Евгений Лит
Методы патриотов. Песок в глазах

Глава 1

Северная граница Пустыни

12 сентября, 11:15

В воздухе ощущался резкий запах горелого металла. Клубы жирного черного дыма столбом поднимались над пустошью, издалека указывая на место катастрофы. Остов гравилёта лежал в не глубокой ложбине меж трех холмов. Вопреки усилиям пожарных, дронов старательно заливающих корпус бурой пеной, из его недр продолжали вырываться красно-оранжевые всполохи.

Крушения на Надежде не редкость. Износ оборудования, неправильное техобслуживание, пресловутый человеческий фактор. Только в этот раз совсем другой случай. Не раскрывая экрана, он снова запустил последнее сообщение пилота.

– Дельта, дельта у меня атака! Твою, – голос заглушил громкий хлопок, видимо отстрелило тепло-радио ловушки: След ракеты. Нет, две! Что за ху…

Запись прервалась, как и жизнь пилота. Черч снова огляделся. Выветренные красные скалы, грязно-ржавый песок, солончаки и чахлые пучки фиолетовой травы. Дикая первозданная Надежда до колонизации. Ни одной живой души в радиусе четырехсот миль. Идеальное место для засады. Девять из десяти, стреляли с вершин этих холмов, образующих неправильный треугольник, в центре которого дымит подбитая машина.

– Джо, – вызвал он напарника: Направь «птичку» по вершинам холмов. Нужны пикты поверхности и образцы грунта.

Здесь всё, как когда-то на Араксе. Такая же жара, камень и даже запах тот же. Но это Надежда, центр Альянса, и армейские гравилёты здесь не сбивают. Если догадка верна, то в активе будет засадная тактика борьбы с аэротехникой противника из армейского Устава. Яркая вспышка взрыва заставила прикрыть глаза ладонью. Корпус гравилёта разорвало, пламя добралось до водородного реактора. Вот и всё, тут ничего не сделаешь, возможные улики потеряны и всё из-за одного самодура. Черч поискал глазами полковника, но того не было видно. Ничего, через пару часов армейцы сами пришлют его и, если понадобится, повяжут подарочным бантом. Дураков надо учить, особенно тех, кто мешает исполнять служебный долг…

Их гравилёт, непримечательная гражданская модель каплевидной формы скучного цвета, стоял чуть поодаль, увязнув в рыхлом песке лыжами посадочных стоек. Внутри было прохладно, в кондиционированном воздухе витал, заслуга Джо, легкий раздражающий аромат сандала. Черч глубоко вздохнул, на время забыв о сбитом гравилёте. Это просто служебный разговор. Не первый и не последний, жизнь продолжается. Решительным щелчком по коммуникатору на запястье, он развернул полупрозрачный галоэкран. Подключился к процессору машины и через спутник вызвал Пенту. Из черноты экрана возникло лицо Сильвестр. Не красавица, но из-за больших выразительных глаз цвета светлого ореха, как-то по-особенному, задумчиво глядящих из-под черных ресниц, не было лишено очарования.

– Что там произошло? – начала капитан без приветствий.

– Гравилёт сбит. Пять минут назад взорвались батареи.

– Чер… – Сильвестр осеклась на полуслове, поморщилась: Лейтенант, мне это известно и здесь, в полтысячи миль от места. Вы должны были быть там полчаса назад, чем занимались?

– В основном, наблюдали. Близко к гравилёту нас не допустили. Использовать дроны тоже.

– Кто отдал приказ? – её лицо не изменилось, хотя событие было из ряда вон, препятствовать агентом СБ, решались немногие.

– Полковник Подрез. Представитель Корпуса на месте, – в ответ она кивнула, теперь жизнь полковника не будет прежней, Черч продолжил: Здесь больше нечего делать. Есть версия, как всё произошло…

С легким щелчком распахнулась дверь, в соседнее кресло впрыгнул Джо. Через чур смуглый, через чур голубоглазый и через чур молодой. Рядом с ним, особенно в её присутствии, он ощущал себя каким-то серым. Заглянув в экран, Джо сверкнул широкой улыбкой:

– Доброе утро, капитан.

Сильвестр невольно улыбнулась в ответ, противиться обаянию Верблума в СБ были способны немногие. Его уколола завистливая ревность.

– Капитан, – позвал Черч, как мог суше: Мы возвращаемся. Отчёт отошлю вам в пути.

Она перевела на него взгляд, ничего не сказав. Экран растворился в воздухе. Могла хотя бы кивнуть.

– Она сегодня не в духе, отметил Джо: Что сейчас расскажу…

– Что на холмах? –он повернулся к напарнику

– Жёлуди и там все оцепили, -Верблум ухмыльнулся, словно сказал что-то забавное: Ты был прав, на вершинах следы от реактивных струй

Всё отснял, пробы грунта взял. Да подожди, дай расскажу. Я там в оцеплении с одной симпатичной разговорился, думал наведу мосты, дождусь её из армии, а она думаешь, что?

– Что? – он спросил исключительно из вежливости, зная, напарник не отстанет.

– А не чего, она меня про тебя спрашивает. Мне лично стало обидно, – Джо расхохотался: Я там весь на изнанку, а они только на тебя и смотрят. Ладно, как ты понял, что стреляли с холмов?

– Кое-что помню. Я же служил в Корпусе, – многословие Верблума его утомляло, но иногда словесная пикировка помогала скоротать время, уйти от размышлений, и Черч добавил: в отличие от тебя.

– А я то и не знал, что дубовые листья набирают интеллектуалов, – Джо рассмеялся: У них ведь совершенно противоположные предпочтения. Учи Устав жёлудь, от обложки до обеда и станешь дубом!

Умников в пехоте действительно не жаловали. Даже в генштабе. Впрочем, этот факт не давал права, не нюхавшим пороха оперативникам издеваться. Тем более в СБ был собственный Устав.

– Младший лейтенант Верблум, что гласит третий пункт, восемнадцатого параграфа в разделе о работе на месте происшествия в Уставе оперативной работы СБ?

Лицо Джо в мгновенье стало кислым. Его знание устава, было если не близко, то точно стремилось к нулю.

– Этот пункт гласит, что оперативник, находясь на месте происшествия должен использовать для получения доказательств максимум доступных и необходимых технических средств…

– Да, помню я, Джо снова пришел в хорошее настроение.

– Допустим. Ты запускал Дроны над вершинами холмов? – Черч знал, что вопрос лишний. Верблум мог не знать конкретные пункты Устава, вести себя инфантильно, но, когда дело заходило до работы на него можно было положится. Поэтому не дожидаясь ответа, Сорокин включил питание гравилета.

