Владимир Ярцев
Некромант против тьмы – 2

Глава 1. Новый день – новые проблемы!

Сквозь лесную чащу, где стоят величавые, поросшие мхом многолетние осины и шумят листвой редкие островки молодой поросли, пробирается нечто. Размером со среднего пса, с красной, покрытой пыльными морщинками кожей, на двух толстых, корявых ногах, оно напоминает вставшую на задние лапы свинью. На морде красуется такой же розовый пятак, а из слюнявой пасти на плоскую лысую грудь капает слюна. Крохотные глазки свиноподобной твари бегают из стороны в сторону, а поросшие короткой чёрной щетиной уши шевелятся на голове без остановки, пытаясь уловить малейший шум. Где-то совсем рядом люди – мягкие, сочные куски мяса с ароматными потрохами.

Слух твари улавливает человеческую речь. Она принюхивается, злобно оскаливается и резво несётся в направлении еды.

Человек всего один. Совсем ещё молодой парень вооружён палкой, которой он водит перед собой, пытаясь защититься. Он чувствует угрозу, но пока ещё не знает, откуда её ждать.

Тварь наклоняется вперёд, набирая скорость, выскакивает сбоку от человека и бросается на него.

Меч со свистом рассекает воздух, и разрубленная напополам тушка твари падает к ногам паренька, пронзительно верещащего от испуга. Ещё одна тварь, чуть больше первой, выбегает из-за зарослей орешника. Увидев судьбу товарки, она не атакует сразу, а пригибается к земле и зловеще шипит.

– Ну давай! – кричу я, привлекая внимание твари. – Нападай!

Однако тварь меня не слушает. Прижимает уши к голове и ныряет обратно в кусты.

Вот Тьма! И магии, как назло, толком нет!

Вытягиваю руку в сторону убегающей твари и прицеливаюсь. Источник качает энергию прямо из мира. Я формирую небольшую шаровую молнию и направляю по следу. Мерцающий сгусток энергии догоняет тварь, оплетает её тушку и взрывает изнутри, разбрасывая мерзко пахнущие ошмётки в разные стороны.

Удар отзывается неприятным обжигающим зудом внутри, и я морщусь.

Прошла уже неделя, а я до сих пор не могу использовать внутренние хранилища магии на полную мощность. Энергия не накапливается, и мне приходится «экономить» и Силы, и себя. Пользуюсь только внутренним Источником, и стараюсь делать как можно реже – в самых сложных случаях.

– Ну что там? Что там? – тараторит парнишка, размахивая во все стороны палкой. – Сколько их там ещё?

– Кончай орать, Мить. Всё кончено, – устало произношу я, оттирая с клинка склизкую зелёную кровь. – Испугался?

– Да он… Он п-прямо на меня п-пёр! – заикаясь, отвечает Митька.

Он размахивает руками, пытаясь показать, как всё произошло. Как будто я не видел. В этот раз мне не удалось перехватить тварь пораньше и она подошла совсем близко.

– Мо-может больше не будем на живца-вца ловить? – спрашивает Митька.

– Так быстрее, Мить. Потерпи. Не для себя стараемся.

– Ладно-ладно, – недовольно кивает парень.

Митька молодчина. Он понимает, что так надо. Пока мы ловим тварей в лесу, мы не даём им напасть на деревню – на тех, кто не сможет от них защититься.

Убрав меч в перевязь, я прислушиваюсь. Неподалёку от нас звенят заговорённые мечи и слышатся людские крики. Там я оставил отряд мечников. И им не помешала бы помощь.

– Скорее туда! – зову я Митьку. – И меч не забудь!

Отряд находится совсем близко, мы добираемся до них за считанные секунды. Я притормаживаю Митьку, чтобы он не выскочил прямо в пасть тварям, и осматриваюсь.

Можно считать, что мечникам повезло: на них набросилось всего три твари. Было бы больше, они давно бы порвали людей на куски и сожрали.

Одна тварь уже валяется в траве, изрубленная мечами на части, а вторая лишилась задней лапы и теперь, рыча и скалясь, скачет вокруг людей на трёх оставшихся.

Люди тоже не остались невредимы. Один из мечников раненный лежит на земле. На его ноге зияет рваная рана: мясо вырвано до самой кости. Трое его товарищей-мечников не успели прикрыть его, как я Митьку только что. Сейчас они стоят вокруг раненного, оберегая его от нападения. Твари ходят рядом, но нападать на ощетинившихся мечами людей не спешат.

Выйдя из леса за спиной одной из тварей, я делаю несколько быстрых шагов и с размаху вонзаю меч ей между рёбер. Когда последняя тварь остаётся наедине с тремя вооружёнными противниками, её судьба оказывается предрешена. Через мгновенье уродливая туша падает на землю разрубленная на несколько кусков.

Первым делом я осматриваю раненного. Ходить он не может, не может даже стоять. Накладываю на раны несколько стягивающих заклинаний. Больше ничем помочь не могу: не на лекаря меня в Академии учили, далеко не на лекаря.

– Его нужно отвести в деревню, – приказываю я оставшимся на ногах мечникам. – Идите. Мы вас подменим.

– Как это «мы», некромант Ксандр? – огорчённо спрашивает Митька. – А я думал, мы уже всё.

– Мы – уже всё. А ты знаешь того, кто может их подменить? – спрашиваю я.

– Кто-нибудь из западного патруля. Их же там целых три. Или из северного, – начинает перечислять Митька.

Как же ему не хочется оставаться. И как же это наивно. Я улыбаюсь.

– А кто ближе всех сейчас к ним находится?

Митька задумывается, и я даю ему подсказку, указывая на нас обоих. Парень шумно выдыхает и умолкает. Он всё понял.

– Идите, – повторяю я.

– А мы остаёмся, – раздаётся печальный голос Митьки рядом.

Да, Мить. А мы остаёмся.

* * *

До конца дежурства мы ловим на живца ещё парочку мерзких тварей, и обратно к деревне возвращаемся уже перед самым закатом. Митька идёт, насупившись мрачнее тучи. Конечно. Не на такое «геройство» он рассчитывал, вызываясь защищать свою деревню – быть наживкой. Но больше этого делать некому.

– Ты сегодня отлично показал себя. Ты молодец! – хвалю я паренька и одобряюще хлопаю его по плечу.

– Велика помощь. Стоял среди леса, как червяк на крючке, – ворчит Митька. – Сам ни одного беса не убил.

– Мы с тобой уже говорили на эту тему, Митя. Ты и сам знаешь, что с палкой ты проворнее управляешься, чем с мечом. А я бы не хотел, чтобы в драке ты рассчитывал на то оружие, с которым не умеешь обращаться.

Митька хмуро кивает и часть пути идёт, что-то недовольно бурча себе под нос. Затем хватает меня за рукав и останавливает.

– Научишь? – неожиданно спрашивает он.

– Чему?

– Мечом махать.

– Не махать, Мить, – улыбаюсь я, – а сражаться.

– Ты ж умеешь. Я сам видел. Научи, а?

Учить деревенских пацанов владению мечом я как-то не планировал. Но Митька смотрит на меня с такой надеждой, что отказывать ему мне не хочется.

– Посмотрим, – мягко отвечаю я, освобождая свою руку от захвата. – Давай сначала с этой проблемой разберёмся, а потом посмотрим.

– Обещаешь? – не сдаётся парнишка.

– Обещаю.

Ну вот, теперь, кажется, придётся этим заняться. Если я не найду им другого учителя. Только вот где его искать? Деревня Малая Молотня со всех сторон окружена непроходимыми горами, тёмными лесами и непролазными топями. За ними конечно же существуют другие деревни, сёла и города, но до них ещё нужно добраться.

К тому же нас отовсюду атакуют красные земляные бесы – тупые, но очень кровожадные и ненасытные твари. Появляются из микро-порталов, которые с лёгкостью могут создавать сами, и идут прямиком к людям. Из-за них деревенские уже целую неделю не могут и носа из-за стен показать.

И ворота до сих пор не сделаны, поэтому приходится патрулировать округу с удвоенным вниманием. Пропусти мы хоть одного беса – подставим под удар всех жителей деревни.

Отпустив Митьку домой, я иду к воротам. Хочу проверить, как идут работы по их установке. То, что простые воротные створки восстанавливают уже неделю, ничуть не удивительно. Сломал-то их я, и сломал на совесть – распылил в труху. Все работы с нуля приходится проводить – с заготовки брёвен из леса.

Неподалёку от ворот, застыв каменным изваянием, стоит скелет лешего. Всё никак не налюбуюсь им. Ну красавец же: две пары ног, три пары рук – и в каждой по мечу! Умел бы ещё лешак ими пользоваться – цены б ему не было!

Мечи, кстати, мы ему заменили на обычные, а зачарованные вернули воинам из деревни – им нужнее.

И это снова возвращает меня к вопросу об учителе фехтования. Тяжело вздыхаю и отвожу взгляд от своей гордости. Ты ведь тоже оценил мощь, да? Я сумел поднять нежить пятого уровня! Правда, после того, как поднял, так ни разу и не воспользовался, но это уже частности. Главное – поднял! Смог! Сумел! Сдюжил! А не как неумёха-первокурсник.

Когда-то, на первом курсе Академии, я ничего толком не умел и не знал. Не то, что теперь! Всё знаю, всё умею… Но ничего не могу сделать. Магические хранилища не накапливают магию в полном объёме, и всё, что мне остаётся – использовать Источник. А качать энергию напрямую из другого мира это как есть пельмени через трубочку. Но куда деваться, другого варианта у меня нет. Значит, и этому научусь, веришь?

– Что, тёмный, опять своих прихвостней гонял? – перебивает мои размышления Прохор.

В компании небольшого отряда воинов он стоит около недостроенных ворот при полном параде: доспехи и меч наголо. На всякий случай.

И каждый раз не забывает уколоть меня насчёт нападающих на деревню бесов. Они появились как раз после того, как я разобрался с гигантским тёмным порталом в лесу. Ничем не связанные события, но Прохору не докажешь. Хлебом не корми, дай меня подначить.

– Гонял, – не споря отвечаю я.

Прохор смеётся и указывает на почти готовые ворота.

– Ну? Как тебе? – спрашивает он. – Совсем немного осталось. Ещё день-два, думаю, и закончим.

Я оглядываю стройку. Восстановление идёт полным ходом. Рабочие заканчивают обивку ворот железом и скоро приступят к навешиванию затвора.

– Скоро можно будет отзывать патрули, – добавляет Прохор.

– Нет. Не можно, – отвечаю я. – Я уже объяснял тебе: нельзя позволить бесам сбиться в группу. Пока их мало, вы с лёгкостью режете их даже собственными силами. А соберись они в отряд хотя бы из дюжины тварей, что ты сможешь им противопоставить?

