Кэтрин Рок
Психи

1. Элис, ты попала

– Привет, котик, – кокетливо сказала Элис в динамик и закинула ногу на ногу.

– Привет, – подозрительно нервно послышалось на том конце.

Элис поморщилась, почувствовав неладное. Настроение и без того было не из лучших. В груди вспыхнуло. Она час пыталась дозвониться до своего парня, а тут такое. Интонация – аж влепить захотелось. Девушка скрипнула зубами и нахмурилась.

– Почему не звонил? – холодно спросила она, больше не видя смысла во флирте. Убрала руку с бедра.

– … Ну, Элис, прости, но…

– Хватит мямлить, а? – раздраженно сказала она и встала. Начала бродить по комнате.

– … Я, короче… Я бросаю тебя, – нервно выпалил молодой человек.

Она застыла, краснея от гнева. Сжала телефон так, что пальцы побелели.

– Ты должна понять. Нас спалили, и мне проблемы больше не нужны. Ебаться можно и с другими. Ты тоже там найди себе кого-нибудь, и все. А лучше вообще никого. А то твои родители тебя уже в порошок сотрут. Нахуй. Давай забудем! Да и тебя засунули туда на год. Я не могу так долго ждать, извини.

Девушка задохнулась от возмущения.

– Блядь. Да засунь себе свои… – начала она гневно, но в трубке уже послышались гудки.

– Уродец! – воскликнула Элис и швырнула телефон на кровать. Скривила губы от обиды. Глаза и нос покраснели.

Вся эта жесть началась с того момента, когда мама застукала ее с парнем. Они занимались сексом в ее комнате, как всегда, в принципе. Но на сей раз мама вернулась с работы раньше. Она просто охуела от увиденного. Ведь Элис до этого строила из себя пай-девочку. Невинную милашку, которая только и ждет, когда богатые родители выгодно для них выдадут ее замуж. А тут такое!

Какой-то низкосортный парень ебет их невинное чудо в ее же комнате. А их чадо стоит собачкой и стонет. Шок с последующей истерикой.

После этого инцидента мать потащила Элис к врачу. Выяснилось, что она с шестнадцати лет уже перестала быть божьим одуванчиком. Но это было не самой худшей новостью. Они нашли в ее крови остатки наркотической дряни недельной давности. Элис в те выходные ходила со своим парнем – теперь уже бывшим – и приняла таблетку для веселья и чтоб расслабиться. Хотя организм к этой дряни привыкает не сразу, маму это вообще не волновало. Еще бы. Иллюзия рухнула. Дочь оказалась шлюхой и наркоманкой. И чтоб “вылечить” ее и перевоспитать, но при этом не палиться, она засунула ее в эту закрытую школу для особо трудных детей богатеньких родителей. И на целый год. Хотя психолог предлагал всего на полгода, мать решила иначе. Заплатила сразу. Подписала документы – и готово. Прощай, доченька! Учись уму разуму.

А теперь еще и парень ее бросил. Хотя ей было не особо жаль терять его, но… Строил из себя крутого, галантного мужчину, а в итоге сбежал, поджав хвост. Обидно. Чертовски обидно…

Элис тяжело вздохнула. Шмыгнула носом и пошла к шкафчику. Достала из-под стопки трусиков маленькую коробочку. Села на кровать и как ни в чем не бывало поднесла таблетку ко рту.

Моргнула, замерев. На мгновение решила, что показалось. Скосила взгляд – и на тебе! Не показалось.

По ту сторону окна стоял какой-то парень и пялился на нее. А она тут, понимаете ли, торчит в коротеньком – еле прикрывает попу – шелковом халатике, еще и с откровенным декольте. Да плюс наркотик собирается принять. Казалось бы, уж на втором-то этаже можно рассчитывать на приватность!

Вот сволочь!

Как этот урод вообще забрался туда?!

Но состояние сейчас было настолько разбитое, что резко стало пофиг. Гнев сменился насмешливостью.

Она пошло высунула язык и медленно опустила на него таблетку, глядя шатену прямо в глаза. Проглотила ее. Поднялась с кровати и, виляя бедрами, подошла к окну. Опустила ладони на стекло. Снова высунула язык, показывая, что таблетки там уже нет. Но на его лице считывалось лишь безразличие. Ее это покоробило. Она развратно облизала губы и подмигнула, пытаясь вывести незнакомца на эмоцию.

Он слегка вопросительно приподнял брови и скользнул взглядом по губам. И когда он взглянул ей в глаза, она приблизила лицо к окну. Коснулась стекла языком на уровне его губ и лизнула, оставляя влажный след. Наплевав, что, стекло может быть грязным.

Отстранилась и улыбнулась. Парень саркастично ухмыльнулся уголком губ. Сейчас, так близко, Элис хорошо разглядела его лицо. И оно было очень даже ничего. Особенно взгляд. Слегка диковатый. Она немного зависла и даже зарумянилась. Но он резко отвернулся. Сорвался с места и продолжил свой путь дальше, ступая по наружному подоконнику. Она еще немного с любопытством посмотрела на него и небрежно задернула штору.

Подошла к кровати и плюхнулась. Достала из-под подушки вибратор. Посмотрела на него и усмехнулась – давно им не пользовалась. Голова уже начала хмелеть от таблетки. Так что, осталось лишь поиграться. Она стянула трусики и, немного помассировав клитор, ввела вибратор. Нажала на кнопку, и готово.

Элис пришла в себя уже ближе к вечеру, когда прозвучал звонок, которым созывали всех на ужин. Она лениво встала и приняла душ. Около часа наводила марафет, чтоб выглядеть безупречно. Обвела глаза черной подводкой. Уложила свои белоснежные волосы. Надела кожаные, пошло обтягивающие задницу брюки и белую майку в облипку, чтоб максимально подчеркнуть свою сексуальную донельзя фигуру. Накинула поверх голубой пиджак для приличия, чтоб не сойти за шлюху. Надушилась так, чтоб в самом дальнем углу столовой учуяли. Оглядела себя с ног до головы, подправила воротник. Довольно подмигнула отражению и пошла.

Пройдя по просторному освещенному коридору, покинула стены женского общежития. Прошла по огромному двору с шикарным садом и лавками для отдыха. Дошла до столовой и уловила приятный запах. В животе заурчало, она стыдливо поморщилась и вошла в здание.

Зайдя внутрь, растерянно замерла. Там сидели и ужинали почти одни парни. Подошедший к ней официант спросил полное имя, вернув в реальность. Выдал номерок и показал место. Она послушно пошла к своему столу, косясь по сторонам. Парни, замирая, уставились на нее. Кто-то нагло, кто-то исподтишка. Так что в какой-то момент Элис поймала себя на мысли, что ей здесь даже нравится.

Села за стол – и ей мигом принесли поднос с едой. На нем тоже были цифры с номерка. В голове мелькнула мысль, не подмешивают ли лекарства в еду, ведь на самом подносе она их не обнаружила?.. Да и пофиг. Есть уже хотелось прилично.

Элис начала ужинать, забив на любопытные взгляды.

И когда она уже доедала свой десерт, в столовой начали галдеть. Она неохотно обернулась на шум. Но из-за других студентов ничего не смогла разглядеть. Забила и продолжила трапезу. Шум постепенно стих и превратился в шепот.

И вот когда напротив нее кто-то сдвинул стул и сел, Элис наконец подняла взгляд и замерла от удивления. Перед глазами нарисовалась мужская фигура, облаченная в короткие красные мятые шорты и майку-тельняшку. Обладатель «чудесного» прикида сокрушительно плюхнулся на стул. Элис опешила. Это был тот самый шатен,

который днем пялился на нее через окно. На голове нечесаный кавардак. Глаза настолько сонные, что вместо них видны лишь заплывшие щели. На коже отпечатки от складок ткани. Похоже, что он встал всего минуту назад и в чем спал, в том и пришел сюда.

Элис живо опустила взгляд обратно на тарелку. Напряглась до самого копчика. Нафиг, еще заговорит. А иметь такое позорище в списке знакомых ей точно не хотелось.

– Лови! – хрипло сказал парень и швырнул номерок в сторону кассы. Элис чуть вздрогнула от неожиданности и вцепилась в свою кружку. Начала быстро пить, ей захотелось поскорее свалить. Парень, щурясь, продолжал смотреть в сторону кассы и широко улыбаться. Облокотился на стол, сгорбившись. Не обращая на нее никакого внимания.

И будьте неладны ее глаза! Из-за того, что он наклонился вперед, майка свесилась. И горловина открыла взору очень недурственный вид. Красивая подкаченная грудь и даже рельефный торс. Хотя складка жира на нем все-таки была. Но… блядь. Неплохо! Элис с трудом заглотила остатки чая и быстро поднялась с места. К черту его. Как вообще можно появиться на людях в таком виде? Тельняшка и красные шорты. Смех, и только! Либо он идиот, либо бомж, хотя второе вряд ли, раз тут учится. Но ей было плевать, одно не лучше другого. Она живо покинула здание столовой. Посмотрев фильмы аж до половины третьего ночи, она улеглась спать. Завтра первый учебный день в этом гребаном месте, и это не радует от слова совсем.

