Александр Басалыгин
Вне времени

Вне времени

Александр Аркадьевич Басалыгин

Как же необычно проснуться в темных коридорах безвременья. Увидеть, как душа выходит из тела и вновь возвращается. Но, когда сам обретаешь эту способность. Это – что-то!

После бурной и пьяной ночи Сергей неведомым образом оказывается в мрачных коридорах безвременья. Его удивляет и поражает все, что он видит. Но постепенно старик, оказавшийся с ним, помогает ему обрести смысл бытия. И Сергей сам начинает помогать страждущим.

Александр Басалыгин

Вне времени

"Атеистом человек может быть только до своей смерти. После – все будут верующими. Но выбрать то, что будет после, надо сейчас, и как можно скорее"

Св. Иоанн, архиепископ Шанхайский и Сан–Францисский, чудотворец.

Часть первая

Глава 1

Проникновение

Глава 2 Встреча

Глава 3 Вне времени

Глава 4 Полеты наяву

Глава 5 Очевидное

Глава 6 Невероятное

Глава 7 Вечность

Глава 8 Катюшка

Глава 9 Это Америка?

Глава 10 Послушай, сынок

Часть вторая Глава 1 Возвращение в реальность

Глава 2 Пробуждение

Глава 3 Кирюшка

Глава 4 Начало

Глава 5 Чувства

Глава 6 Заблудший

Глава 7 Коляныч

Глава 8 Черновы

Глава 9 Семейное счастье

Глава 10 Бесы

Глава 11 Венчание

Глава 12 В коме

Глава 13 Что есть жизнь?

Глава 14 Прострация

Глава 15 Маринка – утопленница

Глава 16 Совесть

Часть третья Глава 1 Апокалипсис

Глава 2 Медные трубы

Глава 3 Размышления

Глава 4 Явление

Глава 5 Изгой

Глава 6 Двадцать пять

Глава 7 Поле битвы

Эпилог

Часть первая. Глава 1. Проникновение.

Тихое шуршание, легкое потрескивание и мгновенный укол ледяным холодом подтолкнули Сергея очнуться и попытаться открыть глаза. Слипшиеся веки мешали что-либо видеть, и он костяшками правой руки попытался их разлепить. С трудом и непомерной, какой-то болезненной тяжестью, он умудрился протереть глаза и уставился в пустоту.

Где-то над ним, просматривался свод из кирпичной кладки. Слабый свет лишь совсем немного давал возможность разглядеть его. Свежий и немного холодный поток воздуха, заставил парня слегка съежиться и оглядеться. Он привстал на локте и посмотрел вокруг. Холодные, черные, будто закопченные стены и коридор уходящий куда-то.

Он лежал на чем-то мягком. Приподнявшись, он увидел, что это была старая дубленая овчина, с плеча, наверное, еще более старого крестьянина времен царя-гороха. Немного затхлый, но совсем не противный запах исходил от нее и Сергей, встав, напялил ее на себя, чтобы немного согреться. Затем, немного пройдя по уходящему вправо коридору, он увидел блуждающий, словно от горящей лучины свет. Тихо подойдя и заглянув за угол, он увидел небольшой закуток со стоящими посреди него ящиками, на которых стоял стакан, в котором догорала большая свеча.

У стены на топчане лежал, отвернувшись к стене какой-то мужик. Его храп красноречиво говорил о том, что он спал.

Сергей огляделся и присел к импровизированному столу. На нем ничего не было кроме свечи, зато неподалеку, у топчана, стояло ведро с водой. Там же он нашел и кружку. Набрав воды, с наслаждением осушил содержимое и, собравшись налить еще, остановился. Он увидел, как от спящего, осветив голову и плечи, отделился светящийся, совсем небольшой, то ли шар, то ли сгусток каких-то мерцающих спиралей. Застыв с кружкой в руке, он наблюдал за необычным явлением, не отводя взгляда. Светящийся шар медленно проплыл мимо, поднялся выше и, подлетев ко входу, исчез за углом.

Сергей вздрогнул. Поежившись, наклонился над лежащим и посмотрел. Храпа уже не было. Он дотронулся до лежащего.

– Эй, братан, ты что помер что ли?

Лежащий не отвечал, и парню пришлось повернуть его к себе. Он увидел старое, изможденное лицо заросшее седой бородой. Длинные седые пряди закрыли пол лица, и пришлось немного откинуть их, чтобы удостовериться, что мужик умер.

– Охренеть, это что, я увидел душу твою, что ли? Помер ты видать?

Парню стало немного жутко.

– А где я сам нахожусь-то?

Почерпнув из ведра еще раз воды, он быстро выпил ее и выглянул в коридор.

– Ничего не помню. Е-мое, вот вчера набухались. Как я здесь очутился, где все? Бомжатник какой-то, и тот с покойником. Надо искать выход.

Он еще раз оглядел место, где находился. Не найдя ничего существенного, кроме мягкой, свежей булочки, завернутой в мятую бумагу, вышел в коридор, предварительно положив ее в карман куртки. Затем остановившись, сбросил с себя овчинку и, подтянув джинсы, пошел искать выход.

Двигаясь по темному коридору, он пошел вперед. Но, пройдя немного, вновь увидел то же самое. Повернув назад, Сергей подумал было, что надо бы крикнуть, но решил подождать, пока не увидит выход. Он внимательно осматривался, вглядывался вперед, но, так и ничего не обнаружив, все же решился крикнуть.

– Эге, есть тут кто-нибудь, ответьте. Есть живые? – крикнул он. Но в ответ не услышал ни звука.

– Что, все померли что ли? – истерически завопил он. Решив ругнуться, он грязным, отборным матом, сочно выговаривая до крайности неприличные слова, заорал на все подземелье. Но ответом на его "благодарение" была лишь тишина.

Внезапно его стошнило, и он присел на корточки, прислонившись к холодной стене.

– Где я? Ничего не понимаю!

Засунув руку в карман, он нащупал сверток и, вспомнив про булочку, начал поедать ее успокаивая себя.

– Надо найти этот бомжатник, может там еще кто-нибудь живет. Придет, и я спрошу, где выход?

Он доел булочку и, бросив бумагу, в которой она была завернута, встал и оглянулся.

– Булка вкусная и свежая, – мелькнуло в голове. – Значит, кто-то недавно принес ее. Может, и тот бомж. Но ведь он откуда-то пришел. Где его пещера, мать его за ногу?

Он еще раз огляделся и направился в ту сторону, куда посчитал нужным идти. Пройдя немного, он вдруг резко остановился и взглянул вверх.

– Е-мое, светло почти, а лампочек-то, нет. Что за фигня?

Похмелье почти прошло. Плутая по подземелью, он окончательно заблудился и стал испытывать какой-то необъяснимый страх. Может показаться, что это и был страх, но страх какой-то другой, мистический что ли?

Он вновь прокручивал виденное с того момента, когда обнаружил спящего бомжа. Он ясно помнил этот сгусток непонятной энергии, выходящей, как ему казалось, из головы старика. Но он ничего не помнил про то, как он здесь очутился, с кем он вчера выпивал и вообще ничего не помнил про себя. Он знал лишь одно, что его зовут – Серега.

Глава 2. Встреча

Внезапно он увидел, как что-то промелькнуло. Или может показалось? Метнувшись в сторону, он быстро побежал за ускользающим видением, и ему удалось засечь краем глаза, как сгусток света исчез за поворотом. Он подбежал и успел увидеть, как шар подлетев к старику, растворился в нем, и спящий открыл глаза. Сергей стоял и ошарашенно смотрел на него, затаив дыхание. Старик привстал, потянулся, затем присел и взглянул на парня.

– Ну, что встал как вкопанный? Проходи, присядь, не стой в проеме.

Сергей молча прошел и присел на ящик.

– Я, это, думал, что помер ты. У тебя из головы вышло, что-то сверкающее, – проговорил неуверенно он. – Я вообще где? Коридоры подземные какие-то. Как я вообще здесь оказался? Ты старый сам-то, кто будешь?

Старик встал, зачерпнул кружкой воды и, немного отпив, протянул ее Сергею.

– Испей водицы сынок, успокойся. Ты вообще ничего не помнишь?

– Я же говорю, нет. Проснулся, смотрю на шубе старой лежу, коридоры какие-то темные. Встал, походил, тебя увидел, думал, помер ты. Скажи, где я? Как выйти отсюда? Домой надо бы, пацаны кажись бросили меня.

Старик наклонился и вытащил из ящика сверток. Он развернул его, и Сергей увидел содержимое. Немного хлеба, луковица, два небольших окорочка и кусочек сала. Затем хозяин встал, посмотрел на парня и подойдя к выходу протянул руку. Сергей увидел, как в руку старику кто-то подал большую бутылку, которую он тут же поставил на импровизированный столик с пищей.

– Я, чет, не понял, это что вино? – осипшим то ли от увиденного, то ли от чего еще голосом, спросил Серега. – Там кто – то еще есть? Зови, опохмелимся.

– Да нет там никого. – Старик достал еще кружку и откупорил бутылку.

Сергею он налил половину, красного, какого-то немного вязкого вина. А когда стал наливать себе, ошарашенный юноша огромными от удивления глазами смотрел, как из бутылки лилась прозрачная жидкость. Недоумевая, он взял свою кружку, заглянул в нее и понюхал содержимое. Затем посмотрел на старика, взял его кружку и, заглянув в нее понюхал и это.

– Ты что старый, фокусник что ли? Из одной бутылки наливаешь, а содержимое разное.

– Не могу я вино пить, давно уже. Вот водички родниковой, я с удовольствием попью. Да ты выпей, хорошее вино, полегчает, – ответил старик.

Парнишка вновь заглянул в кружку и попробовал содержимое. Приятный, пьянящий, ароматный запах и вкус понравились ему, и Серега с наслаждением опорожнил кружку. Старик тоже выпил и показал на стол.

–Ты поешь, булочки-то, мало поди. Проголодался.

– Вино классное. Ты его где взял? Кто его тебе принес?

– Вино хорошее, настоящее, с виноградников итальянских. Названий я не знаю. Ты не удивляйся, придет время – все узнаешь.

