Дмитрий Шебалин
Маска зверя

Пролог

Весеннее солнце лилось своим мягким светом сквозь редкие витражные окна. Суровый климат здешних мест сильно ограничивал фантазию архитекторов, заставляя их больше думать в практической плоскости, зачастую напрочь позабыв об эстетике. Но даже маленькие и нечасто встречающиеся оконца сегодня подкрашивали холодные и мрачные коридоры Круга тайных знаний в тёплые и яркие тона, даря своим редким посетителям обманчивое ощущение уюта.

– Мастер Ульдаг, это уже третье нарушение за эту весну, – невысокого роста человек с трудом поспевал за быстрой поступью статного мага. – А ведь снег сошёл в этому году довольно поздно. Магистр Шад дал понять, что не стерпит ещё одного проступка от… ваших подопечных. Вы слишком много даёте им свободы и слишком многое им прощаете.

– Это всё? – не сбавляя шаг спросил Ульдаг.

– Ещё он просил передать, что без порядка и контроля существование меченых лентой несёт в себе больше угроз, чем необходимой пользы. Думаю, вам не нужно объяснять, что если чаша терпения магистра переполнится, то совет старших магов единогласно проголосует за то, чтобы подыскать другую кандидатуру на ваше место. Менее вовлечённую и заинтересованную…

– Ха! Кого-то из таких же чистых как они сами? Ну так и говори прямо, а не ходи около! Если на то воля магистра и его верных лизоблюдов из Круга, то к чему искать причины и придираться к мелким происшествиям? Избавьте меня от этих пустых угроз и, если нужно, то переходите к делу.

– Но… Разве вы не?..

– Не что? – Ульдаг на ходу раздражённо повёл плечами, будто ему неприятно было продолжать разговор с настырным человеком. – Пока эти заржавевшие пугала рассуждают о контроле и порядке, мои, как ты выразился, «подопечные» обеспечивает стабильность и благополучие для всего королевства. И король это прекрасно знает! Как и то, чьими усилиями это было достигнуто. Сомневаюсь, что Греш перестал нуждаться в нашем служении, особенно сейчас, когда поступь войны слышна всё сильнее, а люди убивают друг друга уже у наших границ.

– Но последний случай, когда погибло трое…

– Трое?! А сколько людей в королевстве умирает ежегодно от насильственной смерти? Сколько ревнивых мужей пришибло своих гулящих жён? Сколько излишне усердных надсмотрщиков забило до смерти рабочих на рудниках? Скольким прохожим перерезали глотки в тёмном переулке ради горсти медяков? И во скольких же из этих смертей виноваты маги, в чьи волосы вплетены цветные ленты?

– Но… что тогда мне передать магистру Шаду?

Мастер Ульдаг вдруг резко остановился, отчего короткие ножки помощника ещё какое-то время семенили по каменному полу коридора, прежде чем он сумел остановиться следом.

– Передай ему, – холодные глаза мастера уставились на раскрасневшееся от спешки лицо слуги. – Что если сдавливать тиски слишком сильно, то лопнет даже самый прочный металл.

Сглотнув подступивший к горлу комок, помощник кивнул и попятился назад. В весенних бликах витражного окна, осветивших лицо мастера, ему почудилось всякое.

– И ещё, – сухо добавил Ульдаг. – Если магистр хочет мне что-то сказать, то пусть в следующий раз приходит сам, как не чурался это делать, пока не обзавёлся своим громким титулом.

– Я… Я передам.

Глава 1

Ключ в замочной скважине громко щёлкнул, возвещая, что дверь в холодный каменный мешок более не заперта.

– Хорошо же вы спрятались, пришлось изрядно потрудиться, чтобы вас разыскать.

В полумраке тюремной камеры, напрочь лишённой окон и любого другого источника света, зашевелились люди.

– Ты прав, наверное, перестарались, – прохрипел Хорки. – Вышло так хорошо, что про нас, кажется, все забыли.

Я старался не обращать внимания на чудовищное зловоние, исходившее из помещения, как и на потрёпанный вид бравых воинов. Куда важнее было то, что все были живы, и имели прежнее количество конечностей. Такое Зеф пока лечить не умел.

– Тогда собирайтесь, нужно привести вас в порядок. Иначе в бордель вас не пустят.

– Никогда не думал, что скажу такое, – виновато прокряхтел Колтун. – Но может обойдёмся пока без женщин, а? Боюсь, у меня на них не хватит жизненных соков.

Да уж, ребята действительно похудели и еле стояли на ногах. Если бы не Зеф, которого после взятия Заставы отрядили лечить раненых приозерцев, то вполне возможно, что и вовсе отбросили бы коньки. Во время последнего штурма он с другими лекарями нёс службу в развёрнутом во дворе крепости госпитале, который чудом не пострадал. А после, по свежим следам сумел разузнать судьбу своих товарищей. Но всё, на что хватило влияния у юного одарённого, так это договориться на ведро воды в день, чтобы пленники не издохли от обезвоживания, да пара мисок каши и ломоть хлеба на всю ватагу. Дезертиров не любят ни в одной армии, даже во вражеской. А наши пленные парни проходили по записям именно так. Новые хозяева крепости, не горели желанием докапываться до правды. И если бы даже там кто-то сдох, то что с того? Никто за это не спросит и никто не накажет.

Повезло ещё то, что приозерцы не знали, что бойцов запирали впопыхах, не удосужившись даже раздеть и досмотреть, отобрав лишь колюще-режущие предметы. Халатность, конечно, но тогда, видимо, всем было не до этого. Зато теперь не нужно искать по всей Заставе броню и прочую амуницию или даже пытаться убедить уже напяливших её на себя королевских солдат "снять и вернуть по-хорошему". Благо, некоторый карт-бланш у меня на это был.

Всё добро предусмотрительно было свалено в самом тёмном углу и накрыто соломенными тюфяками и собственными плащами, чтобы не нервировать новых караульных и не испытывать их алчность. А вот оружие ещё предстояло поискать.

– Ох, Раст, а где твои зубы? Тебя жизнь помотала похлеще нашего?

Пруст, подслеповато щурясь, посмотрел на пришедшего вместе со мной Раста, у которого помимо недостающих зубов всё лицо пестрело разными красками, от светло-жёлтой, до тёмно-фиолетовой.

– Зубами я вцепился в наше потом и кровью нажитое добро, которое победители почему-то посчитали за свои трофеи. Вот и потерял парочку…

– И что, много пограбили? – озабоченно спросил Колтун.

– Да не особо, – покачал головой Раст, помогая Шусту медленно шагать по коридору, из-за ранее полученной травмы он и так похудел, а теперь и вовсе выглядел как скелет. – Девок наших тоже всех уберёг. В подполе отсиделись. Король Казантир быстро навёл порядок среди своих головорезов, волнения и грабежи закончились, толком не успев начаться. Ну а далее армия снова двинулась в поход, оставив здесь гарнизон в полтысячи бойцов, чтобы удерживать стратегически важное место, да и спокойствия ради.

– Помолчите лучше, пока в себя не придёте, – посоветовал я. – Берегите силы, немного осталось. Там телега ждёт, прямо на выходе из крепости, дальше полегче будет. Рассказать и вам и мне предстоит немало, так что лучше это делать, когда старуха с косой не будет маячить у вас за спиной.

– Какая ещё старуха? – все невольно обернулись в поисках пожилой женщины с полевым инструментом.

– Да не берите в голову, – махнул я рукой и добавил. – В общем отдыхайте. А я пока пойду потрясу местного интенданта, надеюсь он ещё не успел продать ваше оружие.

На что получил недвусмысленный взгляд от ковыляющего рядом Дунвеста.

Сделав главное на сегодня дело, я занялся остальными. Это сильно помогало отвлечься от то и дело всплывающих в памяти картин опустошённой деревни. Что-то внутри меня почерствело, я чувствовал это. Словно мир снова сузился до одной конкретной цели, напоминая мне, что моя жизнь пока что мне не принадлежит.

Я и парни живы, как, надеюсь, и Марика, если послушала моего совета. Да и храм Т'ара уцелел, твари чудом не успели до него добраться, столкнувшись с авангардом королевской армии, а затем и с основными её силами. Но теперь это уже не моя забота. У Солнечной долины теперь есть целый король, а меня здесь больше ничего не держит. Разве что нерешённые финансовые дела.

– Вот список оружия, которое необходимо отыскать и вернуть владельцам, – я выложил бумагу перед интендантом. – И рекомендую отнестись к поручению серьёзно.

Следом за первой бумагой в ход пошла вторая, на которой красовалась личная печать короля Казантира. Интендант недоверчиво поглядел на неё, покрутил перед глазами, после чего, не проявляя особого пиетета к столь важному документу, отправился на поиски.

Я же, облокотившись на стену и воспользовавшись паузой, вновь пытался уложить по полочкам произошедшие за эти несколько дней события. Так уж вышло, что я теперь лично знаком с королём Казантиром. Тем самым, который развязал войну между королевством и княжеством, положив на алтарь войны тысячи жизней. Тем самым, по чьему приказу приносились в жертву одарённые дети ради получения жертвенных кристаллов и их последующего обмена на деньги и помощь ковена.

А ведь слуги Отрёкшегося перехитрили всех. Какие бы цели они не преследовали (а у меня были подозрения на этот счёт), но своего они добились. Вряд ли Казантир ожидал такого удара в спину, вряд ли был готов к такой плате за полученную помощь при взятии Заставы. По крайней мере, когда я его видел в первый и последний раз, он был занят поиском колдунов в своих рядах с целью их умерщвления. Поэтому, когда нас с Кромвелем заметили бредущими по лесу в сторону деревни, он лично явился к нам вместе с несколькими боевыми магами, чтобы «поприветствовать».

Но, к его чести, не поленился выслушать нашу версию событий. Как я понял, он был мастером аспекта контроля, потому даже Кромвель выложил ему всё как на духу. Ну а я, как всегда, старался говорить «правду», не навредив при этом себе.

Узнав от нас много нового, как это ни странно, он пообещал отпустить обоих на все четыре стороны, предварительно выяснив у меня всё, что я знаю про демонов и их убийство. Здесь я снова поведал «всё что мог», так как королевским войскам действительно ещё предстояло вычистить местные леса от уцелевших тварей, и я не вижу в этом ничего плохого. Но несколько деталей, не относящихся напрямую к делу, всё же я утаил.

А ведь в этот раз обратились только люди, по крайне мере солдатам противостояли только слабые демоны. Слабые опять же по меркам тех, которых я видел раньше. Но даже эти изуродованные и не до конца сформировавшиеся монстры были крайне опасны. Каждый из них стоил 3-х или даже 5-ти рядовых солдат, а численность… точно неизвестно, но далеко не все в деревне обратились, многих ждала иная участь. Тварями обуревала жажда убийства и голод, вытеснившие человеческий разум. Многие из них отчаянно бросались даже на строй копейщиков, но были и те немногие, кто предпочёл укрыться в лесу. И их ещё предстоит отыскать, пока они не отожрались и не стали чумой для Солнечной долины.

В общем, убедившись, что мы с Кромвелем маги-наёмники, невольно покаравшие предателей из ковена, король предложил нам службу, от которой мы оба вежливо отказались. После этого нас выпроводили подальше, выдав в дорогу верительную грамоту. Денег к ней, к сожалению, не прилагалось. Как не видать нам и денег по контракту, в нашем распоряжении остались только те, что мы уже успели получить. Наёмники, выбравшие неправильную сторону конфликта, часто не получают обещанной награды.

В общем, пока мы с Кромвлем добирались в Заставу, у нас было время подумать о многом, и о многом поговорить. И оба мы решили покинуть это место, дабы оказаться подальше от наших ночных кошмаров.

– Нашёл, что смог, – интендант, прервав мои размышления, начал выкладывать передо мной оружие, которое я хорошо знал.

– Не вижу здесь меча, – сухо отметил я. А ведь именно за ним в первую очередь я сюда и пришёл. Меч Дунвеста стоил много больше, чем всё остальное вместе взятое.

– Ну так… Говорю же, всё что есть…

Я ещё раз постучал пальцем по предъявленной верительной грамоте, в которой король лично распорядился "не чинить препятствий и оказывать помощь наёмнику Мазаю и его людям", пока те не покинут пределов королевства. В ней было много оговорок и даже конкретные сроки, в которые мы должны были уложиться, но "сохранение личного имущества" там был прописано отдельным пунктом.

– Ну а что я сделаю, коли на складе нет?

– Ну как минимум вспомнить, кто к тебе недавно заходил?

– Так не с пустыми же руками заходил…

Такой толстый намёк не понять было сложно. И может, раньше я бы даже подыграл, чтобы не привлекать лишний раз внимание ни к себе, ни к этому далеко непростому клинку. Вот только настроение сегодня было паршивое.

– Ты что, паскуда, решил ослушаться королевского указа? – «страх» сковал его тело, на лице выступил пот, оттопыренная нижняя губа мелко задрожала.

– Я?.. Нет! Я же…

– Говори, **#*#**!

– Господин сотник лично осматривал наиболее ценные трофеи! – выпалил он. – Некоторые унёс с собой.

– Ясно…

Что ж, с благородным будет куда сложнее, но не отступать же. Сотник нашёлся там, где ему и положено быть в послеобеденное время – на импровизированном ложе под навесом, скрывающим его от излишне утомительного сегодня солнца. Он рассматривал марширующих бойцов, попивая холодный квас, и то и дело рявкал на своих не слишком усердных, по его мнению, десятников. Ну а те в свою очередь передавали посыл своим подчинённым, тем самым создавая известную в любой армии мира (и не только этого) цепную матерную реакцию.