– Тебя, – смеясь, отвечает Прохор.

Недовольно фыркаю, но улыбку скрыть не могу.

– Удобно устроился, человечек. Чуть что, и сразу некроманта в пекло.

– А зачем ты мне ещё нужен?

Последние слова Прохор произносит не глядя на меня. Он внимательно следит за тем, как проходят работы.

– Ты иногда так говоришь, Прохор… Я не сразу понимаю, что на самом деле это шутка.

– А это не шутка, – отвечает он, повернувшись. Пару секунд мы смотрим друг другу в глаза, а затем Прохор улыбается и хлопает меня по плечу. – Да шучу я, шучу. Ты мне не только затем, чтобы нечисть гонять. Ещё из твоих рогов я хочу два кубка сделать.

Продолжать на него фыркать мне кажется уже непродуктивным.

– Видишь, какой я весь из себя полезный, – улыбаясь, говорю я и махаю Прохору рукой, прощаясь. – До завтра!

– Угу.

В этом весь Прохор. Ненавидит нас, тёмных, всей душой и ничуть этого не скрывает. Даже и не знаю, что больше всего примирило его с моим существованием: то, что я вернул ему отца; что помогаю деревне или то, что он не способен меня убить? А ведь он пытался.

Я подхожу к дому и прислушиваюсь. Всё тихо и спокойно. Сквозь тонкие занавески на окне пробивается свет, а по двору витает аромат вкусного ужина. У меня аж слюнки текут.

Поднимаюсь на крыльцо и осторожно приоткрываю дверь.

Интересно, что сегодня приготовили мне две мои «любимые» женщины?

* * *

С первого взгляда дома всё нормально. Ужин на столе, мои девушки, в полной готовности услужить, стоят рядом, ловят каждый мой взгляд.

Приглядываюсь. Синяков и царапин на них не видно. Значит, не дрались сегодня. Или уже всё заживили, или скрыли под одеждой. Вариантов много, но гадать не хочется.

– Добрый вечер! – здороваюсь я, проходя в дом. – Вы вели себя хорошо?

– Да!.. Очень!.. – одновременно отвечают девушки.

– Верю на слово.

На самом деле двум этим изворотливым лгуньям я не верю ни на грош. Но я так сильно устал и настолько голоден, что предпочитаю закрыть на это глаза. Дом стоит, люд деревенский жив, девушки обе целы – засчитаем всё это как признаки хорошего поведения.

Ужин проходит настолько спокойно – ни одной ссоры, – что я понимаю сразу: что-то не так!

Отложив в сторону салфетку, устраиваюсь на лавке удобнее и спрашиваю:

– Рассказывайте!

Девушки переглядываются, а затем хором выдают:

– О чём?

– Обо всём, что натворили, – уточняю я. – И не вздумайте сказать, что ничего. Всё равно не поверю.

Девушки снова переглядываются и одновременно кивают друг другу. От подобной слаженности двух вечно грызущихся между собой дам тревожность во мне возрастает до максимального уровня.

– Мы нашли тебе работу! – радостно выдаёт Лейла.

– Не одну, а целых две, – добавляет Миранда.

– Сами нашли. Мы сами.

– Да. Сами.

Впервые появившись дома после целого дня на дежурстве, где мне пришлось подчистую тратить запасы магии из неисправного Источника, я очень «рад» услышать, что девушки подыскали для меня ЕЩЁ две задачи.

– Работу? Мне? – уточняю я. Начинать ругаться у меня нет ни сил, ни желания. Медленно выдыхаю, стараясь остаться спокойным. – И что же вы мне подыскали, помощницы вы мои ненаглядные?

Лейла, кажется, улавливает не смысл слов, но тон моего голоса, потому как жестом предлагает Миранде ответить, а сама отодвигается подальше и наблюдает за нашей беседой с безопасного расстояния. Не заметив подвоха, русалка с удовольствием принимается отвечать.

– Сначала ко мне зашёл Илья, – начинает Миранда и со своим характерным восторженным придыханием описывает гостя: – Он такой очень крупный мужчина. В красивой белой рубахе и с белоснежной улыбкой. Такой импозантный, целеустремлённый…

– Ближе к теме, – устало прошу я, потирая переносицу.

– Ах, ну да! Он зашёл и спросил, можешь ли ты помочь. Они завтра отправляются к реке за водой. Несколько телег и патруль с ними. Но бесов становится всё больше, и Илья опасается, что они одни не справятся. Ну я и пообещала, что ты им обязательно поможешь. А то ведь без воды в деревне станет совсем тяжко.

Вот тут она права, без воды никуда. И если завтра караван выдвинется за водой, было бы неплохо поехать вместе с ними, подстраховать. А заодно заняться своими делами.

– Отлично! Как раз хотел добраться до реки и выяснить, почему в колодцах до сих пор нет воды. Знаешь что-нибудь про это, Миранда?

Русалка отводит взгляд и пожимает тонкими плечиками. Значит точно знает. Но как следует допросить Миранду я не успеваю.

– А потом ко мне зашёл Прохор, – вступает в разговор Лейла. – А ты сам знаешь, господин Ксандр, каков этот мужик в деле. Он спрашивать ничего не стал. Сказал, что завтра ты нужен в полях. Охранять косцов, пока они работают. Пришлось пообещать, что ты будешь. А ещё он сказал: «Если некромант захочет, он может и траву косить помогать». – Лейла охает и закатывает глазки. – Этот ушлый пройдоха спит и видит, чтобы мы батрачили на него. Ещё и за бесплатно.

– И ты пообещала, что я пойду помогать косцам?

– Да.

– А ты, – я смотрю на Миранду, – пообещала, что я пойду помогать водовозам?

– Да.

– Завтра? – спрашиваю я у обоих девушек.

– Да! – хором отвечают они и, кажется, начинают понимать, что не так.

– И как по-вашему я окажусь в двух местах одновременно?

– Ну-у…

Я охаю, прикрываю глаза и тру лицо ладонями, чтобы хоть как-то взбодриться. Хочется и спать, и разобраться с девчонками, и вообще уже ничего не хочется!

– Моё обещание важнее, – пытается защитить себя Миранда. – Ведь речь про воду. Как они выживут, если воды не будет?

– Мой важнее, – возражает Лейла. – Это же Прохор!

– Нет, моё!..

– Так! Стоп! – громко говорю я. Смотрю на девушек и решение само приходит в голову. – А я знаю, что делать! – радостно добавляю я и выдаю: – Вы пообещали помочь, вот вы и пойдёте помогать!

– Как?! Что?!

– Что слышали. Пойдёте и поможете тем, кому пообещали. Лейла, ты отправишься завтра с косцами в поля и будешь охранять их от нападений бесов…

– Ну вот ещё! – ворчит Лейла.

– А куда ж ты денешься, – продолжаю я. – Во-первых, ошейник. – Я легонечко укалываю Лейлу магией. – Во-вторых, бесов в полях никогда не бывает. И ты поедешь с косцами чисто для проформы.

– Для чего? – переспрашивает Лейла.

– Я тебе потом объясню, когда вырастешь, – обещаю я и, отвернувшись от Лейлы, обращаюсь к русалке. – А ты, Миранда, отправляешься со мной к реке. Будем разбираться с твоей роднёй.

– Не родня они мне, – ворчит Миранда.

– Да хоть кровные враги, – возражаю я. – Так даже проще.

Девушки растерянно смотрят на меня. А мне всё равно. Я придумал, чем им заняться. Пусть хоть истерики закатывают, а приказ придётся исполнить. Но сначала мне требуется как следует выспаться.

Я встаю и, зевая и потягиваясь, направляюсь в спальню. За спиной слышится шушуканье, усиливающееся с каждым моим шагом.

Лишь бы успеть…

– Но ведь моё обещание правда важнее, господин Ксандр? – раздаётся умоляющий голосок Миранды.

Не успел.

Останавливаюсь на пороге спальни и поворачиваюсь к девушкам. Они смотрят на меня. Если я не отвечу и не выберу, кто из них пообещал сделать более важное дело, обязательно начнётся ссора.

– Вы обе – молодцы! – легко лгу я, скрываюсь в спальне и мигом захлопываю за собой дверь.

Глава 2. А без воды…

Караван за водой собрался немаленький. Узнав, что вместе с ними пойду я, сам некромант Ксандр, люди подготовили пять телег сразу. Три из них нагружены бочками, а ещё на двух едут водовозы и мечники. Все в кожаных доспехах, так что можно считать, что у нас почти две дюжины воинов.

Лошадей в деревне впритык, поэтому помимо запряжённых в телеги их у людей нет. А так хотелось бы конный отряд. Хотя бы небольшой!.. Но что уж теперь. Обходимся тем, что есть.

– Всё погрузили? – в последний раз спрашиваю я, оглядывая караван, и обращаюсь к Миранде: – Запрыгивай в любую. Ехать долго. Лучше на телеге, чем пешком. И быстрее.

– Я с тобой поеду, – тихо отвечает Миранда, теснее прижимаясь ко мне.

За всё время подготовки телег она не отошла от меня ни на шаг. С одной стороны, приятно, с другой – надоело уже.

– В первую садись. Я там поеду, только проверю всё, – отвечаю я, подталкивая Миранду в сторону головной телеги.

Тороплю русалку ещё и потому, что вижу, как по улице в мою сторону идёт кузнец Самсон, а следом семенит его «нянька» – соседский мальчишка Фёдор.

Но кузнец уже увидел меня. Он расплывается в широкой улыбке, машет мне рукой и прибавляет ходу.

Кажется, очередной лекции о том, как прекрасна была раньше Молотня, мне не избежать.

Не знаю, повлияло на его возросшую дружелюбность то, что я заходил к нему в кузницу познакомиться, или он со всеми такой общительный. Без разницы. Но стоит мне встретить его на улице, как он спешит поведать мне очередную «очень интересную» историю о Молотне. То они процветали круче, чем столица. То магов со всей страны встречали. Какой-то там то ли праздничный праздник у них был, то ли что-то ещё, я особо не прислушивался.

Вот и сейчас, если Самсон доберётся до меня, придётся слушать его старческую болтовню. А мне некогда!

В этот раз мне везёт. Как только кузнец Самсон подходит к каравану, глава водовозов Илья командует отправление.

– Глава Ксандр! Рад видеть! – здоровается Самсон. – А помните вы спрашивали про руды? Я могу… Могу многое вам рассказать про руды. Про шахты. Про мечи зачарованные. Только нужен будет…

– Извини, Самсон, мне пора! – торопливо отвечаю я и запрыгиваю на тронувшуюся с места телегу. – Увидимся вечером!

