Глава 1

Все дни абсолютно разные и не похожи друг на друга. Не согласны? Даже когда накрывает рутина забот, повседневного быта и различных хлопот, можно найти что-то неповторимое в каждом дне своей жизни. Каждый из этих неповторимых дней случается всего лишь один раз. Событие сегодняшнего дня уже не произойдёт завтра, или не будет таким же ярким, или его вообще не может быть? Ценность момента – это умение жить. Распоряжение своем временем – это тоже умение жить. Дарованное нам свыше явление под названием жизнь – это мгновение, состоящее из череды событий, которые и делают этот миг волшебным.

Ева была в своей комнате. Глаза были мокрые от слез, потому что случился очередной скандал с мужем. Тот частенько любил поскандалить, а Ева все держала в себе. По её мнению, рассказывать подругам – значит «выносить ссор из избы», который разлетится потом на весь квартал. Уж лучше оставить все как есть, тем более большая часть жизни уже прожита. Еве было сорок восемь лет. Двадцать из которых она прожила в браке с Романом. И то, что Роман был, а романа не было – отражалось на лице у Евы. Как-то сразу семейная жизнь не заладилась. Долго на свет не появлялись дети, и вот только спустя пять лет совместной жизни у пары родился Сашенька, долгожданный сынок. Ева любила своего сына, да и сейчас он единственное сокровище, которым она готова любоваться бесконечно. Несмотря на сложный подростковый характер, этот пятнадцатилетний юноша мог бы стать отличным примером для многих своих сверстников. Он занимался спортом, много читал, даже умел помогать маме по хозяйству. Отлично учился в школе, по праву чего был принят в первый класс в пять с половиной лет. И в свои пятнадцать он уже закончил десятый класс. Ева знала, что когда она уйдет, то оставит после себя хороший «след» в лице своего сына.

Ева спешно собиралась. Муж продолжал ворчливо отвечать на её вопросы о том, куда она собралась, но Ева ничего ему не говорила. Общаться с мужем она не хотела. Не потому что перестала любить его. Она привыкла к этому человека, а чувство любви давно истлело вместе с его пьяными выходками и скандалами. Слезы смыли с сердца последние капли обид, и осталась пустота. Эту пустоту Ева считала привычкой. Просто она знала этого человека уже двадцать лет. Просто она привыкла к его хамским выходкам.

–Ева Георгиевна, начал её лечащий доктор, – пришли ваши анализы. Они не утешительные.

– Сколько мне осталось? – смело спросила Ева.

–Я же не Господь Бог, чтобы отсчитывать Вам часы. Я не знаю…

Доктор продолжал что-то говорить, фразы его были строгими, направленными прямо в лицо и достигающие мозга, но Ева не слушала. Она потихоньку встала со стула, пошла к двери, спокойно попрощалась, забрав с собой распечатанные копии анализов. Смотреть в них она не стала. Разорвала не мелкие кусочки на улице и выбросила в урну.

–Тань, привет, – прижав телефон к уху плечом, начала Ева, – Тань, мне нужен билет до Владивостока. На поезд, не на самолет, слышишь? Что там у тебя так шумит?

Таня была близкой подругой Евы, от который так же были скрыты все основные подробности жизни и отношений с Романом. Поэтому Таня была в шоке, узнав, что подруга хочет сбежать куда-то на край света.

–Ев, у меня ремонт в квартире, помнишь, я писала, сейчас отойду, минутку.

Найдя более укромное местечко, Таня уселась и начала в стиле самой дорогой и любопытной подруги, выведывать все подробности такой спешной поездки.

–Вы с Ромкой что ли?

–Нет, я еду одна. Это по работе…Ну, как бы не совсем по работе, в общем…потом расскажу. Найди мне самый выгодный билет на самую ближайшую дату.

Ева вернулась домой и застала мужа за просмотром какого-то сериала.

–Где Саша? Он ел? – сухо спросила она, раскрывая зонтик, что б просушить его от прошедшего дождя, который застал её по дороге домой.

–Не знаю, шатается где-то по улице, матери ж некогда им заниматься.

Ответ мужа был колющим. Его слова задевали и обижали, но Ева уже научилась сдерживать эмоции и не позволяла чувствам брать верх.

–Он едет к тетке в Самару на каникулы. Школа уже завершается, май на исходе, думаю ему будет по душе эта новость.

Роман только лишь окинул взглядом свою супругу, покачал головой и снова уселся поудобнее у экрана телевизора.

На следующее утро Ева собрала чемодан своему сыну, затем приступила упаковывать вещи для себя. Её план был таков – в тот день, когда Роман повезет сына к тётке, Ева оставит записку со словами: «Прости, я так больше не могу!» и уедет на вокзал. У неё уже был куплен билет на поезд. До Владивостока. С того самого момента начнется новая история Евы и её приключений.

Ранним утром на железнодорожной станции всегда очень много людей. Одни торопятся на пригородную электричку, другие прибывают в столицу и бегут в метро. Потоки людей распределяются молниеносно и проносятся мимо Евы. Та стояла неподвижно рядом с небольшим чемоданом. Вещи, которые она брала с собой, были самыми необходимыми. Она не имела чёткого плана того, что будет делать. Она хотела сбежать, спастись и перезагрузить свою голову от проблем.

Объявили посадки, и Ева потащила свой чемодан. Опустив голову вниз, она медленно брела по перрону, держа в руках паспорт и спрашивая себя, а нужно ли ей все это?! Приключение с билетом в один конец. Вдруг она споткнулась о тротуарную плитки и упала сначала на колено, а затем ладонями стала тормозить себя, да так, что здорово их расцарапала. Тут же мысли перенесли её далеко в детство, когда падая с велосипеда, она никогда не плакала в отличии от своих сверстников, а садилась, прижав ноги к груди и качалась из стороны в сторону, ждала, пока боль пройдет. Потом поднималась и шла вперед.

