судьбами понимал, что лишь изворотливость позволила управляющему несколько десятилетий оставаться на своем посту. К его словам было не подкопаться, и старик сдался. Он распахнул полог, бросил быстрый взгляд внутрь и вздохнул с облегчением.

– К счастью, души еще не рассеялись.

Услышав эти слова, управляющий тоже вздохнул с облегчением.

Три месяца назад у императора Бэй Мяня внезапно случился приступ эпилепсии, он ослеп и перестал интересоваться политикой страны. С тех пор его состояние не улучшилось, и дворовое окружение дни и ночи проводило в беспрестанных хлопотах. Во время болезни императора внутренним дворцом управляла наложница Цин, а вопросы политического характера были переданы Ведающему Судьбами.

Последнее обстоятельство очень удивило весь императорский двор. Никто не понимал, почему лицо высшего духовного звания исполняет роль первого министра, неожиданно вернувшись во дворец. Но потом кто-то вспомнил, что Ведающий Судьбами и император Бэй Мянь – братья по матери.

Отошедший от мирской жизни, не принадлежащий ни к одной из политических фракций, Ведающий Судьбами взял на себя управление страной, тем самым не нарушив хрупкое равновесие, установившееся при дворе. Вероятно, император Бэй Мянь позаботился об этом. Однако шли дни и месяцы, а императору становилось только хуже. Ситуация в Облачной пустоши сложилась щекотливая. Поэтому даже хитрый и изворотливый управляющий императорского дворца пребывал в нерешительности, не зная, на чью сторону встать, и старался угождать обеим сторонам.

Ведающий Судьбами нахмурился, окинул быстрым взглядом комнату и спросил:

– Где пиала с лекарством?

Управляющий тотчас ответил:

– Наложница Цин самолично давала лекарство императору, и она забрала пиалу с собой.

– Как предусмотрительно.

Ведающий Судьбами помолчал, глядя на лежащего без сознания императора.

– Ступай, здесь тебе больше нечего делать, я за всем присмотрю.

– Слушаюсь. – Получив официальное разрешение, управляющий поспешил ретироваться.

Вскоре все голоса смолкли. Ведающий Судьбами закрутил полог и долго смотрел на императора. По выражению его лица нельзя было понять, о чем он думает.

На роскошном ложе лежал человек, больше похожий на живой скелет: щеки ввалились, дыхание было слабым и поверхностным, волосы безжизненны и растрепанны, будто сено, губы высохли и потрескались, как кора дерева. Сейчас он совершенно не был похож на того дерзкого молодого человека, что лихо пускал лошадь в галоп на соколиной охоте. Тридцать лет пронеслись в мгновение ока… Красивый молодой мужчина превратился в дряхлого старика.

– А-Цзюнь, когда ты успел так постареть? – пробормотал Ведающий Судьбами.

Дыхание императора Бэй Мяня было едва различимо – казалось, что может прерваться в любой момент. Однако, когда прозвучало его имя, император вздрогнул.

– Забудь! Позволь мне снова продлить твою жизнь! – пробормотал Ведающий Судьбами, вытаскивая из рукава черную нефритовую табличку.

Он начал молча читать заклинание, и ритуальный предмет, повинуясь его зову, стал излучать свет. В тот же миг Божественное императорское кольцо на левой руке тоже засияло ослепительным светом!

Божественное императорское кольцо ответило на зов императорской крови.

Используя кровные узы, Ведающий Судьбами контролировал Божественное кольцо, с его помощью вливая силу в тело смертельно больного человека. Серое лицо императора Бэй Мяня постепенно порозовело, будто жизнь возвращалась к нему. Однако он так и не открыл глаза.

Ведающий Судьбами продолжал творить заклинание. Завершив его, он почувствовал себя очень уставшим. Пошатываясь и придерживаясь за узкий чайный столик, он приблизился к императору и низко склонился над ним, почти касаясь лицом солнечного сплетения.

– Хм? – Ведающий Судьбами в ужасе застыл.

Под сердцем императора Бэй Мяня ощущалась неясная нечистая аура!

Ведающий Судьбами невольно поднял руку и надавил на точку тань-чжун в области солнечного сплетения императора. Все в порядке – сердце продолжало биться. Старик подождал некоторое время и снова прижал палец, но теперь уже к высохшим и потрескавшимся губам Бэй Мяня. Лицо Ведающего Судьбами было серьезным и сосредоточенным. В уголке рта императора осталось немного того лекарства – старик поднес палец к носу и понюхал. Как и сказал управляющий, лекарство действительно было сделано на основе величайшего сокровища Облачной пустоши – снежного амаранта и чудодейственной травы яоцао. К тому же в нем чувствовалось еще двенадцать других ценных лекарственных трав, каждая из которых стоила огромных денег. Видимо, наложница Цин раскошелилась, чтобы поддержать жизнь императора.

Однако среди запаха всех этих трав выделялся какой-то странный аромат. И это не был запах лекарственной травы…

Ведающий Судьбами долго пребывал в раздумьях. Он снова прижал палец к солнечному сплетению императора, использовав подряд несколько магических техник. Но ничего не сработало. Старик опустил руки, по-прежнему ничего не понимая. С лекарством императорской наложницы как будто все было хорошо, и состояние императора ухудшилось по какой-то другой причине. Ведающий Судьбами не понимал, почему Бэй Мянь до сих пор не открыл глаза. Он использовал технику, подпитывающую души, чтобы три души хунь и семь душ по вернулись в тело. Император должен был прийти в сознание. Почему же этого не произошло?

Ведающий Судьбами, самый могущественный заклинатель Облачной пустоши, оказался в тупике.

– Императорский лекарь не увидел ничего странного, да и я не могу понять, что не так. Эта женщина, наложница Цин, действительно смогла удивить… – Ведающий Судьбами горько усмехнулся и прошептал, обращаясь к императору: – В тот год она убила А-Янь, не оставив следов, а через десять лет снова воспользовалась этим способом, чтобы уничтожить уже тебя.

Бэй Мянь по-прежнему был без сознания и не мог открыть глаза, но, казалось, слышал все, что говорил ему Ведающий Судьбами, и эти слова заставили его содрогнуться.

Ведающий Судьбами вдруг заскрежетал зубами.

– Нельзя позволить ей добиться успеха дважды!

Не успев закончить фразу, он сделал пас запястьем, и нефритовая табличка в его руке превратилась в острый меч. Ведающий Судьбами приложил меч к своему запястью и резко дернул, пуская кровь. Сжав кулак, он поднес руку к солнечному сплетению императора, окропив его кровью, в тот же самый миг он занес меч над телом Бэй Мяня и одним движением вонзил его в грудь императора!

Император дернулся всем телом, но не смог избежать удара.

Меч вошел в солнечное сплетение. Император забился в судорогах, будто его терзали какие-то неведомые силы. Тело его вдруг приподнялось на один цунь[10] и висело в воздухе, корчась и извиваясь, а из места, куда пришелся удар меча, хлынуло что-то красное и мерзкое.

Это была не кровь – в ране кишели черви!

Спасаясь от меча, черви хлынули из раны, расползаясь в разные стороны. Но стоило им покинуть тело своего хозяина, они тут же почувствовали разлитый в воздухе соленый запах крови. Вмиг они вновь соединились в одно целое и кровавой волной метнулись к окровавленному запястью Ведающего Судьбами!

– Замри! – приказал старик и шевельнул пальцем, создавая заклинание.

В ту же секунду возникшие из ниоткуда лед и иней мгновенно заморозили маленьких тварей.

– И в самом деле они! – недоверчиво пробормотал Ведающий Судьбами, разглядывая червей.

Старик чуть шевельнул запястьем, и меч выскочил из раны, вновь превращаясь в нефритовую табличку, которую Ведающий Судьбами спрятал в рукав. Старик наклонился и ухватил пальцами одного из червей, чтобы разглядеть его поближе.

– Удивительно, и правда ядовитый паразит… Они редко встречаются в Облачной пустоши. Говорят, А-Цо, доверенная служанка наложницы Цин, родом из Срединных равнин. Могла ли она достать этих существ в столице?

