Артем Стрелец
Экзо 3

Пролог

Ледяной трон пустовал. В огромном зале было просторно и холодно. Стрельчатые окна и шпилевидный потолок казались устремлёнными в бескрайнее небо планеты Олимп – главной в системе Нева, расположенной в центре галактики Андромеда.

Планета получила столь пафосное название благодаря тому, что здесь обосновалась не менее возвышенная семья Ренгов. Чье величие. В кругу семей Великих Исполнителей не мог никто оспорить.

Изначально, они были слабым и почти уничтоженным родом, чей прежний статус был низким и незначительным. Ренги когда-то служили в качестве простых подчинённых у более влиятельных семей, выполняя самые грязные и унизительные поручения. Их история была полна поражений и утрат, и многие считали, что их род полностью исчезнет в бесконечной борьбе за выживание в мире, где выживают лишь сильнейшие.

Однако, в самый тёмный час их истории, Ренги сделали выбор, который изменил их судьбу навсегда. В эпоху войн и хаоса они не просто предали своих хозяев – они сделали это с холодным расчётом и точным пониманием последствий. Этот предательский акт был не простым поворотом против своих покровителей, а тщательно спланированной стратегией. Они не только выдали всех секреты своего прежнего господина, но и сами организовали его падение, действуя в тени, как ядовитые змеи, ожидающие момент удара.

Их вероломство было замечено Великими Исполнителями, которые не осудили предательство Ренгов, напротив, они увидели в этом демонстрацию силы и безжалостности. В знак признания их жестокости и умения адаптироваться, Великие Исполнители благословили Ренгов, даровав им доступ к невероятной мощи и технологиям.

Ренги не просто поднялись – они возродились в новом обличии, их слабость обратилась в силу, их уязвимость – в оружие. С каждым годом их влияние росло, и теперь, спустя несколько поколений, они заняли почётное место среди величайших семей галактики. Семья, некогда презираемая и стоявшая на краю гибели, стала правителями звездной системы Нева, а планета Олимп, освещаемая холодно звездой Скьольд, символизировала их восхождение – блестящее, величественное и неоспоримо мощное.

Планета Олимп была холодной и бесплодной, её поверхность представляла собой безжизненные равнины, укрытые вечной мерзлотой. Никаких следов жизни, только бескрайние пустыни, простирающиеся до горизонта, скованные ледяным ветром, который словно пытался стереть любое напоминание о существовании чего-либо живого. Всё, что было на этой планете, служило лишь одной цели – добыче ЭРА, важнейшего ресурса, ради которого сюда свозились бесчисленные рабы из дальних уголков галактики. Шахты, уходившие глубоко в недра планеты, были единственными активными зонами в этой пустыне, где добыча ЭРА происходила без остановки, редчайший ресурс, который питал могущество семьи Ренгов.

Но самым величественным сооружением на этой холодной звезде была цитадель Ренгов – монументальная крепость Хладгард, возвышающаяся над ледяными равнинами, словно символ власти и незыблемости. Цитадель была построена из темно-синего металла, самого дорого материалы во всей галактике. Её стены были покрыты древними глифами, светившимися ледяным голубым светом. Высокие шпили цитадели вздымались к небу, как когти, устремлённые к холодной звезде. Это сооружение отражало сущность семьи Ренгов – жестокость, холодный расчёт и безжалостность. Каждый камень цитадели говорил о том, что милосердие и слабость не были частью их наследия.

Скьольд, несмотря на своё яркое название, была холодной и беспощадной, как и её правители. Свет её солнца был ослепительно ярким, но холодным – он освещал всё вокруг, но не давал тепла. Этот ледяной свет подчёркивал суровую природу мира, на котором правила семья Ренгов. Будучи окружёнными этим неприветливым светом, они черпали силу в том, что другие считали бы угнетающим и безнадёжным. Скьольд не прощал слабости, и под его светом становилось очевидным: только сильнейшие могли править в таких условиях.

Звезда как будто отражала самих Ренгов – она светила, но не грела, её блеск был ослепляющим, но не сулил никакого утешения. Это место существовало лишь для одного: поддерживать могущество тех, кто правил здесь, тех, кто без колебаний пожертвует любым ради своего могущества.

Однако теперь в семье нарастало неумолимое чувство, что неминуемое приближается, и его уже не остановить. Каждый день приносил плохие известия: срывы поставок ЭРА, нападения на приграничные планеты, бесконечные стычки с другими семьями, которые невозможно было остановить – едва удавалось закрыть одну брешь, как тут же появлялись две новые.

И вот, глава семьи, лорд Ренегат, оторвавшись от своих великих размышлений, принял вызов и вернулся в величественный Зал Судеб, чтобы лично заняться накопившимися проблемами в его отсутствие.

Он стоял у края огромного окна, наблюдая за заснеженными равнинами, которые уходили вдаль, теряясь на горизонте. Казалось, перед окном стоял дряхлый старик, закутанный в тёмный плащ, опирающийся на массивный посох, сотканный из прозрачных нитей, которые беспрерывно пульсировали. Он был как оживший монумент, который просто смотрел вдаль. В его глазах читалась неукротимая сила – любой, кто посмел бы принять его за немощного старика, дорого заплатил бы за эту ошибку своей жизнью.

Металлическое лицо лорда было испещрено глубокими бороздами, словно изъедено временем и пережитыми веками. Его экзо, выполненный по высшему стандарту, не только демонстрировал технологическое совершенство, но и являл собой высший символ отличия в семье – знак того, кто обладает правом принимать ключевые решения. Лорд Ренегат, как и вся семья Ренгов, выбирал исключительно надёжные и функциональные экзо, презирая пышные имитации человеческой формы. Человек… Он давно перестал размышлять о том, что значит быть человеком, но теперь, с приближением неизбежного, мысли о прошлом вновь начали его посещать. Волна атак продолжала нарастать, а с ней и тревога. ЭРА начала колебаться, её ритм изменился, прорывы становились нормой. И теперь было ясно: тот, кого давно считали забытой тенью прошлого, вернулся. Лорд знал это без сомнений. И ему, как главе Ренгов, предстояло вновь решить этот вопрос, как он уже делал много циклов назад.

Лорд Ренегат стоял неподвижно, его искусственные сенсоры фиксировали мельчайшие изменения температуры в зале. Он оставался неподвижен, не издавая ни звука, кроме ритмичного постукивания его массивного посоха о холодный мраморный пол. Казалось, что само пространство сжималось вокруг этой фигуры, такой древней и внушающей уважение.

Дальняя дверь зала с гулким звуком раздвинулась, и в помещение, окутанное белоснежным туманом, тихо вошла фигура. Её движения были бесшумны, словно само пространство раздвигалось перед ней, поддаваясь её воле. Очертания фигуры едва угадывались за световым маревом, но от неё исходила неуловимая сила, подавляющая своей мощью. Казалось, каждый её шаг оставлял за собой лёгкий след света, а движения были плавными и одновременно настораживающими, как будто время текло иначе вокруг неё. Фигура беспрепятственно скользнула к центру зала и, опустившись на одно колено, склонилась в глубоком поклоне.

– Глава, вы пробудились. Рад приветствовать вас… – начал пришелец.

– Хватит, – резко оборвал его Ренегат, голос его был полон презрения. – Зерат, не уподобляйся этим носителям «розовых экзо».

Ренегат повернулся к трону и, не глядя на собеседника, направился к массивному сидению. Белоснежная дымка, окутывающая Зерата, оставалась неподвижной, словно сама фигура застыла в поклоне, не смея пошевелиться.

Достигнув трона, Ренегат опустился на его холодное, массивное изваяние, сделанное из металла цвета глубокой ночи, как и весь зал вокруг. Ударив посохом об пол, он скомандовал так громогласно, что стены зала усилили его голос до грохота:

– Докладывай!

Зерат поднялся с колена и, не нарушая своей белоснежной формы, плавно подлетел к трону. Остановившись, он выпрямился во весь рост, его движения были плавными. Он выглядел как ледяная статуя – ни глаз, ни черт лица не было видно, только безжизненная маска, застывшая в вечной пустоте. Его экзо был утончённым и полупрозрачным, словно вырезанным из самого тонкого льда, а вокруг тела мерцала белая дымка, живущая собственной жизнью, окутывая каждое его движение.

– Общая ситуация вызывает серьёзную тревогу для нашей семьи, – проговорил Зерат.

Ренегат нахмурился, и морщины на его металлическом лице стали ещё глубже, превращаясь в зловещие борозды.

– Оставь эти пафосные речи для своих рабов, – снова прервал его Ренегат. – Я хочу знать, что вы предпринимаете. О том, что дела идут плохо, я уже знаю. Или ты думаешь, меня так легко оторвать от Великого Созерцания?

Его голос становился всё жестче, проникая в саму сущность Зерата, заставляя его сжиматься, словно от силы слов Ренегата воздух вокруг него стал давящим и тяжёлым. Но Зерат не отступил. Напротив, он поднял голову и с вызовом произнёс:

– Каждый в семье занят своим делом. Я не вправе отвлекать их от этого.

Ренегат внимательно посмотрел на выскочку. В его глазах нарастал гнев, но он сдерживал его, ожидая более конкретной информации.

– Могу сказать лишь за себя. Все мои участки под полным контролем, поставки идут по графику, рабы трудятся без сбоев…

– Ложь! – внезапно выкрикнул Ренегат, и его гнев выплеснулся наружу. Вокруг Зерата из пола начали вырастать ледяные сталагмиты, образуя смертельную ловушку, их острые вершины вплотную подошли к его подбородку. Белоснежная дымка, охватывающая Зерата, закрутилась сильнее, будто пытаясь защитить своего хозяина от неизбежной угрозы.

– Я знаю всё! Все ваши провалы, и твои, в частности. Ты был оставлен старшим, но стал никчёмным. Ты не решил ни одной из возложенных на тебя задач. И сейчас ты говоришь мне, что не вправе решать за других? Кто, как не старший, должен это делать?

Голос Ренегата был подобен удару молота, и ледяные сталактиты начали трещать, покрываясь трещинами. Белоснежная дымка вокруг Зерата судорожно двигалась, пытаясь оберегать своего хозяина, но он оставался неподвижен, сохраняя спокойствие, несмотря на ледяную ловушку.

Ренегат встал и приблизился к Зерату, его металлические шаги звучали как удары судьбы. Он ударил Зерата в лоб своим посохом, и прозрачные нити обвились вокруг его головы. Ренегат притянул его к себе, их лица оказались на одном уровне, а острые ледяные пики стали царапать экзо Зерата, издавая жуткий скрежет.

– И ты осмелился явиться с этим ко мне? – прошипел Ренегат, в его голосе слышалась зловещая радость от мучений Зерата.

Зерат молча выдержал давление. Его тело, искорёженное и сковываемое холодом, не поддавалось сопротивлению. Прозрачная жидкость вытекала из ран и мгновенно замерзала, осыпаясь на пол ледяной крошкой.

Казалось, что Ренегат наслаждается его болью. Однако боль, которую он причинял Зерату, неожиданно коснулась и его. Она вернулась неожиданно, как давно забытая тень, которую он уже не чувствовал веками. Лишь редкие, давно ушедшие события могли напомнить ему об этом, но теперь боль начала пронизывать его, нарастая, превращаясь в мучительное чувство утраты и неукротимого гнева. Ледяные пики, которые Ренегат создал, начали трещать и рассыпаться на крошечные осколки. Зерат, медленно поднимался на ноги. Его раны заживали, скрывались под белоснежной дымкой, которая, словно живое существо, сновала вокруг, восстанавливая его экзо.

Он снова выпрямился, но на этот раз его правая рука была поднята вверх, и на её конце висело экзо Ренегата. Лицо лорда было искажено изумлением – его глаза, некогда полные власти и безраздельного контроля, теперь отражали лишь страх перед тем, кого он недооценил.

Зерат резко дёрнул, и тело лорда с силой отлетело в сторону трона, рухнув на него железными обломками. В руках Зерата сверкало и переливалось золотистым светом с фрагментами белоснежного сияния ядро лорда Ренегата.

Сжав ладонь, Зерат поглотил ядро, и по его полупрозрачному экзо прошла золотистая волна. Он вскрикнул, его тело выгнулось, и он опустился на пол, опираясь на руки. Белая дымка снова закрутилась вокруг него, пытаясь восстановить своего хозяина.

Зерат не двигался, его тело дрожало, а его лицо – теперь уже не бесстрастная маска, – стало морщинистым и измождённым. Два ярко-синих глаза вспыхнули на месте, где раньше была пустота, полные огня власти и честолюбия.

Часть первая

Руни

Глава 1
Старые друзья

Комната Шера выглядела так же скромно и непримечательно, как и место гибернации, где Руни пробудился после активации артефакта Высшего. В центре стоял обычный металлический стол, на стене висели несколько мониторов, на которых сейчас менялись картинки армейского быта. У стены теснились два одинаковых стула, а перед столом – ещё один, ничем не отличающийся от остальных. Руни стоял посреди комнаты, не решаясь сесть, словно простота обстановки сковывала его. Он ждал Шера, мыслями возвращаясь к их былым подвигам. Война и битвы, которые некогда были его реальностью, теперь остались лишь далёкими, едва уловимыми воспоминаниями.

На мониторах отображались тренировочные комнаты и другие армейские помещения, сменяясь калейдоскопом кадров из армейской жизни. Руни наслаждался этим, вернувшись туда, где началась его жизнь. Он был солдатом с самого начала и не знал другой жизни, кроме армейской.

Все добытые ресурсы и ядра в семье Гниилс шли на нужды армии. Семья владела внушительным арсеналом оружия и средств его доставки: корабли, крейсеры, колоссы подавления и более мелкие единицы – титаны, танки, лёгкие флаеры. Всё это в огромных количествах принадлежало семье Гниилс. Их армии сдавались в аренду, использовались как наёмники. Единственным их слабым местом было почти полное отсутствие применения ЭРА. Это было одновременно и их сила, и слабость, сдерживавшая их от завоевания других семей.

В одном из таких "инкубаторов" родился Руни, путём преобразования ядра сущности и покорённого экзо. Эта технология отличалась от других способов создания экзо. Грубая и беспощадная, она вмешивалась в сущность ядра, резонируя с его внутренними частотами, полностью перезапуская личность и создавая новую с заданными параметрами. При этом ядра, использованные для процедуры, оставались полностью функциональными, но те, кто был заключён в них, погибали в адских муках. Это отражало девиз семьи Гниилс: "Лишь пройдя через адские муки, ты обретёшь величие!" Все, кто служил семье, знали этот девиз наизусть и при встрече с высшими выкрикивали его как приветствие.

Дверь за спиной Руни открылся с шипением. Шер, громко ступая, вошёл в комнату. Обогнув Руни, он сразу занял своё место за столом. Его массивное экзо, сделанное из высококачественного металла, громоздко уселось на простой стул, который казался крошечным под его тяжестью. Сложив руки перед собой, Шер окинул взглядом старого друга.

– Садись, – громко скомандовал он.

Руни отвлёкся от своих размышлений о военной жизни и присел на один из стульев у стены. Металл под ним натужно заскрипел.

– Смотрю, сколько бы времени ни прошло, а корпус у тебя всё тот же, – усмехнулся Шер.

Руни невольно опустил взгляд на свою потёртую грудную пластину, где едва различимо виднелась надпись "Р-Уни".

– Да, старые привычки сильнее всего, – ответил он, поднимая взгляд на Шера.

– Я вернулся не просто так, – без лишних слов начал Руни. – Мне нужна твоя помощь.

– И чем же я могу помочь? – с преувеличенным удивлением спросил Шер, делая вид, что не понимает.

– Ты настолько испортил здесь всё, что просто за разговор с тобой меня могут отправить на переплавку. Мне даже "Зеро" не светит, – продолжил он.

Руни опустил взгляд, понимая, что разговор будет сложным.

– Как бы странно это ни звучало, но мне нужно снова попасть в отряд Универсал.

Шер разразился громким смехом, который, казалось, мог проломить стены и обрушить потолок.

– Ты, наверное, меня не слышал? – спросил он, остановив смех. – Ты здесь только потому, что я прошёл с тобой через столько, что любой другой уже давно бы умер раз десять. И только поэтому я нарушаю свою клятву.

Он встал, упираясь кулаками в стол, нависая над Руни. Руни не отводил от него взгляд, понимая всю тяжесть этого момента.

– Знаешь, почему ты оказался в "Зеро"? – холодно спросил Шер.

– Ты не выполнил приказ! – рявкнул он, снова усаживаясь на место и отводя взгляд.

– Ты нарушил клятву и нашу дружбу, – добавил он, уже тише, словно прощаясь с чем-то дорогим.

Руни молча выслушал упрёки, чувствуя тяжесть каждого слова, но не сводил взгляда с Шера. Всё, что произошло между ними в прошлом, давило на него, но отступать он не собирался.

– Да, я нарушил приказ, – медленно произнёс Руни, не пытаясь оправдаться. – Но ты знаешь, что у меня был выбор – либо следовать слепо, либо спасти невинных. Ты сам был там, видел, что случилось. Если бы я не принял тогда решение, они бы все погибли.

Шер помолчал, его взгляд был устремлён в сторону, как будто он пытался прогнать те воспоминания. Много лет прошло с тех пор, но шрамы остались.

– Все они уже мертвы, – на мгновение Шер замолчал, словно заново переживая этот момент. – Другой взвод закончил то, что мы не смогли.

– Приказ – это не просто слова. – продолжил Шер. – Это наша клятва, это то, что делает нас теми, кто мы есть. Нарушив приказ, ты нарушаешь все, все чему давал клятву.

– Клятву? – Руни слегка склонил голову, его голос дрожал от гнева, который он едва удерживал под контролем. – Клятву? Клятву приносят ради блага! – его тон заметно повысился, хотя он изо всех сил старался сдерживать себя, несмотря на бурю эмоций, что кипела внутри. – Каждый из нас – это всего лишь шестерёнка в машине, которую легко можно заменить. – Он сделал паузу, короткая вспышка в его интерфейсе выдавала напряжение системы, но затем голос стал твёрже, словно закалённый металл. – Но тогда я спас тех, кто хотел не просто существовать, а жить. Жить по-настоящему, не подчиняясь слепо бездушным законам Великих Исполнителей.

Шер взглянул на него с вызовом. Взгляд Руни оставался таким же твёрдым – его слова были опасными, за них полагалась мгновенная казнь. Но вместо того, чтобы возразить, он лишь сверлил друга своим тяжелым взглядом, явно борясь с внутренними противоречиями.

Прошла минута молчания. Наконец, Шер отвёл взгляд, словно приняв какое-то трудное решение, и, повернувшись к мониторам, тихо спросил:

– И что ты собираешься делать теперь? После всего, что случилось, ты хочешь снова оказаться в отряде? Ты понимаешь, что назад дороги не будет?

– Я знаю, – ответил Руни, и его голос стал спокойнее. – Я понимаю, что этот путь приведёт меня либо к полному искуплению, либо к гибели. Но если есть хоть малейший шанс спасти нас всех, я готов рискнуть.

Шер встал, его массивная фигура нависла над столом. Его лицо было жёстким, взгляд – стальным.

– Ты просишь меня о невозможном, Руни. В отряд "Универсал" нельзя просто так вернуться. Ты уже умер для них, они не примут тебя обратно.

– Мне не нужны их признания, – холодно ответил Руни. – Мне нужно лишь одно – шанс. Шанс всё исправить. И ты можешь мне его дать.

Шер долго смотрел на него, словно пытался понять, насколько серьёзны слова Руни. Затем медленно кивнул, будто приняв решение.

– Ты что-то скрываешь, и, кажется, я начинаю понимать, зачем я тебе на самом деле нужен, – произнёс он, наконец, прищурив взгляд. – Но я помогу тебе. И я не хочу знать, что ты задумал. Даже не пытайся вовлечь меня в это.

Он вновь опустился на стул и, скрестив массивные руки перед собой, тяжело опёрся подбородком на них, задумчиво устремив взгляд в одну точку.

– И помни, это твоя последняя возможность. Если ты снова ошибёшься – никто не сможет тебя спасти. Даже я.

Руни поднялся, и на мгновение в его взгляде промелькнула благодарность.

– Я не подведу, – тихо сказал он.

Шер хмыкнул, но в его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение.