– Вечером! Буду ждать! – доверчиво кричит старик мне вслед.

Машу ему рукой, прекрасно зная, что к вечеру Самсон забудет и обо мне, и о том, что хотел мне что-то поведать. Вот и хорошо!

Ехать нам далеко, поэтому устраиваюсь поудобнее рядом с Мирандой. Это совсем не трудно. Я просто обнимаю её и прижимаю к себе. Чем убиваю сразу двух зайцев: и мне удобно, и русалка оказывается подальше от людей.

Да-да, деревенские до сих пор не любят нечисть. И если я с момента появления в деревне занимаюсь только полезными делами, то русалка до этих пор им только вредила. А я надеюсь это исправить. Чем, собственно, и занимаюсь в данный момент.

Миранда многое знает про местных русалок, их обычаи и о том, как у них всё устроено. Она поможет мне в переговорах, а деревенский люд поймёт, что она не так уж и плоха.

Зачем мне обелять репутацию Миранды, спросишь ты. Пока она живёт со мной в деревне, я должен быть уверен, что местные не сварят из неё уху с укропчиком. А если удастся вернуть девочку родственникам – вообще хорошо. Потому что, знаешь, это их ребяческое соперничество с Лейлой начинает перерастать во что-то серьёзное. А я не хочу прийти однажды домой и обнаружить, что девушки помирились, решив поделить меня поровну – топором!

Поэтому я и взял Миранду с собой – ради нашей с ней безопасности. К тому же она не виновата, что стала русалкой. Как и я в том, что родился демоном. Мы такие как есть, и с этим ничего не поделать. Показывать свою истинную суть мы можем только поступками – выбирать, какие они будут, только нам и никому другому.

– А как ты стала русалкой, Миранда?

– Утонула, – просто отвечает она.

Я жду подробностей, но больше девушка не произносит ни слова.

– Ты не хочешь об этом говорить?

– Да нет, что ты. Говорить в общем-то не о чем, – улыбается она. – Мне просто не повезло. Так бывает. Я не умела плавать, а все ребята купались там, где глубоко… Я так хотела быть как все. В общем, сама виновата. – Миранда испускает тяжёлый вздох. – Потом меня нашли русалки и сделали одной из них.

– Не жалеешь?

– Не о чем жалеть. Я была человеком совсем недолго.

– А сколько ты уже русалка?

– Ты чего! – в шутку возмущается Миранда и толкает меня плечом. – Такие вопросы девушкам не задают! – Она смеётся. – На самом деле я не знаю. Не считала. Наверное, не меньше десяти.

Я киваю. Десяти. Что-то слишком многое в этом мире сводится к этой цифре. Именно столько лет прошло с возникновения портала в лесу. И именно тогда пропали оба главы: и у людей, и у леших. Может, это что-то значит?

* * *

Река Глубокая огибает холмы с восточной стороны от деревни, где впадает в большое озеро почти правильной круглой формы. Я видел его как-то с высоты своего полёта. Набирать воду в озере деревенские не рискуют. Слишком много тины и водорослей. Поэтому нам и приходится доехать до устья.

Удивительно, но дорога до реки проходит без приключений.

Пока водовозы наполняют бочки, я осматриваю берег. Однако не нахожу там ни одного следа. Ни русалочьего, ни чьего-либо ещё.

– Нашла что-нибудь? – спрашиваю я Миранду.

Девушка отрицательно мотает головой. Тоже ничего. Значит, из воды русалки не выходят. Или выходят, но не здесь. Придётся искать дальше.

Я оставляю бойцам наказ стеречь людей и телеги и, забрав с собой Миранду, иду вдоль берега к озеру. Во всех учебниках по нечистеведению написано, что стоячую воду русалки любят больше. Думаю, что они «гнездятся» там.

– Хотела бы ты остаться со своими? – спрашиваю я у Миранды, когда мы отходим достаточно далеко.

– Своими? – рассеянно переспрашивает девушка, глядя себе под ноги в поисках следов.

– С русалками. Хотела бы ты жить здесь, на озере вместе с ними?

– Хочешь от меня избавиться? – интересуется Миранда, поглядывая на меня из-под пушистых ресниц.

Догадливая девочка. Но у меня есть отличная отмазка.

– Не хочу держать тебя на суше, когда твой дом в реке.

– Дом Лейлы тоже не среди людей, однако она живёт с тобой.

Замечание справедливое. Ещё и приправленное нотками ревности. За неделю жизни под одной крышей с двумя влюблёнными в себя девушками, я худо-бедно научился их определять. И это здорово помогает не сойти с ума, скажу я тебе. Рекомендую!

– У Лейлы нет дома, – отвечаю я, стараясь не подать вида, что Миранда угадала, зачем я вообще завёл этот разговор. – Мне пришлось бы прогнать её из деревни, но я выбрал поселить её к себе.

– Ты бы мог убить её.

Миранда говорит об этом так спокойно и таким милым голосочком, что смысл сказанного доходит до меня не сразу.

– И почему вы не можете жить мирно? – ворчу я, не требуя у русалки ответа. – Жили бы в своё удовольствие. И мне дали жить спокойно.

– Ты бы мог убить нас обоих, – тем же тоном сообщает Миранда.

Смотрю на неё. Она что, серьёзно? Мог бы и убить. А я смог бы?

– Там следы на траве, – вдруг говорит Миранда.

Там, куда она указывает, глубокие следы на песке и примята трава, как будто кто-то на ней сидел или лежал. Я скидываю с плеча перевязь с мечом, оглядываю берег и нахожу место, где удобнее всего подойти к воде.

Провожу в воздухе рукой, и сразу же чувствую в глубине озера тонкую энергетику русалок. Они здесь!

– Ты мне понадобишься, – предупреждаю я Миранду, сажусь на землю и начинаю медитировать.

То, что я помню про жизнь русалок из учебников, это лишь поверхностные знания. А мне нужны конкретные магические формулы для заклинаний. Как изловить, как нейтрализовать и какие стихии использовать выгоднее всего. Перебираю всё.

Огонь я отметаю сразу. Русалки – создания воды, с любым огненным заклинанием они справятся на раз-два. А вот воздушная стихия может стать верным решением. Воскрешаю в памяти заклинания, связанные с воздухом. Если начнётся заварушка, мне пригодится всё!

А заодно обновляю и усиливаю ментальную защиту. Я прекрасно помню, как Миранда меня охмурила. А ведь она лишь юная русалка. Взрослые и более опытные особи наверняка обладают этой магией на более высоком уровне.

Поднявшись на ноги, отряхиваюсь и направляюсь к озеру. Не доходя до воды рисую в пространстве перед собой парочку воздушных рун, добавляю к ним одну скрепляющую, а поверх креплю лемнискату. Последний знак я люблю использовать больше остальных. Он позволяет заклинанию не гаснуть, пока ты ему не разрешишь. Ничего не может быть лучше, чтобы справиться с целым озером нечисти.

– Встань в сторонке, – предупреждаю я Миранду, отпуская заклинание. – Сейчас начнётся.

Вязь магических рун ложится на воду и медленно истаивает на её поверхности. Сначала ничего не происходит, но затем со дна начинают подниматься пузыри. Их становится всё больше и больше. Пузыри разрастаются. Вода бурлит уже повсюду. А в центре озера начинает формироваться водоворот.

Вода озера идёт волнами, как будто кто-то кинул в него булыжник размером с гору. Я делаю шаг назад. И вижу, как мимо меня проходит Миранда и подходит к кромке воды.

– Миранда! Отойди! Это может быть опасно!

Но Миранда заходит в воду по колено.

– Миранда!

Русалка останавливается.

– Я слышу их, – тихо отвечает она.

Я пытаюсь прислушаться, но помимо шума воды больше ничего не слышу.

– Что?.. – начинаю я, и тут появляются русалки.

В самом центре водоворота озеро вдруг вздыбливается уродливым пузырём. Налитый водой шар увеличивается до гигантских размеров и с оглушительным хлопком лопается, обдавая нас ледяными брызгами. Вместе с взорвавшейся водой в центре озера появляются русалки. Они пытаются уйти от водоворота, но он сбивает их с пути, переворачивает и играет с ними, как с пушинками. Русалки злобно кричат, бьют руками по воде, пытаясь выбраться.

Легонько крутанув пальцами, уменьшаю силу водоворота, давая бедняжкам добраться до берега. Моё заклинание сразу было настроено таким образом, что всех их несёт в мою сторону, не давая выбора.

Волны хлещут всё сильнее, прибивая русалок к берегу. Нас с Мирандой, поджидающих их на месте, они замечают почти сразу же. Тормозят хвостами и руками, насколько это возможно при действующем заклинании.

Когда русалок у берега становится достаточно, я выступаю вперёд и поднимаю обе руки вверх, привлекая их внимание. Это мой любимый знак мирных намерений. Даже странно, что ещё ни разу не сработал. Кстати, именно поэтому мои мирные намерения при знакомстве с русалками начинаются с водоворота, безжалостно выкидывающего их на берег. В этом мире приходится действовать только так. Иначе и слушают невнимательно, и перебивают часто. А я этого не люблю.

– Я пришёл с миром! – громко возвещаю я и широко улыбаюсь, глядя на то, как в рядах русалок начинается паника. Не мудрено, ведь я показываюсь им во всей красе, обернувшись демоном. Склоняюсь ниже, чтобы русалки как следует разглядели острые клыки и горящие огнём глаза, и выдыхаю дымящееся пламя вместе со словами: – Кто у вас тут главный?

Среди русалок начинается толкучка, а затем вперёд выходит, или скорее выплывает водяной. Больше всего он похож на распухший от долгого нахождения в воде труп. Сине-зелёный, с поросшими плесенью складками кожи, раздувшимися конечностями и огромным животом. В руках он держит трезубец – кусок дерева, отломанный от старой коряги.

– Что тебе нужно от нас, демон? – спрашивает он. – Зачем воду зазря баламутишь?

– Ты главный? – на всякий случай уточняю я.

– Я царь русалок и всяческой водной живности! – отвечает водяной приосанившись и указывает вокруг трезубцем. – Повелитель всех вод и всех местных…

– Понял. Ты главный, – перебиваю водяного я. – Деревню неподалёку тут знаешь? Молотня называется.

От моей дерзости пузо водяного идёт волнами, но возражать мне он не рискует. В моей власти водоворот, который не даёт русалкам уйти на глубину. У берега их становится всё больше. А бороться с демоном на его территории слишком опасно. Больше потеряют. И водяной царь трезво оценивает свои силы.

– Знаю, – недовольно отвечает он.

