Ольга Богомолова
Принимаю…

Глава 1 Ярчук

– Гер, ты щенка кормил? – Очень пожилая женщина натирала морковку в глубокую эмалированную миску.

– Нет, бабуль! Я рыбы вот наловил! –  Худощавый светловолосый обгоревший парнишка протянул ветку с которой, как бусы на нитке свисали несколько средних карасика, все как один с его ладошку.>

– Дурень! – Женщина поднялась и звучно шлёпнула парнишку по затылку. – Ты обещал за ним смотреть!

Гера изо всех сил прикусив губу пытался сдержать слёзы, которые совершенно не спрашивая его мнения собирались в уголках глаз. До чего же обидно. Он же полезное дело сделал, карасей на уху добыл, а она за щенка злится.

Да понимал что за щенком нужно следить. Мы в ответе за тех кого приручили, но он то никого не приручал. Этого собачонка Эльвира Афанасьевна притащила на ночь глядя в дом, сияя, как начищенный пятак. Полудохлого, с гноящимися глазами и раздутым пузиком. Она радовалась, что ещё чуть-чуть и опоздала бы.  Кто-то очень добрый сунул щенка в мешок и кинул в пруд, тот самый в котором он сегодня рыбу с пацанами ловил.

Долго он удивлялся, как старая женщина смогла в тёмное время, не только услышать, но и увидеть пищащий тонущий мешок, да и зачем её потянуло карьерам совсем непонятно.

Выхаживала полудохлого щенка бабушка сама, но как только он стал оклёмываться,  подниматься на свои тощие лапки и лакать молоко, расплёскивая его на пол и на себя.

Сам щенок был довольно неуклюжим и смотрел странно. Он смотрел не по щенячьи, не мог Гера объяснить, что не так в этом собачьем взгляде. Его два больших желтых ока в темноте, казалось, светились, как у кошки.

Бабушка назвала псёнка Ярчуком и передала на руке парнишке, наказав заботиться, как о собственной жизни. Геру же мороз по коже пробирал от странного щенячьего взгляда. Казалось щенок слышит и понимает каждое его слово.

Скажет Гера ему сидеть, он сидит. Скажет ждать, он и ждёт, как дрессированный. И сейчас Гера был точно уверен, что Ярчук ждёт его под колесом в сенях.

Мальчишка тяжело вздохнул, смахнул злые слёзы и пошёл из дома в сени. Перед бабушкой было стыдно, да и перед щенком тоже.

–Привет, извини я забегался. – Гера заглядывал под большое деревянное колесо. От туда осуждающе сверкая желтыми глазами смотрел чёрный щенок.

Он был весь чёрным, за исключением морды, под его глазами, было по одному белому пятну, иногда казалось что у щенка целых две пары глаз…

– Я карасей поймал! – Мальчишка подтолкнул деревянную миску с накрошенным туда хлебным мякишем. Бабушкина коза Машка была довольно вредным существом и давала не особо много молоко, но оно было жирным вкусным и пахло травами. Гера знал что бабушка сама заготавливает для козы траву и кормит чем-то особенным, он пробовал козье молоко у Васьки в гостях, оно так воняло.

Не зря к Эльвире Афанасьевне идут на поклон всей деревней. Каждый спрашивает у Геры, как дела, как здоровье и постоянно передают гостинцы. Даже из города постоянно кто-то приезжает, кто с болячками, а кто за советом.

Особенная женщина! В деревне конечно ходили слухи что она ведьма, но Гера в эти слухи не верил. Чай заваривает? Так все заваривают. Урожай больше чем у соседей? А видели соседи, как бабушка за каждым росточком ходит, пропалывает, да окучивает и поливает? Гера видел и знал, что не было там магии, были знания и много труда, очень много. Ну, а что под нос себе бормочет что-то непонятное, так все бабки что-то шепчут, он сам видел.

Вот и сейчас во входную дверь кто-то долбился. Вечер уже… Странно это… Щенок неожиданно заскулили и стал зарываться в сено к которому было прислонено колесо. Это тоже было странно, за всё время, что щенок находился на попечении мальчика, он был абсолютно беззвучным, не тявкал ни разу, а тут скулит, как от страха и прячется. Небольшая сухая копна была сухая и туго стянута проволокой, спрятаться у него не получилось…

Гера пошёл к двери и откинул металлический крючок сделанный из длинного толстого гвоздя. Женщина стоящая на пороге взглядом ощупывала сени словно что-то искала…

– Тёть Зин, что-то случилось? – Обеспокоенно поинтересовался мальчишка.

