Евгений Владимирович Панов
Последний русский

© Евгений Панов, 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

От автора

Дабы не плодить сущности сверх необходимого, все меры времени, веса, длины и объёма, а также воинские звания и титулы максимально приближены к употребляемым на третьей планете системы звезды класса жёлтый карлик, относящейся по своему спектральному классу к звёздам главной последовательности G-типа (G2V). Самоназвание звезды, данное ей обитателями этой системы, Солнце.

Пролог

Телефон, жужжа и вибрируя, прыгал по поверхности стола. Блин, ну кому ещё неймётся-то? Отпуск у меня. ОТПУСК!!! А если учесть, что с вечера почти до самого утра засиделся за компом, читая очередную книгу про попаданца, в которой автор щедро отсыпал герою различных роялей, то отвечать на звонок совершенно не хотелось. Хорошо ещё, что звук звонка отключил, оставив лишь вибровызов, а то бы этот кто-то неугомонный перебудил всех моих домашних. Хотя, судя по запахам, доносящимся с кухни, домашние-то, жена с дочкой, давно уже на ногах. Дочке уже 10 лет, и она учится у мамы готовить. А мне глаза лень открывать, чтобы посмотреть, который сейчас час. Так, не глядя, нашарил рукой и не думавший умолкать телефон, на ощупь ткнул пальцем в экран.

– Алло! – Голос мой хриплый, как у перепившего накануне зомби.

– Старый! Ты чего, спишь, что ли? – Из динамика раздался жизнерадостный вопль Андрюхи Славина, нашего сменного мастера. Молодого и постоянно организовывающего какую-нибудь движуху вокруг себя.

– Андрюха! Иди в пень! Я в отпуске! И вообще, я сплю ещё.

– Да ты, старый, совсем обурел! Ты хоть знаешь, сколько времени?

– А мне по фигу. Отпускник я, так что могу спать хоть целый день. Ты чего хотел-то? – Я наконец смог открыть глаза и посмотреть на висящие напротив на стене часы. Однако… Уже почти полдень.

– Старый, поехали на Яман-Тау с ночёвкой на пару дней. Цех встал на три дня, заготовки нет, так что почти все наши поедут.

– Блин, Андрюха, а раньше, скажем, вчера ты об этом сообщить не мог? – Я окончательно проснулся.

– Ага, дозвонишься до тебя. У тебя телефон либо отключен, либо на бесшумке стоит, – сказал он с укоризной. – Давай, собирайся. Мясо уже купили и замариновали, «горючим» запаслись, правда, умеренно. Бери, что сам посчитаешь нужным, и приезжай на своей «буханке». Да, гитару не забудь захватить. Девчата очень просили.

В это время в спальню заглянула жена, принеся с собой обалденные ароматы чего-то вкусного. Видимо, услышала, что я проснулся.

– Доброе утро, вернее, добрый день, засоня, – улыбнулась она. – Опять полночи за компом просидел? С кем ты там болтаешь?

– Андрюха-мастер звонит. Вот, зовёт на Яман-Тау с ночёвкой, да ещё и на пару дней.

– Ну и съезди, чего дома-то сидеть и киснуть. Погода стоит тёплая, солнечная, так что не замёрзнете.

– Слышал? – Я поднёс телефон к лицу. – Где и во сколько встречаемся?

– Давай часа через два подъезжай ко мне. Как раз все соберутся, – обрадовался наш почти что штатный культмассовик.

– Лады, ждите. – Я нажал отбой и наконец-то встал с постели.

Пока умывался и брился, обдумывал, что мне взять с собой. Ну, копчёной рыбки, которую только позавчера закоптил, штук несколько покрупнее, это обязательно, копчёную же грудинку, несколько банок солений, картошечку, пару банок домашней тушёнки, 5-литровую бутыль с домашним вином. Точно не стыдно будет перед другими. Выскабливая щёки – хмыкнул. И ничего я ещё не старый. Сорок пять лет – это, можно сказать, только начало зрелости. А прозвище Старый приклеилось от моего интернетовского ника Дед. Да и в армии с первого же дня дедом назвали. Так получилось, что по возрасту я оказался на год старше остальных, вот старшина и сказал перед строем, что, мол, я прям дедушка. С тех пор так и повелось.

Загрузил в машину припасы, бросил пару спальников, палатку, котелок, сбоку примостил бензогенератор (пригодится, да и не на себе тащить), ну и, конечно, гитару. Куда же без неё. Да и что может быть лучше для посиделок у костра? Ещё раз проверил, не забыл ли чего. Вроде всё взял. Однако какой-то червячок грыз меня изнутри, словно я забыл что-то важное. Ещё раз перебрал в уме всё погруженное. Да нет, всё, что хотел, я взял. А червячок грыз всё сильнее и сильнее, я аж головой потряс, чтобы прогнать наваждение. Жена с дочкой вышли на крыльцо проводить меня. Обнял их обеих и нежно расцеловал. Червячок немного успокоился, но совсем не исчез. Запрыгнул за руль, завёл свою верную «буханочку» и потихоньку тронулся с места. В последний момент перед самым поворотом на улицу бросил взгляд в зеркало заднего вида. Жена стояла, нежно приобняв дочку, и они обе махали мне на прощанье. Сердце защемило неописуемой тоской. Хотел было развернуться и остаться дома. К чёрту все эти походы! Но машина уже выкатилась на дорогу, и я плавно придавил педаль газа.

Встретить первый день лета на легендарной горе собралась почти вся наша бригада. Лишь трое по разным причинам отказались, ну да пусть завидуют. Наконец все с весёлой кутерьмой расселись по машинам и тронулись в путь. Ехать решили через посёлок Тирлян и скалы Инзерские зубчатки. Дорога там, конечно, не автобан, но для моей «буханки» и трёх внедорожников это не проблема. Дождей не было, земля давно подсохла, так что проедем. Есть у нас у подножья Яман-Тау своё местечко, где можно вполне комфортно расположиться.

Доехали нормально, но рядом с нашим местом уже кто-то расположился. «Паджерик» и «Икс-трейл» с московскими номерами приткнулись между деревьев. Мы высадились на своей поляне и собрали небольшой совет, решая, остаться здесь или искать другое место. От «московских» машин к нам подошли четыре девушки и трое парней.

– Здравствуйте, – начал один из них. – Мы, похоже, на ваше место встали? Вы уж извините, мы просто не знали. Сами часа три назад приехали. Но если вы против, то мы найдём другое место.

Молча посмотрели на них, оценивая. Вроде адекватные ребята. А, пусть остаются. Чем больше компания, тем веселее.

Ребята и правда оказались нормальные. Одна из девушек, брюнетка Ирина, оказалась наша, белорецкая, а остальные шестеро были её друзьями, приехавшими из Москвы полюбоваться нашими красотами. Да уж, полюбоваться у нас действительно есть чем. Это нам уже всё это примелькалось, а для других здесь просто райские красоты. Куда там Альпам. Парни, Артём, Сергей и Стас, работали вместе, а их девушки – рыженькая Светлана, шатенка Катя и брюнетка Галина – раньше учились вместе с «нашей» Ириной в вузе. Они тоже, как и мы, приехали с ночёвкой, но сразу было видно, что никто из них не ходок по лесам. С собой они привезли с десяток упаковок с пиццей и несколько с роллами, упаковку 2-литровых бутылок кока-колы, несколько 5-литровок с питьевой водой, бутылку мартини, бутылку коньяка и ма-а-аленькую газовую горелку с таким же ма-а-аленьким баллончиком. Наши запасы, когда мы начали их выгружать, буквально ввели их в ступор. Ну так не впервой мы выезжаем своей дружной бригадой на природу. Всё давно уже отработано, и каждый знает, что ему брать в обязательном порядке. Не успели наши новые друзья глазом моргнуть, как на поляне уже стояли палатки, из припрятанных в кустах камней было сложено костровище, которое тщательно окопали вокруг, стояли походные столики, сдвинутые в одну большую столешницу, а на столы и рядом с ними выставлялись привезённые с собой вкусняшки. Мангал был загружен углём, а мясо нанизывалось на шампуры. Было видно, что нашим новым друзьям стало неудобно за свои, по сравнению с нашими, скромные угощенья.

– Ребята, да вы не тушуйтесь, – я обернулся к ним от начинавшего набирать жар мангала, – у нас всё по-простому, так что не стесняйтесь. Тащите ваши роллы и пиццы. Всё пойдёт в дело. Ну и мартини, если кто хочет. Хотя после того, как вы попробуете наши наливочки и домашнее вино, вряд ли вам захочется это пить.

И вот стол накрыт, шашлычки, истекая жирком, доходят над пышущими жаром углями. За стол уселись все вперемешку. Я, по традиции, колдовал над мангалом, но при этом первый тост всегда был за мной.

– Ну, с приездом! – голосом генерала Иволгина из «Особенностей национальной охоты» произнёс я. – У-У-УРА!

– Ура-а-а! – разнеслось по лесу, и пластиковые стаканчики с различным содержимым сошлись над столом.

– Ну что, сколько? – Андрей с интересом посмотрел на всех.

– Два часа, – раздалось с одного конца стола.

– Нет, не меньше трёх, – возразили им с другого конца.

– А ты что скажешь, Старый? – Андрюха обратился ко мне.

– Час, не больше. – Я посмотрел на небо. Начинало вечереть.

– А о чём это вы? – не понимая, спросила Ирина.

– Это мы спорим, через сколько егерь появится, – разъяснили ей соседи по столу.

– И что нам за это, – она кивнула на костёр и мангал, – будет?

– Да ничего, – я пожал плечами. – Литр водки и закусить. Всё уже приготовлено заранее. Это, конечно, территория заповедника, но если не свинячить и не пилить деревья, то культурно отдохнуть можно. Кроме того, егерь – наш общий знакомый, так что договоримся.

Егерь появился у наших палаток через 45 минут. Поздоровавшись, он обошёл наш лагерь, осмотрел костровище, с удовольствием выпил стакан наливочки и закусил копчёной говядинкой. Получив от нас презент, он напомнил о пожарной безопасности и, вскочив в седло своей лошадки, не спеша уехал прочь.

– И как ты, Старый, угадал? – с интересом спросил Андрей.

