Саша Симонс
Проблески безумия

Глава 1

"Сколько можно шуметь?" – прошипела под нос Ника, бросая косой взгляд на трёх молодых людей за большим столиком в центре зала. Утренняя кофейня всегда была местом для тихого отдыха, а тут эти нарушители спокойствия. Улыбчивая официантка появилась как будто из ниоткуда и поставила на стол чашку кофе, и тарелку с десертом. Запах шоколада ударил в нос и отвлёк от неприятных мыслей о незнакомцах. Ненадолго.

– Девушка! – громко крикнул один из них.

Ника и официантка одновременно повернулись. Рыжий, не очень приятной наружности с сиплым голосом парень, жестом подзывал работницу кафе. Все трое приглушённо начали что-то обсуждать. "Интересные вы, – подумала Ника, – шуметь любите, но пошептаться тоже?" Пристальный взгляд одного из молодых людей сковал её тело. Нужно было отвернуться, но его карие глаза так просто не хотели отпускать. И чего я вообще повернулась? Хотя на такой крик, наверное, все обернулись…

Она неловко поправила прядь русых волос, вечно выбивающуюся из причёски, и заставила себя посмотреть в окно. Что за день? Снова донёсся спасительный запах шоколада, позволив немного отвлечься. За окном была суета, все куда-то бежали. Типичная картина для этого времени года: женщина в плаще и ботинках, а ей на встречу идёт парень в шортах и сланцах. Улыбка невольно появилась на губах.

"Чёрт, – подумала Ника, взглянув на часы. – Не хватало опоздать". Работала Ника в аптеке, и её день всегда начинался рано, но не сегодня. Сегодня была поздняя пересменка из-за нестандартного графика. Она наспех прикончила десерт, попутно прося у официантки счёт. Ноги опустились на пол, и сумка, лежавшая всё это время на коленях, шумно соскользнула. Подняв её, девушка почувствовала на себе взгляды всех людей в кофейне.

"Блеск", – подумала она. Щёки вспыхнули. Ноги сами повели её к выходу. Открыв дверь, Ника словно почувствовала спиной чей-то пристальный взгляд и, обернувшись, встретилась глазами с одним из парней. Сердце ёкнуло от неожиданности, краска залила её ещё сильнее. Сбежав на улицу, она наконец испытала облегчение.

До аптеки было недалеко, минут десять пешком, и всё это время перед глазами стоял образ парня, в упор смотрящего на неё – тёмные волосы, карие глаза, прямой нос… Его лицо на удивление было приятным. Не то что взгляд, который обездвиживал, словно он удав, а она – мышь. И улыбка… точнее даже ухмылка, такая… милая. Ника тряхнула головой, понимая, что тратит слишком много времени на какого-то незнакомца.

***

Отправив очередного сложного клиента довольного и с нужными лекарствами в руках, Ника выдохнула и тяжело облокотилась на высокий стул. Её напарница по смене – Вика, с небольшой ухмылкой и искренним восхищением в глазах сказала:

– Ну ты просто непробиваемая!

– А?

– Как ты умудряешься спокойно разговаривать с такими людьми?

Ника пожала плечами и утомлённо улыбнулась:

– Не знаю, как-то само получается.

– Кошмар, я бы не выдержала и послала… Ну по-хамски же ведут себя.

В этом была доля истины, но общение с клиентами, даже сложными, Нике давалось хорошо. Ещё лучше она ладила с сотрудниками аптеки и не зря. В конце концов это место принадлежало её матери, а значит в какой-то мере и ей самой. От посторонних мыслей её отвлёк очередной клиент, заглянувший в окошко. Улыбка автоматически натянулась на лицо, сделав его приветливым и доброжелательным, однако стоило клиенту уйти, веки вновь устало нависли, а чуть пухлые губы приняли спокойную форму.

Час бежал за часом. Сегодня было относительно спокойно и без лишней работы. Удивительно. Такие дни были редкостью, но, даже несмотря на необычность, не запоминались, поэтому вернувшись домой, всё пошло по стандартному сценарию. Ника приготовила себе ужин и уселась перед тарелкой с книгой в руках. Её мама всегда говорила: «Не читай за столом. Не замечаешь, что ешь». Эта фраза отпечаталась кажется даже на внутренней стороне черепа, но отучить от книг во время еды Нику так и не удалось.

Очередной любовный роман… Сложно сказать какой по счёту. Их было столько уже перечитано, что с первой страницы можно было понять, что будет дальше. И, чаще всего, Ника угадывала. Однако это её не смущало. В таких книгах ей больше нравился не сюжет, а сцены, где главным героям угрожает опасность, всё висит на волоске, и от этого их чувства друг к другу усиливаются – в них она непроизвольно искала тот накал страстей, которого так не хватало в её однообразной жизни.

Закончив с ужином, она убрала книгу на полку и отправилась в ванную. Приятная тёплая вода стекала мягкими струйками по так и не загоревшей за лето коже. Запах персика, обычно вызывающий улыбку, сейчас почему-то лишь подчёркивал грусть. Она задумалась. Неужели взрослая жизнь такая скучная? Или только у меня так? Вроде бы есть работа, я неплохо справляюсь. Почему тогда так грустно? В плечах появилась неприятная, раздражающая тяжесть от чувства одиночества. Ника закрыла глаза, глубоко вздохнула.

Перед глазами поплыли образы с только что прочитанных страниц: погоня, страстная брюнетка и её напарник, раскрытые мафией, тени переулков, дыхание страха смешивалось с предвкушением, а затем… тёмная комната, мягкая постель и они в объятиях друг друга. Ника задышала чаще. Голова закружилась. Резкий вздох и взгляд немного прояснился. "Так недалеко и уснуть, стоя в душе", – подумала она и выключила воду. Ступни плавно погрузились в мягкий ворсистый коврик. В зеркале, подёрнутом тонким слоем влаги, стояла стройная девушка с серьёзным лицом. Посмотрев на себя пару секунд, она накинула халат и вышла из ванной.

Ника дошла до спальни чуть пошатываясь и плюхнулась в мягкую постель. Холодная ткань быстро нагрелась от тепла её тела. Перед глазами вновь стали появляться образы. Снова тёмная комната, приглушённый тёплый свет. Тяжёлая деревянная кровать и атласные простыни. Блики на сплетающихся телах. Запахи персика, шоколада и кофе перемешались и заполнили всё вокруг.

Она подходила ближе к постели, шаг за шагом, ещё ближе. И вот любовники уже были на расстоянии вытянутой руки. Ещё шаг, и Ника оказалась в объятиях мужчины вместо брюнетки. В глазах поплыло, образы стали размытыми. Тени комнаты смыкались вокруг неё, превращая ощущение тепла в удушающую негу. Голова кружилась всё сильнее. Воздуха не хватало. Ей стало так хорошо, что она была почти готова потерять сознание. Почти.

Оторваться от этих горячих губ было сложно. В глазах замерцали звёзды. Она с трудом отодвинулась от него и вздохнула полной грудью. Холодный воздух отрезвил её разгорячённый разум. Ника открыла глаза и увидела перед собой лицо того самого мужчины, что был сегодня утром в кофейне. Сердце застучало так быстро, что казалось не выдержит. "Нет", – попыталась произнести она, но смогла издать лишь невнятный стон.

Ника постаралась встать. Руки казались налитыми свинцом, а дыхание стало поверхностным, будто кто-то схватил её за горло. Судорожные попытки подняться не приводили ни к чему. А едва знакомый мужчина буквально сверлил её пристальным взглядом. И эта ухмылка… Сейчас это было действительно невыносимо. То ли из-за страха, то ли из-за сладкой слабости, которая и порождала страх.

Ника подскочила с кровати, жадно глотая воздух. "Всего лишь сон", – прошептала она. На часах была полночь. Нужно было успокоить бешено стучащее сердце. Но как? В голове метались мысли. Почему он? Неужели нельзя было подумать о каком-нибудь актёре? Нервный смешок, чуть не сорвался с губ, но застрял где-то в горле. Ей хотелось побыстрее уснуть, но лёгкая дрожь и навязчивые мысли мешали. Почему? Она искренне не понимала почему этот мельком виденный образ так отпечатался в её памяти.

***

Несколько дней за работой пролетели незаметно, слившись в монотонную линию незначительных событий. Наконец наступил долгожданный выходной, и только сейчас Ника поняла, что провела в своём любимом кафе гораздо больше вечеров, чем стоило и уж, тем более, чем обычно. Как так вышло, что она этого даже не заметила? Но привычный ритуал – ходить в первый выходной завтракать в кофейню, нарушать не хотелось.

Погода стояла пасмурная, тяжёлые тучи обещали затяжной дождь. Накинув любимую куртку с капюшоном на плечи, Ника вышла из квартиры. Воздух был, пожалуй, слишком холодным для этого времени года. Он то и дело норовил пробраться под одежду. Тело непроизвольно съёжилось, а ноги зашагали быстрее.

Знакомый колокольчик на двери кафе мягко звякнул, когда она вошла, и в нос ударил приятный терпкий аромат кофе. Как же много людей… Любимое место в углу зала оказалось свободно. Не удивительно. Место, для таких, как она – замкнутых и любящих неприметные места. Ника прошла вдоль стойки у окна и села на высокий барный стул.

Спустя долгих десять минут подошла официантка, наспех приняла заказ и оставила клиентку наедине с собой. Взгляд Ники бродил по залу кофейни, выхватывая самых разных людей из толпы – в основном спешащих на работу и заказывающих кофе с собой.

В поле зрения попала мило беседующая парочка за столиком. Они тихо смеялись, улыбались друг другу и что-то воодушевлённо обсуждали. "Эх", – только и смогла грустно выдохнуть Ника. В её памяти таких событий, кажется, не было. Может быть только если во времена учёбы в университете. На сердце стало совсем уж мрачно. Тогда её отношения закончились внезапно, без предупреждения и без последующих разъяснений.

Она неторопливо развернулась в сторону окна и, задумавшись, подпёрла рукой голову. Взгляд затуманился и расплылся. Мысли о былых отношениях сменились размышлениями о том, что же побудило её изменить свой режим, да так, что она этого даже не заметила. Зачем она приходила сюда столько раз подряд? И почему не понимает этого?

Вскоре официантка вернулась с заказом, разорвав этот плавный поток мыслей. Ника слегка дёрнулась от неожиданности. Девушка в фартуке с улыбкой посмотрела на неё:

– Ещё не проснулись?

– Задумалась, – невнятно сказала Ника и поблагодарила девушку.

Пока она неспешно ела, в кофейню то входили люди, то выходили из неё. В очередной раз, когда колокольчик обозначил открытие двери, Ника вновь обернулась, чтобы посмотреть, кто вошёл. Пара подростков быстро юркнули внутрь, осматривая свою намокшую одежду, и направились к кассе. Девушка вернулась к своему кофе. Она почувствовала, будто что-то сдавило её грудную клетку. Невольно вырвавшийся тихий вздох дал ей понять, что настроение сегодня будет не лучшее. Но почему? Она жестом подозвала официантку и попросила счёт.

На следующее утро история повторилась. С той лишь разницей, что на улице было относительно тепло и солнечно, а в кофейне куда меньше народу. Ника снова села на своё любимое место и заказала любимый завтрак. Казалось, что сегодня поводов для плохого настроения нет, однако ей всё ещё было грустно и тоскливо.

Свет с улицы слегка слепил глаза. Дверь шумно распахнулась, и в кафе кто-то вошёл. Когда взгляд наконец сфокусировался, в груди вспыхнуло неожиданное тепло. Это был он. Тот самый мужчина, которого она видела здесь несколько дней назад. Высокий, стройный, темноволосый, стильный. Как с картинки… Через пару секунд Ника поняла, что её взгляд намертво прикован к нему. А затем осознание: "Он смотрит на меня!" Она тяжело сглотнула и неловко отвернулась. Блин, теперь он точно думает, что я ненормальная, раз пялюсь на него как школьница. Но как же хотелось взглянуть на него ещё разок.