– Господин, я к вам с распоряжением короля, – сразу огорошил его я.

Если ходить вокруг да около, то точно буду послан нахер в грубой форме. А так даже аристократ не сможет отмахнуться от меня, как от назойливой мухи.

– И каким же? – позу свою сотник не поменял, но его цепкий взгляд оценивающе пробежался по мне.

– Помочь с розысками оружия, пропавшего со склада. Меч принадлежал наёмникам из отряда Бешеные зайцы, которые указом короля были поощрены верительной грамотой.

– И на чьей же стороне воевали эти славные ребята?

– Так ли это важно, если есть грамота с королевской подписью и печатью? Любой маг на службе короля подтвердит её подлинность…

– Не вижу в этом смысла, – перебил он меня. – Как и в том, чтобы продолжать с тобой, наёмник, этот разговор. Пошёл вон.

Излишне спокоен, а значит врёт, и меч у него. Ну может всё-таки дать ему ещё одну попытку решить всё по-хорошему?

– Господин, прошу прощения за назойливость, но может вы всё-таки знаете что-то об этом мече? Его трудно спутать с каким-то другим, всё-таки меч из Закатного королевства. На рукоятке характерный символ заходящего в море солнца. Может слышали о подобной находке, или у вас есть догадки, где он может быть? В этом случае, мы могли бы встретиться завтра, и ещё раз это обсудить. Моя благодарность была бы «весомой».

Лицо сотника нахмурилось, а глаза превратились в две маленькие щелочки, что даже не верилось, что он сквозь них хоть что-нибудь теперь видит.

– Можешь засунуть свою благодарность себе поглубже в жопу и пообильней смазать её своим же говном. А если ты сейчас же не скроешься с моих глаз, то туда же я засуну свой сапог. Тебе **#*#** ясно?!

Куда же ещё яснее? Очередной обозревший мудак, возомнивший из себя хрен знает что. Ну да ладно, главное я узнал, осталось теперь выяснить, где наш сотник поселился в Солнечной. Такие люди предпочитают комфорт, и вряд ли он решил разместиться прямо в крепостных стенах, когда есть возможность для выбора. А пока есть и другие дела.

Контора встретила меня тишиной и безмолвием, я даже испугался сначала, решив, что произошло что-то страшное. Но появившаяся Ланита уверила меня, что всё в порядке, и все банально спят. Пока меня не было, изрядно исхудавшие парни успели помыться, наестся бульона и завалиться спать. Один лишь Раст мирно сидел возле незажжённого камина и что-то потягивал из кружки. Я уселся во второе кресло, чтобы скоротать время за беседой. Но вместо расслабляющего разговора ни о чём пришлось давать серьёзные ответы. И даже не Расту, а скорее себе самому.

– Что дальше, Мазай? Какие планы у Зайцев?

– Почему ты вдруг спрашиваешь? План наведаться в дом удовольствий, когда ребята немного наедят себе сала, тебя не устраивает?

– Ты понял о чём я говорю. Я же вижу, что ты не хочешь здесь оставаться дольше, чем того требует положение дел. Ты уйдешь, а вместе с тобой и парни, они же за тобой хоть в Бездну готовы сунуться.

– А ты? Уже не готов?

– А мне и тут хорошо, – на удивление честно ответил Раст. – Дерьма и вокруг хватает, чтобы за ним ещё лезть в гости к демонам. Ты был прав, мы вложили слишком много, чтобы легко теперь с этим расстаться. По крайней мере, мне будет тяжело. Прикипел я к этому месту, к Долине, к людям. Да и стар я стал для походов, не телом, так духом. Меня ведь и не тянуло никогда к оружию, не по своей воле пришлось за него взяться. А теперь вот вспомнил, что мне действительно хорошо удаётся делать. Вновь связями оброс, идей много в голове роится… Думаю вот дело своё начать. Так что не держи зла, но, если позволишь, я бы хотел попробовать себя на другом поприще. Текущие дела отряда, конечно, все завершу, за все монеты отчитаюсь, а потом…

– А кто тебе сказал, что нам обязательно нужно идти разными дорогами? – спросил его я. – Для новых дел нужны ресурсы, люди, площади… Разве нет? Всё это есть у меня. На всё это, как ты сам сказал, потрачено немало денег. Моих денег.

– И ты готов… вложиться? – спросил Раст и окунул свои усы в кружку. Держу пари, чтобы скрыть свою улыбку. Да этот старый пройдоха разыгрывает мне тут запланированную драму!

– Конечно, дружище! – воодушевлённо воскликнул я. – И всего-то за 9/10 прибыли от этого дела!

Даже приятно было увидеть, как Раст поперхнулся отваром, после чего и вовсе пролил половину содержимого кружки себе на штаны. Надеюсь, не обжёгся. Вся его напускная грусть и усталость в раз куда-то подевались.

– Сколько?! – вскочив заорал он. – Это же грабёж! Я буду денно и нощно вкалывать, а ты появляться пару раз в год, чтобы собрать все сливки? Куда такое годится?!

– Ну сам подумай, – возразил ему я. – Как быстро ты сможешь окупить стоимость двух выкупленных по твоей инициативе дворов? Чем ты будешь платить своим людям и наёмникам, которые будут охранять твоё добро от жадных и беспринципных людей? А ведь тебе ещё нужен стартовый капитал, чтобы развернуться. К тому же у меня есть одна интересная идея, которая может помочь нам заработать круглую сумму довольно быстро…

Ну а дальше начался торг, утомительный и порой грозящий перерасти во взаимные проклятия, но завершившийся, как мне показалось, вполне достойным решением для обеих сторон. 60% прибыли причиталось мне, 20% забирал себе Раст, ещё 20% должны было пойти на формирование подушки безопасности для нашего совместного предприятия. Форс мажоры они такие, случаются чаще чем их прогнозируют…

В распоряжении Раста оставались все наёмники, вступившие в отряд уже здесь, в Солнечной. Парни в боях зарекомендовали себя с хорошей стороны, а для нового дела будет нужна охрана и для складов, и для каравана. Также я дал ему карт-бланш по найму ещё нескольких человек, но при условии, что у них уже будет наработана хорошая репутация. После разгрома гарнизона Заставы сильнее всех пострадали Буресветы, до последнего сражавшиеся бок о бок с дружиной Ратимира. Но всё же многие уцелели, и теперь искали новую работу. На них следовало обратить внимание в первую очередь.

А ещё у Раста теперь был отличный торговый обоз, выкупленный мной у Ланиты. Да и её семья и несколько рабочих в придачу оставались в его распоряжении. В общем, всё было прекрасно, если бы не одно «но». Прибыль лишь предстояло получить, а вот круглую сумму денег уже предстояло выложить на стол.

– Двадцать золотых?! А может тебе для начала сгодится сумма поскромнее?

– Я уже всё посчитал, меньше никак. Но и больше ненужно. Дальше сможем поддерживать оборот за счёт прибыли, так что на какие-то выплаты раньше середины зимы не рассчитывай. Тем более, деньги такие есть, по бюджету Зайцев это не должно сильно ударить. То барахло, которые эти охламоны притащили с гор, я умудрился продать за 26 полновесных монет.

– Ого, – не удержался я, поздно спохватившись о том, что не стоит нахваливать своего делового партнёра, пока бумаги ещё не подписаны.

– Вот именно! – самодовольно воскликнул Раст. – Кто ещё смог бы так удачно сбыть этот хлам?

– Ну не преувеличивай, – осадил его я. – Ребята отбирали только самое ценное, да и мы были сильно ограничены весом, так что, притащили, что смогли. Кстати, не забывай, что немалая доля во всём этом принадлежит именно им.

– И всё же, 20 монет – это то, на что необходимо рассчитывать, если мы хотим вести серьёзные дела, а не играться в лавочников. Кстати, что ты говорил об одной идеи, которая поможет нам быстро подзаработать?..

– О-о, мой нетерпеливый партнёр, об этом ты узнаешь, как только мы подпишем все необходимые бумаги, оформлением которых я и предлагаю тебе заняться.

– Так почти всё готово! – воскликнул он, окончательно убедив меня, что с самого начала всё это было разыгранным спектаклем.

Хмыкнув, я встал и направился в столовую, откуда уже слышались голоса первых проснувшихся парней. Если есть аппетит, значит всё в порядке, главное не переусердствовать с приёмом пищи, но вроде неглупые, должны всё сами понимать.

******************************

Холод ночи так и норовил забраться под одежду. Всё-таки с заходом весеннего солнца уходило и принесённое им тепло. А плащ я сегодня не взял намеренно, неудобно в нём передвигаться бесшумно и лазить по стенам.

Три дня прошло с нашего памятного разговора с сотником, отказавшимся возвращать понравившийся ему меч. Этого времени нам вполне хватило, чтобы узнать, где он разместился, и даже выяснить его распорядок дня. Хотели понаблюдать ещё, но Макар и его товарищ, которые по-прежнему выполняли мелкие поручения отряда, доложили, что с вечера важный господин отбыл в местный дом удовольствий по случаю своего скорого возвращения в Железный город. Поэтому мы решили не мешкать.

– А ведь здесь раньше Ратимир жил, – сообщил мне Дунвест. – Вот только слуг вдвое меньше осталось, половина разбежалась после смерти прежнего хозяина.

– Нам это только на руку. Меньше людей, меньше вероятности быть замеченными. Когда там Шуст уже спустит своего Малыша?

– Ч-ш-ш, – прижал Колтнун палец к губам. – Слышите?

И точно, сначала послышалось редкое гавканье, которое постепенно переросло в отчаянный лай своры собак. Оба местных цепных пса не смогли устоять и поддались провокации. Тем более Малыш, поощряемый своим любимым хозяином, изголялся как мог, бросался на забор и по собачьи материл своих собратьев по ту сторону, охраняющих двор большого двухэтажного дома.

– Ты кто такой? А ну убери свою псину? Ты что творишь?

Но Шуст не торопился последовать совету выбежавшего во двор слуги.

– Да не могу я, она не слушается! – крикнул он, сам при этом оставаясь в тени.

Даже когда у калитки замаячили двое солдат, выполняющие функцию охранников, он не дрогнул.

– Мужик, ты **#*#** что ли? Не слышал, убери свою собаку, а не то порубим её ** #*#***!

– Да говорю, же, взбесилась! Не могу оттащить!

– Нет?! Ну мы тебя предупредили…

Лай и ругань заполнили собой всё пространство, скрывая наше продвижение с противоположной стороны. В вышедших за ворота охранников из близлежащих кустов полетели заранее заготовленные комья навоза, сдобренные обидными выкриками. В общем, страсти только накалялись.

– Пошли, – скомандовал я рыжему. – Подсади меня.

Всё это время я отслеживал сигнатуры людей в доме, к тому же нам хорошо было известно расположение спален. Один из бывших слуг любезно поделился с нами этой информацией. Нового сотника он не взлюбил всеми фибрами души.

Стоя на вытянутых вверх руках рыжего напарника, я чувствовал себя девочкой-чирлидершей. Колтнун же кряхтел от натуги, понятия не имея ни о каком чирлидинге, но по-другому до окна второго этажа было просто не достать. Вставив длинный кинжал между створок и поддев запирающий их крючок, я отрыл ставню. Оставалось только подтянуться, ухватившись за подоконник, и сползти внутрь комнаты, стараясь при этом не наделать лишнего шума.

В спальне было ещё темнее, чем на улице. Так что найти здесь хоть что-то было бы очень проблематично. К счастью, у нас был способ получше, чем просто переворачивать комнату вверх дном без какой-бы то ни было веры в результат.

Наконец, над подоконником показались руки и голова Дунвеста, и я помог ему проделать оставшийся путь.

– Ну что, чувствуешь что-то? – спросил я его шёпотом.

– Подожди, дай в себя хоть прийти.

Дунвест замер на какое-то время, словно вслушиваясь в пространство. Всё-таки это был его меч, и он отзывался своему хозяину, правда не на очень большом расстоянии. Постояв пару секунд, он уверенно двинулся к большому деревянному шкафу. Открыв его, он пошарил там среди одежды и почти сразу выудил завернутый в чёрную тряпку свёрток. Что, так просто?! В платяном шкафу?! Новый хозяин дома точно не представлял истинную ценность попавшего ему в руки клинка. Что ж, тем проще, а нам пора уходить.

Вдруг живот Дунвеста отчётливо и достаточно громко забурчал. Тот аж замер посередине комнаты, по-прежнему сжимая драгоценную ношу.

– Идём, чего встал? – поторопил его я.

– Подожди, – ответил он, а на взволнованном лице проступили капельки пота.

– Да что такое? Нужно уходить.

– Не могу, – неожиданно заявил бывший рыцарь. – Подержи-ка.

Вдруг Дунвест вручил мне свой драгоценный меч, а звуки урчания его живота послышались вновь и даже казалось стали громче. Сам он спешно двинул обратно к платяному шкафу.

– **#*#**, что происходит? – непонимающе зашипел я.

– Что-что… видимо, рановато я на жирное начал налегать.

– И что, прям невтерпёж?

– Представь себе, да, – сам он уже забрался в большой шкаф, и хотел было разместиться поудобнее, как на его глаза попался красивый кожаный сапог. – Что там этот мудак говорил тебе про его сапог и твою жопу?

– Дунвест, **#*#**, не надо, ты же рыцарь!

– И что мне теперь, говно в себе держать?

Дунвест спустил штаны и уже примерился к раструбу сапога, но в последний момент решил пожалеть мою психику и прикрыл за собой дверку шкафа.

Но вот избавить мой слух от доносящихся оттуда звуков было не в его силах.