– Погодь, ты вот говоришь, что водичку родниковую пьешь, а вода синеватая какая-то, это что? И откуда про булку знаешь?

– Синеватая говоришь? Это меди в ней немного. Для организма полезно. Правда, далеко не всем, но мне надо. А про булку отчего знаю? Так ведь нет ее. И окромя нас здесь нет никого, куда же она могла исчезнуть? Да ты ешь. Если надо чего еще, скажи.

Сергей сидел в каком-то оцепенении и жевал теплую куриную ножку, приготовленную в лучших традициях дорогих ресторанов.

– Откуда здесь это все? Несколько минут назад здесь вообще ничего не было. Вино и все остальное?

Он посмотрел на старика и спросил:

– Послушай, старый. Ты вообще кто? У меня к тебе много вопросов. Как тебя зовут, откуда здесь такая жратва, ты живешь здесь или как? И где мы вообще?

– Ох, Сергий, как попал ты сюда, я не знаю, потом посмотрю. А вот нашел я тебя на земельке, и подстелил под тебя свою овчинку, дабы ты не замерз. А насчет пищи, так ты не беспокойся, Господь мне в обилии ее дает. А зовут меня, как и тебя, Сергий. А живу я там, где нужен бываю. Вот ты здесь оказался, и я тебе в помощь здесь.

– Погодь, – перебил его парнишка, – ты что, знал, что я здесь буду? И кто тебя послал? Ты что мне лапшу на уши вешаешь? – вскипел он, привстав.

Старик молча встал, протянул руку и пощупал Серегины уши.

–Какую лапшу, нет на них ничего. А уважению к старшим вас учат в вашем времени? Видать не зря, тебя ко мне определили. Ну что, полегчало? Давай-ка ложись вот сюда, поспи. А я пока соображу, что с тобой делать.

Пацан вдруг почувствовал, что захотелось прилечь и расслабиться. Он осмотрелся и увидел топчан, заправленный обычным, стеганым покрывалом. Сквозь наступающую дрему мелькнула мысль, что его здесь, минутой назад не было. Но сознание померкло, и Серега погрузился в сон.

Отец Сергий перекрестился, затем перекрестил спящего и тихо произнес:

– Господи, ты опять сподобил меня встречи с еще одной заблудшей душой. Я знаю, мы все дороги Тебе. Я помогу привести его к Тебе. Он наклонился, посмотрел на спящего Сергея. – Совсем юный еще, спи дружок.

И, подойдя к своему топчану, на котором он спал, прилег на него. Он отвернулся к стене и через мгновение, небольшой светящийся шар осветил тело старика. Медленно и величаво покинув помещение, он исчез в лабиринте коридоров.

Для отца Сергия времени не существовало. Он уже и сам не помнил, кто он, где родился, где жил и когда. Он не помнил своего детства и своих родителей. Он просто был и все. Одно он знал твердо – есть Тот, кто управляет его жизнью, помогает и дает все необходимое. И это была даже не вера, он знал, что Он – есть. Когда-то давным-давно, еще будучи не старым, он услышал в голове голос:

– Сергий, ты мне нужен.

И все. Он ощутил вдруг в себе необъяснимую потребность угодить Говорящему. Небывалое, всепоглащающее чувство великой любви и самопожертвования ради Говорившего, наполнило его. Он упал на землю от ужаса, что своей нечистотой вдруг посмеет оскорбить Его. И не надо было ему объяснять, Кто вел с ним разговор. Он знал – Кто! Первое время надо было привыкнуть к тому, что любое желание тут же исполнялось. Как физически, так и мысленно. Но к чему долго привыкал, так это к полетам…

– Господь мой, я вдруг оказываюсь вне тела. Я все вижу, слышу, но не могу вмешаться и помочь кому-либо. Я только подумаю о чем-нибудь и вдруг я там. Я боюсь ошибиться и пропасть где-нибудь. Подскажи, научи, – просил он.

И помощь приходила. Скоро он уже знал и умел многое.

– Почему Ты выбрал меня? – Как-то спросил он. – Чем я заслужил это? И в чем я смогу помогать Тебе, когда я полностью научусь управлять. Ведь Ты – Всемогущий.

– Мне нужен верный помощник. Ты будешь там, где сможешь помочь тому, на кого Я укажу. И ты укажешь ему путь.

– Какой путь? Смогу ли я?

– Путь праведного спасения. Мне нужны избранные. Они пойдут дальше. Они будут управлять мирами, на которые Я укажу. Но они должны очиститься, чтобы не уйти в небытие. Человечество погрязло в нечистоте. Ты сам все знаешь и видишь. Я посылал к ним много пророков, давал много знаков и предостережений. Увы, меня слышат единицы. Не бойся, Я буду с тобой.

И Сергий все понял. Ибо Тот, кто сказал, что будет с ним, всегда и есть с ним.

Серега открыл глаза и долго лежал, не двигаясь, уставившись в одну точку.

– Что это? Как такое возможно? Это не сон. Вот, я лежу в этой каморке. Рядом старик, который может покидать тело. Где мой дом?

Парень повернулся на бок и увидел спящего старика. Тот не храпел и даже не сопел. Серегу передернуло, – опять душа его покинула тело? Он встал с топчана, потянулся и, тихо подойдя к старику, заглянул в его лицо. Старик с открытыми глазами молча смотрел в стену. Вдруг он повернул голову и их глаза встретились.

– Что, думаешь опять я где-то летаю? – улыбаясь, произнес старик и привстал.

– Дай-ка я встану, отойди чуток.

Он встал, посмотрел на всклоченные волосы парня и, протянув руку к нему, подал невесть откуда взявшуюся расческу.

Причешись, да и умойся иди. Там и место отхожее есть. А я пока соображу, что пообедать.

Сергей взял расческу и вышел из комнаты. Он вдруг увидел сразу за поворотом обычный городской туалет. Такой, какой он привык видеть у себя дома. Зайдя в него, он словно оказался в своей квартире. Все находилось там, где и должно было находиться. Над умывальником висело зеркало, он сам сверлил для него отверстия, чтобы повесить его.

Сергей взглянул в зеркало и, увидев себя, сконфузился. На него смотрел чумазый, взлохмаченный и какой-то изумленный – он.

– Надо-же, приснится же такое. Все, хорош, завязываю бухать. Как будто наяву в этом бомжатнике побывал, – подумал он и стал умываться.

Умывшись холодной водой, он взял полотенце, там, где оно и должно было находиться. Вытерев лицо, он взглянул в зеркало, чтобы расчесаться и отпрянул от него, непроизвольно вскрикнув. За ним, в отражении, он увидел стоящего старика. Того самого, которого считал сном. Сергей резко повернулся и чуть не столкнулся с ним.

– Что, думал это сон приснился, и ты уже дома? – улыбнулся старик. – Пойдем, подзакусим малость, нам есть с тобой, о чем поговорить.

Он вышел и исчез за поворотом. Серега оторопев посмотрел по сторонам и вновь увидел себя в тесной комнатке подвала или какого другого помещения, где он уже был и гулял по его коридорам. Он тихо вышел и за стеной увидел тот же закуток, где старик сидел за столиком из ящиков и наливал в металлические кружки пахучий чай.

Глава 3 Вне времени

– Не удивляйся Сергий, то, что ты видишь, чувствуешь и говоришь, это есть. То-есть, все по- настоящему. И то, что ты сейчас услышишь от меня не сон, не фантазии твоего сознания, а настоящее. Много лет назад, я уже и не помню точно, я был обычным человеком. Но однажды, я был призван Господом, чтобы творить Его волю. Мне был дан наказ, помогать заблудшим душам найти правильный путь спасения. Именно спасения. Ты верующий или как?

Сергей, сидящий на ящике и прихлебывающий горячий чай из кружки, пожал плечами и кивнул.

– Ты киваешь, что верующий или нет? – старик внимательно посмотрел ему в глаза.

– Ну я догадываюсь, что есть какие-то силы. Они помогают людям или наказывают их, я что не грамотный что ли? Читал об этом.

– То есть ты думаешь, что нами управляют Кто-то, но ты не знаешь, Кто, так?

– Ну, как-то так. Это и есть Бог. Люди просто называют его Богом и молятся ему. Я не видел Его. Его вааще никто не видел. А ты старый, что видел Его? – Сергей отхлебнул большой глоток и, поперхнувшись долго откашливался.

– Видать тебя и, правда, не научили разговаривать со старшими вежливо. Ты в каком году родился? В городе, или селе каком?

– В городе, Екатеринбурге. Слыхал о таком? Аж в 2000 году. С какой целью интересуешься? Сам- то, откуда к нам прибыл? Ты что, сам не отсюда?

Старик загадочно улыбнулся.

– Как не слыхал, конечно слыхал. Город хороший. Еще по указу Императора Петра в 1723 году, по Рождеству Христову был основан на реке Исети, как завод-крепость. Так, в честь жены Императора Екатерины и назвали – Екатеринбургом. Он же любил немецкое уж больно. В каком годе ты говоришь родился-то?

– В 2000-и, в начале самом 21-го века. Ты старый совсем потерялся во времени? Сейчас 2024 год шагает по планете. Тебе самому сколько лет?

– Так я же говорю, не помню. Так значит 2024 говоришь? Пока живем?

– Что значит «пока»? Ты что меня пугаешь? Говори, где мы, что за фигня происходит? То я дома нахожусь, то опять здесь. Это сон какой-то?

– Ты не удивляйся только, но я думаю, что не случайно мы здесь с тобой встретились. И это не сон. Слушай, что я буду говорить, и все поймешь.

– Да, Господь дал мне способность выходить из тела и бывать там, где я захочу или скорее там, где мне нужно быть. И я научу тебя этой способности.

– Постой, – перебил Сергей старика, – ты хочешь сказать, что я смогу выходить из тела и гулять, где я захочу? Просто захочу и раз, я уже там? Так?

– Да, ты сможешь выходить и бывать там, где тебе понравится. Но, есть условия.

– Погоди, я вот вышел из тела, дальше я полетел, куда мне надо, но меня ведь увидят. Поймают каким-нибудь сачком, и в лабораторию изучать. Может такое случится?