Тело императора Бэй Мяня отчаянно дрожало, кровь, сочащаяся из раны, еще не свернулась. Если бы меч вошел чуть глубже, он был бы уже мертв. Убит родным братом.

– Ядовитые паразиты – это скверна, имеющая подобие разума. Если бы не почувствовали, что их носитель вот-вот умрет, ни за что не покинули бы тело, – криво усмехнулся Ведающий Судьбами, глядя на императора. – Но у нас с тобой одна кровь, поэтому, как только они выползли, тут же были привлечены запахом моей крови.

Выходит, меч, чуть не убивший императора, на самом деле спас его?

Ведающий Судьбами обнюхал червя и кивнул.

– Этот скрытый паразит просто пропитан запахом лекарственных трав, даже самый искусный врач не заподозрит ничего странного. Лишь тот, внутри кого копошатся эти черви, может понять, что что-то не так. Но он уже не сможет говорить.

Плечи императора Бэй Мяня чуть подрагивали, глазные яблоки перекатывались под веками, будто он изо всех сил старался открыть глаза.

– Этот паразит управляет разумом. – Ведающий Судьбами внимательно пригляделся к мелкой твари. – Видимо, она не хотела тебя убивать, лишь желала держать под контролем твое сознание. Действительно, невероятная женщина…

Сказав это, Ведающий Судьбами не удержался от ироничной улыбки.

– Одной рукой она дала тебе лекарство, поддерживающее жизнь, а другой накормила ядовитым паразитом, управляющим разумом, – ее план идеален! Если не сможет вернуть тебя к жизни, сделает послушную куклу! Бесспорно, у этой женщины большой талант.

Тело императора снова вздрогнуло, дыхание участилось, глазные яблоки быстро перекатывались под веками.

– Паразиты уже довольно большие. Видимо, она давала тебе лекарство по меньшей мере три раза, верно? – Ведающий Судьбами взглянул на червя, который не толще человеческого волоса, и равнодушно сказал: – К счастью, я вовремя разоблачил ее, иначе, А-Цзюнь, ты пребывал бы сейчас в мучительном состоянии между жизнью и смертью.

Ведающий Судьбами вздохнул, поднял руку и начертил заклинание на точке тань-чжун у солнечного сплетения. Кровь быстро остановилась, а рана стала затягиваться со скоростью, видимой невооруженным глазом.

Император Бэй Мянь часто задышал, его лицо было бледным, губы сильно дрожали.

– Хорошо, теперь ты в порядке. Не волнуйся.

Ведающий Судьбами наклонился над императором и аккуратно стер кровь шелковым платком.

– Не волнуйся, я уберегу тебя от рук этой женщины… Великий император Кунсана, даже если его жизнь должна прерваться, не может стать марионеткой в руках коварной наложницы, верно? – нежно произнес он.

Бэй Мяня вырвало отравленной кровью, он задышал ровнее, но все еще не мог открыть глаза.

– Увы… ты не знаешь, но с тех пор, как ты тяжело заболел, весь императорский двор погряз во взаимной грызне. Твоя наложница, сын, доверенные министры, шесть удельных князей – у каждого есть потаенные мысли, но направлены ли они на твое благо? – Ведающий Судьбами вздохнул, присаживаясь на кровать рядом с братом. – А-Цзюнь, несмотря на то что под твоим правлением Кунсан день ото дня все больше утопал в роскоши и разврате, ты по крайней мере не был тираном! Как же дошло до такого?

В горле императора Бэй Мяня что-то клокотало, будто он напрягал все силы, чтобы ответить.

– Что ты хочешь сказать? – рассмеялся Ведающий Судьбами, глядя на брата. – Будешь умолять меня тебя спасти? Или попросишь, чтобы убил, избавив от страданий?

Выражение лица старика, практикующего путь бессмертного, было особенным в эту минуту: порочным и одновременно сочувствующим. Он посмотрел на больного брата, вздохнул и покачал головой.

– Мне жаль, А-Цзюнь. Несмотря на то что ты неизлечимо болен, я вынужден сохранить твою жизнь, чтобы ты мог принести пользу.

Император Бэй Мянь часто задышал, его кадык скользил вверх-вниз, слова застряли в горле.

– Кстати, чуть не забыл: сегодня у меня еще есть дела. – Ведающий Судьбами вынул из-за пазухи лист бумаги, на котором уже был написан указ. – Раз уж я спас сегодня твою жизнь, подпиши это для меня.

Император Бэй Мянь не мог открыть глаза, а лишь медленно качал головой.

Ведающий судьбами будто понял его мысли и холодно усмехнулся.

– Хочешь знать, что здесь написано? Ха-ха… Не беспокойся, это добрая весть: твой старший сын желает вернуться к бренной мирской жизни и просит твоего на это согласия.

Император вздрогнул, вырываясь из забытья. Он нашел в себе силы чуть приоткрыть глаза и взглянул на Ведающего Судьбами.

– Верно, я говорю о Ши Ине. Ты ведь не виделся с ним больше двадцати лет, так? Почему же, услышав его имя, ты так бурно реагируешь? – Ведающий Судьбами взял кисть и вложил ее в худую руку императора. – Давай же, подпиши разрешение.

Бэй Мянь продолжал дрожать, его тонкие пальцы, сжимающие кисть, надолго задержались на одном месте. Из горла раздавались низкие хрипы, дыхание участилось.

– Что? Ты не согласен? – холодно произнес Ведающий Судьбами.

Старик уже собирался применить магическую технику, чтобы подчинить волю императора, когда рука, сжимавшая кисть, дернулась и медленно, с трудом вывела иероглиф «разрешаю».

Ведающий Судьбами был потрясен, он уставился на Бэй Мяня, не веря своим глазам.

– Значит… – Старик сделал паузу. – Ты тоже надеялся на его возвращение?

Император Бэй Мянь не ответил. Похоже, остаток сил ушел на то, чтобы начертать иероглиф. Разжав пальцы, император откинулся назад, скрючившись всем телом на роскошном ложе, и зашелся в сильном кашле.

– Рано отдыхать. Тебе нужно подписать еще один указ. – Ведающий Судьбами вытащил другой лист и снова положил на него руку императора. – Пиши.

Содержание этого указа было ужасным. В нем говорилось следующее:

Клан Чи обманул доверие монарха и предал его, организовав мятеж. В течение ста лет они были в сговоре с Армией Возрождения, замышляя восстание и государственную измену. За преступления, которым нет числа, князь Чи и его жена приговариваются к казни через разрывание пятеркой лошадей. И весь клан Чи должен быть истреблен.

Император Бэй Мянь содрогнулся. В его глазах читались изумление и ужас. Он уставился на Ведающего Судьбами – уничтожить одного из шести удельных князей? Тогда по всей Облачной пустоши вспыхнут бунты. Весь мир пошатнется. Ведающий Судьбами… что ты задумал?

– Что? Не хочешь подписывать? Хочешь знать, что произошло? Хочешь встретиться с наследным принцем? С наложницей Цин? С первым министром и шестью удельными князьями? – насмешливо рассмеялся старик, будто читая мысли императора. – Жаль, но тебе это не под силу. Ты уже не сможешь ни на что повлиять!

Пальцы Бэй Мяня сомкнулись на кисти, будто управляемые кем-то, рука дернулась помимо его воли, и он четко вывел одно слово: «Разрешаю»!

Император забился в судорогах, не отрывая взгляда от своего младшего брата.

– Хорошо. – Ведающий Судьбами спрятал листок и успокаивающе улыбнулся. – Не волнуйся, этот указ едва ли увидит свет. Я просто использую его, чтобы напугать одну девчонку.

Девчонку? Какую? Он… что же он хочет сделать? Император Бэй Мянь с недоумением смотрел на Ведающего Судьбами. В его взгляде читались бесконечные сомнения и гнев, а немощное тело чуть подрагивало.

– Ты ведь хочешь спросить, почему я так с тобой поступаю, верно?

