Елена Винчи
Ева и логово Хозяина

Глава 1

– Ева, какую зарплату вы хотели бы получать в месяц, если вам приходилось, иногда, выполнять работу, не входившую в ваши обязанности?

Вопрос хозяйки ночного клуба «Вой» Лорэны поставил меня в тупик. Это было второе, что она меня спросила, после того как узнала мое имя.

– Кроме макияжа я могу сделать несложную укладку волос, – робко ответила я, надеясь, что речь все-таки идет о моих профессиональных умениях.

Женщина лет сорока с безупречно гладко зачесанными в конский хвост, черными волосами изучающе смотрела на меня.

– Я не спрашивала, что ты умеешь. Мне нужно знать за какие деньги ты готова не задавать лишних вопросов, а просто исполнять. Едва заметная улыбка коснулась её ярко красных губ.

Волнение мое нарастало с каждой секундой. Очень странная женщина.

– Я не могу вам ответить, не зная, что именно мне придется выполнять.

Хозяйка ночного клуба всем своим видом: взглядом, внешним видом, позой, оказывала на меня какое-то не видимое давление. Я ощущала большой дискомфорт, хотелось скорее уйти с этого странного собеседования. Очевидно, что она не готова была мне все рассказывать, пока я не назову сумму. Но и я не собиралась идти у неё на поводу, не зная, о какой дополнительной работе, идет речь.

– Милая моя Ева, в этом кабинете я задаю вопросы, а ты только отвечаешь,– она укоризненно посмотрела на меня, и меня тут же бросило в жар.

Внутри у меня все бушевало и сопротивлялось. Я, конечно, хотела работать в столь элитном клубе, но только по специальности.

Женщина, поправив свой шейный, шелковый платок, который полностью скрывал её шею, добавила:

– Ты была раньше в моем клубе?

– Нет, не приходилось. Я вообще никогда не посещала такие заведения.

Лорэна взяла телефон и острыми, как когти ногтями набрала чей-то номер и тут же сбросила вызов. Откинувшись на спинку белого кожаного кресла, она начала медленно постукивать ярко красным маникюром по лакированной поверхности стола.

– Давай поступим так, – ласковым голосом произнесла Лорэна. – Ты и твои подружки сегодня приглашены в мой клуб. В качестве гостей. Сейчас тебе принесут проходные браслеты. Оденете их дома. А вечером спокойно пройдете, показав и охране. Ты осмотришься. Поймешь, какие люди сюда приходят. Пройдешь в гримерную, что бы оценить условия работы, нагрузку, лежащую на девочках. И возможно, кто-то тебе намекнет о вариантах раскрытия твоего потенциала.

Конечно, у меня было предположения, о чём она умалчивает. Но вдруг я ошибаюсь. В любом случае работа у меня пока есть в салоне «Адель». А здесь я просто хотела попытать удачу. Не просто же так мне уже вторую неделю попадается на глаза реклама о том, что требуются сотрудники в Ночной клуб «Вой». Знакомых девочек у меня там не было, но ходили слухи, что за месяц визажисты и стилисты получали в этом клубе зарплату, равную моей за три месяца. Вот и я решила попытать удачу. Это было самое странное собеседование в моей жизни и самое не информативное. Может вечерний поход в клуб что-то прояснит.

Оглушительная музыка вырывалась из-за постоянно открывающихся дверей ночного клуба «Вой».

Повсюду снующие крепкие парни и пафосно одетые девушки. Воздух был пропитан сладковато-древесным запахом духов и сигаретами.

Я не стала напрямую идти к охране, что бы показать наши браслеты и пройти. Мне хотелось осмотреться. Понаблюдать, как советовала Лорэна.

Находясь в середине очереди на проход в это заведение, чувствовала себя как товар. И сейчас всем желающим приклеят штрих код на запястье, позволяющий взойти на витрину. А там если повезет, то можно уехать домой в компании обеспеченного альфа-самца. Это считывалось буквально с каждого игривого выражения лица присутствующих девушек.

Но это не про меня.

Я пришла сюда только с одной целью: понять смогу ли я работать на их условиях. Какими бы они не являлись.

Ну и конечно мне предстояло приглядывать за моими подругами Наташкой и Мариной. Упрашивать мне их не пришлось. Новость, что мы бесплатно пройдём в столь пафосный и дорогой ночной клуб, сделала меня для них самой любимой подругой. Они очень хотят изменить свою жизнь к лучшему, в финансовом плане. И сегодняшнему походу в это дорогое, не по их карману, заведение, они были несказанно рады. Методы конечно у них сомнительные, но чем черт не шутит.

Уезжая из родного дома перед молодыми девушками, открываются две дороги: она либо сама старается быть финансово независимой и очень разборчива в любовных делах, либо живо воспринимает легкие столичные взгляды на вопросы морали. Я выбрала первый путь. Подруги же видят решение всех житейских проблем в обеспеченном кавалере.

– Ева ну зачем мы здесь стоим? – сгорая от нетерпения быстрее войти в клуб, сказала Марина. – У нас же есть эти волшебные браслеты. Пойдем, покажем и пройдем с гордо поднятой головой, мимо этих всех пигалиц.

– Ох, как ты заговорила! – усмехнулась я. – Нет, мы постоим в очереди. Осталось не долго.

Марина наигранно вытянула свои пухлые губки, щедро накрашенные бледно розовой помадой. Она в очередной раз стала поправлять свои идеально уложенные волосы и смотреться в зеркальце. Суета вокруг неё как будто перестала существовать. Она смотрела либо в зеркало, либо в сторону спортивных парней-охранников. Пытаясь поймать взгляд хоть кого-то из них. И включить уже, наконец, всё свое женское обаяние. Так, в качестве разминки перед основной охотой. До сих пор моим подружкам не приходилось бывать в заведениях такого уровня в качестве гостя. Поэтому они были безмерно счастливы.

Мне же совершенно не хотелось здесь кого-либо соблазнять. Тем более я плохо владею этой «наукой». Хоть у кого-то тут сегодня должна быть трезвая голова.

Ночной клуб «Вой» находился на окраине города. Здание овальной формы украшали стальные витиеватые стрелы, которые были расположены по боковым сторонам клуба, мягко подсвеченные неоновыми огнями. В самом центре большой квадрат стены украшала черная панель с пайетками, переливающиеся на ветру. Входная дверь находилась там же. Перед ней была организована пропускная зона, огороженная импровизированным забором из серебристых цепей. Решение о проходе в клуб было доверено двум перекаченным парням.

Если верить статистике, в этом ночном клубе ни разу не было зарегистрировано драк или каких-то жалоб со стороны клиентов. Администрация заведения очень серьезно относится к своей репутации. Это конечно успокаивает, но все равно необходимо быть начеку.

Удивительно, но нас пустили без всяких препятствий, не взглянув на браслеты. А один охранник мне даже улыбнулся. На его фоне я была как мышка перед слоном. Стало немного жутко.

Внутри клубы очень шумно и много народу. Играют модные трэки, и в центре, собралось большая танцующая толпа.

Перед нами открылось помещение огромных размеров в два этажа. Дизайнеры интерьера поработали на совесть. Освещение буквально завораживало. Вся картинка клубы была выдержанна в трех цветах: темно зеленый, черный и серебряный. Одна сторона клубы была отдана под ступеньки на второй этаж. За счет такой не ровности потолок был скошен под сорок пять градусов. И он был зеркальный по всей поверхности.

Девушка-администратор провела нас к свободной кабинке. Предварительно сообщив, что, так как желающих много и клуб «не резиновый», нам, возможно, придётся делить столик еще с тремя молодыми девушками. Мы были не против, места там предостаточно. Но пока кабинка была в полном нашем распоряжении.

Стены импровизированных кабинок были обшиты велюром черного цвета, сверху красовались резные стальные линии, очерчивающие хаотичные фигуры. Весь этот антураж смотрелся очень дорого. Девочки с большим оживлением рассматривали меню и осматривались по сторонам. Я заказала салат и апельсиновый сок. Музыка грохотала, а купаж разных запахов сделали свое темное дело. У меня разболелась голова.

Подозвав мимо проходящую официантку, я попросила воды.

– Да конечно, но вам нужно будет подождать. Если срочно вы можете подойти к барной стойке и попросить у бармена, – учтиво ответила девушка и поспешила к соседнему столику.

Интересный конечно у них подход к клиентам. Но не важно. Если этот клуб такой востребованный, значит, они могут себя позволить некоторую вольность. А может она в курсе, что я не просто посетитель, а её будущая коллега. Поэтому нам предложила не отдельный столик. Точно. Да и браслеты у нас не такие, как у других.

Я окинула беглым взглядом территорию клуба. Среди танцующих компаний рассмотрела барную стойку.

Мне пришлось с трудом пройти этот путь с препятствиями. Меня то и дело пытались перехватить ритмично двигающиеся парни, с затуманенными глазами. Наконец, добравшись до барной стойки, окликнула бармена.

– Привет, можно стакан воды?

Мне приветливо улыбнулся чертовски привлекательный парень, мускулистые руки которого, были сплошь расписаны цветными татуировками.

– Тебе с лимоном? – спросил бармен, сверкнув белоснежной улыбкой.

Я немного засмущалась. Не ожидала, что у такой брутальной внешности, немного суровой будет такая притягательная улыбка.

– Просто воду.

– Новенькая? Я тебя раньше здесь не видел, – сказал парень, протянув мне бокал с водой.

Бармен облокотился локтями на барную стойку и наклонился чуть вперед. Взгляд его был прямой и проницательный.

– Мы с подругами здесь впервые,– ответила я, не зная где остановить свой взгляд. – Красивый клуб. И очень громкий.

От волнения я осушила бокал за один раз. Совершенно забыв, для чего я ее просила.

– Я извиняюсь, можно мне еще воды.

Хорошо, что в клубе специфическое освещение. И никому не видно моих пунцовых щек. От сильного смущения.

– Забыла выпить таблетку? – спросил меня бармен, слегка улыбнувшись.

Его вопрос меня удивил. У меня, что больной вид? Не успела ему ответить, как он молча протянул ко мне руки. Чем очень обескуражил.

Движением пальцев дал понять, что хочет потрогать мою голову. Я, немного опешив, все же поддалась ему. Он обхватил мою голову своими большими, горячими ладонями. Подержал в таком положении секунд двадцать, не отрывая от меня взгляд. И резко убрал их. Как будто ничего и не делал.

– Теперь можешь спокойно веселиться, – уверенно сказал он, и взяв в руки стеклянный бокал, стал его спокойно натирать.

Я ощутила, как головная боль тут же прошла. Меня окутала необычайная легкость. Захотелось танцевать и предаться всеобщему веселью.

– Как тебе это удалось? Я чувствую легкость во всем теле.

Но мой спаситель мне не ответил. К нему подошла пышногрудая блондинка и мастерски переключила его внимание на себя. Не дожидаясь пока он освободится, я вспомнила о своих подругах. Волна танцующих молодых людей поглотила меня. Потанцевав пару треков и ослепленная вспышками светомузыки, я все-таки незаметно проскочила к своему столику.

Меня не было всего минут пятнадцать. А нашу кабинку уже захватили бородатые, черноволосые мужчины. Мне очень не хотелось подходить к ним ближе. Тем более у меня появилось страстное желание пообщаться с моим спасителем от головной боли поближе. Кинув беглый взгляд на бармена, решила снова подойти к нему. Но там до сих пор красовалась эта белокурая красотка. Значит, у меня есть немного времени привести себя в порядок, подсказывало мне мое игривое настроение.

– Девушка!– окликнула я официантку. – Где здесь туалет?

Высокая рыжеволосая девушка в клубной форме показала мне направление к дамской комнате, подняв правую руку с темно-красными ногтями. Ну и ногти, подумала я. Как она моется с такой длиной. И работать ей интересно они не мешают.

Присмотревшись, я поняла, что все официантки имели длинные красные ногти. Может это часть дресс-кода в этом клубе. Очень странные барышни.

Путь к туалету был короткий. Тут главное пока идешь, ни с кем, ни зацепиться взглядом.

Не успела я опустить вниз дверную ручку, как дверь резко открылась вовнутрь и на меня вышли две девушки. Одна из них официантка. С синей шеей. Сплошная татуировка. Неужели кому-то это нравится? К ее белой блузке был пристегнут бэйджик: Клара. Она поддерживала своим телом с трудом, идущую бледнолицую, черноволосую девушку, в очень короткой, обтягивающей юбке.

– Вам нужна помощь? – спросила я.

Девушке явно нездоровилось. А худощавая официантка едва передвигала ноги.

– Да если можно, – ответила Клара, тяжело дыша. – У нас есть комната отдыха, в таких случаях. Она прямо по коридору, коричневая дверь.

Подхватив девушку с другой стороны, мы быстро зашагали в сторону этой комнаты. Завернув за угол и оказавшись перед коричневой дверью, Клара с помощью кольца открыла ее. Но это была не комната, а вход в длинный темный коридор. Освящался он всего двумя небольшими светильниками: один висел над комнатой в конце коридора, второй у входа, прямо над нами.

Мне стало немного не по себе. Если это зона отдыха, то почему не каждый может ее открыть и отдохнуть, и почему тут так темно.

Мы прошли весь коридор и остановились перед второй дверью. Такими же манипуляциями официантка открыла помещение.

Едва перешагнув порог, дверь за нами закрылась и замкнулась. Произведя тяжелый и глухой звук, как будто очень много весит, хотя снаружи она выглядела тонкой.

Комната была совсем маленькой, без окон и явно не располагающая к отдыху. Из мебели стояла двуспальная кровать, стул и черный ящик с глянцевой поверхностью.

– Отлично бросай ее к остальным, – повелительным тоном сказала официантка. На большом полукруглом диване лежало еще четыре девушки, в бессознательном состоянии, бледные, как разбавленное молоко.

–А что с ними? – настороженно спросила я.

Худенькая официантка, которая с трудом волокла девушку, теперь с такой легкостью поравняла лежащих хаотично девушек. Положив новенькую аккуратно с левого края. А другой край кровати освободив.

– Много выпили, – коротко ответила девушка, слегка улыбнувшись. Внимательно меня рассматривая. Она будто оценивала мою фигуру.

– Понятно. Я тогда пошла, – нервно пытаясь опустить ручку двери. Но она не поддавалась.

– Откройте, пожалуйста, она захлопнулась.

Клара не обратила на мою просьбу никакого внимания.

Она присела на край кровати и достала из кармана своей плиссированной юбки связку ключей, стала искать нужный. Не поднимая на меня взгляда, она сказала:

– А ты красивая, чистая. Но ты сейчас в страхе. В страхе, наверное, не подойдет. Если успокоишься и будешь вести себя тихо, больно не будет.

Дальше произошло невероятное. На моих глазах девушка с характерным хрустом костей вытянулась в длину. И стала размера на два толще. Худоба ее пропала. Вместо этого тело окутали упругие на вид мышцы с проступающими венами.

Меня бросило в жар, но на ладонях проступил холодный пот. Чувство страха и приближающихся не приятностей полностью лишали меня собранности и готовности к решительным действиям.

– Что здесь происходит? Выпусти меня немедленно! Меня уже ищут! Я знаю вашу начальницу – Лорэну! – срываясь на крик, сказала я. Паника полностью завладела моим телом. Я сильно стучала по двери.

Официантку не заботили мои крики и метания.

Она не спеша подошла к небольшому черному ящику, стоящему на полу. Размерами он был не больше прикроватной тумбочки. Сняв бейдж со своей белой блузки, девушка легким движением руки провела им поперек верхней, боковой части ящика. Навстречу ей выехала черная коробка, размером с футляр для очков. Взяв маленький, золотистый ключ, своими, теперь уже искривлёнными, длинными пальцами, Клара несколько раз провернула его против часовой стрелки. Крышка коробки стала медленно подниматься. Я почувствовала резкий и едкий запах. Она аккуратно что-то достала из неё и зажала это в кулаке.

– Что, черт возьми здесь происходит? Чем вы тут занимаетесь? – не унима-лась я.

Но мне никто не ответил. Она лишь обернулась и лукаво улыбнулась. Её теперешний внешний вид с немного исказившимся лицом наводила на меня ужас. Она напоминала мне курицу. Во всяком случае нос её теперь был очень похож на клюв.

Трясущимися руками, открыв свою сумочку, среди косметики и перцового баллончика я нащупала телефон. Он был отключен. Включить его мне так и не удалось, только уронила.

Все это время пока я судорожно «сражалась» с телефоном, Клара что-то шептала по себя.

– Выпусти меня сейчас же! Я ничего не сделала плохого в жизни. За что?

– Ты уже орешь минут семь, – язвительно подметила девушка,– результата нет. Береги силы милашка. Убивать я тебя не собираюсь. Пока что нет причин.

Клара продолжала держать что-то в руке.

Я чувствовала, как бешено, стучало мое сердце и стало не хватать воздуха. Она медленно опустила в середину кулака свой длинный ноготь указательного пальца. На мгновение Клара закрыла глаза и глубоко вдохнула. Вены на её руках набухли и неестественно потемнели. Будто по ним бежит не кровь, а черная жидкость.

– Ты кто такая? Ведьма? – выкрикнула я, понимая, что уже не могу адекватно рассуждать. Да и как все эти перевоплощения можно объяснить.

Карла со злобой посмотрела на меня.

– Еще и паника! Да что б тебя, – выругалась официантка. – У меня нет желания тебе вредить. Успокойся. Мы же братья.

Какие братья? О чём она говорит? Её слова и этот отвратительный запах из коробки. Мне стало трудно дышать. Злорадная улыбка не покидала её лица. Кларе очень нравилось наблюдать за моими стенаниями под дверью. Она стала медленно подходить ко мне. Трясущимися руками, не сводя с неё глаз, я вынула из сумочки перцовый баллончик.

–Открой, немедленно дверь иначе я нажму! Не подходи ко мне!

Я смотрела на неё снизу вверх, держа баллончик на вытянутой руке.

–Тут нет вентиляции, ты задохнешься,– осклабилась девушка, и продолжала подходить ко мне вплотную.

Действительно не было. Я осмотрела комнату и снова ринулась стучать по двери. Мои руки ныли от боли. Я оказалась в ловушке.

–Тебя никто не слышит там. Дверь глухая,– сказала Клара. Её лицо было каменное, лишенное каких либо эмоций.

Я ее не слушала. Ужас рос во мне в геометрической прогрессии. Я не хочу верить, что со мной это происходит. Уж не для благих целей здесь лежат эти девушки без сознания. Приблизившись, она хотела взять меня за руку. Я ее толкнула, и все-таки прыснула ей перцем прямо в лицо. У самой тоже ужасно запекло в глазах. Я пыталась рассмотреть Клару сквозь слезы и сильное жжение. Начался сильный неудержимый кашель. Мне казалось, что вот-вот и я выплюну легкие.

– Хочешь еще брызни,– смеялась она. На нее перец не подействовал. Даже глаза не покраснели. Я еще раз прыснула ей прямо в глаз. Она не моргнула, а только залилась звериным смехом. Чувствуя, что задыхаюсь от духоты и перца я скатилась, опершись о стену на пол. У меня не осталось сил ей сопротивляться. Клара подошла ко мне. Я почувствовала, как она взяла мою ладонь в свои горячие руки, уколола чем-то острым. Резко одернув руку, я толкнула ее кисть о стену. Что-то стеклянное звякнуло о напольную плитку.

Чувствую, как меня начинает подташнивать. Я не могу сфокусировать взгляд, голова становиться тяжелой и я вот-вот потеряю сознание.

Уже сквозь дремоту слышу, как. Клара выругалась матом. Потом наступила давящая тишина.

Глава 2

– Барышня подъем, – сквозь сон слышу я мужской голос.

– Совсем стыд потеряла. Зачем же так напиваться,– продолжал ворчать незнакомый мне голос.

С трудом разомкнув тяжелые веки, я не поняла, где нахожусь.

– Кто вы? – буркнула я.

Мышцы лица отказывались мне подчиняться. Мне сложно было говорить. Сознание то и дело снова норовило погрузиться в сон.

– Вот те раз, – возмущенно поднял брови мужчина. – Не заплатить, не получится, поняла. Или будем по-другому договариваться?

Я совершенно не могла вспомнить, как я оказалась в машине этого мужика.

–Вы таксист? – предположила я. Голова отказывалась собирать образы моих воспоминаний в единую картинку.

Салон автомобиля был очень потрепанный. Стойкий запах выхлопной трубы и бензина, резал мне глаза.

– С тебя четыреста рублей, – грубо ответил мужчина, проигнорировав мой вопрос.

– Быстрей! Меня другие ждут. Приходи уже в себя. И меньше шатайся по городу ночью.

–Что?!– ошарашено, ответила я. Мои мысли скачут. Пытаюсь вспомнить, как я сюда попала.

– В смысле по городу. Где вы меня забрали? – распахнув глаза от удивления, спросила я.

– Да девочка, ты с этим делом завязывай, а то знаешь в другой раз, тебе может попасться не такой хороший как я, попутчик.

Я, озадаченно смотря на водителя, и понимала, что он не даст мне ответы на волнующие меня вопросы. И должна сама вспомнить, с кем я общалась, перед тем как попасть к этому таксисту.

Расплатившись с водителем, быстро вышла из машины и побежала домой. Рядом с подъездом поняла, что забыла сумку в такси. Машина еще стояла на месте, и мне пришлось возвращаться обратно.

К моему великому удивлению мужчина, который меня привез пять минут назад, мирно спал сидя на водительском кресле. Я негромко постучала в его окно. Реакции от него не последовало. Тогда я решила не будить труженика и самой забрать свою сумку, в которой лежали телефон и ключи от квартиры. Но двери были заблокированы.

Извини мужик, придётся тебя разбудить, подумала я.

Я стучала сначала негромко, но долго, потом стала барабанить, понимая, что он никак не реагирует. Я и шатала машину, и сильно била в водительское окно, но все безрезультативно. Так продолжалось минут десять.

Проезжающая мимо машина ДПС ослепила меня фарами и, развернувшись, подъехала параллельно стоящему автомобилю. Заинтересовавшись моей пляской вокруг такси, из патрульной машины вышел молодой лейтенант полиции.

– Девушка вам помочь? – обратился ко мне полицейский, внимательно рассматривая меня и водителя такси. – Лейтенант полиции Гривин Алексей.

Наспех рассказав о случившемся, я снова стала стучать по водительскому окну. Лейтенант Гривин взяв фонарик, долго светил таксисту в лицо, на шею, одновременно стуча по окну. Мужчина не реагировал. Пройдя вокруг машины дергая каждую дверь, лейтенант полиции сказал, что нужно вызывать скорую помощь и подкрепление для вскрытия машины.

– Добрый вечер граждане, я могу вам помочь? – послышался за нашими спинами бархатный мужской голос.

От неожиданности я и лейтенант синхронно повернули головы в сторону говорящего. Сзади нас стоял и улыбался молодой, высокий парень. Миловидное лицо мягко подсвечивал фонарь. Он уверенно подошел к двери и посмотрел в окно. Мы как завороженные уставились на незнакомца. Длинные черные волосы были собраны в хвост на затылке и доходили чуть ли не до копчика. Они были идеально ровные, как в рекламе. На нем была надета черная просторная рубашка. И черные свободные брюки. Неудивительно, почему мы его не заметили, он как тень.

– Вы знаете этого мужчину? – спросил Гривин, внимательно всматриваясь в лицо парня. – Видели, как он сюда подъехал?

– К сожалению, нет, – ответил парень, слегка улыбнувшись.

– Что вы делаете, так поздно на улице? – продолжал задавать вопросы Алексей Гривин.

Молодой человек развел свои руки в стороны, ладонями вверх. Обращая этот жест к лейтенанту.

– Я также как и вы люблю гулять по ночам, – тихим голосом с легким артистизмом произнес парень.

На лице лейтенанта нарисовалось беспокойство.

– Я работаю по ночам, а не гуляю,– серьезным тоном поправил его Алексей Гривин.

– Вы работаете, когда есть преступление, верно? Если преступления нет, значит, вы отдыхаете, верно? – тем же спокойным тоном поддерживал разговор молодой человек. Одновременно он прохаживался вокруг машины и заглядывал в окна.

– Нет не верно, – начинал закипать Алексей Гривин. – Покажите ваши документы.

Незнакомец перевел взгляд с таксиста на полицейского. Добродушное выражение его лица накрыла маска серьезности.

– Забыл взять, – коротко ответил парень, пристально смотря в глаза полицейского, – или я должен их всегда с собой носить?

– Должен, – сказал Алексей Гривин и отошёл на пару шагов, достав телефон.

Видно было, что лейтенанту случайный прохожий показался очень подозрительным.

Тем временем взгляд незнакомца снова потеплел, голос стал мягким.

– Меня зовут Айк, а вас? – почти шепотом произнес он и протянул мне свою руку.

– Ева,– настороженно сказала я и слегка дотронулась до его руки.

Он приятно ее сжал и также нежно отпустил.

– Что-то сучилось?

– Мы не можем разбудить водителя, двери заблокированы. Может он и не спит…,– взволнованно сказала я.

–Какая неприятность,– наигранным тоном ответил Айк. – А пассажирскую дверь вы тоже проверяли?

Я посмотрела на него как на чудика и хмыкнула.

Айк не дождавшись моего ответа, обошел капот автомобиля и дернул дверной рычаг. К моему великому удивлению дверь поддалась и открылась.

– Как же так? – удивленно вскрикнула я. – Я несколько раз дергала эти ручки.

Наблюдая за происходящим, лейтенант тут же подбежал к нам и сел в машину.

Не успел он взять руку водителя, для проверки пульса, как тот дернулся и проснулся.

– А…? Кто вы? Где я? – судорожно вертелся по сторонам таксист.

– Все хорошо, не переживайте. Мы переживали за ваше здоровье и поэтому открыли машину, – ровным тоном объяснял Гривин, пытаясь успокоить водителя. Но мужчина явно был не в себе. Он кричал, что совсем не таксист и вообще не из этого города. Документов на машину у него не было. И личного телефона тоже.

Я быстро открыла заднюю дверь и забрала свою сумочку. Но уйти мне сразу не позволили. Лейтенант Гривин попросил остаться и дождаться скорую помощь, что бы поговорить с врачом. Хотя, что я ему могу рассказать? То, что сама ничего не помню. И тогда меня тоже загребут для экспертизы.

Но повинуясь правилам, я осталась дожидаться карету скорой помощи.

К моему удивлению подъехала она очень быстро. А следом еще одна полицейская машина.

Рассказав сотрудникам полиции все, что помнила мне, разрешили идти домой. Хорошо, что их интересовал таксист, а не то, как я попала к нему в машину. Но все равно взяв мой номер телефона.

После того как Айк открыл дверь, он просто стоял в стороне и наблюдал за происходящим. Полиция даже внимания на него не обращала. Удивительно, у меня на месте полиции было бы к нему больше всего вопросов.

– Ева можно вас провести до квартиры? – спросил Айк, снова галантно протянув мне руку.

– Не нужно, – коротко ответила я, – мне не далеко идти.

– Красивые девушки не должны ходить ночью одни, – не унимался он, все также улыбаясь.

Айк меня пугал до глубины души. Эта его нисходящая улыбка с лица. Новый вид маньяков каких-то.

– Я же сказала ненужно, – уже повышая голос, ответила я. Всем своим видом показывая, что не нуждаюсь в его услугах.

Рассмотрев среди полицейских Алексея Гривина, я быстрыми шагами направилась к нему. Айк так и остался стоять на своём месте, провожая меня взглядом.

– Алексей вы не могли бы меня проводить до дома, – слегка кивнув в сторону нового знакомого. – Этот Айк меня пугает. Не хочу, что бы он знал, где я живу.

– Хорошо, конечно. Одну минуту.

Гривин отошел, предупредить своих коллег.

Странно почему, полицейские не допрашивают того, кто открыл дверь машины, подумала я.

Я осмотрелась? Айка нигде не увидела. Дождавшись Алексея, мы пошли к моему дому.

– Как тень появился и как тень исчез, – шутил лейтенант полиции Алексей.

– Жуткий тип, конечно. Но хорошо, что дверь смог открыть. Может фокусник какой, – поддержала разговор я.

Алексей как настоящий джентльмен провел меня к самой двери и, убедившись, что я благополучно открыла дверь, попрощавшись, вернулся к своим коллегам.

Быстро сняв с себя обувь, я подбежала к окну.

Распахнув занавески, я хотела понаблюдать как долго там, на обочине продлятся разбирательства с таксистом. Своим крепким сном, он заинтересовал не только медицинских работников, но и полицию. Но из окна на меня смотрела устрашающая чернота.

Я не могла поверить своим глазам. Проморгавшись, я еще раз посмотрела вдаль. Нет светящихся фонарей. Нет домов. Нет горящих разноцветными огоньками рекламных вывесок. Ничего нет.

С дрожью в теле я открыла окно настежь и протянула руку наружу. Ничего. Даже ветерка.

Быстро захлопнув окно и задернув шторы, я села на диван и принялась набирать номер Маринки. Мне никто не ответил. Я снова подошла к окну и выглянула из-за занавески. Пугающая темнота все еще смотрела на меня.

– Такого же не может быть, – говорила я себе, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Появилась дикая слабость в ногах.– Я что схожу с ума?

Мое тело обдало холодным потом, становилось трудно дышать.

Пройдя на кухню, я снова выглянула в окно. Ничего не поменялось.

Открыв кран с холодной водой, я стала набирать воды. Полился чёрного цвета кипяток. Открыла с горячей водой, и там чёрная жидкость. Истошно закричав, я бросилась бежать из квартиры. Вспомнив про нашу новенькую соседку, выбежав босиком на лестничную площадку, я стала барабанить по ее двери.

Не прошло и пары секунд, как мне открыла дверь молоденькая девушка. На ее лице не было не следа сна. Хотя стрелки часов приближались уже к двум часам ночи.

Ворвавшись к ней в квартиру, я закрыла за собой дверь.

Сердце бешено билось. Дыхание стало неровным. Я не могла произнести не слова. Смотрела на нее, она смотрела на меня.

– Может воды, – спокойным тоном произнесла она.

Кивнув в знак согласия, я отошла от двери и прошла за ней следом.

– Меня зовут Мира, а тебя?

Соседка набрала в стакан фильтрованной воды и протянула мне.

– Ева, – отрешённо ответила я. Мысли о чёрной воде и темноте не покидали меня.

– Хм, как вторую жену Адама. Ты религиозна? – вдруг спросила она.

Её вопрос меня насторожил, но я ответила:

– Да конечно. Я верю в Бога.

Мой ответ, кажется, удивил соседку. Она подняла на секунду свои брови и усмехнулась.

– Что же тебя так напугало? Или кто?

Как одно с другим связано, не понимала я.

Выпив стакан воды, я посмотрела на черное окно. Занавесок на окнах не было.

Боясь встать со стула и посмотреть, я попросила новую знакомую сделать это за меня.

– Мира выгляни в окно, – тихо попросила я. – В моей квартире из окон ничего не видно. Вообще. Так же не должно быть.

Девушка плавным движением поднялась со стула и не спеша подошла к окну.

– У меня всё видно. Скорее всего, отключали электричество. Ты этого так испугалась? Подойди, посмотри. Всё на месте. Всё видно.

Медленно встав из-за стола, я подошла к Мире и выглянула через ее плечо.

– Действительно видны, – согласилась я, немного успокоившись. А как тогда объяснить чёрную воду из крана? Я настолько была вымотана и уставшая, что у меня совершенно не было сил убеждать её, что пять минут назад, из моего окна на меня смотрела кромешная темнота. Про воду я ей не стала говорить. Вдруг тоже, какой-нибудь сбой. А она меня примет за сумасшедшую.

Мне хватило стресса на сегодня. Она наверняка уже подумала, что я девушка со странностями.

– А ты что себе навыдумывала? – засмеялась Мира. – Я слышала вы с девочками сегодня ходили в ночной клуб, да? Ну, тогда мне все понятно. Иди, ложись спать, завтра голова проясниться.

Но я ведь ничего не принимала, пронеслось у меня в голове. Хотя нет, желания объяснять это.

Так глупо и паршиво я себя никогда не чувствовала. Кошмар. Все больше никаких баров.

Поблагодарив Миру за поддержку, я поплелась домой. С большой осторожностью я подошла к окну и еще раз заглянула. Слава всем святым! На меня смотрела привычная картина улицы. Вода лилась обычная. Полицейских и таксиста уже не было. А магазины снова пестрили своими вывесками.

На часах было два часа ночи. Индикатор на телефоне мигал. Два пропущенных вызова от Наташки.

Открыв дверцу прикроватной тумбочки, я достала шкатулку. Покопавшись в своей не дорогой бижутерии, нашла золотой крестик на тоненькой кожаной веревочке. Перекрестившись, надела его на шею. И пообещала сама себе больше никогда его не снимать.

Тишину моей комнаты нарушил телефонный звонок.

– Ева, все нормально? – кричала в трубку Наташа, – тебя плохо слышно. Ты уже спишь, молодец. Мы еще потанцуем. Наташка отключила связь первая, не дав мне возможности ответить. В полной растерянности и с ужасной усталостью, в одежде, я легла спать.

Глава 3

Стрелки часов приближались к четырем часам утра. Лорэна сидела за своим рабочим столом и просматривала результаты анализов вновь принятых на работу девушек. Зудевшая кожа между пальцами рук не давала ей сосредоточиться.

Посмотрев на стеклянный, прозрачный пол она увидела, что несколько групп людей за столиками еще веселятся и не собираются покидать заведение.

Раздражение её нарастало, а вместе с этим и дикое желание охотиться.

Усевшись на пол, Лорэна нацарапала крест острыми, как лезвие, ногтями ярко красного цвета над одним из сидевших гостей клуба.

Посетители не могли видеть, что находиться за потолком. Он для них был зеркальный.

Сорвав с себя шейный платок, которым она скрывала татуировку, Лорэна легла на холодный пол. На щеках появились красные пятна. Напряжение челюсти и лицевых мышц причинял дискомфорт. Изворачиваясь на полу в ломаной позе, женщина начала царапать себе щеки.

Лорэна давно уже не была дома. Хозяин её не пускал. Ослушаться было не возможно. Это стоило бы ей жизни. Нет, он не убивает. Хозяин отправляет назад в свою среду обитания. Лишая возможности жить дольше.

Немного успокоившись, Лорэна подошла к двери и закрыла её на ключ. Ей совершенно не хотелось ехать в свою квартиру. Она боялась сорваться и разозлить хозяина.

Выпив содержимое маленького пузырька, который она достала и з металлического сейфа, Лорэна легла на велюровый диван темно-зеленого цвета. Включив перед этим четыре настенных увлажнителя воздуха на полную мощность.

Глава 4

Я всегда любила раннее утро. Так приятно слушать щебетание птиц за окном, а не гул автомобилей. На рассвете воздух особенный. Он наполнен ароматом молодых зеленых листьев, распускающихся бутонов цветов. Новый день дарит силы и желание для воплощения задуманных целей. И надежду, что счастье именно сегодня постучится в твой дом.

Сегодня утром я проснулась не под пение птиц. За окном лил сильный дождь.

Барабаня по подоконнику, он не дал мне шансов выспаться. И еще очень «ныла» кисть. Странно.

В голове сумбуром всплывали какие-то мутные картинки. Держались он недолго и исчезали. Я не могла сфокусироваться не на одном образе. Люди это были или животные, не понятно. Все это больше было похоже на мираж, чем на обрывки прожитых событий.

Внутренняя тяжесть и неприятное предчувствие осело у меня в душе. Да… Ночные клубы это явно не моё. Хорошо ещё, что домой невредимая вернулась. Единственное, что я помнила, мне нужно было позвонить Лорэне, и рассказать ей как я провела ночь в клубе и свое решение относительно работы. А что я могу сказать, я ведь ничего не помню; кроме как стояла с девочками на входе в клуб. Может Наташка с Мариной всё прояснят. В душу закралось предчувствие тревоги. Думаю, не стоит искушать судьбу и идти работать туда, где тебе и в не рабочее время неприятно находиться; еще и память пропадает.

Вообще ей звонить не буду. У неё, наверное, таких желающих как я предостаточно. Она меня и не вспомнит. Успокоив себя верностью принятого решения, я принялась снова искать работу на сайтах вакансий.

Под утро вернулись домой Наташка и Марина.

С грохотом они поснимали обувь и также как и я в одежде легли спать.

Рука не давала мне покоя. Она стала болеть еще сильнее. Не в силах больше терпеть, я пошла за лекарством на кухню. Но ничего подходящего не нашла. Мои шорканья по-старому ламинату не остались не замеченными.

Первой проснулась Наташка.

– Сколько времени? Ты что не спишь?

–Рука сильно болит, не могу уснуть.

Рассмотрев то место руки, откуда исходила боль, я заметила черную точку. Проснувшись, я не обратила на неё внимания, подумав, что это чернильное пятнышко. Но когда эта точка из размера в половину миллиметра стала почти три и начала неприятно зудеть, я забеспокоилась. Спустя какое то время неприятные ощущения стали ощущаться во всей руке.

– А ясно, ну мучайся, – подбодрила меня Наташка. – У меня ничего нет. Надо идти в аптеку. Последнюю фразу она сказала, упершись носом в подушку. Отличный совет, подумала я.

На часах было уже почти семь утра.

Вопрос, почему я так смутно помню вчерашний вечер, не давал мне покою.

Боль в руке носила ноющий характер. Что бы как то себе помочь, до открытия аптеки, я укутала руку шерстяным шарфиком.

Марина спала плохо. Постоянно ворочалась. Неожиданно она подняла голову с подушки и тревожно на меня посмотрела. Не сказав ни слова, девушка подскочила на кровати, и рысью побежала в ванную комнату.

У кого-то была тяжелая ночь, у кого-то утро. Этот поход в ночной клуб мы будем долго еще вспоминать.

Войдя на кухню, я включила электрический чайник. Открыв полностью окно, глубоко вдохнула влажный, немного прохладный воздух.

– Всё я на диете.

Послышался хриплый голос подруги. Девушка отодвинула стул и медленно на него села.

Я поставила перед Мариной стакан воды.

– Марина, а как так вышло, что я уехала домой, едва приехав в клуб? – в недоумении спросила я.

Девушка посмотрела на меня усталым взглядом.

–Ты что же ничего не помнишь?– пробурчала подруга. – Ты пошла за водой к бармену, хотела запить таблетку от головы, – она сделала еще пару глотков воды и тяжело вздохнула.

Очевидно, что в скором времени, её снова начнет мутить. Но я не могла уйти на работу, не узнав хоть какие-то детали сегодняшней ночи.

– Вы там мило общались, продолжила она, тяжело выдохнув. – Потом, когда таблетка не помогла ты решила поехать домой. Ну, это если вкратце.

Дверь кухни открыла Наташа. Следы недосыпа на ее лице отчетливо показывали, что девушке не совсем хорошо.

– Это я вам лично сказала? – я снова перевела внимание на рассказ Марины.

– Конечно лично, а кто же еще. Через полчаса примерно ты сама мне перезвонила и сказала, что уже дома.

– Как через полчаса?! – удивилась я, – домой я попала в два часа ночи, но не как не в половине одиннадцатого. – Ты ничего не путаешь? ¬ Дай телефон!

Марина молча пододвинула ко мне свой телефон. Я открыла журнал вызовов.

Действительно, время крайнего моего звонка подруге примерно половина одиннадцатого. В моем телефоне сведений, что я ей звонила в это время, нет.

– Марин вот посмотри, – я повернула экран своего телефона в сторону подруги. – Видишь, я тебе не звонила.

Марина и Наташка вместе изучали мой журнал вызовов. Я в растерянности и некой тревожностью ходила по кухне.

– Ой, наверное, какой-то сбой произошел. Не бери в голову, – успокоила Наташка.

Точно, подумала я, и в телефоне, и в моей голове.

Выслушав Марину, я еще больше утвердилась в своем желании пойти к врачу. Начать терять память в двадцать лет, это же ужасно.

– Постой, постой, – включилась в разговор Наташка,– а ты ничего кроме воды не пила?

– Нет, только воду. Это я точно помню, – уверенно произнесла я, еще раз прокрутив в голове этот эпизод.

– Наташ вспоминай! Ты еще рассмеялась, когда Ева к нам подошла.

– Да, точно. Ты какая-то дерганная подошла. И голос странный был. Но это может быть из-за музыки конечно, – подтвердила Наташа. – Мы еще подумали, что ты застеснялась наших новых знакомых. И не желаешь теперь сидеть с нами в одной компании. Поэтому и отпустили тебя домой, без лишних расспросов.

Беседа с подругами о вчерашнем вечере, не прояснила для меня ничего.

Первый раз решила сходить в ночной клуб и как результат, потеря памяти и мерещится всякое.

– Ева, так что у тебя с рукой? – резко сменив тему, спросила меня Марина, слегка улыбнувшись. Подруги уставились на мой шерстяной псевдо гипс.

– Ой, не знаю девочки. Как бы смешно и глупо это не звучало, но мне и это не известно. – Похоже либо на укус насекомого, либо накололась обо что–то.

Я сняла шарфик с кисти, что бы продемонстрировать подругам ранку.

Какого же было мое удивление, когда на месте прокола я обнаружила всего лишь небольшой бледный синяк.

– Ну и где этот укус? – включилась в разговор Наташа, рассматривая мою кисть, – я видела в передаче, что они оставляют две красные точечки. А у тебя вообще не одного.

В полнейшем недоумении я терла и рассматривала место, где была ранка.

– Она была здесь. Я вас уверяю, – начала оправдываться я. – Сначала малюсенькая, как от иголки, потом как будто вилкой проткнули. И очень чесалась.

– Ой, ну значит ничего серьёзного, – махнула рукой Марина, – поболит и пройдет. Вот Наташку тоже сегодня ночью проткнули. Она же не жалуется.

Марина всегда мне нравилась своим чувством юмора и то, как она может легко и непринужденно перевести тему разговора.

Наташу ни сколько не задела и не смутила подобная её реплика.

– Так, так, так. Значит, теперь ваша очередь рассказывать, как прошел вечер, – с лукавой улыбкой спросила я, всё ещё рассматривая свою руку.

Мы дружно переглянулись и засмеялись.

Мои подружки не просто познакомились с молодыми и интересными. Но по рассказу Наташи, что она уже состоит в отношениях с неким горячим, бородатым брюнетом. Все, что она смогла мне рассказать о нем, так это то, что он высокий, мастер спорта по боксу и умопомрачительно целуется. А еще у него спортивный магазин есть в центре города.

Марине также повезло в эту ночь. Она с большим интересом рассказала о своей «добыче». По ее словам я сделала вывод, что он не на один показатель не уступал брюнету. Только у него есть магазин еще в другом городе.

–Когда же вы снова встречаетесь? – спросила я, нарезая вчерашний багет.

Наташка взяла свой телефон и с довольным лицом, стала набирать сообщение.

– Дай парню выспаться, – запротестовала Марина. – Вчера все силы тебя отдал.

Но Наташа яростно набирала текст. Блеск в ее глазах говорил о влюбленности. Делая завтрак я внимательно слушала подробности их знакомства и общения.

Наши шутливые разговоры и подтрунивание друг над другом были нарушены грохотом закрывшейся двери, у кого- то из соседей. Звук был настолько сильный, что люстра на кухне пошатнулась.

– Девочки, а вы видели нашу новую соседку? Два дня назад въехала в квартиру напротив, – тихо спросила Наташа. – Такая вся стильная, ухоженная. Очередная любительница пожить на чужой счет.

– Это она тебя такое сказала? – подшутила я над подругой.

Наташка скривила недовольную гримасу, и отвела взгляд в сторону.

– Такие как она, не дня в своей жизни не работали, как обычные люди. У неё на лице написано, что ей все должны, – продолжила она, потом стала ходить по кухне с важным видом, по актерски размахивая руками.

– Она вся такая в брэндах. На стиле. Ездит на белой «ауди», о которой я могу только мечтать. На вид то девушке не больше двадцати лет. Откуда у нее все эти богатства, а?

Вторую половину завтрака мы разговаривали о новой соседке. В душе каждая из нас хотела бы так жить как она. Но добиваться этого мы планировали разными способами. Я мечтала о стабильной, спокойной работе, полюбить и выйти замуж один раз и навсегда, а девочки навсегда уйти с найма и никогда больше не работать. Полагаясь только на удачное замужество. Возраст жениха не имел для них никакого значение.

Глава 5

Нравилась ли мне моя работа в салоне красоты « Адель»? И да и нет, пожалуй. Она позволяла мне не зависеть от родителей, это огромный плюс. Перед переездом в город отец дал мне напутствие: «Попросить денег у нас можешь два раза. На третий возвращаешься в село в родной дом. Жить нормальной жизнью». Для него городская жизнь всегда ассоциировалась с распутством, безнравственностью и подлостью. Как будто в городе нет добрых и порядочных людей, не помешанных на деньгах. Но может быть, у него был печальный опыт. Не знаю. Но горожан он не особо жалует. С большим трудом я уговорила его и маму дать мне шанс попробовать устроить свою жизнь в городе. Не далеко от села. Всего-то сто пятьдесят километров. Деньги я у них ни разу пока не просила. Моя работа позволяет отплачивать съемную квартиру. Где я живу с двумя своими лучшими подружками. Мне есть что покушать и кое–что покупать себе из одежды в недорогих магазинах. А еще я мечтаю скопить денег и открыть свое дело. И поэтому усиленно работаю. Зарабатываю себе хорошую репутацию, ну и деньги откладываю. А бесконечные сплетни и хвастовство клиенток можно и потерпеть. Но есть и огромный минус, с которым я сталкиваюсь уже во втором салоне: владелец салона – мужчина.

Мой первый опыт работы в городе был неудачным. Вернее сказать – ужасным. Уже в первую неделю испытательного срока, хозяин салона предложил мне неформальные отношения, в очень грубой форме. Благо он был очень толстый и неповоротливый. И у меня хватило сил оттолкнуть его. От чего он грохнулся и повредил тазобедренную кость. Еще он грозил мне полицией после этого. Вот же наглость. Со скандалом я забрала свою трудовую книжку и покинула это заведение.

В салоне «Адель» меня приняла на работу Вероника Керимовна. Приятная молодая девушка. Она любила с нами болтать и пить кофе. Часто угощала пирожными. Но радость моя была не долгая. Оказалось, что Вероника всего лишь управляющая салона красоты. А владельцем является некий Ринат. Когда он прилетел из длительного отдыха на островах и позвал меня к себе в кабинет для знакомства, я поняла, что возможно я и здесь ненадолго. Ринат одарил меня масленым взглядом и предложил обращаться к нему, если у меня возникнуть какие-нибудь вопросы или проблемы. Он подошел ко мне вплотную и сделал глубокий вдох. Какая омерзительная была сцена. И как неприятно от него пахло. Мне захотелось тут же выбежать из кабинета, понимая, к чему он клонит. Но тут вошла Вероника и прервала поток его флюидов. Мне разрешили покинуть его кабинет. Я спешно поблагодарила его за предложенную помощь, стараясь не смотреть прямо в глаза.

Поделившись своими переживаниями, девочки в салоне старались меня поддержать и успокоить. Говорили, что опасности от него не исходит. Да и Вероника за него держится и никому не позволит встать у нее на пути. А Ринат не любит её истерик. А то, что он подкатывал к тебе, так это просто игры у него такие. А ещё он редко бывает в салоне, так как любит путешествовать. Делами салона полностью руководить его любовница Вероника Керимовна.

Это и позволило мне уже второй год работать в салоне «Адель».

Жизнь у меня как асфальт: серая и ровная. Иногда мокрый асфальт. А истории посетительниц салона «Адель» несомненно, веселят.

– Ева как ты думаешь, парням нравятся острые ногти, – спросила меня клиентка, игриво посматривая, на новенький кроваво-алый маникюр.

– Думаю, нет, – ответила я. – Красный цвет, конечно же, заставляет будоражить их фантазию, но вот такая острая форма, скорее насторожит и они вспомнят об осторожности.

Хотя откуда мне знать. В свои двадцать я даже не целовалась. Просто хотелось казаться умной.

– Что ты хочешь этим сказать, о какой осторожности идет речь, – напряглась Диана.

– Это же когти, если говорить совсем просто, – развела руками я, продолжая говорить. – А когти это опасность, следы, возможно царапины, а кому нужны эти отметины, особенно на спине, или еще где-нибудь. Девочки клиентки и мастера в салоне красоты «Адель» переглянулись и захихикали.

– Ева ты зришь в корень, – подметила Гела, продолжая наносить крем-краску черного цвета пухленькой клиентке, которая была уверена, что всемогущий черный цвет придаст угловатости ее лицу, скрывая румяные щечки. – Большой опыт или рассказы подруг? – не унималась Гела.

– Ты что, какой там большой опыт, просто логическое мышление, а что я не права?

– Не знаю, не знаю, я считаю, мужчинам нравится опасность, пусть даже такая, на кончиках пальцев, – вступила в разговор Наташа, – они как мотыльки, летят на огонь, а потом только думаю. Инстинкты, что тут скажешь. У тебя сегодня свидание Диан?

– Не совсем, семейный ужин, на который будут приглашены партнеры моего отца, по словам мамы, там есть выгодные партии, – улыбаясь, ответила девушка.

– Семейный ужин, партнеры с работы, так может цвет ногтей все же сменить, или я чего-то не понимаю, – пожала плечами я.

– Не понимаешь, девочка моя, – Диана пыталась изобразить из себя умудренную опытом женщину, – мужчины не любят загадок. Это только в сказках, долго добиваются или сражаются за принцессу, а в реальной жизни, они хотят сразу понимать, с кем имеют дело и на что могут рассчитывать. И если их ожидания совпадут с твоими знаками, то он будет твой. Ждать долго не придется. Настоящие самцы, очень скоры на принятие решения. А вот как долго вы пробудите вместе, уже зависит целиком от самой женщины и ее умений. Если ты понимаешь, о чем я.

– Конечны, мы все понимаем, о чем ты, – девочки хором ответили на вопрос Дианы и засмеялись.

– Ну и зачем вообще ловить таких мотыльков, они же будут перескакивать с одного цветка на другой, – серьезно ответила я. – Считаю, что парень должен “охотиться” на девушку, а не наоборот.

– О, сейчас не те времена, так ты долго будешь ждать того самого, нужно все брать в свои руки и не медлить, а то более прыткие отхватят и испортят твоего суженного, – подытожила Диана.

Рабочий день близился к концу, я заканчивала укладку прически крайней клиенте, которая нервно поглядывала на часы, боясь опоздать на очевидно важную встречу, хотя сам пришла позже на двадцать минут. Приглаживая шелковую прядь, ухоженных белокурых волос, я думала, как это соблазнять мужчину, да и вообще, зачем это нужно и стоит ли мне уже поторапливаться все–таки двадцать лет, а отношений серьезных пока не было. Хотя за мной ухаживает Артем, может к нему присмотреться поближе. Может Диана права, парни сейчас настолько расслабились, что их нужно завоевывать. Нет, нет и еще раз нет, это неправильно, отогнала эту мысль от себя, – я этим заниматься, не намерена. Пусть мир и современен, а я наверно старомодна.

Дверной замок внутренней массивной стальной двери щелкнул два раза, давая понять что салон «средней» красоты «Адель» под надежной защитой.

Я вздохнула влажный, свежий воздух ночного города, на часах было уже почти девять. Улицы были освещены яркими вывесками, которые отлично отрабатывали свою стоимость, приглашая уставших за день гостей окунуться в мир, где о них позаботятся, вкусно накормят, развлекут, расслабят.

Маленькие капли дождя мягко стали покрывать пыльные дороги и дома, давая надежду, что сегодняшняя ночь подарит свежесть и прохладу этому городу.

Мимо меня проносились красивые, дорогие машины. В салонах можно было заметить счастливых людей, улыбающихся своей белоснежной улыбкой. Для них мир был ярким и приветливым. И дождик своей россыпью драгоценных капель только украшал поверхность люксовых автомобилей. Но у каждой лицевой стороны чего бы то ни было есть своя изнанка. И это сторона принадлежала мне, уже более двух лет. С тех пор как я в свои неполные восемнадцать лет решила переехать в город, окончив курсы по парикмахерскому делу и визажу у себя в селе. Для смелости прихватив с собой свою подружку Наташку. Начинающего ногтевого мастера. Так мы и познакомились.

Все маршрутки и автобусы были битком набиты людьми, страстно желающих уехать наконец–то домой. Я простояла на остановке сорок минут, потеряв надежду уехать, набралась смелости и позвонила Артему.

– Привет, это Ева, тебе удобно говорить? – сказала я, чувствуя, как бешено, стучит сердце.

Мне никогда в жизни не приходилось первой звонить парню, да еще о чем-то его просить. Мама всегда любила повторять, что первые шаги делает парень и сам он должен названивать и узнавать как дела и так далее. Тогда они, якобы, серьезнее относятся к девушке. Не знаю, судя по моим подругам и знакомым, от парней можно долго ждать первых шагов, да и вообще, они не совсем догадливы, а может быть им просто это не нужно.

– Привет, не совсем, что ты хотела? – ответил торопливый голос на том конце линии.

– Я просто хотела попросить тебя, меня подвезти домой, тут идет дождь, все переполнено, не могу уехать домой, – протараторила я.

А у самой в голове, боже, что я несу, он же сказал, что ему неудобно. Что бы, я еще раз позвонила, не за что.

–К сожалению, не могу, извини, в другой раз, – быстро ответил Артем и бросил трубку.

Я стояла, промокшая на остановке, и не понимала, что это было. Парень, который добивался моего внимания уже два месяца, вдруг так резко мне ответил. Хотя еще позавчера, звал меня на свидание. Может другую девушку нашел и решил не тратить на меня свое время. Ну и ладно, значит не судьба.

Рассматривая проезжавшие мимо машины, блестящие от дождя и думала, как это жить такой жизнью, где у тебя дорогая машина, одежда, для тебя готовят еду.

Еду, блин, а что я буду сегодня кушать, хотя не важно, в холодильнике есть йогурт, его и допью, стройнее буду, – подумала я, как ко мне подкатил микроавтобус.

Салон был наполнен резким запахом дешевого одеколона вперемешку с не легким перегаром.

– Молодой человек, откройте, пожалуйста, окно, – попросила я рядом сидевшего мужчину.

– Еще чего, не надо, мне капли дождя летят в лицо, запротестовала женщина лет шестидесяти сидящая на следующем сиденье.

– Здесь дышать нечем, – вежливым тоном ответила я.

– Есть чем! У водителя открыто, – не нравится, покупай машину и руководи там, – грубо отреагировала дама.

Я молча выслушала и отвернулась, скандала в маршрутке мне еще не хватало, после шести часового стояния на ногах.

Напротив сидела влюбленная парочка. Очень нетерпеливы были они в своих движениях. Он типичный мастер или механик с виду. Одет молодой человек просто: джинсы, футболка, сверху кофта на молнии. Она же явно хотела ему понравиться; красная помада, сильно налакированные локоны. Очевидно, девушка знала, что будет дождь и сильно постаралась. Бежевое облегающее велюровое платье до колена, выгодно подчеркивало ее фигуру. Куда они едут, интересно: в кафе, к ней домой или к нему. Какая у них история, и кто кого поймал. Судя потому, как вожделенно смотрит на нее ее попутчик, он явно рассчитывал эту ночь провести не один.

Наконец моя остановка. Я с огромным упоением вдохнула свежий, влажный воздух.

Район, в котором я снимала квартиру с подругами, не радовал освещением, как в центре. И если ты молодая и симпатичная девушка, которая возвращается домой после двадцати одного часа, то желательно с остановки тебе идти, ну очень быстрым шагом, что бы случайно не познакомится с местными женихами, которых становится очень много с приходом ночи.

– Привет, ну наконец-то, мы думали тебя в розыск уже объявлять, – пошутила Марина, увидев подругу. – Сегодня ты долго, много клиентов?

– Долгие все, то покраска, то перекраска, короче, как у вас день прошел?

Не успела Марина начать свой увлекательный, как всегда, рассказ о том, как прошел ее день, на посту администратора элитного ресторана «Вкус», раздался телефонный звонок от Дианы, постоянной клиентки салона «Адель».

– Привет Диана, – растерянного ответила я, – нет завтра у меня выходной, – я понимала, зачем она звонит в такое время, так как не раз ее выручала.

– Где, за городом. С ночевкой. И кто еще поедет? – спрашивала я, мимикой показывая подругам, что предложение, которое исходило от Дианы, меня совсем не обрадовало.

– Хорошо Диан, я поняла, давай завтра в половине седьмого, буду ждать, – согласилась я, понимая, что завтра мне снова не удастся отдохнуть.

– Что она от тебя хотела? – спросила Марина, – Куда это вы собрались так рано?

– К Линде. Помните, ту красотку, у которой машина «Ауди А 8» ярко красного цвета. Она устраивает своей день рожденье в загородном доме «Смоковница», ну так вот Диана и Ирина приглашены, а так как туда ехать почти три часа, им нужен на месте стилист. А я в их глазах, как раз та, которая не откажет, потому что мне нужны деньги, – пожав плечами, ответила я, начиная собирать свой походный чемоданчик стилиста.

– И сколько они тебя пообещали? – поинтересовалась Марина.

–Двадцать тысяч.

–Ого! Нормально, – сказала Наташа.

– Ну не знаю, думаю в их кругах, это копейки, могли бы и больше предложить. Одни губы у них чего стоят. Что бы их подкалывать, куда больше, наверное, платят своему врачу, – возмутилась Марина.

– И на этом спасибо, нужно держаться таких клиентов, я вообще рада, что мы подружились, и они ездят к нам в салон, а не в центре, – ответила я.

– Экономят на твоих услугах, – язвительно подметила Марина.

– Марин прекращай, а что лучше было бы, что бы их вообще не было. Только они и заказывают такое дорогое окрашивание и макияж, – пыталась заступиться за своих клиенток я. Другие мастера тоже не жалуются, правда Наташ, – я кивнула в сторону подруги.

– О да, мне вообще повезло, что у Дианы такое переменчивое настроение, и она долго не хочет ходить с одним цветом маникюра.

– Ладно, девочки, я устала. Да еще завтра рано вставать. Как думаете, завтра будет дождь. У Дианы волосы не любят влажную погоду, а она любит прямые, так то, – подытожила я и отправилась купаться. Во всяком случае, выходные, которые приносят большие деньги, лучше, чем выходные, когда ты просто валяешься на диване. Успокаивала я себя, засыпая в горячей ванне.

Глава 6

Яркие солнечные лучи настойчиво будили меня. Комната была наполнена свежестью после дождя, мирская тишина за окном изредка нарушалась легким и не навязчивым щебетанием маленьких птичек. Я с большим трудом разомкнула глаза, напоминая себе, что сегодня я заработаю половину своей зарплаты. Это меня, несомненно, радовало, ведь чувство, что ты сама можешь обеспечивать свое существование, не быть нагрузкой для мамы уже в двадцать лет, дорогого стоило. Я тихо заправила свою пастель. Выполнила все утренние ритуалы и стараясь не разбудить подруг, пошла на остановку, где по договоренности в половине седьмого утра меня должна была ждать Диана.

Любимая клиента не подъехала не в половину десятого, не в десять. Я решила больше не ждать и первая ей позвонила.

–Алло, кто это? – раздался сонный голос Дианы. – Ева? Как уже семь? Почему ты мне раньше не набрала. Я легла только в четыре часа утра. Ладно, откуда тебе было знать. Ирки тоже нет? – спросила Диана. – Я поняла, хорошо, жди нас там же, через полчаса будем у тебя.

И зачем я так торопилась, могла бы тоже сидеть дома и ждать пока они меня начнут разыскивать. А что я злюсь? Кто платит, того и терпи, что называется. Ничего погода хорошая подышу свежим воздухом. А то, как начнут курить в машине. Если б не курили, возможно, и времени на макияж, меньше бы уходило.

– Девушка кого-то ждете? – послышался голос с легкой хрипотцой из окна тихо подъехавшей машины. Я резко обернулась. Иру было не узнать, как будто девушка ночевала в этой же машине. Все лицо опухшее, со следами от подушки, синяки под глазами, волосы в полотенце на голове. Такими своих клиенток я еще не видела.