Старик улыбнулся, затем, посмотрев на парня, вдруг рассмеялся.

– Ну уморил. Сергей, во-первых, тебя никто не увидит. Во-вторых, первое время мы будем вместе. Это не так просто летать, как тебе кажется. Ну и в-третьих, помни, ты не сможешь подать голос, потрогать или предотвратить что-то сам, без моего ведома. Ибо все, что ты будешь делать, не своеволие, а твоя задача для спасения. Твоя матушка, даже не заподозрит, что ты исчез. Время для тебя нет.

– Погодь, что значит, нет? Я здесь, сейчас с тобой базарю, а там меня уже, наверное, потеряли все. И пацаны, и матушка.

– А что же ты матушку свою не ценил, обижал ее, пьянствовал с друзьями и вообще не слушал ее? Не переживай. Ты для них не пропадешь. Время для них остановилось.

– Что значит остановилось? – возмутился Сергей.

– А ничего. Ты вернешься к себе домой, как будто и не покидал его. Пока ты спал, я был там, где ты жил. Никто тебя не ищет. Друзья твои спят пьяные, там, где вы пьянку устроили, а матушка твоя еще с работы не вернулась.

– Ты что такое говоришь, сутки, наверное, уже я здесь с тобой, а там… – Парень прикусил губу и нахмурил брови. – Я вообще потерялся. Это я сплю, что ли? Старый, я сплю? –

Сергей огляделся, привстал, ощупал себя и вдруг резко стукнулся головой об стену. Боль была настоящая. Он присел на ящик и замолчал. Старик молча пододвинул к нему горящую свечу.

– Возьми огонь в руку.

Сергей протянул руку к огню и резко отдернул, ощутив жар от огня.

– Ну что, сон это или нет? – старик улыбнулся и положил руку на его плечо. Затем похлопал по нему.

– Не бойся, я с тобой буду. Все будет хорошо. Тебе предстоит кое-что увидеть, чтобы рассказать людям. Ну и самому, исправить свою жизнь и перейти в Вечность.

Глава 4 Полеты наяву

– Жизнь вечная. Что ты знаешь о ней, Сергий? – старик пригласил парня присесть, показав на топчан. Затем повернувшись, выхватив из пространства мягкий пуфик, сел напротив, удивив этим и без того ошеломленного парнишку.

– До прихода в мир Иисуса Христа в мире царил законный пессимизм ветхозаветного человечества. Как писал царь и пророк Давид, «дней наших лет семьдесят, восемьдесят, и проходят они быстро, и мы летим». – Он глубоко вздохнул. – «А затем всех нас подстерегает смерть. Жизнь же есть только короткое мгновение перед величием Вечности».

Парнишка молча смотрел на старика и поневоле заинтересовался разговором.

А старик продолжал:

– Как же мы должны быть счастливы, что живем в другое время, новозаветное. Иисус победил смерть. Им образовано новое Царство вечной жизни. Я все-таки думаю, что ты слышал хотя бы об этом?

Сергей кивнул и глотнул из кружки старика воды.

– В это новое Царство Он зовет и готов принять в него даже самых тяжелых грешников, лишь бы они только смирились и покаялись. Однако многие, прочитав Евангелие, не пошли за Ним. Многие, очень даже многие, смотря на верующих, крутят пальцем у виска. Но есть и те, кто стремится идти по пути указанному Им.

Каждый человек индивидуален. Поэтому и для каждого человека нужны особые сведения, советы и указания в духовной жизни. Отсюда и наилучший путь совершенствования – это индивидуальное, непосредственное ученичество у опытного, просветленного Духом старца. Коим, для тебя я и буду.

Сергей открыл было рот, но сглотнул и ничего не сказал.

– Не бойся и не суетись. Раз ты здесь оказался, значит Господь так решил. Он любит всех и хочет, чтобы спаслись все. Ну а тебя выбрал, стало быть, для другой миссии.

– Я не знал тебя, и решил получше узнать, погостил у тебя, посмотрел немного твое детство, немного юности. Заглянул в будущее…

– И что там? – спросил взволнованно Сергей.

– А что там? Нет тебя там. После пьянки, для тебя вчерашней, ты умер от отравления на следующий день. Матушка твоя от горя умерла через неделю. И все Сережа. Вот видать Господь сжалился над тобою и послал ко мне, на исправление.

Парень сидел, ссутулившись и немного опустошенный, под влиянием от услышанного.

– Простите, – он невольно перешел на Вы, – я ведь Вас посчитал просто бомжом, алкашом. Мне хоть и не верится, но я же вижу для меня необъяснимы некоторые вещи.

– А разве БОМЖи, как ты их называешь, все опустившиеся люди? Вот я, тоже БОМЖ. Я странник. Где я нужен, туда и посылает меня Господь.

– Вот и ты получается сейчас тоже БОМЖ. Пока будешь со мной, друг мой.

Старик улыбнулся.

– Ну, давай начнем?

– А что начнем? – Сергей встал и вопросительно посмотрел в глаза старика и невольно вздрогнул.

Его поразила их глубина. Что-то бездонное, притягательное, светлое, доброе и … Он даже и не знал, как объяснить это чувство. То, что исходило из них, никогда еще не наполняло его сердце такой любовью и нежностью. И он почувствовал, что тот, кто стоит перед ним, Великий Учитель, и что ему можно довериться полностью.

– Я вот хочу спросить тебя Сергей. Ты пока еще не полностью понял, почему ты здесь. Что-то я рассказал тебе, что-то еще расскажу. Я для того и дан тебе в наставники, чтобы помочь тебе. Ты готов выполнить возложенную на тебя задачу? Понять, простить, покаяться и затем другим, на кого укажет Всевышний, помочь? Свое будущее ты знаешь. Если все еще не веришь, я покажу тебе твое настоящее. Правда быстро, буквально миг. Ты еще ни разу не выходил из тела. Готов?

– Это что? Я, как и Вы, буду летать? Нас ведь увидят. А вдруг поймают?

– Я уже тебе сказал. Меня, мое сознание, ты видел только потому, что так было нужно, чтобы ты, наконец, понял, кто я и, зачем ты здесь. Если ты согласен, давай подготовимся. Я буду говорить, ты слушай внимательно. Когда ты осознаешь, что ты, твое сознание готово покинуть тело, сконцентрируйся и усилием воли надави на оболочку тела. Первый раз, возможно, будет некомфортно. Затем, когда выйдешь из него, постарайся увидеть меня. Я буду рядом. Не суетись и ни о чем постороннем не думай. Думай обо мне и слушай только меня. Иначе заблудишься в лабиринтах пространства. Это не шутка. Тебя и меня простым людям не дано будет видеть. Когда увидишь то, что для тебя непонятно и страшно, смотри и слушай меня. Главное – ничего не бойся и ничего не представляй. Иначе мгновенно окажешься в том месте, о чем подумаешь. А это, чревато последствиями.

– Ложись на топчан, расслабься и слушай меня. У тебя получится.

Старик проследил, чтобы Сергей лег на левый бок и лишь после этого, сам улегся на кушетку.

– Готов? Сконцентрируй внимание на яремной ямке. Собери себя со всего тела в пучок, ощути сгусток в голове и, когда почувствуешь легкое покалывание в горле и услышишь эфирное потрескивание, выходи через неё. Через ямку эту. Знаешь, где она?

Он показал её на себе.

Сергей сделал все так, как говорил старик. Вот он почувствовал, как собирается в комок. Вот он почувствовал покалывание. В голове ощутил приятную свежесть и легкость. И вдруг…он увидел себя.

Как все же странно видеть себя со стороны. Вот он лежит, до боли родной и знакомый. В каких-то грязных джинсах, мятой рубашке, взлохмаченный и с грязным пятном около уха.

– Е-мое! Это же я. А где Сергий? – он огляделся и увидел сверкающий сгусток чуть слева. Себя, вне тела, он не видел. Это было странно для него и необычно. Не было видно ни рук, ни ног. Даже свечения как, от отца Сергия, от него не исходило. Была легкость во всем и …

– Как же классно! Отец Сергий, как классно!

Парнишка вдруг ощутил, что его вдруг потянуло в сторону. Оглядываться было не нужно. Создавалось впечатление, что он видит все и сразу. И слышал он также где-то внутри себя.

– Держись меня. Вспомни свой дом, сориентируйся оказаться у своей кровати и окажешься там. Больше ни о чем не думай. Ни о чем, услышь меня.

Сергей волнуясь представил свою комнату и вдруг услышал легкое потрескивание. Мгновение, и перед ошеломленным парнем явилась его комната. И, что его очень взволновало и удивило, он увидел себя, лежащего на кровати. Он лежал и храпел. Одетый и помятый. Точь-в-точь, как и там, в темных коридорах, на топчане в каморке отца Сергия. Вдруг дверь в комнату отворилась, и он увидел заглядывающую в нее свою мать. Над ее головой сверкал небольшой шар.

– Отец Сергий, – пронеслась мысль в ту же секунду. Матушка покачала головой, посмотрев на спящего и молча, притворив двери, удалилась.

– Сергей, возвращаемся, – услышал он. – Представляй нашу комнатку и топчан.

Он внял сказанному и тут же оказался там, откуда благополучно несколько секунд назад улетел. И вновь он увидел себя. Вспомнив, как старик входил в тело, он подлетел, и, услышав легкое потрескивание, вошел в свое тело. Ощутив тяжесть и какую-то скованность в членах, он открыл глаза, привстал и оглянулся. Старик тоже привстал на кровати. Сергей присел и потянулся. Затем взглянул на отца Сергия и возбужденно затараторил:

– Это что было? Класс! Офигеть! Я в восторге! Отец Сергий… Парень и сам не заметил, как стал называть "бомжа" на Вы, и отцом Сергием. Я только не понял, совсем запутался. Там я на кровати, здесь я на кровати и в тоже время я летаю. Где я настоящий? Я летаю…

– Ты, Сергей, не кричи. Слух мне Господь хороший дал. Я понимаю восторг твой. Человек всегда мечтал летать. То, что ты увидел самого себя, в комнате, и матушку свою – это явь. Сейчас ты здесь, со мной – это эфирное твое тело, душа твоя, ты – сам. Ты увидел, как тебя вчера приволокли пьяного, и ты завалился спать. То есть ты сейчас, в настоящий момент находишься у себя дома. Правда в отключке, как сейчас говорят. Я уже и ваше нонешное.., как бы правильно сказать, говор ваш почти выучил. Завтрашний день я не стал тебе показывать. Не проснешься ты. Отдал бы душу Богу. Да вот помиловал Он тебя. Послал меня к тебе. Все еще не веришь?