Возможно, Ведающий Судьбами действительно применил технику, позволяющую читать чужие мысли, а может быть, он просто прекрасно понимал ход мыслей императора.

– Мы ведь братья, мы с детства росли вместе. Став императором, ты сделал меня Ведающим Судьбами. Когда ты тяжело заболел, то сделал меня своим регентом. Сейчас ты думаешь, что всегда был добр ко мне, и не понимаешь, почему я отношусь к тебе подобным образом. Я прав?

Он вздохнул, посмотрел на брата и спросил, чеканя каждое слово:

– Думаешь, я хочу украсть твою власть? Я же говорю, что делаю это только ради Кунсана. Ты веришь мне?

Император Бэй Мянь дрожал и пораженно смотрел на Ведающего Судьбами.

– О, не понимаешь, о чем я? – вздохнул старик и похлопал императора по тощему плечу. – А-Цзюнь, ведь ты проводишь все время в блаженстве и веселье… Кровь владыки Син Цзуня, что течет в твоих жилах, уже давно словно вода. Сейчас, когда мир вот-вот рухнет, ты не способен на такую большую ответственность. Поэтому я возьму ее на себя.

Лицо Ведающего Судьбами внезапно помрачнело, и он заскрежетал зубами.

– К тому же я хочу, чтобы ты испытал тот же горький вкус страданий, что и А-Янь когда-то!

В этот момент император Бэй Мянь перестал дрожать, а его дыхание затихло.

А-Янь! Он говорит об императрице Бай Янь?

Самая глубокая тайна в его сердце, самое запретное имя – за многие годы все, что касалось этой женщины, было уничтожено и разрушено. Дом, где она жила, одежда и украшения, которыми пользовалась, служанки, с которыми общалась… и даже императорский сын, рожденный ею. Он полностью вычеркнул женщину, которая была его первой женой, из своей жизни, полагая, что мрачное воспоминание о ней больше никогда его не коснется. Но сейчас, на грани смерти, он снова услышал это имя!

Более того, он услышал его из уст своего младшего брата!

Ведающий Судьбами всегда был занят служением богам в храме на вершине Белой Пагоды. Почему… он внезапно поднял этот вопрос, решив самолично отомстить за умершую императрицу?

Бэй Мянь пристально смотрел на младшего брата, его руки судорожно сминали великолепные простыни, худое, словно лучинка, тело непрерывно тряслось, он был полон сомнений и гнева.

– Я любил А-Янь. – Ведающий Судьбами спокойно встретил взгляд брата. – Ты не знал?

Бэй Мянь вздрогнул всем телом. Неизвестно, откуда взялись силы, но он вдруг сел!

Император был потрясен, его взгляд метал молнии. Дыхание прерывалось, слова не шли из горла. Ведающий Судьбами и его умирающий брат смотрели прямо друг другу в глаза. Прямо, без намерения уклониться. И в этих взглядах сверкала ярость.

– Если бы не ты, А-Янь бы не умерла! – сказал Ведающий Судьбами охрипшим голосом, в котором спустя несколько десятков лет по-прежнему слышались неуемный гнев и боль. – Ты, никчемный глупец, ты убил ее!

Император Бэй Мянь сжал кулаки, задыхаясь от ярости, и пристально уставился на младшего брата.

– Взгляни на себя, ты так потрясен… глупец. – Ведающий Судьбами холодно усмехнулся. – Ты всегда пребывал в блаженном неведении! Ты не знаешь, так ведь? Я с пятнадцати лет обратил внимание на А-Янь! – Старик с ненавистью смотрел на брата. – Она должна была быть моей, но влюбилась в тебя. Император-отец согласился на этот брак, я не мог ничего сделать и ушел от мира, стал в одиночестве практиковать самосовершенствование. Но…

Ведающий Судьбами больше был не в силах сдерживать гнев.

– Но раз уж ты женился на ней и сделал императрицей, почему был к ней так равнодушен? Почему любил только свою рабыню из морского народа?!

Губы императора шевельнулись, но он был слишком слаб, чтобы что-то произнести.

– Как будто этого было мало, ради той русалки ты сверг свою императрицу! – Ведающий Судьбами холодно усмехнулся. – Всего лишь умерла русалка, и весь свой гнев ты выместил на А-Янь! Она была императрицей Кунсана, матерью твоего старшего сына! Однако ради рабыни ты лишил ее статуса и выгнал в Холодный дворец[11].

Император Бэй Мянь все еще пытался что-то сказать. Дыхание его стало напряженным, а уголки рта непрерывно подергивались. Неимоверным усилием он смог поднять руку и швырнул кисть, которую до сих пор сжимал, в своего брата.

Когда разговор зашел о смерти женщины, которую он любил больше всего на свете, умирающий император не смог стерпеть.

В тот год император Бэй Мянь вернулся из храма предков на горе Цзюи после большого праздника поминовения предков и вдруг обнаружил, что его любимая наложница была насмерть забита палками. Ей выкололи глаза и изготовили из них темно-зеленые жемчужины для императрицы. Он чуть не сошел с ума от гнева, еще немного – и он самолично бы отрубил голову императрице Бай Янь!

Она должна была благодарить судьбу за то, что ее лишь заточили в Холодном дворце и предали забвению. Удельные князья немало постарались, чтобы было вынесено именно такое решение.

– Нет… я запрещаю тебе… – яростно выдохнул император Бэй Мянь и с трудом продолжил: – Я запрещаю тебе произносить имя Цю Шуй… Но Ведающий Судьбами лишь слегка наклонил голову, уворачиваясь от брошенной кисти.

Император Бэй Мянь потратил все оставшиеся силы на это простое движение. Он забился в судорогах, захрипел и обмяк на постели, едва в состоянии дышать. Лицо его исказилось от боли.

– Плохо себя чувствуешь? – Ведающий Судьбами удовлетворенно взглянул на яростно трепыхающегося императора, и в глазах его блеснул мстительный огонек. – Когда век человека подходит к концу, три души хунь приходят в беспорядок, а семь душ по рассеиваются, но человек еще отчаянно цепляется за жизнь – такую боль не выразить словами… Хм, действительно, воздастся по деяниям.

Голос Ведающего Судьбами, смотрящего сверху вниз на умирающего, был тихим, но холодным словно лед.

– В год, когда А-Янь тяжело заболела в Холодном дворце, она семь дней и семь ночей металась в бреду, но никто из внутреннего двора императорского гарема не осмелился даже взглянуть на нее из-за страха перед тобой. Теперь я хочу, чтобы ты испытал всю ту горечь и боль, которые она перенесла перед смертью!

Руки императора Бэй Мяня задрожали, в глотке заклокотало, но он не смог выговорить ни слова.

– Великая императрица много дней умирала в Холодном дворце, ты знал это? Или ты вообще не интересовался ее жизнью и смертью? – Ведающий Судьбами вдруг потерял контроль, схватил императора, у которого не было сил сопротивляться, встряхнул его и яростно прорычал: – Даже теперь, когда она давно мертва, ты унижаешь ее, не позволяя похоронить в долине Императоров, как полагается ее положению. Ублюдок!

Умирающий император Кунсана смотрел на своего брата, и в его глазах не было и капли раскаяния. Губы его чуть шевельнулись, а из глотки вырвались два неразборчивых слова.

– Считаешь, она это заслужила? – В глазах Ведающего Судьбами полыхнула ярость. Он размахнулся и ударил брата в лицо.

Немощный император Бэй Мянь отлетел и упал на спину, прерывисто дыша. Он долго не шевелился, глядя снизу вверх на роскошные украшения монаршей опочивальни. Нельзя было понять, какие мысли бродят в его голове, но в уголках глаз внезапно появились слезы и медленно покатились по изможденному лицу.

– Ты плачешь из-за той русалки, верно? За столько лет ты так и не смог забыть эту ничтожную рабыню… – Ведающий Судьбами смотрел на родного брата с ненавистью и болью. – Если бы ты пролил хоть одну слезу ради А-Янь, она могла бы обрести покой. Но в твоем сердце нет места для такого пустяка!

