серж
Спектр. Укрощение строптивого

Глава 1

 Милисента была в ярости!

Как сверхновая звезда Милисента вспыхнула яростью необузданных эмоций, и мир вокруг начал искажаться под их воздействием. Стены кабинета и мебель приобретали неестественные формы, словно отражая бурные эмоции богини. И только вокруг ее двух собеседниц сохранялись островки спокойствия и стабильности в этом бурном море все сжигающих страстей.

Все три девушки сидели за рабочим столом в удобных креслах и обсуждали нечто важное. Новоявленная Богиня Милисента создала этот оазис стабильности в сердце хаоса, на грани миров в виде рабочего кабинета для встречи со своими подругами.

– Мили успокойся! – мягко проговорила одна из них, перетекая то в грациозного и непоседливого мангуста, то снова возвращаясь в человеческую форму.

Во время этого странного разговора, все три собеседницы перетекали из одной формы в другую. Они постоянно принимали те формы, под которыми были известны в реальном мире. А потом возвращали себе человеческий вид. Из-за чего создавалось впечатление, что это какая-то игра или театрализованное представление, связанное с маскарадным принятием иных образов.

– Ты перестаешь контролировать себя. – продолжила она – От того, что ты в ярости рвешь ткань мироздания никому лучше не станет. А уж твоему обожаемому Спутнику точно.

При упоминании ее Спутника уже начавшую успокаиваться богиню вновь охватил гнев. Спутник ее, и только ее!

Милисента, стала преображаться. И на этот раз не в летучую мышь, под образом которой она должна была стать известной в мире, а в существо с крыльями, рогами и когтями. В жуткую человекоподобную тварь, предназначенную только лишь для стремительной атаки и уничтожения всего что стоит на ее пути. Но даже в этом необычном обличии она оставалась богиней, горящей яростью и отчаянием.

А в отчаянье было с чего приходить.

Изнанка забрала ее Спутника, и Милисента погрузилась в океан беспокойства и страха. Воспоминания о том дне наполнили ее сердце яростью, отчаянием и чувством безысходности.

Она искала свою родственную душу, самой судьбой предназначенную ей, много лет, но все попытки найти Спутника на Изнанке оказались безуспешными.

Милисента почувствовала родственную душу много лет назад. Тогда она еще не была богиней. Хотя бабка и готовила ее на свое место, как будто знала о своем скором уходе. И у Милисенты было время на поиски родственной души. Но ее Спутник постоянно находился на Изнанке мира, иногда перемещаясь по ее уровням. И попытки найти его были неудачными.

Это затворничество Спутника вызывало беспокойство. Никто из живущих в реальном мире не сможет жить так долго на Изнанке.

Но совсем недавно Спутник вышел в реальный мир. Милисента не спешила встречаться с ним, решив понаблюдать и изучить его со стороны. Тем более у Спутника на груди висел изуродованный, но еще действующий древний, божественный амулет ее семьи. А сейчас из-за того, что она тогда промедлила и приходила в бешенство. Чувство вины и сожаления от упущенной возможности защитить его буквально разрывали все ее существо. Они уже сейчас могли быть вместе!

Спутник оказался неуравновешенным, с раздутым чувством справедливости малолетним безумцем. Пьяный угар реального мира медленно, но, верно, сводил его с ума.

Он родился и вырос в глубинах нижних уровней Изнанки, в каторжном поселении. Управляемого жестокой рукой его каторжанки-матери, ненавидящей общество и богов. И только сила воздействия ужаса и власти его матери удерживало все поселение в рамках приличий и порядка. Известия о матери Спутника вызывали тревогу и страх от этой необычной семьи, живущей в темных глубинах Изнанки.

И как только Спутник выбрался в реальный мир, вокруг него сразу начали кружиться неугомонные девицы, словно мотыльки вокруг яркого света. Малолетний идиот вбил себе в голову, что обязан защитить их. И как ни странно, единственным вариантом, который пришел ему в голову, было спровоцировать конфликт на дирижабле.

Серия случайных событий, инициированных этими самыми девицами, и его искаженному восприятию мира, как раз и привела к тому, что в реальный мир вторглась Изнанка.

Глупец не понимал, что Изнанка пришла за ним!

Он, видите ли, думал, что это обычный прорыв из ее глубин. Этот безголовый так и не смог признать, что Изнанка находится не вокруг него, а в нем самом. Потому он и кинулся останавливать прорыв, со всей безрассудностью малолетнего идиота. Совсем как герои людских книжных романов, безрассудно бросающиеся на восстановление мнимой справедливости, будто рыцари, у которых не голова, а сплошная кость и предназначена она для того, чтобы железное ведро носить.

– Для вашей безумной семейки, только такой безумец и подойдет. – заметила третья собеседница, чей облик постоянно менялся, иногда превращаясь в форму драконицы, как олицетворение мудрости и власти.

Она подняла руку в останавливающем жесте. Когда заметила, что Милисента собралась с возмущением ей возразить.

– Зачем ты попыталась отобрать его у Изнанки? – продолжила она – Ты же нарушила все законы мироздания и договор с Изнанкой.

Драконица перетекла в человеческую форму и покачала головой, но ее глаза сверкали умом и проницательностью.

– Ваша семейка всегда была самой безумной в нашем мире. – добавила она – Только вы способны на такое безумство, как попытка явиться в мир воплоти, проявив все свое могущество.

Драконица смотрела на Милисенту с сочувствием и непониманием.

– И что ты этим добилась? – спросила она – Ты лишь тратишь свои силы напрасно, удерживая проход в Бездну. В то время как мир хоть и принял тебя без последователей, но поддерживать не будет.

Милисента отвернулась, ее взгляд устремился куда-то вдаль, словно она искала ответы в глубинах своей души. Никто не понимал ее, но она не могла поступить иначе. Она была вынуждена нарушить законы мироздания и появиться в мире воплоти, во всем своем могуществе. И самое страшное, раньше времени, без поддержки своих последователей. И хотя она обрела мгновенное признание мира, ее существование стало измеряться всего лишь днями.

Она чувствовала, что есть те кто верит и ждет ее. Но между ней и теми, кто верит, стоит преграда. Только когда произойдет встреча с проводниками ее воли, Милисента станет полновластной богиней.

И все равно дни ее будут измеряться всего лишь годами. Так как она держит проход в Бездну. Из-за чего привязана к месту прорыва Изнанки.

– Нинг, – возмущенно воскликнула Милисента – он мой Спутник! Я никому не позволю отобрать его у меня. Он только мой!

Нинг улыбалась, откинувшись на спинку кресла, но ее глаза проницательно скользили по Милисенте.

– Вампирум Спектрум! – усмехаясь констатировала факт Нинг – Ваша моногамность неуместна для богов. И ваша семейка именно из-за этого считалась самой безумной в этом мире.

Нинг насмешливо разглядывала подругу.

– Мы Драконы лояльно относимся к своим Спутникам и всегда им верны. – смеясь сообщила она – И принимаем их такими какие они есть. А боги? Боги относятся к любым формам разумной жизни лояльно. Ведь это наши последователи, наша жизнь!

Нинг поглядела в глаза Милисенте.

– Что же ты натворила?" – рыкнула Нинг, приняв форму дракона – Понимаешь ли ты, что твои дни сочтены? Люди могут помочь, если успеют. Но это всего лишь отсрочка. Твоя агония продлится годами.

Нинг подалась вперед, продолжая глядеть в глаза Милисенте.

– Ты что творишь? – прошипела она – Я разговаривала с твоим братом.

Приняв вид миловидной девушки, Нинг откинулась на спинку кресла.

– С твоим Спутником ничего не могло случиться. – заверила она подругу – Ты что хотела его утащить в свои чертоги и запереть? Так знай, таким способом ты его точно потеряешь. Такие, как он, долго взрослеют. Ты что же думаешь привяжешь его к себе, ничего не дав взамен? Так он Человек. И никем, кроме как быть Человеком он не желает! Ему скоро потребуются женщины. И ты станешь лишней.

– Эти девки и так уже крутятся вокруг него. – зло прошипела Милисента – У них и так женихов будет более чем достаточно.

Нинг рассмеялась.

– Девки? – спросила она – Одна подопечная Хамелеона. Другая носительница божественного питомца. А еще могут быть и другие. Мудрый Филин и Небесный Орел быстро тебе крылья обрежут. И не надейся, что в тени отсидишься.

Нинг молча смотрела на Милисенту, давая ей возможность осмыслить сказанное.

– Как рассказал лисенок, мальчишка вбил себе в голову, что он несет ответственность за тех девиц. – продолжила она – Так как спас их однажды.

– Спасти и создать семью это разные вещи! – запальчиво воскликнула Милисента – Они еще дети.

– И ты решила воспитать своего Спутника под свои требования. – смеясь сообщила Нинг – Вдали от всех. Пока он еще ребенок. Так я тебя немного огорчу, он бессмертный.

– У него не бессмертие, а суррогат. – Милисента пренебрежительно отмахнулась – Только наша семья способна дать ему бессмертие при жизни.

– Вампиры? – спросила ее Нинг – Или Лич? Так ты этим ничего не добьешься. Такие, как он, сами отказались от развития, оставаясь вечными детьми. Даже не думай предлагать ему подобное. У таких, как он есть прекрасная лазейка в виде круга перерождения неподвластного нам.

Милисента полыхнула яростью.

– Для него круг перерождения не панацея! – яростно воскликнула Милисента – Пока он был на Изнанке, он был в безопасности. Сама Изнанка защищала и изменяла его под себя. Но он вышел в Реальный Мир! Любой из Богов может насильно привязать его к себе вырвав из круга перерождения.

– Тогда тебе придется постоянно быть рядом с ним и исподволь менять его мировоззрение. – пожала плечами Нинг – И для начала добиться, что бы он принял тебя.

– Необязательно. – вступила в разговор еще одна собеседница. – Я так поняла, что мать настроила его отрицательно к богам.

– Либи, – посмотрела на нее Милисента – поясни.

– Тебе не понравится. – рассмеялась Либи.

– И все-таки поясни. – попросила Милисента.

– Одна из девушек, находящихся рядом с ним, не имеет божественного покровителя. – многозначительно сообщила Либи – Но уже является носителем божественного питомца. Тебе придется поспешить, пока Лисенок не отвел ее к отцу.

– Не советую спешить. – предупреждающе подняла руку Нинг – С семьей мальчишки с самого его рождения творилось много непонятного. Особенно с его матерью, воспитывавшей его. Мать мальчишки не являлась тем, кем о себе заявляла. Лисенок появился у мальчишки совсем недавно и большую часть времени проспал. Потому мы многого о нем не знаем.

– Что ты предлагаешь? – требовательно посмотрела Милисента на Нинг.

– Тебе придется долго находиться подле него. – рассмеялась драконица – Буквально приручая к себе. Сейчас он слишком дикий и буйный. По словам Лисенка, мать настроила его агрессивно по отношению к богам. Мальчишка даже от Лисенка избавился при первой возможности.

– Мальчишка и девица которой он передал Лисенка имеют тесные магические связи. – задумчиво заговорила Либи – Необязательно сразу наседать на мальчишку. Девица лояльна к богам и способна обеспечить влияние на него.

Нинг резко приподнялась и стала серьезно оглядывать подруг.

– Это неплохой вариант. – подтвердила она.

И вопросительно посмотрела на Милисенту.

– Ты сможешь принять девчонку? – спросила она – Только имей в виду мальчишка может сопротивляться таким попыткам и будет яростно защищать ее от любых посягательств.

Милисента смотрела не читаемым взглядом в пустоту. Да приняв девчонку она будет всегда рядом, но это ведь в будущем придется делить своего Спутника с другой. И довольствоваться отголосками чужих чувств. В ней сразу все вскипало от такой мысли. Спутник должен быть только ее, а все эти девицы будут потом. Ей ненужны суррогаты чувств.

Нинг осуждающе покачала головой.

– Хорошо, оставим пока это. Как ты собираешься вытаскивать из Бездны мальчишку? – требовательно спросила она у нее – Ты ведь для этого не даешь закрыться проходу? И какую цену ты готова заплатить Изнанке? Мальчишка по праву ее.

Нинг молча смотрела на подругу.

– Твоя ипостась берет над тобой верх. – сообщила она подруге, не дождавшись ответа – С тобой, как Богиней это недопустимо. Мы не всемогущие в этом мире. Но симбиотическая связь с нашими последователями дает нам неоспоримые преимущества перед другими богами. Что такого произошло, при первой встрече между вами, что ты в ярости вышвырнула его на ту сторону?

Милисента приняла полностью человеческий вид и покраснела отвернувшись.

– Он оскорбил меня! – возмущенно вскинулась она.

И помолчав смущенно прошептала, – И обманул.

Нинг расхохоталась.

– Никогда! – смеясь проговорила она – Слышишь! Никогда и никому не говори, что смертный обманул Бога. Засмеют. Так как это невозможно. Давай, рассказывай.

– Мальчишка обозвал меня Образиной. – в ярости прошипела Милисента.