Глава 2

Столичная агломерация, Пента

12 сентября, 13:04

Наконец-то наступила осень, прогнав летнюю жару с городской духотой. Его любимое время, когда приятно пройтись по парковым аллеям, дыша свежим, чуть влажным воздухом с легким ароматом прелых листьев, радуясь в одночасье покрывшимися золотом земным деревьям. А ещё рыбалка. Надо будет проверить спиннинг, может удастся превзойти прошлогодний рекорд Брюса…

Короткий звуковой сигнал и голос адъютанта вернули его в настоящее:

– Полковник Эстерхази, сэр, капитан Сильвестр прибыла.

– Пусть войдет, – он бросил последний взгляд в окно, где играл красками внутренний парк Пенты и вернулся за стол.

Панель, имитирующая деревянную дверь, бесшумно отъехала в сторону и в кабинет вошла Сильвестр. Как всегда, безупречна. Высокая и симпатичная, форменный серый мундир только подчёркивает привлекательность фигуры.

– Садитесь капитан. Что там с этим гравилётом?

Она села. Плечи напряжённые, лицо сосредоточенно. Значит, всё гораздо хуже.

– К месту инцидента были направлены двое агентов, но провести оперативные мероприятия в полном объёме им не удалось, – поймав его взгляд, она быстро пояснила: Помешал представитель Корпуса, некий полковник Подрез, силой выдворивший их за периметр…

– Что он сделал? Капитан, у вас в группе оперативники или кисейные барышни? Кто был на месте происшествия?

– Лейтенанты Сорокин и Верблум, – Сильвестр не изменилась в лице, лишь слегка потупилась: Двоим трудно спорить с ротой солдат Корпуса, сэр.

Все ведомства соперничают друг с другом, но до открытого силового противостояния ещё не доходило. Что особого с этим гравилётом? Или может эксцесс исполнителя…

– Как этот полковник мотивировал свой запрет?

– Никак сэр, просто сказал, я цитирую: «Это не ваше собачье дело».

– Каков нахал, – он улыбнулся: Когда притащим его в нашу псарню, этот каламбур ему зачтется. Что-нибудь удалось выяснить?

– Ничего конкретного, сэр. У Сорокина есть версия, пока не подтверждённая. Он предполагает, что гравилёт был сбит по тактике, принятой в Корпусе.

– Хорошо. Начало, половина дела, – не удержавшись вставил он поговорку, которые собирал и поднялся, давая понять, что разговор окончен: Через час я добуду вам голову этого юмориста и доступ к данным по гравилёту. Вечером жду первый отчёт.

– Да, сэр, – Сильвестр коротко кивнув, вышла из кабинета, а он, немного постояв, вернулся к окну.

Что-то было не так. Эта показушная дерзость армейского полковника. Только дурак будет спорить с агентами СБ, а дураки таких званий не достигают. Значит намеренно. Привлечь внимание? Нет смысла, сбитый на Надежде гравилёт, сам по себе не рядовое событие. Значит, затруднить расследование…

Внизу, под окном бот-садовник уже убирал с гравия дорожки первые листья платана, их символа. Он вернулся за стол и развернув галоэкран, вызвал контакт. Как обычно, ответа пришлось ждать.

Полторы минуты, новый рекорд. Мазох уже начал заигрываться, демонстрируя независимость своей службы. Надо будет его поучить субординации…

Добрый день, – поздоровался начальник армейской СБ и ожидаемо напомнил о различии в званиях между ними: Полковник Эстерхази, сэр?

– Мазох, что за ерунда происходит в вашем ведомстве? – начал он, не вдаваясь в подробности, желая ошеломить собеседника, в том случае если он еще ничего не знает: Или вы не способны руководить своими подчиненными?

– Я не понимаю о чём вы, полковник, – тот, как обычно, даже бровью не повел: Если вы о крушении гравилёта, то моя служба здесь не причем. Или на планете объявлено военное положение?

– Вот именно, военного положения пока нет и не понятно, почему офицер Армейского Корпуса препятствовал действиям сотрудников СБ Альянса. Кто такой полковник Подрез?

Удивление на лице генерала, насколько он мог судить, было искренним.

– Подрез? Я, конечно, знаю многих офицеров в Корпусе, но далеко не каждого полковника. Этот мне точно не знаком, – Мазох немного скосил глаза в сторону и задвигал свободной рукой, видимо делая дополнительный запрос.

– Хорошо, – реакция собеседника его вполне удовлетворила: Я лично хочу встретиться с ним. Ещё нам нужны все данные доступные по этому инциденту. Маршрут, груз, экипаж. Обломки и собранные на месте предметы можете пока оставить. Компетенций вашего экспертного отдела, думаю будет достаточно.

Укол достиг цели, генерал поморщился.

– Зачем вы так, сэр? Вы же знаете моё ведомство лишь младшая сестра СБ Альянса, – тут Мазох потёр подбородок, лицо стало демонстративно озабоченным: Я выполню всё, полковник. Без сомнений, это дело вашей службы, особенно учитывая некоторые обстоятельства…

– Какие?

– На этом гравилёте к месту службы направлялся один из наших военноначальников, – сделал генерал паузу, словно желая, чтобы он сам спросил, но не дождавшись вопроса, закончил, тяжело вздохнув: Эдвин Хольц, герой Аракса, сэр.

Глава 3

АСК, орбитальная платформа «Надежда-2»

12 сентября, 14:15

Сквозь толстое стекло панорамного иллюминатора открывался прекрасный вид. Розовая жемчужина, блистающая на фоне черноты космоса. Через немногочисленные вихри циклонов и антициклонов была хорошо видна ледяная шапка на южном полюсе планеты, буро-зеленая полоса средних широт и желто-белый пояс экваториальной пустыни, огороженный черными линиями горных хребтов. «Большой барьер», как называл их планетарный путеводитель.

– Красивая планета? – спросил он, обернувшись к Патрику.

– Ага, если ты любишь полосатые планеты, – Харп даже не взглянул в иллюминатор. – Какого черта мы приперлись на Надежду? Только не говори о том, что это столица Альянса и центр его культуры и прочей высоколобой хрени. Лучше бы отправились на Радость…

Постоянный зудёж Пата о неверном выборе начал уже приедаться и ведь ему не объяснишь, что хочешь увидеть настоящий Альянс, а не курорт-планету.

– И вообще, – Патрик пододвинулся почти вплотную, – зачем весь этот маскарад? Если тебе хотелось посмотреть эту «полосатую» полностью, то прибыть надо было при полном параде, а не прятаться за личиной мелкого клерка.

Вот и вторая тема, которая ему надоела. Послушай, он Харпа и увидел бы только то, что ему захотели бы продемонстрировать, а не то, что его в действительности интересовало.

– Уже обсуждали, Пат. Так надо.

– Нет, Серег, ты скажи, ну чем эта планета отличается от старухи Земли? – Патрик, считавший последнее слово своей прерогативой, отхлебнул коктейль молочного цвета и указал на иллюминатор.