Ведающий Судьбами говорил все тише и тише.

– Судьба безжалостна… Я всю жизнь надеялся получить это непостижимое сокровище, которое в твоих глазах было всего лишь пылью.

Умирающий император, как сухое дерево, безмолвно лежал на роскошном ложе, весь дрожа и едва дыша. Однако в глубине глаз были скрыты гнев и полное нежелание раскаяться.

– Я ненавижу тебя… брат. – Ведающий Судьбами пристально смотрел на своего старшего брата, и в глазах его читалась лютая ненависть. – Я давно должен был убить тебя и похоронить вместе с А-Янь.

Бэй Мянь повернул голову и с немым вопросом уставился на младшего брата.

– Ты истинный Сын Небес, быть императором – твоя судьба. Тот, кто преградит тебе путь, будет повержен. Я знаю все о небесных явлениях и не осмелюсь отвернуться от Неба и пойти наперекор судьбе, – выдохнул Ведающий Судьбами, сжимая кулаки. – Я так долго ждал сегодняшнего дня! Сейчас для меня убить тебя – все равно что раздавить муравья.

Император Бэй Мянь часто и сипло дышал, он неотрывно смотрел на младшего брата, но в его взгляде не было ни страха, ни мольбы.

– Ты хочешь умереть, не так ли? Теперь, когда твое тело разрушено и причиняет невыносимые страдания… – Ведающий Судьбами будто читал его мысли. Он рассмеялся и поднял руки, накладывая печать на солнечное сплетение императора. – Не волнуйся, я не дам тебе умереть таким образом. Ты не умрешь, по крайне мере до тех пор пока Ин не очнется!

В ту ночь императорский звездочет увидел, как Ведающий Судьбами спускается с вершины Белой Пагоды и направляется во внутренние покои, и поспешил активировать «Водное зеркало». Его хозяин, находящийся на другой стороне Облачной пустоши, долго не появлялся.

Наконец в зеркале показалось усталое и недовольное лицо князя Цина.

– В чем дело? Почему ты разбудил меня так поздно? Неужели нашел мерзавца Ши Юя?

Императорский звездочет вообще-то рассчитывал услышать похвалу за свои старания, но не успел и рта раскрыть, как стал объектом неприятной брани.

– Нет… еще нет… не нашел, – запинаясь и с трудом подбирая слова, пролепетал он.

– Бесполезный идиот! – зло выругался князь Цин. – Ши Юй, этот ни на что не годный гаденыш, почему он убежал именно сейчас?! Недавние беспорядки в Лиственном городе, мятежники Армии Возрождения в каждом закоулке… И что делать, если с ним что-то случится?

– Наложница Цин тоже беспокоится, она уже отправила на его поиски оранжевую гвардию, – полушепотом доложил императорский звездочет. – Княжну Сюэин уже удалось найти, а про наследного принца мы до сих пор ничего не знаем.

Князь Цин нахмурился.

– Почему Сюэин вернулась, а Ши Юй нет? Разве они не должны были быть вместе?

Императорский звездочет опасливо произнес:

– По словам княжны, они хотели посмотреть на настоящих русалок, еще не лишенных хвостов, поэтому поспешили в деревню Потрошителей драконов. Из любопытства. В пути… в пути они встретили мятежников из Армии Возрождения. В начавшемся хаосе они потеряли друг друга.

– Из любопытства?! Да, похоже на этого мерзавца. – Князь Цин пришел в смятение. – Дело очень запутанное. Та девчонка из клана Бай, наложница Цин доверяет ее словам?

– Приближенный к наложнице Цин чародей, умеющий читать чужие мысли, утверждает, что слова княжны правдивы. В любом случае не в нашей власти допрашивать дочь князя Бай, – прошептал императорский звездочет. – К тому же княжна Сюэин и наследный принц с детства влюблены друг в друга – вряд ли, испытывая такие чувства, она будет врать.

– Хм… тогда как так вышло? – Князь Цин продолжал злиться и выказывать свое дурное настроение. – Этот сопляк заставляет людей волноваться за него! Как назло, Цин Ган был ранен в сражении за Лиственный город и не сможет ничем помочь. Похоже, мне придется отправиться туда лично и как можно скорее.

Императорский звездочет поспешил успокоить князя:

– Господин, вам не стоит переживать. Само небо благоволит наследному принцу.

– Верно, – подумал князь Цин вслух. – Я уже приказал жрецам кланового храма взглянуть на звезды. Звезда судьбы Ши Юя в полном порядке и находится на том же месте.

Императорский звездочет повторил:

– Звезда на месте, значит, с ним ничего не случилось.

Немного поколебавшись, звездочет добавил:

– Вот только состояние императора ухудшается. В последнее время он все чаще теряет сознание. Ваш ничтожный слуга считает… что стоит остерегаться.

Князь Цин нахмурился.

– Остерегаться чего?

– Остерегаться Ведающего Судьбами, – осторожно прошептал императорский звездочет. – Да, кажется, что он уже много лет назад отказался от мирской жизни, но на самом деле он не такая простая фигура…

Князь Цин задумался и кивнул.

– Верно, отношения между этим стариком и Ши Ином всегда были хорошими. Если бы Ведающий Судьбами не защищал мальчишку, тот уже давно был бы мертв. Мы действительно должны остерегаться.

– Именно по этой причине ваш покорный слуга набрался смелости и разбудил вас среди ночи, – прошептал императорский звездочет. – Этим вечером священная птица Чунмин Верховного жреца прилетала на вершину Белой Пагоды! И не только сегодня, три дня назад она тоже прилетала сюда. И Ведающий Судьбами покидал пагоду, последовав за птицей! Неизвестно, какими тайными делами занимаются Верховный жрец и Ведающий Судьбами.

– Неужели этот старик действительно замышляет что-то с Ши Ином? – Слушая донесение, князь Цин несколько раз изменился в лице. – В каком направлении улетела сегодня божественная птица Чунмин?

Императорский звездочет немного подумал и сказал:

– В направлении горы Цзюи.

Горы Цзюи? Неужели после того, как Ши Ин в ту ночь увиделся с Ведающим Судьбами, он действительно вернулся на гору Цзюи? Неужели, зная о тяжелой болезни императора, он готовится провести обряд: снять жреческие одежды и вновь вернуться во дворец?

– Я понял. Я займусь этим.

Мысли носились с быстротой молнии. Князь Цин вдруг встал, отдавая приказ:

– Немедленно найди наследного принца! Переверни весь дворец и Лиственный город, но найди его!

– Слушаюсь, – поспешно склонил голову императорский звездочет.

Завершив разговор, князь Цин закрыл «Водное зеркало».

Он сидел на северной Пурпурной террасе в княжеской резиденции, склонив голову и нервно теребя в руках какой-то предмет. Это была верительная бирка с золотой двуглавой птицей, которая обычно была заперта в ящике стола. Ситуация в столице империи быстро менялась и уже выходила из-под контроля. Видимо, пришло время воспользоваться биркой.

Князь Цин вздохнул и встал. Переодевшись в простую холщовую одежду, он активировал скрытый механизм. В тот же миг стол беззвучно отодвинулся, открывая потайной ход, ведущий из кабинета.

Князь Цин вошел в него один, не взяв даже самого доверенного слугу.

Он довольно долго шел по потайному ходу, пока не вышел на пустырь за пределами резиденции. В высокой дикой траве вилась узкая тропинка и заканчивалась у покосившейся, вот-вот готовой рухнуть хижины. Внутри нее горел едва заметный огонек.

Эта переправа у озера Облачных грез была почти заброшена. Лодки здесь появлялись редко, и в хижине давно никто не жил. Разве что какой-нибудь бродяга решит использовать ее для ночлега.

Князь Цин подошел и постучал в дверь.

– Кто? – Огонь внутри внезапно погас, а из-за двери раздался леденящий кровь шепот.

– Это я. – Князь Цин вынул из-за отворота одежды бирку с золотой двуглавой птицей, которая ярко блеснула в холодном свете луны.