Осторожный поворот головы и… Они встретились взглядами. Не понимая почему, в этот раз Ника не отвернулась, но даже улыбнулась. На его лице эмоции как будто не проступали, но по глазам было видно, что он заинтригован. Сделав над собой усилие, чтобы выглядеть спокойно и уверенно, она плавно отвела взгляд и принялась обратно за завтрак.

Через несколько минут, краем глаза она заметила движение. Рефлекторно повернувшись, Ника увидела его, выходящего из кафе с картонным стаканчиком кофе. Он смотрел на неё. На его лице была едва заметная ухмылка. Та самая, очаровательная ухмылка. В памяти вспыхнул недавний сон. Ника слегка содрогнулась, вспомнив то сладкое оцепенение. Спустя несколько секунд в голове вновь зашевелились мысли. "Он улыбнулся? Мне?" – спросила она себя. Что это было? Проявление интереса? А может симпатии?

Закончив со своим завтраком, Ника расплатилась и отправилась домой. В груди был какой-то балаган: там не просто бурлила радость, это была какая-то непривычная для неё эйфория. Сердце трепыхалось, словно птица, желающая вырваться на волю, руки подрагивали, плечи окутала тёплая слабость. Войдя в квартиру, Ника плюхнулась в кровать и с улыбкой на губах закрыла глаза. Образ молодого человека не выходил из головы, особенно его орехово-карие глаза, такие пленительные. Ей стало предельно ясно, почему вчера было так грустно. Она хотела увидеть его. А теперь, когда увидела, поняла, что хочет видеть чаще.

Оставшийся день Ника провела витая в облаках со счастливой улыбкой, не сходящей с губ. Домашние дела делались на ура. Завтра нужно было идти на работу, поэтому подготовка вещей заняла некоторое время, хотя она этого даже не заметила, а вот свободное она не посвятила чтению, как обычно, а провела в мечтаниях. Ей хотелось поскорее лечь в постель и погрузиться в тёплые фантазии перед сном.

А фантазии были действительно тёплыми. Мужчина был мил и галантен. Они пили кофе, гуляли, держась за руки, обнимались, смотрели друг другу в глаза и целовались. Девушка чувствовала тепло, расходящееся по всему телу, радость и даже счастье. Она улыбалась и взволнованно дышала. А затем дыхание замедлилось и Ника погрузилась в сон.

Жаль сны мы не контролируем. Так и она, оказавшись во власти Морфея, стала видеть то, что предоставил ей случай. А он предоставил мучительное стремление и смущение. Ей снилось, что она на улице, перед ней стоит мужчина, и её влечёт к нему, но подойти не может, потому что её макияж какой-то неудачный, да и одета она неподходяще. К тому же мама всегда находилась рядом, как невидимый надсмотрщик, от взгляда которого не укрыться. Мужчина смотрел на неё и в последний момент протянул руку, за которой она хотела потянуться, но не смогла шевельнуться, потому что её будто крепко держали за плечи.

Затем улица сменилась тёмной комнатой, где она шла меж колонн, за которыми, прятались живые тени с золотыми глазами. Они смотрели на неё издалека, но не приближались. Она чувствовала их обжигающие взгляды на своей коже. Вокруг было шумно, но шум был привычный. В этих звуках были знакомые, различимые человеческие голоса и ещё что-то. Звук бьющейся посуды? Нет, только стучащей друг об друга керамики. Но иногда какофония прерывалась и становилось так тихо, что было слышно собственное сбивчивое сердцебиение. А после этого и вовсе начался бессвязный калейдоскоп образов, улыбок, оскалов, звуков, запахов и ощущений, прикосновений и неприятной тяжести в груди, да настолько интенсивный, что будильник прозвучал спасительным звоном.

Глава 2

Время шло, осень становилась всё холоднее. Пожелтевшие листья почти все опали. Всё больше людей предпочитали оставаться в кофейне, а не брать кофе с собой, но любимое место Ники по-прежнему никто кроме неё не занимал, по крайней мере так охотно. А с этого места открывался приятный вид на улицу. В это время он был хорош тем, что природа выглядела засыпающей, а внутри кафе кипела жизнь – шум посуды, гул голосов. Но сейчас Ника чувствовала себя частью той улицы – умирающей в ожидании зимы. Ощущения одиночества и пустоты в жизни нарастали изо дня в день, отчего хотелось спрятаться всё сильнее.

Сезон болезней очень хорошо был виден по аптеке. В такие периоды людей было просто бесконечное количество, и это выматывало. После работы Ника пришла в кафе, чтобы поужинать. Домашняя еда – это замечательно, но, когда сил не остаётся совсем, становится как-то не до готовки.

Знакомая официантка принесла заказанный ужин и большую порцию сладкого чая, не проронив ни слова. Усталая клиентка всем видом показывала, что не желает никого слушать. Ника неторопливо и без особого аппетита приступила к еде, полностью сосредоточившись на содержимом тарелки. На улице уже стало слишком темно, и в больших окнах можно было видеть только отражения, как в потускневшем зеркале.

Последние дни на работе так вымотали, что постоянно хотелось тишины, за неимением которой, Ника проваливалась глубоко в размышления и переставала замечать окружающий мир. И сейчас она совсем не обратила внимания на человека, который сел на соседнее место.

Подняв глаза в поисках кружки с чаем, она краем глаза заметила в отражении окна сидящего рядом мужчину. Он был похож на изваяние, совсем не двигался, лишь держал свою кружку, испускавшую густой пар. Усталость сковала мысли и тело. Словно преодолевая невидимую преграду, Ника повернула голову и удивлённо приподняла брови. Несколько секунд она просто молча смотрела на того самого мужчину, которого периодически видела здесь. "Ну почему ты решил подойти именно сейчас?", – в сердцах подумала она. Эта встреча была такой желанной… но не сейчас же. Не в этот день.

Мужчина улыбнулся и негромко заговорил:

– Привет.

Голос его звучал приятно, мягко, буквально обволакивал слух.

– Привет, – Ника устало и нервно улыбнулась, и поправила прядь волос, падающую на глаза.

– Я заметил, ты часто сюда приходишь…

– Да, – растерявшись протянула она, а затем глубоко вдохнув, ощутила крохотный прилив бодрости. – Я чем-то могу помочь?

Он выглядел таким спокойным, будто время застыло вокруг него. Его карие глаза так заманчиво блестели в полумраке помещения.

– Меня зовут Дима. Я хотел познакомиться, но кажется, ты сегодня слишком устала, – он отвёл взгляд и добавил, – наверное нужно было выбрать более подходящий момент.

– Устала, это да. Работы много, – рассеяно сказала девушка, а сама подумала – "Пожалуйста, посмотри на меня снова".

Ей так хотелось сказать больше, но мысли словно окаменели, и ничего не приходило в голову.

– Извини за настойчивость… Как тебя зовут?

– Ника.

– Приятно познакомиться, – он улыбнулся. – Пожалуй, не буду доставать тебя сегодня.

После этих слов он плавно поднялся и ушёл, оставив недопитую чашку, всё ещё горячего напитка. Злость на себя и досада переполняли Нику. Ей хотелось выругаться. Или заплакать. В голове была каша из-за разговора, который застал её врасплох. Ей так хотелось познакомиться с ним, а всё вышло так… Она даже не могла подобрать слов, чтобы описать как именно. Казалось, что единственная возможность утрачена. И всё же его слова "не буду доставать тебя сегодня", звучали в её голове снова и снова. Особенно последнее слово. Сегодня. Это был намёк? Он хочет увидеться? Но почему не сказал когда? Или просто оговорился?

Девушка вышла на улицу. Холодный ветер обдал лицо. Глаза слегка закололо, и они наполнились слезами. Она непроизвольно втянула шею и устало поплелась домой, сопровождаемая вопросами, на которые не знала ответов.

***

Ночь была тихая и спокойная. После ряда тяжёлых смен на работе, организм требовал отдыха. Ника проснулась, но решила ещё немного полежать в постели. Вставать очень не хотелось. Она закрывала глаза, но не засыпала, скорее погружалась в фантазии так глубоко, что они становились ощутимыми. И всё же накопленная усталость не давала сконцентрироваться на образах. Значит пора вставать.

Приведя себя в порядок, она решила не тратить время на сборы – высушила волосы, выбрала удобную одежду и отправилась в кафе. Тяжёлый аромат кофе с порога слегка взбодрил её. Ника направилась к своему любимому месту. Не успев сесть, она заметила официантку, подбегающую к ней, и поздоровалась. Миловидная девушка протянула ей меню, но та остановила её:

– Я могу сразу заказать?

– Конечно, – улыбнулась официантка.

Ника начала перечислять свои привычные позиции для завтрака, но запнулась:

– А знаете, дайте мне минутку, – она взяла меню из рук девушки и быстро нашла десерты. – Пожалуй сегодня возьму чизкейк. С малиной, пожалуйста.

Тёплые лучи солнца пробивались сквозь окно, ковёр из золотых листьев выглядел успокаивающе, плавно перетекая по улице под воздействием слабого ветра. Сегодня как будто всё было иначе. Картина вдохновляющая, хоть и немного грустная, не вгоняла в тоску, а скорее наоборот, пробуждала творческую натуру Ники. Она сидела, опершись подбородком на руку и мечтательно смотрела в никуда. Мысли текли плавным потоком, как тихий ручей, пока приятный мужской голос не разбил их на множество брызг, словно камень, брошенный в воду:

– Можно подсесть?

Ника обернулась. Перед ней стоял Дима, вновь застигший её врасплох. Она искренне радостно улыбнулась и уже было открыла рот чтобы что-то сказать, но затем жестом показала на место, рядом с собой, боясь, что дрожь в голосе будет слишком заметна. Пытаясь держать свои эмоции под контролем, она снова уставилась в окно.

– Доброе утро, Ника. Извини, что так внезапно появился.

– Доброе, – неуверенно ответила она, пытаясь совладать с собой. Не вышло. В голове гудели мысли, – "Что он тут делает? Почему сегодня? И почему я решила именно сегодня не накраситься".

– О чём задумалась?

– Да так, ни о чём, – она говорила, не поворачиваясь к собеседнику, боясь, чтобы он не прочёл по лицу её маленькую ложь. Ещё она переживала из-за их вчерашнего разговора. Пыталась вспомнить не сказала ли чего не к месту.

– Я вчера не вовремя подошёл видимо, – начал Дима, но его прервала официантка, поставившая на стол тарелку с чизкейком и кофе.

– Вам что-нибудь принести? – обратилась она к мужчине.

– Эспрессо, пожалуйста, – улыбнулся он и повернулся обратно к новой знакомой. – На чём я остановился?

– Не вовремя, – сказала Ника, проглатывая кусочек десерта с кисло-сладкой ягодой.

– Да, точно. Я не спросил, ты не спешишь никуда? А то может я отвлекаю?

Он казался чрезмерно учтивым. Как будто своими аккуратными фразами ступал по тончайшему льду.

– Не отвлекаешь. У меня выходной. Я люблю по выходным приходить сюда завтракать. Правда обычно ко мне никто не подсаживается.

– Я могу уйти, если хочешь?

– Нет, – слишком уж быстро ответила Ника и, секунду помедлив, добавила. – Нет, я… не это имела ввиду.

Она посмотрела на Диму и подумала: "да уж, дорогая, ничего не скажешь, разговаривать с мужчинами ты умеешь".

– Хорошо, – посмеялся он, – а то я уж было подумал, что опять не вовремя.

Ника повернулась к нему полностью, и они встретились взглядами. Дыхание перехватило, её щёки слегка залил румянец. Резко стало жарко. Не очень изящным движением она поправила волосы и снова повернулась прямо к окну. "Боже, не смотри на меня так", – сказала она сама себе, пытаясь скрыться от проницательного взгляда мужчины, который, несомненно, это заметил.

– Нравится вид из окна? – полюбопытствовал Дима и склонил голову, пытаясь заглянуть ей в глаза.

– Да, пожалуй.

Она опустила взгляд. Ей было так не по себе. Хотелось спрятаться от этих глаз. И в то же время хотелось в них полностью раствориться. Его мягкая настойчивость обезоруживала.

– Может прогуляемся? Погода вроде бы ещё не слишком холодная.