Ушли мы не сказать, что по-английски, но и прощаться ни с кем не стали. Спустились всё тем же путём, и в том же месте перемахнули через забор. И хоть никто за нами не гнался и не следил, но все понимали, что достаточно быстро ниточки приведут к нам в контору. Поэтому придётся попросить о помощи.

Глава 2

Гости пожаловали с самого утра, разбудив добрую половину обитателей нашей конторы. Вторая и так уже собралась в столовой, ожидая чем их сегодня будут потчевать.

– Отрывай, сраный ублюдок! А не то дверь с петель ссадим!

От поднявшегося шума аппетит пропал довольно быстро. Посетители долбили сапогами в закрытую калитку ворот, периодически выкрикивая угрозы и требования, перемежая их с нецензурной бранью. А Малыш бесновался во дворе, надрывно облаивая таких невежливых людей. Откладывать неприятный разговор не входило в мои планы, поэтому я лично отправился к ограде, пока дебоширы не начали воплощать свои угрозы в жизнь. Но за моей спиной замаячили Горунар и Колтун, побросавшие ложки и решившие, что представление во дворе обещает быть интересней чем даже завтрак.

– Не шумите, уже идём! – крикнул я, подходя к забору.

– Я тебе дам, не шумите, **#*#**! Живо открывай ставни!

Распахивать ворота целиком, как того требовал сотник, я не стал. А маленькая калитка не могла впустить в себя разом всю собравшуюся там толпу. Даже на первый взгляд тут топталось не меньше десятка вооружённых королевских гвардейцев. А с ними сам сотник, который, судя по всему, ещё не был до конца трезв, отчего злость на его лице была сдобрена красными пятнами на щеках и синими мешками под глазами. Дом удовольствий – непростое испытание, сил отнимает немало, это мы по себе знали.

Тем забавнее было видеть, когда этот пыхтящий перегаром благородный муж первым ринулся во двор, но треснулся носом о невидимую преграду моего щита, затянувшего проём открытой калитки.

– Что за фокусы?! – взревел он. – Ты совсем **#*#**?! На плаху захотел?!

– За что же это? – я попытался быть искренним в своём вопросе. – Это территория принадлежит нашему вольному отряду на законных основаниях, которые подтвердил король. Вы же, наплевав на это, пытаетесь ворваться сюда без каких-либо бумаг и с отрядом вооружённых людей.

– Ты со мной в закон собрался поиграть, **#*#** спятивший? Да кто ты такой, чтобы с тобой по закону дела решать?! Опять грамоту показывать будешь? Да ни **#*#** не стоит твоя бумага в руках безродного наёмника! А ну парни, сломайте ему пару рёбер, а будет сопротивляться, отхерачьте яйца. Не убивайте только пока, он ещё кое-что рассказать мне должен. Выполнять!

Примись солдаты рубить мой щит, и он сдох бы за пару ударов. Но до этого, к счастью, не дошло.

– А в моих руках такая грамота что-нибудь будет значить? – спросил Кромвель, театрально появившийся в самый последний момент прямо за спинами собравшихся у наших ворот людей. А ведь я просил его прийти пораньше!

– А ты ещё кто? – развернулся у нему сотник.

– Можете обращаться ко мне господин Кромвель, имперский маг и аристократ. А ещё человек, который лично оказал большую услугу королю Казантиру, за что получил от него верительную грамоту. Так что же вам нужно от моих людей?

– Так это ваши люди? Значит и вы в ответе за воровство и все мерзкие пакости, учинённые этими выродками?!

– Поосторожнее с обвинениями, если не хотите потерять ещё больше. Такие оскорбления нередко приводят даже к смерти, особенно когда вы адресуете их магу.

Я почувствовал короткий всплеск силы перед тем, как "пресс" ненадолго обрушился на стоящих рядом с сотником бойцов. Те от неожиданности припали на одно колено, а кто-то и вовсе потерял равновесие. Не осталось это незамеченным и для их командира.

– Что ты… вы себе позволяете? – прошипел он, поправляясь на ходу. – Вы не у себя на родине!

– Я лишь предостерёг вас и ваших людей от необдуманных поступков, господин сотник. И теперь, надеюсь, мы можем поговорить спокойно. Так что же было украдено, не поведаете мне?

– Он знает, что! – раздражённо выпалил сотник, тыча в меня своим трясущимся от похмельного тремора пальцем.

– Зато не знаю я. Ну же, не стесняйтесь, говорите.

Раскрасневшийся мужик засопел как паровоз. Еле сдерживаемая ярость граничила с усталостью от бессонной ночи. Но статус и сила Кромвеля сделали своё дело.

– Это не так важно. Но он пробрался в мой дом и осквернил мою спальню, и я требую призвать его и его подельников к ответу!

– Подельников? Вы утверждаете, что он был не один?

– Один человек не смог бы… наделать столько.

– Что ж, осквернение спальни благородного – безусловно серьёзное нарушение, – важно кивнул маг. – И требует тщательного разбирательства и последующего наказания. Но для начала сей факт должен быть доказан. Итак, для выяснения правды я бы предложил свои услуги, но боюсь, меня вы посчитаете предвзятым. Тогда может обратимся к новому главному магу Заставы, назначенному королём? Думаю, он не откажет в просьбе и отвлечётся от своих дел, если мы попросим его об этом вместе.

Хмурый сотник заиграл желваками, но в нерешительности пока просто стоял и пучил свои глаза то на Кромвеля, то на меня. Наконец, решив что-то для себя, он выпалил:

– Хорошо, но вопросы задавать буду я. И если окажется, что я прав, то никакая бумага, даже подписанная лично королём, не спасёт этого ублюдка! Как и того, кто его прикрывает.

После чего, стараясь сохранить как можно больше достоинства, он развернулся и приказал своим людям следовать за ним. Те, надо сказать, подчинились крайне охотно.

– А без всяких проверок никак? – спросил я мага, когда тот зашёл во двор.

– А ты как себе это представлял? Что я их всех расшвыряю в разные стороны, а самого наглого заставлю голышом бежать через всю Солнечную? Ты, кстати, про "осквернение", ничего мне не говорил.

– Да там ничего прям уж такого, так, естественные потребности…

– Тогда тем более. К тому же, мне-то ты можешь не врать, на допросе тебе бояться нечего. Я слышал, что ты отвечал королю.

Никаких обличающих себя комментариев я давать не стал. Иногда лучше просто хранить молчание, чтобы сказанное тобой не было использовано против тебя же. Но и то, что Кромвель определённые выводы о моей персоне для себя уже сделал, я тоже запомнил.

Допрос состоялся этим же вечером, так как уже на следующий день сотнику предстояло с частью людей отбыть в Железный город. Допрос проводил уже немолодой и, по словам Кромвеля, недавно получивший свою 4-ю ступень маг, с сильным уклоном в аспект контроля. От того он вёл себя надменно и даже снисходительно, на равных общаясь только с моим наставником. Вопросы он транслировал те, что подготовил пострадавший, ну а я почти всегда уверенно и отрицательно на них отвечал. Лишь один раз я сказал «не знаю», когда меня спросили, известно ли мне, кто тогда причастен к этому ужасному акту вандализма.

– Он лжёт! – под конец нервы сотника сдали. – Нужно проверить всех остальных членов этого ублюдского отряда!

– Успокойтесь, – устало и даже раздражённо сказал маг, согласившийся провести допрос. – Соврать мне он попросту не может. Что вам делать дальше, решайте сами, но меня прошу впредь по этому делу не беспокоить.

В общем, сотник остался ни с чем, ну а мы – с зачарованным мечом, хорошим настроением и весёлой историей. Правда, ко всему этому прилагался ещё один нажитый враг в лице затаившего обиду благородного. Хоть он и готов был исчезнуть из поля нашего зрения в самое ближайшее время, но пакость может прилететь в любой момент, когда её меньше всего ждёшь. Тем больше поводов и нам не задерживаться и поскорее покинуть это место.

– Думаю, дней через 10 мы будем готовы выступить, – сообщил я Кромвелю, когда мы шли обратно. – Ты ещё не передумал нанять нас?

– Нет, не передумал. После сдачи экзамена на ранг мастера я буду уязвим. Мне понадобиться ваша защита на некоторое время.

– Тогда почему бы тебе не сделать это в Триеме? Город хоть и полон надутых идиотов, но всё же мне показался достаточно безопасным. К тому же Империя как никто заинтересована в новом маге ранга мастера. Первом за столько лет.

Кромвель скептически хмыкнул, после чего всё же решил пояснить.

– Империя – это прежде всего Император и кучка влиятельных родов. У императора есть легионы, а у родов маги и деньги. Без любой из этих составляющих Единая рухнет как облюбованная бобром сосна. На этом понимании и держится хрупкий баланс сил могучего государства. Но это не значит, что внутри него никто не пытается тянуть одеяло на себя, строя козни друг другу и претендуя на кусок пожирнее. А знаешь кого в Империи любят меньше всего?

– Безродных наёмников? – наугад предположил я.

– Почти, – неожиданно согласился со мной Кромвель. – Тех, кто не хочет выбирать сторону. Я отказался от всех предложений примкнуть к тому или иному роду. Как отказал я и Императору вступить в один из его легионов.

– Теперь я понимаю, почему так много о тебе говорят в имперской академии и отчего так много у тебя там недоброжелателей.

– Я бы предпочёл не иметь этой славы, тем более что это лишь полбеды. Гораздо хуже, что все знания о сильных техниках сосредоточены в руках родов или самого Императора, которыми они готовы делиться лишь за заслуги и верность. Мне же приходилось по крупицам выгрызать сведения, скитаясь по всему миру и соглашаясь на самые авантюрные предложения. Дошло до того, что эти напыщенные снобы из Академии под надуманным предлогом выставили меня вон, забрав единственный постоянный источник дохода.

– В итоге ты пришёл к цели. А они нет.

– Ещё не пришёл, – поправил меня он. – И именно поэтому я хочу нанять Зайцев.

– Что тогда насчёт предложения магистра Протеруса? Он, кажется, недвусмысленно дал понять, что готов оказать тебе поддержку, если ты выберешь Орден Веры на Расколотом острове.

– Тогда я буду зависеть уже от него. Он слишком силён, и мне неизвестны его мотивы. К тому же в Закатном ещё не утряслись все последствия гражданской войны, не самое безопасное место.

– Тогда…

– Если ты про Золотую башню, – перебил меня Кромвель. – То снова нет. У меня попросту нет 500 золотых, чтобы пройти аттестацию там.

– Сколько?! – охренел я от озвученной суммы.

– Вот именно, северяне просят в пять раз меньше. Поэтому Греш и его Круг тайных знаний видится мне наиболее рациональным вариантом. Для них я всего лишь очередная возможность пополнить казну, а моя репутация в Империи, наоборот, сыграет положительную роль.

– Мне кажется, ты сейчас пытаешься притянуть за уши все свои доводы, чтобы оправдать уже принятое тобой решение. Но кто я такой, чтобы тебя отговаривать? Мы согласны тебя сопровождать, нужно лишь обсудить условия.

– Ну денег много не предложу по причине предстоящих трат. Не хотелось бы стать первым в истории мастером с голой задницей, не солидно это. Скажем 5 золотых в декаду, это видится мне разумным.

– Это едва покрывает гонорары моих бойцов, ты должен это понимать не хуже меня.

– Как и то, что ты нигде не найдёшь наставника лучше меня.

Не поспоришь, но и идти на поводу и нахваливать его я тоже не хочу.

– Хорошо, но тогда в поход выйдут не все. Часть людей я оставлю здесь, им найдётся другое применение. Итого нас будет ровно десять человек вместе с тобой. Есть в этом что-то символичное, не находишь?

– Не верю я в символы. Но пусть так.

На том и порешили. Впереди были сборы и целый ворох дел. Не обошлось и без новостей и даже неожиданных встреч.

******************************

Хорки ворвался в кабинет словно ураган и обрушил на нас свой словесный поток.

– Они поймали, одного! – сходу заорал он. – Сивый помог им загнать. Порубали изрядно, но всё равно, там, где надо, туша, можно сказать, целая! По крайне мере наш мрачный в этом уверен. И я договорился! Просят они 25 золотых! Вернее, просили 40, но мне удалось скинуть до 25! Времени у нас в обрез, если завтра к ночи не привезём деньги, то сделки не будет, да и брать там уже будет нечего!

Следом в кабинет ворвался Раст, прослышавший про деньги и добавляя ещё больше сумбура.

– Сколько? 25 золотых? Вы спятили! – завопил он. – Какие у нас гарантии, что мы сможем продать это дороже? Да даже если сможем, то кто поручится, что нам это так просто сойдёт с рук?

– Продать сможем, – рассудительно заявил Дунвест, который и так в этот момент был в кабинете. – В Закатном точно можно будет выручить вдвое больше. Даже если вычесть расходы на доставку, всё равно получается выгодно. Но Раст прав, связываться с Орденом – дело хлопотное, а продавать кому-то в обход – и вовсе опасное.

– А кто вам сказал, что мы повезём его так далеко на запад? – огорошил всех я. – Есть заинтересованные лица куда ближе. И, бьюсь об заклад, цену они предложат тоже более интересную. Хорки, бери малый обоз и Колтуна с Горунаром в сопровождение, вместе едете к Сивому и соглашаетесь на сделку. А ты Раст займёшься логистикой, конечную точку маршрута мы с тобой обсудим, но пока ориентируемся на ближайший пограничный пункт на имперской границе. Давайте, за дело, время не ждёт!

Хорки и Раст вышли, а Дунвест всё же задержался ненадолго.

– Уж не госпоже ли Деневиль ты собрался предложить свой «товар»?

– А если и так? – спросил я его. – Может, ты хочешь лично его доставить? А что, попросим тогда не 80, а все 100 монет!