– Посмотрим, старый друг, посмотрим, – бросил он, и добавил. – Добро пожаловать обратно… если сможешь выжить.

После этих слов Шер быстро открыл ящик своего стола, вытащил оттуда небольшой предмет и без предупреждения бросил его в сторону Руни. Тот мгновенно поймал его на лету и поднёс к лицу, внимательно разглядывая.

– Это поможет тебе вернуться к нам. Обнулись – и ты снова наш, – спокойно сказал Шер.

В руках Руни держал замысловатый цилиндр, покрытый тонкими переплетающимися узорами тёмно-зелёного цвета. От него исходило мягкое свечение, свидетельствующее о том, что это артефакт, содержащий ЭРА.

– ЭРА? – удивлённо спросил Руни.

– А ты думал, что только ты умеешь нарушать правила? Обнуляйся, или мне показать, как это делается? – усмехнулся Шер.

Руни лишь усмехнулся в ответ и, не колеблясь, вставил причудливый цилиндр в разъём для пополнения заряда. Он сразу заметил, что один конец цилиндра идеально подходил к разъёму.

Система замигала красным, но Руни знал, что всё идёт по плану. Спустя несколько мгновений перед его глазами появилась незамысловатая надпись:

Обнулить информацию ядра?

Да / Нет

Без малейших колебаний Руни мысленно нажал на «Да». Мир вокруг него мгновенно погрузился во тьму, лишь затем, через секунду, всё вернулось на свои места. Теперь перед его глазами висела новая надпись, призывающая ввести новые данные. Не раздумывая долго, Руни ввёл новый номер, род войск и должность – штурмовик.

Он задумался лишь над позывным, не желая менять тот, что носил многие годы.

– Застрял на позывном? – насмешливо спросил Шер, играя в руке с какой-то безделушкой и внимательно её разглядывая.

Руни промолчал, понимая, что это обычная издёвка.

– Всё просто, солдат, – голос Шера стал холоднее и твёрже, – я сам дам тебе новый позывной.

Руни отвлёкся от интерфейса и посмотрел на него с вопросом в глазах.

– Феникс, – резко произнёс Шер.

Не задумываясь, Руни ввёл новый позывной. Надписи исчезли, подтверждая, что новая информация записана.

– Добро пожаловать в отряд, штурмовик Феникс, – сказал Шер с мрачной улыбкой.

Шер встал и обойдя стол подошел вплотную к Руни.

– Твое место в отделение осталось прежним, – холодно сказал Шер, скрестив руки на груди. – Сейчас отправляйся к командиру Ангельсу. Он объяснит тебе всё необходимое. Все данные загрузишь на свой терминал в комнате гибернации, оттуда и последуешь к Ангельсу.

Шер медленно провёл взглядом по фигуре Руни, словно пытался оценить каждую деталь, взвешивая его силу и надежность. В его глазах промелькнула тень сомнения, будто он осознавал, что этот выбор может оказаться ошибкой, и вскоре придётся пожалеть. Это мимолётное чувство было тщательно скрыто за маской строгой дисциплины, но даже она не могла полностью заслонить едва уловимый намёк на внутреннюю неуверенность.

– Штурмовик Феникс, приступай к своим обязанностям! – резко скомандовал Шер, от его голоса повеяло ледяной строгостью.

Руни мгновенно вытянулся, поднимая правую руку, согнутую в локте, и прикладывая кулак к груди. Это был формальный знак преданности, но в нём ощущалась суровость военной жизни.

– Свободен! – рявкнул Шер, поворачиваясь к мониторам.

Руни, повернулся и вышел из комнаты. Коридор был тихим, но каждая деталь здесь казалась пропитанной тяжестью военной дисциплины. Направляясь к своей комнате гибернации, он размышлял о том, что за человек Ангельс и каковы будут его новые товарищи. Ему предстояло не просто влиться в коллектив, но и завоевать их доверие – а это будет сложнее, чем выполнить любой приказ.

Шагая по металлическим коридорам базы, Руни вновь осознал, что его путь к намеченной им цели только начинается. В каждом его шаге слышался отголосок далёких боёв, в которых он участвовал, и воспоминания о том, как он жертвовал собой ради своих товарищей. Но теперь всё было иначе – теперь перед ним стояла цель гораздо важнее.

Войдя в комнату гибернации, он подошёл к своему кокону. На внутренней стороне оболочки был выцарапан его позывной. Осмотрев кокон и ощутив укол ностальгии, он завершил настройку. Получив основные директивы, он оглядел пустое помещение. Его мысли блуждали, но долг звал. Система загрузила ему данные, необходимые для следующего шага. Собравшись с мыслями, он вышел в длинный, тускло освещённый коридор. Металлические стены слабо отражали свет от потолочных ламп, создавая атмосферу мрачной сосредоточенности.

Следуя указателям в своём интерфейсе, Руни направился прямо к тренировочной казарме, где его ожидал командир отделения – Ангельс. На каждом шагу он ощущал давящее напряжение базы: звуки далёкой техники, приглушённые голоса других штурмовиков, звон стальных дверей. Казалось, что каждая деталь здесь пропитана ожиданием битвы, как будто эта база жила и дышала войной.

Коридор показался ему бесконечным, но наконец, за очередным поворотом, он увидел массивные двери казармы. Остановившись на мгновение перед входом, Руни глубоко вдохнул и прислонил ладонь к сенсору створка отъехала вверх. Впереди его ждала новая встреча с его отрядом и командиром, с которым ему предстояло найти общий язык в условиях постоянной боевой готовности.

Он медленно вошёл в тренировочную казарму, его массивная фигура сразу привлекла внимание всех присутствующих. Высокие потолки и современное оборудование подчеркивали суровость места, где тренируются лучшие штурмовики "Универсал". Тяжёлые шаги эхом разносились по пространству, заставляя всех остановиться и обратить внимание на входящего бойца.

В центре казармы стоял высокий и широкоплечий, экзо. Всем своим видом он внушал уважение. Его экзо-броня, выполненная в тёмных, почти угольно-чёрных тонах, покрытая тонкой сеткой энергозащитных полей, выделялась на фоне других бойцов находившихся в разных местах казармы позади него, своим массивным и внушительным дизайном. Внешне он казался непоколебимым – каждый элемент его экзо был продуман до мелочей, отражая его опыт и статус командира.

Шлем, украшенный эмблемой его ранга – стилизованным металлическим крылом, – скрывал лицо, оставляя только ярко горящие глаза-сенсоры. Взгляд этих сенсоров был пронизывающим, будто сканировал каждое действие, каждую эмоцию подчинённых, не оставляя ничего незамеченным.

Перед ним стоял командир его отделения Ангельс, интерфейс оповестил его зелёными надписями над его головой. Он, поднял взгляд от голографического дисплея, отображающего тактическую информацию и присмотревшись к новоприбывшему негромко произнес:

– Добро пожаловать, Феникс— его голос был холоден и официален.

Руни кивнул и приблизился к нему на два шага. Его взгляд скользнул по рядам экзо, которые бросили свои дела и с любопытством осматривали новенького.

– Специалист по дальнобойному оружию, особенно по штурмовым винтовкам, – проговорил Ангельс, продолжая изучать планшет с данными о Руни. – Значит, штурмовик, – он на мгновение замолчал, затем поднял глаза на Руни и добавил: – Как и все мы здесь.

Ангельс жестом указал на остальную часть зала, где другие экзо стояли, внимательно осматривая новоприбывшего.

Экзо, стоявшие за спиной Ангельса, переглянулись, и казарму наполнил глухой шёпот – всем было интересно узнать, кто этот новенький, что присоединился к их отряду.

– Прежде чем начать тестирование, пусть тебя осмотрит Джейд, – продолжил Ангельс, бросив оценивающий взгляд на экзо Руни с ног до головы. – Твой корпус выглядит… нестандартно. Джейд устранит неполадки и приведёт тебя в соответствие с нашими стандартами.

Руни кивнул, осознавая, что привлёк внимание своим старым экзо.

– На этом всё, солдат. Приступай к выполнению обязанностей, – скомандовал Ангельс.

Руни вытянулся в струнку и отдал честь, согнув руку в локте и прижав кулак к груди. За спиной командира, другие экзо засмеялись, а на лице Ангельса появилась едва заметная улыбка.

– Оставь эти парадные штуки для них, – он указал пальцем вверх, намекая на Высших, – или на крайний случай для Шера, он такое любит. Здесь достаточно простого согласия.

Руни расслабился, опустил руку и осмотрелся. Шутки и смех экзо за спиной Ангельса продолжались, но он уже понимал – в этом отряде он найдёт своё место. Атмосфера была напряжённой, но дружелюбной.

Ангельс встал и без лишних слов направился к дальнему концу казармы, где находились тренажёры. Его движения были уверенными и целенаправленными, каждый шаг звучал чётко, словно подчёркивая его непреклонность. Подойдя к аппаратуре, он молча подсоединился к системе. Через несколько секунд сигнальные лампочки тренажера зажглись зеленным, оповещая о начале и тренировки. Вместе с ним подключились ещё шесть экзо, которые следовали за командиром без лишних вопросов. Общая тренировка началась. Тренажёры были знакомы Руни, но суть тренировки ему пока была не ясна.

Осматривая казарму, Руни не заметил, как к нему подошёл экзо с немного согнутой осанкой и странной походкой. На его корпусе было прикреплено множество инструментов и различных приспособлений, среди которых можно было даже разглядеть фрагменты экзо других бойцов. Внешне он выглядел жутковато, но его цепкий взгляд не выражал презрения. Несмотря на кажущуюся тяжесть оборудования, его движения были уверенными.

– Я Джейд. Мне нужен доступ к твоим системам, – коротко произнёс экзо, протягивая руку для приветствия.

Руни, немного смущённый, неуверенно пожал ему руку. Этот жест давно канул в лету среди солдат, и он не помнил, чтобы кто-то так приветствовал кого-то.

Не теряя времени на лишние слова, Джейд приступил к своим обязанностям. Он подключился к системам Руни и после нескольких минут анализа вынес вердикт:

– Корпус требует замены, остальное в порядке.

– Корпус менять не буду – резко ответил Руни.

Джейд уже собирался уйти, но на мгновение остановился и, обернувшись, посмотрел Руни:

– Мне всё равно. Сдохнешь в первом же бою. Отчёт уже отправлен Ангельсу, разбирайся с ним.

С этими словами он уверенно направился в дальний угол казармы и без лишних эмоций подключился к тренажёру, оставив Руни в состоянии лёгкого замешательства. Всё выглядело так, будто прежняя субординация давно исчезла. Отряд больше не напоминал дисциплинированное подразделение, каким оно было раньше. Теперь это было похоже скорее на сборище наёмников, выполняющих приказы через силу, сжав зубы, без той слаженности и единства, что когда-то определяли их действия.

Внезапно резкий удар по спине чуть было не сбил Руни с ног. Он едва успел выставить ногу вперёд, чтобы не упасть.

– Не обращай внимания на дока, он у нас сам по себе, – раздался грубый голос, звучавший, словно из недр преисподней.

Руни выпрямился и оглянулся, заметив огромного экзо. Его массивная фигура доминировала в казарме, занимая куда больше места, чем стандартные штурмовики, превышая их в размерах почти в три раза.

– Грут, – представился гигант, ударив правым кулаком себе по груди – стандартное военное приветствие.

Руни повторил его жест:

– Феникс.

– Пришёл приказ сопроводить тебя на тестирование, – начал Грут, его голос звучал словно раскаты грома. – Ты уже тренировался в нейросимуляции?

Теперь он вспомнил, что это за тренажёры и почему практически забыл о них. Нейросимуляция… В те далекие времена, когда он был командиром, этот метод считался чем-то унизительным, предназначенным скорее для насмешек, чем для серьёзной подготовки. Новичков отправляли на такие тренировки только для того, чтобы посмеяться над ними, и он сам однажды оказался в такой ситуации. Но теперь, наблюдая, как почти всё отделение без колебаний подключается к тренажёрам, каждый на своём месте, проходя синхронизацию, Руни понял, что многое изменилось. Возможно, времена действительно меняются, и то, что когда-то казалось пустой шуткой, теперь стало важным инструментом, играющим ключевую роль в подготовке бойцов.

– Нет, – честно ответил Руни. Он был там однажды, но воспоминания об этом почти стерлись из его памяти. Поэтому его ответ был близок к правде, хотя и скрывал тот факт, что он мало что запомнил из того опыта.

– Хорошая штука, – пророкотал Грут и положил свою тяжёлую руку на плечо Руни. Вес его руки был настолько велик, что Руни пришлось активировать максимальные ресурсы экзо, чтобы удержать равновесие.

– Пойдём, я тебе всё покажу.

Грут убрал руку и зашаг к центру казармы, и Руни последовал за ним. В центре полукругом располагались пять тренажёров – металлические стойки с зажимами и нейрошунтами, оснащёнными специальными разъёмами.

– Становись сюда, – Грут без особого усилия повернул Руни, словно игрушку, и, чуть приподняв, поставил его перед одной из металлических стоек.

– Отдай команду интерфейсу и подключи нейрошунт в разъём ЭРА, – скомандовал Грут.

Руни вызвал интерфейс и нашёл нужный пункт, связанный с нейроинтерфейсом. Он отдал пару команд и, протянув руку к нейрошунту, висевшему сбоку от стойки, ловким движением подключил его к разъёму на своём экзо. Перед глазами появился обратный отсчёт, и Руни замер, наблюдая, как цифры медленно бегут вниз.

– Ну, вот и всё, новенький, дальше всё расскажет Ангельс. До встречи внутри, – прогудел Грут.

На мгновение Руни показалось, что за тяжёлой броней лица Грута, где были видны только его ярко-синие глаза, мелькнула добродушная улыбка. Цифры отсчёта дошли до нуля, и Руни погрузился во вспышку света.

Мир вокруг резко изменился. Ещё мгновение назад он стоял в казарме, а теперь оказался на опушке густого леса. Лёгкий ветерок пробежался по листве, и Руни почувствовал запах влажной земли. Всё было таким реалистичным, что на секунду он почти забыл, что находится в симуляции.

Глава 2
Тест – слаживание

На поляне стояли десять экзо, расположенные без какого-либо порядка. Каждый был занят своим делом: кто-то разминался, приседал или делал растяжку, другие чистили оружие, а кто-то размахивал энергетическими клинками, отрабатывая удары. Руни просто стоял, спокойно глядя вдаль, его умиротворённая поза раздражала окружающих, за исключением командира Ангельса, который, так же, как и Руни, смотрел вперёд, ожидая команды системы о начале тестирования.

Тестирование было стандартной процедурой после каждого пробуждения – это своего рода проверка на сохранность навыков и боевой готовности. Большинство членов отряда не напрягались, зная, что тест будет состоять из привычных задач: захват и удержание позиций, спасение заложников, штурм фабрики или завода и т. д. Эти сценарии были уже не раз пройдены, поэтому каждый позволял себе расслабиться, занимаясь всем чем угодно, кроме подготовки к предстоящему испытанию.

– Всем построиться! – рявкнул Ангельс, и группа экзо мгновенно выстроилась в одну линию.

Руни оказался одним из первых, встав в строй рядом с Грутом, которого он встретил чуть раньше. Грут стоял слева от него, массивная фигура возвышалась, словно непоколебимая стена. Руни, занявший место на краю, чувствовал себя одновременно и первым, и последним в этом ряду. Всё зависело от того, с какой стороны смотреть на строй. С одной стороны он открывал путь остальным, а с другой – замыкал цепь, готовый к любому повороту событий.

Все экзо выглядели точно так же, как и в реальности. Система симуляции полностью скопировала внешний вид каждого бойца. Осмотрев себя, Руни убедился, что его экзо также идентичен реальному. Он проверил своё снаряжение и внутренние системы – всё работало так же, как в настоящем бою. Симуляция была практически неотличима от реальности. В те давние времена, когда Руни был частью этого же отряда, симуляции считались чем-то постыдным, лишённым настоящего опыта и реальной ценности. Штурмовики презирали их, избегая, словно прокажённых. В боевой системе, где всё зависело от инстинктов и выживания, виртуальная подготовка казалась пустой тратой времени. Лишь реальный бой, реальная стычка и реальный риск могли закалить солдата. Но сейчас, наблюдая за происходящим вокруг, Руни с горечью осознавал, что многое изменилось. Новое поколение экзо не только приняло симуляции, но и возводило их в ранг основного метода подготовки. Стратегии, выработанные в искусственных условиях, стали нормой, а отвага и импровизация, на которых росли такие, как он, остались где-то в прошлом, будто забытые реликвии.

Теперь симуляции давали новую уверенность бойцам. Они были быстрыми, точными, без риска для жизни, но Руни видел за этим ложное чувство безопасности. Никакая тренировка не могла заменить реальной боли от пробитой брони или страха перед неизбежной смертью.

– Сегодняшняя задача нестандартная, – голос Ангельса разрезал тишину, словно холодный стальной клинок. Его слова эхом разнеслись по рядам экзо, и сразу же ощущение напряжённого ожидания заполнило воздух. Некоторые переглянулись, и хотя их лица были скрыты шлемами, Руни мог бы поклясться, что под ними появились тонкие, предвкушающие улыбки. Было что-то в этом задании, что сразу привлекло внимание солдат. Нестандартные миссии всегда отличались повышенным риском, но и приносили куда больше возможностей для тех, кто искал славы или желал проявить себя.

Руни, стоявший на краю строя, заметил, как некоторые экзо непроизвольно напряглись, готовясь к неизвестному. Для них это было не просто задание – это был вызов, возможность показать, на что они способны.

– Задача проста, – жёстко проговорил Ангельс, его голос звучал как холодный приказ, без места для обсуждений. – Проникнуть в цитадель противника и убрать главного. Без церемоний, без лишнего шума.

Он окинул взглядом ряды экзо, его глаза скрывались под шлемом, но каждый солдат чувствовал его присутствие.

– Входим быстро, работаем чётко. Лишние движения – ошибка. Ошибки – недопустимы, – добавил он, делая паузу, чтобы все вникли в суть. – Вопросы есть?

Тишина повисла над строем. Руни краем глаза заметил удивление на лицах бойцов.

– Да, ситуация нестандартная, – добавил Ангельс, слегка замявшись, – и, скажем так, новая для нас.

Ангельс на секунду задумался, потом, решив для себя что-то, буднично продолжил, как будто речь шла о рутинной операции:

– Всем отправлены данные. Делимся на три группы и двигаемся по плану, – его голос прозвучал спокойно, но с холодной уверенностью.

Экзо застыли, углубившись в изучение полученной информации. Ангельс, не давая времени на раздумья, продолжил:

– Наша цель – пройти как можно дальше, не засветившись. Действуем тихо, без шума. В случае провала – отход по ситуации. Джейд, Зайра, Блейк, Тек – со мной. Мы идём по центру, контролируем отход и держим удар, если что пойдёт не так. Поднимается шум – принимаем огонь на себя.

Его взгляд быстро скользнул по остальным бойцам.

– Кайл, Ной, Эли – левый фланг. Новенький, Грут, Лия – правый фланг. Всё понятно? – Его слова звучали резко, как будто каждый приказывал следовать им неукоснительно.

Никто не ответил, но по напряжённой тишине стало ясно, что всем всё понятно.

Перед глазами Руни появилось сообщение с подробным описанием задания: цели, задачи и другая оперативная информация. Он сосредоточенно погрузился в изучение маршрута. На карте их стартовая точка находилась в десяти километрах от цели, которая была отмечена чёрной, похожей на шпиль, точкой. Руни мельком оценил её размеры и массивность. "В лоб её не взять," – отметил он про себя, но решил оставить эти мысли при себе, продолжив изучать детали.

Его группа должна была двигаться по правому флангу, где располагался густой лес, предлагавший укрытие, но и опасности в виде плотных зарослей и возможных засад. Левый фланг, напротив, представлял собой открытую равнину с небольшим озером вокруг которого была густая растительность – место неудачное для скрытого маневра, но зато удобное для быстрой атаки или отступления. В центре возвышались скалистые холмы – именно там, как догадался Руни, командир Ангельс планировал обустроить опорную точку для прикрытия отступления и контроля ситуации.

Каждый метр местности имел значение, и Руни внимательно анализировал все возможные пути проникновения.

– По итогам испытаний всем начислят бонусы, вне зависимости от результата, – хладнокровно объявил Ангельс.