Ника выдала свою напряжённость, убирая дрожащие руки под стол, но он заметил:

– Извини, думал, что может свежий воздух поможет тебе немного расслабиться.

Он немного отодвинулся, чтобы дать ей больше пространства. "Ты этого хотела, отказываться просто глупо", – подумала Ника и преодолев робость, согласилась. Она попросила счёт и достала кошелёк.

– Я заплачу, – сказал Дима не раздумывая.

– Эмм… нет. Давай без этого вот. Я тебя совсем не знаю, лучше каждый останется при своём, – твёрдо сказала Ника.

Небольшая морщинка на лбу выдала одновременное удивление и одобрение в лице Димы. С уважением к такой позиции девушки, он кивнул.

***

Они вышли из кафе и медленно двинулись по улице, разговаривая обо всяких мелочах, понемногу узнавая друг друга. Его голос звучал так приятно и выразительно, то и дело подталкивая девушку посмотреть на собеседника. Она так и делала, отмечая то приятные черты лица, то плавные движения и активную жестикуляцию. Дима иногда смотрел на неё, тогда они встречались взглядами, и Ника смущённо опускала глаза.

Она рассказала, что работает в аптеке, увлекается чтением книг, а ещё музыкой и немного рисованием. И из профессионального интереса увлечена медициной и химией. Он был изрядно удивлён таким количеством творческих хобби и серьёзной работой. О Диме же стало известно, что тот занимается своим бизнесом, связанным с электроникой, небольшим, но ему это нравится, и что у него много самых разных интересов, в том числе музыка. Они даже увлечены похожими жанрами. Ника любит мелодичный рок и что-нибудь рок-н-ролльное, а Дима предпочитает более мрачный и тяжёлый звук.

Дойдя до памятника Пушкину, Ника остановилась.

– В чём дело? – слегка смутившись спросил Дима.

– Там дальше дорога ужасная. Давай лучше в обратную сторону пойдём?

Он улыбнулся и кивнул. Развернувшись, они также медленно пошли обратно в сторону кофейни. Время за разговором пролетело очень быстро. Казалось, общие темы для обсуждения у них никогда не кончатся.

Добравшись до кафе, Ника, с нескрываемой грустью сказала:

– Спасибо за прогулку…

– Было очень приятно пообщаться с тобой, – сказал Дима, а затем, с небольшой заминкой, продолжил. – Я хотел спросить… Можно твой номер?

Ника широко улыбнулась и смущённо опустила глаза. "Неужели это и правда происходит?" – пронеслась мысль в её голове. Не сомневаясь ни минуты, она продиктовала ему номер. Её руки стали влажными от волнения и чуть подрагивали, но это удалось скрыть от его глаз.

Всю недолгую дорогу домой улыбка не сходила с её лица. "Он такой милый, – думала она. – Может… с ним что-нибудь получится". Ей хотелось, чтобы получилось. Очень. Весь оставшийся день её голова была забита мыслями о нём. Приятное ощущение в груди, согревающее всё тело и небольшая тревога из-за нависших над её привычным образом жизни изменений то и дело сменяли друг друга. Ожидание звонка или сообщения от него сводило с ума, но надежда не оставляла её.

Оповещение на телефоне отвлекло Нику от вечернего чтения. Новое сообщение, номер незнакомый. В груди затрепетало сердце в ожидании написанного. "Спасибо за приятную прогулку. Повторим завтра?". Она с облегчением выдохнула, улыбнулась и дрожащими руками набрала: "Да. Я с радостью. Во сколько?". Договорились на час дня. Темнело слишком рано, да и после заката быстро холодало, поэтому вечер казался неподходящим временем. Ещё через пару часов пришло новое сообщение: "Спокойной ночи". Ника пожелала доброй ночи в ответ и прижала телефон к груди. "Какой он милый", – подумала она. Несмотря на достаточно сухие сообщения, в них чувствовалось тепло. А может ей просто хотелось его чувствовать.

Ника долго лежала в темноте и не могла уснуть от приятных воспоминаний и ожиданий. Каждый раз, закрывая глаза, она видела его лицо, карие глаза, смотрящие прямо в её душу проницательным взглядом. В груди сладко сжималось сердце, от мысли, что завтра она снова его увидит. Прижав подушку к груди покрепче, будто пытаясь удержать тепло этих чувств, Ника спокойно и крепко уснула.

***

Утром были сделаны все дела, заранее подготовлены вещи на завтра для работы, а остальное время Ника готовилась ко встрече. Даже достала свои любимые духи. "Как бы с ними не переборщить", – подумала она. Спугнуть кавалера ей, конечно, не хотелось, но духи могли вызвать головную боль, и это пугало её куда сильнее. Однако они были настолько ею любимы, что иногда можно было рискнуть ради недолгого удовольствия.

Немногим после полудня, Ника собралась и вышла из дома. Уговор был встретиться в кафе, поэтому прийти раньше не было большой проблемой. Можно подождать и заодно выпить кофе. Погода была на редкость солнечная – тепло уже второй день подряд. Удача, не иначе. Спешка была ни к чему, но размеренный шаг то и дело переходил в привычный ускоренный темп. "Расслабься", – каждый раз возникал убаюкивающий голос в голове, и ноги слушались. Но как тут расслабишься, когда тебя приглашает мужчина, который тебе нравится?

В голове вертелись противоречивые мысли. Ника представляла идеальное свидание, но мысли вроде "А вдруг он не придёт?" не давали покоя. Всеми силами она отгоняла их, говоря себе, что "всё движется к чему-то хорошему и не надо драматизировать".

Перешагнув порог кафе, Нику окутал привычный, приятный аромат кофе и свежей выпечки. Внутри было по-дневному светло. В углу зала, возле её любимого места сидел мужчина и спокойно потягивал горячий напиток. От сердца отлегло. Это был Дима. Она подошла, и довольная уселась на своё место. Он глянул на часы и, приподняв бровь, сказал:

– Девушка, которая приходит на свидание раньше назначенного времени? Это что-то новенькое.

Ника на секунду надула щёки. "Ну всё, точно, как школьница", – подумала она, а затем улыбнулась и пожала плечами, в попытке казаться непринуждённой.

– Привет, – продолжил он, с искренней улыбкой. – Рад тебя видеть.

– Привет, – с приятным волнением в голосе сказала она.

Дима жестом подозвал официантку и попросил счёт.

– Я пока возьму кофе с собой, – сказала Ника и отбежала к кассе.

На обратном пути, согревая руки о картонный стаканчик, она заметила на себе его взгляд – он словно изучал её, но делал это осторожно, как будто боялся, что она заметит. "Неужели я ему тоже нравлюсь? – мелькнула мысль. – Не подавай виду, посмотри в сторонку". Щёки предательски налились румянцем, и улыбка невольно проступила на её губах. Скрыть свою симпатию было куда сложнее, чем сделать вид, что не заметила его взгляда.

***

Они направились в ту же сторону, что и в прошлый раз.

– Как спала сегодня? – спросил Дима.

Ника будто стала другим человеком. Тревога не донимала её, даже руки не дрожали. Почти.

– Хорошо. На самом деле давно уже так крепко не спала.

Он улыбнулся, сочтя, что это его заслуга, но она этого не заметила.

– А как в целом себя чувствуешь? – продолжал он.

Ника посмотрела на мужчину, с интересом слушавшего её. Он выглядел очень милым и учтивым.

– В целом гораздо лучше, чем в последнее время.

Она улыбнулась. В голове мелькнула мысль, что "её самочувствие полностью заслуга Димы". Не удержавшись, Ника спросила:

– А можно задать личный вопрос?

– Конечно, – засмеялся он.

– Сколько тебе лет?

Дима, приподняв брови, ухмыльнулся и чуть-чуть помолчал.

– Вообще тридцать один.

– Сколько?! – удивлённо воскликнула Ника.

– Ну да, – немного смущаясь сказал он. – А что, не тяну?

– Я думала двадцать пять, ну максимум двадцать семь.

Несмотря на серьёзный проницательный взгляд, строгие, прямые, можно сказать резные черты лица, Дима и правда выглядел значительно младше.

– Знаешь, – начал он, – я вчера шёл домой этой же дорогой… Ну почти. И кое-что нашёл.

Ника отвлеклась от мыслей о его внешности и посмотрела на него. После паузы он продолжил:

– Если повернуть направо вооон там, – Дима показал рукой на переулок, до которого осталось немного, – и чуть-чуть пройти… – он запнулся, подбирая слова.

– И что же там?

– Давай я лучше покажу.

На его лице заиграла таинственная ухмылка. Девушка была заинтригована, хотя и насторожилась. "Куда это он собрался меня затащить?" – возникла мысль.

– Что ж, хорошо. Я надеюсь это не опасно, – нервно хихикнула Ника.

– Не переживай, – постарался успокоить её Дима, не заподозрив намёк в том числе и на него самого.

Они дошли до почти безлюдного переулка и свернули в него. Здесь было мрачновато: старые дома теснили прохожих с обеих сторон, полуголые деревья гнетуще нависали, тротуар был весь укрыт жёлтой листвой. Ника невольно взяла мужчину под руку и прижалась к нему. Он как будто не заметил этого, или не подал виду.

Дима плавно остановился и сказал:

– Нам сюда.

Перед ними предстал забор и большие ворота из железных прутьев, за которыми, казалось, была непроходимая поросль.

– Точно? – неуверенно переспросила Ника.

– Да, – беззаботно подбодрил её Дима. – Я пойду первым, если ты не против.

Он прошёл чуть-чуть вперёд, затем, петляя, между деревьями, аккуратно придерживая ветки и поглядывая назад, убеждаясь, что девушка идёт за ним. Сердце Ники сжималось от тревоги. "Зачем ты идёшь сюда?" – говорила она себе, и сама же не слушала. Но с каждым шагом ею овладевало детское любопытство и, меньше, чем через минуту, тревожные мысли уступили место восхищению и удивлению.

Это был крохотный заброшенный сквер, усыпанный золотыми и рубиновыми листьями. Посередине стояла старая беседка, залитая солнечным светом. Здесь было тихо и так красиво, что Ника не могла оторвать глаз от этого великолепия. А Дима молча стоял рядом и очарованно смотрел на неё.

Она повернулась к нему:

– Не знала, что здесь можно найти такое место. Это… волшебно, – восторженно сказала она.

– Я тоже удивился, когда увидел впервые, – ответил Дима и взял её за руку. – Боялся, что не согласишься сюда прийти.

Его ладонь окутала теплом замёрзшие пальцы Ники. Сердце забилось чаще. Её губы слегка задрожали. То ли от холода, то ли из-за волнения. Она смотрела в его орехово-карие глаза не отрываясь. Он смотрел так же. Мягким, плавным движением Дима взял её за плечо, придвинулся и, слегка склонив голову, коснулся губами её нежных и тёплых губ. Ника закрыла глаза и поддалась его движениям. Она нежно сжала его ладонь и прильнула к нему всем телом. Голова закружилась. Мысли роились словно встревоженные пчёлы, мечась из стороны в сторону. Ника чувствовала, как он прижимает её к себе, нежно и крепко.

Дима едва смог оторваться от её губ. Он посмотрел в серые, как осеннее небо, глаза и тихо сказал:

– Ты такая красивая.

Ника встала на носочки и поцеловала его, обхватив за шею. И пошатнувшись, чуть не упала назад, но он придержал её за талию, не дав потерять равновесие. Девушка чуть отклонилась и посмотрела на него, а затем прижалась покрепче, обняв что было сил. Дима засмеялся. Она тоже.

– Ты не голодна? – спросил он.

– Ну, – протянула она, – наверное можно перекусить.

И не удивительно, ведь с того момента, как они вышли из кофейни, прошло уже больше часа. Время пролетело так быстро, как будто его кто-то ускорил. Дима взял Нику за руку, и они отправились обратно. Кажется, теперь они больше молчали, чем разговаривали. Слова были совершенно излишни. Она ласково водила пальцами по его ладони, пытаясь убедиться, что это не сон. Всё вокруг, казалось, приобрело тёплые оттенки. Во всём виделось что-то прекрасное: в опавших листьях, в полуголых деревьях, солнечных лучах, пробивавшихся через серые облака. Дима молча шёл рядом, изредка ловя на себе её взгляды, и в эти моменты Ника чувствовала себя наконец-то любимой и оберегаемой.

