Александр Черевков
История нашей жизни том-5

том-5
Глава-1. На земле обетованной

На земле обетованной, как на базаре, смешались религии и нации.

Часть-1. Знакомство с Израилем.

1. Аэропорт «Бен-Гурион».

Проходит более двух часов после того, как наш самолёта произвёл посадку в аэропорту «Адлер» вблизи Сочи. Жара южного солнца сменяется вечерней прохладой, пришедшей с высоких кавказских гор, а также со стороны холодного Чёрного моря.

Одетые по-летнему пассажиры самолёта начинают мёрзнуть. Многие пассажиры недовольны такой длительной задержкой самолёта. Начинают в адрес аэрофлота выдвигать свои претензии.

Стюардесса старается успокоить пассажиров, говорит, что в самолёте обнаружены какие-то мелкие неполадки в двигателе. Сейчас обслуживающие самолёта специальные службы механиков устранят возможные неполадки.

Самолёт скоро вылетит. Когда терпение пассажиров достигло критической отметки, а будущие израильтяне готовы были разнести в дребезги службы российского аэрофлота.

Стюардесса нашего самолёта, словно предчувствую беду, неожиданно объявила, что пассажиры могут пройти в салон самолёта. К вылету самолёта из аэропорта «Адлер» в Сочи в аэропорт «Бен-Гурион» в Тель-Авив в Израиль.

Пассажиры тут же дружно поднялись с помятой за несколько часов жёлтой травы и отправились на свои законные места согласно выданных на руки билетов в салоне самолёта.

Холодный воздух на природе возле стоянки самолёта сменился душным воздухом в салоне самолёта, который накалился за несколько часов от жаркого южного солнца и не успел остыть при прохладном воздухе, спустившемся с высоких кавказских гор.

Теперь пассажиры самолёта были недовольны душным салоном в самолёте и требовали, чтобы в салоне самолёта включили скорее кондиционер, который отключили во время посадки самолёта в аэропорту «Адлер» в Сочи.

Но стюардесса не могла включить кондиционер в салоне самолёта, так как все включение лайнера находится в кабине самолёта, куда никто из экипажа самолёта пока не явились до подготовки самолёта к вылету. В общей сложности после посадки самолёта в аэропорту «Адлер» в Сочи прошло более пяти часов.

За бортом самолёта наступила ночь. Окончательно разбитые такой никем не объяснимой задержкой вылета нашего самолёта, пассажиры валялись на своих местах в салоне самолёта.

Всем пассажирам было до одного места такая не предусмотренная задержка чартерного рейса нашего самолёта в южном аэропорту «Адлер» вблизи Сочи.

– Уважаемые господа пассажиры! Пристегните свои ремни безопасности. – наконец-то, объявила стюардесса по радио в салоне самолёта. – Аэрофлот приносит вам свои извинения за вынужденную задержку полёта самолёта. Мы продолжаем полёт самолёта чартерного рейса «Душанбе-Адлер-Тель-Авив». Вам скоро предложат прохладительные напитки и лёгкий ужин. Во время полёта до Израиля самолёта будет пролетать над Грузией, Турцией и Кипром, а также над Чёрным морем и Средиземным морем. Желаю вам хорошего отдыха и удачного полёта.

В этот раз решил не оставаться без услуг аэрофлота в салоне самолёта. Терпеливо дождался прохладительных напитков и лёгкого ужина, после которого не был сыт и пожалел о том, что спал вовремя первого полёта и не воспользовался лёгким обедом.

Теперь мне придётся терпеть свой голод до самого приземления в аэропорт «Бен-Гурион» в Тель-Авиве в Израиле. Вполне возможно, что там нас не оставят голодными до утра?

Не желая мучить себя голодом, после лёгкого ужина в салоне самолёта, пристегнулся ремнём безопасности на своём месте в салоне самолёта. Собрался обратно спать во время ночного полёта.

С высоты полёта десяти километров ничего не видно в дневное время, а ночью тем более ничего не увидишь. Так что лучше хорошо выспаться. Сильно устал в течение вынужденной многочасовой посадки нашего самолёта в аэропорту «Адлер» вблизи Сочи, что почти сразу уснул. В этот раз мне ничего не снилось. Спал как младенец, который не видит никаких снов.

– Господа пассажиры! Наш самолёт начинает посадку в аэропорту «Бен-Гурион» в Тель-Авиве в Израиль. – услышал. сквозь сон объявление стюардессы по радио в салоне самолёта. – Пожалуйста! Пристегните свои ремни безопасности, приготовьтесь к посадке в аэропорту «Бен-Гурион» в Тель-Авиве. Желаю вам удачи.

Сразу открыл глаза. Почувствовал, как самолёт наклонился вперёд и пошёл на посадку со стороны Средиземного моря. Все пассажиры пристегнулись ремнями безопасности на своих местах в салоне самолёта. Приготовились к посадке в аэропорту «Бен-Гурион» в Тель-Авиве в Израиль. Наконец-то сбылось давнее желанье многих пассажиров самолёта.

Позади нас остались годы гражданской войны в Таджикистане. Пройдёт совсем немного минут полёта. Мы выйдем из самолёта в совершенно другом государстве, с новыми заботами о своей жизни. Самолёта произвёл мягкую посадку в аэропорту «Бен-Гурион» в Тель-Авиве в Израиле.

Стюардесса в последний раз сделала своё объявление по радио в салоне самолёта. Пожелала нам хорошей жизни на новом постоянном месте жительства в Израиле, на земле обетованной всем евреям.

Конечно, стюардессе загнула, упоминая всех евреев. Далеко ни все евреи пожелали со всего мира прибыть на постоянное место жительства в Израиль. В одной только Америке живёт евреев на много больше, чем в Израиле в самом еврейском государстве.

Да и не только одни евреи живут в Израиле. Можно подумать со слов стюардессы, что арабы, армяне, русские, украинцы и другие нации, проживающие в Израиле, причислены к еврейской нации.

Так же как за пределами России всех из России считают русскими, не считаясь с более, чем ста другими нациями, проживающими в России, а также на обширной территории в бывшем Советском Союзе.

Например, лично русский никогда не буду считать себя по другой нации, хотя у меня жена еврейка. Мои дети на одну половину евреи, а на другую половину русские.

Мне всё равно, как мои дети себя назовут, евреями или русскими. Главное для меня, что мои дети всегда будут моими детьми независимо от нового места жительства и от причисления себя к какой-то нации.

Едва самолёт прекратил своё движение, как пассажиры в салоне самолёта зашевелились. Стали отстёгивать ремни безопасности и подниматься со своих мест.

Наша семья тоже ни осталась на своих местах. Мы стали готовиться к выходу из салона самолёта. Из верхних багажных ящиков достали свою ручную кладь, которую нам разрешили взять с собой в салон самолёта при посадке в самолёте.

Лишь сейчас вспомнил о своём кейсе, который должны были подменить в салоне самолёта во время стоянки в аэропорту «Адлер» вблизи Сочи. Так как подменённый кейс должен был быть точно таким же, как мой настоящий кейс, то сразу на вид было трудно определить возможную подмену кейса.

Ни стал открывать кейс в салоне самолёта, так как неизвестно было мне, что могли оставить мне в подарок криминальная братва из России. Ни дай Бог, что там окажется что-нибудь такое, чего не было никогда у нас в доме. Людмила и Виктория тотчас начнут выяснять, откуда у меня чужие вещи и на весь салон самолёта затеют балаган в связи с подменом наших вещей на чужие вещи. Лучше наберусь терпения. Загляну в свой кейс лишь там, где остановимся проживать на время прибытия в Израиль. Пока мы не знаем, где сегодня будем жить.

Несмотря на то, что сам Израиль находится ближе к Африке, чем к России, погода в аэропорту «Бен-Гурион» была прохладная. Над головой были серы мрачные тучи.

С неба падал нудный дождик вперемежку с мелким градом и мокрым снегом. На электронных часах аэровокзала «Бен-Гурион», местное время указывало на первый час ночи первого апреля 1993 года.

Первоапрельская шутка указывала на то, что погода в Израиле испортилась не на шутку. Как бы нам не пришлось распаковывать свои тёплые вещи. Сверху надевать на себя что попало.

Едва мы вышли из салона самолёта под козырёк аэровокзала, как нас тут же встретила девушка в форме служащей аэропорта «Бен-Гурион». Девушка на русском языке приветствовала нас с прибытием на землю обетованную.

Затем девушка в униформе аэропорта пригласила нас пройти следом за ней, в служебное помещение получения своих документов на гражданство в Израиле с постоянным местом жительства.

Прибывшие пассажиры толпой пошли следом за девушкой в форме служащей аэропорта «Бен-Гурион», в сторону зала ожидания, аэровокзала, где пассажиров встречали многочисленные родственники и охрана аэропорта с оружием в служебной форме.

Когда мы вошли в зал ожидания аэропорта «Бен-Гурион». Так сразу большая часть пассажиров нашего самолёта, встретились с родственниками и знакомыми. Затем все направились на второй этаж, за получением необходимых документов на гражданство в Израиле. Так как нас никто не встречал, то мы, словно хвостики ходили за девушкой, встретившей нас возле самолёта.

Мои дети крутили головами во все стороны, разглядывая непонятный им интерьер зала ожидания с многочисленными знаками, указывающими движение и предупреждение во все стороны зала ожидания аэропорта «Бен-Гурион».

Людмила постоянно с беспокойством кудахтала над своим выводком, как курица над цыплятами, с тревогой смотрела за своими детьми, чтобы не потерять детей в незнакомом нам месте.

Вовремя нашего движения по залу ожидания аэропорта «Бен-Гурион» к нашим детям подошёл какой-то солидный мужчина, который что-то стал объяснять моим детям на непонятном нам языке.

Из всего сказанного понял всего два слова, это Россия и пасха. Причём тут Россия и пасха, никак не мог понять? В заключение своей речи мужчина дал моим детям какие-то ярко раскрашенные листики, а сам тут же с кейсом направился на посадку в самолёт.

– Наверно, это какая-то реклама? – сказал. своим детям, разглядывая оставленные мужчиной яркие листочки бумаги. – Можете их выбросить в мусорное ведро. Мы Всё равно не понимаем местный язык и нечего из этого не имеем.

Наши мальчишки тут же выбросили цветные листки в мусорное ведро. Виктория оставила один яркий листок себе на память, а другие такие точно листки выбросила в мусорное ведро, туда же куда ярко раскрашенные листки выбросили наши мальчишки.

После чего мы продолжили свой путь следом за девушкой на второй этаж, в служебные помещения в зале ожидания, где нас разместили в небольшом зале вдоль возле многочисленных служебных дверей.

– За время регистрации на гражданство в Израиле прибывших репатриантов, вам бесплатно разрешается сделать один телефонный звонок на территории Израиля. – сообщила нам сопровождающая нас девушка. – В служебном зале регистрации имеется бесплатный бар с напитками и закусками. На регистрацию и на собеседование вас пригласят по радио. Желаю вам хорошо отдохнуть после полёта и устроиться жить в Израиле.

Как только девушка ушла из зала регистрации документов на жительство, наши мальчишки и Виктория устремились в бесплатный бар, чтобы там испробовать разные напитки и сладости, которые предложили нам совершенно бесплатно в первый час прибытия в Израиль.

Людмила с материнской тревогой по своим детям, проводила своих отпрысков обеспокоенным взглядом до бесплатного бара, но сама туда не пошла. Видимо, сильно устала от длительного перелёта на самолёте? Мне тоже было как-то не по себе. Хочется быстрее лечь где-то в тёплую постель просто поспать до утра. Ведь сейчас всего лишь час ночи первого апреля 1993 года. До утра можно выспаться. Дальше будем самостоятельно планировать постоянное место жительства в Израиле. Надо сейчас воспользоваться бесплатным телефоном и позвонить кому-нибудь знакомым в Израиле.

Хотя бы Игорю Левин, президенту компании альтернативной медицины, с которым мы знакомы давно в Душанбе. Когда участвовали на международных встречах по бизнесу, в Москве в России, а также в Таджикистане.

– Здравствуй, Игорь! Это тебя беспокоит Александр Черевков. – говорю в телефонную трубку, когда слышу в телефонной трубке знакомый сонный голос. – Сейчас с семьёй прилетел в Израиль. Мы сейчас в аэропорту «Бен-Гурион». Ты извини, что тебя беспокою среди ночи. Но могу позвонить лишь с этого телефона всего один раз.

– Ничего страшного, Всё равно уже разбудил. – иронично, говорит Игорь Левин. – Давай завтра ровно в десять часов утра встретимся возле фонтана вблизи «Дизенгоф центра», так называется сеть магазинов в Тель-Авиве. Можешь у любого спросить, где находится «Дизенгоф центр». Это место в Тель-Авиве всем хорошо известно.

– Ты, наверно, забыл, что мы за границей? Еврейский язык мне совсем неизвестен. – напомнил Игорю. – Как буду здесь спрашивать у местных жителей про твой «Дизенгоф центр». Может быть, как-то по-другому встретимся?

– Не забыл, что ты сейчас находишься в Израиле, а не в Таджикистане. – сказал Игорь, на другом конце телефонной связи. – Сейчас в Израиле русскоговорящих граждан гораздо больше, чем в Таджикистане. Сам завтра утром в этом убедишься, когда выйдешь гулять по Тель-Авиву.

– Ну, тогда до завтра. – сказал, на прощанье Игорю в телефонную трубку. – Встретимся с тобой у фонтана, как в кино.

– Всего тебе хорошего. – сказал Игорь Левин. – Не забывай, что встречаемся мы ровно в десять часов утра у фонтана на «Дизенгоф центр».

В телефонной трубке гудки. Тоже положил свою телефонную трубку и направился к тому месту в зале, где расположилось моё шумное семейство.

Наши дети шумной оравой вернулись сытые со стороны бесплатного бара. Мальчишки делятся впечатлениями со своей мамой. Виктория принесла с собой напитки и бисквит своей маме.

Мне тоже захотелось испробовать напитки и сладости в бесплатном баре, который находится вдоль стены рядом с дверями служебных помещений по регистрации документов.

Возле столов бесплатного бара несколько детишек, прибывших вместе с нами на самолёте из Душанбе. Семейная пара старых евреев, говорят на каком-то своём языке, разглядывая аппараты с напитками и вазы, наполненные разными сладостями. Стою рядом. Выбираю, что мне взять.

– Вы думаете, что это можно кушать и пить? – на русском языке, спрашивает старый еврей. – Это химия!

– Не думаю, что нас принимают тут на опыты. – отвечаю, старому еврею. – Вы прибыли на свою землю обетованную евреям. Так что вам ни стоит беспокоиться за себя. Вы сейчас у себя на Родине, которая думает о вашей жизни.

– Как наша Родина думает о нас, мы посмотрим. – грустно, сказал старый еврей. – Но кушать химию не буду.

Семейная пара старых евреев, отправились к своим местам в зал регистрации репатриантов. Взял из вазы бисквит и налил в пластиковый стакан первый напиток жёлтого цвета. Тут же, не отходя от бесплатного бара, впервые попробовал продукт в Израиле. Думаю, что старый еврей частично был прав насчёт химии в продуктах и в напитках, которые предложили нам в бесплатном баре. Жёлтый напиток был из какого-то неизвестного мне цитрусового плода совершенно неприятного мне вкуса. Бисквит тоже не отличался своим вкусом от напитка. Совсем не знаком с работой местной кулинарии, но то, что в бисквите было слишком много пряностей и пищевой соды, это определил сразу.

Поэтому бисквит был приторным на вкус. Однако, голод не тётка, голодный скушаешь что угодно. Завернув в салфетку остаток бисквита и пластиковый стакан с недопитым напитков, бросил их в урну, заполненную остатками пищи. Видимо, далеко ни всем понравились угощения в бесплатном баре?

Вполне возможно, что постепенно нам предстоит привыкнуть к продуктам в Израиле? Также как это происходило с теми, кто выезжал на работу за границу из Советского Союза.

Возвратившись из-за граничной командировки, наши сограждане также рассказывали нам, что за границей продукты и напитки по своему вкусу сильно отличаются от наших советских продуктов.

К заграничным продуктам и к напиткам надо постепенно привыкать, также как к обычаям и нравам заграничных людей. Вот и нам семьёй придётся привыкать ко всему необычному в Израиле.

Так же как мы шестнадцать лет назад начинали привыкать впервые к жизни таджиков и к хлопковому маслу в своих продуктах.

– Господа репатрианты! Если кто-то из вас был связан когда-то с КГБ, а также со специальными службами безопасности в Советском Союзе, то просим вас подойти в третий кабинет. – объявил женский голос, в местный репродуктор.

Откровенно говоря, не понял, что хотят местные службы от новых репатриантов, которые когда-то были связаны в Советском Союзе с КГБ и с другими службами безопасности.

Мне совсем не хотелось иметь неприятности с местными службами безопасности. Поэтому решил пойти в третий кабинет. Послушать, что мне скажут насчёт моих бывших связей с КГБ и со службами безопасности в Советском Союзе. Ведь мне в течение многих лет по разной причине приходилось встречаться с сотрудниками служб КГБ, МВД, а также со службами специального назначения.

– Меня зовут Яков Гивати. – обменявшись со мной взаимными приветствиями, сказал высокий блондин, который совершенно не был похож на местного еврея, этого парня можно было принять за гражданина скандинавских стран. – Представляю интересы государственной безопасности Израиля. Нас интересует ваша связь со службами КГБ и разведкой в Советском Союзе. Расскажите подробно о своих связях с КГБ на территории бывшего Советского Союза.

– У меня были дружеские связи с КГБ и со службами безопасности. – удивлённо, ответил. Якову Гивати.

– Вы, наверно, забыли, что находитесь ни в русской забегаловке с собутыльниками, а в Израиле перед сотрудником государственной безопасности Израиля? – едва сдерживая себя от гнева, строго сказал мне, Яков Гивати. – Если вам нечего сказать, то вы можете идти к своей семье. У меня сейчас больше нет никаких вопросов к вам…

– Между прочим, пришёл к вам в кабинет по вашему приглашению по радио, в зале регистрации новых репатриантов в Израиле, а не из русской забегаловки с собутыльниками, о которой вы ничего не знаете, – поднимаясь со стула, серьёзно, сказал. – Что же касается моих отношений со службами безопасности бывшего Советского Союза. То, почему, у меня с ними должны быть плохие отношения?

Если мои однокурсники по университету пошли работать в КГБ, а некоторые бывшие сотрудники КГБ пришли работать в бизнес вместе со мной. Лично мне всё равно, на какой должности находятся друзья из моего детства или мои бывшие однокурсники по учёбе в университете.

– Какую должность вы занимали в своём бизнесе? Вообще, какой бизнес? – серьёзно, спросил Яков Гивати.

– Вначале перестройки в Советском Союзе был директором производственного объединения «Дизайнер». – стал отвечать. на заданные вопросы. – Затем один год был генеральным директором Коммерческого Центра российско-бельгийско-кипрского совместного предприятия «Расма» в Средней Азии. Последние два года был президентом Международной Акционерной Компании закрытого типа «Сандро»

Основным занятием моего международного бизнеса было изобразительное искусство и дизайн.

По своей специальности с самого детства художник-дизайнер. Другими видами моего бизнеса были – торговля, строительство, полезные ископаемые, а также бартерные сделки.

– Почему, занимая такие важные посты в Таджикистане, вы, вдруг, бросили бизнес и приехали жить в Израиль? – продолжил задавать вопросы Яков Гивати. – Быть может, вас там преследовали по политическим вопросам?

– В Таджикистане ни по каким вопросам меня никто не преследовал. – серьёзно, ответил. – Когда вокруг меня и моей семьи, каждый день взрываются снаряды и по улицам валяются трупы, то всякий убежит от любой роскошной жизни.

– У нас в Израиле сорок пять лет, взрываются бомбы и гибнут люди. – обратно с вопросом, обратился ко мне, Яков Гивати. – Вы не пожалеете о том, что приехали в Израиль, где тут каждый день гибнут люди?

– По крайней мере в Израиле есть правительство, которое может постоять за своих граждан. – ответил ему – В Таджикистане в течение пяти лет гражданской войны сменилось несколько правительств. О какой стабильности в государстве можно говорить? Вы покажите на карте, где сейчас не убивают и примут нас на жительство. Моя семья прямо сейчас отсюда уедет в другую страну. Мы приехали сюда от безысходности своей жизни

– У меня к вам больше нет вопросов. – сказал в заключение Яков Гивати. – Спасибо вам за внимание. Если вам будет нужна наша помощь, то звоните по телефону, указанному в визитной карточке. Желаю вам хорошей жизни в Израиле.

– Мне было приятно поговорить с вами. – принимая визитную карточку из рук Якова Гивати, сказал. на прощание. – Но, как говорят в России, с КГБ и МВД лучше нам не встречаться. От любых ментов у нас всегда одни неприятности.

Яков Гивати больше ничего не сказал. По выражению его лица было понятно, что кроме литературного разговора на русском языке, больше ничего он толком не знает на русском языке.

Обычный разговор в русской народной речи ему не знаком. Если бы Якова Гивати направили в разведку в Россию, то он, при встрече с любым человеком из простого народа сразу бы раскололся, как разведчик другого государства. Наверно, Яков Гивати в России никогда не был?

– Ты, зачем, туда ходил? – возмущённо, встретила меня, Людмила с претензиями. – Тебе недостаточно было разных хлопот со службами безопасности в бывшем Советском Союзе? Хочешь, чтобы в Израиле были неприятности?

– Именно поэтому пошёл в тот кабинет, чтобы потом у нас не было никаких неприятностей со службами. – строго, сказал своей жене. – Не хочу, чтобы между мной и местными службами были какие-то недомолвки. Понятно?

Людмила ничего ни стала говорить мне. Просто насупилась. Отвернулась в сторону и стала разглядывать интерьер зала регистрации новых репатриантов. Мне вообще все надоело с проблемами последних суток жизни.

Лучше бы вообще не затевал этот переезд из Таджикистана в Израиль. Можно было точно так же улететь куда-нибудь в Ставропольский или Краснодарский край. Начать свою жизнь прямо с гостиницы. Затем снять или купить себе хорошее жилье. Тех миллионов рублей, которые у меня были наличными в последнее полугодие прошлого года, нашей семье хватило бы лет на пять жить в отличных условиях и раскручивать свой бизнес на месте.

– Семья Черевков! Пройдите, пожалуйста, в первый кабинет на регистрацию своего прибытия из Таджикистана на постоянное место жительства в Израиль. – объявила девушка, вышедшая из первого кабинета.

К этому времени в зале регистрации новых репатриантов никого не было, кроме нашей семьи. Поэтому объявление девушки по радио выглядело как-то странно. Можно было подумать, что мы сейчас находимся где-то в огромном зале или на гигантском стадионе, где кроме нашей семьи находятся тысячи других семей, которых нужно зарегистрировать по вопросу постоянного гражданства в Израиле и принять семьи на постоянное жительство.

– Уважаемые господа Черевков! С сегодняшнего дня вы становитесь полноправными гражданами Израиля. – сказала нам, девушка в какой-то странной форме песочного цвета, наверно, такую форму носят государственные служащие? – На всю вашу семью выдаётся временное удостоверение репатриантов «Теудат оле», по которому вы можете снять жилье на место временного или постоянного жительства. Затем вам в течение недели по месту жительства надо обратиться в «Мисрад атлету» Министерство абсорбции и в «Ирию» местный исполком или Мэрия. Дальше вам нужно будет обратиться в «Мисрад апним» паспортный стол, в котором вы получите «Теудат зеут» постоянное удостоверение личности гражданина Израиля, по которому в дальнейшем вы будите учиться, работать и жить.

По временному удостоверению личности «Теудат оле» вы можете открыть банковский счёт в любом банке Израиля по месту своего жительства. По временному удостоверению своей личности вы поступите учиться в «Ульпан», школа по изучению иврита.

По временному удостоверению личности вам положены различные льготы и подарки в честь праздника «Пейсах», по-русски пасха. В течение шести месяцев вы будете получать «корзину денег» в размере тридцати шести тысяч на всю свою семью для возможности устройства семьи на новом месте.

Кроме того, вам на семью будут выделены деньги на приобретение мебели и электротоваров. Вы также получите в банке «Идут» компенсацию за оставленное имущество на прежнем месте жительства в Таджикистане. В настоящее время вы получите временное пособие в размере двадцати шести тысяч шекелей чеками и по двести шекелей на человека наличными.

Сейчас вас бесплатно отвезёт такси по месту нового жительства в любой конец Израиля, откуда начнётся ваше постоянное проживание на земле обетованной евреями. Если у вас есть какие-то вопросы и пожелания, то можете задать нам сейчас или после по месту своего нового жительства.

– У нас нет никакого жилья в Израиле. – сказал. государственной служащей. – Где нам жить?

– Сейчас вы можете, на несколько дней, снять номер в любой гостинице Израиля. – объяснила мне, государственная служащая. – Затем вы снимите «схар диру» съем квартиры в частном секторе. Впоследствии, вы имеете полное право купить себе квартиру. За наличный расчёт или по «машканте» ипотечной суде, которую выдаёт «Банк Машкантаот». Кроме того, Сахнут Министерство абсорбции выдаёт вам возвратную ссуду сроком на семь лет на приобретение собственного жилья. Все подробности вашей абсорбции вам будет рассказывать служащая «Мисрад аклита» Министерства абсорбции или как его ещё называют Сахнут, который будет заниматься непосредственно вашими вопросами устройства по месту жительству в рамках государственных обязательств перед новыми репатриантами «Олим ходашим». По истечению шести месяцев вашего пребывания в Израиле вашим трудоустройством будет заниматься государственное бюро трудоустройства «Лишкат авода» и частные конторы трудоустройства «Каохадам». Впоследствии, при изучении иврита, вы сами так же сможете устроиться на работу по своей специальности или по тому виду работ, которые подходят по месту постоянного жительства в Израиле.

– Почему, нам в Израиле сразу не выдают обычные паспорта? – спросил. государственную служащую.

– В Израиле паспорта «даркон» выдают лишь тем, кто временно выезжает за границу. – ответила государственная служащая. – Остальным внутри Израиля выдают удостоверения личности «Теудат зеут». Если у вас есть намерения изменить свою фамилию, имя и национальность, то это можно сделать прямо сейчас.

В дальнейшем этими вопросами будут заниматься «Мисрад аклита» Министерство абсорбции и «Мисрад апним» паспортный стол. В том случае, если семейный брак смешанный, то ваши дети могут взять любую нацию от родителей.

– Не хочу своим детям ничего навязывать. – сказал. обращаясь к своим детям. – Независимо от взятой ими нации, мои дети останутся моими детьми. Пускай этот вопрос они решают сами без моего давления.

– Если мы приехали жить в еврейское государство, то мы будем евреями. – взял на себя инициативу старший сын Артур. – Ведь мы по своей маме евреи в Израиле, а по своему отцу мы Всё равно в России будем русскими.

– Ну, раз вы так решили, то мы так и отметим в ваших документах по репатриации. – сказала нашим детям, государственная служащая, делая отметку по национальности во всех документах. – Сейчас вас проводят к месту такси. Не забудьте в багажном отделении получить личный багаж. До свидания! Желаем вам удачно устроить жизнь в Израиле.

Наша семья в сопровождении русскоговорящей сотрудницы аэропорта «Бен-Гурион» сразу спустилась в багажное отделение, аэропорта, где кроме наших многочисленных личных сумок больше других вещей в багажном отделении не было.

Проверять по биркам аэропорта свои вещи не пришлось. Мы просто взяли каждый свою сумку и тут же понесли свои вещи на площадку такси, где нас на стоянке ждал длинный трёх дверной автомобиль марки «Мерседес».

– Где решили остановиться на ночь? – спросила нас, сотрудница аэропорта. – Пожалуйста, назовите адрес.

– У нас сейчас адрес один, самая дешёвая гостиница в Тель-Авиве. – ответил. за всю семью.

– Тогда такси вас отвезёт бесплатно в дешёвую гостиницу «Дан». – сказала мне, сотрудница аэропорта.

2. Первое впечатление.

Наших сумок оказалось так много, что они не уместились в багажнике огромного такси. Большую часть сумок пришлось крепить на крыше легкового автомобиля. Отчего автомобиль стал похож на восточный транспорт, в котором переезжает огромная бедуинская семья или целый цыганский табор со своими многочисленными вещами, в которых заложена жизнь кочевников.

Вполне может быть, что мы тоже семьёй стали кочевниками по своему образу жизни? Тель-Авив встретил нас многочисленными огнями и зелёными пальмами, под которыми лежали охапки мокрого снега и града.

По городу ездили редкие автомобили. Пешеходов на улицах города совсем невидно. Откуда быть на улицах города людям? Ведь сейчас два часа ночи и на улице города паршивая погода, совершенно не пригодная для ночных прогулок по любому городу.

Примерно, через двадцать минут езды на такси от аэропорта «Бен-Гурион» мы остановились возле мрачного здания дешёвой гостиницы «Дан». Таксист помог нам выложить из своего автомобиля наши многочисленные вещи прямо на булыжники тротуара. Затем таксист пробормотал нам что-то приветственное на своём иврите и тут же скрылся на своём автомобиле в ближайшем переулке от гостиницы «Дан».

Мы остались один на один с незнакомой нам жизнью в Тель-Авиве. Нам совершенно ничего не было известно перед тем, что нас ждёт в Израиле.

– Ну, что семейка, смело, шагнём в наше будущее? – шутя, сказал. поднимая сумки с мокрого тротуара.

– Сим-Сим быстро откройся и нас не бойся. – шутя, сказала Виктория, толкая ногой дверь в гостиницу.

За лакированной дверью гостиницы «Дан» был просторный вестибюль с несколькими рядами кресел вдоль стены напротив дверей лифта, а также дверей, ведущих на лестничные марши этажей гостиницы «Дан».

С правой стороны от входа в гостиницу, в вестибюле стойка администратора гостиницы. В вестибюле и возле стойки администратора гостиницы несколько человек вновь прибывших репатриантов, которые прибыли чартерным рейсом самолёта вместе с нами из Таджикистана.

Это определил сразу по знакомым лицам, а также по китайской одежде, которую в изобилии продавали во всех вещевых магазинах не только в Душанбе, но и в других городах Таджикистана.

Большинство вещей привёз из Китая по многочисленным бартерным сделкам с бизнесменами Китая.

Пристроившись в очередь за своими бывшими и теперь новыми соотечественниками, стал прислушиваться, на каком языке они разговаривают с администратором гостиницы «Дан».

К моему удивлению, впереди стоящие попутчики разговаривали с администратором гостиницы на русском языке. Так что у меня не было никакой сложности начинать разговаривать с жителями Тель-Авива на русском языке. Особенно лиц, принимающих нас в гостинице.

– Нам нужно остановиться в вашей гостинице на три дня. – сказал. администратору гостиницы, когда подошла наша очередь регистрации в гостинице. – Нас пять человек. Муж с женой. Младшая дочь и трое почти взрослые сыновья.

– У нас двух местные номера. – сказал администратор гостиницы. – Вас поселю в двух местные смежных номерах со всеми удобствами. В одном номере поселятся ваши сыновья. В другом номере вы с женой, а также младшая дочь.

– Хорошо! «Согласен с вами», – сказал ему. – Надеюсь, что у нас денег хватит на проживание в гостинице.

– У нас самая дешёвая гостиница в Тель-Авиве. – сказал мне, администратор гостиницы, оформляя нам документы на проживание в самой дешёвой гостинице. – С вас всего пятьсот шекелей на проживание за всю вашу семью.

– Вы, наверно, не поняли меня? – удивлённо, сказал. администратору гостиницы. – Мы останавливаемся в вашей самой дешёвой гостинице не на год, а всего лишь на какие-то три дня. Посчитайте стоимость за три дня проживания.

– Вас сразу прекрасно понял. – удивлённо, ответил администратор гостиницы. – С вас беру всего за три дня вашего проживания в нашей самой дешёвой гостинице. В любой другой гостинице города номера стоят намного дороже.

– Так это не репатриация, а самый настоящий грабёж. – отсчитывая шекеля из конверта, сказал. администратору самой дешёвой гостиницы. – В таких темпах расхода за жильё мы скоро здесь станем жить на улице всей семьёй.

– Цены в гостинице не устанавливаю. – сказал администратор гостинице. – Съем жилья стоит намного дешевле. Рядом с гостиницей есть много маклеров, которые занимаются устройством на съёмном жилье новых репатриантов.

– Сегодня же займусь устройством своей семьи на постоянное жительство. – сказал. администратору гостиницы, направляясь в номера самой дешёвой гостиницы. – Надо было нам за один день проживания за номер заплатить…

В самой дешёвой гостинице смежный номер оказался обыкновенной двухкомнатной квартирой с туалетом и душем. Пол в смежном номере покрытие из камня, отчего в номере на много холоднее, чем на улице.

Отопительных батарей и приборов в смежном номере гостиницы нет вообще. Постель настолько холодная, что раздеваться до нижнего белья не было смысла. Можно до утра от такой постели получить воспаление лёгких и вскоре скончаться от простуды.

– Обувь вам всем можно снять с себя. В остальной одежде мы будем спать. – распорядился. о ночлеге своей семьи.

Никто ни стал возражать мне. Свои вещи мы ни стали прятать в платяной шкаф. Нам было ни до вещей. Просто побросали свои сумки, где попало подальше от своих кроватей и тут же стали укладываться спать.

Через пять минут вся семья была готова ко сну. До утра оставалось совсем немного. Надо было хотя бы немного поспать. Днём мы целый день будем заниматься устройством на съёмную квартиру на постоянное или на временное место жительство.

Этим постоянным местом жительства, может быть, один месяц, один год или вся оставшаяся прелести жизни в Израиле? Вперемежку с лужами от недавно прошедшего дождя. По улицам города Наши мальчишки легли спать в двухместный номер меньших размеров. Мы легли спать в номере чуть больше другого номера. Людмила с Викторией тут же забрались на одну двух местную кровать под двойное байковое одеяло.

Мне досталась одноместная кровать с тоненьким одеялом и простыней. Даже в одежде мне было холодно в такой постели. Поэтому надел на себя два свитера и плотно укутался в тонкое байковое одеяло. Здоровье, прежде всего.