– Что ты так на меня смотришь малышка, да, у тебя сегодня будет много работы, – с легкой ухмылкой подметила Ирина. – Прыгай в машину.

Я послушно села на заднее сиденье автомобиля.

– Вы вчера отлично потусили? – спросила я.

– Ага, если бы, – ответила Ирина.

– Видишь это тело, – девушка кивнула в сторону Дианы, сидевшей на соседнем сиденье в «предобморочном» состоянии – вчера рассталась со своим ухажером и я ее утешала до четырёх часов ночи.

– Сегодня я ему буду мстить. Он все равно приползет ко мне на коленях. Колечком одним не отделается, – зло отвечала Диана, смотря боковое окно машины. Мне ужасно интересно было узнать, из-за чего мог бросить ее парень. Диана ведь очень привлекательная двадцатипятилетняя девушка из обеспеченной семьи. Работала на фирме своего отца, на должности главного менеджера. Работала, наверное, сильно громко сказано, числилась и хорошо при этом зарабатывала. Что позволяло к ее годам сделать уже четыре пластические операции, по улучшению, как она сама считала своего несовершенного тела. Но я не решилась об этом спросить, видя в какой настроение сейчас находится моя клиентка. Лучше буду ехать молча, может, удастся поспать.

Дорога к загородному дому «Смоковница» лежала долгая, учитывая то, что необходимо было пересечь несколько горных серпантинов, которых я до жути боялась. Страх ее еще более увеличивался, осознавая, что за рулем такой водитель как Ира. На счету девушки было уже семь ДТП, к счастью не больших, все из-за ее лихачества и не терпения на дороге, ну и конечно плохое знания правил дорожного движения. Ира любила испытывать судьбу на прочность, твердо была уверена, что родилась в рубашке, никого не боялась. То ли потому что характер был боевой и упрямый, то ли из-за того, что папа ее был полковником МВД.

– Почему мы остановились, – спросила Диана подругу.

–Мне Костя сказал, что можно срезать, через село «Маковка», там есть проселочная дорога, так быстрее будет, – настраивая навигатор, ответила Ира.

– Ты в курсе, что самое большое путешествие начинается со слов: я знаю короткую дорогу, – засмеялась Диана, закуривая очередную сигарету. – Еще и машину нужно будет где-то мыть, поехали уже как обычно, не мудри.

– Нет, мы и так из-за кое-кого потеряли много времени. Поедем через село, –решительно сказала Ира, разворачивая машину в сторону дороги, где явно такие машины как «мерседес» не проезжали никогда.

Солнце щедро дарило свое тепло, всем жителям села Маковка. Старый, местами раскрошенный асфальт плавился под колесами машины премиум сегмента. Немецкий климат контроль отлично справлялся со своей работой. Но давление в низине гор, отрицательно сказывалось, на больную голову Дианы.

– Останови! Меня сейчас стошнит, – скорчила своё бледное лицо Диана и схватилась за дверцу машины.

– Где здесь? Давай хоть с дороги съедим. Там вот рынок какой-то, все будут на нас смотреть и на телефон небось снимут. Мне такой популярности, не надо, – трезво подметила Ира.

Машина резко свернула с дороги, в стороны небольших кустов вдоль поля.

Колеса наезжали на небольшие с виду лужицы, но весьма глубокие.

Диана выскочила из машины и ели успела скрыться за кустом с черными ягодами.

Ира недовольно цокнула и откинулась на спинку кресла, слегка его наклонив. Посмотрев в боковое окно, в сторону кустов лукаво усмехнулась и покачала головой.

– Интересно, что это за ягоды? – спросила Ира, делая музыку по громче, что бы ни слышать Диану.

– Не знаю, похоже на ежевику. Но пробовать я бы не стала; странная она какая-то, может сорт другой, а может и не ежевика вовсе.

– Ты права, еще живот как прихватит или мозги, – мы переглянулись и засмеялись.

– Все поехали, – скомандовала Диана, садясь в автомобиль, с лицом цвета густого тумана.

– Стало лучше, подруга? – с легким прищуром спросила Ирина.

– Нормально, поехали. Какая же здесь жара. Прибавь холодку.

Легким движением руки Ирина привела машину в движение, но хваленая иномарка и с места не двинулась. Ямка, покой которой нарушило заднее колесо машины, оказалась глубокой и не собиралась быстро освобождать иностранную красавицу.

– Мы что застряли? – растерянно спросила я, понимая что, если машина не справится, то тусовка ее клиенток, а значит и мое вознаграждение, накроются медным тазом.

– Ева выходи из машины, и толкайте вместе с Дианой, – скомандовала Ира. Подруга явно была не в восторге от такого предложения, ее по-прежнему мутило, болела голова и она понимала, что ее одежда и обувь придут в негодность.

– Не буду я толкать. Ты решила ехать короткой дорогой, ты и толкай. Мне плохо. Я останусь в машине – решительно ответила Диана подруге. На покрасневшем лице Иры вырисовывалась злость; вена на лбу увеличилась, будто она сейчас начнет сильно кричать.

– Если бы ты вчера не нажралась мне бы не пришлось тебя везти за эти кусты, – гнев усилил голос Иры больше чем, того требовала ситуация.

Девушка никогда не умела себя держать в руках, а особенно если чувствовала, что перед ней соперник слабее ее. Она тогда не скупилась на брань, могла и замахнуться чем-нибудь. Разбег от подружки до врага у Ирины был за пару секунд.

– Ира, – вмешалась я, – давай я подтолкну, или могу сбегать на тот придорожный рынок, поспросить кого-нибудь из местных мужчин.

Ира демонстративно громко захлопнула дверцу автомобиля, где сидела Диана, понимая, что Диану она не заставит толкать машину.

– Хорошо, пошли вместе, пусть наша больная сидит в «будке» и сторожит, – язвительно подметила Ирина, – смотри без нас не уезжай принцесса Несмеяна.

Как вы стали подругами? Не понятно. Разве можно из-за пару слов, которые тебе не понравились так орать на свою подругу. Может с головой, что то у Ирки. Как Диана ее терпит?

Придорожный рынок выглядел вполне обычно. Такие можно увидеть пути-шествуя на машине по своей необъятной родине. С краю торговых палаток, на ветру развивались полотенца со смешными надписями и картинками, воздушные змеи, разноцветные игрушки, для любимых маленьких попрошаек, ну и, конечно же, спелые, наливные овощи и фрукты, по завышенным ценам.

Объект для своей помощи Ира определила сразу, увидев красивого парня покупающего огурцы, да и машина, стоявшая у обочины, явно принадлежала ему.

– Молодой человек, вы нам не поможете, – ласковым голоском спросила Ирина. Такое чудесное перевоплощение. Ей бы в кино сниматься.

– Наша машина застряла в большой луже с какой-то вязкой грязью. И мы с девочками не можем выехать, – продолжала свое щебетание Ирина.

Молодой мужчина без кольца на пальце обворожительно улыбнулся, поправляя черную кепку на своей кудрявой голове.

– Конечно, помогу, покажите, где ваша машина и я туда подъеду, – в ответ прозвучал крепкий мужской баритон.

– Спасибо большое, вы наш спаситель, – продолжала изображать из себя трепетную лань Ирина. Парень явно ей понравился. – Как вас зовут?

– Игорь, к вашим услугам барышни, – учтиво протянул руку молодой человек.

Ранее уверенная в себе Ира, зарумянилась как школьная выпускница.

Она показала новому знакомому куда, необходимо подъехать, одарив его многозначительными взглядами.

– Ну, мы тогда пойдем обратно. Да Ира? – сказала я, дотронувшись до её руки. Солнце настолько сильно припекало, что мне становилось нехорошо. А стоять и смотреть на этот полуденный флирт, мне меньше всего хотелось.

– Как тебе парень? – спросила Ира, кивая в сторону Игоря, как только мы сошли с дороги и направились к машине.

– Обычный.

Ира усмехнулась.

– Нет! Не обычный. А чертовски классный. А почему ты так покраснела, когда я разговаривала с ним, понравился?

– Нет! Что ты, – сказала я, вспухнув снова румянцем.

–Аа! Значит понраавился! – не унималась Ирина, – У тебя много было парней?

Что за вопросы? Почему я должна на них отвечать? Тебе оно надо? Пронеслось у меня в голове.

– Нет не много, – ответила я и тут же перевела тему. – Смотри кто-то едет в нашу сторону. Только это не автомобиль, а трактор.

– И вправду, – щурясь, сказала Ира, слегка опустив солнечные очки.

– Это что Игорь за рулем? Неожиданно. А по нему не скажешь, что он тракторист, – улыбнулась Ирина, – зря так сильно я ему улыбалась. Такие как он готовы все сделать за один только взгляд красивых девушек. – Хотя он красив и весьма, аппетитный, – коснулась своих губ Ирина указательным пальчиком.

– Вы что тракториста где-то нашли, ну вы даете, – выходя из машины, заметила Диана.

– Ты сейчас удивишься, какие нынче трактористы, – по-дружески ответила Ирина, как будто и не орала на подругу, так что брызги летели. Наверное, для них такая дружба является нормой, подумала я.

Трактор подъезжал не спеша. Водитель светился улыбкой. Его явно веселило наше недоумение, относительно его средства передвижения. Мы стояли рядом с машиной и, наверное, каждая представляла себе, как трактор будет буксировать мерседес.

– Игорь, – вежливо представился парень и протянул руку Диане. Еще недавно, бледное лицо девушки, наполнилось румянцем, на лице снова засияла улыбка.

– Девочки, машину нельзя буксировать, – со знанием дела сказал, Игорь, – только эвакуировать.

– Приехали, потусили, – с нескрываемым разочарованием сказала Ирина, снова превращаясь в ту бестию, к какой привыкло уже ее окружение. Неужели только эвакуатор нам поможет, а долго он сюда будет ехать?

– Часа два, с города.

–А тут что, все машины правильно паркуются, и никого не забирают на штраф стоянку?

Игорь усмехнулся, но ничего не ответил, нужно было как-то решать сло-жившуюся ситуацию, тогда он предложил.

– Девушки, давайте поступим так, приглашаю вас стать моими гостями, до вечера. Мои ребята вытолкают вашу машину и пригонят на ферму, отмоют ее, будет как с салона, – предложил Игорь, улыбаясь голливудской улыбкой.

Даже не думайте соглашаться, проносились протестующие мысли в голове у меня.

– Хорошо, – согласилась Диана, не раздумывая. – А эта ферма ваша далеко и на чем мы поедем?

– Я попрошу своего друга, заехать за вами, так как в трактор мы все не поместимся, да и думаю, в нем вам будет не совсем удобно.

– А может быть, когда ваш друг подъедет, он нам поможет вытолкать нашу машину? – спросила я с нескрываемой тревогой в глазах.

– Боюсь, он на это не пойдет, – сказал Игорь. – Во-первых, месяц назад ему удалили аппендицит, и доктор запретил поднимать, толкать тяжести, – не сводя своих карих глаз с Дианы, говорил Игорь. – Во-вторых, мне ужасно хочется с вами познакомиться поближе и угостить домашним мороженным.

– Не переживайте, я хороший парень, меня тут многие знают, Игорь Быковский к вашим услугам, ну так что я звоню другу?

– Звони, – с взглядом хищной кошки, ответила Диана.

– Девочки, может в машине подождем, мне страшновато, мы его совсем не-знаем. Неужели сядем к какому то незнакомцу, даже не к этому Быковскому, –прошептала я девчонкам, пока Игорь отвлекся на звонок.

– Не переживай, он внушает доверие, если что я его сфоткала и номер трактора и отправила Кристине, – спокойным тоном ответила Ира. – Сейчас посмотрим, кто там за нами приедет.

Полуденная жара забирала всю влагу из земли и людей, больше десяти минут невозможно было находиться вне машины. Автомобиль нагрелся до такой степени, что уже казалось, климат контроль в салоне начинает проигрывать июльскому солнцу близ села Маковка.

– Как ему не жарко в этом тракторе. Смотри еще и улыбается, с ума сойти, –сказала Ирина глядя на нового знакомого из окна своего автомобиля.

– Наверное, представляет какие мы на вкус.

– Ева прекрати, не нагнетай.

– Посмотри на него, явно не голодный, ни в каких смыслах, – сказала Ирина.

Мы с огромным любопытством разглядывали нового знакомого.

– Это трактор фирмы Мерседес. Я посмотрела в интернете. В нем есть кондиционер. И трактор очень дорогой,– осведомила подруг Диана. – Какая интересно у тебя ферма дружок?

Глава 7

Не прошло и двадцати минут, как мы уже ехали в компании неразговорчивого седовласого мужчины, лицо которого были испещрено морщинами. Он был похож на старого индейца. Приехал мужчина на стареньком четырёх дверном пикапе, весьма ухоженном. Образ его не вызывал у нас желания вступить с ним в разговор, но молчание вызвало бы еще большее напряжение.

Что бы отвлечься я решилась на легкую беседу с нашим водителем.

– Вы давно знакомы с Игорем? – я начала разговор первой, так как волнение не покидало меня, да и мои попутчицы слишком высокого были о себе мнения, что бы вести беседы с такими людьми.

Губы водителя дрогнули в легкой улыбке, помолчал секунд пятнадцать, потом ответил: – А вы?

– Мы только познакомились, и он любезно предложил свою помощь, – ответила я, с тревогой в глазах посмотрев на подруг.

– Ясно, значит, поможет, – сухо ответил старик, дав понять, что он не очень расположен к разговору.

– Так вы не ответили, вы давно знакомы? – подключилась к разговору Диана.

– А должен? – поставил в тупик своим встречным вопросом водитель.

– Ну не хотите, не говорите, – обиженно сказала Диана и отвернулась к окну.

В машине наступила тишина. Всем своим видом водитель нам показывал, что не в восторге от нашей компании. А мы еще напрягаем его своими вопросами.

Мне уже попадались такие экземпляры людей, и я отлично понимала, раз пошли такие разговоры, если ты не мастер в словесной борьбе, то лучше не ввязываться и первой отступить. Отвечая вопросом на вопрос человек автоматически, ставит себя выше своего оппонента и включается в игру, в которой всеми силами пытается доказать, что тот второй, глупее. Он желает, что бы отвечали только на его вопросы, не вербально давая понять, что кто ты такая, что бы у меня что-то спрашивать.

– Далеко ферма?– спросила я.

– Нет.

На часах было уже начало двенадцатого. Зной только усиливался. Пикап ехал медленно, не давая шанса уличному ветерку проникнуть в машину и хоть немного освежить прелестных пассажирок, для которых такая поездка, явно была первой.

– Привет Линда, мы, скорее всего, приедем только к вечеру, – расстроено ответила на входящий звонок Диана, – у нас машина застряла рядом с селом Маковка, сейчас едем на ферму некого Игоря Быковского. Как машину подгонят, сразу к вам.

Лучше бы я отказалась от этой поездки, подумала я, понимая, что и завтрашний выходной мой, явно проведу не дома. Надо написать Наташке, где меня искать если что. Хоть бы все прошло хорошо, и завтра я уже была дома. Никогда больше не буду соглашаться на такие мероприятия, никакими деньгами вы меня больше не заманите на этот квест. Я достала телефон и быстро стала набирать сообщение своей близкой подружке, пока девушки смотрели в открытые окна автомобиля.

Машина ехала сначала по проселочной дороге, потом свернула на ровное дорожное покрытие, шириной как обычная трасса, но ни одной машины, проезжающей мимо не наблюдалось. Напряжение у меня в душе росло. Трактор, который, они видели из окон, ехавший в их направлении, пропал.

– Почему на этой дороге нет других машин? – спросила я.

– Не нравится, наверное, никому, – усмехнулся водитель.

– Вы шутите, она же классная, а куда она ведет?

– А вы куда едите? – снова вопросом на вопрос, ответил водитель.

– На ферму вашего знакомого.

– Ну так, почему знакомый мой, а вы едите к незнакомому мужику.

– Мы вас не понимаем, вы так шутите или издеваетесь? Неужели трудно нормально ответить на вопрос?– не выдержала Ирина и решила сама выяснить причину такого поведения старика.

– Орать будешь в машине своего мужа и вопросы ему же задавать. Не нравится, как я отвечаю, никого не держу, дорога хорошая можете пройтись пешком, осталось недалеко, – резко ответил водитель.

– Так девочки, собирайтесь, сами дойдем. Будут еще тут на нас голос повышать какие-то…, – не договорив свою речь, скомандовала Ирина.

Пикап резко остановился, и мы ступили на раскаленную гладь асфальта.

– Ир, ты в своем уме? – прошептала Диана, – Мы и пяти минут не пройдем, смотри какое палящее солнце.

– Пройдем и дальше! Видите, что-то виднеется вдалеке, – ответила Ирина. – Я не собираюсь терпеть высокомерие, какого то дряхлого мужика.

Зачем мы вообще на это согласились. Посидели бы в машине, дождались помощи, проносились мысли в моей голове.

Дорога действительно оказалась недолгой, но изнуряющей. Обувь практически приклеивалась к ровному асфальту. Нам пришлось не просто идти до фермы пешком, но и нести с собой свои дорожные сумки.

– А если это не ферма, того Быковского, что тогда? – нарушила молчание я.

– Тогда, я звоню отцу, и пусть решает вопрос, – нервно ответила Ира. – я не собираюсь ночевать на каких то, непонятных фермах.

Дорога привела нас к белому трех метровому бетонному забору, высеченному под дерево. Через каждые два метра по периметру забора, из внутреннего двора, раскидисто спускались ветви винограда девичьего. Сбоку, от кованой двери встроенный в торец забора находился блок управления, из которого торчала всего одна кнопка. Её и нажала Ира.

– Добрый день девушки, я вас слушаю, – прозвучал приятный женский голос из металлического блока связи.

– Нас что видят? – растерянно осматриваясь по сторонам, спросила Диана.

– Здравствуйте, мы к Игорю Быковскому, – уверенно, с легкой ухмылкой произнесла Ирина. Не успели девушки переглянуться, как железная дверь, украшенная витиеватыми то ли стрелами, то ли змеями в кольчуге, начала медленно открываться.

– Ничего себе, живут колхозники, – удивленно сказала Диана.

– Мы что попали в какой-то западный сериал. Посмотрите, какая красота и чистота. Нам туда, видите домик! – сказала я.

Перед нами открывался великолепный вид. Зеленый, ровно подстриженный газон, простирался соток на пятьдесят вперед. С небольшими островками декоративных деревьев внутри.

– Посмотрите! Вы тоже это видите? – с искренним удивлением произнесла Ирка.

– Ага. У них листья белые! – сказала Диана, собираясь подойти поближе и убедиться, что это настоящие деревья. Но едва она повернулась в сторону дерева, что бы сойти с каменной дорожки и перейти на ровно подстриженный зеленый газон, из земли на обочине быстро стал выдвигаться железный забор с острыми пиками. Очевидно, хозяева фермы все держат под контролем. И без разрешения лучше никуда не соваться.

– Что за хрень? – взвизгнула Диана. – Они меня чуть не проткнули. Можно просто было написать: « Не входить».

Я впервые увидели белые, как снег, листочки на дереве. Нам сильно захотелось подойти поближе и рассмотреть их. Но вдалеке показалась чья-то фигура, которая помахала нам рукой.

Чем ближе мы подходили к домику, тем больше он становился похожим на огромное поместье, каких-нибудь богачей, но никак не людей которые ездят сами за огурцами на тракторе.

Перед домом, расположились два участка, огражденные не большим горизонтальным забором из дерева. Разделенные между собой ухоженной, ровной тропинкой, по краям которой росли небольшие кустики с белыми цветами.

На этих участках, мирно шагали и пощипывали травку четыре породистых, длинноногих жеребца. Они не обращали никакого внимания на спящего смотрителя в широкополой шляпе с соломинкой в зубах. Молодой человек, упершись спиной на забор, под раскидистым дубом, мирно негромко храпел. Полуденная жара, отнимала силы и у людей и у животных.

– Смотрите к нам, кто-то идет навстречу. Это та женщина, наверное? – предположила я.

– Добрый день девушки, рада вас видеть в поместье семьи Быковских, –доброжелательно поприветствовала нас, белокурая женщина, весьма приятной наружности. – Я управляющая домом Тамара Викторовна.

Перед нами предстала ухоженная дама лет шестидесяти. Лицо ее излучало приветливость и доброту. Мне даже показалось, что она очень рада нашему появлению здесь.

– Пройдемте, Игорь Андреевич, скоро подъедет. Вы, наверное, очень устали и проголодались?

– Да, спасибо, это было бы очень кстати, – старалась подобрать такой же учтивый тон Диана.

Легким движением руки Тамара Викторовна, подала знак рослому, черноволосому мужчине, забрать наши сумки и отнести их на второй этаж.

Дом, в который нас пригласили, был очень дорого и со вкусом обставлен. Гостиная так и приглашала гостей с дороги. С кухни вкусно пахло выпечкой.

– Проходите девушки, будьте как дома, – вежливо сказала Тамара Викторовна.

– Спасибо, а куда отнесли наши вещи? Мы здесь ненадолго,– вырвалось у меня, хотя на меня это не похоже.

Диана и Ира переглянулись, они тоже были удивлена моей смелостью.

– Ольга! – скомандовала управляющая, – проведи девушек в их комнаты. – А я распоряжусь об обеде.

«В их комнаты?» как это понимать, крутились беспокойные мысли в моей голове. Что за странное гостеприимство; первых встречных размещать у себя в доме.

Мы покорно последовали за молоденькой, худощавой девушкой лет шеснадцати на второй этаж дома.

Мне предложили одну односпальную комнату, девушкам отдали вторую на двоих, она была более просторная.

Сказать, что я была потрясена, ничего не сказать. В таких спальнях мне еще ни разу не приходилось жить. Комната была создана как будто для меня, милой двадцатилетней девственнице, до сих пор мечтающей о принце и летающей в облаках.

В комнате стояла двуспальная кровать, накрытая покрывалом нежно фисташкового цвета. По обе стороны кровати расположились два торшера в стиле модерн. Витиеватая форма ножки торшера напоминала изогнутую волну. Комната была выдержанна в дымчато-коричневом и эвкалиптовом цвете с вкраплениями бежевых элементов. Два шкафа и туалетный столик отлично вписывались в стильный дизайн комнаты. Легкий ветерок гулял по комнате, приподнимая белоснежные занавески, которые закрывали огромное окно на всю стену.

Не успела, как следует рассмотреть свою комнату, как нас позвали к столу. Я наспех умылась и причесалась. Выбежав в коридор, встретив там Ирку и Диану. Девушки оживленно, что-то обсуждали и переглядывались. Нас не было буквально десять минут, а на столе уже ждал красиво сервированные стол с угощениями. Наверное, в этом доме, есть много прислуги. Иначе как объяснить такую скорость.

– Вы устроились?– спросила Тамара Викторовна. – Прошу Вас к столу.

– Скажите, пожалуйста, а скоро ли приедет Игорь Быковский? – пыталась копировать манеру общения Ирина.

– Он уже приехал, скоро подойдет, – ответила управляющая.

Как только она договорила, со второго этажа спустился красивый, я бы даже сказала холеный мужчина, высокий, со светлыми кудрявыми волосами. Ему явно не подходило, управлять трактором. Его можно было фотографировать в одном комбинезоне, на голое тело в соломенной шляпе. И пусть он сидит, откинувшись на стог сена, рядом с трактором.

– Извините, девушки, что заставил вас, ждать. Необходимо было уладить ряд вопросов, – начал разговор Игорь, усаживаясь за стол напротив Дианы.

Вежливый, хорошо поставленная речь добавляла плюсов к его образу.

– Надеюсь, Степан вас довез с ветерком, вы не сильно устали, – не сводя глаз с Дианы, проговорил Игорь.

– Нормально, – выпалила Диана, видя как Ирка, настроилась жаловаться на водителя пикапа. Та в свою очередь все поняла и не стала ей противоречить.

– Скажите Игорь, чем вы занимаетесь, кроме как ездите на тракторе за огурцами, – подложив руки под подбородок, спросила Диана, кокетливым тоном.

– Я управляю этой фермой, а за огурцами я не ездил, а привозил их на продажу, – с легкой улыбкой ответил парень.

– Тяжело, наверное, управлять такой фермой? У вас есть еще животные кроме коней? – вступила в разговор Ира.

– Да конечно, завтра я вам обязательно все покажу, только давайте на « ты».

– Завтра? – Мы, что здесь ночевать будем? – вырвалось у меня.

– А почему бы и нет, – поддержала идею Игоря, Диана, томно откусывая тонкую пластинку яблочной пастилы. Облизав при этом большой палец. – На светских тусовках мы часто бываем, а вот на лошадях я ни разу не скакала.

– Тебе понравится, я тебя научу, – отвечал парень, не сводя глаз с Дианы, явно давая ей намеки. – Будем скакать вместе. Можем начать после ужина. Перед сном.

Лицо Дианы немного приобрело румянец. Ира сидела с недовольным видом, явно завидуя своей подруге, которая с легкостью может покорить любого мужчину, своей женственной фигурой с грудью третьего размера, сделанной конечно. Не Ирка, не я смогли бы на этот крючок, кого нибудь поймать.

– Вы не возражаете, если сейчас подъедет мой хороший друг Марк, он вам понравится, уверяю вас.

– Если он такой же красивый и галантный, то конечно мы не против, – с не-скрываемым кокетством, вступила в разговор Ирина. Она не могла спокойно сидеть и смотреть, как бестолковая подруга, по ее мнению, перехватила внимание богатого красавца на себя.

Я тем временем, с удовольствием кушала великолепно прожаренную утку, с румяной картошечкой. На столе было много угощений, но такую утку, я еще не пробовала. Внутри мясо нежное, сочное, а корочка такая хрустящая и не жирная. Как такой баланс можно соблюсти, не понимаю.

Я постепенно свыкалась с мыслью провести здесь ночь. Вроде бы парень милый, на бандита не похож, да и присутствие других женщин в доме, меня успокаивало.

Легкий флирт Дианы и Игоря, с нелепыми порой вставками фраз от Ирины, нарушил приход Марка. Высокий жгучий брюнет, полноватый из-за этого казался еще больше, буквально ворвался в гостиную и своим громким баритоном немного меня напугал.

– Я же просил без меня не начинать, – начал с легкой шутки новый знакомый. Беглым взглядом он прошелся по внешности каждой из нас, остановил свой выбор на Ирине. Понимая, что Диана явно уже была занята, а я для него сильно мелковата.

– А мы и не начинали, – сделав паузу, ответил Игорь и снова с легким прищуром, посмотрел на Диану. – Ночь длинная все успеем. Мы еще сегодня будем скакать, верно?

– Конечно, будем, но только вместе, одна я боюсь, – сказала Диана, изображая из себя невинную девушку, а не стартовую соблазнительницу.

– А мы с Ириной можем составить вам компанию? – спросил Давид. – Я бы очень хотел, ты как Ира?

– Конечно за, приятно, наверное, будет оседлать жеребца, – лукаво подметила девушка.

– Скорее кобылку, – не скрывая смех, добавил Игорь.

– Жеребцы у нас дикие, породистые, не дают себя седлать женщинам.

Я слушала их разговоры и начинала уже переживать, чем бы, не закончился этот ужин, я однозначно иду спать и крепко накрепко закрываю дверь. Пускай на ком угодно скачут, а меня не втягивают в это дело. От их пошлых намеков, мне и есть перехотелось.

Отодвинув от себя тяжелый стул и взяв тарелку, я собралась покинуть гостиную.

– Спасибо большое за обед, пожалуй, поднимусь наверх, – обратилась я к Игорю.

– Хорошо, куда ты понесла посуду, оставь, Ольга все отнесет, – остановил меня Игорь, когда я собиралась убрать за собой.

– Мне не трудно, я отнесу.

Мужчина махнул рукой.

– Оставь, оставь, – она за это деньги получает. – Ольга иди сюда! – прокричал Игорь.

Мне было неудобно, когда за мной убирает тарелку молоденькая девушка, но я не стала противиться, все-таки я в гостях и у них тут свои порядки.

– Ева принеси из нашей комнаты мой телефон, – попросила меня Ира, – мне нужно сообщить Линде, что у нас своя вечеринка, и она пусть нас не ждет, – игриво произнесла Ира.

Я быстро поднялась на второй этаж и вошла в комнату девочек.

Увидев на кровати брошенные телефоны, я не поняла где, чей и взяла два.

Выходя из комнаты, я прибавила шагу, чтобы скорее отнести им телефоны и наконец-то закрыться в своей комнате и отдохнуть; насладиться красивым интерьером, волшебным садом на внутреннем дворе. Но не тут то было. Ночь в этом доме готовила мне другие эмоции.

Я столкнулась с незнакомым мужчиной, который был не такой приветливый как те другие.

– Куда ты так летишь, это не ипподром! – собирая рассыпанные документы склонился подо мной незнакомец. Молодой брюнет, лет тридцать на вид, высокий и очень крепкий, с развитой мускулатурой. Присев напротив я быстро принялась помогать ему с бумагами. Наши взгляды встретились, и меня пробрало страхом. Так зло на меня еще никто не смотрел. Мне показалось, что он негодования него ноздри как у быка вздымаются. Рядом слегка улыбаясь, стоял второй: он был моложе и явно веселого нрава. Он даже и не думал помогать нам. Просто стоял и любопытно разглядывал меня в мокром от кофе сарафане.

– Поработал дома, в тишине! Они все залиты, кофе, я не разберу что написано. Ты кто такая?– продолжала литься на меня злость молодого мужчины.

– Я… Ева, у нас застряла машина в лесу, а потом пригласил переночевать Игорь, – сбивчиво произнесла я. – Слезы подкатывали к моим глазам, но я сдерживала их как могла. Всегда не могла держать себя в руках, когда кто-то на меня кричит незаслуженно. Я стою перед ними вся облитая кофе и этот красивый мужчина еще, и орет на меня. Как же внешность обманчива. Неужели, какие то бумажки важнее, человеческого обращения, проносилось у меня в голове.

– Извините меня, пожалуйста, я просто торопилась, чем я могу вам помочь? – не смея поднять глаз, предложила я.

– Иди куда шла, я сам, ты уже и так сделала, больше, чем нужно, – грубо ответил брюнет, подобрав оставшиеся листы и положив их сверху папки.

– Постой, постой, не нужно девушку так пугать. Она же не специально, верно? – заступился за меня молодой, коротко стриженный блондин.

Я в полном замешательстве выпрямилась, подобрав бумажный стаканчик от кофе, который так беспощадно залил практически все документы. Но неуравновешенный мужчина и его у меня выхватил с рук.

– Конечно не специально, я просто торопилась, – телефоны то и дело пытались выпасть у меня из рук.

Злой незнакомец ничего больше не сказал, только нервно вкладывал документы в папку. Пару раз, бросив на меня рассерженный взгляд.

– Как тебя зовут красавица? – не разделяя негодование друга, подмигнул мне его спутник.

Мое смущение пересилило волнение при виде чертовски привлекательного парня с большими голубыми глазами. Судя по внешнему виду, ему не больше двадцати пяти лет. Одет в свободную одежду: широкие серые брюки смотрелись очень сексуально на его длинных ногах, а белая футболка придавала ему мальчишеский вид. Я осторожно посмотрела на него, чувствуя себя ещё более неловко.

–Ева, – скромно ответила я.

Блондин протянул ко мне руку для приветствия. Его бархатный голос ласкал мне слух.

– Надо же, какое прекрасное имя. Я конечно не Адам, но безмерно рад нашему знакомству. Лео к вашим услугам, – негромко и мягко сказал он, не отводя от меня своих выразительных глаз.

В гостиной слышался смех и громкие разговоры. Я совершенно забыла, почему я так спешила, но звонок с телефона Дианы вернул мне память.

– Приятно познакомиться Лео, извини мне нужно отнести телефоны девочкам,– заторопилась я.

– Конечно. Я тебя проведу, – учтиво пропустил меня вперед Лео. – Ева, вы как долго вы будете у нас гостить?

Сопровождая меня к лестнице, он не переставал улыбаться и поддерживал со мной разговор. Лео ни на секунду не пытался скрыть свой интерес. Я это отчетливо понимала, от чего было немного неловко.

– Завтра уже уезжаем, – ответила я, спускаясь на очередную ступеньку и глядя на собравшихся за столом людей. Оживленная беседа в гостиной утихла, и все взгляды были обращены на нас. Передав девочкам, телефоны я засобиралась обратно в свою комнату. Лео перекинулся парой шуток с Игорем и предложил мне составить им компанию. Поблагодарив его, я отказалась. Уж очень не комфортно мне находиться в компании не совсем трезвых молодых людей.

Лео также не стал задерживаться с ними. Не сказав ни слова, он последовал за мной. Меня немного это напрягло. Я посмотрела на часы: половина второго дня. Я совершенно не искала новых знакомств, пусть даже с таким красивым парнем. Поднявшись по лестнице, я медленно повернулась, и, одарив его добрым взглядом сказала:

– Спасибо что сопроводили, было приятно познакомиться.

– Куда ты собралась? – дотронулся до моей руки Лео. – Я тебя не отпускал. Скажи мне, ты, когда нибудь каталась на лошадях?

В глазах его искрился огонек, он явно не собирался прерывать наше общение так быстро.

– Вообще-то нет. И сейчас я немного устала и хочу отдохнуть? Но все равно спасибо за предложение.

Я старалась смотреть куда угодно, только не на Лео. Он так откровенно всматривался в мои глаза, видя мое смущение. Ответить я не успела: он взял меня за руку.

– Пойдем, – настаивал он на прогулке.

– Извини Лео, но мне правда хочется отдохнуть, – сопротивлялась я. В душе я больше не могла выносить этот взгляд. Мне хотелось убежать и спрятаться. На его лице вспыхнула очаровательная усмешка.

– Тебе нечего бояться я хороший парень, – сказал он, наклонив голову набок.

Мы посмотрели друг на друга в упор.

– Я не говорила, что мне страшно. Я действительно устала, – не придавая свое желание отдохнуть, протянула я.

Лео поморщился.

– У меня совсем нет шансов убедить тебя? – после секундного замешательства, ответил он.

– Нет.

Он опустил голову, а потом кинул на меня обжигающий взгляд своих зеленых глаз.

– Ну, хорошо, сегодня я дам тебе отдохнуть, – уверенно произнес Лео, – но в следующий раз мы обязательно пообщаемся поближе. Он приоткрыл дверь и уставился на меня с выражением, недоступным моему пониманию. Я ничего не ответила, а только молча вошла в комнату, одарив Лео приветливым взглядом.

За дверью послышались удаляющиеся шаги. Повернув ключ в замке, я облегчено выдохнула.

Сидя у себя в комнате, я не могла выкинуть из головы эту нелепую ситуацию с кофе. Кто это был? Лео не коснулся этой темы, да и я не стала расспрашивать. На меня ни один человек так зло ни смотрел. Несмотря на то, что Лео своим поведением сгладил атмосферу после столкновения, но осадок остался.

Мне стало так обидно и жалко себя. Почему на моем пути, встречаются такие парни, даже случайные знакомые. То лгуны, то с пошлыми намерениями, а этот еще и наорал. Может быть, у него был трудный день или проблемы с его девушкой. Но это все равно не дает ему право грубить мало знакомым людям. Такой красивый и такой грубиян. А может он женоненавистник. И обижен на всех. Мысли подбирали мне подходящие варианты его поведения. Мою жалость к себе нарушил стук в дверь. Ко мне рвалась Ира, с претензией в голосе.

– Ева я не поняла! Почему под чехлом телефона какая-то мутная жидкость?

Встав с кровати во все еще залитом кофе сарафане, я подошла к Ирине и посмотрела на её телефон.

– Ира, прости меня. Когда я столкнулась с тем мужиком в коридоре, стаканчик с кофе в его руках прямиком хлынул на ваши телефоны. Я их тут же протерла сарафаном. Вроде бы намочились только экраны. Если, что то выйдет из строя, я оплачу.

Ира не дала закончить мне предложение и издевательски проговорила:

– Ты знаешь, сколько стоят такие телефоны? Тебе придется не один месяц на них работать.

Я и раньше замечала, какой у неё неприятный может быть голос, в порыве гнева, но когда эта злость направлена на меня, мне также хочется ей все высказать. Но я сдержалась. Мне совершенно не хотелось пререкаться с пьяной девицей. Победителей бы здесь не было. Да и весь дом она взбудоражит. Люди нас приютили, не хотелось портить впечатление.

– Ира я уверена, что с твоим телефоном все в порядке. Давай я помою чехол.

Ира вынула телефон из чехла и бросила его мне на кровать. Брызги полетели на чистое, благоухающее постельное белье. Я промолчала. Взяв чехол, я направилась в ванную комнату.

– Так ты, что столкнулась с самым грозным братом среди Быковских? Как он тебя еще в живых отставил? – смеялась Ира.

– Как это понимать? – недоумевала я.

– Мне Марк рассказал, когда мы курили на улице, что этот Богдан Быковский крайне не общительный мужик. Несмотря на большой бизнес, никогда не давал интервью. Ему тридцать три года, а его ни разу не видели с женщиной. И, еще он жуткий диктатор в их семье и на работе. Однажды он даже уволил человека, который опоздал на полчаса на работу. А тут ты испортила ему документы. Игорь говорил, что он очень удивился, узнав, что Богдан не выгнал тебя на улицу.

– Может у него был плохой день? – вырвалось у меня.

Ирка усмехнулась, схватила телефон и собралась уходить, оставив после себя стойкий запах алкоголя.

– Как и все предыдущие, судя по историям его же родни, – выкрикнула она уже на выходе.

Настроение окончательно было испорчено, еще и голова разболелась. Любоваться красотами, не было не сил, не желания. Выйдя с ванны, уставшая я плюхнулась в кровать. Слушала топот копыт и восторженные выкрики моих клиенток. Либо с ними, либо без них, я твердо решила уехать, завтра из этого дома.

На прикроватной тумбочке лежало пару женских журналов. Пролистав несколько страниц, я заснула.

Сквозь сон я услышала скрежет дверного замка и легкое дерганье ручки, которые нарушили тишину, царящую в моей спальне. Сон, как рукой сняло. Прислушавшись, поняла, что ко мне в комнату, пытаются проникнуть. Вскочив с кровати, я быстро подошла к двери и осторожно спросила:

– Кто это? Что вам нужно? – придерживая ключ в замке.

– Это мы, твои любимые клиентки, открывай, – узнала по голосу Диану. Девушка явно была в глубоком опьянении, и все происходящее для нее казалось веселой игрой. За дверью, то и дело, звучали обрывки фраз, хихиканье. Как будто мне их было не слышно.

– Девочки идите спать, – ответила я, не открывая дверь, чувствуя, как меня пробивает холодным потом. Совсем одна, в чужом доме, в окружении явно уже не трезвых девиц и их, судя по всему, уже любовников.

Я глянула на часы. Половина одиннадцатого вечера.

– А мы не уйдем! – где-то внизу двери, послышался игривый голос Ирки. Как будто она сидела на полу.

Гогот не прекращался. Дверная ручка ходила ходуном.

– Открывай, нам скучно, давай с нами веселиться. Ребята хорошие, – не унималась Ирина. – Мы все равно тебя до тебя доберемся. Открывай!

Слышно было, как Ирка скомандовала Игорю принести запасной ключ, с трудом произнося каждое слово. Снова последовал смех, судя по перешептыванию этой веселой компании, мою дверь скоро принудительно откроют.

Я не была той, кто может резко ответить на дерзость или неподобающее отношение к себе. Мне никогда не приходилось защищать себя. Я очень миролюбивая и уступчивая девушка, всегда избегала конфликтов. Но сегодняшняя выходка девчонок, зажгла во мне, до сих пор, не проявляющий себя никак, дух справедливости.

Набрав воздуха в грудь, я не стала стоять за дверью, трясясь от страха.

Я открыла дверь.

– Диана, прекращайте, этот цирк. Идите спать, – резко сказала я.

– Кто у нас такая злюка? – попытался протянуть ко мне свои огромных размеров руки, Марк. – Пойдем с нами, фильм посмотрим. С девочками мы уже познакомились. Хотелось и тебя узнать поближе.

Марк стремился попасть ко мне в комнату, но я придерживала дверь.

– Тамара Викторовна!– вырвалось у меня, когда Марк стал силой открывать дверь, чтобы войти внутрь.

– Тамара Викторовна, Ольга!!!– еще громче прокричала я. Надеясь, что их присутствие, остудит пыл, ночных гостей. Чувствуя, что мне не хватает воздуха, – сильное сердцебиение вызывало легкую тошноту.

– Что тут происходит?

Нарушил «всеобщее» веселье Богдан, неожиданно вышедший с того самого поворота, перед ступеньками, когда мы с ним столкнулись. Но гнев его уже направлялся не в мою сторону.

– Какого черта, вы тут устроили? – с раздражением бросил он.

Секунда абсолютной тишины тянулась бесконечно, а потом послышалось не громкое бормотание какой-то песни Игоря. Он возвращался с ключом.

Я все еще стояла в комнате и держала приоткрытую дверь. Как только Игорь и Богдан встретились взглядом, довольное выражение лица Игоря приобрело бледный вид.

Он попытался смягчить его суровый настрой.

– Братик, да все хорошо, просто развлекаемся, – объяснил он, бросив на меня кокетливый взгляд, как будто мне нравилась эта игра.

Богдан впился в меня взглядом. Я непроизвольно покачала головой, давая понять, что мне не нравиться все, что в данный момент происходит.

– Рот закрой и слушай меня, – снова повернулся Богдан к Игорю и, продолжил: – Развлекаться ты будешь в ночных клубах, а не здесь. Я не собираюсь чувствовать запах перегара и сигарет, в доме. Бери своих друзей, и проваливайте. Не мешайте мне работать, а остальным отдыхать. Отдай мне ключ!

Ирка и Диана как заколдованные следили за происходящим. Не произнеся ни слова. Заметно было, что Диане очень понравился Богдан. Она с нескрываемым любопытством рассматривала его.

–Ладно, ладно, брат не кипятись, – поднял ладони в знак повиновения Игорь.

–Ты прав, мы будем вести себя тише. Пойдемте девочки ко мне.

Игорь дотронулся до спины Дианы, рукой и взглядом показал, что им сейчас лучше покинуть эту площадку. Ребята быстро ушли, провожая девушек, которые даже немного протрезвели от такого поворота сцены. Диана пару раз оборачивалась, в надежде поймать взгляд Богдана. Но он совершенно её не замечал.

С облегчением вздохнув, я почувствовала себя под защитой. Первый раз за меня вступился мужчина.

– Спасибо большое, что спасли меня от не прошеных гостей, – тихо произнесла я, слегка смущаясь.– Еще раз извините за документы.

– Все нормально, держи ключ, что бы тебе было спокойнее. Они больше не побеспокоят, – сказал Богдан, все с таким же серьезным видом.

Он направился в сторону лестницы. Еще несколько секунд я простояла с открытой дверью пытаясь понять, куда он пошел. Дверь на первом этаже хлопнула. Я испытала несказанное облегчение, благодатное чувство безопасности, как только поняла, что в доме есть человек, которого все бояться и слушаются.

В эту ночь, я так и не смогла уснуть. Столько событий за одни сутки. И, кажется, я влюбилась. Думаю об этом, а самой смешно. Впервые, почувствовала, как это, быть за сильной мужской спиной, пусть даже в столь нелепой, как у меня была, ситуации. Это чувство мне нравится, но не стоит его растить. Все-таки я точно не поняла чего в нем больше: гнева или дружелюбия. Завтра я уеду домой и буду вспоминать эту ночь, как сказку, в которой принц спас принцессу от трехглавого дракона. Подумать только, таких мужчин как Богдан, я и на улице не встречала, а тут он вступился за меня. В моей душе загорелся маленький огонек, который подарил тепло каждой клеточке моего тела. Эти новые ощущения и приятное томление внизу живота не давали мне уснуть.

Я лежала и мыслями подгоняла рассвет. Хотелось поскорее увидеть Богдана. Интересно он спит или все еще работает. Любопытство играло с моим желанием прогуляться по дому. А вдруг я снова его увижу. Может быть, он решит на кухне чай попить перед сном. Все не могу спокойно лежать, пойду на разведку.

Глава 8

Переодевшись в джинсовые шорты и футболку, я тихо вышла из своей комнаты. Плиточный пол в коридоре не выдавал моих шагов. Я двигалась бесшумно и очень аккуратно.

В комнате девочек все еще горел свет. Наверное, до сих пор обсуждают меня и моего спасителя. Ну и пусть, сейчас мне до них дела нет. Подслушивать не собираюсь. Где же кабинет Богдана? Шаловливые мысли носились у меня в голове. Если он выскочил на меня из-за угла, значит, он шел в таком же направлении, как и я сейчас. Но в этом коридоре, только три комнаты. Две из них я вычеркиваю, в третьей свет не горит. Может эта его. Я прислонила ухо к деревянной двери. Тишина. Нет, не может эта быть его комната. Скорее всего, этот «аппендикс» дома, отдан под гостевые комнаты. Хорошо. Рассуждаем дальше. А что дальше… тупик. С огромной картиной на стене. Так куда же он так летел? Я хотела спуститься на первый этаж, но мое внимание привлёк маленький светильник. Он выступал из стены, сбоку от картины. Странный такой. Огонёк в середине его ели горел. Он совсем ничего не освещал. Словно лампочка догорает. Но никак не потухнет.

Почему он не заменят лампочку, подумала я. Здесь же так темно. И если бы не полнолуние, гости, вероятно, посшибали лбы.

Я принялась аккуратно нащупывать подобие выключателя у светильника. Наткнулась на какую-то кнопку. Нажала. Ничего не произошло. Но мой указательный палец, как будто кто-то ужалил. Я пыталась убрать палец, но эта кнопка будто примагничивала его и вытягивала еще кровь. Не успела я крикнуть, что бы позвать на помощь, как почувствовала, прохладный ветерок из самой картины и эта жуткая кнопка освободила мою ладонь. Я поднесла ладонь к лунному свету, что бы рассмотреть рану, но палец был абсолютно невредим. Что, черт возьми, здесь происходит, выругалась я. И не стала искушать судьбу неуместным любопытством. Я почувствовала сдавленность в груди и нехватку кислорода. Мне срочно нужно подышать свежим, прохладным воздухом. Пойду, прогуляюсь по территории поместья. Это же позволительно, подумала я, чем рыскать по чужому дому и натыкаться на всякие не понятные вещи.

Благо лестница, ведущая на первый этаж, и гостиная были хорошо освещены не большими бра, напоминающими панцири черепашек. Также бесшумно преодолев все это расстояние, полная решимости и взволнованная до глубины души, я уверенно опустила дверную ручку. К моему удивлению она была совсем не заперта. Неужели не боятся грабителей? Хотя с таким забором, наверное, и я дверь не запирала бы. Но как выяснилось, буквально десять минут спустя, не в заборе было спокойствие хозяев.

Поместье Быковских днем выглядело волшебно, а ночью, кажется, и луна и светлячки работают во благо семьи. Но больше всего меня привлекло то белое дерево. Оказывается оно ночью светиться. От каждого листочка исходит свечение, словно они усыпаны множеством лампочек. И на этом газоне не одно такое дерево, а штук пятнадцать.

– Как же мне пройти к нему. Так хочется посмотреть поближе, – шепотом сказала я сама себе, – И почему они огорожены забором, который вылезает из земли, при попытке ступить на газон?

Пока я ходила около границы газона, любовалась деревьями и думала, можно ли быстро перепрыгнуть через этот внезапный колючий заборчик, на меня из хоз.двора понеслась свора то ли собак, то ли карликовые быки. Лай и топот заглушил бы сирену. В дополнение к этой ужасной картине территорию поместья неожиданно окутал густой туман. Ужасно испугавшись, я ринулась в сторону деревьев, перепрыгнув преграду. Забор настолько быстро выдвинулся, что сильно поцарапал мне кожу. Я бы даже сказала, он разорвал мне мышцу на голени. Боль была ужасная. Я кричала во все горло и наделась, что забор также поранит собак, но на них он не сработал. Ограждение тихо вошло в землю. Я бежала к дереву в надежде взобраться на его ветки. Благо деревья были низкорослые, и собаки до кроны бы не достали.

Я удирала так быстро, как никогда в жизни. Вот что значит, в условиях стресса, открываются скрытые возможности человека. Стук сердца заглушал лай этой своры. С каждым покоренным метром мне казалось, что вот-вот я рухну на землю и отдамся на растерзание диких псов. Но огромное желание жить давало мне еще и еще силы.

Подбежав к цели, обнаружила, что ствол у дерева гладкий, как будто стеклянный и покрытый белой слизью. А из-за своего небольшого роста до ближайших веток я не достаю. Повернувшись и взглянув в глаза приближающейся расправе, я стояла как вкопанная.

Под сказочным сиянием луны в столь теплую и туманную ночь, несколько пар горящих красных глаз неслись на меня, с желанием разорвать.

Вытащив шариковую ручку, которую я воткнула в пучок волос, потеряв свою резинку, перед прогулкой, я приготовилась защищаться.

Нужно проткнуть им глаза, проткнуть глаза, метались мысли в моём сознании. Я кричала и звала на помощь, но дом будто опустел, и я была одна на всей территории.

Глубинный страх сменил бешеный гнев и огромное желание дать отпор. Холодные капли пота медленно стекают по моим щекам. Я пыталась понять, кто из них первым нападет.

Вот-вот и разъяренное животное бросится на меня. Остаются считанные секунды. Я смотрю ему в глаза, мгновение как будто замедляется. Пронзительный, протяжный свист едва не оглушил меня. Я инстинктивно закрыла уши руками, продолжая смотреть вперед себя. Не контролируемая дрожь сковала мои руки. Животные остановились буквально в метре от меня и стояли как вкопанные. Теперь, когда они находились так близко, я смогла их рассмотреть. Определенно это были собаки. Очень крупные, с мускулистой грудной клеткой, такими же передними лапами, на которых видны были острые, длинные когти. Но главное, что их отличало от обычных бойцовских собак, так это то, что на передней части головы у них располагались прямые рога. Из пасти торчали два длинных клыка. Глаза у них продолжали светиться красным светом. Не понимая, что происходит, я решила медленно отходить назад.

Туман постепенно стал проясняться, и я увидела, как к нам приближается темная мужская фигура. Животные стали медленно отходить на пару метров от меня.

Дышать становилось легче.

Он шел не спеша. Собаки смиренно легли на газон, опустив свои морды на влажную траву.

– Любопытной Варваре, на базаре…,– услышала я знакомый голос.

Ко мне приближался Богдан Быковский.

Я хотела броситься к нему навстречу и наконец, убежать от этой компании, но он первым делом подошел к одной из собак, присел на корточки и сказал:

– Эта девушка хотела вас поранить? – обратился он к своим псинам, поглаживая по черной шерсти между рогами. – Не хорошо, они же еще совсем малыши, – посмотрев на меня произнес Богдан серьезным тоном.

– Вы что шутите?– вырвалось у меня. – Они меня чуть не разорвали.

Голос мой дрожал, и я срывалась на крик. Я совсем не понимала, как реагировать на его слова: шутит он или серьезно говорит.

– Не кричи, не люблю громкие звуки, попросил меня Богдан.

Он что издевается надо мной. Я стою перед ним, моя нога истекает кровью, а он гладит этих тварей. Еще недавнее чувство влюбленности к нему было перекрыто негодованием и жалостью к себе. Нет, я не могу поверить, как можно быть таким бесчувственным. Жжение в ране усиливалось. Мне необходимо было как можно скорее обработать порез и остановить кровь.

– Я хочу уехать из вашего дома. Мне нужно в больницу. У меня травма ноги.

Богдан подошел ко мне настолько близко, что я смогла почувствовать его запах: лёгкий мускус вперемешку с древесным ароматом. Он, взял мою руку в свою ладонь, разжав напряженные пальцы и забрал ручку. Дерево за моей спиной своим свечением обрисовало правильные черты лица молодого мужчины. Недельная щетина и густые прямые брови придавали строгости и без того сердитому лицу.

Он заглянул в мои глаза, посмотрел на губы, потом повернул голову в сторону виска и как будто вдохнул мой запах и прошептал:

– Я придержу её у себя, что бы ты ни поранила кого-нибудь.

Непроизвольно отстранившись, я, сделала шаг назад и хотела направиться в сторону дома, но лежащие на газоне «малыши» остудили мое желание.

– Если что, я истекаю кровью, – сдавленно проговорила я.

Богдан неспешно наклонил голову, что бы посмотреть на мою ногу.

– Кровь уже свернулась на ране, так как ты испытала жуткий страх, да и потеря составила всего сто семьдесят миллилитров. Это не вредно, – ровным тоном сказал он. Но обработать её все же стоит.

– Обработать! Конечно, стоит! Еще стоит вызвать и врачей, и полицию! Вы что думаете, это вам сойдет с рук! Они меня чуть не съели! Как могут свободно бегать по двору такие агрессивные животные? – пыталась возмущаться я, не сильно громко, поглядывая на реакцию собак. Всё же не хотелось их лишний раз злить.

Выслушав мой спич, Богдан Быковский просто развернулся и пошел в сторону дома. Собаки также следуя примеру хозяина, побежали туда, откуда неслись на меня. Простояв секунд десять, я молча зашагала следом. Желание у меня было одно: собрать свои вещи и как можно скорее покинуть этот дом.

Но предварительно необходимо промыть и забинтовать рану.

– Богдан у вас есть бинты в доме? – крикнула я, плетясь за ним, слегка прихрамывая.

Богдан игнорировал мой вопрос. Он шел молча и не спеша. Собаки сначала бежали за ним, потом свернули в сторону хоз.двора.

Как же внешность обманчива, думала я. Лучше бы на его месте был Лео. Понятно теперь, что у него нет невесты, кто сможет жить с таким угрюмым типом. Выдавал мой мозг умозаключения, пытаясь успокоить мои обиженные чувства таким открытым равнодушием со стороны Богдана.

Неужели никто в доме не видел и не слышал, всего, что происходило здесь, подумала я.

Богдан дошел до входной двери и приоткрыл мне дверь. Чем меня приятно удивил. Я ведь уже поменяла о нем свое мнение. В дом я вошла первая.

– Пройдем в мой кабинет, я обработаю рану.

– А зачем в кабинет? Кухня же ближе, да и вообще я сама в состоянии позаботиться о своей ноге, – обиженно произнесла я, – только покажи где аптечка.

Молодой мужчина посмотрел на меня и слегка улыбнулся. Второй раз за вечер; значит, есть все-таки, что-то, что его забавляет.

– Лекарство от столбняка есть только у меня в кабинете, – ответил Богдан спокойным и убедительным тоном. – Или ты хочешь просто перебинтовать ногу. Учти забор металлический с кусками земли на пиках. А скорая помощь к нам не приезжает.

А ведь он прав, мне срочно нужно сделать укол.

– А что же вы не болеете никогда? – с иронией в голосе произнесла я. Он оставил мой вопрос без ответа.

– Мы можем, конечно, поболтать. Но со времени пореза прошло уже пятнадцать минут. И столбнячная палочка вот-вот начнет поражать твою нервную систему и мышцы охватит настолько сильное напряжение, что судорогами будет охвачено все тело. А столбнячный токсин будет свободно блуждать в крови, разрушая эритроциты. Мне продолжать лекцию или мы все-таки пройдем в кабинет, без лишних вопросов?

Я стояла и слушала как завороженная.

– Вы врач?

Очередной мой вопрос остался без ответа.

Богдан одарил меня пронизывающим взглядом и кивнул в сторону второго этажа. Небольшой кредит доверия, конечно, появился у меня к его компетенции в области медицины. Но чрезмерная холодность в общении сбивала меня с толку. Я не могла понять, стоит мне ему доверять или нет.

В легкой растерянности я последовала за ним.

Мы прошли гостиную и направились на второй этаж, где находились наши комнаты. Я молча шла за ним, не понимая, куда он меня ведет. Там явно не было его кабинета. Я же провела расследование. Кожа на ноге неприятно натягивалась при ходьбе по лестнице и кажется начала снова кровить.

Мы прошли мимо моей комнаты и комнаты моих клиенток.

Богдан подошел к третьей двери и, прислонив тыльную сторону руки к замку, открыл дверь.

– Ого,– вырвалось у меня. – У вас, что есть волшебное кольцо?

– Именно. Только оно не волшебное. А инновационное. Не видела такие? – с самодовольным видом сказал Богдан.

Честное слово, он начинает меня бесить. Интересная у него манера общения: он либо молчит, либо умничает.

Мы вошли, в пустую, просторную комнату, без окон. Размерами она была больше моей и девочек вместе взятые. В этой комнате не было больше дверей, кроме той, через которую мы вошли.

– Так, – уверенно произнесла я.– Куда ты меня привел? Мне совершенно не нравилось, все то, что со мной сегодня происходило, за исключением маленьких эпизодов. И новые переживания мне ни к чему.

– Я ухожу! – решительно заявила я.

– О! Мы уже на ты?

Не успела я сделать и пару шагов в сторону выхода, как на противоположной стороне, как по волшебству возникла еще одна дверь.

– Это что за магия? – вырвалось у меня.

– Проходи внутрь, не бойся, – протянул руку Богдан, приглашая меня войти первой.

Прищурившись и проморгавшись, я пыталась понять, что мне это не кажется. И дверь действительно появилась ниоткуда.

Я смотрела то на Богдана, то на дверь. Боролась со страхом и любопытством. Ну и как всегда любопытство взяло верх.

– Я не войду туда, пока ты не объяснишь мне, как такое возможно. И я надеюсь, там нет твоих милых пёсиков?

– Нет, они уже легли спать. Тебя они больше не тронут, – уверенно сказал Богдан, войдя внутрь. – Проходи, не бойся. Это всего лишь новая, современная система защиты помещения. Ни какого колдовства.

Я осторожно заглянула внутрь, но продолжала стоять в пустой комнате.

Комната, которая была отведена под кабинет, значительно отличалась от общего интерьера в доме. Она даже не выглядела как комната, а больше была похожа на пещеру. Пол и стены бетонные. В кабинете имелся диван прямоугольной формы, тоже бетонный. Огромное зеркало на всю стену висело напротив бетонного стола со стеклянной поверхностью. В углу рядом с диваном находился металлический шкаф – пенал с множеством небольших ящиков: как в старых библиотеках.

Богдан тем же ловким движением провел кольцом по дверце ящика, и она открылась.

– Может ты все-таки войдешь как положено? – ухмыльнулся он.

Я осторожно сделала шаг вперед. За мной тут же образовалась глухая стена.

– Ого! – воскликнула я, – надеюсь, ты меня выпустишь потом?

В душе моей стал разгораться огонек тревоги, но я старалась не показывать этого своим поведением.

– Как у вас здесь уютно, так по-домашнему,– пошутила я.

– Ты права, по-домашнему,– перевел взгляд на меня Богдан, закрывая ящик – присаживайся на диванчик. В руках у него блеснул стеклянный флакон с мутной бледно-зеленоватой жидкостью.

Я послушна села на твердую и холодную поверхность дивана. В кабинете и без того было прохладно, но дотронувшись кожей до жесткого камня, моё тело охватила ледяная дрожь.

Закатив рукава своей черной рубашки, Богдан присел на корточки и аккуратно обхватил мою щиколотку ладонью, а второй рукой стал лить на рану жидкость. Она медленно стекала и очень быстро впитывалась. Запаха никакого не имела. От его горячих рук по моим ногам забегали мурашки. Он это заметил, и как мне показалось, еще сильней сжал ладонь.

Жидкость впитывалась медленно и на моих глазах слегка затягивалась рана.

– А что это такое? – любопытствовала я.

– Не думай об этом, – не стал пускаться в разъяснения молодой мужчина.– Главное, результат.

– А помыть все-таки можно ногу?

– Конечно, только где-то через двадцать минуть.

Богдан поднялся и поставил флакон с оставшейся жидкостью обратно в ящик.

Я рассматривала ногу и не могла поверить: место, где была рана, выглядело, как будто моему порезу уже больше месяца. На коже виднелись красноватые линии напоминающие шрамы, но они бледнели на глазах.

– Что происходить? Это нормально? Что это за чудо-зелье? – возбужденно спросила я.