Сережка съежился и как-то сник.

– Понял отче. Ох, как понял. И поверил. Хоть и с трудом. Согласись, в это трудно поверить.

– Для верующего христианина, это не трудно. Для тебя – да!

В семье Сергея мало говорили о возвышенном. А уж о религии и того меньше. Обычная российская семья. Отец парня был ремонтником на авиастроительном заводе и, как и все работяги, был не против того, чтобы после работы выпить с друзьями. Мать работала бухгалтером, на том же предприятии, где трудился муж. Сергея потянуло к спиртному и компаниям уже в десятом классе. Как-то он пришел сильно пьяный после того, как одноклассник пригласил его на свое шестнадцатилетие. Ему в то время было пятнадцать и до того дня, он ни разу еще не пробовал спиртное. На празднике за столом кроме сладостей и разных вкусностей было и вино, и родители парня, у которого был день рождения, предложили выпить и Сергею, и другим ребятам. Было весело и шумно. Но, как и должно было случиться, в тот вечер он "нагрузился". А дальше… Ему понравилось это. И при удобном случае Сергей уже не упускал возможности выпить.

Отец его умер от сердечного приступа на следующий день, как сын получил аттестат о среднем образовании. И они с матерью остались вдвоем. На военную службу Сергея не взяли по состоянию здоровья. При прохождении комиссии от военкомата у него обнаружили заболевание, при котором он освобождался от призыва в армию. Поступил в техникум, учился неплохо, но частенько прогуливал пары.

А в тот вечер, когда они с друзьями решили прошвырнуться по ночным клубам, Сергею нездоровилось. Но жажда приключений напрочь отбила желание похворать. И они оторвались. Да так, что он даже не помнил, как друзья довели его до дома и, позвонив в двери, убежали, хохоча на весь подъезд.

И вот он здесь. Неизвестно где. Со стариком, которого он не знал еще…

– А правда, сколько я уже здесь? – вдруг обожгла его мысль. – И эти полеты… Ведь это не сон.

Сергей поднял голову и осмотрелся. Отец Сергий сидел напротив и, улыбаясь смотрел, на него.

– Ну спрашивай. Я же вижу, как тебе хочется задать мне множество вопросов. Поверил в чудеса? Задавай, спрашивай Сергей, постараюсь ответить с Божьей помощью.

Глава 5 Очевидное

Сидя перед стариком, Сергей чувствовал какую-то неосознанную настороженность. То, что произошло с ним за последнее время никак не укладывалось в его голове. Вопросов задать хотелось много, но с чего начать?

– Я… В общем-то, хочу спросить. То, что со мной происходит нереально. Я не могу поверить в это, и я вижу, что это есть, происходит со мной, – начал было он говорить, но стушевался и замолчал.

– Тебе тяжело в это поверить сынок, потому что ты жил не той жизнью как сейчас. Многие живут беспечно, не думая о последствиях, – стал помогать ему старик.

– Бог создал этот мир не ради развлечений. Если ты читал Библию, то знаешь, что первых людей Он изгнал из Рая. И ты, и я, и все другие люди на этой планете живут, чтобы вернуться в него.

– Куда, в Рай? – удивленно поднял брови Сергей.

– В Рай, Сергей. А куда же еще? Или адово пламя всепожирающее захотел? Можно и туда. Да уж больно не хочется. Ты посмотри, что творится в мире. Вон, в Гейропу, как кто-то из ваших, современников сказал, Содом и Гоморра вернулись. Знаешь же?

– Слышал, конечно. Там вообще, ужас! – Сергей поднял голову, посмотрел по сторонам и, уже воодушевленный, продолжал:

– Отец Сергий, а в Америке и того больше. Они там вообще все рамки сдвинули. Президент, у которого с головой что-то не то как будто, с дуба рухнул. Ему все воевать охота. Вон, с братьями нашими славянами перессорил нас. Что на Украине-то творится, брат на брата идет. –

Он даже встал с топчана, жестикулируя руками.

– Присядь, – осадил парня старик.

– Кто-то Родину защищает, вон сколько ребят гибнет, а кто-то водку пьет и по кабакам ходит. Что не так Сережа? – Сергей опустил голову. – Близится конец. Не понимают люди. Нет покаяния в них.

– Конец света? – вновь, испуганно подняв брови, спросил Сергей.

– Конец тьмы! Устал от нас Господь. Близится Страшный Суд. Все предстанем пред Ним. Что будет каждый говорить, в чем оправдываться? Это не человеческий суд. Это будет настоящий, праведный суд. Уже не отбрехаться, не откупиться будет. И каждый получит то, что заслужил. А потом… А потом придет Царство Света.

Парень растерянно, как-то весь обмякши, затравленно смотрел на старика. Это он уже много раз слышал, от других. Не верил во все эти сказочки. Но в устах отца Сергия это все обретало иной смысл. Это уже казалось правдой. Да и почему казалось? Ведь он же летал сегодня, выходил из тела. Как же не верить в то, что с тобой происходит наяву?

– И когда это может все случиться? – спросил он.

– Об этом никто не знает. Но близится, близится то, что написано в писаниях, – старик ласково посмотрел на него. – Что, проснулся интерес к жизни? А почему раньше не думал об этом?

– Отец Сергий, а как покаяться? Я не хочу в ад.

– Не хочешь? Так ты и есть в аду. Как ты живешь и есть ад. Тебе надо взять крест свой и терпеливо нести его с честью.

– Какой крест?

– А тот, что был дан тебе от крещения. Я знаю, ты крещен с именем Сергий. Вот и неси его. Знаешь, что значит нести крест свой?

Сергей пожал плечами.

– Взять крест свой – значит с честью претерпевать тяжкий невидимый труд, томление и даже мученичество ради Евангелия. Борясь со своими страстями, с грехом, который живет в нас и с духами злобы. Ибо каждому придется встретиться с Богом, либо как со Спасителем, либо как с Судьей. Ведь смотри сам, живем в мире, где дьявол перестал прятаться, а люди все равно не видят его. Ведь Сергей, я повторюсь, мы все разные. И ты, и я и другие, и сердца у нас разные. А ключ то, один – любовь и доброта. Кабы все понимали это, не было бы войн, жили бы все дружно. Да, мы должны каждый день благодарить Бога, что еще живем на этом свете. Трудно, ох, трудно спасаться, когда все окружающие не верят и не живут по вере. Но зато, Сережа, большая награда ждет того, кто в этом окружении живет по Евангелию. Ты сам, если выдержишь то, что тебе предстоит, поймешь это.

– Я могу не выдержать? – Сергей привстал с топчана.

– Можешь. Если не выполнишь, не захочешь выполнять возложенную на тебя задачу.

– А Вы знаете, что с нами будет? Скажем, через месяц? – Сергей вновь привстал и тревожно посмотрел на старца.

– А что? Интересно? Я же тебе сказал уже. Вот в прошлое, ты не хочешь заглянуть. Посмотреть на себя со стороны, может призадуматься над прожитой жизнью. А сразу в будущее… Ну да ладно, это входит в наш план. И что бы ты хотел увидеть? – старик с интересом смотрел на возбужденного парня.

– А вот когда уже на Украине все закончится? Когда янки, будь они неладны, успокоятся? Израиль с Палестиной?

–Ух ты, разошелся, политикан какой становишься, – рассмеялся старик. – Ну давай готовиться, все помнишь? Держись рядом и никуда не улетай, слушай меня. Я серьезно, не шучу. Как я уже говорил, в пространстве потеряться легко. Потом ищи тебя.

Некоторое время стояла тишина. Сергей улегся на топчан, повернулся на левый бок и приготовился.

– Куда? –тихо спросил старик.

– Давай в ноябрь, нашего 2024-го. Можно? В Харьков, у меня батя оттуда родом. Я был там в детстве у тетки. Что там будет?

– Я не знаю, не был там в это время, – старик прилег и повернулся на бок. – Помни, что я тебе говорил. Полетели…?

Глава 6 Невероятное

Второй выход из тела прошел мягче и быстрее. Оглянувшись на себя и осмотревшись, он увидел старика. Конечно, не в теле, а в белесом сверкающем овале. Его потянуло в сторону, и он вновь услышал где-то внутри себя голос:

– Если помнишь с детства места в Харькове, подумай о них и окажешься там. За меня не переживай, я слышу, о чем ты думаешь.

Сергею не надо было напрягать мысли, чтобы оказаться там, куда он хотел попасть. Он давно хотел побывать в городе еще раз. Воспоминания детства часто остаются в памяти на всю жизнь.

Считанные мгновения, и вот он уже в городе. Полуразрушенные здания, черные провалы разбитых окон. Покореженные машины на улицах и совсем немного прохожих. Но не было слышно стрельбы и разрыва снарядов. Сергей опустился ниже и оказался у подъезда жилого дома, совсем не тронутого войной. На скамье сидели две женщины и о чем-то говорили. Подлетев к ним вплотную, он решил проверить, увидят ли они его. А заодно и послушать, о чем они говорят.

– А я тебе говорю, мясо и молоко привезли вчера. Сегодня давать будут. Кабы не волонтеры эти, с голоду бы сдохли. Якби не скинули цього нелюда, неведомо, як би жили…

– Галя, вот зачем они так с нами? Ведь жили не тужили.

– Так политика у них така. Ссорят народы, а потом грабят.

Сергей, поняв, что его никто не видит, решил побывать у тетки и, вспомнив улицу со смешным названием Сериковская, и дом с номером 86, мгновенно очутился там. Рядом он увидел отца Сергия и почувствовав прилив энергии оказался в квартире тетки.