И с вызовом провела изменившимися, жуткими и когтистыми лапами по своей высокой груди и соблазнительной талии. Глядя на такую красоту у любого руки, протянутся в рефлекторном движении обхватить и прижать к себе. Что бы уже никогда не отпускать от себя.

– Он, видите ли, не может ударить, и тем более убить такую Образину как я. – ярость клокотала в ней взбесившимся вулканом – Особенно если от меня веет такой родной и давно забытой для него ужасом и властью.

Окружающее пространство вокруг собеседниц опять повело, корежа и изменяя все вокруг.

– Как он посмел назвать меня Образиной? – зашипела Милисента – Меня! Богиню!

Нинг опять расхохоталась.

– Ты себя видела в боевой ипостаси? – смеясь спросила она – Ты хоть можешь представить себе, как себя ведут окружающие, когда используешь свою власть?

Нинг хохотала уже не скрываясь. Безудержно и заразительно.

– Да от тебя даже твари Изнанки готовы были бежать, несмотря на все их безумие! – дополнила она – Как он должен был тебя обозначить? Если не знал кто и что ты?

Нинг продолжала смеяться. Вот только взгляд ее был серьезным.

– Но это не является объяснением твоего заявления, что тебя обманул смертный. – сообщила она – Рассказывай во всех подробностях.

– Он рвался к силе и могуществу, постепенно изменяясь и теряя себя под воздействием получаемой силы. Там в центре прорыва была наибольшая концентрация так необходимой ему силы. – глядя сквозь подруг стала рассказывать Милисента.

С болью оглядев подруг, Милисента закрыла глаза замолчав. В помещении установилась хрупкая тишина. Навевая грусть и печаль.

– Я его перехватила уже практически в центре перехода. – продолжила она свой рассказ – Он меня вообще не воспринимал как угрозу. Только как помеху, неопасную и почти родную, в движении к силе, подпитывающей его. И наравне с оскорбительными мыслями, у этого пьяного от всемогущества безумца мощным потоком протекала мысль об еще большей силе и изменениях в теле для получения этой силы.

Милисента уже готова была выть от бессилия, из-за роковой ошибки, совершенной ей.

– Это была маскировка. – сообщила она – Я не знаю, как еще назвать происходящее с ним. Он постоянно сохранял часть рационального мышления, что само по себе невозможно. Безумец даже не пытался сопротивляться мне. Когда я отрезала его от поступления чудовищного потока силы, он просто использовал свой глупый бич на тварях, находящихся позади нас.

Милисента вздохнула.

– Хитрая сволочь. – пожаловалась она – Его бич ничто перед божественной силой. Но он и не использовал его против моей силы. Я не знала, как угомонить его, а тут еще и назвали так. Вот в ярости и выбросила его из перехода как можно дальше.

Подавшись вперед, Милисента зашипела от злости.

– Он именно этого и добивался. – сообщила она – Использовал бич и всю силу на самой крупной твари, находящейся позади нас. Его по кругу занесло обратно в переход и дальше, как он думал в глубины Изнанки. Вот только в переходе его ждал проход в Бездну, открытый совместными усилиями магов, Изнанки и моим явлением.

– И что дальше? – спросила Нинг – Мальчишка в Бездне. Ты держишь проход туда, тем самым убивая себя. Решила прыгнуть в Бездну? И покончить с собой столь оригинальным способом. Изнанка за счет твоей силы и прохода в Бездну разворачивает свои территории в Реальном Мире.

– Либи свяжись с дедом. – повернулась Милисента к Мангусте – Только он сможет откинуть меня обратно во времени.

– Милка, – посмотрела на нее Либи – от того, что ты раньше по времени кинешься в Бездну, ничего не изменится. Оттуда не возвращаются.

– В Бездну нет необходимости кидаться. – зло усмехнулась Милисента – Достаточно подтолкнуть мальчишку чуть быстрее и дальше. И он окажется на той стороне. Там куда так стремился. А уж оттуда я его спокойно вытащу.

Милисента мстительно рассмеялась.

– Он мне за все эти годы ответит. – сообщила она.

– Милка, – обратилась к ней Нинг – кто будет держать проход пока ты будешь развлекаться? Может мне обратиться к деду?

– Нет, – сообщила Милисента – много проблем может возникнуть во взаимоотношениях с Империями. Я к Хамелеону обращусь. Он тоже может держать проход. По-родственному.

Либи устроилась поуютней в кресле, поджав под себя ноги. Глядя на нее так и казалось, что в кресле устроился маленький и безобидный зверек. Свернувшийся калачиком и внимательно оглядывающий все вокруг.

– Мили, – обратилась Либи к Милисенте – ты понимаешь, что встреча с Бездной никогда не проходит бесследно? Чем она одарит мальчишку? И территории Изнанки, разворачиваемые в Пермском крае, не имеют ничего общего с порталами перехода. Расскажи подробно что ты задумала.

– С выходом Изнанки в Реальный Мир ничего не надо делать. Это всего лишь тамбур перехода в ее глубины. – сообщила Милисента – Тем более область, занятая Изнанкой небольшая, а люди слишком изворотливы и сообразительны. Они быстро найдут области применения для этой аномалии. Надеюсь, это не приведет к конфликтам между странами, за права доступа к ней. Одно радует, аномалия находится в глубине территорий Империи. Силой эти территории не отобрать.

Милисента откинулась на спинку кресла и стала задумчиво разглядывать бокал с рубиновым напитком, появившийся у нее в руке.

– Это будет моя плата Изнанке, за возможность вернуть его себе. – сообщила она подругам.

Нинг повернула руку ладонью вверх перед собой, на которой появился экзотический фрукт. С которого она начала счищать кожуру удлинившимся когтем, по спирали.

– Изнанка примет твой дар. – подтвердила Нинг – Но не отпустит его полностью. Мальчишка сам будет стремиться на Изнанку. Мы сможем добиться только того, чтобы он остался в Реальном Мире. С тобой он не пойдет.

Милисента неуловимо изменилась. Теперь перед подругами сидела красивая девушка с пепельными волосами, слегка развевающимися под несуществующим ветерком. В строгом деловом костюме. И требовательными, подсвеченными багровым светом глазами. Перед взглядом этих глаз, любой смертный провалится в вечный мир иллюзий и фантазий. Что бы уже никогда не выбраться из лабиринта собственных мечтаний. Это была смертельная красота.

– Я Богиня противоречий и покровительница магов-универсалов! – по помещению разнесся глубокий и чарующий голос. – И могу себе позволить быть со своим Спутником даже в Реальном Мире. Пусть и не постоянно.

Именно о таком голосе уже много веков складываются легенды. И именно им Сирены останавливали караваны судов, чтобы их избранники оставались с ними навеки.

– Ты можешь. – покивала головой Нинг.

Она отвела руку в сторону разглядывая спираль кожуры, зацепившуюся за острый коготь. И стряхнула ее на пол. Кожура так и не долетела до пола, растворившись в воздухе.

– Вы сумасшедшие, да? – спросила Либи, непонимающе разглядывая подруг.

Потом вздохнула и вытянула перед собой ладошки, сложенные лодочкой. В ее миниатюрных ладошках тут же появилась деревянная литровая кружка с парящим и ароматным напитком. По помещению разнесся аромат тропических цветов. Кружка была явно великовата для таких ладошек, но Либи не замечая этого пригубила напиток. Взмахнув кружкой, что, впрочем, не отразилось на ее содержимом. И напиток не расплескался вокруг. Либи опять осуждающе посмотрела на подруг.

– Это просто неприемлемо! – воскликнула она – Богиня, явившаяся в Реальный мир, чтобы пофлиртовать со смертным мальчишкой. Где это видано?

– Ну, между нами, мы с тобой делали и более странные вещи. – с ухмылкой заметила Нинг, обращаясь к Либи.

– Нинг! – возмущенно воскликнула Либи – Мы с тобой еще не боги. И нам многое позволено. А вы драконы являетесь физическим воплощением власти и могущества. Для вас это естественно находиться во плоти в этом мире.

– Девочки не спорьте. – остановила начинающийся спор Милисента.

И повернувшись к Либи, посмотрела на нее долгим взглядом.

– Либи свяжись с дедом. – попросила она.

– Мили ты ведь понимаешь, что дед потребует плату? – спросила Либи.

– Все что будет не в ущерб моему Спутнику я готова выполнить. – заверила ее Милисента.

И рассмеялась злым смехом.

– Не забывай, – посмотрела она в упор на Либи – твой носитель универсал. А я покровительствую им. Как думаешь сколько я смогу дать ему для развития, когда войду в полную силу? И это будет работать не ваш дар управления временем, а его собственный дар универсала.

Милисента откинулась на спинку кресла и облизала губы с кровожадной улыбкой.

– А при необходимости и сама могу явиться к тем, кто чего-то не понимает. – плотоядно глядя на подруг сообщила она – Я уже забыла, когда в последний раз пробовала на вкус плоть всяких букашек, мышек, птичек и ящерок.

Передернув плечиками и вздохнув Либи, кивнула. В кабинете установилась тишина, где каждый занимался своими делами.

Милисента откинувшись на спинку кресла, разглядывала высокий бокал с рубиновой жидкостью и обдумывая следующие шаги.

Нинг достала довольно крупный точильный камень и стала полировать коготки на своих…. Нет, все-таки это были лапы дракона, пусть и изящные.

Либи безразлично оглядывала окружающее пространство, отпивая ароматный напиток из великоватой для нее кружки.

Встрепенувшаяся Либи посмотрела на Милисенту.

– Дед дал согласие. – сообщила она – Условия его устраивают.

Все вздохнули с облегчением. Но Либи подняла руку в останавливающем жесте.

– Так же дед сообщает, что Хамелеон согласен помочь. – продолжила она – Но у него к тебе просьба. Не трогай Марию. У них в семье произошли изменения. А у Хамелеона появился новый фаворит. Девчонке необходима будет помощь и поддержка.

– Не трону. – скрипнула зубами Милисента.

– Вот так и задумаешься о взаимоотношениях богов и глистов. – сообщила смеющаяся Нинг.

Милисента в ярости кинула в нее бокал. Который в прочем так и не долетел до нее растворившись в воздухе.

Нинг смеясь стала подниматься и через миг половину кабинета занимала многотонная туша драконицы.

– И чего мы ждем? – спросила драконица подруг – Не стоит откладывать веселье на потом, когда можно повеселиться сейчас.

– Нет подруги, там я должна быть одна. – сообщила Милисента и исчезла.

– Это что сейчас было? – возмущенно воскликнула драконица – Я так и не увижу ее обожаемого спутника?

Над столом кабинета появилась морда хищной летучей мыши.

– Нинг. – яростно прошипела она – Ты хоть и крупнее меня. Но поверь, я не один раз смогу уронить тебя с небес на землю. Не приближайся к нему!

После чего окончательно исчезла.

– Собственница! – прорычала драконица в пустоту.

И плюхнувшись на брюхо, свернулась калачиком. Закрыв глаза, и обиженно сопя, выпуская клубы дыма и язычки пламени.

Либи уютно устроившись в кресле пила ароматный напиток, и с интересом наблюдая за разыгрывающимся спектаклем.

– Нинг, – доверительно обратилась она к драконице – я бы на твоем месте послушала совета Милки.

Драконица открыла один глаз, и с любопытством посмотрела на подругу.

– На сколько я поняла, – продолжила Либи – мальчишка любит приручать всяких экзотических тварей.

Драконица продолжала смотреть с любопытством и непониманием.

– Не боишься, что он тебя на поводке по городу водить будет? – с сожалением вздохнув покачала головой Либи.

Нинг, вскочила на все четыре лапы и раздулась от возмущения.

– Меня! – возмущенно воскликнула она – На поводке!

– Да. – сочувственно покивала головой Либи – На веревочном. И даже не кожаном.

Драконица плюхнулась на брюхо и расхохоталась.

– Нет уж, – доверительно сообщила она Либи – пусть он Милку на поводке таскает.

И свернувшись успокоено задремала, в ожидании возвращения подруги.

***

В Пермском крае произошел прорыв Изнанки чудовищной силы. Это были не порталы с пусть и крупномасштабными, но все-таки ограниченными выбросами тварей в Реальный Мир.

Из глубин Изнанки образовался прямой проход. И законы иного мира стали влиять на Мир Реальный. Изнанка хоть и медленно, но, верно, стала захватывать новые территории разрастаясь в разные стороны.

Но изменившаяся местность со своими законами на маленьком клочке земли оказалась пустяком по сравнению с бедствием происходящим на измененных землях. Из туманного марева в центре, нескончаемым потоком шли обезумевшие твари. Они безудержным потоком распространялись во все стороны уничтожая все на своем пути.

Положение осложнялось недалеко находящимся городом, который обезумевшая волна тварей грозила смести с лица земли.

Для исправления ситуации были задействованы все силы. Поднятые войска самообороны создавали блокпосты способные обороняться в полном окружении на пути вероятного продвижения тварей.

Объединенные силы МВД и Министерства Обороны в срочном порядке, доставленные на дирижаблях к городу, занимали рубежи обороны к его подступам.

