Семён Субботин
Последняя плоть

У Земли есть будущее.

У человечества есть будущее.

А вот какое оно – зависит от нас.

Глава 1. Изгои

– Трой? Трой, ты слышишь меня?

В ответ последовала только абсолютная тишина его персональной капсулы. По-другому жильё размером всего в несколько квадратных метров трудно было назвать. Скудное убранство комнаты представляло из себя лишь шкаф для верхней одежды, компактный стол с инструментами, почти пустой мини-холодильник, единственный стул и откидную кровать.

Как раз с неё и свесил ноги Платон, едва очнувшийся после вчерашнего загула в “Чёрном лотосе”. Небольшое личное пространство имело как минимум одно неоспоримое преимущество: он легко дотянулся рукой до нужного места и проверил состояние своего молчавшего помощника.

– Доброе утро, Трой. Что слушал сегодня ночью? – мужчина снял старомодные наушники с огромными амбушюрами со своего питомца.

– Не доброе, Плата… Что ты вчера включил, то и слушал. Ты же прекрасно знаешь, сукин ты сын, что в моей базе есть вся музыка в мире, но всё равно каждый раз заставляешь меня использовать это чёртово старьё, – Трой развернулся на своих коротких роболапках и теперь пристально смотрел на хозяина немигающими глазными имплантами.

– Полегче! Настройки грубости выставь на единичку… Голова трещит по швам, как будто я опять намешал энергетики с обезболом, – Платон встал со своего лежбища, хотел было начать привычную зарядку, но быстро осознал, что это плохая затея.

– Выполнено. Но точно помню, что ночью тебе моя грубость нравилась. Можно сказать, что ты её даже требовал. Ты много говорил что-то про древние времена, когда в баре можно было и пообщаться по душам, и в морду получить, – помощник, а по совместительству и лучший друг, подошёл слишком близко к краю стола, остановившись за долю секунды до падения.

На его хромированном боку значилась надпись “Трой Ver.2.0”, каждый символ которой с любовью выбил хозяин самолично. От первоначальной тушки джунгарского хомяка за последние двадцать лет в нём осталось менее десяти процентов, что в основном представляли из себя остатки шерсти, местами торчащие из-под металлических деталей.

– Последний подобный бар закрылся лет двести назад. Сейчас наливают какое-то синтетическое пойло, от которого у нормальных людей голова разрывается. Просканируй новости, может есть что-нибудь интересное, – Платон нажал на кнопку умывальника, который тут же выехал из стены.

Набрав немного унигеля в ладони, он тщательно втёр его в кожу лица, а затем и на открытую часть шеи. Почти сухое средство впитывалось за считанные секунды, превращаясь в тонкую плёнку, выполняя очищающую и защитную функцию одновременно. Зубы и контактные линзы приводились в порядок этим же способом, с той лишь разницей, что действовать нужно было быстро и не дать ему затвердеть.

– Новости сегодня такие. Уровень токсинов в Мирогороде выше среднего, семьдесят пять процентов от зафиксированного исторического максимума. Медицинские порталы советуют на улицу вообще не высовываться без особой нужды. Очередная забастовка с перестрелками на донных уровнях. В сто восьмой синт-клинике прошли аугментацию все новые пробирочные дети. Плата, поздравляю тебя! Ты по-прежнему единственный человек на Земле, в которого ещё не подсадили ни одного чипа или импланта. Последний смертный из одних только крови, костей и плоти, – Трой прекрасно знал, что именно этой новости ждал его хозяин.

– Пока живой я не позволю с собой этого сделать. Вера не позволяет. Вера в свои силы, – Платон посмотрел в выехавшее из стены зеркало и как мог разгладил своё слегка потрёпанное лицо.

В отражении он увидел молодого мужчину, покрытого трёхдневной чёрной щетиной, с небольшими оформившимися мешками под глазами от прошлой бурной ночи. Жилистый и подтянутый, без лишних бугристых мышц, роста чуть выше среднего, короткая стрижка, которую он еженедельно обновлял собственноручно, не выходя из персональной капсулы. Два небольших пореза на шее и плече, появившихся совсем недавно, уже затягивались и зарубцевались, что не могло не радовать.

Ремесло, которым он занимался последние несколько лет, было связано с высокими рисками для жизни и здоровья. Представители частных корпораций и Земной администрации называли таких людей ворами и преступниками, однако, он и его коллеги по делам предпочитали куда более поэтичное название – коллекционеры.