И в этот раз Ева сделала тоже самое, но в тот момент, когда она пыталась подняться, на помощь подоспела какая то женщина, подхватила её и помогла встать. На «спасибо» та лишь кивнула рукой и побежала к поезду. Ева стряхнула пыль со светлых брюк, осмотрелась и нашла свое отражение в окне поезда. В стекло она видела грустную и поникшую женщину, которая выглядела измученной, печальной и несчастной. Нравилась ли такая женщина мужчине? Может быть причина скандалов с Романом была в том, что Ева потеряла интерес к себе, перестала подниматься после того, как упадет и идти вперед?!

«Я должна всё изменить!» – твердо решила она и из своей косметички она достала помаду, накрасила губы, взъерошила волосы и улыбнулась сама себе. «Нужно прекратить быть плаксой, нужно двигаться вперед с поднятой головой, смотреть только в даль, а не под ноги, а споткнувшись – подниматься и держаться своего курса дальше».

Ева нашла свой вагон. В поезде была прохладно от работающего кондиционера. В её вагоне – купе было чисто и уютно: опрятно застелены кровати, на столе лежала скатерть, а окна сияли чистотой. Ева расположилась в купе и даже успела переодеться до того, как вошла ещё одна женщина. Та была явно моложе Евы, они поприветствовали друг друга и вскоре поезд тронулся. Началось новое приключение.

Дома на столе для Романа Ева оставила письмо. В нем она написала почему сбежала. Главной причиной было то, что она устала от отношений «жизнь двух людей под одной крышей». Она предложила подумать о начале бракоразводного процесса и просила не искать её и не звонить. С сыном Ева переписывалась и в тайне рассказала ему о том, что собирается в поездку. Она знала, что Саше можно доверять любой секрет.

Колеса поезда ритмично застучали, и он медленно тронулся. На перроне стояли провожающие: кому-то кивали вслед, кому-то отправляли воздушные поцелуи. Поезд постепенно набирал ход и прощался с Москвой. Еве предстояло проехать более девяти тысяч километров, более семи суток в пути и почти сто тридцать различных остановок. Ева взяла себе книги и журналы, а наличие отличного туалета и дешевой предполагало сделать поездку комфортной и чистой.

За окном проносились станции, дома и поселки, поля и леса. Вот уже началась ярославская область. Ева приободрилась. Ей стало нравится все то, что она замыслила. Компания, в которой она ехала – а это девушка лет тридцати, совсем не докучала Еве. Она сидела на своем месте, тише воды и ниже травы, не выпуская из рук телефона.

Поезд остановился на несколько минут в Ярославле и несколько десятков человек выскочили из вагонов на перрон, чтобы покурить. Перрон заполнился запахом табака и примесями различных курительных смесей. Воздух был тяжелым, а поскольку Ева не курила, ей пришлось стоять где-то далеко от толпы и ждать дуновения ветерка, который «смоет» весь этот адский смрад.

Через некоторое время как поезд тронулся в путь, в коридоре купе Ева услышала строгий голос проводницы. Женщина эта была грузная, крупная, с широкой костью, как говорится: «Где ж ты есть, черт бы тебя побрал, негодница».

Услышав эти слова, Ева ненароком выглянула в коридор, раскрыв дверь своего купе.

– Прошу прощения, что-то случилось в нашем вагоне?

– Кошка окаянная, будь она неладна, забежала в поезд, прячется здесь где-то. Нужно проверить. Животных у нас нельзя. А то полетит моя премия «в трубу».

–Мне Вам помочь её найти?

После этих слов Ева почувствовала, как будто что-то нежное и пушистое коснулось её ноги. Она поняла, что та сама кошка или кот сидел у неё под кроватью. И пока проводница была ещё далеко, Ева сказала, что выйдет на помощь и заверила, что в её купе никого нет.

–Зачем вы соврали? – спросила шёпотом девушка, вытащив наушники. В её взгляде было нечто напоминающее соучастие в преступлении.

–Вы слышите, что орёт эта проводница? Что выбросит сейчас кошку в окно! Живодерка. Я пока что-то её спрячу здесь.

Дверь резко открылась и перед лицами у Евы и ей попутчицы была она- проводница. Наспех накрашенные губы яркой помадой, трещащая по швам блуза, трехэтажная причёска на голове.

–Так, здесь нет! – сказала она и двинулась дальше.

Ева и девушка выдохнули.

–Но зачем вы это сделали? – поинтересовалась попутчица.

–Пока не знаю. – ответила Ева и грустно отвела глаза в сторону окна.

За окном мелькали деревья, проносился шум проходящих рядом поездов. Ева погрузилась в свои мысли. В детстве она буквально дралась со стаей бездомных собак, чтобы спасти маленького котенка. Те бы насмерть загрызли это существо, если бы Ева не начала бесстрашно отгонять их палками и громко кричать. Когда мама выбежала на улицу, услышав крики своего ребенка, она сначала бросилась помогать дочери, а потом ругать её за такой поступок, в котором сама девочка могла и пострадать. Котика они принесли домой, ухаживали за ним и прожил он в их доме более 16 лет. Такой вот долгожитель. А все потому, считала Ева, что он был окружен заботой и любовью. Если каждый будет окружён заботой, лаской, добротой и вниманием, то в мире не останется несчастных людей.