Едва солнечные лучи мрачно заглянули к нам сквозь грязные окна самого дешёвого номера самой дешёвой гостиницы, как вся моя семья была на ногах. Ещё в аэропорту «Бен-Гурион» мы перевели все свои часы на местное время.

Так вот, местное время показывало на то, что мы поднялись на ноги в шесть часов утра. Выходит, что мы спали всего четыре часа. До встречи с Игорем Левин ровно четыре часа.

За это время нам надо определиться с местом нахождения, по отношению к улице с фонтаном и «Дизенгоф центром».

Надо спросить у администратора гостиницы место расположения фонтана и «Дизенгоф центра». Надо было ночью спросить, когда мы устраивались в гостиницу.

– Папа! Посмотри! Море совсем близко. – закричала Виктория, выглядывая в окно пятого этажа гостиницы.

– Мы с тобой сейчас к Средиземному морю сходим. – сказал, Виктории. – Можно нам всей семьёй сходить.

– Вы можете идти, а что-нибудь с готовлю покушать. – сказала Людмила. – Здесь есть электрическая плитка. Хорошо, что мы с собой взяли посуду и некоторые полуфабрикаты продуктов. Так что сварю вам какой-нибудь супчик.

– Мы тоже не пойдём к морю. – отказался за двоих Артур. – Мы чай попьём и оба согреемся немного от чая.

– До нашего прихода от моря, чтобы никто из вас из гостиницы не выходил. – сказал, своим сынам. – Это вам не Душанбе, где вы могли болтаться по базарам. Вам могут срок намотать за любую мелкую кражу и «носа» нет.

– Мы вообще ничего не собираемся воровать и ходить нам никуда не нужно. – опять за двоих, сказал Артур.

– Вот и хорошо! – сказал, направляясь с Викторией из номера гостиницы. – Мы вам что-нибудь принесём.

В вестибюле гостиницы за стойкой администратора гостиницы была женщина, которая в отличие от вчерашнего русскоговорящего парня ни одного слова не знала по-русски.

На мои вопросы на русском языке дама бормотала что-то непонятное на своём языке.

Естественно, что между нами никакого диалога не получилось. Не терпеливая дочь потащила меня за руку из вестибюля гостиницы на улицу. Виктории не терпелось скорее увидеть Средиземное море.

– Папа! Ты, разве, не видишь, что эта женщина совершенно тупая? Совсем по-русски ни одного слова не понимает. – сказала Виктория, когда мы вышли из гостиницы. – Мы сами найдём «Дизенгоф центр». Но с начало на берег моря.

– Это ни женщина тупая, а мы с тобой такие тупые, что не знаем иврита. – сказал дочери, направляясь в сторону берега моря. – Когда мы научимся тоже говорить на иврите, то будем точно такими же, как местные жители.

От ночного дождя со снегом и с мелким градом ничего не осталось на улицах Тель-Авива. Только мокрые пятна от бывших луж и клочья рваных облаков над городом напоминали нам о скверной погоде.

Она встретила нас в час ночи в аэропорту «Бен-Гурион» первого апреля 1993 года, вовремя нашего прибытия из Душанбе в Таджикистане. Теперь погода, как бы извиняясь за плохой приём нас в Израиле пыталась пробиться к нам сквозь мрачные тучи и обогреть редкими лучами южного солнца.

Мы слегка ёжились от прохлады, идущей со стороны Средиземного моря, прекрасно понимая, что погода здесь совсем не причём, так как прохлада от моря всегда независима от времени года и от разницы в самой погоде.

Просто природа так придумала, чтобы прохлада с моря всегда немного гасила жаркий климат, который идёт от берега со стороны, нагретой солнцем земли.

Однако у берега Средиземного моря погода была скверная. Несмотря на то, что ветер с моря был совсем слабый, волны в море всё равно были огромные.

Небольшой яхт-клуб в заливе от Средиземного моря прикрывали огромные дамбы и волнорезы, через которые пытались пробиться огромные волны, своими брызгами орошая небольшие яхты внутри залива. Отсюда нам не было видно открытого моря. Мы попросили, сторожа у ворот яхт-клуба пройти к сухому волнорезу, со стороны которого можно было посмотреть на открытое море. Несмотря на то, что сторож совершенно ничего не понимал на русском языке, однако по жестам он понял, что мы просто хотим видеть море. Сторож разрешил нам пройти на сухой волнорез, к которому морские волны не могли пробиться сквозь боковые волнорезы залива.

– Столько много здесь воды!? – удивлённо, воскликнула Виктория, когда мы поднялись на сухой волнорез.

– Самое большое море, которое находится в середине самой земли. – сказал Виктории. – Поэтому его так и называют Средиземное море, потому что это море находится в середине земли. Теперь мы будем купаться в этом Средиземном море.

Виктория, словно заворожённая стояла на сухом волнорезе и долго смотрела в сторону открытого Средиземного моря, над которым метались беспокойные чайки. Далеко-далеко, почти у горизонта, плыл какой-то огромный торговый корабль, постоянно ныряя кармой между огромными волнами, затем обратно поднимаясь над морской водой. Больше ничего в море не было видно. Словно люди боялись плохой погоды и поэтому не появлялись в бурном море.

– Папа! Там за морем тоже живут люди и точно так смотрят в нашу сторону? – серьёзно, спросила Виктория.

– Прямо напротив нас за Средиземным морем находятся Италия и Греция. За ними вся Европа. – ответил. – Отсюда до Парижа значительно ближе, чем до Москвы. Может быть, мы с тобой когда-нибудь туда слетаем отдыхать?

– Папа! Сильно замёрзла. – сказала Виктория. – Давай пойдём в гостиницу. Завтра опять придём к морю.

– Теперь к Средиземному морю можем ходить в свободное время. – сказал. своей дочери, беря её за руку.

Мы поблагодарили, сторожа у ворот яхт-клуба за то, что он нам разрешил посмотреть открытое Средиземное море. Сторож одобрительно кивнул нам головой и что-то пробормотал нам во след на незнакомом иврите, который нам предстоит учить в течение шести месяцев. Конечно, мои дети этот язык освоят быстро. Вот только нам с Людмилой этот язык придётся учить долго и мучительно.

Ведь мне через три года будет пятьдесят лет, а Людмиле на три года меньше. В таком возрасте осваивать иностранный язык весьма тяжело мужчинам и женщинам. Так как после сорок пять лет память человека начинает постепенно притупляться и не все заученное человеком запоминается.

– Вы зря не пошли с нами к берегу Средиземного моря. – сказала Виктория нашим мальчишкам, когда мы вошли в номер гостиницы. – Там столько много воды, что не видно конца и края. На горизонте плывёт корабль, а в небе чайки.

– Мы успеем смотреть на море. – сказал Артур. – Больше тебя буду на море. Даже служить буду на море.

– Больше меня ты море не увидишь. – сказала Виктория. -Была тут на берегу моря, а ты не видел море.

– Хватит вам спорить! – прикрикнула Людмила, на детей. – Садитесь завтракать. Нам пора к Игорю Левин.

Посмотрел на часы. Время действительно поджимало. До встречи с Игорем Левин осталось чуть больше часа, а мы даже не знаем, где находиться «Дизенгоф центр» с фонтаном.

Надо поторапливаться. Может быть, человек от работы отпросился, а мы отрываем его своими встречами и заботами, по поводу нашего приезда в Израиль? Можно было Игорю Левин позвонить позже, когда устроимся на постоянное место жительства в этом городе.

Мне никогда не нравились наборы продуктов из пакетиков. В последний раз кушал лёгкий ужин в самолёте после вылета из аэропорта «Адлер» вблизи Сочи.

С того времени прошло много часов. Мой желудок сильно проголодался и требовал пищу. Так что мне всё равно было, что приготовила нам Людмила в походной гостиничной кухне. Хорошо, что моя мама нам в дорогу купила в Душанбе таджикских лепёшек. Теперь они были как раз к нашему походному столу.

За время перелёта в полотенце завёрнутые лепёшки, совсем не потеряли свежести. Лепёшки вкусно пахли зёрнами подсолнуха, которым посыпают лепёшки перед выпечкой. Мы словно вернулись к прошлому.

– Нам пора идти. – сказал, как только семья закончила завтракать. – Нас ждёт Игорь Левин возле фонтана.

– Мы не пойдём на встречу с твоим бывшим партнёром. – обратно за двоих, ответил Артур. – Нам там нечего делать. Твой бизнес, лично мне, в Душанбе надоел. Так ты здесь обратно начинаешь нашу жизнь со своего бизнеса.

– Между прочим, этим бизнесом всю семью кормил. – разозлился на сына. – Мне на уши лапшу вешать не надо. Если ты обратно принялся за своё курево, то прямо сейчас в гостинице тебе хорошего ремня всыплю. Ты меня понял?!

– Никакого курева у меня с собой нет. – сказал Артур, выворачивая свои карманы. – Мы просто от отдохнём.

Не очень-то доверял вывернутым карманам старшего сына. Прекрасно знал, что свои сигареты и табак «нос» Артур всегда прячет в чужих вещах, которые не проверяю при поиске отравы у своих детей.

Но не искать, же мне постоянно сигареты и табак по вещам своей семьи. Должны когда-то дети понять, что курить, это своему здоровью вредить. Мне хочется, чтобы мои дети были вполне здоровыми и прожили много лет.

Как долго жили наши предки. Когда мы втроём вышли из гостиницы на улицу, то погода нас встретила яркими лучами южного солнца. Нам даже не верилось, что всего полчаса назад мы с Викторией дрожали от холода на берегу Средиземного моря.

На улице не было никаких признаков ненастной погоды, которая сурово встретила нас в середине ночи вовремя прилёта в аэропорт «Бен-Гурион» в Тель-Авиве.

Асфальт на проезжей части дороги и брусчатка на тротуарах были совершенно сухими. Воздух в Тель-Авиве был наполнен весенней свежестью и ароматом цветов.

Не зря название Тель-Авив связано с весной. Получается у нас жизненный каламбур. Мы прибыли жить весной в город весны. Конечно, это не главное в нашей жизни. Главное в том, что мы больше не будем жить среди трупов на улицах города.

– Папа! Посмотри! Вот написано на английском языке Дизенгоф-Центр. – сказала мне, Виктория, когда мы повернули на соседнюю улицу вблизи самой дешёвой гостиницы в Тель-Авиве. – Может быть, тут на этой улице фонтан?

– Сейчас мы спросим у этой фирмы «Шанс», которая сдаёт квартиры в аренду и продаёт старые квартиры. – сказал, Виктории, показывая рукой на вывеску у двери помещения маленькой маклерской конторы по улице Дизенгоф-287.

3. «Дизенгоф-центр».

Мы прошли в сторону маклерской конторы с манящим названием «Шанс», расположенной сбоку на первом этаже старого жилого здания. Войдя в помещение прямо с улицы, увидел всего две молоденькие женщины и два письменных стола, за которыми сидели две соблазнительные белокурые дамы. Больше в этом помещении никого не было.

Дамы любезно встретили меня. Пригласили сесть на стул между двумя письменными столами вдоль белой стены.

– Меня зовут Лена. – назвала себя высокая девушка. – Мою подругу зовут Наташа. У вас к нам есть вопрос?

– У меня к вам, пока, вопрос другого назначения, чем ваша реклама. – ответил Лене. – К вам загляну позже с вашим предложением. Мне нужно будет снять квартиру своей семьи из пяти человек. Вы, пока, подумайте над этим вопросом. Сейчас меня, в данное время, интересует один вопрос. Как мне пройти к фонтану возле «Дизенгоф-центр»?

– Пока мы вам подбираем квартиру на съем, вы можете пройти направо по этой улице в центр Тель-Авива. – ответила мне, Лена. – Дорога сама приведёт вас к фонтану недалеко от «Дизенгоф-центр». После, мы ждём вас.

Минут пятнадцать мы шли через «Дизенгоф-центр», квартал, напичканный разными магазинами. С вывесками на разных языках, в том числе на русском языке. После многочисленных заграничных командировок привык к такому изобилию и разнообразию магазинов. Поэтому не увлекался заграничной рекламой.

Просто глазами высматривал место фонтана. В то время как Виктория и Людмила вертели головами во все стороны. Постоянно натыкаясь на прохожих людей по тротуару и на столы, выставленные у баров и кафе, прямо на мощёный тротуар широкой улицы.

Когда мы наконец-то вышли к большому фонтану, то Игорь Левин был уже там, рядом с фонтаном. Видим, он сам беспокоился, что опоздает к назначенному месту нашей встречи?

Поэтому прибыл к фонтану на улице «Дизенгоф-центр» раньше условленного нами времени. Посмотрел на часы местного времени и убедился в том, что мои гонки преждевременные. До десяти часов утра было двадцать минут. Так что сбавил свою скорость быстрой ходьбы и не спеша, подошёл к фонтану так, чтобы Левин меня не заметил.

Мне нравилось разыгрывать кого-то из ожидающих меня людей. Игорь Левин не был исключением. Занимаясь бизнесом, мы часто с ним разыгрывали друг друга во время наших встреч и не только в самом Душанбе, но также за пределами Таджикистана.

Однажды летел самолётом из Москвы в Душанбе. При регистрации билетов и посадке на самолёт увидел Игоря Левина, который летел домой в Душанбе тем же рейсом. Решил в очередной раз разыграть его по поводу своего бизнеса и по вопросам заграничных командировок в разные страны мира.

В этот раз никуда за границу не летал. Но так получилось, что в эти дни с/п «Расма» на ВДНХ в Москве побывала делегация из Китая Нанкинской компании по внешним экономико-техническим связям и торговле.

Мне не удалось встретиться с делегацией компании из Нанкина. Но директор с/п «Расма» Игорь Гранов посчитал, что предложение китайских представителей по бартеру больше подойдёт мне в Душанбе, чем ему в Москве. Игорь Гранов хорошо проинструктировал меня по вопросам бартерных сделок с китайскими представителями.

Снабдил меня китайской рекламой на русском языке и визитками руководителей компании «Нанкин-бизнес». Решил разыграть в этот раз в самолёте Игоря Левин с тем, что заключил хорошую сделку с китайцами в Нанкин. Тем более что у меня давно в заграничном паспорте была красная виза Китая. Хотя мне по занятости все никак не пришлось быть в Китае.

– Какая встреча! – радостно, воскликнул, когда увидел Игоря Левин в салоне самолёта на соседнем сидении. – Наверно, обратно в командировках по заграничным странам катаешься? Тоже сейчас в Китае был в Нанкин.

– Да!? Как интересно! – удивлённо, сказал Игорь Левин. – Тоже только что в Китае был. Прямо сейчас оттуда лечу.

– Сейчас прилетел в Москву из Китая. – продолжил, разыгрывать Игоря Левин, думая, что он меня тоже разыгрывает.

– Как интересно! Тоже в Китае в Нанкин летал. – радостно, воскликнул Игорь Левин. – Мы могли там встретиться.

– Мне некогда было болтаться по Нанкин. – с серьёзным видом, сказал Игорю. – Целых два дня не выходил из офисов Нанкинской компании по внешним экономико-техническим связям и торговле. Дела бизнеса, прежде всего.

– Тоже вчера был в офисах этой компании. – удивлённо, сказал Игорь Левин. – Как мы с тобой там не встретились!

– Наверно, в разных корпусах были? – стал придумывать, продолжение розыгрыша. – Встречался с Чжоу Фань. Мы с ним готовили предварительный контракт по бартерным сделкам на целый год. Скоро Чжоу Фань прилетит к нам самолётом в Душанбе. Тогда тебя обязательно с ним познакомлю. Чжоу Фань толковый китайский бизнесмен.

– Так, зачем, нам тогда откладывать знакомство с ним? – смеясь, сказал мне, Игорь Левин. – Ты можешь это сделать прямо сейчас. Так как уговорил Чжоу Фань не откладывать подписывать контракт. Чжоу Фань сидит здесь рядом.

Игорь Левин показал мне на высокого китайца, который сидел рядом с ним и едва сдерживал себя, чтобы не рассмеяться. Откровенно, был готов на любой розыгрыш, но, чтобы разыграть самого себя! Так это было слишком. Не поверил словам Игоря Левин.

Подумал, что он меня просто разыгрывает. Как бы подтверждая сказанное мной, вытащил из своего портмоне визитную карточку Чжоу Фань и предъявил её Игорю Левин.

Высокий китаец и Игорь Левин, как истинные разведчики при конспиративной встрече с партнёром разведки в самолёте, тоже полезли в свои карманы и достали оттуда точно такие же визитные карточки Чжоу Фань.

Удивлённо вытаращил глаза и ничего не мог сказать своим партнёрам по бизнесу, на счёт своего розыгрыша. Чжоу Фань и Игорь Левин от души смеялись над моим провалившимся розыгрышем и показывали на меня пальцем.

Однако, розыгрыш и случайная встреча в самолёте пошли на пользу всем. После посадки самолёта в Душанбе мы тут же встретились в офисе Игоря Левин. Подписали трёхсторонний совместный контракт по бартерным сделкам. В дальнейшем расширили наши деловые встречи с представителями Китая. После нашей случайной встречи Чжоу Фань часто был в гостях у меня.

Вот и сейчас, в Тель-Авиве, осторожно направился к фонтану на улице «Дизенгоф-центр», где стоял Игорь Левин, читая какую-то местную газету, очевидно, на русском языке?

Так прилетел Левин в Израиль на пару месяцев раньше меня. За такой короткий срок выучить иврит Игорь не мог. Это его дети, возможно, уже знают иврит? Так как оба его сына больше года как прилетели в Израиль.

За такой срок вполне можно выучить разговорный иврит, а хорошо научиться читать на любом языке можно всего за пару лет.

– Товарищ-господин! Вы, случайно, ни нас ждёте у фонтана? – спросил Игоря Левин, заглядывая к нему в газету.

– Фу, ты! Как ты меня перепугал. – вздрогнув, сказал Игорь Левин. – Опять разыгрываешь, как с китайцем в самолёте? Можно подумать, что сюда кроме тебя кто-то прибудет к фонтану на улице «Дизенгоф-центр» после ночного звонка.

– Ты извини меня, за ночной звонок, на халяву звонят в любое время. – сказал. пожимая руку Игорю Левин. – У нас другого времени и выбора не было.

– Вы что вырядились в тёплые куртки и в свитера? – удивлённо, спросил Левин. – В такую жару!

– Так мы прибыли из Северного Таджикистана, вот нам и холодно. – смеясь, ответил. – Кроме того, нас в Израиле, встретили в час ночи с градом и с мокрым снегом. Мы все едва не замёрзли после жары в Азии.

– Какая-то неудачная у тебя первоапрельская шутка. – серьёзно, сказал Игорь Левин. – Ты разучился шутить. Когда это в Израиле рядом с Африкой выпадал снег!

– Вовсе не шутка. – серьёзно, сказала Виктория. – Нас в правду ночью встретил дождь с градом и снегом.

– Ну, раз дети об этом говорят, то хочется верить в то, что было в час ночи первого апреля. – согласился Игорь Левин с подтверждением Виктории насчёт ночной погоды. – По этому случаю вас приглашаю в местный бар на лёгкий завтрак.

Прямо от фонтана мы прошли к небольшому пивному бару. За стойкий пивной бар был парень лет тридцати. Рядом в узком пространстве пивного бара было всего три столика на четыре места каждый и один вентилятор на всех.

Мы расстегнули свои тёплые куртки и уселись за столиком обдуваемым вентилятором. Игорь Левин заказал мужчинам по одной кружке пива. Дамам взял по баночке напитка «Кока-кола». На всех Игорь Левин взял по пресной лепёшке, напичканной кусочками говяжьего мяса, разными овощами и приправленной майонезом. Странная закуска?

– Этот бутерброд называют «Шварма». – назвал Игорь Левин, сложное угощение. – Думаю, что будет вкусно.

Не сказал бы, что «Шварма» вызвала восторг у моего желудка. Но моему голодному желудку после баланды с лепёшкой в гостинице, этот продукт тоже был пищей богов.

К тому же кружка пива была ко времени. Последний раз пил пиво несколько дней назад. В то время как в обычные дни кружка пива для меня была также приятна, как для таджика пиала зелёного чая.

Поэтому сейчас с удовольствием мог бы выпить пару кружек хорошего пива. Но мне как-то неудобно было за счёт Игоря пить на халяву такое дорогое пиво.

Видел, как Левин имея в кармане не больше сотни шекеле, пятьдесят шекелей заплатил за угощение. Откровенно, мне было жалко Игоря.

– Спасибо за угощение. – сказал Игорю Левин, за пиво и «Шварму». – Но у меня к тебе, как к опытному репатрианту в Израиле имеется несколько вопросов. Расскажи нам, как быть с устройство в Израиле?

– Ну, ни настолько опытный репатриант, чтобы все сразу знать. – ответил Игорь Левин. – Но кое-что уловил сразу. Ни в коем случае не селитесь рядом с ортодоксальными евреями, которых здесь на иврите называют «доти». Когда прилетел жить в Израиль, то поселился жить к своим сыновьям в Бней-Брак, который населён в большинстве ортодоксальными евреями.

В первый же день в субботу решил съездить от Бней-Брак на автомобиле своего сына к берегу Средиземного моря, чтобы там искупаться с внуками.

Едва завёл автомобиль, как в меня тут же полетели камни и пустые бутылки.

Едва успел заглушить двигатель своего легкового автомобиля и убежать вместе с внуками в подъезд своего дома. Затем в своей квартире от детей узнал, что в субботу в Бней-Брак и всюду, где живут ортодоксальные евреи, всякое движение запрещено.

Нельзя ходить по улицам, заводить автомобили, включать музыку и телевизор. Можно лишь много спать. Поэтому не селитесь рядом с «дотиками».

– Боже мой! Какая дикость! – возмущённо, воскликнула Людмила. – Если б знала такое, то сюда не поехала.

– В других городах, где нет ортодоксальных евреев или их очень мало, то там можно жить, как в любом современном городе цивилизованного государства. – продолжил рассказывать Игорь Левин. – Всюду в современных городах есть различные бары, рестораны и разные развлекательные места, как во всех цивилизованных странах. Есть места отдыха молодёжи и взрослых. В подавляющем числе цивилизованных городов есть место обычной нормальной жизни.

Почти целый час Игорь Левин рассказывал нам о плюсах и минусах жизни в Израиле. Затем он сказал нам, что у него сейчас рабочее время и ему надо идти в продуктовый магазин, где он работает грузчиком. Вечером у него ульпан, на котором он изучает иврит. Нам тоже надо с первых дней устраиваться на работу и по вечерам заниматься на ульпана изучением иврита.

Все остальное нам расскажут в специальных государственных учреждениях по репатриации новых граждан Израиля из бывшего Советского Союза.

Такие учреждения, как «Мисрад аклита» министерство абсорбции, «Мисрад апним» паспортный стол, «Ирия» мэрия и другие учреждения необходимые новым репатриантам «олим ходашим» имеются во всех городах Израиля. Никуда не нужно ездить далеко от места жительства, заниматься лишней и изнурительной беготней. Все конторы находятся рядом.

4. Съёмная квартира.

После встречи с Игорем Левин мы твёрдо знали, что нам нужно устраиваться жить на съёмную квартиру, которая здесь называется «Схардира».

Поэтому мы тут же сразу направились к маклерам Лены и Наташи в частную контору «Шанс», которая могла нам дать шанс устроиться с проживанием в съёмной квартире на постоянное место жительства. Не оставаться же семьёй постоянно жить в гостинице «Дан» или на улице бомжами в Израиле?

– Вокруг большого Тель-Авива имеются двенадцать городов спутников, в которых можно снять квартиру на временное и на постоянное жительство вашей семьи. – сказала нам, маклер Лена. – Мы обзвонили конторы сдающие частные квартиры под съем. Лишь в одном Бать-яме имеется подходящее жилье вашей семье. Прежде чем ехать смотреть жилье на съем, мы должны с вами заключить контракт на посредническую сделку между маклерами и квартиросъёмщиками. Затем вы платите нам полтора процента от стоимости квартиры за один год. После чего едем смотреть квартиру и с хозяином съёмной квартиры договариваться о стоимости квартиры сроком до одного года.

– Почему, до одного года? – удивлённо, спросил маклера Лену. – Может быть, нам квартира не подойдёт?

– Меньше, чем на один год с вами никто не согласится подписывать контракт. – ответила маклер Лена. – Вы сами рассудите. Зачем, вам маленький срок проживания на съёмной квартире? Полгода вы в ульпане по изучению иврита.

Затем полгода будете устраиваться на работу после того, как у вас закончиться «корзина денег» на проживание. Плюс учёба ваших детей в школе. Не будете же вы постоянно менять школы своих детей-подростков? Подумайте!?

– Хорошо! Вы уговорили! Оформляйте съем квартиры на один год. – согласился. с предложением маклера.

– Кроме того, что мы заключаем с тобой контракт за услуги на, съем квартиры. «Ты должен нам и хозяину квартиры предоставить своих гарантов», -сказала мне, маклер Лена. – Лишь после этого можно подписать совместный контракт.

– Какие могут быть гаранты на съем квартиры, если плачу наличными? – удивлённо, спросил маклера. – Гарантами могут быть только деньги.

– У нас в Израиле такой порядок. – ответила маклер Лена. – Без гарантов не заключают контракт ни на одну крупную сделку. Квартиры в аренду и на продажу оформляются при наличии гарантов у новых репатриантов.

– В таком случае у нас с вами сделка не состоится. – поднимаясь со стула, сказал. – Будем жить в гостинице до тех пор, пока у нас появятся деньги и гаранты на покупку себе новой квартиры. Другого выхода у нас нет. Мы прощаемся.

– Вы с проживанием в гостинице вскоре станете нищими. Вас просто выкинут на улицу. – вдогонку мне, сказала маклер Лена. – Если вы хотите, то мы можем взять на себя риск и пойти к вам на встречу. Предоставим своих гарантов.

Прекрасно понимал, что передо мной сидят настоящие авантюристы, которые наживаются на вновь прибывших новых репатриантах, у которых нет другого выхода, как только соглашаться на тех условиях, какие предлагают нам маклеры.

Поэтому вынужден был согласиться на предложении маклеров найти мне трёх гарантов на съем квартиры сроком на один год. Ходить по другим частным конторам на съем квартиры не было никакого смысла.

Здесь в Израиле давно все маклерами отработано и прикрыто самим законом на проживание новых репатриантов. Нашими гарантами оказались мужья Лены и Наташи, которые работали в соседней частной конторе по квартирам на съем и продажу.

Третьим гарантом стала какая-то пожилая женщина, случайно гуляющая по тротуару рядом с маклерскими конторами.

Скорее всего, это была одна из тёщ или свекрух семейных пар, работающих в соседних маклерских конторах. Разве, они могли просто так упустить куш денег мимо своих контор?

Точнее сказать, наших карманов с деньгами, так как, по всей вероятности, гаранты были просто фикцией, чтобы ободрать совершенно несмышлёных новых репатриантов, которые словно слепые котята ползали по всему Израилю в поисках жилья.

Ведь никто из новых репатриантов, прибывших в Израиль, на постоянное место жительства, ничего не знал о местных законах и порядках.

Разного рода мошенники и авантюристы, вроде, квартирных маклеров, как хотели, так и обирали наивных новых репатриантов, которые всё равно даже пожаловаться блюстителям порядка на мошенников не могли? Мы совершенно не знали законов Израиля и так же совсем не знали иврита.

– С вас 1350 шекелей или 450 американских долларов за все наши услуги по съёму частной квартиры. – сказала мне, маклер Лена, щелкая по клавишам калькулятора. – Можно платить наличными или банковским чеком. Как вам угодно.

– Наличных денег у нас не будет. – растерявшись от услышанной огромной суммы, сказал ей. – Имеются чеки.

– У нас сдачи с такой суммы чеков нет. – сказал маклер Лена, рассматривая мой чек, выданный нам в аэропорту «Бен-Гурион». – Мы сейчас пойдём с вами в соседний банк. У меня там есть знакомая служащая, которая поможет нам обналичить ваш чек. После посещения банка у вас появятся свои наличные на другие расходы по устройству с жильём.

Меня прямо трясло от наглости этих маклеров-авантюристов, которые беззастенчиво обдирали нас со всех сторон. Но, как говорил Остап Бендер, «лёд тронулся».

Вот только парадом командовали маклеры мошенники и авантюристы с приятной внешностью. Мне оставалось лишь подчиняться их воле. Следовать за ними всюду, куда только они пожелают, чтобы маклеры могли до нитки ободрать нас с самого начала прибытия жить в Израиль.

– Тебе придётся подождать возле банка. – сказала маклер Лена, которая давно перешла со мной на «ты», как великая особа над мелким и униженным новым репатриантом. – Тебя в банк без специальных документов всё равно не пустят.

Видимо, эта маклер думала, что впервые за границей и ничего не знаю о банковской системе? Мне приходилось часто бывать за границей в более серьёзных банках, чем этот банк местного значения. Ни в одном банке за пределами бывшего Советского Союза у меня даже документы не спрашивали, когда входил в банки по своим личным и служебным делам.

В некоторых банках просто проверяли меня на предмет оружия или взрывчатки, что делали со всеми клиентами банка независимо от расовой и половой принадлежности каждого. Однако в банк меня впускали.

– С тебя высчитали пятьдесят шекелей за наличные с чека. – сказала маклер Лена, возвращая остаток мои денег. – Вам придётся подождать пару часов, пока закончится рабочий день в Израиле. Когда приедет хозяин квартиры домой. Мы сразу позвоним ему. Договоримся о нашей встрече по вопросу съёма квартиры на один год.

– Чтобы случайно вы не забыли о нашем существовании, мы будем здесь близко возле вашей конторы. – сказал маклеру Лены, когда мы подошли к их конторе. – Пока моя жена сходит в гостиницу за нашими вещами и за детьми.

– Смотреть квартиру мы поедем вдвоём или втроём. – сказала маклер Лена. – Затем мы отдельно наймём такси и перевезём всю вашу семью с вещами на постоянное или временное место жительства. Вам может квартира не понравиться или вы не понравитесь хозяину квартиры. Поэтому нам придётся ездить на такси несколько раз по городу.

Маклер прошла в свою контору, мы с Людмилой и Викторией остались на тротуаре. Виктория и Людмила пошли в гостиницу «Дан» в наш номер, чтобы оттуда забрать вещи и пацанов.

Остался рядом с дверью конторы, чтобы маклеры с нашими деньгами не разбежались по своим домам. У меня к ним не было никакого доверия. Хотя прекрасно понимал, что ради двух тысяч шекелей они контору закрывать не будут. Ведь к ним каждый день приходят десятки, таких клиентов. Маклеры от многих клиентов имеют деньги на много больше, чем сейчас дал им за услуги.

У меня ещё в аэропорту «Бен-Гурион» стал побаливать коренной зуб. К середине дня боль зуба усилилась. Надо было выпить какое-нибудь лекарство от боли зуба, но у нас с собой в сумках лекарства никакого не было.

Здесь в аптеках тоже, наверно, лекарство отпускают лишь по рецепту от лечащего врача? Придётся терпеть, пока устроимся с жильём. Затем попрошу у своих новых соседей какое-нибудь лекарство от зубов. После схожу к зубному врачу.

Прошло ни два, а четыре часа, прежде чем маклер Лена сказала мне, что мы с Людмилой и она можем поехать на такси смотреть квартиру на съем в Бать-ям. Людмила отвела Викторию обратно в номер гостиницы под контроль старших братьев. Мы втроём сели в такси. Поехали в сторону берега Средиземного моря. Вдоль берега Средиземного моря была оживлённая автомобильная трасса, освещённая яркими уличными фонарями.

Хватило всего минут двадцать езды, от конторы маклеров через Тель-Авив вдоль берега моря до центра Бать-яма.

– Нам, кажется, здесь надо выходить? – сказала маклер Лена, останавливая такси возле двухэтажного дома.

Мы вышли из автомобиля такси, прошли во двор двухэтажного дома. Подошли к железной двери, возле которой была кнопка вызова хозяина дома.

Маклер Лена нажала на кнопку, что-то сказал в микрофон на иврите, рядом с микрофоном ответил на иврите репродуктор хриплым прокуренным мужским голосом. В ту же минуту железная дверь раздвинулась. Это был вход в лифт двухэтажного дома.

До такой степени люди обленились, что даже на второй этаж не могут ногами подняться. Обязательно им нужен лифт прямо в квартиру на второй этаж этого дома.

Не ошибся в своих размышлениях. Лифт поднялся не на лестничную площадку дома, а прямо в середину квартиры. Вначале дверь лифта открылась в спальню, но когда маклер Лена поняла, что ошиблась кнопкой, то нажала другую кнопку и в лифте открылась противоположная дверь в просторный белый зал квартиры.

Мы вошли в зал, в котором на каменном полу, лежал огромный ковёр. Напротив, двери лифта в противоположной стороне зала во всю стену была американская кухня.

На кухне в бледно-розовом прозрачном пеньюаре хлопотала молодая женщина. Почти сквозь прозрачный пеньюар было видно, что на теле женщины ничего больше нет.

Почти обнажённая женщина совершенно не обращала никакого внимания на наше появление. Женщина продолжала заниматься своим делом на кухне, сверкая почти обнажённой задницей и дёргаясь голыми грудями под прозрачным пеньюаром не стесняясь нас. В одном конце ковра стоял в зале квартиры большой телевизор. В другом конце ковра стоял огромный диван. На диване, задрав ноги к верху, лежал в одних плавках мужчина лет сорока.

Совершенно не обращая никакого внимания на наше присутствие и не меняя позу, мужчина смотрел по телевизору видео-порнографию и издавал возбуждённые звуки во весь голос.

Мне сразу это не понравилось. Никогда такого не позволял в своём доме. Тем более при своей жене и детях.

Мне хотелось прямо сразу уйти из этого дома, но в это время маклер Лена стала разговаривать с хозяином квартиры.

Даже разговор на незнакомом мне языке был понятен жестами и мимикой мужчины. Сразу было видно, что он не доволен нашему приходу. Даже не собирается с нами вообще разговаривать ни на какие темы.

Не дожидаясь окончания разговора между маклером Леной и этим не приятным на вид мужчиной, потянул Людмилу обратно в лифт. Следом за нами в лифт вошла маклер Лена.

Мы спустились в лифте вниз на улицу. После душного помещения, наполненного какими-то неприятными мне запахами дезодорантов, которыми женщины отпугивают или привлекают мужчин, на улице на нас повеяло свежим воздухом со стороны моря, мне сразу стало легко дышать.