– В сети есть что-то про мою прошлую вылазку? – голос Платона всё ещё немного хрипел и не слушался хозяина.

– Один момент! Вот… Два полицейских дрона зафиксировали человека с твоими приметами. “Ловкий, как мешок синт-картошки. Мужчина худощавого телосложения, думающий, что оно спортивное”. Хочешь посмотреть видео на экране? – киберхомяк развёл в стороны биоимпланты, давно заменившие ему несовершенные короткие лапки.

– Увеличь свои настройки интеллекта, в этой версии софта вообще нет настройки сарказма.

– Трой, уменьшить настройки сарказма до единицы…

Платон бросил короткий взгляд на своего механического питомца и едва заметно улыбнулся. В глубине своей неаугментированной души он не представлял жизнь без этого склочного и характерного малыша. Искусственный интеллект, заложенный чипом в маленькое тело, со временем и опытом собрал в себе множество человеческих качеств, отчего помощник стал вполне себе самостоятельной личностью.

– Это я в хорошем смысле.– Трой, ты сможешь удалить эту новость из всех источников? – А зачем? Твое имя нигде не указано. У тебя даже датчика идентификации личности нет. Как говорила твоя бывшая: “В этом огромном мире ты никто”. – Это было довольно грубо.

Хоккейные перчатки, которые Платон сколлекционировал на прошлом деле, безвольно висели на одном из стенных крючков. Продавать их больше было некому, потому как заказчик уже неделю не выходил на связь и был скорее всего убит. Множество других артефактов древних лет располагались по соседству, наделённые выдуманной огромной ценностью и чуть ли не магическими способностями, судя по рассказам их бывших обладателей.

Платон наконец-то нашёл свою любимую футболку, которую ночью точным броском закинул на шкаф. Фиолетовая ткань из синтетических материалов имела множество неоспоримых преимуществ: была износостойкой и почти не мялась, совсем не впитывала грязь и запахи, а значит, по разумению истинного отшельника и холостяка, вообще не нуждалась в стирке.

– Сделано, Плата. Как я могу отказать своему создателю. Величайшему изобретателю всех времен. Ещё кормить меня перестанешь, – Трой чуть слышно включил какую-то лёгкую музыку, теперь доносившуюся откуда-то из его нутра.

– Ты еды не пробовал уже лет двадцать. Я так понимаю, что ты мне этого никогда не простишь. У меня стойкое дежавю, что этот разговор состоялся уже в сотый раз. Я не виноват в твой смерти! А вот жив ты благодаря этим рукам, – Платон указал на свои мозолистые ладони, испещрённые тонкими венами.

– А кто меня оставил дома одного, такого маленького и беспомощного? Вершина эволюции! Я прекрасно помню каждую свою смерть, но особенно хорошо мне запомнилась первая! – Трой театрально покружился вокруг своей оси и закатил глазные биоимпланты.

Платон не стал уже в который раз напоминать ему об истинной причине его биологической кончины. Трой физически не мог помнить о своём первом знакомстве с тем светом, а лишь пытался ловко манипулировать и давить на жалость. Это произошло около двадцати лет назад, когда отец неведомо откуда принёс в коробке диковинку в виде живого существа. Мало кто из соседей в то время мог похвастать каким-либо проживающим домашним питомцем, кроме вездесущих и вечных тараканов.

Парень был несказанно рад этому событию, назвал его Троем в честь коня из древней легенды, своими руками собрал ему небольшую клетку и механическое колесо для занятий, в котором хомяк успешно разбился, потеряв сознание в очередном крутом пике. Короткая отмеренная жизнь в пару лет сократилась до одного года, однако Платон решил не отпускать маленького друга в грызуновую Вальхаллу. Несколько самых дешёвых чипов, найденных на местной подпольной барахолке, позволили создать из его крохотной тушки первую версию будущего совершенного кибернетического помощника.

– Ты разговариваешь с бывшим хомяком. А теперь я лишь бездушная машина для исполнения твоих желаний! – Платон спустил Троя на пол, чтобы он мог хоть немного размять затёкшие рессоры на ходовых подвесках.– Трой, кто настраивал твой искусственный интеллект? Я как будто со своей бывшей девушкой разговариваю.

– Перестань, друг! Где бы я был без твоей помощи и поддержки?

– Лежал бы обглоданным в ближайшей сточной канаве. Или донные бандиты разобрали бы тебя на органы. Ты всего лишь смертный, куда ни ткни – одно сплошное слабое место, – несколько капель машинного масла из шприца, который держал Платон, попали на механические части корпуса Троя, и они наконец-то перестали противно поскрипывать.