Эта женщина жила на отшибе деревни, была одинока и только её дом окружал высокий забор, плотно сколоченный из необработанного горбыля. Подруг в деревне у нее особо не было и увидеть её можно было только тогда когда хлеб пекли в маленькой деревенской пекарне или был привоз в маленьком магазинчике. В котором и выбора особо не было. Крупы, соль, сахар, да порошок с хозяйственным мылом. Только в привоз завозилось немного конфет, фруктов, чая и кофе в красивых жестяных банках. Такой очень любила бабушка Эльвира.

Вот и сейчас появление нелюдимой женщины на пороге бабушкиного дома было странным, не дружила она с Эльвирой Афанасьевной. Они точно никогда не общались. И глаза у неё тёмные и злые, одним словом нехорошие.

– Ну что хозяин, пригласишь гостью в дом? – Ласково спросила женщина, странно наклонив голову, словно высматривая ни что иное, а щенка под колесом.

Этот вопрос, вроде бы простой странно кольнул воспоминанием, как бабуля говорила встречать гостей, этой фразе она его научила.

– Коль с добром пришли, входите…– Улыбнулся Гера ожидая, что женщина войдёт в помещение  и пойдёт говорить с бабушкой.

Но та с какой-то досадой странно рыкнула и продолжала стоять на крыльце, словно приклеенная, не решаясь перешагнуть заговорённый знахаркой порог.

Злобно она смотрела под колесо туда, где сидел чёрный щенок.

– Гера, я смотрю вы щенка моего нашли, отдай его мне, пожалуйста…– Заговорила женщина ласковее, чем раньше.

– Тёть Зин обознались вы, это мой щенок. – Сказал Гера, щенок скулил и пытался забиться поглубже и дураку понятно, боится он злую тётку. – Его бабуля из пруда достала, значит не нужен вам был, а мне нужен. – Гордо сказал Гера, сложил руки крест-накрест и встал загородив собой колесо и щенка за ним.

– Мой это щенок, породистый и дорогой! Платите мне тогда десять тысяч за него! А нет, так я участковому скажу, что обокрали меня и не возвращаете моё имущество! – Рявкнула женщина переминаясь на крыльце, она словно хотела шагнуть вперёд, но не могла.

Гера побледнел десять тысяч за щенка, да у бабушки Эльвиры пенсия меньше… Руки сами потянулись к отчаянно пищащему щенку, бабушку было жальче больше.

Взяв Ярчука на руки скривился, тот отчаянно скуля обоссался, забрызгав мальчишку. Стало так жалко этого малыша. Нельзя отдавать ей щенка! Это она значит топила его! Зачем он ей сейчас?

– Не отдам! Это вы его в мешке топили! Вы плохая! Мой друг! Мой! Не отдам! – Он прижал к себе тёплый меховой комок и отошёл к стене, прижавшись к круглым брёвнам сруба.

– Отдай по хорошему! Твою бабушку посадят! Из-за тебя, ты вор чужое украл! – Злобно шипя и краснея, словно накалившаяся плита шептала женщина.

– Почему вы тихо говорите? Если я вор – то кричите! Все знают, что мы щенка в пруду нашли! – Закричал ещё громче Гера, дверь из дома в сени распахнулась и из нее душисто пахнув травами, вышла Эльвира Афанасьевна.

– Что ж ты Зина в гости пришла, а не заходишь? – Вкрадчиво спросила румяная пожилая женщина в цветастом простом платье в пол.

Она говорила не громко, но так величественно, что Гера невольно начал восхищаться своей бабулей. Пышная и красивая несмотря на возраст, она стояла прямо и гордо, а вот с Зинаидой произошли странные метаморфозы. Она была гораздо моложе Эльвиры, худая, как палка с чёрными волосами, толстыми, как у лошади. Взгляд хозяйки дома словно сгибал её и неимоверно злил. Она шипела, как закипающий чайник, но ничего не делала.

– Чего внука моего смущаешь? С чего это в воры его записала? А? – Спрашивала напирая на пришедшую.

– Вы щенка моего украли! Он дорогой породистый, плати за него! – Взвизгнула, как придушенная мышь женщина, было видно что дородную хозяйку дома она побаивалась.