Для обороны использовались все подручные и магические средства. Связанные бревна в виде ежей, магические ямы и каменные шипы. Ядовитые болота и огонь.

Дирижабли огнем своих орудий и магов, находящихся на борту, пробивали целые просеки среди волн накатывающих тварей.

Но этого всего было мало. Если крупных тварей и можно было остановить такими методами, то мелочь легко проскальзывала и устремлялась дальше.

По войскам прошел приказ, на мелочь не отвлекаться, а пропускать сквозь свои ряды. Мелочью должна была заняться вторая линия обороны, созданная из сил самообороны города.

По другую сторону прохода ситуация также была критическая. На пути тварей находился мальчишка с безумным смехом, кидающийся в самую гущу тварей, и его напарник оборотень, не дающий тварям вцепиться в спину мальчишки. Оборотень уже сам стал сходить с ума от обилия крови, боли и безумия.

Но что значат два человека на пути лавины обезумевших тварей? Они физически не могли перекрыть столь большие территории. Положение хоть как-то выправляли дирижабли своим огнем, выкашивающие тварей по сторонам.

В какой-то неуловимый миг положение резко изменилось. Над полем безумной бойни появилась гигантская Летучая Мышь и все живое накрыла жуть и власть. Буквально вдавливая в землю. Накал бойни хоть и не остановился, но очень сильно замедлился. Люди вздохнули с облегчением.

А изменения в окружающем пространстве продолжили происходить. Как будто невидимый гигант прошелся плугом по границам разрастающейся зоны Изнанки. Тем самым ставя для нее границы, за которые она не может перейти.

Но никакое давление так и не смогло повлиять на двух безумцев продолжавших рваться к туманному мареву портального перехода в центре измененной зоны.

Летучая Мышь исчезла. И в тот же миг перед мальчишкой появилось чудовище. Выше его ростом. С крыльями летучей мыши за спиной, когтистыми лапами и рогами на голове. И оно явно принадлежало к женскому роду. Чудовище схватило мальчишку за горло своей лапой и подняло над землей.

Глядя черными глазами ему в лицо, оно прорычало – Я не позволю уничтожать то, что принадлежит мне! Ты понял меня? И уж тем более не позволю погибнуть тому, кто мой по праву.

Глаза чудовища стали разгораться багровым огнем бешенства. И чудовище вышвырнуло мальчишку из зоны перехода. Больше не обращая внимания на мальчишку, чудовище рвануло вперед и схватив за шкирку оборотня продвинулось дальше.

Обернувшись в сторону портала, чудовище встряхнуло рукой, удерживающей оборотня.

– Не рыпайся. – рыкнуло оно.

И продолжая периодически встряхивать оборотня, тем самым напоминая ему, чтобы он прикинулся ветошью и не отсвечивал. Стало внимательно наблюдать за мальчишкой.

Мальчишка несмотря на безумие оказался довольно сообразительным. И использовал свой бич на самой крупной твари, который обмотался вокруг ее шеи. И полет, который должен был выбросить его из зоны портального перехода перерос в полет по кругу. Заканчивающийся в этом самом портале перехода.

Внимательно наблюдающее за мальчишкой чудовище в какой-то момент повело лапой. И полет по кругу резко прервался. Мальчишка как снаряд понесся в сторону туманного марева портала перехода. А чудовище продолжало стоять и внимательно наблюдать. И только когда мальчишка скрылся в портале перехода, чудовище ринулось следом за ним. В прочим оборотня оно так и продолжало держать в своей лапе.

Оказавшись на той стороне Изнанки, они увидели ни капли не изменившуюся картину. Мальчишка продолжал уничтожать подходящих к порталу перехода тварей с безумным хохотом.

Выпустив оборотня из своих лап, чудовище мгновенно оказалось позади мальчишки. И опустило огромный кулак ему на затылок. Подхватив опадающую тушку на свои лапы, оно развернулось к оборотню.

– Спасай его и спасайся сам. – рыкнуло чудовище перебрасывая оборотню безвольную тушку – Здесь я сама разберусь.

Сделав шаг вперед, чудовище подхватило оборотня держащего мальчишку и вышвырнуло их в туманное марево портального перехода.

Глава 2

 Я пришел в себя мгновенно, словно пробудился от тяжелого сна, держащего сознание в состоянии постоянной готовности к действию. Сознание вернулось моментально, и я вспомнил все, что произошло вплоть, до момента выключения сознания древнейшим в мире способом. Ударом кулачка, нежнейшего создания в виде Образины, по затылку. Действия Образины оказались такие нежные и безжалостные в своей эффективности, что оставалось только вздохнуть и развести руками принимая суровую действительность.

Сразу открывать глаза не спешил. Решил ревизию себя любимого провести. Вдруг чего-то не хватает, а я и не знаю.

Я явно находился в реальном мире. Эйфория реального мира окутывала меня своим теплом, но полного опьянения пока что не наступило. Этот процесс медленный и растянут во времени. Так что я знал, что не должен дать себе расслабиться и в меру своих сил держать свой разум под контролем. Утомительное это занятие должен сказать, и контроль часто дает сбой. А в таких случаях можно смело помахать ручкой разуму и логике отошедших в сумерки теней. Но приятное давление Изнанки чувствовалось, а значит где-то поблизости открыт проход.

Как только проснулся, я сразу почувствовал сковывающее ограничение кандалов на своих руках. Это были не мои браслеты, а именно кандалы. Хорошо хоть на ногах их не было. Я хорошо помню их действие и вес. В свое время очень плотно занимался вопросами собственной безопасности, и одевал их на себя. Радует одно. Могли ведь и подавляющие доспехи на меня нацепить, пока я в отключке был.

Охотничий костюм из шкурки лиса был на мне. Его никто не снимал, но капюшона и маски Наездника не было.

Обратившись к своему пространственному карману и комплекту охотника, сразу успокоился, все оказалось на месте. Даже маска. И кандалы были обычные, а не какие-нибудь божественные с духовной блокировкой. У меня доступ к пространственному карману сохранился.

На всякий случай поменял костюм, на обычный костюм охотника. Прислушался. Но никаких действий против меня не последовало, в связи с использованием магии.

Прислушавшись к окружающему меня пространству, я услышал постоянный шум. Какой-то заглушённый. Окружающие звуки и шорохи вызывали волну тревоги. Как будто вокруг меня находится толпа. Но не рядом со мной, а за стенами хлипкого помещения.

Открыв глаза и сев, стал осматриваться. Я был в палатке, куда меня видимо совсем недавно принесли. Обернувшись, стал осматривать место, где находился. Это была типичная медицинская палатка, с несколькими топчанами и рабочим столом. И я был здесь один.

Звуки за пределами палатки наводили на мысль, что я нахожусь в довольно большом лагере. А свет, пробивающийся сквозь ткань палатки ясно давал понять, что сейчас день. Но почему меня сюда привезли, и почему только кандалы?

Какая-то у похитителей формальная защита от неприятностей в виде меня любимого. Это же надо! Знать о моих возможностях. Провести специальную операцию, выкрав меня из самой гущи боя с помощью Образин. Отправить неизвестно куда, и бросить в палатке в каких-то левых кандалах. Совсем страх потеряли! И главное, кто и зачем это все провернул?

Ну что же. Раз каждое мое движение не контролируют. Во всяком случае внешне это не заметно. И свободное перемещение по палатке неограниченно. То посмотрим, что происходит у входа и вокруг самой палатки.

Поднявшись с топчана, я осмотрел себя еще раз. Вроде одет и обут. Значит можно смело выходить. На всякий случай я решил проверить, насколько серьезно охраняется место, где меня сейчас содержат. Осторожно подойдя ко входу и аккуратно приподняв ткань, я выглянул наружу. А вдруг у входа охрана стоит? То, что я увидел, заставило меня еще больше задуматься, так как у входа никого не было. Удивленный таким положением дел я вышел на улицу и стал осматриваться.

Оказывается, палатка располагалась практически в центре военного лагеря, или как минимум военизированного. И лагерь этот был очень большой. По округе шаталось, бегало и ходило много народа в форме. Правда в этой толпе изредка встречались вкрапления людей явно гражданского вида.

Удивительная вещь. Окружающие явно знали, что с палаткой в которой я находился, что-то не то. Они ее стороной обходили, но на меня находящегося рядом со входом в эту самую палатку не обращали внимания.

А ведь я выбивался из общего вида окружающих возрастом и формой одежды.

Я даже наклонился и демонстративно сорвал травинку. Прислонился спиной к стойке палатки у входа, сложив руки на груди и пережевывал один конец травинки. Руки на груди специально сложил, чтобы хорошо были заметны кандалы и цепь, связывающая их.

Это не помогло. Мимо проходящие так и продолжали не обращать на меня внимания. Я прямо невидимка какой-то!

Может смыться пока не поздно? Ну а что? Кандалы в пространственный карман. Создать разрыв на Изнанку. И поминай как звали! Можно даже подстраховаться, и зайти для этого в палатку.

Хотя нет, не стоит. Мир магический, палатка медицинская. Наверняка там предусмотрены средства контроля особо буйных больных. Тех, кто не контролирует себя при ранениях.

А если эксперимент с магией провести?

Решив провести эксперимент с магией, я воспользовался возможностью мгновенно избавиться от кандалов. Вспышка света, и вот они исчезли, но никто вокруг не обратил на это внимания. Я остался незамеченным, словно невидимка, и продолжал наблюдать за происходящим вокруг.

Пожав плечами, я продолжал стоять, прислонившись к стойке палатки и пережевывая травинку. Нет я точно невидимка! Даже магическое проявление вспышки света и исчезновение с обратным появлением кандалов осталось не замеченным. Оставалось только продолжать наблюдать за происходящим вокруг. Вдруг мне какая-нибудь гениальная мысль придет?

Размышляя о причинах своего похищения с поля боя и переброски в реальный мир, я осматривал лагерь и окружающие лагерь виды. Вдалеке виднелись контуры города, часть обзора которого была перекрыта строительными работами. Судя по видам, именно на том месте был прорыв изнанки. Это вызывало у меня смешанные чувства: облегчение от того, что меня не похитили, но и недоумение относительно цели моего похищения.

Глядя на строительство, я вздохнул с сожалением. Там в бою, я себя чувствовал прекрасно. Это незабываемое чувство всемогущества и власти навсегда останется со мной. Изнанка продолжала меня манить. Там я был цельным.

Строительные работы велись по кругу всей зоны прорыва. Видимо я оказался прав, Изнанка здесь обосновалась надолго, если не навсегда. Строились узлы обороны, в виде укреплений. А между укреплениями насыпались валы земли. Видимо вдоль этих валов или по ним будет проходить стена.

Вдоль валов передвигались усиленные военизированные патрули. А в узлах обороны стояли дозорные. И судя по тому, что иногда они применяли магию, то там продолжался прорыв. Но вялый какой-то.

Дыхание изнанки чувствовалось более сильно вне палатки. Видимо палатка действительно обладает свойствами блокировки внешних воздействий магии. Так как внутри нее я магией мог пользоваться без затруднений.

В сумбурном движении людского муравейника, который представлял собой лагерь, наметилось целенаправленное движение в мою сторону.

Я стал с интересом наблюдать за приближающимися ко мне. Это была тройка магов. Шли они уверенно, и окружающие их люди расступались перед ними.

Маги, немного не дойдя до палатки остановились. Распределившись так что бы постоянно держать меня на виду, они стали молча наблюдать за мной и округой.

Глядя в глаза одному из магов, я вопросительно изогнул бровь. Он молча пожал плечами и продолжил наблюдать.

Не совсем понимая, что происходит. Да и наш молчаливый диалог мало что прояснил. Я поднял руки на уровень лица и демонстративно убрав кандалы в пространственный карман, повертел руками.

Маги чуть разошлись в сторону. А один из них осуждающе покачал головой.

– Наблюдение и сопровождение? – спросил я у них.

Надоела эта беседа глухих и немых. Но один из магов только утвердительно кивнул.

Отлипнув от стойки удерживающую палатку, я сделал несколько шагов вперед и огляделся.

Мы находились в полевом лагере. Впереди велось строительство заградительных сооружений вокруг зоны прорыва Изнанки. А позади, на свободном поле разместились дирижабли. И один из них был «Буйный». Именно на нем мы прилетели.

Это было странно, так как в таких условиях, он должен был убыть по своему маршруту. Нечего здесь делать такой толпе непричастных.

Вернув кандалы на место, решил пройтись по лагерю. Маги расступились, пропуская меня. И пошли рядом со мной. Правда позади, а не спереди и с боков.

Если честно, то я ничего не понимал. Какое-то двоякое положение получается. Эти кандалы уже стали меня раздражать. И в лагере ничего интересного я не услышал. Люди сторонились нас. Так что слухов при нас никаких не распространяли.

Неожиданно мое внимание привлекла плачущая девочка, стоявшая посреди улицы. Ее слезы и безразличное отношение окружающих вызвали у меня чувство неприятия данному положению дел и стремление помочь. Я подошел к ней, чтобы утешить и выяснить, что произошло. Девочка размазывала своими кулачками слезы и грязь по лицу.