Но что это? То, что помнил Сергей, улетучилось. Это была чужая квартира. Не та обстановка, мебель. Все было не то.

– А что ты ожидал? – услышал он, ощутив рядом старика. – Всему свое время. Померла, наверное, твоя тетка. Сколько лет то прошло?

–Двенадцать, наверное, или что-то около этого, – ответил Сергей.

– Ну что, куда? Город посмотришь, или назад?

– Давайте еще немного. Хочу на Соборный спуск, это в центре. Посмотрю, что там сейчас…

Эти необычные полеты вне тела умиляли его. Всё было необычно и фантастично до полного ощущения чуда. Да и разве это было не чудо?

Они побывали в центре, побывали на улице одного дома Пащенковской, хоть и не нашли его. Вернее, нашли то, что от него осталось. Слетали на рынок. Рынок работал в обычном режиме, было много народа и много шума. Но когда Сергей подлетел к прилавку и взглянул на цены… Пришлось удивиться. Шесть нулей в ценнике напомнили рассказы матери о России девяностых. Послушав разговоры, он понял, что город находится в нейтральном статусе. Ни Россия, ни Украина не имели права на город. Это стало ему интересно и пролетев еще несколько районов, он воочию убедился, что это так. Почему так получилось? Он не знал. Заглянув в календарь на стене какого-то учреждения, он отметил про себя, что, действительно, находится в ноябре 2024 года. Затем, он вспомнил про свой закуток в мрачном помещении и через мгновение увидел себя на топчане. Путешествие закончилось, но вопросы остались.

Глава 7 Вечность

Сергей лежал на топчане заправленным стеганным одеялом и смотрел в потолок. Говорить не хотелось. Мысли хаотично кружились, и даже усилием воли он не мог их упорядочить и расставить по своим местам.

Старик тоже лежал и молчал, давая Сергею успокоиться от увиденного. Он понимал, что для молодого, невоцерковленного парня это был стресс. Что уж говорить о нем, если даже взять любого, воцерковленного современника Сергея и предложить это все ему? Наверняка он также будет ошеломлен увиденным. Отец Сергий вспомнил свои первые шаги в познании Божественного. Он также это все переносил с восторгом и страхом. Всему удивлялся и всем восторгался. Все, что тогда с ним происходило, казалось сказкой. А сейчас Сергей. Он был седьмым, кого Всевышний направил ему.

– Отец Сергий. Мне страшно, – раздался голос парня.

– Я даже не думал, что такое возможно. Значит, это все правда? Значит, все-таки существует и загробный мир? Значит, и душа вечна? Но почему Церковь молчит о загробном мире? И что такое Вечность?

Старик повернулся к Сергею:

– Что такое Вечность? Не знаю, поймешь ли ты так сразу? Попробую объяснить, раз уж решил узнать.

Вечная жизнь – это как состояние души человеческой, и она не зависит от условий пространства и времени, не приурочена только к миру загробному, а зависит от нравственного развития человека и, следовательно, может начаться для избранных и в здешней жизни.

– Это как? – перебил его Сергей.

– А вот так! Получить Вечную жизнь не значит перейти из одной области бытия в другую, а значит, приобрести душевное расположение. Вечная жизнь, таким образом, не получается, а постоянно растет в человеке.

– Вы так говорите сложно, можно попроще? – вновь подал голос Сергей.

– Попроще говоришь? Понятие "Вечность" – это не "Бесконечность". Мы не можем иметь представлений о будущей загробной жизни: ее понятие для нас является мало доступным разуму. Ну, в общем, при ограниченности нашего языка, мы заменяем это понятие "вечностью". Ты спрашиваешь, почему Церковь молчит о загробном мире?

Вот, слушай. Человек живет, мыслит и чувствует в условных формах пространства и времени. Вне этих форм мы не можем ни мыслить, ни говорить. Потустороннее живет иными формами. Ты ведь и сам в этом сегодня убедился. Если будем говорить о нем, мы будем говорить плотским языком. Вот откуда целомудренное молчание Церкви. Вечность по существу – Единый Бог. Понимаешь ты меня? То есть, Вечность не есть нечто отвлеченное или отдельно существующее, это Сам Бог в Своем бытии… и религии здесь ни при чем.

Ну если еще проще, если ты стремишься к Богу, то стремишься к Вечности. Быть с Ним, значит, быть вечным. Ведь все мы христиане, в нашей земной жизни призываемся постоянно переключаться с потока времени, суеты и забот, на поток вечности, жить в Боге и с Богом.

То, что люди, как создания Божии принадлежат не ко времени, а к вечности, это ясно видно из того, как меняется время… Оно иногда летит, как Ангел по небу; иногда, как демон падает в бездну; иногда оно ползет, как расслабленный, или лежит у купели, не видя ни Господа, ни даже человека, который ввел бы его в Жизнь. Вот так вот, сынок. Надеюсь, ты понял меня?

И Сергей понял. Он понял то, что всю свою жизнь он не только не стремился к Вечности, но и всячески убегал от нее. Учился он неважно, и сам удивлялся, почему его еще не отчислили? Вел образ жизни обыкновенного паразита. Мать много раз пыталась урезонить его. Бывало, что и в церковь звала. Просила, чтобы учился лучше и меньше с друзьями шарахался по ночным забегаловкам. Где доступные девицы не только его деньги тратили, но могли и наградить чем-нибудь. Сергей все, что говорила ему мать, принимал с юмором, но иногда они ругались по-настоящему крепко.

– А в прошлое свое, Сережа, не хочешь заглянуть? – прервал его думки отец Сергий. Посмотри, как мать доводил до слез, как бражничал с друзьями.

– Простите, что делал? – спросил Сергей.

– Бражничал, ну пьянствовал значит. Так раньше говорили.

– Нет, не хочу. И так сейчас лежу и вспоминаю. Дурак был.

– Да ладно, а сейчас, стало быть, поумнел? – улыбнулся старик.

– Просто подумал. Вот если есть вечная жизнь в Боге, значит она есть и в дьяволе, так? Получается, те кто не обретет Бога, обретет…, даже и говорить то страшно. И, что? Вечно будет на сковородках и в котлах кипеть?

– Ну вот здесь я не знаю, что заслужишь, то и будет. А сковородки и котлы… – старик ухмыльнулся.

– Вот некоторые люди, и раньше это было и сейчас есть, кстати, даже священнослужители, говорят, – да, какая там вечная мука? Никаких вечных мук не будет. Да и как может страдать душа? Она же бесплотная! И еще говорят о каком-то там огне, что бесы будут мучить, рвать на части, а другие будут вариться в котлах или сковородках. Ну что за ерунда – какие котлы? Какие сковородки? Душа же бесплотная – она ничего этого не может чувствовать.

А я тебе так скажу, Сергей, что вот как раз боль чувствует не тело человеческое, а душа.

– Как это не чувствует тело? По морде, когда получаешь, очень даже чувствуешь, – перебил Сергей.

–Погоди, не перебивай, дослушай. Я тут у вас узнал интересное слово – интерфейс. Уж больно оно мне понравилось. Так вот, таким связующим звеном, интерфейсом, между телом и душой служит мозг. К примеру, мы отключаем интерфейс. Болевые импульсы поступают к мозгу, а от мозга в душу не поступают. Трансформатор этот выключен.

– Вы даже знаете, что такое – трансформатор? – вновь перебил Сергей.

– Ты меня совсем древним считаешь, Сережа? Конечно, знаю. Ты слушай и не перебивай. Я же тебе на твой же вопрос отвечаю.

Наши нервы— это биологические провода, они проводят электрический ток. Он очень слабый, но попадая в ту часть коры головного мозга, которая отвечает за те или иные функции, болевые импульсы там анализируются, и информация посылается в душу. И вот когда болевой импульс по нервным волокнам доходит до мозга и передается в душу, тогда человек испытывает боль. Когда ему отрезают руку, он чувствует это. Что руку отрезают, а не ухо или ногу.

А теперь представь себе, приходит, к примеру, анестезиолог в больницу и отключает мозг. Человеческий мозг можно отключить. Импульсы болевые доходят до мозга, а он отключен! Этот интерфейс не работает и не передает информацию в душу, и душа не чувствует ничего. Хирург берет пилу и отрезает ногу. А человек не чувствует ничего. Почему? А потому как все болевые импульсы идут в мозг, а мозг-то не передает их дальше: он отключен! Душа ничего не чувствует.

А теперь смотри: душа, отделившись от тела в момент смерти, переходит в параллельный мир – духовный, а там находятся разумные личности, и эти личности – демоны. Они могут энергетически воздействовать на душу и посылать ей импульсы именно такие, какие мы получаем через нервные волокна от больного органа. Они ведь абсолютно неотличимы…

У психиатров это называется —сенестопатия. Да и не только у них. Это общее название. Когда больной жалуется на то, что там, где-то, болит или в другом месте, а их на самом деле нет, болячек то этих. Это что? Это ложные фантомные ощущения, которые чувствуются как реальные. Их транслируют в нашу душу, в наше сознание демоны. Они могут и речь транслировать, голоса в голове, слышал, наверное, об этом? И психиатр не знает происхождения этих голосов. Могут внушать человеку то, что он вообще не знает, и не слышал никогда. А люди будут говорить, какой умный. Или, наоборот, скажут ему, иди, с крыши прыгни, и пойдёт, прыгнет. А люди скажут: дурак какой. И это абсолютно серьезно и реально: человеческая душа слышит голос. Чей? Демона! Они могут много что внушить. К примеру: ты сидишь у костра и случайно обжег руку, ты ведь чувствуешь ожог? И вот демоны могут подделать любое ощущение так, что ты будешь чувствовать это реально.

Вот точно так же, мы люди, будем иметь в аду те ощущения, которые абсолютно неотличимы от болевых ощущений, которые мы в реальной жизни можем почувствовать, например, от того, что тебя ножом проткнули. И все это будет абсолютно реально, больно – а человек не умирает! И эти муки будут длиться вечно!

Сергей больше не перебивал, лишь затаив дыхание впитывал в себя, словно губка все то, что говорил старик.