Богдан бегло посмотрел на мою ногу.

– Абсолютно,– уверенно произнес он. Не переживай. У меня нет цели, тебе навредить.

– Почему этого средства нет в аптеках? – не могла налюбоваться я, смотря на рану. – Это же просто волшебно! Благодаря такому лекарству люди навсегда бы забыли об операциях, шрамах и так далее.

Богдан только усмехнулся. Он подошел к стене, снова провел тыльной стороной кисти, где было кольцо, и дверь тут же появилась.

– Я так понимаю, это намек, на то, что бы я уходила и не задавала тебе лишних вопросов, верно?

– Верно,– спокойно ответил Богдан, усевшись в свое бетонное кресло напротив меня.

Его ответ меня несколько обидел. Я встала и медленно направилась к выходу. Дверь была на том же месте. Уже не светилась.

Какой интересный и загадочный этот Богдан Быковский. Мне совершенно не хотелось уходить. Обида и страх давно уже развеялись, как будто и не со мной это было, всего двадцать минут назад. Да и он должен мне все–таки объяснить все, что здесь произошло.

– Нет. Извини, ну я обязана спросить, – протараторила я. – Я еще могу принять то, что ты скрываешь свой авторский рецепт зелья и не хочешь ни с кем им делиться. Но что это были за животные, которые меня чуть не погубили? Как, черт возьми, появилась эта дверь, только правду? И почему здесь все из бетона?

Богдан слегка улыбнулся, откинулся на бетонную спинку кресла, скрестив пальцы рук, произнес после небольшой паузы.

– Не в одном твоем вопросе нет ничего сверхъестественного. Это всего лишь возможности науки, которые я использую с умом.

Вот снова этот его тон. Чувствую себя дурехой необразованной.

– А подробнее, – не унималась я.

Мужчина встал с кресла и подошел к стене, на которой располагалась потайная дверь.

– Я как раз собирался не просто рассказать, а показать, чтобы ты поняла.

– Начнем с простого: бетон – это особая смесь из воды, цемента, песка и других наполнителей. Став твердым, он приобретает прочность и долговечность. Этот искусственный камен не восприимчив к влаге и имеет низкий предел горючести. Пока понятно?

– Конечно, понятно, – спокойным тоном ответила я, а в душе у меня все кипело.

– Ну, так вот, как ты уже заметила это комната мой кабинет. В нем содержатся важные для меня вещи. А ничего лучше бетона не защитит их от огня. А стул, диван и кресло из него же, моя личная блаж. Люблю прохладу, да и твердые поверхности в целом более полезны для тела, чем другие.

– Что касается двери,– продолжал он, – так это новейшая разработка в сфере безопасности. Она не видна невооруженным глазом, за счет специальных высокопроизводительных компонентов по контуру двери, которые как хамелеоны принимают фактуры стены. Специальный ключ, обнажает их видимость. Не слышала о такой?

– Нет, не слышала. Я, честно говоря, с трудом понимаю, как карточки могут открывать двери.

– Ну и теперь самое интересное, да? – лукаво улыбнулся Богдан. – Откуда взялись эти милые создания?

Боже, когда он так смотрит, сверкая своей белоснежной улыбкой, я теряю дар речи. Какой ты можешь быть разный в общении. А не прошло и часа.

Я с интересом ждала, такого же развернутого и понятного ответа.

– Здесь вообще все просто,– развел руками Богдан,– это собаки пит бультерьеры с накладными рожками на лбу, для устрашения преступников.

– Ты шутишь? Эти милые собачки, чуть не сожрали меня, – возмутилась я.

– Ничего они тебе не сделали бы. Они обучены устрашать, а не убивать. В моем доме все гуманно и объяснимо. Тебе ненужно переживать.

– А что насчет белых деревьев? Они явно не искусственные. Я видела, как по стволу стекала какая-то вязкая слизь.

– Это крайне редкий и полезный в медицине вид деревьев. Мне приходится их весьма бережно охранять и не допускать не посвященных людей. Надеюсь, я удовлетворил твое любопытство и успокоил? – его голос был негромким и бархатистым.

– Любопытство конечно, но вот успокоил это вряд ли. Я еще долго буду вспоминать эти красные глаза. Нельзя так пугать людей, – подытожила я и нахмурилась.

Богдан Быковский молча выслушал и сказал, что мне пора отдыхать. Весьма бесцеремонно прозвучало его предложение покинуть его кабинет. Но я не стала противиться и дальше задавать ему вопросы. Мне действительно пора было уходить.

Я вышла в по-прежнему темный коридор и направилась в свою комнату. Секретная дверь снова исчезла и позади меня была сплошная серая стена. Богдан остался в кабинете.

Меня переполняли разные чувства; изумление от увиденного не проходило.

Интересно об этих чудесах можно кому нибудь рассказать, подумала я.

За окном начали горланить первые петухи. Сознание мое охватили теплые воспоминания о семье и родном селе. Как-никак сегодня я пережила огромный стресс; передо мной пронеслась вся моя жизнь, пока я стояла под деревом с ручкой в руках. Вот что значит «Совать нос в чужие дела».

Нужно будет навестить их на выходных, а то кто знает, может в следующий раз некому будет остановить чью-то ярость. Я сняла с себя одежду и кинула её на прикроватный длинный пуфик. Боль в ноге прошла, а на коже виднелись ели заметные полоски от пореза. Укрывшись легким одеялом, я погрузилась в сладкую дремоту.

Глава 9

Сон меня в эту ночь не разнежил, я проснулась рано. Открыв глаза, я увидела, как в комнату, через занавески пробираются солнечные лучи. Я посмотрела на часы, стрелки часов показывали половину седьмого утра.

Сладко потянувшись в постели, первым делом я осмотрела ногу. К моему большому удивлению, рана стала еще меньше, кожа снова приобрела телесный цвет. И вправду волшебное зелье. Скорее всего с того ствола дерева. Поэтому Богдан так его оберегает.

Я аккуратно сложила свою кровать и отправилась, по моим меркам, в шикарную ванную комнату, с окном. Желтые лучи солнца проникали сквозь занавеску прямиков в ванну. Я осторожно ступила на прохладный, белоснежный фаянс и включила до блеска отполированный душ. Вода, на удивление, сразу пошла теплая, приятная. Капельки воды светились, словно маленькие бриллианты, рассыпавшиеся по моему телу.

Я трогала свое тело. Рассматривала маленькую, аккуратную грудь, круглые бедра, в отражении зеркала на противоположной стене. Интересно, каких девушек любит Богдан. Шальные мысли кружились в моей голове. Как будто и не было вчерашней ужасной ночи. Меня безумно к нему тянуло. Хотя я отчетливо понимала, что между нами огромная социальная пропасть. И мы вряд ли еще увидимся в городе.

Стук в дверь нарушил мои мечтания. Накинув белый халатик, я вышла из ванны и открыла дверь.

Передо мной стояла с растрепанными волосами Ирка с каким-то синяком на шее.

– Хай, недотрога, ну и шуму, ты вчера навела, – плюхнулась на мою аккуратно заправленную кровать Ира. – Есть таблетка от головы. Ужасно болит.

– Я шуму навела? – ответила я, не померив своим ушам.

– А кто? – поддразнила меня Ира. – Пошла бы с нами, выпила, развлеклась. Нет же, давай кричать. Нервный этот прискакал, как его Богдан. Это брат Игоря, ты в курсе. Очень деловой чувак. С таким шутки плохи. Он здесь все держит. Ну, хорош собой, я б его расслабила. Игорь говорил, что он принадлежит работе, женщины его мало интересуют.

– Ты мне это уже вчера говорила, – прервала я Ирину.

– Да? Я плохо помню вчерашнюю ночь, – сморщив лоб, произнесла она.

– Так есть у тебя таблетка или нет?

– Да, где-то была. Сейчас найду, – засуетилась я.

Пока проводила поиски в сумочке, решила сказать о своем решении.

– Ира я хотела тебе сказать, что сегодня уезжаю домой, – тихо произнесла я, не поднимая глаз от сумки.

Ира сидевшая на моей кровати, сгорбившись и подпирая рукой подбородок за секунду выпрямилась и бросила на меня обжигающий взгляд.

– В смысле, уезжаешь? Ты нам еще нужна. Не бойся донимать, больше не будем. Сегодня точно поедем в «Смоковницу».

Ира не сводила с меня глаз.

– Нет, я решила. Мы же договаривались на один день, – сдерживая свое нарастающее волнение, произнесла я, продолжая искать таблетку в своей аптечке.

Ира встала и подошла ко мне вплотную. Я напряглась и приняла устойчивую позу. Не зная чего ждать от Иры. Она всегда отличалась неуравновешенным нравом: могла и ударить, если её вывести из себя. От её слов в мое лицо летел стойкий запах перегара.

– Ева, так дела не делаются, ты должна нас причесать, а мы тебе заплатим, такой же разговор был, верно? – не унималась она.

– Мы договаривались на вчера. Уехать можно было и после обеда, – стояла я на своем. – Понимаю, так вышло, что нам пришлось сюда приехать, но вы решили здесь остаться и развлечься с парнями, еще и меня хотели подтянуть на свою оргию.

Она специально подняла крик, пытаясь вывести меня из равновесия.

– Вы посмотрите, как она заговорила! – накинулась на меня Ирка, демонстративно размахивая руками. – Кто там тебя хотел, посмотри на себя, тебе только собак выгуливать в берете и пальто. Мы просто прикалывались. Нам было весело. Короче, если ты сегодня уедешь, крепко пожалеешь. Я не позволю, какой-то красильщеце, так с собой разговаривать. Будешь ты мне еще, оценку моих действий давать. Ты не понимаешь против кого прешь!

Ирка хлопнув дверью, вышла из моей комнаты.

Я испытала огромное облегчение, высказав ей все, что хотела. Пусть мои слова звучали, может быть, не достаточно серьёзно, но я их произнесла. И, наконец, ни угрозы, ни ее дурной тон, не могли сегодня мне испортить настроение. Сегодня я снова увижу его и буду милой как никогда.

В поездку, я взяла два сарафана. Вчера один был беспощадно залит кофе. Другой же, белый из муслиновой ткани с мелкими одуванчиками, так выгодно подчеркивал изящность моей фигуры и легкий оттенок загара.

Спустившись в гостиную, меня встречает восхитительная атмосфера. Солнечные лучи проникают в окна до пола. Сладкий аромат выпечки, кажется, не покидает этот дом. На столе уже стояли тонкие бокалы под сок, переливающиеся всеми своими гранями, воплощение роскоши и вкуса.

– Доброе утро Ева, как отдохнули? – спросила Тамара Викторовна. – Надеюсь, сверчки не сильно мешали вашему сну. Их в это время года достаточно много.

– Спасибо, хорошо, – вежливо отвечаю я управляющей. – Скорее, наоборот, их звуки, меня успокаивают.

Неужели она ничего вчера не слышала? Крутилось в моей голове.

– Тамара Викторовна, а вы случайно не слышали вчера громкий лай собак?

Женщина доброжелательно посмотрела на меня и спокойным, ровным тоном сказала:

– Нет, дорогая ничего не слышала. У меня проблемы со сном. Я принимаю витамины для сна. А что-то случилось?

Ответ её звучал убедительно. Да и сама она внушала доверие.

– Ничего не произошло, просто где-то громко лаяли собаки. Я даже подумала, что кто-то пробрался на территорию поместья, – не став говорить ей правду ответила я.

– Это исключено. По всей границе поместья стоит высокий забор, к которому подведено электричество. Так что, можешь не волноваться. Чужаки сюда не проникнуть. Вы уже готовы к завтраку, я распоряжусь на кухне. Что вам принести?

– Можно мне кофе и бутерброд, если есть? – пробормотала я, поняв, что Тамара Викторовна хочет закрыть эту тему.

Легкая улыбка коснулась губ Тамара Викторовны.

– А как насчет сырников или блинов?

–О да, конечно, – подхватила я улыбку управляющей. Блинчики были бы сейчас, кстати.

Женщина кивнула в знак одобрения и поспешила на кухню.

Пользуясь моментом, пока я осталась в гостиной одна, стала рассматривать фотографии, висевшие на стене. Много фотографий было, где изображены Игорь со своей мамой и отцом, я так думаю, и с каким-то еще парнем.

И всего лишь одно фото, среди прочих, стоявших на комоде, на котором легко можно было узнать маленького Богдана с тем же мужчиной.

– Это мой отец, – послышался голос за моей спиной, который заставил биться мое сердце быстрее, за считанные секунды.

– Я так и поняла, доброе утро, – сказала я, поняв, что мой запас слов перед этим сильным мужчиной, исчерпан. Уверенность в своей сексуальности, которую я ощущала в ванной, у меня резко пропала. Теперь я трусливый котёнок, перед огромным львом.

Богдан взял в руки рамочку с фотографией отца. Лицо вблизи казалось спокойным и волевым.

– Поставлю ее у себя в кабинете, – ответил он.

Я готова была сквозь пол провалиться. Что нужно говорить в такие моменты.

– Тамара Викторовна, сказала, что на завтрак будут блинчики, – выпалила я, чувствуя, как мое лицо вспыхнуло ярким румянцем.

Богдан, поднял на меня глаза и улыбнулся.

– Отлично, я люблю блины, особенно с икрой. Как ты себя чувствуешь? Отдохнула хоть? – произнес Богдан, и в тоне его было столько простого дружеского чувства, что у меня сразу потеплело на душе. Как будто и не было никаких острых сцен вчера.

– Да. Немного поспала. Нога кстати практически не болит.

Мужчина наклонился, что бы осмотреть её.

– Вот и замечательно. Надеюсь теперь, если тебе захочется, что-либо рассмотреть, потрогать, понюхать, ты будешь меня об этом спрашивать. По крайней мере, в этом доме точно.

А что, мы еще где-то будем встречаться, подумала я и легкая улыбка коснулась моих губ. Какой же он милый, когда в хорошем настроении.

– Дебоширы, спят еще? – поинтересовался Богдан.

– Ирина заходила ко мне за таблеткой от головы, – ответила я.

Богдан галантно отодвинул стул, предложил присесть. Странно сегодня передо мной стоял, совершенно другой человек. Спокойный был, не скупился на улыбки. В голосе слышна теплота. В глазах его видно было много вопросов, но взгляд был непроницаем, по нему ничего нельзя было угадать. Мне так захотелось узнать его поближе, но я совершенно не знала, о чем можно говорить с таким мужчиной. Кроме как о сегодняшней страшной для меня ночи. Но трогать эту тему вообще не хотелось.

К лицу моему подкатило тепло. Надеюсь, я не покраснела, суетились мысли в моей голове. Он пристально посмотрел на меня, как будто изучая. Потом придвинул тарелку и принялся за еду.

Я тоже надкусила брускетт с форелью и стала медленно его пережевывать. Искоса поглядывая на увлеченно жующего Богдана.

Тем временем Тамара Викторовна принесла ему в красивом блюде штук десять не меньше отварных яиц. Ольга, помощница Тамары Викторовны также подносила белоснежные блюда с едой. Обеденный стол постепенно пополнялся, разноцветными, красиво оформленными яствами. В основном на столе преобладали блюда из морепродуктов. Салат цезарь с креветками я узнала сразу; остальные поражали своим великолепием и экзотичностью; заливное, внутри которого красовались больших размеров креветки и брокколи с зеленью; на серебристых тарелках, горкой были выложены маленькие щупальца осьминога, которые обхватывали крошечные картофелины с помидорами черри, щедро присыпанные микрозельнью. Таким изобилием еды, могла похвастаться, только английская королева, хотя в богатых семьях, наверное, это норма. Мой завтрак никогда не отличался разнообразием. Любимая овсянка с замороженными ягодами и кружка кофе не смогли бы конкурировать с мясом осьминога. В маленьких затейливых, стеклянных мороженицах, в три разноцветных слоя находилось фруктовое желе. Блинчики и сырники аккуратно лежали на белых тарелках с волнистыми краями, рядом с черной и красной икрой в хрустальных вазочках. Но больше всего меня удивило, что Богдану принесли еще и омлет с креветками. Интересно, сколько требуется яиц, что бы его накормить. Икры ему мало, пронеслось у меня в голове.

– Люблю морепродукты, а работаю с мясом, – усмехнулся Богдан, увидев мой удивленный взгляд, когда к завтраку принесли столько дорогой еды.

– Я сейчас усиленно занимаюсь спортом. А в яйцах и креветках много белка,– прояснил Богдан, заметив, наверное, на моем лице, немой вопрос.

– Да все нормально, я то же люблю яички, – протараторила я.

Украдкой посматриваю на увлеченно жующего Богдана. Чувствую себя очень неловко, не спеша, пережевывая брускетт с красной рыбой и пастой из авокадо. Как же хочется попробовать икры, подумала я. Но как правильно ее есть. Хоть бы не опозориться.

Все то время пока мы ели помощница Тамары Викторовны – Ольга, находилась при входе в гостиную. Девушка стояла к нам боком изредка поглядывала на стол. Как только у меня закончился сок в бокале, она подошла и деликатно спросила:

– Чай, кофе или свежевыжатый сок?

– Сок, пожалуйста, – таким же вежливым тоном ответила я.

– Так вы значит, сегодня едите на вечеринку, – прервал молчание Богдан.

– Я не еду, сегодня возвращаюсь домой, – уверенно сказала я. – Вечеринка была вчера, но девочки решили остаться здесь. У меня сегодня выходной и много личных дел.

Богдан в знак одобрения покачал головой.

– Понимаю, – согласился он, – тоже не люблю, когда идет все не по плану. И не обязательных людей.

– Чем ты занимаешься в жизни? – его вопрос прозвучал для меня, как будто я на экзамене. На лице вспыхнул легкий румянец и мне, почему то стало стыдно признаться, что я всего лишь делаю макияж девушкам, окончив курсы у себя в селе.

– Я стилист, – вырвалось у меня, – делаю макияж девушкам и несложные прически.

– Нравится или приходится работать? – неожиданный вопрос прозвучал от него.

– Нравится, – ответила я и перевела свой взгляд на Ольгу, которая несла поднос с десертом.

Где-то на втором этажи послышались приближающиеся шаги и разговоры. Это спускались к завтраку Игорь и его ночные друзья. Настроение у парней было хорошее, я бы сказала игривое, в отличие от девушек. По лицу Дианы и Иры можно было прочитать, что они явно, что то замышляют, но очень старались приветливой улыбкой, этого не показывать.

– Всем доброго утра, – начал разговор Игорь.

Бросив беглый взгляд на Богдана, брат подошел со спины ко мне, слегка наклонившись, руками обхватил мои плечи и тихим тоном сказал:

– Ты нас извини красавица, мы вчера немного перебрали, не хотели тебя напугать.

Мне стало так неприятно от его прикосновения, что я немного одёрнула плечо. Богдан в этот момент смотрел на меня.

– Все хорошо, бывает, – ответила я неуверенно.

Хотя с кем бывает? Со мной это было в первый раз. Я вообще не понимаю как нужно вести себя в таких ситуациях.

– Я надеюсь, – включился в разговор Богдан, – это был первый и последний раз. Голос его снова приобрел тот ледяной тон, напомнив мне, каким он может быть.

Игорь в свойственной ему манере, которую я вчера подметила, приложил ладонь к груди, немного наклонившись, наигранно сказал:

– Клянусь.

Богдан ничего не ответил.

Не знаю, какие отношения у Богдана с братом, но очевидно, что Игорь его побаивается. Давид, тоже в его присутствии не был таким красноречивым, как вчера за ужином.

– Ева, так ты сегодня едешь домой? – спросила у меня Диана, присаживаясь напротив меня за стол. В голосе у нее чувствовалась язвительная нотка.

– Да, собираюсь, – уверенно ответила, сделав глоток сока.

– Хорошо, удачи тебе в работе, – прощебетала Диана и принялась накладывать в тарелку салат с осьминогом.

Ироничный тон девушек при обращении ко мне не предвещало ничего хорошего. Тревога засела в душе. Неужели они способны навредить мне.

– А деньги на дорогу у тебя есть, – бесцеремонно спросила Ира.

Этим вопросом она поставила меня в неловкое положение.

– Что за вопросы Ир? – я попыталась уйти от ответа.

– Нормальные вопросы, мы же тебе не заплатили, ты ведь не сделала свою работу, – не унималась Ирина, – кидаешь нас.

– Ир мы уже это обсуждали, я не хочу повторяться. Зачем за столом об этом говорить, портить всем аппетит, – набрав воздуха в грудь, проговорила я. Сердце учащенно билось.

Сидя рядом с Богданом, я чувствовала некую уверенность в себе. И понимала, что при нем брат и его друг будут вести себя сдержанно, и никто не будет комментировать мои слова. Да и выдерживать колючий взгляд Иры было намного легче.

– Ого, какая сейчас обслуга дерзкая пошла, – произнесла Ирина, услышав это, Диана чуть не поперхнулась. Девушка снова начинает впадать в агонию, когда что, то идет не так как ей нужно. Иру не волновало то что, она в чужом доме, и что никто ничего ей не должен.

Богдан допил стакан воды и резко опустил его на стол. Все притихли. Прежнее спокойное выражение лица его накрыло гневной маской.

– Встала, собрала вещи и покинула мой дом, – скомандовал Богдан, смотря Ирине прямо в глаза.

Да! Такого поворота я не ожидала. Мне даже стало как-то неловко за Ирину, и жалко её. У конечно нас возникло недопонимание, но заслужила ли она такого тона со стороны хозяина дома, у которого мы в гостях.

Все присутствующие в гостиной напряглись. На несколько секунд воцарилась тишина. Очевидно, что Ирина не готова была к таким словам и уж, тем более что ее так грубо выгонят.

– Это ты мне сейчас?! – злобно спросила девушка, переходя на крик, не сводя глаз с Богдана.

– Игорь проводи девушку, – не удостоив ответом на ее вопрос, Богдан обратился к брату.

Я сидела как прикованная к стулу и боялась поднять глаз на Иру, что бы ни перехватить её разъяренное внимание на себя.

– Да что у вас тут происходит, вы можете ему хоть слово сказать? – обратилась Ирина к парням. – Что значит убирайся из моего дома? Это же и твой дом, верно? – посмотрела на Игоря девушка. – Скажи ему, что-нибудь!

Игорь очень напрягся и нахмурился; кидая виноватый взгляд на Богдана, ответил ей:

– Для девушки, которую мы узнали только вчера и скорее всего больше никогда не увидим, ты ведешь себя весьма вызывающе и недостойно.

Покрасневшая от злости Ирина пнула ногой стул Дианы. Холодный и тяжелый взгляд «просканировал» всех нас.

–Что? – от злости на лбу у Ирины, вздулась вена. – Вы что тут все с ума сошли?! Диана собирайся! Ну и семейка, – крикнула вслед Ирина, поднимаясь по лестнице за своими вещами.

В гостиной повисло напряжение. Игорь и Марк сидели напротив Богдана и молчали. Для меня эта сцена была не совсем понята. Какую власть имеет Богдан над ними, что у них так напряженно идет общение. Они же близкие родственники. По ним видно было, что разговора между братьями не избежать, они просто выжидают время. Посидев так несколько минут, я решила тоже вызвать такси и уехать из этого красивого дома.

– Спасибо большое за завтрак и ночлег, пожалуй, буду собираться.

Богдан молча кивнул головой, давая понять, что мне действительно пора уезжать.

Глава 10

Поднимаясь в комнату, которая была отведена мне всего лишь на ночь, меня стали переполнять чувства теплоты и одновременно грусти. От одной только мысли, что я больше не увижу Богдана, мне становилось не по себе. Что-то во мне тянулось к нему.

Я совершенно не хотела возвращаться в свой мир. Где каждый день, как день сурка. Вставать на работу, лишь только потому, что нужно будет в конце месяца платить за съёмную квартиру со стареньким ремонтом. Заходить в магазины эконом-класса, в надежде найти для себя подходящий наряд, за небольшую цену. Улыбаться парням, которые мне совсем не нравятся, пытаться в них хоть что-то рассмотреть, так как родители считают, что пара уже женишка подыскивать. Хотя я у них на шее не сижу.

Мама мне всегда говорила, нужно присматриваться к парням своего круга и не мечтать о прекрасных принцах. В современном мире, это волки в овечьей шкуре. Им нужна добыча, а не спутница жизни. Ее слова резали мне слух, я не хотела ей верить. Скорее всего, в силу своего молодого возраста, я все еще верила в сказку. Моя старшая сестра Маша вышла замуж, за очень «удобного» по меркам семьи мужчину. Родила ему троих детей. По ее лицу можно было прочитать историю ее не легкой жизни, полной забот, труда и переживаний. Зато она была замужем. Галочка об ее пригодности в жизни, как и у других замужних женщин, незримо весел над нашим селом. Вторая сестра Татьяна, наоборот, еще в девках ходит, но уже начальник отдела в банке. Она нашла себя в работе, полностью ей поглощена. Это конечно, не очень правильно, по мнению отца: «Работающая девушка, конечно хорошо и очень похвально, но все же семья и быт должны у нее стоять на первом месте». Я же у них не входила ни в какую группу. Маша в свои девятнадцать лет уже вышла замуж. Татьяна училась на бухгалтера и крутила парнями, как хотела. И теперь, когда ей уже тридцать пять лет, у нее столько претензий к мужчинам, что вряд ли она подберет себе в селе кого то подходящего. Но и в город она перебираться не желает. Уж сильно она осела в своей зоне комфорта.

Я же до сих пор не знаю, что такое интуитивное кокетство. Куда девать руки, как игриво откидывать прядь волос, о чем говорить с интересующим мне мужчиной. Однако мне очень хотелось пленить того парня, который полюбит меня и будет видеть во мне свою будущую жену. Но я была плохо вооружённым солдатом, который ринулся на новый для него, огромный и загадочный город, чтобы попытать счастья, оберегая свою заветную мечту о большой и красивой любви.

Яркий солнечный луч выходил из моей комнаты в коридор. Дверь была открыта, хотя я точно помню, что закрывала ее. Взяв телефон в руки, я стала искать в интернете номера такси. К моему великому удивлению, оказалось, что такси сюда не ездят. Операторы сказали, это закрытая дорога и что они могут забрать меня только с самого села, а не с этого поместья. Мне ничего не оставалось делать, как спросить у Тамары Викторовны, как она добирается до работы и почему такси сюда не подъезжают.

Девочки уехали сразу же после скандала. Я слышала, как они громко собирались и хлопали дверьми. Ко мне они к счастью не заходили. Но я все равно, на всякий случай, закрыла дверь на ключ. Собрав вещи и проверив после себя порядок, я пошла на кухню, поговорить с управляющей.

В гостиной незнаковые мне девушки убирали со стола. Некоторые блюда были совсем не тронуты; это и понятно, скандал начался и закончился очень быстро, испортив всем аппетит. Зная, где расположена кухня, я молча прошла мимо девушек. Поймав на себе заинтересованный взгляд одной из них. Несомненно, Иркин крик еще долго будут обсуждать в этом гостеприимном доме.

Тамара Викторовна стояла у столешницы, спиной к двери и обрывала листики с коричневых веточек. Увидев меня, она доброжелательно улыбнулась и отложила своё занятие.

– Уже уезжаете от нас? – произнесла она, вытирая руки белым кухонным полотенцем.

– Да, меня ждет работа, – улыбнулась я, – спасибо вам за гостеприимство, было очень вкусно. Скажите, пожалуйста, на каком такси я смогу уехать?

Женщина внимательно посмотрела на меня, поправив очки.

– К нам такси не приезжают, – вежливым тоном ответила она.– Но я могу попросить Степана, водителя, с которым вы ехали, подвезти тебя к автовокзалу, так как в город ему сегодня не нужно ехать.

– Конечно, спасибо большое. Я вам очень благодарна. Я заплачу, – засуетилась я, открывая кошелек.

– Бог с тобой, милая, ненужно никаких денег, тем более Степан едет в село по работе.

Пока Тамара Викторовна говорила с водителем по телефону, я решила проверить, сколько у меня налички. К моему большому удивлению, денег у меня в сумочке не оказалось, хотя я помню, что брала их. Не было такого дня, когда я ходила по улице без денег.

Первая мысль, которая врезалась мне в голову – это Ирка. Вот же змея. Уехала, дальше морально разлагаться в свою «Смоковницу». И не предъявишь ведь. Как низко с ее стороны, вытащить у меня кошелек. Хорошо, что там было всего несколько сотен рублей. Как же теперь быть? Придётся просить в долг у Тамары Викторовны.

Женщина положила телефон на стол, одобрительно покачав головой.

– Все нормально, дорогая, Степан тебя отвезет, можешь быть спокойна. Хочешь чашечку чая выпить на дорожку с мелиссой, я слышала, у тебя было сегодня горячее утро, – намекнула на скандал в гостиной, женщина.– Только немного подожди, он очень горячий.

Повернувшись ко мне спиной, Тамара Викторовна начала пересыпать из красивой расписной банки какую-то траву в заварочный прозрачный чайник круглой формы.

Раскрывающиеся листочки чая под давлением кипятка, стали отдавать потрясающий аромат. Теперь я поняла от чего этот приятный запах во всем доме. Хозяева тоже любят этот чай.

– Спасибо Тамара Викторовна с удовольствием. У него такой приятный аромат. Как называется этот чай? – поинтересовалась я.

Тамара Викторовна загадочно улыбнулась, поджав губы.

– Милая можно это останется моей тайной. Наслаждайся вкусом и не думай о названии. Он очень полезный.

Я не стала её допрашивать, понимая, что явно такие сорта чай нельзя встретить у нас в супермаркетах. А если найду где-то, он будет мне не по карману.

– Ясно, без проблем, – улыбнулась я. – Еще у меня к вам огромная просьба, – смущаясь, сказала я.

Мне было так неловко просить мало знакомую женщину, одолжить мне денег.

– Дело в том, что я забыла дома кошелек, – смущаясь, сказала я, не делясь подозрениями, относительно Иры. – Могли бы вы мне занять, только на проезд до города. Правда, не знаю, какая здесь цена билета. Я вам обязательно, сегодня же переведу деньги, как доеду домой.

– Конечно, конечно, даже не переживай за это, всякое бывает, – пыталась утешить меня Тамара Викторовна, своим одобрительным тоном.

Женщина быстро засобиралась в свою комнату.

Не прошло и минуты после ухода Тамары Викторовны, как на кухню торопливым шагом вошел Богдан.

– Тамару не видела? – спросил он меня.

Проницательные темно-синие, почти черные глаза, смотрят прямо на меня.

Сердце начало разгонять кровь по телу при одном только взгляде на него.

– Она только что вышла и пошла в свою комнату. Сейчас вернется, – ответила я. Не успев договорить, на кухню вернулась управляющая.

Женщина держала в руках черный, весьма элегантный кошелек.

Богдан не стал задавать никаких вопросов.

– Я еду в город, примерно дня три меня здесь не будет. Если что, ты знаешь, кому звонить, – командным тоном сказал Богдан.

Увидев на столе свежезаваренный чай, он взял кружку, которая готовилась для меня и, сделав пару глотков, осушил все содержимое.

Я стояла и смотрела на него округлившимися глазами. Там же был кипяток. Как он смог его так быстро выпить. Тамара Викторовна, не обращая никакого внимания на этот «трюк», принялась готовить новую чашечку чая.

Очень интересный ты человек, Богдан Быковский, пронеслось у меня в голове.

– Решила у нас погостить? – обратился он ко мне. – Смотри на лошадях ездить желательно в первой половине дня и к вольерам с собаками не подходи: они затаили обиду. Усмехнулся Богдан.

Нет, вы посмотрите, он еще смеет шутить на эту тему. Я тогда чуть с ума не сошла от страха, а ему смешно. Но все равно, как красив. Не могу на него долго злиться.

– Да нет, что вы, – любезно сказала я, – просто жду водителя Степана, он отвезет меня на вокзал.

Богдан удивленно и очень мило поднял брови.

– Я могу тебя подвезти, – произнес Богдан, не сводя с меня своих голубых глаз.

– Спасибо не надо. Я не хочу доставлять вам неудобство.

А в душе у меня все ликовало. Понимая, что он сейчас из вежливости предложит еще раз. И я была права.

– Брось, мне не трудно. Собирайся, – скомандовал он. – Жду в машине.

Вот теперь мне нужно согласиться.

Я немного растерялась, но взглянув на Тамару Викторовну и ее одобрительный кивок с легкой улыбкой, поняла, что мне не за что переживать.

Богдан ушёл первый. Тамара Викторовна сделала мне новый чай, который я с удовольствием выпила, общаясь с ней на разные темы. Не торопясь. Мне совершенно не хотелось уезжать.

Сильно загорелый и крепкий парень в соломенной шляпе помог донести мою сумку и провел к гаражу, где стоял автомобиль Богдана.

Мужчина, который еще вчера вечером был похож городского бизнесмена, а ночью на секретного агента, сегодня сам на корточках, что то рассматривал в машине. Закатанные выше локтя рукава рубашки обнажила сильные мускулистые руки. Он мерял давление в колесах. Солнечные лучи, так красиво подсвечивали золотой ореол внутри его пленительных глаз. Казалось, что только так и можно его рассмотреть. Я наблюдала, как работают его плечи, как ритмично двигаются его мускулы под рубашкой, когда он правил колесо.

– Дай мне десять минут, – как-то по-свойски сказал Богдан. – Спускает немного колесо; cхватил где-то саморез. – Хочешь, садись в машину, там не жарко. Мне нужно поставить запасное.

– Спасибо, я здесь постою, ветерок приятный, – не успев закончить фразу, как этот самый ветерок, предательски поднял мне юбку сарафана. К счастью, я быстро среагировала и стала держать ее. Взглянув на Богдана, поняла, что у него хорошая реакция и пока я укрощала ветер, он успел увидеть больше, чем нужно.

– Я, пожалуй, сяду в машину, – румяная от смущения сказала я и открыла дверь.

– Вперед садись, – предложил Богдана.

Без лишних слов села в машину рядом с водительским креслом. Теперь нужно было подумать, о чем я буду с ним разговаривать. Может расспросить его о его увлечениях? Их у него явно много: судя по странным собакам и загадочным деревьям.

За всю свою жизнь, мне никогда не приходилось ездить на таких машинах. Отливающий глянцевым блеском черный автомобиль «БМВ-7», сиял в лучах солнечного света. Внутри была легкая прохлада и очень тихо. Запах кожаных кресел и легкого древесного парфюма смешались, пробуждая во мне первобытные инстинкты. Меня охватило приятное волнение. Богдан поднял голову и посмотрел в мое окно. Я почувствовала, что внутри у меня все дрожит. Находясь внутри машины, я была в безопасности. Думая, что через тонированные окна он меня не видит, и я могу еще раз, как следует его рассмотреть, хорошо запомнить, что бы ночи мои впредь не были такими тоскливыми. Богдан менял колесо. Движения его были плавными и сильными. Время от времени он поджимал губы. Я различала ритмичное дыхание Богдана. Видно было, что старается. Но никого не звал на помощь. Механики на ферме явно имелись. С таким-то парком сельскохозяйственной техники.

Богдан невероятно красивый молодой мужчина. Он снова бросил быстрый взгляд на окно.

Я ощутила тяжелые удары сердца и приятное напряжение внизу живота.

«Боже, неужели ему видно, как я им любуюсь». Меня кинуло в жар, и я отвернулась. Несколько минут я сидела прямо и смотрела перед собой. Но любопытство взяло верх, и я снова украдкой посмотрела в сторону Богдана.

С того места, где сидела, я не могла разглядеть его ниже пояса, только, крепкий торс. Мускулистые руки с широкими ладонями, которые так мастерски крутили колесо. Но мое воображение оказалось игривым и весьма бесстыдным. Яркими красками оно рисовало обнаженного Богдана, нежно целующего меня в красивой спальне его дома.

Закончив работу, Богдан вымыл руки под краном, который торчал из стены над раковиной. Рядом на деревянном стуле видела белоснежная рубашка, на которую я сразу не обратила внимание. Богдан Быковский быстрыми движениями начал застёгивать пуговицы, смотря в мою сторону. Стоял он напротив лобового окна. Он понимал, что я его вижу. Мне хотелось одновременно, и смотреть на него и провалиться сквозь землю от смущения.

Богдан быстро поменял рубашки и направился в сторону машины.

Я могла бы смотреть на него вечно. Любоваться его завораживающим мужским профилем, и дышать с ним одним воздухом.

Быстрым движением он открыл дверь автомобиля и сел за руль. В салон ворвался чертовски «грешный» аромат его парфюма. Этот запах я чувствовала и вчера.

– Скучаешь? – нажимая на кнопку зажигания, сказал Богдан.

– Да нет, все хорошо, жду вас.

Не успели мы отъехать, как в окно Богдана, буквально ворвался запыхавшийся Лео.

– Надо же думал, не успею, – тяжело дыша, сказал он. – Вы в город? Я с вами.

Бесцеремонно и не дождавшись ответа Лео, открыл заднюю дверь и сел в машину.

На лице Богдана нарисовалось недовольство.

– А где твоя?

Лео свободно сел по центр сиденья, водрузив свои локти на наших креслах.

– Так она ж на покраске уже неделю. Сегодня нужно забрать.

Богдан понимающе кивнул головой и нажал на газ.

– Адрес скажешь? – обратился он ко мне.

– Конечно. Улица Южная дом пятьдесят шесть, квартира двадцать,–сказала я.

Богдан усмехнулся и сказал:

– Боюсь, что до квартиры всё-таки придётся пройтись пешком.

– Ой, что ты, это я автомотически, – ответила я Богдану, понимая, что он не лишен чувства юмора. Это делает мужчину еще привлекательней.

– Я проведу, не переживай, – вмешался Лео.

Мы стали выезжать из гаража с другой стороны поместья. Направляясь в сторону трех метрового забора по идеально ровной и чистой дороге.

Вскоре черная литая иномарка, сверкая всеми гранями своего превосходства над другими машинами, катила по региональной дороге. Мелькали за окном приземистые магазинчики, аккуратно разложенные яркие палатки с арбузами. Людей на дороге практически не было из-за изнуряющей жары. Асфальт практически стерся и был раскален до предела. Но это все было за окном. В салоне же меня обдувал легкий, прохладный ветерок. А ощущение времени стиралось за веселой беседой в приятной компании.

Богдан вел машину очень аккуратно и не сильно быстро. Лео постоянно болтал.

Меня одолевали смешанные чувства. С одной стороны: с Лео весело и непринужденно ехать, а с другой стороны: Богдан практически не участвовал в нашей беседе, а только смотрел на дорогу и иногда кивал головой, в знак согласия, с чем-либо.

Лео постоянно закидывал нас шутками и разными историями.

Мне повезло, что Лео такой болтливый.

Хотя Богдан пару раз грозно на него посмотрел, после чего Лео менял тему разговора. Но, тем не менее, я много чего для себя узнала.

Оказывается Богдан десять лет назад спас Лео от бандитов, которые хотели его утопить в болоте. С тех самых пор они дружат и ведут вместе бизнес. По словам Лео его друг закоренелый трудоголик. Единственное, что может его отвлечь от работы – лошади. А благодаря обширным знаниям Богдана в области ветеринарии и медицины кони с его фермы в большинстве случаев занимают первые места на скачках.

Сам же Лео больше любит железных коней. Правда, в настоящее время он поставил занятия автоспортом на паузу. Травма, которую Лео получил на гонках, до сих пор даёт о себе знать; повреждение тазобедренной кости. Хотя походка его от этого ничуть не исказилась. Может, конечно, Богдан его также лечил своим чудодейственным зельем, подумала я.

Лео настолько откровенный и веселый парень, что я не заметила, как пролетели три часа. Так легко и спокойно мне никогда не было в мужской компании. Из череды шуток и намеков со стороны Лео я узнала, что оба парня холостяки. В это сложно было поверить, глядя на их внешний вид и финансовое положение.

Один раз я напрямую обратилась с вопросом к Богдану, что бы переключиться от историй Лео. Мое внимание привлекли весьма странные татуировки на руках. Это были простые линии черного цвета, которые вырисовывались из области локтя до запястья. Их было несколько, и они были не гладкие, а как будто сделанные на шрамах. Рельефные. Мое любопытство как всегда взяло верх.

– Интересные у вас татуировки. Они что-то означают? – спросила я, уже открыто рассматривая рисунки.

– Ничего не обозначают,– коротко ответил Богдан и снова замолчал.

Неловкая пауза возникла в салоне автомобиля.

Видно было, что он не собирается давать мне никакие пояснения. Насколько я уже успела заметить, Богдан не любил отвечать на вопросы, которые, наверное, ему не нравились. Может быть, я всегда задаю ему неуместные вопросы? Хотя любопытно же было узнать про дерево. Глупее я себя еще не чувствовала. Лучше бы я молча слушала Лео, пронеслось у меня в голове.

– У Лео закончились истории, которые он мог бы тебе безнаказанно рассказать, – неожиданно сказал Богдан.

Этот человек не перестает меня удивлять.

– Что? – ответила я. – Причем тут Лео?

Не может же он читать мысли. Интересно как он мне это объяснит.

– Понимаешь, я не склонен к беседам о личном, поэтому мой отказ поддерживать разговор, судя по выражению твоего лица был расценен как дерзость и ты напряглась. А так как ты очень не любишь чувствовать себя неловко, как впрочем, любой нормальный человек, то наверняка подумала про себя, что лучше было бы слушать Лео. Я прав?

На лице Лео засветилась понимающая улыбка. Он явно очень хорошо успел выучить своего друга за столько времени. Давая возможность Богдану ответить мне, Лео сидел и молчал.

– Отчасти ты прав, – ответила я, понимая что, такому как Богдан, будет трудно солгать.– Ты изучаешь психологию?

– Нет, я просто много общаюсь с людьми. У меня каждодневная практика, на теоретическую часть, времени нет. По теории у нас специалист Лео, я просто слушаю его россказни, делаю выводы и иногда применяю это в работе.

Лео поменялся в лице и нахмурился.

Богдан дал понять, что Лео нужно верить через слово, но в общем, он хороший парень.

Богдан улыбнулся, повернув голову в мою сторону.

Лео не стал на него долго дуться. Все-таки в его веселый нрав не входило долгое недовольство кем-то. От этого становился еще милее.

Он вдруг неожиданно вспомнил теперь не смешную, а страшную историю: как его однажды чуть не задушил удав. Хотя в наших краях таких змей никогда не водилось. Я слушала, выпучив глаза. Богдан все также молча вел машину. Не проявляя никакого интереса. Лицо его было сосредоточено и напряжено.

Въехав в город, Богдан не уточнил у меня как добраться до моего дома. Может быть, он знает мой район?

– Здесь можно повернуть, так короче будет, – подсказала я, указывая в сторону ближайшего двора.

Богдан последовал моему совету.

Выехав на нужную улицу, я попросила его остановиться на ближайшей остановке. Мне не очень хотелось, что бы кто-нибудь из соседей, видел машину, на которой, я приехала и уж тем более Богдана. У нас не совсем благополучный район и лучше, здесь не выделяться. Я всегда стараюсь одеваться неброско и даже можно сказать отталкивающе для мужчин, не хочу приключений. К нам уже как-то раз ломились в квартиру, благо я живу не одна. Но все равно было страшно.

Квартира хорошая, пусть и старенькая, цена приемлемая, хозяева понимающие, ну и к работе не далеко. Всего три остановки если ехать прямо. Супермаркеты рядом.

Лео выскочил из машины первый и любезно открыл мне дверь. Чувствуя некоторую неловкость перед Богданом, спокойно сидящим за рулем, я вышла из автомобиля.

– Отказ не принимается, я тебя провожаю до квартиры, – уверенно сказал Лео, сверкая всем своим обаянием.

Богдан в этот момент опустил окно и c серьёзным видом сказал:

– В мастерскую сам добираться будешь.

Я запротестовала, мне совершенно не хотелось, что бы Лео меня провожал. Не знаю, что он себе надумал, но намеков на симпатию я ему не давала. Я просто старалась быть приветливой.

– Лео спасибо большое, но не стоит. Мне еще нужно зайти в магазин, – надеялась, что слова мои звучат убедительно.

– Замечательно, я как раз буду носить твои сумки, – настаивал Лео.

Богдан все еще ждал его.

– Езжай, я сам доберусь, – обратился он к Богдану, похлопав по крыше автомобиля.

Меня эта ситуация начинала нервировать.

– Лео, правда, не стоит. Я не хочу отнимать у тебя время. Тем более дом мой близко и сумка не тяжелая.

Богдан окликнул Лео и одарил его тяжелым взглядом.

Лео поменялся в лице. Энтузиазм его резко пропал. Он опустил мою сумку на асфальт и с растерянным видом направился обратно в машину, сев при этом уже рядом с Богданом.

Едва я успела вымолвить слово и помахать рукой, как его машина тронулась с места и быстро покинула мое поле зрения.

Я улыбнулась сама себе. Меня переполняла влюбленность. Наверное, безнадежная. Вряд я его снова увижу. Взяв свою походную сумку, направилась к дому.

Не терпелось рассказать девчонкам, что со мной произошло.

Но дома меня ждал «сюрприз».

Глава 11

Едва приоткрыв дверь нашей съемной квартиры, ко мне навстречу вышла взволнованная Марина.

– Что произошло? – спросила я. Из кухни доносились всхлипывания Наташки.

Не дожидаясь ответа Марины, я быстро направилась к подруге.

– Что случилось Наташа?

Подруга была на себя не похожа: вся в слезах, лицо опухло и покрылось пятнами. У меня в голове пролетел рой ужасных предположений.

– Меня уволили! Уволили! Ты слышишь? – грубо, почти криком ответила она.

– Как? За что? – негодовала я.

– Лучше спроси из-за кого? – включилась в разговор Марина, обнимая подругу, видя, что её снова затрясло.

– Меня уволили из-за тебя! Поняла! – ударила кулаком по столу Наташа. – Эта твоя Диана, выложила пост в социальной сети, что якобы ты взяла у них деньги, свою работу не сделала и кинула их. А еще, что ты портишь волосы клиентам, а я ногти. Директриса как увидела это, тут же меня выгнала посреди рабочего дня.

– Что??? – не верила я своим ушам. – Это все ложь! Клевета!

Мое негодование взлетело до предела, тело бросило в жар.

– Что ты им сделала в этой поездке? Говори, почему они так со мной? Я-то причем? – не унималась подруга. – Эта твоя любимая клиентка, еще написала, что сделает все, что бы нас ни в один салон этого города не взяли!

– Я ей сейчас позвоню. Отыскав в сумке телефон, я набираю номер Дианы. На вызов никто не отвечал. Иркин телефон вообще был вне зоны действия.

– И толку? – сказала Марина. – По ним же сразу видно, что стервы.

– Девочки жизнь продолжается. Найдете новую работу, – пыталась приободрить Марина. – Посудачат и забудут. Я тоже выйду в социальную сеть и дам опровержение. Девчонок попросим других. Справимся.

– Это серьезное обвинение, я сейчас же пойду в салон и все объясню Веронике, – начала собираться я.

– Иди, иди, только я думаю это бесполезно, для нее репутация ее фирмы важнее, чем мы. Надейся, что бы другие салоны согласились с нами работать. А то поедем назад в село, коров доить.

Как Диана могла так поступить. Мое возмущение росло с каждой минутой. Они же ходили ко мне почти два года. Мне даже казалось, что мы подруги. Но случилась ситуация, которая им не понравилась и они решили, таким гнусным враньем, испортить мне репутацию. Да ладно мне, так еще и подругу мою прихватили. Бьют по больному.

Вероника не отвечала на звонок. Я снова обуваюсь и практически бегу в салон «Адель».

Одержимая праведным гневом быстро шагаю в салон, практически срываясь на бег. Я не могла допустить, что бы кто-то из моих коллег, и уж тем более клиенток поверил в эту лож.

– Приветик девочки, Вероника у себя?– спросила я, стараясь восстановить дыхания, после быстрой ходьбы.

Понимая, что происходит, девочки кивнули в сторону кабинета хозяйки салона.

– Только у нее там Ринат, – предупредила меня Гела.

– Вот черт, как некстати. Давно он у нее? – выругалась я.

– Минут тридцать. Постучись. Скорее всего они закончили свои дела, – захихикали сотрудницы салона, переглянувшись.

Мне было не до смеха. Подойдя к двери, я слегка прислонила голову к двери. Меньше всего мне хотелось помешать им и еще больше настроить мою начальницу, против себя.

Убедившись, что из комнаты доносятся довольные разговоры, я решила постучать.

– Здравствуйте, Вероника Каримовна, можно к вам? – сохраняла спокойствие, спросила я.

На лице двадцатипятилетней хозяйки салона «Адель» нарисовалось озабоченное лицо. Она прекрасно понимала, какой сейчас предстоит разговор. Ринат, непосредственный владелец салона, рассевшись в кресле, рукой подал знак, что бы я проходила.

– Ты правда взяла у них деньги и уехала? – спросил он с ярко выраженным акцентов, пристально смотря мне в глаза.

– Конечно же, нет! Дело в том, что Диана и Ирина обиделись на меня, потому что я не осталась с ними на второй день в качестве стилиста. Пустив эти слухи, они меня хотят наказать. Но вы же понимаете, что это все вранье, более того они сами у меня вытащили кошелек, что бы я просила денег у чужих людей, для того чтобы уехать из того дома – продолжала оправдывать себя я. – Наташа вообще не причем, она даже не знала, о нашей ссоре. Пожалуйста, не увольняйте нас. Мои подруги и те, кто нас давно знает, дадут опровержение в интернете.

– Все, все, я тебя понял, – не дал договорить мне Ринат. – Пойми, в твой рассказ я верю. Мне приходилось сталкиваться за свою жизнь с женским враньём. О! Оно беспощадно и не знает границ. Но на кону моя репутация. Это не просто, какие то девушки с нашего района. Это элита общества. У них много подписчиков и обожателей. Они прислушиваются к их мнению. К любому. Даже дурному. А людям дай только кости поперемывать. Я ей уже сегодня звонил и тоже просил, дать опровержение. Диана сказала, что если я вас двоих уволю, они снова будет хвалить мой салон. А это деньги. Я как бизнесмен всегда буду на стороне людей, которые принося моему делу деньги. А кто создает проблемы, мне такие люди не нужны. Так вот как бы она была не права, но в данной ситуации ты мне создаешь проблемы. Поэтому с этого дня ты и Наташа здесь больше не работаете.

Вероника Керимовна даст вам расчет. Без обид. Это бизнес. А вам удачи. Закончив свой длинный спич мужчина, который из-за своей неприятной полноты, ели выбрался из мягкого велюрового кресла.

Выйдя из кабинета меня переполняли злость и обида. Мне трудно поверить в то, что кто-то, вот так просто мог меня оболгать. Обиднее всего то, что людям не нужна правда, она им просто не выгодна. Бредя по улице к дому, с пакетом моих личных вещей, я пыталась собраться с мыслями и немного успокоится. Нас с Наташей ждали не простые времена.

Подходя к дому, я заметила рядом с моим подъездом несколько больших картонных коробок.

– Приветик,– послышался шепот у левого уха. – Ждешь кого-то?

Невольно дернувшись, я обернулась. Передо мной стояла наша соседка Мира.

– Мира больше так не делай. Ты меня напугала, – ответила я.

– Не нужно бояться таких мелочей. Будь всегда наготове, – с лукавой улыбкой ответила девушка.

Я состроила соседке гневную гримасу.

Еще с прошлого раза не могу понять нормальная она или нет. Эти ее завуалированные фразы.

– Твои коробки?

– Ага. Только сегодня получилось заказать доставку.

Мира закатила рукава легкой трикотажной кофточки и принялась за коробки.

Сложно было поверить, что она сможет поднять, хоть одну из них. Ей на вид лет двадцать не больше. Ростом чуть выше среднего и очень худенькая.

– Ты сама их будешь носишь? – удивилась я.

– Ага, – улыбаясь ответила девушка и с легкостью подняла одну и коробок.

Не стала я у нее спрашивать о грузчиках. Может, денег нет на их услуги. Это её дело.

– Давай помогу, так быстрее будет. А, то выйдут бабушки на «совещание», а их лавочки заняты. Сразу попадешь в немилость.

Мира засмеялась.

Коробки оказались действительно тяжелыми. Всю дорогу я недоумевала, как у нее получается с такой легкостью их носить. У нее даже дыхание не сбилось. Не то, что у меня. Наверное, мне попадались они с «камнями».

– Ева благодарна тебе за помощь! Может, зайдешь. Чаю выпьем? – предложила Мира, доброжелательно предлагая мне пройти на кухню.

Мне совершенно не хотелось сейчас возвращаться домой и рассказывать не приятные новости. Да и от Миры шло такое тепло и радушие, что мне очень захотелось с ней поболтать и узнать ее поближе.

Сначала мы долго искали посуду в ее коробках, потом пакет с продуктами.

Я делала бутерброды, а Мира расставляла посуду и рассказывала мне о своей жизни. Она старше меня на два года. По ее словам уже с пятнадцати лет живет одна, без родителей. Работала манекенщицей на модных показах одежды. Накопила денег, и теперь хочет просто отдохнуть от работы какое-то время. Мира мне показалась жизнерадостной и доброй девушкой. Предполагая, какое теперь ко мне будет отношение от подруг, я очень рада появлению Миры в нашем доме. Проболтав с ней почти три часа, я совсем забыла, что меня ждут с новостями Наташа и Марина. Вынув телефон из сумочки, я ужаснулась: двадцать три пропущенных от подруг. Мобильный телефон был все это время на беззвучном режиме. Представляю, что сейчас начнется. Они на меня и так злы, так еще подумают, что я их игнорирую. Нужно срочно бежать домой. Не то чтобы я хотела быстрее начать оправдываться перед ними, все же не считаю себя виноватой в данной ситуации, но чувство ответственности за неё как-никак присутствует.

Перезвонив Наташе, услышала резко отрицательный тон.

– Ты где ходишь? – начала с претензии девушка.

– Уже иду, – коротко ответила я и положила трубку.

Мире я не стала рассказывать о своих проблемах, хотя она в своих историях была очень откровенна.

Поблагодарив девушку за угощения, и приятную беседу я засобиралась домой. Рядом со своей дверью я топталась минут пять, и не решалась войти. Обдумывала, что буду говорить, какие у меня есть варианты решения проблемы. Хотя я совершенно не знала как «отмыться» от этой лжи.

Нет, не могу, не могу я сейчас войти, проносились беспокойные мысли в голове. Как там говорила Мира: «всегда будь готова». Не думала, что готовиться придется к несправедливости и клевете. Зайду еще раз к ней и спрошу совета. Расскажу все, как было на самом деле. А девочки подождут; успеют еще поорать на меня.

Я нажала на звонок, но никакой мелодии не прозвучала. Слегка нажав на ручку, поняла, что дверь не заперта. Я хотела окликнуть Миру, но в её комнате слышался мужской голос.

Также медленно и тихо я закрыла дверь. Странно, подумала я. Все это время я находилась на лестничной площадке. Никто к ней не приходил.

– Может это телевизор? – подбирала варианты. Потом снова приоткрыла дверь. Чуть посильнее.

– Не нужно всем помогать, людей это настораживает, – успокаивающим голосом сказала Мира.

Мое тело обдало холодным потом, услышав отчетливый мужской ответ на ее речь. Причем очень знакомый.

– Я хотел быть приветливым. Айк любит быть приветливым.

– Не всем это нужно, пойми. Помогай когда попросят днем и ночью когда кто-то зовет на помощь, – поучительно и по-доброму отвечала Мира.

Неужели это тот Айк? Они знакомы? И самый главный вопрос как он попал к ней домой, минуя меня.

Недолго думая я постучала громче, открыв дверь сильнее.

– Мира это Ева. Я забыла у тебя телефон, – сказала я, не дождавшись приглашения пройти в квартиру.

Мира быстрыми шагами вышла ко мне на встречу с телефоном в руках.

– Ах да! Я уже собиралась тебе его нести, – улыбаясь, произнесла девушка, протягивая его в мою сторону.

– Я слышала мужской голос. Ты не одна? – с любопытством, уставилась я на соседку.

Мира не сразу ответила на мой вопрос. Несколько секунд она просто молчала и смотрела на меня, опершись плечом о стену.

– Знаешь Ева, я не люблю и не могу врать. Давай ты просто не будешь ждать от меня ответа и объяснений.

Ситуация была крайне неловкая и загадочная.

– Конечно, Мира я и не думала подслушивать, просто так вышло. Я все это время стояла у двери и не видела, что бы к тебе кто-то заходил. А тут такое. Поэтому и спросила. Извини.

Девушка улыбнулась и подошла ко мне вплотную. Проведя пальцем по моей щеке, она сказала:

– А может тебя посвятить? Тебе же все равно никто не поверит. А мне ужасно хочется, кому-нибудь из людей рассказать,– с большой интригой в голосе говорила она. – Тем более мне уже нечего терять. Днем раньше днем позже.

– Ну, расскажи, – спокойно сказала я, не понимая какую игру она затеяла.

Странные речи Миры меня уже не удивляют. Но и сказать, что я ей всецело могу верить, я не могла.

– Так кто там? Твой парень? Он к тебе, что по пожарной лестнице лазает? – усмехнулась я.

Мира плавным движением руки предложила мне пройти на кухню.

– Пройди и сама посмотри.

Не успела я сделать шаг, как телефон снова напомнил мне о моей проблеме.

– Ладно, Мира мне нужно идти. Не буду вам мешать. Позже, расскажешь мне о твоем секретике. Меня уже девочки заждались.

Мира понимающе кивнула. Проводив меня за дверь, я услышала, как она дважды повернула замок.

Не успела я снять обувь как в прихожую вбежала Наташа. Глаза у нее были беспокойные и ждущие ответа.

– Ну что удалось ее переубедить? – с надеждой протараторила Наташка.

– К сожалению нет. Я разговаривала с ее спонсором, Ринатом.

– Ясно, этому вообще на нас наплевать. Лишь бы деньги ему носили, – нервно ответила Наташа. – А Вероника, что нибудь сказала, в нашу защиту? Мы же с ней подруги. Хотя я ей звонила сегодня несколько раз, а она трубку не берет. Неужели она поверила этим двум гадюкам.

– Нет. Не произнесла ни слова, – пожала плечами я. – Я так поняла, она права голоса не имеет, когда он говорит о делах. Ей главное, что бы деньжат ей подкидывал, а она будет приглядывать за салоном.

– Не переживай Наташа, мы что-нибудь придумаем, – пыталась подбодрить я подругу.

– Что ты придумаешь?– крикнула на меня Наташка. – Я уже в четыре салона позвонила. Они мне отвечают, что не могут меня взять, хотя у них есть вакансия, судя по свежему объявлению. Они все не хотят проблем и сплетен. Каждый дорожит своей репутацией.

– Ну, Диана же не всемогущая, наверняка есть салоны, до кого не дошли слухи.

– Может и есть только я о таких не знаю. А в салонах, которые находятся в общежитиях, работать не собираюсь. Поняла? – продолжала кричать на меня Наташа.

– Девочки, не ссорьтесь, а что если вам пока все не уляжется поработать где-нибудь в другом месте, – предложила Марина. – Вот у нас, например, в ресторане, требуется работники на кухню и официантка. Я могу вас рекомендовать.

– Нет уж спасибо, – резко ответила Наташа. Я что для этого проходила профессиональные курсы, что бы посудомойкой работать. Я буду искать работу по моей специальности.

Наташа демонстративно сняла и кинула в меня сертификат, который висел на стене. Я ели увернулась.

– Прекрати! Ты что творишь? – вырвалось у меня.– Я понимаю, из-за меня ты оказалась в такой ситуации, и тебе не обязательно, сейчас сломя голову браться за первую попавшуюся работу. Ищи спокойно подходящий салон, а я заплачу в этом месяце твою долю за квартиру, ну и продукты с меня.

Видя как гнев Наташкин, при словах о её содержании, немного уменьшается, в квартире, наконец-то наступила тишина.

У меня в банке открыт счет, на который я каждый месяц откладывала двадцать процентов своего дохода, на черный день. Вот он и настал, с грустью подумала я. Мечта о своем салоне, отодвигается на неопределенный срок.

Вспомнив предложение Марины о работе, я пошла на кухню, где на подоконнике сидели девушки и курили.