– Так это ты живодёрка животину топила? – Хитро подмигнула парнишке прижавшему к груди щенка. – А я ж соседей всех поспрашивала у кого сука чёрная щенилась. Ты представь, нашла. Вот только суку ту кто-то травить пытался несколько раз, а потом щенка украли убив собаку. Что породистая? Да сука породистая, издавна из рода в род переходила. Берегли её и кому могла понадобиться? Не знаешь? – Эльвира хитро поглядывала на Зинаиду.

– Ты! Ты! …– Она сверкнула глазами и сбежала с крыльца.

Она убежала, громко хлопнув небольшой калиткой на металлической пружине и убежала.

– Бабуль, а зачем она приходила? Зачем ей Ярчук?  – Спросил Гера отлипнув от бревенчатой стены к которой прислонился, пытаясь неосознанно держаться от злобной женщины, как можно дальше.

– Так она правду сказала, особый он пёс, волшебный. А Ярчук не имя, а порода. Не врала Зина, он очень редкий, только стоит намного дороже и не продаст такого щенка никто. Люди уже и забыли кто такие Ярчуки. Да и сама хозяйка не знала, что за чудо бережёт. Бабка ей завещала   беречь чёрную суку и щенков её, а дурёха не доглядела.   Ярчук пока маленький и слабый и защитить себя не может, а как вырастет, не будет такого зверя, что справится с ним. – Наставительно проговорила женщина и подтолкнула мальчика в дом, а сама пошла закрывать уличную дверь на крючок, ещё и поленом подперла, чтоб понадёжнее было. Только потом пошла за внуком, который ждал её в дверях.

– Это тётя Зина ту собаку убила? – Спросил Гера серьёзно посмотрев на мудрую бабушку.

– Наверное, Ярчук для людей не страшен. Даже больше! Нет лучше друга и защитника, чем этот златоглазый пёс! Мать его она не просто так убила, девятая она была, много могла таких вот щенков народить. Опасны Ярчуки только для зверья, да для нелюдей… – Сказала она, а сама дверь закрыла на засов. Он всегда был и тяжёлая доска всегда стояла рядом с дверью, вот только никогда женщина ей не пользовалась.

– Гера, эта женщина ведьма, потому и хочет убить щенка, пока тот маленький и слабый… – Строго проговорила и налила душистого отвара по кружкам, от него приятно пахло мятой и ещё какой-то травой…

– Бабуль, а что такое ведьма? – Вдруг спросил Гера.

– Так тоже человек, только злой. В некоторых людях копится столько зла внутри, что оно становится целым органом, которым эти люди дышат, думают и даже смотрят через него, отвергая чувства и мысли людей животных и самой природы. Веды они разные бывают. Это женщины, что ведают изначальными знаниями. От слова ВЕДАТЬ, но ведать можно любовь добро и жизнь, а можно зло и тьму ведать, зла желать и его творить. Не может уйти ведьма от нутри своей, ни светлая, ни тёмная. Потому и творит зло, не исправить её, не переделать и не спасти, только защититься. А защитник у тебя на руках сидит. Потому и хочет извести его Зоя…

– То есть, она ещё придёт? Ты поэтому закрылась? – Гера посмотрел на теснее прижавшегося к телу перепуганного щенка.

– Конечно придёт… – Странновато блеснув глазами ответила пожилая женщина. – Видишь, какой ценный щенок, а ты его даже не покормил с утра… – С укором посмотрела Эльвира на пристыженного мальчишку.

– Бабушка Эльвира, а ты тоже ведьма? – Мальчик сам не знал, зачем спросил.

– Может и ведьма, а может и нет, сам то как считаешь? – Она протянула руку и погладила черного щенка по маленькой голове. Тот зажмурился и ткнулся в ладошку носом.

Глава 2 Ведьмин дар

Отношение Геры к щенку изменилось. Маленький питомец тоже изменился. Хвостом ходя за своим человеческим другом. То что мальчик не поддался страху и не отдал щенка ведьме связало Геру и Ярчука крепкими узами дружбы, которые не разорвать ни времени, ни жизни.