– Вы, что, иврит понимаете, что ли? – удивлённо, спросила нас, маклер Лена, когда вышла за нами из лифта.

– Здесь без знания иврита было понятно, что он нас видеть не хочет. – ответил маклеру. – Мне самому противно такое отношение к нам.

– Этот тип сказал, что вы похожи больше на воров, чем на новых репатриантов. – сказал маклер Лена. – Ему сказала, что вы вполне культурная и интеллигентная семья из России. Мужчина мне там стал говорить разные пошлости.

– Надо было сказать мне. Ему тут же набил бы морду. – со злобой, сказал. – Таких гадов, надо бить.

– В таком случае вы можете сразу вылететь из Израиля. – испуганно, сказала мне, маклер Лена. – В Израиле рукоприкладство запрещено всем гражданам. Вас могут специально спровоцировать на драку и заработать на этом огромные деньги. Достаточно трёх свидетелей и разбитого носа или ссадин на возбуждение уголовного дела в суде. Такие уголовные дела в Израиле обычное явление. Так что вы будьте осторожны.

– Саша! Не забывай! Ты слово давал, что в Израиле драться не будешь. – с упрёком, сказала Людмила. – Мы прилетели в совершенно другое государство.

– Ладно! Давайте делом заниматься. – с серьёзным тоном, сказала маклер Лена. – Здесь по близости есть одна квартира под съем. Мы пойдём, посмотрим эту квартиру. Если эта квартира не подойдёт, то тогда мы едем в Холон.

Уличные фонари и яркие рекламы, освещали возле тротуаров отдельно стоящие легковые автомобили и мелькающий транспорт по улицам Бать-яма.

Мы прошли улицу Сахаров, прямо-таки с русским названием. Затем пересекли улицу Бялик, который, наверно, был родственником Екатерины Бялик, абитуриентки педагогического института в Харькове?

Вскоре вышли на улицу Ротшильд, фамилия знаменитых банкиров проживающих в Англии. Минут через десять ходьбы по улицам Бать-яма, мы подошли к какому-то мрачному, пятиэтажному, жилому зданию.

По грязным лестничным переходам без лифта поднялись на четвёртый этаж. Маклер Лена позвонила в массивную железную дверь без номера. За железной дверью что-то зашуршало.

Видимо, разглядывают нас в дверной глазок. Вскоре в замочной скважине закрутился ключ? Железная дверь вяло открылась. Перед нами появился пьяный мужик в семейных трусах и в рванной грязной майке.

Мужик подозрительно посмотрел на нас сверху донизу. Грязной рукой вытер не бритую грязную рожу. Выпучив глаза, попятился назад.

Пытаясь увидеть нас в своём пространстве, в которое мужик не пускал никого, кто приходил сюда без бутылки русской водки. У нас с собой русской водки не было.

– Вам что нужно? – спросил нас мужчина с опухшим лицом. – Вы к нам на проводы пришли? Тогда входите.

– Хозяин этой квартиры сказал мне, что можно вселяться в его квартиру в любое время. – морщась от вида грязи, сказала маклер Лена, прикрывая свой нос от запаха ликёроводочного перегара, который исходил от пьяного мужика.

– Мы с Колей отмечаем переезд из квартиры в другое место. – едва шевеля языком, сказал пьяный мужик.

Тут в двери появился сам Коля, вид которого не внушал никакого доверия к возможному проживанию в этой квартире. Помойка таланта, в которой жил художник Шевелев Валера в Орджоникидзеабаде, выглядела намного чище и лучше, чем эта квартира с пьяными мужиками. Ни настолько мы были падшие люди, чтобы жить в такой грязной квартире, которую пыталась навязать нам маклер Лена. Здесь нам даже стоять опасно рядом с алкашами.

– В эту квартиру не семью надо вселять, а наряд местной полиции прислать. – сказал маклеру Лене, поворачиваясь от двери с пьяными мужиками. – Совсем не хочу, чтобы моя семья видела, в какую грязь в Израиле их привёз.

– Тоже мне чистюля нашёлся. – сказал вдогонку пьяный мужик. – Поживёшь в Израиле, сам такой будешь.

– До такой степени никогда не опущусь. – огрызнулся. на слова пьяного мужика. – Это вы такими были в России. Такими живете здесь в Израиле. Позорите за границей, русскую и еврейскую нации. Мерзость, какая!

Мы вышли из подъезда, пропахшего ликёроводочным перегаром. Тут же перешли на другую сторону улицы, освещённую яркими уличными фонарями. Маклер Лена стала ловить пробегающие рядом автомобили такси. Отошёл за тротуар и присел на бульварную лавку. У меня так сильно болел коренной зуб, что мне было не до съёма квартиры. Хотелось скорее вернуться в гостиничный номер и попытаться заснуть, чтобы не чувствовать адской боли зуба. Может быть, там, в гостинице у администратора, найдётся лекарство от зубной боли? Скорее бы прошла боль зуба.

– Вы, вроде, заболели? С вами что-то случилось? – забеспокоилась маклер Лена, когда мы все сели в такси.

– У меня почти сутки болит коренной зуб. – сквозь зубы, жалобно, ответил. – Как назло у нас нет лекарства.

– Мы сейчас съездим в Холон смотреть квартиру. Это тут, совсем рядом. – сказала маклер Лена. – Затем поедем к нам в контору. У нас в аптечке есть какие-то лекарства от зубной боли. Так что немного потерпите. Мы скоро едем.

Маклер Лена что-то сказала таксисту на иврите. Автомобиль такси помчался в западную часть Бать-яма, который от Холона отделяла всего лишь одна улица.

Так что через пару минут мы уже мчались на такси по улицам Холона. Вскоре обратно подъехали к мрачному пятиэтажному зданию, которое выглядело немного лучше себе подобного здания в Бать-яме.

Рассчитавшись за проезд в такси, маклер Лена повела нас на третий этаж этого мрачного здания. Здесь хотя бы лестничные марши были чище, чем в подъезде пятиэтажного здания в Бать-яме.

Такой более-менее приятный вид внутри подъезда внушал мне какое-то доверие на возможное проживание здесь в съёмной квартире этого здания. Посмотрим, что предложат нам сейчас маклер и хозяин квартиры.

Маклер Лена позвонила в дверь с номером тридцать. Дверь нам открыл мужчина средних лет, с маленькой шапочкой кипа на голове. По виду это был вполне нормальный интеллигентный человек, с которым можно говорить о наших квартирных проблемах.

Вроде, и квартира у него вполне нормальная? Вот только без мебели. Наверно, нам самим придётся сразу приобретать новую или подержанную мебель для всей нашей семьи? Без мебели жить нельзя.

– Шалом адони! (Здравствуйте господин!) Шалом гвирет! (Здравствуйте госпожа!) – улыбаясь, приветствовал нас, хозяин квартиры, на иврите. – Шем шели Ави (Моё имя Ави.).

Конечно же, ничего не понял от хозяина квартиры из короткой речи на иврите. Маклер Лена тут же сделала нам перевод на русский язык. Маклер Лена сказала, что хозяин квартиры приветствует нас в своей квартире.

Хозяина квартиры зовут Ави. Он хочет найти с нами общий язык по совместному интересу в этой уютной квартире, которую он уступит нам на один год за четыреста пятьдесят американских долларов в месяц, с расчётом за каждые три месяца вперёд.

Через год мы можем с хозяином перезаключить договор на съем или даже на продажу выбранной квартиры.

– Квартира на съем, вроде, ничего? Можно жить. – сказал сам. – Вот где мы будем спать и готовить всей семьёй?

– Эту проблему решим завтра с утра. – поспешила успокоить меня маклер Лена. – Тут рядом в Яффе имеется небольшой арабский рынок подержанной домашней мебели, которую там можно приобрести совершенно дёшево.

– Согласен с условиями хозяина квартиры, но документы буду подписывать только тогда, когда у нас будет мебель. – сказал. в заключение нашей беседы насчёт съёма квартиры. – Так что здесь мы встретимся завтра с мебелью.

Распрощавшись с хозяином квартиры, мы сразу спустились вниз на улицу. Маклер Лена поймала такси. К этому времени у меня распухло все лицо от зубной боли. Был от зубной боли почти в оборочном состоянии. Боялся потерять сознание от жуткой боли коренного зуба. Моя голова ужасно гудела от зубной боли.

У меня перед глазами все плыло, как от миража в знойной пустыне. Даже был не в состоянии что-то соображать по поводу серьёзных вопросов. Это хорошо, что сегодня не подписал контракт на съем квартиры с хозяином этой квартиры.

Возможно, что завтра на здоровую голову посмотрю совершенно иначе на вопрос о съёме квартиры и купле мебели своей семьи?

– В аптеках Израиля вы не найдёте таблетки анальгина от зубной боли. – сказала мне, маклер Лена, когда мы приехали на такси к её конторе и сразу зашли туда. – У нас от зубной боли принимают таблетки нурофена и акамола. Примите прямо сейчас по одной таблетке и у вас к утру, вся зубная боль пройдёт. По месту жительства вы вступите в выбранную вами клинику. Здесь так принято. После обратитесь к своему семейному врачу. Зубы свои надо беречь.

Маклер Лена выдала мне по одной белой таблетки из упаковок с надписью «NUROFEN» и «ACAMOL».

Ни стал глотать таблетки, как это рекомендую врачи. Просто положил таблетки за щеку в область зубной боли, чтобы таблетки там рассосали и быстро оказали своё воздействие прямо на больной зуб. Может быть, так быстрее пройдёт адская зубная боль, которая окончательно меня достала?

При таком состоянии зубной боли мне хоть в петлю лезть. Поблагодарив маклера Лену за таблетки от зубной боли, тут же направился следом за Людмилой в наш гостиничный номер.

У меня были лишь одни мысли, быстрее добраться до холодной постели и лечь спать до утра. Быть может, таблетки на меня подействую в лучшую сторону во время моего сна.

Вроде, начинают действовать? Зубная боль притупилась. Только челюсть ноет, а также голова кружится от бывшей острой зубной боли. Обычное состояние человека после зубной боли.

К этому надо привыкнуть и успокоиться. К утру у меня должна пройти вся зубная боль. Наверно, у меня был ужасный вид, когда вошёл в гостиницу? Новый администратор гостиницы «Дан» посмотрел на меня глазами, наполненными страха.

Посмотрел на наш входной талончик в гостиницу и любезно пригласил пройти в свой номер. Просто кивнул головой на любезность администратора гостиницы «Дан» и прошёл к лифту.

Людмила поспешила за мной, поддерживая меня за руку. Видимо, боялась, что сейчас могу свалиться в лифте без сознания? Сам об этом думал, когда шёл по вестибюлю гостиницы к лифту, раскачиваясь во все стороны от кружения головы и плывущего перед глазами интерьера вестибюля гостиницы «Дан». Со стороны можно было подумать, что сильно пьян, как те двое русских мужиков из квартиры в Бать-яме. Мне тоже стоило сейчас выпить грамм двести русской водки перед сном.

Проспаться хорошо до утра в пьяном виде, после выпитых двести грамм водки. Водка то же в какой-то степени помогает от резкой зубной боли, как медицинский спирт. Ведь не зря во время войны с фашистами, в связи с отсутствием обезболивающих лекарств, врачи перед операцией давали раненым двести грамм русской водки.

Только после этого приступали резать раненых живьём без наркоза и без обезболивающих лекарств. Жалко, что сегодня не могу в гостинице выпить русской водки перед завтрашним ответственным днём моей семьи.

– Папа! Ты, что, заболел что ли? – взволнованно, спросила меня Виктория, когда увидела мой ужасный вид.

– Отстань от отца! – сказала Людмила, отстранив дочь. – У отца сильно болит зуб, он принял две таблетки.

Ни стал ничего говорить своей дочери. Снял с себя костюм. Надел на себя тёплую домашнюю пижаму. Сверху надел два свитера. Закутался в тонкое одеяло и в простыни.

Вдобавок надел на голову, вязанную тёплую шапочку. Лёг спать в постель в таком виде. Но сразу заснуть не мог. Так как было всего лишь семь часов вечера. Долго крутился с боку на бок. Когда наконец-то зубная боль спала, сам успокоился и только после этого крепко уснул до утра. Проснулся оттого, что сильно вспотел.

Мой коренной зуб больше не болел. Голова тоже не кружилась. У меня было хорошее состояние души и тела. Теперь мне оставалось принять хотя бы холодный душ. Если в гостинице нет горячей воды. Хорошо, что моя семья вся спит.

Наверно, наши дети и Людмила, вчера до поздней ночи обсуждали свои первые впечатления об Израиле? Пока семья спит, надо искупаться под душем и немного покушать.

В душевой комнате, как во всех подобных современных помещениях, был кран горячей и холодной воды. Открыл кран с горячей водой. Но оттуда, привычно, как в России, потекла холодная вода. Хотел, было закрыть кран горячей воды, как, вдруг, холодная вода, текущая из крана, стала быстро набирать температуру. Вскоре из крана стал идти настоящий кипяток.

Мне пришлось посредством вентиля с холодной водой отрегулировать нормальную температуру воды пригодную на купание моего тела. Теперь мог хорошо помыться с дороги. Любая вода полезна моему телу.

– Папа! Тоже хочу купаться с дороги. – стала ныть Виктория у двери душевой комнаты, когда мне срочно пришлось мылся, чтобы прийти в себя от проходящей зубной боли.

– Ты со мной мыться не будешь. – сказал Виктории. – Так что подожди немного, пока закончу мыться. У тебя уже ни тот возраст, когда мы можем вместе мыться.

– Зачем, такое болтаешь? – обиженно, сказала Виктория, за дверью душевой. – Ты мужчина, а перед тобой дама.

– Между прочим, эту даму, голенькой мыл в тазике совсем недавно. – сказал дочери, выходя в зал из душевой. – Ты всегда любила мыться со мной.

– Тогда была ребёнком и ничего не понимала. – надувая губы, сказала Виктория. – Сейчас стала большая. Понимаю всё ни меньше своих родителей.

– Представляю! Вику голой в тазу с водой. – хихикая, сказал Артур. – Между прочим, тоже тебя мыл в тазу. Когда ты голяком ползала при мне по квартире.

– Ты лучше себя представь голым в тазу перед всеми. – с обидой, сказала Виктория. – Прежде чем говорить мне такие гадости.

– Прекратите сейчас же болтовню! – пресекла Людмила, своих детей. – Вместе с отцом когда-то мыла вас всех.

– Вы лучше без меня занимайтесь своими разборками. – сказал, усаживаясь за стол. – Мне нужно покушать и ехать в Яфа на арабский рынок за мебелью. Сегодня к вечеру мы семьёй должны жить на своей съёмной квартире.

– Ура! У меня обратно будет отдельная комната! – радостно, закричала Виктория, показывая братьям язык.

– Отдельно комната у тебя будет не скоро. – сказал. дочери. – Пока будем жить в двухкомнатной квартире.

– Так тебе и надо! – съязвил Артур, перед своей младшей сестрёнкой. – Не будешь задаваться, что у тебя была своя комната. Мы тоже с Эдиком хотим иметь по комнате на каждого. Однако мы пока молчим. Знаем трудности жизни.

– Придёт наше время и у каждого из вас будет отдельная комната. – сказал, своим детям. – Сейчас, пока, нам придётся потесниться в съёмной квартире. Мальчишки будут спать в зале. Мы втроём будем спать в спальне. Дальше подыщем себе более просторное съёмное жилье или купим себе шикарную квартиру. Когда получу свои американские доллары из России. Думаю, что моих дивидендов вполне хватит на шикарную квартиру и на шикарную мебель.

Арабский рынок в Яфа (в переводе с иврита – прекрасный), выглядел довольно мрачным старинным зрелищем на фоне современных зданий в Тель-Авиве. На первых этажах двухэтажных, старинных жилых домов и в одноэтажных домах, в большинстве которых давно никто не жил, расположились арабские лавки торга подержанной мебели. Прямо между арабских лавок по узким улочкам рынка медленно передвигались ишаки, одногорбые верблюды дромедары и небольшие лошади с повозками. Между ними суетливо передвигались легковые автомобили с прицепами. Все повозки, автомобильные прицепы и маленькие грузовые автомобили, были загружены подержанной мебелью и бытовыми подержанными приборами.

Было совершенно не понятно, куда и, зачем, снуют эти извозчики с подержанной мебелью и с подержанными бытовыми приборами? Одни увозили подержанную мебель и бытовые подержанные приборы, а другие привозили кем-то брошенную жилую утварь. Что-то из этого хлама ремонтировалось и продавалось, что-то из хлама ломалось и превращалось в мусор, не успевая найти себе нового потребителя.

– Нам придётся хорошо поторговаться, чтобы выбрать приличную мебель. – откровенно, сказала мне, маклер Лена, торгуясь на иврите с арабами, продавцами подержанной мебели. – Иначе мы не сможем купить у них ничего.

Около часа споров и любезностей, между маклером Леной и арабами, продавцами подержанной мебели и бытовой техники, закончились тем, что мы загрузились домашней утварью на двух легковых автомобилях, переделанных под грузовые автомобили.

Купили большой холодильник «Тадиран», три односпальные кровати, одну кровать двуспальную, газовую плиту на кухню, большой раздвижной стол с шестью стульями и стиральную машинку.

Со всем домашним скарбом, купленным у арабов, мы медленно двинулись на двух грузовых автомобилях и на такси в Холон. Даже при медленной езде с грузом купленной мебели через Бать-ям. Меньше чем за час мы добрались до дома на улице Анилевич в Холоне. Хозяин квартиры словно ждал нас с вечера и при нашем появлении тут же открыл квартиру.

Чтобы зря не терять времени, сказал маклеру Лене, что документы подпишу лишь в присутствии своей семьи. Пока распределяю мебель по квартире, надо сюда привести мою семью со всеми нашими сумками.

Маклер Лена уехала на такси за моей семьёй. При участии арабов и моих новых соседей, мы занесли всю мебель и бытовые приборы в квартиру, взятую нами на съем «схар диру».

Рассчитавшись с арабами за оказанные услуги, стал наводить порядок на новом месте жительства перед приездом моей семьи. Мне хотелось угодить своей семье.

После нашей роскошной пятикомнатной квартиры в Душанбе, в столице Таджикистана, съёмная квартира выглядела наподобие старого бытового помещения, переделанного под временное жилье переселенцам, точнее сказать, беженцев из бывшего Советского Союза в Израиль.

Однако как-то нам надо было начинать свою жизнь на постоянном месте жительства в Израиле. Ведь на смене постоянного места жительства прелести жизни не прекратилась.

Кто знает? Вполне возможно, что именно отсюда начнётся рассвет нашей семьи? Пускай даже с плохой и дешёвой съёмной квартиры начинается прелести жизни в новом постоянном месте жительства в Израиле.

Дальше будет видно, как нам поступать с постоянным местом жительства в Израиле. Может быть, нам придётся кочевать по всему миру в поисках хорошего постоянного места жительства?

Мы фактически превратились в вынужденных странников, по воле новых обстоятельств жизни, которые независимо от нашего желания сорвали нас с обжитого годами прекрасного места жительства.

Мы словно айсберг, оторвавшийся от южного полюса, начали свой дрейф по всему земному шару. Совершенно не знаем, в каком месте приткнёмся жить. Может быть, как айсберг, растворимся в бесконечном океане среди людей? Никто даже не заметит нашей пропажи. Конечно, не ожидал, что передо мной в Израиле откроются ворота рая.

Но, то, что мы будем жить в такой мрачной малогабаритной квартире, этого никак не ожидал. Был на грани шока, разглядывая грибок на стенах и на каменном полу по всей квартире. Даже во время жаркого дня при каменном полу в квартире было холодно. Во время своих заграничных командировок.

Не в одной стране мира не видел в жилых квартирах каменных полов. В моем понятии такая квартира выглядела какой-то древней дикостью со времени власти царя Соломона в Израиле.

Ведь сейчас во всём мире столько много разных половых покрытий, что при израильской влажности у моря и при бедности в древесине в Израиле, можно применять на полы какие-то современные синтетические покрытия, которые намного дешевле мрамора и досок для полов.

От мраморных полов стены в квартире гниют. Мебель тоже покрывается грибком и быстро приходит в негодность. Поэтому здесь так часто выкидывают мебель на мусор.

Ни стал дожидаться приезда своей семьи к окончательному подписанию документов на съем квартиры. Все и так ясно, что мы будем жить в этой квартире ближайший год.

Никуда мы Всё равно сейчас переезжать не будем. Поэтому в присутствии нашего соседа, по лестничной площадке, который говорил на русском языке и на иврите, подписал все необходимые документы на съем квартиры.

Хозяин квартиры довольный сделкой уехал по своим делам. Остался один дожидаться приезда своей семьи, которые будут в шоке при виде такой «диры – квартира на иврите».

Действительно дыра. Представляю, сколько паршивых слов услышу от своей семьи в свой адрес за это жилье. Не успел привыкнуть к тому, что нахожусь в такой мрачной съёмной квартире, как, вдруг, услышал с улицы голоса своих детей, которые приехали на такси вместе со всеми нашими вещами. Тут же спустился во двор к легковому автомобилю такси. Мы стали заносить в квартиру свои многочисленные сумки, кейсы и чемоданы. Не желая иметь рядом со своей семьёй посторонних людей, сказал маклеру Лене, что документы на квартиру подписаны.

Хозяин квартиры уехал по своим делам. Маклер Лена посетовала, что документы подписывать надо было в её присутствии, так как у неё к хозяину квартиры были некоторые вопросы.

Теперь им придётся его ловить по всему Израилю и разбираться с ним по взаимным вопросам. Здесь в Израиле на каждом шагу одни только мошенники живут. Таким образом, маклер Лена только подтвердила мои подозрения на то, что с первого часа нашего приезда в Израиль нас окружили своры мошенников и воров. Включая маклера Лену, которая за сутки нашего знакомства обобрала нас, как хотела.

Как позволяла воровать её совесть, которой, возможно, нет ни у одного мошенника? Выходит, что сама страна обетованная напичкана всякого рода мошенниками, прибывшими из Советского Союза. Когда вошёл в съёмную квартиру с последней нашей сумкой, выгруженной из такси, то увидел, как моя семья сидела на своих сумках в полном замешательстве.

Все были в шоке от вида такой квартиры. Они никак не ожидали, что мы с прибытием в Израиль так низко падём после нашего взлёта в Душанбе, где мы роскошно жили, как «новые русские» в Таджикистане.

Теперь нас даже не с кем сравнить. Мы где-то на среднем уровне между бомжами и обычными русскими, которые влились в слой бедного населения новых репатриантов, прибывших из территории бывшего Советского Союза в Израиль. Из богатых мы превратились в бедных.

– Наша семья физически и умственно вполне здоровая. – сказал. – На нашей улице будет праздник.

– Хотя, на наш подъем уйдут долгие годы нашей жизни. – угрюмо, сказал Артур, поднимаясь со своей сумки. – Мы зря сюда приехали. Лучше бы поехали жить на Урал или куда-то на Кавказ, откуда вы зря уехали.

– Ты больше всех хотел уехать жить в Израиль. – с упрёком, сказала Вика, своему старшему брату.

Артур ничего не сказал на упрёк своей младшей сестрёнки Виктории. Ведь она в этом была права. Вся семья, словно тараканы потравленные «Дихлофозом», разбрелись по своим новым местам жительства, определённым на временное проживание в съёмной квартире. Людмила нехотя стала распаковывать сумки с шикарными вещами, которые напоминали нам о нашей былой роскоши, которую мы оставили навсегда в Душанбе в проданной за бесценок квартире. Виктория копошилась в своих сумках, вытаскивая оттуда не распакованные с магазина новые платья и наряды на все случаи жизни.

Наши мальчишки с кислой миной на лицах жевали шоколадные батончики, припасённые ими в ларьках со своей бабушкой Марией возле аэропорта в Душанбе в Таджикистане.

– Соседи! К вам можно зайти? – услышал, голос женщины в проёме открытой двери. – Мы живём, напротив.

– Конечно, входите. – печально, отозвался. – Наши двери всегда открыты соседям пришедшим с миром.

– Меня зовут Екатерина. Мы прилетели из Белоруссии. – сказала женщина. – По акценту, вы прилетели из Кавказа?

– Меня зовут Александр. Моя жена Людмила. – ответил. – Наши дети – Артур, Эдуард и Виктория. С акцентом вы не ошиблись. Действительно с Кавказа. Однако, прилетели мы сюда в Израиль из Таджикистан.

– Где вы подобрали мебельный хлам? – спросила соседка Екатерина. – Не могли лучше себе подобрать?

– Мы этот хлам купили на арабском рынке в Яффа. – ответил. – Вместе с квартирой и купленной мебелью, нам обошлось в одиннадцать тысяч шекелей. Пока на лучшее у нас в семье нет других средств.

– Боже мой! – всплеснув руками, возмущённо, воскликнула соседка Екатерина. – Прямо с самолёта людей грабят. Вы посмотрите в окно и увидите, что рядом с нашим домом на пустыре мебель намного лучше, чем вы купили у арабов за такие сумасшедшие деньги.

Скоро в Израиле еврейская пасха. Перед этим праздником богатые израильтяне выкидываю свою устаревшую мебель и вещи, чтобы с приходом праздника пасхи жить в обновлённом быту.

Так что вы на пустыре найдёте себе мебель и бытовую технику намного лучше купленной у арабов на рынке в Яффе.

– Мы действительно прямо с самолёта прибыли сюда. – сказал соседки. – В Израиле мы ничего не знаем. Нет у нас в Израиле родственников, друзей и знакомых. На иврите ни одного слова не знаем. Даже не представляем себе, как мы будем жить в совершенно другом измерении жизни. Всё будем начинать с нуля.

– Ну, ладно! Не буду вам мешать заселяться. – сказала нам, соседка Екатерина. – Если вам что-то не понятно в быту, то не стесняйтесь, заходите к нам. Мы живём, напротив. Всегда будем рады вам помочь. По-другому не выживете.

Соседка ушла к себе домой. Выглянул в окно и только сейчас заметил, что соседка сказала нам правду насчёт мебели, выброшенной на пустыре. Прямо рядом с нашим домом через улицу Анилевич в городской черте красовалась самая обыкновенная пустыня из жёлтого песка.

На песчаных холмах, валялась выброшенная мебель и бытовая техника, которые, по рассказам соседки Екатерины, можно выбрать столько, что покупать мебель совсем не надо.

– Пойдём, выберем что-нибудь из мебели на пустыре. – сказал. своим детям. – Гардероб свой обновим.

Людмила осталась дома хлопотать на кухне с первым домашним обедом в Израиле. Мы без неё спустились вниз на улицу. Пошли в сторону песчаных холмов на пустырь, заваленный разнообразной мебелью и бытовой техникой, которые в своём большинстве были вполне пригодными к длительному пользованию в нашей семье, которая лишь начинала вживаться в Израиле.

Так что нам было не стыдно носить к себе в квартиру с пустыни то, что нам может пригодиться до того времени, пока мы сможем купить что-то хорошее в магазинах.

Поэтому мы до самого вечера бродили по пустыне, подбирая себе подходящую домашнюю утварь, которая действительно была, намного лучше того, что мы купили в Яффа на арабском рынке подержанной мебели и бытовой техники. Вполне возможно, что со временем выкинем на улицу то, на что сегодня утром угробили такие огромные деньги?

5. Наша адаптация.

До праздника еврейской пасхи оставалось всего два дня. За это время нам нужно было оформить все необходимые документы на своё прибытие в Израиль, а также место постоянного проживания в Холоне. По рассказам наших соседей, еврейская пасха длится почти целый месяц.

В эти дни ни одно государственное предприятие не работает. Поэтому за два дня надо было успеть всюду с делами по городу в государственные учреждения.

Утром третьего апреля 1993 года мы семьёй вырядились, как на праздник, в самую лучшую одежду, купленную мной в командировках за границей. Всей семьёй мы решили пойти в Ирию «мэрия», чтобы оттуда начать все свои остальные похождения по нужным нам государственным учреждениям.

По сравнению с Душанбе, Холон в своих размерах выглядел, как один из многочисленных районов Душанбе. Так что у нас была надежда на то, что мы за два дня успеем сделать все свои дела до пасхи, а также по пути ознакомиться с местом проживания. Когда мы вышли из дома на улицу, то сразу обратили внимание на то, что по отношению к местным жителям мы выглядели как белые медведи Севера в чёрной Африке. Ни один из встречных нам людей не был одет так, как мы всей семьёй оделись. Местные мужчины и женщины были одеты, как в Средней Азии на базарах.

По одежде сразу не поймёшь, где мужчина, а где женщина. Все одеты в помятых брюках и в мятых рубашках. Мы в парадной одежде! Нам было как-то неприятно выглядеть иначе, чем окружающие нас люди.

Но другой одежды на тот момент у нас не было. Так что пришлось в шикарной одежде идти по своим делам. Придётся после порыться в своём гардеробе в поисках одежды похожей на местную моду или пойти в местный магазин и купить такую же одежду, какую одеваются тут местные жители.

В таком наряде, местные жители, могут принять нашу семью за чокнутых. Вполне возможно, что даже за пришельцев из другого измерения жизни? Ведь мы в своих шикарных одеждах никак не вписывались в местную среду прохожих, которые с удивлением и презрением разглядывали со всех сторон нашу вырядившуюся семью.

Думаю, что в этой парадной одежде нас всё-таки примут в Ирие «мэрия». Не будут же нас выгонять переодеваться в другую одежду, которой у нас вообще нет.

Мы всё равно сейчас в представлении местных жителей как белые вороны среди черных ворон в дикой природе жизни. Наверно, и мышлением своим мы сильно отличаемся от местных жителей?

У нас совсем разная ментальность. Мы действительно, как инопланетяне среди обычных людей в Израиле. В здании Ирии «мэрия» русскоязычный охранник объяснил, как пройти нам в кабинет с вопросами репатриации на втором этаже этого здания.

По стрелкам указателей, подписанных на нескольких языках, мы легко нашли направление к нужному нам кабинету, возле которого стояли три семьи точно таких же репатриантов, которые пришли оформлять своё прибытие на постоянное место жительства в Холоне. Мы заняли очередь за прибывшими семьями.

– Предъявите, пожалуйста, свои временные удостоверения личности «Теудат оле», которые вам выдали во время прибытия в аэропорту «Бен-Гурион» в Тель-Авиве. – когда подошла наша очередь, сказала мне, в кабинете девушка с ярко выраженным прибалтийским акцентом. – Мне также нужен ваш «хазе» договор на срок съёма квартиры.

Выложил на стол перед девушкой, все имеющиеся у меня в карманах документы. Девушка выбрала из моих документов то, что нужно было к нашему оформлению на прописку в место жительства.

Стала рассматривать адрес в договоре на съем квартиры для нашей семьи. Затем девушка принялась заполнять какие-то документы на русском языке и на иврите. Мне ничего не оставалось делать, как только рассматривать белые стены этого кабинета, которые были увешаны разными картинками Израиля с надписями на разных языках.

– Вам сейчас необходимо пройти в ближайший банк. Там открыть счёт на поступление вашей «корзины денег» из «Сахнута» Министерства абсорбции. – стала объяснять девушка мои дальнейшие действия. – На улице Эйлат, где банк «Дисконт», находится отделение «Сахнута» Министерства абсорбции.

Там за вами закрепят «пкиду», служащую «Сахнута» Министерства абсорбции, которая в течении шести месяцев будет помогать вам адоптироваться на постоянное место жительства в Израиле.

После Министерства абсорбции вам необходимо пройти в паспортный стол «Мисрад апним» на оформление постоянных удостоверений личности в Израиле.

Затем вам надо будет записаться в поликлинику «амбуланс», в которой выбудете лечиться в случае заболевания или утраты трудоспособности.

В заключение своих хождений вы можете отправиться на склад подарков новым репатриантам. По-своему временному удостоверению личности «Теудат оле» вы получите наборы различных подарков.

Там же на складе вам предложат бесплатно различную одежду и обувь на выбор. На складе имеется кухонная посуда и разная домашняя утварь, которую вы можете получить бесплатно на нужды своей семьи.

Кроме всего того, что вам сейчас сказала, вы можете сходить в любой супермаркет нашего города. По специальным бланкам, выданным от Ирии, вы приобретёте в супермаркете себе любые продукты или какие-то вещи на сумму указанную в специальных бланках.

Девушка выдала мне точно такие листки, какие нам дал мужчина в аэропорту «Бен-Гурион» в Тель-Авиве, когда мы только вошли в зал ожидания, аэропорта «Бен-Гурион».

Выходит, что это были ценные бланки, а не реклама какой-то фирмы. Какой всё-таки болван! Надо было хотя бы спросить у кого-то из русскоговорящих о назначении этих бланков.

Ведь там, в специальных бланках была огромная сумма денег, на которые можно было что-то купить.

– Вам что не понятно? – с балтийским акцентом, спросила девушка, видя моё замешательство с бланками.

– Хи-хи! Папе все понятно. – с приколом, объяснила Виктория. – Папа такие бланки выбросил в аэропорту.

– Думал, что это реклама фирмы. – сказал девушке с балтийским акцентом. – Нам дал такие бланки какой-то пожилой мужчина, который шёл на посадку в самолёт. Откуда мне было известно о ценности этих бланков в Израиле.

– Конечно, жалко, что вы выбросили ценные бланки. – растягивая русские лова, сказала девушка с балтийским акцентом. – Думаю, что вы от этого, ни стали беднее. У вас часто к праздникам будут такие ценные бланки от разных фирм.

Мне действительно было неприятно ощущать оплошность с ценными бланками, но решил постараться забыть такую ошибку и в дальнейшем интересоваться назначением любых документов, которые будут поступать в адрес нашей семьи.

Очевидно, нам придётся часто встречаться с бумагами, которые будут нам не понятны своим содержанием и назначением? Пока мы сами не научимся читать на иврите и разбираться в разных документах, поступающих в наш адрес. Сейчас лишь придётся смириться с утратой ценных бланков. Начинать жить с чистого листа.

Прямо из здания Ирии мы направились в банк «Аппоалим», который находился через улицу рядом со зданием Ирии по улицы Вайцмана дом-46.