Ева принялась кормить кошку колбасой, та замурчала и улеглась на колени после сытной трапезы. И да, Ева уже думала про необходимость посещения туалета кошкой на протяжении всего маршрута, но история повернулась иначе. Резко открывшаяся дверь купе, а за ней – проводница и начальник поезда.

–Вот, Марина Николаевна, полюбуйся –ка. Я бегаю за кошкой уж битый час, а она спит у этой мадам в купе. Животным в нашем вагоне- не место.

Развязался дикий спор, Ева пыталась сначала спокойно, а затем на повышенных тонах объяснить, что этот питомец не доставит никому хлопот, и что его никто не увидит. Все было тщетно и вот уже со своим чемоданом Ева стояла на перроне, провожая глазами уходящий состав.

–Поедешь по своему билету, но на другом поезде, через два дня. А мне неприятности не нужны! – пригрозила проводница, закрывая двери.

Ева побрела по перрону.

–Вот блин, почему всё так не логично. Теперь еще и ты!

Она подняла к верху кошку, которая смотрела на нее своими круглыми глазами. Шерсть была пушистая, даже ухоженная, а глаза неистово голубыми, что не свойственно кошкам. В породах Ева не разбиралась, но почему-то рядом с этим пушистым созданием её было хорошо. Кошка так же не сопротивлялась ласкам Евы и усевшись на её чемодан, они поехали из вокзала. Дамы оказались в Нерехте. Что это за место, Ева вообще не знала, но прочитав в интернете немного информации, поняла, что ловить здесь нечего, хотя вынуждена остаться здесь на два дня до следующего экспресса.

День набирал обороты, пора было и подкрепиться, а колбасу давно съела кошка. Ева думала питаться с вагон-ресторане, поэтому изобилия продуктов она не нашла в своем «вещь-мешке». Отправившись в центр города, она с удивлением для себя открыла, в какое невероятное место она попала. Старинные храмы, река Нерехта, дома с нарядными наличниками – настоящая Русь: старинная, аутентичная и великолепная. Ева достала телефон и стала фотографировать эти удивительные по красоте особняки. Как будто попала в прошлое, она радовалась как ребенок, вспоминая детские годы в гостях у бабушки.

В местном кафе найти изысканных блюд не удалось, зато по-домашнему уютную атмосферу она получила. Люди, заходившие в кафе, были отзывчивые и общительные. Если они не знали по имени, то точно знали друг друга «в лицо». Город был маленький и не отмечен в туристических маршрутах костромской области.

Съев довольно обильную тарелку супа, Ева спросила у стоявшей за стойкой кафе женщины: «Простите, а не подскажете, есть ли в вашем городе гостиница или отель, где могу остаться с ночевкой?»

– Ох, гостиница есть, милая моя, но не советовала бы я тебе туда идти. Ну, понимаешь, там барыги всякие и прочее. Ты сюда не в гости к кому-то приехала? – продолжая протирать чашки белым полотенцем, спросила женщина.

– Нет, я проездом. Я и моя новая…кошка. Не знаю где ночевать сегодня.

Ева пошла к выходу, как эта женщина её окликнула.

– Да Вы не беспокойтесь, здесь люди добрые живут, бескорыстные. Примут у себя. Например, у меня можете остаться на эту ночь. Да завтра тоже. Я живу с дочерью. Она у меня одинокая. Хоть уже и старая. Вот мы вместе в одном доме, четыре комнаты у нас. Так что – оставайтесь.

Еву удивило, что женщина назвала дочь старой, хотя самой на вид было лет шестьдесят с небольшим.

Спустя пару часов, когда работа в кафе закончилась, и женщина его закрыла, они вместе с Евой пошли знакомиться с новым местом для ночлега. Прогулка шла по центральной улице городка. Рядом проходили торговые ряды, за ними – удивительной красоты церковь с колокольней. Он прошли Площадь свободы, двинулись дальше и прибыли на место. Дом Аллы Ивановны был ухоженным, в палисаднике росли цветы, зацветала яблоня, а к самому дому вела уложенная из ровной плиточки дорожка. По ней они зашли во двор, а затем и в дом. В доме пахло свежим хлебом. Ева вдохнула в себя этот чудесный аромат и от удовольствия закрыла глаза.

–Машка, хлеба напекла? А у нас гости.

Из соседней комнаты вышла женщина, вытирая волосы, которые только что вымыла, большим полотенцем. Лица её было не разглядеть, но как только та убрала полотенце и протянула руку, чтобы поздороваться, обе: и Ева и Машка замерли. Минута молчания и громкое одновременное: «Ева! Маша!»

Алла Ивановна была в недоумении о том, что происходит.

–Мамка, да это ж Ева! Я с ней работала в издательстве. Помнишь?

– В каком издательстве?

– В Москве, ну тогда, четыре месяца, потом меня ж уволили, а Ева там осталась. Ева! Вот так встреча! И бывает же такое?!

–Мы и вправду хорошо ладили тогда, – начала Ева. – Как-то сошлись характерами, но Маша была слишком шобутная что-ли, в общем строгому директору было сложно принять её характер. Уволили.

– А чего потом перестала звонить, писать? – спросила Машка.

– Да жизнь своим чередом, круговорот событий, но я очень рада, что тебя здесь увидела.

–Ой, сколько хочется рассказать!

– И мне!