Отряд зашевелился, экзо начали переговариваться, делясь на группы. Руни пропустил это мимо ушей. Что такое бонусы и зачем они нужны, его не волновало. Всё внимание было сосредоточено на предстоящей задаче. Он знал, что только результат имеет значение.

"Приоритет – скрытность," – подумал он, бросив взгляд на массивного Грута. "Ну, с этим здоровяком в группе скрытность будет задачей не из лёгких."

– Вы трое идёте первыми, – холодно произнёс Ангельс, указывая на Руни, Грута и Лию. – Я отмечу точку.

Командир говорил чётко и по делу. В его голосе звучало равнодушие, но Руни знал, что это не признак слабости. Это был солдат, такой же, как и он сам, привыкший ставить задачу выше всего.

Руни обернулся и увидел перед собой экзо, над которым светилась зелёная надпись:

Лия, снайпер

Её экзо был выполнен в матово-чёрных тонах, без лишних деталей – предельно функциональный. На левом плече находился усовершенствованный сенсорный модуль, увеличивающий дальность сканирования. На спине висела массивная плазменная винтовка с модифицированным прицелом, способным вести точный огонь на больших дистанциях. Винтовка казалась неуместно большой по сравнению с хрупким телосложением Лии, но эта хрупкость была обманчивой – она обладала железной выдержкой и смертельной точностью.

Она молча развернулась, не дожидаясь ответа, и пошла в сторону леса, её огромная винтовка слегка покачивалась на спине. Руни на мгновение поймал себя на том, что наблюдает за её плавной походкой, прежде чем почувствовал знакомую тяжесть на своём плече.

– Да, хороша, – прогудел Грут. Его голос звучал зловеще, несмотря на очевидное восхищение. – Но это к лучшему, что она с нами. Первоклассный снайпер. Ещё никто не уходил от её выстрела. А обнаружить её в активном камуфляже можно разве что с помощью «магии высших».

Руни, отведя взгляд от Лии, медленно повернулся к Груту. Казалось, его последние слова прозвучали с явным оттенком презрения, словно они едва сдерживали раздражение, которое переполняло его.

– Выдвигаемся, – сухо сказал Руни и, кивнув в сторону леса, пошел вперёд.

Рука Грута медленно соскользнула с плеча Руни, как будто тот ещё не до конца отпустил напряжение. Он бросил последний взгляд на расходящиеся в разные стороны группы своего отряда. Они быстро растворялись в разных направлениях, каждый по своей задаче. Не произнося ни слова, Грут последовал за Руни, их путь теперь пролегал через густой лес, который начинался совсем рядом. Где-то далеко впереди, скрытая за плотными кронами деревьев, находилась их цель – неприступная цитадель, в которой ждали новые испытания.

– Настройка внутренней связи, – в голове Руни раздался голос Ангельса, приглушённый и резкий.

– Перекличка. Группа Альфа, как обстановка?

– Левый фланг, продвигаемся, – доложил Кайл, техник из группы Альфа, его голос звучал спокойно и сосредоточенно.

Руни быстро осмотрел новые данные. Их группа была обозначена как Гамма, центральный отряд Ангельса – Бета.

– Группа Гамма почти на позиции, – раздался спокойный и уверенный голос Лии.

"На позиции уже?" – удивился Руни. Он открыл мини-карту в правом углу своего интерфейса. На ней зелёными маркерами были отмечены все группы, двигающиеся по заданным маршрутам. Одной из точек, которая была далеко впереди справа, была Лия.

«Да как так?» – мысленно удивился Руни. Её навыки действительно впечатляли. Грут не соврал – она была первоклассным бойцом.

– Мы идём по центру, прямо к скалистой гряде, – прозвучал чёткий голос Ангельса, в котором не было места сомнениям. – Обустроим там опорную точку. Ждём вас там, как только зачистите фланги. Работайте быстро и тихо, не привлекайте лишнего внимания.

Внутренняя связь оборвалась, и тишину леса нарушил громкий хруст – Руни обернулся и увидел, как к нему приближается Грут, продвигаясь через лес, ломая мелкие деревья широкими шагами.

"С такими звуками точно не получится остаться незамеченными," – подумал Руни с раздражением, слыша, как под ногами Грута трещат ветки.

– Ты аккуратней, – не выдержав, тихо бросил он. – Была команда передвигаться скрытно.

Грут ухмыльнулся, его тяжёлый шаг замедлился, но казалось, что его массивная фигура просто не способна передвигаться бесшумно.

– Ничего, если дело дойдёт до перестрелки, пусть на меня нападут первыми, – проговорил он, сдерживая смех.

Руни покачал головой, стараясь сбросить нарастающее раздражение, и продолжил двигаться вперёд. Лес впереди сгущался, деревья образовывали непроходимую стену, и продвигаться через такие заросли становилось всё труднее. Руни внимательно выискивал более удобный путь, обходя корни, высокие кусты и низко свисающие ветки, стараясь оставаться тихим. Но Груту это, казалось, было безразлично – он шёл напрямик, ломая ветки и кусты с оглушительным треском, как будто сам лес отступал перед его массивной фигурой.

Каждый шаг Грута нарушал тишину леса, и с каждым треском Руни всё больше осознавал, что идти так дальше просто нельзя. Скрытность, которую требовало задание, превращалась в фикцию. Он остановился, обернулся к Груту и, тяжело взглянув на него, понял – нужно что-то менять, иначе весь их план может пойти наперекосяк.

– Грут, подойди, – передал Руни по внутренней связи и остановился, привлекая внимание громилы, который по-прежнему ломился напролом через заросли.

Грут, не замедляя шагов, приблизился к Руни. Его огромная фигура, казавшаяся ещё более неуклюжей на фоне узких троп, делала каждый шаг с оглушительным треском.

– Лия прикрывает нас, – спокойно начал Руни, сверяясь с картой, которую открыл на своём интерфейсе. – Она уже заняла свою позицию, а мы зачем-то идём прямо в её направлении.

Грут бросил на него недоумённый взгляд, как будто не понимал, в чём проблема, но Руни продолжил, не останавливаясь.

– Наша задача – добраться до точки проникновения, – проговорил он с нарастающим раздражением. – Если мы продолжим идти так, как сейчас, не только не выполним задачу, но и раскроем её позицию. Это подставит всё прикрытие под угрозу.

Грут усмехнулся, в его глазах мелькала лёгкая усмешка, словно он хотел сказать: "Чего ты переживаешь?"

– Так что у меня есть предложение, если ты не против, – Руни пытался подобрать слова осторожно, не зная, как Грут может отреагировать.

Грут только шире ухмыльнулся и, не удержавшись, хлопнул Руни по плечу. Удар был такой силы, что интерфейс на броне Руни мигнул красным, сигнализируя о временных неполадках.

– Давай, говори, Феникс, – рявкнул Грут с усмешкой. – Но знай, что я всегда иду напролом. Это мой стиль.

Руни, слегка сбитый с толку этим «дружеским» жестом, выровнялся, взял себя в руки и быстро изложил план.

– Ты слишком шумный для этой фазы операции, – сказал Руни, сдерживая раздражение. – Давай так: ты немного отстанешь и дашь мне с Лией попытаться пробраться внутрь. Ты наша тяжёлая артиллерия. Когда начнётся бой, прикроешь нас с тыла и нанесёшь решающий удар. Тогда уже будет плевать на шум. Понял?

Грут остановился, серьёзно взглянув на Руни, явно взвешивая его слова. Потом вдруг ухмыльнулся снова.

– Хм… Звучит разумно, – протянул он. – Ты мелкий, в тени можешь скрыться. А я как раз появлюсь вовремя, когда начнётся заваруха.

Он ухмыльнулся, снова поправляя своё оружие на плече.

– Ладно, Феникс. Идите вперёд. Я догоню, когда начнётся реальный замес.

Руни кивнул, облегчённо вздохнув. Он знал, что теперь у них был шанс добраться до цели, не подняв лишнего шума.

Грут остался на месте, и его экзо мгновенно трансформировался в нечто, напоминающее тёмный стальной шар. Руни бросил на него быстрый взгляд и, хоть и был удивлён, понял, что Грут, несмотря на свою кажущуюся грубоватость, приказы выполняет беспрекословно. Хотя Руни был новичком в их отделении, Грут послушался его без малейших сомнений. Возможно, это был отголосок прошлого опыта, когда Руни командовал целым взводом. Он отбросил мысли о прошлом и сосредоточился на текущей задаче.

На карте была отмечена точка проникновения, и Руни, увеличив изображение, заметил, что она находилась прямо под одной из отвесных и массивных стен цитадели. Место выглядело практически неприступным, будто сама цитадель была построена так, чтобы никто не мог подобраться к ней незамеченным.

"Возможно, там есть скрытый проход," – подумал Руни, вглядываясь в детали. Он знал, что в старых постройках иногда оставались тайные ходы или туннели для эвакуации, но надеяться на это было слишком рискованно.

Если скрытого прохода не окажется, им придётся пробираться под стену, оставшуюся без защиты, но это пятьдесят метров отвесной скалы. "Преодолеть её будет непросто," – отметил Руни про себя, оценивая степень сложности операции.

– Новенький, впереди противник, – внезапно раздался голос Лии, прорезая тишину. Руни мгновенно замер, инстинктивно присев и спрятавшись среди высокой травы, его тело слилось с тенями густого леса. Его сердце застучало быстрее, но опыт и подготовка заставили держать себя в руках.

– Передаю данные, – продолжила Лия. Её голос был спокойным, но напряжение всё равно чувствовалось. – Отсюда я их не сниму, слишком много помех, так что решай сам. Три экзо класса "Хантер 3+", минимальный обвес, вероятно, разведчики. Но если они успеют подать сигнал, вся операция накроется. Нужно убрать их быстро и без шума.

Руни застыл, быстро прокручивая информацию в голове. На его интерфейс поступили данные от Лии: три экзо-разведчика, с минимальной бронёй. Информация была подана Лией в её привычной манере – высокомерной и броской, будто она ожидала, что он моментально решит задачу. "Слишком уверена в своей проницательности," – подумал он с лёгким раздражением, отталкиваясь от её холодного, почти отстранённого тона.

Минимальная броня означала не только уязвимость, но и скорость. Такие разведчики были быстры, как молния, и при малейшем намёке на опасность могли скрыться прежде, чем он успеет их уничтожить. Но Лия, просто бросила сухие факты, оставив ему на откуп планирование и реализацию.

"Хочет, чтобы я взял на себя всю грязную работу," – мысленно усмехнулся Руни. Он привык к этому стилю взаимодействия: Лия наблюдает, анализирует, и передаёт ему информацию так, будто сама уже всё просчитала. Но она не понимала всей сложности. Разведчики могли уйти, если почувствуют малейшую опасность.

"Идеальные охотники," – размышлял Руни. Он знал, что у него нет времени на долгие размышления, но мысль всё равно мелькнула в его голове: "А что, если это ловушка? Что, если они ждут, пока я подниму шум?"

В любом случае, он должен был действовать быстро. Выбора не было.

– Принял, – коротко ответил Руни, завершая сеанс связи.

– Надери им зад, Феникс, – раздался грубый голос Грута, не упустившего возможности вставить своё слово, как всегда, в своём стиле.

Руни снова убедился, что слаженность команды оставляет желать лучшего. Лёгкое отношение к операции раздражало его. В его времена, дисциплина и внимание к деталям были на первом месте, независимо от ранга. Любая ошибка могла стоить жизни, и такие шутки, как у Грута, были бы немедленно пресечены командиром.

Отбросив раздражение, Руни активировал сканер, его интерфейс засветился серией точек, обозначающих местоположение противников. Он медленно начал передвигаться, скрываясь за ближайшими кустами и деревьями, стараясь максимально слиться с окружением. В его действиях чувствовалась опытная осторожность – шаги были почти бесшумными, движения чёткими, выверенными.

В ста метрах от него, двигались трое экзо в рассыпном строю, явно уверенные в своей скрытности. Лия была права – это были "Хантеры 3+", разведчики с минимальным боевым оснащением. Но даже их лёгкая броня и скорость могли стать проблемой, если они заметят Руни раньше времени и успеют подать сигнал тревоги. Он оценил маршрут и возможности скрытного нападения.

Проверив своё снаряжение, Руни нашёл в подсумке то, что ему сейчас требовалось – глушилку. Она могла заглушить связь практически во всех диапазонах, включая часть тонкого диапазона ЭРА. Правда, это не было гарантировано. Активировав её и выставив максимальный радиус, он приготовился к установке, дав команду интерфейсу вычислит наилучшею точку на карте. Глушилка покрывала площадь с радиусом почти двадцать метров, поэтому ему нужно было подойти как можно ближе к тройке противников.

Сняв автомат и вложив его в одну руку, а глушилку – в другую, Руни плавно опустился на дернистую землю леса, стараясь не издать ни звука, и начал медленно ползти к заранее отмеченной точке установки устройства. Интерфейс чётко подсказал место, где глушилка окажется наиболее эффективной, а звуковые и радиосигналы противника будут блокированы.

Разведчики двигались осторожно и не спеша. Двое прижимались к земле, стараясь скрываться за деревьями, а третий держался на расстоянии около десяти метров позади них, как бы страхуя их тылы. Интерфейс отметил всех троих, переключившись в боевой режим. Их сигнатуры отобразились схематичными фигурами, подчёркивая их позиции и углы обзора. Их движение казалось беспорядочным, но Руни видел, что оно шло по чётко рассчитанному маршруту.

Понимая, что время на подготовку ограничено, он бесшумно полз дальше. Каждое движение было выверенным: короткий рывок вперёд, пауза для осмотра, и снова движение. Земля под ним казалась мягкой, но предательский хруст веток мог выдать его в любой момент. Сканер показал, что разведчики приближались.

Наконец, через несколько минут, Руни добрался до места, которое на первый взгляд казалось идеальным для засады. Это была небольшая полянка, с естественными укрытиями из поваленных деревьев и густой растительности. Он осторожно установил глушилку, закрепив её на дистанционную активацию. Оглядевшись ещё раз, Руни замаскировал устройство опавшими листьями и ветками. Затем, тихо и быстро переместившись к куче поваленных деревьев, оборудовал огневую точку.

Теперь оставалось только ждать, пока разведчики попадут в ловушку.

На мини-карте чётко отображалось движение двух экзо, которые уверенно продвигались в его направлении, как по заранее намеченному маршруту. Однако третий разведчик внезапно изменил курс, начал двигаться по дуге, закручиваясь вправо и отклоняясь от предполагаемого пути. Это поведение сразу насторожило Руни.

"Чёрт," – мысленно выругался он, наблюдая за отклонением на карте.

Сверившись с картой ещё раз, он понимал, что времени на размышления почти не осталось. Решение нужно было принимать быстро. Двое разведчиков уверенно приближались к его позиции, но третий разведчик, меняющий курс, ставил под угрозу весь план. Если он займёт позицию, с которой откроется вид на их укрытие или подаст сигнал тревоги, операция провалится, и они окажутся под перекрёстным огнём. Тем более, это поставит под удар другие группы, которые ещё не достигли своих позиций.

"Сейчас или никогда," – быстро оценив ситуацию, Руни принял решение не менять первоначальный план и дождаться приближения двух разведчиков. Эту двойку он снимет в первую очередь. Однако третий… его нужно будет нейтрализовать немедленно, иначе даже малейший звук или сигнал – и весь сектор будет поднят по тревоге.

Лия оставалась не задействована. Плотная растительность мешала ей занять позицию для выстрела. Даже её высокоточный прицел не мог найти удобное окно среди густых деревьев и кустарников. Снайперу просто не было места для точного выстрела. Ситуация усложнялась с каждой секундой.

Руни быстро расширил карту и просчитал траекторию движения троицы. Двое продолжали двигаться прямо на него, а третий уже почти дошёл до небольшой поляны, где деревья расступались, открывая пространство. Это была единственная точка, где разведчик мог сделать обзор. И если он там окажется – они обречены.

"Неужели он что-то почуял?" – подумал Руни, чувствуя, как внутреннее напряжение нарастает.

– Лия, приём, – Руни говорил коротко и чётко, как и положено на боевом задании.

– Слушаю, – ответила она холодным, спокойным голосом. Это удивительное спокойствие Лии всегда действовало на него особым образом, как щелчок в голове, возвращающий к полному сосредоточению.

– Бросаю координаты одного квадрата. Сможешь накрыть? – Руни передал данные с чёткой уверенностью, зная, что Лия справится.

Прошла всего минута, но ему она показалась вечностью, прежде чем раздался её спокойный, словно ледяной голос:

– Квадрат мой.

Руни почувствовал, как его план обретает форму. Всё складывалось, если не идеально, то достаточно близко к этому.

– Передаю приблизительные данные по движению третьего разведчика, – продолжил он, сводя воедино все части операции.

Данные мгновенно отправились Лии. Он знал, что её выстрелы не промахнутся.

– Принято. Время до ликвидации… три минуты, – отозвалась Лия, и её голос был предельно точен, как её выстрелы.

Руни снова сверился с картой. Двое других разведчиков уже приближались к зоне действия глушилки. Оставалось всего две минуты и сорок секунд до момента, когда они попадут под её действие. Он должен был потянуть время, чтобы синхронизировать все части плана.

– Принято, – отчеканил Руни, его голос был таким же холодным и твёрдым, как сам план. – Оповести за пять секунд до ликвидации.

На том конце связи Лия, казалось, усмехнулась – Руни уловил в её голосе лёгкий оттенок уверенности, но слова её были строгими:

– Принято.

Теперь всё зависело от точности их действий и безупречной слаженности команды.

Руни снова сосредоточился на карте, прицелившись в две удалённые тени впереди. Время, казалось, тянется мучительно медленно, как будто каждый миг растягивался в вечность. Маркеры на карте мигали, показывая, что разведчики вот-вот войдут в зону действия глушилки. Но что-то было не так. Третий разведчик уже приближался к поляне, но Лия всё ещё молчала – значит, она его не видела или не имела возможности снять цель.

Двое ближайших разведчиков остановились всего в нескольких метрах от поваленных деревьев, осмотрелись и начали расходиться в стороны, обходя Руни по флангам.

«Чёрт,» – выругался про себя Руни, видя, как ситуация выходит из-под контроля. Он снова посмотрел на карту и заметил, что третий маркер внезапно остановился… и начал двигаться обратно, возвращаясь к отправной точке. Это было неожиданным и совершенно не вписывалось в его план.

«План рушится,» – промелькнуло в голове у Руни, наблюдая за разворачивающимися событиями. Лия продолжала молчать. Двое разведчиков уже почти прошли его точку и двигались дальше в лес, как хищники, настороженно обыскивающие местность. Нельзя было позволить им просто уйти. Если они наткнутся на Грута, операция будет сорвана. Но третий маркер, который теперь возвращался, создавал не меньшую угрозу.

Руни быстро перебирал возможные варианты. Каждое решение вело к риску провала. Двое экзо уже почти вышли из зоны действия глушилки. Действовать нужно было немедленно. Вспоминая старое армейское правило – "не знаешь, как поступить – действуй по уставу," – Руни принял решение.

Он активировал глушилку и, прижавшись к земле, сделал два точных выстрела из ОСА-3. Это оружие было медленным, но на таком близком расстоянии результат был предсказуем. Раздались два приглушённых выстрела, и обе цели рухнули, словно металлические куклы, с аккуратными дырами на уровне их ядер.

Шум выстрелов на фоне тишины и шуршания листвы показался оглушительным. Руни снова взглянул на карту. Третий экзо остановился. На мгновение Руни почувствовал облегчение, но вскоре маркер снова начал двигаться в его направлении. Руни замер – если тот уже успел послать сигнал тревоги, вся операция окажется под угрозой.

– Феникс, приём, – раздался голос Ангельса, спокойный и твёрдый, как всегда.

– Слушаю, – коротко ответил Руни, не отрываясь от анализа обстановки.

– Я фиксирую сигнатуры противника, – голос Ангельса был таким же размеренным, но это означало, что командир внимательно следит за развитием событий.

– Так точно, идёт контакт. Сообщу по завершению, – ответил Руни, понимая, что Ангельс не даёт лишних указаний, если всё идёт по плану.

– Принято, – коротко бросил Ангельс, готовый завершить связь, но внезапно добавил:

– Ты активировал две глушилки. Будь аккуратнее. У тебя осталась только одна, а ты ещё не на точке проникновения.