– В этой жизни, Сергей, нам дано достаточно времени, чтобы решить: с кем мы – с Богом или с Сатаной. Жить по заповедям или отвергнуть их. После смерти, покаяния не будет. Будет Суд Божий. Он здесь нас милует, на земле. Тысячу раз человек может упасть, и тысячу раз его помилует Господь. Опять же, при условии, если у падшего будет искреннее сокрушение сердца и он будет каяться в своих грехах, и, конечно, еще положит начало своему исправлению. Тогда Бог прощает. А после смерти Он —Судья. Только подведет итоги и все. Жаль, очень жаль, что многие, узнав об этом, лишь посмеются.

Надеюсь, ты понял, что наша жизнь, здесь на земле, дана нам на исправление, на покаяние. Ну, а если не используем это время должным образом, пойдем в муку вечную. А эта мука будет вполне реальной, еще до того, как все после воскресения получим тела.

– Так это, правда, говорят, что все тела свои получат, даже те, у кого они в прах рассеялись? – Серега аж привстал на локоть.

– Так говорит Библия. А я верю, что там написано. И тебе, как христианину, тоже верить надобно.

Старик встал, черпанул кружкой воды и с наслаждением выпил.

– Отец Сергий, а откуда Вы это знаете, про волокна эти и другое?

– Так ведь я врач, вернее был им, это я помню, видать Господь эту память мне оставил.

– Вот так вот, Сережа. Теперь выбор за тобой. После того, как ты вернешься в мир, твоя задача будет не только исправить свою жизнь, но и помочь тем людям, которые еще могут спастись. А теперь давай, дружок, вздремнем немного. Устал я что-то. Старец прилег на топчан, отвернулся к стенке и затих. Сергей лежал на спине с закрытыми глазами и думал. О чем думал он? О чем размышлял?

Глава 8 Катюшка

Мысли парня постепенно перешли в реальную жизнь.

– А ведь правда. Что я такого хорошего сделал, чтобы после… такой жизни, оказаться, ну не в Раю, скажем, где-нибудь в другом месте, но не в аду? Ведь и возле Рая есть, наверное, места, где праведники будут жить?

Он вдруг вспомнил, как прошлым летом на глаза попалась книжечка каких-то сектантов. Ходили, раздавали приглашали куда-то. В этой книжице рассказывалось о том, что Бог помилует тех, кто праведно жил в мире среди соблазнов. И если кто достиг святости, то Он определит тому место для хороших людей. А грешники все пойдут в ад. То-есть тем, кто блудил, пьянствовал и продолжал делать это до самой смерти, одна дорога – в ад.

В голову Сергея вкралась незаметно мыслишка:

– А ведь ты блудник, паренек. Да еще и охальник, да и пьянь. Девок то сколько у тебя было?

Сергей открыл глаза, затем привстал и уселся на топчан.

– Сколько их было у меня, девок-то? Ужас!

Он вспомнил, как смеясь поспорил с друзьями, что будет первым среди них, по количеству девчонок, прошедших через его койку. И спор он выиграл, еще на втором курсе.

Внезапно, словно молния, его пронзила мысль о Катюшке. Это была девочка из их техникума. Сергей с друзьями учились уже на третьем курсе, а она только поступила. Сердце вдруг защемило, и обрушились воспоминания…

Они стояли и курили на углу учебного корпуса. Трое друзей. С самого поступления в техникум, сблизившихся по интересам и не расстающихся. Иван, Сергей и Юрка. Оставалось учиться несколько месяцев, и хлопцы призадумывались уже о сдаче экзаменов. Был сентябрь, в декабре сессия, экзамены и диплом. А дальше… Аля-улю – взрослая жизнь. Заботы, работа и прочие заморочки.

Девочка появилась внезапно. Одинокая и растерянная, она шла неуверенно к общаге техникума. Большая спортивная сумка и небольшой черный полиэтиленовый пакет отягощали ее походку, но красоту и грацию не скроешь.

Сережка, увидев ее затаил, дыхание и, чуть не поперхнувшись дымом сигареты, не мог отвести с нее глаз.

– О, Серьга, еще одну козочку увидел, – засмеялся Иван, – помоги ей, в общагу, наверное, идет. Пацаны засмеялись и, услышав звонок, направились в корпус, подтолкнув его в направлении к девочке. Подойдя к ней, Сергей улыбнулся. Оглядел ее и хотел было что-то сказать, но, сам не зная почему, сдержался. Это у него случилось первый раз. Обычно язык его был подвешен очень даже…

Было в ней что-то такое, что, глядя на нее, совсем не хотелось показаться этаким крутым мачо, похамить немного и повыделываться. Он молча протянул руку к сумке и взглянул на нее. Их глаза встретились на мгновение, и он потерялся в них.

– Давай помогу, – наконец, выдавил он из себя, меня Серегой зовут. Тебе куда, в общагу?

– Да, вот предписание коменданту, – она отдала сумку и тихо произнесла, – спасибо, Сережа, а меня Катей, – и улыбнулась.

О, эта улыбка! Этот наивный, чистый взгляд цвета голубого неба, пронзил его сердце стрелой Амура. В это было невозможно поверить, но он влюбился. Это он понял сразу. И пусть пацаны говорят хоть что, но это так!

Сергей помог Кате донести сумку до общежития, нашел коменданта и представил ему Катю. А вечером, встретившись у общаги, они пошли гулять по вечернему городу. Он был местным, жил с матерью совсем недалеко от техникума и поэтому часто бывал в общаге. Что греха таить, выпивали и шалили с девчонками, частенько оставаясь с друзьями у них на ночь.

Но в этот вечер все было по-другому. Они гуляли по сверкающему разноцветными огнями городу, наслаждаясь общением друг с другом и держась за руки.

Ему совсем не хотелось вешать ей лапшу на уши, что у него неплохо получалось с другими.

Приехав из поселка, где была только одна средняя школа, Катя решила поступить в этот техникум, немного слышав о нем от подруг. В городе она, кроме как в детстве, с родителями, ни разу не была, и ей безумно нравилось все. Ведь рядом был еще и Сергей. В поселке, дома, за ней бегал еще со школы Колька Воропаев. Но Катя не обращала на него никакого внимания. Сергей же, приглянулся ей сразу. Симпатичный, галантный, немного дерзкий, но в то же время не грубый и не наглый. И еще он привлек ее своей веселостью.

– Ты никогда не унываешь, Сережа, – как-то спросила его Катя спустя неделю их знакомства, – что помогает тебе?

– А что унывать, когда рядом есть ты, Катюшка? – он рассмеялся и поцеловал ее. Она нежно ответила ему и потупила взор. Это был первый поцелуй за время их знакомства. Для девушки же, это был первый поцелуй с парнем вообще.

Что удивляло эдакого разгульного парня, то это – сдержанность. Его сдержанность. Обычно с девчонками, с которыми знакомился Сергей, он не был таким, и в первый же вечер они часто оказывались с ним в койке.

– Ох, Катюшка, что ты делаешь со мной, я же влюбился в тебя, девочка. Даже прижать к себе и пожулькать тебя боюсь, – удивлялся он сам себе.

До сессии у Сергея оставалось ещё пара недель, и надо было готовиться к экзаменам. Но роман между ним и Катей набирал обороты, и было абсолютно безразлично, сдаст он экзамены или нет.

Отношения их перешли в настоящие любовные переживания. Друзья уже не подкалывали Сергея усмешками, что он сможет уступить пальму первенства. Они видели, что их друган "сурьезно" встрял с Катюшкой.

Отношения между Катей и Сергеем действительно были крайне тесными, но до близости, как бы не хотел Сергей, у них не доходило. В семье девушки были несовременные взгляды на жизнь и отношения. Семейные ценности, устаревшие для современного человека, высоко ценились в ней. Целомудренность стояла во главе их. И девушка не раз намекала на то, что даже любя его, она не может допустить близости до свадьбы.

Сергею же, с его вспыльчивым характером и завышенными амбициями это совсем не нравилось. Он привык добиваться своего. И считал, что, если Катя его любит, должна понять его и не быть капризной девочкой.

– Катюшка, девочка моя, ты же знаешь, как я тебя люблю. Зачем ты мучаешь меня? – часто во время их встреч говорил он. – Ты ведь тоже любишь меня, не бойся, все будет хорошо. Ты что, думаешь, я хочу только этого? Пойми, нам обоим будет хорошо, не капризничай, Катюшка.

И в один из вечеров, когда матери не было дома, он привел Катю к себе домой и почти силой взял девушку…

Увидев Катю, после того, как он вышел из ванной комнаты, в слезах, он подсел к ней и обняв стал целовать ее.

– Катюш, ну что ты? Все хорошо. Прости, я даже не думал, что я у тебя буду первым. Ну ведь это должно же было когда-то случиться? Не сейчас, так позже. Зато как нам было хорошо. Ведь правда? – он обнял ее и прижал к себе.

– А теперь ты меня бросишь? – спросила девушка, посмотрев на него.

Ох, уж этот взгляд, никуда от него не деться, не убежать.

– Ну что ты такое говоришь, Катюша? – Сергей отстранил ее от себя и убрал прядь волос со лба Кати.

– Мы также будем вместе, как и вчера, сегодня, и завтра: – он улыбнулся и встав, проводил ее до ванной комнаты.

– Ну что, добился своего? Еще одна галочка в копилку? – вдруг уколола молнией мыслишка.

– Нет, конечно, это серьезно, я же у нее первый, – ответил ей Сергей.

Но уже через некоторое время, тщеславился, рассуждая с упоением:

– Катюш, тебе же было хорошо со мной? Я старался. Я ведь был нежен с тобой.

И сейчас сидя в этой каморке, на топчане, он вдруг понял, что он поступил подло. И даже не тогда, когда он стал первым у Кати. А через пару месяцев, узнав, что Катя бросила техникум и уехала домой. Как сказали подружки и соседки по комнате в общаге, она сильно плакала и ждала, что Сергей придет и проводит ее до вокзала. Сергей знал, что Катя уезжает, но, сдав экзамен и получив диплом, он уже не учился в техникуме и не посчитал нужным, прийти и проводить Катюшку. Его даже не тронуло то, зачем она так поступила? Что подтолкнуло ее бросить учебу и уехать в свою Тьму-таракань. Больше они не виделись, и он даже не интересовался ей. Он уже обихаживал очередную девочку. Счет в копилке продолжался.