– Марина, я согласна. Когда ты можешь спросить у администратора? – с надеждой в голосе спросила я.

– Завтра у меня смена, тогда и спрошу. Правда, не помню кто завтра у нас администратор. Надеюсь Ольга. Она посговорчивее и не такая пафосная как Ирма.

Вечер наступил в нашей квартире как в слезливой мелодраме. Наташка и Марина постоянно шептались. Временами, поглядывая на меня. Атмосфера царила гнетущая. Наташка время от времени заливалась слезами, так как считала, что ее карьера на этом закончена. Марина бегала в аптеку за успокоительными таблетками. Мы ее пытались приободрить. Звонила Наташкина мама, грозилась забрать ее обратно в село. Говорила, что сплетни ей не нужны и что она против дружбы со мной. От чего истерика только увеличивалась.

На улице лил сильный дождь. Гремел гром. Картина за окном полностью отражала моё душевное состояние.

Глава 12

В комнате тихо. Шторы распахнуты полностью. Воздух после дождя дарит непревзойдённый запах свежести и чистоты. Утренние солнечные лучи, неторопливо пробираются к моей кровати. Я проснулась в приятной тишине. Не думала, что это так замечательно. Наташа и Марина сегодня не ночевали дома. Наверное, личная жизнь бьёт ключом, не то, что у меня. Хотя я даже рада. Не нужны мне лишние переживания.

Не прекращающаяся суета меня сопровождала с самого детства. В родном доме комнату делила с двумя сестрами. Потом они выросли и разъехались.

Но недолго я была хозяйкой «апартаментов». Когда мне исполнилось двенадцать лет, старшая сестра решила что я не правильно трачу свое детское время. А ей спустя полгода декрета срочно нужно выходить на работу. И на семейном совете приняли решение назначить меня нянькой семимесячной племянницы. Сложные задания: покормить, помыть выполняли мама с Машей, прибегая с работы. Все остальное время племяшка была под моим зорким контролем. Поначалу мне даже нравилось этим заниматься. И у меня очень хорошо получалась эта работа. Но прошло еще два года, и Маша подарила мужу еще одного малыша. История повторилась. Но я уже не хотела воспитывать ее детей каждодневно. У меня появился живой интерес к прическам и нанесению макияжа. По ночам я смотрела ролики в интернете, как это делают профессионалы. Потом нашла средненькие курсы по этой специальности. Без скандала не обошлось. Всё моё семейство было против такой учебы и работы. Средняя сестра Татьяна подыскала мне бухгалтерские курсы. Она работает в банке начальником отдела. И все в семье были уверены, что моя дорожка лежит именно в банк на прием граждан. Я протестовала, как могла. После долгих уговоров и слезливых сцен мне разрешили посещать эти курсы. Там я и познакомилась с Наташей. Второй скандал был впереди. Спустя год встал вопрос о работе. Я и Наташка решительно настроелись отправиться в город. Родители с трудом, но отпустили. Хотя отец вместо пожелания мне удачи предупредил, что если я позвоню к ним с проблемой, то он заберет меня назад в родной дом.

Окрыленные свободой и мечтами, мы уезжали из села.

Знакомая Наташи – Марина уже снимала в городе квартиру. И ей нужны были соседки.

Не прошло и недели как меня и Наташу взяли работать в салон красоты «Адель».

Марина работала в элитном ресторане «Вкус», помощником администраторов. Она очень старалась и держалась за эту работу. Надеялась когда-нибудь стать главным администратором.

Ресторан располагался на центральной улице и выделялся на фоне других дорогих ресторанов. Он имел два этажа и веранду на крыше. Вокруг ресторана по периметру стояли арт. объекты красивых человеческих фигур в масках животных. Они были одеты в дорогую одежду украшенные пайетками и стразами. Наряды ослепительно блестели на солнце и как магнитом притягивали всю элиту этого города. Декорации были расставлены в непринужденных позах, будто замороженные, в момент выполнения каких-либо действий. Особо выделялся тигр в костюме от Версаче, вальяжно сидевший на темно-зеленом диване с сигарой в одной руке, а другой трогающий подбородок трепетной лани; она игриво расположилась на коврике у его ног в красном шелковом платье с открытой спиной. Некоторые фигуры мирно держали бокалы в своих руках и улыбались. Другие застыли в танце, прижимаясь друг к другу.

Не поскупились хозяева ресторана на украшения для этих экспонатов. Они же позаботились о сохранности этих ожерелий, диадем и прочего. К каждому украшению было подведено электричество. Ходили слухи, что как только эти экспонаты установили и нарядили их, в первую же ночь в больницу увезли четыре человека. Хотя стояла табличка «Осторожно фигуры под напряжением». Но как же искушал их внешний вид. Как только не пробовали раздеть и снять эти украшения. Ничего не получалось. Спустя пару месяцев, народ свыкся с мыслью, что чужое брать нельзя – Опасно.

Ресторан славился своей вычурностью, роскошью и кухней. Меню заведения ни шло, ни в какое сравнение с блюдами, готовящимися в подобного уровня ресторанах.

Ресторан «Вкус» совершенно точно можно было считать достопримечательностью города.

Примерно в половине одиннадцатого раздался звонок, которого я так ждала.

– Ева собирайся, – обнадеживающе произнесла в трубку Марина. – Я о тебе рассказала Ирме. Она готова на тебя посмотреть.

На стуле меня уже ждала, тщательно отобранная Мариной, одежда. Должность, на которую я могла рассчитывать была не офисная, но образ должен был быть классический: черный низ, белый верх. Даже на моменте собеседования.

– Чему ты радуешься, – язвительно сказала Наташа, наблюдая, как я старательно привожу себя в порядок. – Будто тебя в банк работать берут. Будешь там тарелки драить. Нельзя так прогибаться. Ты же весь свой навык потеряешь. Лучше бы тоже, салон искала.

– У меня нет другого выбора. Но это временная мера. Мне же нужно будет платить за квартиру и еду, – защищала свое решение я.

–А ну да правильно! Тогда иди, отмывай полы. Зарабатывай нам на квартиру, из-за тебя же все это началось, – решила в очередной раз напомнить мне Наташа.

Я уже не могла слушать её бесконечное нытье и сетования на судьбу. Выскочив из квартиры, я направилась к ожидающему меня такси.

Раньше мне никогда не приходилось бывать в ресторанах подобного уровня. Но Марина нам всегда рассказывала в красках о нем. О людях, которые там работают. О посетителях. И как она счастлива, что является хоть и небольшой, но частичкой этого места.

Едва ступив на территорию ресторана, я ощутила себя мышкой, рядом с этими эпичными арт. объектам. Они олицетворяли роскошь и положение в обществе.

Встретила меня Марина у служебной двери.

– Так, не волнуйся. Ты ей понравишься, – пыталась меня подбодрить Марина. – Главное отвечай строго на ее вопросы, не больше, не меньше. Лишнее не спрашивай, я тебе сама все расскажу и покажу.

Уверенным шагом, Марина повела меня в кабинет старшего администратора.

Ирма стояла у окна, рассматривала разноцветны буклеты.

– Что за дизайнеры пошли. Они совсем не улавливают дух нашего ресторана. Неужели трудно, высокий статус изобразить, нет так убого, – сказала женщина, показывая Марине эти бумаги.

– Действительно, – согласилась Марина, взяв в руки пару листов. – Эти образцы меню отлично подойдут для столовой или гостиницы.

– Я вообще не понимаю, для чего нужно менять дизайн меню. Оно прекрасно отражает стиль нашего ресторана, – продолжала удивляться Марина, ловко схватив настроение Ирмы.

– А я тебе скажу дорогая моя девочка. Этому Изольду, нужно просто всем доказать, что он не зря ест свой хлеб. Вот и подкидывает новые идеи руководству. А я считаю, что наш ресторан – десять из десяти.

Высокая, худощавая женщина лет тридцати, смерила меня своим взглядом. Подступив ко мне вплотную на высоченных каблуках, она слегка нагнула голову и посмотрела мне прямо в глаза. От такой близости, я слегка растерялась, но старалась держаться стойко.

– Здравствуй, ты наверное Ева, – спокойным тоном, обратилась ко мне Ирма.

– Почему красные глаза? Болеешь или принимаешь что-то? – задала она мне вопрос, введя меня в замешательство.

Я не знала, что ей ответить. Рассказать о своей проблеме или не надо. Сделаю только хуже.

– Я ничего запрещенного не принимаю и не курю. Ну и не болею, – отрапортовала я. – Просто, вчера был день полный переживаний.

Женщина одобрительно покачала головой. Мой ответ ее удовлетворил, и она не стала продолжать эту тему.

– Значит, ты бы хотела здесь работать. Чем ты занималась до этого дня? – пристально смотря на меня, спросила женщина.

– Я работала парикмахером.

Боже, она же сейчас меня спросит, почему меня уволили. Марина, конечно же, придумала мне легенду. Но я так не хочу начинать наше знакомство со лжи. Как гласит известная пословица: «тайное всегда становиться явным». Я не хочу ей лгать, проносилось у меня в голове. Такой статусный ресторан. Они, конечно же, дорожат своей репутацией. А подставить еще и Марину, я не могу. Хоть она и сама все это придумала.

– Почему ты ушла с этого салона? – не отводя взгляда, смотрела на меня Ирма. – Марина мне рассказала эту историю, но я хочу послушать и тебя.

– Ирма, давайте не будем пытать девушку. В любом коллективе встречаются недопонимание и мелкие козни. Ева просто не хотела в этом участвовать. Она порядочная девушка и очень ответственная, – включилась в разговор Марина. Тем более должность работницы по кухне, я думаю, не требует столь детального ознакомления с личной историей нового сотрудника.

– Хорошо, ты права. Знай, на нашей территории такого себе никто не позволит. У нас ту повсюду камеры. Да и молодые парни, очень дорожат этим местом.

Ирма легким движением руки предложила мне присесть, чтобы ознакомится с трудовым договором и своими обязанностями. Она показалась мне очень милой женщиной. Хотя Марина отзывалась о ней как-то холодновато. В любом случае хорошо, что мне не пришлось ей лгать. Будь, что будет. Во всяком случае, хоть какое-то время мне удастся здесь поработать и заработать денег.

Девочки ответственные за кухню быстро ввели меня в курс дела. По ходу работы они подсказывали мне как что здесь устроено. Марина частенько ко мне приходила, подсказывала что, да как, ну и просто делилась свежими новостями.

Наташа вторую неделю безрезультативно пыталась подобрать подходящий салон для работы. Или делала вид, что усиленно ищет. Не знаю. Со мной она избегала разговоров, но продукты, купленные на мои деньги, с удовольствием ела. Не уставала Наташа, тихонько обсуждает что-то с Мариной. Я несколько раз пыталась с ней поговорить. Помириться. Заплатила в этом месяце ее долю за квартиру. Но она упрямится и считает, что я обязана и дальше ее содержать; в наказание. Ведь она потеряла работу.

С каждым днем запал ее найти работу угасает, и она мягко усаживается к нам на шеи. Лежит целыми днями на диване, смотрит сериалы. Марина и ей предлагала должность в этом ресторане, но ей это не по «статусу».

Первые два месяца показались мне вечностью. Я с трудом привыкала к обязанностям и правилам кухни ресторана «Вкус». Ирма действительно была очень требовательная администратор. Хотя кухня находилась под властью высокого, крупного черноволосого шеф-повара. Что касается посуды, то она должна была излучать стерильную чистоту. Блеск вилок и ножей мог бы составить конкуренцию украшениям, которые носят гости этого заведения. Лично я считаю, что вытирать ложки полотенцем, очень мягким, предназначенным явно не для кухни и кристально белым, это перебор. Но это здесь норма. Я протирала стол даже тогда, когда еще одно блюдо не полностью готово. Смена ингредиентов. Протереть стол, помыть посуду. Как будто у них ее не хватает. Вот так и бегаем, я и еще три девочки, весь день не приседая. Из кухни в помывочную. Да это очень выматывает. Несмотря на то, что есть посудомоечные машины. Такие здесь правила. А я всегда быстро адаптируюсь ко всему новому. Пусть даже тяжелому. Но, несмотря на суетливый и монотонный день, вечер обещал быть приятным.

Глава 13

Артём позвонил еще утром и предложил сходить в кафе. Я была очень рада. Это было то, что мне сейчас нужно. Встреча с парнем, который мне давно нравится. Пусть Богдан Быковский все еще частый гость в моих ночных фантазиях, но я отдавала себе отчет, что мы из двух разных миров.

Я хотела отвлечься от работы и от глупых мечтаний о моем красивом фермере.

Артём заехал за мной на такси, и мы отправились в парк. Он был учтив и очень обходителен. Мы разговаривали о разных вещах: о работе, наших семьях, планах на жизнь. Я находила в его взглядах на жизнь много того, что откликалось в моем мировоззрении. Возможно, он бы мне очень подошел как мужчина, да и родителям он точно бы понравился. Если бы не одно обстоятельство: только и думаю о Богдане. Даже когда говорю с Артёмом, а в голове образ и улыбка Богдана, его поучительный взгляд и эти завитки на макушке. Но, нужно быть реалисткой. Такие парни встречаются только с девушками своего круга. Эти девушки манерные и могут с легкостью составить компанию солидному мужчине на мероприятии высокого уровня. Они ухоженные, по всем канонам современной красоты и стиля. Они знают себе цену и преуспевающие мужчины с легкостью дают им то, что они захотят. Как говорят в народе: «подобное притягивает подобное».

Мы не спеша шагали по ровным дорожкам городского парка. Щебетание птиц и легкий, едва уловимый аромат цветущих растений дарил романтический настрой.

– Вот это отличное кафе, давай зайдем, – прервал мои мысли Артём. – Здесь отлично кормят и всегда дают какой-нибудь комплемент от повара в подарок.

Кафе было довольно красивое и персонал приветливый, только вот запах какой-то странный был. Лучше бы просто погуляли, подумала я. Но не хотела ставить его в неловкое положение, поэтому согласилась на кафе. В мои планы не входило употребление алкоголя; я заказала сок апельсиновый и овощной салат. Не хотелось, что бы Артём тратил на меня много денег. Артём же попросил принести бутылку вина. Я сначала вежливо отказывалась, а потом решила, что хорошо было бы расслабиться и отпустить глупые мысли из головы.

За непринужденной беседой не заметила, как стрелки на часах показали половину десятого вечера. То ли вино во мне играло, то ли Артём мне больше стал нравиться, но я совершенно не хотела с ним сегодня расставаться.

– Парк до десяти работает, сейчас нас попросят покинуть кафе, – с заигрывающей улыбкой сказал Артём. – Можем пойти ко мне в гости и посмотреть фильм, ты как, не против?

– Хорошо, поехали, – ответила я, сама не ожидая от себя такой смелости. А что мне уже двадцать. Артём отличный парень и мы нравимся друг другу. Может пора уже попробовать серьезные отношения с ним. Подумав об этом мне, почему то стало смешно и одновременно страшновато.

Артём проявлял в этот вечер свои лучшие джентельменские качества. От этого казался ещё милее.

– Ехать ненужно, я тут рядом живу, – сказал парень, слегка приобняв меня за талию.

Всю дорогу домой Артём не выпускал мою ладонь из своей руки. А я понимала, что дальше поцелуя у нас не зайдет. Все-таки это наше первое официальное свидание, и я должна вести себя как леди.

Артём жил на третьем этаже пятиэтажного кирпичного дома. Квартира была съемной и поэтому не отличалась ни ремонтом, ни каким то особым порядком. Он снимал эту квартиру с коллегой по работе. Сегодня его не было дома, он ночевал у своей девушки. Пока Артём суетился с приготовлением чая и поиском интересного фильма в интернете, я поняла, что очень хочу домой. Мне стало так некомфортно находиться с ним в его квартире. Я почувствовала, некий страх. Но вида не подала и решила все-таки посмотреть фильм и поехать сама на такси домой. Чем дольше Артём искал фильм, тем больше росло мое желание уехать домой, тем больше я понимала, что не нужно было приходить к нему домой и давать надежду.

Сделав пару глотков напитка, я все же набралась смелости сказать ему это.

– Артём, спасибо за чай он очень вкусный, – начала я нерешительно. – Знаешь, давай лучше в другой раз посмотрим фильм, мне нужно ехать домой.

– А что лучилось, почему передумала? – растерянно спросил он.

Я поставила кружечку с чаем на журнальный столик и, взяв сумку, засобиралась к выходу.

– Завтра просто тяжелый день, много будет работы. Да и у девочек ключей нет, а они скоро вернуться с клуба, – ответила я, начиная нервничать, видя, как на меня пристально смотрит Артём.

Парень сделал несколько шагов ко мне и попытался обнять.

– Артём прекрати, мне правда нужно идти, я вызываю такси, – уверенно сказала я, выставив руки вперед; пыталась держать дистанцию.

Отстраняясь, я старалась не делать резких движений, прекрасно понимая, к чему он клонит. Хотела ситуацию свести к юмору; не спеша отходила от Артёма, доброжелательно разговаривала с ним. А он напирал на меня все сильнее и сильнее. Он делал вид, как будто не слышит меня. Как же быстро он поменялся в своем поведении. Артём старался не смотреть мне в глаза и начал прижимать к себе, обхватив одной рукой за талию. Пальцы другой его руки нервно трогали мою спину, и спускались на бедра.

– Брось. Ты что меня боишься? Все же хорошо было. Ты давно этого хочешь. Я же все понимаю.

Я отодвигала его, как могла, не давала себя поцеловать в губы. Схватив со стола сумочку, пыталась быстро уйти.

Артём выхватил из моих рук сумку и отбросил её в противоположную сторону. Приставания его были все настойчивее и противнее; дыхание становилось чаще, прикосновения грубее. Он явно не хотел сегодняшнюю ночь проводить в одиночестве. С каждым таким напором, я понимала, что ни о какой симпатии с его стороны, не может быть и речи. Он просто меня хотел. Его глаза широко раскрыты, взгляд стал туманным. Он смотрит сверху вниз, дышит с трудом и очень крепко держит меня в своих объятиях. Приехав к Артёму домой, я совершила большую ошибку. По своей наивности, я-то думала правда смотреть фильм и просто миловаться, но никак не заниматься чем-то, срамным, как сказала бы моя мама.

Страх сменился дикой злостью и отвращением. Артём развернул меня спиной к себе и стал жадно целовать в шею.

– Артём хватит! Отпусти меня! – срываясь на крик, просила я. Судя по его движениям, это его только заводило.

Артём становился все напористее и агрессивней. Своими холодными и потными руками он схватил меня за подбородок и попытался поцеловать. Шепча на ухо, что давно меня хочет и чувствует то же самое от меня. Но я, по его мнению, выделываюсь и поднимаю себе цену. Его слова и дыхание были мне крайне неприятны. Я чувствовала отвращение и огромное желание выбраться из его потных рук. Как я не старалась, у меня ничего не получалось. Артём повалил меня на диван и стал расстегивать мои джинсы. Страх и бешеное желание убраться из его квартиры, с огромной скоростью разгоняло мою кровь по венам. Сердце бешено колотилось, мне казалось, что я начинаю, задыхаться. Сбивчивым голосом я просила Артёма одуматься и прекратить. Но звериное желание пеленой накрыло его разум. Я попыталась кричать, но Артём закрыл мне рот рукой. Неудачно закрыл. Не полностью. Я со всей силой укусила его. Я прокусила руку, этому подонку. Артём резко одёрнул ладонь и немного обмяк. Кровь быстро потекла с его ладони на кровать. Неожиданно у меня возникло дикое желание, бросится на него и снова впиться в его плоть. Но секунду спустя безумная пелена моего животного желания исчезла, и я со всей силой скинула его с себя и соскочила с кровати. Сила моего толчка была настолько велика, что Артём отлетел в висящий на стене телевизор и с грохотом упал, с ним же на пол. Я хотела как можно скорее покинуть его квартиру.

Какое счастье, что он забыл закрыть дверь. Но немного помедлив, решила проверить, жив ли он. Артём лежал на полу и не двигался. Подойдя еще ближе, я взяла его руку и проверила пульс. Артём резко и больно схватил меня за волосы. Обезумевший от злости он второй рукой пытался добраться до моей шеи. Ударив наотмашь его по лицу, я ненадолго его дезориентировала. Он выпустил мои волосы, я быстро вскочила и побежала к двери. Успев схватить кроссовки, пулей вылетела из квартиры. На одном дыхании я пролетела два лестничных пролета и оказалась на улице, под проливным дождем. Уже подбегая к остановке, я поняла, что сумка с деньгами и телефон остались у моего горе-жениха.

В полном одиночестве я стояла на остановке, промокшая от дождя и соображала, как же мне теперь добраться до дома. На часах было уже одиннадцать часов ночи, общественный транспорт, если и ходил, то очень редко. У меня было два варианта: первый, вернуться за вещами в квартиру к Артёму, что крайне нежелательно для меня, а второй, позвонить Маринке и попросить приехать за мной на такси. Я выбрала второй. Хотя он был сложнее в исполнении. Оставалось только найти какого-нибудь адекватного прохожего и попросить у него телефон. На улице, кроме меня и дождя никого не было. Ближайший продуктовый магазин уже закрыт. Оставалось стоять и ждать случайных прохожих.

Поздний вечер приближался к полуночи. Мне было одновременно и страшно и спокойно. Дождь был моей защитой, пока меня никто не видит и мог бы стать соучастником преступления, если бы меня заметил, какой-нибудь нетрезвый паренек, без моральных принципов.

Нужно поскорее вернуть утраченное душевное равновесие и молиться, что эта ночь не закончилась для меня еще хуже, чем в квартире Артёма.

Какая же я дура. Верю всему, что мне говорят. Поторопись. Присмотрись. Тебе уже двадцать, а ты ни разу не целованная. Может с тобой, что-то не так.

Да лучше быть не целованной чем тратить время на таких как Артём или тех ловеласов на ферме Быковских.

За два часа, которые я находилась на остановке, по дороге проехало только четыре машины. Одна летела с такой скоростью, что было понятно, случайные попутчицы ей не нужны. Второй автомобиль было слышно из далека. Я даже спряталась за остановку. Явно в машине была веселая компания горячих парней. Следующий был камаз, с не местными номерами. С четвертого автомобиля, почему то валил дым. Не знаю, что там происходило, но в глубине души я понимала, если дым идет не из-под машины, а внутри ее, адекватных пассажиров там не жди.

Собравшись духом, я решила пойти к Артёму и забрать у него свои вещи. В конце концов, если полезет, снова укушу его. Это у меня хорошо получается, пыталась я себя подбодрить.

В квартиру заходить не буду. Если не станет отдавать вещи, постучусь к соседям и попрошу у них телефон, подумала я, настраиваясь на решительный шаг.

Не успев сделать первый шаг, автобусную остановку озарил яркий свет фар. Машина подъехала настолько вплотную к остановке, что перегородила мне все выходы. Сердце бешено забилось, на коже выступил холодный пот. Окно пассажирского сиденья опустилось, и я увидела знакомые черты лица. Богдан.

– Любишь гулять под дождем? – улыбнулся мой спаситель.

Я стою как парализованная и не верю своим глазам.

– Прыгай в машину, – командует он и открывает мне дверь.

Не раздумывая сажусь в автомобиль.

– Здравствуйте, – начала я разговор. – Вы всегда появляетесь, когда мне нужна помощь.

– Мы снова на «вы»? – легкая улыбка коснулась его кончиков губ.

–Ой, прости. Просто давно не виделись и я…,– не договорив, смущенно опустила глаза я.

– И ты забыла все, что между нами было? – с игривым возмущением спросил Богдан.

Чувство юмора ему не занимать.

– А что между нами было? – робко спросила я, переводя взгляд с него на свои ладони.

– Ну, ты даёшь! Ты чуть не покалечила моих песиков ручкой. Я закрыла лицо руками и засмеялась. Хотя в ту ночь мне было совсем не до смеха.

– Ладно, шутки шутками, скажи мне, почему ты здесь, в такое время? Вроде это не твой район.

– Не бери в голову, произошла одна не приятность. Завтра все улажу.

Махнув рукой, я старалась изобразить, что неприятность не такая уж и великая.

– Давай сегодня уладим. Говори. Я слушаю, – требовательным тоном сказал Богдан. Мне никогда не было так спокойно с представителями мужского пола. Эта сила, спокойствие, эта уверенность в успешном решении проблемы, чувствовались в одном только взгляде.

Я делаю глубокий вдох и начинаю говорить. Рассказываю поверхностно, без углубления в детали. Мне почему-то стало стыдно. Стыдно от того, что я такая глупая, да и вообще, что влипла в такую «грязь».

– Какой подъезд и номер квартиры? – запросил он у меня информацию, таким же спокойным тоном.

Сначала от волнения, когда шла с Артёмом, потом от страха, когда выбегала из квартиры, я не запомнила номер квартиры.

– Я была здесь впервые, и я не помню номер квартиры, – нерешительно произнесла я. – Этаж тоже не помню. То ли третий, то ли четвертый.

Мне хотелось провалиться сквозь землю. Что он обо мне подумает?

Богдан молча выслушал, пристально на меня смотря.

– Сиди здесь. Скоро вернусь,– сказал он.

Он уверенно вышел из машины под проливной дождь и направился в сторону пятиэтажки.

– Второй подъезд, – только и успела, крикнула я в открытое окно.

Но мой спаситель и так шел в верном направлении.

Оставшись в машине одна, провожая взглядом Богдана, мне сильно хотелось посмотреть, как он будет «бороться» за мою сумочку, телефон и триста рублей. Но мне велено было сидеть в машине.

Не прошло и десяти минут, как черная дверь мерседеса открылась.

– Твое? – протягивая мне сумку, спросил Богдан.

– Да. Спасибо большое, – смущаясь, сказала я.

Молодой, крепкий и очень красивый Богдан, повернувшись ко мне, на водительском кресле и положив широкую ладонь на руль, был немного напряжен. Лучи уличного фонаря, проникающие через лобовое стекло, грубо очерчивают красивые линии его лица, прямой нос и чувственные губы. О, губы. Я могла бы любоваться ими вечно.

– Пообещай мне больше не попадать в такие ситуации. Я очень удивился, увидев тебя здесь. Думал ты из тех девушек, которые позже восьми вечера не выходят за порог.

Проходит немного времени, прежде чем, я смогла сформировать хоть какой-то ответ. Богдан меня обескуражил.

– Нет, ты прав. Я действительно поздно не гуляю. Со мной это впервые. Не умею я разбираться в людях.

– Не удивлен.

Мне сильно хотелось у него расспросить, как все прошло. Но мне не хватило смелости спросить.

Я смотрю на него, он пристально смотрит мне прямо в глаза.

Какое-то мгновение я не могла ни вздохнуть, ни слова произнести.

– Ничего, ты еще молодая, научишься, – доброжелательно сказал Богдан и завел машину. – Но лучше, конечно, учиться на чужих ошибках.

Я чувствую себя неловко и стараюсь не смотреть прямо на него. Палец моей правой руке уже красный от постоянного перекручивания маленького колечка на нем.

– Ева домой сильно спешишь? Может, покатаемся?

Его слова ласкают мое имя, и сердце снова начинает бешено стучать.

– Наверное, мне стоит отказаться, – неуверенно сказала я.

А у самой в голове маленькие нейроны заплясали танец под названием «Хочу, хочу»

– Почему? – удивленно подняв брови, спросил Богдан.

– Сегодня был очень неприятный день. Поймите меня правильно. Я очень тебе благодарна за помощь. Ты в очередной раз меня выручаешь. Но сейчас я хочу поехать домой.

– Хорошо, как скажешь. Поехали.

Я легким движением руки пригладила прядь волос лежащие у меня на плече, чтобы собраться мыслями. Сердце бешено колотилось. Надеюсь я его не обидела? До этого дня, вспоминая Богдана, я рисовала его себе привлекательным и недоступным молодым человеком. Но это не так. Богдан Быковский не просто привлекателен, каких сейчас много мужчин, а чертовски привлекателен. Я подняла на него глаза, и тело бросило в жар. Лицо его было спокойно, от него веяло уверенностью и силой. В душе я хотела с ним идти туда, куда он скажет, но понимала, что так он может сразу потерять ко мне интерес.

– Да и девочки наверное волнуются, – пыталась сгладить неловкую тишину в салоне.

Ева, что ты несешь, кто волнуется. Они сегодня в ночном клубе пьянствуют. А это наверняка единственный твой шанс зацепить такого парня как Богдан, пронеслось у меня в голове.

Интересно, какое у него сложилось обо мне мнение? Теперь из-за одной ситуации, он будет думать, что я глупая и легкомысленная девица. Ну и пусть. Главное везет домой. Как же мне хорошо спокойно с тобой, Богдан Быковский.

– Как у тебя дела работе. Клиентки те, не докучали?

– Неужели ты помнишь? – удивилась я. – Столько времени прошло.

– Все хорошо, мы помирились, – быстро ответила я, решив, что ему не нужно знать правды.

Не успела я закончить фразу, как его телефон зазвонил. На экране мелькнуло имя Элизи. К моему удивлению, Богдан не взял трубку, выключил звук и перевернул телефон экраном вниз.

– Двенадцать часов ночи, – игриво подметил он. – Порядочные мужчины, уже спят в это время. Зачем звонить?

Мне безумно нравятся его шутки. Приятное тепло разливается по моему телу. Нервное напряжение постепенно угасает. Наверное, зря я отказала такому мужчине. Но назад свои слова забирать было бы еще глупее.

– Может, что то срочное? – зачем-то спросила я.

– В двенадцать ночи по срочным вопросам мне можно звонить только по делам с фермы. Но они не звонят, знаешь почему?– посмотрев на меня с особой важностью, спросил мужчина.

– Почему?

– Потому что я в это время обычно нахожусь на ферме, – невозмутимо произнес он, не отрывая свой взгляд от дороги. – Ну, кроме сегодняшней ночи.

Я засмеялась. Богдан тоже был расслаблен и щедр на улыбки.

В половине первого ночи черный, блестящий от дождя автомобиль припарковался около моего дома. Мне так не хотелось расставаться с Богданом, но я не должна показывать свою сильную заинтересованность. Так ведь приличные девушки себя не ведут, сказала бы моя мама.

– Приехали, – сказал Богдан, беря в руки зонтик, и собрался выходить из машины.

Он оказался очень галантным. Первым вышел из машины и помог мне встать под открытый зонтик, но в огромную лужу. Дождь за время нашей поездки, начал лить еще сильнее. Мы пошли вместе к моему дому.

– Еще раз спасибо большое, что в очередной раз выручили меня, – сказала я, собираясь прощаться.

– Всегда, пожалуйста, – наградил меня снова своей белоснежной улыбкой Богдан. – Но рано еще говорить до свидания. Он открыл дверь и пропустил меня вперед.

Мы вошли в подъезд и, оказавшись рядом с лифтом, я снова предложила ему расстаться. Но Богдан настаивал, что проведет меня вплоть до открытой входной двери. Мне было одновременно и смешно и страшно. А если он полезет ко мне целоваться, а я не умею. Ева о чем ты только думаешь. Простую вежливость ты воспринимаешь, как флирт. Спустись с небес, детка. Хотя очень хотелось бы попробовать его на вкус. О боже снова эти мысли. Как мне сегодня спать.

– Теперь точно пришли, – смущенно сказала я и хотела пулей влететь домой.

– Вижу, – тихо ответил Богдан. – Береги себя и не гуляй больше по ночам, договорились?

Он просто мне улыбнулся и мы попрощались. Зря так переживала. Он просто вежливый, а моя такая глупость его забавляла.

Захлопнув за собой дверь, я еще долго стою в обуви, облокотившись на стену. Рассматриваю себя в зеркало, которое висит напротив. Грусть и неуверенность в себе проникают в душу. Ночь, которая могла бы стать для меня самой ужасной, превратилась в приятное воспоминание.

С первой нашей встречи, в том доме, он мне снился, чуть ли не каждую ночь. Мысли мои, будоражащие сокровенные желания не давали покоя. Может, я слишком много пересмотрела любовных сериалов и наделила его качествами, которых у него нет. Выдумала себе идеального мужчину и теперь буду всех парней мерить по его меркам. А у него совсем другая жизнь и другие интересы. Он мне просто помог, по-человечески. Среди богачей тоже попадаются хорошие люди. Без лукавых мыслей. Не буду. Не буду больше о нем думать, хватит! Так можно сойти с ума. Тем более, вряд ли я когда-нибудь его еще увижу. А эта встреча была просто случайностью.

На часах было уже два часа ночи. Соседки по квартире еще не вернулись из ночного клуба. Это и к лучшему. Сейчас я хочу просто лечь спать и больше о нем не думать. Открыв окна и закутавшись в теплое одеяло, я хотела слушать только шум дождя и надеялась, что он заглушит мои мысли.

Глава 14

Девочки вернулись под утро и посчитали своим долгом разбудить меня и начать свои расспросы о моем вчерашнем свидании с Артемом.

Я старалась как можно дольше притворяться сонной и не реагировала на их вопросы. Но надо же знать Наташу. Если она на веселе, то должно быть весело всем.

– Ева, мы знаем, что ты не спишь, – пытаясь стянуть с меня одеяло, сказала Наташа. – Мы думали, ты сегодня не придешь домой. Ходить, наверное, сложно тебе. Коленки не болят?

Комната наполнилась громким смехом и пошлыми шутками.

– Ты же знаешь, мы не отстанем, пока не получим подробный отчет, – не унималась Наташка.

– Ладно, кроме шуток, расскажи, как все прошло? Как он тебе? – успокоившись от смеха, спросила Марина, делая нам кофе.

– Нечего рассказывать, девочки. Артем оказался подонком. Он приставал ко мне. Я убежала. Вызвала такси и уехала.

Про мою ночную встречу с Богданом решила не говорить подругам. Не хочу, что бы в наш адрес отпускались пошлые шутки. Пусть он будет моим ночным секретом.

– Серьезно, прям грубо домогался?– захватило любопытство Марию.

– Марина ключевое слово здесь, домогался. Остальное все не важно. Я не хочу его вспоминать. Я хочу спать

– То есть ты пошла к нему домой в одиннадцать ночи, а потом обиженная убежала? – удивленно подняв бровь, спросила Наташка. – Я прям протрезвела.

– Я просто хотела с ним время провести, фильм посмотреть. Что нужно сразу давать, – оправдывалась я. Нельзя просто общаться.

– Да уж подруга, мужчинами движут инстинкты. Если девушка соглашается на кино в одиннадцать ночи, это значит, что она соглашается на секс в одиннадцать двадцать. Неужели в свои двадцать годиков ты этого еще не понимаешь. Просто фильм он мог посмотреть сам или с другом, ну никак не с девушкой после кафе и у себя дома.

Слова Наташи резали мне слух.

– Какое то потребительское отношение девушкам, вам не кажется.

– Кажется. Но что поделаешь, в таком мире живем. Каждый хочет другого хоть как-то поиметь. К бабам это тоже относится. Так что глупо на это злиться на мужиков, – продолжала умничать Наташка, дыша на меня свои перегаром.

– Все девочки, я поняла, – отмахнулась я, – давайте закроем тему. Мне не хочется об этом вспоминать. Хорошо, что все закончилось и Артема больше не будет в моей жизни. Давайте лучше собираться на работу. Хотя как ты пойдешь в таком виде.

– А я сегодня выходная, – распахнув руки, ответила Марина и плюхнулась на кровать. – Я подменилась.

Я смотрю на часы и понимаю, что мне осталось два часа, что бы собраться, покушать и добежать до работы. Во всяком случае, обсуждать и оправдываться в своём поведение я больше не намерена. Девочки все равно меня не понимают и считают, что я спровоцировала такой ход событий. Философия Наташки и Марины, предельно проста: пошла в ресторан, значит не против и домой к нему пойти….А путешествие от ресторана к кровати у них короткий. Иногда даже суток не длилось. Я же так не могу. Наверно старомодна и по-детски наивна. А в современном мире, это очень усложняет жизнь молодой девушке в социальном плане, хотя дарит душевное спокойствие.

Хорошо, что погода сегодня радовала и по моим подсчетам, шагая спокойным шагом, я смогу прийти вовремя.

Солнечные лучи еще не успели просушить нежные лепестки уличных, городских цветов, после дождя. А разноцветные бабочки, суетливо летящие к влажным бутонам, как будто вылетали из моего живота. Я не шла, я порхала, также как и они. Но какой бы ты не была «бабочкой», под ноги смотреть нужно.

Не успев преодолеть один квартал, я на ходу подворачиваю ногу и падаю на бетонный асфальт двумя коленями. Только этого мне еще не хватало, проносится у меня в голове. Порвала колготки и разодрала колени. Как теперь идти в таком виде по улице.

Рваные колготки пришлось снять в ближайшем подъезде.

Хорошо, что нога не сильно болела, а следы раны я быстро вытерла влажной салфеткой. Пока я приводила себя в порядок, под лестницей, ближе к углу, на верхних этажах стали слышны женские крики и быстрое цоканье каблуков по ступенькам. Женщина как будто бежала. За ней спускался парень, с очень знакомым мне голосом.

О боже, это же Артем, пронеслось у меня в голове, когда он выскочил из подъезда. А та кричащая особа, моя начальница Ирма. Я не могла поверить своим глазам. Вчера еще он пытался меня взять силой, а сегодня в тапках бежит за Ирмой. Она явно не его сестра. А что если она знает, с кем он вчера был вечером. Эта мысль, мне совсем не нравилась.

Дверь машины на улице громко хлопнула и диким ревом иномарка тронулась с места.

Я подождала еще пару минут. Он ведь был в тапках, а значит должен вернуться. Но не через пять, не через десять минут он не вошел в подъезд.

Ждать я больше не могла. Время до начала рабочего дня оставалось мало. На свой страх и риск, вышла из чужого подъезда. Улица была пустой.

Кое-как, уже прихрамывая к концу дороги, я добралась до работы и через служебный вход проскользнула в раздевалку для персонала. В моем шкафчике лежали белые брюки, с жирным пятном, которые я забыла вчера взять домой и постирать. Сегодня они были моим спасением. Лучше уж брюки с пятном, чем голые, разодранные коленки. Немного успокоившись и поправив прическу, я пошла, заниматься своим «любимым» делом: отмывать посуду, после дорогих обедов великосветских господ.

Мысли об Артеме и Ирме не покидали меня. Что их связывает? Не могут же они быть парой. Ирма никогда не обратила бы внимания, на такого как Артем. У неё машина стоит, как та девятиэтажка, в которой я пряталась. Зачем он ей тогда? Очень все это странно. И поделиться не с кем; здесь наказывают рублем за сплетни.

– Ева, зайди ко мне через десять минут, – торопливо скомандовала Ирма, вбежав в помывочную. – И сними эти ужасные брюки, ты сегодня работаешь в зале.

– Но…, – не успела я возразить и рассказать свое душе трепещущее утро, как администраторша, быстро постучала своими дорогущими каблучками к выходу.

Всплеск адреналина, вызванный этой новостью, подрумянил моё не выспавшееся личико. «Это плохая идея» – проносится у меня в голове. Нужно срочно ей все рассказать. Ладно, эти брюки, которые она попросила снять, но меня начинает отекать нога, и боль усиливается при каждом шаге.

– Можно войти? – тихим голосом спрашиваю я, постучав по двери главного администратора.

– Да, заходи. Я как раз думала о тебе. Ева? почему переоделась? Это что там еще, пятно?! Забыла, где ты работаешь? Это непозволительная наглость. Я же тебе сказала, – повышая тон все сильнее и сильней, упрекала меня Ирма, не давая мне и слова сказать.

– Я упала, ушибла колено, – выпалила я, пока она переводила дыхание. – Я же все равно на кухне. Ходить по ресторану не стану. Меня никто не увидит в таком виде.

– Ты должна сегодня была помогать в зале, – перехватив инициативу в разговоре, сказала администраторша, не дав мне закончить свою речь. – Будет много гостей. А эта рыжая заболела, как ее там, Лиза. Марго попала в ДТП, стоит на трассе ждет полицию.

– Что за день-то такой сегодня? – продолжала негодовать женщина. – Значит так! Бери у кого-нибудь запасные брюки и подкрась губы. Что-то ты бледная какая-то. Ольга тебе будет подсказывать. Все вопросы к ней.

– Ирма, я не уверенна, что смогу сегодня этим заниматься. У меня болит нога, – моляще произнесла я, боясь снова вызвать новую вспышку гнева. Надеялась на ее милосердие.

– Напейся болеутоляющих и в путь! – выпалила Ирма, не глядя на меня.

– И учти, если ты сегодня уйдешь на больничный, сюда больше не вернешся! – Все иди, готовься!

Ирма махнула рукой. Я молча вышла из кабинета. Закрывая за собой дверь меня, переполняли всего две эмоции, это гнев и жалость. Я чувствовала себя марионеткой, на которую всем наплевать. Но так, наверное, везде; у людей свои роли. А я должна играть свою, если хочу стабильности и уверенности в завтрашнем дне. И не важно, что у меня разрыв связок или вывих ноги. И возможно, завтра, я вообще не смогу на нее наступить. Но сегодня в угоду деятельности ресторана, я иду и выполняю волю вышестоящих людей.

– Приветик Ева, что случилось? Мы слышали, как кричала Ирма, – протараторила Ольга, едва я вошла в раздевалку для персонала.

– Сегодня ты мой начальник, – буркнула я. – Сегодня тоже работаю в зале.

– А что с твоей ногой?

– Подвернула и ушибла коленки. Оля, а ты можешь мне на сегодня одолжить свои белые брюки; мои с пятном.

– Конечно, бери! Как же ты будешь весь день на ногах? – не скрывая удивления, спросила Ольга.

– Как, как? Молча. Через боль. Либо меня уволят, – нервно ответила я.

– Но это же не законно! Имеешь полное право пойти на больничный. Принесешь им потом рентген и справку от врача.

– Оля я это все понимаю, но ты же знаешь, как здесь все устроено. Она все равно найдет к чему придраться, а работа мне нужна. Тем более я уже боюсь человеческой подлости. И новые сплетни мне не нужны.

Ольгины брюки были мне слегка длинноваты. Но это даже к лучшему. Так я смогла одеть не форменные туфли, а белые кроксы. Которые отлично скрывались под белые брючины. Это стало для меня настоящим облегчением.

Скромно войдя в комнату официантов, я решила уточнить некоторые моменты их работы. Ольги в помещении не было. Мне становилось все страшнее. Мало того, что я практически не знала меню, так еще нужно было советовать какие-то блюда, если гость попросит. Я с ужасом ждала сигнала к работе.

– О чем только Ирма думает, ставя тебя в зал?! – с нескрываемым удивлением сказал Альберт. – Не нам, конечно, обсуждать ее действия, но она сама же говорит, что мы лицо ресторана. Представляете если Ева облажается? А она точно облажается.

Вокруг послышались ироничные смешки и цоканье.

– А у нас не сильно добрые и терпимые клиенты, – продолжал свое негодование Альберт. – Какая тогда пойдет молва. Что в элитном ресторане работают хромые официанты, не знающие меню!

– Альберт прекращай пугать девушку, – вступилась за меня, только что во-шедшая Ольга. – Все будет хорошо. Основную нагрузку мы возьмем на себя. Ты будешь на подхвате.

– Не командуй здесь, – резко перебил девушку Альберт.

– Не переживай мой дорогой друг, – парировала Ольга. – Ты не перетрудишься. Мы тебя дергать не будем. Мы сегодня работаем с Евой в паре. А если тебе что-то не нравится, или у тебя есть предложения по организации сегодняшнего рабочего дня, то я считаю, что лучше всего тебе пойти к руководству и обсудить это. А не сидеть как петух в курятнике и нападать на бедную девушку и обсуждать за спиной распоряжения Ирмы.

У Ольги всегда найдется ответ на грубость и хамство. Да и вообще мы очень сдружились за время моей работы здесь.

Мне бы тоже так хотелось уметь, но вместо этого, я могу только молчать и сдерживать слезы. Я никогда не была борцом в обществе. Всегда плыву по течению. А в этой жизни, как показали недавние события, нельзя показывать слабину.

– Так девочки и мальчики, все готовы! – бодро сказала Ирма, быстрым шагом войдя в комнату и пару раз ударив в ладоши. – Сегодня важный день, помните?

Шагая по красивому и стильно освещенному коридору, я старалась как можно меньше прихрамывать и не отставать от персонала. При каждом нажатии на правую ногу, боль простреливала мне прямо в голову. Но я для себя решила, что должна пройти через это испытание.

Альберт в нашем ресторане был самый старший по возрасту официант и дольше всех работал. Репутация у него была этакого лиса-подхалима к начальству. Поговаривают, что он давно метит на место помощника Ирмы. Парень с легкостью влился в женский коллектив и собрал вокруг себя таких же, как и он: любящих покритиковать других людей. Он шел между двумя стройными официантками. Они перешептывались и пару раз взглянули на меня. Было понятно, что они с нетерпением ждут моего провала. И охотно будут обсуждать его сегодня за кружкой пива, в каком-нибудь баре.

Ресторан «Вкус» стал центром притяжения светского и делового общества города. Интерьер ресторана очень отличался от тех к которому привыкли великосветское общество. Здесь не было ни шедевров мировой классики, в любом ее исполнении, ни дорогих благородных тканей. Не было здесь и этой пресловутой желтизны, в виде позолоченных предметов и всего что с ними связано. Стиль ресторана визуально напоминает обстановку комфортабельного дома в будущем. Светлая цветовая гамма ресторана, исключала цветовой шум, позволяла гостям заведения расслабиться и насладиться вкусом изысканных, сложных блюд, которые готовили только здесь. Удобные и комфортабельные кресла в стиле модерн, цвета слоновой кости с серебристыми деталями дарили гостям безмерное удобство и релакс. Сочетание дорогого хрусталя, блестящей стали и нежнейшей, замшевой обивки мебели усиливали чувство собственного совершенства и ощущения, что они идут в ногу со временем.

Ресторан начинал свою работу в девять утра. Надеяться на то, что утром будет меньше гостей, не приходилось. Все официанты разошлись по закрепленным за ними столикам. Я стояла и молилась, что бы за мой столик как можно дольше никто не приходил.

Официанты как всегда были в хорошем расположении духа. Некоторые из них охотно косились на меня и ждали…

Я стояла как вкопанная рядом с таинственно поблескивающей поверхностью витиеватой колонной, которая переливается мелкой россыпью прозрачных камней и смотрела на дверь.

Говорят, молния не бьет дважды в одно место, но это не про меня.

Как только я собралась быть сильной, судьба сразу мне преподносит еще одно, более сложное задание. Мне кажется, я даже перестала чувствовать боль в ноге. В ресторан «Вкус» вошли мои «любимые клиентки» Ирка и Диана. И направились к тому столику, который был закреплен за мной. Я готова была сквозь землю провалиться.

Девушки присели за столик, уютно расположившись на стильных креслах. Диана поправив прядь волос, взглядом начала искать официанта.

– Ты что здесь стоишь?! – едва слышно, но резко сказала Ирма, незаметно подойдя сзади. – Такого не должно быть! Клиент же ждет! Стол никто не обслуживает! Я тебя точно уволю!

Пока она шипела как змея, прошло секунд двадцать. Но мне хватило этого времени, осознать, что если я к ним выйду, то в любом случае останусь без работы. А новые сплетни мне не нужны.

Повернувшись в Ирме и взглянув на ее раскрасневшееся от злости лицо, я поняла, что делаю правильный выбор.

– Увольняйте! – уверенно произнесла я, смотря прямо в глаза Ирме.

Администраторша жестом показала Альберту, что бы тот взял мой столик.

Не дождавшись ответа быстрыми шагами, превозмогая боль, я направилась вдоль просторного коридора к комнате официантов. Слезы предательски заволокли мои глаза. Еще минуту назад я была уверена, что поступаю правильно. А теперь осознаю, что это очередное мое поражение. Я снова убегаю от проблемы, да еще и людей как обычно подвожу.

Ирма, догнав меня и вцепившись в мой локоть, потащила меня по коридору. Впервые с момента нашего общения я почувствовала запах ее пота. Насколько же она была в ярости, если так вспотела, за считанные минуты.

Ирма очень своенравная и вспыльчивая женщина. И всегда считала себя выше других. Пинком ноги она распахнула дверь в комнату официантов и затащила меня внутрь, включив весь свет в помещении, принялась на меня орать. Я почувствовала себя, как на допросе.

– Что ты себе позволяешь выскочка?! – орала на меня администратор. – Ты не понимаешь, где ты работаешь?! Это тебе не дешевая забегаловка. Здесь тебя платят хорошо, чтобы ты улыбалась и была расторопна.

– Не надо на меня орать Ирма! У меня очень болит нога! Я совершенно не разбираюсь в меню! А вы мне угрожаете увольнением и ставите меня в зал! Что бы я там хромала и тупила на вопросы гостей о меню? Таким должно быть сегодня лицо вашего персонала? Сегодня же важные гости приедут. Не правильнее было бы Вам самой встать на облуживание или вызвать кого-нибудь из сменщиц. Цель ведь ресторана в любых ситуациях сохранить «лицо», а не давать повода для сплетен? Как вы считаете?

Глаза Ирмы стали еще больше. Она так нервно сжимала уголок офисного кресла, что казалось, вот-вот сломает его.

– Я не верю своим ушам! Какую неблагодарную тварь мы пригрели! Я слышать больше тебя не хочу и видеть. Ты уволена за несоответствие служебным обязанностям. Думаю, такая запись прекрасно украсит твою трудовую книжку.

Женщина с силой толкнула кресло о стену и стала подходить ко мне.

Я молча слушала ее ор и, неуклюже пятилась назад. При каждом шаге, она на меня напирала.

Её гневную тираду, прервал звонок, судя по смене ее тона в голосе, кого-то очень важного. Она еще раз зло посмотрела на меня и, хлопнув дверью, вышла из помещения.

Уже одно то, что меня оскорбили, дали почувствовать унизительность моего положения, не оставили мне другого выхода, как просто уйти. Заберу трудовую, как немного все успокоится или попрошу Олю. Очень надеюсь, что в этот раз уволят только меня. И гнев Ирмы не перекинется на мою подругу Марину.

Собрав свои личные вещи, и никому ничего не объяснив, я вышла из ресторана.

Бредя осторожной поступью домой, я не могла поверить, что это все со мной происходит. Как будто кто-то сглазил. Хотя чему мне можно завидовать.

Зайдя в ближайшую аптеку, я купила себе обезболивающего и противовоспалительного лекарства.

Отчаяние и несправедливость во многом перекрывали мою физическую боль. Я снова была в поиске работы и очень переживала за Марину. Если ее уволят, она и Наташа точно отвернуться от меня. Может, и правильно сделают, от меня только проблемы.

Некоторое время я просто бродила по улицам; проходя мимо роскошных торговых центров, красиво оформленных зеленых насаждений. Цветочные арт. объекты поражали своим великолепием. Такой красивый город, так много возможностей и так трудно найти здесь свое место.

Повернув ключ в замочной скважине, я тихо вошла в квартиру. Девочки легли спать после моего ухода на работу. Я не хотела их будить. Во мне пока не было смелости рассказать им о происшедшем. Прошмыгнув в ванну, сняв одежду, я встала под теплый душ и, закрыв глаза, стала реветь. Мне нужно было выплакать эту боль, иначе я сойду с ума. Как же тяжело двигаться по жизни молодой девушке без поддержки и понимания. Кажется, что каждый хочет использовать как игрушку. Никому не интересны твои чувства. Если ты не играешь по их правилам, значит ты не нужна.

– Ева, почему ты уже дома? – послышался голос Марины, сквозь звон капель воды о ванну.

Как же сложно было выдавить из себя хоть какое-то слово. Не готова я еще к разговору. Но Марина не унималась и продолжала цокотать своими острыми ухоженными ноготками по старой и облупливающейся поверхности двери.

– Марина все нормально, скоро выйду, – ответила я, надеясь, что подруга не станет ломиться в ванну. Дверь мы никогда не запирали за собой, но так как у Марины было похмелье, она не обратила на это внимание.

Испытывая сильное волнение, я понимала, что не могу здесь стоять вечно. Нужно набраться мужества и все как есть рассказать девчонкам.

Не успев переступить порог ванной комнаты, на меня с красными от злости глазами стала кричать Марина, выбежав из кухни.

– Ничего не хочешь мне рассказать? Подруга! – яростно спросила Марина. – Я только что говорила с Ирмой. Ты и меня хочешь оставить без работы?

– Не ори на меня Марин. Ты не знаешь, как все было на самом деле, – я пыталась вклиниться в монолог Марины.

– Конечно же у тебя уважительная причина, но я не хочу даже слышать твою версию. Меня просто уволят и все. И будет уже не одна безработная, а три. Или ты нас будешь содержать? Ты ничего не ценишь, думаешь только о себе. Правильно Наташка говорила, что не нужно было тебе помогать.

Глаза Наташи округлились, лицо вспыхнуло румянцем. Она явно не ожидала, что в порыве гнева Марина, может взболтнуть лишнего. Но это даже к лучшему. Больно было это осознавать, но моя расшатанная нервная система за эти сутки, спокойно восприняла эту новость.

– Марин, ты чего?! – вступила в разговор Наташа.

– Все нормально Наташ, можешь ничего не говорить. Я догадывалась, – посмотрев на подругу уставшими глазами, сказала я, видя как та заерзала на диване, пытаясь вклиниться в разговор.

– Она же не имеет права тебя уволить. За что? – недоумевала я.

– Ты не знаешь Ирму! Она так все обставит, что еще и в деньгах потеряем. Она та еще сука! Всё, я не хочу с тобой говорить! Сейчас еду на работу и буду за тебя стоять весь день в зале! А потом, наверное, на коленях. Просить прощение.

Марина стала быстро собираться на работу. Наташка уткнулась в телефон. В комнате воцарилась тишина.

Выпив крепкого чая и немного успокоившись, я написала Ольге. Мне нужно узнать, где и у кого забрать свою трудовую книжку.

Украдкой взглянув на меня, Марина вышла из дома, хлопнув дверью.

Я почувствовала сдавленность в груди и резкий упадок сил. Меня снова ждали перемены в жизни.

Глава 15

Посмотрев на Наташу, сидящую на кровати напротив и уткнувшись в телефон, я испытала страшное огорчение, только совсем иного свойства, нежели утром. В этот раз помимо работы я теряю и подруг. Несмотря на то, что после увольнения прошло почти четыре месяца, но Наташа, судя по всему не могла мне этого простить. Она, конечно, общалась со мной, как и прежде, просто очень хорошо скрывала свое истинное отношение. Я же одолеваемая не проходящим чувством вины, работала за нас двоих и деньги делила пополам. Наташа очень быстро к этому привыкла и воспринимала все как должное.

Желания заводить с ней разговоры у меня тоже не было. Нужно было искать новое жилье и работу. Но этим я займусь завтра. А сегодня дам отдохнуть своим ножкам и нервной системе. Я с легкостью заснула, несмотря на бесконечный поток мыслей и горечь случившихся событий.

– Ева тебе звонят! Проснись, тебе Марина звонит! – слышу я сквозь сон голос Наташки, которая дергает меня за плечо.

– А…? – спросонья, пытаясь сообразить, где мой телефон.

– Вон он на полу. Ты заснула и он упал, – ответила Наташка показывая пальцем на вибрирующий андроид с разбитым экраном.

Ого, шесть пропущенных, что случилось, пронеслось у меня в голове.

Не успела я собраться с мыслями и набрать номер Марины, как телефон снова зажужжал.

– Алло, – тихим, хриплым голосом произнесла я.

Марина возбужденно с нотками агрессии рассказала мне, что если я не хочу, что бы её уволили, а мне в трудовую книжку была внесена запись «уволена по собственному желанию», я должна отработать там еще четырнадцать дней. На должности, как и прежде кухонной рабочей. Ну и мне заплатят за отработанное время.

– Я поняла. Спасибо, – тихо ответила я, облегченно вздохнув.

– Тебя оставляют? – поинтересовалась Наташа.

– Да. Только на две недели. Завтра выйду, – шепотом пробормотала я и снова легла спать.

Утро наступило туманное, чему я была очень рада. Хочу сегодня слиться с серостью улиц и на вопросы коллег отвечать: «грустная из-за погоды».

Перешагнув порог служебного помещения ресторана, и игнорируя удивленные взгляды, я направилась на свое рабочее место.

– Не ожидал снова тебя здесь увидеть, бунтарка, – язвительно произнес Альберт, едва увидев меня приближающуюся к кухне. Он вошел вместе со мной, что бы отпустить свой «ценный комментарий». Видно было, что мое возвращение его очень забавляет. Вероятно, он рассчитывает на вторую серию. Но продолжения не будет. Я отработаю положенные по закону две недели, и вы меня здесь больше не увидите.

– Я только на две недели. И работать буду только здесь, – уверенным и спокойным голосом ответила я. – Выйди, пожалуйста, мне нужно переодеться.

Но Альберт отличался хамоватым нравом и вежливого обращения не воспринимал.

– Что умоляла Ирму, взять тебя назад? Странно еще вчера она готова была тебя стереть в порошок, а сегодня ты здесь как ничего и не было, – усмехнулся Альберт, ища взглядом поддержки своей шутки у только что вошедших официанток. Девочки дружно захихикали, поддерживая его настроение.

– Если ты пришел язвить, то я не хочу с тобой разговаривать. И вообще, ты разве не должен быть в зале и в сотый раз поправлять скатерти? – резко ответила я, напомнив Альберту, о его месте. Он всегда нервничал, когда ему напоминали о его обязанностях. В глубине души он был уверен, что скоро станет администратором. Ждет только когда его отец, уладит этот вопрос. Хотя самому уже тридцать три года, а все важные моменты в его жизни все еще решает папа.

– Это ненадолго, ясно! – поменялся в настроении Альберт, видя, как и моё колкое замечание весело подхватили его приспешницы.

– Конечно, ясно. Что ж тут не ясного, – переняв инициативу в диалоге, усмехнулась я. – Ты как станешь администратором, я сразу к тебе приду проситься. Возьмешь меня на работу, а? А то пенсия, наверное, будет маленькая, нужна будет подработка.

Кухня наполнилась одобряющим смехом поваров.

Враг ушел грустить в мужской туалет. Я была очень довольна собой. Не думала, что когда нибудь, так легко и без обид выдержу словесную перепалку с Альбертом.

Переодевшись в свою униформу, я принялась за работу. Но крупица сомнения, насчет Ирмы, все-таки поселилась у меня в голове, после слов Альберта. На нее это не похоже. Все хватит, начала уже себя накручивать. Все будет хорошо. Это же по закону я должна отработать, успокаивала я себя. Твердо, для себя решив, что эти две недели буду тихой как мышка и трудолюбивой как пчелка.

Пессимистическое настроение было для меня недопустимо. Я берегла свои нервы и душевное равновесие, как могла.

Первая неделя моей отработки прошла как обычно. Ирма не разу меня не вызывала в свой кабинет и не разу не зашла в помывочную. Удивительно, ведь это самое любимое её дело: придираться к мелочам. Во всяком случае, благодаря тому, что я не видела её высокомерное лицо каждый день, могла сохранять спокойствие и желание ходить сюда изо дня в день.

Все это время, пока отрабатывала эти две недели, я все еще жила с девочками. Каждый вечер после работы я ездила смотреть новое жилье.

Обстановка стала настолько напряженная, что они просто перестали со мной разговаривать. Хотя я осознаю, что они имеют право на меня злиться. Тем не менее, в очередной раз оправдываться и стараться все уладить у меня нет желания.

Страшно было оставаться в большом городе без подруг и поддержки. Но и просить помощи у родителей я не собиралась.

В один из невыносимо тоскливых вечеров ко мне подошла Наташа и спросила куда я по вечерам хожу. Я не стала лгать. Девушка очень удивилась, по ее лицу нельзя было не заметить, что новость ей эта не очень понравилась. И совсем не из-за того, что она боится меня потерять. Её беспокоило, на чьи деньги она теперь будет жить. Трудолюбием она не отличалась, а Маринка вряд ли станет её содержать.

Искусственная тишина усиливали во мне чувство тоски и подавленности.