– Я понял, что ты сегодня не в настроении. Тогда ты совсем не обрадуешься, когда узнаешь, что я задумал.

– Отлично… Очередная твоя гениальная идея? Мало того, что нас ищут ускоглазые из Синдикатов, что мы задолжали Бивню кругленькую сумму, так ещё и пить стал по-чёрному. Заменил бы себе хотя бы печень с почками, мне бы так было спокойнее, – Трой ненадолго сменил саркастичный тон на более дружелюбный.

Изначально Платон хотел просто “оживить” своего хомяка, однако примерно на пятнадцатом апгрейде произошла судьбоносная и удачная ошибка для них обоих. Хакер-нелегал из средних уровней города, перепутав многочисленные заказы, вместо простого обновления софта поставил киберхомяку экспериментальную программу для дистанционного взлома любых электронных устройств и замков. В один момент парочка попала в топ списка самых разыскиваемых лиц потомками якудза, а долгое время им ускользать удавалось только из-за отсутствия датчиков и чипов на теле Платона.

– Меня в любой день могут грохнуть, думаешь, что состояние здоровья сильно беспокоит? К тому же то, что я задумал, почти безопасно.

– Да. Как и моя красота. Совершенный взломщик в не менее совершенном теле, – Трой кружился возле зеркала, любуясь таким безупречным отражением себя.– Ключевое слово – почти! Рад слышать это от причины моей первой смерти. Вселяет в меня надежду на завтра. А ещё, я не думаю, что это законно. – Трой, сам факт твоего существования незаконен.

– Мы с тобой залезем в закрома к самому Беку, – Платон присел рядом с ним и использовал самый заговорщический голос из имеющегося арсенала.

– Что??? Давай сразу же застрахуем твою жизнь.

– Зачем, я не собираюсь в ближайшее время умирать.

– Твои намерения говорят об обратном.

От одного упоминания Бека в разговоре у местных жителей непроизвольно начинали трястись поджилки. Жестокий и властный хозяин нескольких ночных вирт-баров обладал небольшой собственной армией наёмников, строго смотрящих за обширными владениями работодателя. Про его личную коллекцию артефактов слагали городские легенды, передававшиеся и приумножающиеся из уст в уста. Во всём Мирогороде трудно было сыскать более неудачную кандидатуру для воровской операции.

– Одна девица из “Чёрного лотоса” мне вчера проболталась, что видела у Бека в кабинете настоящий шлем от скафандра с четырьмя красными буквами СССР. Он мне нужен, пока не знаю зачем, но нутром чувствую это! Желающих приобрести тоже будет навалом. Чудила настолько любит старину, что даже замки у него древнего образца – механические. Вот почему ты должен пойти со мной, – зрачки Платона загорелись нездоровым огнём, а на заднем фоне белков забегали маленькие чертята.

– Ну, тогда просто не хочу…– Я ни за что не пойду туда! – Почему? – У меня очень низкий заряд батареи. – Твоя батарея рассчитана на девяносто девять лет…

Впервые за двадцать лет хозяин просил от питомца, чтобы тот покинул своё относительно безопасное убежище и выбрался в открытый мир, о котором тот столько знает только в теории.

– Трой, я что-то придумаю для нашей безопасности.

– Я уже придумал. Нам не стоит туда лезть. Закрываю свои прекрасные глаза и прям вижу, как ко мне подкрадывается маленькая Смерть с такой же маленькой косой, – механический питомец закрыл биоимпланты и отвернулся к стене.

– Эй, я тебя хоть раз подводил?

– Те двадцать раз не считаются?

Только присмотревшись поближе можно было поподробнее разглядеть на блестящем боку киберхомяка надпись “Трой Ver.2.0”, после чего становилось понятно, что точка между цифрами была лишь небольшим сколом металла.

– Обещаю, что всё пройдёт, как по маслу. Теперь мне нужно выйти в город и кое-что прикупить для дела. Полусинты обещали достать одну штуку, без которой я и сам на дело не пойду.

* * * * *

Глава 2. Со дна постучали

Выход наружу для Платона всегда сопровождался лёгким чувством тревоги и нарастающим со временем беспокойством. Жизнь в Мирогороде всё больше была похожа на полноценную компьютерную симуляцию, в которой властвовали потрясающая пятимерная графика и отвратительный ежедневный сюжет.