Мы не знали, какой из многочисленных банков Холона лучше, поэтому решили открыть свой счёт в самом первом банке, который увидим, когда выйдем из здания Ирии Холона.

Нам нужно было поскорее открыть счёт в любом банке, чтобы быстрее получить «корзину денег» на свою адаптацию, так как чеки на деньги и наличные шекели, полученные нами от государственных служащих в аэропорту «Бен-Гурион», катастрофически быстро исчезали из нашего общего кармана семейного бюджета.

Мы рисковали остаться без денег, а это грозило катастрофой для нашей семьи, так мы не работали и других источников дохода для семьи мы не имели.

Прекрасно понимал, что до регистрации своих международных фирм в Израиле очень далеко.

Сейчас надо позаботиться о благосостоянии своей семьи. Лишь после этого можно начать регистрацию своих международных фирм.

С открытием новых офисов в Израиле. Выбранное мною место на жительство. Вполне понятно, что городом открытием офисов будет Тель-Авив, в крайнем случае, Холон по месту жительства.

– Если вы намерены кроме обычного банковского счета своей семьи, открыть в нашем банке валютный счёт, то вам надо в банк сдать конвертируемую валюту любой зарубежной страны. – сказала мне, служащая банка «Аппоалим».

– Мы, пока, положим двести американских долларов на валютный счёт в вашем банке. – сказал, доставая из портмоне две американские сто долларовые купюры. – В дальнейшем, возможно, мы перечислим на счёт другие суммы?

После открытия обычного и валютного счета в банке «Аппоалим», мы направились на улицу Эйлат, где на втором этаже находилось отделение «Сахнута» Министерства абсорбции.

Там мы должны были познакомиться с «пкидой» служащей «Сахнута», которая будет нашим куратором по всем вопросам абсорбции в Израиле. Вполне возможно, что нам придётся часто обращаться в Министерство абсорбции с разными вопросами?

Мы сейчас, как слепые и несмышлёные дети, которым все надо объяснять и переводить по улицам нашей предстоящей жизни в Израиле. Фактически, мы начинаем жить заново с ноля, как в другом измерении жизни, где нам все новое совершенно не понятно по сравнению с жизнью в бывшем Советском Союзе. Нам здесь надо заново научиться жить.

– Меня зовут Мира Лейн. – назвала себя служащая отделения Министерства абсорбции. – Буду вести ваши дела по адаптации в постоянной жизни в Израиле. Можно вам задавать мне всегда любой вопрос по жительству.

– Сейчас у меня есть два вопроса. – сразу начал пробу своей адаптации. – Имею три высших образования. По специальности художник-дизайнер, а также историк, преподаватель ряда предметов по всемирной истории, государства и права.

Кроме того, у меня в бывшем Советском Союзе имеется бизнес. Две международные фирмы, которые занимаются рядом вопросом по торговле, переработке полезных ископаемых, бартерные сделки с зарубежными фирмами, строительство, работа в области изобразительного искусства и дизайна по отделке различных зданий.

В одной международной фирме генеральный директор, а в другой фирме президент. Мне нужно открыть представительство своих фирм в Израиле, а также корреспондентский счёт отделения банка «Таджикбанкбизнес». У меня имеются разные доверительные документы на представительства министерств Таджикистана.

– Вас прекрасно поняла. – сказала Мира Леин. – Теперь хочу ответить вам по существу ваших вопросов. В самом отношении к вашим дипломам. Вам нужно обратиться непосредственно в государственное отделение бюро по трудоустройству граждан с высшим образованием, которое на иврите называется «Лишкат авода акадимаим».

Там вам помогут зарегистрировать ваши дипломы и найдут вам работу, по вашим дипломам с высшим образованием. Но к тому, чтобы начать работать по своей специальности, вам надо прежде окончить специальные курсы, «ульпан», по изучению иврита.

Без знания иврита вы не сможете работать в области образования по своим дипломам. Что же касается ваших фирм и доверенных писем от министерств Таджикистана, то вам следует обратиться к Юрию Штерн в Тель-Авиве.

Там находится специальное бюро по открытию репатриантами бизнеса в Израиле. Здание бюро по бизнесу найти очень легко. Здание бюро находится возле фонтана недалеко от «Дизенгоф центр».

Такое место в Тель-Авиве знает каждый местный житель. Желаю вашей семье удачи. После посещения отделения Министерства абсорбции наша семья физически была не в состоянии идти пешком в паспортный стол «Мисрад апним» на оформление получения удостоверений личности «Теудат зеут». Откладывать на завтра вопрос тоже нельзя.

Завтра у нас склад подарков вновь прибывшим репатриантам. О продуктах семье надо подумать.

Холодильник у нас пустой. Готовить нам совершенно нечего. Весь день на ногах без продуктов питания.

– Мы сделаем так! – сказал уставшей семье. – Вы с мамой остаётесь в здании Министерства абсорбции. Покушать в баре шварму и напитки. С документами иду в паспортный стол, который находится на соседней улице.

После своего обеда вы сразу должны прийти туда ко мне в «Мисрад апним». Там могут понадобиться ваши подписи под документами. Не забывайте, что мы сегодня все должны сделать.

Завтра в Израиле короткий предпраздничный день. Большинство государственных предприятий либо вообще не будут работать, либо у них будет короткий рабочий день. Так что сегодня мы должны закончить свои дела. Завтра у нас рынок и склад подарков репатриантам.

– Папа! Ты уморил нас своими учениями. – сказала Виктория. – Иди в паспортный стол. Мы туда придём.

Паспортный стол «Мисрад апним» находился в другом квартале на соседней улице. Желающих получить удостоверения личности было немного.

Возможно, что ни многие прилетевшие с нами на самолёте из Таджикистана пожелали поселиться в Холоне? Поэтому мне не пришлось долго сидеть в ожидании очереди.

Прошло не больше часа, прежде чем меня по номерку в очереди пригласили пройти в кабинет паспортного стола «Мисрад апним». Двадцать минут времени ушло у служащей на оформление необходимых документов с предъявленными фото.

– Документы удостоверения личности «Теудат зеут» на каждого в семье вы получите после еврейской пасхи двадцать первого апреля этого года. – сказала мне, служащая паспортного стола «Мисрад апним». – До этого времени вы можете пользоваться временным удостоверением личности «Теудат оле», который вам выдали сразу в аэропорту.

Когда вышел из здания паспортного стола «Мисрад апним» моя семья была уже рядом в полном составе сытая и довольная, готовая на новые путешествия, на территории в неизвестном нам Израиле. По лицам моих детей и жены было видно, что они постепенно начинают адоптироваться и приходить в себя после шока, который охватил их при поселении в мрачное жилище нашей съёмной квартиры. Мы начинаем привыкать к своей иной жизни.

– Папа! Давай не будем на завтра откладывать нашу поездку за продуктами. – сказала мне Виктория, когда подошёл к ним. – У нас завтра будут другие заботы. Завтра мы не сможем съездить на рынок за продуктами на нашу семью.

– Нам здесь репатрианты из России сказали, что самый лучший выбор продуктов в Тель-Авиве на рынке шук «Кармель». – сказала Людмила. – Туда ехать всего десять минут. Давайте один раз поедем и наберём продуктов на целую неделю. Надо нам купить больше хлеба. Говорят, что в еврейскую пасху в Израиле хлеб нигде не продают.

– Чем же тогда они питаются? – удивлённо, спросил. – Ведь эта еврейская пасха будет идти целый месяц!

– Целый месяц люди едят сухую мацу. – с видом знатока, ответила Виктория. – Это такие пресные лепёшки с дырочками, которые пекли евреи на солнце из манной небесной каши во время похода из Египта на территорию Израиля.

– Евреи, что не могли на самолёте прилететь что ли? – специально, шутя, говорю так, чтобы показать семье своё незнание истории евреев. – В крайнем случае, могли на корабле приплыть. Ведь в Израиле есть несколько портов.

– Папа! Какой же ты тогда историк?! Если не знаешь, что во время выхода евреев из Египта никаких самолётов не было. – возмущённо, с удивлением, говорит Виктория. – Евреи тогда были рабами. У них не было никаких кораблей.

– Ты, что, совсем тупая и не видишь, что папаша прикидывается глупцом, чтобы тебя подразнить. – говорит Артур, своей сестрёнке. – Папаша, историю знает с каменного века до наших дней. Он просто тупость твою испытывает.

– Никакая не тупая! Это ты тупой! – раздражённо, говорит Виктория, своему старшему брату. – В споре между людьми рождается истина. Вот мы с папой спорим на разные вопросы жизни, чтобы лучше познать истину нашей жизни.

– Хоть на улице не спорте. – говорит нам, Людмила. – Когда приедем с рынка, тогда можете спорить дома.

Мы всей семьёй входим в автобус, который отправляется из Холона в Тель-Авив. Одно название, что мы едем из города в город. В действительности нет никакого разграничения между городами.

Разве, только знак на улице, разделяющей два города между собой, указывает на то, что мы въехали в Тель-Авив? Вскоре мы на автобусе едим в Тель-Авиве по улице Аленби, где-то здесь находится рынок, который евреи называют шук «Кармель». Мы всматриваемся в окна автобуса, чтобы не проехать нам рынок шук «Кармель» с дешёвыми продуктами.

– Шук «Кармель»! – объявляет водитель автобуса на русском языке, специально для нас. – Смотрите слева.

– Спасибо вам! – говорю. при выходе, водителю автобуса. – Без вас мы не могли бы найти шук «Кармель».

Мы выходим из автобуса с правой стороны улицы Аленби, а шук «Кармель находится на левой стороне улицы Аленби. Нам приходится всей семьей перейти на другую сторону улицы Аленби и сразу раствориться между рядами рынка, который совершенно не похож на привычные рынки, Средней Азии и Кавказа. Здесь совершенно нет никаких ограждений, обозначающих место рынка. Шук «Кармель» начинается прямо от улицы Аленби своими лавками и столами. Своим видом шук «Кармель» напоминает мне арабский рынок подержанной мебели и бытовых товаров в Яффа.

Такие же одноэтажные и двухэтажные дома, из которых на первых этажах и на улице выставлены товары. С той лишь разницей, что вместо мебели здесь в основном продают пищевые товары и товары повседневного бытового спроса.

Разнообразие товаров в магазинах и в лавках огромное. В большом количестве цитрусовые плоды, разные фрукты и ягоды, разные овощи, мясо, птица и рыба. Изобилие консервов на все виды продуктов, которые производятся во всём мире. Большая часть всех продуктов и напитков известна нашей семье по Советскому Союзу. От улицы Аленби шук «Кармель» ширится на другие параллельные улицы.

Дальше рынок или базар, шук «Кармель», устремляется вниз почти на километр длины в сторону Средиземного моря. На полпути к морю шук «Кармель» прекращает своё влияние на пространство, отпущенное рынку городской администрацией.

Дальше находятся современные здания гостиниц Тель-Авива и морские пляжи к отдыху местных жителей и зарубежных туристов. Около часа мы семьёй мотаемся по всему огромному рынку.

Никак не можем выбрать себе необходимые продукты питания к своему семейному столу. Одни продукты нам не по карману, а другие продукты нам совсем неизвестны. Некоторые дешёвые продукты не внушают нам доверие на возможность употребления в пищу.

Мы находимся в растерянности и не знаем, что нам лучше выбрать к своему столу. Можно, конечно, купить дорогие продукты. Но что мы будем кушать после еврейского праздника пасхи?

Если мы сейчас израсходуем все шекели на продукты, то до своей «корзины денег» от Израиля, нам придётся питаться отходами на многочисленных продуктовых свалках имеющимся по всему Израилю.

Это заметил сразу, когда мы прибыли в Израиль, что тут по мусорным контейнерам и огромным продуктовым свалкам капаются бомжи с европейской внешностью в поисках пропитания. Вот этого нам не хватало! Лучше жить проще сейчас на новом месте, чем быть позже нищими бомжами.

– Обратил внимание на то, что здесь из мяса птицы самые дешёвые окорока индейки. – сказал Людмиле. – Также дешёвые тут на рынке цитрусовые плоды, овощи и разная зелень. Давайте мы купим больше мяса индейки и разную зелень. Дома сделаем плов из мяса индейки с зеленью. Овощи и цитрусовые плоды так же возьмём к своему столу.

После двух часов скитания по шуку «Кармель», мы так нагрузились купленными продуктами питания, что едва доплелись до автобуса, который повёз нас из Тель-Авива обратно в Холон.

Короткая дорога за день нашей ходьбы и поездки между городами, к вечеру показалась нам длинной в несколько сотен километров изнурительного пути. От улицы Соколов в Холоне больше двух километров. Мы шли нагруженные сумками с продуктами, до своей съёмной квартиры на третьем этаже без лифта. С крутыми многочисленными лестничными маршами между этажами нам показался подъем почти не преодолимым с сумками продуктов на все дни еврейского праздника пасхи. Заполнив домашний холодильник продуктами до придела, мы ни стали ничего готовить. Людмила была не в силах что-то делать на кухне. Мне тоже не хотелось возиться с продуктами.

Виктория сказала, что она слишком маленькая, чтобы приготовить плов или суп шурпа такой огромной семье. Наши мальчишки вообще отказались от ужина, так как объелись цитрусовых плодов. Больше нам не чем было заниматься, так как телевизора у нас не было.

Поэтому мы решили просто пораньше лечь спать, чтобы завтра с утра заняться приготовлением плова. Надо было лишь рис замочить с вечера, чтобы рис за ночь хорошо впитал в себя влагу. После чего утром рис быстрее сварился в казане.

Утром нас разбудил запах плова, который мы ни ели со времени вылета из Душанбе. Видимо, это Людмила устала спать столько много часов? Поднялась чуть свет, чтобы приготовить пищу своей семье. Виктории тоже не видно в кровати. Наверно, поднялась следом за своей мамой, чтобы на пару с ней заняться приготовлением плова мужчинам нашей семье? Мужчинам тяжело без плова. Пора мне тоже подниматься с постели.

– Папа! Ты заметил вчера на шуке «Кармель» продавали продукты в большинстве русскоговорящие продавцы. – сказала мне, Виктория, как только вошёл на кухню. – Можно подумать, что там, на рынке был весь Советский Союз.

– Это заметил сразу. – подтвердил выводы Виктории. – Но вы ещё не заметили одну русскую черту рядом с рынком «Кармель». Там была небольшая улочка, которая сильно напоминала мне улицу «Старый Арбат» в Москве.

– Вот бы написать об этой улочке в Тель-Авиве какой-нибудь рассказ или стихотворение в московскую газету! – подметила Виктория. – Ты бы заработал хороший гонорар за свои литературные произведения. Помнишь, как ты зарабатывал большие гонорары на литературных конкурсах в Советском Союзе? Не мешало бы тебе заняться литературой

– Мы с тобой займёмся литературой, но после посещения склада новых репатриантам. – сказал Виктории.

– Совсем забыла, что сегодня нам нужно всем идти на склад. – сказала Людмила. – Но только в первую очередь мы купим продуктовую коляску. С меня хватит вчерашнего базара с сумками. У меня до сих пор руки болят от этих сумок.

После сытного завтрака с пловом и с зелёным чаем, привезённым из Азии, мы едва дождались, пока рядом с нашей улицей открылся хозяйственный магазин, в котором мы купили хозяйственную сумку и прямо от хозяйственного магазина отправились в другой конец Холона на промышленную зону.

Там возле промышленных предприятий и маленьких мастерских находилось длинное здание, состоящее из нескольких складов с продуктами и вещами для новых репатриантов. Мы стали заглядывать в огромные склады с продуктами, чтобы там найти главного кладовщика, который должен нам выдать набор продуктов.

– Вы что-то хотите у нас получить? – спросил нас, по-русски, с тяжёлым акцентом, ортодоксальный еврей.

– Мы новые репатрианты из Таджикистана. – ответил ортодоксальному еврею. – Нас направили от Мисрад аклита и Ирии на склад продуктов новым репатриантам. Сказали, что мы можем получить у вас подарки.

– Вы не ошиблись адресом. – сказал ортодоксальный еврей. – Предъявите Теудат оле. Проходите в склад.

Предъявил ортодоксальному еврею наш Теудат оле (временное удостоверение репатриантов). Мы всей семьёй прошли во внутрь склада. Направились к огромному столу, расположенному вдоль длинной стенки огромного помещения, заполненного ящиками с продуктами, фруктами, ягодами и овощами.

Кладовщик поставил в Теудат оле свой круглый штамп и расписался возле штампа. Наверно, отметил наше посещение склада с продуктами, принадлежащего репатриантам? Можно подумать, что мы продуктовые мошенники и можем ещё раз в наглую на халяву прийти за продуктами. Нам и одного раза хватит в такую даль через весь Холон ходить на склад новым репатриантам.

Кладовщик нам выставил картонную коробку с подарками. Насчёт вещай сказал нам, что мы можем выбрать себе вещи по одному виду разных вещей на каждого человека из нашей семьи.

Разные подержанные и новые вещи, специально принесённые новым репатриантам, пожертвовали местные граждане, которые хотят вам хоть, чем-то, помочь в условиях адаптации в Израиле? Нужно, чтобы новые репатрианты были такими же, как тут все евреи.

Подавляющее большинство вещей были ношенные, но приличного вида. Мы долго выбирали себе такую одежду, чтобы в ней быть похожими ни на клоунов в парадной одежде, а на местных жителей в Израиле.

Ведь мы, фактически, стали израильтянами. Поэтому нам надо как-то влиться в местную жизнь хотя бы своим внешним видом. Постепенно мы и иврит выучим. Многие репатрианты именно так начинали жить в Израиле.

Нагрузившись выбранными вещами и выданными нам подарками, мы поблагодарили кладовщика за подарки и отправились обратно к себе на съёмную квартиру в другой конец Холона.

Хорошо, что этот город ни такой громадный, как Душанбе, который в несколько раз будет больше самого большого Тель-Авива со всеми окружающими его двенадцатью города.

Так для нас, по сравнению с Душанбе, в Холоне просто утренняя прогулка. От дома до склада для новых репатриантов и обратно в съёмную квартиру мы прогулялись, где-то за один час. Примерно час потратили в самом складе. Так что через пару часов были у себя на съёмной квартире.

– В картонной коробке почти тоже самое, что мы купили вчера на рынке «Кармель» в Тель-Авиве. – сказала Виктория, вытаскивая из картонного ящика подарки, выданные нам на складе для новых репатриантов. – Тут апельсины, разная зелень, овощи, пачка риса, пачка сахара, пачка лапши и бутылка растительного масла. Единственное, что из этого мы вчера не купили, так это пачка мацы и бутылка красного вина. Как раз к еврейскому празднику пасхи.

– Теперь мы будем целый месяц осваивать историю евреев, через поедание сухой мацы. – сказал своей дочери.

– Вы, вроде, с утра своей литературой собирались заняться? – напомнила нам, Людмила. – Когда вы спорите, то от вас в семье балаган. Когда вы что-то сочиняете, то семья от вас отдыхает. Так что вы пока лучше займитесь своей литературой. За это время вам приготовлю что-нибудь на первое. Суп лагман, шурпа или русский борщ вам сварю.

– Борщ из свежих овощей с зелень и с мясом. – сказал своей семье. – Мучные продукты нам надоели, а на шурпо и лагман продуктов всё равно у нас нет. Морковку истратили на плов. Говядины на суп шурпа тоже нет. Надо нам купить говядину.

– Соседка Екатерина говорит, что тут есть небольшой мясной магазин с дешёвым мясом. – сказала Людмила. – Пойду, схожу в мясной магазин, пока он не закрылся на праздничные дни. Заодно куплю продукты и овощи к супу шурпо.

– Хорошо, что ты уйдёшь в магазин. – сказала Виктория, своей маме. – Мы без тебя лучше сочиняем стихи.

Едва только Людмила вышла из квартиры, как наши мальчишки тут же удрали из квартиры на улицу. Наверно, пошли промышлять за «бычками» курева сигарет? Если они обратно взялись за своё, то мне вновь придётся устраивать им разгон насчёт курева. Вроде, большие парни и должны понимать, что сигареты вредят здоровью человека? Дурной пример с улицы заразительный в каждой семье. Надо как-то добиться, чтобы мои дети не курили.

Ведь мы с Людмилой не курим и не болеем. Чем не плохой пример для подражания нашим взрослым детям в лице отца и матери?

– Папа! Обратно ты о наших мальчишках думаешь? – угадала Виктория, мои мысли. – Оставь в покое пацанов. Они взрослые парни. Если они до сих пор ничего не поняли о вреде сигарет, то их никогда не убедишь.

– Посмотрю, как ты будешь относиться к своим детям, когда они будут курить. – сурово, сказал Виктории.

– До моих детей пока далеко. – сказала Виктория. – Давай сочинять стих или рассказ о шук-базар «Кармель».

– Мы так назовём свой стих «Тель-Авивский шук-базар.» – сказал дочери. – Посмотрим, что у нас выйдет. Вообще-то название любого произведения можно изменить во время работы над ним.

– Мы ничего менять не будем. – решительно, подтвердила Вика. – О чём пишем тем и назовём. Капитан Врунгель сказал, что как корабль назовёшь, так он поплывёт. Думаю, что мы с тобой сможем указать все плюсы и минусы, какой Тель-Авивский шук-базар.

6. Тель-Авивский шук-базар.

В Тель-Авиве шук-базар,

Всякий там найдёшь товар.

Мандарины, апельсины -

Продают всегда грузины.

Вот коньяк «Седой Севан»,

Покупают у армян.

Из Поволжья безделушки -

Берестяные игрушки.

Чай зелёный у таджика,

С душанбинского арыка.

Плов душистый «Улугбек»,

Подаёт тебе узбек.

Пряники на любой вкус,

Предлагает белорус.

У туркмена плод гранат,

Под названьем «Ашхабад».

Не привычный всем кумыс,

В пиале подаст киргиз.

Хлеб от терского казака.

Шерсть верблюжья от казаха.

Вот молдавское вино,

Нам известно всем давно.

Там шашлык у осетина.

Осетрина у лезгина.

Лепёшку длинную «Лаваш»,

На огне печёт ялдаш.

Рядом толстые хохлушки,

В чугунке у них галушки.

Дальше – ткани, янтарь, водка -

К ней каспийская селёдка.

За углом ваш русский брат,

Рядом с Аленби -«Арбат».

Всем туристам невдомёк.

Израиль это иль Совок?!

У приезжих нет иллюзий,

Тут все евреи из Союза.

7. Соседи из Африки.

Едва мы закончили сочинять свой первый стих в Израиле, как домой из мясного магазина пришла Людмила. Мы с Викторией тут же отложили свои сочинения и отправились на кухню, помогать Людмиле, готовить суп шурпо.

Наша семья соскучилась по вкусной таджикской пище. Как готовят местные евреи, мы этого не знали.

Еврейская кухня нам вообще неизвестна. Поэтому мы решили готовить по своим личным рецептам, которые мы изучили в Средней Азии за шестнадцать лет проживания в Таджикистане.

Мы давно полюбили азиатские блюда. Сразу принялся шинковать зелень к супу шурпо. Виктория нарезала морковку в тарелку, не забывая морковкой набивать свой рот.

Людмила взялась за говяжье мясо, которое к супу шурпо надо резать небольшими кусочками. Вскоре к нам присоединились наши мальчишки, которые только что пришли с улицы. Артур стал чистить картошку.

Эдуард рядом принялся мыть картошку под краном и нарезать на небольшие кубики. Мы работали как заправские повара. Кушать все хотели. Пока мы готовили необходимые продукты к приготовлению супа шурпо, к этому времени на газовой плите в кастрюле закипела вода.

Людмила стала по очереди опускать в кастрюлю продукты, которые должны свариться раньше других. Каждый раз, доводя до кипения очередные продукты, Людмила следила, чтобы все было готово согласно таджикскому рецепту, который сохранился у неё в памяти за время проживания в Таджикистане.

С годами к Людмиле пришёл опыт таджикской кухни, чего до приезда в Таджикистан не знала Людмила. Может быть, с годами постоянного места жизни в Израиле, к нам придёт опыт приготовления еврейской кухни?

Вскоре аромат таджикской кухни распространился по всей нашей съёмной квартире. Людмила стала накрывать на стол в центре зала. По старой привычной традиции Людмила заварила зелёный чай в большом чайнике.

Стараясь ускорить время нашего обеда, мы стали по очереди помогать Людмиле, приносить с кухни на стол все необходимые продукты. Заодно поставили бутылку кошерного вина, которое дали нам с подарками на складе для репатриантов.

Едва мы уселись за наш праздничный стол, как наша съёмная квартира стала наполняться запахами из туалета. Вначале мы стали грешить друг на друга, что кто-то из нас выпустил из себя не приятный нам запах. Но когда в нашей съёмной квартире распространилась такая отвратительная вонь, что стало трудно дышать, то мы поняли, что эта вонь приходит к нам откуда-то с улицы.

Мы тут же пошли смотреть в окна на признак распространения отвратительной вони, из-за которой был испорчен наш праздничный обед и в квартире дышать стало просто невозможно. Когда подошёл к открытому окну на кухне, то что-то полилось с верхнего окна над нами. Послышались какие-то шлепки о карниз нижнего окна под нашим окном.

Осторожно выглянул в окно на карниз окна второго этажа и ужаснулся оттого, что увидел на карнизе окна второго этажа. Весь карниз окна второго этажа и карниз нашего подоконника были заляпаны детским навозом.

Тут же весели туалетные бумажки, которыми детям вытирали задницы. Таким образом, соседи с верхнего этажа превратили нашу квартиру в собственный сортир своих малолетних детей.

Уважаю, детский возраст людей, но не до такой, же степени, чтобы дети с верхнего этажа гадили прямо нам на голову. Не желая больше терпеть такой гадости в отношении себя и своей семьи, побежал на четвёртый этаж, чтобы устроить разборки над теми, кто испортил наш праздничный семейный обед.

Мне никак не хотелось, чтобы наше новоселье и праздник еврейской пасхи в Израиле, начинались с навоза в нашей съёмной квартире. Поднимаясь на четвёртый этаж, просто горел желанием размазать виновников по лестничному маршу между нашими этажами. Мне хотелось сильно побить нарушителя нашего спокойствия во время адаптации в Израиле.

Поднявшись на четвёртый этаж, стал усиленно звонить в дверь квартиры, расположенной над нами. Дверь квартиры открылась и передо мной появилась высокая, почти в два метра ростом, худая чёрная женщина с ребёнком на руках.

Чёрную женщину тут же облепили со всех сторон с десяток черных совершенно голых детей обеих полов. Самому старшему ребёнку было чуть больше десяти лет. Младший грудной ребёнок был на руках у матери, сосал её тощую грудь. У чёрной высокой женщины, живот округлялся на тощем теле следующей по очереди беременностью.

Все семейство представителей Африки удивлёнными круглыми глазами и с улыбкой на лицах, рассматривали меня сверху до низа. Сам с огромным удивлением рассматривал тощее чёрное семейство и не знал, что тут им сказать. Ведь африканцы всё равно не поймут мой русский язык. Так же как совершенно не знаю языка чернокожих людей.

Черные дети того же цвета, что их мамаша, выглядели узниками концентрационных лагерей, которых освободили солдаты советской армии.

Освободители даже не успели на семью чернокожих надеть какую-нибудь одежду. Единственной одетой была их чёрная мать. Если можно как-то назвать одеждой разноцветные лохмотья неизвестного происхождения, покрывавшие совершенно тощее тело чёрной женщины, с длинными тощими грудями, висящими сверху над лохмотьями почти до самого пояса.

Мне даже было ни столько стыдно, сколько страшно смотреть на уродство. На чёрной женщине весела какая-то пёстрая тряпка с дырками, принадлежащими к голове, ногам и рукам.

Сквозь дырку, прорезанную на этой тряпке в районе предполагаемой груди, свисало что-то тощее с торчащим соском. Грудной ребёнок постоянно теребил тощую грудь.

Тыкался губами в торчащий сосок, пытаясь высосать оттуда какую-то живительную влагу из груди своей матери, которая едва держалась на ногах от полного истощения своего организма.

Мы так стояли напротив друг друга с минуту. Пока голоса в подъезде не вывели моё сознание из оцепенения от ужасного увиденного зрелища. С трудом опомнился.

Сказал что-то непонятное самому себе и этой чёрной женщины. Тут же стал спускаться вниз на голоса соседей, которые подняли панику насчёт отвратительного запаха в подъезде, который быстро распространился по всему нашему подъезду и не давал дышать квартиросъёмщиками огромного здания.

– Кто-то обратно нагадил в нашем подъезде! – возмущённо, говорила соседка. – В такой вони нельзя жить.

– Никто в подъезде не нагадил. – голосом знатока, сказал своей соседки. – Чёрная женщина с верхнего этажа опорожняет горшки после своих детей прямо на наши головы. Можете сейчас посмотреть на кухне в окно нашей квартиры. Сейчас был у неё в квартире. Мы не нашли общий язык. С дикарями вообще трудно найти общий язык.

– Какое безобразие! – стали возмущаться, русскоязычные соседи. – Мало того, что эфиопам позволили пользоваться бесплатной банковской ссудой на приобретение собственной квартиры. Местная власть позволяет эфиопам гадить на наши головы. Прямо сейчас же нужно нам сюда пригласить администрацию города, полицию и управляющего…

Вскоре весь многоквартирный дом высыпал на улицу возле дома. Квартиросъёмщики проявили массовый протест против отвратительного запаха в нашем доме.

Многоликая и разноязычная толпа квартиросъёмщиков требовала от местных властей, срочно навести порядок в доме и выселить семью эфиопов из нашего многоквартирного дома. Никто не хотел мириться с проживанием такой грязной семьи, которая буквально гадит на всех в общественном месте.

– Выслать из дома эту семью мы не можем. – сказал управляющий нашего дома. – Эта квартира их собственность. Поэтому можно только принять экстренные меры к тому, чтобы больше, никогда такое не повторилось в вашем доме.

Не прошло и часа после возмущения жителей нашего дома, как вокруг дома появилась местная полиция. Следом за полицией прибыли представители администрации Холона.

Затем приехали автомобили скорой помощи. Не заставили себя ждать пожарники и службы безопасности. Приехали к дому автомобили санэпидстанции. Окружили своим вниманием наш дом представители прессы и местного телевидения Израиля. Возле нашего дома перед прессой и телевидением прошёл митинг людей, недовольных условиями репатриации в Израиле.

Перепуганную до смерти семью эфиопов вытащили во двор между домами. Никто из семьи ни единого слова не знал на иврите, английский, немецкий, испанский, французский и многих других языках, которыми владела возмущённая толпа и представители власти, включая различные службы безопасности, прессу и телевидения, прибывшие к нам.

Перепуганная семейка эфиопов что-то бормотала на своём языке, который никто из присутствующих не понимал. Даже жесты руками разноязычной толпы совершенно не были понятны грязной семье из Эфиопии. Наконец-то кто-то притащил в возмущённую толпу эфиопа, говорящего на иврите.

Через перепуганного до смерти эфиопа, который владел сразу несколькими языками, стали объяснять причину возмущения, собравшейся толпы квартиросъёмщиков этого большого дома. Толстенький чернокожий переводчик, который своим ростом был чуть выше детей перепуганной семьи эфиопов, задрав голову в сторону лица виновных взрослых, на амхарском языке пискляво устраивал разгон перепуганным виновникам.

Семья виновников внимательно и удивлённо выслушивала представителя своего рода, который устраивал им разгон, как маленьким провинившимся деткам из своего племени.

Со стороны возмущённой толпы разборки между представителями одного племени выглядели довольно странно и смешно. Все присутствующие едва сдерживали свой смех оттого вида, как коротышка-эфиоп читал нотации своим писклявым голосом мужчине и женщине, которые ростом были в два раза больше переводчика.

Однако семья виновников внимательно слушала своего соплеменника и не обронили в адрес своего переводчика ни единого слова.

– Они больше так делать не будут. – коротко объяснил переводчик в тройном переводе получасовую нотацию соплеменникам. – Теперь свои туалетные дела семья будет проводить в середине пустыни, вдали от этого микрорайона.

Никто ни стал выяснять, почему, нельзя в туалет ходить у себя в квартире, а обязательно надо ходить в пустыню? Наверно, имеются такие причуды из страны Эфиопии? Ведь там живут настолько дикие племена, что их никак нельзя сравнить с современной цивилизацией в Европе. Поэтому пускай эфиопы делают свои дела, как хотят, лишь бы ни на наши головы.

В остальных делах у соседей не было никаких претензий ко всему длинноногому тощему семейству. В подтверждении данного слова вся семья эфиопов, в количестве двенадцати человек, тут же отправилась из дома совершать свои туалетные дела в соседнюю пустыню, которая была через улицу вблизи от нашего дома.

К этому времени городская санэпидстанция и пожарники, хорошо продезинфицировали и почистили наш дом со всех сторон, отчего дом стал выглядеть намного лучше, чем во время заселения нашей семьи в съёмную квартиру этого дома.

В этот же день, представители городской администрации, рисуясь перед местной прессой и телевидением, благоустроили наш двор возле дома по европейскому стандарту.

Подготовили детскую площадку с разными видами игр. Освежили зеленью давно заброшенные газоны. Посадили вокруг нашего дома разные красивые цветы и огромные пальмы.

От такого внимания со стороны городской администрации наш двор на фоне соседних дворов стал райским уголком. Наверно, квартиросъёмщики соседних домов пожалели о том, что в их доме не случилось подобное происшествие, которое всколыхнуло не только возмущённых квартиросъёмщиков, но также администрацию Холона?

Прошло всего три дня после экстремальных событий вокруг нашего дома. Праздник еврейской пасхи начинал набирать свою силу. Хотя, по меркам к русской пасхе, это явление трудно было назвать праздником.

Улицы совершенно пустые. Даже городской транспорт не движется по городу. Иногда проскакивает частный транспорт, как современное техническое приведение, случайно вырвавшееся из ремонтной мастерской в поисках затерявшегося водителя. Во всех домах гробовая тишина. Совсем неслышно весёлых песен и русского мата.

По вечерам ортодоксальные евреи, одетые в традиционные черные костюмы, в белые рубахи и на голове чёрные шляпы, направляются в синагоги, которые здесь называют «Бейт Кнессет», что в переводе на русский язык обозначает «Дом собрания». В этом доме собрания евреи собираются на молитву и на унылые религиозные песни, которые больше похожи на русские похоронные песни, чем на еврейские, праздничные песни.