Глава 3

Послевкусие вчерашнего свидания было неожиданно странным. Ника проснулась как будто с похмелья. Голова болела, в глаза словно залили клей. Воспоминания о вчерашнем дне покрылись туманом. Почти всё было смазано: встреча, разговоры, даже поцелуй. Пришлось заставить своё тело подняться. На работу она не проспала, но, судя по состоянию, успеет прямо к началу рабочего дня, поэтому нужно было как можно быстрее собраться и ничего не забыть.

Свинцовое небо не пропускало солнца, и это было к лучшему. Даже неяркий свет так резал глаза, что Ника то и дело прикрывала их рукой. В правом виске боль пульсировала иглой всю дорогу. Хорошо, что на улице было прохладно – жара сделала бы состояние невыносимым. Держа руку возле головы так, словно это спасало от приступов боли, она ловила на себе взгляды прохожих. «Наверное выгляжу отвратительно», – проплыло в голове.

К началу рабочего дня боль чуть-чуть стихла, и общее состояние стало терпимым. В аптеку влетела, запыхавшись её напарница по смене – Вика и, увидев измученную подругу, встала как вкопанная.

– Ник, ты заболела что ли? – то ли возмущённо, то ли удивлённо сказала она.

Боль пронзила голову вместе с резким голосом, заставив Нику поморщиться:

– Привет, Вик. Да что-то непонятное, вроде вчера всё хорошо было. Не выспалась ужасно, и голова болит, как будто выпила литр водки.

– А сколько выпила? – шутливо понизив голос, спросила подруга.

– В том и дело, что нисколько. Я вообще не помню, когда в последний раз пила.

Вика приподняла брови и покачала головой:

– Действительно странно, – задумчиво сказала она, а затем протараторила, – Так, я сейчас быстренько переоденусь и вернусь.

Фигура в длинной куртке скрылась в коридоре за дверью и через две минуты появилась снова уже в халате:

– Я там чайник поставила, тебе чаю сделать?

– Да, пожалуйста. Чёрный, без сахара. Если можно покрепче.

– Как голова?

– Стабильно. Болит. Не сильно, но очень неприятно.

– Надеюсь ты очухаешься хотя бы к середине дня. Сегодня должны детское питание привезти.

Ника что-то невнятно простонала. Это был её нелюбимый день. Слишком много возни с товарами, которые привозили раз в неделю. С другой стороны, этот день никто не любил и расставлять кучу цветастых баночек тоже, поэтому она решила превратить проклятие в спасение и взяла всю эту монотонную работу на себя. Зато не нужно будет взаимодействовать с людьми и можно будет работать в удобном темпе. Сейчас это казалось наиболее логичным.

Примерно половину рабочего дня заняла расстановка товаров на полках, проверка ценников и другие мелочи, а также наведение порядка в ящиках после вихрем проносившейся Вики. Людей было много, поэтому иногда приходилось помогать на кассе.

Вместе с рабочими часами уходила и головная боль. К обеденному перерыву Ника наконец-то почувствовала себя собранной и готовой к работе. Отпустив Вику на перерыв, она осталась один на один с посетителями. Собралась небольшая очередь. Разговор с очередной дотошной клиенткой изрядно вымотал и погрузил в растерянность. Когда женщина наконец ушла, из-за её фигуры в окошке показался мужчина. Это был Дима:

– Привет. Не знал, что ты работаешь именно в этой аптеке, – начал он.

Ника, услышав мягкий приятный голос, замерла на секунду. Она провела рукой по волосам, пытаясь выглядеть собранной и улыбнулась, посмотрев на Диму через стекло. Всё такой же очаровательный, он протянул листок, исписанный кривоватым почерком. Отдавая лекарства по списку, Ника поинтересовалась, как будто невзначай:

– Кого спасаешь от повышенного давления? – заботливый взгляд не скрывал за собой долю беспокойства.

– Маму, – ответил он с улыбкой, но слегка усталой, – Наверное, на фоне стресса опять. Обычно она этим не страдает.

Позади него послышалось раздражённое ворчание. Людей было всё ещё слишком много. Дима попрощался и выбежал из аптеки. Вскоре появилась напарница, и уже вдвоём они с Никой быстро справились с наплывом клиентов, и перешли в привычный ритм.

– Чего это ты улыбаешься? – прищурившись спросила Вика, когда зал опустел.

– А? – выдернутая из мечтаний Ника как будто не могла понять, где она. – А, ничего, просто… кое-кто заходил, пока ты была на перерыве.

– Кое-кто? Ну-ка рассказывай, – заговорщически приглушённо сказала подруга и подошла поближе.

– Ну, в общем, на днях я познакомилась с парнем. Милый, красивый, приятный. И вчера у нас было… свидание.

– Опа… – протянула Вика, расплываясь в улыбке, – а с этого момента давай-ка поподробнее.

– Да подробностей не сильно много. Мы погуляли, пообщались, узнали друг о друге чуть-чуть побольше. Он классный, любит музыку, ещё неплохо разбирается в компьютерах и всяком таком. А ещё он кажется романтик. Вчера завёл меня в какой-то сквер, о котором я даже подумать не могла. Там было так красиво. Ну и… – она запнулась.

– И?

Чёрт, опять сказала лишнего… Но делать было нечего, подруга так просто ей оговорку не простит и будет мучить, пока не выбьет всю правду.

– Он меня поцеловал, – собравшись с духом, сказала Ника и залилась краской.

Вика хлопнула в ладоши и задорно сказала:

– Ну наконец-то! А я думала, когда уже ты кого-нибудь себе найдёшь, – и, немного помолчав, продолжила. – И что? Что дальше?

– Да ничего особенного. Мы погуляли, потом он проводил меня до дома и всё.

– И всё? И ты даже не пригласила его к себе?

– Блин, Вик, ну какой к себе? Во-первых, мы только познакомились, можно сказать.

– Ага, и на первом же свидании он тебя поцеловал, – перебила подруга.

Ника ещё сильнее покраснела и наиграно обиженно сказала:

– Вик, ну правда, хватит уже!

– Ну ладно, – весело хмыкнула та, – не буду наседать. Видимо всё было так хорошо, что у тебя случился передоз позитивными эмоциями. Иначе я твою болезнь сегодня утром объяснить не могу.

Ника укоризненно посмотрела на подругу, а та продолжала:

– Так и что? Он сейчас заходил?

– Да, забежал за лекарствами для матери. У неё проблемы с давлением видимо. Хотя он утверждает, что это от стресса.

– Хм. Прямо как у твоей.

– Да, – задумчиво протянула Ника. – Я об этом даже не подумала.

Оставшийся рабочий день Вика то и дело подшучивала над подругой, довольная, что у той со времён университета начинает налаживаться личная жизнь.

– А ты маме рассказала уже? – спросила она ближе к вечеру.

– Ещё нет, – безэмоционально ответила Ника.

– А собираешься?

– Думаю об этом.

"А вдруг ничего не получится? – подумала Ника. – Зачем спешить?" И тут же представила, как рассказывает маме о Диме. "Рановато ещё для этого", – убедила она себя.

***

Вечером, закрыв аптеку, Ника отправилась домой одна. Обычно Вика проходила с ней часть пути, до остановки, но сегодня по семейным причинам поехала на такси, поэтому дорога была спокойной, тихой, без лишних разговоров. Почти весь путь пролегал по ярко освещённым улицам, за исключением маленького участка, где возле старого здания, стоящего уже несколько лет на реконструкции, не горели фонари.

Зайдя под козырёк защитного коридора возле здания, Ника будто попала в другой, жуткий мир. Было ощущение, что она продирается сквозь тёмный туннель со светом в конце, создаваемым горящими на отдалённой улице фонарями. Впереди показалась фигура. Это был мужчина, довольно высокий, и он шёл навстречу. Сердце заколотилось. Тело напряглось, словно сжатая пружина, но ноги были как ватные. По плечам пробежали ледяные мурашки. Мужчина неспешно шёл навстречу. Каждый его шаг отдавался эхом в ушах. Он остановился прямо перед ней, преградив путь.

– Извините, можно пройти? – постаралась, не выдавая паники, сказать Ника, сместившись к краю ограждения.

Ноги почти не слушались её.

– Не хорошо так поздно ходить девушке одной, – раздался знакомый голос.

Мужчина достал телефон, свет экрана выделил аккуратный прямой нос и приятную улыбку.

– Боже, Дим, нельзя же так пугать! – почти прокричала Ника, переполненная страхом и негодованием, и добавила умоляющим тоном. – Не делай так больше, пожалуйста.

Крупная дрожь пробежала по всему телу. Послышался лёгкий смешок:

– Прости, не подумал, что здесь настолько плохо видно. Надеялся, что ты меня узнаешь сразу.

Ника громко выдохнула и взялась за протянутую парнем руку.

– Я думал, что аптека на час позже закрывается, – сказал он, ведя девушку за собой к выходу. – Хотел прийти к закрытию, чтобы проводить тебя домой. Хорошо, что решил выйти чуть-чуть пораньше. В итоге опоздал на полпути.

– Мог бы позвонить или написать и спросить, – всё ещё дрожащим голосом сказала Ника.

– Хотел сделать сюрприз.

– Он, блин, удался, – недовольно сказала она и прижалась к парню покрепче.

Тревога медленно отступала и тело потихоньку начинало слушаться хозяйку.

– Как прошёл день? – начал Дима.

Они шли прогулочным шагом, разговаривая о сегодняшних делах, не обращая внимания на прохладный ветер и негромкий шум улицы. Ника рассказала о своём плохом самочувствии с утра, пожаловалась на назойливость подруги, пытавшейся разузнать о нём побольше. Он в свою очередь рассказывал о своей работе, хоть и немного, но всё же не только слушал, как это часто бывает.

Они уже подходили к её дому. "Может пригласить его зайти? – подумала Ника, но тут же перебила сама себя. – Нет! Не вздумай. Вы только познакомились, что он подумает?" Мысли метались из стороны в сторону, заставляя её молчать дольше, чем она того хотела.

– О чём задумалась? – спросил он, остановившись возле подъезда.

– Да так, ни о чём, – растеряно ответила Ника, решив пока отложить приглашение.

От своей же фразы сердце слегка кольнуло.

– Ну… тогда я пойду, – улыбнулся Дима и отпустил её руку, но она всё ещё крепко держала его.

– Постой.

Её глаза на миг опустились, будто она хотела что-то скрыть от него. Дима мягко притянул её к себе: "Что тебя беспокоит?" – спросил он. Голос звучал мягко, но слегка встревоженно, отчего Нике стало ещё грустнее.

– Ничего. Всё хорошо, – неубедительно ответила она. – Хотела с тобой побольше времени провести, но так устала на работе.

Он аккуратно обнял девушку, запустив пальцы в волосы и прошептал:

– Всему своё время. Ещё успеется. А сейчас отдыхай.

Ника посмотрела на него щенячьим взглядом, в ответ на что он приблизился и нежно поцеловал её губы. Она грустно улыбнулась.

– Спасибо, что решил проводить меня.

Он не ответил, только улыбнулся, взял её за руки и ласково сжал их.

– Пока, – сказала Ника, немного помолчав, и отпустила руки.

Она остановилась возле порога, обернулась и посмотрела на Диму. Его взгляд был счастливым, но было что-ещё: нежность и обеспокоенность. «Как же не хочется оставаться без тебя», – подумала она, и в груди всё неприятно сжалось.

***

Перешагнув порог квартиры, Нике показалось, что она поняла почему не пригласила Диму. Дома был бардак. Разбросанные вещи повсюду. "Хорошо, что не рискнула", – скользнула мысль. Она вспомнила, как лежала вчера почти весь вечер, неподвижно, словно парализованная. "Мама бы тебя вмиг подняла… и заставила вылизать всю квартиру". Хотя на первый взгляд всё было не так плохо, уборку она закончила лишь к девяти часам. Как раз прозвучал сигнал уведомления на телефоне. Нужно было принять таблетку.