– Это ты меня что, в 20 монет что ли оценил? – не понял бывший рыцарь, даже обиделся немного.

– Э нет, боюсь, что столько за тебя готова дать лишь одна наша общая знакомая, и то, потому что верит, что сможет использовать тебя в очередной своей авантюре. Ну может ещё новый король Приозерья будет готов выложить столько же, посчитав это приемлемой тратой за возможность прилюдно покарать цареубийцу и тем самым поднять свою репутацию среди простого люда.

– Я, пожалуй, лучше с тобой останусь, забесплатно, – пробормотал он.

– То-то же. Кстати, скажи, нам точно не ждать от тебя новых сюрпризов?

– Ты же сам сказал, что печать на человека можно наложить только одну, так как следующая ложится поверх предыдущей.

– Это не я сказал, а Кромвель, как и то, что вместе с отработанной печатью снялась и поставленная метка. Но он всё-таки не по этой части специалист. А Казантир – мастер, и кто-его знает, что он может на самом деле, и какие рамки очерчены для его заклинаний.

– Ну тогда тем более меня не спрашивай, – развёл руками Дунвест. – Мне-то почём знать? Но если думать холодной головой, то я Кромвелю верю. Казантир силён и умён, это верно. Но не думаю, что он рассчитывал использовать меня и дальше, после взятия Заставы. Я для него – один из множества отработанных сценариев.

Похоже на правду, иначе сложно объяснить почему он проигнорировал, тот факт, что цареубийца сидел у него под носом, если всё-таки мог его отследить. Скорее всего, ему доложили, что все захватчики надвратной башни погибли. Прорыв в итоге обеспечили маги-предатели, ударившие на левом фланге стены по её защитникам. Их, кстати, тоже ищут. Но не для того, чтобы наградить, а дабы четвертовать как пособников ковена.

– Ты прав, не будем предаваться паранойе. Тем более, мы вскоре окажемся достаточно далеко отсюда, чтобы перестать этого опасаться.

– И куда же мы отправляемся? Надеюсь, не в Трием, чтобы лично доставить посылку?

– С этим справится Раст и оставленные с ним парни. Нам бы ещё какого-нибудь толкового десятника, чтобы быть спокойнее. Иначе придётся оставлять Сивого, а я всё-таки вижу его подле себя.

И снова наш разговор прервали, но на этот раз куда более деликатнее, аккуратно постучавшись в дверь.

– Войди, – разрешил я.

На пороге кабинета оказался Пруст, который принёс интересные и такие своевременные новости. Братьев я снова отрядил на поиск толковых новобранцев. Правда, сейчас это делать было куда сложнее, немало людей после всей этой бойни решили и вовсе завязать со своей профессией. Да и у нас в отряде среди новичков потери были серьёзные… В общем, неохотно идут люди на «собеседование».

– Дело есть, Мазай. Сегодня случайно столкнулись с остатками одного отряда, они уже покинуть Долину собирались, но я уговорил пока задержаться, хотя бы до завтра. Ребята все бывалые, опыта побольше чем у нас, но и просят немало.

– Ну так в чём проблема? Пусть Дунвест их проверит, а там уже будем решать с размером гонораров.

– Всё так. Но там есть несколько моментов. Во-первых, главный их согласен только на должность десятника, не меньше. А те двое, что с ним, без своего старшего на найм не подпишутся. Во-вторых, воевали они на стороне приозерцев, и почти весь отряд погиб под стеной во время последнего штурма.

– По первому пункту – это даже хорошо. Если люди не хотят покидать своего командира, значит ценят его. А хороший десятник нам пригодится. Что же касается того, кто и как воевал… мы же наёмники, нам платят, мы сражаемся. Если не выяснится, что кто-то из наших поубивал бойцов из их отряда, то я не вижу причин отказывать им. Скрытые мотивы мы тоже сможем выявить, так что…

– Понял, тогда сегодня же они прибудут во двор, – Пруст кивнул нам обоим и пошёл договариваться.

– Надеюсь, они смогут хоть немного меня повеселить, – по-стариковски хмыкнув, выдал Дунвест.

Будь на его месте кто-то другой, то это могло показаться бравадой или самоуверенностью. Но это был Дунвест, поэтому его слова нужно было воспринимать буквально.

******************************

Проверка состоялась уже на закате. К тому моменту Хорки вместе с товарищами отбыли в окрестности Заречной, чтобы решить одно деликатное дело. Сначала я подумывал отправиться вместе с ними, учитывая цену вопроса, но в конце концов всё же решил довериться им и Сивому, который ждал их на месте.

Поэтому, стоя сейчас в тени и наблюдая за первыми поединками, лишь один я из всей нашей компании мог в полной мере насладиться моментом. Причём дважды.

Сначала всё шло обыденно. Дунвест был хорошим наставником и не менее хорошим экзаменатором. Он давал людям проявить себя, чтобы в полной мере оценить их потенциал и способности. Тем более, что каждому претенденту выдавали защитный амулет, а у Дунвеста он был свой. Зеф на всякий случай тоже был рядом.

По результатам проведённых спаррингов бывший командир мрачных отрядов даже пару раз одобрительно кивнул. Пруст и Шуст тоже, судя по всему, остались довольны, так как уже начали шептаться о том, сколько было бы разумно им предложить. Но тут настало время поединка с их лидером.

Глядя на меч в руках ещё достаточно молодого бойца, Дунвест прищурил глаза. То, что оружие ему понравилось, я понял сразу. Ну а дальше стало совсем интересно. Претендент не пытался продемонстрировать свои умения, он просто вёл поединок. Словно не его задачей было атаковать экзаменатора, а наоборот. И Дунвест, похоже, принял правила игры. По крайней мере, его удары стали более акцентированы, а в действиях появился напор и настырность. Но парень раз за разом избегал жёсткого противодействия, стараясь не парировать, а смещаться и уходить с линии атаки. За несколько предыдущих поединков он неплохо изучил своего противника и сейчас этим пользовался. В один из моментов, когда уже казалось, что отступать ему некуда, он резко перешёл в контратаку и был очень даже близок, чтобы дотянуться кончиком лезвия до цели.

Но как парень стал в какой-то мере неожиданностью для Дунвеста, так и сам Дунвест смог удивить своего оппонента, отклонившись и плашмя ударив по атакующей руке, а затем в два ложных удара загнав противника в ловушку, из которой тот выбраться уже не смог, схлопотав тычок в грудь. Тот поднял руки, признавая поражение, и коротко поклонился.

Дунвест же двинулся в мою сторону и, подойдя вплотную, негромко сказал.

–– Этого парня надо тащить в отряд.

– Так хорош? – ухмыльнувшись спросил я.

– Так хитёр, – удивил меня он. – И половины не показал, а в конце поддался. Подлатать бы его, да ещё раз погонять.

Тут и я немного призадумался, а так ли я его хорошо знаю?.. Что ж, пора было выходить из тени.

– Творген, это ты что ли?! Какая встреча! – выкрикнул я, направившись к нему. – Судьба свела нас ещё раз, и видимо, неспроста!

– Мазай? Вот же **#*#**, так это твой отряд что ли?! Серьёзно, Бешеные Зайцы? Ты ничего умнее придумать не смог?

Мы ударили по рукам и даже хлопнули друг друга по спинам.

– Ну а как по-твоему я должен был назвать свою ватагу?

– Да как угодно! Столько вариантов, звучных и страшных, гордых и сильных! Выбирай любой!

– И под каким же гордым и славным именем ходил ты?

Насмешливая улыбка Творгена сползла с лица, а сам он, стушевавшись, ответил:

– Ржавые собаки…

– Ну, это, конечно, да… страшно очень… до мурашек.

– Ну так я что сделаю, отряду уже лет пять было, когда мы к нему примкнули. Да мы там толком и не состояли, нас самих было-то всего 5 человек. И при найме в Железном городе небольшие группы или сливали, или приписывали к тем, что побольше. Вот нас и определили к этим…

– Ладно, расскажешь сейчас подробнее, за ужином. Там и обсудим условия. Если тебе, конечно, не претит носить не самое яркое и доблестное имя. Куда нам, до Ржавых собак-то…

– А?..

– А с парнями твоими мой человек переговорит, озвучит им предложение. Я смотрю, и Лубром, и Череп так и остались с тобой.

– Ага, только они и выжили. Видимо, как воин и полевой десятник я всё же получше буду, чем управленец. Все контракты, которые я подписал, оказались самоубийственными. Последний, так вообще… Кто же мог предположить, что новый король пошлёт войска на эту чёртову стену?! Мы все ожидали работы куда полегче, думали пойдём вразумлять вольных баронов. Но хоть в самом конце повезло. Когда мы взяли Заставу, нас из трех полных десятков едва осталось половина, да и те все ранены, кто легко, кто тяжело. В итоге, нас отправили зализывать раны с последующей перегруппировкой. Поэтому мы хотя бы не застали резню у Заречной.

– Контракты вам закрыли, я так понимаю?

– Да, в связи с нашими потерями и окончанием боевых действий. Посчитали, что лечить нас будет дороже. Предложили вступить в королевскую армию, там тогда и подлатают и жалованье назначат, так что многие из Ржавых согласились, но мы решили поискать удачи в другом месте.

– Тебя, я смотрю, тоже подлатать не мешало бы.

– Заметил, значит? – даже удивился Творген, неосознанно касаясь своего левого предплечья.

– Не сам, – не стал врать я. – Дункар, наш боец и по совместительству наставник.

– И где ты такого раздобыл? Да чёрт с этим, сколько ты ему платишь?!

– То большой секрет, – я заговорщицки прижал палец к губам. – Который, впрочем, мои оболтусы тебе разболтают тут же, как только вступишь в отряд. Что более важно – он будет готов дать тебе уроки, бесплатные. Кстати, у нас и одарённый лекарь есть. Способный парень, так что если надумал, то можешь рассчитывать и на его помощь.

– Ого! Как же ты сумел всего за год сколотить такой отряд? У тебя же за душой почти ничего не было, когда мы расставались.

– Просто мои контракты были не только самоубийственными, но и высокооплачиваемыми.

Творген призадумался, но я-то видел, что он уже никуда не денется.

– В общем, ты меня обложил со всех сторон. И сколько же ты готов мне платить?

– Пока две монеты серебром в декаду, это на испытательный срок. Ну а после поговорим ещё раз. К тому же у нас принято распределять часть прибыли от успешных контрактов в виде премий. Опять же, можешь поспрашивать других, что да как. Ты хотел должность десятника, и ты её получишь. Останешься со своими парнями пока здесь, в Солнечной, твой десяток я доукомплектую, будете выполнять распоряжения моего помощника.

– А ты?

– А мне предстоит очередное путешествие.

– Очередной самоубийственный и высокооплачиваемый контракт?

– Пока не знаю, – ответил я. – Но хотелось бы, чтобы и в нашей практике случались исключения. Тем более, что заказчик на этот раз попался на редкость жадный…

Глава 3

– А это ещё что? Там, под дерюгой.

Досматривающий Заставы недвусмысленно тыкнул пальцем на длинный ящик, на дне которого лежало что-то продолговатое, накрытое грубой тканью. С боков были приторочены топор и щит.

– Везём павшего товарища на родину, – ответил я. – Похоронить в родной земле.

Я откинул полотно с одного края, обнажая полностью обезображенную огнём голову. От мерзкого вида охранник поёжился и даже сделал шаг назад. А я решил не проверять насколько он брезглив и будет ли обыскивать труп, поэтому решил немного поднажать.

– Все бумаги у нас в порядке, – с этими словами я продемонстрировал верительную грамоту, полученную от короля.

– Это за какие же заслуги? – аж присвистнул он, разглядывая королевскую печать.

– Да так, отличились у Заречной, – уклончиво ответил я, тем временем непринуждённо возвращая ткань наместо.

– А, ну тогда, конечно… Там, говорят, кошмар настоящий творился. Вроде как и Бездна – не сказки, и демоны существуют. Я вот раньше не верил даже. Мало ли что там эти закатники насочиняли, чтобы своих соседей стращать. А оно, видишь, как повернулось… Выходит, и не брешут, а?

– Выходит, что так. Но подробнее рассказать не могу, сам понимаешь…

– Это да, – сделал он вид, что действительно понимает. – А этот, получается…

Досматривающий вновь кивнул на тело под тканью.

– Верно, пал в бою. Как и тысячи других. Но в отличие от многих, у нас есть возможность хотя бы похоронить его как полагается, на родной земле.

– Хорошо, когда друзья есть, – вполне себе серьёзно сказал стражник. – Настоящие, на деле проверенные. Плохо только, что вот так ваша дружба закончилась. Ладно, проезжайте.

Мы двинули дальше, а мне даже стало как-то не по себе от того, что мы прикрылись историей с павшим товарищем. Ненадолго, конечно, но всё же. Знал бы этот парень, что он мог увидеть, откинь он дерюгу целиком, да заставь нас срезать бинты, которыми плотно было обмотано тело, он бы сильно удивился. И всполошился.

Но время было смутное, вместо обычной тщательной таможенной процедуры, теперь был лишь беглый досмотр, который проводили ещё вчерашние рядовые бойцы королевской армии. Поток людей и грузов через перевал вырос многократно, а щепетильность пограничников, наоборот, существенно снизилась. Ведь и границы как таковой больше не было, и по одну, и по другую сторону от стены теперь была территория единого государства – Приозерного королевства. Тот же пропускной пункт на большом перевале, будучи пограничным переходом в Греш, теперь охранялся и проверялся куда лучше, чем ущелье, ведущее в Солнечную долину.