Почему-то, эти песни евреи поют в домах собрания лишь перед закатом и перед восходом солнца? В четыре часа утра просыпаюсь от тоскливых еврейских песен, доносящихся из синагоги напротив нашего дома.

Хорошо, что сейчас не работаю и могу выспаться днём, когда рядом в синагоге евреи не поют днём свои нудные песни. Ничего не имею против любой религии. Но не рядом с моим проживанием. Проснувшись от тоскливой праздничной песни ортодоксальных евреев, которые пели в синагоге напротив нашего дома.

Выглянул в окно и увидел довольно странную картину, которую устроили наши соседи из Африки, о которой знаю только по школьным учебникам и по лекциям об истории народов в государственном университете Таджикистана.

Больше ничего не знал о народах Африки, кроме того, что все они поголовно чёрный и прыгают, как кузнечики. Длинноногая тощая эфиопка выносила своих дистрофиков и раскладывала их на искусственной лужайке на траву прямо под окнами нашего дома.

Дети эфиопки почти не подают признаков жизни. Можно подумать, что фашисты готовили детей в печи крематория, но советские войска, освободившие узников концентрационного лагеря, ни дали фашистам, никакой возможности сжечь несчастных евреев из Эфиопии.

Теперь мать выносит своих полуживых детей на общее обозрение людям, чтобы всему миру показать, как страшен фашизм для всего человечества, независимо от религии, национальности, цвета кожи и расовой принадлежности. Мне даже не верится, что это всего лишь плод моей фантазии, а не реальная картина происходящих событий на лужайке перед окнами нашего старого дома.

Через час вокруг лужайки с полуживыми детьми собрались квартиросъёмщики всех соседних домов из окон, которых видно лужайку с черными скелетами полуживых детей.

Из-за своего естественного любопытства тоже спускаюсь из своей съёмной квартиры. Примыкаю к толпе любопытных соседей, которые плотным кольцом окружили лужайку с полудохлыми детьми.

Вскоре к нам присоединяются люди из соседних дворов и домов. Несмотря на то, что сейчас во всём Израиле праздник еврейской пасхи, от такого вида на полуживых детей ни у кого нет праздничного настроения.

Все любопытные люди, присутствующие вокруг лужайки с черными полуживыми детьми, что-то шепчут каждый на своём языке по поводу странной картины с умирающими детьми на зелёной лужайке.

– Наверно, у эфиопов такой обычай по случаю праздника еврейской пасхи, выносить своих детей на лужайку? – шепчет одна соседка другой на русском языке. – Говорят, что царица Савская из Эфиопии сделала их евреями, после того, как переспала с еврейским царём Соломоном. До этого все эфиопы были язычниками. Они и сейчас такие же…

– Чего ты плетёшь о людях? – перебила свою соседку другая женщина. – У них случилось что-то ужасное. Скорее всего, не успела эфиопка вынести своих детей в пустыню в туалет. Они умирают у неё от излишка дерьма в желудках.

– У детей нет ничего в желудках – спорит другая женщина. – Желудки совсем пустые. На них кожа да кости.

Женщины долго спорят насчёт обычаев у эфиопов и насчёт полуживых детей, которые лежат на лужайке между жилыми домами. Также спорили и другие присутствующие на своих языках.

Может быть, мы так и не узнали бы причины явления картины полуживых детей на зелёной лужайке, если бы кто-то не догадался привести эфиопа коротышку в качестве переводчика, который раскрыл нам происходящую трагедию перед глазами всего честного народа?

– Женщина говорит, что у неё в унитазе совсем нет воды. Она не может готовить пищу своим детям. – печально, перевёл эфиоп коротышка с амхарского языка на другие языки, которые ему были известны. Русский перевод узнал от соседей репатриантов из бывшего Советского Союза, которые прилетели сюда раньше нас и знали иврит.

– Эфиопы такие тупые, что из унитаза берут воду на пищу, а в туалет ходят в пустыню? – сказала соседка.

– Давно читал где-то в газете, что один француз привёз из Европы в Африку унитаз в свой дом. – вспомнил. давно прочитанную статью в газете. – Раньше в Африке нигде не было унитаза. В этих целях использовали пустыню, как семья наших эфиопов. Когда местные жители Африки увидели у француза белоснежный унитаз, так сразу стали просить его продать им унитаз. Видимо, француз был предприимчивым бизнесменом?

Он решил на этих унитазах можно сделать себе бизнес. Привёз в Африку много унитазов и выгодно продал их.

Но так как француз не объяснил африканцам назначение унитаза, то они стали использовать эти унитазы в качестве родников, поставленных на естественные источники воды.

Видимо, именно так использовали эфиопы в нашем доме свои унитазы, как у себя на родине, откуда их привезли сюда в Израиль на постоянное место жительства? Здесь перед нами полная дикость!

– Слышала, что эфиопы с собой в самолёт брали даже хворост, чтобы в самолёте развести костёр и готовить пищу своей семье. – сказала рядом стоящая репатриантка из бывшего Советского Союза. – Вот такие они дикари древние эфиопы. У них даже ритуальные языческие наколки на лицах и на теле. Эфиопы живут совсем как в каменном веке.

Пока присутствующие люди с любопытством обсуждали картину происшедшего на лужайке с полуживыми черными детьми, к нашему дому приехали автомобили скорой помощи. Видимо, кто-то вызвал медиков, опасаясь, что черные дети, отощавшие без еды, скоро начнут умирать прямо на глазах у всех людей, без всяких причин в наше сытое время жизни? Детей вместе с матерью загрузили в автомобили скорой помощи. Увезли куда-то в больницу откармливать.

8. Лисичка, зайчик и клад.

Едва привёл себя в порядок, как со школы пришли Эдуард и Виктория, а следом за ними с работы пришёл Артур. По мальчишкам было видно, что они не очень-то рады моему возвращению домой. Видимо, что-то нашкодили мои сыновья, а теперь боятся, что, вдруг, их проделки вылезут наружу и тогда отец устроит им хороший разгон?

Зато моя дочь Виктория не скрывала своей радости моему возвращению домой. Целуя меня, Виктория, словно заводная тарахтела о новых своих открытиях, которые сделала в моё отсутствие, общаясь с местными мальчиками и девочками.

– Папа! Папа! Ты знаешь, что прямо рядом с нашим домом на пустыне живут лисички и зайчики. – увлечённо, рассказывала Виктория. – Мы с подружками ходили на песчаные курганы и следили за этими зверюшками на природе…

– Там были тигры и львы, с которыми вы игрались. – ехидно, сказал Артур. – Вешай отцу лапшу на уши.

– Ничего на уши папе не вешаю. – огрызнулась Виктория. – Это ты все время врёшь. Всегда говорю только правду. Сейчас мы с папой сходим на песчаные курганы. Папа сам увидит зайчика и лисичку. Они совсем не боятся людей.

– Ну, раз зайчик и лисичка гуляют прямо рядом с нашим домом, то охотно посмотрю на них. – согласился с объявлением дочери. – Нам с тобой осталось лишь переодеться в одежду охотников и отправиться с фотоаппаратом, выслеживать там зверюшек.

Конечно, у нас в съёмной квартире не было никакой охотничьей одежды. Мы с дочерью напялили на себя разное старье, которое нам дали на складах старой одежды к новым репатриантам.

Вооружившись фотоаппаратом и палками, как путешественники, мы перешли улицу возле своего дома и вскоре вступили на песчаные курганы в черте Холона. Маленький город, словно подковой расположился вокруг пустыни, которая вскоре должна превратиться в новый район.

Так близко приблизилась наша современная цивилизация к дикой природе, что достаточно перейти улицу. Сразу можно оказаться на тропе дикой природы, среди развалин древней цивилизации, которая когда-то находилась здесь в пустыне. Теперь рядом с древностью строится город со всеми современными достижения градостроения, которые можно применить в небольшом городе, расположенном вблизи небольшой безводной пустыни.

Мы по-пластунски выползли на ближайший песчаный курган через дорогу около своего дома и стали внимательно всматриваться в панораму дикой природы, которую можно было хорошо рассмотреть в бинокль из окна нашей съёмной квартиры.

Но тогда бы не было в душе людей страсти к романтике, если бы обычные люди рассматривали окружающий мир из своего жилища при помощи различной аппаратуры или на экранах своих телевизоров.

Перед нами вблизи современной цивилизации была самая настоящая дикая природа с разнообразными видами форм жизни, до которых можно было дотронуться руками и созерцать не вооружённым глазом на расстоянии нескольких сот метров.

Вот прямо перед нами на сыпучем песке возятся навозные жуки. Пытаются, отбит друг у друга свою добычу, которую не одному из них нельзя утащить в одиночку. Вместо того чтобы совместно дотащить свою добычу к общему дому, навозные жуки ведут бессмысленную борьбу за общую добычу. Вот так обычные люди.

Вместо того чтобы совместно пользоваться дарами природы и плодами собственной цивилизации, люди ведут бессмысленную борьбу за передел того, чем сами давно владеют.

В результате бессмысленной борьбы за передел земли, люди отвлекаются от развития собственного разума в познании окружающей природа и космического пространства с другими планетами. Недалеко от нас ползёт сухопутная песчаная черепаха, которая, возможно, пережила несколько поколений обычных людей, проживающих рядом с пустыней?

Теперь новые поколения обычных людей так сильно размножились, что впрямую приблизились к месту обитания сухопутной черепахи, которая едва ли проживёт свои триста лет.

Скорее всего, она станет добычей людей для террариумов или просто будет раздавлена какой-нибудь прошедшей техникой. В небольшой впадине между песчаными холмами каменные куропатки Кеклики готовят себе гнездо под сухим кустом верблюжьей колючки.

С братом Юркой лазил высоко в горы Таджикистан, чтобы добыть яички кеклика на разведение кекликов в домашних условиях. Тут же Кеклики буквально двести метров от нашего дома хотят вывести своих птенцов, чтобы после обрадовать мир своим красивым видом каменной куропатки, а также своим звонким пением.

Всматриваюсь в разнообразный мир живой дикой природы в песках пустыни в городской черте. Пытаюсь разглядеть среди отличной маскировки живой природы ушастую лису и песчаного зайца, которые как невидимки так хорошо замаскировались под цвет пустыни, что их никак нельзя обнаружить не вооружённым глазом. Можно подумать, что здесь нет ушастой лисицы и песчаного зайца. Лишь следы этих диких животных видны повсюду на сыпучем песке.

– Папа! Папа! Посмотри! Вон серый зайчик сидит под сухим кустом и жуёт травку. – шепчет дочь, мне на ухо.

– Действительно заяц! – удивлённо, шепчу, когда замечаю под сухим кустом песчаного зайца. – Теперь нам нужно найти ушастую лису. Она такай хитрая, что может подкрасться к зайчику так осторожно, что зайчик не заметит лису.

Мы стали всматриваться в однообразную по цвету дикую природу песчаной пустыни.

Но ушастой лисицы, словно нигде не было. Эта хитрющая лисица так хорошо замаскировалась, что прямо слилась с песчаной местностью пустыни своей раскраской меха.

Теперь лисицу можно увидеть лишь во время передвижения. Если лисица захочет приблизиться к песчаному зайцу, который постоянно держит уши торчком. Заяц слышит хорошо любое передвижение.

– Папа! Папа! Посмотри туда. – шепчет Виктория, показывая рукой на какой-то бугорок, которым оказывается лисица.

– Вот лисица, хитрющая какая! – восторженно, шепчу на ухо дочке. – Заходит к зайцу против ветра, чтобы он её не услышал. Если лиса подберётся к зайцу на близком расстоянии, то мы спугнём его. Пускай рыжая лисица питается полевыми мышами, от которых нет людям никакой пользы. Зайчик всё-таки не приносит вреда в дикой природе.

Однако наша помощь песчаному зайцу совсем не понадобилась. Едва ушастая лисица приготовилась к прыжку из неудобной позы, как песок тут же осыпался и пришёл на помощь к песчаному зайцу.

В одно мгновение заяц скакну так сильно, что рыжая лиса уткнулась своим носом в бывшее место нахождения зайца. Пока лисица выбиралась из-за кустов верблюжьей колючки, заяц был далеко от опасного места.

Теперь лисице обратно предстояло выискивать место нахождения зайца или использовать на питание более лёгкую добычу в виде серых полевых мышей, которые буквально мегаполисом заселили небольшую пустыню. Здесь под каждым кустом можно увидеть норку мышей.

– Папа! Давай мы с тобой поищем нору ушастой лисицы. – предложила Виктория. – Посмотрим, как живёт семья лисы.

– Нору ушастой лисицы найти можно. – согласился. с предложением дочери. – Вот только где живёт ушастая лисица, мы с тобой едва ли узнаем. Хитрая лиса роет множество ходов в свои норы и перетаскивает детёнышей из норы в нору постоянно, чтобы скрыть место проживания детей, пока дети подрастут и смогут защищать себя от врагов.

– У лисицы, разве, есть в пустыне враги? – удивлённо, спросила Виктория. – Ведь лиса сама хитрая хищница.

– Враги есть у всех видов животных и птиц в дикой природе. – объяснил. Виктории. – Глупые детёныши лисицы могут быть заклёваны умными воронами. В нору лисицы могут забраться крупные полевые грызуны и загрызут насмерть маленьких детёнышей лисицы. Чепрачные шакалы не побрезгуют новорождёнными детёнышами лисы. Даже другие лисицы, в борьбе за место под солнцем на этой пустыне, могут загрызть насмерть меленьких детей лисицы. Едва мы выбрались из своей засады, как рыжая ушастая лисица поспешила скрыться с места своей охоты. Мы с Викторией решили выследить по следам лисицу или хотя бы найти её нору.

Но лисица так закрутила свои следы, что мы вскоре сами запутались между песчаными курганами и решили выбираться из пустыни обратно к своему дому. На пустыню надвигались вечерние сумерки. Мы сами могли заблудиться между песчаными курганами этой пустыни.

– Папа! Папа! Клад нашла! – оглушая окрестные места пустыни, громко сообщила мне, Виктория, о своей находке.

Тут же подошёл к дочери и действительно увидел кучу монет разной величины. В большинстве это были медные монеты, среди которых поблёскивали белые монеты, какого дешёвого сплава. Золотых монет в этой куче клада не нашлось. Было только несколько серебряных монет. Так что найденные дочерью монеты не представляли никакой ценности в металле.

Но иногда старинные медные монеты представляют большую ценность, чем новые золотые монеты той, же величины. Поэтому мы решили собрать все до единой монеты, которые находились в этой куче и рядом с ней в песчаных курганах пустыни.

Мы рылись в сыпучем песке в поисках клада до полной темноты, при которой даже зоркие глаза дочери не могли разглядеть монеты клада и наши руки не могли нащупать в песке ни одной монеты. Так как у нас с собой не было сумки или хотя бы целлофанового пакета, то мы монетами набивали карманы своей одежды. Когда наши карманы были набиты монетами.

Мы рисковали потерять монеты из карманов, то решили ссыпать все найденные монеты в наши бейсбольные кепки, которые вскоре были наполнены старинными монетами из найденного нами клада.

Теперь нам предстояло выбраться из маленькой песчаной пустыни, которая находилась в черте Холона. Вполне естественно, что нам надо было определить вначале части света, чтобы сообразить, откуда мы пришли и куда сейчас нам идти в сторону дома. Так как солнце заходит за горизонт Средиземного моря на западе, то следственно нам нужно идти на юг. Это конечно не пустыни Средней Азии или Африки, а всего лишь кусок пустынной площади в пару квадратных километров, но из этого кусочка пустыни надо было выбраться по песчаным курганам, которые были выше нашего роста и словно волны в море накатывались на нас один за другим.

Так что километр пути по меленькой пустыне через песчаные курганы в черте города вытянулся на расстояние дальше одного километра.

Грязные и измученные, но довольные нашим путешествием в сыпучих песках дикой природы, мы наконец-то выбрались к району места нашего проживания в километре от своего дома. Километр прогулки по городской улице, это просто бал после путешествия по песчаным курганам пустыни в городской черте. Так что минут через десять мы подходили к своему дому с бейсбольной кепкой, заполненной старинными монетами.

Нас не смущали удивлённые взгляды старушек, которые сидели на лавочке только для того, чтобы посплетничать о своей прожитой жизни и о тех, кто живёт в реальное время рядом с ними. Теперь им было, о чём поболтать после того, как старушки увидели нас грязными и довольными, с бейсбольной кепкой, заполненной каким-то хламом, который старушки не могли заметить в ночи своим плохим зрением, утраченным за долгие годы жизни. Поэтому старушки сейчас напрягали свои усохшие мозги, чтобы придумать какую-нибудь удивительную историю про нас и обеспечить себя сплетнями до поздней ночи.

– Мама! Мама! Посмотри, что мы с папой нашли! – восторженно, закричала Виктория, высыпая из бейсбольной кепки монеты вперемешку с песком и грязью, прямо на стол в середине нашего зала. – Нашли настоящий клад монет!

– Всякую грязь с помоек тащат к нам в дом. – брезгливо, сказал Артур. – Такой грязью завален весь Израиль.

– Это не гряз, а настоящий клад. – заявила Виктория. – Ты тупой и ничего не знаешь по истории кладов.

– Тоже мне острозубая крыса отыскалась! – сказал Артур. – Посмотрю, какой ты будешь лет через десять.

– Хватит вам спорить! – сказала Людмила, растаскивая в разные стороны своих детей. – Мальчишки смотрите свой телевизор. Кладоискатели уберите грязь со стола и быстро мыться под душ, чтобы в доме был полный порядок.

Мы сгребли с Викторией весь наш клад в одну кучу. Затем мы положили старинные монеты в картонную коробку из-под обуви. Вскоре по очереди пошли мыться в ванную комнату.

Пока Виктория мылась за шторкой под душем, в раковине умывальника мыл клад от грязи и ржавчины. После душа Виктория пошла с чистым кладом в зал. В это время мылся под душем от исторической пыли, которая нацеплялась на меня в пустыне вовремя нашего путешествия и сбора клада исторических монет.

Ведь действительно монеты с клада могли быть в руках больных людей. Когда вышел из-под душа в зал съёмной квартиры, то увидел на полу россыпь старинных монет различного достоинства.

В большинстве это были монеты старого образца Израиля достоинством от одной агоры до ста шекелей. Среди этого клады были лиры, центы, гульдены, марки, фунты и другие монеты разных зарубежных государств.

Видимо, кто-то украл где-то монеты, но не смог ими воспользоваться? Решил спрятать монеты в пустыне. Затем хозяин монет забыл место нахождения своего клада или сам хозяин этого клада ушёл из жизни.

Назвать этот клад чей-то коллекцией было нельзя. Так как монет одинакового достоинства здесь было много. Коллекционеры обычно имеют в своей коллекции не больше двух монет одинакового достоинства. Так что поэтому можно было сделать вывод, что эти монеты все же были ворованные и кем-то спрятанные в пустыне. Иначе, как они там оказались? Не могли монеты сами по себе переселиться откуда-то в пустыню, и любопытные вороны не могли натаскать в одну кучку монет в несколько килограмм весом. Теперь старинные монеты Израиля стали нашей новой коллекцией.

Часть-2. Затерянные в заботах.

1. Мазаль тов. Хорошая удача.

С первого дня репатриации в Израиль моей семьи, понял, что в этот раз удача прошла мимо моей семьи. Священные слова на иврите "мазаль тов" хорошая удача никак не вписывались в наше проживание на Земле Обетованной. Нас всюду окружали мошенники, которые всячески пытались использовать нашу семью в своих интересах. Хочется заметить, что мошенникам часто удавалось дурачить нас.

Мы постоянно попадали в хитроумные ловушки, расставленные нам мошенниками различных мастей. Поэтому священные слова хорошей удачи, "мазаль тов" на иврите, мы воспринимали со стороны местных жителей, как насмешку над тем чего у нас нет и чего не может быть вообще в природе нашей жизни в Израиле.

Так как мы в своих понятиях и по своей культуре вообще никак не вписывались в само проживание на Земле Обетованной. Мы были словно белые медведи в Африке или страусы на Севере.

Нам больше подходила в то время популярная в Израиле песня «Коше ли.» (Трудно мне.). В той песне парень пел как ему трудно без любимой. Вот только репатрианты воспринимали эту песню в прямом смысле к себе, как трудно им в Израиле. Однако мы были склонны верить в то, что на Земле Обетованной существует "мазаль тов" хорошая удача, которая приходит к людям вдруг, как бы ни откуда.

Когда человек даже не верит в то, что существует на свете "мазаль тов" хорошая удача. Она словно манная, которая когда-то упала от Бога с небес на головы голодным евреям во время сорокалетнего перехода из Египта к месту жительства на Землю Обетованную.

Меня не ждёт манная упавшая с небес. Так как не отношусь к тому племени, которому сам Всевышний уделил особое внимание. Мне как родственнику еврейского племени не грешно побывать за столом с манной от самого господа Бога. Ведь мы все его дети, а дети кушать хотят все без исключения. Иначе бы давно засохло дерево рода человеческого, как тот грешный плод, с которого зародилось племя обычных людей.

Вот только бы послал бы нам Бог хорошую удачу "мазаль тов", как это было с некоторыми моими соотечественниками. Одним из таких был прораб по моему бизнесу. Ни сказал бы, что он был выдающейся личностью. Обычный человек.

Он был такой же, как все обычные люди. Имел свои плюсы и минусы. Ему досталось так же как другим от гражданской войны в Таджикистане. В 1993 годы он один из последних вместе с семьёй вынужден был бежать на Землю Обетованную.

Где мы с ним встретились совершенно случайно за общим столом в гостях у одного из наших бывших коллег, по совместному бизнесу в Таджикистане.

– Ну, как Раис (начальник) у тебя дела с бизнесом в Израиле? – шаблонно поинтересовался он о моей жизни.

– Мой бизнес в Израиле начался со стройки грузчиком. – безрадостно, ответил знакомому. – Каждый день таскаю без лифта мешки с цементом на девятый этаж недостроенного дома. Как у тебя сложилась жизнь в Израиле.

– У меня с жизнью в Израиле повезло с первого дня. – ответил он. – Когда мы прилетели в Израиль, то в первый день прогуливался по новому микрорайону, где строители определяли план застройки на территории будущего микрорайона. Меня заинтересовал какой-то необычный нивелир, стоящий у дороги. Нивелир сильно отличался от того прибора, с которым проработал много лет на стройке в Советском Союзе.

– Вы знакомы с таким аппаратом? – спросил меня, мужчина в спецовке, когда разглядывал нивелир.

– Именно с этим прибором не знаком. – откровенно, ответил мужчине. – Но с нивелиром советского образца мне довелось проработать много лет в качестве прораба на стройках нескольких республик Советского Союза.

– Этот прибор намного проще советского образца. – деловым тоном, сказал мне мужчина в спецовке. – Если вы заинтересованы работать у нас, то приходите завтра утром в контору по адресу, указанному в визитке.

Мужчина в спецовке дал мне свою визитную карточку и ушёл вместе с необычным нивелиром продолжать свою работу. Посмотрел на визитную карточку. К моему удивлению визитная карточка была написана на русском языке. На визитной карточке был указан адрес места расположения конторы, которая занималась разметкой территории под застройку жилых микрорайонов и строительством автомобильных дорог в Израиле.

На следующий день меня приняли работать обычным рабочим с нивелиром по разметке местности.

– Вот от того, что ты мне сейчас рассказал, могу поверить в то, что в Израиле существует "мазаль" удача. – с чистой завистью сказал бывшему прорабу. – Конечно, не на все падает неоткуда такая "мазаль" удача.

После нашей встречи за столом прошли годы моей бестолковой жизни в Израиле. С двумя дипломами высшего образования, без знания иврита, не мог негде устроиться по своим многочисленным специальностям.

Приходилось работать грузчиком, столяром по разнообразной мебели, на предприятиях пищевой и химической промышленности, даже в морге предлагали мне работать. Но отказался от этой работы. Вот только "мазаль" удача обходила меня стороной. Всюду приходилось вкалывать за какие-то гроши. Пока однажды в моей квартире зазвонил телефон. Нехотя взял телефонную трубку и услышал "мазаль".

– Здравствуй, раис (начальник)! – услышал в телефонной трубке почти забытый мной голос. – Как рад, что ты жив и здоров. У меня к тебе есть небольшое предложение по бизнесу. Открываю свой бизнес в Израиле. Мне нужно подготовить бизнес-план. У тебя это хорошо получалось. Тебе заплачу за бизнес-план любые деньги.

– Ты прекрасно знаешь, что давно не занимаюсь бизнесом. – попытался уклониться от такой работы. – Кроме того, бизнес в Израиле сильно отличается от бизнеса в Европе и в бывшем Советском Союзе…

– У меня имеются все данные к моему бизнесу. – продолжил настаивать бывший прораб забытого мной бизнеса. – Надо всего лишь грамотно написать на русском языке. На иврит готовый бизнес-план переведу сам.

– Если ты так хорошо знаешь иврит, то готов тебе помочь с русским языком. – согласился написать бизнес-план своему бывшему прорабу. – У меня и у тебя тоже нет свободного времени встречаться в рабочее время. Поэтому все свои данные сбрось мне через Интернет в электронную почту. После работы посмотрю.

В этот же день по электронной почте получил полные развёрнутые сведения о бизнесе моего бывшего прораба. Как предполагал, его бизнес был заострён на строительные объекты в Израиле. Тема мне знакомая, так как в мой основной бизнес в Таджикистане входило строительство и дизайн разных объектов. Хорошо, что не выбросил с мусором старые документы по моему бывшему бизнесу в Таджикистане. Мне не было особого труда составить бизнес-план по строительству в Израиле. За основу текста нового бизнес-плана взял текст из старого бизнес-плана.

Заменил только названия и подвёл цифры по теме Израиля. За два выходных дня и за несколько вечеров бизнес-план был готов. По зашифрованному файлу, чтобы никто посторонний не вскрыл, отправил бизнес-план своему бывшему прорабу. В низу текста файла в отдельном письме указал, что работа выполнена исключительно в интересах земляка и в оплате за труд не нуждается. Вполне понятно, что там же пожелал своему земляку удачи в бизнесе на территории Израиля без моего участия. В течение нескольких дней по электронной почте земляк несколько раз пытался навязать мне деньги за мою работу в подготовке бизнес-плана.

Мне было неудобно брать с него деньги за свою работу хотя бы по той причине, что когда улетел с Таджикистана в Израиль, то фактически бросил на произвол судьбы свой бизнес вместе с теми, кто долгие годы работал в моем бизнесе и доверял мне. Как раз в этом моем бывшем бизнесе в те годы работал прорабом мой земляк, перед которым был в долгу за то, что оставил тогда на произвол судьбы свой бизнес. Даже не поинтересовался, как сложилась судьба семей моих бывших рабочих и служащих. Ведь в те годы моего забвения в Таджикистане была гражданская война.

Прошло около месяца после того дня, как отправил своему земляку по электронной почте составленный мной его фирме бизнес-план. Все это время не заглядывал в свою электронную почту, чтобы не вести переписку с земляком по вопросу оплаты моего труда над бизнес-планом.

Но вот однажды вечером получил обычной почтой распечатку со своего банковского счёта. В распечатке было указано, что на мой счёт в банк перечислено тридцать тысяч шекелей за оказанные услуги строительной фирме.

Мне совсем неизвестно откуда земляк узнал номер моего банковского счета. Но эта сумма упала на мой счёт, как "мазаль" удача или манная с небес. У меня как раз была большая проблема с оплатой ипотечной ссуды за свою квартиру. Благодаря тридцати тысячам шекелей на нашем счёте мы не оказались в минусе перед банком по "машканте" ипотечной ссуды. Такая большая сумма перекрыла все наши возможные проблемы в банковском счёте. В благодарность за такую услугу перед такой суммой, заморозил все оставшиеся деньги на счёте под проценты, которые в течении нескольких лет удвоились и принесли нашей семье "мазаль тов" хорошую удачу.

Больше никаких моих связей с моим бывшим прорабом у меня не было. У каждого человека своя жизнь. Через несколько лет после последней переписки с моим бывшим прорабом, случайно увидел его лицо по местному израильскому телевидению.

Телевизионная программа была посвящена строительству в Израиле. Ведущим специалистом по строительству в Израиле был мой земляк и мой бывший прораб, на которого обратила внимание "мазаль тов" хорошая удача в первый день прибытия на Землю Обетованную.

От простого рабочего по разметки территории под строительство, постепенно, мой земляк стал ведущим специалистом по строительству в Израиле на Земле Обетованной. Вот где она настоящая "мазаль тов" хорошая удача, которая пришла вдруг и умножилась через труд удачника. Хотелось бы думать, что такая "мазаль" удача единица на многие миллионы людей. Однако за время, проживая в Израиле, мне довелось сталкиваться с неожиданной "мазаль" удачей на примере многих людей. Разве, нельзя сказать "мазаль тов" хорошая удача на примере одного события связанного с моим знакомым "грузином" репатриантом из Грузии с очень известным именем Аваз, которое запомнилось по шуточные сценки юмористов по телевизору о тупом доценте и студенте грузине по имени Аваз?

Так вот мой знакомый Аваз прогуливался в первый день своей репатриации в Израиль по улице Алимби в Тель-Авиве. На небольшой площадке возле главпочтамта стоял легковой автомобиль итальянской фирмы «Fiat».

На машине плакат на нескольких языках, в том числе на русском языке "Всего за пять шекелей будет ваш «Fiat».

– Слушай биджо! Так дёшево стоит машина в Израиле? – поинтересовался Аваз у представителя фирмы.

– Может быть, повезёт?! – ответил представитель фирмы «Fiat». – Если вы возьмёте билет за пять шекелей.

Аваз ни стал долго раздумывать. Достал из кармана пять шекелей мелочью и купил билет мгновенной лотереи по презентации автомобиля «Fiat» в Израиле. Не отходя от автомобиля, вскрыл лотерейный билет, на котором было написано на нескольких языках, в том числе на русском языке всего одно слово "Выигрыш". Аваз не веря в свою "мазаль" удачу, показал надпись на билете представитель фирмы «Fiat».

– Да! Вы действительно выиграли автомобиль «Fiat». – с удивлением, сказал представитель фирмы «Fiat». – Вам надо всего лишь заполнить бланки на получение легкового автомобиля «Fiat» и можете его забрать.

Аваз не потерял голову от неожиданно свалившейся на него "мазаль тов" хорошей удачи. Так как при нем не было ни то, чтобы водительских прав на легковой автомобиль, а даже удостоверения личности гражданина Израиля.

Аваз не отходя от выигранного автомобиля, позвонил домой своему родственнику, который проживал в Израиле несколько лет и имел водительские права на легковой автомобиль. Пока Аваз заполнял документы на русском языке на выигрыш легкового автомобиля «Fiat». Затем ждал приезда к себе своего родственника, который должен был перегнать выигранный автомобиль «Fiat» к месту жительства счастливчика Аваза.

Сам счастливчик стал известной личностью на весь Израиль, а также на всю Италию, так как презентацию и выигрыш легкового автомобиля «Fiat» транслировали по телевидению на две страны. Кстати, Аваз, как счастливчик, попал в историю итальянской автомобильной фирмы «Fiat». Самое удивительное в этой истории было то, что выигрыш автомобиля выпал на первое апреля, день розыгрышей в бывшем Советском Союзе.

Может быть, также в Израиле и в Италии, по крайней мере, хотя бы для новых репатриантов из бывшего Советского Союза? По этой причине Авазу пришлось долго доказывать по телефону своему родственнику, что это совсем не розыгрыш, а самая настоящая "мазаль" удача.

Примерно, в то же время, что случай с Авазом, был похожий случай с нашими соседями репатриантами из Украины. Наши семьи прибыли на постоянное место жительства в Израиль в один день с той лишь разницей, что из разных постсоветских республик. Соседи прилетели из Украины.

Наша семья прилетела из Таджикистана. Поселились на съёмную квартиру в один дом у одного хозяина. К этому времени хозяин целого квартала жилых зданий решил избавиться от своей недвижимости, а также от своей движимости по сходной цене.

Так как его взрослые дети давно проживали в США и звали отца к себе на постоянное место жительства.

Хозяин движимости и недвижимости был стар и не мог контролировать своё имущество. На недвижимость в виде жилых зданий покупатель нашёлся сразу. Какой-то местный миллиардер. Вот только с продажей автомобилей было сложнее. Новых автомобилей у хозяина не было.

Старые автомобили в Израиле никому не нужны. Когда наши соседи оформлялись у хозяина на временное проживание, то хозяин предложил нашим соседям доступный вариант покупки двух легковых автомобилей «Мерседес» образца двадцатилетней давности в хорошем ходовом виде и коттедж в сельской местности по цене одного легкового автомобиля.

Наши соседи приехали с деньгами и собирались купить квартиру в центре страны. Однако "мазаль тов" хорошая удача бывает ни каждый день.

Репатрианты из Украины согласились с предложением хозяина, который взял на себя всю заботу, по оформлению легковых автомобилей и своего коттеджа на новых хозяев.

Так как время и здоровье старика поджимали к его отлёту на постоянное место жительства в США. На руках у старика был билет на самолёт. Оставалось избавиться от своего имущества.

Наши соседи из Украины прожили рядом с нами не больше недели. Пока оформляли документы на гражданство в Израиле, а также документы на свою приобретённую недвижимость и движимость в Израиле.

Через неделю наши соседи уехали на купленных автомобилях куда-то в сельскую местность в собственный коттедж, который купили за какие-то деньги по приезду на ПМЖ в Израиль.

Так что целая семья за один раз получила свою "мазаль" удачу на свой транспорт и на жилье, которое перешло в их собственность. Другой случай с удачей был у моего знакомого, с которым работал на стройке.

Большая семья репатриантов из глубинки России едва тянула, чтобы оплачивать своё проживание в маленькой квартире. В семье из шести человек только двое работали.

Остальные были школьного возраста. Хозяин стройки недавно закончил строительство нового жилого дома, в котором купил пятикомнатную квартиру своему взрослому сыну, который вскоре собирался жениться.

Так как сын в это время учился за границей, то хозяин строительства сдал купленную квартиру на время большой семье репатриантов по цене двухкомнатной квартиры. Вполне понятно, что это действительно была настоящая "мазаль" удача большой семьи репатриантов. Пусть даже временная удача, но всё равно удача.