– По пунктам, – прекрасно уловив смысл вопроса, он решил поддразнить Харпа: Один – экваториальный радиус три тысячи триста восемьдесят километров, что почти в два раза меньше земного. Два – масса без малого четыре на десять в двадцать четвертой килограмма, что на треть меньше земной…

– Ладно, ладно маленькая аккуратная планета, – замахал рукой Харп, для которого статистические данные и цифры были хуже яда, но он, улыбаясь, продолжил:

–Полный оборот вокруг своей оси Надежда делает за двадцать два часа десять минут. Продолжительность земных суток, я думаю, ты знаешь. Год немного длиннее, чем на Земле – триста семьдесят четыре дня, тогда как земной равен…

– Трёмстам шестидесяти пяти, – Патрик не оставлял надежды, закончить мини лекцию, а он менторским тоном поправил друга:

– Тремстам шестидесяти пяти дням, шести часам и десяти минутам.

– Хватит, Серёга, прекращай, – Харп закатил глаза: Когда спрашивал, чем эта планета отличается от Земли, я говорил о ее содержании…

– Тебе нужна справка о полезных ископаемых?

– Нет, – поспешил отказаться Патрик: Я говорю, что здесь всё, как у нас. Ничего интересного. Нет развлекухи и движа. С тем же успехом могли сгонять в Большой Пек или Мехико.

– нет, это совсем другое. Это сердце Альянса, и я хочу посмотреть на то во что превратилась первая колония за пределами солнечной системы.

– Сердце? По мне, так больше похоже на задницу, – Патрик сделал очередной глоток, почти опустошивший большой стакан: Вот Радость, это тебе и сердце, и печень, и ещё кое-что. Ну, ты меня понимаешь…

– Нам пора, – неожиданно пробасивший из-за спины голос Игоря заставил вздрогнуть и обернуться. Телохранитель, навязанный ему Головко, высился над ними.

– Как ты это делаешь, верзила? – У меня сердце в пятки ушло из-за тебя. Серёг, скажи ему, наконец…

Он взглянул на часы. На циферблате его механического хронометра, подарок Ольги, было почти шесть. Попробовал сопоставить с местным орбитальным, получилось около половины третьего. Значит Игорь прав, им пора на посадку в шаттл и на планету. На его треть в жизни планету после Земли и Аракса.

– Серёг, ты же не против? – Патрик залпом допив содержимое своего стакана, потянулся было к его, но Игорь молча отодвинул тот и Харп с неудовольствием слез со стула: Навязал же Макс, тебя на мою голову. Я между прочем, дегустирую для дела. Вот вернёмся, открою бар, а тебя, трезвенника паршивого, даже на порог не пущу.

– Взял оксигены, – Игорь не обратил никакого внимания на бурчание Пата и раскрыл пакет: Жевательная резинка, леденцы, пастилки, карамель. Двенадцать разных вкусов. Всё, что было, – и засунув руку в пакет, вынул яркие упаковки.

– Это ещё что такое? – заинтересовавшийся Патрик в миг перестал ворчать и взял одну из коробочек.

– Кислородсодержащая жевательная резинка со вкусом цитрусовых, 25 пластинок. Есть еще мятная, – тут Игорь неожиданно смутился: Другие вкусы закончились.

– Ничего, этих достаточно. Пат, забыл сказать. Атмосфера на Надежде немного разряжена, как на высокогорье. Местные адаптировались, а приезжим лучше компенсировать нехватку кислорода. Для этого обычно используют оксигены – жевательную резинку.

– Одной хватает в среднем на три часа, – пояснил Игорь, а Харп скривился:

– Дурацкая планета. Не буду уточнять чем я это чувствую, но попадем мы на ней как раз в это самое место.

Глава 4

Столичная агломерация, Пента

12 сентября, 14:22

Опаздываю. Нет, задерживаюсь. Хотя какая разница, факт есть факт и каждый интерпретирует его в зависимости от своего отношения к ней. Для Черча с его долгом и порядком, она определённо опаздывает. Ну, и пусть. Эмма замедлила шаг, пусть ждет и осуждает.

–Парень, ты только, – громкий возглас из открытого проёма в брифинг-зал, заставил замереть на месте: Нет, ты только погляди, какая секси!

Голос Грегора. Ясно, большие мальчики развлекаются. Кого же они обсуждают?

– На твой дурацкий и крайне вульгарный вкус Грегор, на твой дурацкий вкус, – это Макинди, – кого же они там обсуждают и что думает Черч?

– Нет, ты посмотри какие глаза, парень, – снова МакИсл: Она просто пожирает тебя глазами, раздевает! Жалко, не видно, что у нее там под столом…

Любопытство пересилило, она вошла внутрь. На экране с отключенным звуком, шел выпуск новостей. Молодая ведущая безмолвно шевелила не естественно большими губами. Слишком худосочна, но все же миловидная. Как раз, чтобы не отвлекать от новостей.

– А вдруг там щупальца? Схватят тебя, Грегор, за что-нибудь и оторвут, – при её появлении, все четверо вскочили. Джо и Пьер ухмыльнулись, МакИсл смутился, а Черч слишком старательно не смотрел на неё. Проходя на своё место во главе стола, Эмма добавила: К тому же, она для тебя слишком молода. Садитесь, джентельмены, – интонацией выделив последнее слово.

– Это эйджизм, – покачал головой, покрасневший МакИсл, когда смех немного стих: Я буду жаловаться на дискриминацию.

– Нет, парень, – передразнила она: Я просто забочусь о тебе, Грег. Помни, до пенсии осталась пара лет. Все получили данные по инциденту с гравилётом?

Отключив от головизора телевизионную картинку, она вывела данные со своего коммуникатора.

– Итак, дело с этим гравилётом в пустыне поручено нам. Информации от Корпуса немного. Думаю, ждать особых открытий от наших головастиков из аналитического отдела не стоит. Так что, займемся делом. Основные вводные, затем версии и разделим фронт работ.

Все молча слушали. МакИсл смотрел куда-то в пространство за спиной, сидевшего напротив Макинди, тот, как всегда, раскрыл перед собой галоэкран коммуникатора, готовый вносить заметки. Верблум смотрел на неё и как обычно улыбался. Черч, мрачный, глядел на экран.

– Что мы имеем, – она вывела на экран карту пустыни с точкой инцидента, через несколько секунд сменившуюся спутниковым пиктом зоны инцидента, затем видео с беспилотного, кружившего вокруг дымившейся машины: в 05:27 поступил сигнал о нападении, и через несколько секунд связь прекратилась. Гравилёт класса «Галеон», бортовой номер есть в документах, прочтете сами…

– Что это за тип машины? – Пьер, уже делал пометки.