Неоновые вывески на каждом шагу били по глазам навязчивой рекламой, от чего частично спасали контактные линзы, имитирующие глазные импланты. Средние уровни мега-города, где обитала парочка коллекционеров, кишели полицейскими и частными дронами, под ногами то и дело бегали роботы-помощники по своим суетливым делам. Вездесущие камеры ежесекундно сканировали всех прохожих, считывая информацию с датчиков идентификации личности, передавая и обрабатывая уведомления прямо на ходу.

– Попробуйте новый Драйв! Чистый энергетик, никаких натуральных компонентов и лишних витаминов, – синт с монитором вместо головы приближался к Платону, предлагая свой полулегальный товар.

– Мне это не нужно, – мужчина ещё сильнее натянул капюшон, чтобы привлекать как можно меньше излишнего внимания.

На его ногах были лёгкие, почти бесшумные кроссовки безвестной фирмы, а сверху – тёмно-зелёный костюм из токсинозащитной ткани. Сложно было придумать более универсальную и непримечательную одежду из имеющихся на рынке вариантов. Легко смешавшись с такой же серой и блёклой массой, Платон направился по движению бесконечного людского потока.

Несколько автомобилей пронеслись на транспортном ярусе, что располагался на пару десятков метров выше пешеходной зоны. Машин и техники в целом на средних уровнях было гораздо меньше, чем на верхних и нижних, а скопление в одном месте нескольких единиц вообще было большой редкостью.

– Сколько нужно роботов, чтобы вкрутить лампочку? – какой-то полуодетый полусинт приставал к проходящим мимо, громко крича шутку дня и скрипя коленными механизмами.

Огромная вывеска “Чёрного лотоса” манила Платона своими многообещающими соблазнами: горячительными коктейлями, азартными играми и трёхмерной имитацией красивых женщин. Едва вспомнив прошлый вечер, он уже планировал новое посещение злачного заведения, плотно подсев на новенькую вирт-стриптизёршу Далилу и её мастерство соблазнения.

– Хэй, Плата! Я знаю, о чём ты сейчас думаешь, – голос киберхомяка раздался из микронаушника в левом ухе.

– Трой, у тебя нет такого функционала, чтобы читать мои мысли, – сменив носовой фильтр, спасающий лёгкие от запылённой атмосферы и летающих в воздухе токсинов, мужчина направился в сторону лифтового комплекса.

– Ты забыл, что я вижу абсолютно тоже самое, что и ты. Вчера к тому же обновил интерфейс, пока ты так старательно убивался в баре. Зацени, что теперь могу делать.

Платон посмотрел в одну из зеркальных поверхностей, закрывающую витрину магазина одежды для полусинтов. Контактные линзы на его роговицах каждые несколько секунд меняли цвет от самых обычных до ядерно-ярких, пока не остановились на жёлтых смайликах.

– Убери это, я же пытаюсь быть максимально незаметным.

– Плата, всему миру плевать на тебя хотелось. Они бы это и сделали, если бы слюны хоть немного выделяли. У тебя есть только я, чудо инженерной мысли и совершенное безупречное создание, – Трой на мгновение вывел своё изображение на поверхность глаз друга.

– Я рад, что мы стали ещё ближе. Возможно, это позволит избежать повторения ситуации с наёмниками Бивня, – Платон чуть ускорил шаг, обгоняя очередного прохожего.

– Не думал, что ты такой злопамятный. Сколько раз ты умирал на деле из-за меня? Ноль! Сколько раз мне доставалось из-за твоей безалаберности? Десятки! – Трой замолчал на пару минут, изображая глубокую душевную обиду.

Несколько вылазок для изъятия драгоценных вещей у многоимущих чуть не закончились для Платона трагично. В самый ответственный момент, когда нужно было открыть очередную электронную дверь дистанционно, с Троем приключалась какая-то беда. Хомяковое прошлое не оставляло его в покое, так и пытаясь устроить ему скорую и неожиданную смерть. То тяжёлый томик “Дюны” Фрэнка Герберта накроет, упав прямо с верхней полки, то маленькое мехосердечко чуть не выпрыгнет из груди от громкого автомобильного сигнала за окном.

Каждый раз чудом выбравшись из подобных передряг, Платон возвращался в свою холостяцкую берлогу и заставал там одну и ту же весьма печальную картину. Крохотный друг и помощник ждал его на полу или на инструментном столе, развалившись на кучу отдельных деталей и дешёвых имплантов. Собирая заново очередную версию Троя, он старался учитывать ошибки прошлого, добавляя изменения и усовершенствования в сложную конструкцию. Самая главная деталь – “черный ящик” – чип, содержащий искусственный интеллект киберхомяка – единственное, что оставалось неизменным с самой первой переделки.

