Адриана Дари
(Не) желанная для генерала-дракона

Глава 1

“Ох ты ж, ничего себе!” – проносится в моей голове, когда я распахиваю глаза.

Широкая мужская спина с рельефными мышцами, узкие бёдра, и… да что там, классная попа, на которую сильные руки не спеша натягивают белую ткань нижнего белья.

Какой кхм… интересный сон. Права была Кира, хватит мне киснуть, пора уже нового мужика искать. Вот, уже сны эротические снятся.

Мужчина в моём сне проводит мускулистой, с красивыми выпирающими тяжами вен, рукой по длинным, по плечи, волосам, и задумывается. Я прослеживаю за его взглядом – он смотрит на туалетный столик с зеркалом, около которого стоит множество пузырьков.

Обстановка вокруг богатая и немного вычурная, словно я в интерьере исторического фильма. Так, но где же самое интересное? Разве мужчина не должен наоборот, повернуться ко мне и раздеваться? Зачем он за штаны-то надевает?

Тем временем мышцы на широкой спине напрягаются, мужчина подходит к столику, хватает один из пузырьков, и резко поворачивается ко мне.

Наконец-то, я разгляжу его и с этой стороны! Он ожидаемо хорошо сложен: развитые грудные мышцы, упругость которых так и хочется проверить пальцем, шесть кубиков, выраженные косые мышцы, уходящие в… Интересно как, штаны на пуговицах. Образ соответствует антуражу.

– Что это такое? – с тихой угрозой раскатистым низким голосом говорит мужчина.

Ох… голос тоже хорош. Только вот почему моя сексуальная фантазия в гневе? Брови сдвинуты, сжимает флакон до побелевших костяшек, а взглядом готов испепелить меня на месте.

И ладно, это же сон. Надо подумать о чём-то другом, и обстоятельства сменятся. Я зажмуриваюсь и поворачиваюсь на другой бок, укрываясь одеялом с головой.

Но новый сон не успевает прийти: кто-то резко и неожиданно сдёргивает с меня одеяло. Холодно.

Я ищу рукой одеяло и сонно бурчу:

– Кира, еще пять минут, – ну не может же это быть тот хмурый красавчик.

– Дарина! Как давно ты принимаешь пустоцвет? – гремит мужской голос из сна.

В нос ударяет странный запах, похожий на аромат ландышей. Холодный воздух касается моей кожи. ВСЕЙ кожи. Я приподнимаюсь на кровати и замечаю, что абсолютно голая. Интересный поворот.

Спешно хватаю огромную белоснежную подушку и прикрываюсь ею.

Стоп. Всё слишком странно и реально для сна. Звуки, запахи, ощущения шёлковой ткани под пальцами… Что происходит?

– Молчишь? – тихо рычит неизвестный. – Где же твоя обычная болтливость?

Кручу головой в поисках того, к кому обращается разгневанный красавчик. Но в огромной спальне только мы.

– Я? – уточняю, осторожно взглянув на мужчину.

Он усмехается, а в глазах сталь. Опускает одно колено на кровать, рядом с моим бедром, и опасно приближается. Я отползаю, но он сильной ладонью хватает меня за затылок, больно сжав волосы.

– Ай, – вырывается у меня.

– Дрянь, – приближает своё лицо он ко мне и заставляет смотреть в глаза, – ты с самого начала не собиралась рожать от меня. Но теперь все будет по-моему.

Острая вспышка боли пронзает висок. Словно поток воды, меня накрывают воспоминания.

Не мои воспоминания – чужие. Я понимаю это почти сразу, и я не хочу их видеть, хочу прекратить это. Хочу, чтобы всё вокруг оказалось сном… Но они продолжают врываться в мою память.

Вот “меня” делают невестой. Лицо сестры, которая сама рассчитывала на этот брак, неприятно искажается. Вот мы с женихом совершаем обряд и меняемся амулетами. Теперь “я” жена. Время первой брачной ночи: “я” выгоняю служанок и достаю из потайного кармана флакончик с ароматом ландыша…

Больше я не могу и усилием воли выныриваю из чужих воспоминаний. Тяжело дышать, с губ срывается стон, и я чувствую, как по виску скатывается капля пота.

Не могу поверить. Сомнений нет – я оказалась в теле этой молодой женщины, Дарины. Это реальность, не сон. Но как, почему, зачем? Черт!

Хочу вспомнить то, что делала перед тем, как оказалась здесь – может, это даст мне подсказку, чтобы хоть что-то понять. Но к своему ужасу, не могу, не помню.

Глаза распахиваются, на меня накатывает паника…

– Неужели забеспокоилась? – с насмешкой спрашивает Изар, выгнув бровь.

Теперь я знаю, кто передо мной. Муж Дарины, генерал королевства драконов. Уже полгода как муж. Тот, кто женился на ней из-за сильной и редкой магии, которая проявилась у Дарины довольно поздно. И тот, от кого она почему-то не хочет иметь детей.

И мне повезло “попасть” в это тело именно в тот момент, когда муж обнаружил обман жены. Я тут совсем ни при чём, можно, они как-то без меня разберутся? Хочется зарыться в одеяло и плакать. Но Изар скинул одеяло на пол, так что даже этого у меня не выйдет.

– Отпусти, – всхлипываю.

– Объяснений я так и не дождусь? – жестко говорит он. – Что ж. Больше у тебя этого не выйдет.

Он приближается и впивается в мои губы жалящим поцелуем, совершенно далеким от тех романтических, о которых мечтает каждая девушка.

Мычу, вырываюсь и в итоге кусаю Изара за нижнюю губу. Я на это не подписывалась! Он, конечно, не в курсе, но мы вообще-то совсем не знакомы!

Изар резко отпускает меня, отстраняется и касается пальцем губы. Смотрит на меня с прищуром и каким-то интересом.

– Не понравилось? – хмыкает он. – Ты, кажется, не понимаешь, насколько я сейчас был нежен и тактичен. Может, отдать тебя взводу солдат, чтобы ты почувствовала разницу? Раз уж ты все равно выпила настойку?

– Сволочь, – холодея, отодвигаюсь я.

Учитывая историческую обстановку вокруг, угроза может быть вполне реальной. Страх тугим кольцом сжимает грудь, я в полной мере осознаю, где я нахожусь и кто я… Никто! Память Дарины подсказывает, что я почти бесправное существо по местным законам. Точнее, мои интересы должен защищать муж, а перед мужем я полностью беззащитна.

Надо бежать. Пока не знаю как, но надо найти способ вернуться в свой мир. На крайний случай сбежать от “мужа” и начать жизнь под другим именем.

Но конкретно сейчас я могу только в страхе смотреть в льдистые, голубые глаза Изара, и надеяться, что угроза была просто угрозой.

– Я позову тебе лекаря. Он скажет, когда яд выйдет из твоего тела и ты сможешь зачать. И пока ты не понесешь, не покинешь этой комнаты. И ни одна живая душа в этом замке не заговорит с тобой.

Изар накидывает свою рубашку и широкими шагами выходит из комнаты. Все его движения говорят о том, что чувствует себя здесь хозяином. Он – власть. А я… Будущий инкубатор для его ребенка?

Глава 2

Меня колотит от испуга. Какого черта вообще происходит? Может, я все-таки проснусь? Рассказали б мне о том, что я буду голая дрожать в спальне… дракона… Дракона, твою мать! Никогда бы не поверила и послала бы куда подальше.

Но вот она, я. Запертая, униженная и совершенно не понимающая,что теперь делать.

Мириться с ультиматумом этого тирана я точно не собираюсь. Ребенка ему надо срочно заделать.

Нет, я не против детей. Даже за. Но не прямо сейчас и не от того, кого вижу в первый раз в жизни!

Встаю с кровати и ищу взглядом, что можно надеть. Такое ощущение, что он пришел, а Дарина уже ждала его голышом – ни малейшего намека на платье или ночнушку нет. Поднимаю тонкое покрывало и прижимаю к себе. Гладкий шелк прохладой струится по моему телу, возвращая мне хоть немного чувства защищенности.

Деревянный пол теплый, даже несмотря на то, что камин в углу не разожжен. Это позволяет надеяться, что за окнами я не столкнусь с высокими снегами и метелью. Сбежать будет проще.

Иду к резному комоду из красного дерева мимо того самого туалетного столика, на котором и обнаружился злосчастный пузырек. Я даже вздрагиваю от того, что боковым зрением вижу кого-то в зеркале. Замираю, медленно перевожу взгляд и всматриваюсь.

Это теперь я?

На меня смотрит испуганная немного растрёпанная блондинка. Трогаю пухлые очерченные губы, касаюсь пальцами мягких чуть волнистых волос, захватываю шелковистую прядь и накручиваю на палец. Пахнут мятой.

А Дарина вполне ничего. Кожа молочно-белая, будто “я” не выходила на солнце и до того, как меня тут заперли.

Напрягаю память, но не нахожу воспоминаний о прогулках. Но я так сопротивлялась этим нахлынувшим картинкам и эмоциям, что, кажется, получила не все. То есть, могу просто не помнить. Интересно, они еще раз появятся в моей голове? Или мне так и придется собирать все по крупицам?

Впрочем, выгляжу “я” вполне здоровой, так что на свежем воздухе бывала. Кстати, о нём… надо бы ускориться.

Выдвигаю тяжеленный ящик комода, буквально под завязку набитый… мужским бельем. Черт. Это не то.

Упираюсь всем телом, роняю покрывало, но все-таки задвигаю ящик. Как они вообще с ними справляются? Хотя, ответ очевиден – для этого есть служанки.

Во втором ящике нахожу тонкую белоснежную, но хотя бы не прозрачную, льняную сорочку с длинными рукавами. Наспех надеваю и туго завязываю ленты ворота. Это на случай если за окном плац и рота солдат, которым обещал меня отдать Изар. То есть чтобы голой перед ними не мелькать.

Подхожу к окну, сдвигаю что-то типа шпингалета, распахиваю створки, скрипнув петлями, и выглядываю на улицу.

А улицы-то и нет. В лицо ударяет влажный солёный ветер, а перед глазами до горизонта сверкает на солнце море. Перевожу взгляд вниз и пошатываюсь, от того, что кружится голова. Ниже окна каменная стена уходит в отвесную скалу.

Так вот почему Изар так спокойно оставил меня тут, в комнате, где окна закрываются на простейшую задвижку. Мне просто отсюда никуда не деться. Вряд ли длины связанных друг с другом простыней и одежды хватит, чтобы спуститься. Да я ещё и плавать не умею…

Черт. Вот говорил мне дед: прыгай с лодки и плыви. А я что? А я трусила. Вот и сейчас… трушу.