Именно поэтому мы решились на такой отчасти рискованный шаг. Ну ещё и потому, что знали, далеко не все «порядки и привычки» Приозерья удалось искоренить новой власти, и взяточничество продолжало иметь место быть. По крайней мере, полученная нами информация говорила об этом, и мы держали наготове мешочек с серебром, если разговор пойдёт по другому сценарию. Но обошлось без лишних трат.

– Ты уверен, что этот маршрут для нас будет наилучшим? – кажется уже в третий раз спросил я Кромвеля, когда наш небольшой караван миновал ущелье и выкатился на хорошо освещённый и нагретый тёплым солнцем тракт. Может и не донимал бы я его этим вопросом, если бы хоть раз получил нормальный развёрнутый ответ.

– Дорога лучше и быстрее, по пути нормальные трактиры и постоялые дворы… – лениво начал рассуждать маг. – Ну и зачем нам в таком случае тащиться через большой перевал, скакать по горам, словно горные козлы, таща при этом половину скарба на своих горбах? Ну ладно, я бы не тащил, но вот вы были бы загружены словно вьючные лентороги. Чем тебе не ответ?

– Да хоть тем, что тогда бы нам не пришлось идти через земли Бродрика. Не держи меня за дурака, Кромвель. Нам обоим есть, что ему предъявить, вот только я бы предпочёл обойти Северное княжество стороной. И уж тем более не въезжать в него со стороны Приозерья, чей новый король недвусмысленно дал понять, что намерен вернуть все исконные земли королевства в его лоно.

– Ну раз ты не такой глупый, то зачем спрашиваешь меня?

– Чтобы знать, к чему готовиться. Что может быть хуже для наёмников, чем спятивший наниматель?

– Если ты думаешь, что я готов положить наши жизни на алтарь мести ради удовлетворения своих личных обид, то можешь не переживать. В мои планы это не входит.

– Хотелось бы менее туманного ответа. Особенно в такую прекрасную погоду.

И действительно, вокруг всё зеленело и цвело, короткая весна уже готова была плавно перевалиться в длинное лето, за которое местные агрономы умудрялись снимать по два урожая. Ну по крайне мере в Золотом Доле. А вот в Греше вряд ли нас ждёт такой жаркий приём. Самое северное из королевств Павелена не могло похвастаться столь мягким климатом. Зажатое с нескольких сторон высокими горами и холодным морем оно в то же время имело выходы в Единую империю, Приозерье (через вольные баронства и большой перевал) и даже к малообжитым северным территориям восточной части континента, через которые не чуралось торговать с так называемыми Дикими королевствами. А ещё, что было не менее важно для меня лично, где-то там на севере, ближе к границе с Империей, был проход через Северные горы, открывающий путь до нужной мне опоры Моста.

– Да куда уж яснее? – тем временем не сдавался маг. – Тем более, что я согласился сделать небольшой крюк, пока вы пытаетесь подзаработать себе монет.

– Не пытались бы, если бы заказчик не был таким жадным, – парировал я, на что Кромвель беззлобно хмыкнул.

Изначально я планировал отправить с грузом Творгена и его новый десяток, но узнав наш маршрут, решил совместить два дела, освободив тем самым парней для других задач Раста, который получив свободу действий и оборотный капитал, горел идеями и готов был их воплощать в жизнь. Надеюсь, я не ошибся с выбором помощника, и он не оставит меня без штанов, например, вознамерившись прибрать себе всё наше хозяйство в Солнечной. Ну не самоубийца же он?

В итоге, первой точкой нашего маршрута был намечен опорно-пропускной пункт, расположенный на имперском тракте севернее Большого озера. Его не так часто использовали торговцы, предпочитающие более хоженую и удобную дорогу по южному берегу, но в ответном письме от госпожи Деневиль было чётко указано именно это место для передачи «груза».

И пока мы двигались к цели, я смог убедиться, что наше предположение о судьбе деревень, расположенных близ земель несогласных с властью Казантира аристократов, оказалось верным. Некоторые из них были не только разграблены, но и сожжены. Правда, в паре самых крупных из них уже велись восстановительные работы, и появились свежие срубы для будущих домов. Несогласных дворян в королевстве не осталось, по крайней мере тех, кто готов был об этом заявить в открытую. Поэтому хорошо обжитые территории снова стали безопасными. Казантир подчинил себе страну, прибавив к ней жирный кусок в виде Грозового княжества, но хватит ли у него теперь сил, чтобы её удержать? Особенно после того, что случилось возле Заречной.

От раздумий отвлёк очередной разговор «ни о чём», которыми коротали время в пути все уважающие себя наёмники. Главными темами обычно становились женские достоинства (или же, наоборот, недостатки, если кому-то не повезло в очередном походе в дом удовольствий), но тут вдруг повеяло чем-то неординарным и куда более интересным. Чем не повод потренировать свой «заячье ухо»? Полезная, надо сказать, техника.

– Колтун, ты чего с утра такой, словно тебя пожевали и выплюнули? У тебя что, фляга где запрятана что ли?

– Не неси ерунды, заноза в заднице! Не видишь что ли, не выспался я. Ерунда какая-то уже третий день кряду снится. Как Заставу прошли, так нормально отдохнуть не могу.

– И чего же тебе такого привиделось? – не унимался Хорки. – Я думал, ты у нас можешь дрыхнуть в любое время и в любом месте. Что за нежности?

– Да ну тебя, опять смеяться будешь. На кой мне это?

– Ну так может, я тебе совет какой дам, – Хорки, почувствовав слабину, вцепился в товарища мёртвой хваткой. – Парочку способов я точно знаю, но тут понимать надо, что именно снится. Иначе не сработает.

– Не врёшь? – Колтун с подозрением посмотрел на своего товарища.

– Да брось ты, я ж помочь хочу. Случись чего, а ты без сил у нас. Всем нам худо будет, боец-то ты хороший.

«Ох, чувствую, обожжётся наш рыжебородый», – подумал я, глядя как Колтун начал что-то доверительно шептать Хорки на ухо. И не слышно ведь, как не старайся.

******************************

К заранее согласованному месту обмена мы прибыли в срок. Как и люди госпожи Деневиль. Прежде чем отправиться на переговоры я в очередной раз поинтересовался у Сивого о состоянии «груза» и, получив заверение, что всё в порядке, решил уточнить:

– А мы не продешевили?

– Я не силён в торговле, – развёл он руками. – Но что-то мне подсказывает, что цену мы назначили правильную. Пройдёт время, и мы не получим и столько.

Тут я был с ним согласен. Не одни же мы додумались до такой схемы. Рано или поздно информация получит более широкое распространение, сформировав сначала спрос, а затем и предложение. Нам просто повезло с тем, что я лично знаком с тем, кто готов купить наш товар и для которого такая сумма не является чем-то запредельным. А потому, я был на шаг впереди остальных.

– Добра вам, уважаемые, – обратился к нам человек явно делового профиля.

Одетый дорого, но не вычурно, для большинства он производил впечатление скорее управляющего, нежели купца или казначея. Но для меня не остались незамеченными его уверенные движения, пружинистая походка и внимательный взгляд, выдающие в нём человека хорошо знакомого не только с пером и бумагой, но и с холодным оружием и горячкой боя. Впрочем, за его спиной маячил десяток вооружённых до зубов бойцов, не имеющих нашивок, так что одним больше, одним меньше – не суть важно. Или нет?

– И вам добра, – не остался я в долгу. – Благодарю, что откликнулись на наше предложение.

– Мимо него было трудно пройти. Если позволите, я бы взглянул на предмет разговора поближе, прежде чем заключать сделку.

– Это ваше право. Но я бы предпочёл не привлекать внимание к нашему обозу, поэтому прошу оставить вашу охрану здесь. Вам ничего не будет угрожать.

– Я знаю, – неожиданно легко согласился представитель покупателя. – И я готов отправиться прямо сейчас.

Подозрительный тип, а ещё… отчего-то кажущийся знакомым. Пока шли до места нашей стоянки, я всё пытался понять, где мы могли с ним уже раньше встречаться?

Чтобы явить товар во всей красе, Сивый зажёг несколько масляных ламп, установленных тут же, под тентом обоза. После чего стянул полностью ткань и аккуратно начал разматывать смоченные в особом растворе бинты. Тело изменённого не портилось длительное время, но даже у него был предел, после которого ткани начинали разрушаться. Бывший мрачный хорошо знал, как замедлить этот процесс. Снимая слой за слоем, он постепенно обнажал участки тела, которое скверна Бездны успела исковеркать достаточно, чтобы не называть его больше человеческим, но недостаточно, чтобы превратить в полноценного демона. Хотя этот экземпляр был уже близок к этому.

Всё такой же ассиметричный, но не настолько изломанный. Тёмные ороговелые пластины прикрывали все уязвимые места, тут и там из тела начали проявляться острые наросты, а вес даже мертвой туши превышал сотню килограмм. Нам пришлось изрядно поработать над головой и лицом, чтобы это можно было выдать на досмотре за обгорелый труп обычного воина. По словам Сивого, тварь успела пожрать, но не получила ещё силы, так как её пищей были неразумные звери, а не замученные люди.

Представитель покупателя на всё это смотрел без капли брезгливости. Наоборот! Он был крайне внимателен и, я бы даже сказал, воодушевлён. Его глаза горели исследовательским азартом, что напрочь отсекало версию про обычного управляющего или торгового представителя семьи Деневиль.

И тут он улыбнулся, и всё встало на свои места. Я уже дважды видел эту усмешку, один раз в дозновательской Железного города, а второй раз там же в столице, в дешёвом трактире с уродливой вывеской. Вот же сукин сын, снова сменил личину?

– Я ожидал… большего, – выдал он, глядя на меня.

– Тогда я бы и попросил… больше.

– И всё же, не хватает важных деталей, отсутствие которых сильно снижает стоимость товара.

– Если вы про глаза, клыки, язык и лобовые наросты, то они также у нас есть. За отдельную плату.

Изначально всё шло «в комплекте» по единой цене, просто этот наглый тип начинал меня раздражать. Не люблю, когда пытаются менять условия сделки.

– Вот как? И сколько?

– Зависит от того, будет ли новая попытка торга с вашей стороны?

– Мы вроде были на ты, – покупатель удивлённо вскинул бровь.

– Сомневаюсь, что у вас нет имперского титула. Впрочем, скидки вам это не даст никакой.

– Что ж, суть я уловил, – и вновь эта улыбка-усмешка. – Расписка на 80 монет у меня с собой, поэтому заколачивайте ящик, не забыв положить в него все «недостающие детали». Мои люди заберут его сегодня до темноты.

После этого загадочный тип развернулся и направился обратно к себе в лагерь, лишь на секунду остановившись, чтобы бросить взгляд в сторону конюшни, построенной при небольшом постоялом дворе. Оттуда сейчас выходил Дунвест, закончивший управляться со своей лошадью и идущий в основное здание, чтобы успеть к ужину. Так и не окликнув его и вообще ничего не сказав, Хески лишь проводил взглядом своего друга и направился прочь.

Ну а я тем более остался безучастным. Иногда лучше сделать вид, что никто ничего не понял, даже если кому-то при этом было многое ясно.

******************************

Расставшись с таким неоднозначным грузом, я почувствовал изрядное облегчение. Всё-таки расписка имперского банка куда легитимнее и легче конвертируется в монеты, нежели труп демонической твари. Мне было интересно, как люди Деневиль будут пересекать границу со столь необычным грузом. Интересно, но не настолько, чтобы задерживаться здесь и проверять это лично. С рассветом мы уже выступили в дорогу, с каждой лигой всё надёжнее обезопасивая себя от последствий нашей сделки.

Настроение отряда было на высоте. Парни рассчитывали (и не без оснований) на получение премий, оттого с их лиц не сползала довольная улыбка. Лишь один Колтун шёл мрачный и задумчивый, что сильно не вязалось с его простодушным нравом. Я уже даже решил переговорить с ним вечером, провести, так сказать, сеанс психологической поддержки. Оставалось только выяснить, что конкретно у него приключилось, как вдруг он сам направил лошадь в мою сторону.

– Командир, мне бы отлучиться ненадолго, – сказал он полушёпотом, поравнявшись со мной и избегая лишнего внимания.

– С каких пор ты отпрашиваешься, чтобы справить нужду?

– Да нет. Мне бы на подольше. Я вас потом догоню.

– Та-ак, давай-ка поподробнее.

– Ну так вроде нельзя же говорить… – промямлил он. – Хуже от этого может стать.

– И почему же нельзя?

– Тс-с-с. Проклятье это. Так Хорки сказал.

Кажется, мои опасения начинают сбываться.

– Странно, что ты по поводу проклятья обращаешься не ко мне или к Зефу, а к нашему всезнающему пройдохе.

– Ну так уж получилось. К тому же, если кому рассказать, то может и на него перекинуться.

– А Хорки у нас что, с иммунитетом что ли?

– С чем? – не понял Колтун.

– Неважно, говори уже. На меня проклятья не действуют, – и видя, что парень что-то хочет возразить, добавил. – Это приказ.

Колтун похлопал глазами, но ослушаться не посмел. Лишь ещё раз посмотрел вокруг, не подслушивает ли кто.

– Сон мне снится. Уже много ночей подряд. В нём старуха ко мне является, в руках у неё коса острая. Смотрит на меня осуждающе, пальцем своим худым тычет. Что-то шамкает беззубым ртом, только я разобрать ничего не могу. Ну я в поту и просыпаюсь, а потом до утра уснуть не могу.

– Я-ясно, – протянул я. – И что же по этому поводу говорит Хорки?