– Как же так, князь Цин соблаговолил лично прийти сюда? – Дверь открылась, и стоявший за ней человек кашлянул, скрывая ухмылку. – Поистине редкий гость.

Князь Цин сразу перешел к делу:

– Мне нужна помощь Царства Цанлю[12].

– Великий Мудрец был прав.

Человек в убогой хижине, одетый в черное, со льдисто-голубыми глазами и светлыми волосами, был не кто иной, как шаман Ли, один из Десяти шаманов Ледяного клана.

– Великий мудрец? Никогда не слышал, чтобы Царство Цанлю возглавляла подобная фигура, – с сомнением и удивлением возразил князь Цин. – Разве в вашей стране не правил Совет старейшин?

Шаман Ли кивнул.

– Но шесть лет назад все политические вопросы взял на себя Великий мудрец.

– Что? Неужели в Царстве Цанлю тоже произошел политический переворот? – князь Цин был удивлен и не сдержал иронии: – Ты ведь тоже был одним из старейшин, почему же теперь по доброй воле служишь другому?

Шаман Ли едва заметно изменился в лице, но из себя не вышел, лишь спокойно сказал:

– Великого мудреца послали сами Небеса, чтобы возвеличить наш клан. Он проникает в суть прошлого и будущего, его способности далеко превосходят способности обычных людей. Для Царства Цанлю честь иметь такого лидера.

– Правда? – Князь Цин рассмеялся. – Ледяной клан исчез на несколько лет и вдруг вернулся во главе с подобным талантом?

Шаман Ли не стал пререкаться.

– Великий мудрец сказал, чтобы возродить Царство Цанлю нужна поддержка клана Цин, поэтому вы можете обратиться к нам с любой просьбой, и мы обязательно окажем вам всестороннюю помощь.

Князь Цин сжал в руке верительную бирку и без лишних слов выложил свою просьбу:

– Избавьтесь для меня от Ши Ина.

– Хорошо, – шаман Ли, казалось, был готов к подобному. – Великий мудрец сказал, пока князь Цин согласен с нами сотрудничать, мы поможем ему завоевать этот мир!

Князь Цин кивнул.

– Скажи мудрецу, что я согласен сотрудничать.

– Вот и хорошо, – довольно произнес шаман Ли. – Поздравляю князя с принятием самого верного решения.

Князь Цин нахмурился, и в голосе его появилась тревога:

– Дело весьма срочное. Я надеюсь, вы будете действовать быстро. Священная птица Чунмин уже покинула императорский дворец. Я предполагаю, что Ши Ин очень скоро вернется на гору Цзюи.

Шаман Ли немного подумал и тихо сказал:

– Ши Ин должен пройти через Чистилище десяти тысяч кар и «Небесный Гром», только тогда он сможет сбросить жреческие одежды, верно?

– Да, – ответил князь Цин. – Во что бы то ни стало нельзя позволить ему снять белые одежды и вернуться в императорский дворец!

– Это лучший момент, чтобы нанести удар, – улыбнулся Шаман Ли. – Не беспокойся, наши люди уже в пути.

– Что? – вздрогнул князь Цин. – Уже в пути?

– Да, – гордо подтвердил шаман Ли. – От Западного моря до Облачной пустоши путь неблизкий, а мешкать нельзя. Великий мудрец заранее знал, что сегодняшний день наступит: в Кунсане начнется битва за престол, а князь Цин согласится сотрудничать. Поэтому уже давно отправил в путь Десять шаманов.

– Десять шаманов? – резко выдохнул князь Цин. – Совет старейшин в полном составе?

– Верно, Совет старейшин придет сюда ради вас, князь, – улыбнулся шаман Ли и учтиво добавил: – Вам не о чем переживать, Великий мудрец превосходит свое время, с его помощью вы непременно получите власть.

– Правда? – пробормотал князь.

Князь Цин не знал, радоваться ему или начинать беспокоиться. Что ж, плевать, откуда взялся этот Великий мудрец. Пусть и с помощью инородцев, но Ши Ин, эта язва, разъедающая изнутри, должен быть уничтожен! Когда князь Цин получит власть над империей, вот тогда придет время расправиться с шелудивыми шавками из Западного моря.

Подумав так, князь Цин поднял голову и взглянул на юг, на Зеркальное озеро.

В центре озера высилась Белая Пагода, вершиной устремляясь к облакам так высоко, что и птицам не добраться. В холодном свете луны она испускала яркое белое сияние.

Центр Облачной пустоши – сосредоточие всей власти. Казалось, в эту минуту там зарождается огромный вихрь, способный затянуть в себя весь мир!

Глава 4. Главный штаб в Зеркальном озере

На землях Облачной пустоши вот-вот должен был разразиться шторм, а в глубинах Зеркального озера царила тишина.

На дне, под толщей воды в десять тысяч чи[13], куда не проникал лунный свет, покачивались огромные водоросли, похожие на лес, и сновали косяки рыб. В зарослях водных растений смутно вырисовывались очертания лагеря. Под пологом шатров разливался слабый жемчужный свет, словно тысячи фонариков осветили ночную тьму. Это был главный штаб Армии Возрождения. Безопасное место, куда не могла добраться Армия Кунсана.

Внезапно водный поток едва заметно изменился, и воины из морского народа, охраняющие вход в лагерь, насторожились. В этот миг волна над головой с громким плеском разошлась на две стороны, пропуская группу мужчин, которые стремительно, словно стрелы, прошили толщу воды, в одно мгновение оказавшись на глубине.

– Смотрите! Это Цзянь Линь! – караульные узнали одного из них и закричали от удивления и восторга: – Хвала Царю драконов, они смогли вырваться живыми из Лиственного города!

Услышав крики, все солдаты Армии Возрождения, что были в лагере, выскочили из палаток, чтобы взглянуть, что происходит.

Все прибывшие повстанцы были измотаны, многие тяжело ранены – подводное течение тут же смешалось с кровью. Было очевидно, что, вырвавшись из окружения, солдаты потратили последние силы, чтобы попасть сюда.

– Скорее… скорее доложи старейшинам! Чжи Юань… господин Чжи Юань… – прошептал Цзянь Линь, едва держась на ногах. – Он спас нас… он остался там прикрывать… он там один, в окружении! Скорее…

Молодой воин не смог закончить фразу, перед глазами все поплыло, и он упал без сознания.

Когда Цзянь Линь очнулся, над ним хлопотали трое старейшин.

Старейшина Цюань покачал головой.

– Цзянь Линь, твои раны тяжелые – следующие два дня ты должен хорошо отдохнуть и набраться сил.

Увидев, что старейшина Цюань самолично обрабатывает его раны, молодой воин поспешил приподняться и выразить благодарность. Внезапно он замер и спросил:

– А господин Чжи Юань… Он вернулся?

Услышав это имя, трое старейшин обменялись тяжелыми взглядами и не сказали ни слова.

Сердце Цзянь Линя екнуло, и он не осмелился спросить снова. Долгое время стояла абсолютная тишина, но в конце концов старейшина Цюань произнес:

– Цзянь Линь, мы надеемся, ты поправишься как можно скорее и вернешься в Облачную пустошь, чтобы выполнить следующее задание. Это дело огромной важности, мы можем поручить его только тебе.

Они едва вырвались из окружения в Лиственном городе, и вот уже новое поручение? Цзянь Линь удивился, но ничем не выказал своих чувств – лишь почтительно поклонился и твердо ответил:

– Положитесь на меня! Я выполню любой приказ!

Старейшина Цюань кивнул.

– Следуй за мной.

Трое старейшин встали один за одним и, пройдя сквозь густые заросли водных растений, вышли на пустырь.

Эта открытая площадка располагалась в самом центре лагеря в Зеркальном озере. Ее устилал белый песок, залитый странным холодным светом. Свет исходил от огромного белого камня в центре пустыря. Трое старейшин стали в круг и сцепили руки, подняв их над головой.

В миг, когда их пальцы сомкнулись, белый камень сдвинулся, открывая люк на дне озера.