– Ну так вот перед тобой её новый глава и владелец – демон Ксандр. И так уж вышло, что у меня с тобой вышла проблема. В деревне нет воды. По твоей вине.

Я указываю на него пальцем, а водяной оборачивается, пытаясь увидеть, на кого я показал.

Мне торопиться некуда. Я спокойно жду, пока он сообразит.

– Моей? – переспрашивает водяной. – Почему это по моей? Я ничего не делал!

Для убедительности он даже прячет трезубец за спину.

– Ну раз это сделал не ты, то это конечно всё меняет, – отвечаю я ласковым тоном, услышав который водяной царь тут же выдыхает и расслабляется. – Ты не делал, но ты всё вернёшь обратно. Или вы больше не сможете вернуться в озеро – это я тебе гарантирую! Проблему описать?

Я незаметно кручу пальцем, и водоворот усиливается.

Говорил же, полезная штука лемниската. Она будет удерживать заклинание бесконечно долго, мне остаётся только корректировать скорость его движения.

– Но так же… Мы же… Я же… – мямлит водяной царь, но я жестом показываю ему вращение, и он сдаётся: – Опиши.

– Опишите, о великий демон Ксандр, – поправляю его я и рассказываю: – В деревенских колодцах нет воды. И причина этому точно русалки. Вы перекрыли воду, идущую в деревню. А теперь вам надлежит вернуть её обратно.

– Нет! – внезапно твёрдо отвечает водяной царь.

Я выпрямляюсь во весь свой немаленький рост и буквально пышу огнём:

– В смысле НЕТ?!

– Да мы лучше пойдём через пустыню пешком искать новый дом, но тьму к себе больше не пустим!

Оп-па! Значит водяные не просто так воду в деревне перекрыли. И самое удивительное – не для того, чтобы людям насолить. Об этом я не подумал.

– А вот с этого места поподробнее, – говорю я.

Радуясь уже от того, что его согласны выслушать, водяной царь рассказывает свою «страшную» историю. А я снова слышу в ней заветные «лет десять назад». У меня уже под черепушкой свербит от этих слов. Рано или поздно я выясню, что же случилось тогда на самом деле.

– Лет десять назад к нам пришла тьма! Опустилась на лес, накрыла поля и стала уничтожать всё живое. Выжигать саму жизнь вокруг! – Водяной царь показывает в сторону Молотни. – Мы закрыли им путь к себе. Перекрыли все водяные пути: подземные и надземные. Все речки и ручейки. И сами стараемся как можно реже появляться на суше. Если я открою тьме путь к озеру, всем нам будет грозить смертельная опасность!

– Тьма, зло, мрак и ужас – это всё понятно, – ворчу я. – Поконкретнее можно? Кто вам угрожает? Что за нечисть?

– Не знаю, – разводит руками водяной царь. – Когда я стал царём, нападения на русалок уже прекратились. Предыдущий правитель русалок перекрыл тёмным тварям все ходы в воде, и больше их никто не встречал.

История водяного звучит… Странно. Не сказать бы «глупо». Десять лет назад около Молотни кто-то попытался открыть тёмный портал. Он не открылся целиком, зато собрал вокруг себя тьму, которой заразил всё вокруг. Но как только водяные твари перекрыли подземные потоки от озера к деревне, с ними больше ничего страшного не случалось.

И как теперь понять, осталась та тьма ещё или это был один единственный всплеск и всё это время водяные боялись зря?

– Откроешь доступ деревни к воде! – наказываю я водяному царю, строго грозя ему пальцем. – А иначе я высушу твоё болото и пешком по миру пойдёте новый дом искать… Как ты и хотел.

– Я не хотел, – неуверенно подаёт голос водяной царь.

– И я не хочу, веришь? Но придётся.

Водяной царь испускает тяжёлый вздох и обречённо кивает.

Так-то лучше!

Осталось надеяться на то, что я прав и полчища неизвестной нечисти не хлынут в колодцы Молотни вместе с возвратившейся туда водой.

Глава 3. Жест милосердия для нечисти

– Езжай с мужиками в поля, говорили они! Отдохнёшь, развлечёшься, говорили они! – проворчала Лейла и со всей злости пнула попавшийся под ноги крохотный камешек. – Скукотища!

Она с караваном телег только что добралась до обширных пшеничных полей. Отовсюду пахло сладкими полевыми травами, ветер гладил колосья, делая поля похожими на морские волны, а из-под ног то и дело выпрыгивали кузнечики. Один из них завёл неподалёку от Лейлы свою скрипучую песню. Плывущий от жары мир был открыт со всех стороны, и внезапного нападения можно было не опасаться.

Перебрасываясь ничего не значащими фразами, косцы разобрали инструмент и приступили к работе. Лейле же не оставалось ничего другого, как стоять в сторонке и ничего не делать.

В любое другое время она не отказалась бы от подобного времяпрепровождения, но, к сожалению, ждать пока косцы выполнят свою работу ей приходилось на открытом месте, а для упыря – порождения Тьмы это оказалось не слишком приятным занятием. Лейла чувствовала себя, как пирог в печке. Солнце пекло нещадно, а дорожный плащ, должный защищать её от жарких лучей, на самом деле добавлял пару градусов и так раскалённому воздуху.

Ещё раз осмотрев бескрайние поля и не обнаружив на них ни единого признака опасности, Лейла мысленно махнула рукой на жалких людишек, урожай и указания Ксандра не отходить от них ни на шаг. Она дала знак группе мечников, выделенных от деревенского гарнизона на охрану покоса вместе с ней, и ушла в сторону лесополосы.

Под деревьями её встретила долгожданная прохлада и возможность ничего не делать с комфортом. Даже надоедливого кузнечика отсюда было почти не слышно.

Дойдя до тени, Лейла присмотрела удобное местечко между двумя раскидистыми осинами, расстелила плащ на земле, села и испустила вздох наслаждения. Долетающий с полей лёгкий ветерок гладил её по волосам, а шум листвы успокаивал и настраивал на сонный лад. Лейла сладко зевнула и улеглась на плащ, с наслаждением потянувшись. Так сторожить беззащитных человечков она была согласна.

– А-а-а! – послышалось с поля.

– Да чтоб вы все передохли! – выдохнула Лейла, морщась.

Добавив парочку смачных ругательств, она приподнялась, выглянула из своего убежища и тут же вскочила на ноги: сминая спелые колосья уродливыми копытцами на людей неслись сразу три земляных беса. Огромные, обозлённые не на шутку, они неслись во весь опор, гортанно хрюкая, словно свиньи.

Откуда они взялись?

Гадать было некогда, и бросившись наперерез двум бесам, Лейла крикнула мечникам:

– Берите на себя третьего!

Увидев её, нечистые твари разделились. Один бес повернул к ней, а второй продолжил бежать к косцам.

«Если он доберётся, им не выжить, – промелькнула мысль у Лейлы в голове и следом сразу следующая: – Ксандр будет недоволен».

– Время испытать свои пределы! – задорно воскликнула Лейла, отращивая длинные острые когти.

Когда между ней и первым бесом осталось меньше пары метров, она пригнулась и, мощно оттолкнувшись от земли, пролетела оставшееся расстояние в прыжке. Упёрлась пяткой в землю прямо перед бесом, поднырнула под удар корявой лапы и, полосонув когтями жирную тушу, отпрыгнула и побежала дальше.

Бес позади неё взревел от боли, но оглядываться Лейла не собиралась – некогда. Бесы – не лучники и не маги, ударить издалека они не могут. Пусть сначала догонит!

Второй бес уже почти добрался до людей – слабеньких, хрупеньких, сладеньких кусочков мяса на ножках.

– Вилы в землю! – крикнула Лейла, понимая, что не успеет.

Один из косцов сообразил, о чём она говорит. Он схватил с телеги вилы, упёр черенок в землю, а заострённое навершие направил на бегущего на него беса.

– Делайте так же! – приказал он остальным, и вскоре группа косцов ощетинилась зубцами вил.

Завидев это, бес резко затормозил. Они твари хоть и тупые, но сообразить, что на вооружённых людей бросаться глупо, мозгов хватало. Замотав головой в поисках следующей жертвы, бес взревел и кинулся к Лейле.

– Как хорошо, что я выгляжу так беспомощно, – шепнула она, коварно улыбнувшись.

Они встретились посреди пшеничного поля. Повторив тот же приём, Лейла распорола бесу толстый красный бок и отскочила в сторону. Взревев, бес кинулся на неё, а вскоре ему на подмогу подоспел и второй.

– Столько внимания, и всё мне одной? – кокетливо выдала Лейла.

Она ловко уворачивалась от ударов неуклюжей нечисти, не упуская возможности вонзить когти как можно глубже и рвануть как можно сильнее. Зеленоватая кровь бесов щедро лилась на землю, но и на светлой коже Лейлы расцветали алые, как маки, царапины. Запасов тёмных сил у Лейлы было в достатке, и раны мгновенно стягивались обратно, оставляя на коже еле заметные белые полосы.

Удар, блок, уворот, ещё удар. Лейла отпрыгнула, перебежала в сторону и напала снова. Бесы – сильные противники, но неповоротливые и неуклюжие. Лейла намеревалась победить их, используя свои явные преимущества: скорость и увёртливость.

Совсем рядом в полях раздался громкий человеческий крик. Лейла отскочила от бесов как можно дальше и бросила быстрый взгляд в ту сторону. Один из мечников упал на землю и больше не шевелился. Теперь против последнего беса сражалось всего трое людей. Если бес выведет из строя ещё одного мечника, ему ничего не будет стоить разобраться с оставшимися двумя.

– Как же всё это несвоевременно, – заворчала Лейла и посмотрела на своих противников.

У одного беса была сильно исполосована грудь, изо рта шла кровавая пена, а хриплое дыхание вырывалось из лёгких с отчётливым бульканьем. Он уже не жилец. Но вот второй бес остался почти невредимым. Пару неопасных для жизни царапин на его теле он даже не заметил.

– Пора с вами кончать! – рыкнула Лейла, снова кидаясь в бой.

Она выбрала того, кто выглядел более невредимым. Пару раз обойдя бесов по кругу, она дождалась, пока выбранный бес вырвется вперёд, подскочила вплотную и вонзила длинные когти ему под рёбра, пытаясь достать до сердца. Лапы монстра колотили её по голове и царапали лицо и бока, но осторожничать не имело смысла: нужно было спасать людей.

– Подыхай уже!

Лейла провернула когти в тугой туше, проталкивая их глубже. Внутри беса вдруг что-то хрустнуло. Бес коротко взвыл, упал, увлекая за собой Лейлу и бездумно забил лапами, извиваясь в предсмертных судорогах. Порадоваться первой победе Лейла не успела: добежав до них и отчаянно хрипя, на неё накинулся второй бес. Несмотря на то, что он еле дышал, сил в нём оставалось предостаточно. Он навалился на Лейлу сверху и стал кусаться и полосовать её когтистыми лапами.

