Анатолий Овчинников
Ловушка времени. Освобождение

Глава 1
Разведка без боя.

Газета с анонсом на всю первую полосу и с портретом Гагарина повергла всех в шок. Первым пришел в себя самый беспечный молодой человек по прозвищу Плюшка: «Ну, а что? – может, газета старая?».

– «Да, вчерашняя», – съязвила Катенька.

Фидель-Федя был среди собравшихся экс-космонавтов не только самым взрослым в свои 19 лет, но и самым сообразительным. Среди затянувшегося молчания он предложил отсканировать эфир на предмет получения хоть какой-то информации из внешнего мира. Все бросились к своим смартфонам, но, увы, интернета – и это естественно – не обнаружилось, как и никаких радиостанций в FM-диапазоне (УКВ). Других радиочастот (короткие, средние и длинные волны) в их телефонах не было предусмотрено.

– «Ладно, со связью разберёмся потом, а пока надо определится что у нас с продовольствием и вообще со всем остальным», – это Павлик вернул себе роль предводителя космической ватаги. Половина припасов оказалась в оставленном за порталом рюкзаке, но все равно нашлось несколько банок консервов, прихваченных со стоянки, концентраты в пакетах, брикетах и просто в порошках – только надо разводить водой и греть, а можно и не греть – на любителя. Ребята знали из собственного опыта, что лучше не интересоваться из чего именно изготовлены консервы и прочая бакалея с планеты Тэнь. Это как с блюдом грузинской кухни «Жричёдали».

То есть, надо было бы озаботиться добычей какой-то местной дичи – но зайцы вокруг не прыгали, и вальдшнепы не летали. Вся надежда была на рыбалку: вокруг океан, а в центре острова манила к себе огромная голубая прозрачная лагуна.

Вся компания поднялась на холмик, с которого стекал в озерцо водопад. Перед ними открылась вся панорама довольно приличного по размерам острова, вытянутого в одном направлении километров на 5-6, а поперёк на 2. Ландшафт выглядел как растянутая подкова, в центре которой было большое озеро-лагуна, окаймлённая широкой полосой заросших пальмами и кустами пляжей. Свои новые владения надо было хорошенько изучить, и в путь вокруг острова отправилась экспедиция из Фиделя и Плюшки.

Оставшиеся пытались соорудить какой-нибудь навесик от солнца из подручного материала и своего сохранившегося туристского снаряжения. Павлик разбирался с вооружением: имелся бластер – это как стратегическое оружие, хотя и ближнего боя, два лучемёта-лазера (ещё два оставили кентаврам, научив как ими пользоваться), арбалет с десятком стрел-дротиков парализующего действия, то самое Катенькино самодельное копьецо, прихваченное как сувенир, но теперь оно вновь становилось боевым; был еще в арсенале здоровенный тесак из метеоритного железа, подаренный кентаврами, ну, и ножи поменьше и побольше – всякие. В бластере оставалось несколько зарядов, лучемёты – один был заряжен почти полностью, другой наполовину, но его можно было подзарядить. Как и всё прочее, что у них имелось на «электрической тяге», включая телефоны, камеры, переговорники и т.д. Да, ещё ведь оставался один-единственный дрон-коптер с видеокамерой, дрон-разведчик, надо было только его подзарядить и потом осмотреть с его помощью дальние окрестности – ну, море, то есть…

Подзарядка имелась просто шикарная: во-первых, можно было запитываться от робота – у него была установлена свежая энергокапсула, – но энергию робота лучше поберечь, а имелась еще вообще бесплатная и практически вечная подзарядка в виде солнечных батарей. Но не в привычном для нас виде, а из выполненных в виде свернутых в рулоны или сложенных в пакеты наборов тончайшей специальной светоулавливающей плёнки, которая преобразовывает свет в энергию. Всего было и делов, что разложить эти рулоны, подсоединить что надо и заряжай – не хочу. Даже ночью работало, но медленно.

Между тем далеко-далеко и высоко в небе стал заметен инверсионный след от невидимого самолёта. Значит, они попали примерно в своё время, оставалось установить дату поточнее – неужели газета с Гагариным была свежая? Это многое меняло. Как они смогут вернуться в человеческое сообщество из будущего, с набором фантастических для этого времени устройств и приспособлений, да ещё с рассказами о своих невероятных путешествиях и приключениях? Хотя, неверующим в чудеса они могут предъявить фото и видео-подтверждения.

Плюшка – из разведгруппы – почему-то вернулся один, а вернее прибежал, запыхавшийся и взволнованный, без Феди. Вот его сбивчивый рассказ.

– «Мы прошли по левой стороне острова по пляжу, где-то через километр вышли на протоку из океана в лагуну, перешли её – она мелкая, а вот дальше увидели небольшую пристань на берегу с пришвартованной яхтой. Мы с Федей обрадовались и побежали к этой яхте, но тут он схватил меня за рубаху и опрокинул на песок, зажав мне рот рукой. «Тише, ты, тише, не ори»– это он мне, – «видишь, из-под пирса вылез человек с автоматом, кто знает, что у него на уме?».

Мы залегли на песок и стали наблюдать в бинокль. Человек с автоматом ходил по пирсу, спускался на пляжик, курил и что-то насвистывал. Он не был одет как военный – так, какой-то босяк с оружием, что и пугало больше всего. Затем из-за пальм к нему подошел ещё один человек в защитного цвета рубахе и с пистолетом в кобуре на поясе. Они о чём-то поговорили и разошлись. Этот, в рубахе и с пистолетом вернулся в лесок, а мы с Федей потихоньку пошли за ним.

Там среди пальмовой рощи оказалась поляна, застроенная бунгало из бамбуковых стволов и палок с пальмовыми листьями на крышах. На одном бунгало двери и окна были обмотаны колючей проволокой, а у дверей стоял ещё один полуодетый человек с винтовкой в руках. За поясом у него было мачете. Тот, с пистолетом, сел в одно из кресел в тени, достал спрятанную в траве бутылку, налил оттуда в стакан и принялся из неё попивать, попыхивая сигарой. Похоже, это был главный здесь. Он был белый, в смысле, европеец, а те двое других, по-видимому, малайцы или китайцы с филиппинцами – Федя не смог разобрать.

В дверь бунгало кто-то принялся стучать изнутри. Белый с сигарой крикнул малайцу с винтовкой, и тот подошёл и открыл задвижку на двери. Оттуда вылез человек европейской наружности в шортах, тенниске и панамкой на голове – они говорили – и довольно бурно – с белым с сигарой, после чего белый кивнул малайцу и тот повел человека из бунгало в кусты, направив винтовку тому в спину.

Вскоре они вернулись, но из бунгало вышла молодая девушка, человек в шортах зашел вовнутрь, а малаец повёл в кусты эту девушку. Когда вернулась эта пара, белый с сигарой что-то приказал малайцу и тот вошел в бунгало, откуда затем вытащил за волосы белую женщину в платье. Та визжала и сопротивлялась, в неё вцепились девушка и мужчина в шортах, все кричали друг на друга. Тогда белый в шортах размахнулся и врезал кричащей даме по щеке – та откинулась навзничь, но зато замолчала. И пленник, и девушка кинулись на этого белого, но тот достал пистолет и выстрелил в воздух. Все затихли. Этих троих бунтарей снова заперли в бунгало. Белый налил себе ещё стакан, а малаец с винтовкой продолжил ходить вокруг бунгало.