2. «Веселое» знакомство

Второй день оказался для Элис не менее фееричным, чем первый. С утра пораньше на всю общагу раздался оглушительно трещащий звонок, от которого проснулся бы даже мертвый. Она лежала на животе, практически у самого края кровати, так что от испуга чуть не ебнулась. – Да блядь! Вы что там с ума все посходили, придурки?! Недовольно вздохнула и, собрав все прибамбасы в огромный пакет, поплелась в ванную комнату. В душ, который находился в комнате, идти не было желания. Захотелось полежать в теплой водичке с пенкой. Несмотря на то, что общежитие богато обставлено, ванная комната была одна на весь корпус. Но зато гигантская, с кучей комнатушек, и такая же потрясающая, как и все остальное. Элис прошагала мимо стены, которая представляла собой одно огромное зеркало от пола до потолка. Широко зевнула и открыла дверь. Приятно удивилась комфортности и довольно улыбнулась. Все же здесь не так уж и плохо. А главное – никаких родителей. Вернувшись обратно в комнату, она неохотно надела обязательную форму: пиджак, рубашку и юбку в складку. Взглянув на отвратные гольфы, брезгливо отложила их обратно в шкафчик. Сморщила нос и достала телесного цвета капроновые колготки, хотя очень подмывало надеть черные с пикантной полосочкой на задней стороне. Завила свои подстриженные под каре волосы и по-приличному накрасилась. Улыбнулась отражению. Вот она – мечта ее мамы. Девочка-кокеточка. Надела крохотные серьги вместо вульгарных огромных колец и надушилась. Едва она закончила нехитрые манипуляции, подали второй оглушительный звонок, приглашающий всех на завтрак. Элис в очередной раз содрогнулась и выругалась. Потужила горло, еще раз оглядела себя в зеркало с ног до головы. Довольно кивнула и покинул свою комнату. Зайдя в столовую, она притормозила у двери. Оглядела студентов и пришла в замешательство. Снова почти одни парни. К ней подошел официант. Она вежливо поздоровалась и спросила: – Извините, а почему девушек так мало? Они где-то в другом месте завтракают? – Нет. Все здесь… Но вы действительно не понимаете? – Нет. Просветите, – недовольно ответила она, возмутившись тоном. – А вы что хотели? –хамовато ответил мужчина, окинув ее взглядом, – И вообще позор, я считаю, что они тут в принципе есть. Сюда не за хорошее поведение детей учиться отправляют, как вы должны были догадаться, леди. – Хм. Спасибо за разъяснение, – бросила она и быстро пошла к своему месту, ощутив себя несправедливо оскорбленной. Все парни в очередной раз навострились. Начали шушукаться. С любопытством и интересом разглядывать ее с ног до головы. Элис, заметив это, вмиг повеселела. Замедлила шаг и, виляя бедрами, дошла до своего места. Плавно опустилась на стул и закинула ногу на ногу. Облокотилась одной рукой о стол и оглянулась по сторонам. Большинство живо отвели взгляды в сторону, а некоторые продолжали нагло пялиться и улыбаться ей. Невербально считывая по манерам девушки готовность к более тесному общению. Элис кокетливо опустила взгляд и улыбнулась. Начала разглядывать свои ноготки. Через пару секунд столовая снова загалдела. Элис подняла голову. По другую сторону стола бодрой походкой шагал тот незнакомый идиот. Она скривилась так, словно лимон сжевала. На парне был надет пиджак формы, а под ним вместо рубашки – черная футболка с белой надписью «Fuck me!». Культурненько, ничего не скажешь… Волосы хаотично, но красиво уложены. Парень сдвинул стул и плюхнул на него свой зад. Но не успел он булки расслабить, к нему подлетел официант. – Джексон, ты ведь не собираешься идти в таком виде на учебу? – раздраженно сказал мужчина. Парень поднял на него невинный взгляд и похлопал глазками. – А что не так? Раздражение Элис нарастало. Этот дебил и правда бесит. А еще и симпатичный. И это раздражало вдвойне. – Ты прекрасно знаешь, что положено носить форму, – неохотно сказал мужчина. Парень схватился за плечики пиджака и подергал их. – А это, по-вашему, что? – Не строй из себя дурака. – Да что вам не нравится-то? – спросил он, надул щеки и вскинул брови. Из-за этого стал походить на детсадовского малыша. Старший от злости скривил губы. – …Чтоб перед учебой надел рубашку, – сказал мужчина и ушел. Парень весело улыбнулся и взглянул на сидящую напротив Элис. Она принципиально уставилась на него. Он склонил голову набок, пялясь куда-то в область декольте. Она нервно сглотнула напряглась всем телом. – Привет, – сказал шатен после утомительной паузы. Поднял взгляд и улыбнулся. – Привет, – помедлив, неохотно ответила она. Недовольно поджала губы и начала разглядывать свои ногти, решив показать всем своим видом незаинтересованность. Всем принесли подносы с едой. Элис принялась завтракать. Чем быстрее доест, тем быстрей свалит. Но не тут-то было. В ее щеку прилетел маленький хлебный шарик. Она дернулась от неожиданности и ошарашенно подняла взгляд. Встретилась глазами с шатеном. Тот очень мило улыбался. Лицо Элис побагровело от злости. – Это ты сделал? – Что сделал? – невинно вскинув брови, спросил парень. – Ты бросил в меня… хлебом, – процедила она. – С ума сошла? Ничем я в тебя не бросал. Как можно? – очень громко сказал он. Студенты, сидящие рядом, покосились в их сторону. Элис продолжила сверлить шатена взглядом, ее ноздри раздулись от злости. Но ему явно понравилась эта реакция. Гляделки продлились еще секунды три. Но она не выдержала, опустила взгляд обратно на поднос и продолжил есть, скрипя зубами от злости. – Что случилось? – подойдя на шум, спросил официант. Элис молча жевала свой завтрак, уставившись в тарелку. Парень еле заметно ухмыльнулся и посмотрел на мужчину. – Я дрозофила увидел, – брякнул он с серьезным лицом. – Кого? – гневно сведя брови, спросил старший. – Маленькую муху. Непорядок, – сказал парень. – Антисанитария. – Так, Дамиан Джексон. Либо ешь молча, либо останешься без завтрака, – строго сказал официант. Парень молча кивнул и послушно продолжил есть. Но как только старший удалился, в Элис снова прилетел маленький хлебный шарик. Прямо в нос. Она, психуя, подняла взгляд. Парень сидит и довольно улыбается, разглядывая ее лицо. – Ты издеваешься, придурок? – сквозь зубы прорычала Элис. – Я случайно, – ухмыляясь, сказал Дамиан. Элис взяла со стола салфетку и вытерла нос. Холодно посмотрела на собеседника и, напрягаясь от гнева всем телом, продолжила есть. Нужно было вытерпеть. Во что бы то ни стало. Рано или поздно этому уроду надоест, и он отстанет. – Неужели такая паинька? – шепотом усмехнулся Дамиан. Она, игнорируя, продолжала завтракать. – Ладно, – вздохнул он и наконец отстал. Когда Элис пришла в аудиторию и села на место, которое ей указали, к ней тут же подошла незнакомая девушка в точно такой же форме. – Привет, – неловко улыбаясь, сказала она. Элис окинула ее оценивающим взглядом. Типичная серая мышь, аж странно, как сюда попала. Любезно поздоровалась и продолжила доставать вещи. Но та не уходила. – Что такое? – …теперь нас в группе трое… девушек, – неловко сказала она. – Трое? – Элис мигом оживилась. Девушка радостно закивала. – А остальные, значит, парни? – Да, – краснея, сказал одногруппница. – Элис Крамер, – Элис протянула руку и пожала чужую. Девушка окончательно смутилась. – Тина Андерсон. Элис улыбнулась, сомневаясь, запомнит ли имя. – А кто третья? – спросила она, записывая число в тетради. Хотя самой стало совершенно неинтересно. – Диана Мур. – М-м. Элис подняла взгляд и мило улыбнулась, намекая, что разговор окончен. Но Тина продолжала стоять и мяться. Теребила тощими пальцами угол своего пиджака, явно желая сказать что-то еще. – Что такое? – …Думаю, если ты обратишься к кому-нибудь из мальчиков, они согласятся поменяться с тобой местами, – решившись, тихо сказала Тина. – А зачем мне это? – удивилась Элис. – Ну… Тебе досталось не очень хорошее место. Лучше пересесть, я думаю… Тина с сочувствием взглянула на нее, но тут же отвела взгляд в сторону. И только Элис хотела открыть рот, она живо утопала прочь, чего-то испугавшись. Почуяв попой неладное, Элис повернулась посмотреть, что ее спугнуло. Нервно дернула бровью и покраснела. По проходу между столами шагал Дамиан. Прямо в ее сторону. Элис быстро развернулась обратно. Шаги становились все отчетливее. Стул, что находился за ее спиной, скрипнул. Дамиан опустил на него свою царскую задницу. Элис нервно сглотнула. – Ты так и не снял ее? – заметно боязливо, но весело спросил один из одногруппников. – Ну не мог же я прийти в одном пиджаке, – спокойно отозвался Дамиан, – Тогда бы жутко стеснялся. Одногруппник засмеялся. Вместе с ним и остальные. – Привет, новенькая, – громко сказал Дамиан, когда смех немного утих. Элис молчала, что-то корябая в тетради. – Ты ее напугал, – сказал один из парней. Дамиан ухмыльнулся и легонько пнул по ножке ее стула. Элис покачнулась и сжала руки в кулаки. Тут не было никаких официантов и воспитателей, поэтому она дала себе волю. Всякие идиоты еще будут над ней издеваться? Ха! Сейчас же. Она резко встала. Подошла и нависла над вальяжно сидящим на стуле Дамианом. Схватила его за ворот футболки и наклонилась так, что ее лицо оказалось сантиметрах в тридцати от его лица. – Ты, сука, доиграешься, – понизив голос, сказала она, сверкнув взглядом. Но Дамиан и не шелохнулся. Напротив. Стал внаглую разглядывать ее лицо. Заулыбался, его уши покраснели. Скользнул взглядом по губам и заглянул в голубые глаза. – Ты же девушка. Материться некрасиво, – ухмыльнулся он. Элис усмехнулась в ответ, обнажая свои белоснежные зубы. – Похуй, – сказала она и без смущения продолжила смотреть ему в глаза. Дамиан нарочито похотливо облизнулся. Элис выпрямилась в спине, продолжая смотреть на него сверху вниз. Презрительно и брезгливо. – Держи свой вонючий член при себе, животное. Отцепилась от его футболки и демонстративно вытерла руку о юбку. Развернулась, возвращаясь на свое место. В аудитории воцарилась гробовая тишина. Все от удивления выпучили глаза. Элис с красным от гнева лицом села на стул и сжала пальцами ручку. Сейчас так и хотелось засунуть ее уроду прямо в дырку члена. – Бу, – издевательски послышалось сзади. Ручка в ее руке переломилась пополам. Неожиданно аудитория оживилась и начала галдеть. – Доброе утро, Диана, – восторженно пролепетал один парень. – Как спалось? – промурлыкал второй. – Ты просто обалденно выглядишь сегодня, – восторженно сказал третий. – Неплохо, – тон голоса за спиной стал серьезным, но мягким. Элис офигела от резкой перемены. – Доброе утро, мальчики… Спасибо, Дамиан, – послышался шелковый женский голосок. Элис, не выдержав, обернулась. Перед кем этот убогий дебил ведет себя, как смущенный школьник? Ее взгляд наткнулся на брюнетку, одетую в форму, включая гольфы. Черные, как уголь, волосы идеально уложены. На неприлично красивом лице выигрышный мэйк-ап. Очень изысканный разрез глаз, почти кошачий. Чувственная форма губ. Красивый прямой аристократический нос. Идеальные пропорции тела, тонкая талия. Форма сидит на ней как влитая. Элис просто офигела и ощутила себя дурнушкой. Во внешности девицы вообще не к чему было придраться. Внутри от зависти заклокотала злость. – Да не за что, – снова мягко сказал Дамиан девушке. Элис живо вернулась в реальность и приняла исходное положение. Диана, пройдя вперед, села за стол прямо напротив учительского. И медленно изящно поправила челку. Элис этот жест показался просто мерзотным. Такой до безобразия манерный и показушный, что блевать тошнит. – Ты сегодня не опоздала, что-то новенькое, – масляно проговорил один из парней. Диана очаровательно улыбнулась, продолжая спокойно доставать вещи. – Я удивлена, что вы это заметили, – мягко сказала она. Это было последней каплей. Элис не выдержала и истерично захохотала. Все, недоумевая, уставились на нее. – Дурдом! Ха-ха-ха-ха! – сквозь громкий смех проговорила она. – Что смешного? – разозлилась Диана, презрительно глядя на новенькую. Элис немного успокоилась. Потерла лоб ладонью, облокотившись о стол. – А то, что мне придется целый год в этом дурдоме торчать, – тоскливо ухмыляясь, ответила она и угрожающе посмотрела на брюнетку. Той аж стало не по себе. – Ну и за что же такую принцессу, как ты, сюда засунули? – усмехнувшись, ляпнула Диана, переведя взгляд с Элис на парней, ища в них поддержку. Элис секунды три холодно смотрела на нее, а после ухмыльнулась. – Ебалась много, сладенькая. Диана скривилась, покраснев. Какая-то новенькая так нагло опускает ее персону. Хамит на глазах у парней и ведет себя тут как дома… – М. Шлюха, и всего-то, – как можно брезгливее сказал она. Все парни засмеялись. Элис вспыхнула, как бензин. Встала и быстро подошла к ней. Развернула ее вместе со стулом и нагнулась. Схватила одной рукой за затылок, второй – за промежность. Диана ошалело уставилась на нее, поджав колени и схватившись за чужое запястье. Все замерли от шока. Элис неприятно ухмыльнулась. – А ты, значит, невинная овечка, которая только блеять и умеет? Губы Дианы мелко задрожали. Нос и глаза покраснели.

– Еще раз тявкнешь на меня – я тебе вибратор в киску затолкаю, поняла? Глаза Элис расширились, когда чьи-то руки обхватили ее за талию и потянули назад. – Все, хватит уже скандалить, новенькая, – послышался голос Дамиана возле уха. Но Элис была слишком зла, чтобы прочувствовать приятность момента. – Отпусти меня, урод! – вскрикнула она и забилась. – Что тут происходит? Джексон! А ну живо отпустите Крамер. И после занятий пройдите в кабинет директора, – скомандовал преподаватель, который только что вошел в аудиторию. Дамиан невинно улыбнулся и отцепился от девушки. Элис, поправив пиджак, быстро зашагала к своему столу. Дамиан пошел следом. Преподаватель поздоровался и опустил портфель на стол. Но Диана неожиданно подняла руку. – Да, Мур? Она подняла свои заплаканные глаза на него, и он нахмурился. – Диана, что случилось? Элис хрустнула костяшками пальцев. – Новенькая. Она… – Что она? – мужчина сердито посмотрел Крамер в лицо. Но Элис сверлила гневным взглядом затылок брюнетки. – Она обзывала меня и хотела побить. Но Дамиан спас меня. Он оттащил новенькую, – уже плача, сказала Диана, – Так что это ее нужно наказать, а не его. – Это правда? – холодно спросил преподаватель. – Да. Правда, – почти хором отозвалась вся аудитория. – Сволочи, – еле слышно прошипела Элис. – Ясно. Крамер, после занятий пройдите в кабинет директора, – строго сказал мужчина, – А теперь начнем занятие. Элис со вселенской ненавистью раскрыла тетрадь.

3. Воспитательная комната

Когда закончилась последняя пара, за Крамер пришли санитары и отвели ее к директору. Все оставшиеся проводили новенькую насмешливыми взглядами. Но Элис было плевать на реакцию этих стукачей. Она с гордо поднятой головой покинула аудиторию.

Перед самым кабинетом один из санитаров дал ей стакан воды.

– Выпей. Разговор будет длинным.

Она без задних мыслей опустошила стакан и вошла.

– Здравствуй, Элис, – спокойно сказал мужчина лет семидесяти и представился. Встал со стула и приветливо улыбнулся. Она смутилась от такого теплого приема, ведь ожидала совсем другого.

– Здравствуйте, – буркнула она и одернула пиджак. Исподлобья уставилась на директора.

– Прошу, присаживайся.

Элис неловко улыбнулась и присела на стул напротив него. Мужчина покосился на санитаров и жестом попросил их выйти. Они остались в комнате одни. Директор спокойно сел на место.

– Что привело тебя сюда? – мягко спросил он, открывая ноутбук. Вопрос был задан так легко, словно он не отчитывать ее собирался, а завязывал незначительную дружескую беседу.

Неожиданно Элис ощутила, как внутри поднимается волнение. Все тело бросило в странный жар. Пальцы мелко задрожали. Ее осенило.

– Санитары… Что он мне?.. – заволновалась она, но тут же нахмурилась. Мысли стали путаться, – Неважно. Что-то я хотела сказать… Ах, да. В общем, с одногруппницей не поладила. Ну, как это обычно бывает. К новеньким пристают, и…

Элис схватилась за рубашку и замолкла. Взгляд заметался. На лбу проступила испарина. Директор же продолжил как ни в чем не бывало.

– Что же такого она сказала тебе, что ты занялась рукоприкладством?

– Шлюха. Она назвал меня шлюхо… Простите. Что-то я?..

Элис напряглась еще больше. Вцепилась в подлокотники и нервно поерзала. Какого черта слова вылетают сами собой? Она даже одернуть себя не успевает.

– У нее была на то причина или нет?

– Нет. Да. Черт… Почему?

– Что такое? – директор прищурился, внимательно глядя на нее.

Элис тяжело задышала, вжавшись в кресло. Ее лицо раскраснелось. Нервы натянулись, словно канат. И, больше не в силах сдерживаться, она вскочила и треснула кулаками по столу.