Ещё в университете у неё началась апатия, пропал интерес к учёбе. Вика не раз говорила ей, что это всё из-за бывшего. Отношения с ним были не сахар и оборвались как-то странно, после чего всё и началось. Врач тогда поставил диагноз – депрессия. Прописал ей лекарство и рекомендовал сходить к психологу. До сих пор она принимала таблетки, хотя самочувствие было уже почти нормальным. Да и к психологу ходила иногда. Но когда прекращала, всё как будто бы начиналось снова.

Ника открыла шкафчик с лекарствами и в груди что-то оборвалось. Пустая упаковка лежала в глубине. "Чёрт, ну как же я могла забыть!" – разозлилась она. Ну ничего, один день можно пропустить, не страшно. Главное завтра сходить к врачу и взять рецепт.

Она внесла в телефон напоминание и легла на диван. Книга как по волшебству оказалась в руках. Время будто застыло. Сюжет затягивал всё глубже, пока экран телефона не вспыхнул. Новое сообщение от Димы: "Спокойной ночи, малышка". Улыбка сама собой появилась на губах. "Какой же ты очаровашка", – подумала Ника, невольно прижимая телефон к груди, и набрала в ответ: "Спокойной ночи, милый". От этого последнего слова сердце затрепетало. Ей безумно понравилось то, как это звучало в её голове. Подрагивающими пальцами она отправила сообщение, и волнение чуть отступило.

Посетовав на себя, за то, что не уследила за временем, Ника быстро умылась и легла в постель. "Спокойной ночи", – шепнула она, перечитывая его сообщение и укрываясь одеялом. Тепло его слов согревало её до тех пор, пока она не погрузилась в глубокий, крепкий сон.

Глава 4

Встречи Ники и Димы стали частыми, хотя порой и слишком короткими. Работа, дела и случайные обстоятельства заставляли их встречаться позже или прощаться раньше, чем хотелось. Но эти встречи были постоянными, и именно эта стабильность грела душу Нике. Дима дарил цветы, водил в уютные рестораны, а главное – проявлял редкое терпение. Он был тактичен, никогда не торопил события и, кажется, умел предугадывать её настроения и чувства, мягко направляя их в нужное русло.

На улице становилось всё холоднее, листья совсем опали, дожди стали чаще и сильнее. К этому времени многие темы были уже обсуждены, а разговоры казались не особенно нужными. Нике нравилось просто быть рядом с Димой, а ему было достаточно видеть её улыбку. Оба были счастливы.

Каждый день Ника размышляла, стоит ли пригласить Диму к себе. Дважды она даже решилась на это. Первый раз – вскоре после их не совсем случайной встречи по пути с работы, когда он напугал её, пытаясь подшутить. Тогда он отказался, объяснив убедительно, что не хочет спешить. Это немного выбило Нику из колеи, она не могла понять, чем было вызвано такое решение.

Вторую попытку она совершила спустя почти две недели. И в этот раз тоже услышала отказ. На этот раз она не смогла скрыть своего разочарования. Всё чаще стали появляться мысли: что не так? Почему он держится на расстоянии?

Сомнения и тревоги стали её постоянными спутниками. Поступки Димы казались ей очень странными: он то казался готовым признаться в любви, то неожиданно пропадал на день-другой. Отказывал её приглашениям и сам, кажется, даже не думал позвать к себе.

С каждым днём Ника становилась всё более меланхоличной. Настроение всё чаще было хмурым, апатия то и дело сводила на нет все желания и порывы. Она превратилась в увядающий цветок – забытый и никому не нужный.

***

В один из дней, когда Дима как сквозь землю провалился, вернувшись домой, Ника легла на диван, спрятала лицо в подушки и застыла в попытках отбиться от самых плохих мыслей. Обретя такое желанное счастье, она боялась его потерять. Сердце стучало быстро и тяжело, в горле стоял колючий ком. Слёз не было, хоть ей и хотелось расплакаться, как маленькому ребёнку. Но что-то не позволяло этому произойти.

Приближалась ночь. Проходив весь день голодной, Нику одолевала слабость и желание съесть что-нибудь. Нужно было подняться, придумать чем поужинать и ложиться спать.

Раздался стук в дверь, такой неожиданный, что Ника подскочила на месте. Она заглянула в глазок. Радость и тревога охватили её одновременно. Девушка распахнула дверь и бросилась на шею Диме. Он обнял её и слегка ухмыльнулся.

– Привет, – грустно сказала Ника, – проходи.

– Привет, – улыбнулся он, как ни в чём не бывало, отдавая ей куртку.

– Как ты меня нашёл? Я же не говорила…

– Решил сделать сюрприз, – перебил он. – Поспрашивал у соседей где ты живёшь.

Ника ошарашенно раскрыла глаза. "Господи, надеюсь он не заходил к тёте Люде с первого этажа. Она ж такого нарассказывает потом", – в ужасе подумала девушка и фальшиво улыбнулась:

– И многих пришлось обойти, прежде чем узнал куда идти?

– Да нет, всего двоих. Да не важно это, главное, что нашёл. Ведь так?

Он взял Нику за талию и посмотрел в глаза, в которых читалась грусть, тревога и смятение. Дима заговорил тихо и слегка подавлено:

– Прости, что так долго пропадал. Были проблемы с работой. Не хотелось это всё нести к тебе.

Ника прижалась к его груди и крепко обхватила руками:

– Я так соскучилась, – прошептала она. – Мы стали так мало видеться. Почему ты совсем ничего не сказал?

– Не знал, как сказать. Был шанс потерять бизнес. Я не был уверен, что… – он запнулся. – Не знаю, как объяснить. Буду способен на отношения и вообще буду ли достоин тебя?

Ника прижала его к себе ещё крепче.

– Ты думаешь, что важен для меня из-за своей работы? – сказала она почти обиженным тоном.

– Нет, – моментально ответил он и добавил уже не так уверенно, – Надеюсь, что нет.

– Мне просто хорошо с тобой.

– Мне тоже.

Дима коснулся щеки девушки и нежно поцеловал её. Она издала едва слышный стон, обвила его шею руками, прижавшись к нему всем телом. Казалось, время остановилось. Её грусть таяла на глазах, а встревоженность уступала место возбуждению. Тёплая рука скользнула по талии и остановилась на бедре. Его жар чувствовался каждой клеточкой кожи. Окружающие звуки скрылись за глухим ритмом крови, слегка давящим на барабанные перепонки. Ника почувствовала на своей шее покалывание щетины, а затем влажные тёплые губы. Дыхание перехватило. Она закрыла глаза. Его ладони коснулись её нежной шёлковой кожи, приподняв майку. Он посмотрел на разгорячённую девушку. Увидев одурманенный взгляд, она ясно поняла, что сейчас произойдёт и сделала маленький шаг назад, увлекая Диму за собой к дивану.

Его тело было настолько горячим, что, казалось, обжигало. Терпкий и дурманящий аромат, сводил её с ума. Девушка крепко вцепилась в его спину ногтями, прижимая его к себе. Её сердце бешено колотилось в груди, а с губ всё норовил сорваться громкий сладостный стон. Мужчина ласкал её тело, а сам становился всё одержимее этой страстью. Его взгляд был затуманен, дыхание стало прерывистым. Он всё крепче прижимал её к себе, а она извивалась в экстазе, издавая приглушённые стоны, покусывая его крепкое плечо. Они прижались друг к другу так крепко, что Ника почувствовала, будто её пальцы могут пронзить спину мужчины.

Наконец Дима ослабил хватку, и его взгляд стал проясняться, а Ника смогла глубоко вдохнуть и расслабить плечи. Лёжа на его плече и разглядывая умиротворённого мужчину, она пыталась запомнить каждую чёрточку этого, без сомнения, прекрасного лица. Ника давно не испытывала ничего подобного, если не сказать никогда. В ушах стоял слабый звон, по телу расплывалось тёплое сладкое чувство счастья. Она обняла Диму покрепче, на что тот открыл глаза, повернулся и чмокнул её в аккуратный носик. Она улыбнулась.

Скоро Ника почувствовала прохладу на своей коже и предложила перебраться под одеяло. Дима согласился. Она поднялась и грациозно поманила за собой. Её фигура, словно высеченная лучшими скульпторами, оглушала своей красотой. Дима не мог оторвать глаз от такого великолепия. Ника обернулась и посмотрела на застывшего, зачарованного парня, приподнявшегося на одном локте. Она склонила голову на бок и улыбнулась, а затем исчезла в дверном проёме.

Дима вошёл в спальню, когда Ника уже лежала под одеялом, повернувшись на бок. Он обнял девушку и прижался грудью к её спине. Она положила ладони на его руки и прижала их к груди, глубоко и спокойно вздохнув, как будто ожидала именно этого. Он ласково поцеловал её плечо, а затем уткнулся лицом в волосы и медленно вдохнул приятный сладковатый персиковый аромат.

***

До глубокой ночи они лежали в постели, то обсуждая всякие пустяки, то молча наслаждаясь моментом. Ника вдруг посерьёзнела, и Дима это сразу заметил.

– О чём задумалась? – спросил он.

– Да так, ерунда, – ответила она отворачиваясь.

Он обнял её, легко коснувшись губами макушки, но спустя минуту почувствовал, что она всё ещё напряжена.

– Что тебя тревожит? – мягко повторил он.

– Я же сказала, что это ерунда.

– Ты напряжена. Может наоборот стоит поговорить?

Дима заглянул в её грустные глаза. В его взгляде читалась тёплая улыбка.

– Может я всё же смогу помочь?

– Я… Это странно говорить… – начала она, сбиваясь на каждом слове. – Это всё немного необычно для меня. Ну в смысле отношения и всё что с ними связано. Поэтому я не уверена, что…

Дима смотрел на неё молча и спокойно, давая подобрать слова. Она глубоко вздохнула и выпалила:

– Я не уверена, что девушка должна говорить это первой.

Глаза мужчины слегка округлились от удивления. Он нахмурил брови и недоумевающе улыбнулся:

– Не совсем понимаю, о чём ты.

Ника закрыла глаза, по её телу пробежала мелкая дрожь. Когда она вновь посмотрела на него, её взгляд был полон тревоги:

– Я люблю тебя, – прошептала она, едва сдерживая дрожь в голосе.

Её губы будто онемели от волнения. Дима на секунду замер, а затем расплылся в улыбке, приблизился и нежно поцеловал её.

– Я тебя тоже люблю, – сказал он, глядя ей прямо в глаза.

Она улыбнулась, но как-то нервозно.

– Ты… переживала из-за того, что я не сказал это первым? – спросил он слегка виновато.

Она молча кивнула, опуская взгляд.

– Прости, – сказал Дима мягко, прижимая её к себе, а затем усмехнулся, – просто сегодня в голове всё как будто застыло, как кисель.

Ника беззвучно засмеялась и обняла его в ответ. Сердце Димы размеренно и успокаивающе стучало, как метроном, убаюкивая её. Она уснула в его объятиях счастливой, как никогда прежде.

***

Проснувшись утром, Ника почувствовала лёгкую головную боль и ужасающе сильный голод. Но всё это сразу же отошло на второй план, как только она поняла, что до сих пор находится в тёплых и крепких объятиях человека, с которым вчера провела такой восхитительный вечер. Дима уже не спал. Он лежал неподвижно и разглядывал плавные контуры находящегося рядом прекрасного тела.

Повернувшись к нему лицом, Ника улыбнулась. Мужчина улыбнулся в ответ и тихо сказал:

– Доброе утро.

Ника сладко потянулась, придвинувшись поближе к Диме так, что коснулась его кожи грудью и животом. От этого спина инстинктивно выгнулась и она прижалась к нему сильнее. Её пальцы плавно опустились на его плечи. Она прикрыла глаза и глубоко вздохнула. Дима обнял её и нежно поцеловал. Оторвавшись от его губ, Ника промурчала:

– Доброе.

– Мне сегодня нужно будет по делам, поэтому слишком надолго остаться не смогу, – с лёгкой грустью в голосе сказал он.