Неспроста Эльвира Афанасьевна билась за жизнь этого псёныша. Сон ей приснился. Страшный и непоправимый, в которой её внук примет ужасную огненную смерть. Женщина любила внука, только поперёк судьбы идти не могла. Да и время её неумолимо утекало. Смерти она не боялась и ждала её, как старую подругу, но ужаса, что произойдёт с мальчиком она принять не могла и искала способ спасения последнего ребёнка в их роду…

Рождение волшебных щенков она скорее почувствовала внутренней сущностью и потянулась к ним, но опоздала буквально на час. То что четырёхглазый щенок выжил скорее удача. Потому и попросила Геру ухаживать за этим собачьим ребёнком, преданность Ярчука не купить, ни навязать, можно только заслужить. Объяснить мальчику это не напугав, было сложно. Всё же городской ребёнок был далёк не то что от сверхъестественного, но и от деревенских укладов…

Лишь когда Зинаида раскрылась, стала понятно, что зря Эльвира таилась. Мальчик был гораздо сообразительнее не только сверстников, но и большинства людей вокруг.

С появлением щенка в доме огненное будущее мальчика покрылось рябью и стало недоступно для старой Веды, а значит его судьба больше не предопределена.

Гера же радовался новому другу. После появления ведьмы поначалу и вовсе боялся выходить из дома… Только получив подзатыльник от Эльвиры и указание на то, что он в деревню приехал приобщаться к труду и дышать свежим воздухом, был отправлен пропалывать морковные грядки. Ярчук пушистым чёрным мячиком подпрыгивал по рассохшихся досочкам тротуаров проложенных по придомовой территории.

Странная женщина очень напугала парнишку. Он постоянно поглядывал в сторону  невысокого забора, боясь увидеть сухощавую женщину, с гривой чёрных волос.

Оглядывался день другой, а женщина так и не приходила. Может она и не придёт больше? Мы же не делали ей зла и не лезли в её жизнь.

Постепенно Гера успокоился… Сначала выходя за калитку и играя с Ярчуком там, потом отходя всё дальше. Они даже ходили вместе до пекарни, за свежим хрустящим хлебушком. Который теть Нина только достала в огромных чёрных прямоугольных формах из печи. Запах был такой волшебный и вызывал обильное слюнотечение, но почему-то ел глаза, всем кто стоял в небольшой очереди за горячим хлебушком.

И конечно же Гера отломил от горячей буханки горбушку, самую вкусную в мире, ещё по дороге. Разделил её пополам и отдал кусок щенку, который вряд ли мог оценить вкус свежего хлеба.

Его друг разделил с ним пищу и он зажав в зубках слишком большой для его пасти кусок, семенил за Герой стараясь не отставать.

С каждым днём связь между двумя детьми крепла, щенок рос не по дням, а по часам, но до того, чтоб стать взрослым и сильным должно пройти гораздо больше времени, нежели один летний месяц.

Август был удивительно тёплым и Гера счастливо топал по деревенской дороге босиком, а подросший Ярчук молча следовал не отставая, за другом…

Внезапная тишина заставила остановить свой неспешный шаг, а щенок позади зарычал, вызывая удивление и оторопь.

–Т ы чего? – Удивился Гера, щенок обычно вовсе не издавал никаких звуков, не лаял и не скулил, как другие собаки, а тут рычит.  Мальчик обернулся назад и оторопел.

За ними медленно, будто крадучись шла она… Зинаида Михайловна. Она выглядела очень больной. Бледная почти до синевы с тёмными кругами под глазами, а платье на ней выглядело, очень неряшливым грязным и в пятнах.

Ярчук прижался к коленям Геры, ему было до ужаса страшно, что он описался, там где стоял.

Гера подхватил малыша на руки и побежал, быстрее к дому бабушки…

Не успел он заскочить за калитку, как тощая рука с крючковатыми пальцами схватила его за плечо и сжалась что есть сил до хруста. Мальчик вскрикнул от боли и стал вырываться, но не получалось.

Женщина будто вросла ногами в землю где стояла… Держала рукой вырывающегося мальчишку и шептала что-то рычащим шёпотом под нос нечто жуткое и пугающее.

Ярчук скулил в руках ребёнка от страха, Гера тоже дёргался и подвывал от ужаса…

Всё оборвалось в один момент когда щенок дёрнулся из рук пересилив страх и вцепился мелкими зубками в пальцы, что удерживали его друга. Худощавая рука тут же разжалась и женщина баюкая ладонь завизжала от боли. Этого мгновения хватило, чтоб забежать во двор и захлопнуть за собой калитку.

Гера кинулся к дому и забежал в сени тут же заперев дверь на крючок-гвоздь. Подпер дверь поленом и прижался к бревенчатой стене он скатился по ней на пол и слушая дикий визг за стенами. Женщина рыдала ещё несколько минут от боли в укушенной руке. Казалось странным, что никто не слышал её криков и не спешил на помощь.