Так вот. Федя говорит, что это индонезийские пираты. Они захватили яхту, путешественников забрали в плен и теперь наверняка требуют за них выкуп. Сам он остался наблюдать дальше, а меня прислал рассказать всё вам. Я заснял что мог на видео – вот, смотрите». И Плюшка включил запись на своем гаджете. Там всё было примерно так, как Плюшка и рассказывал.

Павлик решил запустить дрон-разведчик, который помимо передачи «картинки» мог работать в режиме ретранслятора сигналов, то есть обеспечивал связь – можно было в определённом радиусе общаться по своим телефонам. Когда дрон поднялся над пальмами, Вовчик направил его в сторону пиратской пристани и одновременно начал вызывать Федю по переговорнику. Тот вскоре объявился «в сети».

Коптер пришлось поднять повыше – что увеличивало дальность сигналов, но уменьшало, хотя и ненамного чёткость изображения. Зато пираты гарантированно не обнаружили бы эту назойливо жужжащую «муху». Просмотр пиратской пристани с моря дал не очень позитивный результат: за небольшим мыском – чуть дальше от бунгало с пленниками и вне зоны наблюдения со стороны Феди – оказалась еще одна бамбуковая пристань, у которой стоял приличных размеров катер с навесным мотором, у которого на носу был установлен пулемёт. За рулём сидел малаец с тюрбаном на голове и крутил ручку настройки большого радиоприёмника. На берегу у костра сидели ещё трое в лёгких одеждах и что-то жарили на вертеле. Рядом лежали их автоматические винтовки. За ними виднелись два бунгало с закрытыми дверями – кто и что там было – неизвестно.

Закончив разведку, решили отозвать Федю в свой лагерь на большой военный Совет, а коптер оставили еще немного повисеть для получения возможной дополнительной информации.

Большой военный Совет и его последствия.

Дано: пленников – трое, пиратов – семеро и все вооружены.

Нас: пятеро плюс робот Ай и мы тоже вооружены, можно сказать «до зубов».

Задача: обезвредить пиратов (при этом никого не убить), освободить пленников, захватить пиратскую рацию и связаться с властями.

Решение:

Сначала первым повяжем командира – белого с сигарой и пистолетом, нейтрализовав его парализующей стрелой из арбалета;

Затем так же устранить двух охранников возле бунгало и у пристани;

Потом освобождаем пленников и даём им пиратское оружие;

Все вместе с криками «Ура» выскакиваем из зарослей на поляну с костром и ко второму пиратскому пирсу – пираты будут вынуждены сдаться, не успев выхватить оружие;

Допрашиваем пиратов – где рация? (она может быть и на захваченной яхте) – и передаём сообщение «куда надо»;

Готовимся к возвращению на Родину;

Первые два пункта можно поменять местами – то есть, «идём» от первого охранника ко второму, затем к боссу и так далее.

Это был план «А», предложенный Павликом. А вот план «Б», разработанный в Катенькиной голове:

– «Мы сидим тихо, как мышки, а Федя, Вовчик и робот Ай попробуют изготовить из подручных материалов (из наших всяких электронных устройств) какую-нибудь рацию-передатчик, чтоб отправить сигнал «SOS», этот сигнал услышат местные власти, или проплывающие корабли и спасут нас всех. Только нам надо морально подготовится к предстоящему свиданию с человечеством – особенно из России – мы же, получается, из их будущего! Наверное, такой фантастики никто здесь не поймёт и не примет. И что с нами будет?! И кстати – что там за водопадом? – может, можно вернуться к кентаврам. Это я так, на всякий случай» – закончила свою речь Катенька.

А вот за водопадом оказалось … ничего. Первый же, кто опрометчиво сунул голову в струи воды стукнулся лбом о каменную твердь – там была глухая стена. Портал закрылся и, скорее всего, навечно: прощайте, былые приключения и кентавры с циклопами (а ведь мы еще окончательно «не разобрались» с теми, с зелёными поганцами).

Как следует подготовившись, приступили к реализации плана «А». Здесь на первый план должны были выступить плащи-невидимки, микро-переговорники (клипса с динамиком на ухо и булавка с микрофоном в воротничок одежды) и транслятор-переводчик для общения с будущими пленными и освобождёнными заложниками. Федя подозревал, что в эту эпоху все тропические острова были либо французские, либо британские, причём второй вариант более вероятен. Где-то далеко в океане за тысячи километров должны быть американские военные базы. Ну, и корабли разных наций – в том числе и советские – должны были сновать по океану туда-сюда, правда, у них свои годами отработанные маршруты и не факт, что они пересекутся с нашим.

В первую линию атакующих базу пиратов были выделены Вовчик – как арбалетный снайпер – и Федя с лучемётом – просто как самый старший и опытный. Плащ-невидимка был для Феди коротковат (плащ был изначально рассчитан на низкорослых тэньцев), – ноги от коленей торчали снизу и шли как бы сами по себе. Во второй линии расположились Павлик с бластером и Плюшка с лучемётом. Бластер был взят просто для устрашения и демонстрации его силы в случае непредвиденных обстоятельств. В аръегарде шла Катенька со своим копьецом и медицинской сумкой через плечо. Вовчик заранее заложил в кассету арбалета комплект парализующих стрел и поставил натяжитель на минимум – чтобы стрела ничего не повредила противнику, а просто мягонько воткнулась бы ему желательно в мягкие места.

С первым часовым у пристани с яхтой проблем не возникло вообще: он, получив стрелу от невидимого ему Вовчика, сел на песок, выронив автомат, и опрокинулся навзничь – его связали и оттащили в тенёк, чтоб не помер от жары.

Подкравшись поближе к следующей своей цели, ребята увидели такую картину: белый начальник сидел в шезлонге в тени натянутого меж пальм тента, а возле одного бунгало (с пленниками) прохаживался часовой с винтовкой. Возле босса на столе стояла бутылка, стакан, лежал здоровенный револьвер, а сам крутил в руках довольно габаритный радиоприёмник, откуда периодически выскакивали обрывки музыки и человеческой речи. Эти оба, естественно, не заметили подкравшегося невидимого для них Вовчика, прятавшего арбалет под плащом, но вот Федю могли выдать его собственные ноги, которые шли по песочку сами по себе и могли насторожить любого зрителя. Поэтому он залёг немного подальше от позиции Вовчика и попытался потихоньку подползти ближе к предстоящему действию.

Вытащив арбалет из-под плаща, Вовчик в секунду успел прицелится и выстрелить с дистанции метров в 10. У шефа пиратов не было шансов увернуться, хотя он успел заметить невесть откуда возникшую в воздухе угрозу, но никакая реакция тут бы не помогла: стрела попала ему в предплечье, пират потянулся было за револьвером, но тут же рухнул обратно в кресло. Часовой, видевший движение своего шефа, подбежал ближе – может, солнечный удар или что-то в этом роде – но и его настиг такой же «удар» в виде арбалетной стрелы, и он тоже упал на песок.

Тут в действие вступили силы второй линии атаки – Павлик и Плюшка с Катенькой: они все подскочили к обездвиженным противникам и начали заматывать им руки и ноги лентой вроде скотча. Той же лентой залепили рот часовому, чтоб не заорал, когда очнётся, а вот с боссом было посложнее – мешали борода и усы, – поэтому пришлось запихнуть ему в рот майку с часового. Пленных оттащили в тень в компанию к первому.