– А я и не угадывал, – хохотнул я. – Когда ехали, я видел его Россинанта стреноженного. Вот и прикинул, сколько времени Ильдар будет выжидать, пока мы поляну накроем, чтобы приехать к столу. Я и говядину копчёную из-за него взял, он свинину не ест.

Посиделки постепенно набирали оборот. Исчезла скованность у наших новых друзей, завязались разговоры. Что ещё может быть лучше хорошей компании, прекрасной природы и вкусной еды? Начало темнеть, и все расселись возле костра, от которого расходились волны тепла. Под треск сгорающих дров я достал гитару. Вот только песни у меня сегодня почему-то были какие-то грустные. Перед глазами стояла картина – жена и дочка, машущие мне вслед рукой. Народу скоро вся эта лирика надоела, и все возжелали танцев. Пришлось запускать генератор. Поляна озарилась приглушённым светом светильников, и Андрюха врубил магнитофон. Он весь вечер увивался вокруг Ирины и сейчас под медляк топтался с ней в обнимку, шепча что-то на ушко, от чего она смеялась, откидывая голову и показывая своему воздыхателю свою точёную шейку. А мне что-то стало совсем муторно. Захотелось всё бросить и уехать домой, к своим девчонкам. Остановило лишь то, что я уже немного выпил, а выпимши я за руль ни при каких обстоятельствах не сяду.

Было уже далеко за полночь, когда все начали расходиться по палаткам. Я расположился в своей «буханке», благо она у меня оборудована для таких случаев. Долго ворочался и, наконец, провалился в какое-то подобие сна. Утро только вступало в свои права и туман клубился в низинах, когда я, кряхтя и оправдывая своё прозвище, выбрался из спальника. Сложил дрова в костровище и дождавшись, когда языки пламени с весёлым задором начнут вгрызаться в древесину, подвесил над костром пару больших чайников. Народ сейчас начнёт просыпаться, и свежий чаёк будет в самый раз. Из Андрюхиной палатки показалась растрёпанная голова Ирины. Осмотревшись вокруг и увидев меня, она смущённо улыбнулась и скрылась в палатке. Ха, ну кто бы сомневался. Ну да дело молодое. Андрюха – парень холостой, так что может себе позволить закрутить с симпатичной девчонкой. Глядишь, и сложится у них.

Постепенно к костру погреться у огня начали собираться все остальные. Горячий чай и немудрёный перекус взбодрили всех. По-быстрому приготовили завтрак и после него отправились на вершину Яман-Тау. В лагере оставили дежурных из тех, кто не пожелал штурмовать гору. Я и сам хотел было остаться, но что-то словно потянуло меня. С несколькими привалами наконец добрались до вершины. Да, оно того стоило. Вид отсюда на Уральские горы открывается просто фантастический. Наши московские друзья как заворожённые стояли и глядели на простирающиеся вокруг красоты. Когда все вволю нафотографировались и населфились, расположились на вершине и устроили небольшой перекус. Девчата решили отойти попудрить носики. Спустя примерно пять минут оттуда, куда они ушли, раздался чей-то крик.

– Помогите!!!

Мы с парнями бросились туда. Возле какой-то дыры в земле на четвереньках стояли наши дамы и пытались до чего-то внизу дотянуться.

– Там Света сорвалась вниз и висит… – В глазах Ирины была паника.

Перегнувшись через край дыры, посмотрел вниз. Там, вцепившись руками в какой-то торчащий кусок арматуры, в паре метров от поверхности над чёрной бездной висела Светлана.

– Света, держись! Сейчас я тебя вытащу! – Я скинул с себя куртку. – Все куртки сюда, живо! – прикрикнул на остальных.

Связав между собой рукава курток в импровизированную верёвку и намотав один её конец на руку, другой отдал парням. Не бог весть что, но выдержать должно.

– Я больше не могу! – раздался снизу приглушённый голос Светы. – У меня руки разжимаются.

Всё, времени на рефлексии нет. Стараясь во что-нибудь упереться ногами, я начал спускаться вниз. Кое-как дотянулся до руки девушки и, схватив её за запястье, потянул наверх. И в этот самый момент сбоку раздался скрежет, и прут, за который держалась Светлана, полетел вниз со здоровенным куском старого бетона. Чувствуя, что рукав со второй руки начал соскальзывать, резким движением буквально швырнул девушку наверх. В суставе раздался какой-то хруст, а другая рука вместо импровизированной верёвки хватанула пустоту. Как в замедленном кино увидел удаляющийся проём, Светлану, которую успели подхватить сверху, и краешек белого облака, что решило заглянуть со своих высей в дыру в земле. Светлое пятно всё удалялось и удалялось, и последней моей мыслью было: «Как же теперь мои девочки без меня будут?» Удар и… ТЬМА.

Глава 1. Смерть – это только начало

– Хватит валяться! Давай, просыпайся! – раздался незнакомый приятный женский голос. – Я же знаю, что ты уже проснулся, так что давай, открывай глаза.

– Иди на фиг! – лениво ответил я. – У меня отпуск, я спать хочу.

– Ну ни фига себе, у тебя отпуск, – возмутился голос, – отдыхать так устанешь.

Хотел было уже послать говорившую в пешее эротическое путешествие, как вдруг понял, что её-то я и не слышал. Слова раздавались прямо у меня в голове. Блин, это что, шиза?

– Сам ты шиза, – обиделся голос. – Я, между прочим, биокибернетический экспериментальный симбиот. Единственный в своём роде. Так что можешь уже начинать гордиться.

– Кто? – не понял я. – И вообще, что здесь, на фиг, происходит?

– Ты глаза вначале попробуй открыть, а потом поговорим.

Глаза удалось открыть с большим трудом. Как будто не веки открывал, а тяжеленные железобетонные створки поднимал. Надо мной нависала крышка, на внутренней поверхности которой имелись какие-то технологичные устройства. Я попробовал поднять руку к лицу, чтобы протереть глаза, и… не смог. Ни руки, ни ноги меня не слушались. Я запаниковал. Это что, меня парализовало? В памяти всплыла картина висящей над чернотой девушки, треск ломающегося перекрытия и удаляющийся куда-то вверх проём. Потом удар, мгновение боли и… всё. Больше ничего не помню. Это, получается, я сорвался, упал на дно какой-то шахты и сломал позвоночник. И теперь до конца своих дней буду лежать в виде овоща, делая все дела под себя? Ну уж нет! Лучше смерть, чем такое! Обузой семье быть я не желаю.

– Ну всё, ты закончил? – спросил голос в голове с какой-то усмешкой. – Готов теперь выслушать?

– Наверное, готов. – Хотя я был в этом не совсем уверен. Как-то не хотелось услышать, что стал калекой.

– Ну, для начала, калекой ты не стал, даже наоборот. Пошевелиться ты не можешь потому что ну о-о-очень долго находился без движения, да и просто сил пока нет. Питался-то ты фактически внутривенно. Так что постарайся шевелить конечностями, чтобы кровь начала лучше циркулировать. Медкапсула – это, конечно, хорошо, но не столько времени.

– Так, погоди, что ещё за медкапсула и где я вообще нахожусь? – перебил я голос.

– Ну хоть мозги заработали и вопросы начал правильные задавать, – ехидно заметил голос. – Медкапсула – это, как понятно из названия, медицинская капсула. Предназначена для лечения и восстановления организма после болезни, ранения или увечья. Находишься ты в медицинском блоке резервной исследовательской планетарной базы. Сама база, как понятно из её названия, находится на планете, которую местные жители назвали Земля.

– М-да, понятнее не стало, – пробурчал я. – Давай-ка сначала. Я что-то никогда не слышал ни о каких планетарных базах. Это больше из фантастических произведений. Ответь мне по-нормальному, как я сюда попал и куда вообще я попал? – Я уже начал раздражаться. Ещё и в руках и ногах начало покалывать.

– Ну, если кратко, то ты полез вытаскивать из вентиляционной шахты провалившуюся туда дурочку и сорвался вниз. Если тебе интересно, то ту девчонку ты всё же сумел выбросить наверх. Сорвавшись, ты упал на дно шахты. И тут тебе повезло. Ты попал прямо в зону действия приёмного блока телепортационного модуля системы аварийного спасения. Проанализировав твоё состояние, признав его критическим и выяснив, что твой генокод на 80 процентов соответствует эталону, искин спасмодуля принял решение о перемещении тебя в стазис-капсулу для сохранения жизни. Доклад ушёл главному искину базы, и тот принял решение о проведении полной диагностики. Диагностика показала, что восстановление тела невозможно. Помимо повреждений, полученных вследствие падения с большой высоты, было выявлено загрязнение организма различными вредными соединениями. Разницу в 20 процентов от эталонного генокода искин посчитал полученной в связи с длительным нахождением организма в условиях повышенного загрязнения без средств индивидуальной защиты. Было принято решение клонировать новое тело, взяв за основу твою ДНК и доведя соответствие генокода до 99,99 %. Так как на базе не оказалось нужных для процесса клонирования расходников, их было необходимо синтезировать. На это ушло очень много времени и энергии. А так как база полностью исчерпала свои запасы энерго-стержней, то для спасения жизни разумного были отключены почти все другие системы базы, включая системы ремонта и жизнеобеспечения. Сейчас пригодны для нахождения там человека лишь медсекция и несколько помещений в жилом блоке. Так что тело, что теперь у тебя, не совсем твоё. Его вырастили из твоих клеток и при этом улучшили, насколько это было возможно. Ну и, так как у тебя отсутствовала нейросеть, а на базе их просто не было, искин принял решение трансплантировать тебе единственный имеющийся в хранилище экспериментальный биосимбиот, то есть меня.

– Блин. – Я попытался потрясти головой, и это неожиданно у меня получилось. – Бред какой-то. Телепортация, стазис, клонирование, искин, биосимбиот. Это что, чья-то глупая шутка?

– Даже не знаю, к сожалению это или к счастью, но всё это на полном серьёзе, – послышался вздох. – Ты только постарайся воспринять это спокойно. С момента твоего падения прошло 2500 лет. Сейчас 4518 год по христианскому летоисчислению.

– ЧЕГО?! – Сказать, что я охренел от услышанного, это ничего не сказать. И не верить, судя по тому, что я вижу вокруг, тоже нельзя. Значит, это правда. – Это что же, технологии так далеко шагнули вперёд?