Глава 9 Это Америка?

Сергей посмотрел на отца Сергия пытаясь понять спит он или нет. Дыхание старца было ровным и указывало на то, что возможно он спал. Сергей встал и подошел к ведру с водой. Старик, услышав шорох, открыл глаза и повернулся к нему.

– Ну что, отдохнул, Сережа?

– Да, отче. Насмотрелся, так нереально все же это все, – Сергей ухмыльнулся, – почти стихами заговорил…

– Отец Сергий, я вот лежал тут и думал. Как же все-таки мы человеки, грешим, не понимая даже, что делаем. И все мы, и я в частности. А ведь это все потому, что мы отошли от Бога. Вы правильно говорите, что люди забыли о Нем. Я так, вообще не задумывался. А теперь, я это осознал, я увидел собственными глазами, ощутил своим телом, душой, что это реально.

Это же так необычно, оказаться вдруг там, о чем только подумаешь. Например, я никогда не видел моря, подумал, раз, и я среди бескрайних просторов океана. И на сотни миль одна вода:

О, если бы ты видел, как дышит Океан…

И как бродяга ветер по волнам гуляет…

Блин, я кажется еще и поэтом могу быть, – засмеялся Сергей.

– Да, Сережа, что невозможно человеку, возможно Богу. Хотя Господь сказал, что если бы мы имели веру с горчичное зерно, то могли бы горы переставлять. Сегодня ты сам убедился, что это возможно. Раз и полетел. А веры бы не было, с топчана даже на сантиметр не поднялся бы. Это же ты поверил, что можешь полететь, и полетел.

– Так потому что я видел, как вы летали.

– Э нет, ты ведь мог не поверить. Вначале ты же не верил, что ты здесь, а не у себя в уборной. Думал, что тебе приснилось все это.

Сергей ухмыльнулся:

– Мне и сейчас кажется все сном. Ну как это все возможно? Что со мной происходит? Во мне трепещет душа, все перевернулось. Скоро конец света, все изменится. Что будет с нами?

– Не паникуй, ты знаешь, что произойдет. И не конец света, а конец тьмы. Которая окутала нас, а мы не видим, ходим как слепые. Человечество гибнет. Но спасение есть!

– Отец Сергий, а правда говорят, что скоро Америка и некоторые другие страны, откуда все зло идет, утонут? Говорят, что будет сильное землетрясение, и, бул-тых, Америки не будет.

– Это кто тебе такое говорил? – улыбнулся старик. В интернете насмотрелся пророчеств, что ли?

– И там тоже, и люди говорят. Да, я сам читал, и Ванга говорила.

– Ванга говоришь? Что-то я слышал об этом. Но, ты бы поменьше слухам верил, а больше бы о душе думал.

– То, что старец Зосима говорил о будущем, слыхал. Но, ведь не все Господь открывает и пророкам. Старец Зосима Сокур говорил о расколе между Россией и Украиной и предвидел, что конфликт продлится три с небольшим года. Пасха 2024 года будет победной. Он еще предсказал, что и церковный раскол будет на Украине, что к власти придут сатанисты и бандеровцы, что, впрочем, одно и тоже. НАТО будут вмешиваться и бить по России, будет крепкий союз с белорусами. А еще он дал своим украинцам четкую установку: строго держитесь Русской Православной Церкви – в ней спасение. Но, ты же видишь, Сергей, они не слышат его. Хотя не все конечно.

Да, много предсказаний и от других пророков, и насчет Америки, и насчет Европы, и о России. Только вот не видят всего этого люди. Живут себе в угоду, одним днем, а на остальное им наплевать.

Ты вот, Сережа, говоришь, что Ванга предсказала. Да, она много, что говорила. И про Америку, то, что под воду уйдет. И про то, что страна погрязнет в страшном кризисе. Что она еще и распадется на новые земли со своим правительством. Ванга пророчествовала и о том, что США признают господство нового лидера в лице России, которая обретет мощь, объединив славянские народы. И воцарится мир, закончатся все войны.

– А здесь и Ванги не надо, – перебил Сергей. – Вон ученые прогнозируют, что вследствие таяния ледников Антарктиды уже у 2100 году Нью-Йорк будет полностью под водой. Будут землетрясения, из-за которых будут затоплены все прибрежные территории. Да и многие другие страны ожидает это же. Вообще, если сопоставить эти прогнозы и предсказания Ванги, Америка уйдет под воду. А кто-то еще пророчествовал, что даже выборы в 2024 году в Америке могут не состояться из-за этого.

– Отец Сергий, а давайте слетаем и проверим прогнозы, ведь можно, наверное? – у Сергея аж глаза заблестели от возбуждения.

– А давай помолимся, и спросим Господа, надо ли нам это видеть?

– Отче, я не знаю ни одной молитвы, – признался Сергей.

– А ты своими словами, что сердце говорит тебе, то и говори Богу, он знает все наши нужды.

Старик встал на колени и, опустив свою седую бороду на грудь, начал молиться. Сергей тоже встал на колени и вдруг стон вырвался из его груди. Осознав себя песчинкой в океане, он сложил свое сердце к ногам Вечности.

– Есть известная картина, – прервал молчание отец Сергий, – Иисус в вечернее время стучит в садовую калитку. Когда картину впервые выставили в галерее, один из посетителей обратил внимание художника на странную деталь:

– В вашей картине недочет, дверь то без ручки.

– Никаких недочетов, – ответил художник. – Это дверь в сад человеческого сердца. И открывается она только изнутри. "Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему…"

– Постарайся Сергей, чтобы твое сердце всегда было открыто для истины, – тихо сказал отец Сергий.

После разговора души с Богом, оба встали и, посмотрев друг на друга, молча улеглись на свои топчаны.

– Ноябрь нашего? – спросил Сергей.

– Как скажешь, сынок…

То, что увидели они через мгновение, не поддавалось описанию. Сергей сразу узнал фильм-катастрофу "2012". Это было так реалистично, что он невольно сравнил это с фильмом.

– Боже мой. Вот оно возмездие за свои амбиции. Расплата за боль и страдание других народов.

Ведь и говорить не надо, сколько плохого сделала Америка для мира. Разжигая войны и конфликты по всей планете. Нарушая братские и дружеские отношения между странами. Огромные цунами стирали города и веси. Масштабные землетрясения образовывали огромные расколы и пропасти в земле. Всюду были слышны стоны и крики. Он спустился пониже и увидел, как небольшой грузовичок, стоя на краю расщелины, пытался дать задний ход. В кабине, рядом с водителем находился пес. Он, чувствуя кончину, выл и скулил, пытаясь открыть окно и выпрыгнуть. Сергей спустился еще ниже и увидел отца Сергия. Белый, клубящийся шар находился у самого стекла, и пес вдруг увидел его. Он начал лаять на него и, то ли случайно, то ли нет, вдруг положил лапу на кнопку открывания, и опустившееся стекло дало выход псу. Он выпрыгнул из машины, и крик, оставшегося в кабине водителя, утонул в общей массе упавшего в расщелину автомобиля.

Сергей взмыл вверх от этого ужаса. Немного вдали земля разверзлась, обнажив станцию метрополитена с ажурными колоннами. И там находилось множество несчастных, застигнутых врасплох пассажиров. Было тяжело смотреть на все это. Гибли невинные люди, и никто не мог помочь им. Вот и станция распалась на куски, поглотив последних людей.

– Ты хочешь увидеть что-то еще или полетим домой? – услышал Сергей голос старика и, посмотрев по сторонам, зачем-то закричал: – УХОДИМ…

Они оба лежали на своих местах и молчали. Говорить было не о чем. Все, что они хотели увидеть, они увидели.

Глава 10 Послушай, сынок

Первым нарушил молчание Сергей. Он повернулся к старцу и, увидев, что тот лежа на спине смотрит в потолок, спросил:

– Отче, а мне, наверное, пора уже вернуться? Домой, в реальную мою жизнь. Хотя, даже и не знаю, где она реальнее? Вот Вы мне скажите, с чего мне начать, как объяснять людям, что я увидел, что нас ждет?

Старик привстал, посмотрел на Сергея и улыбнулся. Затем встал с топчана, черпанул из ведра полную кружку воды и резко плесканул ему в лицо.

От неожиданности Сергей вскрикнул, затем его глаза округлились, ноздри раздулись, и он гневно закричал на отца Сергия:

– Ты что, старый, охренел что ли? Что за фокусы? – он даже хотел замахнуться на старика, но сдержался.

Старик немного помедлил с ответом, затем присел напротив парня и, прокашлявшись, произнес:

– Вот ты выплеснул свой гнев на меня. А я ведь только хотел показать тебе как ты там, в реальной жизни, будешь переносить насмешки, возможно, оскорбления и многое чего непотребное. Может и побои тебе придется переносить. Вот и хотел посмотреть, готов ли ты? Не обуздав свой гнев, свою гордыню, не научившись кротко переносить обиды, оскорбления и насмешки тебе будет очень трудно проповедовать.

– Но Вы так резко плесканули на меня, я не ожидал, – начал было оправдываться Сергей, но, посмотрев на старца, стушевался и замолчал, опустив глаза.

– Простите, отче. Вы правы.

– Послушай, сынок. Для того, чтобы говорить людям о Боге, о будущей жизни, о катаклизмах, которые произойдут через некоторое время, надо не только знать, но и уметь донести до людей все доступным языком. Люди будут спрашивать, верить и не верить сказанному тобой, ну и возможно спорить. А чем ты будешь аргументировать свои слова? Проповедовать, правильно доносить до невоцерковленных людей истину – дар Божий. Зададут тебе такой вопрос:

– Почему, к примеру, нельзя садиться на стол?

– А при чем тут стол? – перебил Сергей.

– Почему нельзя ложиться на стол, танцевать на столе? – ее обращая на него внимания, продолжал старик.