Отшатываюсь от окна и сажусь прямо на пол. Нужен другой план. Слишком страшно, я не рискну. Это самоубийство.

Какие ещё есть варианты? Магия? В голове очень мало воспоминаний Дарины о том, как использовать магию. И когда я об этом думаю, начинает сильно болеть голова.

Откладываю пока что это дело и осматриваю комнату. Надо знать, что тут лежит и что я смогу использовать в случае чего. Ведь помимо побега мне надо думать, как избежать… зачатия. От этой мысли по телу пробегают мурашки. Лучше бы избежать не только зачатия, но и того… чем занимаются для этого.

Когда щёлкает замок двери, я совсем не готова. Даже подсвечник в руки взять не успела. Пячусь к стене и с опасением смотрю на открывающуюся дверь.

Изар решил вернуться? Настойка, которую выпила Дарина, ещё действует, так что формально причин у него возвращаться нет. Только если решит меня пытать, чтобы ответила на его вопросы. Только ведь я на них не смогу ответить…

Но это всего лишь семейный лечащий врач, и я с облегчением расслабляюсь, приложив ладонь к груди и выдохнув.

– Добрый день, – почти автоматически здороваюсь я.

В памяти даже всплывает имя врача, доктор Фелерик. А также то, что он любитель выпить по пятницам. Я неловко улыбаюсь.

Фелерик смотрит на меня как-то странно, но ничего не говорит.

– Доктор Фелерик, почему вы вошли без стука? – хмурюсь и делаю серьёзный вид, надеясь, что веду себя примерно как и хозяйка тела. Врач и правда раньше себе такого не позволял, насколько я могу судить.

Но он будто меня игнорирует и продолжает молчать. Точно, Изар же запретил всем в замке разговаривать со мной. Поджимаю губы от досады. Эх, мне бы его помощь не помешала! Но я не знаю, через кого Дарина брала эту настойку и кто в замке на её стороне.

Врач светит мне чем-то, похожим на фонарик, в глаза, жестом просит меня открыть рот и разглядывает горло. Слушает сердце, приложив трубочку, украшенную сложным рисунком. Чувствую себя на приеме в районной поликлинике. Делаю вывод, что медицина тут у них отстаёт.

Хотя учитывая то, что у них есть магия, могли бы и что-то магическое для врачей придумать. Какой-нибудь магический сканер.

– Доктор Фелерик, думаю, приказ мужа не говорить со мной не распространялся на вас. Вам же нужно задать вопросы, чтобы правильно собрать анамнез.

Врач удивлённо вскидывает брови, а потом мотает головой. Упрямый.

– Изар же даже не узнает, – бормочу я недовольно.

Но и это, кажется, не убеждает врача. Он находит взглядом лежащий на полу пустой пузырёк и подбирает его. Между бровями появляется глубокая складка, а глаза недовольно сужаются. Кажется, у него это высшая степень неодобрения.

Он разворачивается, чтобы уйти. Уже всё? Нет, мне надо его задержать.

Кидаюсь к врачу и хватаю его за рукав. Делаю максимально жалостливые глаза. Фелерик замирает, напрягается.

– Не уходите! Прошу! Вы же знаете, в какой ситуации я оказалась. Мне… мне просто нужно немного времени. Доктор Фелерик, скажите Изару, что мне нужен месяц, прежде чем я смогу зачать.

Он слушает внимательно, во взгляде мелькает сочувствие. Кажется, у меня получается.

– Всего лишь скажите, что раньше, чем через месяц, ничего не получится. А я отблагодарю вас… – понимаю, что звучит двусмысленно и быстро добавляю: – Хорошим вином. У меня как раз есть несколько коллекционных экземпляров. Хотите их все?

Врач хмурится и, к моему счастью, кивает. Отлично! Отсрочка – это уже хорошо. Успеваю даже облегченно выдохнуть, а вот договорить мы не успеваем.

Дверь открывается, широко, на полную. На пороге стоит Изар и сверлит взглядом нас с врачом.

Воздух в спальне сразу холодеет, и я думаю о том, что, может, и разжечь камин… Хмурюсь, не понимая, что от меня хочет этот дракон. А потом понимаю, что держу Фелерика за рукав, и одета в первую попавшуюся ночнушку…

Пусть даже и закрытая, она выглядит, как летнее лёгкое платье, но память хозяйки тела уверена, что я, можно сказать, в нижнем белье.

Первый порыв – спрятаться, как нашкодивший котёнок и как-то сгладить ситуацию. Но потом я решаю, что Изар сам виноват. Отправил врача, а не служанку, а я ведь в своей комнате и могла вообще быть голой, просто спать дальше. Об этом он не подумал?

– Фелерик, как результаты? – холодно спрашивает Изар, делая вид, что я просто предмет мебели.

Когда гневный взгляд “мужа” направлен не на меня, становится легче. Я замечаю остальные детали. Изар одет в рубашку и жилет, гармонирующий со штанами. Значит, он успел привести себя в порядок, а я тут оставайся как чучело?

На Изаре все сидит как влитое и подчёркивает фигуру, а прямая осанка и то, как он держится, добавляют властности. Его хочется слушаться, это просто первый естественный порыв, который приходится подавлять.

За спиной у Изара тележка-поднос, а вот служанки не видно. Неужели, прикатил сам? Настолько не доверяет всему дому, что думает, мне с едой что-то передадут? Похоже, то, что он генерал, накладывает отпечаток на его личность.

– Эффект от пустоцвета временный, – говорит врач, вытирая испарину со лба.

– Это всем известно, – раздражённо перебивает Изар.

– Госпожа будет готова к зачатию, как только вещество выйдет из её тела…

– Когда? – нетерпеливо рычит дракон.

– Не скоро… через ме… – глаза у врача бегают, он не выдерживает давления Изара. – Через две недели.

– Когда? – вздёргивает бровь “муж”, давая понять, что ни черта не поверил.

– Через недельку, – совсем сжимается Фелерик. – Сложно сказать, организм – штука индивидуальная.

Врач замолкает. Изар тоже молчит, просто смотрит на Фелерика, чуть прищурившись. Я в шоке и не знаю, что и делать. Наступить врачу на ногу? При Изаре это будет слишком странно и подозрительно.

Ладно, неделя, так неделя. Хоть что-то.

– Ваш окончательныйй ответ? – уточняет Изар, с лёгкой насмешкой склонив голову.

– Через два дня вы можете уже приступать, – сглатывает Фелерик.

Глава 3

“Твою мать…” – и ещё много других гораздо более неприличных ругательств проносится в моей голове, когда Фелерик бросает на меня извиняющийся взгляд и, после приказа Изара, покидает комнату.

Два дня. Два грёбаных дня остаётся до того момента, как вот этот вот невыносимо деспотичный и, на мою беду, разозлённый дракон начнёт… Что он начнёт? Эм… Делать мне ребёнка?

Закрываю глаза руками, стараясь выкинуть из головы картинки, которые мне услужливо подкидывает воображение при мысли о том, как это будет происходить. А всё почему? Потому что Кира давно мне говорила, ищи мужика. Нашла бы, вот и не шалила бы сейчас фантазия.

Дверь хлопает, закрывшись, и я понимаю, что с этим драконо-тираном мы опять остаёмся наедине. У меня напрягаются все органы чувств, потому что отнимать руки от глаз и смотреть на “своего” мужа я не хочу.

Чувствую, как ветерок пробегается по мне и чуть взъерошивает волосы, ощущаю запах солёного моря, смешивающийся с остротой чёрного перца и свежестью бергамота. Катятся колёса тележки, тихо поскрипывая и шоркая по полу.

– Ешь, – командным низким голосом приказывает Изар.

Слышу металлический стук, а потом живот скручивает от обалденного запаха свежей выпечки. Если прибавить к нему аромат крепкого кофе, явно не самого дешёвого сорта, то я уже готова простить дракону все угрозы.

Так, хватит. Надо взять себя в руки. А то что это он? Решил, что вот так может мной манипулировать? Ну уж нет!

Убираю руки от лица, выпрямляюсь и твёрдо заявляю, пытаясь не пялиться на аппетитный круассан с шоколадной глазурью на белоснежной фарфоровой тарелке.

– Я не буду есть, пока ты меня не выпустишь.

На него моё заявление не производит ни малейшего впечатления. Он прислоняется плечом к комоду и смотрит на меня, подняв бровь.

– Тогда в твоих интересах сделать всё как можно быстрее, – уголок рта издевательски ползёт вверх. – Но увы, сейчас можем только потренироваться.

Изар демонстративно тянется к золотистой пряжке на брюках. Я вздрагиваю, автоматически отхожу немного, а потом вспоминаю, что позади как раз кровать. И вообще, я собиралась спорить.

– И что? Будешь насиловать? – поднимаю подбородок и стараюсь не показывать страха.

– Зачем же? – небрежно говорит он. – Я начну, а ты потом просто не захочешь останавливаться.

Какой самоуверенный индюк! Ну ведь индюк же! Никак до дракона не дотягивает!

– Ошибаешься! – немного истерично восклицаю я. – Никогда тебя не хотела и не захочу.

Память мне подкидывает, что это действительно так. Настоящая Дарина никогда не жаждала ложиться в постель с мужем и когда могла, старательно от этого отлынивала. Но… зачем она тогда вообще хотела за Изара замуж?

Пока я пытаюсь осмыслить это всё, упускаю из вида тот факт, что своей неаккуратной фразой вывожу дракона из себя. Ох! Я ещё не успела забыть, какой он в гневе.

– Не хотела, значит? – рычит Изар и шагает ко мне.

Я отшатываюсь в испуге и падаю-таки на кровать, которая была позади! Очень вовремя. Быстрее, чем Изар успевает приблизиться, меня словно ветром сдувает с кровати, и я перемахиваю через неё. Теперь между нами это необъятное ложе шириной как минимум два с половиной метра. Аэродром буквально.

– Может, ты кого-то другого хотела? – голос Изара угрожающе грохочет в металлической вазе у входа, которая служит украшением интерьера. – На кого ты работаешь, Дарина?

О-оу… Он меня подозревает в предательстве? В том, что я принимала пустоцвет по чьему-то приказу?

Пытаюсь хоть что-то выудить из своей памяти. Ну же! Но все попытки выливаются только в пульсирующую боль в виске, от которой мутнеет в глазах и начинает подташнивать даже несмотря на то, что я не ела.

Да нет… Не может быть. Дарина просто не хотела ребёнка от этого тирана. Вот и всё. Наверное.