Затем настала очередь заложников из бунгало. Но тут появилось сомнение: а нужны ли они именно сейчас – при атаке на остальную группу пиратов? – или они будут только мешать, испуганные невесть откуда взявшейся помощью, да ещё с такими невиданными «наворотами» в виде плащей-невидимок, микро-переговорников, транслятора-переводчика, коптера и т.п?

Но, всё-таки, решили их выпустить: сняв плащи и опустив оружие, один из ребят дёрнул задвижку на двери и распахнул её. Сразу был включен транслятор-переводчик (общаться-то как-то надо) и Федя своим почти взрослым голосом обратился к пленникам:

– «Спокойно, господа-товарищи! Мы ваши освободители, просьба не шуметь – не все пираты ещё обезврежены, выходите наружу и, главное, постарайтесь ничему не удивляться и ничего не бойтесь».

После этих слов пленники вышли из бунгало и нельзя сказать, что они все равно не удивились и не испугались. Они о чём-то говорили между собой и обращаясь к освободителям, но первые несколько секунд их речь оставалась для ребят непонятной (в 5-6 классах средней школы с английским было кое-как, Федя тоже в нём «не шарил»). Но потом транслятор «уловил» основные параметры нового для себя языка и включился в работу.

Как Америка дождалась освобождения.

До удивлённых до беспредела пленников стало понемногу доходить, что их освободила странная группа из трёх мальчишек, одной девочки и молодого человека, да еще с какой-то железякой на колёсиках – все они оказались из России. Да-да, из той самой России, вернее, Советского Союза, где только что отправили первого человека на околоземную орбиту – в космос! – Юрия Гагарина. Только вот как они оказались здесь одни почти без взрослых посреди заброшенного в океане острова? И почему, и откуда у них такие необычные устройства и приспособления, особенно этот электронный переводчик из фантастических книг? Плюшка попытался объяснить иностранцам кто они такие на чистом иностранном языке, вспомнив одну великую фразу: «Руссо туристо, облико морале!» – и он сделал широкий жест рукой в сторону своих друзей.

Объясняться было некогда, только Катенька подошла к женщине, у которой на щеке после удара предводителя бандитов распух синяк, достала из своей медицинской сумочки некую салфетку, приложила к больному месту и синяк тут же на «глазах изумлённой публики» начал исчезать вместе с опухолью. Так что изумляться спасённые впредь будут ещё долго.

Познакомились: это оказалась семья из Соединённых Штатов, путешествующая на собственной яхте среди островов Микронезии. Девушке было 17 лет и звали её Джейн, мать – Джуна и отца – главу семейства и заодно какой-то корпорации средней руки – Джеймс Блюментрит, но он просил называть его просто Джеймс. Но вот имена своих спасителей им запомнить с первого раза не удалось. Разве что Джейн сразу уловила, что настоящее имя Феди было Фидель – это имя было на слуху у каждого американина в те времена.

Они были захвачены пиратами неподалёку отсюда милях в 50. Пираты требовали выкуп, папа Джеймс, не обращаясь ни к своему правительству, ни к местной полиции (острова оказались и на самом деле британскими), ни к консулу на Филиппинах затребовал перевести довольно крупную сумму (300 тысяч долларов – тогда это было очень, очень много, как сейчас 3 миллиона) на счета пиратов непосредственно от своей фирмы.

Нельзя было терять время – оставшиеся пираты могли что-то почуять, или просто заглянуть к своим подельникам и тогда справиться с ними было бы очень непросто: основная надежда у ребят была на внезапность и на своё технологическое преимущество. На вопрос пойдёт ли Джеймс с ними в атаку на пиратов тот ответил утвердительно. Мало того, оказалось, что он отлично был знаком с изъятой у одного из пиратов автоматической винтовкой М-14 – он с ней – по словам самого Джеймса – воевал в Корее в составе морской пехоты США против комми (коммунистов). Сам папа Джемс, правда, рвался пойти избить пирата, поднявшего руку на его жену, но наши пацаны его отговорили, сказав, что они соблюдают конвенцию по обращению с военнопленными.

Жену Джеймса миссис Джуну и их дочь мисс Джейн оставили под наблюдением Катеньки неподалёку от связанных пиратов, а вся остальная команда отправилась на следующий акт этой «драмы в океане». Мистера Джеймса ещё раз предупредили, чтобы он ничему не удивлялся и не смел подавать любые возгласы – ну, чтобы он попросту пока заткнулся и ни на что не отвлекался, а действовал как ему будет велено русскими пацанами. 40-летний глава фирмы Джеймс обещал мальчикам вести себя адекватно.

Конец пиратского гнезда.

Все расположились под пальмами с краю поляны. По-прежнему один из пиратов возился на борту их катера-шхуны (с пулемётом), а трое других суетились у костра: один помешивал в котелке какое-то варево, а двое других играли в карты. Их винтовки лежали рядом.

Павлик решил отправить коптер как можно ближе к катеру со стороны моря, чтобы пират, возившийся с радиоприёмником, безусловно был вынужден подняться со своего места, увидев необычное жужжащее нечто – в противном случае поражать стрелой его пришлось бы в лицо, а это было бы негигиенично, негуманно и неспортивно. Так и сделали: коптер подлетел с нужного борта, опустился почти на воду; пират, заинтригованный необычной (да что там – необычайной!) картиной, приподнялся со своего места, перевалился через борт и в тот же миг получил от Вовчика стрелу (напомню, что арбалет был у него не простой, а инопланетный, со всеми наворотами типа коллиматорного прицела, тепловизора, оптического «zoom» и прочее) в место для инъекций. Всё! Этот противник спокойно теперь сидел в кресле, свесив голову на бочок. Остальные ничего не заметили.

Тут же с криками «банзай» и «ура» из-за кустов гаоляна выскочила наша команда в составе Павлика с бластером, Феди и Плюшки с лучемётами, Вовчика с арбалетом и мистера Джеймса с автоматической винтовкой. Трем пиратам, застигнутым врасплох, ничего не оставалось, как поднять руки кверху и что-то залопотать на своём языке. Для верности Плюшка все равно скомандовал: «Хенде хох!», – а потом добавил зачем-то: «Гитлер капут».

Разобрали пиратское оружие, затем жестами было велено троим «ходячим» пиратам затащить своих обездвиженных коллег в бунгало, где ранее находились заложники – их тоже связали и заперли. Вскоре там все пришли в себя – из-за тонких стенок раздавалось бессвязное мычание закрытых ртов и перекатывание по полу связанных тел.

Павлик снова обратился через обруч-переводчик к спасённым заложникам: «Ответы на ваши бесчисленные вопросы мы вам дадим потом, а пока давайте убираться с этого острова и поскорее – у этих пиратов могут быть сообщники, которые могут заявиться на своих шхунах в любой момент. Что у вас с рацией?» – это Павлик обратился к мистеру Джеймсу.

– «Рацию на нашей яхте они разбили после захвата, но у них или на катере, или в одном из бунгало должна быть подходящая аппаратура, через которую мы сможем связаться с внешним миром. Давайте всё обыщем».