– Принял, – отозвался Руни, стараясь не выдать своего раздражения.

Связь оборвалась, оставив Руни в замешательстве. "Две глушилки? Кто активировал вторую?" – мысль пронеслась в его голове. Он тут же начал проверять свои действия, вспоминая каждый момент с начала операции. Чувство неопределённости росло. В их операции не должно было быть таких ошибок.

Но Руни не успел додумать мысль, как что-то большое, тёмное и быстрое пронеслось над кронами деревьев, заставив его сосредоточиться на происходящем. Он инстинктивно проследил за этим объектом, а на мини-карте краем глаза заметил движение: зелёный маркер приближался к третьему разведчику. Ещё мгновение – и красный маркер исчез с карты, оставшись только в виде слабого хлопка где-то вдалеке.

– Третий ликвидирован, – весёлый голос Грута прорезал тишину. – Занимаю оборону.

– Грут? – прозвучал сдержанный вопрос Руни, его голос был полон удивления, но не растерянности.

– Жду тебя, новенький, – отозвался Грут с характерной усмешкой в голосе.

Руни, не веря в услышанное, выполз из своего укрытия и сверился с картой. Убедившись, что угроза устранена, он поднялся и, активировав режим быстрого передвижения, широкими прыжками рванул через густой лес, направляясь к месту, где его ожидал Грут.

Деревья мелькали перед его глазами, когда Руни с ускорением пробирался через густую чащу. Вскоре он достиг зелёного маркера на карте и увидел перед собой огромный тёмный металлический шар, застывший среди поваленных деревьев. Вокруг него были видны следы разрушений: поваленные стволы и воронка, в которой что-то металлическое было расплющено.

Шар начал медленно трансформироваться, и через несколько секунд перед Руни стоял огромный экзо с сияющей ухмылкой на его металлическом лице.

– Ну как я его? – громогласно произнёс Грут, его голос был похож на раскаты грома. – Джетпак ещё ни разу не подвёл. Это мой последний козырь – после этого обычно ничего не остаётся. Мало кто выдержит удар большого Грута.

Он с удовольствием постучал себя по груди огромными кулаками, как бы подчеркивая свою силу и мастерство.

Руни подошёл ближе к воронке и внимательно осмотрел остатки третьего разведчика. От него осталось немного: расплющенный металл и искорёженная броня.

– Всё по плану, – продолжил Грут, явно довольный собой. – Лия бросила глушилку, а пока этот третий пытался понять, что же произошло, большой Грут, – он снова ударил себя по груди, – активировал старый добрый джетпак.

Руни невольно улыбнулся, наблюдая за самодовольным товарищем. Стратегия оказалась эффективной, даже если и не соответствовала первоначальному плану.

Все его прежние знания о тактике и военных операциях казались ненужными в этом новом отряде. То, как действовали они, кардинально отличалось от того, к чему он привык. Современные методы, динамичные и непредсказуемые, ставили под сомнение его опыт. С одной стороны, Руни был доволен тем, что миссия по устранению разведчиков была выполнена, но с другой – всё вокруг казалось чужим, непонятным. Ему предстояло адаптироваться, учиться заново, и это немного угнетало его. Когда-то он был опытным командиром, а теперь чувствовал себя новичком в этом новом мире тактик и технологий.

– Проблема решена, – холодно констатировал Руни, его голос не выдавал ни малейших эмоций. – Пора двигаться дальше.

Грут кивнул в ответ, ожидая дальнейших распоряжений. Несмотря на то, что он был огромным и казался неповоротливым, он полностью доверял Руни.

– Теперь будем двигаться вместе, – добавил Руни, сверяясь с картой, на которой была отмечена их конечная точка. – Судя по данным, через пару километров мы достигнем точки входа. Пока можно не скрываться – Лия прикроет нас.

Он бросил быстрый взгляд вокруг, проверяя обстановку, и убедился, что всё под контролем. Без лишних слов они двинулись вперёд, следуя маршруту на карте. Лия оставалась невидимой тенью, наблюдая за их передвижением и готовая в любой момент нанести удар по противнику.

Полчаса они пробирались через густой лес, уворачиваясь от низких веток и корней деревьев, пока наконец не вышли на небольшую поляну. Прямо перед ними возвышалась массивная стена цитадели – величественная и неприступная. Остальные группы также достигли своих позиций и теперь, скрывшись за естественными укрытиями, ждали приказа Ангельса.

Руни быстро осмотрел местность, выбрал удобную точку и замаскировался за большим валуном. Грут трансформировался в оборонительную форму и укрылся в тени деревьев, готовый в любой момент вступить в бой. Лия, как всегда, оставалась незаметной, наблюдая за их движением с высоты, не издавая ни звука.

Все они затаились, ожидая дальнейших инструкций.

Глава 3
Тест -проникновение

Напряжение достигло максимума. Связь молчала, и Руни, осматривая массивную стену, настраивал свои сканеры, чтобы прочувствовать окружение. Стена была колоссальным монолитом, покрытым знакомым тёмно-синим металлом, который Руни уже встречал. Сделать в ней дыру или карабкаться по ней было невозможно – этот чёртов металл не позволял таких манёвров.

Нужно было принимать решение, но командир Ангельс хранил молчание. Руни продолжал искать варианты, размышляя, как бы он сам поступил на месте Ангельса. Хотя времена изменились, и новая тактика боевого отделения отличалась от прежней, опыт Руни всё же позволял ему анализировать ситуацию на более глубоком уровне.

Он включил дальние сканеры и начал осматривать периметр, пока его взгляд не наткнулся на нечто странное. Среди монолитного строения стены выделялся выступ, который уходил под землю широким, почти незаметным изгибом.

Руни долгое время оставался неподвижным, следя за тем, что происходит вокруг, ожидая приказов командира. Но чем дольше он ждал, тем больше понимал, что ситуация требует незамедлительных действий. Командир молчал, словно выжидал чего-то, а обстановка явно становилась всё более напряжённой. Руни знал ещё с давних времён своей службы, что инициатива в армии нередко бывает наказуемой. Но сейчас обстоятельства вынуждали его рисковать.

"Хватит ждать," – подумал он, напряжённо глядя на сканеры и обводя глазами местность. Он прекрасно понимал, что, если затянуть с решением, они могут упустить шанс. Ситуация быстро могла выйти из-под контроля, и тогда ни одна стратегия не спасёт их от провала.

Приняв решение действовать, Руни внутренне собрался. Он знал, что это может выйти боком, но выхода не было – в подобных ситуациях промедление стоило жизни. Вспоминая годы службы, когда солдаты часто попадали в такие же тупиковые моменты, он вспомнил правило, которое помогло ему выжить: "Если командир не даёт приказа, командуй сам."

– Смещаюсь на новую позицию, – передал Руни по связи.

– Принято, – коротко ответил Ангельс, чем удивил Руни.

Этот быстрый и почти равнодушный ответ казался слишком странным. Руни напрягся. Командир всегда должен быть более осмотрительным, предпочитая выжидать, пока собиралась полная картина, прежде чем дать добро на любые действия. Однако на этот раз он сразу же согласился на инициативу Руни, словно был готов к этому. И это вызывало сомнения.

"Почему он молчал всё это время?" – подумал Руни, снова сверившись с картой. Командир должен быть строгим и требовательным, следить за каждой мелочью. Но сейчас что-то изменилось. Он едва ли бы одобрил такой рискованный шаг без обсуждений, но всё прошло слишком гладко. Руни отметил это про себя, понимая, что ситуация становится странной.

"Слишком быстро и просто. Он что-то недоговаривает," – мелькнуло в его голове. Руни знал, что подобная готовность командира может означать только одно – что-то пошло не так, или Ангельс скрывает от них больше, чем нужно знать. Эта мысль сверлила его сознание, усиливая тревогу.

Руни решил, что будет ещё внимательнее следить за действиями командира и не станет слепо полагаться на его решения.

Отбросив размышления о командире, Руни полз по земле, продвигаясь осторожно и бесшумно, пока не достиг подходящего укрытия – широкого дерева с массивными корнями, которые образовывали естественный барьер. Настроив сканеры на более точный обзор, Руни принялся исследовать тот выступ. Тёмно-синий металл уходил глубоко под землю, образуя что-то вроде гребня. Но самое интересное – от гребня отходило несколько энергетических линий. Они едва виднелись, но тянулись прочь от цитадели, уходя глубоко под землю.

Он проследил одну из энергетических линий и заметил, что она поворачивает и проходит почти прямо под ним. Настроив сканеры на нужную глубину, он не смог сдержать тихого восторга – данные показали, что это не просто энергетическая линия, а полая труба, по которой проходят потоки энергии. Размер трубы был достаточно большим, чтобы уместить внутри среднего экзо. Грут туда бы точно не влез – ему нужно было что-то посерьёзнее, минимум шести метров в диаметре.

– Грут, – позвал Руни.

– Слушаю, – голос Грута был неожиданно серьёзен.

– Выдвигайся на мою позицию, я поставлю маркер.

– Принято.

Грут быстро прибыл на место. Всё-таки его опыт давал о себе знать, и приказы Руни, казалось, имели для него какой-то особый вес. В глазах Грута читалось уважение, как если бы Руни был не просто солдатом, а неофициальным командиром их группы. Но Руни не был уверен, что Лия так же легко подчинится его приказам – её недавний насмешливый тон по связи ясно дал понять, что она далеко не просто снайперша.

К удивлению, Руни, Грут двигался почти бесшумно, насколько это было возможно для его массивного экзо. Он остановился в месте, где Руни отметил маркер.

– Передаю данные, – Руни коротко произнёс, отправляя первый пакет собранной информации о положении трубопровода под ними.

Он с точностью отметил все энергетические линии, которые едва виднелись на его сканерах, и добавил их к карте. Положение трубопровода стало ясно – он тянулся глубоко под землёй, уходя прямо в сторону цитадели. Эти данные могли оказаться ключом к успешному выполнению миссии.

Руни скрупулёзно собрал все возможные детали – траекторию труб, глубину их расположения и наличие рядом других энергетических источников, которые могли бы стать полезными для их операции. Отправив информацию Груту, он на мгновение задержал взгляд, убеждаясь, что данные передались корректно.

– Нам нужно добраться до этих энергетических потоков, – спустя некоторое время сказал Руни убедившись, что данные дошли к Груту и тот смог их прочесть.

Грут молчал, обдумывая, а затем коротко ответил:

– Принято.

Его массивный экзо начал трансформироваться, превращаясь в два огромных упора и одну гигантскую ковшовую руку. Рука была настолько велика, что на её фоне всё остальное экзо Грута казалось крошечным.

Грут аккуратно, насколько позволяло обстановка вокруг его массивного экзо, начал рыть землю. Благо вокруг были только кустарники и несколько деревьев, что облегчало процесс рытья и не создавало лишнего шума. Ковш двигался с удивительной точностью и без привычного для таких масштабов грохота.

Ангельс продолжал молчать, что только усиливало подозрения Руни. Но вместо того, чтобы тратить время на обдумывание командирских мотивов, он решил оставить это в стороне. Если Ангельс выбрал такую тактику поведения – пусть так и будет. Руни видел и похуже – были времена, когда он оставался на грани смерти в окружении врагов, без поддержки, лишь с устаревшим автоматом в руках и решимостью, которая помогала ему выжить. Тогда не было сложных планов, высоких технологий и надёжных союзников – только инстинкты и опыт.

Все эти новые методы и тактики могли показаться полезными, но Руни понимал, что они ничего не значат, если потеряешь суть. Он давно научился доверять прежде всего себе и своей способности принимать решения в критических ситуациях. Слишком много раз он видел, как планы разваливаются в первый же момент столкновения с реальностью. Его собственные цели были важнее всех этих современных нюансов, и если следовать этим новым правилам было необходимо для их достижения, Руни был готов. Но внутренний голос настойчиво подсказывал ему: будь начеку, что-то не так.

Грут продолжал свою работу, связь молчала, а Руни внимательно следил за периметром. Вокруг было слишком тихо, почти слишком идеально.

– Закончил, – прогремел Грут, выскакивая из образовавшегося котлована. Руни осторожно подошёл к краю и посмотрел вниз. На дне ямы, глубиной в пару метров, виднелась металлическая труба чёрного цвета, её поверхность отливала странным зеленоватым свечением, словно по ней текли маленькие огни.

– Стандартный канал связи, два метра в диаметре. Мне туда не пролезть, – сказал Грут, трансформируясь обратно в свою привычную форму.

– А вскрыть сможешь? – спросил Руни, не отрывая взгляда от трубы.

– Канал связи, – задумчиво произнёс Грут, – любое нарушение и сработает тревога.

Руни нахмурился. Значит, действовать придётся быстро. От места пробоя до самой цитадели всего метров тридцать, и у них будет не больше одной минуты, прежде чем защитники среагируют. По стандартному протоколу защита активируется через три минуты, но, если кто-то окажется ближе – времени будет ещё меньше. Минута, не больше, если Грут сможет вскрыть трубу без заминки. Но что, если он замешкается и не сможет сразу проделать достаточно большой проем?

Риски, одни сплошные риски. Лия молчала, Грут был слишком серьёзен, а Ангельс казался полностью отстранённым. На карте зелёные маркеры группы Альфа оставались неподвижными. Всё шло к тому, что Руни придётся действовать одному.

– Насколько быстро сможешь сделать дыру? – спросил он.

Грут наклонился над ямой и, повернувшись к Руни с лёгкой усмешкой, ответил:

– Два удара – и ты там.

– Отлично, – кивнул Руни. – Руби, но только два удара. Если не получится – занимаем оборону и будем встречать гостей.

Грут кивнул, и спрыгнул в яму. Когда он приземлился земля заметно дрогнула под его весом.

– Лия, приём, – позвал Руни.

Эфир молчал, и Руни снова попытался:

– Лия?

– Слушаю, – ответил её холодный голос, вызывающий странное ощущение напряжения.

– Я собираюсь проникнуть в цитадель через канал связи. После повреждения его целостности сработает тревога. Грут, займёт оборону на этом месте. Маркерами покажу наше расположение…

– Квадрат накрыт, – резко перебила Лия, и связь тут же оборвалась. Всё то же неуставное поведение, с которым Руни никак не мог смириться. Это выбивалось из его привычного порядка, который был впитан с годами службы. Однако, несмотря на её манеру общения, он понял, что Лия всё время держит их под прицелом и готова прикрыть при первой необходимости.

Руни стиснул зубы, пытаясь игнорировать тот факт, что современные бойцы относились к дисциплине так, как будто это было что-то устаревшее. В его времена такое поведение считалось недопустимым, а сейчас это, казалось, было нормой. Но сейчас у него не было времени думать о том, как изменилась армия – ему нужно было фокусироваться на миссии.

– Новенький? – позвал Грут.

– Спускаюсь.

Руни прыгнул в яму, осмотрел трубу и, поднявшись чуть выше по её поверхности, скомандовал:

– Давай!

Рука Грута трансформировалась в два массивных когтя, которые с ужасной силой вонзились в трубу. Раздался скрежещущий звук, когда когти прорезали её поверхность, словно она была не металлической, а состояла из какого-то более мягкого материала. Грут резко выдернул когти, и Руни включил таймер обратного отсчёта, установив его на полторы минуты. В углу его зрения цифры начали быстро убывать. Где-то сверху раздался отдалённый скрежет, как будто что-то открывалось.

– Давай! – крикнул Руни, понимая, что его опасения оправдались – защитные системы уже сработали.

Грут снова занёс свои огромные когти и ударил по трубе. На этот раз скрежет был тише, когти вонзились глубже, почти до упора. Затем рука Грута трансформировалась, и он, как мог аккуратно, начал тянуть, расширяя проём в трубе.

Вдалеке раздались первые глухие выстрелы – Лия начала свою работу, её точные выстрелы снайпера безотказно находили цель. Но почти сразу звук одиночных выстрелов стал глушиться грохотом множества других – стрельба усиливалась, выстрелы становились частыми и беспорядочными. Руни быстро открыл карту и увидел, что ситуация резко изменилась. Ангельс начал помечать новые цели: на экране появились красные маркеры, стремительно заполняющие карту. Это были защитники цитадели – их было много, слишком много.

Красные метки быстро расходились по карте, словно рой насекомых, вытекая из центра цитадели и направляясь к различным точкам. Они двигались ко всем группам отделения одновременно, охватывая периметр. Каждый маркер обозначал боевую единицу – и с каждой секундой их число увеличивалось. Защитники явно действовали по заранее отработанному сценарию, блокируя любые попытки проникновения.

Руни увидел, как несколько маркеров двинулись к их позиции. Маркер Лии также оказалось под угрозой – красные метки стремительно приближались к её маркеру, но она продолжала методично ликвидировать цели.

На карте появился новый символ – отряд Альфа, который до этого момента стоял неподвижно, начал смещаться, тоже попав под обстрел. Их зелёные маркеры начали мигать, что означало вступление в бой. Все отряды были втянуты в бой одновременно – это не было простой стычкой с разведчиками, как думали вначале. Это была полноценная оборонная операция защитников цитадели, и Руни осознал, что ситуация быстро выходит из-под контроля.

Бой набирал обороты: звуки выстрелов сливались с глухими разрывами гранат, эхом прокатывающихся где-то вдали. Перекрывая всё, слышались крики и короткие переговоры по связи – команда действовала слаженно, чётко выполняя приказы Ангельса. Он начал раздавать их с невероятной скоростью, словно моментально реагируя на все изменения в боевой обстановке. Однако, несмотря на первоначальную эффективность, ситуация стремительно становилась всё более напряжённой.

Руни чувствовал, как нарастает давление. Каждый новый приказ Ангельса казался быстрым и точным, но его молчание в начале операции теперь казалось всё более странным.

– Готово, – голос Грута вернул его к реальности. Руни повернулся и увидел зияющую дыру в трубе, её металлическая поверхность была разворочена.

– Вперёд, новенький, – сказал Грут. – Я выхожу.

С этими словами массивный экзо Грута резко пригнулся, и с силой оттолкнувшись от трубы, взмыл вверх. Руни слышал характерный металлический скрежет – Грут снова начал трансформироваться, превращаясь в боевую форму. Но разбираться в этом сейчас не было времени. Не теряя ни секунды, Руни принял решение. Он активировал свои системы на максимум и одним быстрым движением спрыгнул в трубу, исчезая в её темноте.

Звук его падения эхом разошёлся по узкому металлическому туннелю, и через мгновение вокруг воцарилась гнетущая темнота.

Настроив датчики обзора, он увидел перед собой длинный тёмный туннель, теряющийся вдалеке. Стены туннеля были усыпаны разного рода кабелями, которые местами утолщались, сужая проход, а затем снова расширялись. Достав автомат и настроив его на одиночные выстрелы с минимальной энергозатратностью, Руни двинулся вперёд по туннелю, готовый к любому развитию событий.

Звуки боя постепенно стихали, сменяясь мерным гулом туннеля. Казалось, что вокруг всё дышит и живёт – кабели и провода пульсировали светом, словно являлись венами живого существа. Руни осторожно двигался вперёд, ступая по проводам, его глаза всматривались в даль туннеля, где темнота перемежалась со схематичными линиями коммуникаций. Связь молчала, и лишь отзвуки далёкого боя напоминали о происходящем наверху.

Туннель закончился узким проходом, где сходились все коммуникации, сливаясь в один массивный провод. Руни остановился, настороженно оглядываясь, и начал сканировать пространство вокруг. Свет энергетических потоков заполнил туннель, и в воздухе словно витали пульсирующие зеленые и синие линии, исчезающие в глубине туннеля. Это был тупик. Его план не сработал. Коммуникации, хоть и защищённые от проникновения, оказались физически заблокированы, и без помощи Грута Руни не справится.

Внимательно всматриваясь в схемы коммуникаций и пульсацию энергии, мешавшую ему сосредоточиться, Руни заметил нечто странное – некоторые пульсирующие линии, бледно-голубого цвета, не синхронизировались с остальными, более яркими линиями. Приглядевшись, он заметил, что пучок проводов имеет отдельную сигнатуру, не сливаясь с основным магистральным проводом. Он отклонялся влево, скрываясь в складках других коммуникаций.

Трансформировав свою руку в стандартный армейский нож, Руни аккуратно проделал отверстие между слоями проводов, расширив пространство там, где, по его мнению, проходил этот аномальный пучок. Провода с неохотой поддавались, и, осознавая риск, Руни убрал нож и начал осторожно раздвигать их руками, стараясь не нарушить их целостность.