Изар одним лёгким движением перепрыгивает через кровать, практически ловит меня, но я уворачиваюсь и отбегаю к окну.

– Я ни на кого не работаю, – говорю я и поглядываю на разбивающиеся об отвесный берег волны. – Если я не готова к детям, это не значит, что я замышляю государственный переворот!

От этой моей фразы зрачки Изара опасно сужаются, а я, похоже, охаю вслух. Чёрт. Одно дело знать, что он дракон, а другое – вот так воочию в этом убеждаться.

Изар пользуется моей растерянностью и, молниеносно приблизившись, ловит меня за запястья. Резко подняв их, он пригвождает меня к стене рядом с окном так, что я едва касаюсь пола кончиками пальцев пола. Вот как так? Пол тёплый, а стена ледяная. Я так и спину застудить могу!

Зажмуриваюсь от того, какая ерунда лезет мне в голову, а ещё от того, как близко находится лицо его драконейшества. Второй рукой он хватает меня за подбородок:

– Смотри на меня! – командует он, и я от перепуга распахиваю глаза.

На его виске пульсирует жилка, бровь пересекает тонкий белый шрам, между нахмуренными бровями две глубокие складки, ноздри раздражённо раздуваются, на щеках лёгкая тёмная небритость, которая колется, когда он целует… Я беззастенчиво рассматриваю лицо своего “мужа”.

Но больше всего привлекают внимание его светло-голубые глаза, в которых словно маленькие искорки, горят золотые огоньки. Это завораживает, погружает в какой-то транс… время вокруг будто замедляется. И, кажется, я готова сделать всё, что бы Изар сейчас ни приказал. Хоть отдаться…

– А теперь ты расскажешь поподробнее о государственном перевороте!

В этот момент меня будто погружают в огромный чан с болью. Она пронзает каждый миллиметр моего тела мельчайшими раскалёнными иглами, разрывает меня изнутри, сначала ослепляя, а потом погружая в тёмную вязкую тишину.

Глава 4. Изар

Четвёртое перо жалобно хрустит в моей руке и ломается пополам. Сжимаю его в кулаке, на котором уже начинает появляться чешуя. “Дар-рина” – рычит возмущённый дракон.

Спокойно. Вдох-выдох. Кто управляет эмоциями, управляет всем.

Уже спокойно беру пятое перо из рук камердинера, Патрика. Понятливый парень, я рад что в своё время практически вырвал его из трущоб и дал образование. Преданней его сложно найти.

В пятый раз пытаюсь сосредоточиться на документе. И в пятый раз мысли возвращаются к жене. Никогда так много о ней не думал, как сегодня. Меня злит, что я не ожидал подвоха от кроткой и послушной обычно Дарины. Как она, однако, хорошо играла свою роль.

Ещё больше меня раздражает то, что я не понимаю причины. Почему она пила пустоцвет? Сама так захотела или кто-то надоумил? Может ли это быть происками лорда Неррита? Он каждый раз при встрече напоминает мне, что мне не получить место Правителя без наследника.

Гаргулий зад! Пятое перо с хрустом разламывается на две половины.

– Доктор Фелерик уже отправился к ней, – отстранённо, будто зачитывает сводку новостей, говорит Патрик. – Он сказал, что не стоит беспокоиться, всё это поправимо.

Понимаю, что это опять попытка меня успокоить. Только вот не получается.

Встаю и бросаю камердинеру, что проветрю голову. Но ноги сами несут меня к нашей спальне. Сразу узнаю у лекаря, когда выветрится, или что там с ним происходит, это грёбаное зелье, чтобы больше не терять времени.

Надо приставить к жене “няньку”. Ехидно ухмыляюсь. Кербина будет идеальна – с её дотошностью, она не пропустит ничего лишнего. Это на случай если кто-то из замка решит Дарине помочь и передать новую порцию зелья.

На пути мне встречается служанка с завтраком для Дарины. Приказываю оставить тележку, говорю, что отнесу сам. Служанка сперва пугается моего вида, а потом, услышав про то, что я лично хочу отнести завтрак жене, позволяет себе лёгкую улыбку. Это странное поветрие, но часть молодых служанок почему-то считает, что я мало внимания уделяю отношениям, и пытается мной манипулировать. В основном это те, кого забрала Дарина из дома.

Первое время, пока не приструнил их, то и дело слышал неуместные попытки посоветовать вроде: “А не отнести ли вам этот букет госпоже?” Если Дарина захочет цветов, она может приказать нарвать. Хоть все клумбы в саду и кусты обрезать – её право. Но она им не пользовалась. Значит, не нужны ей цветы.

Открываю дверь и так и замираю на пороге. Жена, одетая лишь в ночное платье, держит доктора Фелерика за руку, и смотрит таким преданным щенячьим взглядом… Кровь разгоняется по венам, а кулаки сжимаются сами собой. Как это понимать?

Заставляю себя отвести взгляд от Дарины (разберусь с ней позже), и спокойно спрашиваю у врача:

– Фелерик, как результаты?

Отчего-то тот бледнеет. Значит, чувствует вину? Неужели, есть за что?

Фелерик что-то говорит про вещество и восстановление организма, но меня интересует только срок. Спрашиваю, когда мы можем начать.

– Не скоро… через ме… Через две недели.

Какой интересный ответ. И какой доктор Фелерик наивный в своей лжи. Не свожу с него мрачного взгляда и совсем немного, практически неощутимо, использую давление магии.Фелерик чувствует мою силу и подчиняется. Чудесным образом две недели превращаются в два дня. Что ж, меня устроит.

Отпускаю врача (наверняка пойдёт “лечить душу” крепким вином после моего воздействия) и переключаюсь на Дарину.

– Ешь, – говорю ей.

Она не реагирует. Стоит, закрыв лицо руками. Интересная поза, но не понимаю, почему она замерла в ней. Не хочет меня видеть? Больше всего я не люблю такие вот игры. Подкатываю тележку ближе и подхожу к жене.

Она расслабляется, убирает руки от лица и, кидая быстрые “незаметные” взгляды на поднос, гордо отказывается есть.

Условия ставит? Забавно. Конечно, я не поддамся на такой примитивный шантаж. Но если она хочет играть, используя манипуляции, то я тоже так могу.

Я демонстративно тянусь к пряжке на брюках, делая вид, что хочу расстегнуть её. Она вздрагивает и отходит. Мне не нравится эта реакция. Никогда не замечал, чтобы Дарина боялась меня в постели. Сейчас что поменялось?

Она пытается сохранить смелый вид, но едва может скрыть волнение и страх. Странно, учитывая, что секс со мной ей всегда нравился. А как она стонала подо мной!

– Никогда тебя не хотела и не захочу, – в сердцах восклицает Дарина.

Эти слова как рукоятью по голове. Не хотела? Изгибалась, плавилась подо мной и не хотела? Она или врёт сейчас, или тогда лишь изображала страсть. И чутьё мне подсказывает, что верен второй вариант.

Но зачем? Почему жена избегала зачатия? Она не хочет быть женой правителя?

Или у неё есть другой, который не примет её с ребёнком. Брак у нас договорной, а женщины – существа нелогичные. Может, она вообще хочет “проверить” нескольких мужчин.

Всё это злит до невозможности. Дракон напоминает, что нас обманывали уже полгода, что мы считали своей не того человека. А я злюсь ещё на то, что так долго позволял водить себя за нос.

Рычу и приближаюсь. Дарина меняется в лице и, отпрянув, сталкивается с кроватью и падает на неё. Довольно проворно она перекатывается и встаёт на ноги сбоку от кровати, подальше от меня. Наивная.

– Может, ты кого-то другого хотела? – перебираю догадки, одну неприятней другой. – На кого ты работаешь, Дарина?

Она хмурится, как будто я угадал. Чувствую, как медленно удлиняются ногти, а на спине проступает чешуя. Не сейчас. Мне надо поговорить с ней.

Перепрыгиваю через кровать и почти ловлю Дарину. Неожиданно она уворачивается и бежит к окну.

Жена бормочет какие-то оправдания и поглядывает за окно. О чём только думает? С ума сошла?

– Если я не готова к детям, это не значит, что я замышляю государственный переворот!

Худшие предположения сбываются. Жена охает, видимо, осознав, что проболталась. Я сокращаю расстояние между нами, и резко пригвождаю пойманные запястья к стене над головой Дарины, заставляя вытянуться. Она морщится и жмурится. Неприятно? Потерпит.

Второй рукой беру её за подбородок:

– Смотри на меня!

Она послушно распахивает глаза. Не иначе как от неожиданности.

Есть только один способ проверить её слова. Безосновательно я не могу её ни в чём обвинить, так что мне в любом случае надо её проверить. Сама напросилась.

Выпускаю магию и еле заметно касаюсь сознания Дарины. Подавляю его, заставили подчиняться. По затуманенному взору вижу, что магия срабатывает.

Проникаю в её сознание и память глубже в поисках ответов на свои вопросы.

Вопреки слухам и страшилкам, прибегаю я к этому очень редко и только по серьёзным поводам. Например, когда подозреваю близкого ко мне человека в попытке государственного переворота.

Но происходит непредвиденное. Память спутанная, я не успеваю разобраться и приоткрыть её для себя. И Дарина резко теряет сознание, обмякнув в моих руках.

Осторожно придерживаю её, не сразу понимая, что произошло. В первый раз такой странный эффект.

Вместо гнева приходит беспокойство, тревога.

Перекладываю Дарину на кровать. Кажется, что она просто спит: дыхание ровное, глубокое, лицо расслаблено. Невольно отмечаю про себя, что когда она не хмурится и не боится, она даже красива. Удивительно, но до этого я ни разу вот так не рассматривал её. Не хотел.

Кем бы она ни была, даже если шпионом или преступником, она моя жена. Та, о которой я обещал заботиться перед богами. Та, за кого отвечаю. Так что меня очень волнует её состояние. Да. Только из-за обещания.

Решаю побыть рядом с ней, пока она не очнётся. Я осторожно проверяю состояние тела и магии Дарины. Похоже, она не может выдерживать мою магию. Надо будет разобраться, почему.

Снова накатывает раздражение. Знал бы, что она вот так отключится, обошёлся бы без магии. Она уже испугалась, мне надо было надавить чуть сильнее, заставить, пригрозить. И начать эти угрозы осуществлять, если остальное не сработало. Самый быстрый путь к ответам.

Вот к нему и перейду, как только она откроет глаза.