Рыча и матерясь, Лейла попыталась сбросить с себя монстра, но тот лишь давил сильнее, не давая ей подняться. Кривые красные когти рвали её плоть, а зубы всё ближе подбирались к горлу.

– А ну слезь, тварь, – зашипела Лейла.

Тупой красный уродец рыкнул в ответ и вцепился своими кривыми клыками ей в шею. Рванул, вырывая клок плоти, и довольно захрюкал, с аппетитом уминая добытый завтрак.

Из порванной артерии хлынула кровь. Лейла заорала от боли. Ей чудом удалось увернуться от следующего укуса, и она укусила сама. Впиваясь в мерзко-пахнущую тушу клыками, она влила в неё часть тёмной силы, пытаясь взять контроль над бесом. Но способности упыря в этот раз её не спасли: бес отчаянно сопротивлялся.

Лейла взвыла, как дикий зверь. Поработить человека в разы проще – он не наполнен тьмой, как красный бес. Но и сдаться она не могла: на кону стояла её жизнь.

Утробно ворча, бес с упоением рвал её тело на части. Скоро она не сможет удерживать силу внутри себя. Решившись, Лейла ударила последним оружием из своего арсенала: собственными Силами – всеми запасами Тьмы, что в ней остались.

Чувствуя, как Силы покидают её тело вместе с жизнью, Лейла зарычала и, собрав всю свою волю в кулак, громко заорала:

– Умри, тварь! Умри! Умри! УМРИ-И!

Тьма в теле беса забурлила, пытаясь одновременно сохранить своему созданию жизнь и выполнить приказ той, кто ей управлял. Бес растерянно замотал головой. Он чувствовал боль, но не понимал, что происходит.

Улучив момент, Лейла извернулась и выскользнула из-под тяжёлой туши. Извернулась и вонзила когти в толстую шею беса.

– Сдохни! – зашипела она.

Бес под ней пару раз дёрнулся и выгнулся дугой. Дымным туманом изо всех его пор повалила Тьма. И та, которую влила в него Лейла, и его собственная. Она изливалась из беса, забирая с собой его жизненные силы. Бес издал протяжный хриплый рёв, в последний раз дёрнулся и сдох.

– Умничка, – устало «похвалила» беса Лейла и без сил повалилась прямо на него.

Где-то неподалёку раздавались крики людей. Это остатки отряда мечников сражались с последним бесом. Она хотела встать и помочь им, не могла пошевелиться, сил совсем не осталось.

– Люди… Там… – пыталась Лейла уговорить тело подняться, но, то ли она сама по себе была девушкой несговорчивой, то ли Тьма отвернулась от неё, но силы по-прежнему убывали, выскальзывая из неё, как вода из дырявой посудины.

Вокруг неё продолжался бой: рычала нечисть, кто-то кричал, раздавались звуки ударов. Совсем рядом раздался шорох – прутик травы хрустнул под подошвой. Лейла с трудом сфокусировала взгляд и увидела перед собой высокие мужские сапоги. К ней подошёл кто-то из людей. Зачем – гадать не нужно было.

«Хотя бы человек нанесёт мне последний удар, а не нечисть», – промелькнуло в голове, и Лейла закрыла глаза.

* * *

Напавший на них красный земляной бес был крупнее всех, что Иван видел прежде, – на голову выше и раза в два шире. Неужели до этого момента на их деревню нападали лишь недоросли, а теперь пришло время истинной нечисти? Громадный бес легко уходил от атак, избегая ударов смертоносными для него артефактными мечами. Даже исхитрился дотянуться длинными лапами до одного из мечников. Вырвал оружие из его рук и убил. И мечников осталось трое.

– Спиной к спине! – приказал Иван, вставая в стойку. – И не давайте ему пройти к остальным!

Услышав человеческую речь, бес поднял морду к небу, громогласно рыкнул и тут же бросился вперёд. Однако они были готовы. Первый удар нанёс сам Иван, второй – его соратник Пётр, меч третьего воина, Изяслава, пролетел в паре сантиметров от твари. Бес отскочил назад. На его лапах красовались два неглубоких пореза. Зелёная кровь в них шипела и пузырилась – работали защитные белые руны мечей. Однако, для убийства беса таких лёгких порезов было явно маловато.

Иван недовольно поморщился. Не настолько тупые твари эти бесы, чтобы бездумно бросаться на вооружённых мечами людей. А жаль.

– Налево! – скомандовал он, заметив, что бес собирается обойти их и атаковать косцов.

Заметив, что его маневр предупреждён, бес рванул напролом. Люди встали цепью, как они делали это сотни раз на тренировках. Рядом яростно закричал Пётр. Бес подскочил ближе, и Иван ударил. Меч рассёк когтистую лапу и вонзился в кость. Бес взвыл, рванул лапу вверх и снова ударил. Иван почувствовал мощный толчок в грудь, а когти твари рубанули его по руке с мечом и, заваливаясь на спину, он не сумел его удержать. Меч полетел в одну сторону, Иван – в другую.

– Осторожнее! – раздался крик Петра.

– Берегись! – прокричал Изяслав.

Рядом раздались два глухих удара и звуки падения тел на землю – бес раскидал всех, словно они были для него пушинками. Ну он и силён! Раньше таких точно не было.

Оглушающе громко звенело в ушах, а перед внутренним взором мельтешили разноцветные пятна. Иван с трудом разлепил веки. По лицу, заливая глаза, текла вязкая алая кровь. Когда зрение достаточно прояснилось, он разглядел уродливую бесячью морду прямо перед собой. Крохотные налитые кровью и злобой глазки изучали его лицо. Заметив ответный взгляд, бес рыкнул, обдавая Ивана мерзко пахнущим дыханием, выпрямился и, подняв тяжёлую лапу вверх, с размаху опустил её Ивану на голову.

Инстинктивно зажмурившись, Иван замер в ожидании неминуемой смерти, однако удар вышел совсем не сильным. Тоненько подвывая бес… Гладил его по голове?

Иван открыл глаза. Из лоснящейся красной туши, зависшей над ним в момент смертельного удара, торчали четыре зубца вил. Помощь подоспела вовремя. Нанизанный на вилы бес не смог опустить лапу вниз до конца и убить его. Но и выдернуть их он уже не успел. Вторые вилы вошли ему чуть ниже рёбер, а третьи – точно в сердце. Издав последний полурык, бес пару раз дёрнулся и так и застыл: нанизанный на вилы, как гигантская красная зефирка.

– Ну вот и всё, – раздалось из-за тела беса. – Всё кончено.

Вооружённые вилами косцы уронили тушу беса на землю и помогли Ивану встать. В первую очередь Иван поднял с земли свой меч, затем проверил состояние остальных людей. Все косцы и двое его соратников-мечников живы – это главное! А синяки и ссадины в их положении даже за боевые ранения не считались.

Иван выпрямился, свободно вздохнул полной грудью, сбрасывая боевое напряжение, и окинул взглядом просторное пшеничное поле, внезапно ставшее полем битвы. По-прежнему ярко светило солнце и громко стрекотали в траве кузнечики. Но примятая трава, перепачканная в крови монстров и людей, и безобразные трупы бесов портили прежде безупречную картину. Когда-нибудь они очистят земли от тьмы и нечисти, а их дети смогут жить без страха и не будут бояться выйти за стену. Иван истово верил в это и делал всё возможное, чтобы как можно скорее приблизить долгожданный момент. Когда-то он был обычным плотником, а теперь сражался ради своей мечты. И ради неё был готов пойти на всё.

До самых дальних кромок поля было чистыми – ни новых бесов, ни признаков их скорого появления. Иван нахмурился. Откуда они вообще здесь взялись? В полях, где отродясь не появлялись! Всем известно, что красные земляные бесы пришли в деревню из тёмного леса. Так откуда они взялись в пшеничных полях на противоположной от леса стороне?

Мотнув головой, Иван отогнал от себя тяжкие раздумья. Вернувшись в деревню, он обязательно расскажет об этом Прохору. Пусть тот думает, что к чему. А у него были дела поважнее.

Ещё раз оглядев затихшие поля, Иван повернулся к людям. Пока у них из потерь только один человек – его соратник-мечник. Иван недовольно нахмурился: именно ему предстоит сообщить семье погибшего печальную новость.

– Погрузите его в телегу, – приказал Иван. – И принимайтесь за работу. Пока солнце высоко. – Он оглядел людей, стоящих вокруг него. – А упыриха где? Неужто сбёгла?

– Да там она, – ответил один из косцов.

Глянув в указанном направлении, Иван сразу увидел неподалёку от телег, на которых они приехали, два исполосованных длинными когтями безобразных трупа. Рядом с ними лежала упыриха. Иван подошёл ближе. Нечисть вздрогнула, открыла глаза и попыталась что-то сказать, но у неё не вышло: она слишком ослабла. Коснувшись её кончиком сапога, Иван перевернул нечисть на спину. Её тело было изуродовано глубокими ранами, из шеи вырван клок, вся одежда пропитана кровью. Она не выкарабкается.

Иван перевёл взгляд на свой меч. Можно ли это считать жестом милосердия для тёмного создания как она?

– БЕСЫ!!! – пролетел крик над полем.

Подняв голову, Иван пригляделся и насчитал в поле одну, две, нет… К ним приближалось сразу четыре твари, и все громадные. А они с одной-то еле справились.

– Уходим! Грузитесь по телегам и отступаем в деревню! Быстро! – закричал он.

Ещё раз осмотрев раны упырихи, Иван принял решение. Она бы всё равно умерла. Оголив меч, он склонился над упырихой. Она попыталась оттолкнуть его и отползти, но её сил было слишком мало для этого.

– Ты хорошо сражался, солдат, – сказал Иван, примериваясь мечом. Ему пришлось придерживать упыриху на месте, чтобы не промахнуться. – Считай это своей последней милостью.

Глава 4. Вся её ложь

Из-за того, что моё заклинание слишком сильно взбаламутило воду в озере, нам приходится ждать, пока взвесь осядет на дно. Водяной царь бродит туда-сюда по пояс в воде и смотрит, не расчистилось ли озеро, а его подопечные русалки расположились на берегу. Они поют песни, расчёсывают длинные, пахнущие тиной волосы и вплетают в них прибрежные травы. В общем, не скучают, пока ждут.

Мы с Мирандой находимся чуть поодаль. Я занят созданием новой схемы для привычных мне заклинаний. Такого я ещё не делал, а затянувшееся ожидание – лучшая возможность для практики.