Вообще ребенок пяти, шести лет в военизированном лагере неуместен и бросается в глаза. Но на него никто внимания не обращал. Что не с лучшей стороны характеризует окружение. А тут он еще и плачет. Но всем нет до него дела, и его обходят стороной.

Подойдя к девочке, я присел на корточки и взял ее за кулачки.

– Привет. – мягко обратился я к девочке, пытаясь привлечь ее внимание – И почему ты плачешь посреди улицы? Потерялась?

Девочка, всхлипывая, кивнула пряча глаза.

– И как же ты смогла потеряться? – продолжил я расспросы – Убежала от мамы?

– Лорка сбежала. – всхлипывая объявила она – Я ее искала.

– А кто у нас Лорка? – продолжил я допытываться.

– Наша кошка. – ответила она, всхлипывая.

Это очень интересно. Я никогда об этом не задумывался. Но насколько знаю в нашем мире кошки получили распространение на территориях России во втором тысячелетии нашей эры. А тут оказывается, что и в этом мире они распространены.

– А как тебя зовут? – продолжил я, пытаясь успокоить девочку.

– Варя. – сообщила она, продолжая всхлипывать.

– Вот что Варя, сейчас мы попробуем поискать твою Лору, заодно и маму найдем. – предложил я, убирая кандалы в пространственный карман – Хорошо?

Варя кивнула, с интересом наблюдая как у меня над головой проявился нимб астрального паразита, кроваво-красного цвета. Маги, сопровождавшие меня, ничего не предпринимали, а только стояли в отдалении и наблюдали.

– Ты представь, как выглядела Лора. – попросил я Варю.

И направил одного из паразитов на нее. Получив образ кошки, я стал разбрасывать паразитов по округе. Цепляя их на любое живое создание и направляя на поиски кошки.

Варя с интересом наблюдала за молниями, срывающимися с моего нимба.

Мама Вари нашлась достаточно быстро, в прочим, как и кошка. Мать девочки металась недалеко от нас по улице палаточного городка в поисках девочки. А кошка дрыхла в одной из палаток на кровати.

Я поднялся и осмотрелся вокруг. Взяв девочку за руку, мы направились в сторону, где металась мать Вари.

Мать нас увидела еще издали и подбежав к нам, встала на колени прижав Варю к своей груди.

– Спасибо вам. – проговорила она, глядя на меня.

Пожав плечами, я присел, глядя на Варю.

– Твоя Лора вон в той палатке, на кровати спит. – показал я Варе рукой на одну из палаток.

– Это наша палатка, мы сейчас там живем. – сообщила Варя, выскальзывая из объятий матери.

– Спасибо. – быстро пробубнила девчонка, убегая к себе в палатку.

Мы с матерью Вари поднялись одновременно. Я с удивлением стал разглядывать эту часть палаточного городка. В этом месте явно собрали жителей города вместе с семьями.

– Скажите. – обратился я к матери Вари – Зачем вас здесь собрали?

– В город несмотря на оборону прорвались твари Изнанки. – сообщила мне мать Вари – Нас эвакуировали в срочном порядке и разместили здесь. А в городе идет зачистка. Мы не сможем вернуться в город, пока тварей не уничтожат или они не погибнут сами.

– Твари если и погибнут, то нескоро. – уведомил я ее – Они подпитываются другими законами от Изнанки.

И указал головой на ведущееся строительство оборонительных сооружений, на месте прорыва.

Развернувшись, я посмотрел на сопровождавших меня магов.

– Мне нужна кость твари Изнанки из этого прорыва и маленький макр, любой. – сообщил я им – Срочно.

Один из магов внимательно посмотрел мне в глаза и пожал плечами. И вытянул руку в сторону. С его руки сорвалось серебристое туманное образование в виде зайца. И унеслось в неизвестном направлении.

Твоей оглоблей, да поперек спины. Если сейчас эти маги вытащат свои палки и будут тыкать ими во всех подряд с воплями «Патронус». То я пойду искать ближайшую приемную мозгоправа.

Этот мир нереальный. Это и есть сама Изнанка. А те миры, которые окружающие считают Изнанкой, и есть островки спокойствия и стабильности.

Оглядевшись вокруг, я заметил пустую колоду стоящую недалеко от палаток. И направившись к ней, с удобством разместил вторую половину мозга в ожидании запрошенного.

Необходимое мне доставили достаточно быстро. Трое товарищей в форме приперли здоровенный кусок кости и маленький макр.

Почесав затылок, я посмотрел на исполнителей.

– Миску с водой найдите. – попросил я – Только не тазик, а миску. И не разбегайтесь, я макр проверю.

Взяв макр в руку, я обратился к нему. Ну слава бездне, хоть макр оказался с заключенной душой.

– Найдите мне еще кусок серебряной проволоки. – попросил я помощников, принесших кость и макр – Можно конечно и медную. Но с серебряной приятнее работать.

– Простите, – обратился ко мне один из помощников – В данных условиях медную проволоку проблематично найти. Но здесь неподалеку есть палатка ювелира. Может вам золотая проволока подойдет?

Я с сомнением посмотрел на кость и макр.

– Вы знаете, – задумчиво проговорил я – золото неприятные ассоциации у меня вызывает. Так что лучше будет если вы серебряную найдете.

Помощники расстарались быстро, целый моток серебряной проволоки принесли.

Задумка моя была проста. Создать поисковый компас на коленке. Основой которого будет дух заключенный в макре. Ценой его свободы будет очистка города от тварей изнанки. При максимальной очистке компас разрушится. Я не стал рисковать и задавать условие договора о полной очистке.

Работа в принципе была простейшая. Отделить нашлепку от большой кости и сформировать ее в виде небольшой чашечки, чтобы она не утонула в миске с водой. Внутрь чашечки поместить макр и установить небольшую мачту из серебряной проволоки, на которой будет установлена игла из той же кости. Нашлепка свободно будет плавать в миске и показывать направление иглой на ближайшую тварь. Если нашлепка перестанет крутиться в разные стороны, то значит тварей в данном месте нет. Основное удобство данного компаса заключается в том, что для работы с ним маги не нужны.

Работу я завершил довольно быстро и стал объяснять принцип действия компаса помощникам. А остатки проволоки и кости спрятал в пространственный карман.

В это время из палатки вышла Варя со своей кошкой и направилась к нам. Кошка с пофигизмом смотрела вокруг, повиснув в ее цепких ручках.

Но стоило Варе приблизиться к нам на достаточно близкое расстояние, кошка стала пытаться вырваться и сбежать. Внимания на это никто не обратил. Но вот мне такая реакция кошки не понравилась. Так себя вести они могут только во враждебном им окружении.

Разъяснив все нюансы по компасу помощникам и отправив их на трудовые подвиги, я повернулся к Варе. С помощью астрального паразита успокоив кошку, я попытался выяснить причину ее непонятного поведения.

Это был удар по моему «Я» и сознанию. Животные никогда не лгут. Они просто не знают про такое слово как компромисс. Кошка готова была на все лишь бы я ушел. Она даже была готова постоянно следить за вечной потеряшкой Варей, лишь бы я никогда не появлялся у них на горизонте.

Мать Вари стояла рядом с нами. Я развернулся к ней и передал один средний макр, находящийся в моих в запасах.

– За Варю не беспокойтесь. – сообщил я ей – Она теперь в надежных мягких лапах. Главное кошку не оставляйте без присмотра.

Развернувшись и не смотря по сторонам, я пошел по улице палаточного городка.

Я монстр в человеческом обличье! И постепенно становлюсь несовместим с людьми. Как такое могло произойти? Я всю свою пусть и короткую жизнь старался быть человеком. Даже до своего пробуждения стремился им быть.

Да у меня были заскоки. Вон даже студента сбил с правильного как все думают пути. И запугивал людей до мокрых штанов. Но это все в пределах человеческих отношений.

Я никого не убил за свою жизнь, и все равно становлюсь монстром. Почему? Метаморфизм – это последствие, а не само следствие. Я менялся на уровне энергетики. И уже сама энергетика меняла меня. Почему я не смог этого заметить?

Остановившись, я огляделся вокруг еще раз. Со стороны прорыва Изнанки шло пусть и не сильное, но давление. Оно будоражило и тянуло к себе. И я решил пройти и посмотреть, что же все-таки там происходит.

Но мне преградили туда путь маги, сопровождавшие меня.

– Что? – спросил я их ровным голосом, подавив в себе все эмоции.

Один из магов отрицательно покачал головой.

– Может вы мне объясните причину. – спросил я их практически мертвым голосом.

– Ты и так уже наворотил дел. – раздалось со спины.

Обернувшись, я увидел князя Мышкина, со стоящими позади него капитаном Волковым. Кто же в среде заключенных нашего поселения не знает князя Мышкина! У нас даже портреты его были.

Я вопросительно поднял бровь, продолжая разглядывать князя Мышкина во плоти.

– Ну и как мне теперь к тебе обращаться? – спросил Мышкин, насмешливо улыбаясь – Уважаемый простолюдин Темный? Так ты вроде обозначил выходцев из Изнанки?

– Не юродствуй Князь. – ответил я ему – Мы же с тобой почти родные. Тебе кстати не икалось все эти годы?

– И почему на меня должна была такая напасть свалиться? – продолжая усмехаться спросил он.

– Мать тебя каждый день вспоминала. – сообщил я ему.

– Видно добрым словом поминала, – ответил он мне – раз до сих пор здравствую.

– Это насколько у тебя жизнь насыщенная, что слова матери добрыми кажутся? – усмехаясь в ответ спросил я его и указал головой в сторону палатки.

Князь, не переставая усмехаться посторонился, освобождая дорогу. А я направился к палатке, из которой совсем недавно вышел.

– Князь, – вдруг заговорил один из магов – он без подавителей.

Я остановился и развернувшись, удивленно посмотрел на магов.

А товарищи непростые, раз с князем свободно общаются. Никакой зажатости от них не идет, свободно себя чувствуют.

– Уже не имеет значения. – сообщил Мышкин – Свою работу они сделали.

– И какую они работу выполняли? – удивленно спросил я его, возвращая кандалы и внимательно разглядывая.

– Ты очнулся, – сообщил он – и не буйствовал.

Значит кандалы надели только лишь для того, чтобы предотвратить использование магии. В случае если я очнусь безумным и буйным. Палатка, видимо, так же защищена и какое-то время способна сдерживать буйных пациентов. А там и маги подоспеют.

Тогда понятно становится почему я один очнулся. Что бы не спровоцировать агрессию. Но там вообще никого не было! Меня полностью бесконтрольным оставили, а ведь я мог через зону прорыва на Изнанку рвануть.

– Князь! – продолжил настаивать на своем один из магов – У него сейчас буря из эмоций в душе. Без подавителей может рвануть.

– Вот как? – Мышкин удивленно посмотрел на настырного мага – И что же вызвало эту бурю?

– Он с кошкой пообщался. – безразлично пожал плечами маг.

По-моему, я услышал, как челюсть князя стукнулась об землю. Я даже специально посмотрел ему под ноги, нет ли там выемки. Или мне показалось?

– Ну то, что наш гость может общаться с разными тварями Изнанки на предмет дружить и так известно. – задумчиво проговорил князь – Что же такого «сообщила» кошка, что у него эмоции пошли в разнос?

– Она его боялась до безумия. – пожал плечами маг.

Вот ведь непробиваемая личность! Говорит о таком факте как о рядовом событии. Как будто животные каждый день до безумия пугаются людей.

И интересный момент наблюдается. Это явно спаянная боевая группа. Они понимают друг друга без слов. И у них в группе есть маг, который может если не считывать мысли, то яркие эмоции считывает на раз. Очень неплохое умение обеспечивающее выживание боевой группы в самых тяжелых условиях.

Эмоции они ведь, как правило, неподконтрольны, и эхо их разлито в окружающем пространстве как море. Достаточно научиться ориентироваться в этом море, и ты уже не пропадешь.

– И она даже каким-то образом согласилась присматривать за ребенком, лишь бы он ушел. – продолжил маг – Принимать его кошка не желала ни в каком виде. Она не сможет привыкнуть к нему.

Князь Мышкин завис! Он смотрел стеклянным взглядом в никуда. Правда такое его состояние продлилось недолго. Отмерев, он перевел взгляд на меня и усмехнулся.

– Что, мало тебе было первого звонка, когда твари Изнанки тебя принимали за своего? – усмехаясь спросил он – Так получи второй звоночек. Животные нашего мира тебя боятся до безумия. И не воспринимают тебя как человека!

Медленно подняв руки, я демонстративно убрал кандалы в пространственный карман. И ничего не отвечая развернулся. Молча отправившись к палатке, от которой и началось наше путешествие по палаточному лагерю.

Мне было обидно. Я, стремясь, быть человеком, медленно, но, верно, становлюсь монстром. Животные лгать не будут.

А может плюнуть на все и рвануть на Изнанку? Забьюсь в самые темные и дальние ее уголки. И уже никогда не увижу людей и не принесу им вреда!