– Понимаю, – вздохнула она.

Они ещё немного полежали глядя друг на друга.

– Хотя бы на завтрак останешься? – спросила она, задумчиво ведя пальцем по его ключице.

Дима с радостью согласился. Ника стянула с себя одеяло, оголив тело до пояса и уже начала подниматься, как на её талии оказались настойчивые крепкие руки, тянущие её вниз. Она упала обратно в постель.

– Почему ты такая красивая? – прошептал Дима, проводя руками по нежной коже, осыпая поцелуями её плечи и шею.

Ника поддалась ласкам мужчины, который будто предугадывал все её желания. "Как он это делает? – подумала она. – Как кто-то может так хорошо чувствовать меня?" А он чувствовал, и делал всё, чего ей хотелось, пока она не обессилила от блаженства.

Казалось, что прошло очень уж много времени, а они всё ещё лежали в постели. Ника вспомнила слова Димы о том, что ему нельзя задерживаться, поэтому встала, предусмотрительно отодвинувшись подальше от него и направилась в душ. Приведя себя в порядок, она заглянула в спальню и предложила неутомимому любовнику тоже сходить в душ, пока она будет готовить.

Ника решила не мудрить с едой и остановила свой выбор на омлете, лёгком салате и тостах с ветчиной. Она уже выложила омлет на тарелки, как в кухню, нетерпеливо пощёлкивая пальцами, зашёл Дима.

– Извини, мне пора бежать. Написал партнёр по бизнесу, сегодня курьер раньше приедет, мне нужно будет встретить его.

Ника с грустью вздохнула и надула щёки.

– Уверен, готовишь ты очень вкусно, – подбодрил её Дима, обнял и прильнул к губам.

Девушка улыбнулась, коснулась его щеки и поцеловала в ответ легко, даже невесомо.

– Не пропадай, пожалуйста, – попросила она его, на что он едва заметно кивнул в подтверждение и, довольный и счастливый, отправился по своим делам.

Ника осталась наедине с завтраком. И вроде всё было хорошо, она была рада, что наконец-то всё стало просто и понятно, но нетронутая тарелка с завтраком "для него" не давала покоя и вызывала назойливую зудящую тревогу где-то на окраинах сознания.

"Как всё сложится дальше? – думала она. – Что будет, если мы не сойдёмся в интересах? Или ещё в чём-то? Хотелось бы, чтобы всё получилось. Чтобы отношения сложились как надо… А как надо?"

Ника всё задавала и задавала себе вопросы, плывя по течению мыслей, но не пытаясь отвечать на них. Ответов у неё не было, либо она не хотела их знать. Ей хотелось понять всё и сразу, но неопределённость, присущая всем этим вопросам, заставляла девушку тревожиться о будущем, даже в нынешнем положении, когда отношения едва начались и нет никаких предпосылок их угасания.

Глава 5

Выходные прошли восхитительно. Ника и Дима наслаждались друг другом, будучи на седьмом небе от счастья. Он проводил у неё дома много времени, не убегал так внезапно, как в первое их совместное утро. Но всё же ему приходилось иногда уходить, и тогда Ника, витая в облаках, занималась домашними делами. Когда пришло время выходить на работу, она была слегка разочарована предстоящим, пусть и не долгим, расставанием.

А на работе всё шло своим чередом. Вика донимала её расспросами, видя счастливую, но молчаливую подругу. Ника сдержанно отвечала, не вдаваясь в подробности. Ей не хотелось слишком много рассказывать, это была её личная жизнь и её счастье, которым она хотела вдоволь насладиться.

Раздался хлопок входной двери и щелчки каблуков. Ника подняла глаза и увидела свою мать, как всегда серьёзную и строгую.

– Добрый день, Наталья Андреевна, – натянуто улыбаясь сказала Вика, открывая ей дверь.

– Здравствуй, Вика.

Директорский голос был излишне холоден. Вика поджала губы и многозначительно посмотрела на Нику.

– Здравствуйте, Наталья Андреевна, – спокойно сказала Ника, не отрываясь от проверки витрины.

– Вероника, ко мне в кабинет.

"И что стряслось? – подумала Ника. – Она называет меня так только когда злится". Это было не к добру. Ладони мгновенно вспотели.

– Прямо сейчас?

Женщина остановилась и демонстративно приподняв бровь отчеканила:

– Да, прямо сейчас.

– Иду, – тихо ответила девушка и, переглянувшись с Викой, пожала плечами.

Чем было вызвано такое поведение матери, Ника понять не могла. Она быстрым шагом направилась в кабинет, перебирая на ходу причины и продумывая ответы на самые неожиданные вопросы. Обычно её мама так себя не вела.

– Всё в порядке? – настойчиво заговорила женщина, как только дверь закрылась за её дочерью.

– Ммм… Да, – вопросительным тоном протянула Ника.

– Ты спрашиваешь или отвечаешь?

Иногда, её и без того требовательная и властная мама становилась невыносимой. Девушка умело лавировала меж таких выпадов и даже научилась обезоруживать оппонентку. В этот раз не вышло.

– Отвечаю я.

Её голос прозвучал грубее, чем хотелось. Внутри что-то дрогнуло. Она поняла, что перегнула и приготовилась к очередному выпаду.

– Не груби! – оборвала её мать, упёршись рукой в стол, будто хотела по нему ударить.

– Извини, – тихо сказал Ника. – Я просто пытаюсь понять в чём дело?

– Ты помнишь, почему я настояла на твоей работе здесь? – немного смягчившись, сказала мама.

– Да. Ты хотела передать эту аптеку мне.

– Именно. Ты уже работаешь здесь третий год. Ещё немного и сможешь занять должность заведующей, а потом и руководителя.

Ника кивнула, но смотрела на мать с недопониманием.

– А кто ты здесь сейчас помнишь? – продолжала Наталья Андреевна.

– Заместитель заведующей, – проговорила девушка, понимая, что мамина злость вызвана чем-то, связанным с работой.

– Ты же помнишь, что заведующая на больничном?

– Да, – Ника зажмурилась, ожидая чего-то ужасного.

– Объясни тогда, почему твой телефон все выходные был выключен?

Женщина взглянула на дочь острым как бритва взглядом. Та в суматохе стала шарить по карманам, нашла телефон и… он выключен. Она попробовала включить. Экран засветился, но через несколько секунд погас.

– Батарейка села, – то ли сказала, то ли спросила она сама себя вслух.

Ника была удивлена этим не меньше её матери. Видимо за совместным временем с Димой, она совсем забыла про телефон. "Как же так", – негодовала она.

– Батарейка села? И так два дня?!

– В смысле?

Теперь у Ники действительно начался судорожный мыслительный процесс. Она пыталась вспомнить, когда в последний раз пользовалась телефоном. Ей казалось, что ещё вчера он точно работал.

– У Вики вчера не сошлась касса на закрытии. Она звонила тебе, но не смогла дозвониться. В итоге эту проблему пришлось решать мне лично. Это, по-твоему, нормально?

С каждым словом она становилась всё серьёзнее, а под конец почти перешла на крик. В какой-то момент Нике показалось, что на неё сейчас бросятся с кулаками. Конечно, этого не произошло, но она сжалась и напряглась, ожидая следующих слов.

– А теперь, – продолжала женщина, понизив голос, – будь добра, объясни мне, почему у тебя выключен телефон два дня подряд, я не могу до тебя дозвониться, а ты даже не в курсе этого?

Ника нервно облизнула пересохшие губы, поймав себя на мысли, что сама не понимает, как так вышло. Неужели она за своим счастьем проглядела всё это? Девушка корила себя, стоя перед матерью, как провинившееся дитя. Её губы подрагивали, будто она вот-вот заплачет.

Ласковые материнские руки легли ей на плечи. Она подняла взгляд и посмотрела в добрые, полные тепла глаза и поняла, что эта тирада ни что иное, как родительская тревога о ребёнке.

– Ника, пожалуйста, успокойся. Прости, что повысила голос. Я очень переживала за тебя. Нельзя же вот так пропадать.

Девушка обняла маму. Одинокая слезинка скатилась по щеке.

– Прости, я слишком сильно… – голос дрожал из-за кома в горле. – Я потеряла счёт времени из-за… – она замолчала.

Ника сделала вдох, собираясь с мыслями. Сердце заколотилось как бешеное. Нужно было рассказать ей про Диму. "Она поймёт. Всегда понимала". И действительно, её мама всегда находила с ней общий язык. Просто сейчас всё казалось серьёзнее, чем когда бы то ни было.

– Потеряла счёт времени? – спокойно спросила мама.

– Да. Мам, я должна тебе кое-что сказать.

Женщина вопросительно посмотрела на дочь. Во взгляде читалась встревоженность, смешанная с интересом.

– В общем… – тянула Ника, – я встретила мужчину, и он…

Удивление и слабая улыбка проступили на лице матери.

– Он замечательный, мам. Нам хорошо вместе. И за последние три дня мы очень много времени провели вдвоём. И, наверное, из-за этого я так…

Она не смогла сдержаться. Слёзы покатились из глаз. Лицо Натальи Андреевны смягчилось, она обняла Нику и погладила её по спине. Чуть терпкий аромат маминых духов заполнил сознание, успокаивая девушку.

– Как его зовут? – мягко спросила она.

– Дима.

Произнеся его имя, Ника почувствовала сладкое покалывание в груди.

– Постарайся, пожалуйста, больше так не исчезать. Так ведь и до инфаркта довести можно, – улыбнулась мама. – Приведи себя в порядок и возвращайся к работе, а на выходных я приеду к тебе, и ты мне всё про него расскажешь.

Ника с благодарностью посмотрела на маму заплаканными глазами, и вышла из кабинета. Пришлось немного походить по складу, чтобы прийти в себя. Она посмотрела на своё отражение в зеркале: красные глаза, опухшие веки. "Нельзя так, – подумала она, – Как я могла так безответственно поступить?" А где-то в груди отозвалось: "Но разве я не заслуживаю быть счастливой?"

***

Рабочий день прошёл как обычно. А затем ещё один. И ещё. К началу выходных у Димы на работе появились небольшие проблемы, на решение которых нужно было время. Поэтому первый выходной Ника была вынуждена провести в одиночестве.

Она проснулась и пока принимала душ вспомнила, что уже около месяца не ходила в любимую кофейню. Сегодня как раз был подходящий день.

Холодный воздух покалывал щёки и бодрил. В последнее время бодрости Нике не доставало. Она стала чаще чувствовать себя утомлённой и слегка рассеянной. Выходя на улицу Пушкина, где было кафе, Ника резко остановилась, не сразу понимая кто перед ней:

– Мама? Привет, – удивилась она.

– Привет, – женщина подошла и обняла её, – куда направляешься?

– Собралась в кафе позавтракать. А ты?

– Ну здрасьте, я тебе говорила, что на выходных приеду. Разве не помнишь?

– А-а-а… – протянула Ника. Об этом она уже успела забыть.

Наталья Андреевна улыбнулась и взяла дочку под руку:

– Можно составить тебе компанию?

– Угу, – голос Ники звучал слегка утомлённо, но довольно.

По дороге к кафе они почти не разговаривали. Ника пыталась привести мысли в порядок, потому что ещё не до конца проснулась. А её мама подбирала слова, чтобы как можно корректнее начать разговор, про мужчину, покорившего сердце дочери.

Зайдя в кофейню, Ника не пошла к своему привычному месту. Она прошла вглубь зала и уселась за столик для двоих, закрытый с одной стороны резной деревянной перегородкой. Сегодня запах кофе не принёс даже намёка на бодрость. Глаза всё также с трудом открывались. Подбежала официантка и тепло улыбнулась:

– Добрый день, давно вы к нам не заходили, – сказала она Нике.

– Добрый день, – ответила Ника рассеянной улыбкой. Её мысли всё ещё блуждали в лабиринтах сонного сознания.

Наталья Андреевна кивком поздоровалась. Официантка отдала меню и убежала. Дочь осталась с матерью наедине. Пока женщина листала меню в поисках чего-нибудь для себя, Ника блуждала взглядом по залу, пытаясь усилием воли держать себя хотя бы чуть-чуть собранной.