Миранда сидит рядом, что-то вполголоса напевает и плетёт венок. Завершив основную работу, я начинаю тайком выпускать совсем крохотные заклинаньица на волю, а заодно кошусь на Миранду, проверяя, чем она занята. Кажется, настало время сказать русалке, зачем я взял её с собой.

– Не хочешь поиграть вместе со всеми? – спрашиваю я, начиная разговор издалека.

Миранда поднимает голову и смотрит на русалок.

– Нет.

– Но почему?

– Не знаю, – отвечает Миранда и жмёт плечами. – Я не чувствую себя здесь как дома.

– Но ты же раньше жила здесь.

– Только в детстве, когда я была маленькая.

– И что же изменилось?

– Я выросла?

Качаю головой, уж и не зная, как уговорить её остаться.

– Не знаешь, как уговорить меня остаться? – спрашивает Миранда, в очередной раз угадав мои мысли.

– Не знаю.

– Почему просто не прикажешь? – Она показывает на ошейник на своей шее. – Ведь я всё равно не смогу ослушаться.

На этот вопрос мне ответить ещё сложнее.

– А ты задаёшь очень умные вопросы для девушки твоего возраста, – улыбаясь, говорю я.

– У нечисти нет возраста. Только опыт, – хихикает Миранда, и от улыбки её лицо становится так похоже на человеческое: открытое и дружелюбное.

– Если ты не останешься на озере с русалками, тебе придётся вернуться ко мне домой, – захожу с другой стороны я.

– Назовите минусы.

– Лейла?

– Ой, да перестань! – Миранда смеётся. – Я уже давно знаю, что ты не выберешь ни одну из нас.

– Откуда ты знаешь?..

Я удивляюсь настолько, что даже перестаю колдовать. А русалка чисто по-женски охает и закатывает глазки.

– Такой импозантный мужчина как вы, господин Ксандр, – воркует она сладеньким голоском сирены, – если выбирает себе женщину, то долго не раздумывает! Р-раз – и навсегда!

– А может я присматриваюсь? – шучу я.

Миранда звонко смеётся и хлопает меня по руке. Но её смех тут же обрывается. Я смотрю на неё. Только что улыбчивая девушка выглядит собранно и хмуро.

– Пора, – тихо говорит она, не отводя взгляда от водной глади озера. – Муть осела, пора идти.

В подтверждение её слов подаёт голос водяной.

– Ксандр! Демон Ксандр! – кричит он из воды. – Вода уже достаточно чистая, можно плыть! Вы со мной?

И почему мне кажется, что последнюю фразу он произносит со злорадством? Может, потому что так оно и есть, как думаешь?

Я встаю и подхожу к кромке воды. Со своего места вижу дно и даже стайку плывущих по своим делам крохотных рыбёшек.

– Отлично! Всё чисто! – Я делаю знак Миранде подойти и показываю на неё водяному. – Она пойдёт с тобой и проследит, чтобы ты сделал всё как надо!

Водяной морщится, как будто я предложил ему горькое лекарство, и нехотя соглашается:

– Ладно! Давай её.

Улыбка, появившаяся на его лице в этот момент, мне совсем не нравится. Но я улыбаюсь шире: на случай мерзких ухмылочек у меня есть волшебный «ластик». Я поднимаю руку, держа в зажатом кулаке хвостики заклинаний, и делаю их видимыми. Тончайшие цепочки подчиняющих рун проявляются на свет, становясь похожими на яркие светящиеся нити. Они тянутся от моих рук к русалкам и заканчиваются, обхватывая их лодыжки. На каждой цепочке петле ни узелка, ни бантика – чистая работа.

– Если через десять минут не вернётесь, я весь твой гарем сожгу дотла!

Завидев странные светящиеся нити, напоминающие кандалы, русалки в панике бегут к воде, надеясь спрятаться от моей магии на дне. Однако в озере их поджидает весьма неприятный сюрприз. Как только русалки входят в воду, они ощущают нестерпимый жар. Заклятье, прикреплённое к ним, обращает воду в огонь. Это я придумал – есть повод гордиться собой.

С улыбкой наблюдаю, как русалки пытаются сбежать, прыгают в воду и тут же, ошпаренные и обожжённые выскакивают обратно. Жалко ли мне девушек? Конечно! Жалко ли мне тёмную нечисть? Ни капельки. Я видел их истинную суть.

И это, кстати, одна из причин, по которой я хочу оставить Миранду на озере. Она низшая нечисть, русалка, сирена – назови, как пожелаешь, сути это не меняет. Весь смысл её существования сводится к тому, чтобы набить живот, пожирая слабого. И давай я закончу этот список тем, что она пыталась меня съесть, и даже не совсем неудачно.

Поворачиваюсь к Миранде и вижу её перепуганный взгляд. Вот Тьма! Она что, снова догадалась, о чём я думаю? Как о таком вообще можно догадаться?

– Что-то не так?

– Я не хочу идти с ним, – отвечает Миранда, указывая взглядом на водяного. – Он мерзкий.

– Не бойся! Ошейник позволяет тебе использовать Силы против нечисти. Так что, применяй смело, ты у меня девочка не слабая. – Я бросаю взгляд на водяного. Он больше походит на престарелого ловеласа, чем на коварного убийцу. – Тебе нужно только сплавать с ним туда-обратно. Все остальные «действия» – на твоё усмотрение. – Подмигиваю Миранде, намекая на шуры-муры с водяным, в ответ на что она с пренебрежением кривит губы. – Да ничего он тебе не сделает, – решительно добавляю я. – Он трус. Он меня побоится.

– Из-за них? – Миранда переводит взгляд на русалок и шёпотом спрашивает: – Ты и правда их сожжёшь?

– Нет, – так же шёпотом отвечаю я, – если он сделает всё, как я сказал. – Я легонько хлопаю Миранду по носу и добавляю: – Не переживай, всё будет хорошо. Царь не дурак. Своих подданных терять он не станет.

Миранда кивает, но я вижу, что она по-прежнему сомневается.

– Ну скоро вы там? – кричит водяной царь.

– Готова? – спрашиваю я и кричу водяному в ответ: – Уже идём!

Миранда хватает меня за рукав, останавливая. Всматривается в лицо, будто пытаясь на нём что-то найти, и недовольно хмурится.

– Раньше ты таким не был, – тихо говорит она.

Интересно, какое именно «раньше» русалка имеет в виду – она знает меня всего неделю. Однако я понимаю, про что она говорит.

– Миранда, ты кое о чём забываешь, – строгим тоном говорю я. – От нас зависят жители целой деревни. Их постоянно атакует тёмная нечисть. На их дома без остановки нападают красные земляные бесы. Вдобавок к этому в деревне закончились запасы воды. И я не собираюсь целую неделю водить хороводы вокруг этого коронованного пузыря, чтобы он вернул в колодцы воду. Которую перекрыл его предшественник.

– Делаешь это ради людей? – с горькой усмешкой спрашивает Миранда.

– Я тоже нечисть, если ты об этом. Мои Силы питает Тьма, этого не изменить. Но я не выбираю сторону между нечистью или обычными людьми. Я делаю это ради жизни. И если ты этого не понимаешь, оставайся с теми, с кем ты одного вида.

После этих слов Миранда поджимает губы. Она отпускает мой рукав и решительно идёт к водяному. Верный выбор, прелестница. Я уверен, что на озере тебе будет лучше, чем среди людей.

– Десять минут! – напоминаю я водяному, когда они с Мирандой готовы погрузиться под воду.

Царь мнётся, зачем-то поглядывает на Миранду, словно ждёт от неё подсказки, а затем всё же решается.

– А десять минут, это сколько? – спрашивает он.

Точно. Забыл, что этот мир не знает о смене сезонов, а нечисть о времени.

– Десять минут – это как раз доплыть до места назначения, сделать то, что нужно, и вернуться обратно. Без задержек! Понял?

– Понял, – сокрушённо кивает головой водяной царь и делает знак Миранде следовать за ним. – Ну, пошли, сирена.

Они скрываются под водой. Какое-то время их путь отмечают пузыри воздуха, всплывающие на поверхность, но вскоре исчезают и они. Мне снова остаётся только ждать.

Не знаю, что так сильно расстроило Миранду. Она ведь тоже хищник, должна понимать, что в борьбе за существование выживает сильнейший. Хорошо, что она решила остаться. Считай, этой поездкой я решу сразу две проблемы: с водой и с русалкой.

* * *

Задание господин Ксандра было очень простым: пойти за водяным царём и проследить, чтобы он всё сделал правильно. Миранде даже ничего не нужно было делать самой. Но рассекая тёмные воды озера, она мысленно составляла собственный план действий. И он включал в себя не только слепое следование указам.

Они с водяным царём доплыли до другого берега озера, нырнули глубже и, проплыв под грудой сваленных в кучу деревьев, оказались в подземных пещерах. Света тут не было совсем, спасало только отличное ночное зрение.

– Чего ж ты дала себя заарканить, сирена? – заговорил с ней водяной царь.

– Он демон. Он сильнее меня.

– А снять его? Снять его ты не пробовала?

– Он демон. Он сильнее меня.

– А ежели попросить кого? – спросил водяной царь, намекая явно на себя.

– И это тоже пробовала. Но на ошейнике заклинание. Снять его может только сам господин Ксандр.

– А-а, – протянул водяной, даже не стараясь притвориться, что на самом деле сожалеет. – Ну так надо было сопротивляться! – смеясь, добавил он, выпуская через жабры россыпь мелких пузырьков воздуха.

Он обернулся, будто бы проверяя, поспевает ли за ним молодая сирена, и Миранда притворилась, что не заметила, как он прошёлся по её телу сальным взглядом. Ничего удивительного в таком поведении не было: этот водяной никогда не славился приличием. Странно другое: неужели за столько лет он ни капельки не изменился? Вот она – изменилась.

– Приплыли! – возвестил водяной царь, останавливаясь.

Миранда приблизилась, но ничего перед собой не увидела: проход шёл дальше, никаких боковых ответвлений или пометок.

– Ничего не вижу, – сказала она, устав вглядываться во тьму.

– И не увидишь! Ты же всего лишь сирена, а это особая водяная магия!

Водяной царь провёл перед собой трезубцем, и в воде остался светящийся тёмно-зелёный след. Он становился всё шире и больше, пока не заполнил весь проход перед ними. И тогда Миранда заметила прямо перед собой нечто вроде широких двойных дверей, сотканных из тонких ниточек магии. Ниточки сплетали плотный каркас, перекрывая путь. Дальше за ними воды не было, только пустой и сухой проход дальше в пещеры.