Для большинства работающих людей этого города утро-это время разочарований и постоянным переключением будильника на пять минут попозже. Время тяжелой головы и смирение с существующим положением в жизни. Я же сегодня, спустя две недели, со спокойным сердцем и ясными мыслями иду в ресторан « Вкус», что бы отработать свой крайний день.

Утреннее солнце способно убрать из души всю боль и подарить надежду на светлое будущее. Было одновременно и волнительно, и легко.

Я открыла дверь и гордо вошла в ресторан.

Едва переступив порог кухни, меня радостно и с хлопушками встретили люди, с которыми я очень сдружилась здесь. Они мне очень помогали в работе и поддерживали морально. Мне было приятно до слез. «Доброму человеку весь мир – свой дом»,– шептал мне внутренний голос, вспоминая слова моей бабушки. А значит одна, я в этой жизни не останусь. Главное быть честным и добрым человеком.

В кухонном шкафчике «случайно» обнаружилась бутылочка шампанского, а кондитер Егор сделал нам очень вкусные и красивые канапе из клубники и маршмэллоу. Я пригубила шампанского и впервые за все время, ощутила грусть. Как бы я не храбрилась, но я буду скучать по этому месту, за моими друзьями, которых я здесь нашла. И снова в голове пронеслись мысли, почему не может быть хорошо, там, где тебя любят, почему снова приходится, что то менять…

– Давайте дадим слово Еве! – шутливо воскликнул шеф повар нашего ресторана. Очень добрый, услужливый и невероятный профессионал своего дела.

– Да, конечно. Я как раз собиралась сказать, что…

Не успев начать свою благодарственную речь, как на кухню вошла Ирма и двое крепких охранников с хмурыми лицами. Они оглядели территорию и сотрудников кухни.

Ирма как хищная кошка со злостью в глазах посмотрела на меня и произнесла:

– Вчера в конце смены мне позвонила Инга и сообщила, что у нас пропало столовое серебро. Порядка сорока ложек и вилок, – металлическим голосом начала свою речь женщина. – Это вопиющий случай. Я работаю здесь больше десяти лет и на моей практике это впервые.

К горлу подкатила тошнота, и сердце бешено заколотилось. Я сразу поняла, для кого устроено это шоу.

Администраторша говорила таким уверенным тоном, как будто у нее есть какие-то доказательства, что преступник среди нас.

– Вы же все прекрасно знаете, – продолжала говорить Ирма металлическим голосом. – У нас высоко статусный ресторан, оснащенный всеми необходимыми предметами и техникой, для комфортной работы. Вашей комфортной работы! Для вас созданы хорошие условия труда, удобный график. А зарплата больше, среди других заведений нашего сегмента. Беря каждого из вас на работу, я всегда рассчитываю на вашу порядочность и честность. И какого же было мое удивление, когда я увидела в экране камеры видеонаблюдения, как кое-кто из вас складывает какой-то сверток себе в шкафчик. А на утро не хватает приборов!

Воздух как будто закончился. Я не поверила своим ушам и не на шутку стала переживать. Конечно, мне уже приходилось слышать о некоторой не порядочности и подлости Ирмы. Но все это решалось внутри коллектива или человек просто увольнялся, не желая ее больше терпеть. Здесь же она уже подключила полицию.

Я твердо была уверенна, что никому и в голову не пришло бы пойти на воровство.

– Ева, ты ничего не хочешь нам рассказать? – резко произнесла администраторша.

– Я…? – хрипло переспросила я, опешив от вопроса.

Ирма ничего мне не ответила, а только кивнула головой.

– Что я должна вам рассказать? Не понимаю. Мне неизвестно куда пропали приборы, – решительно ответила я, чувствуя, как у меня пересыхает в горле.

Женщина резко вскинула руку, жестом показывая мне замолчать.

– Я же сказала, что просмотрела видео! А оно у нас отличного качества. И тем ни менее ты не говоришь мне правду.

– Какую правду!? Что вы хотите от меня услышать? – ответила я, резко втянув в себя воздух. Кислорода в нём становилось все меньше, мне стало казаться, что у меня кружится голова.

На кухне все стояли как остолбеневшие, только звук кипящей воды на плите, нарушал тишину. Меня бросило в жар, и я почувствовала, как лицо становится пунцовым. Конечно же, все смотрели на меня и мою реакцию.

– Важно каждое твое слово. В твоих интересах сказать нам всем правду,– не унималась Ирма.

Она подошла ко мне в плотную. Её карие глаза сияли. Легким движением руки она достала из кармана своего брендового пиджака флэшку и поднесла ее к моему лицу.

– Все мы совершаем ошибки, но всегда можно признаться и смягчить наказание.

На мгновение я задержала дыхание, и все кто меня окружал сейчас, замерли вместе со мной. Ирма, смотрела на меня, не моргая. Она ждала от меня ответа.

– Вы что меня подозреваете?! – недоумевая, спросила я. – Я в жизни никогда, ничего чужого не брала.

Я стала вертеть головой по сторонам, ища взглядом поддержку у присутствующих людей, но все глаза смотрели в пол.

– Я не просто тебя подозреваю, я уверена, что это сделала ты. У меня есть доказательства. И сейчас мы пройдем в мой кабинет в сопровождении этих прекрасных ребят и все вместе посмотрим, – командным тоном произнесла она. – А вы все за работу! И помните, даже у стен есть уши. Когда решите что-либо обсуждать или сделать!

Я потеряла дар речи от ее монолога. И беспомощно хлопала глазами. Доказательства! Как у нее могут быть какие либо доказательства. Она блефует.

Договорив Ирма, кивнула сотрудникам полиции, что бы те сопроводили меня вслед за ней. Какой же миниатюрной и хрупкой она была на фоне этих двух «быков». Незнающий человек никогда не подумал, что за обликом воспитанной, элегантной женщины с тихим размеренным голоском, может скрываться хитроумный, подлый и высокомерный человек.

Не прошло и двух минут как мы вошли в кабинет Ирмы. Она неспешно присела в свое кожаное офисное кресло цвета слоновой кости. Плавным движением руки вставила флэшку в ноутбук и нажала клавишу плэй. Я стояла напротив ее рабочего стола в окружении тех же мужчин.

Мое сердце чуть не остановилось, когда на видео я увидела, как кладу, какой-то сверток к себе в сумку.

– Что ты теперь на это скажешь? Узнаешь себя? – ехидно спросила меня Ирма.

Атмосфера в кабинете царила угнетающая. Я напряженно ждала ее доказательств моей вины, да и эти два огромных «быка», наводили ужас. Но увидев видео, я немного успокоилась.

– Да это я. Но в том свертке не ложки с вилками, а мой маленький зонтик в чехле, – облегченно выдохнув, сказала я. – Вчера ведь лил дождь утром.

Администраторша смотрела на меня в упор. Её пухлые губы теряли объем. Видно было, как нервно она их стала сжимать.

– Какое совпадение! – вскинув руки, с легкой ухмылкой произнесла женщина. – И ты думаешь, я тебе поверю? Нет, конечно, дождь и вправду вчера был, но только все зонты стояли раскрытые и высыхали. Как ты мне объяснишь, почему ты свой мокрый зонтик, сложила и, не просушив его, убрала в шкаф.

– Просто я его и не открывала. К территории ресторана меня подвезла соседка, только и всего. Посмотрите уличные камеры и проследите куда я и с чем иду.

Я смотрела на нее, и пыталась понять, зачем она все это придумала. Неужели из-за того случая, когда я не вышла в зал. Но это же безумие. Я и так сегодня отрабатываю день, и завтра она меня больше не увидит.

Лицо мое становилось горячим и влажным, а в горле наоборот все пересохло.

Ирма слегка улыбнулась и склонила голову набок. Достав из верхнего ящика стола пачку тонких сигарет, она закурила и попросила охранников подождать за дверью. Сняв пиджак и расстегнув вторую пуговицу шелковой блузки, Ирма слегка присела на край стола, скрестив свои стройные ноги.

– Знаешь Ева, а я ведь тебе их уже подкинула. Запись с уличной камеры тоже удалила. А только потом поняла, насколько ты жалкая. Мне тебя уничтожить, не составит труда. И никакие не нужно было бы придумывать хитросплетения. Все подумали бы, что ты сошла с ума. Но видите ли этот Кодекс не допущения! Будь он неладен! – лукаво, сказала Ирма.

– Вы сейчас глядя мне в глаза, говорите, что все это подстроили? Зачем вам это? Я же всем расскажу. У вас не получится меня оболгать.

– Так хватит! Надоела! – она снова начала повышать на меня голос.

Она обошла вокруг меня два раза. Пальцем правой руки немного приподняла мой подбородок и посмотрела прямо в глаза. Я отдернула свое лицо. Взгляд у нее был бесноватый.

– Не пойму, что он в тебе нашел? – резко сменила тему Ирма. – Ты же никакая. Суповой набор. – Что этим мужикам нужно не пойму.

– Каким мужикам? Вы о ком говорите? – выпучив удивленно глаза, спросила я.

Ирма быстрым движением рук достала с кармана еще одну сигарету. Видно было, что она нервничает и что-то собирается мне рассказать. Но предложения она формулировала тяжело.

– Знаешь, я всегда добивалась всего сама, – начала она свой монолог. – И не всегда это было легко. Вернее сказать в большинстве случаев это было нелегко. Но я старательная, целеустремленная девушка. Мама мне всегда говорила: «Ирма если ты будешь смелой и хитрой, то тебя ждет успех». Я её старалась не разочаровывать. Я служила верой и правдой своему …. Но годы мои не долгие. Пока я трудилась красота, и свежесть стремительно увядали. Самцов подходящих не было, для продолжения рода, а те которые были, хотелось обнять, и прогнать. К счастью жизнь меня вознаградила за преданность Королю и служению империи. Меня отправили сюда. Я получила возможность жить дольше и выбирать любого самца, которого захочу. Но при условии соблюдения «Кодекса недопущения». А это большой минус, если бы ты только понимала, о чем я говорю. Но мне нужно выговориться, понимаешь? Ну, так вот, самцов много, а применять к ним «способности» нельзя. Вот и приходится бороться за «женское счастье» с вами на равных позициях. Я долго к этому привыкала, училась. И у меня даже стало получаться. Но я не учла такую маленькую проблемку: ваши мужики не постоянны, сластолюбцы и лжецы. Это куда хуже, чем их не хватка.

Однажды я все-таки позволила себе поверить одному весьма интересному парню. Мы стали встречаться. Я не могла поверить своему счастью. Неужели он тот, кто мне нужен? Мы провели пару ночей. А потом он исчез… Перестал отвечать на мои звонки. В один зимний вечер я увидела его с какой-то невзрачной девкой. Они сидели в ресторане мило общались. Рядом лежал букет цветов. Мне он цветы никогда не дарил. Позже я навела справки и узнала, что она работала массажисткой, в каком-то салоне. Я погрузилась в депрессию. Следующего ухажера недели через две я его застукала с другой девушкой, младше его на пятнадцать лет. Потом был еще один. С ним я встречалась почти год. Вернее он почти год жил на мои деньги. А спал параллельно с моей горничной. Молодой пигалицей, лет двадцати. Покупал ей подарки на мои деньги. Моему душевному равновесию пришел конец. У меня появилось огромное желание нарушить «Кодекс недопущения» и свести с ума их всех. Но встреча с ним остудила мой пыл. Молодой, красивый, очень талантливый. Он посвящал мне песни. Я снова захотела любить. Мне тридцать восемь и я поверила в любовь двадцатипятилетнего мальчишки. Как же это глупо.

Ирма ненадолго замолчала, присев в свое кресло.

Такая откровенность от неё меня обескуражила. Я и половины не поняла того, о чем она говорила. Ясно только, что у нее проблемы с противоположным полом и с головой. Злить такую даму, мне меньше всего хотелось, но и поскорее покинуть её кабинет я была бы не против.

– Кодекс недопущения, это что? – нарушила я тишину.

Не обратив внимания на мой вопрос, она продолжила. Глаза ее немного увлажнились и заблестели.

– Через два месяца нашей связи он мне сказал, что между нами все кончено. Что ему было хорошо со мной, но он нашел другую музу. Я не могла поверить его словам. Он был так нежен со мной, мы строили планы на будущее. Я была даже уверена, что он влюблен по уши. Но в один ужасный вечер, возвращаясь с работы домой, я увидела как он, мой любимый, переходит дорогу с девушкой. Прошли мимо моей машины, стоящей на светофоре. И меня одолела такая злость, только уже не к мужикам, а к этим девкам, которые уводят мужчин из семей, из отношений. И живут себе припеваючи. Я, таких как ты стерв ненавижу и теперь буду давить, если это будет в моей власти.

– Как я? – поперхнувшись, спросила я. – Кого я у вас увела?

– Кирин Артем. Знакомо тебе это имя? – спросила Ирма, закурив очередную сигарету.

– Артема знаю. Но между нами ничего нет и быть не может. Он мне не нужен!– твердо возразила я.

– А вот он тебя любит. Он мне так сказал. И что он ко мне остыл, и что я сама должна была понимать, что между нами все ненадолго и несерьезно. Я ведь его старше на тринадцать лет.

На секунду мне даже стало жалко Ирму.

– Что он несет! Как он может меня любить! Он меня чуть не…

Он мне противен! – тут я не смогла продолжить. – Он подонок и эгоист.

Ирма выбежала из-за стола и наотмашь ударила меня по щеке.

– Прекрати его оскорблять! Он лучший мужчина, который был в моей жизни, ты его не достойна, – как завороженная говорила Ирма, не желая слушать меня.

Пощечина была настолько сильная, что меня немного откинуло в сторону. Я схватилась за дверную ручку, но дверь оказалась заперта.

– Каждый борется за свое счастье как может. Если мне плохо, то пусть будет и другим плохо, – переходила на крик Ирма.

Страх от её безумия говорил мне, что нужно поскорее убираться из её кабинета. Очевидно, что женщина не в себе. Мне пришлось со всей силы стучать по двери, в надежде, что меня услышат.

– Еще раз повторяю вам, он мне не нужен, – умоляюще говорила я, – Откройте дверь!

– А это уже не важно, главное ты ему нужна, значит, тебя не должно рядом быть.

– Какую чушь вы несете! Вы пытаетесь решить свои личные проблемы не теми способами.

Неужели никто не слышит моих криков и грохота по двери, подумала я.

– Куда ты собралась, я тебя не отпускала, – прошипела она, резким движением руки развернув меня к себе лицом.– Я взяла тебя на работу. Пригрела. Но у тебя, к сожалению, нет чувства долга и ответственности. Ножка у нее болела, видите ли. Знала бы ты, с какими болями, я встаю каждый гребанный день на эту работу.

– Я хочу уйти, выпусти меня отсюда, – закричала я, ей в лицо. Мне уже было плевать на субординацию.

Кабинет ее стал похож на дымящуюся пепельницу. Мне нечем было дышать. Я снова стала дергать ручку двери и просить открыть дверь. Её закрыли снаружи эти два «быка».

Ирма, отвернувшись, стояла рядом с окном. Я успела рассмотреть, как по ее щекам стекают слезы. От этого мне стало еще страшнее. Мой мозг рисовал страшные картины.

– Да выпусти меня уже, наконец! Мне нечем здесь дышать, – нервно сказала я и со злостью дернула ее за руку. От неожиданности Ирма сделала шаг назад и задела ногой горшок с фикусом, который стоял на полу. Равновесие ее подвело, и она с грохотом упала между своим столом и шкафом для документов.

Ирма выругалась и после падения осталась лежать на полу. Она обхватила голову руками. Выглянув из-за стола, хотела помочь ей подняться, но помедлив, решила всё же близко не подходить.

Вероятно, грохот насторожил ожидающих за дверью громил и они открыли дверь. Какого же было мое удивление, увидеть вошедшего в кабинет Богдана Быковского.

В очередной раз он появляется, когда мне очень нужна помощь.

О Боже, я не верю своим глазам.

На меня удивленным взглядом смотрит Богдан Быковский. Он не показывает окружающим, что мы знакомы.

Один из «быков» Ирмы, помогает ей подняться. Нервы мои накалены до предела, но одно только присутствие Богдана и мне легче дышать.

В кабинете пару минут была тишина. У Ирмы мгновенно пропала истерика. Она поднялась с пола и поправила одежду. Выпрямившись, женщина, которая только что угрожала мне, стояла перед Богданом с опущенной головой. Любопытная была картина. Я не понимала, что происходит.

– Говори?– произнес Богдан хриплым голосом, обратившись к Ирме.

Ирма поправила растрепанные волосы, пригладив прядь за ухо и зло посмотрев на меня произнесла:

– Извини Ева, что тебе пришлось стать свидетельницей моего расстройства.

Богдан Быковский резко прервал Ирму и, вскинув ладонь вверх дал ей понять, что она может быть свободна.

Женщина гордо прошла мимо меня. Вслед за ней вышли полицейские, так и не сказавшие за все время не слова.

Мы остались одни.

Богдан закрыл дверь за Ирмой и, опершись о стену, пристально на меня посмотрел. Выражение его лица было торжественно-важным, но за спокойствием и серьезностью.

Я смотрю на этого высокого и чертовски сексуального мужчин, который в очередной раз, чудесным образом появляется, что бы спасти меня. Или нет…

Слова в моей голове перемешались, я совершенно не знаю с чего начать разговор.

– За два месяца ты уже в третий раз попадаешь в неприятные ситуации, – начал он.– Как думаешь это много или мало?

– Я вас не понимаю, – смущенно проговорила я.– Я же не специально, это все провоцирую. Так складываются обстоятельства.

Божечки, что я несу. Какие обстоятельства.

– Что на этот раз произошло, Ева? – спросил он бархатным голосом, снимая с себя темно синий пиджак и бросив его на спинку креста. – Здесь очень жарко, – сказал Богдан, видя мое смущение, на его действия.

Он открыл окно настежь, и кабинет наполнился свежим воздухом с едва уловимыми нотками его одеколона. Такой же запах был тогда и в машине. В памяти резко вспыхнула наша непринужденная беседа в его автомобиле, его сильные руки держащие руль, я в коротеньком сарафанчике. А сейчас стою перед ним в униформе. И раскрасневшиеся глаза, явно не светятся счастьем. Кровь горячей волной разливалась по моему телу. Нервное напряжение усиливалось. Мысли любого человека удивительным образом отражаются в его действиях. Если я уже поменяла двадцать оттенков красного, за эти три минуты и почти до мозолей натерла кончики своих пальцев, от волнения, то Богдан Владимирович вел себя очень спокойно и не торопился требовать от меня объяснений, по поводу падения на пол Ирмы и ее слез.

Мне показалось, что он даже рад нашей встрече.

– Ты же говорила мне, что работаешь в салоне красоты,– спросил меня Богдан.

Он проследил за движением моих рук и перевел свой взгляд на лицо. Черты его лица говорили мне, что он заметил мое волнение.

– На тот момент работала. Теперь работаю здесь. Вернее сегодня дорабатываю последний день, – робко произнесла я.

–Не сошлась характером с начальницей? – сказал Богдан, слегка улыбнувшись.

– Можно и так сказать.

– Каким образом? – спросил, слегка повысив тон Богдан, подойдя на пару шагов ко мне.

– Она обвиняла меня в воровстве столового серебра. Я его не брала. Потом резко перешла на личное. Но если честно мне, наверное, не стоит вам об этом рассказывать.

– На чем строятся ее обвинения?

– Ирма показала мне видео, где я прячу какой-то сверток в свою сумку. Но это был зонтик, а не ворованные приборы, – решительно ответила я.– А она уверяет, что там именно они. Я, конечно, все отрицала. Она угрожала. Потом сменила тему, рассказав грустную историю своей жизни. Начала плакать, много курила, неудачно сделала шаг и упала. Вот, пожалуй, и все. Я, честно говоря, ничего не поняла из её рассказа. Но то, что ей нужно проверить голову, это точно.

– Ева могу я тебя попросить об одолжении?

– Конечно Богдан Владимирович, – с особой важностью ответила я.

– Пусть все, что здесь сегодня произошло, останется между нами. Я поговорю с Ирмой. Она больше не станет тебе докучать. Если тебе все ещё нужна работа, то ты можешь здесь оставаться. Кстати кем ты здесь устроена?

Я слегка наклонила голову и опустила глаза. Мне было неловко признаться ему, что мою посуду в этом ресторане. Но Богдан ждал ответа.

– Я работаю на кухне, – робко произнесла я.

Видя мое смущение, Богдан не стал вдаваться в детали.

– Значит так сегодня у тебя выходной, а завтра выходишь как обычно на работу, – так же важно сказал он, как будто мы говорили о бизнесе.

Моргая, смотрю на него. Время замедляется.

По телу пробегают приятные импульсы. Сердцебиение учащается. Богдан стоит напротив меня на расстоянии вытянутой руки. В этот раз костюм на нём светло-серого цвета. Мой взгляд то и дело соскальзывал с его ровного торса на ремень, когда он отворачивался в сторону окна. От этого становилось ещё жарче. В животе начинают порхать бабочки.

Чувствовала, что он меня тоже рассматривал. Я не могла долго выдерживать его взгляд и время от времени смотрела просто окно или в стол, но только не в его небесно-голубые глаза.

Меня так сильно влекло к нему – к его доброте, прямоте, ну и, конечно же, к его телу. Мне нестерпимо хотелось прикоснуться к нему.

Богдан не стал в этот раз радовать меня своим общением. Пока мы общались, ему постоянно кто-то звонил. В очередной раз телефонный звонок стал важнее моего рассказа. Богдан улыбнулся своей белоснежной улыбкой и вышел из кабинета. Но мне хватило и такого его присутствия. Всё-таки очень он заряжает меня энергией. И все тревоги уходят на второй план.

С некоторым облегчением я направилась на кухню. Предвидя, что меня будут расспрашивать, что и как произошло, я решила ограничиться, только парой слов.

Вечером, вернувшись, домой к девочкам, я почувствовала что-то новое в атмосфере. Собственно, никакой перемены со мной не произошло, но в душе у меня словно бабочки летали. Мне хотелось расцеловать Наташку и Марину, не смотря на то, что эти две недели мы жили на два фронта. Кажется, я влюбилась…

В эту ночь я долго не могла заснуть. Перед глазами стоял он. Такой важный, безумно красивый и богатый. Я полночи представляла себе, каково это быть невестой такого мужчины. Целовать его, проводить с ним ночи, принимать он него подарки. Мне никогда ухажёры не дарили подарков, кроме редких цветов и то что бы быстрее залезть под юбку. Наверное, потому и не дарили, что не давала. А есть же девушки, у которых все это есть и они получают истинное удовольствие и от подарков, и от мужчин. Пламя зависти вспыхнуло у меня в душе. Мы совершенно разные, как говорят в народе: разного поля ягоды. Но мечтать же мне никто не запретит. Еще немного фантазируя о его нежных и сильных объятьях, я заснула.

Глава 16

Чувствуя приятное тепло на своей щеке, я открываю глаза. Солнечные лучи лучше всякого будильника будят меня вот уже целую неделю. Сладко потянувшись, я вспоминаю вчерашний день.

На часах уже почти семь. Странная тишина царит в квартире. Обычно в это время Марина бодро собирается на работу. Встаю с кровати и быстрыми шагами иду на кухню. Дверь закрыта. Слышен шёпот соседок.

– Доброе утро подружки, – душевно так, поприветствовала я девушек. – Чего закрылись? Меня обсуждаете?

– Нет, ты что, просто не хотели тебя будить, – ответила Наташка. – Тебе сделать кофе?

Ничего себе перемены, подумала я. К чему бы это?

Марина сидела на подоконнике и не спеша курила сигарету. Она сделала несколько затяжек и выдала большую порцию отвратительного дыма в открытое окно.

– Как тебе наш большой босс?

– Что значит, большой босс? Я тебя не понимаю,– спросила я. – Ты кого имеешь в виду?

– Не прикидывайся дурочкой. С кем ты вчера на полчаса закрылась в кабинете Ирмы?!

– С твоих уст, это звучит как-то пошло. Но действительно с Богданом Владимировичем мы разговаривали примерно тридцать минуть. Я ему говорила, почему меня хотят уволить. А потом он уехал и все, – отрапортовала я.– И не надо на меня смотреть с такой ухмылкой.

– А ты знаешь, какое место он занимает в ресторане? – спокойным тоном спросила Наташка, присоединившись к разговору.

– Ну, наверное, выше Ирмы, – поспешила ответить я.

– Ага, выше её. А еще выше нашего мэра, – с лукавой усмешкой сказала Наташа. – И ты с ним говорила, за закрытыми дверьми. Глаза Наташки блеснули искорками зависти.

– Я не знала, – коротко ответила я.– Для меня он просто понимающий молодой мужчина, благодаря которому я завтра иду на работу.

– Вот это и странно, зачем ему в этом разбираться? – не унималась Марина, продолжая своими не тактичными вопросами подталкивать меня к каким-то грязным откровениям. Которые я не могла ей предоставить, потому что их не было.

– И когда же ты переедешь к нему жить? – шокировала она меня своим вопросом.

– Что?! Ничего себе у тебя полет фантазии какой,– раскрыв глаза от удивления, сказала я. – И не став больше участвовать в этом нелепом разговоре, вышла из кухни, прикрыв за собой дверь. Но некоторые слова Наташи я услышала.

– Что ты к ней цепляешься, с этими разговорами. Вдруг она будет с ним крутить шуры–муры. Нам наоборот нужно с ней дружить, – шептала «подруга».

– О чем ты говоришь? Наташа ты её видела. Максимум, что он ей может предложить, так это мыть полы в его доме.

– Ну не знаю, у богатых странный вкус. Им может приглянуться и серая мышь, – спорила с Мариной подруга.

– Возможно, но только не ему. Я в этом уверенна. Такому как Богдан Владимирович, нужна «породистая» женщина, что бы она отражала его статус.

Эти слова еще раз доказывали, что мне нужно срочно искать новое место жительство. Ничего хорошего из нашего соседства не выходит. Обида девочек на меня не проходит, как бы я не извинялась и не помогала им.

После завтрака я переоделась и нанесла легкий макияж. Чем еще раз укрепила навязчивые мысли Марины о моей «связи» с Богданом. Но мне было все равно на ее косые взгляды. Теперь, когда у меня есть, теплится надежда увидеть его снова, я не хочу, что бы Богдан меня видел с зареванными, красными глазами и нелепой прической. Я все же решила пойти сегодня на работу. Она меня немного успокаивала. Дома я бы извелась, дожидаясь вечера.

Остаток утра и половина дня прошли в обычном рабочем режиме. Я общалась с коллегами по работе в обычной своей манере, но чувствовала некий интерес с их стороны. Слухи быстро расходятся и обрастают новыми плодами фантазий, людей которые передают это из уст в уста.

Я не стала исключением. Вроде бы они и разговаривали со мной как обычно, но в глазах можно было прочитать немой вопрос: «Ну как он?»

Близился вечер, а меня не покидали мысли о моем спасителе, который уже в третий раз выручает меня. Может быть это судьба. Насмотревшись любовных романов, я тоже хотела себе в мужья достойного мужчину.

Разумеется, уже с первой нашей встречи, я страстно искала о нем информацию на просторах интернета. Но кроме его деловых встреч и рассказов о бизнесе, ничего не было написано. Ни одной фотографии где его сфотографировали неожиданно в клубе или ресторане, да хоть где угодно, нет. Вообще ни одной. Он ни разу не появлялся с женщиной. Ни на одной церемонии. А ведь Богдан Владимирович, как оказалось, влиятельный бизнесмен нашего города, и, причем весьма привлекательный мужчина.

Глава 17

Ирма ходила по комнате, выстукивая по швейцарской плитке элитного брэнда высокими, острыми каблуками. Тяжелый шаг и хриплое дыхание красочно рисовали атмосферу накала страстей.

– Представляешь, выставила меня перед Богданом какой-то невменяемой. Нет, я это так не оставлю.

– С чего ты взяла, что у него сложилось именно такое впечатление?

Пыталась поддержать Ирму ее подруга Кристина.

Кристина вальяжно расположилась на черном бархатном диванчике с бокалом красного вина в руке.

– Крис ты просто не знаешь его взгляда. Я его уже изучила. Это был взгляд недовольства и замешательства. Не знаю откуда он может ее знать, но провели они вместе почти сорок минут. А потом он мне позвонил и сказал, что бы я дала ей двух недельный отпуск, в счёт того, что я с ней повела себя неподобающе. Он мне даже слово не дал сказать.

– Ну, может она ему понравилась, – делала поверхностные выводы Кристина, покачивая вино в бокале.

Ирма истерично рассмеялась и принялась курить очередную сигарету.

– Неет этого не может быть. Он не заводит отношений, это я знаю точно.

– С чего ты это взяла. Богдан очень привлекательный и респектабельный мужчина. Откуда тебе вообще знать, о том с кем он спит.

Ирма не стала отвечать подруге. Кристина не могла знать всей правды, и её мнения по этому вопросу, всего лишь сотрясание воздуха.

Ирма немного успокоившись, подошла к панорамному окну и задумалась.

Внезапно ее мысли охватил черный туман, и начались сильные головные боли. Ирма едва сохраняя равновесие, дошла до дивана. Упав на мягкую поверхность мебели. Она обхватила голову руками и сползла на пол. Голос в её голове приказывал ей немедленно явиться в темную дом; глаза её налились кровью.

Кристина никогда не видела подругу в таком состоянии. От ужаса девушка вскочила с дивана, выронив бокал на пол. Наблюдая, как Ирме становится все хуже и хуже с каждой секундой, Кристина судорожно пыталась набрать номер скорой помощи.

– Ирма, потерпи, я уже вызываю скорую помощь!

Резким неестественным движением Ирма вскочила на ноги и направилась к Кристине. Схватила подругу за руку, больно сжав. Та пронзительно вскрикнула.

Кристина с ужасом смотрела на подругу и не узнавала. Перед ней стояла совершенно незнакомая женщина. Магия это была или помутнение рассудка, но Ирма теперь стала выше на голову. Зрачки ее сузились и вытянулись вертикально. Голову теперь украшала ярко красная шевелюра, похожая на парик. Красные ногти вытянулись и немного закруглились. Кристина хотела отбежать к двери, но Ирма не дала ей уйти.

– Отпусти меня. Ирма, что с тобой происходит? Ты мне сейчас кость сломаешь, – взмолилась Кристина, пытаясь разжать её хватку.

Ирма пристально смотрела Кристине в глаза, пока та медленно, скорчившись от боли, опускалась рядом с её коленями.

Кристина понимала, что её подруга обезумела, но ничего сделать не могла. Закованная стальной хваткой одной её руки она чувствовала, как теряет силу даже кричать. Длинные красные ногти впились в кожу девушки. Войдя практически наполовину. Но крови не было. Кровь будто кто-то аккуратно высасывает. Сознание девушки затуманилось и она полностью обессиленная, упала на пол.

Разжав руку, Ирма освободила из своих цепких когтей посиневшую руку подруги. Переступив через Кристину, она подошла к дивану, подняла полуразбитый хрустальный бокал с пола и, откинувшись на спинку дивана, допила остатки вина.

Давно она не выходила из себя настолько, чтобы нарушить «Кодекс недопущений». Но ей было все равно. Из ее окружения никто этого не видел, Кристина проснется в полном беспамятстве, а хозяин не может читать ее мысли. Ведь они одной породы. С чувством удовлетворения Ирма прилегла на тот же самый диван, где рядом с ним на полу валялась обессиленная Кристина и, свернувшись в позе эмбриона заснула. Она нарушила кодекс, ослушалась хозяина. Но была абсолютно счастлива.

Глава 18

Длинные искривленные стрелки часов, напоминающие ветки медленно приближали дождливый вечер к поздней ночи. В темном каменном зале находилось десять человек. Все присутствующие разместились на камнях неестественной квадратной формы перед полукруглым трехступенчатым подиумом. Между собой они не общались, только изредка кидая блуждающий взгляд на соседа. Атмосфера была гнетущая. Всего лишь легкое потрескивание факелов, прикрученных к кирпичной колонне, нарушало холодную тишину. Собравшиеся персоны прекрасно понимали, чем сулит каждому из них внеплановое, экстренное собрание. Каждый беспокоился за свою стабильную и полноценную жизнь. По завершению собрания они четко понимали, что завтрашний день для них мог не наступить.

Присутствие четырёх стражников стоявших по периметру зала, еще раз доказывало, что их тревога вполне реальная.

Тяжелая деревянная дверь открылась, впустив вместе с вошедшим мужчи-ной, влажный болотистый запах. Он не спеша зашагал в сторону трона. Это был их Хозяин. Создатель садов Цереры на земле. А они особи с планеты Цереры. Жизнь их полностью зависит от воли Хозяина.

Сидящие на камнях разом встали и покорно опустили головы. Не смея поднят глаз, до тех пор, пока им не позволят.

– Так бы вы были покорны на верху,– с жаром заговорил Хозяин, поводя рукой по каменному подлокотнику в форме головы змеи, с открытой пастью. – Если вы считаете, что мне не доступны ваши мысли и деяния, то вы сильно ошибаетесь.

Недолго просидев на своем месте, он спустился в зал. Не позволяя никому до сих пор поднять головы. Черная одежда и полумрак скрывали его крупное тело. Лишь светящиеся огнем глаза подсвечивали грубые черты лица. Приближаясь к первому ряду камней, он быстрым движение руки поднял подбородок к верху рыжеволосой женщины. Растерянное лицо которой не оставляло сомнений в том, что она знает из-за кого это собрание.

– Ирма вчера нарушила Кодекс Цереры, – громко произнес Хозяин. – Вы все прекрасно знаете, что у меня нет не к кому привилегий. И если я из-за своего рода не могу видеть мысли некоторых особей, то это не значит, что вам можно нарушать правила. Как говорят у людей: «Тайное всегда становиться явным». Только у нас это происходит в сотню раз быстрее.

Ирма судорожно задышала.

– Я доверял тебе. Ты руководила самым большим садом – рестораном. И ты подвела меня, – говорил без остановок Хозяин, прохаживаясь мимо сидящих особей. – Ирма дважды напала на человека! – Громко произнес он и продолжил – Лишнего наговорила этой девчонке. Другую едва не обескровила. Ты рассчитывала, что я не узнаю. Ты, наверное, забыла кто я?

Хозяин снова подошел к Ирме и мертвой хваткой вцепился её в шею. Она не смела, сопротивляться или просить пощады. Кожа её стала приобретать синеватый оттенок. Кислород стремительно покидал её легкие. Руки и ноги охватили мышечные судороги. Женщина задыхалась. Никто и не думал прийти ей на помощь. Уж очень высока была цена неповиновения. Ярко окрашенные волосы начали терять цвет. Пряди стали сбиваться в отдельные густые хвосты и подниматься к верху. Уже через пару секунд на голове у Ирмы извивались красные змеи. Лицо её стало покрываться крупными чешуйками королевской кобры.

Хозяин ослабил руку; Ирма упала на каменный, холодный пол.

– Ты помнишь моё имя Даирия, – назвал он её внеземное имя.

Ирма подняла шипящую на него голову и произнесла:

– Брамусгор. Хозяин садов Цереры.

Он усмехнулся.

– И всё?

– Полнокровный хозяин расы фемаров, – осторожно ответила Ирма.

Брамусгор развел руки в знак согласия. На лице его читалось разочарование.

– Именно! Принимая мою кровь, ты клялась своей жизнью: служить мне честно и беспрекословно. Но, наверное, низменные человеческие утехи и страдания, тебе больше дарят счастья, чем осознание своей сверх продолжительной жизни на земле и дома.

Брамусгор не спеша вернул на трон. Взмахом ладони он направил леденящий душу ветер в сторону присутствующих. Это был знак; они могут смотреть на него.

Ирма сидела на полу, не смея пошевелиться. Глаза её ели сдерживали слезы. Но она не имела права показывать слабость. Человеческие слабости очень злили хозяина; они мешают полностью раскрывать потенциал каждой отдельной особи и спускают её до низменного восприятия своей участи на земле.

– Ценнейшие мои обитатели Цереры, ныне ведущие сытую и цивилизованную жизнь на этой планете. Я, наверное, был сильно занят, раз допустил у представительницы своего рода, мысль вседозволенности не у себя дома. Напомню, главное правило «Кодекса Недопущений» гласит: «Охота на территории планеты Земля строго запрещена в любых её проявлениях». Даирия нарушила правила. Хотя она же и помогала мне их установить много лет назад. Что же получается, начала гнить голова? Скоро начнется анархия?

Брамусгор с каждым словом, повышал голос. Напряжение в зале росло. Он встал и сделал шаг вперед. Тело его стало заметно увеличиваться в размерах и прорвало ткань черной рубашки и брюк. За спиной распахнулись костяные крылья, с которых стекала кровь. За пару секунд пространство между перегородками было заполнено прочной, эластичной мембраной. Мышцы на ногах заметно выросли, приобретя четкий крупный рельеф, словно каменные изваяния. Некоторые участки тела покрылись змеиной шкурой, темно-зеленого цвета. Лицо изменилось до неузнаваемости; кожу покрыли черные, плотные наросты. Уголки губ растянулись до середины щек, обнажая при разговоре череду острых, как лезвие зубов. Змеиный язык несколько раз показался из-за двух длинных передних клыков.

Плавным взмахом массивные черные крылья подняли Брамусгора на несколько метров над подиумом.

В зале все глаза были устремлены на хозяина. Страх и беспокойство за свою жизнь сгущали кровь каждого из присутствующих. Они понимали, перед ними парит не здравомыслящая особь, способная дать возможность оправдаться, а первородный; управляемый инстинктами; ему не ведома жалость.

Брамусгор ринулся в сторону Ирмы. Подхватив её словно маленького зверька, он взлетел под самый свод кирпичной крыши. Фемары затаили дыхание. Они не могли их видеть или слышать. Хозяина поглотила тьма. Лишь тонкие струйки красной жидкости недолго падали сверху, в дребезги разбиваясь о каменный пол.

Брамусгор сильно прижимал стройное тело Ирмы к стене. Крылья его плавно двигались из стороны в сторону, давая немного воздуха, в столь душном месте. Ирма молчала. Ей нечего было сказать в своё оправдание. Она уже ощущала приближение расправы; первый раз был на Церере. Тогда ещё молодой и полный энтузиазма изменить и продлить жизнь обитателей Цереры, Брамусгор спас её. Она же не оправдала его доверия и готова была понести наказание.

Брамусгор смотрел на неё обжигающим взглядом. Острым, длинным когтем он порезал себе руку. Кровь хлынула вниз.

– Даирия я не стану тебя убивать. Считай это благодарностью за твое служение мне. Но заберу то, что принадлежит мне. Завтра ты улетишь на Цереру и продолжишь своё существование по законам жизни его обитателей. Я не прощаю умышленных ошибок, – ровным спокойным тоном сказал Брамусгор.

У Ирмы вырвался истошный крик.

– Нет! Лучше убей! Я не смогу там жить! Я не хочу там жить! – умоляла она, нервно дергаясь под железной хваткой хозяина.

Брамусгор нахмурился. Пару раз длинный змеиный язык коснулся лица Ирмы.

– Ты отвергаешь свою сущность? Не желаешь делить пищу и воздух с такими же как и ты? Может быть ты и права. Таким не место на тверди.

Речь Брамусгора зазвучала строго и равнодушно. Он сохранял ясность ума и осознанность. Хотя другие этого не знали. Ему нужен был их страх и подчинение. Перед Ирмой он не стал претворяться.

– Не опустошай меня! – взмолилась Ирма. – Такого больше не повториться! Дай мне шанс!

Брамусгор отрицательно покачал головой и ослабил руки.

– Неет!

Ирма с пронизывающим криком стала падать вниз.

Рухнувшись на камни, она несколько секунд лежала не двигаясь.

Зал наполнился шорохом испуганных особой. Но никто не смел к ней подойти, без разрешения хозяина.

Спустившийся Брамусгор не стал приближаться к Ирме. Легким кивком головы показал стражникам привести её в чувства.

– Заберите её и подготовьте к процедуре. Завтра она улетает на Цереру. Остальные могут быть свободны, – голос его снова стал звучать с приятной хрипотцой. Крылья с глухим треском схлопнулись и скрылись за спиной. Брамусгор вышел из зала.

Все присутствующие провели Хозяина взглядом. Потом началось всеобщее перешептывание.

Все это время в зале находилась близкая подруга Ирмы – Лорэна. Она с болью в сердце наблюдала, как из-за каких-то людей, хозяин может так жестко наказать представительницу своего же рода. Злость Лорэны роста с каждой минутой. Едва Брамусгор покинул зал Лорэна бросилась к лежащей без сознания Ирме.

Яростно отогнав пернатых стражников.

– Даже не смейте к ней подходить! – закричала Лорэна, подняв голову Ирмы себе на колени.

Молодой и высокий стражник с черными крыльями и длинными волосами, собранными в аккуратный хвост на затылке осторожно подошел к женщинам. Дав знак другим стражам пока не вмешиваться.

– Лорэна приди в себя, – начал он. – Ты хочешь завтра вместе с Ирмой отправиться домой?

Лорэна не хотела его слушать. Она гладила Ирму по её рыжим волосам и просила, что бы она очнулась.

– Как он мог?! – завопила она, – Мы же не такие как остальные. Мы выше! А он сравнял нас с этой смертной.

Слезы Лорэны стали капать на лицо Ирмы. Стражник попытался поднять и увести Лорэну в сторону. Но она сопротивлялась.

– Лорэна мы все от него зависим и должны подчиняться. Ирма сделала свой выбор. Пусть и глупый.

– Сам ты глупый, – неожиданно открыв глаза, произнесла Ирма. – Оставь нас на пару минут Айк.

Лорэна не скрывая эмоций начала обнимать подругу.

К этому моменту в зале оставалось всего четыре особи. Остальные ушли; не желая быть свидетелями того, что им может не понравиться.

Ирма придвинулась к Лорэне и прошептала.

– Помоги мне сегодня бежать из города. Я не хочу на Цереру.

Глаза Ирмы горели надеждой на помощь.

Лорэна с опаской озираясь на стражников ели слышно произнесла:

– Ты с ума сошла? Ты же не скроешься от хозяина! Он и нас уничтожит!

Ирма крепко придвинула голову Лорэны и смотря в глаза прошипела:

– Я сотру им и тебе память и обездвижу, насколько хватит моих сил. Брамусгор ничего не поймет. Только на меня сильнее разозлиться. От тебя мне нужна база всех именных пробирок с кровью, которые были взяты в этом городе. У меня осталось не завершенное дельце.

Глаза Ирмы сверкнули бесовским огнем.

– Эй, хватит шептаться,– послушался голос другого стражника, который уверенно приближался к Ирме.

Не успел он взять её за руку, как на том же месте застыл, как вкопанный. Ирма бросила замораживающий взгляд на всех стражей.

– Ирма, это все плохо закончится, – причитала Лорэна, наблюдая как Ирма подходит к каждому стражнику и обхватывая своими руками их головы, стирает ближайшие воспоминания.

Подруга не обращала на неё никакого внимания. Она была уверена и тверда в своих отчаянных намерениях.

Закончив свой гипноз, Ирма подала знак рукой Лорэне, что им пара уходить.

Женщинам предстояло преодолеть длинный, подземный коридор и выбраться наружу. Закрывая аккуратно тяжелую, металлическую дверь Ирма вспомнила, что Брамусгор порезал себе руку, что бы красочней смотрелась её невидимое наказание под потолком.

– Мне надо вернуться. Там пролитая кровь Брамусгора, – прошептала Ирма.

Лорэна вскинула брови вверх в знак негодования.

– Ирма, я уже сожалею, что пошла на это. Может тебе правда лучше пожить на Церере. Ты собираешься копаться в мыслях хозяина? Он же сразу это узнает!

– Не узнает, пока не укусит меня. Зато я могу узнать его истинные намерения и передать королю.

Лорэна пыталась придержать дверь.

– Ты слышишь себя?! – пытаясь вразумить подругу. – Сейчас ты идешь напрямую против него! Он могущественней ем ты думаешь! Опомнись Ирма.

Ирма грубо отдернула руку Лорэны и прошла в зал.

Стражи все еще были под действием гипноза, но в любой момент могли выйти из него.

Ирма аккуратно припала лицом к холодной поверхности каменного пола. Сначала она просто смотрела, потом глубоко вдыхала запах первородной крови. Наконец, осмелев, она выпустила свой змеиный язык и втянула в себя красную жидкость. Взгляд её стал туманным и разум помутнел. Отсекая собственные воспоминания и тревоги, в её сознание вплетались чужие мысли и чувства.

Процесс был не долгим. Спустя минуту её как будто кто-то отбросил назад. Она больно ударилась о стоящую рядом с троном колонну. Ирма очнулась.

Все это время, с дрожью во всем теле, за происходящим наблюдала Лорэна. Осторожно выглядывая из-за двери. Сердце её бешено колотилось. Но назад дороги не было.

Ирма растерянно встала, поправила волосы и направилась в выходу.

– Ты как? – тихо прошептала Лорэна. – Увидела что-нибудь?

Ирма ничего не ответила, а просто прошла вперед, прибавляя шаг.

Лорэна побежала за подругой.

Девушки быстро миновали коридор и по кирпичным ступеням, прошли на верх. Лорэна подняла массивную дверь над головой, и они выбрались на поверхность земли; наступив на влажную, лесную траву.

Машины Ирма своей не обнаружила, в том месте, где её оставила, но это и не удивительно. Лорэна быстро прыгнула за руль и они отправились в ночной клуб «Вой», где она хранила все выписки с именами тех людей, с кем поработали охотницы – акупры или азкубы.

Всю дорогу Ирма молчала, смотря в окно. Лорэна давила на газ непростительно сильно.

– Сбрось скорость. Под камеры попадем, – сердито попросила Ирма.

Лорэна усмехнулась.

– Ничего себе, тебя недавно сбросили с двадцатиметровой высоты. Ты осмелилась залезть в голову хозяина. А сейчас сидишь и боишься, что нас оштрафуют за превышение скорости.

Ирма не оценила шутку и хмуро посмотрела на Лорэну.

– Ладно, ладно. Ты права. Встречи с полицейскими нам сегодня еще не хватало. Помедленней поедем.

– Лорэна, а ты любила кого-нибудь?

Лорэна удивленно посмотрела на подругу, не понимая к чему эти вопросы. Но Ирма смотрела на неё в упор и ждала ответа.

– Ты же знаешь его.

Ирма утвердительно покачала головой.

– Знаю. Я тоже любила. Любила не тех, кто этого достоин.

Лорэна сбавила скорость еще больше, удивленно посмотрела на Ирму.

– К чему ты клонишь?

– Нам ведь запрещено встречаться с земными мужчинами, а я встречалась. И много раз. Любила каждого, как будто он тот единственный. А он предавал и уходил к другой женщине.

– Неужели? Ну, ты отчаянная подруга! Хозяин знает?

– Нет. Он не кусал меня. Ему этого не надо. Он слишком занят.

Лорэна хотела расспросить её, о том, что же она увидела в мыслях хозяина, но Ирма снова отвернулась в сторону окна; по щекам потекли слезы.

Вскоре машина стала подъезжать к городу. Благополучно миновав пропускные посты девушки, свернули на дорогу, ведущую к ночному клубу «Вой».

Лорэна хранила копии документов с имена невольных доноров у себя в кабинете. Собранный материал в вакуумных пробирках, мог находиться в специальном сейфе-термостате, до двух месяцев; в этом же клубе, в секретной подземной комнате.

Автомобиль приближался к центральному входу. Навстречу девушкам вы-шел охранник клуба. Не выходя из машины Ирма сверкнув пристальным, огненным взглядом ввела шагающего к ним мужчину в сонное забвение.

– У нас есть примерно двадцать минут, что бы найти то, что мне нужно, – бросила Ирма, – потом чары спадут.

Лорэна удивленно вскинула брови.

– Так быстро? Я думала, они действуют хотя бы час?

– Так и есть, но для этого необходимо личное прикосновение. А на расстоянии, этого тоже достаточно, поверь.

Спустя пару минут Лорэна и Ирма вошли в заведение. Свет нигде не включали; они прекрасно ориентировались в темноте. Миновав два служебных помещения, девушки спустились по ступенькам в белый длинный коридор и направились к подземному кабинету-хранилище.

Просканировав сетчатку обоих глаз, перед Лорэной открылась массивная, металлическая дверь; выпустив наружу морозный ветерок.

– Мне нужно знать имя того человека, кто тебя интересует, – спросила Лорэна открывая толстую папку со списками.

– Ева Совина. Двадцать лет, – с волнением в голосе произнесла Ирма.

Она прекрасно понимала, что затеяла опасную игру. Но дороги назад уже не было. Ирма не могла просто сгинуть и не отомстить той, из-за которой она попала в немилость Хозяина. Несмотря на то, что и другие люди были замешаны. Её волновала только Ева.

Лорэна быстро пролистав ненужные страницы, нашла строчку с её именем и номером пробирки.

– Вот она, – указала пальцем на печатные буквы. – Дамы выемки нет напротив, значит кровь ещё в холодильнике.

Щеки Ирмы вспыхнули румянцем; она испытывала сильно волнение и даже легкое возбуждение от мысли, что ей сейчас откроются чужие тайны.

– Почему именно она тебя волнует? – поинтересовалась Лорэна, открывая запароленную дверцу сейфа-термостата.

– Она смогла сделать то, что не удавалось сделать никому, – многозначительно посмотрела Ирма на подругу. – Тебе она тоже не понравится.

Лорэна аккуратно достала из сейфа пробирку с номером образца.

– Ирма, только не всю выпивай, – предупредила она подругу, – копия выписки уже направлена в лабораторию. У меня потом спросят, где этот образец. Ты же понимаешь, мы рискуем головой.

Ирма уже не слушала её. Она была готова окунуться в подсознание чужой жизни, которую она хотела забрать. Также как Ева забрала у неё уважение и доверие хозяина, что для Ирмы было сродни смерти. Слишком много особей видели, что она в немилости у Брамусгора. Молва разлетится очень быстро. Её выгнали по вине этой глупой девчонки. И теперь Ирма должна с позором вернуться к себе на Цереру и влачить жалкое существование. А если тебя не любит хозяин, то и другие не станут с тобой считаться. На Церере действует иерархия. Изъятое хозяином положение на земле, ведет к потери самоуважения, которого у Ирмы оставалось совсем немного. И эта маленькая пробирка давала её шанс получить защиту у короля Цереры и одновременно поставить под удар все, что создавал хозяин. Это был единственная возможность спасти себя. Хотя и очень хрупкая.

– Давай уже сюда, – Ирма выхватила из рук Лорэны пробирку и медленно поднесла к губам. Способность читать воспоминания у людей по крови, тоже была дана хозяином как благодарность и высочайшая степень доверия к особи. Которая должна была служить на благо его деятельности. Но Ирма понимала, что ступила на тонкий лед и теперь все зависит от её расторопности и хитрости.

Сделав небольшой глоток, Ирма дернулась всем телом и отошла на пару шагов назад. Глаза её помутнели, потеряв четкие границы между зрачком и радужкой. На Лорэну был направлен темно-серый взгляд подруги; она никогда не видела, как происходит этот процесс. Лорэна вовремя успела выхватить из рук подруги пробирку с кровью. Лицо Ирмы как будто окаменело и обесцветилось; тело стояло не подвижно. Влажными от холодного пота руками Лорэна осторожно отправила её обратно в сейф; прочно закрыв. Потом она стояла и терпеливо ждала; перекручивала брендовые часы на запястье. Она очень волновалась – за себя. Подругу она, конечно, любила, но рисковать своим положением в обществе все же не хотела. Прошло почти три минуты, Ирма до сих пор не пришла в сознание. Время тянулось очень медленно. Неожиданно раздался телефонный звонок. Лорэна от страха подскочила на месте. Посмотрев на экран, она не стала поднимать трубку, а только выключила звук сигнала и положила его снова в карман пиджака.

Тем временем кожа Ирмы стала приобретать розовый оттенок; она открыла зеленые, ясные глаза.

Лорэна видя как Ирму шатает, аккуратно взяла её под руку и провела к диванчику.

– Кто звонил? – задала Ирма неожиданный вопрос.

Лорэна удивленно подняла брови.

– Ты что же все слышала, что происходило вне твоего сознания?

Ирма облегченно вздохнула и откинула голову на подголовник дивана. В глазах её читалось спокойствие и полное отсутствие прежнего волнения.

– Так кто звонил?

–Это был Лео, – быстро ответила Лорена. – Так что ты там увидела? Нашла для себя то, что искала?

Ирма посмотрела на подругу игривым взглядом.

– Даже больше, чем искала, – улыбнулась Ирма.

– Ну и что ты увидела? Расскажешь? Или ты мне не доверяешь?

Ирма серьёзно посмотрела на Лорэну.

– Я всегда тебе доверяла и ценю твою помощь. Но пока, что рассказать не могу. Как только получу защиту короля для нас обоих, ты все узнаешь. Сейчас же это информация для нас очень опасна. Пусть лучше она будет только в моей голове. А Лео перезвони и договорись о встрече. Он мне нужен.

Глава 19

Наш повар Андрэ в ресторане готовит бесподобный жульен. Он поделился со мной секретом. Аккуратно я разложила все ингредиенты перед собой. Достала посуду и приготовилась, как говорит Андрэ: творить.

В классическом жульене нет картофеля. Но я же творю. И поэтому в моем изысканном блюде один овощ вне списка. Для сытности. Сегодня день под лозунгом: нет правил!

Сигнал духовой печи вернул меня в реальность. Так захотелось шампанского и советов подруг. Есть, конечно, для человека в одиночестве плюсы, но минусов больше и они глубже в душу проникают.

Взяв полотенце, я открыла духовку и принялась доставать противень. Под правой рукой полотенце оказалось мокрым, и горячий метал подноса резко обжог мне два пальца. Инстинктивно разжав кисть, я уронила противень с кокотницами на открытую крышку духовой печи. Одна порция жульена упала на пол. Одна четкая красная полоса отчетливо прорисовалась на моих пальцах. Я быстро подставила руку под прохладную воду.

Аппетит пропал. Настроение окончательно испорчено. Неожиданно, вспомнился Артем, который мне как-то сказал: « Ева приготовление еды это не твое». Чертов гад, много ты понимаешь. Как ты мог мне нравиться? Приворожил что ли?

Для себя я решила, что впредь никогда больше не сделаю первый шаг к мужчине. Уж лучше останусь старой девой, чем с таким как он. И что Ирма в неё нашла.

Собрав нетронутые падением кокотницы с жульеном, и поставив их остывать на стол, я взяла планшет и в очередной раз включила мой любимый с детства фильм «Три орешка для золушки». Но фильм не смог отвлечь и переключить мои мысли. Я все равно думала Богдане.

Вечер застал меня в кровати. Было темно. Мне казалось, что я уже отсидела себе всю пятую точку. Фильм давно закончился, и я пытала интернет. Информация о Богдане Быковском была настолько скудная, можно было бы сделать вывод, что он просто мелкий предприниматель, а не владелец крупного ресторанного бизнеса. И совсем нет никаких упоминаний о его личной жизни. Неужели такого перспективного и чертовски привлекательного мужчину никто не очаровал.

Неожиданно я услышала, как кто-то постучал по моей двери. Не сильно громко. Гостей я не ждала. Да и есть же телефон, если я кому-то срочно понадоблюсь. Значит это кто-то незнакомый.

Даже вставать с кровати не стану, подумала я.

Через несколько секунд постучали сильнее. Не став включать свет, я взяла телефон, что бы посветить себе путь к дверному глазку.

Осторожно подкравшись к двери, я посмотрела в маленькое стеклышко. По ту сторону двери стоял Лео – близкий друг Богдана. «Как он узнал номер моей квартиры? И что ему от меня нужно?». Мне совсем не хотелось открывать ему дверь. Сердце мое усиливало ритм.

– Открывай, – голос его звучал уверенно и сильно, – я знаю, что ты дома.

Боже, почему меня так трясет. Он же вроде хороший парень, но почему-то очень волнительно.

Ева возьми себя в руки и будь, наконец уверенной в себе. В конце концов, нужно ведь узнать, зачем он пришел.

Непослушными пальцами я нащупала выключатель на стене и включила свет. Повернув дверной замок, открываю дверь.

Я посмотрела на Лео. Лицо его было настороженное, но он одарил меня легкой улыбкой.

– Разбудил? – спросил Лео. – Знаешь, когда у молодой девушки полдня отключен телефон, это наводит на тревожные мысли.

– Ты мне звонил? – ничего более умного не придумала я.

Лео обольстительно улыбнулся, и между нами возникла нелепая пауза.

Я как завороженная стою перед ним. Между нами полуоткрытая дверь. Не решаюсь его пригласить.

– Можно я войду? – бархатным тоном сказал Лео. – Или включи телефон, поговорим через него.

Он стоит на расстоянии вытянутой руки и следит за моей реакцией.

– Конечно, заходи, – протараторила я. – Я просто очень удивлена твоему приходу.

Взгляд Лео проницателен. Держится он спокойно и улыбка не сходит с его красивого лица.

Он быстро входит в квартиру и снимает обувь. Я не верю, что все это происходит на яву.

– Кушать готовила? Приятный запах, – голос его как всегда весьма приветливый. Он снимает с себя удлинённый серый кардиган без пуговиц и вешает на крючок в прихожей. Черная водолазка с высоким воротом мягко облегала его стройное тело. На ногах красовались черные прогулочные брюки–карго.

Я немного расслабляюсь. И мне очень нравятся те ощущения, которые я испытываю в его присутствии. Меня приятно волновала его доброжелательность и прямота, с которой он со мной говорит. От него не исходило ни стеснения, ни тщеславия. Он не заигрывал со мной как в прошлый раз и не смотрел свысока.

– Ага, шесть часов назад, – усмехнулась я, приглашая его войти в единственную мою комнату.

Лео прошел вперед и осмотрелся.

– Ты одна снимаешь квартиру?– и снова этот взгляд. Как будто знает ответ, но тем не менее решил, спросил.

– С подружками, – почему-то солгала я.

Посмотрев на меня внимательным взглядом, Лео подходит ко мне настолько близко, что я ощущаю его запах. Странный для меня запах. От него совершенно не пахло одеколоном. И не чувствовался аромат стирального порошка на одежде. Но меня как будто что-то отталкивает его; на инстинктивном уровне. Хотя Лео очень привлекательный молодой мужчина.

– Зачем пытаешься меня обмануть? Боишься?– от его прямолинейности у меня холодеют руки. Он бросает на меня серьезный взгляд.

Лицо Лео становится невозмутимым, он наклоняется к моему уху. Я слышу, как он глубоко вдыхает аромат моих волос. Но говорит слова, которые совсем не соответствуют ситуации.

– В жульен не кладут картофель,– его губ снова касается легкая улыбка.

Такое странное поведение меня немного напрягает.

Мастерски он обыгрывает наше общение.

–Что? – опешила я. Круто он перевел тему разговора. Дав понять, что его не провести, но моих объяснений ему не нужно.

–Я знаю, но так сытнее. И по мне даже вкуснее, – защищала свое новаторство. Волнение мое набирало обороты.

–Ну, тогда я буду очень признателен, если ты меня накормишь. Я голодный.

Румянец подкатил к моим щекам. Показаться не гостеприимной хозяйкой я совершенно не хотела. Тем более перед таким гостем.

– Ой, да конечно. Как раз собиралась предложить, – решила я ему подыграть.

Показав Лео, где находится ванная комната, я побежала накрывать на стол. Как же хорошо, что моя квартира была сегодня подвергнута тотальной уборке. И мне не пришлось бегать по комнатам и прятать нечаянно забытое белье.

Лео тихо вошел на кухню. Я уже расставила тарелки. В микроволновке подогревались жульены.

– Как ты смотришь на то, что бы прогуляться завтра вечером. Или сходим в кино. Ты любишь фильмы смотреть? – сказал Лео.

Я посмотрела ему прямо в глаза, но не смогла дольше двух секунд выдержать его взгляд. Лео же без стеснения разглядывал меня, мои движения. Мне стало неловко.

– Ты очень милая и смелая девушка,– неожиданные комплементы добавили моему лицу румянца. – Мне приятно твое общество.