Прагматичный Плюшка заметил, что на острове могут быть зарытые пиратами сокровища и если их хорошенько допросить, то они нам всё отдадут. Но его не послушали – не до сокровищ.

Мистер Джеймс между тем внёс вполне резонное предложение отплыть с острова, не дожидаясь помощи извне, а то, не ровён час, и впрямь заявятся новые пираты и помощи мы тогда точно не увидим. Яхта была вполне пригодна к плаванью, имелся запас продовольствия и воды, правда, только на трёх человек, а теперь добавилось ещё пятеро. Джеймс с Вовчиком отправились на поиски рации – сперва на пиратский катер, а дальше по бунгало, а остальные занялись перетаскиванием обнаруженных запасов воды и продуктов из бунгало на яхту.

Постепенно до всех дошло, что «яхта не резиновая» и более, чем на пару дней на ней всемером не разместиться. Придумали накинуть буксирный конец от яхты на катер (чтоб быстро не истратить топливо на катере) и так тащиться в океане: на яхте 3-4 человека, на катере остальные.

Вторая пиратская волна.

В это время мистер Джеймс у рации на катере уловил приёмный сигнал – пиратская рация была изначально настроена на свою частоту связи с остальными. Там кто-то тараторил на неизвестном языке – скорее всего на суматранском диалекте малайского языка, – понять было ничего невозможно. Кликнули Павлика с транслятором. Через некоторое время из динамика переводчика полилось: «Остров, остров, говорит Ямайка! Как слышно, приём… Почему молчите? Остров, остров, говорит Ямайка, почему молчите? Мы в десяти милях, что произошло?».

Стало понятно, что к острову приближается ещё одна партия пиратов и, возможно, основная.

– «Валим, валим», – закричали вдруг русские пацаны непонятные для иностранцев американского происхождения слова. Суета возросла кратно – все забегали с утроенной скоростью: кто-то продолжал затаскивать на яхту и в катер ящики с продуктами и бутыли с водой, кто-то (в-основном, это были Павлик и Федя) озаботились доставкой вооружения, собрав всё трофейное оружие и не забыв своё родное, а кто-то – это был мистер Джеймс – пытался настроить рацию на катере на передачу сообщений. В итоге он, по совету, между прочим, простого русского мальчишки Влада-Плюшки – бросил это занятие и начал передавать в эфир просто голосовые сигналы бедствия на международном коде – «Mayday, Mayday… (Мэй дэй, мэй дэй …)». SOS надо отбивать ключом, но такового не нашлось, да и все равно никто этого не умел. При этом в эфир автоматически вылетали координаты передающей станции.

Погрузились на корабли и отчалили. Яхта – а это было парусно-моторное судно всего-то метров 12 в длину с дизельным мотором от «Крайслера» – еле тащила на буксире катер, перегруженный пассажирами и провиантом с водой. Здоровенный пулемёт типа «Браунинг» так и торчал на носу катера, отягощённый вдобавок несколькими коробками лент с патронами. Уже не только в бинокль, но невооруженным глазом стало заметно приближение довольно крупного пиратского корабля: это была рыболовецкая шхуна водоизмещением тонн в 300-400, но не размеры были главными, а автоматическая пушка «Эрликон» калибром 20 мм, установленная на баке (на носу) и двуствольный зенитный пулемёт на корме. Пираты быстро догоняли «походный ордер» наших героев – на неказистой с виду шхуне (для маскировки) также был установлен мощный дизель от военного корвета.

Раздалась очередь из пушки – воду по носу яхты вспенили фонтанчики от снарядов: таким образом было приказано остановиться.

Но сдаваться никто из наших не собирался. Тем более, опять же, преследователи не догадывались о мощи необычного оружия своих предполагаемых жертв. Как не ведали об этом и спасённые американцы. Невзирая ни на какие угрозы, мистер Джеймс приготовил к бою свою М-14. Женщины и дети (а детей-то тут теперь и не было!) были отправлены в трюм. Ну, как в трюм? – яхта была однопалубная просто с кокпитом на носу с парой кают и подсобкой – Джуне, Джейн и Катеньке рекомендовали просто прилечь на палубу.

Большая пиратская шхуна быстро приближалась к паре судёнышек «яхта-катер». Пираты явно заподозрили недоброе, увидев эту сцепку в море и не дождавшись объяснений по рации от своих подельников на острове.

Вовчик уже доставал свой любимый бластер, намереваясь немедленно пустить его в дело – последствия для пиратов были бы самые плачевные. Но тут своё слово сказала сердобольная, воспитанная на гуманистических идеях 20-х годов 21-го века, Катенька: «Не вздумай, Вова – это люди. Какие бы они ни были – это вопрос воспитания и условий жизни, – в душе они каждый сам про себя хороший, но плохими их сделали внешние условия. Поэтому – никаких жертв!».

– «Понял, не дурак», – проворчал Вовчик и прицелился, хорошенько уперевшись, в носовую часть пиратской шхуны с автоматической пушкой. Пираты, предвкушая лёгкую победу с последующей расправой над ниспосланными небесами (их небесами – как они думали) пленниками, сгрудились на одном борту, обращенном к сцепке «яхта-катер». Даже наводчик автоматической пушки бросил свое орудие и подошел в борту. Для убедительности Павлик, предварительно спросив у мистера Джеймса, велел Плюшке привязать к фалу на грот мачте (она была единственной) белое полотенце и поднять его в знак безусловной сдачи – это было исполнено.

Абордажная команда на шхуне уже готовила перебросить сходни и крючья для сцепки со своей очередной жертвой, но… Бластер – Вовчик знал об этом – мог бить далеко, выжигая всё на своём пути насквозь, но точностью он не обладал никакой. Но вот на те 50 метров, что отделяли их от пиратов – промазать было невозможно. Носовая часть шхуны появилась в прицеле.

Вовчик нажал на спусковую кнопку бластера. Через мгновение ослепительной яркости шар пронзил корпус шхуны в её носовой части у ватерлинии. Никто ничего не успел понять, как нос пиратского корабля вместе с пушкой отвалился от остальной части корпуса и начал быстро погружаться в воду. Спардек накренился, черпанул первую набежавшую волну, проглотил её и начал заглатывать всё больше и больше – вода мгновенно начала распространяться по оставшейся части корабля.

Пираты сообразили, что дело плохо и начали прыгать с бортов в воду. Из трюма выскакивали мотористы и следовали туда же за остальным экипажем. Они даже не успели спустить спасательные шлюпки. Да что там – даже спасательные круги. Полтора десятка человек барахтались в воде, стараясь убраться как можно дальше от тонущего судна.

Мистер Джеймс предложил лично расстрелять их из винтовки и пришлось ему ещё раз напомнить о международных конвенциях по обращению с комбатантами (пленными), терпящими бедствие на море: в том смысле, что надо было их доставать. Но, поскольку до острова было всего пару кабельтовых (пираты не дали нашим далеко отойти), то они вполне могли доплыть до спасительной суши самостоятельно – туда, где их поджидали пленённые ранее товарищи. Для не умеющих плавать с яхты было сброшено 3-4 спасательных круга – конвенция была соблюдена.

Прощание с островом пиратов.