– А то, что это дух неупокоённый за мной увязался. Много стариков погибло тогда, когда голодные беженцы под стены Заставы прибились, да от ворот получили. Вот их несправедливая смерть и родила того духа, в виде старухи этой с косой. Ты ж его ещё тогда разглядел, да? Когда нас из Заставы вызволял. Сам же говорил, что за спинами нашими стоит. Я в тот момент и не понял, про что ты. Нет магии во мне, а бездарю наяву такое не увидеть. Зато во сне никак отделаться от неё теперь не могу. И почему именно я ей приглянулся?

– Рыжий ты, – не смог я удержаться, чтобы не подыграть немного. – Яркий, словно огонёк, вот к тебе и тянется.

– Во-от! И Хорки точно так же сказал. Выходит, правда это.

– А отлучиться-то тебе зачем? – я уже не знал, смеяться мне или плакать, поэтому пока решил сохранять спокойствие.

– Хорки говорит, что нужно бороться со своими страхами лицом к лицу. Но я разве ж против? Только как же я с бабкой старой бороться должен? Он и предложил, что нужно отыскать такую, и помочь ей. Сена накосить, дров нарубить, воды наносить. Тогда проклятье и уйдёт.

– И ты решил отправиться на её поиски?

– А чего искать? В каждой деревне такая живёт. Бабы они обычно мужиков своих переживают, оттого на старости лет одинокими становятся. А детям и внукам часто не до своих стариков. Вот я и подумал, что наведаюсь в ближайшую деревушку, да разберусь со всем. Ну или хотя бы попробую. Только Хорки не говори ничего, не хочу, чтобы он знал, что я по его советам действую. Я не то чтобы не верю ему… но вдруг он всё-таки брешет. Мне ещё его насмешек потом не хватало.

– Помощь старшему поколению дело хорошее. Только не поможет это. То другой дух совсем. Хорки ошибся.

– Да? И что же тогда делать? – в глазах Колтуна одновременно заплясали и испуг, и надежда.

– Да просто всё. Подвешивают такого проклятого человека за ноги, берут прутья длинные (тут главное, чтобы они гибкие были). Да выбивают всю дурь из него нахрен! Колтун, ты ж вот вроде неглупый, а? Так какого хера слушаешь всех подряд. То яйца свои в снегу морозишь, то бабкам помогать рвёшься. Вместо этого сходи лучше к Зефу, да попроси его со сном помочь. Он вроде умеет так делать, чтобы сны не снились.

– А с духом что тогда делать?

Я хотел было хлопнуть себя по лбу, да обматерить это уже далеко не юное дарование, но подумал, что в этой истории виноваты, как минимум, оба. Первый, потому что верит всякой ерунде и даже не пытается её критически анализировать. А второй, за то что этим пользуется забавы ради. А ведь дело может принять серьёзный оборот, чёрт его знает, как и когда это может аукнуться. Поэтому я решил поступить немного иначе.

– Проклятье твое будем изгонять. Откладывать нельзя, тут ты прав. Но для начала неплохо было бы подготовиться. Слушай и запоминай, что нам понадобится…

******************************

Хорки с удовольствием втянул ночной воздух, прислушиваясь к окружающим его запахам.

Так уж вышло, что ночевать отряду пришлось прямо у дороги. До границы с баронствами Зайцы не добрались всего ничего, но с наступлением темноты проход перекрывался, а «гостей», пытающихся пробраться под покровом ночи, ждал неласковый приём. Сначала стрелами утыкают, а потом уже будут разбираться кто да зачем. Поэтому Мазай решил не нервировать служивых людей и велел разбить лагерь в паре лиг от сторожевой крепости, возведённой местным бароном на своей границе.

А ведь что-то в этом есть, подумал Хорки. Ужин у костра, ночлег под звёздами, ветерок, доносящий дурманящие запахи с цветочного луга. Приятно вот так разнообразить опостылевшие ночёвки по трактирам и постоялым дворам, хоть то и было безопаснее. Но с ними сейчас господин Кромвель, поэтому вряд ли стоит опасаться простых разбойников. Но караул всё же выставить они не поленились.

Волей случая с ним в предрассветную смену попал Колтун, который на этот раз даже не жаловался на замучившую его старуху. Он вообще сидел молча, собранно. А затем и вовсе начал аккуратно выкладывать какие-то вещи на небольшую чистую тряпицу. Завидев странные приготовления, Хорки не удержался от вопроса:

– Ты чего творишь? По сторонам лучше смотри, мы ж на посту.

– Да что с нами будет? Ты и один если что подежуришь. А мне надо разобраться кое с чем. По-другому не выйдет.

– С чем это ты собрался разбираться? Уж не с проклятьем ли?

– Зря я про духа этого тебе рассказал. Как бы он за тобой не увязался, нехорошо получится.

На ткани уже лежала куриная лапка, пучок сухой травы, несколько деревяных щепок, какой-то бледный мутный камушек…

– А чем тебе мой способ не понравился? – глядя на такое, спросил Хорки. – Говорю же, проверенное средство. Осчастливь ты уже какую-нибудь старушенцию, и дух наконец оставит тебя в покое. Да не тяни с этим! А то измаялся же.

– Нет, не поможет это, – обречённо ответил колтун. – Тогда дух к кому-то из наших прицепиться может. Лучше я сам со всем разберусь. Негоже перекладывать свою беду на кого-то ещё. Им и вовсе лучше не знать про проклятье. Ты же сам говорил.

– Эй-эй, дружище, что за настрой? А это ещё что за жижа в склянке?

Если на побрякушки Хорки смотрел с некоторой растерянностью, то вот на зелье, появившееся в руке Колтуна, уже с вполне определённым опасением.

– Это средство, чтобы скрытое от глаз стало явью. Только так можно заглянуть своему страху в глаза, коли у него и тела нет.

– Ты уверен, что это хорошая идея? И вообще, где ты всё это взял?

Но было поздно, Колтун помотал головой и хлебнул из стеклянного пузырька. После чего завязал тряпицу с накиданной туда всякой всячиной и взял этот мешочек обеими руками.

– Другого выбора нет. Ты же если что прикроешь, да?

Хорки смотрел на всё это и лихорадочно соображал, что делать. Шутка явно зашла слишком далеко, да и поставленные на спор деньги уже не казались такими уж важными. Пусть братья забирают свой выигрыш, не стоит пара серебрушек того, чтобы их друг тронулся умом. Тем более, что завтра последний день, до которого Колтун должен был помочь какой-нибудь старушке. После этого Зеф поколдовал бы над ним, лишив на какое-то время сновидений. Кстати, ему тоже придётся оплатить его долю. Но это потом, а сейчас куда важнее выдернуть рыжего из пучины его мракобесия.

– Колтун, ты извини, но… Эй, эй, Колтун! Ты чего? Очнись!

Но тот похоже погрузился в забытьё или неглубокий сон, так как, не меняя позы, прикрыл глаза и лишь шевелил губами, приговаривая словно заговор:

– Покажись, покажись, покажись, покажись…

Хорки уже хотел грубо растолкать его, а если не получится, то уже бежать к Зефу или даже к командиру. Кто его знает, чего он там наглотался и по чьему совету. Но тут сквозь большие ладони и холщовую ткань полился тусклый свет, который с каждым ударом сердца становился всё ярче. Хорки как завороженный смотрел на него, пока Колтун вдруг не открыл глаза и не выдал:

– Он здесь.

Его широко распахнутые глаза уставились в темноту ночи, и Хорки невольно проследил за его взглядом. Две поначалу тусклых искорки медленно приближались, легонько покачиваясь из стороны в сторону. Вот начал проявляться силуэт, и первое, что бросалось в глаза – коса, которую сжимала рука, спрятавшаяся в недрах широкого рукава. А может, и нет там никакой руки? Чем ближе подходил нежданный гость, тем больше Хорки сомневался в своей вменяемости. Сон? Наваждение? Злой дух? Неважно, надо предупредить всех!

Но голос не слушался, слова застряли в горле, сознанием завладел липкий страх, а ноги и руки перестали слушаться, став словно неродными. Хорки мог лишь наблюдать за тем, как пустая хламида с горящими глазами, паря над землёй, приближается к ним и уже заносит свою косу над головой его друга, который с отчаянным упорством продолжает смотреть в лицо своему страху. Да беги же ты!

Вдруг Хорки ощутил, что контроль над телом вновь вернулся к нему, и с криком «Колтун, очнись!» он прыгнул на злого духа, попытавшись перехватить готовую сорваться вниз косу. Не встретив никакого сопротивления, Хорки упал на землю, сжимая древко полевого инструмента и запутавшись в пустом плаще.

Пытаясь как можно быстрее вскочить на ноги, он услышал хорошо знакомые голоса.

– А с вами интересно, – Кромвель появился из темноты, ровно оттуда, откуда до этого прилетел «злой дух».

– А то, – подтвердил Мазай, стоящий рядом с ним. – Хоть я бы и предпочёл, чтобы таких представлений было поменьше. Ну хоть подзаработали.

– Если бы я знал, что тебе будет помогать господин Кромвель, – вставил своё слово Дунвест, подошедший со стороны кострища. – То не поставил бы и медяка.

Возле мечника стояли и Горунар с Сивым, хранившие молчание, но их довольные рожи говорили сами за себя. Они сделали верные ставки. А вот братья и Зеф стояли особняком и с поникшими головами. Видимо, их участие в первоначальном споре было тоже раскрыто, и их тоже не похвалили за такое.

Хорки в лёгком замешательстве смотрел на собравшихся членов отряда, которые дружно начали обсуждать кто кому и сколько теперь должен. А картина всеобщего заговора по кусочкам складывалась в его голове. Он с опаской перевёл взгляд на Колтуна, который сейчас пристально смотрел на него в ответ. Его хмурое лицо не сулило ничего хорошего, но всё же и откровенной враждебности не выражало.

– Э-э… Дружище, надеюсь, мы в расчёте? – с надеждой спросил Хорки.

Колтун сделал вид, что что-то подсчитывает, а может и действительно этим занимался. После чего непринуждённо улыбнулся.

– Так и быть. Тем более, что и я отлично подзаработал на этой старухе с косой.

Колтун залез рукой в карман и достал оттуда 3 серебряных монеты. Ровно столько, сколько братья и Зеф поставили на неудачу его плана. После чего Колтун недвусмысленно кивнул на свою раскрытую ладонь, призывая Хорки не оставаться в стороне.

«Что ж, похоже, сегодня именно я остался с самым большим проигрышем», – подумал Хорки, глядя как ещё три монеты перекочевали из его кармана в грубую лапу наёмника. Ну ничего, поражения тоже нужно уметь принимать. И извлекать из них опыт для новых побед.

Глава 4

На утро наш отряд пересёк государственную границу. Пара некрупных деревушек, да небольшой замок – вот и всё баронство. Но гонора у местного сюзерена наверняка было не меньше, чем у любого другого. И таких земельных наделов баронская вольница насчитывала больше десятка. Отделившись от Приозерья, чтобы почувствовать вкус настоящей свободы (ну или абсолютной власти), местные аристократы не придумали ничего лучше, чем начать кучковаться по новому принципу. Южные, срединные, северные… Со своими договорами и обязательствами по коллективной безопасности, которые на практике мало чего стоили. Без централизованной власти они оставались кучкой разрозненных и неорганизованных земель без экономической кооперации и слаженной армией. А теперь, когда стараниями Бродрика часть из них ушла под протекторат Греша, потенциала в этом образовании осталось ещё меньше. Распад баронской вольницы уже начался, и оставалось лишь гадать, кому отойдут эти земли уже в самом скором будущем.

Претендентов, как известно, было трое, и именно между ними будет разыграна эта партия. При этом Греш, уже забравший себе изрядный кусок, пока в этом деле опережал и Первого императора, и новоиспечённого короля Казантира. На руку северянам играл и тот хаос, что творился повсеместно, включая войну в Торговом заливе, которая по-прежнему не утихала.

В общем, слухи ходили противоречивые, и народ даже в соседних баронствах зачастую совсем по-разному смотрел на своё светлое будущее.

– Говорят, местный барон отбыл в Единую, искать защиты, – Хорки поделился со мной информацией, добытой в очередной таверне.

– И как думаешь, найдёт? – спросил Дунвест, но ответа не последовало, Хорки лишь пожал плечами.

Действительно, кто ж его знает, чего он там найдёт. Высокая политика – дело кулуарное, простым наёмникам остаётся только строить догадки или положиться на свою интуицию, чтобы ненароком не занять неправильную сторону.

– Нам бы проскочить, пока тут всё не завертелось, – озвучил я свои более приземлённые мысли.

– Это точно, – согласился Хорки. – Как бы обратно не пришлось другой дорогой возвращаться.

– Время покажет. А пока давайте сосредоточимся на нашем текущем маршруте. Если не ошиблись с расчётами, то, не сворачивая с тракта, через 4 дня мы пребудем в баронство Сохран, откуда уже будет рукой подать до Северного княжества.

– Если ничего не случится… – тихонько пробормотал Хорки, но так, чтобы всем было слышно.

Словно вопреки его опасениям, за всё то время, что нам понадобилось, чтобы проехать южные и срединные баронства насквозь, с нами ровным счётом ничего не приключилось. Парни на привалах подозрительно шептались, то и дело поглядывая в мою сторону. Ну а я даже не стал их подслушивать, так как иногда лучше не знать, что о тебе говорят подчинённые. Ничего плохого они не замышляют, а об остальном… пусть это останется их маленьким секретом.

Послезавтра мы вступим на территорию Северного княжества. Вряд ли нас там кто-то узнает в лицо, но всё же было как-то не по себе, вспоминая, при каких именно обстоятельствах мы его покидали. И почему Кромвель настоял именно на этом маршруте? Уж лучше бы мы сделали крюк через Единую империю. И безопаснее, и больше денег за наш контракт. А ещё больше времени в пути для обучения магии и новым техникам.