Я резко остановился и оглянувшись, с сожалением посмотрел на место, которое могло вывести меня в родные места.

Маги, сопровождавшие нас, напряглись и взяли в руки какие-то разукрашенные и короткие палки. Я не мог не заметить, как они переглядываются, словно готовясь к чему-то серьезному. Видимо это артефакты, посохи или жезлы. Не разбираюсь я в этих безделушках, хоть и обучался у мага артефактора.

– Они точно помогут? – спросил я магов глядя на эти жезлы.

– И не таких успокаивали. – рассмеялся Мышкин.

– Проверим? – предложил я Мышкину, испытывая любопытство – Интересно ведь.

Мышкин даже поперхнулся своим смехом. А один из магов спрятал свою палку за спину. Как будто испугался, что я вот прямо сейчас кинусь отбирать ее у него.

– В Академии проверишь. – чуть не прошипел он от злости – Я доведу до руководства о твоем желании.

– Ловлю на слове. – предупредил я его – Не выполнишь. К тебе в Министерство припрусь, но палку испытаю.

– Вот ведь сумасшедший мальчишка. – не удержался от комментария один из магов.

– Жезлы, для подавления буйных магов предназначены. И последствия их применения очень болезненные. – продолжил он – А не для игр, таких сумасшедших как ты.

– Так все равно ведь интересно! – ответил я, пожимая плечами.

Маги быстро спрятали свои палки. Подальше от моих заинтересованных глаз. А я, развернувшись, отправился к палатке.

И как понимать Мышкина? Он явно настроен на то, чтобы я остался в их мире, и влился в их общество.

И при этом зная, что мать проклинала его чуть ли не каждый день. И еще меня воспитывала в неприятии дворянства, приводя в пример князя Мышкина. Он что не понимает, что мне не место среди дворянства? И я не подчинюсь и не вольюсь ни в одну семью?

Какие цели он преследует? Он что на полном серьезе думает, что я могу влиться в его семью? Или буду подчиняться ему, или кому-то другому? Так у него для этого нет на меня рычагов давления и принуждения.

И все-таки он настроен ко мне доброжелательно, я это чувствую. Заведомые враги как я думал, смотрят на меня как на несмышленыша. Еще и смеются над моими попытками спровоцировать конфликт и влиться в драку.

Безумный и непонятный мир. Здесь я точно не выдержу и рехнусь.

Глава 3

 Вот так рассуждая о непонятном, и даже абсурдном отношении ко мне окружающих, мы подошли к палатке с разросшейся толпой сопровождения. К нам на подходе к палатке со стороны посадочного поля подошли капитан дирижабля «Буйный» граф Буревестник, Сержант и Мария Хамелеонова с Еленой.

Панибратское обращение со мной Мышкина, прилюдно игнорирующего сословные различия, уже на момент начала нашего знакомства подчеркивает наше равноправие. Его слова звучали как сигнал для окружающих, что мы находимся на одной ступеньке социальной лестницы, даже если живем в разных мирах. Что же не будем его разочаровывать и подыграем. Тем более что так действительно будет легче общаться.

Подойдя к палатке, я вновь прислонился к стойке, скрестив руки на груди. Как будто и не отходил от палатки, подумал я, внимательно оглядывая собравшихся вокруг меня людей.

– Достаточно того, что Сергеем будешь меня называть. – сообщил я Мышкину – Тем более мы с тобой на равных находимся. Я все-таки пока еще Повелитель Уровня.

– Лучше бы Мария себя княгиней назвала, там у вас на уровне. – мрачно посмотрел на меня князь – А не просто вошла в администрацию поселения. Меньше бы сейчас проблем было.

– С чего это? – вопросительно посмотрел я на него – Насколько я знаю со слов наставников, князья могут быть либо урожденные, либо призванные.

– Можешь мне поверить, но против признания Марии княгиней возражать никто бы не стал. – хмыкнул князь Мышкин – Она с Главой поселения именно из-за этого постоянно ругалась. Глава и граф Совин всеми силами пытались подвести ее к этому. Вот только Мария уперлась, придавив всех, кто ей что-то подобное советовал и осталась наравне со всеми в администрации. И ты от нее недалеко ушел, такой же упертый.

– И что бы изменилось, если бы маму именовали княгиней? – удивленно спросил я.

– Она тебя от себя все эти годы не отпускала. – сообщил мне князь – Но даже там у вас на уровне тебе могли привить правильное воспитание. Но так как Мария отказалась от княжеского достоинства, ты вырос дичком и теперь нам придется твою строптивость обуздывать.

– А справитесь? – усмехнулся я.

– Узду на любого накинуть можно, – в ответ усмехнулся князь – было бы время. И теперь я надеюсь у нас это время будет.

– Проще бы было удавить во время рождения. – посмотрел я в глаза князю – Тем более ты с самого начала был против обеспечения нормальных для нас с мамой условий.

– Ошибаешься. – серьезно глядя на меня сказал князь – Я выступал не за твою смерть, а против свобод, которые решил вам обеспечить Император. Пусть ты и был бы озлобленным в будущем, но и менее свободным. Тогда на тебя легче было бы накинуть узду. Ты в любом случае не смог бы понять, что нужен Империи и Императору. Мария бы не позволила.

– Продолжай. – потребовал я.

– У нас была надежда, что Мария успокоится. – продолжил он – И вы тогда незаметно вернетесь в мир, а ты получишь достойное воспитание. Но не получилось. Его Императорское Величество специально приказал не упоминать о вас при нем, предварительно обеспечив вам с Марией достойное существование там. Мы рассчитывали, что о вас не вспомнят и вокруг вас не будут закручиваться интриги.

– Все, как и всегда! – расхохотавшись проговорил я – Хочешь рассмешить богов, расскажи им о своих планах.

Я осмотрелся вокруг. Мои стояли чуть в стороне и с интересом слушали нашу с князем Мышкиным беседу. А вот на бароне Волкове мой взгляд постоянно спотыкался, и я снова и снова возвращался задумчивым взглядом к нему. Что-то я упускал. Было что-то такое лежащее на виду, но я этого не видел. Маги, сопровождавшие меня с самого начала, распределились вокруг нас контролируя непонятно что. Не то меня, не то окружающее пространство.

И только по истечении несколько мгновений у меня сложились вместе два образа. Образина с волчьей башкой, которая должна была меня вытащить с той стороны Изнанки и была бароном Волковым.

– Барон, а зачем вы на меня свою сестренку натравили? – спросил я, пытаясь понять их мотивы – Все понимаю, чудовищная бойня, мое безумие, но вы могли бы и сами со мной схватиться и скрутить. У вас были все преимущества на тот момент. Но нет вам надо было ее на меня натравить. Я, понимаете ли, с дамами предпочитаю не воевать. Особенно с такими эффектными. И вообще, зачем вы меня выкрали с поля боя?

– Какую сестренку? – удивленно уставился на меня капитан Волков.

Я рассмеялся, глядя на то, как он демонстрирует свое мнимое удивление.

– У Кровавого Безумия особенность одна есть. – уведомил я его улыбаясь – И без этой особенности, оно теряет свою полезность многократно. Проклятый Кровавым Безумием фиксирует окружающее его пространство, и запоминает все, до мельчайшей детали. И именно это одна из причин, что в конце концов сводит с ума проклятого. Эта особенность помогает быстро принимать решения на уничтожение врагов, представляющих наибольшую опасность для проклятого. Вы крутились постоянно рядом, но виртуозно уклонялись от моего внимания. И от вас не шла агрессия, что снижало степень Вашей опасности. У меня постоянно были более приоритетные цели.

Наклонившись и сорвав еще одну травинку, я стал ее разглядывать. Потом опять посмотрел на Волкова и Мышкина.

– И когда небо над полем боя закрыла тень от огромной летучей мыши, я прекрасно слышал возглас Сестренка. – продолжил я вспоминать произошедшее на поле боя – И после этого возгласа, передо мной появилась Образина. Которая начала что-то непонятное требовать от меня, а потом вообще попыталась выбросить меня из гущи боя. Хорошо, что я бич успел до этого использовать. С помощью него сразу в портал перехода улетел.

Я с усмешкой стал рассматривать барона. Интересно, подумалось мне, что еще он придумает, уклоняясь от разговора.

– Так что в том бою, никто кроме вас крикнуть «Сестренка» не мог, из разумных там мы были только вдвоем на тот момент. – сообщил я Волкову – А значит это ваша сестренка меня зачем-то выдернула из боя.

Волков рассмеялся.

– Благодарю за столь высокую оценку моих боевых качеств. – сообщил он – Но у меня нет сестер, и я ничего не выкрикивал. И, честно говоря, ничего из похожего на услышанный тобой возглас не слышал.

– Вот как! – я удивленно осмотрелся – Но я не страдаю слуховыми галлюцинациями. А Кровавое Безумие по определению не способствует этому.

– Сергей, ты ведь с Нерожденным Дитя мысленно общаешься? – спросил меня сержант.

– Нет, с помощью Астральных Паразитов. – ответил я ему – Но связь во время боя, через какое-то время прервалась. Нагрузка оказалась высокой, и я ее прервал.

– Так может ты слышал возглас по этой связи? – продолжил расспросы сержант.

– Сержант, – рассмеялся я – у Образины и Дитя разная видовая принадлежность. Какая может быть сестра? Дитя было мне передано созданием огромнейшей мощи. И, вполне возможно, уровня бога. Скорее всего это был легендарный Песец или его зеркальное подобие с нижних уровней Изнанки.

– Ты что же вел беседы с созданием божественного уровня и не поинтересовался с кем беседуешь? – рассмеялся Мышкин.

– А зачем? – я удивленно посмотрел на него – Это Изнанка. Тварь была такой мощи, что даже мысли не возникало о противостоянии ей. Еще не хватало разозлить ее, чтобы впоследствии она мимолетом поинтересовалась нашим поселением. Там ведь достаточно было мимолетного взгляда, чтобы поселение перестало существовать. Да и настроена она была на разговоры, а не на войну.

– И почему же существо божественного уровня захотело с тобой поговорить? – заинтересовалась Мария – Да и еще в материальном образе.

Я смущенно потер затылок.

– Да тут было дело. – признался я нехотя – Я ведь с ним раньше уже встречался и хотел его на собственную шкурку обобрать.

Увидев, как на меня все удивленно уставились, даже с каким-то возмущением, я обиженно отвернулся.

– А что добру бесхозному пропадать! – возмущенно воскликнул я, повернувшись к Марии.

Удивление окружающих меня людей быстро сменилось хохотом. Вот где наглядно можно было увидеть высказывание «Смеялись все!». Даже маги, осуществлявшие контроль окружения, не удержались и рассмеялись. В воздухе послышалось отдаленное звучание звона колокольчиков и грома. Возникало ощущение, что само пространство вокруг нас насмехается надо мной. Окончательно обидевшись на всех, я отвернулся.

– Да ну вас. – махнув рукой, я уже собрался зайти в палатку.

Подальше от всех этих насмешек. Как над несмышленышем каким-то смеются.

Весело смеявшаяся вместе со всеми Елена резко перестала смеяться и испуганно посмотрела на всех.

– Со мной Питомец только что связался. – удивленно сообщила она.

Смех на поляне рядом с палаткой прекратился довольно быстро и все с заинтересованностью посмотрели на Елену.

– И что же такого он сообщил тебе? – спросил князь Мышкин у Елены.

– Лисенок помнит тот случай. – задумчиво заговорила Елена.

Она как будто повторяла слова за тем, кто ей что-то говорил.

– Он помнит этот день из воспоминаний Родителя. – сообщила Елена.

Елена посмотрела мене в глаза. Я удивился тому, что Питомец надумал проявить себя. Угроз для Елены сейчас нет, так что он должен спать пока формируется его тело.

– Это действительно Песец из нашего мира. – уведомила она меня – И питомец обижается, когда ты его родителя тварью называешь. Он не тварь, а Бог. Или, как принято говорить, Тотемное животное.

– Пожалуйста, не обижай его. – попросила меня Елена, с мольбой глядя мне в глаза.

– Хорошо, не буду. – с улыбкой глядя на Елену, я поднял руки в известном всем жесте «сдаюсь» – Песец, так Песец.

А Елена продолжила повествование, которое ей сообщал питомец.

– Родителю было весело наблюдать за безумцем, который пытался снять шкуру столь оригинальным способом со спящего и могущественного существа. – продолжила говорить Елена, с видом как будто к чему-то прислушивается – И ведь Сергей прекрасно понимал, что существо превосходит его по всем параметрам. Вот поэтому Родитель и оставил ему в дар кусок своей шкуры.

– Вот видите! – с гордостью провозгласил я – У меня все равно получилось!

– А вы смеетесь надо мной. – обиженно буркнул я, глядя на всех.

– Теперь понятны столь быстрые и разительные перемены в твоей экипировке. – заметил Сержант, смеясь.

– Не поделитесь? – попросил Сержанта заинтересовавшийся Волков.