Уже сидя за столом они с интересом рассказывали друг другу о своей жизни, удивлялись тому, как через столь длительный промежуток времени им снова удалось встретиться. Вот так необыкновенный случай! Машка была в своем репертуаре. Как говорят, можно уехать из деревни, но деревня может не уехать из тебя. Примерно тоже самое наблюдалось и с Машкой. Несколько лет назад по рекомендации своей подруги, Машка отправилась покорять столицу. Было ей тогда чуть больше тридцати. Семья не сложилось, детей не было. На работу она устроилась секретарем в издательстве. Там же и подружилась с Евой. У них была небольшая разница в возрасте, Ева старше всего то на три года. Вот и было для нее удивлением, когда Алла Ивановна назвала свою дочь «старухой». Видимо подразумевалась «старая дева». И хотя романы в жизни Машки случались, все это было сплошным разочарованием: то женат, то пьющий, то бьющий. Не сложилось. Да и Москва не приняла такую взбалмошную особу в свои ряды. Вскоре после увольнения, оплачивать съемное жилье было не чем, Машка вернулась во сво-яси и по сей день живут они с мамой вместе, ведут хозяйство и работают в местном кафе поварами.

Ева нежно погладила кошку, которая мурлыкала и чувствовала себя как дома, и легла спать. Тишина была сотрясающая. За окном – тёмная ночь и звёздное небо, тишина, спокойствие и Ева уснула, даже не выпивая таблетку снотворного.

Рано утром, в восьмом часу, Ева услышала крики петухов, рёв коров и лай собак. Она потянулась и встала с кровати. Как же сладко она спала всю ночь в этой повально-глубокой тишине. Она поняла, что последний раз так хорошо она спала – никогда! Такой бодрой и полной сил она ещё никогда себя не чувствовала.

Взглянув на себя в зеркало, Ева ахнула. На щеках был нежный румянец, глаза были яркими: никаких мешков и темных кругов. Она повертелась вокруг зеркала и посмотрела на себя со стороны. Ева была очень привлекательной женщиной. Из-за постоянных стрессов с её мужем и болезни, она похудела, осунулась, но сегодня цвет её кожи на лице каким-то удивительным образом посвежел. Голубые глаза блестели не от слёз, а настроение заставило улыбаться.

«Как же здесь хорошо!» – подумала Ева. В этот момент в комнату вошла Машка. На лице наклеены огурцы, которые то и дело падали на пол, она поднимала их и пыталась приклеить к щекам снова.

–Проснулась, спящая красавица. Мы тут на цыпочках из-за тебя ходим. Давай-ка поторопись, у нас с тобой сейчас спа деревенское, потом эта, как его – ретрит на природе и погружение…А, хрен знает, как это по вашему городскому, короче – за мной.

Ева расхохоталась. Но когда она увидела, что Машка приготовила для неё, восторг переполнял её сердце. Машка растопила баньку, которая стояла во дворе. Аромат трав и дерева стоял даже на улице. Рядом на столе, в красивой посуде, лежали свежие сырники и травяной чай.

–А это наша маска для лица и скраб! – весело сказала Машка.

Машка уложила Еву на деревянную скамью в баньке, накрытую суровой льняной тканью. Достала веники и принялась охаживать её, напевая при этом частушки: «Мой миленок – тракторист, ну а я – доярочка, он в мазуте, я в навозе – вот такая парочка!».

Затем она уложила на лицо Евы огуречную маску, укрыла петрушкой и посыпала ещё какой-то травой.

–Такого спа-салона в твоей Москве нет. Сейчас ты как заново родишься!

Подруги пили чай, который Ева назвала божественным, потому что он был собран на рассвете в определенный день Аллой Ивановной. Луговые травы обладали целительными свойствами не только для тела, но и для души. Наступало расслабление и спокойствие.

Когда они вышли из баньки, предполагалось добежать до ледяной речки. Ева сопротивлялась, но Машка её уговорила: «Ты всё всегда делаешь правильно, как надо, как предписано. Забудь на минутку о правилах, побудь бесшабашной. Это полезно!»

С криком на всю округу они нырнули в холодную воду реки, а затем неслись в теплую баньку, что бы снова согреться.

Ева чувствовала такой прилив сил и энергии. Забыв про все печали и невзгоды, она шутила и смеялась, пела с Машкой её частушки и дурачилась, как школьница.

–Машка, ты лучшая на свете «утолительница» печали! – на сказала Ева.

–То ли ещё будет! С минуты на минуту за нами приедет Мишка на своем УАЗе, я ж тебе обещала – перезагрузку?!

–Мне уже страшно, Машка! Может не надо?

–Поздно! То есть – надо, Ева, НАДО!

У двора раздался громкий звук мотора, затем длинный гудок сигнала. Мишка уже стоял у ворот.

–Маш, скажи, что ты задумала?

–Мы на рыбалку едем с Мишкой.

–Что? – и Ева рассмеялась неистовым смехом. – Я и рыбалка – это что-то несовместимое. И вообще я природу люблю и рыбу мне жалко.

–Ага! А в магазине покупаешь – не жалко, когда её жестоко ловят тоннами. У нас – другое. Мы рыбачим в полной тишине и уединении. Наша задача – быть с природой, помолчать, подумать, отдохнуть. Мишка раньше пил, потом у него инсульт случился, и он бросил. Я его стала брать на рыбалку, хотя до этого он не рыбачил совсем. Сидим мы в полной тишине, шёпотом говорим если надо. Клюет, подсекаем и вытаскиваем одну или две – достаточно. А потом уху на костре сварим и покушаем.

– Вы с ним…– хотела спросить Ева, но Машка подхватила её вопрос.

–Не знаю, не знаю и знать не хочу, доходило как-то до разговора об этом, но ты ж знаешь – я не везучая в плане романтики, не хочу снова на те же грабли. Дружим, близкие по духу люди мы. Мне с ним хорошо.