– Опять, двадцать пять. Прочтёшь сам, – не упустил возможности зацепить напарника МакИсл: Парень, ты же рассказывал, что служил на Флоте? Или наврал, морячок? –

– Это армейская техника, – рутинно парировал Макинди, смещая фокус внимания на Черча, тот предупреждая возможный выпад Грегора в свой адрес, сказал:

– Среднемагистральный гравилёт. грузоподъемность до 250 тонн, используется исключительно Армейским Корпусом Альянса. Несколько модификаций. Транспортник, не способный активно участвовать в боевых действиях.

– По сообщению пилота их атаковали ракетами класса земля –воздух, – продолжила Эмма: Как предположил Сорокин и сейчас это подтверждено данными Корпуса, одновременным пуском с трех точек. Черч, раз уж ты у нас сегодня выступаешь экспертом, что за методика?

– Твой звездный час, парень, – тихо просипел МакИсл: Пригодилась твоя служба.

Верблум весело усмехнулся. Черч, как обычно проигнорировал выпад в свою сторону.

– Одна из стандартных тактик борьбы с низко летящими целями. Гравилёты, автожиры, вертолеты, дроны и так далее. Синхронный запуск трех и более ракет из равноудаленных до цели точек, позволяет поразить летательный объект с вероятностью до 90 процентов. Система пассивной защиты одномоментно может обмануть максимум две трети самонаводящихся головок.

– Похоже твои жёлуди сами его и приземлили, – Грегор подмигнул Сорокину: Капитан, а какой был маршрут и груз?

– Маршрут, в 00:45 взлетел с армейской базы «Дельта-А», в 02:15 короткая посадка в столичной агломерации, затем взял курс в конечную точку. Тренировочный лагерь 39-48 в Пустыне. Груз, оружие и боеприпасы, предназначался для тренировочного лагеря, через неделю там плановые манёвры.

– А зачем посадка в столице? – включился Верблум, задав самый главный, по её мнению, вопрос.

– Это самое интересное и думаю, причина всего, – она сделала паузу, дождавшись, когда все повернутся к ней: На борт поднялся новый командир базы – генерал Хольц.

– Хольц? Что-то знакомое, – МакИсл посмотрел на Черча. – Блесни, эксперт.

– Генерал Эдвин Хольц, герой Аракса, командовавший контрнаступлением при Серых Холмах, – произнёс тот, затем запнулся: Он, что погиб?

– Точно, теперь вспомнил, – словно не услышав вопроса Сорокина, весело воскликнул Грегор: Это же тот самый хмырь, что пару месяцев назад устроил грандиозный скандал в Легион-холле.

– Видимо да. Из гравилёта извлекли пять тел, генетическая экспертиза будет готова в течении суток, – реплику МакИсла, она проигнорировала, хотя тот случай не шёл из головы с момента, как стало известно о присутствии Хольца на борту. Тот случай не мог не отразится на карьере, а возможно и на судьбе генерала. Эмма обвела свою группу испытующим взглядом:

– Итак, какие будут версии, джентльмены?

– Оружие, – первым сказал Верблум и как обычно улыбнулся. – Самое очевидное.

– Паренёк прав, капитан, – поддержал его Грегор: Подполье, получили информацию об оружии для армейской учебки и решили перехватить.

– Сбивать гравилёт, чтобы получить оружие? – покачал головой, молчавший до этого Пьер: Бессмысленно. Слишком высокий риск того, что оно будет уничтожено при падении и взрыве транспорта…

– Его могли снять с борта раньше. Например, при дополнительной посадке, а гравилёт сбить для маскировки, -перебил напарника Грегор, защищая свою версию.

– Весьма вероятно. Тем более, что мы сделали несколько кругов над местом падения и никаких подозрительных следов, ведущих от него, нет, – Сорокин кивнул, соглашаясь с МакИслом: Но я бы ставил на версию с Хольцем.

Она непроизвольно кивнула – версия с генералом ей тоже казалась более перспективной. Макинди собирался что-то сказать, но заметив ее реакцию на слова Сорокина, выжидающе посмотрел на неё.

капитана. Эмма поморщилась, она не любила, когда авторитет руководства, даже непредумышленно давил инициативу:

– Ты что-то хотел спросить Пьер?

– Да, капитан. А кто управлял ракетными установками, если следов, выводящих с места, нет? Или они воспользовались чем-то летающим?

– Вопрос к нашему эксперту по жёлудям, – не упустил шанса подколоть МакИсл: Что про это пишут в сказках дубового леса или как их ещё называют, Устав Корпуса?

– Думаю, Пьер прав, исполнители воспользовались чем-то летающим. Это объясняет и отсутствие как следов на грунте, так и самих установок, если бы ПЗРК были в автоматическом режиме. В любом случае для подобной операции нужны профессиональные исполнители, оборудование и самое важное, точная информация о маршруте.

– Капитан Очевидность, – ухмыльнулся Грегор и словно спохватившись: Я не про вас, мэм…

– Знаю, у меня другая фамилия. Итак, пока остановимся на этих двух версиях. МакИсл и Макинди займутся Подпольем и похищением оружия. С чего начнете?

– Во-первых, попробуем взять след ПЗРК, на чёрном рынке это редкая экзотика, – начал Пьер: Во-вторых, я думаю попробовать проверить списки тех, кто проходил обучение по управлению этими комплексами…

– Парень, дохлый номер, – встрял Грегор, – их не меньше пары-тройки лямов…

– Всё равно попробую, – проявил упрямство Макинди.

– Валяй, можешь начать с Сорокина. Он наверняка знает, как управляться с такой штукой. Бывших желудей не бывает, так ведь? – МакИсл ехидно посмотрел на Сорокина: Справился бы с такой задачей?

– В твою рыжую задницу не промажу, будь уверен, – резкий ответ Черча прозвучал обманчиво спокойно, но серо-голубые глаза налились свинцом и

ей ли не знать, что может произойти дальше.

– К порядку, мальчики, – она ударила ладонью по столу: Джо и Сорокин займутся версией с Хольцем.

– С чего начнете? – поинтересовался Макинди. Сорокин пожал плечами.

– Начнем с самого генерала. Покопаемся в его грязном белье, найдем пару скелетов в шкафу и выведем на чистую воду, – Верблум светился оптимизмом.

Коммуникатор на запястье слабо дернулся, сигнализируя о новом уведомлении. Она развернула галоэкран в минимальном размере, сообщение было от Эстерхази. Прочла и прикусила губу.

– Думаю, вам уже есть с чего начать. Черч, ты помнишь своего приятеля – краснолицего полковника Подреза?

– Как сейчас, – безразлично ответил он, даже не повернув головы.

– Ну тогда тебе будет интересно найти его, потому что в списках под дубовыми листьями такого полковника не числится.

Глава 5

Столичная агломерация, район Первого города

13 сентября, 10:25

– Погремуха у него, Лягушонок. Звучит не солидно, но мой человечек говорит, он тот, кто нам нужен. Чтобы он не кипешнул, загляну для начала один. Ну, что ты меня                               прикроешь? – Грегор повернулся к напарнику.