– Я ничего не делала! Это она виновата! Стерва! А он, придурок, вмешался. Ненавижу. Что? Что вы подмешали мне? Вы, уроды, так нечестно! И эти предатели. Все. Они соврали. А вы, как идиоты, поверили им. Проклятое место! Чтоб эта гадина в аварию попала и сдохла! Ненавижу ее!

– Кого? – спокойно спросил директор, словно для него эта процедура так же привычна, как чистка зубов по утрам.

– Мама! Стерва! Чтоб она сдохла. Это она. Она! Ненавижу! Эту эгоистку…

Подошедший сзади санитар ловко сделал Элис укол. Она мгновенно обмякла и повалилась ему на руки. Остальные вошли с носилками. Они аккуратно уложили Крамер на них.

– Что прикажете с ней делать?

– Отнесите в воспитательную комнату. Пусть посидит там сутки, – сделав в досье Элис заметку, директор закрыл его.

– Рядом с Джексоном или в другое крыло?

– Они не должны слышать друг друга.

– Понял вас.

Примерно через час Элис очнулась. Щурясь, уставилась в потолок. Ярко-белый свет ударил в глаза. Около минуты потребовалось, чтоб полностью к нему привыкнуть. Она вяло зашевелилась и наконец присела. Тело было полностью обессиленно, мышцы ныли, и голова болела. Она, морщась от недомогания, размяла руки, шею и принялась разглядывать комнату. Та была абсолютно белой. Поэтому взгляд тут же привлекла ярко-красная надпись из жирных больших букв, красовавшаяся на стене напротив кровати. Элис неохотно прочла ее.

«Получил то, что ЗАСЛУЖИЛ.

Хочешь получить что-то ДРУГОЕ?

ЗАСЛУЖИ!»

– М?

Она вгляделась в надпись еще раз. Нет. Все верно. Именно так и написано.

Крамер в ярости уставилась на дверь. Белую, как и все остальное.

Вообще комната представляла из себя отвратительный белый квадрат с кроватью, унитазом и надписью. Твердым матрасом, твердым одеялом и жесткой подушкой. Словно чистенькая тюремная камера.

– «Заслужи?» – громко усмехнулась Элис, оглядев этот мрак, – Да кто вы такие, а? Пошли в задницу, придурки!

Она легла обратно на кровать. Так как с потолка ярко светили лампы, пришлось повернуться на бок. Но взгляд вперился в надпись. Девушка поморщилась от раздражения.

– Гондоны…

Замолкла и стала вслушиваться, но не услышала ни звука. Тишина такая, словно за стенами вообще ничего нет. Вакуум. Ухо уловило лишь собственное дыхание, биение сердца и больше ничего. Элис вздохнула и прикрыла глаза, решив, что стоит поспать, чтоб убить время.

Три часа в воспитательной комнате.

– Эй, вы там! Откройте! Я в туалет хочу! Я не собираюсь ходить в этот убогий унитаз! Эй! Вы там оглохли все?! Сволочи! Вы права не имеете!

Тишина.

– Да чтоб вас…

Через час через выемку двери сунули поднос с едой. Постная каша и вода. Элис от удивления и возмущения потеряла дар речи. Выпила воды, чтоб утолить жажду, а к каше даже не притронулась.

Пять часов в воспитательной комнате.

Она, лежа на кровати, безэмоционально разглядывает ногти, думая, в какой цвет их выкрасить. В животе еле слышно урчит от голода.

– Черт. Садисты, – вяло шепчет она, продолжая лежать, как тряпичная кукла, – Разве можно так с людьми обращаться?.. Это же преступление. Самое настоящее.

Восемь часов в воспитательной комнате.

Снова открывается дверца, оттуда скатывается полуторалитровая бутылка воды. Элис в ярости пинает по двери.

– Эй, вы! Откройте! Суки! Ненавижу вас! Убила бы всех! Сраные садисты! Психопаты! Это мы-то сложные?! Да знали бы люди, как вы с нами обращаетесь! Уроды ебучие! Да я на вас на всех в суд подам! Даже не думайте, что сможете так легко отделаться! Твари! ТВАРИ! Эй! Я знаю, что вы слышите меня, скоты!

Десять часов.

– Я умру здесь… Я умру здесь от голода… Они и правда решили убить меня?.. Наверно, мать приказала им. Конечно, она…

Тринадцать часов.

– Я заслужила?.. Возможно. Немного. Но… Черт… Что я несу?.. Да нихуя я не заслужила. Чертова надпись! Это мать написала ее. Решила посмеяться надо мной. Дура! Лицемерка. А я… Нет, я не заслужила. Нет. Гадина. Собственную дочь! Как ты могла? Почему? За что? Почему хоть чуть-чуть… Не любишь меня?.. Исчезни! Знать тебя не хочу, стерва!

Семнадцать часов.

Лежит в кровати и плачет.

– Прости меня, мама. Я не буду так больше. Я хочу домой. Обещаю, я буду хорошей. Только отпустите меня. Я не хочу умирать тут. Пожалуйста. Кто-нибудь. Умоляю… Я заслужу. Я все сделаю.

Двадцать часов.

– Я хочу спать. Я… мама, это же я. Твоя дочь, помнишь?.. Я хочу спать. Черт. Как же… И есть… Это они. Что-то вкололи мне. Вкололи?.. Нет. Они хорошие. Это я заслужила. Заслужила. Мама не стала бы причинять мне боль просто так. Я виновата. Мамочка… Вкололи мне. Они… Мама даже не знает. Пусть заберет меня. Мама, забери меня. Я хочу домой.

Двадцать четыре часа.

Два санитара вошли в комнату. Подняли тело спящей Элис с кровати. Положили на носилки. Понесли в женское общежитие, пройдя через двор. Сейчас все были на учебе, поэтому он пустовал. Но даже если бы и нет… Студенты давно привыкли к этому. Да и такой наглядный пример был гораздо внушительнее многочасовой воспитательной лекции. Эта мера была в разы действеннее. Побывав в воспитательной комнате раз, студенты в корне меняли свое поведение и становились шелковыми.

Крамер принесли в ее комнату и положили на кровать. Один из санитаров сделал ей внутривенную инъекцию.

Проснулась Элис спустя несколько часов. С трудом разлепила глаза и огляделась. Осознала, что находится в своей комнате. Взглянула на часы. Время шло к ужину.

Еще час провалявшись в кровати, все же встала. Подошла к зеркалу и оглядела отражение. Расстроенно сморщилась. Вид ее совершенно не порадовал. Нужно было срочно принимать меры, пока никто не увидел. Поэтому она спешно собралась и направилась в ванную, прикрывая лицо рукой. Проторчала там часа два, приведя себя в полный порядок. Вернулась и скинула халат, чтоб посмотреть, все ли она сделала. На теле не осталось ни одного лишнего волоска. Кожа стала мягкой, чистой и гладкой. Все-таки дома комфортнее следить за собой. Там он всегда ходила на эпиляцию в салон, еще и на различные массажи. Тут такого не видать, как собственных ушей. Вот и приходится выкручиваться другими способами.

Живо нанесла макияж и, довольно улыбнувшись своему отражению, пошла одеваться. На сей раз надела белые брючки и белую рубашку, чтоб показать, что она хорошая девочка. Разгладила волосы утюжком и улыбнулась. Ну вот, теперь точно не вульгарно. Должны поверить.

И вроде бы она сутки ничего толком не ела и не пила, но голода особо не ощущала. Да и чувствовала себя на удивление хорошо. Даже позитивно. Ни усталости, ни вялости. Вообще ничего такого.

Спустя еще минут пятнадцать раздался звонок на ужин. Элис выдохнула и гордо направилась в столовую. Вот что-что, а опускать голову в присутствии одногруппников она точно не собиралась. Пусть эти предатели и трусы не думают, что ее можно так легко сломить. Вот еще!

Но, едва Крамер вошла в столовую, повисла тишина. Все уставились на нее.

Она на секунду растерялась, но взяла себя в руки. Расправила плечи и пошла к своему месту.

– Психичка, – шепотом послышалось рядом.

– Сумасшедшая, – фыркнул кто-то позади.

– Дурная, – брякнули чуть громче.

Все смотрели на нее со странными ухмылками. Так, словно не обзывают, а хвалят?..

– Красотка, – сказал кто-то довольно громко.

– Тишина! – тут же пробасил официант.

Все замолкли. Элис рвано выдохнула и опустилась на стул. Место напротив пустовало. Крамер принялась за еду.

Минут через пять в столовую приперся лохматый и сонный Джексон. Снова в своем феерическом прикиде: тельняшке и красных шортах.

– Псих, – послышалось рядом. Элис подняла гневный взгляд. Но увидела, что обзывающий смотрел вовсе не на нее. Он, так же ухмыляясь, пялился на Дамиана.

– Отъебись, – хрипнул тот. Шумно плюхнулся на свое место. Потер пальцами сонные глаза, облокотившись о стол.

– Пси-их, – повторил тот парень, чересчур довольно.

– Я тебе сейчас стулом по башке тресну, – сонно растягивая слова, пробубнил шатен и зевнул во весь рот. А потом как ни в чем не бывало улегся на столе.

Тот парень хихикнул и перевел взгляд на Элис. Она нахмурилась.

– Я видел через окно, как тебя несли в общагу, – лыбясь, сказал парень.

– И что? За внимательность тебя похвалить? – съязвила она.

Парень в очередной раз хихикнул.

– Мы все думали, что ты сломаешься. Кто-то говорил, что вообще на ужин не придешь и больше не появишься. Начнешь проситься домой. А кто-то говорил, что придешь, но вся забитая и никакая.

– Серьезно? – Элис иронично вскинула брови.

– Да. После карцера люди неделями отходят. А ты только появилась, тут же попала в карцер, на целые сутки притом. А потом спокойно пришла ужинать.

– Не смеши меня. Место поганое, конечно, но убиваться из-за него, вот еще, – пафосно сказал она.

– А тебе эти сутки не показались длинными, как неделя?

Элис замерла с вилкой у рта.

– Они вкалывают что-то, и…

– Да поняла я уже, – она начала раздражаться, – Так что отвали и дай мне спокойно поесть.

Парень засмеялся.

– Да пошел…

– Остынь, – сказал Дамиан, не дав Элис закончить. Она недовольно посмотрела на него. Тот продолжал лежать на столе.

– А ты меня не затыкай.

Словоохотливый незнакомец глянул на Дамиана.

– Псих.

Дамиан его проигнорировал, продолжая беседовать с Элис:

– Хм… Просто ты вторая, кто после карцера так бесшабашно ведет себя. Вот они и удивились. Тем более ты девушка.

– Они просто слабаки, – холодно сказала Элис и продолжила есть.

– Вы оба. Вы психи, – широко улыбаясь, подытожил незнакомый сосед по столу.

Джексону принесли поднос с обедом. Он наконец выпрямился и посмотрел на нее.

– Приятного аппетита, Элис.

Она едва не поперхнулась от неожиданности.

– …спасибо, – растерянно сказала она, зарумянившись.

– Я Дамиан Джексон, – самодовольно ухмыльнулся он, по-царски задрав голову и расправив плечи.

Романтичная атмосфера улетучилась со скоростью света.

– Элис, – вскинув брови, сказала она крайне неохотно, – Крамер.

4. Флирт

В самом конце обеда, когда Элис уже доедала десерт, к ней подошел незнакомый мужчина.

– Элис Крамер, пожалуйста, после обеда зайдите в мой кабинет.

– А вы кто вообще? – с недоверием спросила она, оглядев его с ног до головы. Щуплый, начавший лысеть мужик в дурацких очках не внушал угрозы. Так что она заметно расслабилась.

– Психолог, – ухмыльнулся Дамиан, подлив масла в огонь.

– Именно. И, так как вы не знаете, где мой кабинет, уважаемый Дамиан Джексон покажет вам дорогу, – улыбнулся психолог, поправив очки в толстой оправе.

– Почему я? – раздраженно отозвался Джексон с вилкой у рта.

– Потому что любите лезть в чужое дело. По моим наблюдениям, это должно доставить вам удовольствие, так что я пойду.

Дамиан недовольно поморщился. Элис, ухмыляясь, посмотрела на него. И, сама не заметив, залюбовалась, начав изучать черты лица. Все-таки он был действительно хорош собой. Она раньше таких не встречала. Высший класс.

– А вот эта гримаса идеально подходит тебе, – язвительно сказала Крамер, когда психолог ушел. Но в ее голосе скользнула нотка флирта. Дамиан сердито зыркнул на нее.

– Кто бы говорил, – иронично сказал он, – Новенькая, а выделываешься так, будто год уже тут торчишь.

Джексон навис над своим обедом, раскинул локти в разные стороны и продолжил есть. Майка снова свесилась. Но на сей раз Элис не стала отводить взгляд, без тени смущения уставившись в вырез.

– Хочу и выделываюсь, мальчик с завышенной самооценкой.

Дамиан раздраженно поднял взгляд и сразу заметил, что она пялится на его грудь.

– На что уставилась? – усмехнулся он.

– На твое брюхо, – ответила она, иронично вскинув брови. Перевела взгляд на свою тарелку с десертом, ее щеки порозовели.

– А у тебя что, животик плоский? – ухмыльнулся Дамиан, еле заметно прикусив уголок губ.

– Конечно, – раздраженно ответила Элис, чувствуя себя оскорбленной.

– А, ну да, – довольно заулыбался он и сунул вилку с едой в рот, – Я уже и забыл.