За год проживания в такой шикарной квартире за полцены. Можно было собрать денег на съем хорошей квартиры или взять ипотечную ссуду на покупку собственного жилья.

В любом случае у семьи было время на раскрутку. К тому же через год двое детей в семье становились взрослыми. Двое детей могли обеспечить себя и помочь семье прижиться в Израиле.

Никто из большой семьи даже не мог предполагать, что через год у них будет новая "мазаль" удача, которая в один раз улучшит жизнь большой семьи. Отсюда можно поверить в божественное начало в "мазаль" в удачу.

Ровно через год сын хозяина квартиры окончил успешно учёбу за границей. Там же за границей сын хозяина квартиры получил выгодный контракт по работе с местом постоянного проживания.

Вскоре выгодно женился и стал гражданином другой страны. Отцу прислал письмо, что квартира в Израиле ему не нужна. Вполне понятно, что хозяин не только пятикомнатной квартиры, а целого комплекса жилых кварталов, совсем не нуждался в пятикомнатной квартире, в которой в это время проживала семья репатриантов. Хозяин пятикомнатной квартиры предложил большой семье репатриантов купить у него пятикомнатную квартиру по цене двухкомнатной квартиры в кредит на двадцать пять лет.

Причём часть недостающей суммы по "машканте" ипотечной ссуды хозяин пятикомнатной квартиры брал на себя с возвратом долга на пять лет.

Конечно, едва выжившие от счастливого шока, репатрианты согласились такой "мазаль" удачей. Самой известной мне "мазаль тов" хорошей удачей был случай с моим коллегой по метле.

Почти соседом по участку уборки улиц в Ашдоде. Можно сказать, что "мазаль тов" хорошая удача была рядом со мной, но прошла мимо. Так как стал неудачником с первого дня пребывания в Израиле и остаюсь неудачником по сей день на протяжении семнадцати лет.

Хотя совсем забыл, что однажды меня тоже посетила "мазаль тов" хорошая удача, когда составлял бизнес-план своему земляку. Но там была больше "мазаль тов" хорошая удача у моего бывшего прораба по моему старому бизнесу, чем в Израиле у меня.

Однако вернёмся к моему коллеге по метле. Об этом удачнике услышал не только из уст самого везунчика, а также увидел по израильскому телевидению и прочитал в местной прессе.

Всё по порядку. Дело было так. Так как с возрастом в Израиле тяжело найти хорошо оплачиваемую работу, то стареющие репатрианты готовы идти на мизерную оплату, чтобы только как-то дотянуть до своей мизерной пенсии в Израиле. Одной из доступных работ с мизерной оплатой в Израиле считается работа дворником.

Вполне понятно, что совсем неприятно специалисту с высшим образованием подметать улицы городов Израиля. Но когда безработица душит за горло, тогда согласишься работать где угодно, лишь бы с голоду не умереть до пенсии. Поэтому на уборке улиц городов Израиля можно повстречать кого угодно, даже учёных репатриантов.

– Как всегда начинал рано утром убирать тротуары. – рассказывал Степан, коллега по метле. – Так лучше видно меня и мою работу кабланам (подрядчикам), которые словно ищейки снуют утром по улицам на своих служебных автомобилях и только к обеду, когда жара достаёт даже в легковых автомобилях с кондиционером, кабланы забиваются где-то в тени с прохладительными напитками или они загорают на берегу моря.

Едва только стал подметать тротуар в районе коттеджей, как вдруг на тротуаре увидел огромную туристическую сумку. У меня сразу мелькнуло в голове, что это террористы подложили бомбу под коттедж богатого конкурента. Мне часто доводилось видеть бомбы, подложенные куда-то в общественном месте, на автобусных остановках, возле касс банкомат или на рынке, куда сразу вызывали полицию и оцепляли опасное место, чтобы обезвредить заложенную взрывчатку.

Вот только эта огромная туристическая сумка находилась в таком месте, что если бы в ней была взрывчатка, то от взрыва мог пострадать всего один человек, который поднимет сумку. Ну, не настолько террористы тупые люди, чтобы тратить взрывчатку с такой огромной туристической сумкой всего на одного человека. Если считать, что кто-то просто выбросил свою туристическую сумку с вещами, то это тоже не правдоподобно во всех случаях.

Во-первых, туристическая сумка слишком новая и слишком солидная, чтобы выкидывать её на мусор. Во-вторых, сейчас ни еврейская пасха и не еврейский новый год, когда выкидывают ненужные вещи. Отсюда можно сделать вывод, что сумку забыли.

На всякий случай, прикрываясь тачкой с бочкой под мусор, буквально наехал тачкой на огромную туристическую сумку. Взрыва в сумке не произошло. Обратно же в целях собственной безопасности пнул метлой огромную и тяжёлую туристическую сумку.

Опять взрыва из сумки не произошло. Но всё равно сразу открывать сумку никак не решился. Может быть, хозяин сумки специально оставил сумку на видном месте, чтобы проследить, как кто-то залезет в его сумку?

Затем сюда вызвать полицию и на воре заработать себе деньги. Такое в Израиле встречается часто, когда зачинщик зарабатывает на другом себе деньги. Окончательно убедившись в бесхозности огромной сумки, осторожно расстегнул молнию на сумке и едва не скончался на месте от того, что увидел в огромной сумке.

Как в хорошем детективном сериале про криминал, сумка была заполнена пачками американских долларов. Сверху на пачках новеньких банкнот американских долларов лежал также новый пистолет и несколько листов документов.

Даже по массе пачек стодолларовых банкнот можно было определить, что здесь в огромной сумке не меньше миллиона американских долларов. За такие деньги можно купить себе шикарную виллу.

Несколько минут был в полном стопоре мозги вообще не работали. Даже во сне себя никогда не видел рядом с такой массой денег. За свою жизнь больше одной тысячи американских долларов в руках не держал.

Тут же такая огромная масса денег. Как с ними поступать? Такую огромную туристическую сумку в бочки под мусор не засунешь. Идти в открытую с такой солидной сумкой по городу на фоне инструмента по сбору мусора, сразу люди и полиция обратят на это своё внимание. Никто не поверит, что нашёл огромную туристическую сумку, заполненную пачками американских долларов.

Сразу упрячут надолго в тюрьму. К тому же, такой огромной суммой денег не смогу пользоваться. У меня сразу спросят откуда эти деньги? Минут через десять привык к тому, что нахожусь рядом с такой огромной массой денег.

Туристическую сумку с деньгами и свой рабочий инструмент перетащил на ближайшую скамейку. Стал смотреть документы, которые лежали в туристической сумке.

Документы были написаны на английском языке и на иврите. С обоими языками хорошо знаком. По содержанию документов понял, что два с половиной миллионов долларов принадлежат хозяину одной известной фирмы, которая согласилась обналичить свою сделку с другой известной фирмой по контракту на приобретение необходимого оборудования от поставщика.

Никаким криминалом здесь не пахло. Можно было сообщить хозяину денег о потере данной суммы. Но в жизни всякое бывает. Мне надо было подстраховаться, чтобы меня не пристрелили с такой огромной суммой денег или не уличили в краже денег, что равнозначно утраты моей жизни в любом мысленном и не мыслимом положении.

Единственным спасением у меня могла быть общественность. Надо было позвонить в русскоязычную прессу и в русскоязычное телевидение. Сообщить им о находке документов и неизвестной сумме денег в американских долларах, которые потеряли представители одной известной фирмы Израиля.

Хорошо, что в это утро купил себе домой газету "Телегид", в которой указаны все адреса израильской русскоязычной прессы и русскоязычного израильского телевидения.

После нескольких неудачных попыток связаться по своему мобильному телефону с представителями израильской русскоязычной прессы и телевидения, всё-таки вышел на связь. Где мне вполне понятно никто не поверил. Подумали, что розыгрыш.

– Сейчас на улице не первое апреля, чтобы вас разыгрывать. – серьёзным голосом, сказал в телефонную трубку недоверчивым корреспондентам. – Огромная туристическая сумка с деньгами и с документами рядом. Сейчас сфотографирую находку с документами на мобильный телефон и отправлю картинку вам. Дальше вы сами думайте, как сообщить о моей находке сумки хозяину, с которым никак не могу связаться с утра.

После того, как отправил фотографию с СМС на адрес израильского русскоязычного телевидения и прессы. Тут же связался с хозяином того, что лежало у меня в ногах в огромной туристической сумке. Как мог на иврите, а также на английском языке, сообщил хозяину о своей находке. Хозяин был уже в курсе того, что потерял огромную спортивную сумку с деньгами и с документами.

Хотя вся трагедия выглядела банально. Огромную туристическую сумку с деньгами и документами из коттеджа к машине подтащила жена хозяина этого богатства. Она сообщила мужу, что не может поднять тяжёлую сумку в багажник машины. В сердцах хлопнула крышкой багажника машины и ушла в свой коттедж.

Муж подумал, что жена положила огромную туристическую сумку с деньгами и документами в багажник автомобиля. Тут же уехал на встречу к своему коллеге по контракту.

Наверно, он подумал, что всё у него украли из багажника легкового автомобиля? Поэтому тут же сообщил в полицию о пропаже сумки с деньгами и документами.

Хозяин сказал мне, что сейчас под мою охрану отправит полицию и вскоре приедет сам, чтобы забрать у меня то, что он забыл на тротуаре возле своего коттеджа. Вездесущая израильская русскоязычная пресс и телевидение прибыли до меня раньше, чем прибыла полиция и сам хозяин забытой на улице огромной туристической сумки с деньгами и с документами. Тут же вокруг меня замелькали вспышки кино и фотокамер.

Меня окружили корреспонденты с микрофонами. От меня стали брать интервью о моей ценной находке. Был не многословен. Мне было достаточно перестраховки перед общественностью, чтобы меня не пристрелили с такой огромной массой денег среди улицы.

Хозяин огромной туристической сумки и полиция к моей охране прибыли почти одновременно. Видимо, хозяин денег не хотел светиться перед израильской прессой и телевидением?

Поэтому он отделался несколькими словами похвалы в мой адрес. Затем под давлением общественности и съёмки телевидения, хозяин спортивной сумки достал десять пачек стодолларовых купюр и положил их мне на руки.

С этого момента, хотя бы на несколько дней, был самый богатый из известных мне коллег по метле на уборке улиц. В перерасчёте по курсу шекелей к американским долларам, у меня на руках было почти сорок тысяч шекелей.

Вполне понятно, что на этом мой рабочий день закончился. С такой огромной суммой денег на руках не мог убирать улицу. Поэтому поспешил отвезти тачку и инструменты в кладовку нашего участка. Прямо с рабочего места отправился в банк положить на счёт свои американские доллары, которые не хотели принять у меня в банке на мой счёт, так как не верили источнику происхождения такой суммы американских долларов.

Мне пришлось показывать со своего мобильного телефона фотографии с моей находкой. Затем сослался на израильскую русскоязычную прессу и на израильское русскоязычное телевидение. В конце концов, все закончилось тем, что управляющий отделением банка позвонил хозяину фирмы, который дал мне десять тысяч американских долларов.

После переговоров с хозяином фирмы, деньги от меня приняли на мой банковский счёт. Голову не потерял. На следующий день, как ни в чём не бывало, вышел на уборку улиц.

2. Переезд в Ашдод.

Все когда-то имеет конечную цель. Ожидания тоже не бесконечно. Наконец-то мы дождались того времени, когда наша семья может переехать жить в Ашдод в свою квартиру, которую купили почти полтора года назад.

Однако никак не могли въехать по хитроумным заключениям сделки между маклерами и бывшими хозяевами купленной нами квартиры.

Получилось так, что мы подписали контракт на куплю квартиры такого содержания, которое устраивало семью Коэн, продавшую нам свою квартиру.

Мы могли въехать в свою оплаченную квартиру тогда, когда будет достроен коттедж семьи Коэн. До этого времени мы обязаны жить за свой счёт на съёмной квартире.

В то время как вся семья Коэн шесть месяцев живёт фактически за наш счёт на нашей квартире совершенно бесплатно. Наше незнание иврита и незнание законов Израиля легко использовали против нас мошенники, среди которых оказался и хозяин нашей съёмной квартиры.

Едва у нас закончился годовой контракт на съем квартиры, как хозяин съёмной квартиры сразу вдвинул ультиматум в наш адрес. Поставил перед нами грабительские условия, по которым мы в течение суток должны были принять три условия, выдвинутые хозяином съёмной квартиры.

По первому условию мы должны были покинуть квартиру в течении одних суток после утраты силы старого контракта между квартиросъёмщиками и хозяином квартиры. Вторым условием была продажа квартиры, которую хозяин квартиры предлагал нам. Третьим условием было повторное заключение контракта на новый годовой срок со значительным увеличением стоимости квартиры. В случае отказа от любого условия нас могли выселить из квартиры. Ни одно из трёх условий, выдвинутых хозяином съёмной квартиры нам, не подходили. Из квартиры нам некуда было идти. Купить квартиру мы не могли, так как у нас был подписан контракт на куплю другой квартиры в другом городе. Заключать новый договор на съем квартиры на целый год не было никакого смысла.

Так как в течение шести месяцев мы должны были въехать в свою купленную квартиру в Ашдоде. Оплачивать впустую шесть месяцев проживания на съёмной квартире нам не нужно. Лишних денег у нас не было. К этому времени старший сын Артур готовился к службе в израильской армии и последнее время вообще не работал.

Так как без конца бегал с оформлением документов на службу в израильскую армию. Прогулы нашего старшего сына на работе никто не хотел оплачивать. Артура постоянно выгоняли с нового рабочего места. Большинство работодателей не хотели принимать на работу парней и девушек призывного возраста.

Такие как наш старший сын Артур часто были в основном безработными. После многочасовых, унизительных переговоров, мы договорились с хозяином съёмной квартиры на заключение нового договора на шесть месяцев. С оплатой за съем квартиры, по пятьсот американских долларов в месяц. В пересчёте на шекели, это почти две тысячи шекелей в месяц. Такова была наша средняя зарплата в месяц.

Выходит, что мы должны каждый месяц отдавать хозяину съёмной квартиры одну месячную зарплату без условий на жизнь. В это же время мы должны оплачивать свои коммунальные услуги, проценты ипотечной суды за купленную квартиру в другом городе, а также кредиты, предоставленные двумя банками на приобретение собственной квартиры со вторых рук.

В пересчёте всех сумм оплаты долгов, мы должны иметь у себя на счету в банке не меньше трёх зарплат, чтобы не оказаться в минусе под проценты в банке «Аппоалим». У нас в семье не было даже полных двух зарплат. Перед нами стоял огромный вопрос. Как нам жить дальше в Израиле? Нужно было искать высокооплачиваемую работу.

Все мои попытки устроиться куда-нибудь, работать по специальности в учебных заведениях с уклоном на русский язык, не увенчались успехом. Всюду надо знать иврит. В средней школе при посольстве России мне сказали, что преподавателем в этой школе, может быть, только гражданин России? Попытка установить российское гражданство тоже не принесла успеха.

В консульстве России мне сказали, что гражданином России, может быть, только русский с местом прописки в России? Так как мы выехали в Израиль из Таджикистана и не имеем прописки в России, то быть гражданами России мы не имеем право.

Так что русский не могу быть русским и гражданином России, лишь по той причине, что когда-то в Советском Союзе имел смелость переехать жить в Среднюю Азию, которая тогда считалась единым целым в союзном государстве. Теперь стал иностранцем перед собственной родиной в Российской Федерации без права гражданства там, где родился и рос в течение многих лет жизни.

Мои многочисленные попытки устроиться на работу по одной из своих многочисленных высокооплачиваемых специальностей, по дипломам о высшем образовании, не увенчались успехом. В российских учреждениях мне отказывали в связи с отсутствием российского гражданства.

В израильских учреждениях мне отказывали в связи с плохим знанием иврита. На моё здоровье и возраст ссылаться никто не мог. Был в самом расцвете сил и возраста, как Карлсон, который живёт на крыше. Многие могли завидовать моему здоровью.

Мои физические данные не были нужны на умственной работе в государственных предприятиях. На меня смотрели, как на здоровую рабочую силу.

Криминальные структуры обеих государств охотно звали меня к себе на работу независимо от гражданства и знания языка. Криминал был интернациональным во всех видах своей деятельности.

Поэтому на биржах труда, в государственных и частных конторах по трудоустройству населения, ко мне часто подходили с предложениями работы представители криминала обеих государств. Им всё равно было, какое у меня образование.

В криминальные структуры нужны были накаченные парни со связями за пределами Израиля. Короче, нужны вышибалы. Несмотря на то, что агенты криминала представлялись как представители вполне легальных предприятий разных государств, в собеседовании с ними сразу понимал, куда ведут нити этих предпринимателей.

Поэтому, не желая иметь связи с криминальным миром, просто отказывался в услугах агентов сомнительных предприятий, за которыми с нарушением законов маячили железные решётки различных зарубежных государств в том числе от России.

Стараясь как-то удержать на плаву семью в материальном отношении, после основной работы подрабатывал грузчиком на плодоовощных и товарных базах за наличный расчёт. Здесь также как в криминальных структурах, не требовалось образование. Нужна рабочая сила, которую продавал, как товар на рынке капитала в Израиле.

Таким образом, стал рабочим товаром и придатком в истории развития капитализма в Израиле. Наконец-то наступил тот день, когда мы могли переехать в свою квартиру в Ашдоде. 19 августа 1994 года в пятницу у меня на работе был выходной день. Людмила заранее уволилась с работы по уборке ресторана.

Первым автобусом мы уехали в Ашдод, чтобы застать в нашей квартире семью Коэн, которые до сих пор не отдали нам ключи от нашей квартиры. Однако семья Коэн ухитрилась до нашего приезда улизнуть с нашей квартиры.

Не оставили адрес своего нового места жительства. Тогда нам пришлось ехать за помощью к маклерам, чтобы получить ключи от своей квартиры. Ведь на данное время наша семья фактически уже осталась без места постоянного жительства.

– Семья Коэн ждали вас неделю. – заявила маклер Анна. – Они давно передали нам ключи от квартиры.

– Врать не нужно. – сказал маклеру Анне. – В течение недели звонил по телефону на квартиру. Там никто не отвечал. Они вместе с вами бессовестно использовали незнание нами иврита и законов Израиля.

 Маклер Анна и её муж Иосиф что-то невнятное промямлили в своё оправдание, протягивая ключи от нашей квартиры. Мы сразу ни стали с Людмилой заезжать в свою квартиру. Нам надо было успеть за время выходных дней переехать на свою квартиру. Так как у меня не было новой работы в Ашдоде, договорился с хозяином мастерской по изготовлению металлический стульев, что буду ездить на работу из Ашдода.

Поэтому мне не хотелось прерывать рабочие дни с переездом семьи на новое место жительства. Мы должны были в течении двух выходных дней переехать на свою квартиру в Ашдоде.

В воскресенье обычный рабочий день в Израиле. В течение всей недели после работы мы семьёй занимались упаковкой своего имущества в картонные ящики для перевозки мебели на свою купленную квартиру.

Так что в пятницу мы могли в любое время перевести свою мебель и имущество, которые за полтора года проживания на съёмной квартире значительно увеличились с потребностями семьи. В основном это была мебель и бытовая техника, которые мы подбирали на улицах и покупали в магазинах.

Как только мы приехали домой из Ашдода, так сразу стали звонить маклерам по перевозке мебели.

Но все маклеры и конторы по перевозке мебели словно сговорились в этот день. Ссылались на свою занятость в выходные дни и взвинчивали стоимость перевозки мебели. Нам никак нельзя было откладывать наш переезд на рабочий день.

Перевозчики мебели словно знали проблему нашего переезда и с каждым часом поднимали стоимость перевозки. В конце концов, мы остановились на одной тысяче шекелей за перевозку мебели и своего имущества в час ночи.

С точностью до одной секунды просидел на картонных коробках возле дома, в котором мы полтора года снимали квартиру. Ещё засветло хозяин квартиры пришёл к нам и отобрал у нас ключи от своей квартиры.

Хотя контракт на съем квартиры у нас был до конца месяца. Мы могли жить в этой квартире почти две недели. Так что в случае не приезда автомобиля перевозок, мы имели право вернуться обратно в съёмную квартиру.

Однако мы не собирались возвращаться в чужую квартиру. Поэтому засветло отправил всю семью в Ашдод, а сам остался на улице. Автомобиль перевозок явился точно в оговорённое время на час ночи.

Наши вещи стали впихивать в огромную фуру, в которую можно было поместить имущество и мебель сразу двух семей, стоимость перевозок которых содрали с одной нашей семьи.

У нас не было другого выбора с перевозкой своего имущества. Мы были готовы оплатить двойную цену. Хотя сами не знали, на что будем жить завтра. Так как ближайшая зарплата у нас через двадцать дней.

Около часа у нас ушло на погрузку нашей мебели и всего имущества семьи. Столько же времени ушло на поездку. Лишь в третьем часу ночи приехал с огромной фурой к настоящему месту жительства своей семьи.

В это время дети и жена спали в пустой квартире на каких-то подстилках, которые дали им новые соседи из подъезда.

Ничего другого в нашей купленной квартире на день переезда не было. Бывшие хозяева этой квартиры не оставили нам ни одной электрической лампочки. Даже патроны под лампочки оборвали и всюду из потолка торчали оголённые электрические провода, на которые нам предстояло закрепить будущие люстры или бра, которых у нас в семье не было. Уезжая из чужой квартиры, мы не взяли себе ни одного осветительного прибора для своей купленной квартиры.

– Артур и Эдик! Быстро спускайтесь вниз таскать своё имущество. – сказал сонным сынам. – Виктория спуститься вниз к автомобилю. Будет контролировать выгрузку. Мама будет расставлять все наши вещи.

Сонные мальчишки нехотя поплелись вниз к грузовому автомобилю. Следом за ним пошла сонная дочь.

Грузчики стали разгружать с грузового автомобиля нашу мебель и все имущество. Тяжёлый груз поднимали на четвёртый этаж грузчики. Мне и моим сынам достался более лёгкий груз, хотя нам за наш труд, никто не должен был платить.

Мы просто хотели быстрее въехать в свою купленную квартиру и отдохнуть от длительного переезда с места на место. Задолго до рассвета мы наконец-то внесли в свою купленную квартиру мебель и имущество семьи.

Рассчитался с руководителем перевозки нашего имущества и мебели за работу. Автомобиль уехал, а мне осталось подняться в квартиру. Не дожидаясь меня, семья попадала спать, куда попало на разные подстилки и сразу заснули от усталости за весь день.

Тоже ни стал выбирать себе особого места для сна. Просто развернул один матрас. Сразу упал на матрас и уснул. Просыпаться мы стали тогда, когда знойное солнце припекло через открытые окна и нам стало жарко, что просто невыносимо.

Дети потянулись к воде, чтобы утолить свою жажду. В первую очередь установил на кухне газовую плиту и в розетку включил холодильник. Людмила достала продукты, которые мы купили заранее в пятницу.

Надо было приготовить семье завтрак, который давно был ближе к обеду. Тем временем мы стали распаковывать мебель и все имущество нашей семьи. Виктория стала носить свои вещи в свою отельную комнату от наших мальчишек.

– Папа! Посмотри какой у меня плохой пол. – возмущённо, кричала Виктория. – Кровать мне нельзя ставить.

 Пошёл в комнату Виктории и посмотрел на пол, на котором в нескольких местах были провалены мраморные плитки. Теперь понял, почему, семья Коэн не пустила меня в комнату при осмотре квартиры?

Тогда они сослались на то, что там маленькие дети спят, которых нельзя беспокоить. В действительности сном своих детей семья Коэн прикрыла поломки пола в этой квартире. Вполне возможно, это не единственный брак в купленной нами квартире? Мы стали тщательно осматривать всю квартиру и обнаружили в ней столько много брака, что на бессовестную семью Коэн можно было подать в суд. Вот только за сроком давности подавать в суд бесполезно. Ведь мы фактически целый год являемся хозяевами квартиры и до сих пор не подали в суд на бессовестных продавцов квартиры.

Кто нам теперь поверит, что в течение года в квартире проживали не мы, а какая-то семья Коэн, бывших хозяев квартиры.

– Выходит, что ты купил плешивого кота в мешке, а не квартиру. – упрекнула меня, Людмила. – Тоже мне, бизнесмен паршивый. Надо было тщательно проверить каждый метр купленной квартиры, прежде чем подписывать контракт.

Сейчас уже бесполезно на них жаловаться в суд. Всё равно не докажешь, что они виноваты в браке проданной квартиры. Они могут сказать, что это мы сами поломали пол, чтобы стрясти с бывших хозяев квартиры деньги на ремонт.

Людмила была права. Теперь мне самому придётся устранять все поломки в своей купленной квартире. Как только разберём свои вещи и мебель, так в ближайшие входные дни займусь благоустройством своей купленной квартиры. Нам надо будет поменять шторы-жалюзи на всех окнах. Постелить мраморные плитки на балконе и на лоджии. Нам пора покрасить стены и потолок в обеих спальнях.

Сделать перегородку под комнату Эдику в выступе зала квартиры. Весь день мы занимались расстановкой мебели и раскладкой своих личных вещей по местам во всех комнатах. Лишь к вечеру мы решили семьёй погулять по городу, чтобы лучше познакомиться с новым местом жительства. Мы ничего не знали об этом городе, куда приехали жить.

Всего несколько раз мы с Людмилой приезжали сюда по вопросу приобретения квартиры. Были лишь там, куда нас возили маклеры смотреть квартиры на продажу. Мальчишки сразу отделились от нас. Они пошли купаться на море. Ведь теперь мы будем жить всего в двадцати минутах ходьбы до берега Средиземного моря от нашего дома.

Ненужно будет добираться до берега Средиземного моря через два города, чтобы искупаться в его прохладной воде. Как было за полтора года проживания на съёмной квартире в Холоне.

Теперь из окна нашей квартиры видно огромный маяк, который стоит на пирсе возле морского порта в Ашдоде. Одного из самых больших морских портом на восточном берегу Средиземного моря.

Ашдод встретил нас многочисленными новостройками и зеленью парков. В каждом микрорайоне сеть магазинов, супермаркет и несколько шук-базаров. В Ашдоде подавляющее большинство русскоязычное население.

Среди русскоязычного населения преобладают выходцы из Северного Кавказа и Средней Азии. Вторым по количеству населением являются выходцы из Марокко. На третьем месте выделяется община из Эфиопии. Затем идут репатрианты из Индии. Среди приезжих можно много встретить репатриантов из разных стран Европы, а также из Африки.

До позднего вечера мы гуляли по улицам Ашдода, любуясь красотами города, который с виду совсем молодой город, но своими корнями этот город пророс до библейских времён.

До рождения Иисуса Христа в этом месте проживали разбойники. Поселение на филистимлянском языке называлось Асдод, то есть, дом разбойником, которые грабили караванный путь в Аскелоне (Ашкелон), то есть место работы разбойников на филистимлянском языке.

В истории филистимлян говорится об Ашдоде, как о городе в прекрасном цветущем саду, наполненном ароматом цветов и пением удивительных птиц. Многие из этих удивительных птиц и в настоящее время поют под окнами современного города на берегу Средиземного моря.

3. Трудности вдали от дома.

 На следующий день в воскресенье, впервые за последние месяцы работы в Израиле, встал в пять часов утра. Мне нужно было собраться на работу и первым автобусом выехать в сторону промышленной зоны Холона.

Теперь мне предстояло ездить на работу на расстоянии тридцать километров в одну сторону и такое же расстояние преодолевать вечером после работы. Так будет до тех пор, пока найду себе работу в Ашдоде.

Людмила и дети спали. Так как им спешить было некуда. Викторию надо устраивать учиться в ближайшую от дома начальную школу. Эдуард решил больше в школе не учиться.

Сказал, что пойдёт работать на предприятие. Будет учиться вечером на курсах. Артур на днях уходит служить в израильскую армию. Людмила, как только устроит Викторию на учёбу в школу, сразу начнёт искать себе работу в Ашдоде. Поближе к месту жительства своей семьи. Солнечные лучи едва пробивались со стороны Мёртвого моря. Ашдод пока не подвергся знойной атаки со стороны солнца.

Прохлада со стороны Средиземного моря внушала надежду на то, что сегодня жара не будет доставать нас во время работы своей духотой. Всего пару дней назад была пыльная буря "хамсин", после которой несколько дней бывает блаженство от умеренной температуры.

Люди наслаждаются отдыхом перед следующей жарой, которая не покинет нас до сезона дождей, которые не будут в Израиле в течение трёхлетних месяцев.

Двухэтажный автобус английского производства до предела забит людьми, отъезжающими на работу в большой Тель-Авив. Не найдя себе свободного места на первом этаже рейсового автобуса, перехожу на второй этаж, где есть свободные места и немного прохладнее, чем в салоне автобуса на первом этаже. На втором этаже рейсового автобуса и обзор намного больше, чем на втором этаже.

Но мне сейчас не до обзора с рейсового автобуса. Так сильно устал за последние два дня переселения нашей семьи на постоянное место жительства в Ашдод, что мне хочется немного подремать за тридцать минут поездки от Ашдода до промышленной зоны Холона. Специально выехал рано утром первым автобусом, чтобы у меня в запасе был целый час времени до начала работы. Полчаса уходило на поездку в рейсовом автобусе и полчаса оставалось, чтобы пешком добраться до места работы. Хотя от автобусной остановки возле промышленной зоны Холона до места моей работы ходьбы всего минут десять. Однако запас времени никогда не помешает.

Лучше в мастерской не спеша, приготовлюсь к работе. Рейсовый автобус не торопясь выбрался на главную трассу Израиля за городскую черту Ашдода и тут же влился в сплошной поток автомобилей двигающихся в сторону большого Тель-Авива.

Можно было подумать, что все автомобили Израиля в этот день решили собраться в центре страны. В то время как на встречной полосе изредка появлялись одиночные автомобили, то в сторону Тель-Авива устремилась такая армада автомобилей, что огромной колонны машин не было конца и края.

Запас моего времени пригодился на сон в автобусе. Попросил соседа по месту в салоне автобуса, чтобы он меня разбудил, когда мы будем подъезжать к Азуру, возле которого начинается промышленная зона Холона.

Сосед нехотя согласился с моей просьбой. Видимо, сам собирался обратиться ко мне с такой же просьбой, но не опередил меня? Мне больше некого было уговорить разбудить меня перед моим выходом из рейсового автобуса.

Поэтому решил дремать, изредка погладывая на место движения по трассе рейсового автобуса. Лишь бы не проспать свою остановку автобуса возле промышленной зоны. Наверно, всё-таки спал, а не дремал? Когда открыл глаза, то рейсовый автобус въезжал на территорию Азура. Моего соседа по автобусу не было рядом. Вполне возможно, что он забыл меня разбудить или вообще не хотел этого делать? Может быть, сам едва не проспал свою остановку, на которой ему надо было выходить?

Хотя после остановки возле Ришон-ле-Циона больше не было ни одной автобусной остановки. Куда тогда делся мой сосед? Не торопясь, стал спускаться со второго этажа салона вниз по ступеням автобуса на первый этаж.

В это время рейсовый автобус остановился напротив промышленной зоны Холона. Впереди меня образовалась длинная очередь к выходу из рейсового автобуса. Выходит, что в Ашдоде плохо с устройством на работу. Если столько много людей из Ашдода едут на работу в промышленную зону Холона. Так мне придётся каждый день ездить на работу в такую даль в любую погоду.

Надо будет попытаться найти подходящую работу в Ашдоде. Когда вышел из автобуса на тротуар возле трассы, сразу посмотрел на свои часы и едва не лишился рассудка. Мои часы указывали на девять часов утра. Выходить, что рейсовый автобус плелся со скоростью десять километров в час. За три часа на автобусе мы преодолели тридцать километров между двумя городами.

Представляю, что будет сейчас в мастерской. Возможно, хозяин уже уволил меня с работы без содержания за моё опоздание на работу? Когда пришёл в мастерскую, то хозяин сам лично работал за станком оператором. Коротко объяснил, что между городами была огромная пробка. Наверно, там была авария? Поэтому мы так медленно двигались. За три часа тридцать километром. Приехать по-другому быстрее никак не мог. Сюда ведёт из Ашдода только одна дорога. Вместе со мной на работу опоздали десятки, если не сотни людей, которые работают здесь в промышленной зоне.

– Никакой аварии на государственной трассе не было. – объяснил мне, один из русскоязычных рабочих. – Просто между старым и новым Ришон-ле-Ционом через трассу устанавливают новый мост. Надо читать газеты и смотреть телевидение. По стране сообщили, что будут трудности продвижения на этом участке до конца августа месяца.

– Как теперь ездить на работу? – возмущённо, поинтересовался. – Не могу же ночевать здесь на работе?!

– Сейчас рейсовые автобусы по этому участку едут на два часа раньше. – объяснил рабочий мастерской.

– Представляю, что теперь будет у меня дома! – удивлённо, воскликнул от такого известия. – Приеду поздно ночью, а в четыре часа утра нужно быть на автобусной остановке. Причём мне надо успеть первым сесть в рейсовый автобус на остановке.

Весь этот рабочий день мне пришлось работать без перерыва и задержаться на два часа, чтобы отработать пропущенное время и таким образом ослабить гнев хозяина мастерской, которому наплевать на проблемы движения транспорта по трассе.

Все рабочие должны своевременно быть на рабочем месте и приносить доход его бизнесу. Мы живём в капиталистической стране. Здесь всюду на первом месте деньги.

Тут наши проблемы никого не интересуют. Домой возвращался уже под вечер. Обратно вошёл в двухэтажный рейсовый автобус и вновь прошёл на свободное место на втором этаже салона рейсового автобуса.

В этот раз мне место попало прямо возле лобового окна второго этажа салона рейсового автобуса. Отсюда хорошо было видно все, что происходит впереди рейсового автобуса. Был словно в НЛО. Как перед иллюминатором на дископлане в племени людей-птиц. Во время движения рейсового автобуса у меня было ощущение полёта.

Оставалось надеть на себя костюм пилотов дископлана и можно отправляться к звёздам в космическое пространство. Где нет никаких проблем. В племени людей-птиц все между собой живут равными в мире и согласии.

Если бы не был связан своей семьёй, то, возможно, согласился с предложением Старика ОН?