Рыбалка удалась, если можно было так сказать. Машка постоянно громко разговаривала и задавала вопросы: «А у тебя клюёт?», на что Миша, довольно суровый на вид, но мягкий по натуре человек, вздыхал и покачивая головой, что-то себе нашептывал. Еве не удалось по началу даже правильно забросить удочку, которую Машка любезно подготовила. Этот процесс был незнакомым для Евы, и она долго и усердно старалась всё сделать правильно. Усевшись на маленький стульчик, она наблюдала за спокойной гладью воды в реке. Природа в том месте, куда они приехали, была невероятной. На том берегу сидела стая аистов, которые охотились за добычей в реке; в лесу напевал хор птиц, а вокруг – несказанная тишина, спокойствие и умиротворения.

–Так, пора бы и за обед приниматься, – сказала Машка.

Она умело развела костер, поставила две огромные перекладины, на которые повесила кастрюлю с водой. Ева наблюдала за своей приятельницей. Та была такой искусной мастерицей, веселой, мудрой и интересной женщиной. Как печально, что судьба её обделила семейным счастьем и любовью. Она бы могла стать прекрасной матерью и заботливой женой. Но наблюдая за тем, как ведет себя Машка, как она заряжает всех вокруг своим оптимизмом, нельзя сказать, что она несчастна или обижена судьбой. Это ее жизнь! Именно такая жизнь, которая ей нужна. Ибо если ей хотелось изменений, она бы придумала, как это сделать.

–Клюет! Клюёт, смотри же, смотри! – закричала Машка.

–Да вижу я, вижу, – держа в зубах сигарету, заявил Миша.

Рыбешка досталась на славу. Из такой и уха будет царской. Ева совершенно не разбиралась в речной рыбе, но щуку она узнала.

–Скажите ребята, – спросила Ева, когда все принялись готовить суп, – если бы эта щука была волшебной, какое желание вы бы загадали у неё?

–Даже не знаю, – ответила Машка, – мне бы хотелось иметь семью, чтоб детишек трое или четверо, чтоб смех стоял в моем доме, что бы рядом со мной был верный человек. Семья- вот что бы я загадала.

Миша посмотрел на Машку и обтер рот руками. На какое-то мгновение показалось, что он сейчас приблизится к Машке, пока та в мечтаниях, и поцелует её. Но он оробел и произнес: «Я бы запросил для себя смелости и решительности побольше».

–Ева, а ты почему не говоришь, чтобы ты хотела попросить у волшебной щуки?

Ева затихла. Одно желание – это так мало и так ответственно. Нельзя просить слишком много и нельзя просить только для себя. А что если: «Чтобы у всех все было хорошо!». С этими словами Ева посмотрела на свое отражение в воде, глаза снова были полны грусти и обид. Она просто совершенно забыла, что такое быть любимой, любить самой.

Её муж даже не волновался, где Ева, не пытался её искать. От него в телефоне был всего один пропущенный звонок и сообщение со словами «А ты где?». Осознание того, что она ему не нужна, еще больше убивало Еву изнутри. Всю её жизнь она жила ради семьи, прощала и надеялась, что должно поменяться что-нибудь в отношениях с годами. Чем дольше люди вместе, тем роднее они становятся. Но в случае с Евой всё было не так.

Помолчав немного, Ева встряхнула головой, поправила прическу и вновь воспряла духом: «Эту поездку я устроила, чтобы разобраться в себе, чтобы понять, чего я хочу, чтобы спрятаться от проблем и невзгод, так что хватить страдать о прошлом, нужно делать шаг в настоящее». Её мысли прервала Машка.

–Ты чего там бухтишь? Сама с собой? Давай к столу, уха готова!

Дни с Машкой, её мамой и знакомым прошли как в сказке! Это был новый и незабываемый опыт. И вот уже стоя на перроне в ожидании своего экспресса, Машка спросила у Евы:

–И всё же, зачем тебе понадобилось сейчас ехать во Владивосток, на край белого света? Родственников у тебя там нет, и про командировку мне не говори, я позвонила в издательство и узнала, что ты ушла в отпуск. Что такое у тебя стряслось, что ты убегаешь?

–Если у меня будет возможность, я всё тебе обязательно расскажу! – пообещала Ева.

Кошку Ева оставила у подруги Машки, что бы больше не привлекать на себя неприятной, пообещав на обратном пути забрать её. Вместе они придумали кошке кличку Бармалейка. Как сказала Машка – и смешно и со смыслом. Только с таким своенравным характером кошка, могла так отлично устроить свою судьбу.

Поезд ушел, Машка побрела домой, а Еву ждали новые приключения.

Глава 2.

Еве пришлось изменить планы. Поскольку из-за кошки билет её пропал, а деньги, которые обещали вернуть за несостоявшуюся поездку, ещё не вернули, она с Машкой купили билет на туристический поезд «Императорская Россия». Ева выложила за него приличную сумму, да еще и пришлось самостоятельно добираться на автобусе всю ночь до ближайшей к нему станции. А именно – в Казань.

Еву встретил интересный мужчина, лет тридцати-пяти, высокий, брюнет, с легкой щетиной и усами. Он был экскурсоводом в туристическом поезде. «Как мне раньше не пришло в голову отправиться в поездку именно таким способом!», – подумала про себя Ева. Поезд был изящен, чист и удобен во всех отношениях. Условия позволяли забыть обо всем и наслаждаться отдыхом. Но прежде всего Ева мечтала принять душ после утомительной поездки на автобусе. И это было не запредельным мечтанием, а настоящей реальностью.

Хотя и в этом поезде были такие же номера купе, как и в привычных поездах, но все же они отличались комфортом и размерами. Кровати были больше, место в купе было достаточно.

Вся группа собиралась на экскурсию по Казани. Ева валилась с ног от усталости, но приняв душ в поезде, она решила, что не останется в одиночестве, о будет отдыхать позже ночью. А сейчас…Казань! Старинный и красивейший город, удивительный по красоте Кремль. Постройки внутри кремля выглядели грандиозно.