Элис нервно улыбнулась, покосившись по сторонам.

– Дашь потрогать? – проглотив еду, брякнул он, глядя ей в глаза. Элис едва не поперхнулась. Лицо побагровело от злости.

– Конечно, дорогой, а заодно и потрахаемся, – нарочито слащаво прощебетала она.

– Отлично, – сказал Дамиан, – Я люблю рачком.

Джексон подался вперед, приложил пальцы к подбородку и томно потер его. Похотливо-лукаво заглянул Элис в глаза и, смакуя, тихо добавил:

– Там такой шикарный вид открывается. Особенно когда руки девушке заведешь за спину. А потом жаришь от всей души. М-м.

Взгляд Дамиана опустился ниже. Элис неосознанно закинула ногу на ногу и выпрямила спину. А затем сглотнула с кривой улыбкой на лице. И все потому, что взгляд Дамиана завис на ее рубашке, в области левого соска. Но спустя несколько секунд парень вышел из транса и быстро продолжил трапезничать.

Повисла пауза.

Элис облегченно выдохнула, ощущая жар в груди. Поерзала на стуле.

– …ешь быстрей, – раздраженно сказала она и отложила десертную ложку.

– Подождешь, – спокойно ответил Дамиан, приступив к десерту.

Она промолчала, но осталась сидеть.

– Почему мы идем к мужскому общежитию? – недовольно спросила Крамер.

– Потому что я в пижаме, – ответил Джексон.

– И что?

– Я не могу так пойти.

– В столовую, значит, можешь, а туда – нет? – усмехнулась она.

Он резко затормозил и недовольно посмотрел на нее.

– Ты всегда такая болтливая? У меня уже уши устали.

– Заткни их пальцами, какие проблемы? – огрызнулась Элис.

– А может, просто замолчишь для разнообразия?

– Пошел ты, – бросила она.

– Ой, наша красавица разозлилась? Чувствительная какая. Не нужно, морщинки появятся, – потешаясь, засюсюкал Дамиан и ткнул указательным пальцем ей в щеку.

– Убери от меня руки, больной! – вспылила она и отшатнулась.

– Это я-то больной? А не тебя ли, бля, к психологу отправили?

– Пошел в задницу!

– Приглашаешь?

– ХА-ХА-ХА! Иди сходи в зад своей ненаглядной брюнетки! Прости, забыла имя этой стервы.

– А твой настолько растянут, что…

На весь двор раздался звонкий шлепок пощечины.

Дамиан опешил. Аж рот приоткрыл. Отойдя от шока, посмотрел на нее. Элис была красная и тяжело дышала.

– Я тебе не шлюха, – процедила она. В глазах отражались дикая злоба и обида.

– …

– Что встал, иди. Я не намерена ждать тебя здесь час.

Джексон, ничего не сказав, зашел в общагу. Быстро прошел в свою комнату. Накинул футболку и штаны от школьного костюма, надел носки и ботинки. Быстро вышел. Не взглянув на нее, зашагал вперед.

Добравшись до дверей кабинета психолога, он наконец взглянул ей в лицо. Да таким взглядом, что Крамер стало страшно. Сделав пару коротких шагов, он встал вплотную и склонился над ее ухом.

Элис застыла.

– Еще раз такое сделаешь, руки оторву, – ледяным тоном прошептал Дамиан. Немного отодвинувшись, посмотрел ей в глаза.

– Не посмотрю, что девушка.

Крамер нервно сглотнула и ломано улыбнулась. Инстинктивно включила все свое обаяние и природную сексуальность.

– Так без них же вид будет не настолько шикарный, разве нет?

Дамиан скривился от неожиданности. Чего-чего, а этого он точно не ожидал услышать.

– Хорошо, тогда вырву язык. Без него будет намного лучше, – ухмыльнулся Джексон, самодовольно приподняв голову.

– Жаль. Я им неплохо орудую. Думаю, тебе бы точно понравилось, – Крамер положила ладонь на предплечье шатена и легонько сжала его, втихаря щупая мускулы. Кокетливо скользнула взглядом по грудным мышцам и глянула Дамиану в лицо, строя глазки, – Но увы… После такого обращения аппетит пропал.

– Хм. Похоже, ты просто привыкла общаться с теми, кто быстро хвост поджимает. Ну ничего, еще передумаешь, – с усмешкой сказал Джексон. И осторожно опустил руку на ее талию, чтоб не спугнуть. Но она резво привстала на носочки и примкнула к уху Дамиана. Все-таки этот парень выглядел слишком привлекательно. И это не могло оставить Крамер равнодушной.

– Возможно, – похабно выдохнула Элис ему на ухо, – Тогда запомни: я люблю горячо и пошло.

Дамиан туго сглотнул, краснея ушами. И Элис это услышала. Она живо отстранилась и поправила прическу.

– Спасибо, что проводил, – игриво улыбнулась и зашла в кабинет. Даже не заметив, что у Джексона из-под штанов выпирала предательская эрекция.

От психолога Элис вернулась совершенно угрюмая. А все из-за того, что мужчина назначил курс терапии. Теперь ей два раза в неделю нужно посещать кабинет этого мужчины, рассказывать о себе и отвечать на вопросы. Хоть Элис и спросила, зачем это нужно, ясного ответа он не дал.

Крамер устало плюхнулась на кровать. До отбоя было еще долго, так что в общаге было довольно шумно. Точнее, не в самой общаге, а во дворе.

Она еще немного повалялась, а потом решила выйти и побродить по округе. Хоть узнать, куда она попала. А то все времени на это не было.

Нанесла по новой макияж, обведя глаза подводкой. Надела свои любимые кожаные брюки черного цвета и черную же майку в обтяжку. Как ни взгляни, день сегодня траурный. От начала и до конца. Сплошная драма.

Вышла из общаги и пошла в сад. Спокойно села на скамейку и начала глазеть по сторонам. Да так внимательно, что даже не заметила приближающуюся фигуру. Дамиан как ни в чем не бывало взял и сел на ее колени. Она шокировано выпучила глаза.

– Ты что творишь, придурок? – проголосила Элис, пытаясь спихнуть нахальные телеса. Но Дамиан ловко схватил ее запястья и развел их в стороны. А потом спокойно прислонился спиной к груди Крамер, прижав ее к спинке скамьи.

– Она грязная, не хочу брюки пачкать, – отозвался он весело.

– Мне больно, идиот! Ты тяжелый! – психанула она и хаотично заерзала под чужой тушей.

– А что мне за это будет?

– …ты совсем охуел! Что будет?

– Да. Ты еще и за пощечину мне должна.

Элис от возмущения дар речи потеряла.

– И к психологу я тебя сопроводил.

– Блядь… Если ты через секунду не поднимешь свой чертов зад, пожалеешь.

– Поколотишь меня? – усмехнулся он, – А потом будешь изводить своей болтовней, да? Истерично, бессмысленно и занудно?

Дамиан начал легонько подпрыгивать на чужих коленях, балансируя ногами, чтоб не причинять боль.

– Ах ты мерзкий говнюк! Да кем ты себя возомнил?! Гребанный придурок!

– Ох, какие бедра упругие. Аж жопе приятно.

– …слезь с меня, ублюдок!

Дамиан быстро соскочил и выпрямился. Саркастично уставился в покрасневшее от злости лицо.

– Ты, оказывается, такая горячая. Фиу-ух. Я аж вспотел, – Дамиан театрально подергал футболку за горловину.

– …все сказал? – процедила Элис. В ее голове уже медленно рождался план мести.

– Эх, а я вот не люблю крикливых, – проигнорировав ее слова, продолжил он кривляться, – Так что извини. Я тебя не хочу трахать, как бы больно это для тебя ни звучало. Но я буду честен с тобой.

Терпение Крамер лопнуло. Она быстро встала и направилась обратно в общежитие. Ведь если она еще хоть на секунду задержится здесь, накинется на этого идиота с кулаками. Но не тут-то было. Он зашагал следом.

– От бедра, девочка. Да. Вот так. Какие ножки. Мне так не хочется расставаться с вами. Я…

Дверь общежития захлопнулась перед носом Джексона.

Дамиан резко стал серьезным.

– Бля-я, какая же… – шепотом протянул он и пошло прикусил губу. Завис на несколько секунд, погружаясь в сальные мыслишки.

– Ты что тут делаешь? – неожиданно послышалось за спиной. Дамиан аж вздрогнул. Живо развернулся и дружелюбно заулыбался. Диана с милой улыбкой убрала прядь за ушко.

– Проходил мимо, решил постоять у двери.

– Постоять у двери? – недоумевая, моргнула она. Но, мигом одернув себя, продолжила улыбаться.

– Ну да. Встал такой и стоишь. Смотришь.

Она наигранно хихикнула.

– Может, я сквозь стены видеть научился, – серьезным тоном сказал Джексон.

– Сквозь стены? – переспросила она, чтоб поддержать разговор.

– …Да не, ничего. Забудем, ладно? – отмахнулся парень, поняв, что диалог продолжится в таком же скучном ключе. Повернулся, собираясь уйти.

– Может, зайдешь? – спешно поинтересовалась Диана, не желая расставаться.

– Хм… можно, – ответил он с улыбкой.

Она радостно улыбнулась, и они зашли в общежитие.

– А далеко ты живешь? – поинтересовался Джексон, когда они шли по коридору, хотя сам прекрасно знал.

– Да, практически в конце, – сказала Диана. Она шла впереди, глядя перед собой. А вот взгляд Дамиана любопытно метался от одной двери к другой. Вдруг Джексон и вовсе быстро шагнул к приоткрытой двери и заглянул в щель. Чтоб убедиться, привиделось или нет. И нет, не привиделось!

Дамиан жадно просканировал взглядом обнаженную фигуру Элис. Она стояла к нему спиной и рассматривала себя в зеркало. Он тяжело задышал и уставился на упругую попку. Но Крамер быстро развернулась в фас, разглядывая свое тело через плечо. Парень затаил дыхание. Сердце ухнуло. Глаза расширились.

Она идеально подтянутая. Маленькие аккуратные груди и… Ни единого волоска. Безупречно гладкая, даже в области паха…

– Дамиан? – как гром среди ясного неба, прозвучал неподалеку голос Дианы.

Джексон молниеносно выпрямился. Развернулся. И пошел к ней. Набухший член неприятно уперся в ширинку узких брюк.

– Не отставай, а то заблудишься, – сказала Диана, хмурясь, недовольная тем, что он отстал. Ведь думала, что он идет следом и пожирает ее взглядом.

Элис еще минут десять после этого крутилась перед зеркалом. Затем накинула халат на голое тело. Собрала вещи для принятия ванны в пакетик и пошла мыться.

5. В ванной

– Я так и не поблагодарила тебя за то, что ты за меня заступился, – сказала Диана, очень аккуратно разливая чай по кружечкам.

– М? – Дамиан рассеянно посмотрел на нее.

– …новенькая. Когда она напала на меня, – неохотно уточнила брюнетка, сведя брови. Ручка чайника скрипнула в ее руке. Но парень не обратил на это внимания. В данный момент его волновало совсем другое. Его блядский стояк. Головка неприятно терлась о твердую ткань джинсов даже через трусы. Перед глазами то и дело возникала голая Элис, усугубляя положение. Так что он сгорбился, скрестил руки, опустил их на колени и закинул ногу на ногу

– …О чем думаешь? – напряженно спросила Диана, отложив чайничек.

– Да ни о чем, – ответил Дамиан, растянув губы в фальшивой улыбке. Пробежал взглядом по ее фигуре. На секунду завис в области паха. Одернув себя, глянул в красивое лицо. Она зарумянилась, заметив это.

– Да ладно. Я же вижу, – кокетливо, но как бы по-дружески улыбнулась Диана. Подошла к кровати и села рядом. Аккуратно уложила голову ему на плечо.

– Я тебя уже два года знаю.

– Точно, – выдохнул он, пялясь на ее бедра. Эрекция делала свое дело.

– Ну, если не хочешь поделиться со мной, то я пойму, – сказала Мур и вздохнула, опустив руки на бедра. Неспешным движением погладила коленки, делая недвусмысленные намеки.

– В конце концов, ты парень, и у тебя есть свои секреты, да? – совсем нежно сказала она, скользнув руками выше.

Дамиан сглотнул. Член чувствовал себя уже крайне херово. В голове крутилось только одно словосочетание: "Хочу ебаться!" Аромат ее духов дурманил голову. Тепло примкнувшего тела заставляло температуру собственного быстро повышаться.

– …ванная.

– Что?

– Где ванная? Умыться хочу.

– У меня есть туалет с душевой, можешь…

– Нет. Я хочу в ванную. Где она?

– …В конце коридора, – поднимая голову с его плеча, растерянно сказала она.

Дамиан пулей выскочил из комнаты. Зыркнул в противоположную сторону коридора – туда, где находилась комната Элис. Но мгновенно одернул себя и поспешил в ванную.

Ее планировка была такая же, как у ванной в их общежитии – коридорчик со сплошным зеркалом, и много небольших комнат. Дамиан дернул ручку одной двери. Занято. Другой – свободно. Шмыгнул в туда и запер дверь. Навалился над раковиной и расстегнул ширинку. Смачно плюнул на ладонь и начал дрочить, вспоминая порнуху, которую смотрел вчера перед сном.

«Девушка встала раком и широко расставила ноги. Смазка медленно потекла по внутренней стороне бедра. М-м. Киска такая гладкая и сочная, ни единого волоска. Красотка выставила попку, желая члена. Такую охуенную попку.»