Гера забился поглубже за небольшой зеленый стожок травы. Её Эльвира Афанасьевна специально заготавливала всё лето, на долгую зиму, для вредной любимицы, козы Машки. Там мальчишка в обнимку с щенком незаметно для себя и заснул.

Его разбудил страшный грохот. Мальчик вздрогнув, открыл глаза с трудом вспомнив где находится, в сенях было темно уже наступил вечер. В глазах жёлтые глаза маленького друга светились, как два огонька.

Кто-то стучался в запертую дверь и тряс её вызывая жуткий грохот и ещё больше пугая.

– Гера открывай! Чего заперся? – Было слышно что бабушка злиться, видано ли в дом не пускают…

–Бабушка это точно ты? – Неуверенно спросил мальчик выбираясь из-за пуков сена.

–Да открывай же, темно уже и дождь собирается… – Ласково говорила женщина за дверью и Гера убрал полено и снял крючок с петли…

Женщина дверь дёрнула сама и быстро шагнула через порог, только сейчас Гера вспомнил, что бабушку позвали в соседнюю деревню, там тёлка первородка отелиться не могла, а значит вернётся она только завтра…

Зинаида уверенно шагнула в сени, со злобой посмотрев на входную дверь в дом. Только сейчас Гера догадался, зайди он туда и они с Ярчуком были бы в безопасности…

– Я не отдам щенка! –  Набравшись храбрости выкрикнул мальчишка. Он и сам боялся до трясущихся коленок, но щенка спрятал за спину…

– А он мне больше и не нужен… – Хриплым голосом проговорила женщина. Вытянула укушенную Ярчуком руку, раскрытой ладонью вперёд. Она вся была покрыта странными волдырями и небольшими язвочками, словно женщина опустила свою руку в кипяток, на глазах количество волдырей и язв увеличивалось продвигаясь по руке вверх.

С перепуганным мальчиком она больше не разговаривала, только шептала что-то рычащее под нос. Её наэлектризованные волосы разлетались в стороны, создавая в лунном свете странный тёмный ореол вокруг головы женщины. Глаза светились странным жёлто-зелёным светом, отчего самого лица рассмотреть не получалось.

Её хриплый шёпот в тишине ночи, ватой забивал уши, мальчик застыл, как статуя перед женщиной которая зачитывала странное длинное заклинание, не в силах ни сбежать, ни даже оторвать взгляд. Её шёпот заполнил всё пространство, а свет глаз казалось и вовсе пульсирует…

Щенок в руках, скулил и плакал, не зная, как помочь другу, который встал на защиту его маленькой жизни…

– Прими! – Повелительно выкрикнула женщина, держа раскрытую ладонь прямо перед грудью мальчика. Он и не заметил, когда она смогла подойти так близко.

– Прими! – Рявкнула женщина прямо в лицо.

Гера упрямо сжал зубы и помотал головой, что бы не хотела дать эта женщина, вряд ли это было что-то хорошее.

– Прими и я не трону щенка! – Кричала женщина прямо в лицо ребёнка.

– Принимаю…– Грустно ответил мальчик, тихо-тихо, но во внезапно повисшей тишине его слова, звучали очень громко…

Вместе с тем тело женщины словно разом лишившись костей упало навзничь, там где стояло. Только тогда Гера смог сделать шаг от стены, больше ничего его не сдерживало.

Внезапно щенок в его руках завизжал ещё громче и закружилась голова. Мальчик упал рядом с телом женщины в обморок.

Ярчук выл, от боли страха и отчаянья, видя то что недоступно человеческому зрению, нечто большое и тёмное вышло из тела умирающей ведьмы и вошло в тело его друга.

Эльвира Афанасьевна, вернувшись домой утром застыла от ужаса видя два тела в своих сенях.

А когда поняла кто это, ужаснулась ещё больше поняв всё сразу.

Видать ведьма воспользовавшись её отсутствием попыталась избавиться от Ярчука, а тот смог её укусить. И если у обычного человека, такой укус поболел бы, да прошёл, то ведьму он отравляет. Она начинает заживо гнить, пока совсем не умрёт. Тут возникает другая проблема. Не может тёмная ведьма умереть, не передав свою чёрную силу. Не принимает тьму земля. После укуса щенка Зинаида была обречена на долгую мучительную смерть, но судя по тому, что у её тела нет пульса, выход она нашла и передала свой дар Гере…

Щенок, что должен вырасти и стать грозой ведьм, лежал свернувшись в клубок в отдалении от друга… Теперь он ему первый враг…

– Как же так? Как же так? – Слёзы градом катились по щекам женщины, как вытащить ведьмин дар из внука она не знала.