Сигнал «Mayday» искал в эфире хоть чью-нибудь антенну – его могли принять как на ближайшем архипелаге, так и на отдалённых Галапагосских островах, но все рассчитывали, что на сигнал бедствия отзовётся какой-нибудь корабль с ближайших трансокеанских маршрутов. Возвращаться на «свой» остров было по-прежнему опасно, несмотря на безоговорочную победу над пиратами – те уже добрались до своих и наверняка у них там были ещё схроны с оружием. Поэтому пришлось отплывать как можно дальше, тем более, что в этой банде могли быть еще корабли в ближайшей акватории, которые также могли направляться всё к тому же Никумароро.

Катер всё же пришлось отцепить, сняв с него всё необходимое и более-менее ценное (но рацию снять не удалось, забрали только приёмник-транзистор) – оказалось очень затруднительно волочить тяжелый катер по морю, а топлива в баках было недостаточно. Павлик прожёг лучемётом несколько отверстий в днище (чтобы плавсредство вновь не было использовано пиратами), после чего катер начал медленно погружаться под воду.

Волнение моря было несущественным – 2-3 балла по шкале Бофорта, ветер здесь – в экваториальной зоне Тихого океана – скорее можно было назвать бризом, но и он помогал яхте перемещаться в северо-западном от острова направлении со скоростью 8-10 узлов, экономя горючее (для дизеля).

В ожидании спасателей последовали неизбежные многочисленные вопросы от спасённых американцев к нашим ребятам. Тем было жутко интересно всё! Особенно неистовствовал мистер Джеймс, которому было непонятно: кто это, как это, откуда, почему и зачем? Ну, не может этого быть, но оно было – мир в его голове переворачивался вверх дном, особенно, когда Павлик с Вовчиком (при участии Катеньки) попытались рассказать ему всю свою космическую Одиссею с самого начала. Его жена миссис Джуна сразу ушла в кубрик заниматься своими женскими делами, а Джейн увлеклась неожиданно Фиделем-Федей и они, не понимая друг друга (без транслятора), расположились под парусом и оживлённо, тем не менее, умудрялись беседовать.

Джеймс Блюментрит, несмотря на всю фантастичность ситуации, не потерял своей коммерческой хватки и сразу понял какие перспективы ему и его фирме сулят необычайные дивайсы и гаджеты этих загадочных русских парней. С одной стороны – понятно, что они все сумасшедшие, но с другой – аппаратура-то у них настоящая, и он видел её в деле. К этим парням надо найти подход, пока их не забрали в СССР.

Джеймс принялся обхаживать ребят посулами и заманчивыми предложениями. Он начал с того, что их на родине ждут большие неприятности, что, естественно, никто не поверит в их сумасбродные россказни о чужих мирах и гравитационных ловушках, о кентаврах и зелёном Абсолютном Зле. Вот он верит и готов предложить каждому достойное обеспечение за свой счёт, продолжение среднего образования, дальнейшее поступление в колледж или университет (по выбору), питание и проживание с медицинским обеспечением (страховкой по их понятиям) … Только сдайте ему на исследования все свои приборы и, главное, оружие – и всё будет о’кей!

Сам мистер Джеймс, оказывается, возглавлял одну из новых фирм в Калифорнии в Сан-Франциско – будущей Силиконовой Долине. Он занимался полупроводниками (новомодными на ту пору транзисторами) и самым перспективным, как оказалось впоследствии, направлением в полупроводниках – разработке и производстве кремниевых интегральных схем. Да-да, тех самых, без чего невозможно представить сегодня ни сотовый телефон, ни компьютер, ни вообще современную электронику, включая роботов, стиральные машины и даже утюги.

Особенно Джеймс налегал на Федю, смутно представляя себе где и когда тот прибился к детской компании, но Федя был вроде как взрослый и уже кое-что постиг в науках. Но не это главное, а то, как он смотрел на дочку Джеймса – на Джейн… Наблюдая за поведением этой парочки сообразительный и догадливый мистер Джеймс уже строил в отношении Феди далеко идущие планы вплоть до предложения ему стать совладельцем фирмы, которая со временем должна захватить весь мировой рынок электронной продукции. Главное, сдайте ему на хранение всё, что у вас есть – под гарантию честности и порядочности со стороны Джеймса.

Такие вот велись разговоры на яхте, дрейфующей милях в 30-40 от острова пиратов по течению и ветру, время от времени корректируя двигателем своё положение в океане относительно того же острова – чтобы их быстрее нашли.

И спасители вскоре появились. Ночью под звёздами, на которые мечтательно уставились все наши галактические странники и их новые спутники. Федя, обняв Джейн за талию (уже?!) объяснял ей буквально «на пальцах» в какой стороне тут Альфа Центавра и что там творится.

Картину звёздного неба вдруг перекрыл надвинувшийся из ниоткуда огромный корпус какого-то корабля. Он подходил по инерции без вращения винтов – на ходовые огни яхты. Это оказался пришедший на помощь терпящим бедствие американский авианосец «Рейнджер» (Ranger). В ночной тьме корабли охранения авианосца не были видны и было непонятно как собираются поднимать на борт – на высоту 10-го этажа – несколько человек с яхты. Но нет, вскоре из темноты показался моторный катер с тремя людьми на борту. Одновременно с высоты борта плавучего аэродрома длиной 325 метров кто-то орал в мегафон на английском, но разобрать ничего было невозможно.

С катера на борт яхты поднялись двое военных, к которым тут же подскочил бывший морпех капрал Джеймс Блюментрит и отрапортовал: «Сэр, яхта «Белая жемчужина» – порт приписки Санта-Барбара, Калифорния, – следовавшая с Папеэте в Гонолулу с туристическими целями была захвачена пиратами – скорее всего филиппинцами, но, возможно, малайцами – в районе экватора трое суток назад. Пираты отвезли нас на один из необитаемых островов архипелага Гилберта и потребовали за освобождение выкуп в размере 300 тысяч долларов. Неожиданно нас освободили вот эти трое мальчишек, девчонка и парень, сказавшие, что они из России», – Джеймс указал на наших ребят. «Как они там оказались – я не знаю. При освобождении нами был уничтожен пиратский корабль, а его экипаж порядка 15 человек отправлен вплавь на остров, где они и должны пребывать до сих пор. Капрал Блюментрит доклад окончил, сэр!». Джеймс не преминул – на голубом глазу – включить и себя в число освободителей самого себя и своей семьи.

Двое военных долго жевали жвачку, прежде чем решились на дальнейшие расспросы, но говорили они теперь только с Джеймсом и немного в стороне, чтобы их не слышали остальные. Через некоторое время Джеймс вернулся и, довольный сказал, что вскоре должен подойти патрульный корабль от британской администрации этих островов и дальше наши пути расходятся: они втроем продолжают свое плаванье как ни в чём ни бывало, а насчёт вас – британцы уже в курсе – они будут связываться с советским консулом в Сурабае в Индонезии. Скорее всего вас просто пересадят на советский торговый корабль, направляющийся к своим берегам. И не думайте: я ничего не рассказал о ваших фантастических аппаратах и принадлежностях. Моё предложение остаётся в силе, особенно это касается Феди – Федя даже может приехать ко мне из Советского Союза (да кто б его выпустил из хрущёвского СССР) – я всё оплачу. Собственно, как и вам. Далее последовало трогательное со слезами прощание.

