Анастасия Ведева
Обратная сторона психосоматики. Почему мы болеем и как это изменить

Ментально. Детально о психическом здоровье

Анастасия Ведева

кризисный и бизнес-психолог

Во внутреннем оформлении использованы элементы дизайна:

AnyaLis / Shutterstock / FOTODOM

Используется по лицензии от Shutterstock / FOTODOM

Внимание! Информация, содержащаяся в книге, не может служить заменой консультации врача. Перед совершением любых рекомендуемых действий необходимо проконсультироваться со специалистом.

© Ведева А., текст, 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Пролог

Мне 5 лет. Я лежу на диване, скорчившись от боли в животе. У меня на глазах слезы, от напряжения едва могу прошептать: «Мамочка, я, наверное, сейчас умру». Мама сидит рядом, держит меня за руку и тоже плачет. От невозможности помочь своему ребенку ей не менее больно, чем мне. На фоне боли меня начинает тошнить, и я понимаю, что тошнота – это самое отвратительное чувство на свете, лучше бы я умерла три минуты назад.

Вместе с родителями и братом я в гостях у родственников, где все рады друг другу. Редкие встречи с родней предполагают застолья по принципу «съедим и выпьем все лучшее сразу» – в жирной, жареной, сладкой пище недостатка нет, несмотря на дефицитные времена заката советской эпохи.

Дикая боль и тошнота – прямое следствие того, что за питанием никто не следит. Но нас, детей, на этой родственной компании четверо, а плохо на фоне нездоровой диеты только мне. Остальные трое: мой родной старший брат и две двоюродные сестры – после килограммов конфет, жареной курицы и пельменей с майонезом чувствуют себя великолепно.

Несправедливость или закономерность?

Следующие 10–12 лет мы с мамой проведем в поисках причин, постоянной диагностике, подборе диет и специалистов, чтобы примирить мой внезапно взбунтовавшийся ЖКТ с реальностью.

Врачебный диагноз гласит: хронический гастродуоденит, холецистохолангит. В переводе на человеческий – воспаление слизистой желудка и двенадцатиперстной кишки, желчного пузыря и желчевыводящих протоков. А еще постоянные обследования и строжайшая диета, где любая погрешность карается приступами боли и тошноты.

Если бы мама 35 лет назад прочла книгу, подобную той, что вы сейчас держите в руках, это позволило бы нам избежать множества неприятных часов или даже дней физической и психической боли, танцев с бубнами вокруг еды, медицинских процедур сомнительной приятности и килограммов проглоченных мною лекарств.

Поэтому я с любовью посвящаю эту книгу маленькой Насте и ее маме.

Глава 1
Как это работает – связь эмоций, гормонов и клеток

Психосоматика – это эзотерика. Или нет?

Помните газетный заголовок, моментально превратившийся в мем: «Болит спина? Вас ударили копьем 700 лет назад»?

Примерно такие ассоциации вызывает у среднестатистического человека слово «психосоматика». К этой же категории методов познания реальности он причисляет гадание на кофейной гуще, расчет чисел судьбы и расклады таро. Смешно, абсурдно, насквозь шизотерично, хотя иногда срабатывает.

Действительно, когда мы слышим, что у кого-то болит горло, поскольку он чего-то не договаривает, или проблемы с желудком, потому что он «не переваривает» тещу или начальника, это сложно воспринять всерьез. Всерьез мы привыкли воспринимать только то, что можно измерить, а в идеале – пощупать или увидеть своими глазами.

Для всего, что касается здоровья, есть современное медицинское оборудование, измеряющее все известные показатели: массу тела, артериальное давление, частоту сердечных сокращений, уровень глюкозы и сотни других субстанций в крови, удельный вес мочи, минеральную плотность костей, активность коры головного мозга, и прочее, и прочее.

Когда мы приходим к врачу за советом по поводу плохого самочувствия, соответствующие показатели замеряются, и врач получает подробное представление о физиологических процессах, протекающих в теле, начиная с того момента, как мы обратились за медицинской помощью.

В лучшем случае внимательный врач в рамках сбора анамнеза спросит нас про питание, физическую активность, качество сна, наследственность, но это если по-настоящему повезет с врачом или осознанно обратимся к представителю интегративного подхода.

Обычно врачей мало интересуют даже такие базовые показатели качества нашей жизни, как еда и сон, и они задают уточняющие вопросы только про наследственность, принимаемые препараты и наличие беременности.

А ведь человек – это не только суповой набор из мяса и костей, работающий на электроимпульсах. Да, состояние и свежесть «супового набора», а также качество электроимпульсов прекрасно измеряются при помощи современного оборудования, и это хорошая новость.