Я не знала, куда направить свой взгляд и что сказать. Мое внимание привлекла его рука. Вернее тыльная сторона ладони. Вены на ней были увеличены и имели не сине-зеленый оттенок, а красный. Что очень удивительно. Лео это заметил и прикрыл эту руку другой рукой.

– Спасибо за комплементы, – улыбнувшись, сказала я. – Но вряд ли меня можно назвать смелой.

Лео улыбнулся. Лицо его стало мягким и приветливым.

– Ну, так ты не ответила, – ловко взяв вилку, сказал Лео.

– Даже не знаю, что сказать, – робко сказала я, – всю эту неделю я работаю до поздна.

Лео вальяжно откинулся на спинку стула и улыбнулся.

– За это можешь вообще не переживать. Я попрошу Богдана, что бы он дал тебе выходной. Допустим завтра. Тебе удобно будет?

О боже только не это, пронеслось у меня в голове. Просить того человека который мне безумно нравиться, что бы я пошла гулять с другим; этого нельзя допустить.

– Нет, нет, что ты! Ненужно никого просить, – воскликнула я.

Лео очень удивился такой реакции, вскинув брови.

Я не уверенно пыталась объяснить своё решение.

– Из-за меня итак много проблем в ресторане. Я не хочу ломать график работы и кого-то подводить.

– Ответственные сотрудники сейчас на вес золота, – похвалили меня Лео.

Опустошив вторую кокотницу с жульеном, он довольно вздохнул и неожиданно положил свою широкую ладонь на мою руку.

– Ева ты мне нравишься, – ели слышно произнес он.

Меня кинуло в жар. Такого поворота я не ожидала. Не зная, куда спрятать глаза от его томного взгляда, я встала из-за стола и начала убирать со стола посуду.

Лео встал следом за мной и подошел вплотную. Он хотел дотронуться до моей спины, но я отстранилась.

– Ева ты можешь мне доверять. Я искренний с тобой, – не сводя с меня своих серых глаз, говорил Лео. – Мне очень приятно в твоем обществе. И я хочу тебе тоже понравиться. Дай мне шанс. Давай прогуляемся завтра или позже.

Стоит и смотрит на меня; ждет ответа.

Я отложила посуду и немного отошла от Лео. Немного не по себе было, при такой близости. Но и обижать его не хотелось.

Вот я снова думаю не о том. Отличный парень предлагает мне встречаться, а я собираюсь ему отказать, не дав шанса проявить себя. Что со мной не так?

Я так и буду ходить на свидания с лживыми подонками и мечтать о недосягаемом мужчине, мысленно пожурила я себя. Может дать ему шанс? И что дальше: целовать, а думать о другом мужчине. Нет, бред.

В десятый раз, поправляя выбившийся локон за ухо я ответила:

– Лео у меня сейчас очень сложный период в жизни. Я не хочу себе новых волнений, понимаешь? Ты отличный парень, но мне сейчас встречи при луне не нужны. Пойми меня правильно.

Чувствуя, как адреналин атаковал мою кровь, мне становиться, нечем дышать. Аккуратно обойдя Лео, я добралась до закрытого окна. Он молча проводил меня взглядом. Распахнув окно, на кухню влетел свежий ночной воздух. Часы показывали половину одиннадцатого.

– Извини, если обидела. Но зато сказала честно, – пытаясь улыбкой смягчить неловкость ситуации.

Лео разочарованно опустил глаза. Он подвинул стул к столу.

– Может тебе хотя бы посуду помыть? – неожиданно пошутил он, раскинув руки.

Мы рассмеялись.

Приятное тепло окатило моё тело. Он очень располагает к дружескому общению, но не больше.

– Ладно, мне тогда лучше уйти, – с легким волнением сказал Лео. – Спасибо за честность за жульен, но ты подумай. Я еще долго не буду терять надежду.

И снова сверкнула его белоснежная улыбка.

Я кивнула головой и вышла из кухни, намекая, что ему и вправду пора уже уходить. Лео последовал за мной. В прихожей он не спеша обулся и как струна вытянулся прямо передо мной.

Глаза его суетливо смотрели на меня. Мне был знаком этот взгляд; Артем очень постарался в нашу последнюю встречу.

– Всего хорошего Лео, – сказала я, протянув руку вперед, что бы открыть ему дверь.

Неожиданно Лео обхватил меня за талию и, прижав к себе, поцеловал.

Поцелуй длился пару секунд; я сразу же вырвалась из его объятий.

– Не делай так больше, – ругнулась я, сделав пару шагов назад.

– Прости, прости меня Ева, – шепотом произнес он, протягивая ко мне руки, – не удержался. Ты мне очень нравишься!

Мне было не по себе. Никаких вспышек нежности я не испытала, а только неприятие.

– Хорошо, – приняла я его извинения, – прошу тебя, уходи.

– Можно тебе завтра позвонить?

Лео взволнованно посмотрел на меня, я отвела взгляд.

Рассматривая коврик у двери, не смея поднять глаз; не люблю ставить людей в неловкое положение, я произнесла:

– Лучше не нужно Лео. Ты замечательный парень, но мне нравиться другой.

Судя по выражению его лица, мое откровение его расстроило. Лео понимающе кивнул головой и молча вышел за дверь; я вздохнула с облегчение. Атмосфера была давящая. Надеюсь, такого больше не повториться.

Зачем он вообще стал меня целовать. Странное поведение Лео не выходило у меня из головы. Не чувствовала я от него искренней симпатии.

В голове сидит лишь одна мысль: как теперь смотреть ему в глаза, при встрече.

Моё сердце рвалось к Богдану, но разум подкидывал отрезвляющие мысли.

Глава 20

Осень наступила в нашем городке, можно сказать неожиданно. Еще вчера теплые солнечные лучи провожали меня на работу, то сегодня за окном градусник показал плюс десять. Небо заволокло тучами. Легкий дождик покрывает асфальт и намекает на то, что нужно уже доставать вещи потеплее. Такая погода меня только радует. Можно сидеть на подоконнике, пить горячий капучино и мечтать. Я всегда люблю возвращаться в теплый дом осенью или зимой. Согреваться горячим чаем. Лето нравится только в деревне. Где такая волшебная природа и все равны. В городе же, с наступлением тепла у девушек начинается пора демонстрация лучших нарядов, мужики не дают спокойно прогуляться вечерком. В самый разгар сезона, город немного засыпает, его жители стремятся к морю. А те, у кого нет такой возможности, проводят все жаркие дни под кондиционером. У меня же ничего подобного не было, и нет. Я даже на море ни разу не была, не говоря уже о зарубежном отдыхе. Вот поэтому и отдаю предпочтение холодам. Закрыться в своей квартирке по вечерам, а днем быстро бегать в своем сером пуховике на работу и обратно, наблюдая, как из-за дождя или снега на дорогах образуются длинные пробки из дорогих автомобилей, вперемешку с рабочими машинами.

Почувствовав необходимость полного уединения, преодолев четыре лестничных марша, которые вели к моей съемной квартире, я в глубине души, надеялась, что девочки еще будут на дне рожденье Натальи.

Дружбу я водила с Наташкой еще с детства. Мы росли в одной деревне. И как я думала, была ее лучшей подругой. Но тот случай в салоне навсегда прервал наши приятельские отношения. Собираясь сегодня на работу, я не была удостоена приглашения в кафе на нее двадцатипятилетние. Наверное, это и к лучшему. Не люблю лицемерие.

Сегодня день подарков был не только у Наташки, но и у меня; неожиданных подарков. Как я и предполагала девочек дома не оказалось. Но не было также и их вещей. Судя по оставленному беспорядку в комнате, они съехали с квартиры. Ничего мне не сказав.

Я печально усмехнулась сама над собой и стала ждать, когда волнение в душе уляжется.

Уселась на подоконник и тихо заплакала. Мне не хотелось верить, что девочки могли так со мной поступить. Не предупредив. Завтра нужно уже вносить платеж за следующий месяц. Но я не смогу оплачивать эту квартиру одна; слишком дорогая для меня. Да и поисками новой квартиры я занимаюсь уже третий месяц. Ничего подходящего не встречалось. Мне всегда нравилась наша квартирка в светлых теплых тонах. Вся необходимая мебель и приборы здесь имеются. Соседкам никогда не нравился маленький размер комнат. А я считаю, что маленькие объемы помогают душе обрести гармонию. Уют подобных комнат греет душу. А из окна открывается прекрасный вид на детский садик. Мне так нравится слушать детский смех и разговоры малышей, во время их прогулки. Лучше всякой музыки.

Говорят, что перемены способствуют поддержанию жизненного тонуса. Но как же много у меня их в последнее время.

Первое, что пришло на ум, позвонить маме и попросить денег на этот месяц. Трубку выхватил отец, как только услышал, что у меня финансовые трудности. Моя история салоном ему до сих пор покоя не даёт. Считает, что мне здесь не место. И злится на меня из-за моего неповиновения. Старшая сестра Татьяна, давно бы меня пристроила к себе в банк, выдавать пенсии. Как я и предполагала Наташка не поленилась рассказать, что теперь Марину чуть не выгнали из-за меня. В деревне быстро разошлись, столь не лестные новости и балов мне они не прибавили. Мама говорила, что ели удержала отца от поездки ко мне. Уж очень боится пошлых сплетен. Он держит маленький магазинчик и дорожит своей и семейной репутацией. А я у них как гадкий утенок; не хочу жить тихо и почеловечески; все мне подавай большие города, да рестораны. Его слова. Можно подумать, я по этим ресторанам хожу есть устрицы.

Осознав, что это была плохой идеей, звонить по телефону, я решила приехать к ним в село и всё при личной встрече объяснить. Утром я встала и отправилась на работу раньше обычного. Моя решимость поговорить с главным администратором была не слишком твердой, но оттого, что в кармане у меня оставалась только моя доля за квартиру и немного денег на еду, волнение перед Ирмой постепенно гасло. В голове я прокручивала слова, которые должны были убедить Ирму пойти мне на встречу и дать пору дней выходных, для улаживания личных проблем.

К тому времени, когда я добралась до работы, мои сомнения и опасения, в правильности выбранного пути, снова стали меня одолевать. «А если она тебе откажет, что ты будешь делать. Лучше займи денег у коллег, – шептал мне внутренний голос. – Ты же её знаешь. Не нужно ходить и унижаться перед ней».

Не став делиться с коллегами о своих намерениях и отогнав, беспокойные мысли я решительно зашагала к кабинету главного администратора.

Обычно она приходит раньше всех, но не в этот раз. Постучав в кабинет и увидев, что он заперт, я с некоторым облегчением вздохнула и собралась идти назад. Но путь мне перегородила вышедшая из-за поворота Ольга.

– Что-то ты сегодня рано Ева. Что-то случилось? – не поздоровавшись со мной начала свою речь Ольга.

Я, немного успокоившись, ответила:

– Привет Оль, не знаешь Ирма пришла уже?

Ольга лукаво улыбнулась и слегка наклонившись, прошептала мне на ухо:

– Теперь я главный администратор, – она не смогла сдержать свою радость и крепко сжала мои руки в своих ладонях.

– Как? – вырвалось у меня. – Ты сейчас не шутишь? А где Ирма?

Ольга развела руками и снова ели слышно сказала:

– Ева я сама не в курсе, что там у них наверху произошло. Но вчера вечером мне позвонил руководитель отдела кадров и сообщил эту приятную новость. Я не могу передать, как я счастлива. Наконец, то не придется подчиняться этой мегере и её нелепым указаниям.

Ольга вся светилась от счастья. Она долго работает в этом ресторане и все здесь знает; занимала должность самого младшего администратора. Какого же будет удивление и злость Марины, когда она узнает об этих изменениях. Ведь именно она стояла в резерве, после Ирмы, на должность старшей. Но для меня это тоже замечательная новость. Как лучик света во тьме.

– Оля у меня был вопрос к главному администратору. Скажи теперь к тебе обращаться по личным просьбам? – улыбнулась я.

Оль ответила мне улыбкой и вежливо пропустила первой пройти в кабинет Ирмы.

– Сегодня же нужно поменять табличку на двери, – важно сказала она, открывая настежь окно. Впустив свежий воздух, стало легче дышать. – Так какая у тебя просьба?

– Мне необходимо съездить к родителям на пару дней. Ты отпустишь меня?

Оля присев на кресло Ирмы, осматриваясь, продолжила:

– Что-то с родителями случилось?

– Нет, нет, все хорошо. Давно не была, нужно обсудить кое-какие важные вопросы.

Ольга одобрительно покачала головой и не стала спрашивать у меня детали поездки.

– Хорошо. Сегодня дорабатываешь день. А завтра и послезавтра у тебя выходной. Тебе хватит двух дней?

Понимающе посмотрела на меня Ольга.

Я поблагодарила её и утвердительно покачала головой.

– Я могу идти на своё рабочее место главный администратор Ольга, – позволила я себе шутливый тон.

Оля ответила мне взаимностью, улыбнувшись.

Мы всегда ладили и помогали друг другу в работе. И я безмерно рада, что должность моего непосредственного руководителя отдана ей.

Я одобрительно кивнула и тихо закрыла за собой дверь.

Глава 21

Я привыкла вставать рано. А это значит, что подъем в шесть утра в свой выходной, для меня обычное дело. Но сегодня я практически не спала. С первой минуты пробуждения на душе стало очень тревожно; мне предстояла трёх часовая поездка домой.

На протяжении этих двух лет, которые я живу одна в городе, в село приезжала только на празднование нового года. Предпочитаю общаться с родственниками по телефону, что бы ни слушать вечно недовольного и ворчливого отца. Своё мнение относительно городской жизни он умудряется высказывать каждый раз с еще более яркими эмоциями. И сегодняшняя поездка для меня особенно волнительная.

Целую ночь я морально настраивалась выслушивать все нотации и советы от отца и сестер; но мне важно было, что бы мама меня поддержала. А она-то умеет успокоить буйный нрав отца.

Собирая вещи в дорогу, я мысленно прокручивала в голове, что я буду говорить родителям; как буду оправдываться перед ними за случившееся с Наташей и Мариной. Они явно все случившееся описали в красках и мою вину увеличили до огромных размеров. Но мне необходимо было повидаться с родными и все объяснить им лично.

За окном лил сильный дождь. Сентябрь в первую неделю своего правления был щедр на туман, ливни и прохладу. Вызвать такси в такую погоду, было на грани фантастики. Услышав на лестничной площадке голос соседки Миры, я открыла дверь.

Она возбужденно разговаривала по телефону и искала в сумочке ключ от квартиры. Заметив меня, Мира кивнула, не прерывая разговор. Просить её сейчас об услуге было бы бесцеремонно, судя по её настроению, но я решила рискнуть.

– Мира извини, что прерываю, можно с тобой поговорить? – робко попросила я, полностью выйдя из квартиры.

Мира тут же выключила телефон и переключила своё внимание на меня, в глазах у неё читалось любопытство.

– Дай угадаю, – сказала она с улыбкой, подняв указательный палец и направив на меня, – тебе нужно срочно куда-то поехать, а такси из-за погоды не дождаться. А у меня машина под окнами стоит.

Проницательность и доброта мне очень нравятся в Мире и хоть мы не близкие подруги, но с ней очень легко общаться.

– Да ты права Мира, ты бы меня очень выручила.

Мира открыла свою дверь и предложила мне войти.

– У тебя есть права?

Её вопрос меня очень удивил.

– Нет, но у Маринки была машина и она меня немного научила. Почему ты спрашиваешь?

Мира задумчиво посмотрела на меня, прищурив глаза.

– А кто-нибудь из твоих родственников может водить машину?

– Конечно, отец и муж сестры, – уверенно ответила я.

– Отлично, тогда давай сделаем так, я отвожу тебя к родителям, а кто-нибудь из них довезет меня до аэропорта, потом на моей машине отправиться к себе домой. Сможешь договориться?

Я непонимающе смотрела она Миру, она была абсолютно спокойна.

– А тебя долго не будет в городе?

– Надеюсь, я навсегда отсюда улечу, – улыбаясь, сказала Мирра.

– А как же машина? Кому её передать?

– Оставь себе. Дарю! – быстро произнесла Мира и коснулась моего плеча.

– Ты шутишь? Что за подарки? Она что краденная? – истерично усмехнулась я.

Мира удивленно подняла брови и утвердительно сказала:

– Нет, конечно. Она в моей собственности. Если тебе не нужны такие подарки, мой друг приедет за ней и заберет. А если передумаешь, сообщи ему, он подготовить все документы и автомобиль официально будет принадлежать тебе.

– Спасибо Мира, но я, пожалуй, откажусь. Присылай друга, пускай потом отгоняет машину. А я попрошу мужа сестры тебя подвезти. Он с удовольствием прокатиться на таком автомобиле. Только сестру придется взять с собой. Сама понимаешь, ревнует.

– Отлично, без проблем, – согласилась Мира и неожиданно обняла меня.

Все это время мы стояли в прихожей её квартиры и не проходили дальше.

Я заметила стоящие на полу два чемодана и дорожную сумку.

– Так куда ты улетаешь? – вырвалось у меня глядя на багаж.

– Всё узнаешь! – коротко ответила соседка и продолжила. – В машине расскажу. Иди, собирайся, я буду ждать на улице. Не став больше её расспрашивать я направилась к себе.

Подхватив сумку, которую собрала для поездки, и быстро накинув короткую куртку, я вышла из дома.

С удовольствием вдохнула чистый и прозрачный сентябрьский воздух, направилась к машине. Красный роскошный автомобиль, обтекаемый дождем был готов к поездке.

Мира плавно нажала на педаль газа, и мы не спеша выехали со двора. Она вела машину аккуратно и очень внимательно.

Некогда улыбчивое и дружелюбное лицо теперь было холодным и равнодушным. Я пыталась заговорить с ней; задавала банальные вопросы. Она отвечала очень кратко, бегло кидая на меня взгляд. Мира то и дело посматривала на небо, будто хотела что-то рассмотреть. Быстрые и частые капли дождя превратили небо в серую гладь.

– Что-то ты там пытаешься рассмотреть? – прямо спросила я, не отводя от неё взгляд.

– Тех, кто охотиться за мной, – лукаво посмотрела на меня Мира и её глаза сверкнули холодным блеском. Кисти рук в этот момент как в каком-то кинофильме вытянулись и немного искривились; на фалангах всех пальцев проступили не естественные кости.

Я сидела как парализованная и не могла отвести взгляд от этой картины. Мира спокойно продолжала вести машину, поглядывая на дорожные знаки.

– Это что за фокусы? – возбужденно выпалила я. – Твои руки, что с ними?

– Немного терпения и ты всё узнаешь. Нужно припарковаться рядом с постом полиции.

Своими загадками Мира заставляла волноваться меня ещё больше. Сердце начало учащать свой ритм. Небольшое волнение прокралось в душу. Никогда раньше я ничего подобного не видела. Разве можно такую деформацию рук научно объяснить, крутилось у меня в голове.

Выехав из города, Мира надавила на газ так, что меня вжало в спинку кресла.

– Ты едешь так быстро, что бы у полиции были причины нас остановить? – пыталась шутить я, крепко вцепившись в свое кресло. Мира только улыбнулась, продолжая искусно маневрировать между двигающимися машинами. Деревья за окном менялись так быстро, что у меня закружилась голова.

– Куда мы так летим! – нервно спросила я, повысив голос.

– Я же сказала, – ответила она, сбавив скорость перед кольцевой дорогой. Пост ДПС был как раз за ней. Мы стали в длинную очередь из машин, дожидаясь возможности припарковаться недалеко от полицейских.

– Нам кто-то угрожает? – не могла успокоиться я, сверля её взглядом. Но Мира даже не повернула голову в мою сторону.

– Осталось чуть-чуть.

Наконец мы возобновили движение; сделав несколько медленных поворотов и немного проехав пост, Мира остановила машину.

– Давай пересядем на задние сиденья, – предложила она, перекинув назад свою сумку из змеиной кожи.

Я послушно вышла из машины и быстро пересела назад. Дождь к этому времени усилился. Мира сразу же замкнула машину, нажав кнопку на пульте. Быстрым движением она сняла пиджак и повесила его между двумя передними креслами; обвязав рукавами подголовники.

– Мира, что за конспирация? Что происходит?

Поправляя импровизированную ширму и проверяя, что бы нас было не видно с лобового окна, она интригующе ответила:

–Ты же хотела знать всю правду? Так вот готовься поглощать информацию. Прежде чем я начну, знай я не сумасшедшая, а просто другая. Меня бояться не надо. У меня нет причин тебе вредить.

– Постой, постой! Вот эта фраза, – перебила я её, – как будто мне уже кто-то так отвечал. Но не могу вспомнить кто.

Мира загадочно улыбнулась.

– Сейчас все узнаешь.

– Я вся во внимании. Только на всякий случай, отдай мне ключ от машины и я не буду ничего бояться.

Мира понимающе кивнула и протянула ключ.

– И от кого мы прячемся? – продолжила я, – рядом же полиция.

– Давай все расскажу тебе по порядку, – прервала она меня, не дав договорить. – Так ответить тебе могли девушки, которые собирают образцы человеческой крови – охотницы акупры с планеты Цереры. Я одна из них…

Мира сделала многозначительную паузу, наблюдая за моей реакцией. Я же ели сдерживалась, чтобы не засмеяться.

– Продолжай, – слегка наигранно ответила я, скрестив руки на груди. Едва владея собой. Не успела я и глазом моргнуть, как мой игривый настрой сменился диким страхом; внешний вид Миры стал стремительно меняться; тело немного удлинилось, разорвав на ней одежду. Передо мной за считанные секунды сидел уже другой человек; хотя человеком её было назвать трудно.

Ключ от машины в моих руках стал мокрый. Холодным потом меня обдало с ног до головы; выпучив глаза, не двигаясь, я, сидела, и не могла поверить своим глазам.

– Теперь ты мне веришь?

Нарушил мертвую тишину её новый голос, очень хриплый. Она провела длинными костлявыми пальцами по вискам, поправляя синие перья вместо волос. Расстояние от лобной части головы и до макушки, шириной не больше десяти сантиметров было покрыто коричневым наростом, напоминающий камень. Уши значительно уменьшились и практически спрятались в аккуратно растущих перьях, смотрящих своими кончиками назад и немного вверх.

Мира тихо наблюдала за моей реакцией, стараясь удобно расположиться в машине, которая стала ей тесна. Случайно она задела пальцем кожаную обивку кресла, и она прорвалась, как от очень острого лезвия.

– Упс, – улыбнулась она своим новым ртом. В человеческом обличии, на её лице красовались пухлые, правильной формы губы. Сейчас же мне улыбался тонкий, четко очерченный рот, темно- коричневого цвета. Такого же цвета стали и глаза, обрамленными длинными, не человеческими ресницами, синего цвета.

– Ну что насмотрелась? Мне можно продолжать? – уже с более мягкой хрипотцой произнесла особь, которая еще пять минут назад отзывалась на имя Мира.

– Да… Конечно, – буркнула я, стараясь незаметно как можно ближе подсесть к двери.

Мира вытянула немного вперед свои тонкие ноги, вместо стоп там были конечности, напоминающие куриные лапы, но только с пугающими, закругленными когтями. На руках же оставались все пять пальцев, но только они сильно изменились в своем скелете: кости выпирали, кожа обтянула их, как будто вакуумом, а суставы посередине фаланги округлились. Всё её тело теперь покрывали не большие, серые перья, плавно обтекающие по всей поверхности кожи, кроме лица и шеи; вытянувшаяся шея обволакивала синего цвета кожа, с крупным папиллярным узором.

Я была настолько ошарашена и не могла подобрать слов, чтобы описать свои чувства. Как это вообще возможно? Передо мной сидит человек-птица, с весьма устрашающими внешними данными и она же кого-то боится. Неужели она здесь не одна? И судя по её волнению, те другие, не такие дружелюбные как она.

– У меня нет слов Мира, – начала я, заглядывая ей за спину, – можно тебя потрогать?

– Давай, – разрешила она и протянула ко мне свою пернатую руку.

Я осторожно провела по её маленьким, мягким пёрышкам. Они были настолько нежными и гладкими, что хотелось прикасаться к ним снова и снова.

– Ты и летать умеешь? – не могла налюбоваться я этим чудом природы.

– Умею, – утвердительно покачала она головой, – только нам не разрешено этого делать здесь. По понятным причинам. Я бы показала тебе свои великолепные крылья, но боюсь, они заполнят всю машину.

Я смотрела на неё и не верила своим глазам.

– Как?! Как вы сюда попали?! И как вы называетесь?! Инопланетяне?

Мира в очередной раз посмотрела в окна машины и, убедившись, что рядом никого нет ответила:

– Получается так, но мы называем себя фемарами, – голос её окончательно перестал хрипеть и стал мягким, – но с некоторой разницей: инопланетные особи не живут рядом с вами. А нам ваша планета очень подходит по всем пунктам земного существования. Только жить таким как я здесь спокойно не дают; мы служим правителям тайной организации, которая называется «Сады Цереры».

Сделав некоторую паузу, Мира открыла свою сумку и вынула коричневый джемпер и серого цвета джинсы.

– Ты не против если я снова войду в человеческий образ? – улыбнулась она.

Я нервно покачала головой в знак согласия, пытаясь как, следуя рассмотреть этот процесс. Но он произошёл еще быстрее, чем ранее. Как будто страницу книги перевернули, и передо мной сидит уже обычная двадцатилетняя девушка с вьющимися светло-русыми волосами, голубыми глазами, полными губками и идеально стройной фигурой.

– Кстати, ты первая кто об этом узнал, – продолжила она и усмехнулась, поправляя на себе одежду. Я смотрела на неё и слушала, впитывая каждое слово как губка. Неужели это всё, правда!

– И чем мне это грозит? – пробормотала я, следя за её выражением лица.

Мира снова придвинула к себе сумку и, взяв резинку из маленькой лакированной косметички, затянула на затылке тугой конский хвост.

– Жизни твоей ничего не угрожает. Можешь спать спокойно, – умудрялась она шутить, видя моё испуганное лицо. – Максимум: сотрут память и лишат рассудка. Кодекс Садов Цереры гласит, что каждый носитель земного гена ценнее жителя Цереры. Хозяин с легкостью уничтожит себе подобного, но только не человека.

– Да! Умеешь ты успокаивать. Так кто же за тобой охотиться? Кто такой Хозяин? Я теперь тоже под прицелом? Зачем ты мне всё это рассказала?

– Вот вы люди эгоистичные особи, – лукаво заговорила Мира, – судьба целого мира зависит от успеха деятельности Садов, а тебя волнует, кто тебе сотрет память.

– Я тебя не понимаю Мира, говори яснее.

– Если простым языком, то задачей садов является создание альфа-гена. Он может соединяться с молекулой ДНК живого инопланетного организма, и тем самым обеспечить этой особи возможность беспрепятственно жить на планете земля. А основой этого альфа-гена является кровь человека и кровь первородного существа на этой земле.

– Любопытную историю ты мне рассказала. Похожую на бред умалишённого человека, – передернуло меня, – кто же в это поверит?

Мира зло посмотрела на меня в упор.

– Мне еще раз перевоплотиться?

– Нет! Пожалуйста, не нужно, – спокойно сказала я, – я-то тебе, конечно, верю, но меня сочтут безумной, расскажи я кому-нибудь эту историю. Я не собираюсь себя так подставлять.

– Может и не сочтут. Таких как я здесь много. Их как раз таки и нужно опасаться. Мы прекрасно перевоплощаемся в людей. Только вот применять наши способности на этой планете строго запрещено Кодексом Цереры. Нам вообще много чего запрещено, поэтому я и хочу сбежать из этого города. И прожить хотя бы один год полноценной жизнью.

– Почему только один год? – удивилась я.

– У меня с собой только две ампулы с вакциной, которая продлевает мне жизнь на этой планете. Одной вакцины хватает на полгода. Нам их выдают управляющие этими Садами во время нашей работы. Если вовремя не сделать инъекцию, то я буду стремительно стареть и …

Мира замолчала, и по её щекам потекли слезы.

Я подсела ближе и взяла её за руку. Кожа её ладоней была настолько холодной и гладкой, как у куклы.

– Так зачем же тебе сбегать и подвергать себя неприятностям? – не понимала я.

– Я устала и не хочу больше быть для них сборщицей крови. Мне нравится ваша планета. Обитатели Цереры дикие и агрессивные. Они никогда не стремились к развитию и процветанию. На нашей планете есть много растений и минералов, которые бы продвинули вашу медицину и науку на несколько сотен лет вперед. Но они не желают отдавать свои блага, им подавай ваши. Они не настроены на мир. Да и к тому же благодаря крови первородного каждая особь с Цереры может жить на земле дольше своей естественной продолжительности жизни на Церере; а она у всех там не больше двадцати пяти лет, а у кого-то и того меньше. Вот поэтому мы и соглашаемся служить Садам, что бы продлить себе существование на этой щедрой и цивилизованной планете.

– Почему вакцина действует, только полгода?

– Так решил первородный, что бы контролировать нас на земле. Лаборатории садов используют его кровь для создания Альфа-гена. Без этого обязательного компонента, вся формула вакцины просто распадется.

– Этот первородный, хочет заселить землю обитателями Цереры? – вытирая пот со лба, спросила я. В машине становилось не выносимо жарко. Но Мира не разрешила открыть окна.

– Да. Но это еще не всё, очень много лет назад…, – Мира осеклась и настороженно посмотрела в заднее окно автомобиля. Потом прижав голову, легла мне на коленки. Меня обдало холодным потом, сердце бешено застучало.

– Это они, – прошептала она, не поднимая головы.

Меня от страха затрясло, я не понимала, что делать.

К нашей машине подходил высокий молодой мужчина, одетый во все черное.

– Мира к нам кто-то идет. Что мне ему сказать? – легонько потрясла я подругу. Её глаза были крепко сжаты.

– Пока ты со мной они не тронут не меня, не тебя, – прошептала Мира, не открывая глаз, – просто сиди в машине и не выходи. Они не имеют права причинять вред человеку.

Мужчина вплотную приблизился и посмотрел через окно прямо в мои глаза. Он улыбнулся. Для того, кого нужно было бояться, он был чертовски привлекателен.

Я сидела как каменная, боясь пошевелиться, лишь мои глаза следили за незнакомцем. Он обошел нашу машину один раз и, вернувшись к тому окну, с которого начал свой зрительный контакт со мной, постучал по мокрому стеклу.

– Как долго он будет меня рассматривать? – ели слышно спросила я, не склоняя голову к Мире.

Мира накрыв своей ладонью лицо, прошептала:

– Не спрашивай у меня ничего, просто сиди. Не смотри ему в глаза.

Закрыв глаза, я последовала её просьбе. Но услышав как стекло на противоположной двери само стало опускаться, я посмотрела прямо перед собой.

– Мира! Мира он открывает окно! Боже как он это делает! – испуганно шептала я ей. Она молчала.

Окно медленно опускалось, впуская в салон автомобиля быстрые капли дождя.

– Здравствуйте девушки, – улыбнулся незнакомец, – разрешите спрятаться от дождя в вашем автомобиле?

– Нельзя, – прокричала я, не своим голосом. Мне хотелось нажать на кнопку и снова поднять стекло, но на мне как парализованная лежала Мира. Её страх давал мне сил защищать нас. Во мне вскипела такая злость, какую я раньше в себе не наблюдала. Уже то, что эти твари высасывают кровь из людей, усиливало моё желание сделать всё, что от меня зависит, лишь бы помешать им, заниматься своей деятельностью.

Мужчина лишь лукаво улыбнулся и протянул руку в салон, что бы открыть дверцу.

Я, схватив косметичку Миры и бросила ему прямо в лицо.

– Я сказала нельзя! – громко закричала я, надеясь, что меня кто-нибудь услышит.

Он отшатнулся, но потом быстро нагнул голову и снова посмотрел в открытое окно.

– Больше так не делай! – сердито проговорил он, поправляя черные волосы, выбившиеся из собранного хвоста. – Выйди из машины и ступай своей дорогой, а я поговорю с твоей подругой.

Я отрицательно покачала головой. Бледное лицо длинноволосого мужчины излучало злорадство.

– Я могу здесь и всю ночь простоять, – снова мягким голосом заговорил он, – Мира ты всё равно сегодня отправишься домой.

Вспомнив, что рядом со мной лежал ключ, я судорожно стала нажимать на кнопку закрытия окна. Но он нажимал на стекло, не давая ему подняться.

– Сейчас вызову полицию, – крикнула я, но он даже не шелохнулся.

– Попробуй! А хотя я могу её для вас позвать, – предложил он, а потом как закричит, – эй, полиция! Полиция иди сюда!

Его голос как будто разбивался о невидимый купол, окружающий нас глухой стеной. Полицейские не обращали ни малейшего внимания на крик. Они продолжали заниматься своей работой. Водитель фуры, которая остановилась от нас в десяти метрах, также его не слышал. Мы просто не существовали для них.

Стражник злорадно рассмеялся и, пиная лежащие на земле мокрые камни, стал прохаживаться вокруг нашей машины.

– Мира, – шепчу ей, – что происходит? Почему на нас не обращают внимание?

– Он напустил морок. Сейчас мы для окружающих не существуем. И он не может войти в машину, где человек, который против его присутствия.

– Почему ты не открываешь глаз?

– Это ворон-стражник. Крылатые блюстители кодекса Цереры. Они могут читать наши мысли, через глаза. Я не хочу, что бы он знал, о чем мы общались недавно. И пока я с тобой он не сделает мне ничего плохого.

– Почему они тебя ищут? Ты что-то нарушила?

Мира приподняла ладонь с лица и посмотрела на меня.

– Я случайно попалась. Нам нельзя без разрешения покидать пределы города. Но я пошла на риск, используя твое присутствие, как видишь, план не удался; они отлично выполняют свою работу.

Я понимала, что долго так не может продолжаться и нужно что-то предпринимать. И его морок, может быть мне на руку. Раз нас не видят стражи земного порядка, пока эта крылатая тварь околачивается рядом с машиной, то они не заметят и то, как я «искусно» умею водить машину.

– Мира у меня созрел план, – шепнула я ей на ухо, ты лежи здесь и не дергайся. Я аккуратно стала пересаживаться на место водителя.

– Что ты задумала? Не отпускай меня, прошу? – взмолилась подруга и вцепилась в меня своими влажными пальцами.

– Я поведу машину, раз мы для полицейских невидимы в присутствии ворона.

Мира расслабила хватку, и позволила мне перелезть. Всё это время она держалась за моё плечо, не смея поднять глаз. Я завела машину и медленно надавила на педаль газа.

Неожиданно черный стражник возник напротив лобового окна и язвительно усмехнулся, не давая мне тронуться вперед.

Мира больно сдавливала мне плечи не давая сосредоточиться. Голова её была опущена; глаза все также закрыты.

– Дави его! – скомандовала Мира, – эти твари не дохнут!

Машина не спеша двигалась вперед. Стражник, бесстрашно держа руку на капоте автомобиля, шагал назад.

– Ева дави на газ! Чего ты медлишь, – кричала Мира.

Напряжение в машине и у меня в душе росло. Я не могла умышленно наехать на живого.Пусть даже не с нашей планеты. Но он живой организм. Я продолжала медленно ползти по обочине. Он также отшагивал назад, не давая мне проехать.

– Ева разгонись! Нужно разорвать купол! Не бойся! Он не даст тебе убить его!

Как только я собралась на безумный шаг, Мира отпустила мои плечи и стала держаться за подголовник кресла, с резким грохотом, задняя дверь слетела с петель, и её отбросило в сторону. С дьявольской улыбкой в салон влетел черный стражник и силой вырвал Миру из машины. Все произошло за несколько секунд. Я не успела понять, что происходит. Быстро выбежав из машины, я увидела как стражник, держа кричащую Миру взмыл в облака, рассекая воздушное пространство своими огромными, черными крыльями. Густой туман в мороке поглотил их тела за считанные секунды. Судя по тому, что никого не привлекла эта сцена, я все еще находилась в плену невидимых чар. Меня стала одолевать паника. Я побежала в сторону поста ДПС. Но, не пробежав и пару метров, меня откинула назад. Я стала кричать; результат нулевой.

Мысли с бешеной скоростью метались у меня в голове: как выбраться из этой западни, или я тут останусь навсегда. От этой нереальной действительности меня бросило в жар. Вернувшись в машину, я вынула свой телефон из сумки и стала набирать номер полиции; связи не было. Аппарат предательски говорил, что абонент вне зоны действия сети. Я звонила маме; звонила Ольге. Но голос в телефоне повторял одни и те же слова.

Откинувшись на спинку кресла и осмотревшись, я заметила на заднем сиденье сумку Миры. Взяла её телефон пыталась дозвониться хоть до кого-нибудь. На удивление её аппарат ловил сеть. Но полиция мне не ответила; в трубку просто говорили, что абонент не существует. Полистав последние вызовы, я увидела имя контакта – Айк.

Неужели это тот Айк, который в тот вечер открыл машину таксиста.

Мне ничего не оставалось делать, как набрать его номер. Помнится, как-то в квартире Миры я невольно подслушала их разговор. И вроде она говорила, он дружелюбный. Значит, он может мне помочь, выбраться из этой невидимой клетки.

– Мира уже лечу к тебе! – взволнованно ответил мне мужской голос.

– Это не Мира, я Ева её соседка. А вы Айк?

– Сейчас буду, – коротко ответил мужчина и бросил трубку.

Перезванивать я не стала. Все-таки это разумные неземные особи, значит он найдет меня и без четких координат. Ожидание было ужасным. Минуты тянулись очень медленно. Я еще раз пыталась докричаться до полицейских. Кричала в сторону проезжающих мимо машин. Но я для них не существовала; даже не смотрели в мою сторону. Вернувшись в машину, я снова открыла телефон Миры. Среди неизвестных мне контактов попалось имя Лорэна. В груди резко кольнуло; напоминала о себе межреберная невралгия. Стараясь не делать резких движений, я медленно сделала несколько выдохов. Смутные обрывки воспоминаний пытались выстроить единую картину. Но что-то не давало мне увидеть все нужные фрагменты события.

Глава 22

Сильный, холодный ветер ворвался в салон. Перед передней пассажирской дверью стоял действительно тот самый Айк.

Он, как и той ночью был одет во все черное. Черная гладь идеально ровных и длинных волос была аккуратно собрана в хвост на затылке. Открыв дверь, он сел рядом, устремив на меня свои угольные глаза.

– Меня зовут Ева. Мы с Мирой соседки. Она попросила её сопроводить к аэропорту, а потом нас заточили в этот невидимый купол. Её похитил такой же, как ты, – сбивчиво пыталась объяснить я, глядя ему прямо в глаза.

Айк меня внимательно слушал и так проницательно смотрел, будто хотел заглянуть прямо в душу.

– Сейчас я подключу тебя к своему личному сознанию. Оставаясь в машине не безопасно разговаривать. Ты ничего не бойся, доверься мне. Я друг Миры и мне не все равно, что с ней будет. Ты готова? На этих словах Айк одной ладонью дотронулся до моей щеки и, глядя мне в глаза ввел меня в состояние непередаваемой легкости. Его глаза полностью стали черными от века до века, а ладонь обожгла мою щеку холодом.

Чувствуя, как мое тело становиться невесомым я полностью отключилась. Мне стал сниться сон, как я парю над городом и вижу всех жителей мегаполиса. Одни из них обычные люди: они работают, веселятся, любят друг друга и ненавидят. Другие же не такие как я, у них нет чувств и эмоций, они просто делают свое темное дело и беспрекословно выполняют приказы.

Вдруг в момент полета меня кто-то берет за руку, поднимаю голову это Айк. Он показывает мне путь рукой; я следую за ним, и мы поднимаемся выше белых, пушистых облаков. Подо мной теперь белая облачная гладь. Так волнительно и так приятно.

Айк остановился перед одним из облаков и предложил мне войти в него; послушно выполняю.

– Теперь можно разговаривать. Нас никто не услышит, – тихо сказал Айк.

– Айк, что это за чудесное место? Неужели все это может быть правдой?

Я провожу рукой по мягкой и упругой поверхности облаков. По-ребячески падаю в одно из них, напоминающее кресло; оно мягко обволакивает моё тело.

– Ева потом покайфуешь, давай ближе к делу. Я правильно понял, она тебе рассказала то, что находится под строжайшим секретом?

– Да, – находясь под впечатлением ответила я, – как ты узнал?

Айк обхватил голову руками и стал нервно шагать кругами, внутри белого туманного сгустка.

– Она подписала себе смертный приговор. Как она могла? Зачем она это сделала?

– Сказала, что не желает больше служить каким-то садам. И хочет, чтобы мир узнал правду.

–Хм, каким-то! Какая же она глупая, могла же просто попросится вернуться на Цереру. А теперь хозяин её уничтожит, не моргнув и глазом.

– А со мной то, что будет? – решила снова уточнить свою участь.

– Ничего особенного – память сотрут, и будешь жить как жила, – хотя тебе уже стирали память.

– Что!? Когда!? – отрезвев, спросила я.

– В ночном клубе «Вой». Показать картинку? – предложил Айк, видя мое негодование.

Айк провел рукой по поверхности облака, и в том месте нарисовалось подобие экрана.

Мутные клубы белого дума вращаются вокруг экрана, но все равно можно разобрать тех, кого он показывает. Узнаю себя в кабинете Лорэны на собеседовании; вот откуда мне знакомо это имя. Потом изображение экрана немного потемнело, но я все равно могу видеть как я с подругами сидим за столиком в ночном клубе. Вижу официантку, протыкающую мне руку своим длинным когтем и выжимающую кровь в стеклянную ёмкость. После своего темного дела девушка с легкостью подняла меня и бросила к остальным на кровать. Позже в комнату вошел крупного телосложения лысый мужчина и по очереди стал выносить куда-то девушек. Меня он перекинул себе на плечо как какой-то мешок и отнес в впустую машину – такси. Через минуту в автомобиль уселся не молодой мужик, и мы поехали к моему дому. Дальше я помнила что происходило.

– Значит, моя кровь тоже есть в этих лабораториях садов верно?

– Да.

– А где находятся эти лаборатории?

– Нас не посвящают в эту информацию, – присел напротив меня Айк.

– Получается Лорэна фемар? И Мира работала на нее?

– Да.

Встав с импровизированного облачного кресла, я стала прохаживаться по мягкому, но устойчивому полу.

– Для какой работы, Лорэна меня хотела нанять? – прямо спросила я Айка.

– Охотницы-акупры контактируют только с женщинами. Мужчин они могут уничтожить из-за своих природных инстинктов, которые сложно поддаются управлению. Но так как образцы мужской крови лабораториям также нужны, в этом клубе работают обычные девушки. Они соблазняют парней и отправляются с ними в приватные комнаты, где их ждут еще более опасные и кровожадные особи – королевские кобры, в обличии чертовски красивых женщин. Мужчины поддаются их чарам и теряют самообладание. В своем сознании им кажется, что они занимаются сексом с красотками, но на самом деле, те просто высасывают из них кровь и обессиленных возвращают в их обычную жизнь.

– Ясно. Лорэна хотела, что бы я была одной из этих соблазнительниц. Приятно конечно, что она увидела во мне роковую красавицу, но в жизни парни на меня не сильно обращают внимание.

– Внешность не важна. Работницы Лорэна сделали бы из тебя Мисс Вселенную, поверь мне. Им нужны были беспрекословные исполнительницы.

– Обычные девушки знают на кого они работают?

Айк усмехнулся.

– Конечно, нет. Перевоплощаться и водить дружбу с людьми, фемарам строго запрещено.

Мы помолчали. Поток такой не реальной информации никак не проникал в мое сознание. И как бороться с теми, которых как бы не существует на земле. Они очень сильны и хитры, а что самое страшное – умеют управлять поведением и мыслями человека.

– Что будет теперь с Мирой?

– Лишат жизни. Она первая кто нарушила кодекс. Хозяин скор на принятие решений.

– Где находится ваш хозяин? Мне нужно с ним поговорить.

Айк громко рассмеялся.

– Хочешь поговорить с ним? Ты не даже себе не представляешь кто это. Он даже с нами не разговаривает. К нему нельзя обращаться с просьбами или с мольбами. Как только он узнает, что ты носитель этой информации, он просто тебя уничтожит, вернее лишит рассудка, не успеешь и глазом моргнуть. Хотя это тоже подобно смерти. Он не человек. Он создатель фемаров. Ты думаешь, на Церере мы выглядим как здесь? Милые мальчики и девочки.

Я смущенно дернула плечами.

– Сейчас обитатели Цереры, – продолжал он, – дикие, не цивилизованные особи. Они живут по законам естественного отбора; потребляя все, что давала природа и уничтожая тех, кто слабее их. Но есть и другие – осознанные. Это новый класс который возник благодаря крови первородного; cмешиваясь с кровью фемара она очеловечивает сознание и поведение обитателей Цереры. Благодаря ему особи перестают нападать друг на друга. Вместо этого стали строить свою инфраструктуру на Церере, используя ваши знания и умения. У нас возрождается социальное общество, потерянное пять тысяч лет назад из-за пиратов.

Раньше сотню веков назад Церера была населена дружелюбными обитателями – фемарами. Пищей, их в основном была растительная еда. Они ничего не строили, но ничего и не ломали. Наслаждаясь плодородной природой и пользуясь всеми её дарами, они и подумать не могли, что нужно с кем-то воевать. Всем всего хватало с лихвой. До нападения межгалактических высокоразвитых железных пиратов, с планеты Мецея – иноров.

– Роботы напали? – робко спросила я, понимая, что голова моя сейчас лопнет от такого количества информации.

– Не совсем. Это биологические особи, но с преобладанием железа в их крови. Можно сказать, что по их венам в основном текло железо. Все предметы содержащие этот химический элемент, в любом количестве, подчинялось их воле. Они стали хозяевами на Церере. Никто не мог дать отпор существу, которое одной силой своей мысли может вытянуть из организма всю энергию. Они совокуплялись с самками и те давали потомство, не похожее ни на особей Цереры, ни на обитателей Мецеи. Дети рождались слабыми, а истощенная мать после родов вскоре умирала. Новому виду фемара, не подходил климат на планете Церера.

Высокая влажность и избыток кислорода, уменьшило желание иноров наслаждаться благами чужой планеты. Железо в их крови спустя пару лет начинало стремительно окисляться и они погибали. Поняв, что планеты им не подходит, они покинули её, оставив после себя потомство, которое в дальнейшем приспособилось к жизни на Церере и мутировало в весьма диких особей, утративших здравомыслие и стремление созидать. Иноры стали изредка прилетать, что бы собрать важные и редкие минералы для своих космических станций.

– Постой, постой Айк! У меня сейчас голова лопнет, – прервала его я, – если они дикие, как тогда смогли прилететь к нам на планету.

– Благодаря первородному. Он первый кто смог выжить на планете земля, имея в своих жилах кровь матери с Цереры и отца с Мецеи. Но это уже другая история. Отец предоставил ему космический транспорт, для перемещения. А первородный – чокнутый химик, стремящийся создать армию особей с планеты Цереры, которая сможет благополучно жить на земле и подчинить себе людей.

– Кошмар, – возмутилась я, – должен же быть способ его остановить. Я обхватила голову руками, еще больше осознавая в какую историю я влипла.

– Нам пора Ева, – проговорил Айк с сильным беспокойством в голосе, – купол без живой энергии, держится ровно полчаса. Прошло уже двадцать минут. Ева если у тебя есть человек, которому ты доверяешь, и он занимает высокий пост в городе, расскажи ему то, что узнала.

Айк помолчал пару секунд глядя прямо в глаза. Потом перекинул свой черных хвост на плечо и оторвал один волос. На моих глазах волос превратился в небольшое, черное, вытянутое перо.

– Возьми его и покажи генетикам. Структура ДНК не такая как у пернатых этой планеты. Они должны будут тебе поверить.

– Ты говорил, что такие как ты здесь повсюду. Как мне не нарваться на врага.

Я взяла в руку это перо и ощутила, как оно обожгло мне пальцы. Лицо вспыхнуло так, будто я подошла очень близко к огню; меня немножко шатнуло в сторону.

– Все нормально Ева, – взял меня под руку Айк, – эта первая реакция, когда у тебя в руках отделившаяся частичка фемара. А по поводу нарваться на врага, за это не переживай. Фемары не имеют права дружить с людьми. Это запрещено кодексом. Они рядом, но не в твоем личном окружении.

– А как же Мира и ты?

– Мы его нарушили и понесем наказание. Теперь тебе нужно как можно скорее передать все то, что ты узнала надежным людям. И остановить первородного.

Айк подошел ко мне вплотную и, обхватив ладонями голову, большими пальцами рук дотронулся до глаз. Я почувствовала всю туже легкость и блаженство; тело моё стало эфемерное и как будто готовое раствориться средь облаков. Весь полет Айк держал меня за руку и не отпускал, пока мы не оказались снова на земле.

Я очнулась за рулем в полном одиночестве. Вырванная дверь находилась на своем месте. Гул мотора дал понять, что машина заведена. Айка нигде не было.

Ко мне подошел инспектор ДПС и постучал по окну.

– Старший лейтенант Иванов Артем Сергеевич, разрешите ваши документы.

Ком подкатил к горлу, и задергалось нижнее веко. Я, не выдавая своего беспокойства, открыла Мирену сумку и достала её водительские права.

Протягивая документы инспектору заметила, что его глаза мутные, зрачка совсем не видно. Он внимательно посмотрел на меня, потом на права и снова на меня. Я сидела как заговоренная в кресле, не могла пошевелиться. Что он там пытается рассмотреть, видно же, что фото не мое. Наверное, пытается найти сходство или Айк и с ним поработал.

– Счастливого пути Ева Игоревна, – сказал инспектор, обратно протягивая мне документы, – собирается град, будьте осторожны на дороге.

Улыбнувшись, я кивнула головой и закрыла окно. Боже Айк, мне бы твои способности. Перо, лежавшее на приборной панели, неожиданно подпрыгнуло, но не скатилось вниз, а ровно легло в то же самое место.

Включив навигатор, и крепко обхватив руль ладонями, я нажала на газ. Машина мне подчинилась и плавно выехала на дорогу. Меня ждали родители и сестры, а я всё думала, как буду просить Богдана помочь мне в этом деле; поверит ли он мне.

Еще недавно моя жизнь была такой простой. Салон красоты «Адель» с его довольными клиентками, посиделки в парковых кафешках с Наташкой и Мариной. С противоположным полом у меня не очень клеилось, но это не мешало мне радоваться жизни и мечтать о большой и крепкой любви. Сейчас же я мчусь не на своей машине, явно под влиянием магических сил Айка, иначе как объяснить моё виртуозное владением автомобилем на высокой скорости, по междугородней автомагистрали.

Навигатор приятным женским голосом подсказывала мне правильный маршрут к дому. Хотя, зачем я еду к родителям? Тревога росла в моей душе. Есть дело, от которого зависит жизнь моей подруги! Она совершенно одна и ей некому помочь, кроме меня.

Схватив телефон с магнитного держателя, я набрала номер телефона Ольги. Мне очень хотелось верить, что у неё, как управляющего ресторана, есть телефон Богдана Быковского. Протяжные гудки нарушали тишину в салоне. Ольга не брала трубку. Напряжение мое росло и осознание того, что каждая минута для Миры может быть последней. Если бы знать, где находится этот их хозяин. Злость и собственное бессилие одолели меня. Набрав еще раз Ольгу, и получив такой же ответ, я начала искать в интернете адрес фермы Богдана. Информации нет никакой. Вспомнив, что его владения находятся на территории села «Маковка», я открыла спутниковую карту. К моему большому удивлению его фермы ни в селе, ни на его окраинах и немного дальше, нет. Но я не отчаивалась. Изменив в строке поиска адрес, я поехала в «Маковку». В любом случае найдутся люди, которые знают, как проехать к его ферме, а если нет, я объеду всё село вдоль и поперёк.

Одолеваемая мыслями о предстоящей встрече, я давила на газ, поглядывая в боковые зеркала.

– Сильно не гони, – послышался чей-то женский голос, – не лишай меня удовольствия поиграть с тобой.

Я вздрогнула и съехала на обочину, резко надавила на тормоз. Оглядевшись, поняла, что нахожусь в машине одна. Голос еще раз прозвучал, как будто в моей голове.

– Можешь не озираться, я в твоем подсознании.

Не поддаться безумной панике мне помогла та информация, которую поведал Айк. Я старалась держаться увереннее и храбрее.

– Кто ты? Назови своё имя! – скомандовала я, чувствуя, как бешено, стучит мое сердце. – Я знаю о фемарах! Вы не можете причинить мне вреда!

Голос рассмеялся, и машина мгновенно наполнилась едким, удушливым запахом.

Я выскочила из машины, что бы отдышаться. Голова кружилась, и зрение стало выдавать не четкие картинки. Воздуха не хватало даже на улице. Передо мной возник женский силуэт с очень знакомыми чертами лица.

– Вреда физического я тебе не причиню, ты сама себя изведешь, – заливаясь диким смехом, произнес голос.

– Ирма? – сквозь затуманенность взгляда спросила я. Женщина на пару секунд проявилась и позволила себя рассмотреть. Я была права – Ирма. Она была одета в белое, длинное, шелковое платье с чересчур удлиненными рукавами, а сверху покрывал её с головы до ног белый плащ-накидка. Лицо было немного изменено: глаза и брови остались теми же, скулы сделались острее, да и рот немного удлинился в сторону ушей. Такой внешний вид её не портил, только немного устрашал неестественной ротовой полостью с изредка выскакивающим змеиным языком.

– Правильно!

Лёгкий, теплый ветерок коснулся моей щеки. Тело Ирмы исчезло, а голос её продолжал разговаривать со мной.

– Ты просто не представляешь, во что ты ввязалась, мышка. Тебе никто не поможет, – прошипела она.

– Это мы еще посмотрим Ирма. Люди тоже сильные и с разными возможностями. Не нужно нас недооценивать. Если вы не хотите жить в мире, придется вам покинуть нашу планету, – уверенно протараторила я, а у самой заледенели руки.

Ирма снова возникла в своем образе передо мной. Я немного отшатнулась и уперлась спиной в дверцу машину, не ожидая этого проявления. Она уставилась на меня своими черными глазами; длинный язык мерзко облизал мне щеку.

– Глупая мышка, считаешь себя достойной, что бы помешать планам хозяина? – гневно спросила Ирма. – Хотя мне уже все равно! Благодаря тебе я изгнана из садов. И теперь должна буду влачить жалкое существование, среди не образованных и примитивных существ. Ты забрала у меня мечту: жить долго и счастливо. Я в долгу не останусь, поверь мне.

– Ирма планета Церера, твой дом. И те примитивные как ты говоришь существа, такие же, как и ты. Смирись просто я этим и лети туда. А жить долго и счастливо можно и дома. Мы люди, привыкли отвечать за свои поступки и не искать виноватых, привыкай и ты.

– Ах ты дрянь! – крикнула Ирма и замахнулась на меня рукой. Но я лишь почувствовала холодный ветерок, пронесшийся мимо моего лица.

Не обращая на её гнев внимания, я вернулась в машину. В ушах снова зазвенел её голос:

– Больше я с тобой говорить не буду!

Ну и чудесно, выдохнула я, надеясь, что лично мне с ней не придется общаться.

Поспешно взглянув на карту в навигаторе, я очень удивилась появившемуся адресу, которого не вводила. На окраине села «Маковка» красовался огромный красный квадрат, который был подписан как «Ферма Быковского». Я не верила своим глазам, этого изображения здесь не было. Может быть это колдовство Ирмы? Я осмотрелась по сторонам и осторожно надавила на педаль. Машина поехала по указанному адресу.

Может действительно это плохая идея. Кто я против этого хозяина Садов, да и вообще кто мне поверит? Проникало сомнение ко мне в душу. А если Ирма начнет вредить родителям?

Вдруг мимо меня с бешеной скоростью пронесся огромный грузовик, едва не зацепив мою переднюю дверь. От неожиданности я не справилась с управлением, и машину занесло за обочину. Слетев с дороги, автомобиль врезался в ближайшее ветвистое дерево. На моё счастье, дерево оказалось старое и рыхлое. Машина прорубила его пополам, и желтая, разветвленная крона с треском накрыла крышу «ауди». Находясь в диком шоке, я только и успела отстегнуть ремень и закрыть лицо руками. Стекла лобового окна, как колючие снежинки при сильном ветре полетели прямо на меня. Я упала в обморок.

Не приходя в сознание, я отчетливо ощущала суету вокруг моего тела. Но открыть глаза не могла, вернее не хотела. Мое подсознание придавила их тяжелым грузом, под которым было так приятно и спокойно.

Чьи-то сильные, горячие руки осторожно вынули меня из машины и положили на специально подготовленную ткань.

Незнакомые голоса взбудоражено рассекали прохладный воздух надо мной. Прикосновение холодного предмета к моим щекам притупило моё осязание, и я погрузилась в темноту: без звуков и ощущений.

Глава 23

С трудом разомкнула глаза и поняла, что нахожусь в больнице. Медицинская сестра в белоснежном халате, приветливо мне улыбнулась и спросила о моих желаниях. Я отрицательно покачала головой.

Пытаясь собраться с мыслями и восстановить в памяти то, как сюда попала, я робко спросила девушку, аккуратно поправляющую мне одеяло:

– В какой больнице я нахожусь? Где все мои вещи?

Медсестра сняв с моего пальца пульсоксиметр доброжелательно улыбнулась:

– В четвертой городской больнице, дорогая. Сейчас я приглашу врача, он тебе все расскажет.

Я выдавила из себя ответную улыбку. Медсестра уменьшила скорость вливания капельницы и вышла из палаты.

Осмотревшись, я не могла поверить, что нахожусь в палате городской больнице; она светилась дорогим ремонтом в светлых тонах и новейшей медицинской техникой.

Немного приподнявшись на кровати, я рассмотрела технику рядом со мной: на панелях совсем не было кнопок. Многочисленные таблицы и графики на экране светились синим цветом. Напротив кровати, на стене висел плазменный телевизор, также белого цвета.

Прошло больше десяти минут, а врач ко мне так и не пришел. Меня охватила дикая жажда. На боковой ручке кровати находилась красная кнопка. Не знаю экстренная она или для того, что бы вызвать медсестру. Нажимать её я побоялась. Зачем беспокоить врачей по пустякам, подумала я.

Свесив ноги с кровати, я медленно наступила на холодный пол. Прихватив с собой капельницу, открыла дверь. На пороге передо мной стоял средних лет мужчина, приятной наружности. На вид ему было не больше сорока, но густая седая шевелюра, заставляла усомниться в его реальном возрасте.

– Далеко ли собралась, девушка? – улыбнулся мужчина, снова провожая меня в палату.

Я немного засмущалась, смотря в его выразительные, голубые глаза.

– Я очень хочу пить, – быстро ответила я, смотря то на него, то по сторонам. Как же тяжело мне выдерживать взгляд красивых мужчин. Он выглядел как врач из фильмов для взрослых.

– Тебе лучше вернуться на кровать, – предложил он и нажал ту самую красную кнопку. Халат выгодно подчеркивал его крепкие мышцы на руках и ногах, едва он присел на стул напротив меня. Через минуту в палату вошла медсестра с графином воды. Девушка кокетливо улыбнулась врачу. Он не ответил на улыбку, а лишь кивнул ей в сторону выхода и сам принялся наливать мне воду в синий хрустальный стакан.

– Красивый, – подметила я, – совсем не похож на больничную посуду.

Врач протянул мне стакан и сказал все тем же бархатным голосом:

– Ева меня зовут Игорь Алексеевич, я врач-невролог. Вы помните, что с вами произошло?

Я робко пожала плечами, делая очередной глоток воды.

– Кажется, я не очень хорошо управляю машиной.

Легкая улыбка коснулась губ привлекательного врача-невролога.

– Спасибо за честность. Ты не одна в этом городе такая, но ты первая кто в этом признался.

– А где мои вещи? Мне нужно позвонить родителям. Они, наверное, волнуются.

Я изучала его профиль и удивлялась: он будто нарисованный профессиональным художником. Правильные черты лица и тела, выразительные голубые глаза, ровно очерченные брови и губы больше пригодились бы ему в модельном бизнесе, но ни как ни в медицинской деятельности. Совершенно не могу его представить корпящим над учебниками в университете. В очередной раз убеждаюсь, как же внешность обманчива.