Дамиан прикрыл глаза и прикусил нижнюю губу, скаля зубы.

«Так и тянуло облизать, укусить эти упругие ягодицы. Он медленно ввел один палец во влагалище. Девушка сладко вздохнула. Ее спина сексуально выгнулась. Сладенькая стала насаживаться на палец. Да-а.»

– Да-а, – шепотом протянул Дамиан, выпадая из реальности.

«Девушка повернула голову и прошептала: «Войди в меня». Он вдруг понял, что это Элис. Это ее охуенная попка сейчас в его руках. Смакуя, сжал ее пальцами. Она нетерпеливо простонала, приоткрыв рот. Он вытащил палец и медленно, с наслаждением ввел член. Раз Элис просит, он не может ей отказать. Нос начинает ощущать фантомный запах ее духов, такой же сладкий, но нежный, как она сама. Тело покрылось мурашками. «А-ах, Дами…» Элис стонет от удовольствия, когда Дамиан вводит член до основания.»

– Да, – хрипит Джексон, ускоряя темп.

«Обхватывает ее стройное тело и приподнимает. Пошло мнет мягкие груди и теребит соски. Массирует клитор и покусывает хрупкое плечо.»

Дамиан уже не осознает, что его стоны становятся громче. Пыхтит, поглощенный мастурбацией.

– Блядь! В комнате ебаться надо! Раздражает! – резко слышится из-за стены. Дамиан замирает, раскрыв глаза. Тяжело дышит.

– Иди нахуй! – тонким голосом пищит он, чтоб не выдать себя.

– Что?! Сейчас ты у меня пойдешь! – вспылив, кричит Элис.

Джексон просиял, распознав голос. Лицо озарила коварная лыба.

– Кишка тонка! Так что иди нахуй, дура! – снова пищит он.

– …Блядь! Ты меня разозлила! – закричала Элис. Послышались шаги. Вроде и стены не особо тонкие, но тем не менее.

Через пару секунд раздался яростный стук в дверь. Джексон лихорадочно спрятал член.

– Открывай, сучка, – низким голосом прохрипела Крамер.

Элис была готова растерзать эту суку. Неудачный день сделал свое дело. Настроение было воистину поганым.

Дверь резко распахнулась, являя растрепанного раскрасневшегося Дамиана. Тяжело дыша, он бросил взгляд на удивленное, но злющее лицо Элис. Схватил ее за запястье и потянул на себя. Она даже понять не успела, как очутилась с ним один на один. Но это было не самым худшим.

Она уже успела стереть макияж.

Элис с ужасом осознала это и отвернулась. Хотелось вдарить придурку, но она не могла так опозориться перед ним – позволить ему сейчас увидеть свое лицо.

– Попалась, – ухмыльнулся он, плотоядно разглядывая ее тело, одетое в тонкий шелковый халатик.

– Пошел к черту, – рыкнула Элис, лихорадочно ища взглядом хоть что-то, чем бы можно было его ударить. Он в разы сильнее – и врукопашную не одолеть. Тем более Элис не может повернуться к нему лицом.

– Ну что, совсем затрусила, да? Думала небось, что тут сидит какая-нибу…

– А это всего лишь ебнутый придурок, который решил подрочить в женской ванной? – прошипела Крамер. Взгляд наткнулся на бритвенный станок возле раковины, она резко шагнула туда и схватила ее. Но Джексон успел поймать девушку за запястье, пристроившись сзади. Пах Дамиана удачнейшим образом примкнул к ее заднице.

– Ну вот теперь ты точно попалась, – властно прошептал он, склонившись над ухом. И посмотрел на ее отражение в зеркале. Но Элис так и не взглянула на него, она отвернулась и опустила голову. Поэтому в зеркале отражалась лишь ее блондинистая макушка.

– Отпусти, сволочь, – процедила Крамер, упираясь руками в поверхность стола со встроенной раковиной. В одной руке продолжая сжимать бритву.

– Не-ет, – прощебетал Дамиан и плотнее прижался к ее попке. Его набухший член проник в щель промеж ее ягодиц. Элис от этого стало жутко приятно. Она еле удержалась, чтоб не вздохнуть. Все-таки давно уже сексом не занималась. Но блядь. Только не с этим! Нет. И тем более не сейчас.

– Я буду кричать, – огрызнулась она. Но Дамиан, резко дернув, развернул ее лицом к себе. Поднял руки Крамер над головой. Элис в ужасе раскрыла глаза, когда ее взгляд встретился со взглядом Дамиана. Она тут же выронила бритву. Наклонила голову и сгорбилась. Попыталась высвободить руки.

Ухмылка с лица Дамиана исчезла. Ведь он ждал совершенно другой реакции.

– Нет. Нет. Нет, – зашептала Элис, ерзая в попытке вырваться.

– Да что с тобой? – рыкнул Дамиан, недоумевая. Отцепился от рук девушки, обхватил ее голову и приподнял. Элис в панике заглянула в карие глаза и отвела взгляд в сторону. Забилась, пытаясь убрать чужие руки от головы.

– Нет! Не смотри! – воскликнула она. Джексон растерялся.

«Не смотри? На что не смотри?»

– Ты ебанулась? – спросил он, иронично вскинув бровь. Решив, что она его разыгрывает.

– Не смотри на меня! Не смей! Не смотри! – продолжала чеканить Элис, беспорядочно ерзая в его руках. Ее лицо скривилось, глаза и нос покраснели.

– Да, блядь, с чего это я не должен смотреть на тебя?! – не выдержав, пробасил Дамиан,.

– Я не накрашена! Не накрашена!

– …и что? – он удивленно замер. Это было слишком непонятно и бредово.

Из глаз Элис брызнули слезы. Она паниковала уже настолько, что была не в состоянии контролировать себя. И в порыве эмоций выкрикнула то, от чего Дамиан впал в ступор.

– Я уродина!

Хватка Дамиана ослабла, и Элис смогла вырваться. Она пулей выскочила за дверь. Беспорядочно собрав свои вещи, помчалась в комнату.

А вот Дамиан продолжал тупо стоять и переваривать. Тщательно вспоминая черты ненакрашенного лица Элис и сравнивая их с чертами лица накрашенного. Мозг просто завис от непонимания. В голове Джексона не укладывалось, как Крамер могла считать себя уродиной, когда она очаровательная? Причем уродиной, только когда ненакрашенная. А когда накрашенная – красивой?

Что за бред… Ладно бы думала симпатичная хотя бы, но уродина? С таким-то милым лицом. Телом…

Ну, ебнутая на голову точно, но чтоб уродина?! Да ну нахуй! Такая сексуальная девочка просто не может быть страшной!

Дамиан нахмурился и посмотрел на распахнутую дверь.

– …что за хуйня вообще? – фыркнул он в тишине. Немного погодя неохотно направился обратно к Диане.

Он всегда считал брюнетку очень красивой. Даже самой красивой. Но чего-то в ней не хватало. Чего именно, его осенило только сейчас. Она совершенно не сексуальная. В ней нет этого запала. Ею приятно любоваться, но в плане секса… Скорее всего ляжет и будет ждать. И не поизвращаешься, не поиграешься, обидится еще и за сволочь примет. Страсти и пыла там нет от слова совсем.

А вот на Элис хуй отреагировал сразу. Да и все остальные органы чувств тоже…

Дамиан почти сразу ушел от Дианы, даже остывший чай допивать не стал. Поплелся в свое общежитие. Зашел в комнату, лег на кровать. Хуй уже давно упал, и мозг заняли совершенно иные думы.

Элис трясло. Подбежав к шкафчику с бельем, она быстро достала оттуда коробочку. Приняла таблетку и запила водой. Улеглась на кровати, свернувшись калачиком. Потерла опухшие от слез глаза, бормоча:

– Он видел. Наверняка смеется теперь. Точно смеется. Проклятье. Черт. За что? Не надо было выходить. Какая же я идиотка. Идиотка… Мама же говорила, чтоб я никогда не выходила на люди не накрашенной. Почему я такая дура?.. Он точно смеется надо мной… Сме…ется…

Спустя минуту Элис отключилась от действия таблетки.

6. Месть

Элис неохотно разлепила глаза, морщась от солнечного света. Утренний звонок продолжал истерично бренчать, оповещая всех о подъеме. Она повернулась на бок, отворачиваясь от окна. Постельное белье неприятно касалось липкой от пота кожи. Ей всю ночь снились кошмары, отчего она даже несколько раз просыпалась. После такой ночки голова попросту не могла не раскалываться, боль особенно отдавалась в висках.

– Да вырубите вы его! – психуя, крикнула она в пустоту комнаты.

Пролежав в таком положении еще минут пять, неохотно встала. Приняла таблетку и переоделась в чистый халат. Собрав душевую сумочку, взглянула в зеркало. Осталась крайне недовольна своим отражением и пошла мыться.

– Чертов будильник, – в полусонном состоянии прохрипел Дамиан. Заторможено накрыл голову подушкой, продолжая валяться на брюхе, сдавливая стояк бедром.

Какие сны ему снились, какие сцены постельные… Настолько развратные и откровенные, каких он ни в одной порнухе не видел. Но стоны девушки превратились в отвратное дребезжание утреннего звонка.

Спустя минут пять Дамиан все-таки оторвал свою царскую тушу от лежбища. Сел и зевнул, растягивая пасть. Почесал голову, соображая, что делать дальше. Зыркнул на стояк и понял, что ответ лежит, а точнее стоит, на поверхности. Поставил перед собой ноутбук. Порывшись, нашел свое любимое порно и промотал до горячего момента. На всю комнату раздались стоны. Мужик, поставив девку раком, жарил ее. Дамиан оперативно вытащил член.

– Да, хорошо пошел, – ухмыльнулся он и начал дрочить, прикусив губу и скаля зубы.

Кончив, плюхнулся на кровать. Вот оно блаженство. Хотя… Нет, нихуя. Вот если бы вживую такое повторить, вот тогда заебись. Он прикрыл глаза и вздохнул, его уши покраснели. А еще лучше было бы повторить такое с Крамер. Вот тогда точно заебись! Он бы обкатал ее по полной. Во всех позах камасутры.

Повалявшись еще минут пятнадцать, Дамиан поднял свой зад с кровати и пошел мыться с мыслью: “Да, охуенно бы было…”

После водных процедур Элис вернулась в комнату и начала шариться в ящике с нижним бельем. Ведь пока мылась, вспомнила пикантный момент. Как член Дамиана вчера терся о ложбинку между ягодиц. И, даже если не хочется признавать, это было приятно. Даже слишком. Поэтому так и тянуло надеть самое откровенное белье. И плевать, что оно будет вульгарно просвечивать из-под белой рубашки. Так что она надела полупрозрачный кружевной бюстгальтер черного цвета и стринги из комплекта. Оглядела себя со всех сторон, довольно улыбнулась. Накрасилась и уложила волосы. Надела черные капроновые колготки и форму. Пока стояла и наводила марафет, прокручивала в голове вчерашний день и все поступки Джексона. Вспомнила заодно, как он, защищая Диану, оттащил ее. Радость улетучилась, сменяясь гневом. Чертовски захотелось поквитаться с мерзавцем. И, когда полезла в шкафчик за духами, ее осенило. Взгляд наткнулся на коробочку с полосками для депиляции. Лицо озарилось коварством. Она быстро взяла несколько полосок и сунула их в сумочку вместе с прочими вещами. Оглядев себя в зеркале еще раз, гордо покинула свою комнату.

Вернувшись из ванной, Дамиан швырнул полотенце на комод. Увидел на нем недоеденную пачку чипсов. Схватил ее и высыпал остатки себе в рот. Хрустя, подобрал со спинки кресла форменные брюки. Надел, попутно сканируя комнату взглядом в поисках пиджака или рубашки. Последнюю, правда, он неделю в глаза не видел. Но пиджак нашел. Тот валялся возле этого же кресла в куче другой одежды. Носки Дамиан не рискнул разыскивать, шкурка выделки не стоила. Открыл комод и достал оттуда новые. Оторвал зубами бирку, бросил ее рядом с полотенцем. Натянув их, вытащил из комода же футболку, не задумавшись о том, что она забыла среди носков. Побрызгал подмышки дезодорантом. Напялив футболку и поверх нее – пиджак, он подошел к зеркалу.

Ну охуенен, как и всегда.

Взял лак для волос там же,, где только что были чипсы, прыснул его на голову в упор, отчего шевелюра взмокла. Швырнул баллончик на не заправленную кровать, не удосуживаясь даже взглянуть, куда тот приземлился. Взлохматил волосы типа делая причесон.

Ну вот, теперь невзъебенно охуенен!

Подмигнул отражению и бодро потопал завтракать.

Элис, идя по столовой, довольная ловила взгляды парней на ее грудь. Слегка просвечивающая на свету рубашка и черный кружевной бюстгальтер под ней делали свое дело. У всех просто челюсти отпали и порозовели лица. Запах духов оставлял за ней соблазнительный шлейф. Крамер спокойно дошла до своего места и села на стул. Закинула ногу на ногу, подняла взгляд и… Стул напротив был пуст. Ну конечно, иначе быть просто не могло. Ну ничего, можно и в учебном корпусе поквитаться.

Официант пронзительно взглянул на нее, ставя поднос с едой.

– У вас нижнее белье просматривается. В таком виде ходить на учебу запрещено, – прямо сказал он.

Элис скривилась от чужой бестактности, но неохотно кивнула.

– Но у меня остальное в стирке, к сожалению. Я бы и рада, но не могу, – строя из себя дурочку, она мило улыбнулась.