Дарина хмурится и поворачивает голову во сне. Поджимает губы, словно терпит боль. Убираю прядь с её лба, и только после ловлю себя на том, что делаю. Не время её жалеть и не время для нежностей. Передо мной, возможно, враг, шпион. Нечего ею любоваться.

Жене, похоже, просто снится кошмар. Провожу тыльной стороной ладони по нежной щеке. Такая мягкая кожа, яркие пухлые губы. Не выдерживаю и касаюсь их большим пальцем. Сейчас отчего-то мне иррационально хочется, чтобы все мои подозрения оказались ошибкой, и всё бы объяснилось как-то просто и безобидно. На миг мне кажется, что мы с ней можем стать по-настоящему близки.

Жена удивлённо распахивает глаза и испуганно вздрагивает, увидев меня.

Глава 5

В нос бьёт резкий больничный запах, из-за двери слышится стук каталки по плиточному полу коридора. В углу шум воды из-под крана, и характерный звук мытья рук. Шорк-шорк-шорк, вытащили три бумажных полотенца.

Я всматриваюсь в бумаги, которые дрожат вместе с моими руками. Никак не могу прочитать ни слова, потому что от волнения буквы скачут и расплываются. Да и что я могу прочитать в этих медицинских заключениях? Всё всегда туманно, “неуточненный диагноз”…

Чёрт возьми, как же я устала от этого. Хочу уже хоть какой-то определённости и понимания. Не только для себя, но и для своего мужа. Семья – это всё же не пустой звук, и результаты обследования важны для обоих. Он каждый раз спрашивает “Ну что они сказали?”, а я каждый раз не знаю, что ответить. Ничего.

Кладу бумаги на коричневый стол, покрытый полированным лаком. Замечаю маленький светлый скол в правом углу, который так и хочется подковырнуть ногтем. Но я сдерживаюсь и убираю ладони вниз, зажимая их между коленей.

Мелькают белые больничные шлёпки врача, слышится звук отодвигаемого стула. Я задерживаю дыхание и поднимаю глаза, чтобы встретиться с его сочувствующим взглядом.

– Нет? – голос хрипит от того, что ком слёз уже начинает формироваться в горле.

Врач качает головой, что-то начинает объяснять, но я его уже не слышу. Опять этот ответ. Испытываю жуткое, обжигающее чувство стыда. Всё это из-за меня. Это всё моя вина. А страдать приходится мужу… Так ведь не должно быть, правда?

Мямлю “спасибо” доктору, сминаю в пальцах листы и покидаю кабинет. До самого выхода не поднимаю глаз, стараясь не дать волю слезам. Нельзя. Я ещё не отчаялась. Но в груди всё сжимается от горечи и боли. Я почти что даже чувствую их вкус.

Открываю деревянную дверь, смотрю, как мои белые кеды перешагивают через порог и только тогда решаюсь посмотреть перед собой. Муж вглядывается в моё лицо, и его брови сходятся на переносице.

Протягиваю ему заключение врача. Лучшего в нашем городе врача, а сама пытаюсь что-то сказать. Обнадёжить… Но сказать-то ничего и не выходит.

Лицо мужа расплывается…

Я распахиваю глаза, судорожно вдыхаю и вижу перед собой обеспокоенное лицо своего… Нет, не своего, но мужа. А я так надеялась, что он мне просто приснился!

Буквально отпрыгиваю от него и пытаюсь отдышаться… Чёрт. Всё наоборот, мне сейчас снился мой мир и больница. Как же это всё было… реально, а оказывается только одним из воспоминаний.

Только сейчас понимаю, что создаётся ощущение, что моя память или неплохо так перемиксована, или просто подчищена. Потому что слишком плохо, обрывочно, помню, что было со мной, настоящей мной, в последнее время. И этот сон, или что это было, только выхватил какой-то эпизод. Только вот о чём он был?

– Дарина, – гремит мой “муж”, – объяснись!

Я вжимаюсь в мягкую подушку так сильно, что даже чувствую спиной резной рисунок деревянного изголовья. Теперь, когда я второй раз очнулась в этой же комнате, мне становится страшно.

– Не понимаю, о чём ты! – хриплю я.

Во рту пересохло, я даже слюну сглотнуть не могу. Что со мной вообще случилось? Была у стены, а потом эту жуткая боль…

– Что ты со мной сделал? – осматриваю себя, сжимаю в кулаке покрывало и тяну на себя.

Дракон прищуривается и сжимает челюсти. Мне даже на миг кажется, что по щекам пробегает чешуя. Снова он меня пугает этой жуткой реалистичностью – сначала глаза, теперь скулы.

– Пытался добиться ответов на свои вопросы, – Изар встаёт с кровати и отходит к окну. – Но только получил ещё больше новых.

Он вглядывается в морскую даль, молчит какое-то время, заставляя моё сердце биться всё чаще, а ладони потеть. Не представляю, что можно от него ожидать.

Потом разворачивается, опирается своим очень красиво обтянутым штанами задом на подоконник и складывает на груди руки. За его плавными и обманчиво спокойными движениями скрывается сила и опасность.

– А ты знаешь, Дарина, – на его губах играет усмешка. – Что я, как генерал разведки, умею добывать ответы. Не силой, так магией. И… наоборот.

Вот это, так небрежно кинутое “наоборот” пугает ещё сильнее, если бы он действительно угрожал. Облизываю едва влажным языком сухие губы.

Изар ловит это движение, и его взгляд темнеет. Главное, чтобы ему снова не пришло в голову “попрактиковаться”. Я всё ещё имею хотя бы какую-то, призрачную надежду сбежать отсюда и разобраться в происходящем.

Магия, драконы, обрывки памяти, срочная необходимость в ребёнке – всё это слишком сильно путает и пугает. Я уже сама не знаю, чему верить. Может, я вообще под какими-то препаратами в психушке?

Нет. Всё слишком реально. Вот от этого и буду отталкиваться. Это моя новая реальность, в которой я противостою этому огромному мужику, который только что пригрозил пытать меня. Точнее не меня, а Дарину. Что же у них за отношения-то такие были, “нежные”? Не знаю, как она, но я не собираюсь это терпеть.

– То есть ты отдашь свою жену на потеху в пыточную камеру? – провоцирую, да. Но сейчас у меня не так много вариантов. – Чтобы убедиться, что я тут ни при чём?

– Зачем? – ухмыляется дракон. – Сам, всё сам.

Вскакиваю с кровати, подхожу к нему и вытягиваю руки внутренней стороной запястий вверх.

– Так давай! Накажи меня просто за то, что я боялась забеременеть! Мне страшно быть матерью ребёнка от такого монстра, как ты!

Взгляд Изара мрачнеет и не предвещает ничего хорошего. Сама себе готова дать оплеуху за это выступление. А если он поддастся на провокацию? Если я сейчас правда окажусь где-то в подвале?

Но он выгибает бровь и удивлённо смотрит на мои белоснежные запястья. Пальцем аккуратно проводит по предплечью от ладони до самого локтя левой руки, поднимая рукав. От этого прикосновения на коже вспыхивает золотой витиеватый узор, складывающийся в дракона.

– У тебя просто нет вариантов, Дарина.

Глава 6

В голове успевает мелькнуть мысль, что узор красивый, а затем приходит боль. Вонзается в виски, обхватывает голову. Перед глазами темнеет, и вспышкой приходят воспоминания Дарины.

Клятва. “Я” стою перед священным огнём и произношу слова клятвы. Изар держит меня за руку и говорит вместе со мной, наши голоса звучат в унисон. Это обычная брачная клятва, вариант, который использует знать. Но смысл для меня, не для Дарины, довольно жестокий. Мы клянёмся не нарушать священный союз и дать жизнь нашему дитя. А за обман и нарушение клятвы нас ждёт смерть.

Руки вместе касаются огня, и на наших предплечьях вспыхивает одинаковый золотисто-огненный узор в виде дракона. Символ главного божества.

То есть, если я буду отлынивать от супружеского долга, то умру.

Меня пугает это видение, и я “выныриваю” из него. Прихожу в себя и обнаруживаю, что дракон прижимает меня к себе, придерживая сильной рукой, и ладонью легонько бьёт по щеке. Нос щекочет аромат перца и бергамота.

– Очнулась? – хмурится он.

Дышать тяжело, а сердце бьётся слишком быстро. Я не хочу умирать! Но и совсем не готова к ночи с незнакомым мужчиной. Вот никак. Сколько у меня времени? Можно ли отменить клятву, есть ли в этом мире развод?

Интуиция подсказывает, что вряд ли. Я в ловушке. Просто замечательно!

От Изара не укрывается моё состояние. Он подхватывает меня на руки и укладывает на кровать. Пытаюсь оттолкнуть его, упираюсь руками в грудь, но он даже не обращает на это внимания. Я непривычно близко к почти незнакомому мне “мужу”. Но вопреки ожиданиям, не испытываю неприятных ощущений, а даже некоторое спокойствие и защищённость.

Уложив меня полусидя на высокие подушки, берёт с тележки графин и наливает воды. Возвращается с высоким стаканом. Осторожно подносит к губам.

– Пей, – приказывает Изар.

В отличие от действий, которые выглядят как забота, голос холодный. Я всё ещё не понимаю, как он на самом деле относится к жене.

Спорить сил уже нет. Беру чашку в руки, но пока не пью. Изар выпрямляется:

– Я позову врача. И мага. Отдыхай, а поговорим, когда я смогу убедиться, что твоё тело полностью здорово и готово к зачатию.

Час от часу не легче, он во время зачатия собрался со мной разговаривать?

– То есть, пытать ты меня будешь непосредственно перед зачатием? – фыркаю я.

Изар не ожидает такой интерпретации его слов, удивляется, а потом хмурится.

– Нет, примерно за сутки, – возвращает он монетку. – Лучше скажи сразу как есть.

Отвожу взгляд, делаю глоток воды и оставляю её во рту, давая понять, что ничего не скажу.

– Тебе принесут сюда вещи. Вышивку, – голосом даёт он понять, что разговор окончен. – Что ещё надо, говори сразу.

Приходится проглотить воду и ответить:

– Книги. Вышивку не надо.

– Книги? – брови мужа ползут вверх. – А, твои романы.

– Нет, историю государства и что-то по основам магии. Для начала, – твёрдо озвучиваю я просьбу.

Изар смотрит на меня, как на инопланетянку. Ну, так и есть. И изображать из себя кого-то другого я не хочу, так что пусть он думает обо мне, что хочет. Хуже наши отношения не станут – хуже некуда.

– Помни, ты сама попросила, – хмыкает он.