– Ты выглядишь уставшей, – обеспокоенно сказала мама. – Всё хорошо?

– Да, всё в порядке. Просто не выспалась как-то.

– Ясно. Тебе стоит отдохнуть. Я уже не помню, когда в последний раз видела тебя такой. Наверное, во время последней сессии в институте. Даже синяки под глазами появились.

Ника лениво потёрла лицо рукой и прищурилась. Подбежала официантка:

– Определились с выбором?

Ника заказала себе пару круассанов и двойной американо, почти как обычно, а её мама обошлась лёгким десертом и зелёным чаем. Официантка вновь убежала, снова оставив их наедине.

– Не буду откладывать разговор о главном, – начала Наталья Андреевна вкрадчивым тоном. – Твой молодой человек. Кто он? Какой он?

– Ну, – протянула Ника, давая себе время подумать о чём стоит говорить, – он приятный, добрый, заботливый. Я даже не знаю, что тебе рассказать на самом деле.

– Расскажи сначала в общем. Кем он работает? Чем увлекается? А там дальше найдём что ещё обсудить, – улыбнулась женщина.

Ника замялась, подбирая слова. Он казался ей идеальным, но ведь это мама, она обязательно к чему-нибудь придерётся. Девушка погрузилась в осторожный рассказ о мужчине: о том, чем он занимается, чем увлекается. Когда она упомянула его возраст, её мать слегка приподняла брови. Разница в семь лет… Это, конечно, не много, но всё же. Когда Ника рассказала подробнее о его увлечениях музыкой, техникой, о его способностях разбираться в искусстве, женщина успокоилась.

К концу рассказа Ника исчерпала все мамины сомнения, и обе были удовлетворены сложившейся ситуацией. Девушка уже подумывала, что разговор подходит к концу, но мать решила вернуться к более насущным делам:

– Я замечаю, что ты устаёшь больше обычного. Мне и в аптеке об этом все говорят. Меня это беспокоит. Что с твоим здоровьем?

– Я не знаю, что тебе ответить, мам.

Она и правда не знала, что не даёт покоя её организму.

– А твой мужчина к этому не причастен? – подмигнула женщина, чем вызвала ужасную неловкость у своей дочери, которая в миг покраснела.

– Не думаю. Мне кажется, у меня наоборот больше сил стало, когда он появился.

– Хорошо. Ты не забываешь принимаешь лекарства, которые назначил врач?

– Не забываю. И раз в месяц хожу к нему на контрольные осмотры. И каждый раз он сомневается в том, что таблетки можно отменить.

– А психолог что-нибудь говорит по этому поводу? Ну может это просто какая-нибудь осенняя хандра?

Ника не говорила матери, что не была у психолога уже больше месяца. Сама мысль о том, чтобы снова начать ходить туда, угнетала и раздражала. Зачем? Ведь всё наконец-то стало хорошо. Она водила пальцами по кружке с кофе туда-сюда, раздумывая и, после небольшой паузы, осторожно ответила:

– Вообще-то я давно у него не была.

Женщина покачала головой и заботливо взяла дочь за руку:

– Дорогая, я понимаю, что любовь и отношения – это здорово, и что из-за этого ты расцвела. Но что-то мне подсказывает, что стоит сходить к Марку Александровичу.

– Ну мам, – начала было Ника, но та её прервала, настойчиво и всё же с теплом в голосе:

– Я знаю, что с тобой всё в порядке. Я не буду тебя заставлять ходить к нему постоянно. Просто сходи один разок, поговори. Немного. Может он и сам скажет, что тебе не надо к нему ходить.

Ника понимала, что мама права, но всем нутром протестовала: "Всё ведь хорошо. Ну зачем опять копаться в себе?"

***

После кафе они вместе вернулись в квартиру Ники. Её мама очень удивилась, не обнаружив и следа мужчины, хотя генеральная уборка здесь явно не проводилась. "Видимо он весьма аккуратен", – подумала она, но где-то в глубине души её терзало чувство, что здесь что-то не так. Но что?

– Ника, – позвала её мама, – подойди, пожалуйста.

Девушка вышла из ванны с полотенцем, вытирая руки.

– Я, пожалуй, не буду тебя стеснять и поеду домой. А ты постарайся отдохнуть на этих выходных, – заботливо сказала она, и добавила чуть строже. – И обязательно позвони Марку Александровичу, запишись на приём.

– Хорошо.

Наталья Андреевна накинула пальто и обняла дочь. Переступая порог, она обернулась и ещё раз окинула взглядом квартиру. Тревожные мысли не покидали голову.

Ника, закрыв дверь на замок, занялась домашними делами. Привела в порядок квартиру, приготовила обед и решила немного почитать. Вернувшись к сюжету, который был отложен надолго из-за более важных событий, она поняла, что мало что помнит. Через несколько часов пришло сообщение от матери: "Ты записалась к психологу?"

"Да что ж такое? Сколько можно?" – подумала она и отложила телефон в сторону. Через минуту раздражение сменилось ощущением необходимости. "Я всё равно должна". Она открыла список контактов в телефоне и нашла нужный номер. Палец завис над зелёной иконкой вызова. Холодок пробежался по спине и плечам, руки слегка задрожали.

Прошло несколько минут, а девушка всё сидела на диване, держа в руках телефон, и мысленно проговаривала фразу "Здравствуйте, Марк Александрович. Это Вероника Тихонова", а он ей что-то отвечал. И так по кругу. Снова и снова. Что её так пугало в этой встрече? Может страх того, что всё станет хуже? Или неприятные воспоминания о предыдущих встречах, где разговоры иногда приносили немало боли? Она тряхнула головой, отгоняя тревожные мысли, и позвонила. Гудки. Снова гудки. Раздался шелест и послышался приятный мужской голос:

– Алло, Вероника?

– Здравствуйте, Марк Александрович.

– Здравствуй. Рад тебя слышать, – его голос звучал до противного доброжелательно.

– Я… – в голосе сквозило напряжение, – я хотела бы записаться на встречу, если возможно.

– Да, конечно. Сейчас погляжу, когда есть время.

Повисла пауза и в трубке послышался шелест бумаги. Наконец он заговорил снова:

– В ближайшую неделю точно не получится. Могу предложить во вторник на следующей неделе в два часа дня или в пять вечера.

– Лучше в два.

Её голос потихоньку успокаивался, но напряжение в плечах заставляло ёрзать на диване.

– Хорошо, жду тебя во вторник, в четырнадцать ноль ноль, – последние слова он сказал отрывисто и, как ей показалось, немного забавно. Она даже улыбнулась.

Они попрощались, и Ника повесила трубку. Снова появилась небольшая дрожь и тревога. Она постаралась себя успокоить и внесла напоминание в телефон. Затем написала маме сообщение с датой и временем записи. В ответ получила: "Отлично". Она откинулась на спинку дивана и глубоко вздохнула. Тревога понемногу утихла, но дрожь в руках иногда пробегала.

Наконец она смогла расслабиться, вернулась к чтению и провела так весь вечер. Пришлось отвлечься на ужин и ещё несколько раз её прерывал сообщениями Дима. К моменту, когда нужно было ложиться спать, книга была дочитана и отправилась на полку.

Засыпать в одиночку было неприятно. "Как же быстро я к нему привыкла", – подумала Ника. Простынь обжигала холодом. Девушка поёжилась, натянула повыше одеяло и обхватила сама себя руками, но это не помогло ни согреться, ни хотя бы немного прикрыть пустоту внутри. Ника закрыла глаза, представляя, как его руки обнимают её, а дыхание согревает кожу. Это казалось настолько реальным, что она почти поверила, что он рядом, а сон, пришедший за этими фантазиями, стал их приятным продолжением.

Глава 6

Неделя пролетела и осталась незамеченной. Настал вторник, которого с некоторой тревожностью ждала Ника. Время, назначенное психологом для встречи, пришло. Девушка собралась, вызвала такси и отправилась на другой конец города.

Тёплый, уютный кабинет с большими окнами перестал быть привычным для неё. Сейчас всё казалось чужим. Даже Марк Александрович, сидящий за небольшим столом под светом лампы, казался ненастоящим. Когда он замирал ненадолго – выглядел совсем как восковая фигура.

Ника поёжившись села в мягкое удобное кресло. Психолог это заметил, но ничего не сказал.

– Итак, – начал он, – что ты хочешь мне рассказать сегодня?

Ника подумала недолго. В ушах зазвенело от тишины. Голос зазвучал непривычно для неё самой, как будто говорил кто-то другой:

– Я как-то давно у вас не была. На прошлой неделе виделась с мамой, она потребовала, чтобы я сходила.

– А в чём причина, не знаешь?

– Ну, она считает, что моя усталость и несобранность может быть вызвана чем-то, с чем вы можете помочь.

– А ты как считаешь?

Голос звучал так проникновенно, что у Ники свело скулы.

– Я не знаю, – выдохнула она и замолчала.

– Хорошо, – бодро начал психолог, – давай обсудим симптомы, которые твою маму беспокоят в тебе. Помимо усталости и несобранности есть ещё что-нибудь?

– Я не очень хорошо высыпаюсь. Сплю не мало, но всё равно какая-то усталость прямо с утра.

Марк Александрович записал что-то в блокнот.

– Ещё что-нибудь необычное?

– Ещё, – продолжала она, – есть некоторая апатия, точнее иногда просто не хочется ничего делать. Периодические головные боли и голод… иногда по утрам сильный голод. Такого раньше не было.

Мужчина нахмурился, откладывая ручку в сторону.

– И как давно всё это продолжается?

– Если так подумать, то всё началось незадолго до того, как я встретила Диму.

– Кто такой Дима? – улыбнулся психолог.

– А, ой, забыла сказать. У меня появился парень. Мы вместе где-то месяц или около того.

Марк Александрович одобрительно кивнул и попросил рассказать о Диме побольше. Ника начала рассказывать про своего мужчину, про их встречу, отношения, а у самой то и дело появлялось ощущение, что её слова звучат странно. "Неужели это всё связано?" – мелькнуло у неё в голове.

– Должен задать тебе вопрос, – сказал психолог, когда девушка исчерпала тему и замолчала, – но, если не хочешь, можешь не отвечать. Хорошо?

Ника сглотнула и кивнула. Марк Александрович замолчал, подбирая слова.

– Я так понимаю до постели дело уже дошло, раз он живёт у тебя. В этом плане всё в порядке? В смысле, тебя всё устраивает? И его?

– Да всё вроде нормально. Он не жалуется, я тоже.

Она улыбнулась и почувствовала, как к щекам хлынула кровь. "Успокойся, – сказала она себе, – в конце концов он психолог и спрашивать о таком его работа".

– Что ж, это хорошо. Что-то ещё тебя беспокоит?

– Вроде нет, – задумалась она и, шевеля губами, стала загибать пальцы, вспоминая о чём она рассказала, а когда закончила, посмотрела на Марка Александровича и твёрдо сказала. – Нет, это всё.

Он кивнул, склонился над блокнотом и сделал ещё несколько заметок.

– К психиатру всё ещё ходишь? Лекарство пьёшь?

– Да, как обычно. В пятницу пойду к нему за рецептом и на приём.

– Лично моя к тебе просьба. Расскажи ему, пожалуйста, о проблемах со сном и голодом. Я думаю, что возможно тебе нужно откорректировать дозировки лекарств, или поменять препарат. Ну он сам разберётся с этим.

Ника слабо улыбнулась и кивнула. "Ну вот, он всё-таки думает, что что-то не так".

– Есть ещё что-то, что хотела бы обсудить?

– Наверное нет.

– Ну тогда я тебя отпускаю, – сказал он. – Нужна ещё встреча? Записать сразу или позвонишь?

– Думаю, что позвоню, если понадобится.

Марк Александрович проводил Нику и попрощался с ней.

Вернувшись домой, она обняла Диму, но тревожные мысли не отпускали даже теперь. Всё и правда началось с его появления? Или это совпадение? Или психолог хочет меня в этом убедить? Но зачем? Тень сомнения проникала повсюду, и даже тепло любимого человека не приносило покоя.