– Наденьте поверх рубашки пиджак.

– Жарко.

Мужчина нахмурился, краснея лицом.

– Это ваша проблема. Моя обязанность – вас предупредить.

– А кто додумался делать рубашку белого цвета? Под ней же можно носить лишь белье телесного цвета, чтоб ничего вам там видно не было. Я теперь должна бюстгальтеры накупить специально для этого?

Из-за разговора с официантом Элис не сразу увидела Дамиана. Он, как заметил Крамер издали, мигом пошел к ней, чтоб разглядеть с более близкого расстояния. Наглой мордой обошел застывшего от возмущения мужчину и склонился над ней, уставившись на сиськи. Элис замерла.

– Я, кажется, их вижу, – просиял Джексон, туго сглотнув.

– Что? – лицо Элис вытянулось, она инстинктивно скрестила руки на груди.

– А ну иди на свое место, – пробасил официант. Схватил мощной рукой Дамиана за локоть и повел. Но тот, машинально шагая за ним задом наперед, продолжал пялиться в область груди Элис, словно пребывая в трансе.

Дотащив Дамиана до его места, официант грубо усадил его. Крамер дернулась.

– Ешь. Нечего на девушек заглядываться, ты здесь находишься не для этого, не забывай, – отчеканил он. Дамиан наконец взглянул на мужчину и миленько улыбнулся.

– Хорошо

Тот нахмурился.

– Почему ты снова рубашку не надел? В воспитательную комнату захотел?

– Нет. Что вы… Просто я ее потерял.

– Где ты мог ее потерять? – недоверчиво спросил он.

– В комнате, скорее всего.

– …все! Сегодня снова пойдешь к директору.

– Ладно.

Когда перед Дамианом опустился поднос с едой, Элис опомнилась и убрала руки с груди. Приступила к еде. Официант еще немного постоял над душой и удалился. Джексон хищно зыркнул на нее.

– Бутончик распустился? – ухмыляясь, выдал он.

Она стрельнула в него злющим взглядом, но промолчала.

– Сладкий нектар стекает по нежным лепесткам. Обволакивает своим благоуханием маленького шмеля. Маленький шмель аккуратно пристраивается и вытаскивает свой хоботок. Нежно приласкав сочные лепестки, погружается в лоно чудесной белой лилии.

– Ты больной? – прошипела Элис, краснея от смущения.

– Да нет, я в порядке. Просто возбудился от шикарного цветения и с удовольствием потеребил бы хоботком твои лепестки и тычинку, – ухмыляясь, промурлыкал он.

Элис перестала жевать.

– Лучше не зли меня, – понизив голос, сказала она и поерзала на стуле.

– И язычок твой острый обсосал бы, как леденец.

Крамер скривилась от гнева. Но у самой в области паха потянуло. Несколько секунд длилась сокрушительная пауза. Неожиданно на лице девушки появилась дикая ухмылка. Она нанизала кусок мяса на вилку. Поднесла его к приоткрытым губам.

– Ненавижу, когда у уха жужжат всякие букашки. Так зачем прекрасной белой лилии подпускать к себе мелкое придурковатое насекомое?

– Для опыления, – самодовольно ухмыльнулся он, облокотившись на стол.

– Жалко маловато, не находишь? – оскалилась она в улыбке и погрузила кусок мяса в рот.

– Как раз по щелочке, – прощебетал Дамиан.

– Не такая маленькая щелочка, как ты думаешь.

– И жалко не такое маленькое, как думаешь ты.

Крамер промолчала, и Джексон продолжил.

– У шмеля кроме жала еще лапки и хоботок есть. Он ими тоже божественно орудует. Такого опыления у лилии точно не было.

– Вырвать надо назойливому шмелю и лапки, и жало, и хоботок, чтоб на чужие цветы не облизывался.

Элис грубо подцепила еще один кусок мяса и сунула в рот.

– Но ты так жуешь и глотаешь… Любая порнозвезда позавидует такому таланту.

– Пошел ты, – процедила она.

– Ладно-ладно, не злись, сладенькая, а то морщинки появятся.

Крамер метнула на него угрожающий взгляд. Дамиан наконец отвел взгляд и с самой довольной рожей начал спокойно поглощать свой завтрак.

Если до этого момента Элис еще сомневалась, то теперь была твердо уверена. Он сам нарвался, и получит ответочку.

Придя в аудиторию в полной готовности, она без колебаний направилась к столу Дамиана. Он вальяжно сидел на стуле, копаясь в телефоне. Элис ловко перекинула ногу через его бедра, садясь ему на колени. Дамиан даже охуеть не успел. Она шлепнула ладонь на его лоб и впилась губами в губы. Джексон выронил телефон, живо обхватил и сжал ее ягодицы, потянул на себя, прижимая пах вплотную к своему. Элис едва не охнула.

За всей этой картиной в молчаливом охуении наблюдали все остальные. В аудитории повисла гробовая тишина. Диана опешила больше остальных. Но спустя несколько секунд Элис отпрянула, прервав горячий поцелуй, и быстро встала. Дамиан опьяненно потянулся за ней, продолжая обхватывать руками ягодицы.

– Ой. А что это у тебя над глазом? – изобразив невинное удивление, прошипела она.

Дамиан перевел похотливый вопросительный взгляд с груди на ее лицо. Аудитория окаменела. Все ошарашенно уставились на все еще балдеющего Дамиана.

– Что там? – причмокнув губами, он неохотно убрал одну ладонь с ее попки. Потянулся к своему лицу.

– Стой-стой. Дай я, – тут же любезно протараторила Элис. Немного наклонилась, нависнув над ним. Дамиан снова опьянел от такой близости и ухватился за ее ягодицу. Потянулся, желая поцелуя.

Но Элис злорадно поморщилась. Схватила эпиляционную полоску за край. И отодрала ее к херам .

Дамиан громко вскрикнул. Из глаз брызнули слезы. Он согнулся и схватился за надбровную дугу.

Присутствующие пораскрывали рты, охнув в один голос.

Элис взглянула на полоску и иронично ухмыльнулась.

– Кажется, ты что-то потерял, шмель. Возвращаю, – и она швырнула полоску Джексону на колено.

Дамиан посмотрел на нее сквозь мутную пелену слез и сразу опознал в фигуре из волосинок собственную бровь. Выражение его лица стало меняться мягко говоря не в лучшую сторону. Увидев это, Элис решила, что пора сваливать. Срочно. Она быстро зашагала к двери.

Но не успела выскочить из аудитории. Джексон выпрямился. Хрустнул костяшками пальцев и сорвался с места.

– Поймаю – мало не покажется, психичка!

Элис, вскрикнув, рванула наутек.

Одногруппники продолжили сидеть в тишине, шокировано уставившись на дверной проем. Только Диана в гневе перевела взгляд на восковую полоску с темной бровью и телефон, оставшийся валяться на полу.

Конец ознакомительного фрагментаОзнакомительный фрагмент является обязательным элементом каждой книги. Если книга бесплатна – то читатель его не увидит. Если книга платная, либо станет платной в будущем, то в данном месте читатель получит предложение оплатить доступ к остальному тексту.Выбирайте место для окончания ознакомительного фрагмента вдумчиво. Правильное позиционирование способно в разы увеличить количество продаж. Ищите точку наивысшего эмоционального накала.В англоязычной литературе такой прием называется Клиффхэнгер (англ. cliffhanger, букв. «висящий над обрывом») – идиома, означающая захватывающий сюжетный поворот с неопределённым исходом, задуманный так, чтобы зацепить читателя и заставить его волноваться в ожидании развязки. Например, в кульминационной битве злодей спихнул героя с обрыва, и тот висит, из последних сил цепляясь за край. «А-а-а, что же будет?»

7. Проучи меня

Элис на всех парах мчалась вперед. Адреналин бил по мозгам.

– Стой, дура! Все равно поймаю! – разъяренный голос послышался совсем рядом. Она резко завернула в какую-то аудиторию. Если бы продолжила бежать по прямой, точно попалась бы. Она влетела туда. Никого. Метнулась к окну. Первый этаж, можно спрыгнуть и убежать. Промчалась между столами и потянулась к ручке на оконной раме.

Но Дамиан схватил ее за пиджак и дернул назад. Она рухнула на спину и вскрикнула. Он перекинул ногу через ее таз и сел сверху. Элис хрипнула от боли. В ужасе раскрыла глаза. Он вцепился в ее рубашку и одним резким рывком распахнул ее. Пуговицы с треском разлетелись в разные стороны.

– Сволочь! Не трогай меня! Пожалеешь! – заверещала она от злости и страха. Вцепилась в его волосы и со всей дури потянула. Джексон зашипел от боли и схватил ее за запястья, с силой сжал. Элис зажмурилась от боли. Отцепилась от чужих волос. Забилась в истерике.

– Тварь! Только посмей! Свой грязный член!.. Урод вонючий! Ненавижу!

Дамиан резко прижал ее запястья к полу, по сторонам от ее головы. Элис на секунду притихла и диким взглядом уставилась в побагровевшее от ярости лицо.

Но в следующую секунду истерично, звонко расхохоталась. Отсутствие одной брови было воистину смешным зрелищем. Ее грудь содрогалась от смеха. Взгляд Дамиана невольно поплыл вниз. На черный кружевной бюстгальтер и покачивающиеся груди под ним. И Дамиана заклинило. Он перестал обращать внимание на ее хохот. Перестал видеть, что происходит вокруг. Как завороженный, уставился на подрагивающую соблазнительную грудь девушки. Плотоядно облизнулся и живо опустился вниз. Прилепил влажные, горячие губы промеж сисек. Элис застыла, шокировано распахнув глаза. Приподняв голову, вытаращилась на лохматую макушку. По всему телу словно разряд тока прошел. Волна сладкой дрожи пронеслась от промежности до кончиков ушей и волос на затылке.

Он шумно втянул носом запах ее тела и отплепил губешки. Медленно поднял затуманенный, похотливый и какой-то маниакальный взгляд, встретившись с ее глазами. Которые расширились настолько, насколько это вообще возможно.

– А-а-а-а-а! – чуть ли не на все здание заорала она, оглушая его.

Забилась пуще прежнего.

На крик прибежали два преподавателя. Они схватили Джексона за предплечья и живо оттащили его. Элис вскочила, как ошпаренная.

Стянула с ноги ботинок.

Никто даже очухаться не успел. Она размахнулась, в ярости сведя брови.

И вдарила подошвой Дамиану по челюсти.

– Еще раз так сделаешь – я убью тебя! – в гробовой тишине гаркнула она, тяжело дыша.

Из губы Дамиана потекла струйка крови. Он широко раскрытыми глазами смотрел куда-то перед собой.

– Так! Вы оба, к директору! Немедленно! – придя в себя, пробасил один из преподавателей. Джексон, наконец отойдя от шока, исподлобья уставился на Крамер. И от этого взгляда ей стало действительно страшно.

– Берегись, – сухо, чуть слышно сказал он.

Она скривила губы, когда Дамиан перестал сопротивляться и покорно пошел с преподавателями. Внутри все застыло от ужаса.

Постояв так еще немного, Элис живо застегнула пиджак на все пуговицы, чтобы скрыть грудь, и на подкашивающихся ногах поплелась к директору.

Войдя в кабинет, увидела там уже сидящего на стуле Дамиана. Директор с красным лицом стоял, опираясь двумя руками о стол.

– Полгода, Дамиан. Мы-то и правда поверили, что ты образумился. Что становишься лучше. А ты, оказывается, просто притворялся, да? Водил нас за нос. Так ведь?

Джексон молчал, глядя на стол.

– Ох, зря. Зря ты разозлил меня. Теперь не жди, что…

Увидев в дверном проеме Элис, мужчина замолк. Жестом указал ей на стул. Она живо подошла и села рядом с Дамианом. Тот сидел, сгорбившись, но вальяжно и ничуть не скованно. Элис сглотнула, увидев покрасневшую и опухшую щеку. Разбитую губу и след от крови.

– А ты, Крамер, что скажешь в свое оправдание? – спросил директор, сердито посмотрев на нее.

– Я только защищалась. Он хотел меня изнасиловать, – без промедления ответила она. Лицо директора скривилось. В повисшей тишине послышался хруст костяшек, и Элис поняла, от кого он исходит.

– А зачем ты выдрала его бровь?

– Вчера в ванной он домогался меня.

– Ты что несешь, блядь?! – не выдержав, гаркнул Джексон. Развернулся к ней. Но его тут же схватили санитары.

– Отпустите! Я в порошок ее сотру! Выебу нахрен! Поняла меня?! Попадешься – пеняй на себя!

Пока он вырывался, в руке одного из санитаров мелькнуло что-то похожее на шприц. И уже через пару секунд Джексон замер, обмяк и вырубился. Его тело начало заваливаться. Но мужчины подхватили его и выволокли прочь. Элис пронаблюдала это, застыв.

– На сей раз в исправительную комнату я тебя не закрою, – хмуро сказал директор.

Она нервно сглотнула, продолжая пребывать в шоке от увиденной сцены. Взяли, вкололи что-то и уволокли. Жуть какая-то…

– Но если еще раз повторится что-то подобное – больше поблажек не жди, поняла? – ледяным тоном сказал мужчина. Элис пропустила это мимо ушей.

– А сколько его продержат в…

– Неделю.

– Ну, значит, неделю я буду вести себя лучше всех, но потом… Если он снова начнет лезть ко мне, – Элис нахмурилась и взглянула на директора влажными, покрасневшими от эмоций глазами, – Я… Мне придется что-нибудь сделать.