– Трой, ты сможешь это закрыть?

– Свой рот.– А что я не мог когда-либо закрыть?!

– Оп-па! Твоя очередь грубить? Обожаю эту игру!

– Нет, я пытаюсь сосредоточиться. Карман явно что-то опять выкинет. Не доверяю этому чудику, но у него самые крутые шмотки и запасные детали в Мирогороде, – Платон занял очередь на один из грузовых лифтов, ведущих на донные уровни.

Карман был одним из самых влиятельных дельцов на нижних уровнях, обладая несколькими подпольными магазинами, торгующими всем подряд. За определённую сумму торговец был готов предложить ворованный легальный товар Синдикатов, цифровые наркотики и энергетики, почти любые импланты и даже взломанное огнестрельное оружие. Полусинт заменил себе примерно половину органов и частей тела, не касаясь только собственного лица. Было в этом что-то сентиментальное и старомодное, однако, он сам считал, что так будет лучше для бизнеса, подчёркивая тем самым свою уникальность и индивидуальность.

Огромные распашные двери лифта раздвинулись со страшным скрипом, впустив в себя всю толпу желающих. Каждый вошедший выбрал конечную точку своего маршрута на выехавшем мониторе, после чего система автоматически списала с личного счёта необходимое количество кредитов в качестве оплаты за проезд.

– Осторожно, двери закрываются. Следующая остановка – Северо-Запад нижних уровней. Хорошего вам дня, – грубый механизированный голос отчеканил каждое слово, а затем лифт плотно закрыл герметические двери.

Огромная коробка с людьми и роботами пришла в движение с бешенной скоростью, направляясь сначала вниз на несколько этажей, а потом куда-то в сторону. Пассажиры были вынуждены держаться за поручни, чтобы не скатиться в одну большую живую био-мехо-кучу. С каждой остановкой внутри лифта оставалось всё меньше народа и всё меньше кислорода, пока Платон и сам не добрался до нужной станции.

– Я даже отсюда чувствую, как там вокруг смердит. Примерно, как от тебя после очередной попойки, – Трой молчал слишком долго, до этого момента тихо наблюдая за перемещениями друга.

Донные уровни представляли из себя огромную дышащую клоаку, куда стекались все помои мега-города, в прямом и переносном смысле этих слов. Беднота и прочие самые нищие слои населения, контрабандисты и мошенники, теневые наёмники, цифровые наркоманы и прочий сброд устроили себе здесь пристанище по многим причинам. Полное отсутствие полицейских дронов и камер наблюдения, наличие дешёвых серийных имплантов прошлых поколений, пониженный уровень токсинов и малое количество попадающего ультрафиолета позволяли вести спокойный маргинальный образ жизни, который наверху они себе разрешить не могли.

– Молодой человек, дайте добро спросить! Можете подкинуть парочку кредитов для восстановления жизнедеятельности. Не хватает энергетика для ясности сознания, – полусинт со стальными конечностями, сидящий прямо в большой куче пыли, тянул одну из них для получения подачки.

– Сам на мели. Иди лучше работай, вон какой здоровый, – Платон ругнулся на попрошайку и завернул на соседнюю улицу.

Благодаря изобретению биоимплантов средняя продолжительность жизни людей увеличилась до ста двадцати лет, были побеждены почти все смертельные болезни, однако смысла в таком длительном сроке не прибавилось. Большая часть обитателей Мирогорода занималась ежедневной рутиной, пытаясь выжить в очередной период от крохотной зарплаты до мизерного аванса. Каждый десятый горожанин прозябал исключительно на социальные пособия, которых едва хватало на самую дешёвую синт-еду и скромную ежедневную одежду. Люди часто говорили об этом и верили в то, что настоящая жизнь и изобилие были только на верхних уровнях, хотя в наказание им же достался и самый высокий показатель летающих токсинов.

– Трой, я что-то немного запутался… Выведи на экран оптимальный путь до магазина Кармана, – Платон поправил микронаушник, который так и норовил покинуть насиженное место в левой раковине.

– Плата, ты же даже свою задницу в темноте без меня не найдёшь. Два квартала после башни Эйфеля, всё время иди на запах гнили, – помощник искренне обрадовался тому факту, что хозяин не мог без него обойтись даже полчаса.