Но есть и плохая. Эмоции, чувства, психические состояния доказательная медицина измерить не может, а потому справедливо предпочитает не лезть в эту темную с точки зрения точных измерений историю и отдает ее на откуп психологам и психиатрам: пусть разбираются с этим добром сами. И тем самым они отрезают от человеческого тела то, что делает суповой набор человеком: душу, дух, психику.

Доказательная медицина делает благородное и необходимое дело – пытается вернуть отбившиеся от нормы физиологические процессы в теле в нормальное русло, то есть лечит. Однако при всей ее продвинутости пазл здоровья у официальных институтов здравоохранения складывается не безупречный.

Наука много раз доказывала: определенные психические процессы сопровождаются определенными химическими реакциями в клетках. Клиническая психология и психиатрия занимаются именно этой взаимосвязью. Но почему-то в подобном ключе принято рассматривать только шизофрению, эпилепсию и прочие психические болезни, а не артриты, бронхиты или болезни кишечника.

И даже при психических заболеваниях причину ищут в физиологии: серотонин не тем способом захватывается, витаминов не хватает или процессы метилирования нарушены. В итоге мы в любом случае скатываемся до уровня супового набора.

Зато, когда умнейшие измерительные приборы не помогают установить причину недуга, а препараты последнего поколения не убирают неприятные симптомы, врачи с удовольствием посылают пациента к психологу с пометкой «это у вас, наверное, психосоматическое», мысленно ставя в голове знак равенства между «психосоматическое» и «не лечится».

А между тем наш «суповой набор» постоянно «варится» в каких-то мыслях, эмоциях и переживаниях. Именно они отличают человека от, скажем, курицы или крысы – Капитан Очевидность передает пламенный привет. Именно эти мысли, эмоции и переживания являются причиной того, что физиологические процессы в теле отбиваются от нормы настолько, что врач вынужден диагностировать «болезнь».

Раз уж мы привыкли в вопросах здоровья опираться на физиологию, давайте ее для начала и разберем, ведь психосоматика действительно очень физиологична.

Физиология психосоматики

В начале любого психического процесса лежит мысль, обычно «ни с того ни с сего» появляющаяся у нас в голове в форме электромагнитного импульса. Например, у домохозяйки после того, как она накормила семью ужином, возникает мысль: «Надо убрать со стола и помыть посуду». При этом она видит, что супруг уже удобно устроился со смартфоном в кресле, а дети включили мультфильмы.

Мысль «надо мыть посуду» в этих условиях порождает в ней чувство несправедливости. Почему я все время должна за ними убирать?! Копится гнев, который она может вылить на мужа, устроив незамедлительный скандал по поводу, необязательно связанному с грязной посудой. А можно подавить эмоцию и убрать кухню, находясь при этом в отвратительном настроении.

Для того чтобы решать ситуации, которые нас не устраивают, например угрожающие выживанию, природа снабдила нас специальными механизмами. Если хищное животное напротив скалит зубы и недвусмысленно рычит, мы должны либо спастись бегством, либо вступить с ним в драку.

И для того, и для другого необходимы дополнительные силы и топливо. Энергию наши клетки умеют делать из сахара (углеводов) или из жира. Когда дело доходит до срочной драки или не менее срочного бегства, сахар предпочтительнее, поскольку процесс добычи энергии из сахара для клетки быстрее и проще. Кстати, именно поэтому стрессовые ситуации хочется закусить сладеньким.

Органы чувств снабжают мозг информацией: «Внимание, хищник!» Он запускает гормональный каскад, в результате которого клетки получают экстренную дозу сахара – то самое топливо, чтобы бежать или драться.

Какие еще процессы запускаются в теле под влиянием гормонов стресса? Учащается сердцебиение, улучшается кровообращение конечностей, замедляются процессы пищеварения. Все это полезно, если напротив нас настоящий голодный волк, однако приводит к изнашиванию многих систем организма, включая сосуды, мышечную и костную массу, иммунную систему, если волк рядом постоянно – в памяти или воображении.

Вернемся к недовольной домохозяйке. По протоколу природы гормоны стресса снабдят ее дополнительным количеством энергии для бегства или драки. И если она устроит скандал с битьем посуды и рукоприкладством, то есть физически выразит недовольство, то, возможно, обретет у соседей славу сварливой и склочной бабы, зато «топливо» израсходуется по назначению и не повредит ее здоровью.

Мысль «я все время за ними убираю» приводит к возникновению эмоции гнева и чувства несправедливости. Если женщина ради сохранения добрых отношений с мужем не устроит скандал, а переплавит злость в плохое настроение, которое затем как-то «само собой пройдет», энергия, услужливо предоставленная телом для драки или бегства, не найдет естественного выхода. Организму придется своими силами возвращать уровень сахара и прочих веществ в крови в норму.