Сейчас бы работал ни оператором станка по изготовлению металлических стульев, а был бы оператором по запуску дископланов в космическое пространство. Может быть, что даже сам летал в космос на дископланах?

Был так сильно увлечён своим фантастическим размышлением, что сразу не заметил аварии происшедшей впереди нашего двухэтажного рейсового автобуса. От резкого торможения автобуса, едва не совершил полет вместе с лобовым стеклом автобуса со второго этажа солона. Мне повезло, что успел упереться ногами в переднюю панель автобуса.

Вытянув впереди себя руки, просто слегка с амортизировал о лобовое стекло автобуса второго этажа.

В этот момент на лобовое стекло рейсового автобуса обрушились потоки бензина и куски рванной чёрной пластмассы бочек, в которых находился бензин.

Впереди нашего рейсового автобуса летели во все стороны огромные пластмассовые черные бочки с бензином, которые стояли на длинной платформе в кузове грузового автомобиля.

Очевидно, габарит автомобиля был значительно выше габарита нового моста через государственную трассу между старым и новым Ришон-ле-Ционом?

Новый мост буквально срезал верхние бочки с бензином на платформе кузова грузового автомобиля.

Следом за верхними бочками с бензином во все стороны стали падать и лопаться другие бочки с бензином, которые находились на платформе в кузове грузового автомобиля.

Буквально через несколько секунд наш двухэтажный автобус и грузовой автомобиль с рванными бочками оказались запружены бензином, которому некуда было вытекать с новой трассы. Под мостом лента трассы углублена, а дренаж пока не был сделан.

– Пожалуйста! Не двигайтесь и ничего не трогайте. – взмолился, водитель автобуса на русском языке. – Иначе мы поджаримся от пламени бензина. Молитесь богу, чтобы он нас спас в автомобильной катастрофе.

 Водитель рейсового автобуса произнёс свою мольбу на нескольких языках, которые были ему известны. После мольбы водителя в рейсовом автобусе наступила гробовая тишина.

Лишь было слышно шёпот людей, обращённых с молитвой к своему Господу Богу. В прошлом ярый атеист тоже молил всех богов, которые были мне известны по изучению всемирной истории, чтобы нас миновала ужасная смерть от возможного воспламенения бензина, окружающего наш рейсовый автобус со всех сторон.

Нам было чего бояться, так как испарение бензина заполнило все пространство вокруг нашего двухэтажного автобуса и от случайной искры мы в любое мгновение могли быть охвачены пламенем или взрывом бензина.

Хорошо, что водитель автобуса успел сразу выключить двигатель своего автобуса. Пока бензин растекался вокруг нашего автобуса, к этому времени опасность взрыва бензина частично миновала.

Прошло всего несколько минут после этой ужасной автомобильной аварии, которая могла унести десятки людских жизней. Сквозь потускневшие стекла рейсового автобуса от паров бензина было видно скопление служб спасения вокруг аварии. Люди в жёлтых скафандрах, словно космонавты на луне, направляли огромные серебристые трубы гармошкой в сторону нашего рейсового автобуса и грузового автомобиля потерпевшего аварию.

Из труб стала появляться белая пена, которая постепенно заполняла пространство вокруг нашего автобуса и грузового автомобиля потерпевшего аварию. С нового моста на наш рейсовый автобус и вокруг него стали сыпать какой-то белый порошок из бумажных мешков.

Белый порошок смешивался с бензином и в свою очередь превращался в белую пену, с жёлтым оттенком от смеси с бензином. Постепенно, почти до окон второго этажа автобуса, мы оказались помещены в пену. Словно пассажиров вместе с автобусом поместили в гигантскую ванну, наполненную шампунем с большой пеной.

 В то время, когда вокруг нас разводили пену, со всех сторон на большом расстоянии установили электрические прожектора и направили их на место автомобильной аварии.

Чуть позже вокруг места автомобильной аварии появились телевизионные и кинокамеры. Засверкали вспышки фотоаппаратов. Можно было подумать, что под мостом идёт какое-то телевизионное шоу, а ни автомобильная авария, которая едва не унесла с собой десятки людских жизней.

Телевизионщики и корреспонденты буквально зависли на перилах нового моста. Вот только интервью от нас не могут получить. Так как пассажиры автобуса в шоке, а некоторые даже потеряли сознание от запаха паров бензина.

Возле бетонной опоры нового моста впереди грузового автомобиля потерпевшего аварию, стоит в безопасном месте водитель грузового автомобиля потерпевшего аварию.

По одежде видно, что это араб, который молится своему Аллаху и стукается головой об бетонную опору нового моста. Никто не обращал внимания на действие араба, водителя грузового автомобиля потерпевшего аварию.

Все были заняты проблемой спасения пассажиров двухэтажного рейсового автобуса. Двухэтажный рейсовый автобус все так же находился в пене, которая поглощала пары бензина.

Прошло около часа с момента автомобильной аварии. Наверно, для всех пассажиров автобуса, это время было целой вечностью, за время которой разум пассажиров пережил ни одну виртуальную жизнь?

Вполне возможно, что шок, стресс и другие нервные потрясения так ударили по сознанию пострадавших пассажиров, что никто до сих пор не произнёс ни единого звука? Лишь обращение к богу шептали и шептали губы обезумевших от страха пассажиров. Хорошее и плохое событие, всегда когда-то кончается на этом свете.

Вот грузовой автомобиль, пострадавший от аварии зацепили тросами и вытащили из-под моста в безопасное место. Затем тросами зацепили наш двухэтажный рейсовый автобус.

Огромный тягач медленно потянул наш рейсовый автобус из-под автомобильного моста. Наш рейсовый автобус поставили в безопасное место участка автомобильной трассы возле нового автомобильного моста.

Как только наш двухэтажный рейсовый автобус оказался в безопасном месте, на автобус сразу обрушились потоки воды из шлангов пожарных автомобилей. Несколько минут автобус отмывали от пены и бензина потоками воды. После того, как автобус отмыли от пены и от бензина, водитель рейсового автобуса открыл все двери автобуса и в салон рейсового автобуса вошли санитары скорой помощи.

Медики на местах в автобусе стали приводить в чувства пассажиров автобуса, которые были без сознания или просто нуждались в медицинской помощи. Пассажиры автобуса, которые были в состоянии покинуть салон автобуса, выходили из автобуса и тяжело дышали, наслаждаясь свежим воздухом, после того, как больше часа приходилось находиться в окружении едких паров разлитого бензина.

Тоже вышел из автобуса, чтобы подышать свежим воздухом и размять своё тело, отёкшее от неудобной позы во время кошмара, который был вокруг нас после аварии грузового автомобиля с бочками бензина. Ко мне подошли медики, которые что-то спрашивали на иврите.

Как мог, отвечал им на иврите, что мне неизвестен иврит. Мне не нужна от них никакая помощь. Видимо, медикам больше нужен был мой отказ, чем их помощь мне? Медики тут же переключились на другого пассажира, выходящего из рейсового автобуса.

Место медиков заняли представители прессы, которые обрушили на меня поток вопросов на разных языках, один из которых мне был известен. Другие языки мира для меня были всего лишь звуками речи, которые никак не доступны моему сознанию.

– Не буду отвечать на вопросы. – сказал настырным корреспондентам. – Мне хочется уехать домой. Хорошо, что всё обошлось хорошо. Как только от меня отстали представители прессы, отошёл в сторону от всех. Стал ждать, когда закончиться весь этот балаган с аварией грузового автомобиля.

Мне действительно хотелось как можно быстрее уехать домой. Надо было хорошо отдохнуть после работы, чтобы завтра утром в четыре часа быть готовым к новому рабочему дню. Пока не знаю, где мне работать в черте Ашдода, то пока мне придётся ездить в промышленную зону Холона.

Наконец-то к месту автомобильной аварии доставили новый двухэтажный автобус, в который пригласили пассажиров нашего двухэтажного автобуса.

Возможно, что наш двухэтажный автобус, в течение часа наполовину залитый бензином не был пригоден к перевозке пассажиров? Поэтому нам предоставили вполне пригодный к передвижению домой другой двухэтажный автобус, который сразу на всякий случай обследовали представители дорожной полиции.

Уделяя особое внимание уцелевшим пассажирам. Серьёзная медицинская помощь оказалась нужна, примерно, трём пассажирам из ста пассажиров нашего двухэтажного рейсового автобуса. Медики увезли в больницу пострадавших пассажиров. Остальные пассажиры дружно разместились по своим местам в предоставленном нам другом двухэтажном рейсовом автобусе.

В сопровождении эскорта полицейских автомобилей и мотоциклов двухэтажный автобус с пассажирами направился в сторону Ашдода.

Видимо, дорожная полиция беспокоилась, что ни дай бог с нами что-нибудь случиться в дороге к Ашдоду? Поэтому решили пассажиров в целости и в сохранности доставить хотя бы не по домам, а в сам Ашдод.

– Ты где это болтаешься допоздна после работы? – обрушилась на меня Людмила, когда вошёл в квартиру.

– Включи телевизор и сразу узнаешь. – ответил жене на её глупые вопросы. – Весь мир знает о твоём муже, а ты ничего не знаешь.

– Опять у тебя неуместные шуточки. – с обидой в голосе, сказала Людмила. – Мы за тебя беспокоимся.

– Совсем не шучу! – серьёзно, заявил на упрёки жены. – Двухэтажный автобус, на котором ехал домой, попал в аварию…

– Так тебя по телевизору показывают?! – визжа от восторга, спросила Виктория, включая наш телевизор. – Представляю, как тебя доставали корреспонденты радио и телевидения! Мы это всё увидим и узнаем в новостях по телевидению.

– Увидишь! Узнаешь! – ответил дочери, отправляясь под душ. – Мне завтра в четыре часа утра вставать на работу. Так что покушаю. После чего буду спать. Устал за весь этот проклятый день. Поэтому мне никакие вопросы не задавайте.

Ополоснувшись под душем, вспомнил про куфт. Кавказский обычай все же надо соблюдать. Ведь во многих поколениях своими корнями из Северного Кавказа. Многие поколения наших родственников, терских казаков, соблюдали обычаи своих предков и народов, живших вокруг терских казаков.

Надо хорошим словом вспомнить своих предков и ту удачу, которая помогла сегодня мне и нескольким десятков людей остаться в живых после аварии грузового автомобиля с пластмассовыми бочками, наполненными бензином. Даже страстный атеист, который не верит в бога и в приметы, после такого случая поверит в какие-то не естественные силы, приметы и обычаи своих предков.

Находясь в порах бензина, пассажиры автобуса в любое мгновение могли взорваться, сгореть или задохнуться от бензина. Однако мы не просто спаслись, но даже отделались всего лишь лёгким испугом.

Конечно, были среди нас трое пострадавших, у которых, возможно, было хроническое заболевание организма и никак не связанное с аварией грузового автомобиля с бочками бензина, заложниками которого были все пассажиры рейсового автобуса до Ашдода?

Когда вышел в зал из-под душа, то увидел, что Людмила накрывает мне на стол закуску с бутылкой водки. Вот что значить жить много лет вместе. Только подумал про куфт под душем, а жена в это время готовит на стол отметить обычай моих предков. Это говорит о том, что у нас с женой стали общими взгляды, мысли и вкусы.

Бывает, что даже какие-то поступки совершаем одинаково и в одно время. Словно заранее договариваемся совершить свои поступки. Отмечать обычай предков, это не значить напиваться до свинства. Достаточно лишь коснуться традициям соблюдения обычая предков.

Поэтому налил себе небольшую рюмку водки во время еды и вспомнил хорошим словом тот случай, который помог мне выжить во время аварии грузового автомобиля с бочками бензина.

Конечно, если бы не дорожные службы безопасности, то мы в одиночку даже не смогли бы выбраться из огромного пруда с бензином. Ни стал засиживаться за столом.

Время было позднее, а мне в половине четвёртого утра надо вставать, чтобы в четыре часа утра быть на остановке рейсового автобуса. Хорошо, что от нашего дома до автобусной остановки чуть больше сотни метров.

Около двух минут ходьбы. Бегом за десяток секунд можно успеть. Надеюсь, что мне бежать не придётся. Главное, это выспаться и вовремя успеть на автобусную остановку.

Раньше других пассажиров сесть в автобус. Иначе могу опоздать на работу. Тогда хозяин мастерской, точно меня выгонит с работы за опоздание. Кому нужен такой работник, который ежедневно опаздывает на рабочее место и не даёт хозяину большой прибыль.

 Проснувшись как обычно раньше звонка будильника, осторожно нажал на кнопку будильника и вышел из спальни в умывальник. Приведя себя после сна в порядок, осторожно пробрался на кухню.

Там возле кухни на балконе ещё с вечера повесил свою одежду, чтобы после подъёма в темноте не искать свою одежду в спальне.

Теперь мне нужно было всего лишь сорок пять секунд, чтобы по-армейски собраться в дорогу. Пару минут на употребление пищи. Столько же минут надо, чтобы спуститься с четвёртого этажа на улицу и первым быть возле остановки рейсового автобуса, куда, наверно, не пришёл, ни один из желающих уехать первым автобусом из Ашдода в Холон? Когда вышел на автобусную остановку, то оказалось, что с мыслями о первенстве был ни одинок.

На автобусной остановке было несколько десятков человек, которые стояли в порядке очереди перед посадкой на рейсовый автобус. Тоже встал в очередь с надеждой на то, что мне удастся уехать на работу первым автобусом.

Лишь бы только до нашей остановки сам автобус не был заполнен пассажирами. В таком случае автобус может проехать мимо меня. Прошло минут двадцать с того времени, как пришёл на автобусную остановку.

За мной вытянулась длинная очередь желающих уехать первым автобусом. На соседней остановке дополнительно выстроились две длинные очереди на рейсовые автобусы в другие города центра Израиля.

Вероятно, это строительство автомобильного моста через главную трассу Израиля, создало много проблем работающим людям в центре страны? Так как большинство рейсовых автобусов проходят именно через объект, строительства нового моста через главную автотрассу. Почти одновременно к автобусным остановкам подошли несколько рейсовых автобусов. Вскоре автобусные остановки опустели.

Пассажиры, желающие поехать первым рейсовым автобусом на работу, разместились по салонам рейсовых автобусов своего направления. Уселся на свободное место ближе к выходу.

В это время автобусы стали выстраиваться по ходу движения в сторону государственной трассы, которая не была так сильно загружена, как вчера утром.

Может быть, не все люди сегодня проснулись, чтобы в такую рань выехать на работу или мост, вчера установили полностью и по радио объявили, что сегодня можно ездить по государственной трассе в обычном режиме?

Ни стал дремать. Мне хотелось увидеть то место, где вчера во время аварии грузового автомобиля с бочками бензина едва не лишился жизни. Наверно, там до сих пор разбирают завал, из разорванных от удара пластмассовых бочек из-под бензина?

Представляю, что стало с арабом, водителем грузового автомобиля, попавшего в автомобильную аварию. Если этого водителя не посадит в тюрьму полиция Израиля, то в Палестине этого араба разорвут на куски его соотечественники. Ведь горе-водитель за один рейс нанёс убыток своему народу на десятки тысяч американских долларов стоимости бензина, который дорого обходится водителям транспорта в Палестине.

Вполне возможно, что этот араб не угодил за решётку в Израиле и не доехал до самой Палестины, куда вёз бочки с бензином? Скорее всего, этот араб сошёл с ума от такого сильного потрясения или забил себя насмерть, когда сильно бился головой о бетонную опору нового моста.

Вполне возможно, что араба поместили в психиатрическую больницу или уже сегодня утром закопают на кладбище в Палестине? Может быть, даже прославят этого араба, как своего героя?

Проезжая под новым мостом на рейсовом автобусе, обратил внимание, что под новым автомобильным мостом все вычистили после вчерашней аварии.

Стали проводить дренажные работы. Видимо, вчерашняя авария под новым мостом дала хороший урок строителям автомобильных мостов и дорог? Если бы вчера тут произошёл пожар, то погибли бы десятки людей.

Всех руководителей строительства автомобильного моста посадили б за аварию в тюрьму. Наверно, сильно вчера влетело руководителям строительства автомобильного моста? Приступили к сооружению разводки дорог под мостом. Через месяц здесь будет современный мост с хорошей развязкой автомобильной трассы. Пока это самый опасный участок на линии государственной трассы. В любой момент при следующей аварии под новым мостом могут быть многочисленные жертвы. Хотя бы скорее закончили под мостом строительные работы.

4. Золотой клад в куче мусора.

К промышленной зоне Холона, приехал на целых три часа раньше до начала работы. Спешить было некуда. Поэтому, не торопясь, пошёл окружным путём через парк, чтобы сократить время ожидания возле мастерской и оправиться в парке.

Через мерное употреблением влаги в тропическую жару давило на мочевой пузырь. Надо облегчить себя перед работой. Во время работы у станка некогда ходить оправляться в туалет. Даже воду пить некогда.

Небольшой заброшенный парк возле промышленной зоны Холона утопал в зелени тропической растительности и в кучах мусора свезённых сюда уборочными автомобилями. Было такое ощущение, что скоро этот исторический парк превратят в историческую свалку Израиля. Мало того, что вокруг городов Израиля находятся огромные горы зловонных свалок, так с мусором добрались до городских парков.

Таким образом, скоро сам Израиль превратиться по территории в единую свалку между Мёртвым и Средиземным морями. Углубившись в парк подальше от тротуара, пристроился к куче сухих листьев под огромным эвкалиптом и быстро расстегнул ширинку на брюках.

Лишняя влага тут же хлынула из меня, облегчая мочевой пузырь и все моё тело от сильного давления изнутри. Сразу получил блаженство облегчённого тела. Мне стало приятно на душе от такого состояния, что теперь могу без всяких проблем приступить к работе и терпеть от посещения туалета до обеда. Застегнув ширинку на брюках, невольно глянул на то место, куда только что оправлялся.

От струи моей мочи сухие листья обсели ближе к земле. Под намокшими от мочи сухими листьями поблёскивал жёлтый металл какого-то незнакомого предмета. Ради любопытства взял в руку сухую палочку и слегка разгрёб кучу сухих листьев. Предметом из жёлтого металла оказалась какая-то старинная ваза из чистого золота.

Под старинной золотой вазой были видны другие предметы из золота, янтаря и серебра, густо украшенные драгоценными камнями разной величины.

Никогда не терял голову перед блеском золота и драгоценных камней. Но тут у меня, вдруг, перехватило дыхание. Передо мной в куче сухих листьев лежали ни просто золото и драгоценные камни.

Здесь были исторические ценности из золота и драгоценных камней, которые могли улучшить положение нашей семьи своей ценностью. Даже при первом взгляде на исторический клад понял, что он тянет в несколько сот тысяч американских долларов.

Если определить век изготовления антикварных ювелирных изделий, то можно изделия продать дороже. С таким богатством можно построить виллу.

Купить дорогую яхту и вложить деньги в банк под проценты. Можно перевести деньги в швейцарский бак. Уехать жить семьёй куда-нибудь на курортные места в Европе. Подальше от Израиля. Осторожно оглядевшись вокруг себя, не заметил никого из людей, следящих за мной со стороны.

Принялся руками выбирать из кучи сухих листьев драгоценные предметы.

Выкладывать добро в противоположную сторону от тротуара. Мне нужно было определить, сколько здесь предметов. У меня с собой была хозяйственная сумка с продуктами на работу.

В этой маленькой хозяйственной сумке мог унести часть предметов. Остальные можно взять позже, когда найду, куда класть эти драгоценности. Не нести же мне драгоценные вещи просто в руках?

Неизвестно откуда взялись в куче мусора эти золотые предметы. Может быть, кто-то обокрал исторический музей или виллу? В куче сухих листьев оказалось двадцать предметов различной величины.

В большинстве это были золотые вазы, бокалы и подсвечники величиной больше моей хозяйственной сумки с продуктами на работу. Поместить большие предметы в своей хозяйственной сумке никак не мог.

Таким огромным драгоценным предметам нужен какой-нибудь тёмный мешок из-под мусора, в котором не видно было бы золотых изделий из этого огромного исторического клада.

Внимательно поглядел по сторонам в надежде отыскать какой-нибудь мешок из-под мусора. Но всюду были только кучи мусора и рванные картонные коробки. Надо пойти в промышленную зону и подобрать там какой-нибудь пакет из-под мусора. Может быть, что даже придётся вытащить пакет из мусорной корзины?

Пока никто не обнаружил исторический клад с золотыми предметами в куче сухих листьев, надо хотя бы поэтапно вынести клад из старого парка.

Уходить из старого парка с пустыми руками мне никак не хотелось. Надо было хотя бы что-то прихватить с собой. Мало ли что может произойти в моё отсутствие в заброшенном парке.

Могут прислать сюда бульдозеры на расчистку парка от мусора или какие-нибудь добровольцы придут навести порядок в старинном парке. Наверно, здесь в старом парке в дневное время пацаны шныряют по мусорным кучам в поисках каких-нибудь предметов и приключений на свою голову? Любой человек может точно так же как случайно наткнуться на клад золотых предметов в листьях.

Из всех предметов клада в мою хозяйственную сумку поместился двойной нож с ручками и ножнами из красного дерева. В одной золотой вазе оказался кораблик из янтаря весь облепленный драгоценными камнями и с парусом из слоновой кости. В золотом кувшине были три золотые рюмки.

Золотые блюдца под рюмки находились в огромной чаше. Небольшие предметы поместились в моей хозяйственной сумке с продуктами. Больше ничего не поместилось. Внутри моей хозяйственной сумки была картонная коробка под продукты, чтобы они не мялись в хозяйственной сумке. Старинный двойной нож с ручками и ножнами из красного дерева поместил между стенками картонной коробки и хозяйственной сумки.

Остальные небольшие золотые предметы положил прямо на целлофановый пакет с продуктами. Застегнул хозяйственную сумку молнией. Поспешил к тротуару на выход из старого заброшенного парка.

 Не успел дойти до тротуара ближе к промышленной зоне, как увидел, что за мной наблюдают парень с девушкой напротив небольшого домика в начале парка возле тротуара. В противоположной стороне парка, явно прикрывая мне, выход из парка, стояли несколько парней.

Парень с девушкой возле домика не представляли мне никакой опасности. Парень был меньше меня ростом и такой тощий, что мог его ткнуть пальцем, чтобы он упал без сознания. Девушка тоже не отличалась своим видом от партнёра. При лёгком ветерке могла улететь куда-то. Зато парни в противоположной стороне выхода из парка представляли в своём лице опасность.

Кроме того, что парней было шестеро, у парней в руках были какие-то предметы. Очевидно, предметы в руках парней не к игре в гольф? Выбрал направление в сторону наименьшего сопротивления.

Мне бы добраться до тротуара. Дальше меня могли спасти ноги до промышленной зоны. В промышленной зоне меня никто не тронет. Там всюду полиция и вооружённая охрана предприятий.

Наверняка, парни и девушка, знают о драгоценном кладе в куче сухих листьев. Вполне возможно, что они обокрали кого-нибудь, а краденые предметы спрятали в старинном заброшенном парке под сухие листья?

– Ком, по! (Иди сюда). – грозно, сказал на иврите, плешивый парень, указывая пальцем на мою хозяйственную сумку с продуктами. – Ма еш бифним тик шельха? (Что есть внутри в твоей сумке?).

 Хотел, было сделать вид, что не знаю иврит и не понимаю, что он от меня хочет. Едва попытался пройти мимо плешивого парня, как он тут же сделал знак парням в другой стороне старинного заброшенного парка.

Отстегнув свою куртку, плешивый парень показал мне на пистолет под прикрытием куртки. Бежать было бесполезно. Парни и девушка могли быть полицейскими, которые выслеживают банду, спрятавшую ворованный клад в куче сухих листьев.

Мне ничего не оставалось делать, как только подойти к плешивому парню и предъявить содержимое моей хозяйственной сумки. Плешивый парень ни стал лазить в моей сумке. Заставил меня вытащить золотые предметы из хозяйственной сумки и передать девушке, которая тут же отнесла золотые предметы рядом в свой маленький домик.

– Ма еш шельха сакит? (Что есть у тебя в пакете?) – спросил меня, парень, указывая на пакет с моими продуктами.

– Зе шели охель бе авода. (Это мои продукты на работу.) – ответил парню, показывая свой целлофановый пакет.

 Плешивый парень заглянул в пустую хозяйственную сумку. Не обнаружив в ней ничего, кроме продуктов, показал мне пальцем идти в сторону промышленной зоны. Повернулся в сторону тротуара.

На ходу, застёгивая на молнию хозяйственную сумку, посмешил удалиться из заброшенного старого парка с кладом золотых предметов под кучей сухих листьев и с группой парней, которые были полицейскими или ворами, вожак которых сейчас ограбил меня.

У меня не было никакого сожаления о найденном и сразу потерянном кладе золотых предметов. Неизвестно чем могло все закончиться. В Израиле связей с представителями закона у меня нет никаких.

Выходить со своим предложением о купле золотых предметов на случайного человека, равносильно тому, что добровольно сдаться полиции или бандитам. Ни один честный русскоязычный гражданин Израиля не имеет таких огромных денег, чтобы купить у меня кем-то ворованные золотые предметы роскоши.

Остальные, кто не имеет собственного крупного бизнеса, а имеет большие деньги, воры и мошенники. К таким людям лучше не подходить вообще. Удалившись на безопасное расстояние от опасного места в заброшенном парке, замедлил свой шаг. До начала работы было больше двух часов. Спешить мне некуда.

Работа не скоро будет и за мной никто не гонится. Можно отдохнуть перед началом работы. Поразмышлять о смысле своей жизни. Мне есть над, чем поразмыслить немного.

Ведь не зря мне терские казаки все время твердили, что мы живём не для себя, а для следующего поколения. Также как для нас жили родители. Жизнь наших потомков зависит от нас.

Как мы сделаем свой шаг в своём настоящем к развитию будущего, так в будущем будут жить наши потомки, которые уже стоят за нашей спиной у дверей своего будущего.

Поэтому мы должны думать о смысле своей жизни, чтобы у нас в жизни все было прекрасно. Точнее, о смысле жизни наших потомков, которым мы подготовим платформу жизни на следующее поколение обычных людей.

Возле ворот мастерской никого не было. Исчез куда-то даже плешивый старик, дежуривший сторожем по ночам у ворот мастерской. Собака по кличке Такса признала меня своим. Вяло виляя хвостом, протащила своё исхудавшее тело по территории мастерской к воротам у забора. Не дождавшись ласки от меня, Такса улеглась на тёплый асфальт у ворот.

Тут же к собаке подбежали маленькие щенки и обложили свою маму со стороны питательных сосков. Такса облизала своих детёнышей. Вся семейка отдалась блаженству наслаждения.

Не хотелось беспокоить собачье семейство своим присутствием. Отойдя в сторону от ворот мастерской, сел на ближайшую скамейку на тротуаре.

Не решился разглядывать на виду у прохожих антикварный нож, оставшийся у меня в хозяйственной сумке после посещения заброшенного парка с кладом золотых предметов.

Мало что могут подумать прохожие. Может быть, пришёл сюда, чтобы вспороть этим ножом живот своим обидчикам? Вот сижу, дожидаюсь прихода обидчика в такую рань до начала работ.

Мне только полиции сейчас не хватало. Полицейские начнут допытываться, зачем, здесь сижу с этим довольно странным ножом? Не буду же им рассказывать о том, что писал на кучу сухих листьев, которые скрывали клад золотых предметов.

Никто мне не поверит, что среди города в заброшенном старинном парке под сухими листьями можно найти клад золотых предметов. Меня тут же заберут в полицию за кражу антикварных предметов, которые находятся в розыске по всему Израилю.

Так что мне лучше подремать на скамейке. Пока хозяин инструментальной мастерской не приехал сюда на работу. Всё равно надо коротать время ожидания. Южное солнце, которое не успело окончательно раскалиться после прохладной ночи, приятно ласкало меня своими лучами. Разомлел от тёплых солнечных лучей.

Прикрыв глаза большим козырьком бейсбольной кепки, стал слегка дремать. За два часа до работы можно было бы даже поспать, но только не на улице, на скамейке.

Могут принять меня за бомжа и вызвать полицейского на выяснение моего отдыха на этой скамейке в промышленной зоне. Видимо, всё-таки уснул? Не слышал, как к воротам мастерской подъехал легковой автомобиль хозяина мастерской.

Лишь сильный сигнал легкового автомобиля хозяина мастерской моментально разбудил меня. Сильно перепуганный неожиданным сигналом легкового автомобиля, быстро вскочил со скамейки. Поправил на голове бейсбольную кепку и сразу огляделся по сторонам.

Хозяин мастерской весело засмеялся оттого, что заметался от сигнала легкового автомобиля. Легковой автомобиль хозяина заехал во двор мастерской.

Пошёл за ворота следом за легковым автомобилем хозяина мастерской на своё рабочее место. Вскоре следом за нами к мастерской подъехали рабочие на микроавтобусе.

Рабочие мастерской, кроме меня, все жили в Холоне. Сюда на работу парней, привозил микроавтобус, по заказу хозяина мастерской. Парни вместе приезжали на работу и уезжали домой в одно время. Так и в этот раз. Обменявшись между собой взаимными приветствия, мы тут же быстро переоделись в рабочую одежду и заняли свои места на рабочем месте.

Получил от хозяина чертежи на изделия и стал настраивать станок на выпуск изделий из металлических труб. Рабочий день начался как обычно во всей промышленной зоне.

Был рад тому, что у меня в мастерской имеется работа с зарплатой. Можно хотя бы держаться на плаву жизни моей семьи. Сумма зарплаты ни такая уж большая, чтобы можно было откладывать деньги на запас.

На питание и на оплату коммунальных услуг нам пока хватит. Если моя жена найдёт себе работу в Ашдоде, то тогда можно будет подумать о накоплении денег, которые будут составлять семейный бюджет.

Хотя о бюджете думать рановато. Надо купить обувь себе и своим детям. Викторию в школу нам надо готовить. Нет у дочери ничего из школьной одежды. Рабочий день закончился как обычно спокойно к пяти часам вечера. В этот день лишних часов переработки не было и все в положенное время разъехались по домам.

Отправился пешком на автобусную остановку, которая находилась на краю промышленной зоны прямо напротив Азура. Уехать в Ашдод мог лишь с этой остановки рейсового автобуса.

Все остальные автобусные направления в Ашдод из Холона были далеко от промышленной зоны Холона. Туда мне добираться пешком и даже городским транспортом было очень долго.

Втиснувшись в переполненный рейсовый автобус, сел на единственное, свободное место в салоне автобуса и тут же стал дремать. Завтра мне обратно рано утром на работу.

Надо во время поездок между домом и работой немного дремать, чтобы набираться силы. Иначе меня надолго не хватит. Если не смогу работать, то моя семья без зарплаты превратиться в бомжей или даже вымрет от голода.

Ведь в Израиле нет никого, кто бы мог дать нам кусок хлеба на пропитание. Здесь каждый человек живёт так, как только может, со звериным лицом капитализма. Рейсовый автобус осторожно тронулся с места, словно остерегаясь чего-то впереди по государственной трассе. Остерегаться было нечего. Террористический акт едва ли будет.

Обычно террористические акты со стороны палестинцев бывают в больших городах Израиля. В местах с большим скоплением людей или в городском транспорте. В рейсовых автобусах террористические акты довольно редки. На каждой автостанции, откуда отправляются рейсовые автобусы, находится полицейская охрана.

В пути следования рейсового автобуса водители рейсовых автобусов и полиция тщательно осматривают перед посадкой в автобус каждого подозрительного пассажира.

В то время, когда стал дремать во время движения рейсового автобуса, резкое торможение рейсового автобуса и сильный толчок буквально выбросили меня на сиденье, находящееся впереди меня.

Сильно ударился лицом об спинку переднего сиденья и спланировал на второе сиденье, находящееся впереди меня. В это время пассажиры нашего автобуса находились в таком же положении, в каком находился, после резкого тормоза большого автобуса.

В автобусе сразу началась давка и паника. Кто-то кричал от боли. Кто-то плакал от боли и страха. У дамы с бокового ряда была сильная истерика. Дама вся дрожала и истерически орала на каком-то неизвестном мне языке. Никто ничего толком не мог понять, что случилось с нами в рейсовом автобусе. Нам никто не помогал в создавшейся ситуации. Каждый как мог выбирался из создавшегося положения, буквально подминая под себя тех пострадавших, которые находились под ними.

Всем хотелось выбраться из салона автобуса наружу, чтобы разобраться с тем, что произошло с нами. Каждый пострадавший хотел убедиться в том, что остался жив в таком ужасном происшествии.

 Хорошо, что свою хозяйственную сумку держал в руке. Хозяйственная сумка вместе со мной совершила перелёт на два сидения вперёд. Теперь мне не надо искать свою хозяйственную сумку, как это делают другие пострадавшие пассажиры рейсового автобуса, ползая по салону рейсового автобуса в поисках своих вещей и документов.

Мне осталось лишь выбраться из этой давки. Как можно быстрее покинуть салон рейсового автобуса, чтобы разобраться в причине аварии. Что-то мне не везёт с поездками по государственной трассе?

Подряд сразу две аварии за два дня. Выбравшись через заднюю боковую дверь рейсового автобуса, сразу посмотрел вперёд нашего рейсового автобуса. Прямо перед нашим рейсовым автобусом стоял огромный автомобильный кран. Построенный немцами на советских автомобилях «Буран» и «Ураган», которые были носителями крылатых ракет стратегического назначения. Автомобильный кран с двумя кабинами огромной стрелой буквально снёс новый мост через государственную трассу. Наш автобус протаранил заднюю часть подъёмного крана. В автобус сзади врезался грузовой автомобиль с какими-то картонными и фанерными коробками, которые валяются всюду на государственной трассе вокруг грузового автомобиля и нашего рейсового автобуса.

Дальше по трассе неразбериха. Видимо, много разных аварий? Вечерние сумерки только собирались накрыть своим серым покрывалом место автомобильной аварии под разрушенным мостом. Ждать медицинской помощи мне совершенно не нужно.

В своём далёком детстве, после драк с пацанами за свои права. Никогда не обращался за помощью с разбитым лицом к своим родителям и медиков не тревожил. Старался сам привести себя в порядок. Можно считать, что сейчас подрался и дома себя приведу в порядок сам.