– Угу, – Макинди даже не оторвал взгляда от раскрытого перед ним гало экрана с длинными рядами персональных данных. Наверное, предложи он что-нибудь неприличное, ответ, всё равно, был бы тем же.

– Парень, чтение убивает зрение, ты разве не слышал? И почему, собственно, это должен быть я, а не ты?

Пьер, по-прежнему не отрывая взгляда, ухмыльнулся:

– Потому, что у тебя самая подходящая физиономия, Мак. Типичная бандитская рожа.

– Уел. И когда люди наконец поймут, что внешность обманчива? – по-дружески ударив Макинди в плечо, он, плотно запахнув куртку, вылез из теплого нутра электрокара на улицу. Было по-осеннему промозгло, холодно. Вдобавок с ночи почти без перерыва моросило. Быстро окинул пустую улицу взглядом и нырнул в темный подъезд. Когда-то фешенебельный, район Первого города теперь, впрочем, вполне заслужено, именовали Трущобой. Близкий к бетонке космопорта, застроенный в самом начале колонизации, он, как губка впитал в себя эмигрантов последних волн, адсорбируя худших из худших. Теперь здесь было проще добыть ствол любого калибра и дозу, чем булку хлеба с бутылкой молока.

МакИсл прошёл через обветшалый холл с давно не мытым полом и дальше по лестнице, ощетинившейся арматурой, поднялся на третий. Единственная на этаже дверь, больше подошла бы банковскому хранилищу, чем обычному жилью. И это была не единственная защита нехорошей квартиры. Прошлой ночью ребята из технического отдела пытались проникнуть внутрь через систему жизнеобеспечения, но столкнулись с полной экранизацией помещений. Червеобразный дрон-шпион чуть не сгорел в электрическом поле, еще больше укрепив его в мысли, что они на верном пути.

Грегор хлопнул по панели вызова, в ответ мужской голос, искаженный скверным динамиком, спросил:

– Че надо?

– Купить овощей на праздник, у вас говорят, дешевые и местные.

Ничего не произошло, дверной замок не щелкнул. В плохо освещенном коридоре повисла тишина. Кожей почувствовав на себе изучающий взгляд чьих-то глаз, он улыбнулся, как можно дружелюбней. сейчас лучше сойти за дурачка, не понимающего куда лезет. Прошло несколько минут, зародивших сомнения в искренности его уличного «барабана», давшего наводку. Наконец, его решили впустить, дверь бесшумно отъехала в сторону, на пороге стоял неопрятный костлявый тип в больших, на пол лица, дымчато-красных очках. Наверняка, амоловый наркоман, эти ребята так старательно маскируют свои глаза, что сразу выдают себя с потрохами.

– Лягушонок?

– Заходи, – прогнусавил тот, и отошел в сторону, пропуская его внутрь. Это было большое помещение, получившееся от соединения пары смежных квартир. Всё пространство до самого потолка было плотно заставлено разнокалиберными ящиками и контейнерами различных цветов. Ещё тут давно не убирались, всюду валялись пустые упаковки из-под еды и напитков. Похоже хозяин арсенала обитал тут же и кажется, в квартирном складе они были только вдвоём. Разглядывая штабеля контейнеров, Грегор убедился, он попал в нужное место. Большая часть из них была помечена маркировкой Армейского Корпуса, белый дубовый лист в круге. Торгаш либо непроходимо туп, либо чрезвычайно самоуверен и нагл, так открыто выставляя свой источник снабжения.

– Че нужно тебе? – повторил хозяин немного громче. Голос напряжён, пропитан подозрением.

– Армейское барахлишко? – Грегор кивнул головой в сторону ближайшего штабеля. Выражение лица торговца осталось неизменным. Прежним недружелюбным тоном Лягушонок, в третий раз, повторил:

– Чего надо?

Игнорируя вопрос и подойдя поближе к одному из металлических контейнеров, МакИслн нарочито громко прочел:

– Автоматическая винтовка МК-324. Классная штука, – и полуобернулся, – Парень, а танк достать сможешь?

Сквозь полупрозрачные очки было видно, как собеседник прищурился, его лоб покрыла легкая испарина, на виске запульсировала тонкая жилка. Контролировать проявления вегетативной нервной системы, способны немногие. В короткий миг Грегор оценил ситуацию, вопреки кажущегося спокойствия, Лягушонок начинал нервничать, а провоцировать амолового наркомана, всё равно, что играть с огнем. Настроение у этих парней непредсказуемо, меняясь быстрее положение качелей в детском парке. Что же, в разгорающееся пламя стоило подбросить дровишек.

– Куча добра у тебя здесь, парень! Наверняка, стоит кучу кредитных. Куча стоит кучу, ты усекаешь каламбур…?! – он одобрительно коротко хохотнул и закивал головой, поворачиваясь к торгашу: Уйма бабла, наверное.

Лицо Лягушонка исказила гримасой ненависти и ярости. Он отскочил на шаг, выхватив из-за спины пистолет:

– Кто ты такой, мать твою, ублюдок, рыжий?! Кто тебя прислал? Быстро!

Заранее готовый Грегор правдоподобно изобразив на лице испуг и растерянность, вытянул вперед руки с раскрытыми ладонями:

– Стой, стой, стой! Ты чего приятель? Парень, я от Джими, Скользкого, ты же его знаешь? Да, его все знают…

Имя и прозвище брякнул первое пришедшее на ум. Просто хотел потушить вспышку ярости, заодно потянуть время, ожидая, не появится еще кто-нибудь, до того скрывавшийся в рядах стеллажей ящиков. Все оставалось по-прежнему, Лягушонок не сводил с него дула пистолета, и никто не спешил ему на выручку. Можно было приступать к активной фазе.

– Подожди, не торопись делать выводы! – умоляюще попросил он: Парень, смотри!

Медленно опустив руку в карман куртки, аккуратно, двумя пальцами вытянул прозрачный пакетик с парой розовых инфрокристаллов.

– Гляди, какие чистые, – Грегор потряс пакетиком перед глазами торговца: Знаешь же сколько они стоят? У меня есть средства…

– Я не беру барахла, я тебе не барыга! – Лягушонок продолжал держать его на мушке, но волна ярости откатила, он начал успокаиваться.

– Не хочешь, не надо. Есть и кредитки, – продолжил МакИсл вкрадчивым тоном, отметив, как собеседник расслабился и тут сделал вид, будто его внезапно осенила: Или… Или может амол? Парень, сообразим бартерок?

– Амол? – растеряно протянул хозяин арсенала.

– Да, парень, амол. Чистенький, как слёзки. Сколько хочешь. Кило за сто стволов хватит?