Цзянь Линь резко выдохнул, не смея ни о чем спросить. Старейшина Цюань сделал пас рукой, и люк распахнулся. За ним открылись ступени, ведущие куда-то вниз. Цзянь Линь уже довольно давно присоединился к Армии Возрождения, но он не знал, что в главном штабе Зеркального озера есть подобное место. Не выказывая смятения, он молча последовал за старейшинами.

Лестница оказалась довольно короткой, всего несколько десятков ступеней. Но, к некоторому разочарованию, внизу оказался не Небесный грот[14], а всего лишь маленькая комната, площадью не более двух чжанов. В свете волшебной жемчужины, сияющей в темноте, комната выглядела вполне обыкновенной. К удивлению, здесь, под Зеркальным озером, было совершенно сухо, ни капли воды. Пространство было заполнено воздухом, словно комната находилась на поверхности.

Цзянь Линь от волнения невольно затаил дыхание. Чтобы создать подобную комнату, пусть и крохотную, в самой глубокой части Облачной пустоши, наверняка потребовались огромные духовные силы. Почему старейшины пошли на такие жертвы?

Старейшина Цюань распахнул дверь, обращаясь к тем, кто находился внутри:

– Я заставил вас ждать.

На голос обернулся старик лет шестидесяти на вид, выражение его лица было усталым, но глаза оставались живыми и блестящими, а руки были крепкими как камень. Вокруг старика были разложены серебряные иглы и разные лекарственные средства.

Цзянь Линь не поверил своим глазам: как этот человек оказался здесь, в потайной комнате на дне Зеркального озера?

– Лекарь Шэнь Ту, ты хорошо потрудился, сделай передышку, – раздался ласковый и спокойный женский голос. – Я позабочусь о ребенке.

– Жуи? – Цзянь Линь узнал голос прекраснейшей из цветов публичного дома. Он был удивлен и очень рад услышать ее. – Ты… ты смогла выбраться из Лиственного города? Хвала Царю драконов за такое благословение.

– Цзянь Линь? Это ты? – Жуи тоже удивилась и обрадовалась. – Я была тяжело ранена, но, до того как в Лиственном городе вспыхнула битва, мне удалось вернуться в Зеркальное озеро, воспользовавшись тайным ходом. Шэнь Ту вылечил меня. Я так о вас беспокоилась! Слава небесам, вы смогли выбраться из окружения… А мой брат?

– Он… – Сердце Цзянь Линя защемило, и он не смог договорить.

Жуи побледнела.

– Как? Чжи Юань, он… он не вернулся вместе с вами? Что с ним?!

– Посланник Цзо Цюань остался, чтобы прикрыть нас, – прохрипел Цзянь Линь, чувствуя, как сжимается горло.

Он посмотрел на трех старейшин. Первое, что он сделал, вернувшись в лагерь, – сообщил о тяжелом положении посланника Цзо Цюаня, однако почему старейшины столь безучастно отнеслись к его словам?

– Чжи Юань, – заговорил старейшина Цюань. – Он погиб.

– Что? – Жуи пошатнулась, словно пронзенная клинком, и отчаянно закричала: – Погиб? Нет… это невозможно!

В то же мгновение Цзянь Линь вздрогнул, будто молнией ударенный.

– Это так, Чжи Юань мертв, – голос старейшины Цюаня был тих. – Еще до того, как вернулся Цзянь Линь и его воины, мы получили известия от Яо Юя. Наместник Лиственного города Бай Фэнлинь отправил в императорский дворец прошение о признании заслуг, где перечислил ряд крупных достижений при осаде Армии Возрождения, среди них упоминалось и убийство посланника Цзо Цюаня, Чжи Юаня.

Глаза Жуи вмиг потухли, став пустыми и бездонными, словно колодец. Ее тело обмякло, и она рухнула на пол, будто ей перебили позвоночник.

Цзянь Линь онемел от горя и потрясения.

– Невозможно… – Жуи вскинула руки, закрывая лицо, ее пальцы сильно дрожали. – Он сказал мне уходить, сказал, что, как только выберется из окружения, тотчас вернется в лагерь, чтобы встретиться со мной! Как, как такое могло случиться…

– Он пожертвовал собой ради Морского царства, – вздохнул старейшина Цюань. – Не отчаивайся, мы уже отправили людей. Они не остановятся ни перед чем и вернут назад его сердце.

– Сердце? – Жуи встрепенулась и замерла. Верно, по традиции Морского царства, если после смерти русалки не вернуть ее сердце в воду, она никогда не сможет вернуться в Лазурное море. Чжи Юань погиб на суше, значит, и сердце его осталось на суше!

Старейшина Цюань вздохнул.

– Чжи Юань всю жизнь сражался за Морское царство, после смерти он должен вернуться на родину, чтобы найти там покой. Мы не можем позволить людям Кунсана оставить его в Облачной пустоши!

Плечи Жуи дрожали, она не могла принять тот факт, что ее близкий мертв. Ее губы тряслись, будто она хотела что-то сказать, но слова застревали в горле.

Старейшина Цюань успокаивающе прошептал:

– Не переживай, мы сможем вернуть его в Лазурное море.

– Нет. – Жуи вдруг сжала зубы и подняла голову. – Пусть останется в Облачной пустоши!

Трое старейшин удивленно воскликнули:

– Что?

– Пусть останется в Облачной пустоши! Это было его желание. – Жуи, запрокинув голову, смотрела на трех старейшин, глаза ее наполнились слезами. Задохнувшись, она всхлипнула. – Он… он ждал перерождения своей любимой, ждал, когда она вновь вернется в этот мир. Мы… мы не можем вот так просто забрать его.

– Перерождения? – Старейшина Цюань замер на мгновение, а когда снова смог говорить, в гневе воскликнул: – Той княжны из клана Чи? Прошло уже сто лет, зачем снова вспоминать о том деле?

Голос Жуи был тихим, но твердым:

– Он мой брат, и я знаю, чего он хотел.

– Нет! Чжи Юань – великий посланник Цзо Цюаня Армии Возрождения. Герой морского народа! – Старейшина был в ярости. – Он погиб, сражаясь за Морское царство, и мы не можем оставить его тело людям Кунсана!

– Вы не можете отнять его сердце, чтобы сделать «героем морского народа»! Чжи Юань бесчисленное множество раз говорил мне, что хочет дождаться перерождения Чи Чжуфэйли… – В глазах Жуи появился отблеск стали, она невольно сжала кулаки. – Я его единственный родной человек, и я должна выполнить его последнее желание!

Она еще не оправилась от ран, и сильный всплеск эмоций не прошел даром: она закашлялась, капли крови окрасили землю в алый цвет. Цзянь Линь бросился к ней на помощь, другие старейшины хотели что-то сказать, но старейшина Цюань поднял руку, останавливая их.

Он пристально смотрел на Жуи, и взгляд его тяжело было понять, он будто обдумывал что-то. Наконец он вздохнул и сказал:

– Раз ты так яростно противишься, оставим это дело. Я уважаю твое решение. Жуи, надеюсь, ты быстро поправишься, и твои раны перестанут тебя беспокоить.

– Какая надобность так скорбеть и злиться ради того, кто уже умер? – Лекарь Шэнь Ту, все это время прикидывающийся глухим и немым, неожиданно решил вмешаться во внутренние дела Армии Возрождения и разрядить обстановку. – Жуи, посмотри на себя! Твоя рана еще не зажила, зачем эта вспышка гнева? Немедленно прими лекарство!

Жуи с благодарностью взглянула на Шэнь Ту, принимая из его рук лекарство. Сделав несколько глотков, она слабо закашлялась. Ей потребовалось довольно много времени, чтобы она могла вновь говорить, слова давались крайне тяжело.

– Чжи Юань… как он умер?

– Никто не видел его смерть лично, – тихо сказал старейшина Цюань, качая головой. – Чжи Юань дорого отдал свою жизнь, в его жилах текла кровь Бога войны, уступавшего лишь морскому царю. Даже воины-тени не могли причинить ему большого вреда. Не ошибусь, если скажу, что его убил Верховный жрец.