– У Сергея в одно короткое время пребывания на Изнанке возникли проблемы с экипировкой. – сообщил Сержант – Он стал экспериментировать с изменениями тела, и его форма постоянно рвалась. Мы ждали, когда Сергею надоест постоянно чинить или заказывать новую экипировку. И он наконец откроется, попросив заказать экипировку для метаморфов. Но все резко изменилось, и экипировка перестала рваться.

Сержант посмотрел на меня.

– Мы с Шаманом практически сразу неладное заподозрили. – добавил Сержант – Духи и так сторонились Сергея. А тут вообще стали пытаться дальней дорогой его обойти.

Я взялся за воротник куртки и подергал ее.

– И чем же экипировка стала отличаться? – усмехнувшись спросил я его – Та же самая, и никаких отличий незаметно.

– Это так. – рассмеялся Сержант – Только у тебя всегда два комплекта в пространственном кармане лежит. И ты всегда надевал второй комплект, когда был один и отходил далеко от поселения. Мы это установили точно, нам духи помогли. Впервые ты использовал божественную экипировку при всех только сегодня, еще там на дирижабле. Плащ и маску ты позже одел, потому и не было заметно отличий. И то быстро поменял ее, когда очнулся после боя. Уже здесь в медицинской палатке.

На эти объяснения, я только пожал плечам. А что я еще мог сказать? Ну в самом деле, с какой стати я должен всем объяснять, что и как я сделал со шкуркой Песца?

– И все-таки, – посмотрел я на Волкова – зачем вы меня выдернули из боя? Да еще и использовали столь сильного бойца как Образина?

Я с сожалением стал смотреть на ведущиеся строительные работы в области прорыва. Меня тянуло туда, и я знал, что там мне даже дышать будет легче.

– Что, тянет туда? – насмешливо спросил князь, глядя на меня.

– Да. – ответил я, встречаясь с его взглядом – Там я свободен.

– Человек никогда и ни где не был и не будет свободен. – сообщил он мне прописную истину – Тебе уже несколько лет твердили что ты обязан вернуться в реальный мир к людям. Что ты отвечал? Терпение окружающих тебя людей кончилось. Теперь они будут решать за тебя, что тебе нужно. Добро пожаловать в реальную жизнь.

Князь обернулся в сторону ведущегося строительства оборонительных сооружений на месте прорыва и повел рукой.

– То, что здесь произошло, это твоя и только твоя вина. – сообщил он мне – И если ты думаешь, что на тебя нет управы, то глубоко ошибаешься.

Я сделал несколько шагов в сторону Мышкина.

– Отвечу твоими же словами. – глядя ему в глаза проговорил я – Пусть в том, что здесь произошло есть и моя вина. Но не обломаешь ли ты свои решалки, вмешиваясь в мою жизнь и в мои решения?

– Пойдешь против воли Императора? – спросил князь, в упор глядя мне в глаза.

– Я иностранец и вынужденный гость в вашей Империи. – сообщил я, так же не отводя от него своего взгляда – Я не вассал Императора, и обязательств перед ним не имею.

Напряжение наших взглядов уже достигло той точки, когда возникает ощущение, что еще немного и полетят молнии.

– Сережа, – возглас Марии Хамелеоновой снизил накал взглядов между нами – как вы можете! Вы говорите с Имперским Князем, об Империи и самом Императоре. Такие речи недопустимы.

– О Мария, – криво усмехнулся я, не отрывая взгляда от князя – не волнуйтесь. У нас с князем почти родственные отношения, на почве ненависти, возникшие еще задолго до моего рождения. И как только вы Имперские Великие Семьи саму Империю еще не развалили, в своей непомерной жадности, высокомерии и вседозволенности?

Побелевший от бешенства князь шагнул ко мне почти вплотную.

– Щенок! – четко и внятно проговорил он дребезжащим, и еле сдерживаемым от бешенства голосом – Пока существует Империя, существуют и Великие Семьи. И никто из нас не пойдет по пути разрушения своего дома. Мы всегда будем работать на благо Империи.

– Это ты моей матери объясни. – ответил я, не реагируя на вставшего почти вплотную взбешенного князя.

Князь схватил меня за воротник куртки и притянул к себе. Глаза его пылали огнем. Это уже явно работала его божественная способность.

– Что Мария рассказала тебе перед смертью? – буквально прорычал он.

Я поднял видоизмененную руку, на которой очень хорошо виднелись длинные и загнутые когти. Барон Волков, стоящий позади князя, шагнул вперед и молча перехватил мою руку. Князь даже не пошевелился.

– Барон отпустите его. – проговорил князь – Он не ударит.

– С чего бы у тебя такая уверенность зародилась? – спросил я его – Я вообще-то воспитывался матерью, которая каждый день вспоминала тебя недобрым словом. Или ты настолько сомневаешься во мне?

Барон продолжал держать мою руку, а князь, притянув меня к себе за воротник так и не отпускал. Я даже не пытался вырваться, глядя в глаза князю.

– В том, что ты вырежешь всех здесь находящихся? Или уничтожишь весь лагерь в порыве бешенства? – спросил он меня – Нет, даже не сомневаюсь. Но сейчас ты не ударишь.

Я мгновенно поменял свой костюм на божественный комплект и видоизменился, став крупнее. Князь на это мгновение потеряв точку опоры, в виде моего воротника и покачнулся, восстанавливая равновесие. Барон Волков был вынужденный отпустить мою руку, сделал шаг назад. А я мгновенно вернул свой обычный облик и экипировку.

– Что ты от меня хочешь? – спросил я князя.

– Я уже спросил тебя. – ответил он – Что тебе рассказала Мария перед смертью?

– Ничего. – пожал я плечами – Более того мать настаивала на том, чтобы я не пытался узнать прошлое нашей семьи. А сейчас мне это уже неинтересно. Достаточно того, что я видел и слышал, чтобы сделать свои выводы.

Немного помолчав, я продолжил, кивнув на Елену.

– Елену ждала судьба моей матери. – продолжил я, указывая на нее взглядом – Только вы ошиблись. Девчонка готова была уже наложить на себя руки.

Князь обернулся и долго смотрел на Елену. Видимо информации он получил за это время достаточно, а не верить моим словам, причин у него не было. Он в бешенстве повернулся к магам, которых приставили ко мне для сопровождения. Один из магов сопровождения кивнул в согласии. Чувствую у кого-то в ближайшее время очень сильно подгорит. Не стоит расстраивать высокопоставленных князей, это мне еще мать на своем примере объяснила.

– Ты сделал неверные выводы. – повернувшись ко мне сообщил он – По поводу девчонки будет проведено расследование.

Я рассмеялся.

– Сопровождающие ничего не знали. – сообщил я – Их наняли третьи лица. И свое мнение они составили из услышанных разговоров. Вот и вели себя соответственно. А сейчас и это уже неважно. Я вам все планы порушил. Она свободна в своем выборе.

Мы долго бодались взглядами. Потом князь заговорил, медленно, как будто пытаясь донести свою и непонятную для меня мысль или истину.

– Ты сделал неправильные выводы. – заговорил он – Там у тебя в поселении нет белых и пушистых. Низшие сословия так же способны на дела, от которых волосы встанут дыбом у любого разумного.

Видя, что я не собираюсь что-либо говорить князь усмехнулся.

– Однако ты пытаешься разобраться с каждым в отдельности. И только потом делаешь выводы по ним. – продолжил он – А дворянство обвиняешь все скопом, не разбираясь. Даже в том, что оно не совершает, видишь его вину. И не желаешь понять, что дворянство никогда не будет рушить дом, в котором живет. Это противоестественно для нас. И у нас есть институты следствия и дознания для таких безумцев. И наказания за преступления для дворян более серьезные, чем для мещан.

Эх князь я знаю историю. Пусть даже это история другого мира. И я знаю на какие безумства способны дворяне, в деле разрушения своего дома. Но вот рассказывать тебе об этом не буду.

– Мария могла жить в семье. – продолжил князь – Счастливо жить и воспитывать детей. Тебя воспитывать. Но ее буквально убивала черная ненависть. Мы были вынуждены спрятать ее в защищенном поселении на четвертом уровне. Была надежда что со временем она успокоится, и мы вернем ее в наш мир. У администрации была задача немедленно доложить, когда у Марии разум возобладает над ненавистью. Но даже с твоим рождением ничего не изменилось. Ты жил в атмосфере ненависти, и даже не замечал этого.

Я повернулся к Сержанту и приподнял вопросительно бровь. Сержант отвел свой взгляд от нас.

– Тебе что, на полном серьезе поставили задачу соблазнить мать? – спросил я его.

– Сергей ты ничего не понимаешь. – с болью в глазах заговорил он.

– Сержант, не оправдывайся. – перебил я его – Я вас не осуждал, и не собираюсь осуждать впредь. Это была ваша жизнь. Тем более я слышал один ваш разговор. И прекрасно знаю, что мать знала о твоем задании по отношению к ней. Я просто и предположить не мог, что вы можете дойти до такого безумства.

– Заткнись! – гаркнул Сержант командным голосом.

Да не часто Сержант в поселении применял командные навыки. Но если применял, то все стояли по стойке смирно, и ходили по струнке. А Сержант замолчал успокаиваясь.

– Ты ничего не понимаешь. – повторил он – Такого задания не могло быть в принципе. Так как оно невозможно.

Сержант не смотрел на меня. Он смотрел куда-то в даль, в сторону строительства и в глазах его отчетливо просматривалась боль.

– Мы были счастливы с Марией. – заговорил он – И я не оставлял ее. Сколько раз я уговаривал ее взять свою ненависть под контроль и вернуться со мной в мир. Но Мария была такая же, как и ты, и не слушала никого. Получив дом и работу в поселении, она уже не хотела возвращаться.

Сержант осмотрел всех с непонятной для меня тоской и яростью.

– Да у меня было задание не допустить распространения слухов о прошлом Марии. Хоть я и сам не знал об этом прошлом. – он говорил так, как будто исповедовался – Только в этом не было необходимости. С первых минут она придавила все поселение так, что дышать было тяжело. И только когда на Марию перестали обращать внимание и стали обходить стороной она успокоилась. И в последующей жизни в поселении, она очень жестко пресекала любые слухи, рождающиеся в среде заключенных и прибывающих команд собирателей и охотников.

– Сержант, – поинтересовался я – почему ты не покинул поселение, когда умерла мать? Ты ведь мог начать новую и полноценную жизнь.

– Кроме Марии, был ты. – с болью в глазах сообщил он мне.

Я в растерянности огляделся.

– Вы все сумасшедшие? – воскликнул я, глядя на людей окружающих меня – Вычеркнуть из жизни десятилетия ради каторжанки и ее сына. Смертников, которые не приемлют Ваше общество. Я ведь не твой сын, чтобы идти на такие жертвы. Ты за это время мог завести семью и уже воспитывать своих детей.

– У нас с Марией был разговор по этому поводу. – сообщил мне Сержант.

– Я помню этот разговор. – отмахнулся я от его слов – Вы с матерью двери никогда полностью не закрывали. Тогда мать ответила, что я не признаю никого кто слабее меня.

– Ты не можешь помнить тот разговор. – покачал головой Сержант – Так как в то время любил сбегать от наставников в долину. И у тебя всегда были отговорки почему задержался из выхода. Мы в тот раз беседовали о тебе в столовой и в беседе принимали участие баба Люба, Глава и Шаман.

– О чем вы говорили. – заинтересовался я.

– Мария расстраивалась, что ты неуправляем. – сообщил Сержант – И для тебя нет авторитетов. Вспомни, в те годы только она могла на тебя повлиять.

– Не тяни, я и без твоих напоминаний все это знаю. – возмутился я – До чего вы договорились с мамой?

– Мы решили оформить на тебя опекунство. – нехотя ответил Сержант – Я являюсь твоим названным отцом. Тогда все и было оформлено и магически заверено. Единственное Мария просила скрывать это от тебя как можно дольше. Причину этого я не знаю, но видимо она что-то знала, раз настаивала на этом.

Эта новость меня выбила из колеи и разозлила.

– Никто не может мне указывать как жить! – яростно прошипел я ему в лицо – Я прекрасно со всеми сложностями и сам справляюсь.

– Значит будем прощаться. – с болью в глазах смотрел на меня Сержант – Ты уже достаточно взрослый для самостоятельной жизни.

– Стоять! – с испугом проорал я.

Я действительно испугался, что Сержант уйдет. У меня в первые сработала способность, использующая только Власть. Ужас присутствовал где-то там на задворках. Это было категоричное требование подчиниться и склонить голову.

– После смерти матери у меня никого не осталось. – испуганно проговорил я – Только ты, Глава и Пчелкин остались. Остальные после своего освобождения исчезнут из моей жизни, как будто их и не было.

– Остановись. – с трудом прошептал побледневший Сержант – Прекрати воздействовать своими способностями на окружающих.

Я испуганно огляделся. Все держались из последних сил. Барон Волков и граф Буревестник мало того, что сами еле держались, так еще и девушек с трудом поддерживали. Мария и Елена уже были в практическом обмороке, державшись из последних сил.

– Если бы я только знал, как это делать. – прошептал я, закрывая глаза.