– Держи баланс, – наставительно советовал маг. – Сила перетекает из узла в узел словно непрерывный поток, никаких рывков или усилий, просто настрой каналы, чтобы её пропускать без сопротивления. Если течение прекратится, она начнёт скапливаться в одном месте, и конструкция рухнет.

Хорошо сказано, но мало понимать, куда важнее это прочувствовать. Третий день кряду я пытался настроить свой личный щит. Амулет – это хорошо, но что если его заряд сдох, или его у тебя попросту отобрали? Однозначно полезная техника, вот только третьего ранга, а значит без труда её не освоить.

– Уже лучше, – похвалил Кромвель, присматриваясь к чему-то обычным зрением невидимому. – Давай-ка проверим в деле.

С этими словами он неожиданно метнул в меня самый обычный камень, который бодро отскочил от моего щита! Правда, обнулив его при этом полностью… Вот же **#*#**!

– Какой прок от такого щита, который рухнул при первой же нестабильности?

– Никакого, – устало согласился я. – Попробую в следующий раз накачать больше силы. Но на сегодня хватит, не хочу опустошать источник полностью.

– Верно, количество силы важно. Если в тебя летит с десяток стрел, или кто-то сзади решил обрушить на твою голову двуручный молот. Но вот этот камушек едва ли должен тратить даже щепотку твоей энергии. Щит упал, не потому что не хватило силы, а потому что ты потерял контроль над потоком из-за малейшей нестабильности. Нужна практика, доведение техники до уровня инстинкта или, если хочешь, постоянной привычки. Когда будешь практиковаться, обязательно попроси кого-нибудь неожиданно вносить диссонанс в твой защитный контур. Только так ты сможешь научиться держать личный щит, не задумываясь о нём.

– Спасибо за очередной урок.

– О, как приятно снова получать похвалу от своего ученика. Прекрасное и ни с чем несравнимое чувство. Разве что гордость за его успехи может с ним посоперничать. Кстати, не хочешь дать мне такой повод?

– Погордиться мной? На что ты намекаешь?

– Ну тут как раз всё ясно. Мы же всё-таки держим путь к Кругу тайных знаний. Чем не повод удивить там всех, и сдать экзамен на 3-ю ступень?

– Я и на вторую-то еле сдал…

– Ну в тот раз это сильно зависело от экзаменаторов. А здесь всё будет куда честнее.

– Да? Всё хотел тебя спросить про эти экзамены, с 3-й по 5-ю ступень. Что они из себя представляют?

– Не скажу. И даже не потому, что не хочу. Просто для каждого они свои. Обычно, это путь, который ты должен пройти, но слышал я и другие истории. Если сможешь справиться, то получишь награду. А если нет, то наказание.

– Награду? – удивился я. – Что-то помимо очередного перстня или даже статуса благородного?

– Чтобы получить статус благородного, тебе нужно быть гражданином Империи. И самый простой способ – это родиться там. Ты имперец?

– Кто знает, возможно, и так. Но я того не помню, а бумаг у меня нет.

– Тогда остаётся только присягнуть на верность императору или же быть принятым в один из родов. Какой вариант тебе подходит больше?

– Если честно, то никакой.

– Хороший ответ, – Кромвель одобрительно закивал. – Но награда заключается не в этом. Тут тоже однозначного ответа нет, и зависит она от того, как именно ты справишься с испытанием. Не держи это в уме во время экзамена, просто сосредоточься на поставленной задаче.

– Я ещё вроде не согласился. Там ведь было что-то и про наказание?

– Ты уже всё решил. Не обманывая себя. А наказание за провал всегда одно – боль, бессилие и насмешки окружающих. Это если забыть про 10 золотых, что ты впустую потратишь на попытку.

– Забудешь про такое, как же… И долго восстанавливаться в случае неудачи?

– Не знаю, я не терпел неудач. Я просто знал, что справлюсь, как знаю это и сейчас.

– Мне бы твою уверенность. Ладно, в любом случае на сегодня нужно заканчивать. Вечером будем ночевать в местной столице, завтрашний день потратим на пополнение припасов и путь до границы, ну а дальше… дальше прошу вести себя тише воды, ниже травы.

– Интересное выражение, Грешское?

– Да откуда я знаю…

******************************

Насмотревшись на мятежные баронства, которые мы успели проехать, я не ожидал увидеть здесь полноценный город. Пусть и небольшой, но вполне себе зажиточный. Баронство Сохран выглядело куда богаче своих южных и северных соседей, и, наверное, когда-то являлось административным центром этих земель. У местного барона даже не было своего отдельностоящего замка, его резиденция располагалась прямо на высоком холме во внутреннем городе, обнесённого пусть и невысокой, но всё-таки каменной стеной. Торговые ряды, лавки и магазины, квартал мастерских и даже дом удовольствий. Всё это несколько не вязалось с увиденным нами ранее. Эх, был бы с нами Раст, он наверняка бы дал свои расклады и пояснения по этому региону. Как-никак, беглый придворный советник, на которого повесили серьёзную растрату. По крайней мере, что-то подобное мне он однажды поведал в доме удовольствий, будучи вдрабадан пьяным, пока его вниманием не завладела пышногрудая особа. Тягаться с ней у меня не было ни единого шанса, поэтому подробности в тот день выяснить не удалось.

– Больше десятка деревень и один городок на 6 или 7 тысяч жителей, – пришёл на помощь Кромвель. – Когда-то действующие серебряные рудники сделали это место весьма интересным для освоения.

Мы с ним стояли на обочине самой широкой улицы, ведущей во внутренний город. Теснились в толпе зевак и простого люда, ожидавшего бесплатного зрелища. При этом нас самих такое волновало мало. Мы просто возвращались с развернувшейся в городе весенней ярмарки, когда местный барон вместе со своей супругой вдруг решил её посетить. Наверное, чтобы быть поближе к своему народу, ну или чтобы этот народ не забывал, кто им правит. Нам же приходилось ждать, пока улица, пересекавшая весь город, снова станет свободной. Ну и чего греха таить, поглазеть тоже можно, ведь детали дают немало пищи для ума.

– Вот только серебро в жилах быстро исчерпалось, – тем временем продолжал небольшую лекцию Кромвель, предусмотрительно повесив небольшой полог на нас обоих. – Рудознатцы нового не нашли, и всё постепенно начало приходить в упадок. Зато после появления баронской вольницы это место вновь стало новым центром торговли. Недалеко от этого городка тракт, тянущийся из северной провинции Единой, уходит на север в Греш и на юг в Приозерье. Отличное место для обмена товарами трёх вечно спорящих друг с другом государств, не находишь?

– Думаю, что ситуация изменилась, и долго сохранять нейтралитет у местного барона не выйдет.

– А он и не пытается, – сказал маг, многозначительно кивнув в сторону приближающейся процессии. – Посмотри кто у него в охране, и многое станет ясно.

Я не сразу понял куда нужно смотреть, но как только конный отряд подошёл чуть ближе, взгляд зацепился за длинные цветные ленты в волосах четырёх всадников, окружавших барона со всех четырёх сторон. Две зелёных и две фиолетовых. Грешские маги 2-й и 3-й ступени, меченые лентами. Не жирно ли для одного единственного барончика, пусть и с богатой вотчиной? Помимо магов в охране был ещё и десяток воинов из баронской дружины, чья броня была украшена соответствующим гербом – пара перекрещенных копий, охраняющих дверь. Серьёзный кортеж, чтобы просто прогуляться до местной ярмарки.

Всё случилось, когда барон и его охрана практически поравнялась с нами. Как минимум полдюжины стрел просвистели прямо над моим ухом в поисках незащищённого места в баронском облачении. Но все они картинно зависли в воздухе буквально в метре от своей цели, словно давая возможность собравшимся здесь зрителям их хорошенько разглядеть. После чего по мановению руки одного из магов также картинно опали на землю.

– Нападение! Кольцо вокруг господина!

Спешившегося барона и его супругу окружила дружина, а двое меченых зелёными лентами магов бросились в толпу, чтобы отыскать и покарать преступников. Люди по обе стороны улицы стояли очень плотно, не все даже поняли, что произошло, поэтому хоть по рядам людей и пошло какое-то волнение, но пробраться сквозь них для преследователей было бы нелёгкой задачей.

Но они пошли другим путём. Оба словно по лестнице взбежали по невидимым ступенькам, на мгновение сформировавшимся прямо над головами зевак, после чего снова очутились на земле и с приличной скоростью бросились в погоню. Жадная до зрелища толпа развернулась в том направлении и с азартом наблюдала за происходящим. Никто даже не подумал расходится из-за возможной опасности, оставаясь на месте в надежде на продолжение представления. Тёмные люди! Ну а мы с Кромвелем не торопились менять местоположение, чтобы не попасть под ненужное подозрение. Лишние вопросы уж точно не входили в наши планы.

Спустя каких-то пять минут взору толпы явили двух ещё живых, но полностью обездвиженных мужиков, с лиц которых были сдёрнуты серые балаклавы. Их словно трофей бросили к ногам барона, который сейчас гордо возвышался над ними.

– Что с остальными? – спросил он магов.

– Живы, но пришлось укоротить им ноги, – ответил один из обладателей зелёной ленты. – Прошу, отправьте своих солдат, чтобы доставить их в дозновательскую, пока они не истекли кровью.

Барон благосклонно кивнул и отдал приказ десятнику, который тут же отрядил 4-х человек для обозначенной работы. Прыгать через головы те не умели, поэтому им пришлось проталкиваться сквозь разинувших рты людей, работая локтями и кулаками.

– Кто вас послал?! Отвечайте! – тем временем барон решил провести публичный допрос.

Но оба пленника упорно молчали, уставившись лицами в уличную брусчатку.

– Позвольте мне, господин, – обратился маг с фиолетовой лентой и, получив дозволение, повторил вопрос. – Кто тебя нанял?!

– Я… я… – одного мужика прямо таки затрясло. – Я… Не знаю! Деньги мы получили от посредника.

– Где вас наняли и сколько заплатили?

– В Фельсе. Получили 20 имперских золотых марок. Ещё столько же обещано после смерти барона и его сына.

Народ ахнул. Фельс – главный город северной провинции Империи. В купе с имперской валютой этого было вполне достаточно, чтобы слухи и домыслы словно пожар разнеслись по всему баронству.

– Ты прав, Кромвель, – шепнул я. – Барон Сохрана уже сделал свою ставку.

Наставник аккуратно кивнул и направился прочь. Люди на его пути отчего-то расступались, словно лёд перед ледоколом. Мне же оставалось лишь следовать в его фарватере.

В связи с покушением на жизнь местного правителя досматривали нас как никогда тщательно. И это ещё на выезде из города! Разве что нательное бельё не заставили снимать. Ребята нервно пыхтели, но терпели, помня мой приказ, да и сами будучи неглупыми от природы.

Наконец, проехав очередной десяток лиг, мы вступили на территорию Северного княжества и двинули ещё дальше на север-восток, стараясь привлекать к себе как можно меньше внимания.

– Кромвель, скажи, а ты так прыгать умеешь?

– Ты про «ступени» что ли? – на всякий случай уточнил он. – Умел когда-то, но мне уже лет 10 как не по статусу так скакать, и лет 20 как не по возрасту.

– Чем не повод передать свои знания новому поколению? Пропадёт же!

– Ты и так уже 3 техники практикуешь. Лучше сначала закончить начатое, прежде чем браться за новое.

– Нет-нет-нет. Ты за меня не переживай, я о-о-чень способный. Ну так что, покажешь?

Маг обречённо вздохнул и поскрёб седую щетину.

– Говорю же, старый я, чтобы такое показывать. Расскажу лучше…

А ведь действительно, я уже многому научился и продолжал впитывать знания, как сухая земля впитывает капли долгожданного дождя. Никто кроме Кромвеля не покажет мне техники 3-го ранга. Большинство сильных магов скованы своими обязательствами перед благородными домами, правителями, наставниками… И лишь Кромвель получил свой багаж знаний сам, скитаясь по миру и выкупая деньгами или служением новые техники и редкие книги. От того он мог ими делится по вполне приемлемой для меня цене, то бишь практически бесплатно.

– Я вот думаю, Мазай, что 5 золотых в декаду – слишком уж дорого, не находишь?

Не уж-то накаркал я? Такие вещи нужно пресекать в зародыше!

– Да ты что? Посмотри кто у меня в отряде. Это же цвет наёмнической братии, лучшие из лучших!

– Помню я, как, например, этот рыжий цвет ещё в прошлом году трясущимися руками сжимал своё копьё.

– Но не дрогнул же. Колтун хороший боец, и верный. Это много значит. К тому же, с тех пор мы побывали в таком количестве передряг, что большинству вояк и за всю жизнь столько не выпало. Так что лучше парней ты не найдёшь.

– Тут ты прав, людей ты умеешь выбирать, поэтому я тебя и нанял. У меня самого с этим не так хорошо выходит, оттого часто обжигаюсь.

– Во-от. Поэтому 5 монет – это исключительно выгодное предложение, на которое я согласился только из-за нашей с тобой дружбы.

– О, так мы уже друзья? И значит, уроки мои должны быть по-дружески безвозмездными?

– Э-э, ну я в целом согласен с таким выводом.

– Ну так может, тогда и проводишь меня до Круга знаний тоже по-дружески бесплатно?