Мужчина заметил вдалеке очертания некогда величественного сооружения, олицетворявшего целую нацию. Ржавые останки монументальной конструкции частично разобрали на детали обитатели донных уровней, остальное же осталось на виду, как напоминание о великих и страшных древних временах. Безмерно разросшиеся мегаполисы, столицы исчезнувших государств Париж, Берлин, Москва и Пекин соединились в единый город, в котором согласно переписи 2250 года, насчитывалось порядка двадцати миллиардов населения. После Большой Техногенной Катастрофы огромная часть суши по всей планете стала необитаемой, а всё виновное человечество в бедах планеты слиплось и перемешалось на десяти процентах ещё пригодных для жизни территорий. Единый мир без деления на страны и религии, национальности и языки, о котором так грезили фантасты-утописты, оказался не таким уж фантастическим и райским местом, скорее напоминая филиал ада на Земле.

– Когда-то здесь было очень красиво и только богатые люди могли здесь отдыхать. Интересно, как мир перевернулся с ног на голову за два с лишним века, – Платон обходил и перепрыгивал многочисленные лужи из стоков, которые в изобилии были разлиты на разбитом тротуаре.

– Да ладно тебе, у нас тоже полно классных мест в городе. Только мы их никогда не увидим в живую, потому что ты плохо работаешь, а я всего лишь ультрапрокаченный домашний питомец, – Трой показал на правой линзе друга несколько изображений из элитных кварталов верхних уровней.

Вглядевшись в лица проходящих мимо прохожих, Платон заметил, что они делились всего на три мужских и три женских вида. Видимо, не так давно на чёрный рынок выбросили очередную партию одинаковых и дешёвых биоимплантов, которые быстро заполонили растущую потребность в замене старых деталей. Каждый шестой встречный полусинт повторялся внешне, а однотонная и тёмная одежда ещё больше усугубляла их схожесть с манекенами из сетевого супермаркета.

– Я что, похож на попугая? Мои гидравлические системы на лапах не рассчитаны на такие нагрузки. А падения с высоты твоего роста я тупо не переживу. Учитывая, что ты себя-то на ногах еле держишь, лучше сразу выкинь меня в окно и закроем эту тему, – Трой замолчал на минуту, подготавливая ещё несколько десятков вариантов ответов на возможные предложения.– Трой, в следующий раз ты пойдешь со мной. Посмотришь на большой мир своими глазами. – Ногами пойду? – Почему бы и нет? – Потому что с моими габаритами шанс быть раздавленным в этом городе девяносто девять процентов и один процент на то, что меня унесет какая-нибудь мехоптица. Я проживу вне этой комнаты ровно двадцать секунд! – В моём кармане. – Давай тогда сразу в ботинке! В карман ты положишь целого хомяка, а достанешь меня по винтикам. Я уже молчу про терморегуляцию батареи, надеюсь, что ты знаешь, что такое батарея, потому что первое слово ты даже не запомнил. – Тогда на плече.

Механическая танатофобия – такой диагноз поставил Платон своему маленькому помощнику ещё несколько лет назад. Пройдя ряд диагностик и онлайн-консультаций, он так и не смог понять причину, по которой его друг так боялся приближения смерти. Знакомые айтишники терялись в догадках, перебирая код и выискивая возможный баг в софте. Киберхомяк панически боялся очередного перерождения, как будто оно доставляло ему физическую и моральную боль, что точно не могло быть правдой.

На транспортном ярусе, пролегающем совсем рядом, сновали многочисленные неопознанные объекты, представляющие из себя несколько сваренных частей кузовов автомобилей с ближайшей городской свалки. По внешнему виду уже совершенно невозможно было определить, какой марки и модели они принадлежали, однако, оставались поводом для большой гордости донников. В отличие от жителей средних уровней большая часть местных могла себе позволить купить, собрать или угнать чужой тарантас для передвижения. Ядерные мини-батареи обеспечивали почти бесконечный запас хода, встроенный автопилот устранял все возможные столкновения, от чего единственная забота для владельцев заключалась в том, чтобы периодически проверять и обновлять сварочные швы.– Сколько нужно роботов, чтобы вкрутить лампочку? – очередной полусинт в лохмотьях топтался на месте, произнося шутку дня и мешая пешеходам.

– Пссс… Парень! В наличии имеются обалденные собачьи консервы. Ты такого продукта в жизни не ел, даже немного мяса есть в составе, – высокий полусинт с красными глазными биоимплантами подошёл к Платону слишком близко и раскрыл длиннющий плащ до самого пола.