Надо только выбраться из этого котлована и добраться до ближайшей остановки в Ришон-ле-Ционе, откуда ходят автобусы в Ашдод по другой трассе между городами. Всё равно сейчас никто нас сразу не развезёт по домам. Пока разберутся с пострадавшими пассажирами и с аварией на трассе под мостом, на это уйдёт много времени.

У меня дома начнётся паника в моей семье, когда они узнают, про автомобильную аварию. Так что надо как можно быстрее добраться домой, чтобы все убедились, что, жив и здоров, лишь немного лицо ободрал при аварии.

Не знал, где в новом микрорайоне Ришон-ле-Циона находится остановка или автостанция с автобусами, следующими до Ашдода. Но то, что в Ришон-ле-Ционе есть автостанция, а знал прекрасно.

Когда занимался поиском приобретения собственной квартиры в этом городе, то видел там старую автостанцию рейсовых автобусов. Так что, выбравшись из котлована под мостом с места аварии на левую сторону не пострадавшей части моста.

Отправился пешком в сторону автостанции, которая находилась, примерно, километра полтора от места аварии под мостом на государственной трассе.

Надо было всего лишь пройти вперёд к центру Ришон-ле-Циона. Примерно, минут через десять, был на автостанции Ришон-ле-Циона.

На вопросы полиции и водителя рейсового автобуса о причине моего разбитого лица, коротко сказал им, что попал в автомобильную аварию под новым автомобильным мостом, который снёс огромный автомобильный кран. Водитель автобуса настроил приёмник в автобусе на волну автомобильных аварий. По радио сообщали подробности происшедшей автомобильной аварии под новым мостом в Ришон-ле-Ционе. В результате автомобильной аварии произошло больше десятка автомобильных столкновений.

Пострадали сотни человек. Больше всех пострадали пассажиры рейсового автобуса, который следовал за автомобильным краном, сильно протаранившим новый мост через государственную трассу. Ни стал дальше слушать сообщение об автомобильной аварии, в которой находился сам. Мне и без того было не по себе. Болело лицо и слегка подташнивало.

У меня были опасения, что получил лёгкое сотрясение мозга. После такой травмы могли быть разные последствия с моим здоровьем. Мог стать парализованным, пас в коматозное состояние или даже умереть от сотрясения мозга.

Но меня утешало то, что сам ногами добрался пешком до автостанции Ришон-ле-Циона, а это значит, что все обошлось благополучно.

Разбитое лицо скоро заживёт и через пару недель у меня в голове останутся одни скверные воспоминания об этой автомобильной аварии под автомобильным мостом, которая едва не лишила меня жизни. Хорошо, что все опасности остались позади меня.

– Ты, что опять подрался!? – воскликнула Людмила, увидев моё разбитое лицо, когда вошёл в квартиру. – Когда ты наконец-то повзрослеешь? В твоём возрасте люди внуков имеют, а ты все с кем-то дерёшься…

– Насчёт внуков, ты не по адресу обращаешься. – ответил жене, снимая с себя верхнюю одежду. – Своему старшему сыну скажи, что ты хочешь быть бабушкой. Пускай наш старший сын быстрее женится. Насчёт драки, давно вырос с этого возраста. Но если кто-то поднимет на меня руку, то с разбитым лицом будет мой враг, а ни. Включи телевизор и посмотри местный канал телевидения. Второй раз за два дня попал в автомобильную аварию под одним и тем же мостом. Больше на работу по этой трассе не поеду. С меня достаточно двух аварий подряд за прошедшие два дня.

– Куда ты сейчас пойдёшь работать с разбитым лицом? – с тревогой в голосе, спросила Людмила. – Люди с нормальными лицами не могут устроиться на работу. У тебя лицо в царапинах, ссадинах и кровавых ранах.

– На работу не могут устроиться бездельники. – резко, ответил жене. – Завтра же буду работать рядом с домом.

Людмила ни стала со мной спорить насчёт завтрашней работы. Сама была безработной и поэтому её устраивала любая работа мужа, лишь бы семью можно было прокормить и оплатить все коммунальные услуги. К тому же теперь нам предстоит двадцать восемь лет выплачивать под проценты ипотечную ссуду (машканту), которая будет вначале расти в процентах, а через десять лет постепенно будет сокращаться до полной выплаты к концу нашей жизни. Такой кабалы на нашу семью, нам хватит на всю оставшуюся жизнь. Не зря среди народа идёт анекдот, что в Израиле во время юбилея желают сто двадцать лет прожить для того, чтобы успеть выплатит машканту.

Вот поэтому нам с Людмилой надо постараться быть здоровым, чтобы всегда работать и за оставшиеся двадцать шесть лет выплатить ипотечную ссуду. Как раз к этому времени мы выйдем на пенсию. Будем наслаждаться своей жизнью. Людмила и Виктория, морщась от вида моего ободранного лица, старательно смазывали мои раны на лице зелёнкой. Старался, как можно терпеть спиртовых ожогов от зелёнки, лишь слегка вздрагивал от прикосновения ватки с зелёнкой к более открытым ранам на лице.

Людмила и Виктория всячески старались облегчить моё страдание, обильно покрывая моё лицо зелёнкой. На моем лице резко менялись болевые гримасы от прикосновения зелёнки к ранам. На процедуру с ранками и царапинами на моем лице ушёл весь флакон зелёнки из нашей домашней аптечки.

– Теперь ты, у нас как настоящая новогодняя ёлка. – смеясь, сказала Виктория, рассматривая моё лицо, украшенное зелёнкой. – Осталось только игрушки на тебя повесить.

– Скоро в Израиле в сентябре еврейский, новый год. – шутя, напомнил. Виктории. – Вот буду в нашей семье, вроде, новогодней ёлки, как новогодний подарок из России к еврейскому, новому году? Повеселимся семьёй. Будете вокруг меня скакать весь новый год, пока с меня зелень осыпаться будет.

– Лично мне лучшим весельем будет видеть чистое и не битое лицо мужа. – тревожно, сказала Людмила.

– Мама беспокоиться не за твоё лицо, как за свою постель. – подметила Виктория. – Переживает, что ты сейчас ей всю постель перепачкаешь зелёнкой. Вот поэтому хлопочет вокруг тебя с проблемой о твоём лице.

– Не правда! Искренне выразила своё беспокойство об отце. – возразила Людмила. – Он Всё-таки мой любимый муж. Насчёт постели ты правильно заметила. Даже об этом не подумала. Надо нам принять меры.

– Давай забинтуем лицо. – предложила Виктория, своей маме. – Через бинт постель никак не испачкается.

 Людмила и Виктория достали из домашней аптечки все имеющиеся бинты. Усадили меня на стул в середине зала. Принялись бинтовать моё израненное и измазанное зелёнкой лицо.

Пытался быть прилежным раненым. Позволял своим дамам делать с моей головой все, что им было угодно. Мне тоже не хотелось испачкать зелёнкой свою постель. Ведь у нас сейчас плохо с деньгами и купить новую постель взамен испачканной постели мы никак не можем.

– Теперь папаша похож на мумию. – смеясь, сказал Артур. – Тебя можно сдавать в археологический музей.

– В музее мы за него можем получить большие деньги. – смеясь, сказал Эдуард. – Тогда заживём хорошо!

– Никуда его сдавать не будем. – смеясь, возразила Людмила. – Он нам такой дома в хозяйстве пригодится.

– Мы поставим папу в прихожей с растопыренными руками. – смеясь, добавила Виктория. – На руки будем вешать верхнюю одежду. На голову повесим кепки и шляпы. Лицо можно используем под домашние иголки.

– Прежде чем меня использовать в домашнем хозяйстве вы меня покормите. – напомнил дочке, сквозь бинтовые повязки на своём лице. – С самого утра ничего ни ел. Весь день у станка работал без перерыва на обед.

 Людмила и Виктория тут же побежали на кухню. Стали хлопотать с ужином. Вытащил из своей хозяйственной сумки целлофановый пакет с продуктами, которые брал с собой на работу, но так и не использовал их по назначению. У нас в мастерской действительно был срочный заказ. Хозяин мастерской попросил рабочих быстрее закончить выполнение заказа, чтобы нам не оставаться вечером с этим заказом на сверхурочные работы. За выполнением срочной работы за обед мы совсем забыли.

Вместе с продуктами достал из сумки двусторонний старинный нож с ручками из красного дерева. Продукты в целлофановом пакете отнёс на кухню.

Старинный нож положил в зале на стол. Мои сыны, а вскоре и дочь, с удивлением стали рассматривать это удивительное изделие из металла и красного дерева. Сам раньше никогда не видел, чтобы ножны под нож были с двух сторон и на ножках, на которые можно поставить нож. Может быть, именно таким образом этот нож крепили к седлу на лошади во время охоты или использовали во время дальних походов?

– На ноже по-английски написано "INDIA". – сказала Виктория, читая выгравированную надпись на лезвии ножа. – Выходит, что нож изготовлен в Индии. Откуда ты взял такой удивительный нож? Купил на рынке?

– Нет! Случайно в парке нашёл целый клад золотых изделий. – ответил на вопрос дочери. – Среди изделий клада был нож.

– Брось заливать! – ехидно улыбаясь, сказал Артур. – Нашёл клад с золотом, а взял один раздвижной нож.

– Вам правду говорю. – серьёзно, сказал старшему сыну. – Действительно нашёл в заброшенном старинном парке, возле промышленной зоны в куче сухих листьев целый клад ювелирных изделий из золота. Пытался принести клад домой. Но мне дорогу преградили вооружённые парни, которые отобрали у меня весь клад.

В подробной форме, с некоторым преувеличением для красивого слова, стал описывать в своей устной речи все события происшедшие со мной рано утром в заброшенном старинном парке возле промышленной зоны Холона.

Вся моя семья, словно заворожённые с раскрытыми ртами, слушали каждое моё слово. Воспринимая этот мой обычный рассказ, как приключение с пиратами где-то в океане на забытом людьми необитаемом острове сокровищ.

– Забрал бы все золотые предметы и удрал в другую сторону старого парка. – сказал старший сын Артур. – Такой нож в Израиле никому не нужен. Поэтому нож выбросили в мусор.

– Тебя пристрелили бы бандиты или поймала полиция. – строго, сказала Виктория своему старшему брату. – В Израиле за любой пустяк сажают в тюрьму.

– Это хорошо, что все так благополучно обошлось с отцом. – серьёзно, сказала Людмила. – Мы сегодня дважды могли потерять своего кормильца. Первый раз от пуль бандитов или полиции, а второй раз от автомобильной аварии под новым мостом.

– Поэтому случаю нам надо отметить куфт. – добавила Виктория. – Давайте сядем за стол и отметим куфт.

Людмила и Виктория тут же принялись в зале накрывать на стол. Людмила принесла из моего запаса бутылку водки и налила мне одну рюмку водки.

Всю остальную водку в бутылке спрятала обратно в потайной ящик от наших мальчишек, чтобы они не пристрастились к выпивке. Мало того, что мы постоянно с ними воюем за то, чтобы они не курили, не хватает ещё того, чтобы мы вели с ними борьбу за употребление алкоголя.

Не хватало в семье пьяниц. У меня большая сила воли к спиртному. Могу пить и не пить алкогольные напитки. Выпиваю изредка и по особому случаю.

В то время как некоторые мои ровесники давно пристрастились к спиртным напиткам. Превратились в алкоголиков и больных людей. Часть моих знакомых ровесников покинули нас на почве пьянки и курения. Поэтому всегда убеждаю своих детей в том, что алкоголь, никотин и наркотик, самое опасное для здоровья и жизни увлечение.

5. Работа на газонах.

 Во всех двадцати двух каохадамах (частные бюро по трудоустройству) мне предлагали работу лишь в районе большого Тель-Авива. Мне никак не хотелось попасть в третий раз в аварию, по маршруту между нашими двумя городами. После двух аварий подряд под новым мостом на государственной трассе, стал настолько суеверным, что боялся ехать в ту сторону из-за возможной третьей аварии, которая может оборвать мою жизнь. Но выбора нет.

– Ты что это так упорно отказываешься работать в Тель-Авиве? – поинтересовалась служащая, очередного каохадама, предложившая мне ряд работ в Тель-Авиве. – Большинство людей работают в районе Тель-Авива. Ты, наверно, там в чём-то проштрафился? Теперь боишься появляться в Тель-Авиве? Честно признайся.

– Ни в чём не проштрафился. – возмущённо, возразил против предложения работы в Тель-Авиве. – Дважды подряд попадал в аварию под новым мостом на государственной трассе. Стал суеверным. Не хочу погибнуть под новым мостом в третьей автомобильной аварии.

– Ты зря беспокоишься. – смеясь, сказала служащая каохадама. – После того, как автокран снёс стрелой новый мост через трассу, там провели замер габарита. Оказалось, что во время строительства моста в мягкий грунт просели колонны опор моста на пятнадцать сантиметров. Этого было достаточно, чтобы большегрузные автомобили совершили аварии в негабаритном проходе под новым мостом. Сейчас опоры нового моста увеличили на тридцать сантиметров больше положенного габарита. Так что ты можешь спокойно ехать на работу в Тель-Авив. Больше никаких аварий под новым мостом на государственной трассе не будет. Там даже новые развязки дорог под мостом сделали.

 Из всех предложенных мне работ в Тель-Авиве посчитал самой лучшей работой, это уборка газонов. Здесь нет никакого физического труда и химических отходов производства.

По рассказам служащей каохадама должен буду освобождать городские газоны от сорняка и от накопившегося мусора на траве в центре Тель-Авива. Все работы, предложенные от каохадама, оплачивались по минимуму, положенному по израильским нормам зарплаты.

На следующее утро ровно в шесть часов, стоял на автобусной остановке по улице Бней-Брит. Среди таких же желающих работать от каохадама по уборки улиц Тель-Авива набрался полный автобус.

Подавляющее большинство желающих поработать в Тель-Авиве были новые репатрианты из бывшего Советского Союза. У каждого из них на уме и на языке были только одни проблемы репатриации в Израиль связанные с обычной работой. За полтора года проживания в Израиле мне надоело слушать о проблемах репатриации и рассказами с ностальгией надоели все знакомые.

Поэтому старался не вести разговоры на эти темы. Уткнулся в угол сидения возле окна в салоне автобуса и стал дремать до нового места работы в Тель-Авиве. Лучше мне отдохнуть перед работой, чем грузить себя пустой болтовнёй о наших проблемах репатриации и о жизни в Израиле.

За своей дремотой в салоне автобуса даже забыл посмотреть, что сделали под новым мостом за последние три недели, после того как перестал ездить по государственной трассе.

Видимо, всё-таки спал, так как даже не заметил, как мы приехали в какой-то городской парк? Пришёл в себя лишь тогда, когда автобус остановился. Качнулся в инерции по ходу автобуса.

Открыл глаза. Стал сонно озираться по салону автобуса на встающих с мест пассажиров. Когда посмотрел в окно автобуса, то увидел, что мы приехали в какой-то городской парк, густо поросший зеленью.

Автобус остановился возле небольшого старинного домика покрытого красной черепицей от времени густо поросшей зелёным мхом. Все приехавшие на работу расположились вокруг этого старинного домика. Вышел из автобуса и присоединился к остальным рабочим. Автобус развернулся и уехал из городского парка куда-то по своим делам.

– Четверо здоровых мужиков остаются тут. Будут разбирать старый домик. – сказал нам парень, представившимся кабланом (подрядчиком) работы. – Остальные занимаются уборкой парка от мусора и от сорняка. Оказался среди здоровых мужиков, выбранных на разборку старинного домика. Нам принесли две большие стремянки.

Сказали начать разборку старинного домика с крыши. Двое тех, кто был моложе, забрались наверх каждой стремянки. Мне и ещё одному репатрианту тучному мужику досталась работа внизу. Нам предстояло принимать черепицу сверху. Аккуратно складывать черепицу в сторону от домика, в отдельные стопки у ствола огромного дерева.

– Это историческая ценность! – удивлённо, воскликнул. разглядывая на черепице дату выпуска черепицы.

– Наверно, старинный домик установят где-то в историческом музее Тель-Авива? – сказал мне, тучный мужик.

– Скорее всего продадут арабам за хорошие деньги. – сказал напарник, стоящий на самом верху стремянки.

– Здесь может быть, старинный клад? – сказал нам сверху тучный напарник. – Клад мы поделим между собой.

– Прекратите болтать! – заорал на нас каблан, подошедший из глубины парка. – Скоро приедет грузовая машина за кирпичом и черепицей, а вы крышу не разобрали. Быстрее надо разобрать этот старинный домик.

Мы ускорили работу, но даже до обеда не успели полностью разобрать черепицу с покатой крыши старинного домика. Зато под крышей мы действительно нашли на небольшом чердаке настоящий маленький клад. Золотых поделок там не было.

Под кучкой сухой травы из птичьего гнезда лежали медные, старинные монеты, маленькие ритуальные подсвечники и крохотные рюмки из серебра, а также несколько серебряных осколков от какого-то предмета.

Найденный клад разделили поровну. Как договаривались раньше насчёт возможной находки клада. Мне достались две медные кружки, усыпанные снаружи алмазной крошкой с искусственными бриллиантами, а также серебряная шкатулка и множеством серебряных рюмок

Разделённые предметы из клада мы попрятали в свои сумки с продуктами подальше от глаз каблана, который считал себя хозяином старинного домика и мог у нас отобрать находку серебряного клада.

Хотя ценность клада была не большая. После обеда приехал грузовой автомобиль с арабскими номерами из сектора Газы. Арабы присоединились к нам на разборку старинного домика.

С работой в количестве десяти человек, при разборке старинного домика, от исторического строения к концу дня не осталось ничего. Даже фундамент срыл маленький экскаватор с тележкой под мусор.

Затем куски фундамента маленький экскаватор погрузил на свою тележку с мусором и увёз куда-то в мусорный контейнер большого кузова, которые стояли вокруг парка под сбор всего остального хлама. Работу по разбору старинного домика окончили. Старинную черепицу и очищенные от раствора старинные кирпичи арабы погрузили на свой грузовой автомобиль.

Затем один араб и каблан удалились от нас в глубь парка. Издали было видно, что они торгуются насчёт старинных кирпичей и старинной черепицы, которые погрузили арабы в грузовой автомобиль.

Видимо, каблан хотел оценить товар как историческую ценность, а арабу нужен был просто материал на стройку своего дома? Однако торг между арабом и кабланом вскоре закончился. Араб отсчитал каблану деньги из пачки шекелей. Сделка торгов закончилась.

– Вот так евреи продают свою историю арабам. – подметил, когда грузовой автомобиль уехал из парка.

– Сегодня за наш счёт, а также за продажу исторических ценностей каблан заработал больше нас всех вместе взятых. – мрачно, сказал тучный мужик. – Поэтому местные евреи живут на виллах и ездят на «Мерседесах», а мы живём на съёмных квартирах за прожиточный минимум. Какая всё-таки не справедливость!

– У меня даже прожиточного минимума за месяц нет. – сказал. – За последние три недели заработал сто шекелей. Кроме долгов в семье больше ничего не имею. Находимся в нищенском положении, как бомжи…

– Хватит вам без толку болтать. – заорал на нас каблан. – Пора всем ехать домой. За вами автобус приехал.

За парком возле тротуара стоял большой автобус, к которому из глубины парка подтягивались рабочие. Среди нас были рабочие приехавшие вместе с нами, на автобусе из Ашдода. Мы тоже взяли свои хозяйственные сумки и направились к этому автобусу, стоящему у тротуара в парке. На этом наш рабочий день в качестве мусорщиков закончился.

На завтра нас ждала другая работа по уборке парков, улиц, газонов, скверов и других общественных мест в Тель-Авиве. Каблан сказал что-то на иврите водителю автобуса насчёт завтрашнего рабочего дня. После чего каблан направился в свой шикарный автомобиль, сверкающий лаком в лучах заходящего солнца. Автомобиль с кабланом уехал в центр Тель-Авива.

Наш автобус развернулся вокруг городского парка и выехал на государственную трассу в направлении Ашдода. Пассажиры, уставшие от работы за целый день, стали дремать в салоне автобуса.

Сидел у окна салона автобуса. Ждал, когда наконец-то появится этот злополучный новый мост через трассу. Мне хотелось посмотреть, что там сделали за последние три недели моего отсутствия под этим мостом.

Наверно, все там изменилось? Теперь можно мчаться под этим мостом на любой скорости, разрешённой на государственной магистрали. Встречного потока автомобилей на трассе нет. Металлическая полоса разделяет встречный поток транспорта.

Вот наконец-то появилась новая развязка дорог под новым мостом на государственной трассе. Признаков котлована под новым мостом совсем нет. Но водитель автобуса инстинктивно притормаживает перед старым мостом.

Так как после увеличения опор нового моста старый мост стал казаться ниже разрешённого габарита под старым мостом и всем большим автомобилям кажется, что они крышей своего транспорта могут зацепить низ старого моста. Однако это всего лишь иллюзия на расстоянии ста метров.

Проезжая под старым мостом становится заметно, что он даже выше разрешённого габарита под мостом. От края моста до крыши автобуса расстояние больше полтора метра.

– "Теперь можно спокойно ездить под мостом." – облегчённо вздыхая, подумал сам. – "Опасности нет никакой."

Когда автобус проскочил под новым и старым мостами, так сразу откинул назад своё сидение, как в самолёте и стал дремать. С этого момента мог спокойно ездить на работу в Тель-Авив.

Даже мог спать в автобусе во время пути между местом работы и своим домом. Страх опасности перед следующей аварией на государственной трассе под новым мостом пропал. Словно свалился камень, который давил внутри после аварии под новым мостом.

– Ну, как у тебя сегодня прошёл рабочий день? – спросила Людмила, когда вошёл в квартиру. – Хорошо? Без приключений?

– Сегодня все было хорошо. – облегчённо вздохнув, ответил жене. – Опоры нового моста над государственной трассой подняли. Под мостом сделали развязку дорог во все стороны. Весь день занимался разборкой старинного домика в городском парке. Под крышей домика нашли небольшой клад из серебряных поделок и старинных монет. Мне достались две серебряные рюмки и серебряная пробка из-под старого кувшина, в котором когда-то жил старый джин.

– Наш папа, как всегда, любит шутить. – сказала Виктория. – Сегодня обратно придумал какие-то байки. Про старинный дом и про клад в нём. Уже без конца стихами комментирую отца

– Ничего не придумал. – устало, возразил против выводов дочери. – Мы действительно нашли клад в старинном домике в парке.

 Тут же достал из своей хозяйственной сумки две серебряные рюмки и серебряную пробку из-под кувшина. Положил находки на стол в зале перед своими домочадцами. Они сразу стали обсуждать историческую находку. В это время пошёл принять душ после работы и после ужина завалился спать в свою кровать. У меня сильно болели от усталости руки и ноги, после работы в разборке старинного домика в городском парке Тель-Авива.

Хотелось хорошо отдохнуть. Может быть, завтра у меня будет более тяжёлая работа, чем была сегодня? От каблана все можно ожидать. На следующее утро нас обратно привезли на работу в тот самый городской парк.

Видимо, это место было отправной точкой на разные работы по Тель-Авиву? Мы не остались работать в городском парке. За нами приехали микроавтобусы. Всех распределили по разным местам работы по Тель-Авиву.

На мою долю выпала одна из центральных улиц Тель-Авива. С зелёной посадкой в виде кустов, деревьев и цветов разделяющих проезжую часть улицы на две половины. По обе стороны улицы всюду были пивные бары, рестораны и кафе.

Здесь было больше музыки и веселья, чем вездесущего транспорта, снующего по всем улицам Тель-Авива. Было такое ощущение, что в этой части города люди никогда не работают, а наслаждаются здесь своим постоянным отдыхом.

– Тебе надо на этом газоне подёргать сорняк. – сказал мне, каблан, оставляя рулон целлофановых пакетов.

Каблан уехал по каким-то делам на своём шикарном автомобиле. Глянул в другой конец улицы и обалдел. Газон, расположенный в середине улицы густо зарос сорняком выше пояса. Самой улицы не видно конца. Работы здесь газонокосилке будет на целый месяц. Работы голыми руками мне хватит месяцев на шесть.

Каблан ни сказал мне, за какое время, должен очистить огромную улицу от сорняка. Придётся вкалывать в поте лица. Иначе меня могут уволить с работы. Тогда моя семья обратно останется без зарплаты и без содержания. Хотя бы часть улицы мне убрать.

Рулон целлофановых пакетов кое-как засунул в свою хозяйственную сумку. Вооружившись пустым целлофановым пакетом, стал усердно дёргать сорняк и складывать его в пустой целлофановый пакет.

Как только целлофановый пакет наполнялся сорняком и различным мусором с газона, завязывал на узлы наполненный целлофановый пакет и отрывал с рулона новый целлофановый пакет, который заполнял сорняком и мусором.

Работы была тяжёлой. Прошло всего два часа моей работы на этом газоне. Целлофановых пакетов, набитых мусором и сорняком целая шеренга, а продвинулся в работе всего лишь на каких-то сто метров.

С такими темпами работу быстро не закончу. Но спина болит от работы так сильно, словно руками перевернул весь газон с растительностью и землёй. Руки тоже изодрал в кровь об сорняк, как об колючую проволоку. Нет больше никаких моих сил, так работать.

Наверно, придётся отказаться от этой ужасной работы? Денег не заработаю, а себя всего изуродую. Моё здоровье, прежде всего.

– Ты что наделал?! – заорал на меня каблан, проезжая по улице мимо на автомобиле по каким-то делам.

– Быстрее работать не могу! – заорал на каблана. – Не человека, а газонокосилку надо сюда. Руки сорняком порезал до крови.

– Как раз быстрее работать не надо. – сказал каблан, вытряхивая мой труд из целлофановых пакетов прямо на газон. – С таким темпом работы завтра мы будем без работы. Собери пустые пакеты обратно в кучу.

Растерянно стал собирать пустые целлофановые пакеты следом за кабланом, который быстро вытряхивал из целлофановых пакетов все содержимое, продвигаясь к тому месту, откуда сегодня утром начинал свою работу.

До меня никак не доходило, зачем, каблан портит мою работу? Старался хорошо вычистить газон от сорняка и мусора, а каблан наоборот выкидывает содержимое из целлофановых пакетов на чистый газон. Самый настоящий вредитель.

– Вот теперь смотри, как надо работать. – сказал мне, каблан, когда мы оказались в начале улицы. – Оставь все здесь. Никто кроме тебя ничто не возьмёт с газона. Открытый целлофановый пакет всегда лежит тут в начале газона. Ты выдёргиваешь сорняк или берёшь мусор и несёшь его сюда в свободный целлофановый пакет. Затем обратно идёшь за мусором и сорняком. Так делаешь до тех пор, пока заполнится целлофановый пакет. Когда целлофановый пакет будет полный.

Ты завязываешь наполненный целлофановый пакет и рядом с ним ставишь другой пустой пакет. Обратно идёшь за мусором и сорняком. Ненужно портить свои руки. Брать мусор и сорняк нужно пальцами, а не охапками. Это тебе не стог сена в русском поле. Если даже твой пустой целлофановый пакет будет находиться в этом конце улицы, а мусор и сорняк в другом конце улицы, ты всё равно неси мусор и сорняк сюда с другого конца улицы.

Если устанешь или тебе нужно будет оправиться, то ты можешь спокойно отдыхать и оправляться.

Знаю, что ты добросовестный парень. У меня нет никаких претензий к твоей работе. Главное, чтобы все видели твою работу.

– С такими темпами работы никогда не уберу улицу от мусора и сорняка. – удивлённо, сказал каблану. – Такой работы мне хватит до пенсии.

– Если ты уберёшь сегодня большую улицу от сорняков и мусора, то нас завтра уволят. – ответил каблан. – Как ты сам сейчас сказал. Можешь улицу убирать до своей пенсии.

 Каблан отправился к своему шикарному автомобилю, а меня оставил возле кучи пустых целлофановых пакетов. До меня никак не доходило, как это можно так медленно работать.

Ещё вчера каблан нас подгонял с работой по разборке старинного домика в городском парке, а сегодня хочет, чтобы растягивал свою работу по уборке газонов от сорняка и мусора до бесконечности. Какой-то странный метод работы в Израиле и странное отношение к чужому труду?! Немного отдохнув от странного поведения каблана в отношении меня с уборкой мусора и сорняка, раскрыл первый пустой целлофановый пакет и демонстративно двумя пальцами положил в него первый сорняк.

Затем пошёл за мусором и демонстративно двумя пальцами положил в целлофановый пакет кусочек обёртки от какой-то конфеты. Обратно вернулся к следующему сорняку, также двумя пальцами на вытянутой руке понёс сорняк в целлофановый пакет.

Выполнял свою работу как в цирке демонстративно и показательно. Словно известный клоун в своей репризе. На мне лишь не хватало цирковой униформы и грима популярного персонажа клоунады.

Но даже работу в обычной одежде заметили со стороны пивных баров. Отдыхающие стали аплодировать за демонстрацию моей работы по сбору сорняков и мусора с газона посредине весёлой улицы, всюду наполненной популярной музыкой и пением птиц.

Не знаю, за кого меня принимали отдыхающие со стороны пивных баров. За сборщика мусора и сорняка, за клоуна цирка или просто за чокнутого? Вскоре к аплодисментам присоединились приглашения к столу и угощения напитками.

Вначале мне было как-то неудобно видеть такое отношение к себе. Однако, подумал, что меня Всё равно никто не знает в этом городе. Почему бы, мне здесь не воспользоваться своими заслугами?

Ведь на улице Арбат в Москве и на улице Алимби в Тель-Авиве выступают комедийные артисты, которые за свой труд зарабатываю хорошие деньги. Денег мне в таком обличье здесь не заработать. Но за, то каждый день на халяву буду сыт.

– Ничего тут позорного нет. – сказал в мою защиту старший сын Артур, когда вечером вернулся с работы с хозяйственной сумкой, наполненной подарками за мой комедийный труд и за анекдоты, рассказанные в барах. – Если бы у меня получалось смешить людей на улицах и за это получать деньги, то давно сменил бы свою работу на заводе.

– Клоун, конечно из меня никакой. – отметил комментарий за свою работу. – Но работать можно долго, пока не выгонят.

На следующий день обратно работал на том же месте. Смешить людей мне совсем не хотелось. Просто собирал в целлофановые пакеты мусор и сорняк.

Но немного быстрее, чем мне вчера показывал каблан. Мне не хотелось быть посмешищем перед отдыхающими людьми. Видимо, это люди поняли? Больше мне никто не аплодировал, не зазывал к себе в пивной бар, вроде, клоуна и не угощал меня своими товарами, у которых, возможно, давно истёк срок на продажу? Только один старик сжалился надо мной из-за того, что упарился, работая под жарким тропическим солнцем. Старик одного магазина достал у себя в холодильнике баночку холодного бельгийского пива и угостил меня.

Поблагодарил старика за холодное пиво. Отдал себя блаженству, наслаждаясь холодной влагой янтарного цвета. Вторую неделю парюсь на газоне посередине улицы. Несмотря на замечания каблана по слишком быстрой работе, Всё равно "вылизал" на чисто почти половину газона от всякого мусора и сорняка. Уважая мой труд уборщика газона, на мой вычищенный участок никто не бросает мусор.

Вчера гору целлофановых пакетов с мусором и сорняком забрал автомобиль по сборке мусора. Каблан больше не ругает меня за скорость сборки мусора и сорняка.

Даже стал уважать меня за добросовестный труд. Несколько раз угощал меня напитками и швармой (лепёшка, наполненная жареным мясом с чипсами и салатом).

Вот и сегодня привёз две баночки бельгийского пива, булочку и нарезанную копчёную колбасу. Можно будет дольше пообедать. Всё равно хорошо выполняю свою работу.

Едва уселся обедать на целлофановые пакеты, наполненные мусором и сорняком, как где-то за моей спиной раздался оглушительный взрыв. Прямо на моих глазах произошло сразу несколько автомобильных аварий.

Со стороны взрыва вокруг меня посыпались осколки стекла, куски бетона, асфальта, камней разного мусора и фрагменты человеческих тел. Взрывная волна пронеслась вдоль улицы, разметая своей силой все вокруг меня на расстоянии. Не успел понять, что произошло за моей спиной, как следующий взрыв повторил работу первого взрыва.

Вторая взрывная волна ударилась об столб и об щит внизу столба, к которым прислонил наполненные мусором и сорняком целлофановые пакеты.

Меня буквально выбросило взрывной волной вместе с оторванным от столба щитом и кучей целлофановых пакетов, наполненных мусором и сорняком. Возможно, что это спасло меня?

Когда поднялся с газона из-под толстого фанерного щита, а также из-под целлофановых пакетов, заполненных мусором и сорняком, то обратил внимание на толстый фанерный щит, истерзанный с обратной стороны различными осколками из металла, стекла, камней и бетона.

Если бы не лежал за этим щитом из толстой фанеры на целлофановых пакетах, наполненных мусором и сорняком, то все эти осколки могли вонзиться в меня. Просто какое-то великое чудо природы в который раз за последний месяц спасает меня от верной гибели.

В таком случае не трудно поверить в природу Бога. Пока выбирался из-под щита из толстой фанеры, а также из-под целлофановых пакетов, заполненных мусором и сорняком, вокруг меня бегали солдаты, полицейские и санитары.

Все люди куда-то бежали и кричали. Ничего толком не мог понять. Возможно, был контужен второй взрывной волной или даже ранен? Сгоряча мог сразу удар не ощутить.

Ведь вторая ударная волна была такой мощной силы, что оторвала закреплённый щит толстой фанеры и отбросила меня вместе с щитом на расстоянии нескольких метров от стоящего рядом бетонного электрического столба.

В этот момент мог получить множество ранений, которые были не заметны во время удара толстым щитом. Осторожно поднялся на ноги и осмотрел себя со всех сторон. На мне не было никаких ранений или даже царапин. Словно ничего не произошло рядом со мной, что могло угрожать моей жизни. Можно подумать, что сейчас был в голографическом кинотеатре и смотрел какой-то американский фильм ужасов, события которого происходили вокруг меня в рамках голографии.

Даже ощущения страха во мне нет никакого, как всегда во время обычного просмотра фильма ужасов. Когда ты заранее знаешь, что рядом с тобой всего лишь фантазия авторов этого фильма ужасов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.