Всё же выход из ситуации женщина нашла, перетащила мальчика в дом и уложила бледного до синевы на кровать.

Носилась от одной полки к другой, затопила печь… Только на живом огне можно сделать нужный взвар.

Не может она вытянуть тёмный дар, а вот закрыть его и спрятать может. Только придётся забрать часть памяти мальчика…

У ног носился щенок и виновато скулил, будто виня себя в произошедшем…

–Смотри, Ярчук Ведьмой он не станет, но изменений не избежать, не подходи к нему больше. Между вами сильная связь, он жизнь за тебя готов был положить… – Она строго посмотрела на собачонка.

– Не приближайся к нему. Совсем оставить ты его не сможешь, но помни, ты для него теперь смерть. Хочешь этого? – Щенок покачал головой, совсем как человек.

А после она сходила к соседке у которой был телефон и позвонила дочке в город, сообщив, что лето близится к концу, а она сама приболела и за внуком смотреть не может.>

Когда Гера очнулся Эльвира Афанасьевна рассказала, что он слишком долго купался в пруду и болел несколько дней. Он совсем не помни ни о щенке, который прятался от него в сарае, где содержалась коза, ни о ведьме.

Зинаиде тогда помогли соседи вынести тело женщины из дома, что удивительно, женщину даже похоронить некому было, но общими усилиями и могилу вырыли и похоронили. Без креста с одной лишь табличкой.

А Гера вернулся в город, а чуть позже начал спокойно жить свою жизнь, с улыбкой вспоминая замечательное лето в деревне и мудрую трудолюбивую бабушку.

А через пол года домой позвонила соседка бабушки Эльвиры и сообщила, что бабушка умерла…

Никогда больше не был в той деревне, но испытывал странную щемящую тоску, будто забыл нечто важное, а иногда ему казалось, что в темноте за окном за ним смотрят два жёлтых глаза…

Глава 3 Ветер

Ветер играл тонкими ветвями берёз, ласково играя небольшими бруньками, как колокольчиками.

Вдох… Выдох… Свежо… Хорошо…

Георгий смотрел на трепетавшие на ветру яркие зелёные монетки берёзовых листков.

Тишина, в голове странное опустошение… Решение принято… Ни страха, ни отчаяния… Другого выбора нет… Только вперёд…

Конфликт между странами только начался и мобилизацию не объявляли. Он сам пошёл в военкомат, добровольцем…

Могли Гера поступить иначе? Не мог даже мыслей подобных в его голове не было…

Ветер… Да Ветер, теперь он тоже Ветер, так же легко играючи, он пройдёт через бойню и вернётся назад.

Там, на той стороне мира не было имён, не было званий, только позывные, короткие и ёмкие. Совсем не важно какой смысл несёт то или иное новое имя, хоть Хвостом назовись, никто не поднимет тебя на смех. Вот Гера глядя на играющий с берёзой ветер захотел стать им.

Здесь и сейчас ему уже 37, от светловолосого долговязого парнишки и остались лишь ясные голубые глаза и воля. Вряд ли в этом огромном мужчине с бритой головой , можно было узнать босоногого мальчишку что помогал бабушке по хозяйству.

Вот и сейчас он вспомнил об Эльвире Афанасьевне, поговаривали что она была ведьма, но он почему-то не верил в это, вспоминать то тёплое лето с каждым годом становилось всё сложнее. Рваной дымкой оно ускользало из сознания, словно намеренно прячась от мужчины. Всё же вспоминал пышную женщину он с теплом. И сейчас, ему понадобится любая помощь.

–Бабушка, если ты смотришь на меня с неба, помоги вернуться живым… – Проговорил он вслух.

Словно услышав его просьбу недалеко в подлеске раздался волчий вой…

Мужчина вздрогнул и оглянулся, чертыхнулся, не могут волки так близко с городскими домами бродить, собака бродячая наверное…

Железная дорога и плацкартный вагон, один перелёт, А потом на старой доброй буханке до места назначения, а дальше служба…

И нет здесь ни плохих, ни хороших. Ни добрых, ни злых, есть поставленные перед отрядом задачи и мы их выполняем. Вполне логично понимать, что у противника есть свои задачи, которые выполняет он. Каждый взявший в руки оружие должен знать, что если собрался стрелять, ожидай стрельбу в ответ.