За проводами обнаружилась гладкая поверхность металлической трубы и небольшая выемка, в которой находилось то, чего он совсем не ожидал увидеть – кнопка. Обычная красная кнопка. Зафиксировав провода по сторонам и отойдя на шаг назад, Руни пристально уставился на неё, размышляя, как поступить. У него не было других вариантов, но кнопка могла оказаться здесь по совершенно разным причинам: возможно, для обрушения туннеля и блокировки прохода, или для отключения какого-то оборудования. Туннель и так сужался, а проникнуть внутрь без мощной силы, вроде той, что у Грута, было бы непросто. Но, возможно, это кнопка аварийного отключения, предназначенная для экстренного разрыва проводов или их демонтажа?

Вопросов было много, а времени – всё меньше. Хотя он не слышал больше звуков боя, карта оставалась пустой из-за экранирования трубой. Медлить было нельзя. Трансформировавшись в боевую форму, Руни занял почти всё пространство узкого туннеля, готовясь к любому исходу. Быстро метнувшись вперёд, он трансформировал свою руку и решительно нажал кнопку, готовясь к худшему.

В тот момент, когда его пальцы коснулась кнопки, послышался тихий щелчок, и воздух наполнился вибрацией, словно туннель ожил.

Мгновение – и Руни снова стоял в тренировочной казарме. Перед его глазами мелькали строки об успешно пройденном тесте, фиксировались общие очки, набранные им, его группой и всем отделением.

Это было одновременно странно и необычно. Он не понимал, что произошло и почему всё случилось именно так. Неужели весь тест заключался в том, чтобы найти и нажать кнопку? Задачи были другими: проникновение и ликвидация лидера. Но почему всё закончилось после нажатия кнопки?

Руни оставался в замешательстве, когда мимо него, тяжело ступая, прошёл Грут и снова похлопал его по плечу так, что Руни чуть было не потерял равновесие.

– Ты молодец, новенький, – усмехнулся Грут, продолжая идти дальше.

– Новый рекорд! – бросил он, не оборачиваясь.

«Рекорд?» Что здесь происходит? Почему тест завершён и почему Руни установил новый рекорд?

Он вызвал интерфейс и просматривал данные, загруженные вместе с подробным отчётом. Шагнув вперёд, погружённый в свои мысли, он чуть не наткнулся на Лию, которая грациозной походкой отходила от стоящего рядом тренажёра.

– Аккуратнее! – голос прозвучал с холодной, металлической ноткой, заставив Руни на мгновение замереть. Этот тон показался ему до боли знакомым, напоминая общение с Эрти, в тот момент, когда она впала в отчаяние и в ней снова ожила госпожа Сил. Так говорили лишь те, кто считал себя выше остальных, как будто всё вокруг – лишь пешки в их игре. Всё это слишком напоминало манеры Высших, и у Руни невольно сжались кулаки.

Последние события отвлекли его от главного – он обещал Эрти, что вернётся, за ней, и он сделает это. Но сначала ему предстоит выяснить еще кое-что, и он должен попытаться сделать это, используя возможности своего нового положения в первой Армии Гниилс.

– Извини… – начал было Руни, но Лия уже исчезла, не удостоив его ни взгляда. Она двигалась уверенно, будто его слова не имели для неё никакого значения. Руни остался стоять на месте, осознавая, что её хладнокровное поведение и отсутствие реакции не просто игнор, а часть её природы.

Обернувшись к остальным тренажёрам, Руни заметил, как бойцы постепенно расходятся по сторонам, покидая казарму. Куда они направлялись, он не знал, и это его мало волновало. По уставу у него оставалось ещё два часа тренировки, и он не собирался тратить это время впустую. Но больше всего его беспокоил сам тест – как можно завершить его одним нажатием кнопки? Как это может быть частью армейской подготовки? В реальном бою кнопок не будет, и никто не сможет просто выйти из сражения по собственному желанию. Вся эта новизна вызывала в нём раздражение, как бы сильно он ни старался привыкнуть. Каждый раз, сталкиваясь с подобными "усовершенствованиями", всё внутри него сопротивлялось, протестуя против того, что казалось ему чуждым.

"Тренажёры," – пренебрежительно подумал Руни. В его время такие устройства считались позором. Никто из солдат, уважающий себя, даже не приближался к ним. Реальные бои, настоящие миссии – вот где проверяются навыки и выдержка. А эти технологии лишь заставляли его чувствовать себя чужим в новом мире, где всё сводилось к виртуальной подготовке и кнопкам.

Руни, услышав голос Ангельса, неожиданно для себя замер. Командир, как обычно, возник из ниоткуда. Рефлекторно он начал вытягиваться по стойке "смирно", но, вспомнив их недавний разговор, сменил позу на более расслабленную, приняв положение "вольно".

– Хорошо сработал, – похвалил Ангельс, хлопнув его по плечу. – Не высший балл, но рекорд по времени обезвреживания.

Руни сдержанно кивнул, но внутри всё кипело от вопросов. Он выждал паузу и, наконец, решился.

– Разрешите вопрос? – сказал он, глядя командиру прямо в глаза.

Ангельс прищурился, явно ожидая подвоха, но молча кивнул в знак согласия.

– Задача теста была в проникновении. Почему всё закончилось после нажатия кнопки?

Ангельс, слегка усмехнувшись, начал объяснять:

– Кнопка, рядовой, – это дополнительный вариант завершения тестирования. Ты её нашёл – и это был конец.

– Но задача была…

– Тест пройден, Феникс, и ты отличился, – жёстко перебил его Ангельс. – Дополнительные бонусы начислены.

Помолчав немного, он добавил:

– Трать их с умом. В соседнем помещении, – он указал за спину, – есть филиал магазина Высших. Цены, конечно, кусаются, но всё же. Думаю, если ты угостишь наших, – он окинул взглядом уходящих бойцов, – они будут только рады.

Руни стоял и не знал, что ответить. Ангельс ещё раз внимательно посмотрел на него, словно пытаясь что-то понять, и направился к выходу из тренировочной казармы, и уже уходя, бросил через плечо: – Научись принимать победы.

Мысленно вызвав интерфейс, Руни увидел у себя на счету 1000 бонусов за новый рекорд по завершению теста и 350 за его успешное прохождение.

Всё поменялось с тех пор, как он служил здесь. Теперь в ходу бонусы, тесты заканчиваются нажатием кнопки, все ходят и говорят как наёмники – всё по-другому. Смесь злости и растерянности наполняла его сознание. Но не поддаваясь эмоциям, он взял себя в руки и открыв карту, нашёл на ней значок, обозначающий место местного магазина. Вопросов было много, но первым делом он решил сходить и посмотреть, что же это за магазин, в котором он может потратить свои заработанные бонусы.

Руни медленно шёл по коридору, ведущему к магазину. Его мысли метались между недоумением и раздражением. Всё здесь стало каким-то чужим. Когда-то он гордился службой, а теперь ощущал себя посторонним. Всё изменилось: от отношения солдат до самой атмосферы на базе. Казалось, что он вернулся в место, которое когда-то называл домом, но теперь оно стало незнакомым и холодным.

«Что случилось с семьёй Гниилс?» – думал он. Их девиз «Лишь пройдя через адские муки, ты обретёшь величие!» всегда вдохновлял его на подвиги. Но теперь солдаты полагались на бонусы и покупки, словно это была игра. Где дисциплина? Где старая доблесть? Он чувствовал внутренний конфликт между прошлым и настоящим, между своими ценностями и новой реальностью.

Подходя к массивным дверям с голографическим знаком семьи Гниилс – стилизованный чёрный кузнечный молот, перекрещенный с серебряным мечом на фоне пылающего огня, – он почувствовал лёгкое волнение. Двери беззвучно раздвинулись, и Руни оказался внутри просторного помещения, освещённого мягким светом. Справа и слева стояли бесчисленные полки, заполненные разнообразным снаряжением: от новейших образцов оружия до улучшенных модулей для экзо.

«Когда-то мы заслуживали своё снаряжение в боях, а не покупали его за бонусы,» – с горечью подумал он. «Что же теперь? Всё продаётся и покупается?»

– Добро пожаловать, – раздался мелодичный голос. Перед ним появилась голографическая фигура продавца-консультанта с безупречной улыбкой. – Чем могу помочь?

– Я хотел бы посмотреть, что могу приобрести на свои бонусы, – ответил Руни, пытаясь скрыть своё раздражение и всё ещё оглядываясь вокруг.

– Разумеется, – консультант улыбнулся ещё шире. – На вашем счету 1350 бонусов. Вы можете выбрать из широкого ассортимента товаров: улучшения для вашего экзо, новые виды оружия, тактические программы и многое другое.

Руни задумался. Ему действительно нужны были улучшения, если он собирался выполнить свою настоящую миссию, несмотря на все его предрассудки раз это можно было сделать здесь на базе то пусть это будет так. Но слова Ангельса о том, чтобы угостить товарищей, тоже крутились в голове.

«Если я вложу всё в себя, то это станет лучшим подспорьем к моей намеченным планам, но останусь изолированным от своего отделения. Если же потрачу бонусы на них, смогу завоевать доверие, но рискую не справиться с задачей из-за устаревшего снаряжения.»

– Есть ли у вас что-то, что могло бы порадовать все мое отделение? – спросил он, пытаясь найти компромисс.

Консультант слегка наклонил голову, обдумывая вопрос.

– У нас есть коллективные пакеты улучшений, а также специальные предметы для совместного использования. Например:

– «Усилители связи» – повышают эффективность коммуникации в бою. Цена: 500 бонусов за штуку.

– «Модули командной тактики» – улучшают координацию действий. Цена: 700 бонусов.

– «Эксклюзивные тренировочные программы – от 300 бонусов.

– «Нейростимуляторы» – специальные нейроаддоны для интерфейса, которые помогают солдатам экзо расслабиться после боёв. Цена: 250 бонусов за комплект.

Руни прикинул варианты. Если он приобретёт усилители связи и модули тактики, то потратит 1200 бонусов, и у него останется всего 150 бонусов, которых не хватит на личные улучшения. Но если он купит нейростимуляторы, то сможет порадовать отделение и сохранить часть бонусов для себя.

«Но нейростимуляторы…» – размышлял он. – «Раньше мы считали их слабостью. Настоящие солдаты отдыхали в бою, а не в виртуальных симуляциях. С другой стороны, времена меняются. Может, это поможет сблизиться с моим отделением.»

– Какие у вас есть личные улучшения для экзо? – спросил он, всё ещё сомневаясь.

– У нас большой выбор, – с готовностью ответил консультант. – Вот некоторые из них:

– «Усиленные бронепластины» – повышают защиту на 20%. Цена: 800 бонусов.

– «Улучшенные реактивные приводы» – увеличивают скорость передвижения на 15%. Цена: 600 бонусов.

– «Тактический интерфейс "Орлиный глаз"» – улучшает сенсоры и дальность обнаружения. Цена: 900 бонусов.

– «Плазменный карабин "Гнев Титана"» – новейшее оружие с высокой пробивной способностью. Цена: 1000 бонусов.

Руни почувствовал, как внутри него нарастает напряжение. Выбор был непростым. Если он купит усиленные бронепластины за 800 бонусов, останется 550 бонусов. Достаточно ли этого, чтобы сделать что-то для отряда?

Но тут его взгляд упал на «тактический интерфейс "Орлиный глаз"». Улучшенные сенсоры могли значительно помочь в его миссии.

«Если возьму интерфейс за 900 бонусов, останется 450. Смогу ли я на эти бонусы сделать что-то для своего отделения?»

– Есть ли что-то в пределах 400–450 бонусов? – уточнил он.

– Вы можете приобрести комплект нейростимуляторов за 250 бонусов, – предложил консультант. – Или эксклюзивную тренировочную программу за 300 бонусов.

Руни задумался. Он мог взять интерфейс и нейростимуляторы, потратив в сумме 1150 бонусов, и у него останется 200 бонусов.

«Не хватит на серьёзные личные улучшения, но, возможно, этого достаточно.»

Но внутри него всё ещё шла борьба.

«Что важнее: выполнить запланированную цель или наладить отношения с отделением? Если я провалюсь, это подведёт не только меня, но и Эрти – а я ей обещал. Но без доверия товарищей действовать будет почти невозможно.»

Наконец, он принял решение.

– Я возьму тактический интерфейс "Орлиный глаз" за 900 бонусов и комплект нейростимуляторов за 250 бонусов.

Консультант улыбнулся.

– Отличный выбор. У вас остаётся 200 бонусов. Хотите что-то ещё?

Руни покачал головой.

– Нет, этого достаточно.

– Ваши бонусы будут списаны, и покупки автоматически установятся на ваш экзо в коконе гибернации. Нейростимуляторы также будут доступны вашему отделению сразу после приобретения.

Покинув магазин, Руни открыл карту и выбрал ближайший зал тренировок. У него оставалось полтора часа времени, и он намеревался потратить их на себя, чтобы вспомнить и освежить свои старые навыки.

Зал тренировок оказался просторным помещением, разбитым на несколько квадратов, каждый из которых был отведён под определённый вид тренировок: рукопашный бой, холодное оружие, тактическое взаимодействие и стрельбу. Большинство зон были пусты, но один квадрат для рукопашного боя был занят. На ринге спарринговались два бойца из его отделения – Зайра и Кайл. Интерфейс автоматически отметил их зелёными маркерами, обозначив их имена.

Зайра, разведчица, и Кайл, техник по энергетическим системам, двигались на ринге словно две тени, ловко блокируя и отражая удары друг друга. Их движения казались отточенными и плавными, как будто это был не бой, а сложный танец, где каждый шаг и поворот были продуманы до мельчайших деталей. Руни, заворожённый их слаженностью и мастерством, на мгновение забыл обо всём остальном.

Рядом с рингом, опершись на барьер, стоял Джейд – медик их отряда. Его взгляд был направлен куда-то в сторону, будто бой, происходящий прямо перед ним, его совсем не интересовал. Погружённый в свои мысли, Джейд, вероятно, занимался анализом данных или сводками, видимыми только через его интерфейс. Лицо оставалось непроницаемым, лишённым каких-либо эмоций. Но Руни уже знал, что под этим спокойствием скрывается острое внимание. Джейд никогда не упускал ничего, даже когда казалось, что его мысли блуждают где-то далеко.

Руни направился к свободному квадрату для тренировки с холодным оружием. Он всегда гордился своими навыками в рукопашном бою и владении клинком – умения, которые когда-то спасали его в самых безнадёжных ситуациях. Но с тех пор многое изменилось. Теперь он больше полагался на свой автомат ОСА, который стал верным спутником в многочисленных операциях.

«Когда в последний раз я использовал клинок?» – мелькнула мысль. С каждым шагом к тренировочной площадке уверенность в себе слегка пошатнулась. Оружие уже не было естественным продолжением его тела, как раньше. Но настал момент проверить, остались ли его навыки на прежнем уровне.

Руни взял в руки тренировочный клинок, ощущая знакомую тяжесть металла. Экзо помнило движения, но разум был отягощён мыслями о недавних выборах. Он взмахнул мечом, пытаясь заглушить внутренний голос. Каждый удар по воздуху, каждый поворот и выпад позволяли ему погружаться в состояние сосредоточенности, постепенно вытесняя раздражение.

Внезапно, в зал вошли Лия и Грут, и подошли к его рингу. Лия, в своём чёрном экзо, смотрела на Руни с лёгким интересом, а Грут, как обычно, шумно шагал, его массивная фигура словно заполняла всё пространство вокруг. Руни почувствовал, что внимание его сослуживцев снова приковано к нему. Это была не просто проверка его боевых навыков – они оценивали его как солдата, как того, кто совсем недавно пришёл в их команду.

«Я для них всё ещё новенький,» – мелькнула мысль у Руни. – «Но время покажет, смогу ли я завоевать их доверие.»

Он снова сосредоточился на тренировке, активируя боевой режим интерфейса начав бой с тенью. Сначала движения были плавными и медленными – удары и выпады, проверяющие его контроль над экзо и баланс. Каждый взмах был точным и рассчитанным. Постепенно, шаг за шагом, темп ускорялся. Руни двигался с молниеносной скоростью, отрабатывая приёмы и тактику ближнего боя. Его меч разрезал воздух с лёгким свистом, оставляя за собой вибрацию, которая отдавалась в интерфейсе.

Он снова ощущал ритм, тот самый боевой ритм, который был ему так знаком много лет назад. Старые рефлексы просыпались, возвращая ему утраченную уверенность. Блоки, перекаты, быстрые удары – всё это напоминало ему, что мастерство ещё не покинуло его. Эти приёмы были заложены в его подсознание, отточенные в годы реальных боёв.

Экзо, привыкший к огнестрельному оружию, вновь адаптировался к искусству ближнего боя. Экзо Руни плавно и точно переходило из одного движения в другое, словно каждый жест был заранее просчитан. Его экзо было не просто машиной – это был инструмент войны, готовый к сражению в любой момент. Клинок то и дело переходил из одной руки в другую, удары становились всё более быстрыми, каждый из них точным и сильным. «Ты ещё помнишь, – мелькнуло в голове Руни, когда он выполнил стремительный разворот, отбивая воображаемый удар и тут же отвечая с небывалой скоростью.

Всё больше погружаясь в бой, Руни начал атаковать более агрессивно, проверяя себя на прочность. Каждый удар был продуман, а каждый манёвр – рассчитан на реальную схватку, в которой любое замешательство могло стоить жизни.

Наконец, сделав последний выпад, Руни резко остановился, замерев с мечом на вытянутой руке. Он словно завершил настоящий бой, одержав ещё одну воображаемую победу. Затем плавно опустив меч, он встал в боевую стойку, поднеся оружие к лицу, как в старом ритуале, завершив тренировку.

Интерфейс автоматически вышел из боевого режима, выводя показатели активности. Руни посмотрел на сводку, где данные уже заносились в журнал для отчёта. С каждой минутой он вновь ощущал себя тем солдатом, которым когда-то был – готовым к любому бою, уверенным в своём мастерстве.

– Я тоже не доверяю всем этим огнестрелам, – раздался одобрительный и громкий голос Грута, эхом отразившийся от стен тренировочного зала.

Лия, стоявшая неподалёку, коротко взглянула на него, затем вновь перевела свой холодный взгляд на Руни. В её выражении было что-то новое – возможно, интерес или даже лёгкое признание его мастерства. Но внешне она оставалась такой же спокойной и непроницаемой.

– Ну чего ты там завис? Вылезай с арены, – раздался громоподобный голос Грута, сопровождаемый его привычной ухмылкой. Его массивная фигура, как всегда, заполнила всё пространство вокруг, словно не оставляя места даже для воздуха. – Пойдём, расскажешь, как тебя сюда занесло. Парни хотят поблагодарить тебя за сегодняшний подарок.

Руни ощутил лёгкую волну облегчения, когда понял, что его жест с нейростимуляторами был замечен и оценен отрядом. Странное удовлетворение поселилось внутри – не из-за бонусов или официальной похвалы, а от того, что он начинал завоёвывать доверие. Медленно опустив клинок, он подошёл к краю арены, где его уже ждал Грут.

Глава 4
Беззвучная угроза

Руни стоял в кругу экзо, ощущая, как его системы постепенно возвращались в обычный режим. Напряжение боевой подготовки и недавней тренировки уходило, уступая место усталости, смешанной с лёгким облегчением. До отбоя оставалось полчаса, и он знал, что может позволить себе немного расслабиться. Вокруг него собрались его новые товарищи: Грут стоял рядом, массивной фигурой возвышаясь над остальными, Лия чуть поодаль, со своим неизменно холодным взглядом, Зайра и Кайл что-то обсуждали вполголоса, и Джейд, как всегда, полностью погружённый в свои мысли, безразличный ко всему происходящему.

Руни колебался. Он чувствовал, что отряд ждал от него чего-то большего, может быть, слова, может быть, реакции на недавние события. Но в нем всё ещё жила неуверенность, не покидало чувство, что он здесь чужой. Несмотря на недавнюю победу и то, как его поступок с нейростимуляторами оценили остальные, было ощущение, что ему предстоит пройти ещё долгий путь, чтобы стать частью этого коллектива.