– Кило амола за сто…, – Лягушонок задумался о соответствии стоимости и на короткий миг отвлекся. Секундной расслабленности противника ему вполне хватило. Сделал шаг вперед и в сторону, одновременно выбивая пистолет и нанося визави сильный удар в солнечное сплетение. Торгаш тяжело охнул, теряя остатки воздуха, и впечатался в опасно зашатавшийся штабель. Носком ботинка Грегор откинул пистолет в сторону, подошел к повалившемуся на пол дельцу:

– Подъем, парниша! Лежачих не бью, – рывком поднял противника с пола и нанес три коротких удара по ребрам. Бил сильно, но без злобы, желая дать понять кто теперь главный. Затем подтащил шокированного от боли Лягушонка к ближайшему стулу и усадив, обыскал.

– Ты что творишь утырок, ты знаешь, с кем я работаю? – промычал тот, слегка придя в себя. Теперь торгаш был без очков и на него смотрели жабьи, навыкате глаза. Теперь понятно, откуда взялось такое погоняло.

– С нетерпеньем жду, что ты мне это сейчас и проквакаешь. Персональные зенитные комплексы земля-воздух. Сечёшь паренек, о чем я?

– Нет, – только попробовал начать отпираться тот, как он снова ударил.

Лягушонок тяжело крякнул и вместе со стулом повалился на пол, потеряв сознание.

– Твою же за ногу – выругался Грегор, наклоняясь над ним. Торгаш действительно был в отключке. И сейчас же, шестым чувством ощутил, что позади кто-то есть. Краем глаза заметил движение, тень метнулась к нему. Среагировал мгновенно. Быстрый удар ногой в сторону движения не нашел цели, а на голову в то же мгновенье обрушилось что-то тяжёлое. В глазах потемнело, комната и две фигуры, нависшие над ним, расплылись, и он потерял сознание.

Глава 6

Столичная агломерация, Пента

12 сентября, 10:30

Скучно. Одно только название, Центр физиогномики и идентификации личности, наводило зеленную тоску. А он уже здесь целый час. Нет, не такой должна быть служба оперативника СБ. Год назад, по окончанию академии, его переполняли надежды на интересную насыщенную опасностями и тайнами карьеру, а вместо этого, рутинные задания, незамысловатые поручения, в общем, оказался мальчишкой на побегушках.

И сегодня, как всегда, дурацкий гало образ таинственного полковника. Почему я? Черч общался с ним гораздо больше, ему и карты в руки.

– Дедовщина, – ответил Джо сам себе и улыбнулся вспомнив, а миниатюрной шатенке, встретившей его в фойе ЦФИЛ и зародившей луч надежды, что задание будет не таким уж унылым. Тем более она так мило ему улыбалась. Но и тут не срослось. Красотка оказалась только администратором. Вместо того, чтобы предложить выпить вдвоем кофе с продолжением, она провела его по длинному коридору и передала в руки настоящего эксперта. Вот этого. Пожилого, лысого, с избыточным весом. Доктор Апельштерн, чья бледная рыхлая кожа и голубые слезящиеся глаза окончательно испортили ему настроение.

– Ну, что скажете? – устало спросил его Апельштерн, возвращая в реальность. Джо ещё раз оглядел получившийся результат.

Здоровенный шрам через всю левую половину лица, глаза навыкате и огромное родимое пятно посреди лба. Ярко-красного цвета, по форме напоминающее сердце. Монстр мало напоминал полковника, но хотя бы последние десяток минут ему не было скучно.

Он долго смотрел на голограмму, несколько раз обошел кругом, пока потерявший терпение эксперт опять не спросил:

– Ну, что младший лейтенант Вермблум, гало копия похожа на оригинал?

Снова обойдя гало полковника, Джо остановился спереди и театрально подперев подбородок рукой ещё несколько секунд смотрел на голограмму с задумчивым видом затем произнес.

– Да очень, напоминает мою тётушку, премилая женщина, знаете ли. Хотите познакомлю?

– Вы, что издеваетесь, лейтенант? – лицо физиономиста на миг исказилось: Я доложу о вашем неподобающем поведении начальству!

Эх, как его перекосило. Он совсем шуток не понимает или я немного переборщил?

– Да бросьте, я же пошутил. Уберите шрам и родимое пятно, сделайте глаза, как прежде и получится полковник Подрез, как живой, – поспешил он сгладить ситуацию.

Громко вздохнувший Апельштерн сдержался и ничего не ответил, а голограмма приобрела нормальный вид.

– Да это он, я узнал негодяя, – снова не сумев удержаться, наиграно громко воскликнул Джо. эта шутка, как и предыдущие, отклика у единственного зрителя не нашла, физиогномист лишь снова громко вздохнул. Уже привычный к такой реакции, он не смутился и вызвал Сорокина.

– Закончил? – как обычно, без приветствий начал Черч.

– Ага, составил портрет этого полковника, – оживлённо заговорил он: Как живой. Точная копия. Ну, что выезжаю к тебе?

– Покажи.

Джо повернул экран так, чтобы напарник смог рассмотреть гало проекцию и тот несколько секунд молча вглядывался в голографическое лицо. Затем кивнул:

– Похож, выезжай. Только пусть проведут его по протоколу 16-27J.

– Хорошо. Космопорт, муниципальная полиция, армейская СБ, пожарная, – он широко улыбнулся: И ветеринарная служба.

– Последним особенно стоит проявить инициативу и бдительность, – лицо Сорокина осталось по-прежнему серьезным: До встречи.

Экран погас. Что-то он сегодня мрачен. Хотя, когда Черч был другим?

– Упакуйте, пожалуйста, – он улыбнулся еще шире и махнул в сторону гало проекции: Наш размётчик и фасон. Вы слышали, что сказал мой напарник?

– Нет, – физиогномист, тихо копошившийся за с толом в дальнем углу, взглянул на него с неодобрением. – Подслушивать неприлично, тем более это категорически запрещено Уставом СБ. Пункт семьдесят два…

Ну, вот, опять. Мало мне Черч всё время своим любимым Уставом тычет. Теперь ещё и эта «крыса» голографическая будет поучать.

–Вот ведь где парадокс, – перебил он Апельштерна: Организации по природе, обязанной подслушивать, собственный Устав запрещает это делать. этого красавчика, нужно провести по протоколу 16-27J.

– Хорошо, – эксперт кивнул и неразборчиво буркнув под нос, задвигал пальцами по экрану, развернутому над столом, затем поднял на него глаза: Всё, ваш подопечный в системе. Что-то еще лейтенант? – вопреки вежливому обращению, весь его вид говорил о желании как можно быстрее выпроводить малоприятного посетителя и Джо, уже собравшийся уйти, не смог отказать себе в удовольствии ещё немного задержаться.

– Одна минута, я сильно не отвлеку, – он улыбнулся, тут физиономист, не таясь тяжело вздохнул и Джо, вполне довольный, продолжил: И как быстро он найдется, какова эффективность системы поиска?