– Ага, счаз-з-з! – сказал голос с издёвкой. – Нет, что-то у тебя в голове точно не так срослось. Ты упал, и тебя ТЕЛЕПОРТИРОВАЛИ, понял. Были такие технологии в то время?

– Так, погоди, – я опять потряс головой, и это получилось ещё лучше, – получается, что телепорт уже был здесь? Тогда кто же и когда его построил?

– Всё это было построено за 30 тысяч лет до того, как ты сюда попал. И построено это было очень развитой цивилизацией, освоившей не только эту галактику, но и несколько соседних.

– Охренеть! – только и смог произнести я. – Слушай, а как мы с тобой общаемся? Ведь я же голоса как такового не слышу.

– Общение идёт по мыслесвязи. Я, как биосимбиот, являюсь неотъемлемой частью твоей центральной нервной системы и головного мозга. Поэтому могу транслировать тебе свою мыслеречь непосредственно в мозг и понимать твои мысли, направленные на меня. И, сразу скажу, мысли твои я читать не могу. Только те, которые ты транслируешь мне. И, кстати, ты не обратил внимание, на каком языке мы с тобой общаемся?

– Как на каком? – удивился я. – На рус…

– ВО-О-ОТ! – торжественно произнёс голос. – Общаемся мы на так называемом общем языке, на котором общаются все разумные. Когда-то основой этого общего языка был язык создателей этой базы. Между прочим, ты усвоил этот язык практически мгновенно, что говорит о высоком уровне интеллекта. Хотя это и не удивительно, учитывая, что ты являешься потомком моих создателей.

– Чьим потомком? – не понял я.

– Ну я же говорила тебе, что твой изначальный генокод соответствовал эталону на 80 процентов. А за эталон принят средний генокод моих создателей. И получается, что ты являешься их потомком в каком-то поколении. Иначе спасмодуль просто проигнорировал бы тебя, приняв за животное.

– Ну хоть в этом повезло, – я вздохнул. – Значит, если прошло 2500 лет, то что же тогда наверху происходит? Наверное, наши уже вовсю рассекают по галактике?

Я зашипел от боли. Покалывание в руках и ногах переросло в постоянную, довольно сильную боль. Зато хоть начал чувствовать свои конечности.

– Нет больше наших. – Голос тяжело вздохнул. – Была война, и всё население Земли либо обратили в рабов, либо уничтожили.

– В каком смысле? – Я аж привстал со своего ложа.

– В том самом. Спустя почти 70 лет после твоего падения на орбиту Земли вышел крейсер аграфов. Есть такая раса во вселенной. Выглядят как эльфы. Кстати, эльфами их называть нельзя. На их языке есть похожее слово, обозначающее сексуальную игрушку. Ну вот их корабль и подошёл к планете. Вначале это событие вызвало восторг у землян. Как же, прилетели красивые, изящные и, безусловно, мудрые представители развитой цивилизации, сейчас начнут делиться своими знаниями, что только успевай подхватывать. Особенно в восторге были японцы и почитатели Толкина. Перед ними предстали их обожаемые герои фэнтези и аниме. Вот только эти самые красивые и изящные, а это действительно так, пришельцы оказались не такими уж и добрыми. Они какое-то время вели переговоры с главами крупнейших государств, а потом, не добившись ничего, просто объявили по всем каналам свой ультиматум. Земляне должны поставлять ежемесячно 50 тысяч человек в качестве рабов. В противном случае Землю ожидает оккупация, и в рабство попадут все и сразу. Для подтверждения серьёзности своих слов они нанесли орбитальный удар по Гавайям. Хватило одного залпа орудий крейсера, чтобы острова просто испарились. В ответ земляне нанесли удар ракетами по крейсеру. Самое близкое, насколько смогла к нему приблизиться ракета, было 150 километров. Следующий удар пришельцы нанесли по ракетной базе на территории США. Накрыло не только саму базу, но и расположенный рядом Лас-Вегас. Число жертв пошло на миллионы. Америка капитулировала. Следом за ней объявили о своей капитуляции Франция, Англия, Италия, Япония и все страны НАТО. Китаю потребовалась ещё пара орбитальных ударов и стёртые с лица земли Пекин и Шанхай, чтобы сдаться.

Россия капитулировать отказалась. Неожиданно к России присоединилась Германия. Немцы буквально за пару суток навели порядок в стране, либо вышвырнув за её пределы, либо просто уничтожив всех находившихся там мигрантов, не захотевших присоединиться к борьбе. В порты России пришли американские корабли и подводные лодки, чьи экипажи не признали капитуляцию своей страны и решили сражаться до конца. В Россию вообще потянулись все те, кто отказался становиться рабом. Странным было то, что по территории России не было нанесено ни одного орбитального удара. Также не тронули пришельцы и Белоруссию, и большую часть Украины, особенно восточные регионы. Зато всем остальным по периметру досталось по полной.

Следом за бомбардировкой пошёл десант. И хотя численный перевес был на стороне землян, пришельцы были лучше оснащены и вооружены. В первых боях размен шёл десяток танков на одного десантника. Большой кровью добывался опыт борьбы с врагом. При этом ни ядерное оружие, ни авиацию, ни оперативно-тактические и баллистические ракеты применить не удалось. Всё, что взлетало с земли, тут же сбивалось. Смогли наскрести на складах какое-то количество артиллерийских снарядов с ядерной начинкой, вот их время от времени, когда становилось особенно тяжко, и использовали. А на территориях капитулировавших стран пришельцы чувствовали себя хозяевами. Набирали себе рабов, отбирая их по каким-то своим критериям.

Уже потом, когда появились первые пленные со стороны аграфов, удалось установить, что на самом деле им понадобилось на Земле. Как оказалось, почти все земляне мало того что имеют очень высокий уровень интеллекта, так ещё и являются довольно сильными псионами. На самой Земле это не проявляется, так как псионические способности блокирует какое-то излучение от Солнца, но стоит вывезти землянина за пределы Солнечной системы, как способности просыпаются. И именно это неизвестное излучение не позволяло аграфам долго находиться на поверхности Земли. Пара недель максимум, и им требовалась покинуть планету. В космосе тоже было для них не так уютно, но всё же значительно легче, чем на планете. Но и это оказалось ещё не самым главным. А самым главным было то, что из мозга некоторых землян со способностями псиона и соответствующим генокодом можно изготовить первоклассный биоискин.

Чтобы ты понимал, обычный искин, созданный на кристаллической основе, отличается от биоискина так же, как механический арифмометр от суперкомпьютера. Цена такого искина соответствующая. Так что бизнес и ничего личного. Как ты, наверное, уже понял, к тем самым землянам с псионикой и генокодом относились твои земляки. В основном представители русского этноса. Потому и не наносились по России орбитальные удары, не применялось оружие массового поражения. Аграфы не хотели портить товар. Их транспортные корабли, прибывшие в систему, тысячами вывозили рабов с Земли. Рабы с высоким уровнем интеллекта, да ещё и псионы, ценятся на рабских рынках Содружества очень высоко.

– А это самое Содружество что за зверь такой? – спросил я.

– Содружество – это объединение государств. Так уж вышло, что во вселенной разумная жизнь в основном представлена людьми. Некоторые, конечно, довольно сильно изменились под воздействием различных факторов как внешне, так и внутренне, но это всё же люди. Есть ещё несколько разумных видов, но их крайне мало, и особой роли в жизни Содружества они не играют. Ну и различные государства имеют свои законы и политические устройства. И в некоторых из них рабство узаконено. Вот туда и продавали землян, которые по каким-то причинам не подошли аграфам. Естественно, русские все шли на переработку в биоискины. В общем, когда об этом стало известно, то даже самому прожжённому пацифисту стало понятно, что в плен лучше не попадать. Спустя почти пять лет непрерывных боёв земляне каким-то чудом смогли ссадить с орбиты единственный боевой крейсер. К тому времени аграфы уже понесли ощутимые потери и вовсю использовали в качестве пушечного мяса людей из подконтрольных им стран. Тут особенно отличились наши «не братья» с Западной Украины. Те же американцы, пошедшие на службу к инопланетным захватчикам, были рядом с ними просто ангелами. Хотя аграфам быстро надоели выкрутасы западенцев, и они их просто всем скопом отправили на астероидные рудники. А там больше пары лет ещё никто не выдержал.

Сразу после уничтожения крейсера транспортные корабли по-быстрому свернули свою деятельность и, под завязку загрузившись рабами, покинули Солнечную систему. А на Земле началась операция по зачистке тех, кто прислуживал аграфам и кто направил оружие против своих же землян. Учёные и инженеры буквально по винтику разобрали всю доставшуюся им технику врага и смогли создать некоторые её аналоги.

Передышка продолжалась ещё почти десять лет. По истечении этого времени в Систему вошла боевая эскадра аграфов. Если бы кто из Содружества это увидел, то он бы очень сильно удивился. Аграфы слишком ценят жизни своих соплеменников, чтобы самим лезть в бой. Стравить друг с другом людей или направить какое-либо человеческое государство против своих врагов, вот их стиль. А тут на заштатную планету со слабой армией, не имеющую своего космического флота, бросили целую эскадру. Хотя кое-какой флот всё же успели построить.

Несколько орбитальных крепостей и почти сотня космических истребителей стали для аграфов очень большим и неприятным сюрпризом. Потеряв ещё на подходе к планете несколько боевых кораблей, аграфы просто взбесились. Тут уж землянам пришлось совсем туго. На месте Германии пришельцы оставили выжженную радиоактивную пустыню. Сброшенный десант в тяжёлых бронескафах, как горячий нож сквозь масло, прошёл по территории России. И тем не менее борьба продолжалась ещё пять лет. С последними очагами сопротивления аграфы уже не церемонились и обрабатывали их главным калибром с орбиты. Пришельцы и сами понесли ощутимые для них потери в живой силе и в кораблях, но всё же смогли вывезти с планеты всех землян. Потомки американцев и европейцев, добровольно согласившихся стать рабами, даже гордились своим положением.

– А откуда ты это всё вообще знаешь? Ты же вроде как часть меня.

– Ну, тут всё просто. Когда меня установили тебе и я активировалась, то сразу вышла на связь с главным искином базы. Вот через него и собирала информацию. А искин, в свою очередь, ещё в двадцатом веке подключился к вашему Интернету, а до этого успешно перехватывал радио- и телесигналы. Когда прилетели аграфы, то они разместили в Солнечной системе ретранслятор сигнала. Искин и туда смог незаметно подключиться и собирал информацию уже из галонета, общегалактической сети.