Но перед этим Федя, всё-таки «сломался» и решил ехать с американином. Тем более, что юная дочурка мистера Джеймса обладала такими достоинствами, перед которыми устоять было невозможно. Федя рассудил, что в тоталитарном обществе он уже пожил и ничего хорошего там не увидел – в Советском Союзе 60-х годов (в принципе, даже неважно каких именно годов, хотя то десятилетие было одним из самых гуманных) – его, человека призывного возраста, но без паспорта и неясного происхождения вряд ли ожидало что-либо хорошее. Это пацанам-подросткам, возможно, что-либо там светит, а ему уже едва ли. С Россией-Советским Союзом его ничего не связывало, кроме русского языка, а Джеймс разрисовал такие радужные картины – только держись. Да и юная Джейн хороша! – (тут поправочка от автора – потому и хороша, что юная, а как она себя поведёт после американского ЗАГСа – одному богу известно).

Федя не только сам решился ехать в Штаты с новой (в перспективе) семьёй, но и всем остальным рекомендовал последовать его примеру. Но стойкие 5-6-классники дружно ответили будущему американцу: «Ноу, мистер Федья»! Пацаны-то помнили свой родной Воронеж и, хотя давали себе отчёт, что там их никто из родни не ждёт (папа с мамой еще не появились на свет), но надеялись на счастливое будущее в родной стране и в родном городе, где им было знакомо буквально всё. Как говорится: «Не нужен нам берег турецкий и Африка нам не нужна». Забегая вперёд скажем, что они несколько ошибались – мягко говоря – насчёт своего счастливого будущего, но тогда они этого не знали.

Прозорливый Федя-Фидель призывал их выбросить все устройства и безделушки из иных миров – особенно оружие (и даже робота) – в море и не распространяться у себя на Родине где их носило так долго. Хотя, как это – «носило»? Вообще надо помалкивать о своих приключениях и путешествиях по Галактике – им все равно никто не поверит, но зато можно сразу попасть в закрытый сумасшедший дом на принудительное лечение. Сговоритесь и держитесь одного: ничего не помню – очнулся только на необитаемом острове, вернее, уже на каком-то катере в открытом море – и всё! Что было раньше – не ведаю. Может, от вас и отстанут.

Наши ребята выслушали Федины рекомендации и принялись упаковали своё имущество в мешки из парусины, называемые по-морскому киса (с ударением на втором слоге), особое внимание уделив роботу, тщательно заворачивая его в несколько слоёв парусины – чтоб никто не догадался, что они там такое переносят. Они пересели с яхты на американский катер с авианосца и тот отвёз их в точку рандеву с британцами. Пока добрались до этой точки, ребята успели рассмотреть в предрассветных сумерках весь походный ордер авианосного соединения – десятки кораблей охранения и сопровождения. Павлик всё-таки решил незаметненько выбросить бластер в море – это штука очень опасная и довольно габаритная, не то, что лучемёт, выглядевший как обычный пистолет с магазином в рукоятке. Мало ли что могло случится у этих британцев, да и нашим соотечественникам лучше лишний раз ничего такого не демонстрировать – от греха.

Часа через два они встретились с большим патрульным кораблём, на котором их расселили по комфортабельным каютам – там, «наверху», решили, что не надо возить спасённых от пиратов детей туда-сюда (еще неизвестно кто кого спас?!), а пусть лучше они дождутся решения своей участи здесь, на месте.

По распоряжению советского консула, согласованном с британской администрацией, ребят предстояло переправить в Советский Союз на проходящем здесь вскоре советском китобойном флагмане «Советская Украина», шедшим из антарктических морей во Владивосток. Ни советский консул, ни местный губернатор не стали вникать в подробности и обстоятельства этого необычного дела, предоставив это право «кому положено».

Глава 2

Пребывание в «Цитадели зла» – в гостях на территории Великобритании.

Корабль военно-морского флота любого государства считается продолжением непосредственно её территории и обладает всеми правами экстерриториальности. То есть, наши ребята оказались как бы в Англии – бывшей владычице морей.

Их разместили в каютах: мальчиков отдельно, Катеньку – отдельно. Весьма, кстати, комфортабельных каютах, прямо как на лайнере (хотя никто их наших на лайнерах побывать не успел – только в тесных отсеках межзвёздных космических кораблей). Экипаж корабля составлял всего человек 20 – мотористы, комендоры, палубные матросы, штурман, капитан и ещё три вахтенных офицера. Гости удостоились чести обедать вместе с хозяевами в небольшой офицерской кают-компании: от завтрака (овсянка, ветчина, яичница, хлеб с джемом) до файв-о-клока (традиционный чай в 5 часов пополудни) через обед, или же брекфаст по-местному (никаких тебе щей и каши с маслом – только салатик, котлета, сборный гарнир, кофе, десерты, сигара и рюмка ликёра).

Корабль курсировал от одной группы островов к другой в районе экватора, иногда заходя в зону небольших – балла на 3-4 – штормов, но и этой болтанки хватало, чтобы кое-кого из наших космических героев выворачивало наизнанку, после чего есть они были не в состоянии. Так, Плюшка, вроде как самый прожорливый в коллективе, появлялся бледный как полотно только на файв-о-клоке, выпивал свой чай, почти не прикасаясь к сопутствующим деликатесам, и уползал в каюту. Главное – где его только не болтало перед этим, в каких только передрягах он ни побывал – ничего, а тут – на небольшой волне – пожалте! Не моряк, однозначно… Но космонавт.

Общения с британской командой не получалось: офицеры попыхивали трубкой или сигарой, вежливо предлагая подлить чаю или кофе, о чём-то беседовали меж собой, изредка обращались к ребятам с междометиями типа «Карашо, рашен», а вот матросы – те были попроще – и частенько похлопывали мальчишек по плечу, поднимая большой палец: «О, раша – Гагарин – карашо, гуд!». К Катеньке обращались «мисс Катья» и норовили подсунуть ей то кексик от обеда, то баночку малинового джема. Павлик ни в коем случае не думал доставать из кисы обруч-переводчик – во избежание международного скандала: ведь сразу кэп (капитан) передаст своим о наличии у русских боев небывалой и невиданной нигде в мире машинки-переводчика со всех языков.

Через день с вертолёта сбросили на палубу почту, в том числе свежие английские газеты. Ребята особо ничего не понимали, но было ясно по портретам, по фото и по заголовкам, что мир всё ещё был в восторге от полёта Юрия Гагарина, а до наших пацанов никому дела не было. Да-а! Вот если б все узнали о гостях из будущего, о том где они побывали, в каких диковинных мирах, что видели и что познали! Никакие сказки Шахерезады и никакие эпосы в подмётки не годятся их реальным приключениям. Вот бы кто книгу написал…

Вот и местные морские бродяги-англичане тоже не подозревали кто у них оказался в гостях. Ну, ничего, возможно вскоре мир узнает о своих новых героях, и тогда этот несчастный корабль сами англичане поставят в музей и будут водить сюда экскурсии: «Здесь несколько дней жили космические бродяги Павлик, Вовчик, Катенька и Влад по прозвищу Плюшка» – примерно такие мечтания закрадывались в голову последнему между приступами рвоты (проза жизни – ничего не поделаешь…).