Если у человека нет привычки отслеживать мысли и контролировать реакцию на них в виде бурных деструктивных эмоций, зато есть привычка сохранять покерфейс или даже натягивать на лицо улыбку, чтобы избежать конфликтов, со временем способность организма регулировать последствия бурных всплесков кортизола и глюкозы ухудшается, уровень веществ остается повышенным длительное время и оказывает токсичное действие на клетки и органы. Вы же знали, что глюкоза и кортизол в избытке токсичны?

Скорее всего, нашей домохозяйке регулярно приходится сталкиваться с ситуацией, где она, с одной стороны, видит себя обязанной мыть посуду после семейного ужина, а с другой – возмущена тем, что ей никто добровольно не помогает. И скорее всего, в ее жизни достаточно часто случается нечто похожее, где она недовольна, но открыто это не выражает, чтобы «сохранить лицо», просто потому, что характер миролюбивый. Зато, вероятнее всего, женщина склонна достаточно часто размышлять об этих ситуациях, каждый раз получая при этом неприятные эмоции.

И тут в повести наконец появляется тот самый волк, готовый нас сожрать, только не в реальности, а в воображении. Психике все равно, происходит стрессовая ситуация прямо сейчас или мы «просто» ее вспоминаем или выдумываем. Стрессовые гормоны вырабатываются в обоих случаях, а все перечисленные нами физиологические последствия никуда не деваются: все так же изнашиваются клетки, ткани и органы – от «простого» вспоминания стресса.

Привычка снова и снова мысленно переживать обстоятельства, которые вывели нас из себя, подбирая правильные слова или действия или обдумывая мщение, заставляет нас болеть. Ю. М. Орлов, российский и советский ученый, доктор психологических наук, назвал данный феномен патогенным мышлением.

Итак, мысль запускает эмоцию, эмоция запускает гормональный отклик, а гормоны и нейромедиаторы доставляют информацию о стрессе в соответствующие клетки-мишени. Так происходит каждый раз, когда мы испытываем реальный стресс, когда о нем вспоминаем или воображаем его.

Здесь внимательный читатель может возразить: хорошо, но тогда ЛЮБОЕ переживание и ЛЮБЫЕ негативные эмоции через всплески кортизола и глюкозы ведут к одним и тем же проблемам, в первую очередь – болезням сердечно-сосудистой системы. При этом неважно, испытываем мы гнев, страх, неудовлетворенность или другую эмоцию.

То есть сердечно-сосудистые истории могут быть психосоматикой. Однако этот механизм никак не объясняет возникновение других заболеваний. Тот самый всем известный пример про больное горло и невысказанность – разве и там есть связь с гормонами стресса?

Давайте разбираться.

Глава 2
Все болезни от стресса?

Что такое стресс?

В самых общих чертах мы уже обрисовали, как именно эмоции от стрессовых событий влияют на здоровье клеток и органов. Для ответа на вопрос, возникший в конце прошлой главы, предлагаю еще немного углубиться в физиологию.

Думаю, после прочтения этой главы вы окончательно убедитесь, что психосоматика – это не мошенничество и не магия, а слаженная работа человеческого организма. Но предупреждаю: сейчас речь пойдет про физиологические процессы, а это не самое легкое чтиво. Потребуется включить голову.

Более 100 лет назад, в 1907 году, в Вене в семье военного врача родился мальчик, которого назвали Ганс Хуго Бруно. Этот мальчик стал доктором медицины и химии, был номинирован на Нобелевскую премию и разработал теории, за которые его называли Эйнштейном медицины. Это был Ганс Селье.

Имя Ганса Селье в первую очередь связывают с понятием «стресс». Он первым обнаружил системный стереотипный ответ организма на воздействия внешней и внутренней среды – другими словами, стресс как реакцию тела на стрессоры.

Селье доказал, что стресс, как реакция на воздействие стрессоров, – это совместная работа нервной, эндокринной и иммунной систем.

Внимание, это очень важно! Когда мы понимаем, что эти три системы работают сообща, намного проще осознать принцип психосоматических реакций организма и отказаться от приравнивания психосоматики к магии и эзотерике.

Большое место в работах Селье отведено механизмам адаптации. Его гипотеза адаптационного синдрома гласит: стрессовый фактор запускает в теле выработанные в процессе эволюции механизмы адаптации, которые помогают восстановить гомеостаз и выжить. К ним обратимся чуть позже, и их понимание поможет нам разобраться, почему психосоматические реакции задевают те или иные органы в ответ на те или иные психологические переживания. Пока вернемся к выводам, сделанным Селье.

В зависимости от различной силы воздействия стрессоров на организм изменения в ответ на них также будут различными. В связи с этим Селье ввел понятия «эустресс» и «дистресс».