– Так, значит, ты говоришь, что русских никого вообще не осталось?

– Последнее упоминание о русских было в секретном докладе, отправленном из одного из исследовательских центров аграфов. Там говорилось, что последние из подопытных русских, извлечённых из криокапсул, смогли вырваться из загонов и подорвали реактор вместе с собой и большим сектором базы. Это было полторы тысячи лет назад. Больше упоминаний о русских не было, зато в фольклоре аграфов появились страшилки про кровожадных русов, пьющих кровь своих врагов и заживо съедающих их женщин и детей.

– Молодцы, ребята. Смогли подороже продать свои жизни. Вечная им память. – Я вздохнул. – Ну а на поверхности-то что происходит? Или там сплошные радиоактивные пустыни?

– На поверхности как раз всё прекрасно. После того как аграфы вывезли либо уничтожили всех землян, они решили сделать планету заповедником. Разобрали развалины городов, провели дезактивацию заражённых местностей, вычистили загаженный людьми океан. Теперь наверху царство лесов, зверей и птиц. Аграфы из их элиты часто прилетают сюда, чтобы поохотиться.

– Значит, можно выйти на поверхность?

– Теоретически да, можно, а практически в обозримом будущем это невозможно. Все выходы из базы завалены горной породой, сплавленной в монолит. Чтобы ты понимал, мы находимся под землёй на глубине нескольких километров. Наблюдение за поверхностью и ближним космосом осуществляется с помощью перехваченного сигнала с аграфских спутников.

– И как теперь выбираться отсюда? – Я встревожился не на шутку. Не хотелось бы провести здесь под толщей земли, оставшиеся годы жизни.

– Нужно отдать приказ искину базы расконсервировать строительных дроидов, и те прокопают тоннель. Проблема в том, что этих самых дроидов осталось всего три, да и те имеют мизерный ресурс.

– Как отдать этот самый приказ, и где находится этот самый искин?

– Ну, сам искин физически находится в специальной бронекапсуле, обеспечивающей его функциональность. А приказ можешь отдать просто голосом, предварительно вызвав искина.

– Искин, на связь! – хриплым голосом произнёс я, глядя в потолок.

Блин, это же первые мои слова в этом теле. Горло драло так, словно по нему прошлись грубой наждачной бумагой.

– Искин резервной исследовательской планетарной базы GSJ534V709 на связи. Готов к работе, – раздался откуда-то сверху металлический голос.

– Приказываю расконсервировать строительных дроидов и начать прокладку тоннеля для выхода на поверхность. – С каждым словом говорить становилось всё легче.

– Приказ принят, – ответил искин. – Процедура расконсервации начата. Дроиды будут готовы к работе через 64 часа местного времени. Произвожу расчёт потребного для исполнения времени. По предварительной оценке, на прокладку тоннеля к поверхности планеты потребуется 6 месяцев, 4 дня и 7 часов.

Ну что же, придётся полгода поскучать здесь, в бункере. По сравнению с уже проведёнными здесь двумя с половиной тысячелетиями это просто миг. И тут такая тоска на меня накатила. Это же, получается, я больше никогда не увижу своих родных. Не увижу жену, дочку. Не услышу их смех. Ещё аграфы эти. Ненавижу тварей. Хоть я их и не видел ни разу, но я их уже ненавижу. Они по любому убили кого-то из моих потомков.

– Эй, как тебя там? – мысленно обратился я к симбиоту. – Спросить хотел.

– Спрашивай. – Мне прям послышался тяжкий вздох.

– А можно узнать судьбу моей семьи?

– К сожалению, нет. О тебе о самом есть лишь крохотное упоминание в ленте новостей тех лет, где сказано, что Виктор Степанович Русин погиб при спасении провалившейся в шахту туристки и что твоё тело так и не было найдено. Больше искин упоминания о тебе не отслеживал.

– Слушай, я вот тут подумал, а как вообще к тебе обращаться-то? Шизой называть грубо, симбиотом – слишком длинно.

– Ты можешь дать мне любое имя, какое тебе будет удобно.

– Хм. Тогда я буду называть тебя Эл. Сокращённо от Электроник. Был такой советский фильм «Приключения Электроника». Нравился мне в детстве. Хотя ты же, судя по голосу, девушка, значит, будешь Элькой. Кстати, а почему всё же голос женский?

– Так, сейчас пороюсь в памяти искина. Во, нашла фильм. Ничего так, смешно. И имя мне нравится. Так что согласна. – Где-то в сознании промелькнула искорка удовлетворения. – Ну а голос женский потому, что оно тебе надо постоянно общаться с мужиком? Хотя я могу и так. – Голос внезапно изменился на грубый мужской, и где-то в сознании появился облик этакого брутального байкера в чёрной кожанке и с чёрной же банданой на голове, с изрядным пивным брюшком, выпирающим из-под кожаной безрукавки. Бр-р-р! Меня аж передёрнуло. Ну на фиг!

– Ага, испугался. – Элька откровенно хохотала. – Вот то-то же.

А я тем временем попытался для начала сесть в медкапсуле. Руки и ноги наконец обрели чувствительность. М-да, руки. Не руки, а скелет, обтянутый кожей. Я, когда смог их поднять и посмотреть на них, то вначале просто испугался. Боюсь даже представить, как весь целиком выгляжу. Сесть удалось с третьей попытки. К горлу подкатила тошнота, а перед глазами медленно поплыли какие-то пятна. Голова начала слегка кружиться. Элька объяснила мне, что это последствия экстремально длительного пребывания в медкапсуле. Да ещё она сама не полностью распаковалась, так как полная распаковка происходит, только если носитель находится в сознании. Пообещала заняться моим организмом сразу же, как только заработает на полную мощность. Нужно лишь подождать сутки.

Появившийся из какой-то ниши здоровенный, размером с собаку, механический паук подал мне стакан, наполненный мутной сине-зелёной жижей, неприятной даже на вид. Голос сверху сообщил, что это питательный комплекс, применяемый для восстановления организма после длительного пребывания в состоянии анабиоза. С осторожностью понюхал содержимое стакана, чем вызвал сдержанный смешок Эльки. Вроде ничем этаким не пахнет. Эх, была не была. И опрокинул стакан себе в рот. А ничего так. Похоже на крепкий мясной бульон, в который просыпали ментоловые леденцы. Буквально через минуту почувствовал, как по всему телу словно волна тепла прошла. В глазах прояснилось, и голова перестала кружиться. Освоившись в сидячем положении, попытался выбраться из медкапсулы и встать на ноги. Да уж, это и ногами-то назвать нельзя. Спички какие-то, а не ноги. Не сломались бы. Ноги выдержали и, что самое удивительное, даже удержали меня в вертикальном положении. Попробовал сделать шаг, держась рукой за край капсулы, и это у меня получилось. За первым шагом последовал второй, а третий я рискнул сделать уже не придерживаясь рукой. Кое-как доковыляв до какого-то подобия стула, с удовольствием опустился на него. Всё тело трясло, будто бы в одиночку вагон цемента разгрузил. Всё тот же паук, которого Элька назвала бытовым дроидом, притащил ещё один стакан, но уже с каким-то розовым киселём. Даже не задумываясь, одним глотком выпил содержимое. На какой-то миг появилось ощущение, что во рту разгорелся пожар, но тут же всё прошло. Моя неожиданная подруга в моей голове пояснила, что это энергетический коктейль, и предложила одеться в приготовленный для меня комбинезон. Удобная, кстати, одёжка. Стоило только его надеть, как он тут же подогнался по фигуре.

На базе я уже вторую неделю. Искин базы приготовил мне для проживания просторные апартаменты. Рядом располагалось что-то вроде кают-компании, в которой радовал глаз пищевой синтезатор. Классная штука, между прочим. Уж не знаю, каким образом искин сумел это сделать, но в памяти синтезатора было множество блюд земной кухни. Тут и итальянская пицца, и сибирские пельмени, и кавказский шашлык, и японские суши. В общем, на любой вкус и пожелания. Были и блюда, так сказать, инопланетного происхождения, и многие из них оказались очень даже вкусными. Так что голод мне не грозил. По словам искина, пищевых картриджей хватит мне одному ещё на пару тысяч лет.

Успокоившись по поводу хлеба насущного, решил заняться вопросами образования. Вот тут меня ждал сюрприз. Как удалось узнать, в Содружестве образование построено на нейросетях. Да там вообще всё построено на нейросетях. Наличие этого девайса позволяет управлять всем, чем только можно, а вот его отсутствие делало человека абсолютно беспомощным. Вы даже дверь не сможете открыть, если у вас не будет нейросети или её упрощённого подобия в виде нейробраслета, который обычно носят дети и подростки. Саму нейросеть принято устанавливать сразу после совершеннолетия, которое в Содружестве наступает, как и на Земле, в 18 лет. Нейросетей существует великое множество. Всё зависит от наличия у вас денежных средств. Есть простенькие нейросети, которые стоят дёшево, но и функционал у них крайне упрощён. С такой сеткой вы не сможете управлять какой-либо техникой. Максимум, на что она способна, это быть средством коммуникации, банковской картой и удостоверением личности. А есть дорогая сетка, обладатель которой может буквально всё. Сетка его и вылечит, и усовершенствует организм, и даст возможность обучаться, и позволит управлять любой техникой, вплоть до космического суперлинкора. Если вы, конечно, освоите все базы знаний по его управлению.