Зависит от вашей удачи или его невезения, – Апельштерн впервые улыбнулся, зрелище оказалось не из приятных: Но если выражаться объективными величинами, то вероятность обнаружение коррелируется со временем поиска. Чем больше времени, тем эффективней. Первые двенадцать часов около сорока процентов, через восемнадцать – около семидесяти, а к окончанию первых суток – девяносто девять с десятыми долями. Провести анализ более трёх миллиардов населения планеты быстрее не получится.

– Хорошо, а если его не окажется в базе данных Надежды?

– Вы имеете в виду, что он прибыл с других планет Альянса? – уточнил физиогномист: Тогда срок поиска увеличивается, примерно на пару дней на каждую из планет с учетом получения актуальных на сегодняшний момент данных. Если же он вообще не гражданин Альянса, то это как раз те десятые доли процента не обнаруженных. Кроме этого, «Галас» при первичном не обнаружении объекта начинает его поиск среди умерших или пропавших без вести за прошедшие пятьдесят лет. Иногда это срабатывает.

– то есть ваша нейросеть не всемогуща? – он вложил в интонацию максимум сарказма, но эксперт неожиданно не остался в долгу, он развел руками:

– Да, конечно. Но «Галас» вынуждена работать с данными, которые получает. Не ее вина, что в Альянс до сих пор могут проникнуть несанкционированные посетители. Ведь это же ваша работа – Апельштерн ухмыльнулся. Это так не понравилась и задело, что ему захотелось навсегда отучить эту лабораторную крысу поучать. И как обычно, ничего подходящего в рамках законодательства сейчас в голову не приходило.

– А что будет делать ваша нейросеть, если объект изменил внешность? – попробовал сбить он спесь с визави.

– Об этом вообще не стоит беспокоится. . Система учитывает все данные, что вы дали нам. Время, проведенное здесь, не прошло даром. Лейтенант, я не зря по нескольку раз уточнял у вас рост, длину ног, рук, стоп и…

– Но все эти данные крайне примерны, – уверенность собеседника раздражала: Я же не закройщик или гробовщик из старых романов, которым хватало мимолетного взгляда, чтобы снять с человека мерку.

– Конечно, но не стоит волноваться. Алгоритм слишком сложен чтобы изложить его даже за пару дней. Просто поверьте. Эта самообучающаяся нейросеть, и она на службе Альянса больше сотни лет. Число найденных ею беглецов, преступников и потерянных колоссально и не все они, как вы понимаете, хотели, чтобы их нашли. Поэтому эти хитрые способы маскировки и изменения внешности. Все эти импланты , искусственная кожа и тому подобные штуки, для нее детские игрушки. Системе известно о каждом из нас гораздо больше, чем нам самим. Например, хотите узнаем, что-нибудь о вас, лейтенант?

Неожиданность предложение смутило. Нет, грехи за мной отсутствуют, иначе не быть мне в СБ, но туманные перспективы…

– нет, не стоит. Давайте лучше посмотрим профиль этой девушки, вашего администратора…

– Ариэль? Нет, это невозможно, ведь ее нет здесь, и она не давала своего согласия на это.

Вот ты, собака на сене.

У самого, наверняка, уже давно есть её обнаженная галомодель, лицемер.

– я просто вас проверял. Расслабитесь, Устав СБ, наше всё. И последний вопрос, есть ли, пусть и теоретически, способ обмануть «Галас»?

На мгновенье Апельштейн замер, словно раздумывая, стоит ли еще о чем-то рассказывать. Но затем, видимо решив, что это единственный вариант избавиться от него, сказал:

– единственны способ, это удаление или подменна данных личности. Но вся информация в системе защищена многоступенчатой сеткой блок-чейнов, да и сама нейросеть будет сопротивляться этому. Ну и еще такие действия противоречат правилам.

– Спасибо, – не удержавшись, Джо улыбнулся, по его опыту, единственное, что люди любили в правилах, было их нарушать.

Глава 7

Столичная Агломерация, Солнечный холм

13 сентября, 10:47

Он вышел на балкон, чьё выпуклое остекление создавало иллюзию полёта над раскинувшимся мегаполисом. Городом его мечты, как ему стало понятно пока автоматический транзитшатл вез их от пассажирского терминала. Бесконечные многополосные магистрали и бульвары тянулись к самой линии горизонта, пересекаясь под прямыми углами, образуя лабиринты путепроводов, туннелей и эстакад, призванных обеспечивать беспрерывное движение

Оно было повсюду, мимо проносились и обгоняли друг друга пассажирские шаттлы, грузовые платформы и частные электрокары.

Временами мелькавшие за окном шаттла стеклянные конусы, дуги и шпили зданий сменяла густая зелень парков, своими размерами, походившими на леса. в такие моменты вдали становились видны две главные доминанты бесконечной агломерации, Пента и Легион-холл. Даже на фоне многочисленных небоскребов эти два циклопических сооружения подавляли всё вокруг.

– Серега, а наша жизнь начинает налаживаться. Здесь отличный мини бар с бот-шейкером. Больше тысячи рецептов, – вышедший следом Харп продемонстрировал внушительного размера стакан, наполовину заполненный черной опалесцирующей жидкостью. Что это выяснять не хотелось. Патрик отхлебнул подозрительного субстрата, подошел вплотную к стеклу и то ли в шутку, то ли в серьёз предложил: Приоткроем окошко? Орди, – обратился он к голосовому виртпомощнику номера: Открыть стекло балкона!

Вначале показалось, что ничего не происходит и все по-прежнему. Но затем от пола начала подниматься тонкая полоса металла словно впаянная в стекло по всей его длине. На уровне пояса она замерла, а стекло, казавшееся с ней единым целым, продолжило подъем. Во всё больше расширяющуюся щель с нарастающим свистом ворвался ледяной ветер.

Порыв с легкостью взлохматил волосы, в кожу впились морозные иголки, а по спине сбежало стадо мурашек.

– Пат, давай закроем. На таком ветру и простыть недолго.

– Сейчас. На, подержи. Можешь попробовать, пока наш трезвенник не видит, – Харп всунул ему руку свой стакан и перегнулся через стеклянный парапет, на секунду его рыжая макушка опустилась ниже линией плеч.

– Пат, бросай дурить. Что ты там пытаешься разглядеть? – он сам никогда не боялся высоты, но видеть, как кто-то другой перевешивается через незримый барьер на такой высоте, без содрогания не мог.

– Ничего, просто плюнул вниз. Надеюсь, что смог попасть какой-нибудь местной шишке прямо на макушку, – Харп оттолкнулся от парапета руками и легко отскочил назад. Забрав свой стакан, он отсалютовал им: Предлагаю выпить за успех миссии «Плевок справедливости» и главное, сделать её регулярной!

– Балбес. Пожалей свою печень, – отвернувшись от приятеля, он снова посмотрел на один из лучших, если поверить рекламе отеля, видов на столицу Альянса.

Бесконечный хаос городской застройки проносившейся за стеклом транс-шаттла, превратился в шахматную доску кварталов и парков.