– Твою мать! А нет, всё в порядке, – Трой зажмурился от неожиданности, представив какую-то неприглядную картину.

Грудная клетка продавца была модернизирована в ходячие полки для товара, на которых стояли несколько жестяных банок с кричащим названием “Хороший мальчик”.

– Нет, спасибо, не интересно. Вот было бы что-то для домашних хомяков, – Платон обогнул приставшего торговца, вернувшись на проложенный маршрут.

До главного магазина Кармана оставались считанные сотни метров, с каждым шагом тревога на сердце мужчины всё нарастала. Человеческие чувства в нём являлись самым сильным и слабым местом одновременно. Например, прямо в тот момент он испытывал лёгкие покалывания на кончиках пальцев и мельчайшие сокращения сфинктера. Интуиция.

– Если заметишь что-то неладное – взорви там всё к чертям. Герметизируй помещение и никого не выпускай, пока все не задохнутся, – Платон подошёл под саму неоновую вывеску, которая здесь была всего в одном экземпляре на целую улицу.

– Боевой хомяк на посту! Понятия не имею, о чём ты говоришь, но полностью готов!

Оранжевый глаз камеры считывал его лицо и пытался распознать идентификационный датчик, который был смодифицирован Троем для обмана сканеров.

– Проходите, Иванов Иван Иванович, – прозвучал металлический холодный голос, и входная дверь раздвинулась, впуская внутрь новенького клиента.

– Трой, ты серьёзно? Другого имени не мог придумать?

– Да ладно тебе, прикольно же вышло. Очень скрепно получилось и подчёркивает твоё простецкое происхождение, – киберхомяк издал звук очень похожий на симуляцию смеха.

– Будь повнимательней. Ты – моя единственная страховка.

– Такой большой мальчик, а боишься? Всё будет хорошо, сильно не вибрируй.

Из-за вечной нехватки средств и нелегального образа жизни Трою достались многочисленные нелицензионные обновления, которые во многом сформировали его непростой характер. При всех его очевидных недостатках и появившихся фобиях во всём Мирогороде не существовало более крутого и прокаченного взломщика. С каждой модификацией от хомячьей тушки оставалось всё меньше живых тканей, заменённых на отмычки, крючки и пружинки для механических замков, а искусственный интеллект самообучился до совершенства во вскрытии всевозможных электронных препятствий.

– Какие люди и без охраны! Последняя плоть во всём мега-городе, не тронутая чипами, – Карман растянулся в огромном кресле, потягивая электронную сигарету.

– Предпочитаю называться Платоном. Я пришёл насчёт сделки, обсуждали её с тобой на портале, – мужчина встал напротив стола, с любопытством рассматривая обстановку вокруг.

Первом, что сразу бросалось в глаза, были две мини-турели, сурово уставившиеся на посетителя из верхних углов кабинета босса. Многочисленные редкие импланты украшали стены, демонстрируя состоятельность и влиятельность теневого дельца. Сам хозяин был очень колоритным – с огненно-рыжей длинной бородой, с огромным тучным туловищем, из которого торчали четыре биомеханические руки, с тяжёлым взглядом маленьких чёрных очей.

– Зачем тебе этот костюм? Думаю, что определённым людям наша сделка не понравится, – Карман сделал глубокую затяжку и сложил все верхние конечности перед собой на столе.

– Потому я и плачу двойную цену. Чтобы мне не задавали лишних вопросов и не распространялись о сделке третьим лицам, – Платон сильно волновался внутри, но старался не показывать виду снаружи.

– Такая рожа у него, прямо просит хороших люлей! – Трой высказал своё очень важное мнение через наушник.

– Хорошо, давай перейдём к осмотру и обсуждению условий, – контрабандист нажал на секретную кнопку в ручке кресла и из стены выехала скрытая ранее панель.

– Ух ты! Я такую штуку видел только на военных серверах. Плата, ты – реальный отморозок, зачем тебе такое? – киберхомяк присвистнул в тот момент, когда распознал картинку.

– МПЭ последней модели. Маскировочный пуленепробиваемый экзокостюм… Легчайшая нано-ткань, режим полуневидимости, защита от пуль мелкого калибра, почти ничего не весит и автоматически подгоняется под размер носителя, – Карман зачем-то решил прорекламировать товар, хотя покупатель знал про него гораздо больше нюансов.

– Такие костюмы поступили на вооружение в армейские части и полицейский спецназ всего месяц назад. Ты мог достать такой, только имея проверенные связи в Синдикатах, – Платон снял броню с постамента, покрутив в руках и проверяя целостность состояния.