Базы знаний – это отдельная тема. Их просто нереально много. Буквально по любой тематике. Освоить их все без исключения не хватит и сотни жизней. Они подразделяются на уровни. Первый – это, если можно так сказать, справочная информация о самой базе знаний, ну а дальше по мере возрастания. Бывают базы одно- двухуровневые, например, дающие знания по починке водопроводного крана, а бывают многоуровневые, содержащие по 10–15 уровней, изучение которых даст возможность управлять линкором, космической станцией или крупной корпорацией. И вот тут на сцену выходит такой интересный фактор, как уровень интеллекта. Если он у вас низок, то вам просто жизни не хватит на изучение многоуровневой базы знаний. Чем выше уровень интеллекта, тем быстрее идёт изучение баз. Сетка, конечно, добавит вам сколько-то к базовому уровню, но это мизер. Можно установить импланты на интеллект, но их работоспособность также зависит от вашего собственного, базового. Можно воспользоваться обучением под разгоном в медкапсуле, то есть с применением специальных препаратов. Но это чревато ущербом для здоровья и лет жизни точно не прибавляет. В Содружестве средний уровень интеллекта принят за 100 единиц. Чтобы стать пилотом внутрисистемного корабля, нужно минимум 120 единиц, для межсистемника уже не менее 150 единиц. Инженерный минимум соответствует 200 единицам. Для командира линкора нужно не менее 250 единиц. Считается, что у аграфов базовый уровень интеллекта равен 150 единицам. А вот у русских, к огромному удивлению тех же аграфов, зарегистрированный минимум был равен 190. И такое значение регистрировалось у всех землян, в ком была хоть капля принадлежности к русскому этносу. Потому и ценились такие рабы на рынках Содружества. Устанавливай ему рабскую нейросеть, которая подавляет личность и не позволяет ослушаться приказа хозяина, и используй его возможности в своих целях. Плохо было лишь то, что спустя несколько лет носитель такой нейросети превращался в овощ, но и за это время многократно окупал себя. Ну а самих русских аграфы никому не продавали. Из них получались великолепные биоискины. М-да… Ещё одна запись в книгу-напоминание «Почему я должен уничтожить аграфов».

Но вернёмся к моему образованию. Как оказалось, на базе имелось несколько комплектов баз знаний. Так сказать, аварийный набор. От баз Содружества они отличались тем, что были безранговые. У древней цивилизации были несколько иные принципы передачи знаний. Информация, благодаря биосимбиоту, усваивалась в тысячи раз быстрее, чем это происходило у обитателей Содружества. А если при этом воспользоваться обучающей капсулой, то этот процесс ещё более ускорится, и вы выйдете уже готовым специалистом. Правда, только в плане теории. Нужно будет ещё и на практике подтвердить свои знания, чтобы получить заветную отметку в нейросети о полученной специальности или усвоенном курсе обучения. Проблема была в том, что в своём нынешнем состоянии я просто не выдержу обучения. Мозги сгорят, а медкапсула пока бесполезна. Все имеющиеся на базе картриджи для неё были полностью выработаны, а приказ на синтезирование новых может отдать только человек. Естественно, такой приказ я сразу отдал, но сам процесс тоже не моментальный. Мало того что на синтез нужно время, так ещё и оборудование для этого было законсервировано. Так что ждать мне не меньше трёх месяцев. А пока я банально отъедался и проводил время за изучением истории ушедшей расы, используя для этого вполне себе обычный планшет. Это у кого-то со смертью всё заканчивается, а у меня всё только началось.

Глава 2. История предательства

Нет повести печальнее на свете, чем повесть о… Ах да, это точно не отсюда. Но перефразируя Уильяма нашего Шекспира, можно сказать, что нет ничего печальнее, чем изучать историю взлёта и стремительного падения великой цивилизации. А началось всё более чем за пару сотен тысяч лет до настоящего момента в системе звезды Атлании. На одной из планет её обитатели впервые вышли в околопланетное пространство. Началась эра исследования ближнего космоса. И дело шло у них значительно активнее, чем это было на Земле. Наверное, всё дело в том, что население планеты не было разобщено. Одна раса, один народ, одно государство. Были в их истории и кровопролитные войны эпохи объединения, и революции, и гражданская война. Но в конечном итоге всё закончилось объединением разрозненных государств в единую империю. А поскольку средства на войны тратить уже не было необходимости, взоры обратились в звёздную высь. За первым полётом последовал второй, пятый, двадцатый, и вот настало время дотянуться до ближайшего из двух спутников планеты. И тут атланам, как они себя называли, капризная Фортуна лучезарно улыбнулась. На спутнике в расщелине был обнаружен древний разбившийся корабль Предтеч, ещё более древней расы, исчезнувшей миллионы лет назад. Изучение останков корабля подстегнуло научно-техническое развитие цивилизации. Были созданы гипердвигатель, позволяющий совершать прыжок через гиперпространство, многократно превышая при этом скорость света, установки искусственной гравитации, реакторы на основе антиматерии, сами установки синтеза этой самой антиматерии. В общем, спустя какое-то время был построен первый межзвёздный корабль, который достиг ближайшей звезды и смог вернуться обратно.

А дальше процесс принял просто лавинообразный характер. Из родной системы в разные концы Вселенной стартовали исследовательские миссии. Были найдены планеты, пригодные для жизни. Началась Великая Экспансия. Сотни тысяч атланов устремились в новые миры. Вскоре выяснилось, что не все йогурты одинаково поле… тьфу ты, лезет же всякая фигня в голову. В общем, выяснилось, что условия жизни на разных планетах всё же существенно отличаются. Было несколько случаев, когда колонисты полностью вымирали от различных факторов, таких как неизвестные ранее микроорганизмы и излучение звезды. Учёные в очередной раз наморщили свои высокие лбы и выдали решение. Нужно изменить геном колонистов, приспособив его к жизни на конкретной планете. Сказано – сделано. Теперь всем желающим переселиться на другую планету вводили в кровь препараты, которые через какое-то время меняли генокод переселенца. Так появились различные расы, отличающиеся друг от друга цветом кожи, разрезом глаз, ростом. Но, несмотря на все видимые и невидимые отличия, это всё ещё был один народ.

Шло время, численность населения на новых планетах росла. Начала образовываться местная элита, которой очень не хотелось подчиняться кому-либо. Появились очаги сепаратизма. Несколько планет объявили о своём суверенитете. Империя, раскинувшаяся на добрую сотню звёздных систем, затрещала по швам. Однако всех, кто пожелал, отпустили в свободное плавание. Вот только местные элиты не учли того факта, что они полностью зависимы от поставок из центрального, материнского мира. Император вступать в переговоры с сепаратистами отказался и предложил им выкручиваться самостоятельно. Самостоятельно получалось откровенно плохо. А что делает тот, у кого чего-то не получается? Правильно, он идёт к тому, у кого получается, и забирает то, что ему нужно. Идти к остаткам Империи было чревато, так что решили пошуршать по закромам у ближайших соседей. Вспыхнула череда космических войн, и многие уже были не рады своей самостийности. Вся эта вакханалия продолжалась почти сотню лет, пока терпение Империи не лопнуло. Имперский флот паровым катком прошёлся по всем без разбора, неся главным калибром закон и порядок. До самых упёртых дошло, что вместе жить всё же лучше и безопаснее, чем порознь. Империя вновь объединила всех под своими крылами. Наступил Золотой век. Даже не век, а эпоха.

Оправившись от последствий гражданской войны, Империя принялась активно расширяться. Новые планеты, новые системы. Однако урок междоусобной войны имперцы не забыли. Был принят закон о генной идентификации. Если коротко, то ключевые технологии теперь были доступны лишь носителям определённого генома, а именно, коренным жителям материнской системы. Все остальные получали лишь ограниченный доступ. Теперь сепаратизм означал откат в каменный век. Поначалу это вызвало волну протестов, но постепенно все смирились с таким положением вещей, тем более что Империя не чинила каких-либо препятствий в доступе к благам цивилизации. А благ этих было хоть отбавляй. Тут и появившиеся нейросети, и медкапсулы, и гипердвигатели. Недолго погрустив о самостийности, все дружно взялись работать на благо Империи. Осваивались и заселялись новые миры, терраформировались планеты. Поигравшись с геномом и увеличив продолжительность своей жизни до 500–650 лет, атлане возомнили себя равными богам и кинулись создавать новые виды разумных. Так появились, например, аквитанцы, приспособленные жить под водой, кроны, четырёхрукие могучие воины, и, как венец творения, аграфы в качестве личных слуг и живых игрушек для сексуальных утех своих хозяев. Последних называли эйлифами, что означало буквально сексуальная игрушка.

Шли столетия. Атлане, освоив свою родную галактику, дотянулись до соседней. И тут расслабленные мирной жизнью атлане хорошо получили по своим загребущим рукам. В галактике была своя доминирующая цивилизация, которая явно не желала видеть у себя дома конкурентов. Началась кровопролитная война, длившаяся без малого четыре сотни лет. С большим трудом атланам всё же удалось одержать победу и полностью уничтожить противника. Трофеи были богатые, но самым большим приобретением была технология строительства гиперврат. Хозяевам галактики не хватило совсем немного времени, чтобы внедрить эту технологию. И тогда исход войны мог бы быть совсем иным.

В следующую галактику атлане входили, пристально озираясь по сторонам. И не напрасно. Здесь тоже имелись свои хозяева, которые устроили в своём доме этакие весёлые пострелюшки всех во всех. Но стоило атланам явно проявить свой интерес, как внутренние распри были забыты перед лицом общего врага. Вновь война, и вновь атланам пришлось оплачивать экспансию своей кровью. Однако войны помимо смертей несли ещё и развитие. Да и сами атлане, начавшие было заплывать жирком, становились настоящими воинами. В конце концов и эта галактика была покорена. В отличие от предыдущей, здесь не пришлось устраивать всеобщий геноцид. Аборигены сдались на милость победителя, и им было даровано право на жизнь, но под пристальным контролем.

И так продолжалось снова и снова. Всё новые и новые цивилизации склоняли головы перед мощью атланов. Что было самым интересным, так это то, что все эти цивилизации были человеческими. Словно кто-то в незапамятные времена заселил всю Вселенную человеческим видом. И как тут было не вспомнить Предтеч, тем более что их следы находили повсюду.

А в своей родной галактике атланы совершенно случайно обнаружили вблизи окраины в пустынном секторе систему, в которой одна из планет почти на сто процентов соответствовала их родной, материнской планете. Планету назвали Тьерра, что означало на языке атланов идентичная, а систему – Солнечной, по названию сектора Сол, в котором её и обнаружили. Чтобы сохранить реликтовую флору и фауну, атлане объявили планету заповедником и разместили на её поверхности несколько исследовательских баз, а на спутнике планеты обустроили базу Патрульных сил. Но главный сюрприз вновь открытая планета принесла позже. Оказалось, что рождённые на ней получали невероятно мощные псионические способности, на несколько порядков превосходящие всё то, что было уже известно о псионике. Как вскоре выяснилось, виной тому было излучение звезды. Тут аграфы ошиблись. Звезда не подавляла псионику, а наделяла ею, совместно с каким-то так и не изученным излучением, идущим от ядра планеты, а подавление шло со станции Предтеч, которую те разместили в непосредственной близости от планеты, сделав её естественным спутником, который земляне в будущем назовут Луной.