Широким шагом он выходит из комнаты, и я остаюсь одна. Закрываю глаза и делаю глубокий вдох и выдох. Спокойно. Паника и истерика мне не помогут. Надо разобраться по одному.

Только вот, не знаю, за что хвататься! О чём думала хозяйка тела, когда её давала? Или когда пила пустоцвет – это же прямое нарушение. Она же знала, что это грозит смертью. Там есть какой-то срок, и он ненамного дольше полугода. Вряд ли Дарина настолько не хотела детей. Наверное, её обманывали или заставляли.

Маленькими глоточками пью воду. Прихожу к выводу, что мне нужно больше информации о мире. И надо освоить магию Дарины. Это в любом случае пригодится.

А нарушение клятвы не будет проблемой, если я смогу вернуться в свой мир. Раз смогла попасть сюда, смогу и обратно. Повезло, что у Изара довольно древний род и высокая должность – память хозяйки тела подкидывает, что в замке есть своя библиотека, которую собирали веками.

Сначала разберусь с основами, потом копну глубже.

В комнату без стука и молча входит дородная служанка, держа что-то в руках. Бросает на меня быстрый взгляд, кланяется и оглядывается. Мне она сразу не нравится, и я понимаю, что это отголосок эмоций Дарины.

Служанка оставляет стопочку, видимо, домашней одежды, и берётся за тележку. Она её укатывает к двери!

– Стой, – выпрямляюсь я, в шоке от её наглости.

Она разве не должна меня слушаться? Да, Изар запретил со мной разговаривать, и наверняка обо всех моих поручениях будут докладывать ему. Но вот так без спросу уносить еду!

Он ехидно смотрит на меня, а потом говорит в сторону, словно сама с собой:

– Какое счастье, голодовка у госпожи отменяется!

Если бы фраза не звучала так наигранно, я бы поверила, что она рада. Но что-то мне продолжало не нравиться в этой служанке.

– Оставь мне круассан, и можешь уходить, – поджимаю я губы. – И кофе оставь.

Служанка хмыкает, но выполняет приказ. Берёт маленький поднос и оставляет мне всё на кровати. Мне не нравится её отношение, но прямой приказ она выполнила, ругать вроде бы не за что. Пожалуюсь Изару. Может быть.

Завтрак мне поесть всё равно не получается. Сначала возвращается доктор Фелерик, проводит повторный примитивный осмотр. Я сверлю его взглядом, надеясь надавить на совесть. Он делает вид, что не замечает.

Затем приходит маг, высокий мужчина с жидкой бородой и в мантии. Я вовремя закрываю открывшийся рот – он выглядит, как будто вышел из сказки про волшебников. Стараюсь сильно на него не таращиться.

Маг водит надо мной руками, и я даже вижу лёгкую дымку, которая выходит из его ладоней. Он прикладывает руку к моему лбу и что-то бормочет.

– И что вы скажете, что со мной было? – спрашиваю я мага в нетерпении.

Но он только качает головой и выходит. Вспоминаю недобрым словом его драконейшество, который запретил со мной разговаривать. Мне же тоже надо знать! Я тут сознание на ходу теряю, как мне сбегать?

Остаюсь одна и допиваю остывший кофе, с наслаждением ем круассан. На Изара шантаж не сработал, а силы мне нужны. Прикончив завтрак, встаю и переодеваюсь в то, что принесла служанка. Не сразу разбираюсь в подвязках и завязках, но в итоге всё оказывается не так сложно. Чувствую себя бодрее. Готова действовать, только вот возможности нет.

Подхожу к окну и долго любуюсь на море. Вдруг на подоконник с другой стороны садится маленькая чёрная птичка. У нас я такой ни разу не видела. И она совсем не боится.

Тук-тук-тук. Птичка стучит по подоконнику, подпрыгивает ближе ко мне. И только тогда я замечаю привязанную к её лапке записку.

В сердце появляется надежда. Кто-то хочет связаться с Дариной, кто-то на её стороне! Помощник мне бы ой как не помешал. Тяну руку, осторожно снимаю записку и разворачиваю её.

“Любимая, потерпи немного, мы скоро встретимся”, – написано прямым почерком почти без завитков.

Глава 7

Наверное, в сотый раз после попадания в этот странный мир, из которого я и видела только спальню да море, мне дико хочется выругаться.

У Дарины кто-то был? Тот, кого она любила и кто называл её “любимой”? Так в этом причина того, что она не хотела детей от Изара?

Что-то это не делает жизнь проще. Мало мне этого громилы, который срочно хочет от меня ребёнка. Так ещё где-то ходит кто-то, кто хочет от меня… Чего? Любви?

Пошатываюсь и сгибаюсь пополам, резко схватившись за голову, потому что в висках снова острая боль. Воспоминание.

“Я” сижу на коленях в объятиях мужчины. Вожу пальчиком по его открытой рельефной груди, игриво опускаюсь к прессу. Лица с этого ракурса не вижу, только тёмные волосы, длинную прядь, лежащую на его плечах.

– Не бойся, Дарина, – говорит мужчина низким рокочущим голосом. – Можешь смело произносить клятву как есть. Из вас двоих смерть ждёт не тебя. А после смерти одного супруга второй оказывается свободен от клятвы…

Выныриваю снова будто из-под толщи воды. Прихожу в себя, восстанавливая сбившееся дыхание. Да что же за человеком-то таким ты была, Дарина? Влюблённой дурочкой или настолько прожжённой интриганкой?

Еле доползаю до кровати, забираюсь на неё с ногами и пытаюсь осмыслить увиденное. Так, во-первых, это явно не муж. У мужа и грудь пошире будет, помощнее. И волосы не такие длинные и не такие тёмные. Короче, это точно не Изар, а явно кто-то, кто будет счастлив, если “я” внезапно стану вдовой.

Во-вторых, Дарина с этим кем-то спала. И, похоже, не испытывала ни малейшего чувства стыда и неловкости. Да и он тоже. Ну, правильно, чего его испытывать, если Дарина пила эту противозачаточную настойку.

И что-то мне подсказывает, что он неплохо так морочил девочке голову и я не буду особенно рада встретиться с этим неизвестным.

Квест выходит на новый уровень – мне нужно не только избежать практики с “мужем”, но и умудриться скрыться от любовника Дарины. Всё веселее и веселее!

Смотрю на скомканную и намокшую от вспотевших ладоней записку.

“Не забывай про настойку. Обещаю, ты ни о чём не пожалеешь”.

Как только я дочитываю последнее слово, бумага вспыхивает, оседает на белоснежные простыни чёрным пеплом, а потом рассеивается в мелкую пыль.

Чёрт. Ни подписи, ни обратного адреса. Смахиваю пыль с кровати и тоскливо смотрю на окно. Птичка прыгает по подоконнику, будто ждёт, что я напишу ответ и отправлю с ней.

Упс, но нет. У меня сейчас другие задачи. Более важные, чем переписка с любовником Дарины.

Подхожу к окну, рукой прогоняю птичку, которая недовольно чирикает, делает пару кругов и улетает. На всякий случай закрываю окно, чтобы она снова не влетела, и осматриваюсь.

Комната явно не предназначена для того, чтобы собираться в походы или побеги. Ни сумки, ни удобной одежды, ни сухпайка. Хм… А как они разводят тут огонь в камине? Ну, понятно, маги… У них магия и всё такое, а простые люди?

Эта мысль возвращает меня к воспоминанию о том, что у Дарины-то тоже была магия. И она даже ей пару раз пользовалась. Осталось понять, как…

Сразу перед глазами предстают всякие шоу экстрасенсов или волшебные палочки. Но как я ни складываю руки, ни “вливаю силу” в кончики пальцев, естественно, ничего не выходит. Бред какой-то…

Смотрю на себя в зеркало: вроде взрослая адекватная женщина, а стою посреди комнаты и занимаюсь всякой ерундой. От понимания всего абсурда происходящего начинаю нервно смеяться.

Тут снова открывается дверь. На пороге появляется Изар с двумя книгами в руках. Ну как, книгами, огромными фолиантами в толстом кожаном переплёте. Он смотрит на меня, хохочущую непонятно над чем, хмурится и, кажется, начинает сильно сомневаться в моей нормальности.

Я заставляю себя успокоиться и складываю руки на груди.

– Снова пришёл за ответами?

– Твоё развлечение, – ухмыляясь, дракон протягивает мне одной рукой верхнюю книгу.

Я беру её, и, как только Изар разжимает пальцы, она чуть ли не перевешивает меня. Тяжеленная! А он держал, будто пушинку. Что ж, знания должны быть тяжёлыми.

Кажется, Изар развлекается, глядя на то, как я двумя руками еле-еле подтаскиваю книгу к кровати. Под этим иронизирующим взглядом забираюсь на постель, подбираю ноги в позу лотоса – в ней мне удобнее всего читать. К счастью, длинное платье позволяет так устроиться и не светить ничем.

Хотя, похоже, вызывает ещё больший интерес со стороны Изара. Он хмыкает и садится в кресло около камина, развернув его так, чтобы он мог смотреть на меня.

Отлично, теперь у меня в комнате личный надзиратель!

Стараюсь не обращать внимания на дракона и его пристальный взгляд. Провожу рукой по обложке книги. Твёрдая, чуть шероховатая кожа с выбитыми буквами, кажется тёплой, как будто книга живая. Пахнет чуть терпко, немного пыльно, вызывая в голове приятное волнение от мысли, через сколько рук она прошла, сколько всего повидала.

Открываю на первой странице и поражаюсь, насколько красиво выписаны позолоченные буквы первой строки. С удивительно аккуратными завитками, не мешающими восприятию.

Несмотря на то что буквы совершенно незнакомы, мне всё понятно. Хоть на этом спасибо тому, кто меня сюда запихнул. Я вчитываюсь – дракон мне принёс сказания и легенды! Какого чёрта?

– Что такое? Что-то не устраивает? – Изар поднимает бровь.

Смотрит изучающе и даже не скрывает этого. Я хорошо помню, насколько этот дракон меня сильнее, и спорить с ним совсем не хочется. Но так я вообще ничего не добьюсь! Жена я ему, пусть и формально, или кто?

– Я, вообще-то, просила историю, – отвечаю я, твёрдо глядя ему в глаза.

– Да что там интересного? Только то, что ты уже и так знаешь, – дракон пожимает плечами и ехидно добавляет: – Лучше сказки запоминай, будешь нашему ребёнку рассказывать.

– А ты прямо наизусть всё помнишь? – фыркаю я не сдержавшись.

– А мне зачем? – он удивляется, непонимающе глядя на меня.