Экзокостюм состоял из мельчайших чешуек, чем-то напоминая средневековую кольчугу, однако весил едва больше двух футболок из синтетических нитей. Он заманчиво поблёскивал новизной в тусклом свете кабинета, так и просился скорее оказаться на теле нового хозяина.

– Не обязательно. Мои друзья из чёрных донников тоже могут многое достать при наличии отличной мотивации. Ты бы видел их щенячий восторг, когда эти ребятки услышали про тебя. Твоё девственное тело, не покрытое рубцами, без единого импланта. Такое хрупкое, редкое и старомодное, – Карман нажал очередную кнопку, встроенную в ручку кресла, и мини-турели ощетинились, выдвинувшись ближе к покупателю.

– Что бы ты не задумал сейчас – скоро об этом пожалеешь. Я пришёл сюда, чтобы заключить честную сделку и мне не нужны неприятности, – Платон прижал обновку к себе, как будто она сейчас могла его спасти.

Наружные двери открылись и в проёме показалось два силуэта, не предвещавших ничего хорошего. Зрачки голубых естественных глаз Платона расширились, что было видно даже через контактные линзы. Вся его кожная поверхность покрылась мурашками, а волосы на руках вздыбились от предчувствия надвигающихся действий.

– Я навёл о тебе справки. Ни родни, ни друзей, ни близких. У тебя даже работы постоянной нет. Никто не кинется тебя искать, – при этих словах Кармана двое новеньких участников двинулись в сторону Платона, с каждым шагом всё больше выходя из тени.

Тёмные сплошные комбинезоны из непромокаемой ткани, мощные стальные корпуса вместо грудной клетки, слегка покрытые ржавчиной, отвратительные безвкусные рожи с неаккуратно торчащими имплантами – донные контрабандисты пожаловали на сделку в качестве третьей заинтересованной стороны. Городские легенды кричали о том, что это была самая жестокая группировка на нижних уровнях, не гнушавшаяся ни похищениями, ни заказными убийствами, ни продажей живых органов для любителей ретро.

– Даже твоя бывшая была симпатичнее. Не дрейфь, я уже придумал кое-что, – голос Троя зазвучал в микронаушнике как раз вовремя.

– Лучше не рыпайся. Не хочется повредить твою симпатичную мордашку. Больно не будет. Больно уже никогда не будет, – голосовой чип превращал речь одного из бандитов в подобие механического карканья.

Мысли в голове Платона лихорадочно забегали, а мозг выдавал кучу неправильных вариантов для спасения. Ни в одном из них не удавалось убраться из кабинета продавца в целости и сохранности.

– У ну-ка руки свои немытые убрали от моего кореша! – киберхомяк вывел своё грозное изображение на большой монитор, висевший на стене.

– Это что ещё за шерстяной зверёныш? – Карман развернулся вокруг своей оси, сложив все четыре руки на груди.

– Мамке своей привет передай! Она должна меня помнить, – Трой изящно отодвинул вверх средний палец на биомеханической лапе.

– Тебе чего надо? Как пробрался в мою сеть? – делец проигнорировал оскорбления и продолжал делать вид, что всё у него под контролем.

– Лучше проверь свой счёт. Тебя ждёт небольшой сюрприз.

Карман резко развернулся к столу, набрал на панели длиннющий пароль и застыл в онемении.

– Где мои деньги, грёбаная мышь??? – торговец соскочил с кресла, в два шага подошёл к монитору и оторвал его от стены механическими конечностями.

– Друга моего отпусти и снова их увидишь. Хоть один волос упадёт с его головы, и я на всю сумму закажу жёлтых пластиковых уточек для ванны, заполоню все нижние уровни миллиардом кричащих игрушек! Имей ввиду, что я знаю, сколько на нём было волос с утра, – Трой выдал речь и изобразил некое подобие улыбки победителя.

– Это невозможно… Мой сервер невозможно взломать… – Карман повесил, как смог, монитор на место и вернулся в кресло в весьма озадаченном виде.

– Тебя кинули, когда сказали, что он стопроцентно защищён. Сами же установщики оставили пару лазеек на всякий случай. Вдруг ты надумаешь их кинуть, хитрозадый ты говнюк, – Трой как будто даже немного сочувствовал расстроенному дельцу.

Платон наконец-то вышел из ступора, осознав, что помощник только что спас его шкуру в прямом и переносном смысле.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.