– Мы проследим, чтобы он больше не подходил к тебе, – сказал директор.

– Но вы же не сможете следить за этим двадцать четыре часа в сутки, – горько усмехнулась Крамер. Сейчас, когда адреналин начал отпускать, она наконец прочувствовала все остальные эмоции. Страх, обиду, злость и стыд. Ее только что чуть парень не изнасиловал. А все из-за мамы, которая умудрилась засунуть единственную дочь в такое ужасное место. И почему ей так не везет, а? И что делать, когда этот козел выйдет из карцера? Он наверняка решит довести начатое до конца. И никакие санитары ему не помешают. Пиздец. Самый настоящий, огромный и неотвратимый пиздец.

– Мы постараемся, – мужчина недовольно скривил губы. Его раздражало, что кто-то вроде этой мелкой соплячки смеет усомниться в качестве его работы.

– А теперь иди в свою аудиторию.

– Хорошо, – сказала она и вышла из кабинета.

Для начала нужно было сходить в общежитие и поменять рубашку. У этой явно не хватало пуговиц. Крамер вернулась в комнату и подошла к зеркалу. Хотела было поправить прическу, но зависла, глядя на свое отражение. Увиденное повергло Элис в шок. Промеж грудей красовался засос. Внизу живота туго потянуло. В памяти всплыло лицо Дамиана, когда тот, отлепив губы, посмотрел в ее глаза. В тот момент ее чуть наизнанку не вывернуло. И это была совсем не тошнота. Просто внутри стало так горячо, что захотелось вмиг сорвать с себя всю одежду, и…

Крамер шумно сглотнула. Сейчас она вспомнила, как сквозь ткань одежды ощутила его яйца и член. А вчера в ванной и вовсе…

Элис, тяжело дыша, сняла с себя всю одежду и убрала ее на стул. Окинула взглядом затвердевшие соски и прикусила губу. Ощутила приятное возбуждение и живо пошла к кровати. Достала из-под подушки вибратор, легла на спину и раздвинула ноги.

Медленно ввела его и блаженно выдохнула, когда ствол оказался полностью внутри. Она удовлетворенно и похотливо улыбнулась. Прикрыв глаза, нажала на кнопочку. Он завибрировал, заставив ее выгнуться.

Перед глазами возник Дамиан. Как он целует ее, нависая сверху.

– Ах…

Линии ребер четко очертились, груди плавно качнулись. Пальцы на ногах сжались. Бедра то напрягались, то расслаблялись от каждой новой волны удовольствия. И Элис, тяжело дыша, начала ласкать груди, раз за разом прокручивая в голове то, как Дамиан целует ее. Его грудь, которую она видела сквозь вырез майки, когда они завтракали. Ощущение твердости его члена. И… поцелуй в губы. Только сейчас она вспомнила то опаляющее ощущение страсти.

– Да-а.

Она облизнула нижнюю губу языком, прикусив ее. В голове в ярких красках нарисовалась сцена, когда она целовала Дамиана в аудитории, сидя на его бедрах. А он трогал ее попу.

Ягодицы Элис рефлекторно сжались, и она пошло простонала.

– Да-а, – протянула она, сжимая грудь, – Выеби меня.

Судорога удовольствия прокатилась по телу. Она содрогнулась от оргазма. Простонала и выгнулась. Закатила глаза, ее лицо вытянулось…

Обессиленно нажала на кнопочку вибратора, выключив его. Аккуратно вытащила и распласталась на кровати, тяжело дыша. Пролежав так около минуты, покосилась на игрушку.

– Хм… Интересно, а какой у этого придурка? – прошептала она. Ухмыльнулась и добавила, – Какое же у тебя жало, мистер Шмель?

Сейчас в голове не было ни мыслей об учебе, ни мыслей о маме и об этом месте. Ни о том, что Дамиан был совсем не рад их последней встрече. И Элис на самом деле даже возбуждала мысль о том, что Джексон может взять ее силой…

Но фантазия фантазией, а вот если это произойдет в реальности, как сегодня? Когда ее затрясло от ужаса…

Элис накрылась пледом и прикрыла глаза. К черту все, после такого блаженства можно и поспать.

Дамиан очнулся в исправительной комнате. В глаза врезалась большая красная надпись. Взгляд равнодушно пробежал по ней, в который раз читая текст. Уже такой привычный, как неотъемлемая часть жизни.

«Получил то, что ЗАСЛУЖИЛ.

Хочешь получить что-то ДРУГОЕ?

ЗАСЛУЖИ!»

Джексон улегся на кровати, положив руки под голову. Сложил ногу на ногу и злобно ухмыльнулся.

– Заслужу, блядь. Так, что обкончаешься.

8. Возвращение Джексона

Примерно в середине недели Элис снова отправили к психологу. Ее буквально за ручку отвел туда классный руководитель их группы. А все потому, что Крамер забила и сама на консультацию так и не пошла.

Но психолог даже слова по этому поводу не сказал. Мужчина спокойно поправил свои нелепые очки и достал из письменного стола бледно-розовую папку. Вид которой девушку насмешил, но она лишь скривила губы. Не будешь же при нем насмехаться над её убогим видом. Да и кто ведет дела на бумаге, а не в электронном виде? Цирк какой-то.

Мужчина раскрыл папку и записал число. Поднял взгляд и поморщился. Она поняла, что не стоило надевать вульгарные колготки в крупную сеточку и чокер с кольцом. Порозовела и мило улыбнулась, пытаясь сойти за примерную девочку.

– Присаживайтесь, Элис, – сказал он и снова опустил взгляд на свои записи.

Крамер живо села в кресло и поерзала, опустив руки на коленки и выпрямив спину. Кресло оказалось очень удобным, что ее весьма порадовало. Хоть задница не устанет, пока она будет находиться тут и выслушивать этого человека.

Записав все, что хотел, психолог сунул папку обратно в стол. Элис еле слышно облегченно выдохнула.

– Итак, – сказал мужчина, – Вы готовы начать?

– Мгм, – она уверенно кивнула.

– Сегодня я буду задавать вам вопросы, а вы должны отвечать на них. Максимально подробно и правдиво. И это в ваших же интересах, Элис. Так как поможет вам сократить срок пребывания в нашем учебном заведении, – улыбнулся он и, обойдя стол, сел в соседнее кресло, устроившись напротив нее. Элис напряглась. Все желание строить из себя божий одуванчик улетучилось. И она неосознанно закинул ногу на ногу и опустил руки на подлокотники. Исподлобья уставилась на него, готовясь к худшему.

Однако мужчина задавал совершенно не те вопросы, которых она ожидала. Он спрашивал, какие наиболее яркие воспоминания из детства у нее сохранились. Насколько они ее порадовали либо огорчили. Просил описать любимые игрушки и как их звали. Имена друзей и прочую, на взгляд Элис, ерунду. Какие эмоции и чувства она тогда испытывала. О чем думала и мечтала. Крамер это даже позабавило. Если поначалу она неохотно делилась, то в конце вошла во вкус. Увлеклась, вытаскивая из памяти самые разнообразные вещи, про которые она так давно не вспоминала и не думала. Рассказала все в мельчайших подробностях, то и дело покачивая ногой и жестикулируя.

Продержав Элис у себя примерно два часа, психолог отпустил ее. Она покинула кабинет довольная, в хорошем расположении духа.

Шагая в свое общежитие, глазела по сторонам. Странно, но это место выглядело сейчас таким спокойным. Таким безмятежным. Таким… Крамер скривилась. Таким унылым! Мухи дохнут просто. А ещё учебное место для трудных подростков называется.

– Хм.

Но тут внимание Элис привлекла одиноко сидящая на скамье Диана. Девушка увлеченно читала какую-то книгу. Одетая в белое струящееся длинное платье, черные волосы завиты в шикарные локоны. Воистину изящная принцесса благородных кровей. Еще бы на такую парни не клевали…

Внутри Элис закипела ревность и обида. В голове щелкнуло. Она, хитро прищурившись, подошла и присела рядом. Мур рассеянно взглянула в ее сторону. Выражение лица брюнетки вмиг переменилось. Но Элис успешно проигнорировала это.

– Привет. Как настроение, красавица? – любезно спросила она, нарочито изящно убрав волосы за ушко. Отсутствие адреналина просто убивало, и Крамер уже готова была повеситься от скуки.

– Замечательное было, секунду назад, – переведя взгляд обратно на книгу и высокомерно вскинув брови, отозвалась Диана.

Одно лишь нахождение рядом проклятой блондинки жутко бесило. Что уж говорить о разговоре с ней. Ее нестерпимо раздражала и злила вся эта отвратительная ситуация. Из-за этой тупой шлюхи Дамиан сейчас сидит в исправительной комнате и мучается. Наверняка ему там очень плохо и одиноко. Бедный Дамиан. Это не его, а эту мерзавку должны были на неделю упечь, а лучше на месяц. Чтоб глаза никому не мозолила.

– Что злишься? Я разве повод давала? – съязвила Элис, склонив голову набок, – Месячные что ли начались?

Диана от злости и стыда раскраснелась. Но решила просто проигнорировать ее. Не дождавшись ответа, Элис продолжила. Нагло опустила ладонь на ее бедро, сжимая его.

– Или ты до сих пор обижаешься, что я твою невинную киску тронула?

Диана шокировано уставилась на чужую ладонь. Опомнилась, сбросила ее и подскочила, как ошпаренная.

– Ты, чертова извращенка! Шлюха! Что ты себе позволяешь?!

Стоящие неподалеку студенты обернулись на шум и любопытно уставились на представление.

– А что, жалко? Или ты свою щелочку для кого-то особенного берегла? – усмехнулась Элис и встал вслед за ней.

– Не твое дело, – отчаянно ответила Диана, готовая расплакаться.

– Уж не для того ли безбрового придурка? – спросила Элис, глядя ей в глаза.

– Замолчи, – сжав книгу в руке, выдохнула девушка. По ее щекам покатились слезы.

– Ха, замолчи?! Так вот, слушай меня, принцесса! Из-за того, что ты ломаешься перед ним, этот кретин лезет ко мне. А я свою киску всяким дебилам давать не собираюсь. Если ты и правда хочешь заполучить его, не тормози. Иначе, если он полезет ко мне еще раз, я его достоинство с корнем вырву! – вспылив, отчеканила Элис.

Несколько секунд длилась сокрушительная пауза. Диана сорвалась с места и побежала в общежитие. Элис, тяжело дыша, сжимала кулаки и пялилась куда-то перед собой. Внутри все бурлило и клокотало.

«Выебу нахрен! Поняла меня?! Попадешься – пеняй на себя!»

Отдалась в ушах фраза Джексона. Крамер судорожно сглотнула и попыталась вернуться в реальность. Слова словами, а на деле… Она ведь не сможет дать этому уроду достойный отпор. Надо что-то придумать…

Следующие несколько дней пролетели так быстро, что Крамер даже запаниковать не успела. Но самым странным было то, что после прошлого раза даже мастурбировать не тянуло. Аж сама удивилась этому. Но и секса не хотелось, хотя она каждый день была окружена парнями, и те внаглую пялились на нее. Но никто из них взгляд не цеплял, и она даже ощутила себя целомудренной девкой.

Диана теперь даже в ее сторону не косилась. Видимо, обиделась настолько, что решила вообще сделать вид, что Элис не существует. Но Крамер это, скорее, порадовало – меньше поводов для раздражения. Отмотать бы срок, да поскорее свалить из этого места, не попадая в карцер.

Придя с учебы, Элис спокойно вошла в свою комнату. Дверь была открыта, но это ее ни капельки не смутило. Она часто забывала запереть ее на ключ.

Джексона притащили в его комнату и уложили на кровать. Забрав носилки, мужчины в белых халатах быстро покинули общежитие парней. Пролежав в притворном сне около минуты, дабы убедиться, что санитары ушли, Дамиан живо соскочил с кровати. Метнулся к зеркалу и посмотрел на свое отражение. Кривя рожу, посмотрел на бровь, точнее – её отсутствие. Наконец-то он увидел, что сделала с ним эта психичка. Хотя мелкие отросточки волос уже по новой начали проклевываться, красивее лицо они не делали. Лысая надбровная дуга выглядела, как отполированный бампер.

– Ебануться, – еле слышно прокряхтел он. Быстро подобрал с пола баллончик с лаком для волос и прыснул на челку. Снова швырнул его на кровать, не оборачиваясь. И, судя по грохоту, тот вновь свалился на пол.

Он, усердствуя и вполголоса выплевывая матерные ругательства, зафиксировал челку так, чтобы закрыть лоб. Теперь из-под лохматой шевелюры виднелись лишь два сверкающих яростью глаза.

Уже через десять минут Джексон прошмыгнул в женское общежитие. Дошел до двери Элис, быстро вытащил из кармана отмычку и начал ковыряться в замке. На вскрытие комнаты потребовалось примерно полчаса. Дамиан аж весь вспотел от нервов.

Проникнув в комнату и прикрыв за собой дверь, быстро обернулся. Окинув взглядом комнату, просто охуел. Именно так можно было охарактеризовать выражение его лица. Хотя в этом не было ничего удивительного, учитывая, в каком свинарнике жил он сам. Нос Дамиана учуял нежный запах каких-то там цветов. Но он понятия не имел, каких именно. Он просто бегал взглядом по стерильно чистой и опрятной комнате.