Мужчина – экскурсовод по имени Сотирис, был греческого происхождения, но жил в России. Он обладал необычайным ораторским талантом и так искусно рассказывал группе туристов о всех важных достопримечательностях. Но самым милым было его произношение. Некоторые слова он называл с искаженным ударением и не обижался, когда вся его группа начинала смеяться.

Ночевать всем приходилось в поезде, а обеды и ужины были запланированы в различных ресторанах. Скучать совершенно не приходилось. Да и не было времени, лишь только когда поезд отправлялся в другое место назначения, некоторым из туристов было не сладко.

В вагоне, где Ева устроилась, ехала приятная женщина средних лет. Рядом в купе ехала мама и её дочери. То и дело они заглядывали в купе к Еве, та угощала их конфетами, а девочки принимались болтать с женщинами. Дочери были очень общительными и любопытными: «Тёть, а что это у Вас? Теть, а зачем это Вам?». Ева улыбалась и не односложно отвечала, пытаясь даже поддержать беседу с девочками, нок как выяснилось позднее, ответ им был вовсе не интересен. Главное было – постоянно допрашивать о чём-то Еву. Вскоре и самим девочкам это надоело и в один голос они произнесли «Скучно!».

–Тогда давайте играть! – предложила Ева.

Глаза девочек загорелись. Им было примерно десять или одиннадцать, и они были двойняшками. Светлые волосы, заплетенные в косы, уже изрядно растрепались. Пушистый одуванчик вокруг головы девочек забавлял Еву. У неё был сын, и не для кого не секрет, что любая женщина мечтает о дочке. Наряжать, причесывать, а когда подрастет – делиться разными секретами – как же это мило!

– У меня есть стикеры, сейчас мы будем писать интересные задания на них, а потом их выполнять. Но условие такое, что мы должны писать задания, которые нужно выполнить исключительно в поезде. Юмор приветствуется!

И все занялись делом. Даже мама девочек, крупная и неповоротливая, присоединилась к общему порыву. Вместе они написали множество забавных задний, бросили их в перевернутую шляпку мамы девочек, перемешали, и начали играть. В их купе стоял невероятный смех, изредка соседи стучали им по стене, что бы те призадумались, но дети затихали лишь на несколько минут. Когда одна из сестер должна была читать статью журнала голосом известного рэп-исполнителя, это было невероятно смешно. Ева хохотала до слез. Весело было изображать оркестр из подручных в купе материалов. Тут присоединились все и их ансамбль услышал даже проводник: «Дамы, по-тише пожалуйста!».

Поезд несся вперед, набирая скорость. Ева пересматривала фото, сделанные на экскурсии в Казани. Она посмотрела в сообщения, а от её мужа не было ничего. Лишь только сын записал и отправил видео, как он здорово проводит время у тётки, где можно было резвиться на речке, помогать по хозяйству и рыбачить. Теть Оля – это родная сестра Романа, она очень любила своего племянника и частенько забирала в гости к себе на дачу под Саратовом. Дом был дубовый, большой, рядом – раздолье из полей и лесов. Много рябят, которые съезжались на лето. Саша там был счастлив.

Ночь в поезде прошла довольно быстро, и к полудню следующего дня весь туристический состав оказался в Екатеринбурге. Ева никогда не была в этом городе. С самого раннего утра она искала в своем чемодане какую-то красивую вещь, но позже поймала себя на мысли, что ничего оригинального с собой она не брала. Её чемоданчик содержал вещи первой необходимости. А Еву вдруг захотелось выглядеть красивой, интересной и хорошо одетой. Она даже немного расстроилась, что не взяла любимые брюки, под которые одела бы свой яркий лонгслив, но зато у нее с собой было отличное зеленое платье в клеточку, с рукавами фонариками. Это платье ей очень шло. Ева достала его из чемодана, чтобы погладить и вспомнила, как долго она его выбирала, чтобы пойти в нем в театр, билеты в который были сюрпризом для Романа. В тот вечер на нарядилась, сделала макияж, попросив Романа не опаздывать и быть дома пораньше. Но Роман тогда так и не пришел. На работе у него был корпоратив в честь дня рождения сотрудницы, и он остался на нем. Ева тогда весь вечер проплакала, порвала билеты, а платье забросила в шкаф и больше его не доставала. «Пришло время тебя примерить!», сказала себе Ева. Уложив волосы на бок, как ей безумно шло, она сделала неброский макияж и надев это прекрасное платье, вышла к туристической группе.

–Вау! – сказал Сотирис! – Богиня –Вы очаровательны.

Он подал ей руку, чтобы помочь спуститься из поезда. Сотирис был галантен и старался уделить внимание каждой женщине в группе, вне зависимости от возраста. Со стороны всё это было умилительно и крайне смешно, но женщине всегда приятны знаки внимания. Каждая из присутствующих реагировала улыбкой и взаимной шуткой.

Мужчин и семейных пар в поезде было не так много, к ним отношение гида Сотириса была учтительным и спокойным.

Наконец Сотирис хлопнул в ладоши, и вся группа обернулась к нему. Он ласково улыбнулся и сказал: «Обожаю этот момент!». Каждый додумал его слова по-своему. Туристы двинулись в путь на пешеходную экскурсию по городу. В Екатеринбурге им придется задержаться на пару дней, чтобы осмотреть все достопримечательности. Ева была в предвкушении. Сотирис вел колону за собой, останавливаясь у значимых мест.