– Как это? Роль отца в семье очень часто недооценивается! Особенно для девочки! – фраза легко слетает с языка, будто в своём мире я её не раз произносила. И знания из детской психологии всплыли в памяти сами собой.

Но задуматься над этим не успеваю из-за недовольного дракона-надзирателя.

– Какой девочки? – в голосе звучит тихий рык. – У нас будет сын!

– А вот это уже как повезёт, – возражаю я и осекаюсь.

Блин, я рассуждаю об этом, как будто действительно готова уже рожать от него! Хмурюсь и утыкаюсь в книгу.

Он тоже откидывается на спинку кресла и открывает свою книгу. У него что-то менее объёмное, но тоже явно старое.

Сказки! На кой чёрт мне сказки? Мне нужна хоть какая-то информация об этом мире, помимо той, что я должна родить этому тирану ребёнка, иначе меня ждёт смерть. И помимо того, что у “меня” есть любовник, который хочет убить мужа.

Хоть что-то, что поможет сбежать и устроиться в этом мире!

Но на безрыбье и рак рыба, поэтому начинаю читать истории о великих драконах прошлого и о том, как они спасали всех от нашествия демонов.

– Вытяни руки, – внезапно требует Изар, откладывая книгу.

– Что? – выныривая из достаточно увлекательного приключения с полётом прекрасной девы на драконе, я пытаюсь сообразить, чего от меня хочет мой муж.

– Запястья покажи, – он очень быстро, практически одним движением пересекает комнату и оказывается рядом. – Как в прошлый раз.

Громко захлопываю книгу, отчего в воздух взлетает облако пыли. Нос щекочет, я покашливаю, но сдерживаюсь от того, чтобы чихнуть. Взгляд прикован к ярко-голубым глазам Изара, они будто утягивают в себя.

– Что, всё-таки решил отдать в пыточную? – вытягиваю руки и замираю.

Зачем ему это? Почему он так рассматривает их и почему от этого взгляда так горячо?

Словно заворожённый, он берёт одно из запястий в свою большую ладонь и проводит по нему большим пальцем. В этот момент особенно сильно заметно, насколько я хрупкая и маленькая по сравнению с ним. Мурашки пробегают по телу от этого едва уловимого прикосновения.

Я вздрагиваю, Изар делает шаг в сторону, раздаётся звук удара о стекло, а потом слышно перекатывание бутылки с тихим бульканьем. Мы одновременно с драконом отвлекаемся на это: из-под кровати выкатывается ещё один пузырёк с настойкой пустоцвета, разливая тонкую струйку. А в другую сторону катится пробка от него…

Изар переводит на меня опаляющий яростью взгляд. Чёрт.

Глава 8. Изар

Изар.

Моя жена стоит перед зеркалом и чему-то смеётся. Даже не знаю, как на это реагировать, и чему тут можно радоваться. Мелькает мысль, что нельзя было её запирать и оставлять совсем одну. Но чушь же, всего полдня прошло. Она бывало и дольше оставалась в комнате, потому что не могла выбрать платье для прогулки.

Завидев меня, Дарина перестаёт смеяться и даже немного смущается. Значит, ещё не сошла с ума.

С мстительным удовольствием отдаю жене вместо книг по истории огромный фолиант со сказаниями и легендами. Она возмущается, спорит со мной. Ловлю себя на том, что так даже интереснее. Дарина раньше не позволяла себе огрызаться, и я только видел, как она прячет неудовольствие за улыбкой. Меня всегда это раздражало.

Слово за слово в споре жена оговаривается, что хочет девочку. Значит, она хочет детей. Но почему тогда пила настойку? Меня раздражает, что я никак не могу понять её. С другой стороны, всё просто: чего бы она ни хотела, что бы ни думала, я возьму своё. У нас будет ребёнок.

Дарина и сама замечает оговорку и прекращает пикироваться со мной, уходит в книгу. Сажусь в кресло и делаю вид, что читаю. А сам жду, когда Дарина сдастся и попросит свои романы. Она никогда не любила сложности.

Но этого не происходит. Жена и правда читает сложный непривычный язык сказаний, и на её лице явно отражается интерес. Пожимаю плечами и открываю свою книгу. Это тоже своего рода легенды, передающиеся из поколения в поколения в нашем роду на протяжении множества веков.

Меня интересует одно – что за метка появилась на запястьях Дарины? Она очень похожа на символ нашего рода, и соткана из необычной магии, и вижу, похоже, её только я. И раньше метки точно не было! Вроде бы ничего плохого от неё я не чувствую, но нужно знать, чем она может обернуться. Я не привык оставлять уязвимости за спиной.

Углубляюсь в чтение, и вскоре нахожу кое-что. Нет, не ответы на свои вопросы, но ниточку, которая может к ним привести. В фолианте рисунок, изображение на древнем обереге рода. И оно явно было прообразом того, что сейчас красуется на гербе. Символ рода раньше выглядел слегка по-другому. Меньше завитков, более грубые линии, менее вытянутый. Но это он.

Дракон внутри приходит к выводу, что раз на жене наш символ, то она точно наша. Не временная спутница для рождения ребёнка, а та, кто будет рядом всю жизнь. Я сильно сомневаюсь, но пока что не спорю. Дарина – моя, и в этом плане ничего с появлением метки не поменялось.

– Вытяни руки, – говорю жене. Я должен убедиться, сравнить.

– Что? – поднимает на меня она взгляд. Незамутнённый, без подозрительности или опасений. Всегда бы так смотрела.

– Запястья покажи, – поясняю и подхожу к ней. – Как в прошлый раз.

Дерзит, но слушается. Придерживаю её руку и веду большим пальцем по символу. Да, это он. Древний символ рода, изначальный. И как я сразу не понял? Изучаю метку дальше, чтобы понять, каким заклинанием можно достичь такого эффекта. Это работа не мага, а священнослужителя, потому что от метки чувствуется божественный свет. Но когда Дарина успела встретиться со служителем? Или, может, это был священный ритуал? Не станет же сам драконий бог вмешиваться и оставлять какую-то метку.

Когда дохожу касанием пальца до последнего завитка, Дарина вздрагивает. Я увидел что хотел, а теперь надо найти больше информации. Хотя бы теперь знаю, где искать. В легендах, что зародились до того, как символ рода слегка поменял изображение.

Делаю шаг назад и задеваю что-то ногой. По полу катится пузырёк, такой же, что я обнаружил утром. Открытый.

Так она выпила его снова? После осмотра врача?

Гнев растекается по венам и ударяет в голову. Я готов рычать или растерзать тут всё.

– Дар-рина, – говорю то ли я, то ли дракон. Усилием воли подавляю гнев, но не полностью. – Как ты это объяснишь?

Она в страхе отползает к изголовью кровати. Нервно хихикает и пожимает плечами.

– А что тут объяснять? – вздёргивает подбородок и говорит смело, но я же вижу, что пальцы подрагивают. – Это запасной. На непредвиденный случай. Я о нём и забыла, если честно.

Гнев сменяется обычным раздражением. Забыла – значит, не выпила ещё раз. Если не врёт.

Арр, достало! Я сдёргиваю одеяло и скидываю его на пол. Осматриваю кровать. Тянусь к подушкам, пугая Дарину резким движением. Подумала, что я ударю. Но я не буду, нет, она мне нужна здоровой. Скидываю и подушки, убеждаюсь, что за ними ничего не припрятано. Затем проверяю их, нет ли твёрдого внутри.

Когда берусь за край кровати и приподнимаю его, Дарина пищит и сбегает в угол спальни. Круглыми глазами она наблюдает, как я методично, не церемонясь осматриваю всю комнату, каждую вещь. Проверяю и картину, шкаф, комод и даже подоконник. В итоге нахожу тайник под половицей, где лежат ещё три настойки. Выливаю их в окно. Дарина никак не реагирует на это – то ли смирилась, то ли у неё есть ещё.

Прохожусь по всей спальне и вещам ещё раз, но больше ничего.

– Успокоился? – подаёт голос из угла жена. – Всё проверил?

Оглядываю комнату, только сейчас заметив, какой я тут устроил кавардак. Эмоции немного утихают. Дарина не спешит выходить из угла, прижимает к себе книгу и внимательно следит за мной.

– Не всё, – хмыкаю и приближаюсь к ней. – Осталась только проверить тебя. Раздевайся.

Глава 9

– Раздевайся! – гремит мой “муж” и горящим взглядом смотрит на меня.

Что, блин? А не многого ли он хочет? Может ему ещё мелодию напеть соответствующую и медленно, по одной детальке соблазнительно стягивать одежду?

– Разбежалась! – отвечаю я. Пока ещё смело, потому что он далеко и не может дотянуться до меня.

– Не-е-ет! Вот бегать не надо, – рычит Изар, явно не оценив моего ответа. – Мне тебе помочь?

Упс… Он делает шаг ко мне, а я замираю, как удав перед кроликом. Он же при желании скрутит меня на раз-два. Одной левой перевернул огромную деревянную кровать, а потом голыми руками разобрал пол. Просто потому, что посчитал, что так нужно.

Он со мной не то что одной рукой, он двумя пальцами со мной справится. Интересно, а нежным он этими пальцами быть может? Чёрт, чьи это мысли в моей голове? Не мои же точно!

Когда я понимаю, что Изар уже вплотную ко мне, становится поздно. Он резко дёргает шнуровку корсета, и тот трещит. Мамочки!

– Не трогай меня! – взвизгиваю я и пытаюсь убрать его руки от себя.

Толку-то? Он перехватывает меня за запястья и мимолётным движением фиксирует их за моей спиной в одной ладони. А другой… Кхм, распахивает остатки корсета и скользит по талии к спине, по спине к шее, от шеи к ключицам и вниз к…

– Отвали от меня! – пинаю его в голень ногой.

Изар на мгновение ослабляет хватку, я успеваю выдернуть одну руку, но толку мало – он просто поднимает меня за вторую и прижимает к стенке. Извиваюсь, как червяк перед тем, как его наденут на крючок, пытаюсь отпихнуть мужа от себя. Он протискивает колено между моих ног и ловко задирает юбку, ощупывая мои бёдра.

– Прекрати ёрзать, а то мой осмотр легко перейдёт в постельные игры. Или ты хочешь поиграть? – с лёгкой хрипотцой говорит мне на ухо Изар. – Может, тебе именно этого не хватало?

Он вжимает меня в стену, а сам всем телом прижимается ко мне. Чувству. его тепло, даже жар. Его мужественный запах. Его прикосновения по обнажённой коже бёдер…

– Тебе просто надоело быть послушной девочкой? – он переходит на шепот, опаляющий мою шею.