Впрочем скоро он опомнился и вернулся к своим коварным планам. Парень живо потопал к гардеробу и грубо раскрыл дверцы. И снова охуел от порядка. Поморщившись, схватил плечики с рубашкой и вытянул ее перед собой. Ухмыляясь, стал пялиться на одежду и прикидывать, что же с ней сделать. Разорвать? Потоптаться ногами? Выбросить в окно?..

Но чем больше он на нее пялился, тем мутнее становились мысли. И вот когда в голове образовался пространственно-временной вакуум, он медленно поднес рубашку к носу и понюхал.

Мозги заволокла густая пелена похоти. «Эта сука» превратилась в «охуенную блондиночку».

И только Дамиан приоткрыл рот, чтобы оформить мысль в слова, как в коридоре послышался стук каблуков. Он лихорадочно захлопнул дверцу шкафа. Метнулся к кровати и залез под нее.

Сердце бешено забилось. В голове вспыхнула мысль «Какого хуя?!» Он как какая-то шлюха лежит под кроватью и ебется с паркетом. С чего, блядь, он вообще сюда заполз? Башкой об косяк ебнулся, что ли?

Однако, несмотря на все эти провокационные мысли, выползать из-под кровати Дамиан не торопился. Скорее всего, из-за интуиции. Ведь однажды он видел, как блондинка голая стояла у зеркала и разглядывала себя. Глядишь, и сегодня повезет.

Джексон, лежа на пузе, мог видеть, как Элис сняла туфли и прошла мимо кровати босиком. Уставился на ее ножки.

«У нее даже пальчики на ногах идеальные» – заключил про себя он.

Элис, сняв пиджак, подошла к шкафу. Открыла его и зависла. В шкафу не хватало рубашки. Та – об этом девушка, конечно же, не подозревала – лежала скомканная рядом с удобно устроившимся под кроватью Джексоном.

– Да и фиг с ней, – сказала она, закатив глаза. Повесила пиджак на плечики и принялась расстегивать пуговицы на рубашке, стоя к кровати спиной. Справившись с пуговицами, медленно сняла её и убрала в шкаф. Схватилась за резинку юбки и, двигая бедрами, стянула ее, низко наклонившись.

Дамиан под кроватью вылупился на сочный персик, разделенный полосочкой белых стрингов, едва не пуская слюни.

Девушка убрала юбку и, будто услышав молитвы Дамиана, неторопливо стянула с себя трусики. Джексон начал медленно плавиться. Под кроватью стало так жарко, что пот начал течь с него ручьями. Член, казалось, скоро в паркете пробьет дыру. А потом он просто захлебнется собственной слюной. Но это был еще не конец божественного представления.

Элис сняла бюстгальтер, достала халатик и развернулась к нему.

И тут Джексон поверил в божественную милость. Карму и прочие высшие силы.

Она, словно в замедленной съемке, накинула его на голое тело. Подошла к зеркалу и принялась стирать макияж. Завершив дело, достала из шкафчика таблетку и проглотила её, запив водой. Дамиан, пронаблюдав это, стал серьезным. Элис убрала все на место и поплелась к кровати. Залезла на неё и распласталась.

Джексон скривился.

Спустя минуты три сверху послышалось еле слышное сопение. Смекнув, что девушка уснула, он осторожно выполз из-под кровати и навис над ней. Элис безмятежно спала, лежа на спине; шелковый халатик, неплотно запахнутый, едва прикрывал грудь и бедра . Дамиан окинул ее плотоядным взглядом.

– Развлечемся? – прошептал он и потянулся в карман за телефоном.

9. Хорошо

Фоток с разных ракурсов Дамиан наделал от души, особенно ненакрашенного лица Элис, заранее представляя, как завтра будет показывать их ей и смаковать ее истерики. А потом начнет шантажировать, что распечатает ее лицо и вывесит везде, чтобы все ее увидели такой. Чтобы она тоже испытала позор, который пришлось пережить ему. Хотя, если уж честно, позора он, конечно, особого не испытал и вряд ли испытает. Но очень неприятно было после поцелуя лишиться брови и получить ни за что ботинком по лицу. И тот факт, что он к сиськам прильнул, его не сильно в этом переубеждал. Ведь он бы, например, был вообще не против, если бы она сделала то же самое с ним. Даже всеми руками за, чего уж душой кривить. Но она в его понимании поступила крайне подло. Поигралась на чувствах, а потом еще и избила и стуканула. В карцере пришлось неделю мариноваться.

Он вздохнул и еще раз окинул ее взглядом. Туго сглотнул, задержав взгляд на сиськах, по-прежнему скрытых под шелком халатика. Скользнул взглядом ниже, остановился на слегка выступающей под тканью лобковой косточке. Члену уже было невыносимо тесно в брюках. Но не будешь же ее спящую лапать. Это уже изнасилованием попахивает. А он не такой.

Дамиан, сжав кулаки до хруста, живо отвернулся и пошел на выход. Но резко остановился, в очередной раз в подробностях прокрутив в голове ее поступок. Покосился в сторону, где как раз стояло огромное зеркало. Взгляд вперился в прилепленную лаком ко лбу челку. Он стиснул зубы и убрал ее. Лицо побагровело от злости – вместо «охуенного красавчика» в отражении предстал «клоун неудачник».

Она ему лицо изуродовала, врезала, даже не ладонью, а туфлей, да еще и настучала, так что его на неделю в карцер упекли, а он… Он, блядь, фоток наделал и всего?

– Какого хуя? – прохрипел он и развернулся к кровати.

– Нет уж, – сказал он, склоняясь над девушкой. Потряс за плечо, – Эй, просыпайся. Ты как минимум мне грудь показать должна. Я так настрадался, что прощу, только если сиськи покажешь.

Реакции ноль.

– Эй, ты. Хорош притворяться.

Ничего. Элис спала сном младенца. Он раздраженно надул ноздри и выдохнул.

– …Ладно. Сам посмотрю, и потом не жалуйся. Твои проблемы. Нефиг было всякую дрянь глотать, – сказал он в надежде, что она отреагирует хоть теперь, но ничего не изменилось.

Он скривил губы и решительно взглянул на ее грудь. Медленно протянул ладони и, сделав над собой усилие, опустил их на сиськи. Настороженно зыркнул на лицо. Сердце бешено стучало. По виску сползла капля пота.

Но Элис никак не отреагировала. Он тяжело задышал и, розовея, снова уставился на грудь. Очень осторожно сжал пальцы, приоткрыв рот. Внутри все всколыхнулось и затрепетало. Под гладким шелком руки ощутили теплую упругую мягкость. Он в очередной раз сглотнул обильно выделяющиеся слюни и, начав дышать ртом, подцепил края халатика пальцами. И очень осторожно их раздвинул.

Дыхание сперло от волнения. Сердце молотом стучало в груди.

Он уже черт знает сколько не видел сисек живьем. А тут в прямом доступе, да еще и не просто сиськи, а охуенные сиськи – небольшие, красивой формы, с аккуратными сосками.

– Какая же ты… Блядь, – прошептал он и нежно смял груди.

Трогать сиськи было гораздо приятнее, чем яйца (хотя они тоже приятные на ощупь).

Последние тормоза улетучились. Он быстро залез на кровать. Наклонился, нависая, и прильнул к груди лицом. Разомкнув губы, вобрал сосок в рот. Вдохнул запах и окончательно обомлел. Элис не просто приятно пахла, она благоухала.

Дамиан, полностью прикрыв глаза, отдался желаниям. Начал мять груди и осыпать их нежными поцелуями.

– М-м, – донеслось до уха. Он приоткрыл глаза и сквозь поцелуй улыбнулся, понимая, что ей приятно. Начал еще нежнее ласкать тело, опускаясь ниже. Повел пальцами по животу, проникая рукой под ткань халата.

– А-ах, – вздохнула Элис и немного выгнулась навстречу ласкам. Он привстал и опьяненно взглянул на ее зарумянившееся лицо.

– Тебе хорошо? – улыбнулся Дамиан и быстро стянул с себя футболку. Прополз к ее ногам и устроился между ними. Аккуратно подхватил их, опуская себе на плечи, – Я сделаю еще приятнее.

Неторопливым движением распахнул халатик окончательно. Завороженно оглядел полностью гладкую и покрасневшую вульву. Сердце застучало еще быстрее, и он опустился вниз.

– А-а-ах, – в очередной раз протянула Элис, выгибаясь в пояснице и подаваясь навстречу ласкам. В полудреме разлепила глаза. Ресницы дрогнули от очередной волны удовольствия.

– Ха-а.

Она, тяжело дыша, попыталась понять, что происходит. Вяло приподняла голову. Глаза медленно расширились. Взору предстала будоражащая нутро картина.

Собственные раздвинутые бедра и промеж них лохматая макушка.

– Что за?.. – осипшим после сна голосом выдавила она. Голова приподнялась, и на нее уставились переполненные истомой глаза Дамиана. Он слишком нежно взглянул на нее, раскрыв рот. Качнул головой, лаская клитор языком. По всему телу прокатилась судорога удовольствия. Элис, раскрыв рот, поджала плечи. Вены на лбу и шее вздулись.

– А-а-а-а-а, – простонала она, закатив глаза. Смяла ладонями плед и подалась навстречу ласкам. Ощутив это, Дамиан стал делать куннилингус еще усерднее, заставляя ее вздрагивать от удовольствия.

Элис, не в силах удержаться, начала пошло постанывать, запрокинув голову. Ведь так хорошо ей не было уже очень давно. Да и раньше требовались таблетки, а сейчас…

С катушек слетел не только Дамиан. Поняв, что скоро кончит, она без зазрения совести пнула его ногами в плечи. Он едва с кровати не ебнулся, опешив. Она живо скинула с себя халат. Встала на четвереньки и призывно выгнулась, не сказав ни слова.

– Блядь, – прикусив губу, прохрипел он. Лихорадочно расстегнул ширинку и спустил штаны вместе с трусами до колен. Вытащил из кармана презерватив, который всегда на всякий случай носил с собой. Наспех раскатал его, живо подполз к ней и пристроился сзади. Немного поводил головкой по влажным половым губам, заставив ее промычать от нетерпения. И резко ввел член до основания.

– А-а! – простонала она, закатив глаза и рухнув на локти.

– О-о! – вслед за ней простонал он, ухватившись за упругие бедра.

Оба тяжело задышали, и он начал двигаться, с каждой секундой наращивая темп от нетерпения.

Стоны удовольствия сплелись в один общий. Матрас волнующе заскрипел. Шлепки влажных от испарины тел приятно слились в общую мелодию безумно сладкого удовольствия. Страстного и откровенного. Фейерверками блаженства вспыхивая внутри и волнами разливаясь по всему телу.

Щеки горели, а волосы липли ко лбу и шее.

Элис содрогнулась от очередного толчка. Широко раскрыв рот и закатив глаза, громко и протяжно простонала. Дрожь от влагалища прокатилась по всему телу.

Дамиан вытащил член и простонал следом, вздрагивая. Сперма плевками заполнила презерватив.

Элис плавно легла на живот, распластавшись на кровати.

Дамиан стянул презерватив и перевязал его. Сунул в карман. Тяжело дыша, вернул трусы со штанами на место. Окинув Крамер взглядом, нахмурился, постепенно возвращаясь в реальность. Хотелось сказать хоть что-нибудь, но в голову ничего не пришло. Ведь он только что насильно ее… Или не насильно, но…

Сглотнув, быстро встал с кровати и надел футболку. Пошел к выходу, но возле двери замер, поняв, что нужно все-таки что-нибудь сказать. И от волнения ляпнул:

– Я пошел.

Она никак на это не отреагировала. Продолжала лежать, тяжело дыша и не поворачивая головы в его сторону. Он вздохнул и вышел.

Мысли и чувства окончательно запутались. Одно было ясно точно. В этот момент им обоим было слишком… хорошо.

10. Клюнул

«Хорошо» – говорила нервная система.

«Хорошо» – шептал тлеющий от блаженства организм.

«Хорошо» – подтверждала дурная улыбка в зеркале.

Элис нарядилась, надев самые сексуальные чулки и полупрозрачные кружевные трусики. Причесалась и накрасилась так, словно на свидание идет. С приятным волнением оглядела себя в зеркале с ног до головы. Осталась крайне довольной, и, преисполненная уверенности, гордо пошла в столовую.

Царской походкой она вошла в здание, цокая каблуками. Дошла до своего места и изящно села. Стрельнула взглядом вперед, и улыбнувшись, прощебетала:

– Привет.

Дамиан надул ноздри, втягивая запах ее тонкого и сладкого парфюма словно пылесос. Поднял взгляд.

– Привет, – сказал он и… случайно рыгнул.

Лица обоих скривились. Одно – от отвращения, другое – от досады.

– Упс, – брякнул он и продолжил жрать, опустив взгляд. Совесть за вчерашнее дело ему уже всю плешь проела, хотя он до этого свято верил, что она у него давно подохла. Как оказалось – нет. Всю ночь лежал и ворочался, осознавая, что натворил полную хуйню. И самому от себя теперь тошно. Поэтому на Элис смотреть было непривычно стыдно. Но и извиниться язык не поворачивался. Ведь до этого он ни у кого прощения не просил.

Элис чуть не лопнула. Ее лицо побагровело. В глазах заблестели совсем не добрые огоньки. Идея отрывания яиц этого гада стала резко перевешивать все остальные.

Но Дамиан снова поднял взгляд и ухмыльнулся.

– Как спалось моей сладкой лилии? – жуя салат, неловко проворковал он, пытаясь завести диалог и включая похуиста.

Щеки и уши Элис неожиданно порозовели. Сердце ускоренно забилось.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.