– Так я уже! – воскликнул я, заставив Кромвеля удивлённо вскинуть бровь. – Я с тебя ни монеты не беру! Ты же должен понимать, во сколько бы тебе встал найм боевого мага почти третьей ступени? Всё, за что ты платишь – это гонорары моих бойцов. Или ты и сними уже друзьями стал? Но тогда иди и договаривайся с ними персонально, по-дружески.

– Ой **#*#**, лучше бы я и не начинал этот разговор, – наставник мотнул головой, наверное, пытаясь вытряхнуть из неё навеянную моими словами картину о том, как он пытается объяснить Колтуну, почему тот должен выполнить свою работу бесплатно.

– Помнишь, когда-то я тебе сказал, что знания, которые ты передаёшь мне, пригодятся и тебе самому. Разве я не оказался прав? Кто знает, сколько ещё нам уготовано совместных приключений.

– Звучит, как угроза, – Кромвель отчего-то не разделял моего оптимизма. Ну и ладно, главное, чтобы уроки продолжались.

******************************

Какова вероятность наткнуться на кого-то, кто знает тебя лично, на территории целого княжества, раскинувшегося на сотню лиг в обе стороны? А на того, кто ненавидит тебя всем сердцем? Впрочем, о моей «удаче» давно уже шепчутся за моей спиной даже соратники. Поэтому, когда нам на встречу выехал большой баронский разъезд никто особо не удивился, даже немного выдохнули с облегчением. Мол, могло быть и хуже.

– Барон Клевер, – уверенно заявил Кромвель, глядя на тучное тело, покачивающееся в седле. – Лучше тебе укрыться внутри.

В его словах был резон, поэтому запрятав свою гордость на некоторое время поглубже, я полез в обоз прятать уже себя самого. Сидеть там долго не пришлось, так как уже через пару минут я услышал голос барона.

– Можешь не прятать своего крысёныша, Кромвель! Я знаю, что он тут.

– Барон Клевер, мне неожиданно даже то, что вы знаете, что здесь я.

– О, как можно не узнать того, кто бросил наши земли в руки узурпатора. И которому самому в итоге пришлось бежать от него же. Я смотрю, ты вернулся, чтобы предъявить ему свои претензии. Но не маловата ли армия для такого?

– Ошибаешься, здесь я пока лишь проездом. Но можешь передать своему князю, что заглянуть к нему в гости я однажды планирую.

– Мне нет до этого дела. Куда больше меня волнует этот ублюдок Мазай, засевший сейчас в повозке словно трус. Без его головы я отсюда не уйду.

– Даже если я против? – спросил маг.

– Ты на территории княжества, Кромвель. И местный князь объявил его преступником. Так что я в своём праве. Если за прошедший год этот **#*#** каким-то чудом не стал благородным, то ты не посмеешь встать у меня на пути. Иначе сам станешь вне закона. И здесь, и даже, возможно, в Греше.

«Да что за невезение, мать его», – подумал я, откидывая ткань и спрыгивая на землю. – «И что за тупица, этот барон? Не уж-то он думает, что я просто так сложу лапки, дожидаясь своей участи?»

Свита барона насчитывала полтора десятка воинов его дружины. Это не считая нескольких конных, предусмотрительно оставленных им в отдалении. Обученных, экипированных, не боящихся идти в бой. Я, конечно, много хвалебных слов сказал Кромвелю по поводу своих парней, но не факт, что такое нам по силам, даже если я выложусь полностью и заберу на себя треть. Без помощи Кромвеля мы, если и выиграем, то непонятно сколько из нас самих поляжет рядом.

– А вот и ты, свинячья отрыжка! Отыскал у себя крупицу смелости? Ну что, готов сдохнуть?

Я отвечать на оскорбление не стал, но чётко решил, что при попытке меня схватить именно его башка слетит первой.

– Эти люди охраняют меня в моём путешествии, – заявил Кромвель. – И думаю, они не будут просто стоять и смотреть как убивают их командира. Не в моих интересах остаться без нанятых мной людей. Я им, между прочим, изрядно уже заплатил, авансом.

– И что, мне теперь просто развернуться и уехать, будто никого не видел? Из-за того, что ты кому-то что-то там заплатил? Хер! Выдайте мне этого ублюдка, убившего моего сына! Я требую справедливости!

Кромвель вздохнул и покачал головой. Вдруг лошади под седоками занервничали, начали фыркать и бить копытом, а всадники с трудом удерживали их на месте. Маг недобро глянул на Клевера.

– Справедливости ты хочешь? Я много могу тебе сказать о справедливости законов Бродрика. Хочешь лично послушать?

Клевер раздражённо вздёрнул оба подбородка, но спорить не стал. После чего перевёл ненавидящий взгляд на меня.

– Тогда вызов. Он убил моего сына, и я требую поединка по всем правилам. Если не по указу Бродрика, то по благородному закону, я имею на это право! Потеря одного бойца не ударит по твоему карману, маг? Если что, я даже готов компенсировать тебе твоё золото.

Кромвель не поленился кинуть взгляд в мою сторону, после чего безразлично пожал плечами.

– Не уж то ты сам хочешь продемонстрировать своё умение? Вот уж не думал.

– Нет, но по правилам я могу выставить своего бойца, – ничуть не смутился страдающий лишним весом барон.

– Тогда и Мазай может выставить кого-то от себя.

– Если кто-то будет готов умереть за этого безродыша, то пусть так. Всё равно после этого его жизнь будет принадлежать мне. Гербер, я на тебя рассчитываю.

Не самый рослый воин из числа баронской свиты кивнул и спешился. Но на что он рассчитывает? Даже слабый маг…

– Поединок без магии, – прошептал на ухо Дунвест, хлопнувший меня по плечу сзади. – Таковы правила.

И не давая мне времени опомниться, сам сделал несколько шагов вперёд, обнажая свой меч.

– Ты отправляешь на смерть старика, чтобы продлить своё никчёмное существование? О-о, так даже лучше, простая смерть от честного клинка – это не то, чего ты заслуживаешь.

Если бы сам барон смог без посторонней помощи слезть со своей лошади и взяться за свой меч, я бы, не раздумывая, самолично снёс ему башку. Но лезть в драку с лучшим из его людей, при этом не используя магию, было бы самоубийством.

– Что ж, бойцов мы определили, – взял слово Кромвель. – Дело осталось за свидетелями. Уж прости, но я бы хотел, чтобы это дело разрешилось раз и навсегда.

– И кого же ты хочешь видеть? Неужто самого князя?

– Барон Волка меня вполне устроит. В нём чести и правды куда больше, чем в вашем новом правителе. К тому же в его земли мы вступим уже завтра.

– Что ж, тогда я отправлю ему весть. А вас мы проводим на место встречи.

– Мне всё равно. Лишь рекомендую на это время воздержаться от необдуманных действий.

– Я ждал этого больше года, потерплю ещё один день.

А я вот и не ждал ничего, и уж тем более не хотел вверять свою судьбу благородным особам. Но в этом мире ты либо подчиняешься его правилам, либо идешь наперекор, убивая всех несогласных с этим. Мне показалось, что сегодня не тот случай, тем более что Кромвель был на удивление спокоен.

День спустя мы стояли на вытоптанной поляне, неподалёку от тракта. Видимо, здесь нередко останавливались караваны перед тем, как начать очередной дневной переход. Сейчас же тут собрались люди совсем для другой цели. Барон Волка приехал лично, не доверив такое действо никому из своих вассалов. А может ему просто было тоже интересно, и он решил таким образом развеять скуку провинциальных будней. С ним был десяток воинов в качестве охраны, которые вместе с людьми барона Клевер и моими наёмниками образовали широкий круг, очерчивая тем самым место для предстоящей битвы.

Лишь Дунвест стоял внутри круга и всё так же спокойно и решительно сжимал ножны своего меча, давая понять, что именно он будет сражаться за мою свободу и жизнь. Мы даже толком и не говорили с ним об этом. Что в таком случае не скажи, прозвучит это глупо. Да и вряд ли он ждёт чего-то такого, ведь иногда слова только портят момент. Я лишь спросил его, ждёт ли он и на этот раз чего-то интересного, на что тот спокойно ответил, что убивать людей радости ему не доставляет.

Наконец в круг вошёл Гербер, неприметный воин среднего роста и телосложения, с боевым топором и щитом, на котором красовался герб баронства Клевер. Он вёл себя как подобает воину, и в отличие от того же барона внимательно и с уважением смотрел на Дунвеста и его меч, который тот неторопливо обнажил. Ножны он бросил Сивому, а сам встал ровно, опустив остриё к земле.

– Я, барон Волка, свидетельствую о праве барона Клевер на поединок с наёмником Мазаем. Стороны определили бойцов, которые заменят их в битве. В случае победы барона Клевер судьба проигравшего будет в его руках. В случае победы Мазая обвинения с него будут сняты, а покушение на его жизнь будет расцениваться как преступление. По крайне мере на территории баронств Волка и Клевер.

Это что ещё за оговорка? Чтобы не идти наперекор указу местного князя?

– Да будут Трое свидетелями сего суда, и того, что все согласны с его исходом. Начинайте.

Формальности были соблюдены, и воины приготовились к бою. Хорки было шёпотом спросил, где принимают ставки, но получив от Сивого тычок ножнами под рёбра, замолчал и вместе с остальными принялся следить за ходом поединка.

Осторожное начало вызвало нервное и нетерпеливое фырканье барона Клевер, который наверняка уже в уме держал с десяток вариантов пыток, которые собирался на мне опробовать. Он и не догадывался, что кто бы не вышел победителем, сдаваться ему я был не намерен, несмотря на никакие благородные законы. Но всё же в Дунвеста я верил.

Наш мечник решил разыграть такую же партию, какую я уже видел в его бою с Творгеном. Он сам пошёл в атаку, демонстрируя неплохую прыть для своего возраста. На что Гербер ловко подставлял свой щит или уворачивался, дожидаясь удобного момента. И когда его улучил, попытался контратаковать. Прыгнув вперёд и давя щитом перед собой, сам он подсел и попытался дотянуться топором до той ноги Дунвеста, на которую он сейчас должен был перенести вес. Верная тактика, но не против мастера меча, читающего бой как открытую книгу. Ноги на том месте вдруг не оказалось, зато меч рыцаря хоть и вскользь, но прошёлся по металлическим пластинам бригантины в поисках уязвимого места в районе подмышки.

Воин баронства Клевер попробовал разорвать дистанцию, но получил укол мечом над своим щитом. Не обращая внимания на рассечённую щёку, он попытался ударить в ответ по, казалось бы, попавшему в неудобную для себя зону мечнику, но топор рассёк лишь воздух, а рука, его сжимающая, лишилась нескольких пальцев, которые не уберегла даже кольчужная перчатка. Хороший всё-таки у Дунвеста меч.

Раненый воин зарычал и отскочил к самому краю круга, сбросив щит, и не обращая внимания на загудевшую толпу, перехватил топор здоровой рукой. После этого он сменил и тактику, и стиль боя, сам пошёл вперёд, увеличив интенсивность ударов, стараясь полностью избегать пауз между ними. Всё это напоминало какой-то отчаянный танец, который точно закончится чьей-то смертью.

Но Дунвеста и таким было не пронять. Теперь уже он почти не атаковал, лишь «поправляя» траекторию заметавшегося из стороны в сторону топора. При этом я не понимал, как он успевает это делать, ведь весь рисунок атаки был, на мой взгляд, полностью хаотичным, казалось даже, что он нарушает законы инерции и гравитации. Но вот стремительный росчерк меча вновь находит брешь, и воин с топором начинает припадать на одну ногу. Какое-то время он ещё пытался давить, но это у него получалось всё хуже. Очередная вспышка солнечного света на клинке, и воин неуверенно делает шаг назад, не понимая, как этот треклятый клинок сумел пробраться ему под бригантину, да ещё и разорвать звенья кольчуги.

Дунвест не играл, он делал всё правильно. Я видел, насколько он сосредоточен, и та мнимая лёгкость, с которой он сражался, тоже была обманчива. Топор неоднократно проносился в считанных миллиметрах от его тела, и лишь так он смог подобраться к этому воину. Но сейчас уже всё было решено.

С утробным рычанием Гербер пошёл в свою последнюю атаку. Сделав ложный удар и используя инерцию вращения тела, он неожиданно метнул свой топор в своего противника. Неожиданно для всех, но не для Дунвеста, который заблаговременно сместился вправо. А топор продолжил свой стремительный полёт к новой цели, которой то ли по воле рока, то ли по злому умыслу, стал я.

В отличии от мастера меча, такой сумасшедшей реакцией я не обладал. Будь я под действием «прилива», то может шанс и был бы, а так… оружие врезалось в меня аккурат в районе шеи, но сработавший личный щит отбросил его обратно прямиком на арену, чудом не задев никого из замерших на секунду бойцов.

Дунвест, глядя на такое, выдохнул и с подшага сильным и уверенным ударом снёс голову умелому воину, которому выпала честь отстаивать интересы своего господина. Поединок закончился, о чём и возвестил выступавший гарантом соблюдения всех правил барон Волка.

– Победа за вольным наёмником Мазаем. Отныне претензии барона Клевер по отмщению смерти его сына не принимаются. Я, все собравшиеся и Трое тому свидетели.

Все начали расходиться, павшего воина унесли его товарищи, а я не удержался и глянул на лицо барона Клевер, продолжающего неподвижно стоять на прежнем месте. К моему удивлению, на меня он даже не смотрел, да и в его пустом взгляде больше не было ненависти, только чёрная печаль и обречённость, словно этот вердикт для него действительно что-то значил. Вот только спиной я к нему всё равно не повернусь, ни при каких раскладах.

– Уже лучше, – похвалил меня Кромвель. – Целый топор! Но щит ты всё равно не удержал. Тренируйся.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.