Закрыв глаза, я пытался успокоить бурю, которая бушевала во мне. Вот вроде она начала успокаиваться, но мне снова приходило понимание что Сержант сейчас уйдет. И чувства безысходности накатывали с новой силой, отражаясь на моей способности. Я не видел, что происходит вокруг, но уже слышал чей-то стон. И все-таки я справился, чувства успокоились, а дальше моя контролька довершила дело и взяла под контроль мои чувства.

Открыв глаза, я снова огляделся. Все хоть и были потрепанные и бледные, но на ногах стояли, что уже радовало.

– Если будешь действовать такими методами, то рядом с тобой никогда никого не будет. – проговорил спокойным голосом бледный Сержант – И ты всегда будешь один.

Вздохнув, он подошёл ко мне вплотную.

– Ты сам для себя реши, что для тебя важнее. – проговорил он – Либо ты один и никому не подчиняешься. Либо с тобой родные тебе люди. Но в этом случае ты будешь вынужден подчиняться их требованиям, а не командовать ими.

– Останься. – попросил я Сержанта – Я постараюсь.

Сержант улыбнулся и кивнул, отходя к девушкам. Немного помолчав, я собрался с мыслями.

– Скажи. – спросил я Сержанта – Как вы боролись с убийственной способностью матери?

Сержант с тоской посмотрел на меня.

– Немного позже, когда Мария окончательно успокоилась, мы надевали на нее подавляющий доспех. – сообщил мне Сержант – Он на нее не действовал. Это была не магия, а ее способность. Мария сама страдала из-за этой способности, основанной на ненависти, буквально сжигающей ее.

– Судя по тому, что я видел и слышал, – перебил я Сержанта – мне передалась эта способность от матери. Но во мне нет ненависти. Что-то ты недоговариваешь.

Сержант устало вздохнул и покачал головой.

– Ты так ничего и не понял. – Сержант уже, наверное, устал повторять эту фразу – Основа вашей с Марией способности лежит не в ненависти. Но у Марии она постоянно питалась ей, и была убийственна для окружающих. Я не знаю как Мария могла сдерживать свою ненависть на протяжении многих лет и не уничтожила все поселение в первые минуты своего пребывания там.

Замолчав, Сержант задумался, что-то вспоминая.

– И видимо это как-то повлияло на тебя. – добавил он – Твоя безумная мания дружить с чудовищами, в принципе неспособными к мирному сосуществованию с людьми появилась на этой почве. Как противовес ненависти Марии.

– Хорошо оставим эту тему. – прервал я неприятную для себя тему разговора – Как мать смогла жить в помещениях казармы каторжников вместе со всеми? Где она жила в первое время?

– Она жила в одиночной камере изолятора. – ответил сержант – Не смотри на меня так! Мария в первый день, сама выбрала себе это место для проживания. Так как не могла находиться в той среде, не уничтожив всех там находящихся.

Сержант замолчал, собираясь с духом, чтобы сказать всю правду о тех днях.

– Сам понимаешь в казармах каторжников не сахар, и женщинам там приходится очень тяжело. В поселении изначально были женские и мужские казармы. И сами казармы были разделены на кубрики, с разным количеством проживающих. Но это ничего не меняло. – продолжил он – Правда в изоляторе Мария прожила недолго. На работу помощником руководителя столовой ее назначили уже через неделю после прибытия в поселение. А примерно через месяц мы узнали, что она беременна, и приказом Императора ей выделили отдельный дом. В то же время Мария и стала полновластной хозяйкой столовой, а после твоего рождения вошла в состав администрации поселения.

Сержант долго смотрел на меня. По его глазам было видно, как он решает задачу говорить ли мне всю правду или нет. Сегодня для меня явно настал день открытий. Это ведь удивительно прожить шестнадцать лет в поселении и не знать о происходящем у меня под носом. Сержанту было особенно трудно определиться в этом вопросе. Пред ним стоит мальчишка, который для него как сын, но ему шестнадцать лет. И в то же время по утверждению Шамана этому мальчишке заложена мудрость многих десятилетий прожитой жизни. И как с ним разговаривать? Вздохнув, Сержант все-таки решился рассказать все.

– Это ведь Мария изменила условия жизни каторжников и заключенных в поселении. – глядя на меня сказал он – Ты этого знать не можешь, мал еще был. Но она в то время очень жестко прошлась по заключенным. Целую казарму из-за этого в лазарет превратили. И взаимоотношения между мужчинами и женщинами, а также между аристократами и простыми людьми в поселении резко изменились. Настолько сильно, что даже после ее смерти эти правила общежития соблюдаются полностью и неукоснительно. Каторга в одночасье превратилась в поселение со своими законами и правилами. И законами пусть и жесткими, но обеспечивающими нормальную жизнь. И это все она сделала только лишь для твоего нормального воспитания и дальнейшего взросления.

– Пчелкин ведь уже тогда был в поселении? – заинтересовался я.

– Пчелкины все немного сумасшедшие. – устало вздохнул Сержант – Он единственный кто не боялся ругаться с Марией с самого начала. Именно поэтому в то время у нас только одна казарма была забита. Остальных обитателей поселения она собрала в одном месте и предупредила, что сразу будет уничтожать, так как Лекарь не в силах вылечить всех сразу. Вот с того момента и стали работать установленные правила.

– Представляю какая была буря в душе у мамы, когда приперся Купец со своими указаниями. – я криво усмехнулся – Она его и сама могла в порошок стереть. Он минимум овощем мог подняться на поверхность.

– Так почти и произошло. – подтвердил Сержант – Его долго потом мозгоправы лечили. Но страх перед каторжниками так и остался. Только в бешенство Марию привели не его высказывания, а то, что он довел тебя до бешенства. И ты был готов убить человека.

Я с удивлением посмотрел на Сержанта.

– Вообще-то и за меньшее вбивают на два метра в землю у вас здесь, и сжигают у нас. – проговорил я – А он ушел от нас живой. И это при том, что он оскорбил все поселение. Часть которого принадлежит дворянству, что считается выше его по статусу. Тот же Студент мог оторвать ему без последствий для себя голову.

– Не путай себя и поселенцев. – со вздохом ответил Сержант – Ты не заметил, что Мария всеми силами пыталась не допустить тебя до охоты?

Я, непонимающе глядя на него кивнул. Я помню эти дни. Мать действительно пыталась всеми силами удержать меня в поселении.

– Мария боялась, что ты распробуешь кровь. – сообщил Сержант – И станешь не управляем. По существу, только она могла привести тебя в чувство.

Сержант замолчал, глядя в даль и вспоминая что-то свое.

– Ты этого даже не замечал, – заговорил он – но то, что смертельно в исполнении Марии для других. Для тебя было всего лишь поркой расстроенной матери. Она боялась, что, когда ее не станет, справиться с тобой никто не сможет. Марию разрывали противоречия. Она боялась отпускать тебя на поверхность. Даже ненадолго. И думала, что здесь у нас тебя ждут только несчастья и разочарования. И в то же время не могла держать тебя постоянно рядом с собой, желая твоего полноценного развития.

Сержант подошел ближе ко мне. И с затаенной болью в глазах посмотрел на меня.

– Мария очень боялась, что ты распробуешь кровь. – повторил он уже раннее сказанное – И жизнь людей для тебя станет пустым звуком.

– Я распробовал кровь. – сообщил я, хмуро глядя на Сержанта – И не в двенадцать, когда сбежал из поселения, после похорон матери. А немного раньше.

Сержант молча, с вопросом в глазах, смешанным со страхом, смотрел на меня.

– Мир в то время для меня был един. – продолжил я, вспоминая те дни – Ваш и мой мир на Изнанке, это все было одним целым. И я постоянно слушал рассказы заключенных и прибывающих команд охотников, о том, как они охотились у вас здесь. И готовили то, что поймали, на костре в лесу. А потом весело съедали. Даже были оригиналы, которые рассказывали о каких-то охотничьих ритуалах. Кода надо попробовать кровь собственноручно убитого животного, или съесть его печень или сердце.

Я в бешенстве смотрел на Сержанта, вспомнив, что становлюсь не человеком.

– Я выполнил все это, желая стать настоящим охотником! – проорал я ему в лицо.

Замолчав, я попытался успокоиться. Так как чувствовал, что моя способность, хоть и несильно, но начала действовать на окружающих. Мышкин и Сержант побледнели. Мария и Елена сделали шаг назад с ужасом глядя на меня. А маги, контролирующие окружающее пространство опять схватились за свои жезлы.

– А уж в ядовитой крови Наездника не только искупался по самые уши, но и наглотался. – уже спокойно продолжил я – Так что блевать тянуло. Но было нельзя. Пришлось терпеть. И испытывая жесточайшие боли, продолжать его добивать.

– Мы опоздали! – прошептал побледневший Сержант.

Я удивленно стал смотреть на него.

– Поселение и тебя в первую очередь спасло чудо. – разъяснил он – Этим чудом и является твое пробуждение. Оно остановило твои изменения.

– Ошибаешься. – с горечью сообщил я ему – Изменение не остановились. А всего лишь замедлились.

Я развернулся к барону Волкову.

– Как у Вас решается вопрос несовместимости людей? – спросил я его.

И видя непонимание в его глазах, решил задать вопрос более развернуто.

– У Вас много измененных людей. – продолжил я – Которые могут быть несовместимы друг с другом. Если бы эта проблема не имела решения, то вы уже давно могли вымереть.

Понявший вопрос Волков покачал головой.

– В этом нет необходимости. – сообщил он – У нас есть Тотемы. И боги помогают нам, решая не только проблемы биологической совместимости, но и морально-этические проблемы. Мы счастливы в своих семьях.

– Значит придется самому решать. – проговорил я глядя на Волкова.

И повернулся к Сержанту.

– Может мне к Пчелкиным обратиться? – спросил я его – Они достаточно безумны, чтобы взяться за решение такой проблемы.

– Что с тобой происходит? – спросил напряженный Сержант, его глаза были полны беспокойства.

Я с горечью рассмеялся.

– Ничего особенного. – проговорил я – Просто изменения зашли так далеко, что я становлюсь несовместим с людьми.

Я посмотрел на Елену, а потом на Мышкина.

– Хотите увидеть наяву сказку о Красавице и Чудовище? – спросил я его – Или вы решили заполучить ручного монстра? Цепного пса Империи?

Я с тоской осмотрелся вокруг. И повернулся к Мышкину.

– За что? – спросил его – Я за всю свою жизнь не пролил ни капли человеческой крови. И все равно становлюсь монстром. Животные этого мира мне дали однозначный ответ. А они лгать не умеют.

Я в бешенстве кинул заклинание «Прах Вечности» на рядом растущий пышный куст сирени.

– И вы считающие себя Людьми! Льете реки крови, порождая вокруг себя боль и ненависть. – яростно прокричал я князю Мышкину – И все равно считаетесь Людьми. В чем смысл всего этого? Только лишь в том, что, не желая становиться подобным вам, я обосновался на Изнанке? Так мне нет места среди Вас аристократов, а низшие сословия уже не примут меня.

Меня буквально колотило, от осознания того, что я скоро должен буду покинуть людей. И возможно даже мое Поселение на Изнанке будет мне недоступно. Понимание этого факта и горечь от потери человечности вызвали спонтанные изменения тела.

Перерождение в этом мире, было неправильным для меня. И ничего кроме обиды и тоски не давало. Мария, заметившая мое состояние подтолкнула Елену ко мне, и сама шагнула следом. Девушки с двух сторон взяли меня под руки.

– Сергей ты человек. – глядя мне в глаза проговорила Мария – И будешь им, пока желаешь им быть.

Я только горько усмехнулся и покачал головой. Прижавшиеся с двух сторон девушки заставили меня взять свои эмоции под контроль и остановить изменения тела. Я очень боялся навредить им. Нанести вред Марии, и тем более Елене было недопустимо для меня.

– Сергей, – заговорил Сержант – ты человек. Рожденный и воспитанный человеком. Монстры совсем другие. У них иное мышление, энергетика и биология.

Я расхохотался от определения монстров Изнанки Сержантом.

– Я пробужденный! – посмеиваясь сообщил ему – Вот тебе и иное мышление. Моя энергетика идет в разнос. И может оказывать влияние, вызывая необратимые изменения при связи с людьми. Я обладаю метаморфизмом. И это кардинальное отличие от вашего вида.

Я хохотал до слез, захлебываясь истеричным смехом. Правда, пытаясь сдерживаться в меру сил. Так как с боков ко мне прижимались дорогие мне девушки, которым я не желал причинить вред.

– Это все, согласно твоему определению, указывает на меня как на монстра. – закончил я свою речь смеясь.

Девушки, поняв мое состояние, не полезли успокаивать меня. А отпустили мои руки и сделали шаг в сторону, но не отходя далеко. Тем самым дав мне возможность, успокоиться самому. И не допуская очередного безумного срыва, находясь рядом со мной.

Глава 4

 Князю Мышкину видимо надоело вести бесполезные разговоры. Да и ждать неопределенное время, когда успокоится очередная истеричка, ему так же не хотелось. Он подошел ко мне в плотную и влепил пощечину тыльной стороной ладони, на которой было родовое кольцо. По моей щеке потекла кровь. Повреждение было незначительное, и легко устранялось изменениями тела.