–История Екатеринбурга ведет отсчет с 1723 года, когда на реке Исети был основан завод-крепость. Место для завода выбрал Василий Татищев, строительство крупнейшего в Европе железоделательного завода было завершено под руководством Вильгельма де Геннина. Город назван в честь императрицы Екатерины I, – Сотирис шел в колоне первым и говорил в микрофон.

Туристы внимательно слушали и по указке поворачивали головы то в право, то в лево, чтобы увидеть ту или иную достопримечательность.

Пешие прогулки на туристических маршрутах всегда отличное время проведение. Можно насладиться архитектурными видами, вдохнуть в себя город, прочувствовать его атмосферу. Еве было интересно наблюдать и за людьми в городе. Все было достаточно неспешно и размерено. Многие имели удовольствие проводить часы, сидя на скамейках, или в кафе на открытом воздухе. Кто-то увлеченный писал картины прямо в центре города, а кто-то, как в старые времена, сидел под тенью деревьев в парке и читал газету. Как же сильно отличаются города и ритм жизни в них. Чем дальше уезжаешь от столица, тем более явно проявляется иной уклад жизни и его неторопливость. Конечно же, многие люди спешили на работу и с работы, на дорогах так же были пробки, но время не неслось так стремительно и не ускользало сквозь пальцы. Витало неосязаемое чувство спокойствия и умиротворения.

–В XVIII веке Екатеринбург развивается как административный центр горнозаводской промышленности Урала и Сибири. Система отраслевого управления горными заводами Урала, Забайкалья и Алтая была независима от местных губернских властей. Ее центральный орган располагался в Екатеринбурге. После 1781 года управление горной частью было децентрализовано и подчинено казенным палатам губернских правлений. В 1738 году в городе основана камнерезная мастерская, ставшая в 1765 году Екатеринбургской гранильной фабрикой. В 1761 году через Екатеринбург прошел Сибирский почтовый тракт. В 1781 году Екатеринбург получил статус уездного города в Пермской губернии. В 1783 году ему был присвоен герб, а в 1787 году состоялись первые выборы в городскую думу. В городском самоуправлении в XVIII – первой половине XIX века доминировали купцы-старообрядцы. – продолжал говорить Сотирис, когда вся туристическая группа ненадолго остановилась у очень эффектного особняка.

–С 1726 года в Екатеринбурге началось изготовление медных денег, сначала «плат» (тяжелых квадратных пластин, где номинал был уравнен с ценой металла), а затем с 1735 года общероссийской медной монеты. Екатеринбургский монетный двор производил до 80% медной монеты в России, закрыт в июне 1876 года. Изготовленные на Екатеринбургской гранильной фабрике вазы и чаши украшали Зимний дворец. На основанной в 1839 году механической фабрике производились водяные колеса и турбины, паровые машины, металлорежущие станки и т. д. В 1874 году фабрика потеряла заказы и закрылась. Основные занятия купечества – салотопенное, мыловаренное, кожевенное производства, торговля мясом и скотом, подряды на перевозку металлов. Самый первый маслобойный завод основан в 1776 году, кожевенный – 1782 году, мыловарение началось с 1787 года, солодовенный промысел с 1785 года. По данным на 1804 год сала вытапливалось на 10 заводах на 603 тысячи рублей, 20 кожевенных предприятий выделывали кожи на 30 тысяч рублей, 9 кирпичных заводов производили до 400 тысяч кирпичей ежегодно. Так, ну что же, по-моему, я утомил вас своими разговорами про историю города, пришло время отведать его на вкус. Направляемся в кафе!

В группе прозвучали ликующие возгласы, будто основными мероприятиями были именно поглощения пищи земной, а не духовной. Евы была не голодно, но что бы не потеряться, отправилась вместе со всеми.

Проходя мимо кафе, она заметила на скамье женщину, которая сидела в окружении четверых детей. Выглядела она неопрятно, дети были одеты в лохмотья. Но эта женщина была славянской внешности и её дети, погодки, все как один, были блондинами: три девочки и младший – мальчишка. Люди шли мимо, не замечая эту семью. Будто испытывая презрение к подобным людям. Ева остановилась сначала в стороне, чтобы понаблюдать за тем, что происходит. Мать детей достала из сумки краюшку белого хлеба и поделила на четверых.

Ева быстро зашла в кафе, где на туристическую группу был накрыт стол. Она попросила поднос у официанта, поставила на него свой обед и вышла на улицу. На подносе был суп, жаркое из говядины с картофельным пюре, булочка и компот. Этого было мало для четверых детей, но Ева не знала какой будет реакция матери на Евин жест милосердия. Вдруг женщина всполошится и станет упрекать её, что та оскорбляет их семью своими подачками. Но всё оказалось с точностью наоборот. Женщина, которая выглядела крайне измученной, улыбнулась Еве, что было сил и махнула рукой детям как призыв приступать к трапезе.

Туристическая группа, которая только готовилась сесть за обеденный стол, завидев за окном Еву и компанию беспомощных детей, разом переглянулись. Первым взял свой поднос Сотирис. Он, последовав примеру Евы, поставил свой обед на него, вышел на улицу к детям.

– Это вам, кушайте! – сказал он.

Ева доброжелательно посмотрела на гида.

Следом за Сотирисом, вышли и другие участники группы, со своими подносами полными еды. Теперь у каждого ребенка и у их мамы был полноценный обед, которого они, судя по их лицам, не видели очень давно.

Когда те изрядно подкрепились и тысячно отблагодарили за обед добрых людей, Ева решила выяснить, что произошло у этой семью, что они оказались на улице.

– Милая женщина, – достав из кармана платок, начала говорить мать детей, – нас выгнал муж. Выгнал из квартиры, поменяв замки. Квартира оформлена на него, детей он выписал, ничего мне не сказав. Потом он продал эту квартиру и уехал. Мы не знаем, где он, почему это сделал.