Миранда подплыла ближе и осторожно коснулась магического плетения. Её рука свободно прошла дальше, а тонкие нити посветлели и затейливым узором осели на ладонь.

– Как красиво, – вырвалось у Миранды.

– А то! – с гордостью ответил водяной. – Сам делал! – Он обернулся и, хоть кроме них в пещере никого не было, заговорил тише: – А этот демон твой хочет эту красоту разрушить! А вдруг за этими воротами Тьма? Ты об этом подумала?

– И что ты предлагаешь? – спросила Миранда и перевела задумчивый взгляд на водяного.

– А то и предлагаю! – Водяной подплыл ближе и, не переставая коситься на её пышную грудь, громко зашептал: – Вернёмся назад и скажем, что всё сделали. И ты это подтвердишь. Он уйдёт, а ты останешься! Была б ты чистокровной русалкой, я бы даже тебе место при дворе предоставил, а так…

– А так?

– Ну, будешь у нас на побегушках, Мирка. Лягушек по затонам ловить, да водоросли на обед собирать.

Миранда задумалась. Нет, не над тем, что предложил ей водяной. Это «шикарное предложение» она сразу пропустила мимо ушей. Она задумалась над тем, откуда у такого мелочного проходимца как водяной царь и такая искусная магия. И кажется, она знала ответ.

– Так заманчиво. Спасибо, что так заботишься обо мне, о великий повелитель озера, – проворковала она, подплыла к водяному вплотную и ласково погладила его по плечам, опуская ласки на грудь. – А пока у нас есть ещё несколько минут, может, мы с тобой проведём их не так скучно?

– Да… Я… Это…

Водяной царь не спускал с неё глаз. Привлекательное женское тело вкупе с зачарованным голосом сирены творили настоящие чудеса. Однако, водяной всё ещё не бросился на неё в порыве страсти.

– Давай проведём это время вместе, – соблазнительно шептала Миранда, незаметно приглядываясь к магии вокруг водяного.

Тонкие линии мерцали в такт его дыханию. Точно так же мерцал и трезубец. Еле заметно, грязным тёмно-зелёным цветом. Он мерцал, храня магические ворота на подземном проходе запертыми и оберегая своего обладателя от всепроникающей магии сирены.

Миранда хмыкнула. Если Магомет не идёт к горе, а мужчина не бросается на неё сломя голову, чтобы сорвать одежду и добраться до «сладенького», нужно его к этому слегка подтолкнуть.

– Мы… – томно прошептала она, спуская платье с одного плеча, – с тобой…

Водяной сдался и потянулся к ней сам. И виной тому даже не магия, а его слабая натура, жаждущая заполучить вожделенное тело как можно скорее.

– Да! Давай! – подбадривала его Миранда, подставляя губам водяного шею, плечи, грудь. Она обняла водяного и, прогладив его по руке, держащей трезубец, предложила: – Давай, я его подержу. Тебе он только мешает.

Она выгнул спину, чтобы перед глазами водяного было только её прекрасное тело, и водяной царь легко выпустил из рук трезубец, передавая его ей.

– Ты… Такая… Сочненькая… – мямлил он, между поцелуями. – Такая… Хоть ты…

– Хоть я всего лишь сирена? – уточнила Миранда.

Сладость из её голоса пропала, и водяной царь поднял взгляд, на миг вырвавшись из плена соблазнительного заклинания.

– Да, да, – наконец закивал он. – Хотя ты всего лишь жалкая сирена. Даже не русалка.

Миранда тоненько по-девчачьи захихикала в ответ и пожала плечиками, не прекращая улыбаться.

– А знаешь, на что ещё способны сирены? – Она отплыла от водяного, вильнула бёдрами и загадочно подмигнула. – Хочешь, я покажу тебе?

– Ай покажи себя, красавица! – довольно потирая руки согласился водяной.

– Мы можем вот так!

Миранда закружилась на месте, и льющаяся из неё магия смешалась с магией трезубца – он засветился, и магический след за ним приобрёл яркий сине-зелёный цвет, окутав русалку целиком.

Водяной перестал глупо улыбаться и застыл на месте. В его взгляде промелькнул испуг.

– Мы можем управлять водной стихией, – продолжала Миранда. – А трезубец усиливает нашу истинную Силу во сто крат.

– Отдай, – нерешительно потребовал водяной царь, протягивая к ней руку. – Отдай его мне!

– А ты отбери, – предложила Миранда.

Она рассмеялась, только в этот раз её смех был совсем не таким, как прежде. Из него исчезла вся доброжелательность и кокетство, оставляя лишь злость. Она стала двигаться быстрее, и вслед за ней вода в узком проходе пещеры побежала по кругу, превращаясь в водоворот. Водяной царь вцепился в камни, не давая воде себя унести. Он с ужасом смотрел на создание перед собой, которое не было чистокровной русалкой, но и назвать его «жалкой сиреной» тоже было нельзя.

– Отбери! Отбери! ОТБЕРИ! – кричала Миранда, заставляя воду бежать быстрее.

Руки водяного царя соскользнули с опоры, и водный поток увлек его за собой, царапая неповоротливое тело о выступающие края камней и болезненно ударяя о стены.

– Стой! Прекрати! – заорал он.

Однако Миранда не унималась. Она уже не кружилась, зависнув перед ним, а стояла на ногах на дне пещеры. Водоворот расступился, с бешеной силой вращаясь вокруг неё. Стена воды несла с собой мелкую взвесь и израненного водяного, чьи попытки вырваться становились всё слабее.

Наконец очередной удар прозвучал с оглушительным в крохотном пространстве пещеры хрустом. Водяной вскрикнул и затих. И Миранда остановилась. Взмахнув трезубцем, она остановила водоворот, и послушная её воле вода вновь заполнила пещеру. Миранда осмотрела водяного. Весь в синяках и кровоподтёках, он еле дышал, хрипя через посиневшие жабры.

– Ты же знаешь, водяной, что отобрать трезубец нельзя. Можно только отдать добровольно, как это сделал ты. – Она замолчала и закрыла глаза, будто слова причиняли ей боль ничуть не меньшую, чем она только что причинила своему старому врагу. – Или убить владельца трезубца. Так, как это сделал ты!

– Но… Я… – захрипел водяной царь, поднимая на неё взгляд.

– Ты убил моего отца. Вот откуда у тебя трезубец, водяной! – Она указала на магические ворота. – И это не твоя работа. Эти ворота создал мой отец! Поэтому ты не можешь их развеять, у тебя на это силёнок не хватит. Потому что это не я, это ты жалок!

– Но как ты… Как ты выжила? – спросил водяной царь, лишь теперь осознавая, кто стоит перед ним.

– Когда моих родителей не стало, от горя я стала лишь тенью себя. А никто не обращает внимания на тени, – рассказывала Миранда, глядя на водяного с ненавистью. – Я слышала, как ты подговорил сестёр убить меня, и сбежала. И всё это время притворялась, что ничего не знаю. Пока не увидела тебя, а в твоих руках отцовский трезубец. – Она приставила острие трезубца к горлу водяного. – Но я с радостью выслушаю, что ты сможешь предложить мне в такой ситуации, о великий повелитель озера.

Взгляд водяного царя заметался между ней и трезубцем, царапающем шею.

– Мы, – запинаясь, выдал водяной и из последних сил выкрикнул: – Мы можем править с тобой вместе!

– Ой, я так и знала, что ты догадаешься это предложить, – нежно проворковала Миранда, улыбнувшись. – Но править я могу и сама!

Короткий визг водяного прервался и наступила полнейшая тишина, когда сирена нажала на трезубец, добавив этому движению немого тёмной Силы. Трезубец загорелся сине-зелёным светом и вошёл в тело водяного, как раскалённый нож в масло. Миранде показалось, что она даже слышала шипение.

Выдернув оружие из бездыханного тела, она с облегчением выдохнула. Она убила того, кто виновен в гибели её семьи. Сестёр она никогда не считала до конца виновными. Они были лишь глупыми русалками. Когда некромант Ксандр убил их, ей даже стало чуточку легче.

Вспомнив о Ксандре, Миранда повернулась к магическим воротам, перекрывающим воду. Её рука непроизвольно поднялась к шее, а пальцы огладили невидимый ошейник. Его может снять только господин Ксандр. А она не сможет не выполнить приказ.

Опустив взгляд на водяного, Миранда улыбнулась: ей было приказано только сопровождать водяного, а остальное – на её усмотрение. Включая всю её ложь.

Глава 5. Повелительница озера

Под водой явно что-то творилось. Озеро колыхалось так, что можно было заподозрить вышедшее из-под контроля заклинание. Я даже своё проверил на всякий случай, вдруг это оно «шалит». Но нет, несмотря на довольно-таки нестабильные элементы в составе, моё заклинание вело себя прилично. В отличие от озера, в котором внезапно что-то громко ухнуло, загудело, а затем наступила тишина и волны начали успокаиваться. Гадая над тем, что это значит, мне осталось только ждать и вглядываться в тёмную воду озера.

За Миранду я не переживал. Магический ошейник на её шее давал знать, что с моей подопечной всё в порядке: жива и здорова. Надеюсь, ей понравится прогулка с водяным царём, и она согласится остаться!

Вскоре волны улеглись окончательно, и водная гладь озера стала похоже на зеркало. Я подошёл ближе к береговой кромке, чтобы не пропустить появление парочки. Сначала из воды показались кончики трезубца, затем водоросли на спутанных синих волосах, а затем и Миранда. Водяного царя с ней не было, а трезубец был – это я отметил в первую очередь. Не повезло «пузырю».

Вскочившие на ноги русалки заохали и громко зашептались. Они тоже увидели произошедшие перемены. Но Миранда лишь стрельнула в них взглядом и подошла ко мне.

– Всё сделано, господин Ксандр! – сказала она. – Замки сняты, подземный проход в деревню открыт. Но там затор из камней, думаю, колодцам понадобится время, чтобы целиком наполниться водой.

– Ничего, подождём. А нечисти и Тьмы не видно? – спрашиваю я, гадая, стоит ли спросить про судьбу водяного царя.

– Нет. Я никого не видела. – Миранда оглядывается и смотрит в озеро, как будто может видеть его насквозь. А вдруг так и есть? – Быть может, господин Ксандр, там и нет никого.

– Хорошо бы так и было, Миранда. Хорошо бы.

Я жду, пока Миранда полностью выйдет из воды и подойдёт ко мне. Взглядом указываю на трезубец и вопросительно приподнимаю бровь. Если Миранда не захочет говорить об этом при посторонних, я даю ей такую возможность.

– Я же говорила, что он мне не нравится, – тихо отвечает Миранда, и по её щекам растекается румянец. – Вот он и поплатился.