Эустресс – это полезный стресс, своего рода тренировка для организма, то самое, что нас не убивает и при этом делает сильнее. Он укрепляет адаптационные системы организма и поддерживает таким образом наше крепкое здоровье. Закаливания и адекватные спортивные занятия – самый простой пример.

Эустресс возникает, когда человек воспринимает свалившиеся на его голову трудности как вызов, а не как угрозу благополучию и существованию, то есть важно не что именно происходит, а как человек воспринимает происходящее. Это важнейший механизм в возникновении заболеваний с психосоматической точки зрения, поэтому мы к этому еще вернемся.

Дистресс – это интенсивные длительные травмирующие воздействия, которые приводят к истощению психики и тела. Результатом может стать выздоровление, но чаще всего дистресс приводит к возникновению хронических заболеваний или же к летальному исходу.

Селье заострил внимание медицинского сообщества и на том, что различные по своей природе болезни имеют, помимо специфических симптомов, множество одинаковых признаков: слабость, отсутствие аппетита, повышение температуры тела, апатия и другие. Как данный феномен трактуется в концепции психосоматики, мы подробно обсудим в главе «Что такое болезнь на самом деле».

Сейчас, не вдаваясь в детали, поднимем завесу: «болезнь» – это восстановление после стресса, то есть, если мы заболели, это повод не страдать по поводу неважного здоровья, а радоваться, что стрессовое событие позади и тело взяло курс на исцеление.

Вспомните, о чем мы говорили пару абзацев назад: все зависит от отношения. Если воспринимать что-то, в данном случае болезнь, как вызов, а не как угрозу, оно превращается в полезный тренажер (эустресс), благодаря которому мы становимся сильнее и эволюционируем.

Тело, как и любая другая система, подчинено закону гомеостаза. Функционирование всех клеток и органов регулируется при помощи множества хитроумных механизмов. Мы не знаем точно, кто так ювелирно все устроил, но остается лишь восхищаться работой мастера.

Предположим, тело подверглось «нападению» одного или нескольких стрессоров и что-то в нем испортилось. Как следствие, невидимые человеческому глазу силы, которые на самом деле являются относительно хорошо изученными физиологическими механизмами, незамедлительно начинают восстанавливать испорченное, чтобы вернуть все как было.

Селье назвал это «адаптацией», или «общим адаптационным синдромом». При помощи адаптации организм защищается от стрессовых воздействий, и эта защита имеет неспецифический характер.

Селье разделил стрессоры на три большие группы:

• средовые – физические, химические, биологические;

• психоэмоциональные;

• социальные.

Неважно, какого рода стрессор покусился на целостность организма. Будь то бактерия, вирус, физическая травма или обида на мужа, у организма есть чемоданчик с неизменными инструментами самопомощи.

Механизмы адаптации включаются при воздействии стрессора из любой группы и протекают в три стадии: тревога, резистентность и истощение. Для дотошных среди нас проясним, что конкретно происходит с организмом в каждую из этих стадий.

Тревога

Данный этап длится от 6 до 48 часов после воздействия стрессора. Селье разделил его еще на две ступени: шок и противошок.

Во время шока организм буквально замирает: снижаются такие важные показатели, как частота дыхания и сердечных сокращений, а также артериальное давление, температура тела, тонус скелетных мышц и уровень глюкозы в крови, сгущается кровь.

Скорее всего, вы сможете легко вспомнить подобные моменты, например, когда нам только-только сказали ошеломляющую новость, когда мы резко и больно ударились или услышали угрожающий лай собаки за спиной. В первый момент мы всегда на несколько секунд замираем, и они будто растягиваются в нашем восприятии до пары минут.

Это происходит ровно для того, чтобы мы на всякий случай не привлекали к себе дополнительного внимания и одновременно с этим могли экстренно продумать дальнейшие шаги. В дикой природе, как вы помните из первой главы, выбор не слишком велик – бежать или драться. Такое решение можно принять за те самые пару секунд, на которые тело берет тайм-аут. Стадия шока обычно не ограничивается двумя секундами.

Шок сменяется противошоком. Организм начинает мобилизовать ресурсы для восстановления или борьбы: высвобождает энергетические запасы (глюкозу и жирные кислоты), увеличивает выработку гормонов (ренин, ангеотензин II, АКТГ, кортизол, кортикостерон) и собственных обезболивающих веществ (эндогенных опиоидов). Частота дыхания и сердцебиения увеличиваются, кровоснабжение органов восстанавливается.

Резистентность

Примерно через 48 часов после начала воздействия стрессоров начинается стадия резистентности, то есть восстановления нарушенного баланса. Именно на этой стадии повышается устойчивость организма к стрессорам любой природы – формируется неспецифическая резистентность.

Вы же знаете, что закаливание не только полезно для иммунитета, но и тренирует силу воли, дисциплину, выносливость в целом – это как раз про устойчивость к любым стрессорам.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.