***

Время продолжало стремительно лететь. Встреча с врачом и обсуждение проблем не принесли никаких изменений. Он посоветовал Нике понаблюдать за своим состоянием и, если оно будет продолжаться ещё хотя бы неделю, зайти к нему для обсуждения дальнейшего лечения.

Отношения с Димой устоялись и пока только одно не удавалось – познакомить его со своей мамой. Как-то так получалось, что их дороги всегда расходились и, достаточно скоро, поговорив с мамой, Ника решила, что познакомит их тогда, когда получится. Это привнесло спокойствие в её жизнь. Проблемы со сном почти полностью ушли, она снова стала активнее на работе и всё казалось таким гармоничным, пока не случилось нечто странное.

В один из тех дней, когда Дима был занят на работе, она надела свой пуховик и отправилась по магазинам. Всё было как обычно. Небольшой слой снега, выпавший накануне похрустывал под сапогами. Ника довольная шла, разглядывая витрины магазинов и фасады домов, как вдруг практически перед носом у неё возникли две мужские фигуры. Просто прохожие, ничего больше, но один из них… "Это что, Дима? – она встала как вкопанная. – Не может быть. Он же на работе". Они прошли мимо, мужчина бросил на неё мимолётный взгляд, в котором не было ни намёка на знакомство с ней. Сердце заколотилось, руки непроизвольно сжались в кулаки. Костяшки на пальцах побелели.

Опомнившись, она крикнула:

– Дима!

Звук повис в воздухе. Ни один из них не обернулся. "Что за ерунда?" – скользнуло в её голове. Нет, это просто совпадение. Показалось. Ника простояла на улице несколько минут, пытаясь справиться с нарастающим потоком мыслей и вычленить из него хотя бы одну, пока не почувствовала, как пальцы на ногах стали побаливать от холода. Она наконец смогла отвлечься и вспомнила, что направлялась в магазин.

Ника шла, не разбирая дороги, и, едва переступив порог квартиры, поняла, что не купила и половины из того, что задумывала. Мысли о прохожем не отпускали. Она злилась на себя за то, что позволила этому выбить её из колеи. Тревога нарастала и заставляла иногда руки дрожать. Это был Дима, который просто проигнорировал её? Он посмотрел на меня, но его взгляд… Нет, это явно был кто-то другой.

Оставшийся день она не находила себе места, а когда Дима наконец вернулся домой, буквально не отходила от него ни на шаг. Он как мог старался её успокоить. "Тебе показалось. Ну не могло меня там быть. Это просто кто-то похожий на меня", – говорил он.

Потребовалось время, чтобы Ника смогла прийти в себя и отвлечься от тревожных мыслей. До позднего вечера всё было относительно спокойно, ей было на что отвлечься, а потом она спросила, как дела на работе. "Всё нормально", – ответил он, даже не взглянув на неё. Что-то в этом ответе смутило Нику. Он звучал как-то стерильно. "Наверное снова проблемы", – попыталась убедить себя девушка, но где-то глубоко внутри звучало: "Нет, это не просто проблемы".

***

Ей плохо спалось. Всю ночь Ника то и дело просыпалась, вертелась с бока на бок и не могла снова уснуть. "Хорошо, что сегодня выходной, – подумала она, с трудом открыв глаза, – хоть не будут доставать снова дурацкими вопросами". Поднявшись, она почувствовала, что всё как-то не так. Руки дрожали, в голове сумбур, всё тело ломило. Такая сильная тревога её давно не настигала. И успокоить было не кому – Дима сегодня ушёл рано.

"Ещё один день я так не переживу", – сказала она себе, выходя из ванной. Хотелось пойти и проветрить голову. "А что, если я выйду и снова столкнусь с этим человеком?" – появилась мысль. "А что, если мне всё-таки показалось?". И снова она не находила себе места, разговаривая сама с собой, пытаясь убедить себя в том, что выйти из дома можно без опасений, что случится конец света. Звенящая тишина квартиры давила на барабанные перепонки. "Нет, дома я точно свихнусь, лучше пойти прогуляться", – решила она.

Через некоторое время Ника оделась и отправилась сначала в кафе, взяла кофе и пару пирожных с собой, и пошла в аптеку. Вика сегодня работала, поэтому можно было хотя бы с ней немного поговорить. "Может даже удастся разобраться со своими тревогами", – подумалось ей. С Викой она познакомилась в институте. Сначала отношения их были не особо близкими, но к пятому курсу они стали хорошими подругами. Ника была подружкой невесты у Вики на свадьбе и даже могла бы стать крёстной её сына, но не сложилось.

В аптеке стоял привычный запах лекарств, который с раннего детства засел у Ники в голове. Часто бывая у мамы на работе, она прониклась этой сферой настолько, что сама пошла в ту же профессию. В торговом зале она увидела Елену Александровну, заведующую, которая просматривала витрины, держа в руках какой-то список. Заметив Нику, она округлила глаза:

– А ты чего это не отдыхаешь?

– Здравствуйте, – кивнула Ника. – Да так, зашла к Вике чуть-чуть поболтать.

– А я уж думала по работе соскучилась, – пошутила заведующая.

Ника ухмыльнулась и пошла внутрь.

– Привет, – Вика удивилась не меньше старшей коллеги.

– Привет, Вик, – спокойно сказала Ника. – Тут кофе, пирожные. Будешь?

– Не откажусь.

Ника поставила кофе и коробочку со сладким на столик и пошла к шкафу с одеждой, чтобы повесить свой пуховик. Проходя мимо кассы, она задела журнал с записями температуры, который с грохотом упал на пол. Вика посмотрела на подругу. Ника подняла журнал и тряхнула головой, давая повод всем снова подумать, что не очень сосредоточена.

– Ну давай, рассказывай, – начала вполголоса Вика.

Ника посмотрела на подругу с облегчением, что не надо будет лишний раз думать, как подвести к нужной теме.

– Да что тут рассказывать, – начала она. – Опять не выспалась. Давно такого не было. Просыпалась каждый час.

– Что опять стряслось? Вроде ж хорошо всё было?

– Да стряслось, – Ника обхватила себя руками, пытаясь скрыть дрожь.

Вика обеспокоенно посмотрела на неё:

– Не томи, рассказывай уже, а то я за корвалолом побегу.

– Ну короче такое дело, вчера Дима пошёл на работу. Я дома одна. Решила сходить в магазин. Иду значит и вижу, как навстречу идут два парня. Один из них – вылитый Дима.

Вика округлила глаза и отхлебнула кофе из стаканчика, а Ника продолжила:

– Прошли мимо, как будто не обратили внимания. Я подумала, что это и правда Дима. Позвала его. А он ноль внимания. Меня передёрнуло. Я не поняла, что за прикол.

– И что, – прожёвывая пирожное, начала Вика, – кто это оказался?

– Да не знаю я. Но не по себе было до самой ночи. Так и самое интересное, он на меня посмотрел и явно не узнал. Дима, когда вернулся сказал, что это не мог быть он.

– Странно, – сказала Вика. – Ну может просто показалось?

– И Дима также сказал. Да я и сама так думаю. Только вот тревога не отпускает. Ощущение, что что-то не так. И ночью ещё вот это всё. Вот я и пришла. Не могу в одиночестве сидеть.

– Понимаю, – со вздохом сказала подруга и приобняла Нику. – Ну посиди тут со мной значит. Составишь мне компанию.

Ника обняла подругу и на душе стало легче. Впервые за день она почувствовала, что может дышать спокойно. До конца смены Ника провела на работе в свой выходной. Зато тревога так не донимала. Они с Викой болтали о всяком, обсуждали своих мужчин, их привычки и особенности.

Вечером, Ника проводила свою подругу до остановки и отправилась домой. Холодный воздух пощипывал кожу и отвлекал от дурных мыслей. По соседней улице медленно проехала машина, из которой грохотом по освещённой фонарями улице разносилась едва знакомая песня. Ещё в самом начале знакомства с Димой, он и открыл для неё эту исполнительницу. Ледяной вокал, звучащий почти как оперный. Английский язык не был сильной стороной Ники, но чётко пропетую заунывную фразу она поняла, практически не задумываясь над переводом: "Я иду в одиночестве. Каждый мой шаг, сделан в одиночестве". Слова звучали, отдавая битым стеклом в сердце. Как будто кто-то нарочно включил саундтрек к мыслям Ники. Её передёрнуло.

Она зашла домой. Димы ещё не было. Как только Ника поняла, что дома одна, мурашками по коже пробежалась тревога и остановилась между лопаток. В голове зазвучала услышанная на улице песня. "Почему?" – мелькнуло в голове. Немного поразмыслив, она решила написать психологу и попросить его о встрече. Сейчас его посещении уже не казалось таким бессмысленным. "Возможно со мной и правда что-то не так", – сказала она себе, перечитывая текст сообщения. "Может лучше завтра в рабочее время позвонить? – закралась мысль. – Нет, лучше сейчас". Она собралась с духом и нажала "отправить".

***

Дима вернулся очень поздно и застал свою возлюбленную лежащей на диване в полудрёме с новой книжкой в руках. Он тихо подошёл, склонился над ней и едва ощутимо коснулся губами щеки. Ника открыла глаза и испуганно дёрнулась:

– Ох, ты только вернулся? – сонно пролепетала она.

– На работе завал, – кивнул он.

Ника поднялась с дивана и пошатываясь направилась в ванную, чтобы умыться. Дима остановил её и посмотрел в припухшие глаза:

– Всё нормально? – обеспокоенно спросил он.

– Так себе. Опять тревога весь день. Пришлось убежать от неё в аптеку.

– В смысле?

– Ну я решила сходить с Викой поболтать, а в итоге весь день там просидела.

– То есть всё настолько плохо… Так, давай-ка лучше я сегодня приготовлю ужин, а ты пока полежи, отдохни.

Ника удивилась: "Ты приготовишь?" На что он только улыбнулся. Она отправилась в спальню, улеглась под одеяло и снова задремала. Уснуть полностью ей не давала тревога, то прячущаяся за какими-нибудь простыми мыслями, то выходящая на передний план и привлекающая к себе всё внимание, выдёргивая девушку из сна каждые пять минут.

Очнувшись от дремоты в очередной раз, она почувствовала что-то неладное. Каждый шорох, доносившийся до ушей, был слишком громким. Закрыв глаза, она попыталась прогнать дурные мысли, но в голове тут же вспыхнуло: "Почему так тихо?" Ника выбралась из постели. Прохладный воздух неприятно обволакивал руки, заставляя волосы вставать дыбом. На кухне было темно. Странно. Прищурившись, она подошла ближе и щёлкнула выключателем. В комнате было пусто. Ни следа готовки. Девушка зажмурилась и тряхнула головой, прогоняя сонливость. "Куда он мог деться?" – подумала она как раз в тот момент, когда он вошёл.

– Ты чего не в постели? – поинтересовался Дима.

– Да я проснулась, а здесь темно, тихо. Пришла посмотреть, а тебя нет.

– В глаз какая-то ерунда попала, – сказал он, слегка скривившись.

И только после этого Ника обратила внимание на сильно покрасневший белок правого глаза.

– Боже мой, ты в порядке? – захлопотала она вокруг мужчины.

– Всё хорошо, не переживай. Пройдёт, – отмахнулся он.

Голос его был спокойным, но во взгляде было что-то необычное. Боль? Усталость?

– Давай помогу тебе с ужином, раз уж я поднялась, – сказала Ника, обнимая Диму и приглядываясь к раскрасневшемуся глазу.

"Вроде выглядит не страшно", – прошептала она и ласково чмокнула в переносицу. Тепло его тела приятно ощущалось через одежду. Дима улыбнулся и согласился на помощь.

***

После ужина они перебрались в постель, и Ника наконец-то позволила себе уснуть. Тёплые руки, обнимающие её, действовали успокаивающе. Она как будто просто моргнула, и наступило утро. Девушка взглянула на часы в телефоне. "Ну вот что, нельзя было ещё часок поспать спокойно?" – спросила она себя. Крепкие руки обвились вокруг талии. Дима прижался грудью к её спине:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.