Я не спрашиваю, за что именно поплатился водяной, мне это не интересно. К тому же он мне тоже не нравился, а задуманное дело сделано – следовательно, плевать, что на самом деле произошло с водяным. Ещё и Миранда остаётся здесь, ведь она теперь правительница озера, трезубец-то у неё. Чувствую себя удачливым пронырой: мне удалось и рыбку съесть и в пруд не залезть.

– С повышением, прелестница! – с улыбкой поздравляю я русалку. – Твоих подданных я отпускаю, а с тобой мы начинаем долгое и продуктивное сотрудничество!

– Какое такое сотрудничество? – удивляется Миранда, хлопая ресничками.

– Взаимовыгодное, конечно же. – Я указываю ей на трезубец. – Ты теперь тут главная, вот и будешь править озером, а я деревней. – Я широко развожу руки в стороны, указывая на её новых подопечных и намекая на своих, которых отсюда не видно, и провозглашаю: – Идеальное взаимовыгодное сотрудничество!

Про то, чтобы снять ошейник, я не говорю ни слова, потому что снимать его не намерен. Ну, может, только чуточку ослабить – во имя моей же выгоды: чтобы Миранда смогла защитить своё новое положение среди озёрной нечисти. Своё сотрудничество с Мирандой я построю именно с этой позиции – оставшись для неё «господином Ксандром».

– Мне нельзя вернуться с вами? – спрашивает Миранда чуть ли не хныча.

В её слёзы я ничуть не верю, поэтому смело отказываю.

– Нет. Нельзя. Как же ты свой народ бросишь? Ты лишила их правителя и теперь обязана о них позаботиться.

– Это не мой народ, – недовольно фыркает Миранда и задирает носик кверху. – Я морская сирена, а это всего лишь обычные речные русалки.

Она говорит про эту разницу с такой гордостью, что объяснять, что всё это один подвид нечисти, я не берусь. Хоть это и является прописной истиной, про которую в любом учебнике написано.

– Да, они обычные русалки, а ты лишила их царя.

– Нового выберут.

– Ладно! – Я выпрямляюсь, упираю руки в бока и предлагаю: – Тогда отдай любой из них трезубец и пойдём.

Миранда прижимает трезубец к себе и испуганно смотрит на меня.

– Это мой трезубец, – говорит она. – Он принадлежал моему отцу.

– Оп-па! А говорила, что русалочья сирота. – Миранда опускает глазки поджимает губки. – А ещё говорила, что утонула, играя в реке с ребятишками. А ещё, что русалки, мол, тебя подобрали. Наврала?

– Ну, наврала.

– А я и поверил… Дурак!

– Дурак, – эхом повторяет Миранда, а затем спохватывается. – Не дурак, Ксандр! Ты вовсе не дурак! – Она краснеет от подобной фамильярности и снова опускает глаза. – Я просто не хотела рассказывать. А история про утопленницу самая простая ведь, в неё все верят.

– И я поверил. Но теперь поумнел и больше не буду. – Я смотрю на провинившуюся русалку… Сирену. И строго говорю: – Я ухожу в деревню, а ты остаёшься здесь и приглядываешь за русалками. Поняла?

– Поняла, – недовольно отвечает Миранда.

– Вот и ладушки!

Я разворачиваюсь и быстро ухожу. Пока Миранда не начала проситься уйти в деревню вместе со мной и пока я и сам не передумал и не взял её с собой обратно в деревню. Их извечные перепалки с Лейлой надоедают и порой отвлекают от дел, но всё же я привязался к этой вечно-грустной девушке с голубыми волосами.

Но Миранде лучше будет остаться на озере среди тех, кто с ней одного вида. А мне будет выгоднее – управлять и деревней, и повелительницей озера заодно.

* * *

К тому моменту, как я возвращаюсь к деревенскому каравану, мужики уже грузят на телеги последние бочки с водой.

– Отлично! – хлопаю я и потираю ладони. – И у меня всё сделано.

Мужики смотрят мне за спину, а их главный – Илья даже не боится спросить:

– А русалка где?

– Там, где ей и место, – отвечаю я. – На озере осталась. Будет за остальной нечистью приглядывать и мне докладывать.

Илья пожимает плечами и продолжает привязывать бочки, чтобы не упали. Вот и правильно: меньше слов, больше дела.

Остальные сборы тоже проходят слаженно и быстро: закрепить бочки, собрать салазки, убрать на место остатки верёвки и развернуть телеги к дороге. Деревенские мужики это тебе не парочка нечисти женского пола. Думаю об этом и в голову приходит мысль избавиться и от Лейлы. Интересно, как далеко находится её дом. А то, если мне по пути, я мог бы её проводить. С Мирандой же вышло.

Пока мы едем от реки через лес, нам не попадается ни одного беса. Даже странно.

– Странно, что бесов нет, – тут же шепчет Илья, сидящий рядом со мной.

Я киваю, а один из мужиков осеняет себя знаком отведения беды и отвечает:

– Оно и к лучшему! Может где в другом месте хулиганят, а не здесь. Но оно и к лучшему!

И он снова отводит от себя беду.

– Я видел что-то, – неуверенно признаётся ещё один мужик. – В чаще.

– Что ты видел? – спрашивает Илья.

– Что-то… – Мужик указывает в сторону от дороги. – Мелькнуло и пропало. Будто бы с факелом кто-то шёл.

Бесы с факелами не ходят. Пожара в лесу нет.

– Может, из соседней деревни кто? – спрашиваю я. – Дальше по дороге деревни есть?

– Есть. Город там, – отвечает мне Илья, тревожно поглядывая в указанную мужиком сторону. – Эта дорога раньше основным нашим торговым путём была.

О том, что случилось, я не спрашиваю. Сто раз уже слышал – Тьма случилась.

– И хорошо ли шла торговля?

– Не зна-аю, – тянет Илья. – Я тогда мелким был. Не особо всем этим интересовался, глава Ксандр. Говорят, неплохо. – Он смеётся. – Но старики всегда так говорят, что раньше, дескать, было лучше, а сейчас и трава не такая зелёная, и девки не такие фигуристые. – Он бросает быстрый взгляд на меня и добавляет: – Хотя эта твоя, русалка которая, вполне себе ничего.

Ух ты! Илья только что, считай, дифирамбы в честь Миранды спел. Мысленно усмехаюсь, вот уж правда: сирена может заворожить любого. И это она ещё не старалась.

– А чем же вы торговали? Пшеницей? – предполагаю я, вспомнив название деревни – Молотня. – Или чем-то другим?

Илья жмёт широкими плечами и крепко задумывается. Я не мешаю. Сижу в телеге и внимательно смотрю по сторонам. Нужно быть готовым ко всему, вдруг тот мужик и правда видел что-то в лесу.

– Точно тебе не скажу, глава Ксандр, – неспешно отвечает Илья. – Но точно не пшеницу. Помню, как народ в наше деревню прибывал за товаром. Помню телеги, что через поля и вот этот самый лес от нас уходили. И в них явно не пшеница была. Да и зачем за ней ехать, когда ярмарка в соседнем городе?

– И давно вы на ярмарке не были? – спрашиваю я, заранее предугадывая ответ.

– Лет десять.

Ну вот. Снова здорова. Те же самые десять лет. Я отвожу взгляд от Ильи и смотрю в лес на пробегающие мимо меня стволы деревьев. И вдруг вижу между ними крохотный огонёк.

– Притормози, Илюш! – командую я.

Илья останавливает телегу и поднимает руку, давая знак всему каравану остановиться.

– Ты что-то видел? – спрашивает он, осматриваясь.

– Я и сейчас вижу.

Огонёк, размером с искорку от костра, летит между деревьями, то поднимаясь выше, то опускаясь до самой земли. И направляется он прямиком к нам.

Я спрыгиваю с телеги и иду к нему навстречу. Огонёк замирает и пытается меня облететь по широкой дуге. А вот это уже интересно. На что он отреагировал таким образом? На движение воздуха? На мою ауру? Или на мою Силу?

Протягиваю руку и пытаюсь его схватить. Огонёк подлетает выше. Вскоре я гоняюсь за ним между деревьями, словно кот за солнечным зайчиком. Мужики, наблюдая за этим, ржут. А вот мне не до смеха. Во мне, помимо научного интереса, разгорается злость от того, что маленький паршивец никак не даётся в руки!

Наконец, я особо удачливо подбиваю огонёк мечом – плашмя, как битой, – и он падает в траву. Наклонившись, осторожно беру его в руки. Обычный блуждающий огонёк. Такие появляются, когда смерть не приносит покоя. И чаще всего они возникают, когда погибает не человек. Готов поспорить на свои рога, что пойманный мной мелкий паршивец, дух маленькой птички или даже рыбки. Иначе он был бы крупнее.

– Что там? – спрашивает Илья, не приближаясь.

– Ничего опасного, – отвечаю я и показываю Илье находку. – Блуждающий огонёк. У нас на уроках их блудяжками звали.

Я давлю паршивца, сжимая кулак. Слышится тоненький писк, и дух неведанной зверушки испаряется. Вот и всё. Можно ехать дальше.

– А они точно не опасные эти твои блудяжки? – с тревогой интересуется Илья, когда я запрыгиваю обратно в телегу.

– Ты же сам видел. – Я жестом показываю, как давлю огонёк. – Раз – и нет его!

– Просто, они ещё летят. И их много. Ну раз это не проблема…

Я смотрю в ту сторону, куда показывает Илья, и вижу ещё парочку блуждающих огоньков.

– И там тоже! И там! И там ещё один! – раздаются крики мужиков.

Оглядевшись, я вижу, как со всех сторон на нас летят огоньки. Поворачиваюсь и осматриваю караван. Мне огоньки ничего не сделают – попросту не смогут пробить естественную защиту демона. Их прикосновения будут для меня как капли дождя – сыро, мокро, неприятно, но вполне терпимо. А вот для людей… Если блуждающий огонёк коснётся человека, тот может сойти с ума или даже умереть. В блуждающих огоньках накапливается слишком много скорби и сожалений. Людской дух подобного воздействия не выдерживает.

– Поехали, Илья! Быстрее! – кричу я, запрыгивая в телегу, и объясняю: – Мне они не опасные, а для вас – смертельные!

Два раза просить не нужно. Илья пришпоривает лошадей, наша телега резво стартует с места, а за ней и остальные. Огоньки пока ещё далеко, и мы успеваем оторваться от них на приличное расстояние.

На полной скорости выехав из леса, мы оказываемся на его опушке. Впереди просторное поле и широкая поросшая травой дорога – последний отрезок пути из леса до деревни. Мне даже видна полоса крепостной стены вдалеке.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.