Георгий Котов командир штурмового отряда из семи человек с позывным Ветер уже почти год нёс свою службу будучи пулемётчиком своей группы.

Пулемёт Калашникова одна из самых мощных единиц вооружения и имеет большую площадь обстрела нежели, те же автоматы. Это с одной стороны обеспечивало группе большую безопасность, в то же время делало для противников пулемётчика с позывным Ветер главной целью. Нет группа без него не станет совсем беззащитна, но и огрызаться в той степени в которой могла с тяжёлым пулемётом, точно не сможет. И не каждый боец в состоянии справится с этим агрегатом. В его обязанности входило нести и боеприпасы к данному орудию, их вес часто превышал вес самого пулемёта.

Ветер с его габаритами, привычно набивал чехол от своего оружия патронными лентами, да конечно были две пристяжные металлические коробки на сто патронов. Вот только этого количества явно недостаточно для ведения боя в городской среде, не хватало даже тех которые он туго набил в чехол. Потому каждый член группы имел в своём арсенале по одной запасной ленте для пулемёта.

Ветер с тоской смотрел вперёд, ему всегда казалось, что в лесу проще, чем в городе. Видимость почти нулевая, кругом дымища. Палёной резиной несёт, в зданиях дыры, такие будто здесь великан играл в мяч и ни разу по домам не промахнулся. Некоторые здания были так закопчены, что казались даже оплавленными.

И вновь группа на задании, продвигаются вперёд группа из восьми человек. Гордость Ветра, ни один из его ребят не погиб. Да, ранения бывали, но это мелочи, руки, ноги на месте, это главное.

И вот сейчас противник заметил их первый, раздался первый выстрел, мужчины, как по команде упали в нужном построении. Ромашкой, ногами в центр головой вперёд. Создавая своими телами подобие цветка и прикрывая таким образом друг другу спины. Надо сказать, что стрельба на поле боя не ведётся, абы как. Выстрелами в воздух друг друга пугать глупо и не экономно. Вдали от места дислокации штаба, боеприпасов взять негде, телепортов ещё не придумали. Потому противник, как и мы, будет стрелять только в том случае если точно видит цель, а значит нас уже увидели. И если понятно где один из стрелявших, то нет никакой гарантии, что группу уже не берут в кольцо противники.

Когда стрельба в ответ прекратилась, стало понятно, что отвечать больше некому. Надо зачистить одну из высоток, а оттуда как назло со всех сторон валит едкий чёрно-серый дым. Можно было предположить, что это от попавшего снаряда, но намётанным взглядом Ветер определил, что задымляют специально. Видать понимают, что можем прийти… Дым он может быть показателем только попавшего снаряда – раз и хорошим подавляющим почти все органы чувств прикрытием – два. Только это монета о двух сторонах, запах жженой резины, которая горит дольше и коптит сильнее, не только нам закрывает обзор, этот дым закрывает его и им, а запах довольно специфичен и легко определиться.

Первым делом, нужно пополнить изрядно оскудевший после перестрелки арсенал, конечно же, за счёт противника, их патроны мало чем отличаются от наших, да и мёртвым они уже ни к чему.

А группа гуськом движется дальше, кругом дым, где-то вдали слышна стрельба. Ветер отделившись от группы движется вперёд вглядываясь в стены и углы разрушенных домов. За каждым этим углом может затаится противник, да и под ноги надо не забывать смотреть. Почему? Растяжки, это в фильмах бдительные бойцы на раз определяют таящуюся опасность, а здесь в дыму иногда и рук то не видно, не то что тонкой прочной нити, которая с двух сторон крепится к взрывателям. И заметить эту нить сложно, если прячут в траве, так нитка зелёная, если и заметил то и перешагнуть её легко. Ту что на уровне колен перепрыгнуть, а что делать с той невидимкой, что на уровне груди? То-то же…

Ветер оглянулся по сторонам, вот она высотка и подход к ней только один, проглядывается он хорошо, незаметно не пройти. Мужчина прикусил губу размышляя, что же делать. Вести группу на убой не хотелось.