На востоке, темным монументом высилась Пента, форпост колонизации, крепость двадцать второго века, за чьи 30 метровые стены экскурсии не предполагались. а

Еще дальше и южнее, между горной грядой и Пентой пролегли бескрайние бетонные поля космопорта, на которых просматривались замысловатые формы посадочных челноков.

– Серёга, ты чего залип? Глаза уже от ветра красные. Давай закроем форточку, а то тебя продует, – Патрик хлопнул его по плечу: Пошли в внутрь, там в каталоге пара классных рецептов есть, я сейчас чего-нибудь намешаю, – и не дожидаясь его, вернулся в гостиную.

Он ещё немного постоял в одиночестве, глядя на город, который был везде, куда мог достать взгляд и всё равно, это была лишь малая толика гигантской агломерации.

– Налюбовался? – вольготно развалившийся на диване Харп отхлебнул из стакана и хлопнул по кожаному сиденью: Как думаешь, это натуральная или эко?

– Не знаю, – он сел в кресло напротив и развернул галоэкран: Наверное, искусственная.

– Эко кожа, первый признак дешевизны. Наверняка, в этом кукурузнике есть номера и получше. Какой-нибудь президентский супер-пупер люкс-шлюкс. И уж, если об этом зашел разговор, может кого-нибудь пригласим в номер?

– К сожалению, среди нас нет президентов-шмазидентов. Помню, когда мы познакомились, ты жил в крошечной студии. Вот только не помню, Пат, было ли в ней что-то из эко кожи?

Легкий укол правды, не способный задеть и тем более обидеть Харпа. Кажется, ничего такого вообще нет.

– Да, это так, – хмыкнув, Патрик сделал глоток из уже почти пустого стакана: в те славные времена у меня уже была собственная жилплощадь. А у тебя только контрольный браслет контракта. Чудесное было время… тогда мы умели веселиться, не то что сейчас. Но я тебя, Серёга, не виню. У тебя эта… как её… психическая травма. Синдром нищеброда, наверно поэтому, ты всегда довольствуешься малым…

А вот ему, в отличии от меня, всегда удаётся достать до печёнок. Такой, вот у него талант…

– Если хотите я могу выбросить его с балкона, – неожиданно предложил до этого молчавший Игорь.

– звучит заманчиво, – он рассмеялся, глядя на вытянувшееся лицо Харпа: Разве что немного попозже. У меня на этого доктора Фрейда еще есть планы.

– Ах, вы так, двое против одного?! – Патрик вскочил на ноги и не выпуская стакана, занял боевую стойку: Давай-давай, подходи! От тебя, Игорек, такого не ожидал, ведь он же нас с тобой эксплуатирует, олигарх проклятый. Берегитесь оба, стиль этой… обезьяны в действии!

– Пат, брось придуряться, – без смеха смотреть на это зрелище было невозможно: а то сниму тебя на видео и сброшу Максу со всеми вытекающими!

–Хорошо, уговорил. Принимаю твою капитуляцию, – Харп повалился обратно на диван: И все же, Серёг, у меня уже панические атаки, когда вижу, как ты листаешь этот путеводитель по местным убогим достопримечательностям. Давай, выкладывай каких свиней ты намерен нам подложить. – Хорошо, открою карты, – он, загибая пальцы начал перечислять: Первое это Дворец собраний Альянса, второе – Легион холл, третье – Барьерная гряда.

Харп не дослушав, лишь махнул рукой.

– Хочешь узнать людей – и местные нравы без прикрас? Иди в бар, а эти твои достопримечательности – пустая трата времени. Я тут читал… ладно, только не надо так смотреть! Видел ролик местного виртблогера. Тут не меньше сотни кварталов, полностью отданных под развлекуху!

– Мой отец говорил, – как всегда неожиданно произнес Игорь, хочешь узнать народ сходи на его кладбище.

– Игорёк, к чему этот некрокреатив?! – Патрик закатил глаза: Давайте будем общаться с веселыми пьяными людьми, особенно противоположного пола…

– А мне нравится эта идея, – при этих его словах, Харп тихо застонал.

Глава 8

Столичная агломерация, район Первого города

13 сентября, 11:05

Человечество уже давно решило, что жизнь переменчивая штука. Кто-то делит ее на черно-белые полосы, кто-то ориентируется на то место, каким к нему повернута фортуна. Он в этом плане был стойким пессимистом. Никаких белых полос. Его жизнь, это чан фекалий, уровень которых, то поднимался, то снижался. Однако дно ещё не разу Грегору не показалось. Сейчас эта ёмкость была переполнена и содержимое готово начать выливаться наружу.

МакИсл чувствовал, что сидит на стуле, надежно связанный по рукам и ногам. В голове пусто, лишь жутко трещит, словно внутри допотопная трансформаторная будка. «Интересно, чем и главное кто сумел меня так приложить»? Осторожно приоткрыл веки. Вначале показалось, что у него двоится в глазах, но нет, это просто близняшки. Парочка крепких парней, криминального вида. Первое впечатление не обмануло, парнишки и вправду были совершенно одинаковы. Совпадали даже татуировки на лысых головах, оскаленный череп, то ли собачий, то ли волчий.

«Отличная парочка, однако лично для него, перспективы не радужные. Грегор скосил взгляд. Оказывается, его не только связали, но и примотали к стулу. Широкий армированный скотч, каким обычно крепят грузы при транспортировке. Прикинул шансы выбраться самостоятельно, они стремились к нулю.

–Очухался, рыжая тварь? Вик, вмажь по его гнусной харе, – скомандовал от куда-то сбоку Лягушонок. Ближайший из близнецов выполнил приказ. Спокойно, совершенно без эмоций. Здоровенный кулак впился в переносицу. Нос противно хрустнул, сразу же по губам на подбородок потекла теплая струйка. Удар у парнишки поставлен профессионально. Настроения, этот факт не улучшал.

–Ну, хоть на что-то вы годитесь дебилы, – в голосе торговца почувствовалось удовлетворение, он порывисто шагнул в поле зрения. Ну, хотя бы у этого вид тоже потрёпанный. Очки исчезли, теперь хорошо были видны признаки его амолового порока: почти красные белки глаз, пронизанные густой сетью расширенных сосудов. Под правым уже налился темный кровоподтек, нос свернут на сторону.

–Этим двоим ничего нельзя доверить, – неожиданно миролюбиво обратился к нему Лягушонок: Ничего не понимают. Сотню раз говорил, быть начеку и охранять меня. А эти однояйцовые придурки, опять заныкались среди ящиков и спокойно себе рубятся в свои игрульки…

– Да, молодежь сейчас не та, что раньше, – вполне искренне согласился МакИсл.

– Приятно, когда тебя понимают. Не разочаруй меня и ответь, кто тебя подослал – Серхио или эта падла Войс?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.