– Не переживай вчера им обо всем сообщили, – сказал Игорь Алексеевич, просматривая на экране медицинского оборудования синие таблицы.

– Вчера? – переспросила я, повысив голос. – И как они отреагировали? Они приедут?

Игорь Алексеевич, не отрываясь от монитора, отрицательно показал головой.

– С ними разговаривал твой работодатель – Богдан Быковский. Он скоро приедет.

Как приедет? Зачем? Крутилось у меня в голове. Хотя я же сама хотела с ним поговорить. Меня как будто окатили кипятком; лицо полыхало жаром.

– Доктор значит со мной все в порядке? И я могу идти? – возбужденно переспросила я, выдавая свою тревожность.

– Да, все показатели в норме. Вот видишь на экране, все цифры синего цвета. Идеально.

На экран я не взглянула. Дверь палаты открыл тот, кого я так хотела видеть.

Богдан Быковский прошел в палату и одарил меня своей обольстительной улыбкой.

– Как наша гонщица? Все кости целы? – обратился он к врачу.

– Да всё хорошо. У Евы сильный ангел-хранитель, – улыбнулся Игорь Алексеевич и собрался уходить. – Я подготовлю документы на выписку.

Мы молча проводили его взглядом.

За считанные секунды я постаралась поправить волосы, пока Богдан смотрел в сторону закрывающейся двери. Так не уютно, я себя еще никогда не чувствовала.

– Как вы узнали, что я здесь? – первая начала я разговор? Поправляя на нижней части моего тела белое одеяло.

Доброжелательное выражение лица Богдана резко поменялось.

– В твоей сумке нашли бейджик с названием моего ресторана. Мне пришлось долго объяснять полиции, почему мой сотрудник рассекает по трассе на чужой машине; без водительских прав.

Я смотрю на него как мышка на льва, и хочется провалиться сквозь землю. Снова этот голос, как тогда при первой нашей встречи.

– Я вам все сейчас объясню. Вы должны мне поверить, – тихо сказала я.

– Обязательно послушаю, – нордическим тоном произнес он, – только сначала скажи, откуда у тебя эта машина и где её владелец. Мне не нужны проблемы с законом.

– Тут дела обстоят, повыше закона… – сказала я и многозначительно замолчала, глядя ему в глаза. – На нашей планете обитают люди-звери с другой планеты.

Я буквально на одном выдохе протараторила эту новость. Сердце с каждой секундой увеличивало свой темп. Чем быстрее я ему расскажу, думала я, тем лучше.

Богдан пару секунд смотрел на меня спокойно, а потом, сдерживая смех произнес:

– Может, еще денёк здесь полежишь?

Я была готова к такой реакции и не собиралась обижаться.

– У меня есть доказательства, – не отрывая взгляда от Богдана, сообщила я.

– Есть ли в этой больнице генетик?

Лицо Богдана снова приобрело серьезный вид. Он смотрел так холодно и даже немного злобно. Мне стало не по себе. На секунду я засомневалась в том, что мне действительно это все рассказали. Но я же видела собственными глазами, как Миру унес в небо тот черный ворон. Прогнала сомненья прочь и уверенно посмотрела на Богдана, ожидая его ответа.

– Я генетик. Покажи свое доказательство.

Я встала с кровати и подошла к шкафу у стены. На нижней полке увидела сумку. Открыв её, я не обнаружила там пера. Переворошив все содержимое, я виновато посмотрела на Богдана.

– Оно было здесь. Перо Айка. Черного цвета, – оправдывалась я, не смея поднять глаз, – может оно выпало при аварии?

– А может тебе все это приснилось? Все-таки ты спала два дня, – снова мягким тоном произнес он.

– Я думаю нам пора идти. Жду тебя в коридоре. Одевайся, – быстро проговорил он и, не дождавшись моего ответа, вышел из палаты.

Я посмотрела ему в спину и про себя спросила: – Нам?

Дверь палаты открылась, и медсестра с черными, как уголь, волосами принесла мне выписку. Оставив документ на прикроватной тумбочке, она указала мне место, где я должна расписаться. Пытаясь воспроизвести подпись как в паспорте, я обратила внимание на длинные, красные ногти медсестры, придерживающие лист выписки. Меня кинуло в жар, я вспомнила эти дикие, с красными прожилками ногти; и кому они принадлежат. Подняв голову, я была потрясена; на меня осклабившись, смотрела уже рыжеволосая девушка с синей татуировкой на шее и дьявольским блеском в глазах. Меня будто током ударило. Я ринулась к двери и, открыв её, стала звать людей.

– Помогите! Помогите! Там не человек! – кричала я. Меня одолел лютый страх.

Богдана, к сожалению, в коридоре не было, но персонал, который дежурил на этаже, быстро среагировал на мои крики. Вбежав в палату, все были крайне удивлены: помещение оказалось пустым. Несколько листов выписки небрежно валялись рядом с моей кроватью.

– Здесь была девушка! Она притворялась медсестрой! Она снова хотела стереть мне память! – говорю я, понимая, как безумно это звучит. Меня же могут упечь в психушку. Не здесь мне нужно искать понимания и поддержки.

– А,а! Всем спасибо, друзья! – разведя руки в стороны, нелепо пыталась обыграть я сложившуюся ситуацию. – Это был пранк! Я просто поспорила с подругой, как быстро вы среагируете на зов помощи. И браво! Вы все молодцы! Пациенты в надежных руках нашей медицины!

Послышались недовольные цоканья и причитания со стороны персонала. Такое поведение было мне не свойственно, никогда не была «зажигалочкой», но лучше уж так, чем остаться здесь еще, на дообследование.

– Вас кажется, выписали Ева Игоревна, – напомнила мне одна из недовольных медсестер.

– Да, выписали. Уже собираюсь. Извините.

Я поспешно стала переодеваться в свою одежду; не хотела ни минуты оставаться в здании, где свободно разгуливают в медицинском халате, люди явно не принадлежащие профессии. Страшно подумать, что могло бы произойти.

Схватив сумку, я вышла из палаты. Миновав два этажа больницы, я оказалась в самом оживленном месте – регистратура и справочная. Поискав глазами Богдана, я поняла, что это бесполезно: его здесь быть не может.

Вдруг я услышала, как меня кто-то позвал. Гул и суета первого этажа не дали мне шанса разобрать, откуда доносился голос.

– Ева! – вот уже ближе, практически рядом слышу я.

Обернувшись, увидела перед собой улыбающегося Лео.

– Потерялась?

Он так нежно меня приобнял, и защищая от мельтешащих посетителей больницы, вывел на улицу.

– Как ты здесь оказался? – старалась не показывать своего разочарования, спросила я.

Лео открыл мне дверь черного «бмв» и помог сесть. Сам же сел за руль.

– У Богдана возникли срочные дела, и он попросил, отвезти тебя в его квартиру.

Я слушала Лео и не верила своим ушам. Я конечно об мечтала, но не при таких условиях и не так быстро.

– Не поняла! Меня ненужно везти в его квартиру! Мне есть, где жить! – не соглашалась я. Изображала я самостоятельную и независимую девушку, которая может сама решить свои личные проблемы.

Лео бегло на меня посмотрел и усмехнулся.

– Нет у тебя больше жилья. У твоей хозяйки, внук вернулся из армии и собрался жить в этой квартире. Ты же теперь живешь одна там.

– Что! Кто тебе это сказал? – не могла скрыть своё возмущение, спросила я.

Вот это «подарок». Прошло же всего два дня. Кто так поступает?

– Хозяйка лично сказала, когда я разыскивал владелицу «ауди». Вы же соседки с Мирой как оказалось?

– Да. Были, – с огромной болью в сердце ответила я, понимая, что её может, уже нет в живых. – А ты знаком с ней?

– Нет. Но судя по её машине, не думал, что она может жить в таком доме, – пафосно ответил Лео, потом осекся. – Извини. Я не хотел тебя обидеть.

– Ты меня не обидел. Я честно зарабатываю свои деньги. И живу по средствам, – смотря на него в упор, ответила я. – Но поступок хозяйки квартиры ужасный. Как она могла, так со мной поступить. Неужели она думает, что я буду делить комнату с её взрослым внуком. И еще платить ей за квартиру. Можно же было всё обсудить. Или дать мне время спокойно собрать свои вещи и съехать. С другой стороны я смогла бы полностью оплачивала жильё.

– Это уже не важно, – перебил меня Лео, – из твоей квартиры в тот момент выглядывал, судя по всему, её внук.

– Что! Уже? – моему возмущению не было предела. – Там же мои вещи! Мне нужно их забрать!

– Правильно! – поддержал Лео, – вот поэтому, я тебя везу сначала вещи забрать, а потом на одну из квартир Богдана. Не переживай, тебе не придется жить с ним под одной крышей. Это жильё всего лишь часть его имущества, а ночует он на своей ферме.

Лео засмеялся, и мне стало намного легче. Но серьёзного разговора с Богданом не избежать. Трудно будет его убедить без прямого доказательства моих слов. Перо кто-то украл. Эта рыжая девушка с синей шеей, скорее всего, наведывалась ко мне, когда я лежала без сознания; она-то и взяла перо Айка. Единственное радует, что я осталась жива и в своём уме. Может ей кто-то помешал? Одно понятно, что на меня теперь откроется охота, как предупреждал Айк.

Проехав четыре квартала, черный «бмв» представительского класса подкатил к моему дому. Как назло, на лавочках восседали старожилы подъезда. Я у бабушек всегда была на хорошем счету, но теперь, скорее всего, обрасту не лестными прилагательными.

В сопровождении Лео я прошла «пропускной пункт». Любопытные взгляды женщин подогрели мне уши. Но мне стало даже забавно. Теперь у них есть тема для обсуждения, на целую неделю.

Дверь в квартиру оказалась слегка открыта. Клавдия Семеновна жарила пирожки и таким образом, выпускала запах сгорающего масла наружу. Всю квартиру окутал пирожковый туман. Думаю, соседи тоже вряд ли обрадуются такому туману в общем подъезде.

Женщина вышла из кухни, услышав наши голоса, вытирая руки о мой кулинарный фартук. Круглое лицо хозяйки квартиры было слегка выпачкано мукой.

– Евочка, как хорошо, что ты приехала. Я не могла к тебе дозвониться.

Я не ответила на её улыбку. Лео молча стоял за моей спиной.

– Я попала в аварию и находилась в больнице, – спокойным тоном ответила я, переминаясь на пороге, в душе кипела злость. – Потом я узнаю, что мне придется жить с каким-то мужиком!

Женщина сначала вскинула белые от муки ладони к щекам и как маятник закачала головой, изображая сочувствие и понимание. Но поймав мой негодующий взгляд, быстро поменялась в лице и одарила нас своей кривой улыбкой. Потом небрежно махнула рукой так, что в мою сторону полетели крупинки муки.

– Ой, да какой он мужик. Ему всего лишь девятнадцать. Я уверена, вы подружитесь. И не смотри на меня так. Ему все равно негде жить. Это моя квартира и мне принимать решения. Заработаешь на свою жилплощадь вот и будешь недовольства высказывать. Или может, кто подарит квартирку, – Клавдия Семеновна лукаво посмотрела на Лео.

Лео спокойно выслушал её речь и возможно понял, какой типаж женщины стоит перед ним, молча снял обувь и вышел вперед.

– Ева пошли собирать вещи! – скомандовал он. – Пока они еще пригодны для использования. Намекнул он на отвратительный запах старого масла.

«Хам», буркнула себе под нос Клавдия Семеновна и вернулась на кухню. Внука её дома не было.

Я без разбора покидала одежду с шифоньера. Лео мастерски освободил кровать от постельного белья и аккуратно сложил в багажную сумку. Без лишних слов мы справились за десять минут. Вещей у меня как оказалось на три сумки, это с учетом зимней одежды и обуви, ну и мой чемоданчик стилиста.

Оставив ключи на тумбочке, покинула квартиру, в которой я переживала и счастье и разочарования. Но лучше уж, я поживу пару дней квартире мужчины, который мне нравится, чем с внуком хозяйки.

– Спасибо Лео, что был со мной в этот момент, – тихо произнесла я, пристегивая ремень безопасности в машине. – Обещаю, я не доставлю вам больше хлопот. Сегодня же возобновлю поиски квартиры. Я вам очень благодарна.

Лео повернул голову в мою сторону и взял меня за руку. В его глазах читалась нежность.

– Живи столько, сколько захочешь. Квартира как раз рядом с рестораном. Я с ним поговорю. Не торопись с поисками. Скоро дождливая осень, потом зима. Сложно будет бегать с квартиры на квартиру. Поэтому живи спокойно и ни о чем не переживай. Я всё улажу.

– Нет, нет Лео, – освободила я свою руку, – я не могу это принять. Мне будет спокойнее, если я буду жить на нейтральной территории.

Лео только улыбнулся и ничего не ответил. Мы тронулись с места и поехали прочь из этого района; провожаемые взглядами проходящих мимо любопытных незнакомцев.

Глава 24

Жилой комплекс, где находилась квартира Богдана, считался в нашем городе самым престижным. Монументальные здания удивляли своим величественным фасадом и дизайном. Увидев с окна машины высоту дома, я очень надеялась, что квартира Богдана не на самой вершине; с детства боюсь высоты. Дом выглядел как трехуровневый торт. Первый уровень включал пять этажей. Где мне и предстояло жить. Чему я несказанно рада. Два последующие немного сужались в периметре. На балконах квартир второго уровня красовались экзотические карликовые деревья, высаженные в однотипные горшки. Крыша третьего уровня была отдана под вертолетную площадку.

На территории жилого комплекса Лео вел машину достаточно медленно. Я с выпученными глазами рассматривала окружающую роскошь. Ландшафтный дизайн поражал своим великолепием. Запах цветущих роз пленил своей сладостью. Жилой комплекс состоял из трех домов, окруженных высокими вечнозелеными деревьями. Внутри царила своя, неповторимая атмосфера. Машинам разрешалось ездить только до подземной парковки. Потом владельцы квартир пересаживались в специальные лифты и ехали в нужные дома.

Лео припарковал автомобиль не далеко от лифта.

– Сколько ж нужно зарабатывать, что бы здесь жить? – вырвалось у меня.

Мы вошли в кабинку размером с небольшой магазинчик.

Лео лукаво усмехнулся и ответил:

– Огромные суммы. Либо быть плохим парнем, либо дрянной девчонкой.

Я удивленно вскинула брови.

– Что? Получается, я буду жить у плохого парня?

Лео почесал нос.

– Получается так. А на тебя приклеят ярлык «дряной девчонки».

– Так Лео, – сказала я с серьезным видом, – мне не нравятся такие шутки. Если это правда, то мне лучше уехать отсюда.

Лео громко рассмеялся, и мне стало не по себе.

– Да шучу я! Вот же тебя легко вывести из равновесия, – не унимался он. – Не бери в голову. Здесь живут нормальные, адекватные люди. Тебе понравиться, еще уезжать не захочешь. Богдана тут никто не знает, кроме администратора, так как он в этой квартире никогда не жил.

– А где же он живет?

– На своей живодё…,– Лео осекся, – на ферме он живет. Ты же там с ним познакомилась.

Я молча кивнула в ответ и повернула голову в сторону окна. Не смогла выдержать пристальный взгляд Лео. Лифт двигался не спеша, мне становилось нечем дышать.

– Как же медленно он едет, – посетовала я, вглядываясь в окно. – Будто время остановилось.

Лео встал и поднял мой багаж с кресла.

– Время замедляется перед рассветом, – сказал Лео и многозначительно посмотрел на меня. – Ну а в нашем случае, перед прибытием на место.

Не успел он договорить, как двери лифта открылись и мы шагнули на блестящую от солнечных лучей черную плитку с золотистыми трещинами. В холе стоял свежий древесный аромат. Лео оторвался чуть вперед и прошел к девушке на ресепшене, пока я разглядывала трехметровое дерево с толстым витиеватым стволом и раскидистой кроной, прямо посередине гостевого зала.

– Нравиться? – тихо прошептал мне, подошедший сзади Лео.

Я от неожиданности дернулась и смущенно улыбнулась.

– Красивое дерево. И этот фонтанчик вокруг него, очень освежает.

– У тебя в квартире ты увидишь еще и не такое, – загадочно подмигнул мне Лео. – Не будем медлить, бегом в роскошные апартаменты на четвертом этаже. Он взял меня за руку, и мы пошли в сторону уже другого лифта.

Квартира Богдана действительно была похожа на картинку из журнала о дизайне. Мне всегда нравились панорамные окна, но то, что они будут с двух сторон. О таком можно было только мечтать.

Квартира была угловая, и окна выходили на две стороны: на парк и наш город; с его высотками и торговыми центрами, а с другой стороны, на внутренний двор этого жилого комплекса. Оба вида мне доставляли огромного удовольствие. Получается, с одного окна я встречаю рассвет, а с другого провожаю закат. Идеальное расположение. В середине гостиной на полу и вплоть до потолка стоит аквариум в виде колонны. Потрясающее зрелище. Разноцветные рыбки очень оживились, как только мы вошли в квартиру.

Мягкая мебель в гостиной так и приглашала гостей отдохнуть и насладиться бархатистой поверхностью.

В квартире было две просторные комнаты, одна из которых, была отведена под спальню.

Мы прошли на кухню, и я не переставала удивляться до чего же красивой и стильной может быть кухонная мебель и техника.

– Да! Дизайнер постарался на славу! – не удержалась я от похвалы. – Всё продумано и лаконично. Идеальное место для фотосессий. Зачем же так красиво обставлена квартира, если в ней никто не живёт? Или живёт?

Лёгкая улыбка коснулась губ Лео.

– Честно сказать, я не знаю историю этой квартиры. Главное, что теперь рыбкам будет не скучно. И мой тебе совет, живи здесь и не стремись быстрее уйти. Богдану даже на руку будет, если ты будешь присматривать за квартирой и за рыбой.

Я не могла не согласиться, что место, где мне предстояло жить – великолепно. Но тревожные мысли не покидали меня не на минуту.

Лео не стал надолго задерживаться и как только я немного освоилась в квартире, он ушёл.

В течение дня Богдан так и не появился. Беспокойные думки о Мире теребили мне душу. Может рассказать все Лео? Нет, не буду, тут же отогнала я эту мысль. Он, конечно, очень приветливый и услужливый мужчина, но о таком важном деле, я хочу, что бы Богдан узнал первым.

За окном, город медленно обволакивал теплый закат. Желтые лучи заходящего солнца нежно дотрагиваются до верхушек зданий и деревьев. На дорогах включились фонари; магазины засветились разноцветными вывесками. Я сидела на полу у огромного окна с кружкой сладкого чая. Вся эта панорама города не могла не радовать. Но не проходящая тревога прочно засела у меня в душе. Все еще не укладывалось в голове: как это может быть правдой.

Мои мысли нарушил стук в дверь. Стрелки часов приближались к девяти часам вечера. Сердце бешено застучало. Я не спеша подкралась к двери и посмотрела в глазок; по ту сторону стоял Богдан Быковский. Повернув серебристый ключ, с большим волнением открываю дверь.

Я смотрю ему прямо в глаза, стараясь не волноваться. Лицо его не выдает никакой теплой эмоции. Он смотрит на меня так, будто я в чем-то виновата.

– Я войду? – произнес Богдан, едва шевельнув губами.

Сделав шаг назад, я сильнее открыла дверь и он вошел.

Окинув любопытным взглядом гостиную, он слегка улыбнулся и кивнул мне.

– Как себя чувствуешь?

Пытаясь подавить давящее на мою речь волнение, буркнула:

– Уже лучше. Вы будите чай?

Выражение его лица по-прежнему оставалось каменным. Он по-хозяйски прошел на кухню и включил электрический чайник.

– Ты купила чай или позвонить, что бы принесли? – коротко спросил Богдан, не сводя с меня глаз.

– Всё что нужно на первое время я купила, – протараторила я и быстро стала накрывать нам на стол, стараясь не смотреть на него. На нейтральных территориях мне все-таки проще вести с Богданом диалог.

Пару минут на кухне царила тишина. Лишь стук закрывающихся шкафчиков предательски выдавал мое волнение. Я совершенно забыла, куда положила купленные несколько часов назад продукты. То ли это все еще работают больничные препараты, то ли так на меня действует близость с Богданом.

– Так о каких людях ты хотела мне рассказать? – прервал тишину Богдан, расположившись за обеденным столом.

Я посмотрела на него в упор, пытаясь понять, как он настроен, воспринимать эту информацию. Богдан ждал моего ответа и без стеснения рассматривал меня. Меня бросило в жар и, кажется, лицо покрылось румянцем.

Укладывая мармеладные конфеты в хрустальную вазочку, я решила выдавать то, что мне рассказал Айк и Мира порциями; наблюдая за его реакцией. Мне, конечно, хотелось верить, что я могу ему доверять, но и шанс выглядеть глупо у меня огромный.

– Это звучит не реально, но это правда. Рядом с нами живут люди с другой планеты, – осторожно начала свой рассказ, наливая кипяток в кружку Богдана.

Он так смотрел мне в глаза в этот момент, будто заглядывает прямо в душу. Я не отводила взгляда. Мне нравилось это. Я чувствовала, словно невидимая волна сплетает нас. К моему удивлению Богдан может очень долго не моргать.

– Интересная информация, – Богдан поморщил лоб и слегка улыбнулся. – И почему ты убеждена, что это правда? В мире много шарлатанов.

Вот они пошли, первые сомнения в моей адекватности, пронеслось у меня в голове. Но я была к этому готова.

– Я видела, как человек с огромными крыльями унес мою подругу Миру в небо. А потом её друг Айк каким-то магическим образом перенес меня в свое подсознание и показал мне то, во чтобы я никогда не поверила, если бы сама не увидела.

Богдан сделал глоток обжигающего чая и не поморщился.

Я напряженно посмотрела на него.

– Неужели вам не горячо? – вырвалось у меня.

Он кинул взгляд на меня и залпом выпил оставшийся чай.

– Чудеса, правда? – улыбнулся Богдан. – Но всему есть объяснения. И человека, не владеющего определенными знаниями, очень легко впечатлить.

– Я вся в ожидании пояснений, – кокетливо произнесла, понимая, что моя скованность в общении понемногу исчезает, видя, что он стал чаще улыбаться.

Богдан откинулся на полукруглую спинку дизайнерского стула, обтянутого серой бархатной тканью. Правая рука была практически полностью лежала на столе. Взяв первую попавшуюся конфету из вазочки, он стал непринужденно передвигать её из стороны в сторону от большого пальца к мизинцу.

– Дело в том, что у меня солнечная непереносимость, – сказал он и снова одарил меня таким глубоким взглядом, даже мурашки побежали по коже. – Я принимаю лекарство, которое снимает пагубное влияние солнечных лучей на мою кожу. Из побочных действий – снижение температурной реакции. Если совсем просто: мне не холодно когда мороз и не жарко когда зной. Ну и слизистая полости рта адекватно реагирует, когда я пью кипяток. Мне не жжёт.

– Я и не знала, что такое бывает, – сказала я, сделав небольшой глоток чая.

Он не перестаёт меня удивлять.

Богдан снова придвинулся к столу и, бросив конфету обратно в вазочку сказал:

– Так значит, ты лично видела пернатого человека? – вернул меня к разговору Богдан.

Не могу разобрать, он мне верит или хочет понять, насколько я безумна.

– Именно! – чуть повысив голос, произнесла я. – Это раса фимаров. Их родной дом находится на планете Церера.

– Какова же их цель нахождения здесь? – перебил меня Богдан.

Взгляд снова стал прямой и невозмутимый.

Я немного помолчала и продолжила:

– Они подчиняются своему хозяину, который продлевает им жизнь. Я знаю, что это звучит не реалистично, но это истинная правда. У меня было перо Миры. Но кто-то его украл. Это еще раз говорит о том, что есть люди, которые не хотят огласки.

Богдан бесшумно отодвинул стул и вышел из-за стола. Я ждала его реакции. Он подошел к панорамному окну, отодвинув в сторону занавески.

– Я навел справки о твоей соседке. – В его голосе слышались нотки сочувствия.

Внутри у меня все сжимается. Я боюсь услышать ужасные новости.

– Она сейчас находится на лечении в клинике. У неё признали психическое расстройство.

Я смотрела на Богдана с выпученными глазами и не верила своим ушам.

– Этого не может быть! Я вам не верю! Я своими глазами видела этого ворона, – негодовала я.

– Ты такая наивная Ева, – прервал меня Богдан, приблизившись ко мне почти вплотную. – Но тебе это простительно. Я как зачарованная смотрела ему в глаза. Он нежно провел ладонью по моим волосам.

За считанные секунды у меня пересохло в горле, и я не понимала, как реагировать.

– На нашей замечательной планете тоже существуют интересные персонажи. Я бы сказал – сказочные. Только в мир фантазий они попадают с помощью обычных наркотических средств.

– Вы хотите сказать, что у Миры зависимость? – уточнила я. – А как же то факт, что я видела своими глазами.

Богдан пожал плечами и усмехнулся.

– Тут все просто: Мира пользовалась особым спреем. И если она распыляла его рядом с тобой, то и ты подвергалась его влиянию. И тебе легко было поверить во всю ту чушь, которую придумала больная фантазия Миры. Кстати, можем съездить к ней в клинику, и ты лично у неё спросишь.

Неужели такое возможно, проносятся мысли в моей голове.

– Если это правда, тогда это очень опасная практика, – хрипло произношу я, и пытаюсь прокашляться. Мне почему-то очень стыдно перед Богданом. Как я могла поверить в такую чушь?

– Конечно опасная, – поддержал меня он, наливая себе вторую чашку чая. – Человеку гораздо проще поверить в существование демонов, чем принять тот факт, что у него проблемы с головой или есть некая зависимость.

От его слов меня кинуло в жар и щеки обдало ярким румянцем.

Богдан посмотрел на меня и не смог сдержать улыбку.

– Нет-нет, ты не подумай, это я не про тебя, – вскинул брови он. – Ты просто оказалась не в том месте, не с тем человеком.

– Даже не знаю, что и сказать, – смущенно опустив взгляд на кружку с чаем ответила я. – Её можно навестить?

– Конечно можно. Можем хоть завтра поехать к ней. Я узнаю, когда часы свиданий и сообщу тебе.

– А как же Айк? Он получается, тоже этим делом грешил?

Богдан иронично хмыкнул и кивнул.

– Он поставщик. Айк в данный момент находится в розыске. Если он попытается с тобой связаться, сразу дай мне знать, а я сообщу полиции.

– Хорошо, – робко ответила я, пытаясь собраться с мыслями. – Так в какой она клинике? Вы можете поехать вместе со мной?

Богдан кивнул, его глаза излучают теплоту и понимание.

– Была бы вам очень благодарна. Я места себе не находила, увидев, как её уносят в небо. Потом рассказы Айка об ужасном хозяине и его приспешниках. Жуть какая-то.

– Ева тебе нужно успокоиться и забыть все это, как страшный сон. Умение разбираться в людях приходит с годами. Тут главное не быть слишком доверчивой и сразу не привязываться.

Его голос был чересчур спокоен и мягок.

– Третья кружка чая в меня уже не войдет, может, перекусим где-нибудь? Я знаю отличное место.

Резкая перемена темы разговора немного удивила, но такой поворот мне по душе. Я ели сдерживала своих бабочек, но решила сразу не соглашаться. Так же себя ведут приличные девушки.

– Но уже поздновато для ужина. Да и день выдался тяжелым. Я хотела бы отдохнуть, – отвечаю я с опаской и надеюсь, что этим не отобью у него желание пригласить меня в другой раз.

Сердце так бешено и громко стучит, что мне, кажется, Богдан тоже это слышит. Моё волнение на грани допустимого. Он стоит так близко от меня, что я чувствую его дыхание. Сделав пару шагов назад, не в силах выносить этот пристальный взгляд, я схватила кружки со стола и понесла их к раковине.

– Хорошо, как скажешь. – Он бросает на меня изучающий взгляд.

Ева ты понимаешь, что уже второй раз отказываешь этому мужчине? Шепчет мне внутренний голос. Но страх и внутренняя скованность в делах любовных всегда побеждали.

– Завтра я тебе сообщу информацию по Мире, – также спокойно и по-деловому сказал Богдан. Пелена неловкости тут же рассеялась. Я с благодарностью угукнула и пошла, провожать Богдана до двери.

Он не спеша обулся и, одарив меня проницательным взглядом, вышел из квартиры. Закрыв за ним дверь, я не сразу отошла от неё. Не понятные чувства переполняли меня. Как он так просто опроверг то, что я видела своими глазами и почему я ему верю.

До глубокой ночи я не могла уснуть. Анализировала слова Мирры и Богдана. Больше всего хотелось верить ему. Ведь он говорит о ситуации из нашего, реального мира. А моя соседка пошатнула на некоторое время все мои представления о безопасности той среды обитания, в которой мы живем миллионы лет. В любом случае я очень рада, что Мира жива, пусть и не совсем здорова. Я обязательно с ней поговорю и постараюсь понять, почему она так себя вела.

Глава 25

Стрелки часов медленно прогоняли ночь. Рой мыслей в голове не давали моему сознанию погрузиться в сладкую негу сна. Тишину в моей комнате нарушил осторожный скрежет в замочной скважине. Подскочив с кровати, я подбежала к двери спальни и немного её приоткрыла. Сердце бешено колотилось от осознания, что в квартиру кто-то вошел ночью, да еще и без приглашения. Не успела я сообразить, что нужно нажать экстренную кнопку для вызова охраны, как порог моей комнаты переступил Богдан. Сказать, что я опешила – ничего не сказать.

– Вы? – буркнула я, стащив с кровати покрывало, что бы прикрыть своё полуобнаженное тело. Сорочки и пижамки мне никогда не нравились, поэтому и спала я всегда в трусиках и майках.

– Не спиться? – он изучающе посмотрел на меня. – Я тоже не смог уснуть. Подумал, вдруг ты будешь рада моей компании в двенадцать часов ночи.

Богдан улыбнулся, а я смотрела на него недоумевающим взглядом. Зачем он пришел? Страх и приятное волнение воедино сплелись в моём теле. Животный инстинкт подсказывал мне, что он хочет и мне почему-то не хотелось бежать.

Он подошел к огромному панорамному окну и одним нажатием на выключатель, привел в действие автоматические шторы блэкаут. Волнение моё росло. Я быстро включила ночник на прикроватной тумбочке. Одно немного успокаивало, что до тревожной кнопки на двери было рукой подать.

– Зачем вы закрыли окна? – вырвалось у меня. – За окном итак ночь. Он ничего не ответил. Взгляд его был пристальным, лицо излучало чрезмерную напряженность.

– Богдан Владимирович, не кажется ли вам, что сейчас не лучшее время для светских бесед? – пыталась шутить я, крепче сжимая покрывало в руках. В горле у меня все пересохло. Он молча подошел ко мне настолько близко, что я снова почувствовала, как тогда на ферме, едва уловимый древесно-сладковатый аромат. – Вы не собираетесь со мной разговаривать?

Богдан снова улыбнулся, потом сделался серьёзным и неожиданно прижал меня к себе. У меня закружилась голова. Мои руки уперлись ему в грудь. Он смотрит на меня и не отводит глаз. За считанные секунды из спокойного, серьезного мужчины он превратился в возбужденно дышащего самца. Его тяжелое дыхание сводим меня с ума. Где-то в глубине души у меня расцветает цветок, дикого желания. Но разум все еще сопротивляется.

– Отпусти меня, – зачем-то простонала я. А тело мое говорило обратное. С большим томлением и желанием я прижимала свои бедра к Богдану.

Богдан нежно провел своим лицом по моей щеке, глубоко вдыхая мой запах. Он одернул со спины покрывающее моё тело одеяло. Оно слетело с меня за секунду. Я сделалась ещё меньше и беззащитней перед этим сильным мужчиной.

Он нежно провел губами по моему плечу. От прикосновения щетины по моей коже, в крови бушуют гормоны. Сейчас, когда он так близко взгляд его полон звериного желания. Лицо его потеряло выражение деловитости и спокойствия. Теперь мне явно не достучаться к его благоразумию.

Богдан неспешен в своих действиях. Он будто изучает меня. Запах для него играет важную роль. С трудом сдерживаю эмоции. Я не знаю, как их проявлять, а он растягивает удовольствие. От влажного прикосновения его языка по моему уху, меня прошибло сладким разрядом. Мурашки полностью покрыли тело. Я хотела, что бы он продолжал и не останавливался.

Что это со мной происходит? Я совершенно не могу ему сопротивляться? Что-то внутри меня приказывает подчиниться ему?

Богдан снова смотрит мне в глаза. Его рот слегка открыт. Мои губы ждут поцелуя. Но он меня дразнит. Едва коснувшись, он отстраняется и смотрит на мою реакцию. И вот снова. И еще раз. Я хочу его тоже попробовать. Руки его еще крепче прижимают меня. Я чувствую, как «он» упирается в мои бедра. Богдан провел большим пальцем по моим губам, не прерывая зрительного контакта. Потом обхватив мою шею ладонью и наконец, его губы сливаются с моими: так нежно и так проникновенно. Совершенно не чувствую опору под ногами. Я растворяюсь в его объятиях.

Мои тайные желания сбылись, и душа парила в бархатной неге.

Богдан освобождает мои губы из сладкого плена и нежно разворачивает к себе спиной; обхватив при этом двумя руками чуть ниже талии.

– Как ты сладко пахнешь Ева! Ты хочешь?

Земля как будто уходит из под ног. Он прижимается ко мне еще сильнее и плавными ели заметными движениями даёт почувствовать свое возбуждение. Я стала остро чувствовать свое тело. Мои мышцы уплотняются от сладостного ожидания.

Богдан снова целует мою шею. Я ощущаю его горячее дыхание у себя на щеках.

–Так ты мне не ответила на вопрос,– шепчет Богдан, лаская мочку уха.

– Да,– простонала я, поддаваясь нашему тайному ритму.

Мое сознание заволокло жемчужными грезами. Да я много раз представляла нашу близость, но не думала, что он будет таким нежным и одновременно страстным. Я готова отдаться ему, несмотря на свои правила и жизненные убеждения.

Богдан садиться на край кровати и манит меня к себе на колени. Я безропотно починяюсь его призыву. Сейчас я чувствую свою женственность и власть над ним. Теперь он не смотрит на меня свысока, теперь наши глаза на одном уровне. Он целует меня снова и снова. Так странно и приятно наблюдать за ним, когда он возбужден, да к тому же, осознавать, что я причина его страсти. Богдан неторопливо покрывает мою грудь поцелуями; уделяя каждой особое внимание. Он не спешит к развязке: он наслаждается. От одной этой мысли, я хочу его еще больше. Меня бросает то в жар, то в холод. В своем воображении я и представить не могла, что он такой. Такой настоящий. Его напористость была очень чувственной.

Богдан полностью освобождает меня от майки. Подхватив меня за бедра, он с легкостью поднялся, и уже через пару секунд я лежала на кровати под его крепким телом. Не сводя с меня взгляда, он снял с себя футболку и бросил её на пол. Потом взял мою руку и приложил к своему голому торсу. Его тело словно из камня. Упругие рельефные мышцы с четко очерченными линиями, как бы подсказывают направление движения моей руке. Я мягко провожу ладонью по его животу, и упираюсь в ремень. Как же это приятно. Он ждет от меня решительных действий. Я медлю. Я в тупике. Неожиданно меня пробрало на смех. О боже! Я в объятиях мужчины моей мечты! Ева сейчас не место для смеха.

– Я тебя веселю, – быстро среагировал Богдан, усмехнувшись.

Я закрыла лицо руками и хотела отмотать назад этот неуместный момент.

– Ева все нормально?

Богдан нежно поцеловал тыльную сторону ладони, пока я пряталась.

– У меня никого не было до сих пор, – ответила я, не убирая рук с лица. Я чувствовала, как мои ладони становятся влажными и мне становится трудно дышать. Но еще трудней в этот момент посмотреть ему прямо в глаза.

– Ева посмотри на меня, – тихо произнес он. – У меня никогда не было такой как ты.

Невидимые тиски сжали моё разбушевавшееся сердце. Нарастающее возбуждение привело к полному исчезновению мыслей. Богдан наклонился ко мне, и его губы нежно и жадно слились с моими. Мне не хватает дыхания, что бы выдержать столь страстный поцелуй. Я не сильно его отстраняю и переключаю наше внимание на другое, более захватывающее действие. Моё тело уже не подчиняется разуму. Я хочу его! Сама не ожидая от себя такой прыти, я ловко расстегнула его ремень и запустила руку в брюки. Богдан вожделенно смотрит на меня. Ему нравится, как я изучаю его тело.

Я непроизвольно простонала. Моя влажная ладонь не смогла полностью обхватить горячий и твердый как камень член. Богдан тяжело выдохнул, обхватил большими, грубыми руками мою грудь и страстно впился в неё губами.

Одной рукой я держала «его», другой чуть дернула за ремень. Он сразу понял, чего я жду. Богдан встал и быстро освободился от оставшейся на нём одежды. Я немного расстроилась, что мне пришлось ненадолго освободить его из моего плена. Игра света и тени в нашей комнате, выгодно подчеркивала все достоинства его фигуры. Теперь осмелев от возбуждения, я пристально изучала его тело. Опершись на локти, я немного приподнялась на кровати. Мои ноги согнуты в коленях. Богдан встал на колени перед кроватью и, схватив меня за бедра, быстро придвинул к себе; продолжает держать меня, сжимая и разжимая свои большие ладони. Губами он медленно и нежно проводит по внутренней стороне бедра, целенаправленно спускаясь к моим трусикам. Моё дыхание ускоряется… как же это приятно. Я ели сдерживаюсь, чтобы не застонать. Вот он уже там. Упёрся носом в клитор. Тонкая и маленькая ткань трусиков стала для меня совсем неощутимой. Его губы умело играют с ним через материю. Настолько ярко и живо всё чувствую, я таю от наслаждения, медленно и ритмично двигая бедрами. Я закрываю глаза и полностью погружаюсь в эти сладкие ощущения. Чуть подрагивая от прикосновений его горячих губ. Огонь сжигает мою плоть. Я начинаю стонать. Сделав глубокий вдох, я задерживаю дыхание и рассыпаюсь на тысячу кусочков. Земля ушла из-под ног. Я будто воспарила над собой и рухнула без сил в сладкий омут его прикосновений. Богдан смотрит на меня, но не прекращает доводить меня до исступления. Закрываю глаза и стараюсь восстановить дыхание, но он доводит меня до второго оргазма, такого же яркого и чувственного. Мои бёдра пару раз содрогнулись. Тело не привыкло к таким ощущениям. Но теперь я буду хотеть это снова и снова. Обессиленная от наслаждения я всё же понимаю, что это не конец. Он явно захочет получить свою награду. Неловкое смущение снова сковало меня. Чего он ждет от меня?

Богдан медленно встаёт с колен и нависает надо мной, расположившись между моих ног. В крови бушуют гормоны. Я безропотно подчиняюсь и изнываю от желания. Несмотря на мягкость и нежность прикосновений, я отчетливо чувствую его яростное желание. Он будто ели сдерживает себя.

Богдан запускает одну руки в мои волосы, и целует. А другой, неторопливо вводит член в меня. Все мои мышцы сжались, и нервное перенапряжение будто сковало тело.

– Ева расслабься, – едва коснувшись моего уха, прошептал Богдан. – Я не сделаю тебе больно. Просто выдохни, и ты станешь моей.

Мне снова кидает в жар…о боже…я стану его. Как же сладко звучат эти слова. Он лукаво улыбается и ждет. Во рту у меня пересохло. Одна только мысль как он там может поместиться во мне – напрягает. Кровь стучит в моих висках. Богдан провел языком по моим губам и впился в них. Но он не стал целовать меня как раньше. Его язык бесстыже извивался и напирал на мой язык. Он в буквальном смысле имитировал секс. Я подыгрываю ему, чувствуя как его прикосновения, яркими вспышками отзываются у меня паху. Не отрываясь от поцелуя, он входит в меня полностью и делает несколько плавных движений. Я вообще не почувствовала боли. Каждый нерв моего тела был в боевой готовности. Но в меня словно впрыснули сладкий яд, и по венам растекся жидкий огонь.

– Понравилось? – шепчет он мне. – Хочешь еще?

Моё тело принимает его и ждет продолжения.

– Да! – простонала я.

Ему не пришлось спрашивать дважды. Сначала он двигался медленно, давая мне прочувствовать себя и его. Я каждой клеточкой своего тела ощущала, как он проникает всё глубже и глубже. Он будто дразнит меня. Я обхватила его торс ногами, давая понять, что готова полностью ему отдаться.

Богдан ускоряет темп и его дыхание сбивается. Я различаю стоны, которые он, почему то пытается сдержать. В эти моменты, наверное, нужно сказать, что нибудь грязное, что бы раскрепостить мужчину, но моя неопытность даёт о себе знать.

– Чувствуй своё тело, – вдруг произнес Богдан, мягко сжав мой подбородок рукой и поцеловав. Капля пота скользнула по его виску и упала мне на щеку. Я чувствовала, что он полностью растворяется в процессе. Ему важны мои ощущения. Его неистовые толчки и стон, который становился все громче, свидетельствовал о том, что мы теперь должны вместе кончить. Он гладил меня ртом и руками. То замедляясь, то набирая обороты. Богдан держал меня нежно, но твердо. Он ждал. Ждал когда я пресытюсь и прекращу его мучать.

Я полностью мокрая, пытаясь справиться с неровным дыханием и сосредоточиться на тех сладких накатывающих волнах внизу живота, которые бьют сладострастным током у меня в паху. Я практически на грани. Главное, что бы он ни сбавлял темп, проносится у меня в голове. Моё сердце колотиться как никогда. Оргазм накатывает ярко и усиливается еще несколько секунд. Я прогибаюсь в спине, нервно сжимая простынь. Богдан освободил меня от своих объятий, выпрямился, но продолжая стоять на коленях. Его возбуждение достигло предела, и медлить уже просто нельзя было. Пару правильных движений рукой и кроме пота по моему телу стекали следы его возбуждения.

Он облегченно выдохнул и лег рядом со мной.

Пару минут мы просто молчали. Меня снова стал одолевать страх. И что теперь? Я понимала, что ради него готова на всё. А помнит ли он свои слова. Хотя какая к черту разница. Мой первый мужчина – Богдан Быковский. И это было феерично.

Богдан повернул ко мне голову и улыбнулся.

– Кушать хочешь?

Конечно, я была обессилена и хотела что-нибудь перекусить, но всё же не этих слов я ждала.

– Было бы не плохо, – согласилась я, робко улыбнувшись – сейчас сделаю бутерброды.

Богдан первый подскочил на кровати и засобирался на кухню.

– Позволь это сделать профессионалу, – отшутился он. – Тебе понравится!

Богдан подобрал одежду с пола и направился в ванну. Я ожидала, что он мне предложить пойти вместе с ним, но он предпочел пойти туда один. Я не стала вылеживаться на кровати и, надев домашние шортики и майку, зашагала на кухню. К моему большому удивлению, окна и тут были закрыты шторами блэкаут. Я стала нажимать кнопку, чтобы их поднять, но она не поддавалась, будто заклинила. Оставив свои попытки открыть окно, я решила, что с этим делом пусть лучше разбирается хозяин квартиры. Я достала из холодильника кусок ветчины принялась нарезать её. Дверь ванной комнаты щелкнула, и на пороге кухни спустя пару минут стоял немного влажный Богдан. Волосы на голове от воды стали еще кудрявее, что придавала ему ребяческий вид, а просторная футболка и шорты еще больше дополняли этот образ.

– Что ты тут собралась делать ? – заигрывающе сказал Богдан, взяв у меня из рук нож. – Я же сказал, бутерброды на мне. Он нежно погладил меня по спине и перехватил нож.

– Хорошо, как скажешь, – повиновалась я, – Богдан как можно поднять здесь шторы?

Лицо его на мгновение стало серьезным, взгляд показался мне каким то встревоженным.

Они откроются ближе к утру. Специальные настройки.

– Они каждую ночь будут закрыты? – недоумевала я. – Можно как то поменять программу? Мне нравится любоваться ночным городом.

Богдан одобрительно кивнул головой и тяжело цокнул ножом по разделочной доске.

– Беги быстрее в душ, – скомандовал Богдан, блеснув своей идеальными зубами, – а то от ветчины останется один только запах.

Люблю когда он шутит. Я ничего не ответила и поторопилась в ванну.

Стоя под теплыми струйками душа мне, почему то захотелось плакать. Все было прекрасно на самой кровати. А потом он ведет себя так, будто ничего особенного не произошло и мы делали это уже не один раз. Может я просто накрутила себя фантазиями о моем первом разе с мужчиной. И много от него жду. Хотя, наверное, нужно просто успокоиться и не торопить события. Вдруг это обычная его манера поведения. Я же его совсем не знаю. Боже я его совсем не знаю и у нас был секс. Меня словно током прошибло. Как мне себя вести? Что говорить? Имею ли я для него какую нибудь ценность? Или он просто пришел справить нужду. Я закрыла лицо руками. О последнем варианте я даже думать не могла. Капли мягко скатывались по моему телу, и мне совершенно не хотелось выходить.

– Ева тебе помочь? – постучал по двери Богдан. – Я почти все съел.

– Да, да уже иду. Оставь мне хоть корочку, – пыталась подыграть ему, а у самой сердце сжималось от сомнений.

Замотавшись в полотенце, я осторожно открыла дверь ванной. В спальне никого не было. Вздохнув с облегчением, я юркнула к комоду, где лежали мои вещи. Выбирать долго не пришлось. Трикотажные лосины и футболка с микимаусом не требовали глажки – мои фавориты.

С трудом собрав свои непослушные волосы в хвост и сделав пару глубоких вдохов, я направилась на кухню.

– Я что слишком долго мылась? – сказала вслух я сама себе.

Кухня была пуста. На столе лежало два бутерброда: один для меня, второй надкусанный. Я прошлась по квартире – его нигде нет.

Вот и ответ. Богдан даже не посчитал нужным, попрощаться со мной. Слёзы подкатили к моим глазам. Может быть у него была веская причина? Вот снова Ева, ты пытаешься оправдать человека. Во всяком случае, как сказала бы Маринка: « Ева ты живешь в шикарной квартире и у тебя был потрясающий секс с классным мужиком. К чёрту чувства, получай удовольствие». Наверное, так и нужно рассуждать и жить станет проще. К чему все усложнять.

Я подошла к столу и взяла бутерброд, который он сделал для меня. Действительно вкусно, отметила я. Такой ветчины я еще не пробовала. С большим аппетитом я съедаю оба. Присев на мягкий дизайнерский стул рядом с обеденным столом замечаю, что шторы подняты. И на меня снова смотрят разноцветные огни ночного города. Хорошо было бы поспать, а не терзать себя вопросами. На этой мысли я решительно зашагала к кровати.

Ну, ты и нашла в кого влюбиться, не унимался мой разум. И поделиться своими чувствами и переживаниями не с кем. Как несправедливо.

Нужно все-таки заехать к родителям, но сначала навещу Миру. Поворочавшись пару минут в кровати меня, наконец, сморила усталость. Грустные мысли испарились, освободив место легким утренним грёзам.

Глава 26

Хруст сухих веток и скрежет мелкой гальки под ногами заставлял мелких гадов покидать свои засиженные места. Змеи пускались врассыпную, почуяв своего главного врага. Брэндовые туфельки на шпильке устойчиво шагали по неровной поверхности булыжников.

– Фу, какая мерзость, Ирма ты где? Я наступила на лягушку! – выругалась Лорэна, обтирая подошву о густой зеленых мох. – Ну ты и забралась!

Из темноты ущелья в пещере витая в воздухе показались четыре маленькие змейки с длинными языками. Лорэна сделала пару шагов назад и зло оскалилась, непроизвольно выпустила острые когти. Зеленые гады заскочили обратно во мрак и через секунду показалась Ирма. Голову её украшали десяток ядовитых змей.

– Ирма, а ты можешь принять нормальный вид? Ты же знаешь, что я не люблю их.

– Казуары мне тоже никогда не нравились! Давай оставим лирику,– Ирма слегка усмехнулась, и поморщила лоб.

Лорэна приветливо кивнула, но подходить, чтобы обнять подругу не стала.

– Ты же знаешь, почему мне приходится быть в таком виде, – прохрипела Ирма. – У меня не осталось ампул. Мне нужно беречь свой человеческий вид для финальной явки.

– Ирма может не стоит. Ты затеяла опасную игру.

Лорэна хотела отговорить подругу и сдаться стражникам садов Церера, но Ирма была настроена серьезно.

– Здесь меня никто не найдет, если конечно ты им не подскажешь, – Ирма лукаво посмотрела на Лорэну.

– Прекрати говорить глупости. Мы выросли вместе и, наверное, умрем тоже вместе. Думаешь Брамусгора легко обмануть. Я до сих пор не понимаю, как он тебя не вычислил.

Ирма злорадно рассмеялась.

– Он не может читать мои мысли. Мы с ним одной крови. А стражники слишком глупы и предсказуемы, чтобы видеть дальше своего клюва.

– Ох, не нравится мне все это. Давай не будем больше называть его имя. Мне, кажется, он через мою голову тебя найдет и тогда нам обоим не поздоровится.

Лорэна присела на землю, облокотившись на большой валун.

– Ты узнала телефон тех девиц? – спросила Ирма, чуть хрипловатым голосом.

Лорэна кивнула головой и вынула из сумочки маленький кусочек бумажки с номером телефона. Протянув его подруге, она не сразу выпустила его из рук.

– Прекращай Лорэна, строишь из себя святую. Вспомни, скольких ты погубила?

– Я их не губила, они сами себе жизнь портили, я лишь ускоряла процесс, – оправдывалась Лорэна.

Ирма покрутив в руке бумажку, произнесла:

– Диана значит! Ты уверена, что она нам нужна, а не вторая.

– Уверена! Она больше поддается влиянию. Да и Ева с ней больше дружила, чем с Ириной.

Немного помолчав Лорэна добавила:

– Я тут привезла тебе свою ампулу. Можешь взять.

Ирма Удивленно подняла глаза.

– Ненужно. Как ты протянешь до следующей раздачи?

– Я что нибудь придумаю. Не думай об этом. Главное что бы ты протянула до следующей недели.

На глазах Ирмы блеснули слезы. Она прекрасно понимала, что это последнее, что ей предстоит сделать; пойти против самого Хозяина. Он хотел отобрать у нее жизнь на земле, она отберет у него то, чего ему здесь иметь не положено.

Она поднялась и хотела приобнять Ирму, но змеи, плавно двигающиеся в такт сердцебиению подруги, не сводили с Лорэны глаз.

– Черт, спрячь ты, наконец, своих сестер!

В это раз Ирма подчинилась и на её голове снова появились густые каштановые волосы, и лицо приобрело человекоподобный вид.

Девушки обнялись, крепко прижавшись, друг к другу. Над скалами редко кружились стражники Церера, но если бы они там и появились, вряд ли могли бы почувствовать присутствие беглянки. Ирма хоть и теряла свой человеческий облик, а прожить на земле ей осталось недели две от силы, её природная сила затуманивания разума и влияние на умы всех живых существ никуда не пропала.

Она понимала, что взяв ампулу у подруги, обрекает её на преследования и наказание в случае раскрытия всей правды. Но жажда мести была настолько велика, что Ирма готова была жертвовать любым живым существом, даже подругой.

Ирма взяла ампулу и с жадностью её выпила. Кожа буквально за считанные минуты приобрела розовый оттенок, глаза прояснились, пропала ломота в костях.

– Вот это другое дело! – облегченно вздохнула Ирма, – чувствую себя человеком, как смешно бы это не звучало. Поправив свои густые волосы, Ирма достала из сумочки старенький кнопочный телефон и набрала номер Дианы.

Лорэна смотрела то на подругу, то озиралась по сторонам. Напряжение в её душе росло, но назад дороги нет.

– Добрый вечер это Диана? – бархатистым голосом произнесла Ирма.

Лорэна наблюдала эту сцену, через призму личных способностей. Они – казуары единственные особи на Церере, которые распознают обман фемаров-змей.

Тем временем, Ирма продолжала опутывать мистической реальностью Диану.

– Я подруга Евы, – продолжала свой обман Ирма. – Ева так переживает, что потеряла таких замечательных клиенток. Она очень хотела бы вернуть ваше расположение. Зная, что у вас завтра запланирована вечеринка, она безмерно была бы счастлива, если вы её пригласите сделать вам макияж.

Судя по лицу Ирмы можно было понять, что Диана попалась на крючок и сделает все что, что скажет ей Ирма.

– Не могли бы вы сами ей позвонить, и попросит об этом, она будет рада, – щебетала Ирма. Одобрительно покачав головой, Ирма попрощалась и нажала на кнопку отмены.

– Она поверила? – поинтересовалась Лорэна.

Ирма захлопала в ладоши, выпустив свой змеиный оскал, напугав тем самым Лорэну.

– Она не просто мне поверила! Через неё, мне поверит и Ева, – удовлетворенно ответила Ирма, схватив своим длинным языком про летающую мимо летучую мышь.

– Ирма ты можешь так не делать при мне, – закрыв глаза рукой, посетовала подруга.

– Извини, у меня разыгрался аппетит. Ничего не могу с собой поделать, уж больно хороший сегодня вечер.

Глава 27

Два часа сна мне было подарено сегодняшней ночью. Я даже не поняла, спала я или нет. Веки словно песком посыпаны; не слушались меня и категорически были против впускать солнечный свет в мои зеленые глаза. Сделав попытку принять вертикальное положение на кровати, через пару секунд я снова рухнула на мягкую подушку.

Проснувшееся сознание стало вырисовывать мне сегодняшнюю ночь. Я снова закрыла глаза и стала представлять ласки Богдана. Безумно захотелось его увидеть. Дотронуться до его крепкого тела. Почувствовать вкус его губ. Воспоминания отозвались приятным томлением внизу живота. Я хочу его. Хочу, чтобы он приходил каждую ночь. Мне стало немного стыдно от таких мыслей, но руки все равно потянулись к трусикам. О! Ева, что ты задумала? Этот вопрос так смешно прозвучал в голове, что меня пробрало на смех. Если бы меня кто нибудь увидел, подумал, что я сумасшедшая. Лежит в кровати одна и корчится от смеха. Так стоп! Богдан обещал мне сегодня навестить Миру.

На часах было почти восемь утра. Когда он соизволит, явиться не сказал, значит нужно быть готовой в любое время. Наспех заправила постель, и схватив чистое полотенце из комода, направилась в ванну. Сегодня я буду готова и для ночи и для дня.

Сквозь шум воды слышу, как в комнате разрывается мой телефон. Боже, неужели это он звонит? Обмотавшись полотенцем, выбежала из ванны.

Диана? Что ей от меня нужно? Я выключила звук и не стала отвечать на звонок. Но она не собиралась сдаваться. Телефон зазвонил снова и снова. Может что-то случилось?

–Алло, – настороженно произнесла я.

В трубке заверещал знакомый голос моей клиентки.

– Приветик дорогая, извини, что утром приходится звонить, очень нужна твоя помощь.

Я удивленно вскинула брови.

– Помощь? Диана ты о чем говоришь? – спрашиваю я и прислушиваюсь к фоновым шумам. Может они решили посмеяться надо мной. От этих девиц всего можно ожидать. Но в трубке звучал только ее голос.

– Я понимаю, мы сильно обидели тебя! – бархатным голоском начала свою извинительную речь Диана. – Мы сильно виноваты перед тобой. Мне до сих пор стыдно. С Иркой я уже давно не общаюсь. Она меня подставила, как и тебя. Ты просто не представляешь, что это за человек.

– Хорошо я поняла тебя, – прервала ее монолог. – От меня что нужно?

– У моей сестра свадьба завтра, а я безумно хочу, что бы именно ты меня причесала и накрасила. Прошу! Прошу! Прошу! Я щедро заплачу.

Я молча слушала её, пытаясь понять, насколько искренна она.

– Пятьдесят тысяч, тебя устроят?

– Диан, ты смеёшься сейчас надо мной? Пятьдесят тысяч за прическу и макияж, – серьёзным тоном ответила я.

На том конце провода мне сразу был дан ответ.

– Ева я вполне серьёзна. У меня сейчас богатый жених. Так что могу себе позволить. Тем более, лучше мастера, чем ты, я не нашла. Пожалуйста, соглашайся.

Деньги мне действительно были нужны. Неизвестно, какие у меня сложатся отношения с Богданом, а финансовая подушка должна быть всегда.

– Я могу тебе сегодня же перевести деньги, – не унималась Диана, что бы тебе веселей было собираться.

Соглашусь с ней, это предложение действительно греет душу.

– Хорошо Диана я согласна. Напиши мне адрес и время.

Диана еще пару минут меня нахваливала и извинялась, а я в голове крутила как сегодня к моим четыремстам пятидесяти восьми рублям добавятся пятьдесят тысяч. Приятно чувствовать себя девушкой способной самой заработать себе на жизнь.

Диана подтвердила свои серьёзные намерения и спустя пару минут, на мой счет поступила обещанная сумма.

Небольшие сомнения все же царапали мои мысли. Я пролистала ленту на её страничке в социальной сети и не обнаружила ни одной фотографии с Ирой. Хотя они были лучшими подругами более пяти лет.

Следом за пополнением баланса моей карты, пришло сообщение от Богдана:

«Доброе утро Ева. Сегодня навестить Миру не получится. Я улетел по делам». Лёгкий холодок пробежался по моей спине. Я коротко ответила ему: «Хорошо» и поставила улыбающийся смайлик.

Как понимать его слова? Это простое совпадение? Или он вчера получил плату, за моё проживание в этой квартире? Горечь подступила к горлу. Я совершенно не хотела понимать, что Богдан может оказаться обычным «женским ходоком». Время все расставит по своим местам, не нужно настраиваться на худшее, успокаивала я себя.

Достав и большой сумки свой чемоданчик стилиста, я принялась перебирать косметику. Все-таки я давно в него не заглядывала: что-то нужно было докупить, что-то выкинуть. Поглощенная приготовлениями к завтрашней работе, я старалась перенаправить свои мысли в правильное, спокойное состояние. Своё мастерство я хорошо помнила, и поскорее мне хотелось дать волю рукам, но обида всё равно щекотала сердце; и осознание того, что ради денег готова, наступить на свою гордость. То ли мудрее становлюсь и пониманию, что все мы не идеальны и совершаем ошибки, то ли сама не сильно отличаюсь от тех девушек, жизненные принципы которых часто ругала. В любом случае приятно осознавать, что ты не зависишь от кого-то финансово, и имеешь право выбора.

Глава 28

Всю ночь мне снились черные птицы. Они кружили вокруг меня, но не нападали. Я была защищена железной клеткой, прутья которой были накалены до наивысшей точки кипения. Крылатые хищники лишь разгоняли жар внутри моего убежища. Воздух, проникающий в клетку от взмахов их крыльев, не давал мне потерять сознание.

Нервно содрогаясь в постели, я резко подскочила с подушки. Спина была влажная. Я посмотрела в сторону окна и очень удивилась: оно было закрыто. Я никогда не сплю с закрытыми окнами. Мне нужен свежий воздух во время сна; будь то осень или зима. Медленно встав с кровати, я подошла к окну. На небе тоненькой полоской занимался рассвет. Оконные створки будто приклеились к раме. Я тщетно пыталась открыть окно; дергая со всей силы ручку.

– Вот чёрт!

Спустя минуту моих стараний, в окно врезался ворон. Летевший с такой скоростью, что на месте его удара образовалось кровавое пятно с остатками перьев.

Я испуганно отскочила от окна и, схватив пульт от блэкаут штор нажала кнопку.

Смотреть, как останки птицы медленно стекают по моему окну, я не могла.

На часах было половина пятого утра.

Первая мысль, которая возникла, это набрать номер телефона Лео и спросить, что делать в такой ситуации, кому звонить. Но он наверняка спит.

Я снова подошла к окну, отодвинув штору. Ворон или то, что осталось от него аккуратно сползло мне на отлив, и не собиралось падать вниз.