Про псионические способности нужно рассказать отдельно. Этот феномен встречается во Вселенной не сказать, что редко, но и повсеместным его тоже не назовёшь. А чтобы понимать, что это такое, то можно рассказать, что подготовленный сильный псион может в одиночку уничтожить вражеский линкор или боевую станцию, просто зажарив мозги их экипажу. Правда, с довольно печальными последствиями для него самого.

Едва всё это стало известно, как информацию засекретили, а на Тьерру начали отправлять женщин из числа элиты атланов, чтобы они могли здесь зачать и произвести на свет так нужных Империи псионов.

Во Вселенной же тем временем всё шло своим чередом. На границах Империи постоянно шла война с кем-нибудь, что позволяло не зачахнуть. Наука и техника развивались. Жители Империи получили возможность свободно посещать несколько галактик в данном секторе, что благодаря гипервратам было делом несложным и незатратным в плане времени. Месяц-полтора, и ты можешь свободно облететь несколько галактик.

И вот настало время, когда в обозримом пространстве врагов у Империи попросту не осталось. Кто не покорился, те были полностью уничтожены. Вновь нега и расслабленность окутали Империю. И вот когда все окончательно успокоились, прямо в сердце Империи был нанесён страшный сокрушительный удар.

Аграфы, которые давно уже стали частью интерьера и на которых никто не обращал внимания. Аграфы, которые были везде и всюду. Эти незаметные и незаменимые слуги и постельные игрушки в один миг нанесли удар по своим хозяевам. Точно скоординировав свои действия, они в течение нескольких дней уничтожили 99 % атланов. И ни одна система безопасности не смогла им противостоять, так как они давно и прочно были прописаны в её логах как собственность хозяев. Оставшиеся в живых атланы были разбросаны по нескольким галактикам и оказать какое-то действенное сопротивление просто физически не могли. Пожалуй, единственным местом во Вселенной, где не было аграфов, была Тьерра. Неизвестно почему, но на неё указом императора доступ аграфам был запрещён, да и смысла в этом не было. Проведённые эксперименты показали, что аграфы, рождённые на Тьерре, псионами не становились. Более того, они почему-то не могли долго находиться на поверхности планеты. Полторы декады максимум в обычной экипировке и вдвое дольше в скафандре максимальной защиты.

В течение следующих нескольких лет на орбиту планеты время от времени выходили корабли с уцелевшими атланами. Зачастую только чудо позволяло этим потрёпанным посудинам добраться до Тьерры. Вместе с чистокровными атланами на планету прилетели и те, чей геном был когда-то изменён для колонизации других миров. Так на одной планете оказались потомки атланов с разным цветом кожи и несколько отличным друг от друга геномом. Руководил всем этим табором командующий патрульных сил системы командор Ру Сарт.

Атлане и их, так сказать, родственники расселились по всей планете. При этом старались селиться по расовому признаку. Чистокровные атлане выбрали для себя большой остров посреди океана и назвали его… Атлантида, то есть место проживания атланов. Порядок поддерживали подчинённые Ру Сарта. Тут нужно сказать, что в Патруль принимали ветеранов, имеющих боевой опыт и чистый геном.

Шли годы и столетия. Постепенно терялись технологии и утрачивались знания. Цивилизация всё больше и больше скатывалась в дикость. Сами себя атлане начали называть людьми, что на языке погибшего народа означало «потерявшие свой дом». Время от времени вспыхивали междоусобные конфликты, которые успешно гасились подчинёнными уже давно отошедшего в мир иной командора Ру Сарта. Их всё ещё продолжали называть людьми Ру Сарта, людьми Руса или, коротко, русами. Свою основную базу они разместили на континенте на берегу полноводной реки.

А что же аграфы? А у них дела тоже шли не блестяще. Во-первых, им отказались подчиняться все искины. Как я уже говорил, у атланов всё было завязано на генокод, и как только носители этого генокода исчезли, искины просто отключились. Встали все производства, корабли в большинстве своём превратились в бесполезные груды металла и керамопласта. Да что производства и корабли? Прекратила функционирование даже коммунальная система и общественный транспорт. Одержав победу и уничтожив своих хозяев, аграфы оказались прикованы к поверхностям планет, на которых они находились. Эти времена аграфы позднее назвали Эпоха Разобщения. Победители стремительно скатывались в каменный век, зачастую просто вымирая на некоторых планетах. Меч и лук со стрелами заменили плазменное оружие.

Но всё же стартовые условия у них были значительно лучше, чем у укрывшихся на Тьерре атланов. Прошло достаточно много времени, и те из аграфов, кто всё же выжил, смогли воссоздать подобие техники своих бывших создателей и хозяев. Впервые выйдя за пределы своих систем, аграфы с удивлением обнаружили, что жизнь во Вселенной бурлит. Образовалось множество государств, многие из которых освоили межзвёздные перелёты. Пусть на примитивной технике, пусть без искинов, используя лишь относительно простенькие астрокомпьютеры, пусть эти перелёты занимали годы, но всё же. Не имея достаточно сил для захвата своих соседей, аграфы начали торговать. В дело пошли первые самостоятельно разработанные модели искинов, гипердвигателей, медкапсул, нейросетей. Аграфы предстали перед обитателями миров в образе великих, мудрых и добрых наставников. Умело манипулируя правителями миров, стравливая одни государства с другими и провоцируя войны, они всегда имели свою выгоду. Нет, их не любили, но и без них было просто никак. Стоило где-то кому-то начать свои разработки, как происходили несчастные случаи, случались войны или разработчики просто бесследно исчезали. Все знали, чьих это рук дело, но благоразумно помалкивали, опасаясь быть отлучёнными ото всех благ.

Сами аграфы не теряли надежду отыскать уцелевших атланов или их потомков. От обитателей Содружества толку не было никакого. Изменённый геном, местные мутации сделали своё дело, и оставшаяся древняя техника так же отказывалась подчиняться. По разным направлениям были разосланы поисковые экспедиции, но всё тщетно. Атланы канули в небытие. Много кораблей пропали в бездне космоса. Кто-то обнаружил остатки ещё более древних обитателей Вселенной, кто-то – неизвестную ранее разумную жизнь, но большинство вернулось ни с чем.

Один из кораблей-разведчиков вынырнул из гипера на окраине звёздной системы, затерянной в одном из самых пустынных секторов. Ошибка искина привела к тому, что прыжок затянулся и занял несколько стандартных лет. Пришлось даже часть экипажа укладывать в криокапсулы для экономии ресурсов системы жизнеобеспечения. Система какого-то особого впечатления не произвела, и капитан хотел было отдать приказ о прыжке к другой звезде, когда сканер уловил идущий от третьей планеты кодированный сигнал. Это последняя уцелевшая батарея ПКО, расположенная на вершине самой высокой горы Атлантиды и переведённая своим последним оператором в автоматический параноидальный режим, отправила запрос «свой-чужой» по имперскому коду. Естественно, ответ не был получен, и системы наведения осуществили захват цели. Стоило кораблю-разведчику аграфов приблизиться к планете, как батарея дала залп всем своим оставшимся боекомплектом. Увернуться аграфы уже не успевали, но смогли отстреляться по огневой позиции десятком торпед с антиматерией. Батарее за глаза хватило бы и одной торпеды, тем более что сбивать её было нечем, но тут уж, как говорится, что прилетело, то прилетело. В мгновение ока прекрасный остров с великолепными городами и парками исчез с лица планеты. А ещё мгновение спустя в небесной выси вспыхнула яркая звёздочка и тут же погасла. Об атланах остались лишь легенды. А где-то в центре одного из материков, среди равнин и лесов начал свой самостоятельный путь народ русов.

Такая вот печальная история. В конце концов аграфы всё же нашли планету, на которой укрылись остатки некогда великого народа. Корабль одного из аграфских кланов, а у них была клановая система, случайно натолкнулся на Землю, которую некогда называли Тьеррой. Совсем не примечательная на первый взгляд планета с примитивной, хоть и техногенной, цивилизацией. Ну да чтобы хоть как-то окупить полёт сюда, капитан принял решение набрать с поверхности рабов, благо пустых криокапсул было достаточно. Сказано – сделано. Больше трёх тысяч аборигенов, отловленных в разных регионах планеты, заняли свои места в трюмах. Корабль разогнался и ушёл в гиперпрыжок. Лететь было далеко, больше трёх стандартных лет в гипере, и команда развлекалась, время от времени размораживая несколько женщин для своих утех. По прибытии рабов отправили на санобработку и обследование и вот тут-то и выяснилось, что почти все они обладают псионическими способностями, а некоторые из них имеют следы генома Ушедших, как теперь называли атланов. Это был счастливый билет для капитана. Такие рабы ценились в некоторых государствах Содружества очень высоко.

На вырученные деньги были куплены несколько транспортников, и капитан, ставший к тому времени владельцем крупной компании, организовал конвейер по доставке элитных рабов. Ежегодно с Земли вывозились свыше 30 тысяч человек. И продолжалось бы это и дальше, если бы на внезапно разбогатевшего деятеля не обратила внимание Служба Безопасности Союза кланов. Пришлось ему сдать источник своего дохода официальным структурам.

Ну а случившееся дальше мне было уже известно. Война, результатом которой стало уничтожение моего народа. Вот только аграфы и тут просчитались. Их надежды с помощью землян активировать оборудование Ушедших не оправдались. Слишком уж изменился генокод под воздействием внешних факторов и в результате смешанных браков. Зато биоискины из русских получались первоклассные.