Но и отказаться от выполнения поставленной задачи тоже нельзя. Сверху сидит миномётчик, не убрать его, много ещё наших положит… Каждая минута промедления, жизнь нашего парня. Такой опорный пункт охраняют, без сомнений.

Парни уже сгруппировались за его спиной и ждут сигнала командира… И почему же он тянет?

Долго размышлять не получится и пора идти. Ветер решительно шагнул вперёд…

Внезапно, откуда ни возьмись, появился огромный чёрный пёс и ощерил зубастую пасть в оскале вздыбив шерсть на загривке… Только сейчас мужчина услышал тот самый противный еле слышный тонкий свист миномётного снаряда и успел дать ребятам команду в рассыпную. Мужики попадали на живот накрыв голову руками.

Близкий взрыв снаряда на мгновение оглушил ребят, но Ветер понял, это их шанс. Тонкая взвесь пыли перекрывала обзор не только им, но и противнику. Он дал сигнал отряду на изготовку. И вместе они кинулись в здание, у входа, как и предполагал мужчина горела нещадно коптя автомобильная покрышка.

Дал команду ребятам смотреть по сторонам и на пол особенно, часто растяжки еле заметные в заваленном осколками здании были еле различимы. У миномётчика точно есть прикрытие. Это группа или две вооружённых людей и возможно ловушки. Главная задача обнаружить их первыми.

Понятно, что стреляет он с самого верху разбитого здания, откуда периметр просматривается лучше всего, а значит, либо на пятом, либо на четвёртом этаже засел, а вот группа подстраховки может быть где угодно. Их цель такая же как и у нас, выполнить поставленную задачу и остаться живым, по возможности целым…

Что странно никто не встретил ребят и до миномётчика они дошли, спокойно. Тот видимо малость оглох постоянно лупя снарядами и не услышал приближения группы. Ребята не боролись за честь, никаких дуэлей в военное время… Вряд ли он видел лица тех кого разрывало отправленными им в полёт снарядами. Расстреляли мужчину в спину, без размышлений и политесов… Вот тут на выстрелы и подтянулась страховочная группа, спускаться сверху вниз стало просто опасно, но и сидеть в этом гнезде тоже долго не получится.

Ветер поразмыслив, заправил новую ленту в свой пулемёт и дал парням команду ждать.

Сам тихонько подойдя к хорошо простреливаемой лестнице лёг на спину головой вниз. Отталкиваясь ногой от лестничных ступенек скатывался на бронежилете как на санках с горки. Стреляя из пулемёта во всех, кто пришёл убить его и его ребят.Он понимал, что мог наткнуться на растяжку головой, да просто противник мог догадаться откуда ведётся стрельба, но в этот раз удача было на его стороне…

Уже потом, когда они усталые бежали прочь, он подгонял парней вперёд, сам еле передвигая ноги, пулемёт, казался не подъёмным поленом в руках, а набитый патронами чехол, который он пополнил за счёт противника тянул спину назад.

– Бегите Суки! – Кричал он. Позади слышалась стрельба, а он бежал последний… – Бегите! – А сам устало улыбался, даже не замечая, что во время взрыва снаряда, один из осколков всё же вонзился в его ногу, чуть выше колена и его правая штанина была пропитана насквозь его кровью.

Уже позже сидя у костра с перебинтованной ногой Ветер радовался, что нога всё же осталась при нем. Обошлось без заражения, потеря крови была большая, но не смертельная. Закуривая сигарету он размышлял о том что произошло.

Там был пёс. Черный огромный пёс. Я точно должен был шагнуть под летящую мину, а он не пустил, как и тогда ночью у неразорвавшегося снаряда. Гера был уверен что это один и тот же. Вспомнил, что тогда он молился и просил помощи у покойной бабушки Эльвиры… Пёс был настоящий, я точно его видел. Страшный лохматый, что странно упитанный, а его глаза, светились странноватым золотистым светом… Он был таким знакомым, как дежавю, но перерыв всю свою память, Гера точно был уверен, что никогда не видел подобных собак.

Надо хоть, как-то отблагодарить собакена. Второй раз жизнь спасает. Вот только, кроме меня никто не видел странного пса с золотыми глазами. Ветер и сам стал подумывать, что чудная зверюга с золотыми глазами ему просто почудилась, а может это бабуля таким образом с того света оберегает его?

Тем не менее мужчина выкраивал из своего пайка банку тушенки и оставлял её каждый раз на видном месте, вдруг собакен настоящий…

Глава 4 Время

Волшебный

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.