Однажды им передали радиограмму из советского консульства в Сурабае: «Через два дня на меридиане островов Феникс вас подберёт китобой «Советская Украина», точка рандеву с координатами (далее следовали широта и долгота – авт.) сообщена капитану британского судна. Вам следует передать через него свои имена, фамилии, год и место рождения, сведения о родителях. Переводчика у британцев нет, они передадут радиограмму с этими данными кириллицей – мы должны сообщить эти сведения в Москву в МИД. Подтвердите полное отсутствие документов. Во Владивостоке вас будут встречать компетентные органы. Счастливого плаванья!».

Делать нечего: засели писать свои ФИО и всё прочее. Насчёт имён-фамилий своих и родителей было более-менее понятно, а вот дальше… Как можно указать год рождения 2010-й, если на дворе 1961-й?! А место жительства? – если все жили в новых районах города, на месте которых в 1961 шумел дремучий бор. В мобильниках у каждого были эти адреса и номера знакомых и родителей, и фотографии их домов, и даже видео со школьной площадки, да много чего из их прошлой жизни, но из 2023 года. А еще там совершенно невероятные видосики с иных миров и звёздных систем. Со всеми встречными чудовищами и гуманоидами. Со всем-всем-всем, что им встречалось на пути с Земли на Альфа Центавра и обратно. Да и тут, на Земле хватало приключений. Какие вам ещё документы?!

Сдали только имена-фамилии, сказав британцам, что остальное не помнят, а документов никаких нету. Так те и передали – им-то что…

Пацанское имущество было свалено в каюте у мальчишек – сдать всё в баталерку они не позволили. На всякий случай провели ревизию и учёт всего, что они таскали за собой последние несколько миллионов лет по межгалактическому календарю, составив реестр своей собственности.

Итак, по порядку…

– лучемёты заряженные – 2 шт.;

– плащи-невидимки – 3 шт.;

– арбалет со стрелами – 1 шт.;

– копьё самодельное- 1 шт.;

– тесак-мачете из метеоритного железа – 1 шт.;

– обруч-переводчик – 1шт.;

– смартфоны собственные от родителей – 4 шт.;

– планшет ещё с Земли – 1 шт.;

– переносная станция связи с планетой Биньдинь (работает только на приём) – 1 шт;

– генератор защитного купола – 1 шт.;

– коптер-ретранслятор (дрон) – 1 шт.;

– видео с голографич. проектором – 1 шт.

– переговорники (мини-рации) – 4 шт. (одну Федя всё-таки умыкнул с собой);

– робот Ай с запасной энергокапсулой – 1 шт.

– зарядные плёнки – 2 шт.

– всякая полезная мелочь – 1 мешок;

– рюкзак с консервами – 1 шт.

Всё это предстояло тащить на судно-китобой, потом во Владивосток, ну, а там – кто и как встретит. Как сказано в радиограмме: представители компетентных органов. Уж не те ли это органы, которые встретили их на Земле в 2124 году и с ходу затащили в тюрьму?! Откуда они потом, впрочем, благополучно смылись, забрав с собой «узника совести» – студента Фиделя-Федю. Но тогда было на чём убежать, а теперь уже так не получится. Надо думать, что соврать, или, может, рассказывать всё, как было? Чистосердечное признание и раскаянье смягчит нашу участь? Но мы же ничего такого не сделали. Ну, угнали инопланетный звездолёт – с кем не бывает: дело-то житейское… Тем более, что не в этой стране, вернее, в этой, но в другую эпоху – мы сами тут запутались.

Если представить себя на месте «компетентных органов», то полное недоумение вызовет отсутствие у нас любых документов в принципе и то как мы оказались на необитаемом острове, а потом на британском военном корабле. Будь мы постарше, нас бы приняли за шпионов. Вот только чьих? – кентавриных или циклопьих (шутка).

В результате подобных длительных рассуждений у ребят появилось два варианта дальнейших действий:

Выкинуть незаметно всё за борт и прикинуться дурачками, которые ничего не помнят;

Рассказать всё как было во всех подробностях и сдать «органам» вышеперечисленное имущество.

Во втором пункте возможны тоже два пути:

Нас будут допрашивать и расспрашивать всю оставшуюся жизнь, будут исследовать в тайных лабораториях на предмет массового помешательства, или, наоборот, гениальности.

Нас оставят в покое, пристроят в какой-нибудь детский дом (скорее всего, рассуют по разным городам), а дальше будет как у всех ребят в эту эпоху. Но к себе мы уже никогда не попадём. Наверное. Если не произойдёт чуда (здесь первый пункт может со временем смениться вторым).

– «На принятие решения у нас остаётся два дня. Всем думать!» – это уже резюмировал обсуждение Павлик.

Чтобы было удобнее и лучше думать, Плюшка достал из кармана какие-то семечки и начал их грызть, изредка выплёвывая шелуху в иллюминатор. Семечки, между тем, в паёк британского матроса (и офицера тоже) никак не входили, и это обстоятельство слегка насторожило остальных присутствующих на совещании.

– «Ты где это взял?» – строго спросила брата Катенька, – «И не смей плевать за борт – на тебе бумажный кулёчек» (из газеты с Гагариным).

– «Нашёл, вкусные – на, попробуй», – и Плюшка протянул сестре руку с семечками, похожими на тыквенные.

– «Вечно ты таскаешь всякую дрянь – выбрось!» – продолжала воспитывать младшего (на полчаса) брата-двойняшку старшая сестра.

Семечками заинтересовался Вовчик. Это были не тыквенные и не подсолнечные семена-«семки», а, наверное, какая-нибудь местная тропическая экзотика, которая вряд ли полезна желудку северного человека.

– «Так всё же, где ты это раздобыл?»– вступил в допрос Плюшки Павлик.

Когда все услышали ответ, то ахнули.

Оказалось, что этот непоседа, по чьей вине, собственно, они и попали в космические скитальцы, пребывая в своё время на планете кентавров на стартовой морской платформе у «зелёных», не преминул сунуть руку в один из мешков, брошенных циклопами, и вытащил оттуда пару горстей этих семян.

–«Пацаны!» – взволнованно произнёс Павлик, – «А ведь это те самые семена эликсира вечной жизни или бессмертия, что выращивали кентавры для своих хозяев. Мы понятия не имеем как их перерабатывали на фабриках и как именно из них получали этот самый волшебный эликсир, но в любом случае – это настоящее сокровище, не хуже, а может, лучше и ценнее всех прочих приборов и устройств, привезённых нами сюда».

Товарищи конфисковали эту драгоценность у прожорливого Плюшки, семена были пересчитаны поштучно и спрятаны в контейнер. Ну, а что? – может, они сыграют свою роль – в их пользу – в том туманном будущем, что им предстоит. Плюшка нисколько не расстроился, предположив про себя, что он уже порядком наглотался этих семечек и теперь ему-то уж точно бессмертие гарантировано.

История китобойного промысла.

Капитан-директор китобойной флотилии «Советская Украина» (директор, потому что его корабль – это был заодно и целый перерабатывающий китятину завод) был предупреждён радиограммой со своей базы о необходимости принять от британцев и поднять на борт несколько советских граждан, доставить их в порт назначения – Владивосток – и сдать с рук на руки «тем, кому надо». Для этого пришлось слегка изменить курс и лечь в дрейф в указанной точке в ожидании патрульного корабля.

А пока до его прибытия есть некоторое время расскажем читателю что такое китобойная флотилия и для чего она была нужна в те времена.