– Верховный жрец? Ши Ин? – Жуи напряглась: это имя вызывало у нее самые мучительные воспоминания. Она побледнела и хмуро сказала: – Этот демон! Я… я убью его!

Она заплакала во весь голос, содрогаясь от рыданий. Трое старейшин молча наблюдали, глаза их были полны печали. Эта хрупкая женщина казалась слабой и покорной, но на деле обладала стальным характером. Она была в руках Верховного жреца и подверглась жестоким пыткам, но не утратила самообладания. А сейчас она была полностью сокрушена!

– Эй, красавица, не надо плакать. Это достойная смерть для Юаня, разве не так? – Лекарь Шэнь Ту вздохнул, не в состоянии молчать. – Я был знаком с ним несколько десятилетий и знал его образ мыслей. Такой финал не так уж плох.

Знал посланника Цзо Цюаня несколько десятилетий? Кто же такой этот старик?

– Лекарь Шэнь Ту – один из нас, – словно заметив его удивление, ответил на невысказанный вопрос старейшина Цюань. – Все эти годы он тайно помогал Армии Возрождения, живя в деревне Потрошителей драконов. Изначально только Чжи Юань знал об этом. Теперь знаешь и ты.

Лекарь – свой человек? Но он же не из морского народа, а из людей Срединных равнин!

– Что, не веришь? – увидев сомнение на лице Цзянь Линя, лекарь Шэнь Ту фыркнул. – Я открою тебе один секрет: на самом деле я спас больше русалок, чем разрезал. – Он оглядел Цзянь Линя с ног до головы. – Твои ноги сделаны очень хорошо, они ровные и длинные, такие же сильные, как у людей. Кто знает, возможно, эту образцовую операцию произвел когда-то я! Хе-хе.

Цзянь Линь помрачнел и не нашелся с ответом.

И этот палач был другом посланника Цзо Цюаня?

– Ладно, довольно об этом. – Старейшина Цюань прервал разговор и сказал с беспокойством: – Скажи мне, как дела у ребенка?

Ребенка? Цзянь Линь опешил. Действительно, на кровати позади Жуи лежал ребенок, маленький и худой, с изумительно красивым лицом, лет шести-семи на вид. Он был без сознания и напоминал потрепанную тряпичную куклу. Все тело покрывали старые шрамы и свежие раны. Одно небо знает, через что ему пришлось пройти в столь юные годы.

Цзянь Линь изменился в лице. Он свирепо посмотрел на лекаря Шэнь Ту. Кто сотворил такое с ребенком? Этот мясник?

– Ох, впервые встречаю такого трудного пациента! – Лекарь Шэнь Ту несколько дней и ночей не отходил от ребенка и был близок к изнеможению, серебряные иглы в его руках слегка подрагивали. – Я уже использовал все свои самые редкие снадобья, опустошил все запасы, запечатал все энергетические точки, втирал лекарства и лил их ему внутрь, использовал предельные дозы, но все тщетно. Ему не становится лучше. Увы, внутри этого прекрасного дитяти… таится скверна!

Старейшина Цюань не сдержал крика:

– Несколько дней назад ты говорил, что с ним все хорошо! Почему он так внезапно и сильно заболел?

– Вероятно, потому что я сделал ему операцию прямо на поле боя, – вздохнул лекарь Шэнь Ту. – Когда мы были во Дворе Звездного моря, господин Чжи Юань узнал, что ребенок находится в резиденции клана Чи, и велел мне любой ценой вернуть его обратно. Когда в Лиственном городе разгорелся пожар восстания, он побоялся меня вовлекать и приказал уйти из деревни Потрошителей драконов, чтобы найти ребенка и придумать, как доставить его в лагерь Зеркального озера и передать старейшинам.

Лекарь сделал паузу.

– Однако, когда я нашел ребенка, его несла на спине княжна Чжу Янь, горячего от лихорадки и почти при смерти. Я принял единственно возможное на тот момент решение – делать операцию на поле боя. Вскрыв его живот, я удалил то, что было внутри.

Сделал операцию? Цзянь Линь взглянул на лежащего без сознания маленького морского жителя. Его живот был туго перебинтован, из-под повязки не переставая сочилась кровь.

– Вскрыв живот, я обнаружил там демоническое дитя. Это с самого начала было смертельно опасно. – Лекарь Шэнь Ту коснулся лба и улыбнулся. – К счастью, у княжны Чжу Янь оказался древний кулон с запечатанной в нем кровью дракона, который в последний момент решил исход дела… Иначе малец давно был бы мертв.

Кулон с драконьей кровью? Реликвия, с давних времен хранящаяся у морского народа? Как она оказалась у княжны Чжу Янь? Цзянь Линь был поражен, но выражение лица старейшины Цзюаня не изменилось. Похоже, он знал, что Чжи Юань самовольно передал артефакт чужаку. Он только нахмурил брови и спросил:

– И вправду воля небес. Но, в конце концов, что за болезнь у этого ребенка? Чем она так удивительна?

– Посмотри на это! – Лекарь Шэнь Ту взял что-то с края кровати и показал старейшинам. – Это зеркальный близнец, он очень редок.

Цзянь Линь озадаченно уставился на сверток и, не сдержавшись, вскрикнул.

Это оказался плод!

Чуть больше ладони, крохотное сморщенное личико, крепко сжатые кулачки размером с ноготь на большом пальце. Удивительно, зародыш как две капли поды походил на ребенка, что без сознания лежал на кровати. Невыразимо прекрасное лицо, точеное, как у фарфоровой куклы.

Вот только эта кукла была разбита вдребезги, искромсана мечом на мелкие кусочки.

Трое старейшин смотрели на маленький кусок плоти, сурово сдвинув брови, будто увидели что-то крайне зловещее и не поддающееся описанию.

– Вы знаете, какая скверна таится в нем, так ведь? – пробормотал лекарь Шэнь Ту. – И хотя я вырезал его, но следы темной силы еще остались внутри этого ребенка, разъедая его плоть и кровь.

Старейшина Цюань нахмурился и пробормотал:

– Плод уже вырезан, разве он может быть настолько токсичным?

– У них одна кровь, связь между паразитом и хозяином не исчезает полностью после одного удара ножа, – устало произнес лекарь Шэнь Ту. – Взгляните, маленькая тварь еще жива.

Жива? Цзянь Линя терзали сомнения, и он не удержался от того, чтобы подойти поближе и посмотреть. Но, как только он приблизился, существо открыло глаза и уставилось на него тяжелым взглядом.

И вправду, живой! Цзянь Линь пришел в ужас и хотел отступить, однако тусклые бирюзовые глаза, похожие на древний колодец, не отпускали, заставляя его всматриваться глубже.

В какой-то миг ему показалось, что существо улыбнулось ему.

Улыбка была такой невинной и лучистой, что трудно выразить словами. Под пристальным взглядом существа Цзянь Линь потерял над собой контроль, он поднял руку, желая прикоснуться к плоду.

– Не трогай! – воскликнул лекарь Шэнь Ту.

Цзянь Линь вдруг почувствовал резкую боль, точно палец проткнули иголкой. Он отдернул руку. Поздно: плод приподнял маленькую головку и уже вцепился в его палец!

– Осторожно! – резко выкрикнул старейшина Цюань и сильным ударом ладони отбросил существо не землю. – Отойди… Не прикасайся!

Зародыш вскрикнул от боли, сморщился и громко заплакал. Звук его голоса был странным, словно у ночной совы. Цзянь Линя прошиб холодный пот, разум вмиг прояснился. Он споткнулся, отступая, поднял руку к глазам – на указательном пальце были две маленькие ранки, следы от зубов. Кровь, наполненная черной аурой, лилась не прекращаясь!

– Подойди! – лекарь Шэнь Ту вздохнул, взял в руку маленький скальпель и уколол им палец Цзянь Линя. – Медлить нельзя. Потерпи немного.

Лезвие скальпеля ярко блеснуло, быстро вырезая кусок плоти на пальце.