– Да как ты?.. Да что ты?!

У меня слов не хватает от возмущения из-за его наглости и нахрапистости!

Он так же резко, как поймал, отпускает, и я бы упала, если бы Изар не удерживал меня у стены. Убедившись, что я уверенно стою, дракон наконец, отходит.

Его могучую фигуру сзади охватывает послеполуденный свет из окна, поэтому он кажется ещё больше, кажется просто недвижимой огромной скалой. Изар сжимает зубы, сосредоточенно рассматривает меня, а потом просто молча выходит из комнаты.

Уф… прижимаю ладонь ко лбу и сползаю по стенке на пол. С этим драконищем бесполезно идти напролом, он же непробиваем! Надо думать, как мне выпутаться из этой патовой ситуации, и как избежать… Ну… Того, чего требует Изар.

Одно хорошо – я теперь знаю точно, что есть в этой комнате, а чего нет. Вот настойки пустоцвета нет, а, значит, и гнева дракона из-за этого на меня не будет.

Дверь уверенно открывается, и в комнату входит служанка, вкатывая, по-видимому, мой обед. Неплохо, учитывая, что одним круассаном сыт не будешь.

Служанка замирает, ошалело оглядывая весь бардак, который тут устроил “мой” благоверный.

– И это не я, – усмехаюсь я, привлекая к себе внимание.

Служанка окидывает растрёпанную и взъерошенную меня, сидящую у стенки, поджав ноги. Всё бы отдала, чтобы узнать, что за мысль пробежала в голове у тётушки, но сейчас это не настолько актуально, как…

– Вам подготовить ванну? Как обычно? – чуть недовольно спрашивает она, как будто ей претит мысль, что у нас с Изаром что-то могло быть.

– Да, пожалуй, – я поднимаюсь и пытаюсь хоть чуть оправить платье, а потом бросаю это гиблое дело. – И помоги мне раздеться… окончательно.

Спустя полчаса я лежу в тёплой ароматной ванне, окружённая пеной и лепестками роз. Если это у Дарины такое “обычно”, то как же по праздникам? Хотела бы узнать, честное слово. Если бы не сжатые сроки.

Пытаюсь расслабиться и насладиться тишиной и спокойствием, но ничего не входит. Даже веки закрытыми держаться не хотят. Поэтому я раздражённо вздыхаю, обмываюсь, натягиваю свежую сорочку и накидываю кружевной пеньюар, который принесла мне служанка.

Конечно, зачем мне сложные красивые платья, если я всё равно заперта в спальне?

Выхожу, а служанка вздрагивает:

– Как-то госпожа быстро сегодня, – как будто в никуда бурчит она. – И в каком виде. Хорошо, что работники уже успели уйти, а то бы увидели они все прелести, которые должны быть доступны только господину.

Что? Почему она меня об этом тогда не предупредила, да ещё и принесла это безобразие? Она специально? Понятно, от неё добра лучше не ждать.

Но, по крайней мере, дело она своё знала. Кровать, которую, как и пол, вернули в нормальное положение, уже заправлена, вещи разложены по местам и даже на туалетном столике порядок.

Служанка отработанным движением расправляет последнюю складку на покрывале и подходит к тележке с едой. Достав из кармана небольшой округлый предмет, она касается им каждого из блюд, и, опять же обращается к вазе около входа:

– Ужин тёплый, постель в порядке, а спасибо всё равно никто не скажет. Мне больше здесь делать нечего, – и служанка гордо удаляется из комнаты.

Плюхаюсь на кресло и придвигаю к себе тележку. Ароматы тушёной говядины с варёной картошкой помогают переключиться на более насущные проблемы в виде утоления голода.

Второй раз за день отмечаю, что повара у Изара очень искусные, потому что мясо просто тает на языке. Оно в меру солёное и перченое, с тонким запахом чёрного перца… И чего Дарине спокойно не жилось тут и не рожалось? Никакого декрета брать не надо, готовить, стирать, убирать и прочее не надо. Эх…

Когда за окном гаснут последние лучи солнца, а море сливается с небом, превращая вид из окна в бесконечную тёмно-синюю даль, я решаю, что пора выныривать из книги и ложиться спать. В конце концов, утро вечера мудренее. Может, новый день принесёт мне хорошие новости.

Шелковое, пахнущее морозными розами постельное бельё приятно холодит кожу, шум разбивающихся о берег волн убаюкивает, а усталость и переживания дня помогают очень быстро уплыть в сон.

По щеке скатывается обжигающая слеза. Я стираю её основанием ладони и натужно всхлипываю, вглядываясь в светлое пятно от фонаря на стене, в котором покачивается тень от дерева, растущего перед окном.

Меня прижимает к себе крепче горячая мужская рука, а шеи касается дыхание, от которого бегут по телу мурашки.

– У нас всё получится, не переживай, – раздаётся обнадёживающий шёпот. – Мы попробуем снова.

Только вот надежды у меня почти не остаётся. Устала. Нет ни физических, ни моральных.

– Я не хочу больше пробовать, – поворачиваюсь лицом к мужчине и целую его в щеку. – Мне с каждым разом всё больнее. Прости…

Меня сильнее сжимают и утыкаются носом в шею, ласково гладя по спине рукой. Тепло. Уютно. Спокойно. Приятный аромат бергамота и перца, от которых появляется ощущение защиты и того, что всё действительно будет хорошо.

Просыпаюсь с лёгкой улыбкой, всё ещё ощущая чувство спокойствия и теплоты из сна. Открываю глаза и… на миг решаю, что я всё ещё сплю. Но нет. В мою шею, щекоча дыханием, утыкается Изар, а его сильная тяжёлая рука лежит сверху. Дракон прижимает меня к себе сильнее.

Глава 10

Не шевелюсь, стараюсь даже не дышать. С полнейшим удивлением обнаруживаю, что я тоже обнимаю “мужа”. Совсем не понимаю, как к этому пришло. А ещё я, получается, только что нежилась и чувствовала себя так хорошо в объятиях этого малознакомого тирана-драконища?

Это всё из-за сна. Да, он виноват. Слишком эмоциональные воспоминания.

Даже хочется их забыть. Лучше бы мне ничего не снилось.

Осторожно, стараясь не разбудить дракона, вылезаю из-под его руки. Когда уже думаю, что осталось немного, и я свободна, Изар сгребает меня к себе снова.

– Я тебя не отпускал, – сонным, хриплым голосом говорит он.

Переворачивается на спину и перетаскивает меня на себя. Я поначалу шокировано замираю, а потом бью кулаками ему в грудь. Ноль реакции. Упираюсь, чувствуя упругие грудные мышцы, и возмущаюсь:

– Отпусти! Мне вчерашнего хватило!

– Понравилось? – улыбается он, слегка прищурившись.

Злюсь, рычу и извиваюсь, чтобы вырваться из его хватки.

– Дарина, не провоцируй меня, – прижимает он меня сильнее и фиксирует. – Врач сказал, два дня, а прошёл только один. Потерпи хотя бы до вечера.

– Я протестую! Ты не можешь заставить меня! Это репродуктивное насилие!

Изар изгибает бровь, явно впервые услышав определение того, чем он тут занимался с Дариной.

– Слишком много ты в последнее время читаешь чего-то неправильного, – делает он вывод.

– Это тебе бы не мешало просветиться, – фыркаю я. – Отпусти.

– А ты, как я вижу, хочешь умереть? – он отпускает меня. – Я не позволю тебе этого сделать, и неважно, что ты об этом думаешь.

Поджимаю губы и молчу. Разговаривать бесполезно, надо бежать. Только как и куда?

Может, притвориться, что я всё осознала и поняла, буду послушной овечкой, и вытребовать прогулку? Куда-нибудь в порт, на воду посмотреть, а там сбегу и спрячусь на корабле. Ведь если тут море, значит, должен быть и порт…

– Я понимаю, – опускаю я взгляд, а потом смотрю на Изара из-под ресниц. – Просто мне нужно время.

Он не отвечает, лицо словно каменеет, и я даже не пойму, сработала ли моя игра или нет. А может, ещё больше разозлила? Ведь настоящая Дарина его обманывала.

Изар перекладывает с себя меня на кровать, а сам встаёт. Ловлю себя на том, что откровенно любуюсь его широкой спиной и тем, как перекатываются на ней мышцы. Изар неспешно надевает рубашку и штаны, уходит в ванную комнату.

Вот совсем с этим драконом ничего не понятно. Пока его нет, я нахожу простое, наверное, домашнее платье, одеваюсь. Сажусь перед туалетным столиком и причёсываюсь. Изар возвращается, застаёт меня за этим занятием, и его брови поднимаются. Удивлён? Чему?

Не хочу смотреть на мужа, но то и дело поглядываю через зеркало. Он заканчивает утренний марафет, застёгивает рубашку и надевает жилет.

– Изар, – не выдерживаю я. – Я бы хотела прогуляться…

– Нет, – отрезает он, даже не дослушав.

– С тобой. Тебе не кажется, что для здоровья будущей матери плохо сидеть в четырёх стенах?

– То есть, ты уже согласна на ребёнка? – хмыкает он. – Быстро же. Стоило только вылить настойки и отрезать тебе все контакты.

Он приближается, разворачивает меня на стуле и нависает, чуть ли не касаясь любом моего лба.

– Не получится. Я доверял тебе, как своей жене, и ошибся. У тебя больше не выйдет водить меня за нос.

Чёрт. Я не привыкла лгать и юлить, и, видимо, получается у меня не очень.

– Я хочу ребёнка, – с обидой отвечаю я, – но не от тебя.

Ноздри Изара раздуваются, он шумно вдыхает и выдыхает. На шее увеличивается и пульсирует жилка.

– Не от того, кто держит женщину взаперти и заставляет… всякое, – продолжаю я.

– Ты сама на это согласилась, – сквозь зубы говорит он. – Я запросто мог жениться на твоей сестре вместо тебя.

Изар резко встаёт и, бросив на меня напоследок осуждающий гневный взгляд, уходит из комнаты. Хлопнув дверью так, что ваза около входа падает и с гулким металлическим звуком катится по полу.

Да уж, оказывается, Дарине ничего не стоило избежать этой свадьбы. Почему тогда она на это пошла? Явно была какая-то цель.

Вспышка боли пронзает виски. Вижу лицо девушки, она закусывает губу и сдерживает слёзы. Но они всё равно наполняют её глаза и катятся по щекам. “Я”, видя это, только хмыкаю и победно улыбаюсь… сестре. Эта девушка – сестра Дарины.