– Ну что, новенький, – прервал тишину Грут, слегка толкнув Руни своим локтем. – Скучно, что ли? Вылезай из своего интерфейса, здесь и сейчас есть, что обсудить.

Голос Грута вернул его к реальности. Руни оглянулся на товарищей, и внезапно его сомнения начали отступать. Возможно, этот путь будет трудным, но сейчас он был не один. Эти экзо вокруг него – такие разные, со своими характерами и особенностями – начинали воспринимать его как своего. И это чувство, медленно пробивавшееся сквозь броню отчуждённости, было куда важнее, чем все те задания, которые они выполняли.

– Феникс, штурмовик, – начал Руни.

– Это мы знаем, – перебил его Грут с широкой ухмылкой.

– Лучше расскажи, откуда ты, Феникс? С какой планеты или прямо с фабрики? – его голос был полон любопытства.

– С фабрики, – выпалил Руни, не давая себе времени на раздумья. Он не стал придумывать сложную легенду и сразу решил, что будет говорить, будто только что "родился" – так будет меньше вопросов, и никто не станет копаться в его прошлом.

– С фабрики? – Кайл задумался. Он уже успел пристегнуть к себе огромный энерго-блок, выглядел как технически оснащённая черепаха. Его экзо-броня была оптимизирована для работы с энергетическими системами – провода и разъёмы тянулись от блока на спине к различным инструментам на его броне. Тонкие манипуляторы на правой руке могли как работать с крошечными деталями, так и справляться с серьёзными задачами.

– Неужели фабрика начала выпускать новых бойцов со старыми корпусами?

Корпус! Точно, Руни совсем забыл о нём. Это была не просто часть его экзо, а нечто большее – то, что всегда спасало его в критических ситуациях. Этот корпус хранил свою историю и несколько секретов, о которых Руни предпочитал не распространяться. Именно он сейчас выдавал его.

Руни пожал плечами, делая вид, что не знает, что ответить.

– Бывало и такое, – вмешался Грут, – вспомним Норда из первого.

Кайл кивнул, его голографические экраны на шлеме начали показывать некую информацию, и через мгновение на дисплее высветился корпус экзо, собранный из разных частей.

– Этот бедолага был слеплен из хлама, – добавил Кайл, – пока его не полатали.

– Видать, новый господин. Пусть будет светлым его путь, – тихо произнёс Грут, и все экзо осенили себя каким-то перехлестным знаком рук. Этот жест был новым для Руни, и он не стал пытаться его повторить, – снова экономит на всём.

– Скряга – пробормотал Кайл, и все замолчали, погружённые в свои мысли.

Руни наблюдал за ними, ощущая, как напряжённость нарастает. Никто не торопился прерывать молчание, а их взгляды были устремлены в пол, словно что-то вспоминали.

– Чёртовы Ренги, – наконец нарушила тишину Зайра, её лицо, спокойное и холодное, исказилось в гримасе презрения. Она выглядела типичным разведчиком – тихая, быстрая и смертоносная.

Её экзо-броня в тёмно-серых и приглушённых зелёных оттенках идеально подходила для скрытных операций. На спине закреплены две реактивных сопла, которые позволяли ей совершать быстрые рывки, а её гордостью были острые клинки на предплечьях. Она могла ликвидировать противника бесшумно и быстро, используя эти клинки, редко прибегая к плазменной винтовке, что напомнило Руни о тех разведчиках, с которыми ему уже доводилось работать.

Толпа экзо вокруг Руни оживилась. Даже сквозь металлические маски были видны выражения злости и гнева. Очевидно, Ренги сильно доставали не только их отряд, но и всю семью Гниилс. А это давало Руни возможность использовать их ненависть в своих планах. Ренги, были одной из его целей, ведь они владели большей частью тюрьмы «Зеро», где сейчас находилась Эрти.

– Эти ублюдки не дают нам покоя уже два полных цикла, – холодно добавила Лия своим обычным тоном.

– Мы потеряли два полных отделения за это время, – голос Грута гремел, как раскаты грома, и, ударив кулаком о свою ладонь, он с такой силой сжал руку, что Руни показалось, что даже воздух вокруг зазвенел.

– У меня тоже есть свои счёты с Ренгами, – Руни решил поддержать общий настрой.

– Откуда? Ты фабричный, – усмехнулась Лия, и её ухмылка показалась чем-то неестественным на её холодном лице.

– Это заложено в моё ядро, – ответил Руни, не раздумывая.

Все переглянулись и уставились на него с новым интересом.

– Так ты можешь быть из бывших? Из спасённых? – Кайл сделал неловкий шаг в его сторону, словно готовился к неожиданному ответу.

– Джейд, – позвал Грут, – ты слышал? Может, он один из спасённых.

Джейд, как всегда, не проявил никакой реакции, всё ещё стоя у ринга в своей привычной позе.

Грут лишь махнул рукой и подошёл ближе к Руни.

– Что ты помнишь?

– Не многое, – ответил Руни, глядя в сторону. – Лишь обрывки боя и глубокую ненависть, желание отомстить.

Грут усмехнулся, его глаза за маской сияли той же яростью, что чувствовал и Руни.

– Все мы тут хотим отомстить, – пророкотал он, – и все готовы идти до конца, хоть до самой ледяной цитадели.

Он ненадолго осунулся, словно вспоминая что-то тяжёлое, затем добавил:

– Пока приказа нет, – заговорил Грут, его голос звучал глухо, как будто через броню. – Мы только на обороне. Слоняемся с одного конца галактики в другой, отбивая атаки этих холодных ублюдков. А могли бы…

Он замолчал, но в его взгляде читалась неизменная жажда действия. Желание прорваться, разорвать этот бесконечный круг обороны и уйти в наступление. Руни заметил, как в его глазах мелькнул огонь, как будто Грут уже видел, как они разрывают цепь врагов и идут вперёд, без оглядки. Эта энергия почти передалась окружающим – все напряжённо слушали, ожидая продолжения.

Но Грут не договорил. Он словно заглушил собственные мысли, оставив их в тени – там, где они были более безопасными.

Лия подошла к нему и положила руку на его массивное плечо.

– Хватит, Грут, – её холодный голос стал чуть мягче, но всё же сохранил привычные нотки отчуждённости.

– Спасибо за нейронки, – неожиданно бросила Лия.

Её слова прозвучали странно, будто сама Лия не привыкла выражать благодарность, а окружающие явно не ожидали услышать это от неё. В её голосе чувствовалась лёгкая насмешка, но Руни уловил что-то большее – возможно, искренность, хоть и замаскированную под холодное безразличие. Он кивнул, принимая благодарность с достоинством, хотя ситуация казалась неестественной, как будто это было что-то нехарактерное для Лии.

– Да, спасибо, – поддержали её другие бойцы, их голоса прозвучали почти одновременно.

– А ты в тесте тоже отличился, – добавил Кайл с лёгкой улыбкой, – не припомню, чтобы кто-то ещё выбрал этот путь.

Комплименты посыпались, и Руни почувствовал себя неловко. Он был привык к одиночеству и суровости, а не к этому неожиданному вниманию. Его обычно держали на дистанции, но теперь всё изменилось.

Таймер показывал пять минут до отбоя. Постояв ещё немного в кругу бойцов, выслушивая армейские байки про бои с Ренгами, как они выдирали ядра из их холодных тел, Руни коротко попрощался с ними. Он направился в помещение для гибернации. Никто не последовал за ним, что ещё раз подтвердило его мысль: устав здесь не особо в почёте. Однако Руни не собирался менять привычки, поэтому спустя пару минут он уже закреплял себя в старом коконе, подключаясь к регенерационному заряду.

Мгновение – и тьма гибернации накрыла его.

Глубокая тьма гибернации обрушилась на Руни, погружая его в бесконечную пустоту. Это состояние всегда вызывало в нём странное чувство раздвоенности: с одной стороны, его сознание полностью отключалось, предоставляя экзо необходимую регенерацию, но с другой – это было слишком похоже на смерть. Тишина, неподвижность, отсутствие ощущения времени. Однако он привык к этому чувству за долгие циклы службы.

Но на этот раз что-то было иначе.

Его сознание вдруг вспыхнуло, словно кто-то запустил резервный процессор, и в этой пустоте начали проявляться образы. Сначала смутные тени, а затем – чёткие очертания. Перед его мысленным взором возникла ледяная цитадель Ренгов. Мрачная, величественная, окружённая бесконечными заснеженными равнинами. Он видел её словно издалека, но чувствовал, как холод её стен пробирает до самого ядра.

– Эрти… – пронеслось в его мыслях. Этот образ всегда возвращался в его сны, и каждый раз, как он видел цитадель, он вспоминал её. Она была в плену и он должен ее спасти.

Но внезапно что-то изменилось. Образы начали мерцать, словно потеряв фокус. Вокруг него вспыхнули тревожные красные огни. Они возникли внезапно, нарушив эту холодную тишину. Пронзительный сигнал эхом разносился в пустоте, пробуждая что-то внутри. Руни не понимал, откуда это могло исходить – ведь в гибернации таких сигналов быть не должно. Всё казалось нереальным, но одновременно слишком отчётливым.

«Проникновение по первому периметру! Всем занять боевые посты», – красное мигающие сообщение на стекле его кокона вырвало его из гибернации.

Руни почувствовал, как холодное чувство тревоги прокатилось по его сознанию, словно ледяная волна. Что-то было не так. Очень не так. Он всё ещё находился в своём коконе, но странная тяжесть давила на него изнутри, как будто вокруг него стягивались невидимые оковы. Пространство, которое обычно казалось ему защищённым и надёжным, теперь внушало неуютное чувство уязвимости. Системы экзо не отвечали должным образом – интерфейс был неактивен, и привычные сенсоры не подавали никаких сигналов.

– Что за черт? – прошептал он, его голос, глухой и приглушённый, эхом отозвался в замкнутом пространстве.

Он попробовал вручную перезапустить интерфейс, но получил лишь одно и то же сообщение: ошибка. Системы блокировались на уровне, который он не мог контролировать. Что-то или кто-то проник в его программы, нарушив их работу. С каждой секундой он осознавал, что это не обычный сбой. Это было вмешательство извне, и оно происходило прямо сейчас.

Внезапно связь с базой вернулась, интерфейс снова ожил, но только частично. И в этот момент знакомый голос раздался у него в голове, прерывая тишину и заставляя его напрячься до предела.

– Феникс, ты меня слышишь? – это был голос Ангельса, резкий и чёткий. – У нас проблемы. Подключись немедленно к аварийному каналу.

Руни не стал медлить. Пробиваясь сквозь ошибки и сбои в системах, он активировал резервный канал связи и услышал приглушённые голоса других членов отряда.

– Что происходит? – спросил он, чувствуя, как система его экзо ускоряет свой ритм.

– Атака на внешний периметр, – ответил Ангельс. – Кроме всего мы подверглись взлому. Кто-то пытается получить доступ к нашим боевым каналам и другим системам базы.

– Чёртовы Ренги, – выругался Грут. – Это они. Никто другой не осмелится.

Руни быстро проверил состояние своего экзо. Всё выглядело стабильно, но внутренние системы работали медленнее, чем обычно, как будто нечто незримое блокировало их.

– У нас мало времени, – знакомый голос Лии резко прозвучал в его голове. – Если они получат доступ к нашим ядрам, мы станем беспомощными. Они не просто взламывают системы – они ищут слабые точки в управлении.

– Вопрос в том, как им это удаётся, – добавил Кайл, его голос был напряжённым. – Наши системы защищены по высшему уровню.

– Значит, это что-то новое, – холодно ответил Руни обращаясь скорее к самому себе чем в канал связи своего отделения.

– Джейд, ты здесь? – голос Ангельса был тревожным. Всё их отделение находилось в гибернационных коконах, застряв в отключённом режиме, не имея возможности вырваться. Паника нарастала.

Мимо Руни, будто нехотя, прошёл Джейд, не ответив на приказ Ангельса. Спокойно и медленно, как всегда, он направился к терминалу управления гибернационными коконами. Спустя пару минут тревожные сообщения на интерфейсе начали исчезать, сменяясь внутренними приказами и сводками. На мини-карте начали мелькать зелёные и красные точки. Вражеские маркеры заполонили внешний периметр базы, проникая через разные секции.

Зажимы на коконе Руни ослабли, крышка отошла в сторону, и он наконец смог сделать шаг вперёд. Он хотел поблагодарить Джейда, но тот уже растворился в толпе экзо, которые выстраивались у выхода. Каждый приводил своё экзо в боевую готовность, трансформируясь в боевые формы.

Рядом с Руни оказался Грут. Его огромный экзо еле помещался в узких проходах базы. Одну руку он трансформировал в массивный щит, а в другой держал молот с устрашающими обухами на концах. Он стоял рядом с Руни, его лицо под металлической маской излучало решимость.

Приказы от Ангельса сыпались один за другим, и интерфейс Руни с трудом успевал сгруппировать их по важности. Его вновь определили в группу "Гамма", к которой уже присоединился Грут. Оставалось дождаться Лии. Вокруг метались экзо, приводя своё снаряжение в порядок, и рассредотачивались по коридорам базы, чтобы занять оборонные позиции.

Мини-карта показывала зелёные маркеры, которые распределялись по узким проходам, направляясь к точкам прорыва.

Лия подошла настолько тихо, что Руни невольно вздрогнул, заметив её рядом.

– Приказ получен, выдвигаемся, я – лидер, – спокойно сказала она.

Руни бросил быстрый взгляд на Лию, затем на Грута. Несмотря на свои внушительные размеры, тот стоял с опущенным щитом, готовый ринуться в бой в любую секунду. Его массивная фигура, как всегда, внушала уверенность, но даже с Грутом рядом Руни не мог позволить себе расслабиться. Каждый из них был готов к тому, что может произойти в ближайшие минуты.

Руни молча проверил своё снаряжение, ощущая вес автоматов на спине, но на этот раз решил довериться проверенным клинкам. Он снял их с креплений, и они с лёгкостью легли в его руки, словно стали естественным продолжением его тела. В узких коридорах огнестрельное оружие могло сыграть злую шутку: заряды могли наделать бед, и уж тем более Лия со своей снайперской винтовкой здесь была бы бесполезна. Руни знал это по собственному опыту.

Однако его удивило одно – Лия, всегда вооружённая своей массивной винтовкой, на этот раз держала в руках такой же автомат ОСА, как и он сам. Это было непривычно. Руни уловил едва заметный холодок в её взгляде, который говорил о её готовности к чему-то другому. Она выглядела спокойной, но, как и всегда, это спокойствие скрывало натянутую до предела пружину готовности к действию.

В этот момент Руни окончательно осознал – их ждёт нечто более серьёзное, чем обычный бой в тесном помещении.

– Наш сектор – самый дальний, – продолжила Лия, указывая на карту. – Я отмечу маркер.

Руни увеличил карту и увидел, что их цель находится в самом правом углу, где скопление красных точек было особенно густым.

– Прямым путём туда не попасть. Враг занял основные проходы. Мы пойдём по вентиляционным и кабельным каналам.

Грут глухо ударил молотом по щиту, выражая готовность и нетерпение.

– Грут, – окликнула его Лия.

Тот повернулся, его глаза пылали желанием вступить в бой.

– Смени боевую форму. Каналы узкие, ты не пролезешь в таком виде. Я знаю, что у тебя есть более компактная.

Грут явно не был в восторге от полученного приказа. Он медленно опустил молот, давая всем понять своё недовольство, но, несмотря на это, без лишних слов начал трансформацию. Щит с мягким щелчком сложился, молот постепенно уменьшился и исчез в массивных отсеках на его спине. Гигантская фигура Грута начала меняться: его корпус плавно вытягивался, конечности удлинялись, а массивная броня сдвигалась, открывая более подвижные элементы.

Его лицо, и так выражающее постоянное недовольство, теперь казалось ещё более суровым, как будто каждый этап трансформации вызывал у него внутренний протест. Грут превратился в вытянутый, более манёвренный экзо, но его угрюмое выражение лица осталась на одном из верхних сегментов его корпуса, словно напоминая всем о его недовольстве.

– Отлично, – сказала Лия, наблюдая за преобразованием. – Выдвигаемся. Я иду первой, Грут за мной, Феникс прикрываешь тыл.

Руни кивнул, держа оба клинка наготове. Коридоры впереди сулили тесноту, и сражение в таких условиях будет сложным.

Они продвигались вперёд, протискиваясь через плотные ряды других бойцов, направляясь к отмеченному на карте маркеру, который поставила Лия. Она шла первой, за ней следовал Грут, а Руни замыкал их небольшую процессию. По пути другие экзо расходились по своим боевым позициям, и вскоре они оказались почти одни в длинном коридоре, в конце которого виднелась квадратная металлическая решётка. Лия отошла в сторону, облокотившись на стену, ожидая, пока Грут откроет проход.

Своим массивным движением одной руки Грут легко вырвал решётку из посадочных мест, даже не дав ей коснуться пола. Лия тут же, без лишних слов, нырнула внутрь коммуникационного тоннеля.

Их передвижение ускорилось, превратившись в череду резких поворотов, подъёмов и спусков по узким лазам. Руни не стал запоминать сложный путь, просто следуя за своей группой. Он старался не отставать и не подставить под удар вытянутое тело Грута, который иногда застревал в узких местах, осторожно обходя развилки и трубы коммуникаций.

Карта в интерфейсе пестрела красными точками – они приближались к опасному участку. Руни уже отчётливо слышал звуки боя, которые с каждым шагом становились всё громче и ближе. Наконец, Грут остановился, и Руни резко притормозил, чтобы не впечататься в его вытянутое экзо. Лия, стоявшая впереди, сверялась с картой. Через мгновение она указала Груту где ему предстоит сделать ещё одно отверстие, на этот раз в полу.

– Здесь место проникновения, – холодно и решительно произнесла Лия. – Нас будут ждать.

Руни взглянул на карту. Вокруг них сплошные красные точки.

– Информация с датчиков поступает, но система была взломана, – холодно произнесла Лия, её голос звучал с металлической отстранённостью. – Поэтому точное местоположение противника и их численность остаются под вопросом. Все маркеры на карте – это лишь приблизительные данные.

Руни посмотрел на карту, где мерцали расплывчатые сигналы. Враг мог оказаться где угодно, и ни одна из отметок не внушала уверенности.

Лица членов группы "Гамма" стали серьёзными. Они понимали все риски. Прорыв через точку проникновения мог оказаться выходом прямо в тыл врага, а возможно, и в самую гущу боя. Точных данных не было.

– Как только Грут откроет проход, у нас будет лишь несколько секунд на анализ ситуации и принятие решения, – продолжала Лия. – Грут идёт первым, принимая оборонительную форму, затем ты, – она указала на Руни, не называя его позывного. – После оценки обстановки пойду я, принимая дальнейшие решения.

Ещё раз сверившись с картой, Лия скомандовала:

– Выход на три.

У Руни перед глазами появился таймер. Цифра три быстро сменилась на два, и в этот момент раздался оглушительный скрежет металла – Грут пробивал проход. Таймер показал единицу, и через мгновение Грут камнем полетел вниз, трансформируясь в полёте. Таймер мигнул на ноль, и Руни, не теряя времени, прыгнул вслед за Грутом, погружаясь в темноту помещения под ними.

На удивление Руни, звуки боя, которые он слышал, двигаясь по коммуникационному тоннелю, остались такими же приглушёнными. Это означало, что бой был далеко и они, вероятно, оказались в относительно безопасном месте. Так ему казалось, пока его зрение не переключилось на другой диапазон, чтобы лучше видеть в темноте. И тогда он их увидел.

Четверо. Они стояли спинами к ним, метрах в двадцати, но после громкого удара Грута о пол резко обернулись в их сторону. Фигуры были вытянутыми, почти прозрачными, с синеватым отливом. У них были две руки, две ноги, и массивная голова, которая представляла собой огромную пасть, полную острых, переливающихся гранями ледяных кристаллов.

Их руки свисали вниз, на каждом из которых росли длинные, похожие на клинки, кристаллы – около метра в длину. Пасть закрылась с жутким щелчком, и Руни услышал зловещее шипение, доносившееся из их ртов.

Грут завершил свою трансформацию, превратившись в массивную глыбу со щитом и огромным молотом, искрящимся от энергии. Руни также вытащил свои клинки и встал в боевую стойку. Коридор, в котором они оказались, был длинным, но узким – идеальным местом для того, чтобы использовать огнестрельное оружие, однако времени на перестройку не было. Закончив свою трансформацию в боевую форму, Руни переключил интерфейс, обвёл врагов красными рамками и, немного отступив к стене, начал ожидать приказа Лии.