Не успела я поднять глаза от этой картины, как в стекло напротив моего лица влетел еще один ворон. Более крупный. Он не разбился, а только отлетел в сторону. Маленькая трещинка показалась в месте удара.

– Нет, это не к добру, – сказала вслух сама себе.

Взяв телефон и, несмотря на столь раннее время, я позвонила Лео.

Он взял трубку с первого гудка и бодрым голосом ответил:

– Привет, не спится?

– Лео, прости, что звоню так рано, но в моё окно врезаются вороны. Уже двое влетели. На окне трещина. И я не могу открыть окно, что бы помыть его.

– Так Ева, даже не думай открывать его и что-то там мыть. Я позвоню на ресепшен и они пришлют людей.

– Хорошо, я поняла. Просто знаешь, такое совпадение, мне сегодня как раз снились вороны. К чему бы это? – решила я пооткровенничать, что бы меня немного успокоили.

– Не бери в голову Ева. Простое совпадение. Часто вороны летают на этом уровне.

В голосе Лео послышался смешок.

– Что смешного Лео?

– Ничего, прости. Тебя так легко напугать, – Лео снова усмехнулся.

Я почувствовала себя немного глупо. Лучше бы я ему не звонила, а сама сходила на так называемый ресепшен.

– Ладно Лео, еще раз извини, что потревожила. Мне пора собираться. У меня сегодня подработка, – сказала я и сама не поняла, зачем добавила последнюю фразу, он же не спрашивал.

– Конечно, конечно. Собирайся. Не смею отвлекать, – не успела я сказать «пока», как Лео положил трубку.

Странный он какой-то, пусть даже и красавчик.

Мысли мои прервал звонок в дверь. Неужели он уже позвонил, и они успели собраться и прийти. Так быстро?

Я тихо подошла и посмотрела в глазок.

На пороге стояла рыжеволосая девушка в униформе. Она очень напоминала мне, ту медсестру из больницы. Но отличия, всё же были. Эта была без татуировки на шее и чересчур полновата.

– Кто вы? – зачем-то спросила я.

– Мне велено вымыть вам окно, – прозвучал ответ, писклявым голосом, совсем не подходящим такой полной девушке. Я еще раз глянула в глазок.

Она смотрела прямо на меня и улыбалась. Меня кинуло в жар. Не понятное волнение охватило моё тело. Но подумав, что может произойти в столь элитном доме, я открыла дверь.

Глава 29

Уверенным шагом она вошла в квартиру, протянув мне руку для приветствия.

Мы обменялись рукопожатием. Таких ледяных рук, я ещё не трогала.

– В ваше окно влетела птица?

– Да. Только у меня окно не открывается. Заклинило, наверное, – ответила я, показывая рукой, в какую комнату нужно идти.

Девушка сняла свою обувь и, подхватив опущенное на пол ведерко, а также маленький, серый чемоданчик уверенно зашагала в комнату.

Я последовала за ней. Подняв шторы, девушка посмотрела на меня и странно улыбнулась.

– Ева, не беспокойтесь и занимайтесь своими делами. Мне уже приходилось с этим сталкиваться. Уверяю вас, зрелище не из приятных. Лучше на это не смотреть.

– Да, да конечно, – суетливо ответила я, поправляя свои непричесанные волосы. – Мне как раз необходимо уезжать по делам. Как вас зовут, я скажу на ресепшене, что вы занесете ключи.

– Клара, – улыбнулась рыжеволосая.

– Красивое имя. Редкое. А меня Ева. Ну, вы и так знаете, – смущаясь, сказала я, понимая, что нужно оставить девушку и не мешать, ей работать.

Клара ничего не ответила на мой комплимент, только слегка улыбнулась.

Я подхватила свои приготовленные на сегодня вещи и вышла из комнаты, не закрыв плотно за собой дверь. Чувство потери контроля мне никогда не нравилось, тем более присутствие незнакомого человека в моей спальне немного напрягало.

Усевшись на диван в гостиной, я могла слышать, что происходит в моей комнате. Медленно водя кисточкой по лицу, я интуитивно прислушивалась к звукам. Никакой «борьбы» с окном не было. Видимо Клара, действительно знает свою работу. Лишь неразборчивое бормотание доносились из приоткрытой двери. Я всеми силами пыталась понять, что она говорит. Может это песня? Или она тихонько меня материт. Мучаясь любопытством, я подошла ближе.

В комнате наступила полная тишина.

Я открыла дверь посильнее, чтобы увидеть окно. Клары рядом с ним не было.

– Клара вы закончили с окном? – я обозначила голосом своё присутствие, пройдя в центр комнаты.

Тишина.

В ванной комнате тоже никого не оказалось.

– Клара вы где?

Она же не могла выпасть из окна? Внезапно стрельнула мысль в моей голове.

Да, нет, что за бред? Тут же откинула это страшное предположение, но всё же подошла к окну, то бы посмотреть.

Кристально белые стекла пропускали солнечный свет. От птицы не осталось и следа. Я осторожно глянула вниз.

– Проверяете работу?

От неожиданности я подскочила на месте.

– Клара, где ты была? – выпалила я, пытаясь восстановить сбившееся дыхание.

– Где, где? Здесь, – кратко, ответила она и дотронулась до моих волос.

Я невольно отстранилась, но она всё равно тянула свои руки к моим волосам.

– Клара, что ты делаешь? Ненужно меня трогать.

–Какая ты милая, Ева. Жалко тебя.

Клара злорадно улыбалась, почёсывая свою шею. Вместо красных следов от ногтей, проступали синие прожилки.

– Что вы имеете в виду? Почему вам меня жалко?

Понимая, что эти разговоры очень странные, я стала осторожно отходить в сторону двери. Клара медленно следовала за мной.

– Ну, куда же ты? Не беспокойся. Не опоздаешь к Диане.

Я удивленно сдвинула брови.

– Откуда вы знаете про Диану?

– Знаю и всё! – осклабилась Клара и продолжала подходить ко мне вплотную.

– Клара отойди от меня! – Я уперлась руками в её грудь, стараясь увеличить дистанцию между мной и её зловонным дыханием. От неё исходил отвратительный запах, которого я ранее не ощущала.

– Да что, чёрт возьми, происходит? – я со всей силы оттолкнула Клару. Это было сделать совсем не просто. Устойчивость у неё оказалась совсем не женской. Она лишь немного отшатнулась назад. Пользуясь моментом, я выбежала в гостиную за телефоном; он лежал на диване. Но я не успела его поднять. Холодные руки Клары сомкнулись у меня на шее металлическим капканом. По спине пробежал леденящий холод. Пытаясь разжать её тиски, я лишь теряла силу. Я чувствовала, как мои глаза омывает кровь. Не в силах больше сопротивляться, моё тело сдалось.

Плен.

– Просыпайся! – слышу сквозь дремоту.

Не успела я открыть глаза, как мою щеку обжег сильный шлепок. Я резко подняла голову, пытаясь понять, где нахожусь и кто меня ударил.

В глазах двоилось. Гул в ушах будто сверлил мне мозг.

– Ну, наконец-то! – склонилась надо мной рыжеволосая девушка. – Я уже подумала, что перестаралась. Хозяйка будет довольна!

– Клара, где мы? – с трудом произнесла я, пытаясь встать с пола. Меня сильно шатало.

– Куда ты собралась? – крикнула Клара и толкнула меня в плечо. Я упала на пол и ударилась головой о стоящий рядом металлический стул. По затылку потекли теплые капли крови.

– Что тебе от меня нужно? – простонала я, трогая рану.

Клара усмехнулась.

– Лично мне ничего. А вот хозяйка на тебя очень зла. Иначе не стала бы нарушать кодекс и причинять вред человеку.

– Какая хозяйка? Чья хозяйка?

– Немного терпения дорогая. Скоро ты с ней познакомишься. Вернее ты её знаешь. Но раскроется она для тебя с неожиданной стороны.

Комната, где мы находились, выглядела очень мрачно. Может это и не комната вовсе, какого либо дома или квартиры, а место где держали пленников. Обшарпанные обои и выцветшая мебель усиливали гнетущую атмосферу. Кроме металлической кровати и двух стульев в комнате ничего не было. Один стул был припаян к железному полу, к которому также были вмонтированы крупные, покрытые ржавчиной цепи.

– Зачем ты меня сюда привезла? Что я тебе сделала? – взмолилась я. Страх полностью завладел моим сознанием.

Карла нахмурила брови и огрызнулась:

– Заткнись! Надоела уже! Сколько можно…

Не успела она договорить, как в комнату вошла моя бывшая начальница. Ирма уверенно вошла в комнату, смерив меня своим полным презрения взглядом.

Выглядела она не как обычно. Некогда стильная и свежая не по годам женщина была похожа на человека отягощенного опасной болезнью. Отекшее лицо и землистый оттенок кожи, просто «кричали» о том, что у неё серьёзные проблемы со здоровьем.

Ирма посмотрела на Клару и кивком головы показала ей на дверь. Девушка не говоря не слово, послушно вышла из комнаты. Мы остались наедине.

Я по-прежнему сидела на холодном полу. На моём затылке запеклась кровь от падения. Голова просто раскалывалась. Но страшнее всего было находиться с Ирмой один на один.

– Ну, здравствуй моя невинная принцесса, – осклабилась она и присела рядом со мной на пол.

Я молча смотрела на неё и слушала.

– Как я ждала этой встречи. До меня дошли слухи, что ты сделалась подружкой Миры.

Ирма вопросительно посмотрела на меня, ожидая получить ответ. Но я молчала. От страха и нервов меня начало трясти. Тело покрылось холодным потом. Становилось холодно.

– Не хочешь, не отвечай, – медленно протянула она. – В любом случае, это уже не имеет никакого значения. Я даже благодарна ей. Информацию она слила, добавив хозяину неприятностей. Я надеюсь, ты уже успела распространить сплетню. Чем больше людей знают наш маленький секрет, тем лучше для меня.

– Я никому ничего не говорила, – сказала я, едва сдерживая злость. Мне хотелось броситься на неё, но рассказ Миры меня образумил. Я понимала, кто передо мной сидит. И что силы наши не равны.

– Одного понять не могу: откуда столько злости на меня? Из-за работы? Из-за Артема? Вы же понимаете, что похитили человека? Меня будут искать. Тем более я рассказала всё Богдану Владимировичу.

Ирма залилась смехом. Её рот исказился в неестественной форме.

– А говоришь, что никому ничего не говорила! Врушка!

Ирма подсела ко мне ещё ближе, тем самым заставив меня сдвинуться подальше в угол. Её зловонное дыхание, отравляло и без того спертый воздух в комнате. Повеяло подвальной сыростью.

– Ева посмотри на меня, – сказала Ирма и начала снимать с себя черную водолазку. Её кожа на животе и груди были черного цвета и напоминали что-то вроде змеиной чешуи. – Как тебе? Нравится такой арт?

После крыльев Миры и летающих мужиков, змеиная кожа Ирмы меня не сильно удивила.

– Я знаю кто вы, – спокойно сказала я, не отводя от неё глаз. – Что вам от меня нужно?

Ирму моё спокойствие взбесило. Её лицо исказилось звериным оскалом. Она молниеносно, не вставая с пола, отскочила от меня в противоположную сторону.

Неожиданно, сверху раздался резкий хлопок, и запахло палёным. Я подняла голову: оказывается, лопнула одиночная лампа на потолке. Помещение погрузилось во тьму.

Сердце бешено колотилось и казалось, что сейчас выскочит из груди. Я в ужасе сидела на полу, боясь пошевелиться. Ирма тоже притихла. Нужно было срочно выбираться из этого помещения и звать на помощь.

Когда глаза привыкли к темноте, я стала медленно вставать с пола. Где находилась дверь, я помнила. И то, что её не закрыли на замок, тоже.

– Моя наивная девочка, – голос Ирмы нарушил тишину. – Неужели ты думаешь, что так легко можешь сбежать? Да, дверь не заперта, но ты вряд ли сможешь переступить её порог…

«А я попробую», пронеслось у меня в голове и, поняв, что Ирма находится на противоположной стороне от двери, я ринулась к выходу.

Выбежав из комнаты, я оказалась в темном, еще более холодном помещении. За дверью раздался дикий смех Ирмы.

Сделав несколько шагов, я споткнулась о металлическую цепь и упала.

На полу валялись маленькие стекляшки, которые больно впились в мои ладони. Я встала и, нащупав стену, стала искать еще одну дверь.

– Зря стараешься, – крикнула Ирма, – отсюда нет выхода. Так же как и входа.

Дверь настежь открылась и громко ударилась о стену. От неожиданности я дёрнулась. Но шагов не было слышно. Лишь тяжелое ерзанье по полу.

– Знаешь, что самое страшное для человека? – голос Ирмы прозвучал у меня над головой. Я резко обернулась, дотронувшись рукой до её тела. Она стояла очень близко.

– Смерть?

Комната снова наполнилась зловещим смехом. Её смех звучал по разным сторонам от меня. Она будто кружилась вокруг. Вдруг в метре над моей головой засветились зеленые глаза Ирмы, лишь на мгновение, осветив её обезображенное черными прожилками лицо.

– Неет! – прошипела она. – Самое страшное – лишится рассудка.

– У тебя ничего не выйдет! Я тебя и тебе подобных тварей, не боюсь!

– Какая же ты всё-таки глупая! С этого дня, каждый раз, когда ты будешь находить выход из этой комнаты, ты будешь попадать в неё же. Тебя никто здесь не найдёт. Потому что её не существует. Она только в твоём и моём сознании. Каждый раз обретая надежду на спасение, ты будешь терять её. И так до конца твоих дней.

– Я тебе не верю! – закричала я и, упершись о стол, схватила с него железную кружку, кинула в сторону Ирмы. С грохотом, кружка ударилась о бетонную стену.

Я не могла и не хотела ей верить. Она просто запугивает меня. Не могу я быть в её сознании.

А если могу? Моё и без того замершее тело, обдало холодным потом. Как теперь выбираться?

Она кружилась вокруг меня и смеялась. В комнате стояла кромешная темень. Я вытянула руки, что бы схватить Ирму. Страх сменился дикой яростью. Я не собиралась мириться с происходящим.

Ирма то заливалась смехом, то что-то шептала. Она проговаривала слова на неизвестном мне языке. Кровь стыла в жилах от этих «заклинаний».

В этот момент в стороне, где находилась дверь, послышались тяжелые шаги. Потом хлопок и яркая вспышка света. Я закрыла ладонями лицо, чтобы не ослепнуть.

– Где тебя черти носят? – выругалась Ирма.

Как только вспышка угасла, на стенах зажглись бра. Передо мной стояла Лорэна и Ирма, уверенно держащаяся на огромном, змеином хвосте.

Глава 30

Лорэна испуганно посмотрела на меня потом на Ирму. Видно было, что она очень нервничает. Озирается на дверь.

– Я думала, ты с ней уже покончила? – прошипела Лорэна, оглядываясь на меня.

Ирма хмыкнула и злорадно улыбнулась.

– О! Это было бы слишком просто.

Лорэна закрыла рукой рот и покачала головой.

– Ирма ты меня подставляешь! Я очень рискую, находясь здесь! – негодовала Лорэна.

– Хватит ныть! – выпалила Ирма, блеснув своими огненно-зелёными глазами. – Надоела! Неужели ты и правда думала, что мне нужна помощь в ликвидации тела? Да я её проглочу за секунды! Моя жизнь обречена. И сегодня на двух фемаров станет меньше.

Лорэна кинула на Ирму полный отчаяния взгляд.

– Как ты могла? Я же считала тебя подругой.

Ирма сделав пару кругов вокруг Лорэны язвительно заявила.

– Ну, во-первых никогда не верь змеям, а во-вторых, в твоём случае и самое главное, хозяин всё равно тебя бы уничтожил за свою любимую.

В комнате наступила тишина. И без того тяжелая атмосфера в помещении дополнилась бешенным сердечным ритмом Лорэны. К моему удивлению я его слышала, и первый раз в жизни почувствовала страх другого человека.

– Гадюка? – крикнула Лорэна и кинулась на Ирму. Её тело за секунды вытянулось почти на метр. Шея тоже стала длиннее и окрасилась в синий цвет. Лорэна и так была высокой девушкой, а с этой прибавкой она чуть ли не упиралась в потолок. За спиной у неё распахнулись голубые крылья. Лицо её исказилось: нос сильно вытянулся и увеличился в размерах, слышно было, как он трансформируется в подобие клюва. Губы практически исчезли. Большие полные бешенства глаза смотрели на Ирму.

Лорэна прыгала на Ирму пытаясь укусить её, но та с лёгкостью скользила по комнате, смеясь над ней. Поднялась сильнейшая пыль. Нечем было дышать, и видимость стремилась к нулю. Лишь огоньки глаз выдавали их расположение. Им сейчас было не до меня.

Не теряя времени зря, едва дыша я по стеночке стала пробираться к выходу. Их сора была мне на руку.

Вдруг меня кто-то схватил за волосы.

– Далеко собралась? – взревела Ирма. – Еще не время!

– Отпусти её! – неожиданно заступилась за меня Лорэна. – И он пощадит нас. Ты же говорила, что она лично тебе жизнь испортила! Да как ты вообще осмелилась покуситься на её жизнь, зная его тайну? Я тебе не позволю этого сделать.

– Поздно! Очень поздно! – злорадствовала Ирма, он скоро будет здесь. Я ему уже кинула весточку.

Лорэна полностью раскрыла свои крылья и одним крылом с огромной силой ударила по стене. Кирпичи полетели в разные стороны. Образовалась темная дыра в стене.

Ирма бросилась на неё и обвила её своим длинным змеиным хвостом.

– Беги Ева! – кричала она. – Там нет морока!

Не успела я и шага сделать, как руки Ирмы, ровно, как и ноги вытянулись в два длинных хвоста и потянулись ко мне.

Я бегала от них по комнате пытаясь увернуться. Ирма всеми силами не давала мне приблизиться к этому проёму.

На полу трепыхалась Лорэна в сильных, змеиных тисках.

В комнате стояло два металлических стула; один из которых был прикован к полу металлической цепью. Второй очень тяжелый. Но я его подняла и кинула прямо в голову Ирме; она немного ослабила хватку и резким движением крыльев Лорэна выскочила из её плена.

Пока Ирма приходила в себя Лорэна схватила меня за руку, и мы ринулись к выходу. Но не успели.

Из разбитой стены навстречу к вам вошел огромного размера то ли человек, то ли животное.

Спокойной поступью он перешагнул через валяющийся стул. Лорэна и Ирма сели на пол и склонили головы.

Я поняла, что передо мной их Хозяин.

Глава 31

От неожиданности я сделала несколько шагов назад и уперлась в стену.

Хозяин посмотрел на меня в упор. Не произнося не слова. В комнате наступила давящая тишина. Лорэна и Ирма оставались неподвижными на своих местах.

Я мысленно попрощалась с жизнью.

Хозяин сделал шаг в мою сторону и пол под ним покрылся трещинами. Маленький светильник, едва выполняющий свою задачу, позволил мне рассмотреть его. Огромная черная фигура, наполовину покрытая змеиной кожей, наполовину шерстью приближалась ко мне. Одежды на нём не было. Густая шерсть полностью покрывала тело ниже пояса, оголяя только стопы, которые были то ли в грязи, то ли в черной смоле.

– Прошу вас дайте мне уйти! – умоляла я. – Я никому ничего не скажу. Сотрите мне память, но не убивайте. Я ничего плохого никому…

Не успела я договорить, как на меня бросилась Ирма, сверкнув длинными клыками. Хозяин успел её схватить за шею. Она извивалась и старалась выбраться из его тисков. Она задыхалась и не могла произнести не слова.

– Хозяин помилуйте! – взмолилась Лорэна и еще ниже опустила голову перед ним. – Она обезумила! Она слишком долго живёт среди людей. Отправьте её домой на лечение. Вы же знаете, Ирма вам служила всю свою жизнь. Простите ей эту выходку.

Хозяин молча отбросил её в сторону.

Ирма упала на пол, жадно заглатывая воздух после удушья.

Хозяин снова посмотрел на меня и указал на выход в стене.

– Я могу идти? – не смело прошептала я.

Лорэна не поднимая на меня глаз, стала кивать головой.

Я медленно отошла от стены и старалась не смотреть на хозяина, направилась в сторону проёма в стене.

Пол под моими ногами стал трещать и я почувствовала, как мне очень тяжело передвигать ноги.

Ирма хрипло рассмеялась.

– Уходи быстрее! – выкрикнула Лорэна. – Не оглядывайся! Но я будто приросла к полу. Никогда я не чувствовала такую тяжесть в ногах.

– Я не могу! Тело меня не слушается!

Хозяин снова схватил Ирму и бросил в стену. Кирпичная стена от мощного удара стала обваливаться. Ирма упала на пол без сознания.

На несколько секунд магические путы, сковавшие мои ноги перестали меня держать и я смогла сделать пару шагов. Но так и не дошла до стены. Всё повторилось.

– Пока я жива, ты отсюда не выберешься! – сплёвывая кровь, сказала Ирма. – А я буду жива! Он не убьёт меня при тебе. Ирма осклабилась и попыталась встать на ноги.

– Что же ты молчишь великий Брамусгор? Почему не говоришь ни слова? Сегодня тебе придется нарушить Кодекс, который мы с тобой составляли. Твою тайну знаю не только я, но и Лорэна, и этот недотёпа Айк. Осталось только выбрать, на чьей ты стороне. Готов ли ты принести в жертву троих своих подданных ради этой.

Ирма кивнула в мою сторону. Я непонимающе опустила глаза.

– Не тебе ставить меня перед выбором.

От неожиданности услышанного я содрогнулась. Хозяин заговорил.

Под грубым, слегка хрипловатым тоном слышался знакомый голос. Пока я вспоминала, Ирма обратилась ко мне.

– Да Ева, ты права. Нашего хозяина ты тоже очень хорошо знаешь. Даже очень хорошо. Жалко, что вашему дальнейшему общению не суждено быть.

Тяжесть с моих ног резко ушла и я, наконец, смогла выбраться из этой комнаты.

Не став дослушивать безумные речи Ирмы я ринулась по темному коридору. Лишь свет луну проникающий через разбитые стекла окон подсказывал мне путь. Я бежала, не оглядываясь и ни о чём не думая. Очень надеялась, что это не очередной морок.

Коридор вывел меня в лес. Я обернулась и не поверила своим глазам: позади был тоже лес. Никаких зданий и сооружений не было. От этого стало еще страшнее.

Я побежала вперед.

Пробираясь между мокрых кустарников я сильно царапала ноги. Но эта боль не могла сравниться со страхом который я испытала наедине с Ирмой.

Высокие деревья практически полностью заволокли небо. Я шла на ощупь. Свет луны не проступал через листву.

Неподалёку послышался волчий вой. Холодный пот пробежался по моей спине.

В лесах окружающих наш город не водится волков. Тогда где же я? Путаные мысли захватили мою голову. По ногам текла кровь. От этого становилось еще холодней.

Вой приближался всё ближе и ближе. Бежать дальше не было смысла. Запах крови и треск под ногами очень сильно выдаёт меня. Мне ничего не оставалось делать, как попытаться взобраться на дерево.

Но как назло, все деревья были с гладкими, высокими стволами. Не за что было зацепиться. Я безуспешно старалась залезть повыше. Но силы меня покидали. Я падала на землю. Кожа на ногах безжалостно была расцарапана и очень сильно жгла. На мгновение захотелось просто упасть и лежать на мокрой земле ждать своего часа. Потом осознание и жажда к жизни возвращалась, и я снова и снова повторяла свои попытки. Пока отчетливо не услышала разъярённое дыхание за своей спиной.

Цепенея от страха, я с трудом могла дышать. Мне стало не хватать кислорода. Неужели это конец, думала я. Из одной ловушки в другую.

Где-то сверху запахло затхлостью и сыростью. Мне на плечо упало пару капель густой жидкости, похожей на слизь. Я осторожно подняла глаза наверх, стараясь как можно меньше двигать головой. На меня смотрели огненно-красные глаза.

Волки сделали пару шагов назад от меня и стали скалиться еще более ожесточенно.

Не выдержав накала, самый крупный волк рванул ко мне. Но не успел приземлиться на землю. Черный силуэт с горящими глазами сбил его и откинул очень далеко. Остальная стая кинулась на него. Но их постигла та же участь.

Я наблюдала за этой картиной, хотя понимала, что нужно бежать. Неизвестно, что ждёт меня.

Пока это черное, разъярённое месиво из клыков и шерсти отчаянно билось, я ринулась бежать, не обращая внимания на боль и жжение в ногах.

Я неслась из-за всех сил, лишь иногда оглядываясь. Отбежав на расстояние, на котором неслышно было волчьего воя, я остановилась и снова стала осматривать деревья. В них я видела своё спасение, что бы пережить эту ночь.

– Ева.

Послышался из-за спины знакомый голос.

Я судорожно оглянулась, но никого не увидела.

– Не бойся.

Неожиданно, прямо передо мной возник высокий, черный силуэт. Лица его я не могла разглядеть.

– Ева это Айк.

Я облегченно вздохнула.

– Айк я видела Хозяина! Зачем я ему? Ирма хочет убить меня! – тараторила я, жадно заглатывая воздух.

– Тише Ева. Знаю. Я хочу тебе помочь. Давай поговорим позже!

Айк схватил меня в охапку и оттолкнулся от земли. Но не успел он и на метр подняться, как его в спину сильно ударили; нас отбросило в сторону.

Я упала на мокрую листву. Айк накрыл меня крыльями. Не произнося не звука, кто-то снова ударил Айка и как котёнка схватив за шкирку, откинул очень далеко. Айк истошно крикнул.

В темноте ко мне приблизилось тяжелое дыхание. На мгновение вспыхнули огненно-красные глаза и погасли.

Я почувствовала тепло по всей коже. Хотела приподняться, но моё тело стало тяжелым и не подчинялось мне, будто я под действием наркоза. Чьи-то холодные руки подняли меня с земли. Необычайной свежестью наполнился воздух. Стало легче дышать. Я погрузилась в сон.

Глава 32

Я приходила в себя медленно. Открыв глаза, не могла понять, где я нахожусь; окружение было размытым и не знакомым. Шум в ушах просто раскалывал мою голову пополам. Упёршись обессиленными руками о диван, я с трудом поднялась и снова рухнула на подушку.

– Ну, наконец-то! – раздался знакомый, мужской голос где-то из-за спины. – Я уже думал будить тебя поцелуем.

– Лео это ты? Где я? – Лежала я пластом на диване и пыталась сфокусировать свой взгляд хоть на каком-то предмете.

– Конечно я, а кто же еще? У меня дома.

Он подошел ко мне и, взяв мою руку, присел на корточки. Резкость зрения ко мне вернулась и смогла его рассмотреть.

– Малышка, как же так вышло? Зачем ты вообще пошла в лес с этим Артёмом? Твои подружки мне сказали, что вы расстались.

Лео уставился на меня, не отводя взгляда. Ладони его были почему-то холодными. За лёгкой улыбкой, он пытался скрыть своё напряжение, но интуиция мне подсказывала, что он чего-то боится. От этого становилось не по себе.

– Лео я не встречалась с Артёмом. Мы вообще никогда не были парой. Меня похитили и хотели убить, эти жив…

Я осеклась и, освободив свою руку, полностью села на диван. Я совсем запуталась и уже не понимала, кому я могу верить, а кому нет.

– Не понял. Кто хотел тебя убить? Кому это нужно?

– Лео лучше не спрашивай. Всё равно ты мне не поверишь. А подвергать и тебя опасности я не хочу.

Выражение лица Лео, снова стало серьезным и беспокойным. Он молча встал с дивана и протянул мне руку, предлагая встать.

– Пойдем чайку попьём. Ты мне всё подробно расскажешь. В глазах Лео сверкну живой интерес к моим загадочным похитителям.

Пока Лео заваривал чай, и раз за разом хлопал дверцей холодильника, забывая что-либо достать, я рассматривала его кухню-гостиную.

Ничего особенного в ней не было, обычная холостяцкая кухня. Интерьер выдержан в светло-серых тонах. Сама мебель была без ручек и открывалась с помощью нажатия на дверцу. Вся посуда и кухонная техника была спрятана в шкафы. В общем, делать уборку здесь очень легко.

– Ты с сахаром чай пьешь? – привлёк моё внимание Лео.

– Да, если можно, – смущенно ответила я, наблюдая, как он хлопочет.

– Отлично! Осталось только найти где он стоит. Столько шкафов и все не прозрачные. Я редко кладу в чай сахар, поэтому не помню, где он стоит.

Лео стал открывать все дверцы и бегло просматривать содержимое.

– Давай я тебе помогу. Всё равно сижу без дела.

Лео одобрительно кивнул и в этот момент зазвонил его телефон, чем меня очень напугал. Я дернулась от неожиданности.

Лео вышел ответить на звонок, а я по-хозяйски продолжила поиски.

Столько банок-склянок и ни в одной нет сахара, попричитала я про себя заглядывая в каждую из них.

Открыв верхний шкафчик, обнаружила внутри коробочку металлическую, размерами не больше той в которой продают листовой чай.

Может здесь? Подумала я и, приоткрыв её, потрогала содержимое. Это была явно не сахарница, а что-то похожее на тоненькие, стеклянные пробирки. Нащупав крышечку, я вынула одну из них. Я не поверила своим глазам. Это были медицинские пробирки с кровью. Или с чем-то, что очень похоже на кровь. Слушая, как Лео разговаривает в другой комнате, я аккуратно достала коробку. Там стояло примерно тридцать пробирок; они были датированы и пронумерованы. Мою шею обдало холодом и руки обдало холодным потом.

– Любопытной Варваре…, – прошептал мне на ухо Лео, тем самым, чуть ли не довёл меня до обморока, от неожиданности.

– Мне просто не видно было, что там внутри, вот я и достала. Думала сахар, – с каждым словом я понижала тон.

Лео взял коробку и поставил обратно в шкаф.

– Значит, будем пить без сахара. Хватит на сегодня с поисками.

Я послушно кивнула и села за стол.

– Я не знала, что ты связан с медициной, – начала я его подталкивать на откровения.

Лео усмехнулся.

– Я и не связан, – коротко ответил он и переменил тему разговора, подвинув ко мне тарелочку с сыром. – Ну так, что расскажешь мне свои историю? Как тебя занесло в лес.

– Последнее, что я помню, так это то, что мне мыли окно, в квартире Богдана Владимировича, потом темнота и я в плену в каком-то подземелье среди не обычных похитительниц.

Я замолчала, наблюдая, как реагирует на мой рассказ Лео. Он внимательно слушал.

– Похитительниц? Это были женщины?

– Да. Только не такие, к каким все привыкли.

Лео заинтригованно сдвинул брови.

– Эти женщины наполовину животные. Вернее они могут в них трансформироваться, только не полностью, а когда им это необходимо.

Я немного помолчала. Лео тоже ничего не говорил, лишь помешивал чай. Видя, что он не смеётся, я продолжила.

– Эти особи-фемары. Так они себя называют. Они с другой планеты, но хотят жить на нашей.

– И какие это животные? – он спросил и тут же ответил, кинув взгляд на дверной проём, разделяющий гостиную и кухню. – Как эта?

Там стояла Ирма.

Я с трудом её узнала. Из неё будто высосали всю кровь. Кожа её переходила из бледно-синего в фиолетово-зелёный оттенок. У неё явно не хватало килограммов десять. Объём ушел со всех частей тела. Волосы пестрили холодной сединой. Перед нами предстала, будто девяностолетняя женщина.

От страха у меня бешено колотилось сердце.

Я смотрела то на Ирму, то на Лео.

– Лео, что происходит? Вы с ней заодно?

Лео не обращая на меня внимания, обошел стол и направился к Ирме.

– Потрепал он тебя, – сказал он, подавая ей руку. – Но это мы сейчас исправим.

Лео бросил на меня обжигающий взгляд.

Он провел её к столу и отодвинул стул. Я не стала дожидаться каких-то слов, а ринулась к дверям.

Не успев открыть входную дверь, передо мной возник Лео, как по волшебству.

Дрожащим голосом я произнесла:

– Ты что один из них?!

– Я лучше, – осклабился он, – но своих сестёр я обиду не дам. Ты спрашивала, медик ли я! Отвечаю: нет. Я тот, кто пользуется вашими ресурсами, вашей жизнью. Нам как раз нужно пополнить свои запасы.

Лео больно схватил меня за подбородок и впился пальцами в кожу.

– Тащи эту овцу сюда! – скомандовала Ирма. – Меня мучает жажда, да и силы уже на исходе. Я её опустошу так же, как он распотрошил меня.

Я попыталась крикнуть, но Лео грубо толкнул меня на пол. Я упала и ударилась об диван. Сразу почувствовала, как теплый ручеёк крови побежал по моему виску.

Ирма встала со стула, сделала шаг навстречу ко мне, и у неё отвалилось ухо. Просто за секунду! Будто она из песка. Ухо упало на пол и рассыпалось, как пепел.

От увиденного я опешила. Из-за всех сил сопротивлялась, пока Лео заталкивал меня в комнату.

Ирма стояла на том же месте и ждала меня. Обезумевшие от ярости глаза её наполнились кровью.

Глава 33

– Что ты с ней возишься?! Кидай сюда, – хриплым, почти неузнаваемым голосом сказала Ирма.

Лео снова схватил меня и отбросил к ногам Ирмы. С грохотом я упала на пол и рассекла себе рану на голове еще сильнее. В ту же секунду на меня посыпались миллионы острых стекляшек. Кто-то врезался в окно. Ирму волной отбросило в сторону. Я только и успела закрыть лицо руками и свернуться клубком.

Это был Айк.

Его распахнутые, чёрные крылья упирались в стены кухни. Ирма что-то крикнула на не понятном мне языке. Лео ринулся к тому шкафу, где стояли пробирки. Я испуганно подняла голову, боясь пошевелиться.

– Отойди оттуда, – крикнул Айк, – не смей ничего трогать!

Айк сомкнул крылья и в одно мгновение оказался лицом к лицу с Лео.

– Не мешайся, – толкнул его в плечо и стал доставать коробку. Айк выхватил её и отбросил в разбитое окно.

Лео с ужасом в глазах побежал к окну.

Ирма закричала диким криком.

– Ты понимаешь, что это вакцина Хозяина? Ты скинул их с двенадцатого этажа. Тебе же конец пернатый! Ты это понимаешь? Зачем тебе вообще её защищать?

– Потому что от людей вы берете не только пользу, но и учитесь лжи.

Я не верила своим глазам – передо мной стоял Богдан.

– Богдан Владимирович, они хотят меня убить! Помогите, – жадно заглатывая воздух, тараторила я. – Это они! Они! Помните, я вам говорила? Мира! Они как Мира! Я подскочила и встала у него за спиной.

– Ева уходи отсюда. Я разберусь.

– Лео не отпускай её, – крикнула Ирма, – она нужна нам! Не дай ей уйти.

Богдан кинул на меня суровый взгляд. Я выскочила за дверь.

Практически добежав до лифта, мне вдруг пронзила одна мысль: что значат его слова? Он так сказал, будто знает для него это не новость и он давно с ними знаком. Меня как током прошибло.

Я обернулась и посмотрела на дверь. Тишина. Никакой возни и громких криков не было.

Любопытство взяло верх и я тихо зашагала обратно. В голове куча вопросов: зачем я Ирме и почему ей постоянно кто-то мешает, будто защищает меня. Может, настало время всё прояснить и перестать бегать.

Не дыша, я приоткрыла дверь. Потом еще сильней. Набравшись смелости, я вошла в квартиру. Она оказалась пустой.

Но как такое? может быть, подумала я, оглядываясь. Ладно, эти фемары могут летать, а Богдан и Лео. Что с ними стало? Неужели Ирма их погубила.

Я осторожно прошла на кухню и ужаснулась.

На полу валялась груда серого праха смешанного с одеждой Ирмы. Ветер с разбитого окна медленно поднимал серую, плотную взвесь и разносил по комнате. Я, закрыв нос ладонью, выбежала из кухни.

Ирма, неужели это ты? Кто мог с тобой такое сделать? И что мне теперь делать? Куча вопросов и ни одного ответа.

От перенапряжения рана на виске, снова начала кровоточить. Я не могла идти по улице в таком виде. Забежав в ванну, стала оттирать кровь.

Неожиданно, послышались чьи-то разговоры, по всей вероятности на той самой кухне. Я приросла ухом к двери. Не решалась её открыть.

– Ирма сама виновата, – говорил гнусавый женский голос, – она постоянно испытывала терпение хозяина. Думала её все дозволено, раз она с ним одного вида.

– Согласна с тобой, – отвечал второй более низкий, но тоже женский голос. – И другим уроком будет. Лорэне повезло больше. Она сейчас летит назад на Цереру. Чем так Ирма разозлила хозяина, что до такого дошло?

– Не знаю чем именно, но по всем признакам причина очень серьезная, раз хозяин уничтожил себе подобную. Нарушил кодекс, который сам и утвердил.

– Ну всё здесь чисто. Не песчинки от Ирмы не осталось. Кидай клич, пусть летят стражники, напускают морок и штопают окно.

Я слушала и боялась дышать. Снова поднялись в сознании все мои вопросы на которые я пока не знаю ответов.

Глава 34.

Голоса в комнате смолкли, нужно было убираться с этой квартиры как можно скорее. Неизвестно, где будут рыскать стражники. Меня они встретить здесь не должны.

Но я опоздала.

Не успела надавить на металлическую ручку, как дверь сама открылась.

На меня сверху смотрел высокий, мускулистый, лысый мужик. Лицо сильно напоминало морду гориллы.

Он поднял правую руку, ладонь развернул ко мне и сказал что-то на своём языке. Ирма говорила на похожем.

Из-за его спины вышло две женщины с синими шеями; одна из них – Лорэна.

– Не думала, что после всего, что было, тебя легко можно найти. Как там у вас говориться: «На ловца и зверь бежит».

– Ирма тебя же отправили на Цереру, – уверенно сказала я, глядя прямо ей в глаза. Блефуя, я могла выиграть время. Не знаю, как это у них происходит, но закономерность я усвоила хорошо: кому-то нужна моя жизнь, а не смерть, нужно только время. – Хозяин пожалел тебя, а Ирма предала его и он нарушил кодекс. Неужели ты хочешь, что бы и тебя он стёр в порошек? Стражники уже летят сюда. Хозяин не даст меня в обиду.

Громила спокойным, грубым тоном стал ей что-то говорить. Единственное слово, какое я разобрала – Церера.

– Да Церера, – зачем-то сказала я. – Хозяин будет здесь с минуты на минуты.

Лицо Лорэны вспыхнуло одним большим багровым пятном. Видно было, что этой встречи они не хотят.

Я попыталась выйти из ванной комнаты, но он этого не позволил.

– Кто тебе рассказал о Церере?

Я продолжала сохранять спокойствие и уверенность в своей безопасности, хотя сердце просто вырывалось из груди.

– Сам хозяин и сказал, – соврала я.

– Как его имя? – вдруг заговорил великан на понятном мне языке, делая шаг назад.

Я напротив, пользуясь моментом, вышла из комнаты.

– Брамусгор! – величественно произнесла я. – Хозяин садов и единокровный первородный правитель. Выпалила, что когда-либо слышала.

– Зачем ты ему? – теперь говорил со мной великан.

Тут-то я и «присела». Действительно, зачем я ему? Зачем я так сказала? Тут я могу не угадать?

– Это великая тайна. И я не могу её вам говорить. Тем более он скоро будет здесь. Уже летит, – подытожила я, а сама думаю, как же могут быть доверчивы сильные мира сего, если кото-то бояться.

Лорэна зло усмехнулась и приподняла брови.

– Летит?

– Да летит! Ваш хозяин – змей, как и Ирма, разве я не права. А летает он потому, что всемогущий.

Лорэна недоверчиво посмотрела на меня.

– Как его зовут среди людей?

Вопрос меня застал врасплох.

– Хозяин с людьми общается, только в человеческом обличие. Ты тогда должна его знать.

Я молчала и смотрела на них.

– Не знаешь ты его, – сказала Лорэна, – забирайте её, король будет доволен. Наконец-то нашли управу на этого гада.

Громила схватил меня за руку, а вторая девушка занесла над моей головой шприц и попыталась уколоть, но её отбросило как теннисный мячик.

– Я же сказал тебе уходить!

Глава 35

Всё произошло настолько быстро, что я не поняла, кто откинул девушку. Но потом застыла и, уставившись перед собой, не могла поверить своим глазам.

Богдан пристально смотрел на меня. Этот взгляд мне не нравился.

Лорена и её приспешники присели на одно колено и опустили головы. Лишь громила как-то подозрительно и украдкой поглядывал исподлобья. Руки его были сжаты в напряженные кулаки.

Девушка со шприцом лежала на полу без сознания. Удар был настолько сильным, что она повредила голову и рядом с её лицом образовалась ярко-алая лужа крови.

Но никого из присутствующих не волновала её жизнь.

Богдан больно схватил меня за руку и силой вытолкнул в гостиную.

– Отпусти меня мне больно!

– Теперь мне понятно, почему ты постоянно попадаешь в неприятности. Ты постоянно суешь нос в чужие дела, – грубо сказал он.

– Какие дела? В коридоре лежи девушка с «пробитой головой», нужно немедленно вызвать скорую, а не меня отчитывать.

Богдан смотрел на меня как на врага. Лицо его сделалось бледным и как будто увеличилось в размерах.

– Это не твоя забота! Уходи немедленно отсюда!

Голос его стал не узнаваемым: хриплый и очень грубый.

– Ты один из них?

Прямо спросила я, не отводя от него взгляда.

Этим вопросом я не смутила Богдана. Напротив, судя по его лицу, он даже немного расслабился. Но не успел он и слова сказать, как из-за его спины показалась рука громилы и всадила в шею Богдана тот самый шприц. Ни одна мышца не дрогнула на его лице. Он молча повернулся и сжал в своей руке крепкую шею своего обидчика. Тот корчился от боли и задыхался. Он не мог произнести не слова.

– Оставь его! Ты же задушишь его!

Крикнула я, а потом, подбежав, схватила Богдана за руку. Он освободил из своих оков обессиленную жертву. Длинные ногти, которые всё это время были в шее громилы, молниеносно зашли снова в пальцы.

Сомнений больше не было. Богдан тоже фемар.

Громила рухнул на пол, истекая кровью.

– Я не хотел, что бы ты все это видела, – спокойным тоном сказал Богдан.

Я схватила на кухне полотенце и, подбежав к громиле, приложила к его шее.

– Я всё о вас знаю! Но это сейчас не главное! Нужно спасти этих людей, слышишь?

– Это не люди, – хладнокровно ответил Богдан. Он не выражал никаких эмоций. У меня же тряслись руки от страха и от осознания того, что любимый человек может так легко уничтожать себе подобных.

– Им нельзя в больницу. И я никого не хотел убивать. Мне нужна была только информация.

Раны на шее фемара на моих глазах стали затягиваться.

Неожиданно из ванной комнаты выпорхнула та самая девушка, которая лежала в луже крови. Она как паук, своими конечностями прилипала к потолку, сделав пару хаотичных кругов, зависла надо мной. Её голова развернулась так, будто она и не висит вверх ногами. Жуткое зрелище.

Следом за ней появились Лорэна и вторая рыжеволосая девушка.

Паучиха злорадно улыбалась, не обращая никакого внимания на Богдана. Вдруг из её рта показалась маленькая трубочка, черного цвета. И через секунду она плюнула в меня чем-то едким и горячим. Богдан резко дернулся в мою сторону, но было уже поздно. Эта жидкость, подобно кислоте разъедала мою кожу на лице. Острая боль прожгла мои нервы. Я истошно кричала, трогая своё лицо. Руки от прикосновения, тоже стали облазить. Взгляд помутнел, в ушах стоял оглушительный гул. Сквозь слёзы и туман в глазах, я могла различить как передо мной, там где стоял Богдан вырос кто-то очень большой не человеческих размеров. Потом в разные стороны летали какие-то темные пятна. Стоял дикий рёв и звериное рычание. Но мне было уже всё равно.

На месте моих скул прощупывалось что-то твердое и слизкое. Боль медленно, но утихала и как ни странно, на моих руках не было ни капли крови. Я смотрела на свои обгоревшие до костей кисти и не могла понять, как такое может быть.

Я попыталась встать на ноги, но меня очень сильно качнуло в сторону. Еще немного и я снова бы упала, но меня подхватил Богдан. Он тяжело дышал, и его руки были в чём-то мокром и липком.

Я не могла чётко видеть его лицо. Лишь размытое пятно. Но это точно был он. Я это чувствовала.

Он аккуратно взял меня на руки и отнес на диван.

– Не переживай, починим, – только и сказал он, потом отошёл.

– А где остальные? Что с Лорэной? – ели выдавила я из себя.

Ответа не последовало. Только в комнате отчетливо чувствовался запах гари.

Мне было очень трудно поворачивать головой. Нет, не больно. А именно трудно. Каждый раз, трогая свое лицо, я смотрела на свои руки и не понимала, почему там так сухо. И почему у меня не было болевого шока.

– Богдан! – набрав полную грудь воздуха, я на выдохе, что есть силы, позвала его. – Принеси зеркало.

– Не на что там смотреть, – коротко ответил он, услышала я с кухни.

– Принеси, – не унималась я. Мне было крайне необходимо посмотреть на себя, но у меня совершенно не было на это сил.

Богдан подошел ко мне, держа в руке две пробирки с синей жидкостью.

– Ева выпей это, – поднеся к моим губам пробирку, сказал он.

Я усмехнулась, но подчинилась.

– Ты думаешь, эти три капли мутной воды вернут мне моё прежнее лицо?

Взгляд мой постепенно прояснялся. На меня смотрел Богдан своими уже голубыми глазами полными тревожного удивления.

– Почему ты так на меня смотришь?

Богдан дотронулся до моей щеки ладонью.

– Ты что-то чувствуешь? – тихо спросил он, смотря мне в глаза.

– Да. Тепло твоей руки, – смущенно ответила я. – А что?

– Ева этого не может быть! – всё сильнее трогая мою кожу, произнес Богдан.

Я непонимающе подняла брови и ощутила, как кожа на моём лбу собралась гармошкой.

– Что!?

Я с жадностью стала трогать своё лицо и не верила в то, что чувствую.

– Ева у тебя идет стремительная регенерация кожи.

– Это из-за твоего волшебного зелья как в прошлый раз, да? – с благодарностью в голосе спросила я.

– Нет Ева. Нет.

Глава 36

Час шел за часом, и я все еще оставалась в этой злополучной квартире.

После выпитого синего зелья, мне окутала приятная лёгкость, голова немного кружилась, как после шампанского; я чувствовала нарастающий прилив сил.

Понимая, что сейчас не время и не та атмосфера, но меня безумно потянуло к Богдану.

Я всё еще лежала на диване, поглядывая на кухню. Богдан был не многословен. Время от времени он подходил ко мне, вводил через шприц какую-то жидкость, через время наоборот брал мою кровь и смешивал её с другой жидкостью.

На мои вопросы, что он делает, и когда уже мне все объяснит, Богдан только отмалчивался. Он будто и не слушал меня.

– Больше не дам, – одёрнув руку, сказала я, когда он в очередной раз подошел ко мне со шприцом. – Или говори, что это всё значит, или я уйду.

Богдан нахмурился и пронзительно посмотрел на меня.

– Уходить нужно было раньше, – сказал он и снова потянулся за моей рукой.

Я сопротивлялась.

– Что ты мне вливаешь? Ты что опыты на мне ставишь?

Богдан присел рядом со мной. Я чувствовала его холодное дыхание. Черный взгляд буквально прожигал меня. Я прекрасно понимала кто передо мной, но у меня не было и капли страха.

– Ева ты одна и нас, – кинул в меня эту фразу Богдан. Так спокойно и так естественно, будто говорил о простуде.

– Не поняла?! – чуть поперхнувшись, спросила я.

– Сначала я не мог в это поверить, но теперь уверен на сто процентов. Осталось только выяснить, к какому виду фемаров ты принадлежишь, и кто твои предки. Это я и пытался выяснить, пока ты не стала препятствовать мне.

Я не могла поверить в то, что он говорит. Да он просто смеётся надо мной.

– Богдан, ты шутишь сейчас? Мне, конечно, было трудно поверить в реалистичность вашего нахождения на нашей планете, но увидев всё своими глазами, я приняла это. А сейчас ты мне говоришь, что я одна из вас. Я что нахожусь в каком-то гипнозе? Этого уж точно, никак не может быть. У меня есть родители, сестры. У меня есть земное прошлое. Ты в своём уме?

Неожиданно для меня, Богдан рассмеялся.

– Ты в своём уме? – зачем-то повторил он мои слова. – Слышали бы мои фемары, как ты разговариваешь со мной.

– Хорошо, что тебя это забавляет. Ты ведь их хозяин, а не мой, – нагло произнесла я, не отрывая от Богдана взгляда.

Улыбка с его лица тут же сошла, наверное, мне не следует так дерзить, всё-таки передо мной не человек. И я плохо знаю.

– Ева тебе придётся в это поверить. И тебе грозит большая опасность, – сурово произнёс он и протянул свою руку ко мне, для укола.

В этот раз я послушалась.

– Какая опасность? Ты же уничтожил Лорэну и Ирму. А именно они хотели меня извести. Хотя до сих пор не поняла, в чём я виновата перед ними?

– Тебе еще многое предстоит узнать о нас. Но сначала, ты должна понять, что тот мир который ты знала, намного разнообразней. Мы живём с вами бок о бок уже много сотни лет.

– Меня Мира просветила, – резко перебила я его, но он продолжил.

– Долгие годы фемары пытаются приспособиться к жизни на земле. Но ваш климат и населяющие землю бактерии пагубно влияют на адаптацию инопланетных особей. Но я нашел решение: вывел вакцину, которая продлевает жизнь фемаров. К великому сожалению она имеет ограниченный срок действия: всего полгода…

– Да, да слышала. Мира это тоже говорила, – я снова его перебила. – Так я здесь причем?

– Когда кровь фемара смешивается с моей: кровью первородного, я получаю временную вакцину. Через время она просто исчезает из крови фемара. И он начинает стремительно стареть и умирать. То, что я в тебя ввожу это реактивный индикатор. Смешиваясь с твоими клетками ДНК, он может определить к какому виду фемаров ты относишься.

– Ну и как результат? Уже показал?

– Показал. Ты тоже аспид. Королевская кобра.

Я чуть не потеряла дар речи.

– В моей лаборатории я выясню кто ты фемар или первородная. Но судя по тому, что тебя пытались убить по приказу короля Ирбиса, ты имеешь большое значение для Цереры.

В глазах застыл немой вопрос. Но Богдан правильно его прочитал.

– За годы моих исследований ты первая первородная и возможно единственная. А это значит у фемаров появится неограниченная власть над людьми. Используя твои клетки, они смогут приспособиться к жизни на земле в полной мере и я не смогу их контролировать.

– Но ты же сам им дал эту возможность жить на земле. В чём сейчас проблема?

– Большинство фемаров дикие и агрессивные. Но хуже всего, когда они умные с тем же набором характеристик. Таким и является король Ирбис. Планета Церера истощена. Фемарам нужен новый дом. Я давал возможность здесь жить только достойным и порядочным. Пока я им был нужен, они мирились с моими условиями. И терпели меня. Но им захотелось больше. Твоя кровь спасение для них и погибель для меня. Лорэна и Ирма не пытались тебя убить. Им нужно было тебя доставить на Цереру. Ирма уже давно знала кто ты, поэтому охотилась на тебя.

– Зачем же ты мне помог?

Богдан молча встал и направился к двери.

– Нам пора уходить отсюда. Моя лаборатория находится в двух часах езды с этого места. Тебе нужно укрыться на время. Я со всем разберусь.

– Но как я спрячусь? Ты же сказал они повсюду.

– Фемары без специальной инъекции не могут дышать под землёй. Для тебя это будет не проблема: ты первородный аспид. Лаборатория находится именно там.

Глава 37

Богдан первый вышел из квартиры, взглядом показывая, чтобы я следовала за ним.

Я мельком взглянула на себя в зеркало, которое висело на стене в прихожей. Как ни странно, но вид мне очень понравился. Я ожидала увидеть в отражении изнеможённую девушку с синяками под глазами, после всего, что случилось. Но на меня смотрела красавица, с сияющей кожей и как мне показалось, чуть пухловатыми губами. Я улыбнулась и поторопилась за Богданом.

– Как мне тебя теперь называть? – тихо спросила я, пока мы шли по коридору к лифту.

Богдан проницательно на меня посмотрел и сказал:

– Как я тебе представился, так и называй.

Поджав губы, я послушно кивнула. Его напускная холодность меня бесила. Еще недавно мы с ним лежали в одной постели, а сейчас он отвечает мне вопросом на вопрос и смотрит такими суровыми глазами. Я не понимаю как мне вести себя с ним.

В лифте мы ехали молча. Он провожал глазами мигающие красным цветом кнопки с номерами этажей. Я стояла напротив дверей и ждала, когда мы уже выйдем из этой металлической кабинки. Находиться с ним наедине, да ещё и так близко было невыносимо. Меня кинуло в жар, как только наши взгляды пересеклись. Он снова смотрел на меня черными глазами. Вены на его шее увеличились. Рубашка натянулась на его груди; вот-вот отбросит пуговицы. Лифт остановился на нулевом этаже, но двери не открылись. К моему огромному удивлению пол под нашими ногами открылся настежь и мы стали падать в огромную черную пропасть.

Богдан обхватил меня руками. Я уткнулась лицом в его твердую грудь и услышала, как в его спине что-то ломается. Через несколько секунд меня с ног до голову обернуло чем-то горячим и плотным, сильно прижав к Богдану.

Я не могла повернуть головы и сказать хоть одно слово. Падение было очень стремительное. Все мои внутренние органы просились наружу.

Неожиданно для меня мы стали замедляться; очень плавно.

Оказалось, что мы не падали, а очень быстро направлялись вниз.

Спустя несколько секунд мы уже летели под землей в горизонтальном положении, как скоростной поезд.

Тоненькие струйки воздуха проступали через стыки плотной материи. От невесомости немного кружилась голова, но сознание я не теряла.

Почувствовав, что Богдан замедлился и расслабил плотные тиски, я с облегчением вздохнула.

– Ты тоже так умеешь, – первое, что сказал Богдан, как только освободил меня из своих объятий.

Я стояла на каменном полу в помещении, на стенах которого горели факелы.

И потолок, и стены и пол сплошь были выложены из камня. Я вдохнула холодный воздух пропитанный сыростью.

Первый раз я увидела Богдана в его истинном обличие, понимая, что это он.

Он не торопился перевоплощаться обратно в человека. Он хотел, чтобы я его рассмотрела.

Черные, покрытые змеиной кожей крылья, с острыми пиками по краям ритмично двигались то вверх, то вниз, в унисон тяжелому дыханию Богдана.

На меня смотрел уже не деловитый мужчина с голубыми глазами, а огромных размеров человекоподобное существо.

Когда мы прибыли в место назначения, одежды на нём уже не было. Нижнюю половину туловища Богдана покрывала шерсть. Стопы были вымазаны в черной, вязкой жидкости, которая вытекала из ног.

Я смотрела на него ошалевшими глазами и не могла произнести не слова.

Это не может быть правдой, говорила я себе. Это сон.

– Это не сон, – оборвал мои мысли Богдан и протянул мне руку.

Голос его исказился и стал очень хриплым и чуть рычащим. Такой я слышала тогда в лесу. Неужели и там он меня спас.

Я не сказав не слова, обхватила его ладонь.

– Богдан, зачем мы здесь?

– Это единственный путь к моей лаборатории. Он же самый безопасный и…

Не успел Богдан закончить фразу, как из той же темноты, через которую мы пролетели, вырвались две чудовищно огромных размеров змеи. Головы их были спрятаны в железные шлемы с крашеными рогами. Как мне показалось, что это были шлемы.

Богдан схватил меня за руку и завел за свою спину.

Рептилии резко остановились и медленно протащили свои головы к Богдану.

Я отошла от Богдана немного вглубь коридора, чтобы наблюдать за происходящим. Сердце бешено колотилось, но меня как обычно не кинуло в жар, наоборот, всё тело стало леденеть.

– Покажись! – скомандовал Богдан.

Пасть первой змеи открылась, и из неё вышел небольшого роста получеловек – полушакал. Змеи это были всего лишь транспортировочными капсулами.

Сначала он ничего не говорил, а лишь озирался по сторонам, будто прячется от кого-то, издавая противное, протяжное цоканье, сквозь зубы.

– Отдай её нам Брамусгор, – начал он свою речь, говоря исподлобья и переминая свои мохнатые руки. – И ты можешь быть свободен.

Брамусгор сделал шаг вперед. Шакал отстранился.

– С чего ты взял, что я не свободен? – не дав ему ответить, продолжил. – Не тебе отдавать приказы.

Шакал противно захихикал.

– О! Это не мои приказы, а короля Ирбиса. Тебе же прекрасно это известно. Советую не перечить и не тянуть время.

Шакал старался заглянуть за распахнутые крылья Брамусгора, чтобы посмотреть на меня. Его глаза горели ярко-красным цветом.

– Шакис сохрани себе жизнь, – нордическим тоном сказал Брамусгор. – Даю тебе время, чтобы убраться с этой земли. И передай Ирбису, что я не призову его чёрную армию.

Шакал стал ходить из стороны в сторону, заискивающе поглядывая на меня.

– Плохо! Очень плохо хозяин. Нужно слушаться короля Ирбиса.

– Он твой король Шакис. Надо мной нет королей.

– Плохо! Очень плохо. Король будет недоволен. Король уничтожит Шакиса, – шептал вслух шакал. – Она! Она должна быть на Церере сегодня!

Шакал показал на меня своим когтистым пальцем и попытался обойти Брамусгора. Но он ему не позволил.

Как мягкую игрушку одним движением руки Брамусгор откинул Шакиса. Тот протяжно взвыл, ударившись о бетонную стену.

– Нельзя, нельзя так с Шакисом, – зарычал он.

Со стороны второй змеи послышалось непонятное урчание и скрежет. Пасть была закрыта, но внутри неё явно кому-то не терпелось вырваться наружу.

– Нельзя. Нельзя так с Шакисом. Брамусгор чужой.

Шакал подошел к голове второй кобры и, бросив ухмыляющийся взгляд на Брамусгора, прошептал что-то на непонятном мне языке.

В туже минуту из пасти змеи один за другим стали выпрыгивать небольшого размера грызуны, похожие на хорьков.

Брамусгор осадил первую команду мохнатых нападающих, огненной волной. Затем последовала вторая и третья. Но они продолжали сыпаться из пасти кобры, как из рога изобилия.

Шакис тем временем вернулся в свою змеиную машину и попытался прорваться сквозь огненный барьер Брамусгора. Но все безуспешно. Испепеляющее дыхание хозяина не давало шансов инопланетным особям.

Надо было видеть глаза Шакиса полные ярости и отчаяния. Он понимал, что слаб перед хозяином.

Неожиданно, я почувствовала резкую боль в ноге. Меня укусил один из грызунов, которому все-таки удалось прорвать сквозь огненную завесу. Я его машинально откинула и поняла, почему Брамусгор не пускает их ко мне.

Это мангусты. Злейшие враги змей. Только они в своем истинном обличии на земле могут причинить физический вред змеям – фемарам.

Этот малыш не унимался. Он снова и снова предпринимал попытки меня покусать. На месте укуса образовалась кровоточащая рана. Я стремительно теряла кровь.

Запах горелой шкуры и звериный визг сводили с ума. Мне стало не хватать кислорода. Мангуст как назойливая муха кружился рядом со мной. Внутри меня собиралось незнакомое до сих пор чувство.

Это было чувство превосходство над другим живым организмом. И единственной на тот момент верное решение, которое я приняла, это было уничтожить того, кто досаждает.

Я позволила мангусту приблизиться. И в тот момент, когда он прыгнул в сторону моего лица, я схватила его за шею и, высунув змеиный язык, прыснула в него ядом. Враг был побежден. Обессиленный он упал на пол.

Чувство удовлетворения и нарастающей силы охватило меня. Теперь я не хотела стоять за спиной Брамусгора. Я хотела познакомиться с собой снова.