– Потому что стол – это Престол. В древних обычаях всех христианских народов люди целовали стол после принятия пищи. Ведь там хлеб лежал. А положить ноги на стол, как в американской культуре – это вообще наглое. Это сатанизм какой-то. Как можно класть ноги на стол, туда, где люди едят?

Человеку трудно осатанеть, если он понимает элементарные вещи. Если он не плюет в колодец, не кладет ноги на стол, не смеется над калекой, делится тем, что заработал с нищими, в воскресение ходит в храм, уважает стариков. Богословие потом. Сначала – хлеб, вода, люди, живая природа, птицы, дети. Вот это все нужно вложить в душу. А потом это все – вас спасет. Вот так оно в жизни бывает. Если ты относишься к миру по Божьему, то Бог через мир тебе поможет: -там согреет, там спасет, там защитит, там помилует, там обогатит. А иначе – ты будешь бесом. А бес – не благословен. Все топчет, ломает, портит, плюет, грубит. Все кругом оскверняет и ничего ему не мило, не радостно. С таким бесовским сердцем живут люди сегодня. Ничего не напоминает тебе это? Разве это хорошо? И вот когда ты таким людям будешь объяснять пути спасения, то тебе будет нужна вера. Сильная вера в Создателя. Такая, что ты бы даже на смерть пошел за нее.

А что такое вера? Ты молиться не умеешь, не знаешь в кого веруешь. Ведь так, Сережа?

– Так, отче, а как мне быть? Ведь не вечно я буду в этих подвалах. Кстати, а почему мы здесь? Что обязательно эти темные коридоры? А лучше места нет, что ли? Ведь можно где-нибудь в приличном месте находиться?

– То, что мы находимся здесь, не моя заслуга. Так видно Господу угодно. Вот как еще донести до тебя твою задачу и твое спасение? Сомневаюсь, поверил ли ты всему этому сидя где-нибудь в кабаке или даже у себя дома перед телевизором. Так что, прими как должное и благодари, что помиловал тебя Господь, и дал последний шанс спасти свою душу.

Так что же называется верою? – слушай внимательно, Сергей и вникай в то, что услышишь сейчас.

– Во время земной жизни Господа Иисуса Христа одна женщина, язычница, имела дочь, одержимую бесом – бесноватую. Услышав, что Иисус Христос милосерд и имеет власть над бесами, эта женщина всем сердцем поверила этому. У нее появилась глубокая уверенность, что Господь непременно изгонит из ее дочери беса. Когда Господь проходил мимо ее дома, она вышла и кричала: «Помилуй меня, Господи, дочь моя беснуется». Но Иисус Христос ей не ответил. Женщина же была так твердо убеждена в исцелении дочери, что с прежней уверенностью продолжала просить. И ученики Христовы, сжалившись над нею, стали просить Господа. Тогда Господь ответил: «Я послан только к еврейскому народу, тогда еще избранному в Ветхом Завете погибшим овцам дома Израилева». Но и после этого уверенность женщины, что Господь непременно исцелит ее дочь, не поколебалась. Она подошла к Нему и кланяясь сказала: «Господи, помоги мне». Господь же ответил ей решительным отказом. Он сказал: «Нехорошо взять хлеб у детей и бросить псам», – т.е. язычникам, когда предназначено евреям. Но и после этого убежденность женщины в исцелении дочери не поколебалась. И она продолжала просить. Ничто не могло поколебать ее веры. В ответ на такую уверенность, Господь сказал: «О, женщина, велика вера твоя, да будет тебе по желанию твоему». И исцелилась дочь ее, и ожидание осуществилось. Вот она, твердая вера. Твердая и непоколебимая уверенность в осуществлении желаемого. Именно такую уверенность Сам Господь назвал Верою.

Вера, можно сказать, – глаза души. То, что не может быть понято, принято разумом, иногда может быть принято верою. Верою еще называется уверенность в невидимом, как бы в видимом. Верою постигается то, что не может быть постигнуто разумом. Вера не отрицает разум, но как бы восполняет его. Тебе все понятно, Сергей?

Тот молча кивнул и уселся поудобней.

– Я много раз повторил это слово – уверенность!

Слушай тогда дальше. Если тебе будет что-то непонятно, спрашивай.

Православная христианская вера выражена в Символе Веры. Символ, значит – знак. Знак нашей веры. А ты знаешь, как мы веруем? В кого? – отец Сергий с улыбкой смотрел на замешкавшегося парня.

– Ну, это, в Бога, в кого же еще? – недоумевая, пробормотал он.

– Мы веруем во Святую Троицу. Это наш Бог.

– Верую во Единого Бога Отца, Вседержителя, Творца неба и земли, видимого же и не видимого. Это первый член Символа Веры. Мы веруем, что есть только один Бог, Верховный Царь и Владыка всего мира, и нет другого Бога кроме Одного. Но в Единого Бога верят и магометане, и иудеи. Чем же христианская православная вера в Единого Бога отличается от других вер? Это отличие состоит в учении, что единый по существу Бог троичен в лицах и есть Бог Отец, Бог Сын и Бог Дух Святой – один Бог в трех Лицах.

Веру в Бога Единого по существу, но троичного в лицах мы и исповедуем в первых словах Символа Веры. Об этом было известно и в Ветхом Завете, но полностью эта Истина открылась в Новом Завете. В первый раз это свершилось при крещении Иисуса Христа: Иисус Христос – второе Лицо Пресвятой Троицы пришел к Иоанну Крестителю на Иордан, чтобы Иоанн крестил Его. И когда Господь выходил из воды, разверзлись небеса, и Дух Святой сошел на Него в виде голубя, и Бог Отец изрек Своим Божественным гласом: "Сей есть Сын Мой Возлюбленный, в котором Мое благоволение". Так, Сережа, при крещении Господа, ясно обнаружилось, что три Лица Единого по существу Бога есть – Святая Троица.

– Тебе все понятно, Сергей? Лучше спроси сейчас, я постараюсь попроще истолковать тебе.

Сергей молча кивнул и продолжил слушать. Он, конечно, многое слышал, но совсем не вникал в это. Но сейчас, он понимал все как должное. Благо и полетал, и повидал.

– Ну, тогда слушай дальше. Наша вера в Единого Бога, Троичного в Лицах, отличается от всякого другого единобожия еще тем, что открывает нам возможность лучше уяснить себе, что Бог есть Любовь. Те народы, которые считают Бога не только единым, но и одиноким, естественно, представляют себе Его суровым, далеким от людей, иногда даже жестоким. А мы знаем, что Бог, это Пресвятая Троица, что Он Един и в то же время Он есть самое тесное Единение, или Единство Трех бесконечно любящих друг друга лиц. Поэтому мы и говорим, что Бог есть Любовь.

Учение о Святой Троице непостижимо, но вот слушай такой рассказ о святом Константине. Однажды сарацинские мудрецы спросили его: "Как вы, христиане, Единого Бога разделяете на три Бога? У вас есть Отец, Сын и Дух Святой". На это святой отвечал: "Не злословьте о Святой Троице; Отец и Сын и Дух Святой – три Лица, Существо же Одно. Взгляните на солнце: в нем три вещи: круг, сияние и теплота; также и в Пресвятой Троице – Отец, Сын и Дух Святой. Солнечный круг – подобие Отца: ибо, как круг не имел ни начала ни конца, так и Бог – безначален и бесконечен; и как от круга солнечного происходит сияние и теплота, так от Бога Отца рождается Сын и происходит Дух Святой. Солнце состоит из трех вещей: из круга, сияния и теплоты, но разделяется ли оно на три солнца, хотя каждая имеет особое свойство? Одно есть круг, другое – сияние, третье – теплота; но кто скажет, что не одно, а три солнца? Так и Пресвятая Троица, хотя имеет три лица – Отца, и Сына, и Святого Духа, однако не разделяется на три Бога, но есть Един Бог". И ведь мудрецы ничего не смогли возразить против этого объяснения и ушли.

Сергей молчал, задумавшись, и старик, не мешая ему, вышел в коридор.

– Как же все сложно это для понимания, и в тоже время проще некуда. Я ведь многое знал, но не придавал этому значения. Жил одним днем, а вона как, оказывается, жизнь-то устроена. Сколько же я хренового сделал в жизни. И ведь в ад пошел бы. Мне до сих пор не верится, что со мной происходит.

– А я тебе Сергей еще ад не показал, и рай. Но вот Господь мне сейчас дал понять, что не надо. Если выполнишь задачу, возложенную на тебя, тебе и не надо будет знать, как там весело, в аду то.

Голос отца Сергия вывел парня из размышлений.

– Ну, что Сергей, надеюсь ты понял, о чем мы с тобой беседовали? Помни о главном. Когда ты проснешься в своем теле, ты все будешь помнить. Но тебе предстоит жить в том мире, где ты жил. Для всех ничего не изменится. Как ты был Серьгой, так и будешь. Но сознание твое изменится. Будь тем, кем тебя выбрал Господь. Расскажи, что видел, что ждет твоих друзей и многих других, если не покаются, не исправятся. Первым делом, что хочешь сделать? – немного сощурившись и улыбнувшись, спросил старик.

– У матушки прощения попрошу, за все страдания какие я ей доставил, на коленях буду просить, умолять.

Из глаз Сергея скатилась слеза.

– Я так и подумал, нисколько не сомневался в тебе.

– А еще, отец Сергий, неужели это все? И мы больше не увидимся? Я буду скучать по Вам. Вы простите меня. Я исправлюсь.

– Как знать, пути Господни неисповедимы, может, и увидимся. Храни тебя Бог, сынок.

Старик обнял парня и крепко прижал к себе.

– Следуй за Господом и не сходи с уготованного тебе пути. И пусть даже над тобой, и над верой твоей смеются, не обращай внимания. Все будет хорошо. – И тихо, как бы про себя: – Увидимся, сынок, обязательно увидимся…

Часть 2 Глава 1 Возвращение в реальность

Сквозь призму затуманенного мозга тяжело понять, что от тебя хотят. Сильная головная боль, пульсация крови под черепной коробкой и тяжесть во всем теле мешали этому.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.