Китов человечество уничтожало, можно сказать, всегда – ради собственного пропитания и неких прочих радостей бытия. Но, если еще в 19 веке этим опасным промыслом занимались только отчаянные просоленные морскими ветрами головорезы на утлых деревянных судёнышках, то с наступлением технического прогресса процесс убийства китообразных был поставлен на промышленную основу.

Раньше кита убивали как? – примитивно: парусная шхуна входила в район обитания китов, самый дальнозоркий из матросов докладывал о появлении фонтанчиков от дыхания зверя, со шхуны спускали на воду небольшой гребной баркас, на носу которого стоял гарпунёр, баркас тихонечко приближался к своей жертве, и гарпунёр всаживал зазубренный гарпун в самые уязвимые места в районе головы кита. Тот начинал метаться по морю, в том числе и погружаясь в её пучину (особенно глубоководные кашалоты), и старался освободится от мешавшей ему стальной «занозы»! Но, как правило, тщетно: за гарпуном разматывался длиннющий канат, на конце которого был плавающий ярко окрашенный буй и в конце концов уставший и выбившийся из сил кит, всплывал на поверхность, к нему (приметив яркий буй-шар) подплывал баркас с охотниками и кита добивали всеми подручными средствами. Теперь уже основной заботой было не дать туше утонуть и как можно скорее затащить её на палубу шхуны для разделки (лебёдками, зацепив за хвост). Там же и вытапливали жир (ворвань) для промышленных нужд, в том числе для освещения городов (даже свечи из него делали – самые топовые). Ну, и вонь стояла на кораблях жуткая.

Промысловые китообразные обитают, в основном, в холодных морях обоих полушарий, но предпочитают все же Южный океан ближе к Антарктиде. Чтобы туда попасть с Европейского континента надо преодолеть шторма и ураганы в «ревущих сороковых» и «неистовых пятидесятых» широтах. И вот в 20 веке появляются огромные стальные китобойные корабли-монстры водоизмещением в десятки тысяч тонн, которым не страшны даже 10-балльные шторма и которые могли одновременно перерабатывать десятки китовых туш. Каждый такой гигант сопровождали десять, а то и 15-20 небольших корабликов-китобоев – тех, кто непосредственно занимался выслеживанием китов и их убийством. Только теперь на носу такого корабля-убийцы находился не гарпунёр с копьём, а целая гарпунная пушка с разрывной гранатой в районе «жала». Гарпун вонзался в тело кита (лучше ближе к сердцу), граната взрывалась, и кит погибал. С китобоя соскакивали специальные люди, которые вставляли в тушу поверженного гиганта шланги от воздушных компрессоров, они закачивали в кита воздух (чтоб не утонул) и буксировали его к кораблю-матке, где кита затаскивали на борт для разделки.

Такой же была и китобойная флотилия «Советская Украина» водоизмещением 44 тысячи тонн и длиной 250 метров (почти как авианосец), на корабле пребывало более 500 человек команды и рабочих завода. Здесь же в 1-2 местных каютах могли отдыхать команды судов-китобоев (флотилию сопровождало порой до 20 таких корабликов-убийц); на этих корабликах было тесно и некомфортно, а здесь и сауны, и кинотеатр, и чуть ли не гольф с теннисом, клубы, всякие занятия и танцы под радиолу и аккордеон – плавучий город.

В ту пору кит был интересен человеку своим «богатым внутренним миром», а именно: жиром, мясом, китовым «усом» (на всякие поделки), что-то там ценное выковыривали у него из головы и даже из пищевода добывали некую душистую китовую отрыжку – амбру (для парфюмерной промышленности типа духов). Если услышите от кого-либо: «Ах, это амбра!» – помните – она из китовых внутренностей.

Человечество наслаждалось, таким образом, соседством с млекопитающими собратьями, пока они не стали резко заканчиваться к 80-м годам XX-го века (почти всех уничтожили). И все эти корабли-китобои вынужденно за ненадобностью пошли на слом. Но тогда они были ещё герои: о китобойцах писали газеты, снимали фильмы, в СССР раздавали ордена наиболее отличившимся и переходящие красные знамёна за отличие в уничтожении морских гигантов.

Встречи на китобое.

Встреча британского военного корабля и советского китобойного флагмана состоялась в назначенной точке Мирового океана. За нашими пришел катер с китобоя. Ребята забрались на него, а англичане махали с палубы им вслед своими смешными кепи с помпончиком.

На китобое пришлось даже спустить трап для приёма неожиданных гостей. На борту их принимал пассажирский помощник капитана и целая толпа свободных от вахт матросов и просто зевак из рабочих плавучего завода. Тогда никто, в том числе капитан, не были предупреждены, что заблудившиеся непонятным образом в океане «советские граждане» окажутся подростками – три мальчика и девочка. Правда, в не совсем обычных для моды того времени нарядах – они же были одеты в комбинезоны, сшитые им еще на планете Биньдинь – с погончиками, чем-то набитыми накладными кармашками, застёжками-пристёжками и прочими прибамбасами. Да ещё с вещами – рюкзаками и морскими чемоданами.

Помощник капитана расписался у английского офицера в его папочке о приёме необычного груза, сказал тому: «Йес, олл райт, гуд бай» и отвёл новых пассажиров в предназначенные им каюты. Катеньку определили в одну каюту с девушкой-комсомолкой работницей разделочного завода. Она была пока на работе. Павлик попал в одну каюту с каким-то ворчливым и бородатым дедом лет 40-45 (он был как раз из команды судна-китобоя и частенько там и пропадал), а Вовчик и Плюшка заняли двухместную каюту без соседей. К ним сразу зашли всё тот же пассажирский помощник – в униформе моряка торгового флота СССР – и ещё один дядя в штатском. Позвали Влада и Катеньку.

Помощник ещё раз переписал имена, фамилии, место жительства – ребята сказали, что они все из Воронежа, но точные адреса не помнят, но могут показать, если их отвезут на место. Офицер обязал ребят ознакомится с инструкциями, развешанными в каютах, по самым главным аспектам морского быта и прислушиваться к корабельной трансляции, в том числе рекомендовал не прозевать завтраки, обеды и ужины. Куда идти – им покажут соседи. Особое внимание он уделил форс-мажорным обстоятельствам: то есть, куда и как бежать в случае эвакуации и где искать спасательные жилеты. Далее в разговор вступил дядя в штатском. Его интересовал, собственно, один вопрос: откуда ребята появились на британском военном корабле?

Вопрос, как говорится, повис в воздухе. После минутного замешательства (не укрывшегося от дяди в штатском) Павлик на правах старшего заявил, что они никто ничего не помнят и что им самим дико интересно узнать, как и что. Память у них прорезалась только с момента, когда мистер Джеймс на американской яхте (дядя в штатском тяжело вздохнул и вытер платочком вспотевший в одночасье лоб) освободил их из пиратского плена и потом передал на британский корабль, а сам уплыл на своей яхте в Америку (о Феде уговорились не упоминать). Но как именно они оказались в пиратском плену – им самим не ведомо. Павлик даже подчеркнул интонацией голоса именно эту фразу: они на необитаемом острове с пиратами неведомо как ВОЗНИКЛИ. Просто возникли и всё. А как – не знаем. Может, это чей-то зловещий эксперимент над людьми (или прогрессивно-гуманитарный – смотря кто его проводил).

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.