Женщина плакала не переставая, детишки, сидевшие подле неё, всячески успокаивали мать.

– Безобразие! – вырвалось из груди у Евы. – Чем занимается ваша соцзащита? Нельзя просто так оставить людей на улице, тем более с детьми.

– Понимаете, я женщина не городская, я из сельской местности. Я ничего не понимаю, и ничего не умею.

– Значит из-за своей не компетентности, вы решили, что можете обрекать собственных детей на подобное существование? – строго проговорила Ева.

– Мы привыкли, – с горестью продолжила мать детей.

– Сотирис, – крикнула вслед ему Ева, – подождите минутку.

Догнав своего экскурсовода, Ева сказала: «Завтра у нас очень интересная программа, верно? Я мечтала побывать в историческом месте, связанном с Романовыми. Но я не поеду. Завтра я планирую решать вопросы этой семьи. Я не могу так просто уйти, оставив их на улице, зная, что детям негде будет спать».

– Ева, вы очень благородная женщина, но подумайте и вот о чем: вдруг это простые аферисты, которые попрошайничеством собираю деньги и давят на жалость таким же, как и вы, добрым людям?

Ева посмотрела на женщину со стороны. Она сидела на той же скамейке, обняв своего ребенка и прижимаясь к остальным детям. Она что-то им говорила, улыбалась, но её глаза неумолимо говорили об одном: полные тоски и горя от безысходности.

– Она не похожа на цыганку, которая пользуется детьми для привлечения средств. Она –горе мамаша, потерявшая всё и поддавшаяся трудностям. Она не может бороться, а это плохо. Пока мы дышим, мы должны бороться.

Ева не смогла оставить без ночлега детей. Она заплатила за номер в гостинице, куда поселила под свой паспорт эту семью. Наконец-то многодетная мать могла отдохнуть, помыться и привести себя в порядок. Одежда у них была скромная, неброская. Мать постирала эти вещички, что бы вновь оказаться на улице по истечению ночи. Но у Евы были другие планы. Она читала статьи в интернете, задавала вопросы онлаин юристам, как поступить в такой ситуации.

Рано утром, встретив мать у гостиницы и позволив детям побыть в номере до обеда, они отправились сначала в отдел полиции и написали заявление, потом в соцзащиту. Забрав детей в обед, Ева снова всех накормила за свой счёт, не выпуская из рук телефон, общаясь с представителями власти. Разговоры шли напряженно, местами доходя до брани. Предоставить место жительства семье никто не решался. Но Ева не собиралась сдаваться. Она добилась встречи с одним из депутатов местного собрания, просидев у него в кабинете битый час, он обещал решить вопрос в ближайшее время. Еву этот ответ не устроил, она должна была уезжать уже в этот вечер, и уехать вот так, зная, что семья останется без чей либо поддержки, она не могла.

– Дайте мне гарантию, что у детей будет крыша над головой! – требовала Ева, сидя в кабинете депутата.

Было очень нелегко в тот день. Не зная покоя, Ева до самого вечера ждала информацию. Мать детей постоянно находилась рядом. В её глазах появилась надежда.

– Вы такая смелая женщина, Ева! – сказала она ей.

– Вовсе нет, я большая трусиха, всего страшно боюсь, и сама ищу дорогу домой.

– Наверное, вам кажется, что вы боитесь, потому что со стороны вы самая бесстрашная из всех, кого я знаю. Бросить свои личные планы ради неизвестной вам семьи. И вы хотите сказать, что вы чего-то побоялись, пройдя по всем инстанциям сегодня?

Ева посмотрела в даль. Правду ли о ней говорит эта женщина? Неужели и впрямь Ева храбрая и отважная. Что подстегнуло её ввязаться во всю эту историю? Ева не знала, как ответить самой себе на эти вопросы.

Однако уже поздно вечером ей позвонили из соцзащиты с хорошей новостью. «Мы предоставим жилье семье Барсуковых».

Ева ликовала. Сканы документов пришли и ей на почту, поэтому она могла быть спокойна. Вечером, перед отправлением поезда по маршруту, она села на скамью на перроне, чтобы немного отвести дух. Рядом, совершенно незаметно, подошел Сотирис. Он крутил в руках сигарету.

– Все пытаюсь бросить эту пагубною привычку, но она с трудом мне дается. – начал он. – Позволите присяду с Вами.

– Буду только рада, – сказала Ева, – только попрошу не курить.

Сотирис поломал сигарету и бросил её в урну. Та же участь постигла всю пачку.

– О чём думаете, – спросил он.

– Как прекрасно жить! – со смехом ответила Ева.

– И всё же, вам удалось решить вопрос, из-за которого вы не поехали с нами на экскурсию?

– В целом да, удалось. И Вы знаете, Сотирис, я поняла, как все-таки хорошо помогать другим. Сейчас я прибываю в настоящей эйфории от того, что сделала что-то полезное. Много лет я даже не задумывалась об этом.

– Помогать ближнему – это закон Божий. Мы все должны это делать.

– Но ведь далеко не все делают. Семья, чья учесть остаться на улице была предрешена, спасена. Не могу не раскрыть секрета, что не во всем моя заслуга. Заслуга состоит ещё и в том, что у меня был один очень хороший знакомый юрист, а по совместительству депутат народного собрания. Однажды я помогла его жене с рецензией книги в издательстве, где я работала. Она быстро вышла на продажи. Это помогло мне завести хорошие знакомства, которые пригодились сегодня в деле. А у вас есть такие знакомые, которые могут выручить?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.