Цзянь Линь резко выдохнул, сдерживая крик боли, и недоверчиво уставился на землю. Неужели это маленькое существо укусило его? У такого крохотного зародыша уже выросли зубы?

Словно чувствуя его взгляд, младенец вдруг перестал плакать и растянул губы в усмешке. Мелькнул нежно-розовый язык и белоснежные зубы, маленькие, будто рисовые зернышки.

Цзянь Линь втянул холодный воздух и потрясенно спросил:

– Что это, разрази его демоны, такое?..

– Всего лишь уродец, – раздраженно пробормотал лекарь Шэнь Ту. – Злая, коварная тварь, почти убившая своего носителя… И даже сейчас не желающая угомониться.

– Оно… вышло из его тела? – Цзянь Линь нахмурился, глядя на Сумо, лежащего на кровати. Тот по-прежнему был без сознания и не понимал, что происходит вокруг. – Но как это случилось? У ребенка есть шанс на спасение?

Старейшина Цюань кивнул и посмотрел на Цзянь Линя.

– Именно поэтому я позвал тебя сюда. Я хочу, чтобы ты отнес этого ребенка в Бездну туманных глубин.

– Бездну туманных глубин?

Цзянь Линь не поверил своим ушам. Он знал, что там был запечатан Царь драконов.

Семь тысяч лет назад император Син Цзунь во главе огромной армии вторгся в море и уничтожил Морское царство. Он расколол землю Небесным мечом и заточил Царя драконов в глубинах Бездны туманных глубин. В тысячах чи под землей плещутся воды загробного мира, и ни один живой человек не может войти туда. По плечу ли это Цзянь Линю?

Старейшина Цюань строго приказал:

– Отправляйся в Бездну туманных глубин и призови Царя драконов.

– Я? – Цзянь Линь был ошарашен. – С моей-то силой? Смогу ли я призвать Царя драконов?

Старейшина Цюань протянул руку. На его ладони лежал кулон в виде нефритового кольца.

– Возьми это.

Материал, из которого было сделано кольцо, напоминал белый нефрит или глазурь. Кольцо было полупрозрачным, а внутри струилось нечто красное – древняя кровь. Кулон оказался точно таким же, как тот, что был у Чжу Янь.

– В этом кольце семь тысяч лет назад была запечатана древняя кровь дракона, – пояснил старейшина Цюань. – Кулонов изначально было два. Один был у посланника Цзо Цюаня, а другой – у посланника Ю Цюаня. Силы одного кольца уже были израсходованы на этого ребенка, возьми второе и отнеси его в Бездну туманных глубин. Разбей его там и дай каплям крови упасть в загробный мир, тогда ты сможешь пробудить нынешнее воплощение Царя драконов.

– Хорошо, – решительно сказал Цзянь Линь, повинуясь приказу. Посмотрев на нефритовое кольцо в своей ладони и немного помедлив, он спросил: – А что, если Царь драконов не появится?

Взгляд старейшины Цюаня похолодел.

– Если Царь драконов откажется спасать этого ребенка, значит, он не тот, кого мы ищем… Тогда выживет он или умрет, будет зависеть от него самого.

Цзянь Линь потерял дар речи.

Во время этого разговора ребенок вдруг пошевелился. Его свернутое в калачик маленькое тело вздрогнуло, и он что-то невнятно выкрикнул. Кажется, «матушка».

– Не бойся, не бойся. – Жуи тут же обняла ребенка и стала тихо уговаривать: – Тетя Жуи здесь… не нужно бояться.

Ребенок немного потрепыхался в ее объятиях и вскоре опять затих.

Старейшина Цюань вздохнул.

– Когда этот ребенок еще был невольником на Западном рынке Лиственного города, Жуи долгое время заботилась о нем. Сейчас она тоже пойдет вместе с вами.

– Хорошо.

Жуи кивнула и погладила ребенка по мягким волосам. В ответ на ласку малыш снова принялся брыкаться и выкрикивать. На сей раз он звал «сестрицу».

Лицо старейшины помрачнело, голос его стал ледяным.

– Кого он так отчаянно призывает? Неужели «сестрица» – это маленькая княжна клана Чи?

– Думаю, да. Княжна была очень добра к нему… Она без колебаний ринулась под артиллерийский огонь, чтобы доставить его к врачу. Такую привязанность редко встретишь даже среди близких родственников. – Лекарь Шэнь Ту вздохнул, но не стал развивать тему. – Словом, и среди людей Кунсана есть хорошие люди.

Старейшина Цюань посуровел.

– К несчастью для Морского царства.

После долгого молчания он вздохнул и продолжил:

– Когда мы нашли этого ребенка, было уже слишком поздно… Не следовало оставлять его в Облачной пустоши так надолго. В конце концов он стал звать кунсанскую княжну сестрой!

Трое старейшин хранили молчание, но их лица были мрачны.

Лекарь Шэнь Ту развел руками.

– Сейчас не стоит беспокоиться об этом, дело первостепенной важности – спасти жизнь ребенка и залечить его раны. Свою работу я сделал и жду надлежащей оплаты!

Он бесцеремонно протянул руку.

– В этот раз я рисковал головой ради Армии Возрождения, так что, думаю, награда должна быть повыше!

Старейшина Цюань взглянул на старого Потрошителя драконов, способного думать только о деньгах.

– Не волнуйся об этом.

– Только золотые чжу, никаких чеков или русалочьих жемчужин. – Лекарь Шэнь Ту бросил взгляд в сторону Жуи и похотливо добавил: – Если нет столько наличных, ничего страшного. Жуи может составить мне компанию…

Он потянулся к Жуи, но та отвесила ему звонкую пощечину. Повернувшись, она достала из сундука увесистый мешок с монетами и кинула его старику.

– Здесь десять тысяч золотых чжу! Возьми их и убирайся отсюда!

– Хе-хе… Щедрость, достойная прекраснейшего из цветов Лиственного города. – Лекарь Шэнь Ту с трудом поднял с земли мешок и рассмеялся. – К сожалению, я не могу сейчас показаться в Лиственном городе. Княжна наверняка уже знает, что я не вернул ребенка в ее резиденцию, и повсюду ищет меня.

– Мы отправим тебя в округ Сифэн, чтобы ты мог укрыться там на какое-то время, – строго сказал старейшина Цюань. – Если нам что-то потребуется, мы свяжемся с тобой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Стихотворение «Бабочка, влюбленная в цветок» Ван Говэя, перевод К. Назаровой.

Вернуться

2

Даосская теория душ, по которой души хунь – эфирные, небесные. Развивая их, можно достичь бессмертия. Души по – земные – после смерти человека обращаются в призрака.

Вернуться

3

Ли (кит. 里) – мера длины, равная 0,5 м.

Вернуться

4

Чжан (кит. 丈) – мера длины, равная 3,33 м.

Вернуться

5

Покидая тело, души еще 49 дней находятся между жизнью и смертью и могут слышать живых. Поэтому семь раз по семь дней родственники совершают специальные ритуалы, помогая умершему войти в цикл перерождений.

Вернуться

6

Тяньчжу (кит. 天竺) – устаревшее название Индии.

Вернуться

7

Семизвездный светильник – светильник, зажженный в честь богов с мольбой о продлении жизни.

Вернуться

8

Чжаомин (кит. 昭明) – звезда, появление которой сулит войну.

Вернуться

9

Небесный волк (кит. 天狼) – Сириус, звезда из созвездия Большого пса.

Вернуться

10

Цунь (кит. 寸) – мера длины, равная 3,33 см.

Вернуться

11

Холодный дворец – заброшенное и неотапливаемое помещение. Туда ссылали впавших в немилость наложниц, где они до конца своей жизни жили в скромных условиях и затворничестве, не имея возможности его покинуть без специального указа.

Вернуться

12

Царство Холодного потока (кит. 沧流帝国) – царство Цанлю.

Вернуться

13

Чи (кит. 尺) – мера длины, равная 33,33 см.

Вернуться

14

Небесный грот – в даосизме так называются пещеры, где живут бессмертные.

Вернуться