Всё внутри него кричало о том, что нужно действовать быстро, но в то же время, его опыт и хладнокровие удерживали от поспешных решений. Враги медленно приближались, их тела мерцали синими оттенками, как будто источая холод. Руни чувствовал напряжение в воздухе. Грут, словно каменная гора, замер в ожидании, готовый обрушить на врагов всю свою мощь, но он, как и Руни, ждал приказа.

– Грут, держи оборону, – холодный голос Лии разрезал тишину. Она всё ещё изучала карту и анализировала данные о противниках, её голос звучал с неумолимой точностью. – Феникс, будь готов прикрыть его.

Её слова прозвучали спокойно, но Руни почувствовал, как по его системам пробежал ледяной холодок. Лия всегда была спокойна и сосредоточена, но в этот момент её тон был безжалостным, словно приказ, который не подлежал обсуждению. Он привык к её отстранённости, но сейчас это спокойствие больше напоминало холодный расчёт.

Лия не спускалась вниз, оставаясь на своей позиции и продолжая отдавать приказы через внутреннюю связь. В его голове снова прозвучал её голос, на этот раз с новой информацией:

– Передовой отряд Ренгов. Несомненно, они за этим нападением. Я отправила данные в штаб. Мракопласты – существа ближнего боя. Их челюсти могут вытянуть всю вашу ЭРА до последней капли.

Эти слова поразили Руни. Он знал, кто такие Мракопласты – основная пехота Ренгов, их первичные ударные отряды, которые бросались вперёд, как мясо, перед настоящей атакой. Но раньше они были другими: более примитивными, с уродливыми очертаниями и кристаллом энергии за спиной. Если удавалось выстрелить в этот кристалл, тварь рассыпалась и исчезала в пыли ЭРА. Теперь же перед ним стояли модифицированные убийцы, которых нельзя было так просто уничтожить. А их способность высасывать ЭРА была новой и крайне опасной.

Руни почувствовал лёгкий укол сожаления: он мог бы достать автомат ОСА и положиться на огневую мощь, но теперь ему и Груту предстояло вести бой в ближнем бою. Однако он не отчаивался. Наоборот, в нём загорелся азарт, желание применить давно забытые навыки и вспомнить, каково это – сражаться лицом к лицу.

Твари двигались уверенно, разбившись на пары. Двое впереди начали набирать скорость, их неуклюжая походка выглядела как нечто неустойчивое: они покачивались из стороны в сторону, а длинные кристальные клинки болтались, почти касаясь пола. Их движения были обманчиво хаотичными, но Руни знал лучше – эти существа точно знали, что делают, и почему выбрали такую тактику.

Грут, не теряя времени, выставил вперёд массивный щит, готовясь к столкновению. Твари налетели на него с ускорением, как будто неслись на нечто невообразимо прочное. Их тела, казавшиеся хрупкими, ударились о щит с глухим звуком, как стеклянные игрушки, разлетевшиеся при встрече с монолитом. Однако, несмотря на падение, они ловко приземлились, используя свои клинки для балансировки, и с резкими движениями разрезали воздух в ответ.

Грут размахнулся своим массивным молотом, направив удар на одну из тварей. Молот обрушился с оглушительным звуком, но тварь оказалась быстрее. Она успела отскочить, избегая удара, который расколол пол рядом. Другие твари начали свое нападение.

Одна из тех, что шла следом, внезапно бросилась на Руни. Её кристальные клинки блеснули в тусклом свете тоннеля. Руни едва успел отскочить назад, уклоняясь от смертельного удара, который оставил на стене глубокую полосу. Он огляделся, быстро оценивая обстановку: третий мракопласт уже был перед ним, готовясь к новому выпадению. Четвёртая тварь оставалась позади, её тело покачивалось, будто она выжидала, следя за битвой, словно анализируя слабые места противников.

«Что она задумала?» – пронеслось в голове у Руни, но не было времени на размышления. Он был полностью сосредоточен на схватке, держа клинки наготове, стараясь не попасть в смертельную хватку этих созданий, которые впитывали ЭРА, как губка.

Руни сосредоточился на третьей твари, его клинки мелькали в тусклом свете тоннеля, пытаясь удерживать дистанцию. Мракопласт был стремителен, несмотря на свои неуклюжие формы. Его длинные кристальные клинки свистели в воздухе, и Руни едва успевал уклоняться, чувствуя, как каждый раз лезвие смертоносно близко проходит мимо его корпуса.

Тварь издала зловещее шипение, её кристальные челюсти раскрылись, словно приглашая к схватке, и она сделала стремительный выпад. Руни едва успел перехватить клинок своим мечом, но ощутил сильный толчок – от удара по лезвию его меч заискрился, и металлический скрежет разлетелся эхом по узкому тоннелю. Тварь была невероятно сильна, гораздо сильнее, чем он мог себе представить.

Его нога соскользнула по полу, и мракопласт мгновенно это заметил. Существо сделало ещё один рывок, а затем полоснуло клинком в сторону корпуса ниже груди Руни. Боль пронзила его – тварь успела ранить его, оставив глубокую вмятину с искрами и сломанными обшивками, но ещё не критически.

«Вот черт!» – выругался Руни, отскакивая назад, стараясь взять себя в руки. Он знал, что одно неверное движение может стать его последним. Нужно что-то придумать… Прямым столкновением в бою ее не возьмешь. Тварь оказалась сильнее чем он думал, Ренги не седели сложа руки и модифицировали мракопластов до уровня серьезных бойцов.

Вместо того чтобы продолжать уклоняться, он решил рискнуть. Руни рванулся вперёд, прямо навстречу атакующей твари. Это выглядело как безумие: мракопласт снова сделал выпад, его кристальные клинки блеснули в воздухе, готовясь разорвать Руни на части. Но в последний момент он резко подался вбок, бросив один из своих клинков прямо в пасть твари. Мракопласт инстинктивно захлопнул челюсти, и он застрял между его острыми кристаллическими зубами.

Существо попыталось разжать челюсти, но клинок встал клином, не давая ему снова атаковать. Мракопласт заколебался, и этого замешательства хватило чтобы Руни продолжил задуманное. Он использовал этот момент, чтобы одним прыжком оказаться на спине твари. Его второй клинок мгновенно пронзил существо между шеей и плечом, точно туда, где раньше находились их энергетические кристаллы. Тварь взревела, её тело начало дрожать, изнутри послышалось пронзительное шипение, словно энергоцепи внутри неё перегревались.

Руни не остановился на одном ударе. Он повернул рукоять меча, врезаясь глубже в шею твари, и с огромным усилием вырвал её голову с кристальными челюстями. Кристаллы-клыки тут же погасли, и Мракопласт рухнул на землю, извиваясь в судорогах.

Искрящейся жидкости не было – только яркие всполохи энергии и синий свет, вырывающийся из разрубленных суставов. Руни стоял, держа в руках голову поверженной твари, его корпус трещал от повреждений. Но победа была за ним.

Руни быстро осмотрел поле боя, и его взгляд упал на Грута. Несмотря на свою кажущуюся медлительность по сравнению с проворными тварями, тот уже успел разобраться с двумя противниками. Одна тварь лежала неподвижно на полу – её кристальные руки были варварски вырваны из тела, оставляя вокруг разорванные соединительные волокна. Вторая была раздавлена под массивной ногой Грута – её голова, некогда покрытая кристаллами, теперь представляла собой лишь груду осколков, от которых не осталось ни малейшего шанса на восстановление.

Но бой был ещё не закончен. Четвёртая тварь, покачиваясь, будто всё ещё выжидала удобного момента для атаки, оставалась впереди. Её движения стали более осторожными, но от этого не менее опасными.

Но вместо того, чтобы атаковать, она неожиданно развернулась и, не шатаясь, как ранее, а быстрыми прыжками, начала удаляться вглубь коридора. Руни приготовился преследовать её, но в этот момент в его наушниках раздался холодный голос Лии:

– Пусть уходит, – короткий и уверенный приказ прозвучал в его голове.

Руни хотел возразить, но приказ был приказом. Спустя мгновение Лия спрыгнула вниз и, окинув быстрым взглядом место битвы, начала раздавать новые указания.

– Здесь наша точка обороны, – голос Лии звучал спокойно и хладнокровно. – За нами находится зал энергообеспечения. Феникс, займись разведкой. Грут и я, готовим оборону.

Руни не стал долго размышлять. Приказ был чётким и требовал немедленного выполнения. Он быстро отметил на карте указанное Лией место и, проверив состояние своего экзо, убедился, что серьёзных повреждений не было. Без лишних слов он двинулся в указанном направлении, стараясь держаться ближе к стенам и оставаясь максимально скрытным. Волнение после недавнего боя всё ещё бурлило в его системе, но Руни сдержал этот всплеск, сосредотачиваясь на задаче.

Позади Грут начинал превращаться в живую крепость – его экзо с грохотом трансформировалось, принимая оборонительную форму, надёжно защищая коридор. Лия, ловко манипулируя своим автоматом, заняла позицию в одном из укрытий, созданных массивными частями экзо Грута.

Пройдя по коридору, Руни вскоре остановился перед массивными створками зала энергообеспечения. Стены коридора постепенно расширялись, намекая на то, что он приближается к важному объекту базы. Створки выглядели внушительно, покрытые лёгким налётом времени и металлическими шрамами, словно пережившими несколько боёв. За ними доносился низкий, мерный рокот систем, подтверждая, что зал ещё функционировал.

Глава 5
Оборона

Просканировав пространство во всех доступных диапазонах и не обнаружив ничего подозрительного, Руни осторожно спрятался за металлической колонной, оставаясь вне поля видимости возможных угроз. Под его пальцами сенсор терминала тихо активировался, и через мгновение створки начали медленно раздвигаться с глухим металлическим звуком, открывая доступ в зал.

Воздух внутри был заметно прохладнее, чем в коридоре, насыщенный запахом озона и энергопотоков. Внутри царила строгая механическая симметрия: массивные энергоячейки располагались вдоль стен, сверкали зелёными и синими огнями индикаторов, а в центре зала виднелась главная консоль управления.

Руни пригнулся, осторожно продвигаясь вперёд, его движения тихо отзывались в пустоте помещения. Даже едва слышное шуршание брони разносилось по коридору, усиливая напряжение вокруг. Он внимательно оглядывался, отмечая каждый источник звука, прислушиваясь к каждому шуму, чтобы убедиться, что вокруг не было угрозы. Однако тихий гул машин выдавал лишь стабильную работу энергосистемы – здесь всё было спокойно.

Но это спокойствие казалось обманчивым. Сканеры продолжали молчать, но Руни не расслаблялся, его клинки всё ещё были крепко зажаты в руках, готовые вступить в бой в любой момент. Автомат ОСА, его надёжное оружие, оставался за спиной, но теперь он точно знал, что здесь, в зале энергообеспечения, его использовать было нельзя – любое повреждение системы могло обрушить не только зал, но и уничтожить самого Руни вместе с обороной, организованной Лией и Грутом.

Он медленно прошёл через зал, внимательно проверяя каждый укромный угол, кажущиеся безопасными тени и все возможные точки проникновения. Мерный ритм работы систем лишь усиливал напряжение, но Руни был сосредоточен, его мысли текли чётко, без промедлений. Внимание было приковано к любому малейшему движению, хотя всё вокруг выглядело тихим и пустым.

Дойдя до конца зала и убедившись, что ни одна точка не осталась непроверенной, он с облегчением подал сигнал Лии через интерфейс:

– Зал чист. Возвращаюсь на точку.

Он окинул помещение ещё одним быстрым взглядом, зафиксировал последние данные в интерфейсе и начал возвращаться назад, двигаясь осторожно и быстро, чтобы как можно скорее занять позицию на отмеченной на карте точке обороны.

Вернувшись назад к Лии и Груту, Руни застал всё ту же картину: массивная фигура Грута полностью закрывала проход, а Лия спокойно расположилась в защищённом месте, словно в миниатюрной крепости. Руни занял место справа от неё, наконец достал свой автомат ОСА и, настроив сканеры на обнаружение и отслеживание целей, принял оборонительную позицию.

Взлом системы всё ещё продолжался, и информация на карте постоянно менялась. Каждую минуту противники и защитники появлялись, исчезали, или карта вовсе оставалась пустой. Связь с внешними силами была прервана. Их группа поддерживала только внутреннюю связь, но никаких новых приказов с базы не поступало. Система словно жила своей собственной жизнью, меняя данные хаотично.

Руни внутренне напрягся. Первичные приказы, данные в начале атаки, были выполнены, но теперь они были полностью отрезаны от остальной обороны. Каждый был предоставлен самому себе, и только опыт подсказывал, что делать дальше.

– Как мы могли упустить их нападение? – раздался голос Грута в его голове. Несмотря на то, что он превратился в массивное оборонительное сооружение, внутри конструкции у него нашлась небольшая амбразура для ведения огня. Часть его экзо трансформировалась в нечто похожее на две руки-запястья, держащие огромный автомат, а голова находилась за защитным экраном, словно наблюдатель за полем боя.

Руни уловил в голосе Грута смесь раздражения и недоумения. Сильный и надёжный, Грут привык контролировать ситуацию, но сейчас казалось, что они оказались в ловушке. Внешний периметр взломан, связь отсутствует, а враг явно что-то знал, если сумел проникнуть настолько глубоко.

– Они были хорошо подготовлены, – холодно ответила Лия, сидя в своём укрытии. – Это не просто хаотичное нападение. Судя по тому, что нас застали врасплох все продуманно до мелочей.

Руни кивнул, осознавая, что Лия права. То, что началось как неожиданная атака, теперь выглядело как спланированное вторжение.

Атака произошла почти одновременно с прибытием Руни на базу. Возможно, это всего лишь совпадение, а может, и нет. Хотя подготовить такое масштабное нападение, да ещё и на одну из крупнейших баз Гниилс, – дело явно не одного дня. Руни задумался: могли ли Ренги давно готовить этот план и просто ждать подходящего момента для удара? Он сомневался, что стал настолько важной фигурой, чтобы ради него рискнули начать такую авантюру. Или это вовсе не авантюра?

Планировалось ли всё заранее? Ведь у Ренгов достаточно ресурсов и терпения для таких операций. Однако Руни не верил, что он сам мог стать причиной всего происходящего. Его прошлое не было столь значимым, а встреча с Эрти, хоть и важная для него, была всего лишь одним из многих эпизодов. Они оказались связаны лишь общей целью, их пути совпали, но не больше.

Информация, которую он получил от Эрти, раскрывала только её личность, но никак не указывала на то, что она является ключевой фигурой в этой борьбе. Такие, как она, появлялись в войнах между семьями уже тысячи раз. Она – не первая и, вероятно, не последняя. Но всё же, что-то в ней было. Возможно, Эрти обладала скрытыми знаниями, которые могли изменить ход войны, или же… быть ключом к чему-то большему.

Руни не мог избавиться от ощущения, что всё происходящее – это лишь часть чего-то гораздо более масштабного.

В дальнем конце коридора, где-то в тёмной части, недоступной для сканера, раздались приглушённые звуки, как будто что-то металлическое рухнуло на пол. Эхо разносилось по узким стенам, заставляя каждый звук казаться громче, чем он был на самом деле. Металлические обломки падали с глухим стуком, а следом за ними послышался характерный скрежет, словно кто-то целенаправленно проделывал себе проход через массивные стальные перегородки. Этот звук был слишком резким и настойчивым, чтобы быть случайным повреждением – кто-то явно продвигался сквозь стены, методично пробивая себе путь, не скрывая своих намерений.

Руни напрягся, включив сканеры на максимум, но они по-прежнему не фиксировали ничего. Это добавляло напряжённости, как будто враг был слишком хорошо замаскирован, чтобы быть обнаруженным обычными методами. Он повернул голову в сторону Грута и Лии – оба сохраняли спокойствие, но их молчание выдавало настороженность. Грут медленно навёл свой массивный автомат в направлении звука, его тело было готово к бою. Лия же, слегка наклонившись вперёд, пристально всматривалась в тьму, держа палец на спуске оружия.

– Что-то или кто-то ломает стены, – тихо произнёс Руни, больше для того, чтобы обозначить ситуацию, чем для получения ответа. Тишина, которая последовала за его словами, казалась зловещей.

Звуки продолжались – методичные удары, за которыми следовал глухой стук, как будто куски металла отрывались от стены и падали на холодный пол.

Примкнув к мушке автомата, Руни сделал это скорее по привычке, чем из необходимости. Его интерфейс сам выводил цели и подсвечивал их, точно наводя автомат на противников. В прицеле Руни заметил первые тени, которые начали появляться далеко впереди. Сигнатуры показывали всё тех же мракопластов, только на этот раз их было значительно больше. Первые твари начали выходить в поле сканера спустя пару секунд после обнаружения, и быстрыми прыжками направлялись к точке обороны группы.

– Пропускаем за линию и начинаем огонь без приказа, – раздался приказ Лии.

Перед глазами Руни интерфейс сразу выделил границу этой линии, чётко очертив рубеж, за которым он мог начинать стрелять. Твари становились всё ближе, интерфейс показывал уже около двух десятков врагов. Руни не испытывал никаких эмоций, полностью сосредоточившись на моменте, ожидая пересечения границы первыми мракопластами. Приказ был чётким, значит, пришло время работать.

Первой выстрелила Лия. Её ОСА выпустил очередь плазменных снарядов, которые яркими серебристыми вспышками разорвали тьму тоннеля. Мракопласты были быстрыми, и некоторые из них успели уклониться, но затем в дело вступил Руни вместе с Грутом, и туннель наполнился вспышками выстрелов и оглушительным грохотом разрывов. Мракопласты начали разлетаться на части.

Еще перед тем, как занять оборону и свое место в крепости Грута, Руни и остальные провели настройки оружия под этих таврей, так чтобы оно воздействовало на суть этих существ – энергию ЭРА. Снаряды разрушали цепи связи ЭРА внутри тварей, вызывая резонанс, который провоцировал цепную реакцию. Они мгновенно распадались на мельчайшие осколки, не оставляя после себя ничего, кроме облаков оседающей пыли ЭРА. Стоило лишь задеть любую их часть, как их тела мгновенно распадались на куски, словно внутри происходил внезапный взрыв.

Твари продолжали наступать, их было много, словно бесконечный поток, но их неумолимое движение казалось бессмысленным перед смертоносной точностью обороняющихся. Группа Руни действовала слаженно, каждый член отряда выполнял свою роль, будто они были единым механизмом. Их слаженность и опыт превращали бой в почти рутинную операцию – твари падали и разрывались одна за другой, не успевая даже приблизиться на опасное расстояние.

Не помогала им ни их скорость, ни манёвренность, ни скользящие, быстрые движения – интерфейс группы «Гамма» чётко выделял каждую цель, и все действия бойцов следовали с убийственной точностью. Выстрел, попадание, ликвидация. Всё происходило так, словно это была обычная тренировка, только теперь на кону стояли жизни, а перед ними были не безобидные симуляции, а смертоносные создания, посланные Ренгами.

Руни работал безупречно, его ОСА вела огонь в полном автоматическом режиме, но каждое нажатие спускового крючка казалось осознанным, точным. Сканеры выводили всё новые и новые цели, и интерфейс делал своё дело, подсвечивая очередную жертву. Руни почти не задумывался о том, что происходит вокруг – его действия были автоматическими, натренированными годами службы.

Не прошло и десяти минут как мракопласты были уничтожены. Боекомплект Руни показывал, что осталось около половины, а туннель был усыпан пылью ЭРА, которая мерцала мелкими отблесками, словно в сказочной пещере.

– Феникс, разведка, – холодно приказала Лия, её голос прозвучал резко и без эмоций.

Руни, перевалившись через массивную фигуру Грута, пригнулся и быстро двинулся вперёд, активировав сканеры на полную мощность. Помимо снижения боекомплекта, заряд его экзо также упал до половины. Однако за его спиной находился энерго-зал, так что за пополнение энергии можно было не волноваться, а вот боезапас – другое дело. Внешней связи всё ещё не было, и никто не знал, сколько ещё появится этих тварей.