Выныриваю из неприятных воспоминаний усилием воли. Не хочу ассоциировать себя с Дариной, видеть её глазами. Как можно быть такой жестокой? Её сестра плачет, а она словно наслаждается этим!

Хожу нервными шагами по комнате, успокаиваюсь не сразу. Долго смотрю в окно, на море. Ну не может же быть такого, что у меня совсем нет выхода? Как мне завтра избежать… того, что задумал Изар? Симулировать кому?

Со вздохом возвращаюсь к книгам. В сказаниях информации мало, но хоть что-то. Мне же надо понимать культуру и логику местных, чтобы как-то договариваться.

И сказание мне сегодня попадается как раз подходящее. Про драконов.

Четыре бога-зверя создали этот мир, и каждый дал людям что-то от себя. Так появились оборотни. Драконий бог был самый сильный и звали его Раштар. Чтобы помочь своим удерживать власть, Раштар через своих вестников давал драконам метки, определяющие судьбу. Но Драконам не нравилось, что судьбу нельзя выбрать, только принять. Они при помощи магии научились избавляться от меток.

Раштар разгневался и наказал их. Сказал, что триста лет не будет вмешиваться в судьбы драконов. И отныне только сыновья драконов будут получать вторую ипостась. Девочки будут рождаться без неё, обычными людьми.

Поначалу в этом не видели проблем. Но потом выяснилось, что не все девушки могут так легко и просто родить дракончика, а подходят только те, у кого очень много магических сил. То есть, если у матери их мало, то и мальчик родится без ипостаси. И мне стало ясно, почему подошла Дарина. Потому что сила, которая пробудилась поздно, у неё оказалась довольно высокой.

В общем, сказание заканчивалось тем, что бог простит, только когда один из драконов примет волю бога и метка появится на его запястьях. А до тех пор меток бога на драконах больше не будет появляться.

Ничего не понятно, но очень интересно. Особенно под вкусный кофе и эклер, которые мне принесли на завтрак.

Откладываю книгу и опять подхожу к окну. Гордые и упрямые драконы получили за то, что не слушались бога. Но, судя по Изару, урок они не вынесли. До сих пор считают, что они тут самые умные и властные.

Дверь открывается, и я радуюсь, думая, что принесли обед. Но когда оборачиваюсь, вижу хмурого Изара.

– Одевайся, – говорит он.

Глава 11. Изар

Выхожу из нашей спальни, а у самого в голове только одно: желание вернуться и стянуть с Дарины это платье. Простое, в отличие от всего, что она надевала до этого, но горгулье известно, насколько соблазнительней она в нём выглядит.

После всех её поступков и слов она надеется, что я её выпущу? Пусть даже не думает. Доверия к ней теперь нет. Будет сидеть под замком, пока лекарь не скажет мне, что она беременна. МОИМ ребёнком. Эта женщина может рожать только от меня.

Дракон согласно рычит. Удивительно, до этого ему было всё равно, рядом Дарина или нет. Он вообще на неё не реагировал. А сейчас стоит этой пигалице оказаться в поле зрения, как он тот же поднимает голову и навостряет хвост.

Ему плевать на то, что в ближайшие сутки Дарина не понесёт. Он полночи меня изводил, пока я не прижал её к себе.

Какая же она нежная и хрупкая. А как прижималась! Словно искала защиты. Зато стоило проснуться, как сразу обросла колючками. Ещё смеет на меня злиться, что я всю настойку вылил. Да ещё немного, и остался бы я без жены и без наследника.

Вдовец без права на правление. Горгулий зад! Иногда кажется, что она специально к этому ведёт.

Сразу приходят на ум странности в ее поведении и словах. Раньше у меня не было ни малейшего повода в ней сомневаться, но сейчас…

Возвращаюсь и формирую следящее плетение, которым опутываю входную дверь. Это на первое время. Потом займусь самой комнатой. И отправлю стражу на ближайший утёс, чтобы следили за окном спальни.

По белоснежной мраморной лестнице спускаюсь в столовую. Длинный стол, покрытый льняной скатертью накрыт на двоих, но я приказываю Кербине отнести завтрак моей жене в спальню, а сам ем один.

С другой стороны, последнее время я и так завтракал в одиночестве, потому что к тому времени, как Дарина заканчивала свои утренние приготовления, я уже уходил в кабинет.

Хм… И как давно это всё продолжалось? Она это делала намеренно?

Пальцы сжимаются на столовом серебре с такой силой, что вилка и нож гнутся. Подзываю слугу, прошу заменить, а сам смотрю как по белому фарфору растекается ярко-жёлтый желток яичницы.

Как же Дарина не вовремя со своим упрямством. На границе с соседним кланом неспокойно. Вчера пришло сообщение о пропаже патруля из двух магов и дракона. Их так и не нашли.

Мне протягивают новые приборы, и я заканчиваю завтрак.

Всё утро приходится разбирать донесения. Клан Гвальдров стягивает к границам войска. Судя по данным разведчиков, у них тоже неспокойно, и тоже пропадают солдаты. Мне только этого развлечения ещё не хватало.

Скоро пурпурный бал у Правителя в резиденции. Туда должны стянуться все претенденты на трон.

Гвальдр не сильно надеется на чудо – его жена родила уже троих девочек и, судя по словам повитухи, вот-вот родится четвёртая.

А вот Неррит, который женился не так давно, сейчас самый настоящий конкурент. И главная причина этому – настойка пустоцвета, которую пила Дарина. Потому что с её магическим даром у нас просто не может родиться девочка.

Так что, по сути, на балу произойдёт официальный выбор следующего Правителя. А, значит, к этому времени…

В дверь стучат, и я снова ломаю перо. Надо отправить Патрика закупиться.

– Войдите, – отвечаю я, откладывая обломки в сторону.

Поклонившись, в кабинет входит Патрик. Он, худой и длинноногий, очень забавно смотрится в костюме камердинера. Иногда даже напоминает мне цаплю.

– Ваша Светлость, – обращается он ко мне, как обычно, спокойный как удав. – Матушка и сестрица вашей жены приехали. Прикажете их разместить в гостевых комнатах и пригласить к обеду?

Если бы у меня было новое перо в руках, то я бы точно его сломал. Какого горгульего зада они приехали? И без предупреждения?

– Размещай, – кидаю я камердинеру. – И скажи, что госпоже нездоровится, и она не сможет выйти поприветствовать дорогих гостей.

Патрик поклонился, но вопреки моим ожиданиям, не ушёл.

– Что ещё? – чувствуя, как во мне поднимается раздражение, в первую очередь из-за незваных гостей, рявкаю я.

На лице камердинера не появляется ни малейшей эмоции.

– Леди непременно просили присутствия госпожи Дарины. Сказали, что именно ради этого удовольствия приехали.

Удовольствия? На моём лице появляется усмешка – у Дарины с сестрой не самые хорошие отношения, удовольствие вряд ли получит хоть одна из них. А мать вообще понимает только язык денег.

Жестом отпускаю Патрика, убираю документы в ящик под ключ и иду к Дарине. Хотела погулять – отличный повод. И пусть только потом попробует сказать, что я никуда её не выпускаю.

Распахиваю дверь, попутно отмечая, что плетение нарушалось только служанкой.

Дарина, обняв себя руками, стоит у окна спиной ко мне. Ветер едва колышет её волосы. Дракон утробно рычит от того, что ему нравится картинка. Да что с ним такое?

– Одевайся! – командую я и жду радостного исполнения приказа.

Вместо этого вижу удивлённое, даже недовольное лицо.

– К нам приехали гости. Ты, как хозяйка, должна встретить их вместе со мной. Ты же хотела выйти из комнаты? – поясняю.

– Я никуда не пойду, – ехидно улыбается Дарина.

Глава 12

Лицо Изара вытягивается. Что, не ожидал? Я не собираюсь играть по его правилам! А может, даже смогу ему условие поставить: если он меня отпустит на прогулку, то, так и быть, спущусь к гостям.

– Это твои мать и сестра, – поясняет Изар, глядя на меня исподлобья.

А вот тут я начинаю немного нервничать. Какие отношения у Дарины с матерью я совсем не помню, а сестрой явно были плохие. Или резко испортились, стоило Дарине увести жениха.

С другой стороны, какая разница, поймут они что-то или нет? Замужество вполне могло отпечататься на характере, особенно замужество с этим тираном-драконищем.

– И всё равно не пойду, – скрещиваю на груди руки и с вызовом смотрю на Изара. – Ты меня запер тут, на просьбы не реагируешь. Почему я должна идти навстречу?

Дракон шумно выдыхает воздух, сжимает челюсти и сверлит меня взглядом. Я уже не так уверена, что хочу его провоцировать. Страшновато, а вдруг последствия будут больными?

– Не хочешь идти? – прищурившись, тихо рычит Изар. – Тогда не ходи. Твоя нога не коснётся пола.

Хмурюсь, не понимая, к чему он. Дракон улыбается одним уголком губ, а потом мгновенно перекидывает меня через плечо! Попой кверху!

Я слишком близко, мне никуда не деться от аромата перца и бергамота, я чувствую, как работаю его мышцы, и как крепкие руки держат бедро. Это и возмущает, и будоражит что-то внутри. К щекам приливает жар.

– Отпусти! – рычу я не хуже него и молочу по широкой спине кулаками.

Ноль эффекта. Изар только перехватывается поудобнее и выходит из комнаты.

– Ты сама этого хотела.

Я, конечно, хотела выйти и увидеть мир вокруг. Или хотя бы замок или, по смутным воспоминаниям хозяйки тела, скорее, крепость. Но не так! Я вижу только цветастый ковёр и кусок каменной стены коридора. О, напольная ваза мелькнула.

Попытки побить спину Изара, возмущаться, не увенчались успехом. Я пробую считать повороты, но у меня быстро начинает кружиться голова. Приходится закрыть глаза, но меня всё равно подташнивает.

Наконец, муж останавливается и опускает меня на ноги. Автоматически я хватаю его за плечо, чтобы не упасть, а потом осматриваюсь.

Мы в небольшой гостинной, где в центре комнаты стоят диванчик и кресло, напротив журнальный столик и пианино. С диванчика поднимаются две женщины в длинных расшитых цветами платьях.

Вот и “мои” мать и сестра. “Мама”, худая женщина в возрасте, с красиво уложенными светлыми с сединой волосами, прикрывает рот сложенным веером и с выражением полнейшего ужаса осматривает меня с ног до головы. Видимо, домашнее платье – не то, в чём положено встречать гостей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.