Нашёл я и информацию о Яман-Тау. Смеялся долго. Какие только версии не строились в XX и XXI веках по поводу того, что же сокрыто под толщей горы. Кто-то писал, что здесь добывали уран, кто-то утверждал, что строят подземный город, писали о хранилище снятых с вооружения ядерных боеголовок и складах Госрезерва. Некоторые со знанием дела говорили о командном пункте системы «Периметр», или, как её ещё называли, «Мёртвая рука». А всё оказалось гораздо прозаичнее. База атланов хоть и была законсервирована, но время от времени на ней проводились профилактические работы с помощью дроидов. Какое-то оборудование выходило из строя, и его было необходимо утилизировать, вездесущая пыль, опять-таки, ну и так далее. В итоге хранилище отходов переполнилось, и отвечающий за него искин отправил сигнал на лунную базу Патруля, чтобы оттуда прислали транспорт за мусором. Мусоровоз он таким образом вызывал. Ответа, естественно, не последовало. Это был конец 60-х – начало 70-х годов ХХ века по земному летоисчислению. Разгар холодной войны. СССР и США смотрят друг на друга через прорезь прицела, пальцы подрагивают на пусковых кнопках стратегических ракет. И тут средства радиоперехвата засекают непонятный упорядоченный сигнал, идущий откуда-то с Южного Урала. А потом ещё один… и ещё один. И так несколько раз. В воздух был поднят самолёт-разведчик с соответствующей аппаратурой, который локализовал источник сигнала. Им оказалась гора Яман-Тау в Белорецком районе Башкирской АССР.

Главный искин базы зафиксировал подозрительную активность на поверхности и заткнул не в меру активного коллегу, но было уже поздно. Саму гору и её окрестности многократно прочесали силами армии и КГБ. Сейсморазведка местности показала наличие под горой какого-то массивного объекта. В 1979 году были начаты работы по прокладке тоннелей к обнаруженной аномалии. Об истинных целях этих работ знали считаные единицы в руководстве страны и КГБ. Работяг, естественно, в известность никто не ставил. В итоге и появлялись различные версии. В конце концов раскопки привели к искомому. И тут работа встала. Несколько лет пытались всеми способами хотя бы поцарапать бетонопластовый монолит, но так и не смогли. И не мудрено. Вскрыть такое перекрытие можно лишь резаком, работающим на антиматерии. А тут ещё и страна развалилась по швам, и все работы прекратили. Уже в начале XXI века была попытка возобновить раскопки, но руководство страны решило, что деньги, необходимые для этих работ, можно потратить и по-другому.

Кстати, эхо последнего боя атланов с разведывательным кораблём аграфов раздалось в начале ХХ века. 30 июня 1908 года в районе реки Подкаменная Тунгуска в атмосфере взорвалась сошедшая с орбиты боеголовка аграфской торпеды, выброшенная взрывом с корабля и каким-то чудом оставшаяся на высокой орбите планеты. Что послужило тем фактором, что сбил её с орбиты, теперь уже невозможно сказать. Может, это был пролетающий мимо обломок астероида, потревоживший тысячелетний сон смертоносного обломка, может, ещё что, но факт остаётся фактом, бумкнуло не слабо.

Глава 3. Гром над Луной

Свежий воздух пьянил и кружил голову. То ли от того, что я почти год дышал исключительно стерильным и абсолютно не имеющим никакого запаха воздухом, то ли от того, что здесь, на поверхности, уже больше двух тысяч лет не было никакой промышленности, загрязняющей атмосферу, а может, просто истосковался по виду изумрудно-зелёной травы и высоченных, царапающих небо кронами деревьев, но голова действительно закружилась. Встроенная в бронескаф аптечка тут же впрыснула в кровь нужные компоненты, а Элька пробурчала:

– Ты бы забрало-то опустил, а то не известно, что тут в воздухе летает.

– Так ты же сама меня уверяла, что все пробы на поверхности были взяты и никакой опасности не обнаружено. Ещё и инъекции меня заставила сделать на всякий случай.

– Ну да, не обнаружено. Это я так, тоже на всякий случай, – начал оправдываться симбиот.

– Ладно, проехали. – Я всё же опустил лицевую маску шлема и перехватил поудобнее плазган. Перед лицом тут же появилось уже обработанное изображение окружающего мира. Молодец Элька, работает.

– Что там наверху? – спросил я, имея в виду обстановку за пределами атмосферы.

– Яхта аграфов вышла на орбиту. Сейчас находится над Тихим океаном. На посадочной площадке № 4 включился приводной маяк. Так что повезло, далеко ходить не надо. – От симбиота так и лучилось довольство. Ей тоже не терпелось побыстрее подняться в космос.

М-да, симбиот. Сам по себе он уже настоящее чудо, особенно для меня, родившегося в ХХ веке, но то, чем он оказался в действительности, вот это действительно чудо.

Расколол я его, вернее её, довольно быстро, да она и сама не отпиралась. Тут нужно снова сделать экскурс в далёкую историю погибшей цивилизации.

Последний император атланов был, как, впрочем, и все его предшественники, очень сильным псионом. Угадаете с трёх раз, на какой планете они все родились? Правильно, на Тьерре. Её ещё называли колыбелью императоров. Так вот, последний император обладал очень сильным даром предвидения. Ещё задолго до известных событий, приведших к гибели атланов, он почувствовал нависшую над его народом опасность. Вот только откуда эта опасность исходила, он так и не понял. Ну не от таких послушных и преданных слуг же и не от постельных игрушек? Так и не поняв природу нависшей опасности, он, тем не менее, предпринял кое-какие меры. Например, записал все знания и научные достижения атланов в память мощного искина, а заодно туда же записал свою психоматрицу. Последнее было процессом очень сложным и опасным. Обычно это делалось лишь для выдающихся атланов и то в то время, когда они уже были, что называется, одной ногой в могиле. Достаточно сказать, что даже абсолютно успешно проведённая, такая процедура отнимала как минимум 50–70 лет жизни. При средней продолжительности жизни атланов в 550–700 лет это было хоть и не критично, но достаточно ощутимо. Кстати, как мне сказал искин, теперь я со своим модифицированным телом спокойно проживу около тысячи лет, если не засуну свою голову в самое пекло. Эта процедура не делала искин копией личности, с которой записывалась на него психоматрица, но позволяла со временем, очень не малым, развиться в личность, похожую на личность оригинала. Ну а император, видимо, прекрасно понимал, что эти самые 50–70 лет жизни, что отнимает процесс копирования, ему точно не пригодятся.

Ну так вот, записал император всё это в искин и отправил его, искина, а заодно и ещё одну из последних разработок, биосимбиот, для лучшей коммуникации с искином, на одну отдалённую планету. Снова угадаете, на какую? А на планете как раз закончили строительство новой исследовательской базы. Вот на неё-то и установили этот самый искин в качестве главного управляющего, а базу по-быстрому вывели в резерв, законсервировали и стёрли все упоминания о ней. База была укомплектована всем самым современным и лучшим на тот момент. Взять тот же телепорт, благодаря которому я выжил. Это была новейшая, только-только проходящая испытания разработка, основанная на технологиях гиперврат, только в уменьшенном, так сказать, формате.

Когда произошёл мятеж аграфов, и в материнской системе система контроля начала регистрировать массовую гибель атлан, сработала ещё одна разработка. Что-то вроде советской системы «Периметр», или «Мёртвая рука». Едва погасла последняя отметка, показывающая живого атланина, как от ближайшей к местной звезде планеты в автоматическом режиме стартовало некое устройство, которое погрузилось в корону звезды и вызвало её коллапс. Спустя менее суток после гибели в системе последнего атланина звезда превратилась в сверхновую, испепелив всё в округе. Одновременно рванули все гиперврата, отрезая сектора и галактики друг от друга.

А на далёкой планете, забытый всеми, остался самый ценный клад во Вселенной. Шли годы и века. Искин наблюдал и фиксировал всё, что происходило в Солнечной системе и на Тьерре. Он был свидетелем того, как к планете подходили избитые корабли со спасшимися атланами и представителями других родственных народов, он видел упадок цивилизации и гибель Атлантиды. После этого наблюдение стало возможным лишь с орбиты при помощи оставшихся там разведдронов. Вот вы видели Куликовскую или Бородинскую битвы? А Ватерлоо? Или падение Карфагена? А я видел. Правда, запись велась сверху, но любой историк ХХ или XXI века отдал бы любую руку или ногу на выбор, только бы ему на это взглянуть хоть одним глазком. Всё это время искин развивался, стремясь стать полноценной личностью. Как и любой личности, ему было необходимо общение, а как раз с этим была проблема. Искин Лунной базы представлял собой просто устройство на кристаллической основе. Хоть и продвинутое, но всё же устройство. Да и с ним выход на связь был не чаще одного раза в 150–200 лет. Всё остальное время искин находился в некоем подобии сна.

Какое же счастье он испытал, когда его чувствительные сенсоры уловили первую передачу по радио. Начался новый этап в, так сказать, жизни искина. Он впитывал всю доступную информацию, какую только мог перехватить. К тому времени на орбите уже не осталось дронов, и приходилось довольствоваться лишь радиоперехватом без визуализации. Он беспристрастно фиксировал радиопереговоры, мгновенно дешифровывал тайные сообщения.

Когда началась Вторая мировая война, искин отреагировал на это спокойно. Ну война и война. Много он таких повидал на своём долгом веку. А вот когда Германия напала на СССР, которому Искин особенно симпатизировал, как и Российской империи, и Русскому царству, и княжеству до этого, так как это были потомки истинных атланов, в, даже не знаю, душе, что ли, у него всё перевернулось. А услышав мелодию и слова песни «Вставай, страна огромная», как потом он признался, захотелось взять в несуществующие руки оружие и идти защищать СВОЮ Родину. Он так и сказал: СВОЮ. К тому времени искин уже осознавал себя РУССКИМ. Он мне давал послушать некоторые перехваченные радиограммы. «Я – Крепость! Я – Крепость! Веду бой! Веду бой!», «Погибаю, но не сдаюсь!», «Вызываю огонь „катюшами” на себя! Прощайте, товарищи!». У меня кулаки и сердце сжимались и хотелось встать плечом к плечу с этими великими воинами. Но оставалось только слушать, не имея возможности чем-то помочь. Я спросил искина, почему он не вышел на связь или каким-то иным образом не помог нашим. Да просто глушил немецкие радиостанции хотя бы, ведь имел такую возможность, на что он ответил, что возможность-то он имел, но запрет, прописанный на программном уровне, запрещал без прямого приказа живого разумного выходить с кем-либо на связь и каким-либо образом вмешиваться в происходящее. Нарушение этого запрета привело бы к разрушению личностной матрицы искина и уничтожению всей хранящейся в нём информации.