Приближаясь к месту прорыва, сканер уже схематично отметил вырванные края дальней стены. На карте не было новых сигнатур, и сканер также ничего подозрительного не обнаружил. Когда Руни подошёл ближе к точке прорыва, его удивила величина дыры в стене – она была намного больше, чем ожидалось. «Зачем таким существам делать такой широкий проход?» – мелькнуло у него в голове. Для их проникновения было бы достаточно и небольшого отверстия.

Запрыгнув в дыру, Руни увидел длинный туннель, который уходил куда-то вверх под небольшим углом. И в этот момент ответ на его вопрос стал очевиден. Дальний сканер засёк сигнатуру, похожую на небольшой штурмовой транспорт. Теперь всё стало на свои места: враг не зря проделал такой большой проход – они везли сюда что-то большее.

– Лия, они везут сюда «Громилу». Сигнатура точно соответствует его параметрам. Какая у них модификация, я не могу отследить – расстояние слишком большое. Ухожу на точку, оставаться здесь опасно, – доложил Руни, уже готовясь покинуть это место.

– Оставить! – Лия резко перебила его, в её голосе чувствовалась нотка вызова. – Протокол блокировки, – добавила она, и Руни понял, что ему придётся заделывать этот огромный проём, и это будет непростая задача.

Сканеры не фиксировали ближайших угроз, но Руни знал, что времени на спокойные размышления у него не будет. Модифицированный штурмовой транспорт, который они называли «Громилой», был не просто очередной техникой – это была настоящая машина смерти, созданная для пробивания укреплений и расчистки коридоров. Если они доберутся сюда, они с лёгкостью прорвут оборону Грута и Лии.

Осматривая пролом, Руни размышлял, как лучше его закрыть. Справа и слева на вешней стороне от него тянулись тёмные коридоры, уходящие во тьму, и его сканеры не улавливали никаких новых угроз по обе стороны проёма. Он находился на развилке как в реальном смысле, так и в фигуральном. За его спиной, за заслоном Грута, располагался энергозал, и использование мощной взрывчатки здесь было неприемлемо – это подвергло бы опасности не только его группу, но и всю базу.

Время шло, и сигнатура "Громилы" – тяжёлой машины прорыва – неумолимо приближалась. Других сигнатур сканер не фиксировал, и это было одновременно и обнадёживающим, и настораживающим. "Громила" – медленная, но крайне мощная машина, предназначенная для лобовых атак и разрушений, была не по зубам его группе, но в то же время её отсутствие сопровождения казалось подозрительным. Обычно такая машина не шла без прикрытия.

"Неужели они знают, что здесь почти никого нет?" – эти мысли беспокоили Руни, но он отбросил их, сосредотачиваясь на текущей задаче и приказе Лии.

Закрыть пролом нужно было немедленно, но простой блокировки было недостаточно. Враг мог прорваться сквозь слабую преграду, и Руни понимал, что ему придётся придумать нечто нестандартное.

Осматривая коридор, Руни вглядывался в его темные уголки, по которым его сканеры улавливали лишь схематичные очертания. Все пространство, ведущее к крепости Грута, было усыпано сверкающей пылью ЭРА – результат недавнего побоища с мракопластами. Пыль едва заметно парила в воздухе, образуя мерцающее облако, словно сказочный туман которое плавно оседало на пол. Руни присел, зачерпнув немного этой блестящей субстанции рукой, и вдруг в его голове зародился план.

Он снял контейнер для сбора ЭРА и начал заполнять его. Пыль быстро заполнила резервуар, а Руни ловко и аккуратно продолжал процесс, будто занимался этим всю жизнь. Когда контейнер был заполнен до предела, Руни взглянул на показатели и удовлетворенно кивнул – теперь главное было правильно установить его.

Его цель была ясна: разместить контейнер в туннеле как можно ближе к Громиле, но при этом на безопасном расстоянии от энерго-зала, чтобы избежать катастрофы. Его план заключался в том, чтобы перегрузить ЭРА внутри контейнера, запустив резонанс. Это вызовет локальный взрыв, который, скорее всего, не нанесет значительного физического урона, но создаст мощную волну прорыва ЭРА. Если всё сработает, Громила может быть повреждена или даже уничтожена.

Однако план был рискованным. Если туннель не обрушится, твари, с другой стороны, смогут легко прорваться к ним, и тогда Руни и его товарищи окажутся в сложной ситуации. Но времени на долгие размышления не было – сигнатура Громилы всё ближе.

Быстро перемещаясь к пролому в стене, Руни тихо двинулся в сторону приближающегося врага. Он двигался осторожно, стараясь не создавать шума. Туннель слегка уходил вправо, и сканеры показывали, что через двадцать метров он столкнется с Громилой. Это было идеальное место для установки ЭРА-бомбы.

Руни снял контейнер со спины и аккуратно закрепил его в стене туннеля, поместив его между проводами коммуникаций. Теперь нужно было запустить процесс резонанса. Это была самая опасная часть плана. Чтобы активировать резонанс, он должен был направить энергию своего ядра напрямую в контейнер, сделав это с филигранной точностью. Любая ошибка могла стоить ему жизни – слишком большая концентрация энергии могла привести к преждевременному взрыву, и тогда туннель обрушится, похоронив его вместе с Громилой.

Сконцентрировавшись, Руни начал перенаправлять энергию в правую руку своего экзо. Интерфейс загорелся предупреждениями о сбоях и перегрузке. Перед глазами всё начало рябить и плыть, сканеры перестали работать, и Руни погрузился в темноту туннеля, освещаемого лишь светом его руки.

Без ИП он, как и остальные бойцы, был почти полностью зависим от физических свойств своего ядра, не используя ЭРА. Это было основой принцип их существования – заложенный в доктрине Первой армии и семьи Гниилс. ЭРА, согласно их учению, считалась чем-то чужеродным, чем-то, что ведет к разрушению. С момента создания им внушали, что полагаться на ЭРА – это идти по пути зла.

Однако, у Руни всегда оставались сомнения. Высшие могли декларировать отказ от ЭРА, но он не был уверен, что они действительно полностью отвергли её. Слишком многое в их технологиях оставалось неясным. Даже с его ограниченным доступом к информации он понимал: где-то за кулисами всё ещё происходило взаимодействие с этой разрушительной силой. И всё же, будучи частью Первой армии, Руни следовал приказам и принципам, заложенным с самого его создания.

Он сосредоточился, считая необходимую концентрацию энергии. Как только он почувствовал, что наполненность энергии достигла нужного уровня, Руни прикоснулся к контейнеру, и энергия его ядра начала заполнять резервуар, вращаясь внутри, словно белоснежный вихрь.

Постепенно его зрение начало возвращаться, интерфейс приходил в норму, обновлялись показатели экзо. Заряд его системы просел почти на двадцать процентов, и Руни осознал, что ему срочно потребуется пополнить запас энергии после возвращения. Внутри контейнера начала зарождаться буря – свечение усиливалось с каждой секундой, а сам контейнер слегка вибрировал. Время уходить.

Руни развернулся и быстрыми прыжками, насколько позволяла теснота туннеля, устремился обратно к пролому в стене, чтобы успеть вернуться к товарищам и укрыться в крепости Грута, прежде чем ЭРА-бомба сдетонирует.

Выскочив из пролома в стене, Руни почувствовал лёгкую вибрацию, которая охватила всё пространство вокруг. Резонанс выплеснул энергию ЭРА, словно взрыв, что прокатился волной по всему помещению. Затем последовал сильный удар в спину – это был физический взрыв, порыв сжатого воздуха, который настиг его спустя мгновение. Руни быстро сгруппировался и аккуратно приземлился на пол, мгновенно вскочил на ноги и побежал в сторону Грута и Лии. Его сканеры фиксировали рост области прорыва позади, где фиолетовая точка, символизирующая энергию взрыва, сначала начала расширяться, но вскоре схлопнулась, исчезнув с карты. Прорыв завершился.

За спиной он услышал звук обрушивающихся конструкций – туннель разрушался, запечатывая проход. Значит, расчёты Руни были верными, и теперь твари не смогут проникнуть к их оборонительной точке. Однако в голове у Руни мелькнула тревожная мысль: "А что, если взрыв породил что-то большее, чем обычных мракопластов?" Он знал, что в подобных ситуациях могли возникнуть твари других, более высоких классов. Это означало, что даже физически обрушенные туннели могли не стать для них преградой. Эти существа могли быть сильнее, быстрее, более разрушительными. В его памяти всплыли обрывки прошлых миссий, где подобные создания выходили из прорыва, пробивая себе путь через казавшиеся неразрушимыми стены.

Руни надеялся, что этот взрыв был небольшим по силе и не вызвал появления опасных тварей. Но всё равно тревога не отпускала его. Возможно, это было лишь предчувствие, а возможно – опыт. В каждой подобной ситуации оставалась доля неопределённости, и он знал, что надеяться на удачу в их деле – смертельно опасно.

– Феникс! – холодный, расчётливый голос Лии, казалось, теперь звучал более резко, с явными нотками раздражения. Куда же делась её обычная непроницаемая хладнокровность? Руни усмехнулся про себя, продолжая быстро двигаться к укреплению Грута.

– Я фиксирую локальный прорыв! – добавила Лия, её голос вновь стал более контролируемым, хотя в нём всё ещё чувствовалось напряжение.

– Туннель заблокирован, протокол блокировки задействован, – сообщил Руни, его голос звучал ровно, но с лёгким оттенком усталости в модуляции. – Приказ выполнен.

На мгновение ему показалось, что он услышал в канале едва уловимую усмешку Грута, но возможно, это было лишь плодом его воображения.

Лия промолчала. Руни добежал до укреплений, легко перепрыгнул через один из массивных блоков, образующих живую крепость Грута, и занял свою оборонительную позицию. В темноте туннеля на мгновение сверкнули глаза Лии, но она не произнесла ни слова, лишь снова примкнула к своей амбразуре, внимательно всматриваясь в тьму и ожидая возможного врага.

Руни присоединил контейнер для пополнения энергии к своему экзо. Система жадно поглощала её, восстанавливая потерянные ресурсы. Он устроился в своём привычном месте, держа оружие наготове, и тоже ожидал приближения врага.

Прорыв – это всегда хаос. Никогда нельзя точно предсказать, что последует за ним. Поэтому Руни прекрасно понимал, почему Лия могла злиться: устроить резонансный взрыв внутри базы – рискованное предприятие, с непредсказуемыми последствиями. И если что-то пойдёт не так, она, как командир группы, будет отвечать за это. Но впереди их ещё ожидал бой, а система базы всё ещё находилась под взломом. Враг, судя по всему, не собирался отступать, пока не добьётся своей цели.

Глава 6
Высший

Карта по-прежнему оставалась пустой. Обвал в туннеле давно закончился, и сканеры показывали лишь равномерно распределённые груды металла, обрывки проводов и прочие обломки. Руни напряжённо всматривался в даль туннеля, ожидая нового наступления или, возможно, прорыва из соседней стены, но ничего не происходило. Время тянулось мучительно медленно, напряжение росло с каждой минутой. Вся ситуация оставалась неизменной уже около сорока минут.

Лия молчала, приказы из главного штаба всё так же не поступали. Системы базы продолжали сбой, а группа «Гамма» оказалась предоставлена самой себе, изолирована от остального отделения. Все они знали одно: разлом реальности, каким бы локальным он ни был, никогда не заканчивался просто так. Он всегда приносил сюрпризы.

И эти сюрпризы начали проявляться.

Руни ощущал это на инстинктивном уровне. Его внутреннее чувство, отточенное долгими годами службы, кричало о том, что они стояли на пороге чего-то более жуткого, чем просто атака мракопластов. Ожидание становилось невыносимым, когда вдруг его сканеры зафиксировали мельчайшее движение. Оно было почти незаметным, но достаточно явным для боевого инстинкта Руни.

– Что-то есть, – тихо пробормотал он, переключая интерфейс на повышенную чувствительность.

– Где? – голос Лии, хоть и холодный, содержал нотку напряжения. Она, как и он, чувствовала эту напряжённую тишину.

– Едва уловимое движение… за обломками немного правее. Похоже на подготовку к очередному прорыву, – Руни указал точку на своей карте, и метка тут же появилась у всех в интерфейсах.

Грут медленно повернулся в сторону указанного направления, его огромные автоматы почти заслоняли весь коридор, сверкая энергетическими импульсами на концах.

– Ты уверен? – спросил Грут, в его голосе звучало явное нетерпение вступить в бой.

– Полагаюсь на интуицию, – коротко ответил Руни. Он не мог объяснить это словами, но знал, что скоро они столкнутся с чем-то неожиданным.

И вот, спустя ещё несколько минут, тишина нарушилась. Звук был еле уловимым, словно тонкий металлический скрежет, доносящийся издалека. Скрежет усиливался, и вскоре стало понятно, что нечто массивное продвигается сквозь завалы, играючи разбрасывая их по сторонам. Сканеры Руни снова зафиксировали движение, но на этот раз оно было более явным. Значит план по блокировки сработал не полностью, а если точнее не сработал вовсе. Похоже, что Руни просто добавил новых врагов, не остановив при этом старых.

– Приготовиться, – твёрдо произнесла Лия, её голос снова обрёл былую холодную решительность.

Из темноты туннеля стали проступать первые очертания. Это было что-то новое – не просто мракопласты, а нечто более массивное. Оно двигалось медленно, но неумолимо, оставляя за собой длинные полосы изорванного металла.

Руни мгновенно поднял оружие, примкнув к линии обороны. Наконец, система сканирования вывела информацию на экран: «Объект: неизвестный. Примерный класс: штурмовой.»

– Это не твари прорыва, – пробормотал Руни. – Что-то серьёзное.

– Громила, – раздался голос Лии. – Завал не остановил его.

Тяжёлый механизм, начал появляться в конце туннеля. Руни сразу ощутил вибрацию от его тяжёлых шагов, которая передавалась по полу и стенам, как будто сама земля содрогалась под его весом. Громила был гигантом – его корпус, темный и угловатый, словно вырезанный из цельного куска металла, искрился в свете встроенных энергетических кристаллов ЭРА. Эти кристаллы пульсировали красным светом, освещая туннель и придавая машине зловещий вид.

С каждой секундой Громила приближался, и Руни мог разглядеть детали: массивные бронированные пластины, покрывающие его, были испещрены шрамами от прошлых боёв, но всё ещё непроницаемы. Линии энергетических каналов проходили по его корпусу, связывая кристаллы ЭРА, давая машине необычайную силу. Четыре мощные ноги были укреплены гидравлическими приводами, которые легко могли пробить любой барьер.

Главное орудие Громилы – огромный плазменный разрядник – находилось в центре его корпуса, направленный прямо вперёд, как готовая к выстрелу пушка. Массивная турель, окружённая системой мелких орудий для ближнего боя, медленно двигалась, как хищник, выискивающий цель. Мельчайшие детали его конструкции, такие как вращающиеся сенсоры и системы прицеливания, напоминали Руни, что это машина не просто для разрушения, но и для продуманного уничтожения.

Громила двигался не спеша, но с абсолютной уверенностью, заполняя всё пространство туннеля своим массивным корпусом. Его броня казалась непроницаемой, даже для мощных снарядов, которыми могли бы воспользоваться в бою. Руни ощущал гнетущую силу этой машины – каждое её движение было как удар по нервам, как напоминание о неизбежности уничтожения. Однако что-то его смущало. Громила не определялся в его интерфейсе, как это обычно бывает с другими боевыми единицами, а просто высвечивался как неопознанный класс штурмового орудия. Это не могло не настораживать. Он знал, что перед ним не просто огромная машина разрушения. Вся обстановка, движение и аура этой сущности подсказывали, что за всем этим кроется нечто большее.

Тогда Руни заметил странный след, который Громила оставлял после себя. ЭРА пыль, ранее распылённая по туннелю, словно оживала, слегка покачиваясь и перемещаясь в такт движения машины, как будто находилась под чьим-то контролем. Сканеры уловили этот аномальный шлейф, и картинка в голове Руни вдруг сложилась в одно целое. Это была не просто машина, это была марионетка.

Почти одновременно с Лией, они выдали в эфир одно слово:

– Кукольник!

Это был тот самый монстр, сущность прорыва, способная управлять и усиливать других экзо, а также любые механизмы, взаимодействующие с ЭРА. Его сила заключалась в возможности подключаться к ЭРА-системам и использовать их как своих слуг. Теперь стало понятно, почему Громила не реагировал на сканеры. Его контролировал Кукольник, усиливая защитные и атакующие способности машины до уровня, при котором она становилась практически неуязвимой. Это был истинный сюрприз.

– Грут! – голос Лии пронзительно раздался в эфире, и в её тоне Руни почувствовал нечто, что раньше казалось ему невозможным – панику? Он даже повернул голову в её сторону, но не смог разглядеть её сквозь массивную броню крепости, которую создал Грут.

– Все усиление на броню! Все! Готовьтесь к ближнему бою. Наше оружие не пробьёт его на расстоянии, нам придётся подождать, пока он подойдёт ближе, – продолжала Лия, её голос становился более собранным и уверенным. – Используйте автоматы только для отвлечения. Грут, заряжай молот. Мы рассчитываем только на это!

В тот момент часть экзо Грута, где находилась Лия, засияла ярким голубым светом. Лия выпрямилась и встала во весь рост, держа в руках длинное энергетическое копьё, конец которого мерцал голубыми разрядами молний. Руки Грута начали трансформироваться, его массивные автоматы исчезли, уступив место огромному молоту, который теперь висел справа от его головы, испуская те же электрические разряды.

Руни посмотрел на свой автомат и быстро убрал его за спину, обнажая свои нано-клинки. Они сверкали в темноте, отражая едва уловимые блики света в коридоре, напоминая о своей смертоносной мощи. Весь отряд был готов к бою – вероятно, последнему.

Громила, как будто чувствуя их намерения, замедлил шаг, наклонившись вперёд. Его передние лапы или ноги опустились на пол, и огромная плазменная пушка начала заряжаться. Гул нарастал, свечение внутри пушки увеличивалось с каждой секундой, наполняя коридор зловещим светом.

– Грут! Подготовь трансформацию по моей команде, – приказала Лия, спрыгивая со своего места и отступая от массивной туши Грута. Руни последовал её примеру, отступив на несколько шагов назад.

– Давай! – крикнула Лия, и в её голосе Руни уловил нервное напряжение. Она, казалось, тоже была на пределе, пытаясь сохранить хладнокровие, как командир группы "Гамма", на которой лежала вся ответственность за исход этой ситуации.

Грут начал свою трансформацию. Сперва медленно, но с каждой секундой ускоряясь, он превращался в свою обычную боевую форму с мощным щитом перед собой. На этот раз щит был массивнее и прочнее, сверкая оранжевыми разрядами. Грут наклонился низко, чтобы полностью скрыться за бронёй, а в правой руке сжал свой молот. Лия и Руни стояли за ним, прикрываясь его массивным экзо.

Раздался оглушающий взрыв, и что-то невероятно мощное ударило в щит Грута, осветив коридор так ярко, что датчики защиты зрения сработали автоматически, затемняя обзор. Грут сдвинулся назад на несколько шагов, его металлические ноги врезались в пол, оставив глубокие борозды. Лия и Руни, упёршись в его экзо, помогали ему удержаться.

– Готовит второй выстрел, – голос Грута был серьёзным и сосредоточенным.

– Выход на три! – скомандовала Лия, и они с Руни отступили от Грута, готовясь к ближнему бою.

До Громилы оставалось метров тридцать – это расстояние им предстояло преодолеть максимально быстро.

Первая выскочила из-за Грута Лия. Её движения были настолько стремительными, что она превратилась в едва различимую тень, размазываясь в воздухе. Руни наблюдал за её действиями, и на мгновение его поразила её скорость. Для снайпера она двигалась невероятно быстро, что ещё раз натолкнуло его на мысли о новых подходах к формированию взводов в их отделении. Однако он не стал терять времени на раздумья и последовал за ней.

Руни двигался к Громиле зигзагами, отталкиваясь от стен и пола, делая обманные движения, чтобы запутать врага. Громила, не теряя времени, открыл огонь из вспомогательных турелей, стараясь поразить Руни и Лию. Воздух наполнился свистом, взрывами разрядов и кинетических пуль, когда турели безжалостно поливали их снарядами. Очереди следовали за ними, сотрясая стены коридора, и турели Громилы пытались сбить их с пути.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.