Бесцеремонность князя вызвала во мне бурю. Так и хотелось влепить ему чем-нибудь мерзким. Но князь действительно был прав. Свои проблемы я должен решать сам, а не сидеть в уголке поскуливая в ожидании, когда все само разрешится. Князь ни капли не сомневался, что я его считаю врагом семьи, и все равно поступил так как он поступил. Это достойно уважения. Хмуро глянув ему в глаза, я быстро провел коррекцию лица с помощью способностей метаморфа, устранив повреждение.

Елена смотрела на происходящее с испугом, а Мария достала из сумочки платок и передала мне. Вытерев кровь со щеки, я бросил платок на землю, между нами, с Мышкиным. И уничтожил его «Прахом вечности». Князь даже не пошевелился.

– Успокоился? – спросил он меня.

Было видно, что ответа он не ждет. Так что я неопределенно пожал плечами. Князь внимательно наблюдал за мной без всяких ухмылок.

– А теперь слушай меня. – проговорил он – Ты слишком много о себе возомнил, забывая, что и на тебя управа найдется.

Я молча смотрел на князя. Сказать мне ему нечего, но все равно интересно, какую он каверзу придумал.

– Твой страх перед ответственностью за других, это твоя уязвимость. – продолжил он мне – Что же мы найдем тебе много ответственности. Ты будешь разрываться, в поисках решения проблем, свалившихся на тебя как горная лавина. И нам нет необходимости строить для тебя золотую клетку, ты будешь сам ее себе строить.

– И каким же образом ты собираешься это все устроить? – поинтересовался я.

Князь кивнул на стоящих рядом со мной девушек.

– Совсем не давно ты спас Марию, ее сестру и подругу. – сообщил он – А зная тебя, мы уверены. Что ты так и будешь теперь их опекать.

А вот сейчас князь ошибся. Зря он решил запугивать, используя безопасность людей, меня окружающих. Его слова меня разозлили.

– Князь! – перебил я его, в доведении до меня своих коварных планов – Шестнадцать лет назад граф Хамелеонов и князь Филин спасли маленькую жизнь. Никчемный комочек плоти. А граф Совин не дал затухнуть этой жизни в последствии. Но, за себя они могут постоять.

Я замолчал, выразительно глядя ему в глаза.

– Я предупреждаю тебя, кто тронет их семью, наглядно увидит восход Кровавой Луны над своими головами. – предупредил я его – Они при жизни заглянут в Серые Пределы. И меня ничто не остановит, ни войска Императора, ни сам Император. Я не дворянин, и буду действовать сразу на уничтожение. У меня нет необходимости в ваших глупых расшаркиваниях.

– И зачем ты это говоришь мне? – спросил князь.

– Я уже знаю, что семьи Мышкиных и Хамелеоновых находятся в напряженных отношениях. – сообщил я – Из-за отказа подписать брачный договор между Марией и вашей семьей.

– Когда ты вырастешь? – спросил меня князь – Ты абсолютно не знаком с жизнью нашего мира. И самое отвратительное, не желаешь ничего знать.

Мышкин смотрел на меня, с сожалением и сочувствием. Так и казалось, еще немного и сожаление перерастет в презрение. Он смотрел как на запутавшегося несмышленыша. В мое время и в моем мире, так смотрели старики на современную молодежь. Молча, с непониманием и обидой.

Да кто он такой? Что бы так смотреть на меня. Я не подданный Империи. И мне нет дела, до их хотелок.

– Между семьями Империи, всегда существовали напряженности в общении, по той или иной причине. – продолжил князь, не дождавшись моей реакции – Напряженность может возникнуть по разным причинам, но это не значит, что мы сразу же начинаем мстить и уничтожать друг, друга. А в деле образования семей, это вообще недопустимо. Очень редко, когда кто-то входит в чужую семью. Как правило образуется новая семья, со своими правилами.

Князь Мышкин посмотрел на Елену.

– Ты говоришь, что порушил наши планы, и мы уже ничего сделать не сможем. – усмехнулся он – И в этом ты ошибся. В ближайшее время будут составлены новые планы, с учетом твоего присутствия. А Елену будут учить правилам поведения высшего дворянства. И так как она уже является твоим наставником, согласно вашему договору, ей будет особенно тяжело. Так как ее будут дополнительно учить правилам как учить тебя. И чем больше ты будешь нарушать правила, тем больше ее будут учить. Советую подумать о том, какие перегрузки она будет испытывать из-за твоего поведения, ведь ей придется обучать тебя.

– Князь, а не слишком ли ты быстро переобуваешься? – спросил я, глядя на Мышкина.

Во мне все нутро стало закипать, от перспектив, обрисованных им. В его выражении лица я заметил неподдельный интерес, смешанный с насмешкой. Уж больно легко этот человек находит слабые места в моих словах и насмехается, выводя меня из равновесия.

– Что мне стоит вернуться к себе на уровень, забрав Елену с собой? – предложил я альтернативный вариант.

Князь как будто предвидел мой вопрос и с усмешкой приподнял вопросительно бровь.

– Елена гражданин Империи. – усмехаясь уведомил меня князь – И если ее попросят остаться, то она останется в Империи. Или у тебя слова расходятся с делом, и ты ее увезешь силой?

Надо все-таки поменять тему и подойти к этом вопросу с другой стороны. На этом поле князь меня в любом случае переиграет. Да и если честно не хочется воевать с империей. В плане общения с людьми, она мне нужна больше, чем я ей.

– Князь знаешь, в чем различие дворян и мещан в Империи? – так же усмехаясь спросил я его.

Я чувствовал, как мое лицо светилось от того удовольствия, которое я получу, сказав ему очередную гадость. Мышкин вопросительно смотрел на меня.

– Простейший пример, связанный с войной. – усмехаясь сообщил ему – Если Вам, дворянам, прикажет Император, то Вы пока все воюют будете сидеть в деревне Гадюкино и протирать штаны.

Я уже откровенно смеялся над князем.

– А мещане в лучшем случае вступят в ополчение, или вообще уйдут партизанить. И невзирая на все требования, будут сами решать, где и как воевать. – смеясь продолжил я – И никакие требования в виде посидеть и подождать, их не остановят. Так как они, будучи гражданами Империи, вассальную присягу Императору не давали. Они свой дом и семью защищают. И таких вот неприкаянных мещан, у меня на уровне целое поселение.

Князь на мои высказывания ничего не ответил, а повернулся к Елене.

– Елена, вы исполните просьбу Императора, если он попросит вас остаться в Империи? – спросил он ее.

Елена молча смотрела на князя Мышкина. Потом покраснев, неуверенно кивнула. Видимо закралась ей в голову в связи с недавними событиями предательская мыслишка, что просьбы бывают разными. Впрочем, как и последствия от этих просьб.

– Что же, просьбы Императора недолго ждать. – сообщил он Елене – Я немедленно доложу Его Императорскому Величеству, о произошедшем.

Мышкин повернулся ко мне.

– В следующем году девушкам, которых ты взял под свою опеку исполнится восемнадцать. – сообщил он мне – А тебе будет только семнадцать. Этот год они будут учиться вместе с тобой в закрытом заведении. А в следующем, будут переведены на общие потоки университета. А тебе еще целый год придется провести в закрытом заведении. Вот и посмотрим, как ты будешь вертеться из-за ответственности за них.

Князь уже явно насмехался. Видимо в отместку за сравнение мещан и дворян.

– Ты ведь предоставил им право выбора? – спросил он меня – Посмотрим, как ты завертишься, когда за ними женихи косяками пойдут.

А вот это меня уже меня опять начало злить. Чего он добивается? Постоянно пытаясь вывести меня из равновесия. Было что-то неприятное, и даже угрожающее в его намеках.

– Князь. – с предупреждением поглядел на него – Я ведь и тебе могу башку оторвать, если ты их в покое не оставишь.

– О нет, мне как раз нет необходимости вмешиваться. – усмехнулся он – Тут и без меня будет достаточно желающих, заполучить столь ценные призы. У девушек есть защита их семей. У Елены остался только ты. А тебя будет сдерживать знание что, нарушив правила, ты обречешь ее на дополнительные и утомительные занятия. И этикет там будет стоять на первом месте.

Князь смотрел на меня надменно, с иронией.

– Но девушки у тебя под боком, слишком малая нагрузка для тебя. – усмехаясь сообщил он мне – Даже если учесть их божественную защиту.

С иронией посмотрев на сержанта, он снова повернулся ко мне.

– Ты знаешь, что в поселении, на твоем уровне Изнанки, обнаружено тайное общество? – спросил он.

Я с вопросом посмотрел на сержанта.

– Что граф Совин не сообщил тебе? – с насмешкой спросил князь, заметивший мой взгляд.

– Что с людьми? – с напряжением в голосе спросил я сержанта, повернувшись к нему.

– Абсолютно ничего. – вместо сержанта ответил князь – Каторжане объединились и выбрали себе лидера. И стали вырабатывать методы принесения ему присягу.

– И кого они выбрали? – спросил я князя.

Предчувствие очередных проблем так и висело в воздухе.

– Тебя. – ответил князь.

– Я не приму присяги. – напряженно глядя на Мышкина, ответил я.

Князь рассмеялся. В его смехе была слышна издевка, что сразу вызвало у меня неприятное чувство очередных неприятностей.

– Экстремальные условия жизни, требуют экстремальных решений. – сообщил он мне – Ты знаешь, что после твоего отбытия в реальный мир, в поселении организовали грандиозный праздник?

Князь выразительно посмотрел на меня.

– Согласись, причина у них была веская. – смеясь сообщил он.

Его насмешки были неприятны для меня. Особенно когда узнаешь, что люди радуются, и чуть ли не с плакатами ходят, от одного только упоминания, что ты уезжаешь.

– На продолжительное время поселение не будет лихорадить. – продолжил он, насмехаясь, информировать меня – И никто не будет глядеть с испугом на шлюз перехода в ожидании твоего прихода с очередным монстром на поводке.

Князь замолчал с усмешкой глядя на меня.

– Там, собственно, и вскрылось тайное общество. Есть методы принесения присяги, без учета желания ее принимающего. – закончил он свою речь.

– Клятва на крови? – хмуро спросил я Сержанта – Поэтому, в последнее время меня бросало из стороны в сторону?

– Для твоего эмоционального состояния, это всего лишь одна из причин. – ответил Сержант, с сочувствием глядя на меня – Каторжане закрепляли присягу с помощью духов и макров, на магической бумаге. Так что ты не оригинален в составлении магических договоров.

Это уже не шутки. Люди в поселении могли реально пострадать. Да и я, хочу того или нет, но буду нести за них ответственность.

– Много пострадавших? – спросил я Сержанта, всеми силами пытаясь сохранить спокойствие – И что теперь будет с организаторами?

– Шаман вовремя заметил неладное среди каторжников. Так что пострадавших нет. – вместо Сержанта ответил князь – А с организаторами ничего не будет. По поводу данного инцидента было немедленно доложено Императору. Людей в поселении успокоили, пообещав решить их проблему в ближайшее время. И без столь самоубийственных методов.

Мышкин повернулся к Сержанту и с затаенной радостью поглядел на него.

– А вы готовьтесь быть посмешищем для всей Империи. – сообщил он – Это же надо! Прохлопать бунт в поселении. И какой? Каторжане, видите ли, не желают покидать каторгу!

Опять развернувшись, князь подошел практически вплотную ко мне. Он смотрел мне в глаза, и выискивал что-то непонятное для меня в моем взгляде. Он явно чего-то ждал. И искал в этом взгляде то, что ждал.

– Девушки всегда будут у тебя под боком. – стал разъяснять мне князь – И ты всегда сможешь проконтролировать и при необходимости помочь им. Даже если они будут переведены на общий поток.

Замолчав, князь дал мне успокоиться из-за переживаний за девушек. Видимо, чтобы добить меня очередной каверзной темой.

– Но вот как ты проконтролируешь «свое поселение», – намеренно выделил он слово «поселение» – за которое теперь несешь полную ответственность? Как ты будешь решать проблемы, возникающие там, постоянно находясь здесь?

Мышкин сделал шаг назад и оглядел меня.

– Пошел вон. – сказал он мне и повернулся к Сержанту.

– Граф, собирайте свои вещи. – приказал князь – Благодаря Сергею у нас теперь есть короткая дорога до столицы. Вам нечего делать на дирижабле.

– Мария Степановна, тоже собирайтесь. – попросил он Марию – Я сейчас сообщу вашей семье, что бы вас встретили на той стороне.

– Елена идет с нами. – поставил я всех перед фактом.

Князь с интересом посмотрел на меня, но ничего не сказал. Посчитав молчание за согласие, я подошел к Елене и подставил ей локоть.

– Елена пойдемте. – попросил я девушку, подставляя ей локоть – Нам надо собраться.

– Мне не нравится, когда все решают за меня. – с испугом и решительностью поглядев на меня сообщила девушка.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.