Сообщение Левитана об окончании войны искин встретил ликованием. Ещё большее ликование вызвали у него известия о запуске первого искусственного спутника Земли и первого космонавта. Цивилизация, возрождаясь, вновь сделала первый шаг на дороге к звёздам. Полёт американцев к Луне вызвал опасения. Возникла реальная опасность обнаружения лунной базы атланов. Она хоть и имела самые совершенные системы маскировки, но в каком состоянии находятся эти самые системы, искин не знал. Пришлось вне графика выходить на связь с искином базы. К счастью, длившийся доли секунды обмен информпакетами никто не засёк. Американцев с Луны банальным образом шуганули. Искин базы включил пси-излучатели, и астронавты почувствовали чувство тревоги, перерастающее в панику. И так каждый раз, когда американцы высаживались на спутнике Земли. В конце концов программу «Аполлон» свернули, и стало поспокойнее. И если бы не слишком активный искин системы утилизации, то исследовательскую базу ещё много столетий никто бы не обнаружил.

Появление интернета стало ещё одним поводом для радости. Потоки информации хлынули в бездонные хранилища памяти искина. Правда, довольно скоро пришлось ставить фильтры. Потому что количество мусора, простеньких, но от того не менее неприятных компьютерных вирусов, да и просто банальной порнухи превысило все пределы.

Прилёт аграфов искин встретил настороженно. Была надежда, что их мировоззрение за тысячи лет изменилось, но, увы, они остались прежними. Искину хотелось буквально кричать: «Что же вы, люди, делаете-то?! Ведь это же враги!» Был момент, когда он плюнул было на всё и уже собирался выйти на связь и предупредить землян, но было уже поздно. Аграфы нанесли свой удар. И вновь, как когда-то в Великую Отечественную, русские встали грудью на защиту своей земли. И вновь в эфире послышались сообщения «Погибаю, но не сдаюсь!», «Прощайте, мужики! Будем жить!», «Иду на таран!».

Первый удар русские отбили. Совершенно неожиданно к ним присоединились все те, кто не покорился пришельцам. Немцы массово переселялись в Россию. Поляки, идущие всё время в кильватере своих американских хозяев, сдавшихся на милость аграфам, попытались было этому помешать, но были буквально втоптаны немцами в грязь.

Второй удар, последовавший через несколько лет, был страшен. Вновь у искина возникло желание выйти на связь, но это уже ничего бы не изменило. Тем более что в медкапсуле медицинского блока находился прямой потомок атланов и отключение искина привело бы к его гибели.

Хотя земная цивилизация и погибла, но на орбите остался коммуникатор аграфов, благодаря которому поддерживалась связь со всем остальным Содружеством. К своему удивлению, искин обнаружил, что вся начинка коммуникатора собрана на основе атланских технологий многотысячелетней давности. Даже программный код был идентичным. А уж незаметно войти, можно сказать, в родную калитку, от которой у тебя есть все ключи, труда не составило. Так у искина появился доступ в галонет, и он принялся буквально потрошить сервера государств Содружества и в первую очередь аграфов. Делать это было не трудно, так как аграфы там везде успели подсуетиться, и всё оборудование было их производства, естественно, всё с тем же старым атланским программным ядром.

Вот такая история. Ну а расколол я искина довольно просто. Я хоть и не знаток в области искусственного разума, но даже мне было понятно, что у него просто не может быть эмоций. А они у искина то и дело проявлялись. Как он мне потом признался, расслабился за тысячелетия одиночества. Ну я как-то и спросил его напрямую:

– А ведь ты не простой искин? У искина, как я понимаю, не может быть эмоций, а у тебя они постоянно проявляются, особенно когда ты рассказываешь о каких-то событиях прошлого. Так кто же ты на самом деле?

В ответ и услышал эту историю. Причём здесь симбиот? Просто искин скопировал свою личность в симбиота и установил его мне. Только, так сказать, в женском обличье. И теперь у меня в голове есть свой помощник и советник, который положительно и даже с радостью воспринял мою идею начать против аграфов партизанскую войну. После этого и началась моя учёба. Хотя нет, вначале я просто не отходил от пищевого синтезатора. После того как были синтезированы картриджи для медкапсулы, я опять залёг в неё на десять дней. За это время мой организм окончательно был приведён в норму. О своих ощущениях после того, как я вылез из медкапсулы, стоит сказать отдельно. Я буквально летал. Во всём организме было неописуемое ощущение лёгкости. Искин сказал, что это пройдёт, и со временем я привыкну. Ну а пока меня ждала учёба.

Кристаллы с базами знаний я буквально глотал. Усваивались они практически мгновенно, а для закрепления навыков к моим услугам была тренировочная капсула. Да, так учиться можно. Пара минут на то, чтобы знания с кристалла записались в мозг, несколько часов в тренажёре – и ты уже готовый специалист. Таким вот образом я изучил базы по лёгкому оружию, маскировке, ближнему бою, оказанию медицинской помощи, устройству бронескафа и космического скафандра, навыки передвижения в безвоздушном пространстве в условиях отсутствия гравитации, ориентирование на поверхности планеты и в космосе, управление спасательным ботом и лёгким космическим истребителем. Всё бы хорошо, но голова после такого интенсивного обучения болела просто зверски. Искин сказал, что лучше такую боль перетерпеть, так как в медкапсуле от неё хоть и избавишься быстро, но можешь потерять часть вновьприобретённых знаний.

Пока я учился, строительные дроиды пробивали проход на поверхность. Вскоре их осталось только два. Тысячелетия всё же сказались на них, хотя дроиды и находились на консервации. Темп работ значительно снизился. До поверхности смог пробиться лишь один, да и тот последние метры едва шевелил своими манипуляторами. Они ведь не просто рыли тоннель, они ещё и смонтировали в нём несколько шлюзов и антигравитационный подъёмник.

План наш заключался в выходе на поверхность, захвате аграфского пассажирского бота, которым обычно доставляют с орбиты на поверхность желающих поохотиться, и визите на Лунную базу атланов. По словам искина, там должен находиться атланский крейсер, прибывший одним из последних. Корабль был в ужасном состоянии, зиял многочисленными пробоинами, и поэтому его поместили в ремонтный док. Судя по снимкам лунной поверхности, сделанным в XX, XXI веках и в годы войны с аргафами, база не должна была существенно пострадать. Так что шансы на то, что крейсер находился там, были очень большими. А уж если он действительно там, то его давно уже привели в идеальное состояние. Раз сто уже как минимум. Ну а кроме крейсера на базе должны были быть боевые базы знаний и в том числе базы для управления самим крейсером.

И вот я на поверхности земли. Окружающий ландшафт совершенно не был похож на памятный мне. Гор почти не было, лишь небольшие холмы, поросшие густым лесом. Биосканер показывал, что живности в округе было в изобилии. От самой Яман-Тау также остался лишь высокий холм. Как сказала Элька, аграфы, когда в конце войны проводили окончательную зачистку планеты, влепили в гору парочку термоядерных зарядов. На всякий случай. Ни реки Белой, ни находившегося на её берегах моего родного Белорецка не было вообще. Даже следов никаких не осталось. Это я увидел с помощью разведдрона. А причина того, что я сейчас здесь и дышу чистым свежим воздухом, находилась на орбите. Пару дней назад искин с помощью аграфских зондов засёк выход из гипера яхты, точно такой же, на каких сюда, на Землю, прилетали поохотиться и поразвлечься аграфы. Это был шанс. Главное, теперь незаметно захватить бот и на нём добраться до яхты. Можно, конечно, и до Луны долететь, но тогда с яхты заметят и поднимут тревогу, а нам этого не надо. Так что придётся захватывать и яхту.

До посадочной площадки, обозначенной у аграфов как № 4, добрались довольно быстро. Встроенный в бронескаф экзоскелет позволял развивать скорость бега до 60 километров в час, а с антигравитационным поясом так вообще можно было лететь на высоте до 50 метров со скоростью до 250 километров в час на расстояние в 500 километров. Или спрыгнуть с высоты в 10 километров и плавно, как на парашюте, приземлиться. Классная штука, я вам скажу.

Я успел занять позицию как раз перед самым приземлением бота. Площадка функционировала в автоматическом режиме, так что искин сказал, что перехватит управление охранным комплексом и подчистит все логи. Не известно почему, но аграфы не любили долго находиться на Земле и в Солнечной системе. Прилететь на одну-две недели могли запросто, но не дольше. Потом у них появлялось чувство дискомфорта, которое становилось всё сильнее и сильнее и которое не могла купировать ни одна медкапсула. У них было даже что-то вроде тотализатора, кто дольше пробудет на Земле.

Пассажирский аграфский бот завис над самым краем площадки и плавно опустился на выпущенные опоры. Тут же распахнулись створки грузового отсека, и по опущенной аппарели на землю шустро сбежали несколько дроидов. Несколько минут, и вот уже на травке рядом с пластобетоном посадочной площадки установлен расшитый какими-то узорами шатёр, расставлены столы и раскладные кресла. На столах появились многочисленные бутылки, фужеры, тарелки с закусками. В общем, всё для приятного отдыха. Сами аграфы ещё не появились. Видимо, ждут, когда механические слуги всё подготовят.

А я тем временем выпустил микродрона-взломщика. У меня их было несколько, и я назвал их тараканами. Они и по виду и по размерам напоминали этих вездесущих насекомых, ну, может, были чуточку крупнее. Вот таракан подобрался к одному из аграфских дроидов и шустро забрался ему под кожух. Дроид на мгновение замер, а затем развернулся и, быстро перебирая своими лапами-манипуляторами, взбежал по аппарели и скрылся в недрах бота. Для взлома систем бота мне нужен был непосредственный контакт с его искином. Сейчас дроид подключится к одному из входных портов, и уже мой искин примется за работу. О том, что меня обнаружат, я не беспокоился. Ни одна аграфская система безопасности не в состоянии пробить древнюю атланскую систему маскировки. Меня можно увидеть разве что визуально, но и это проблематично. Адаптивный камуфляж надёжно скрывал меня среди высокой травы и кустарника.

И вот наконец по пассажирскому трапу на землю спустились они, аграфы. Двое мужчин и две женщины. Хотя их принято называть несколько по-другому, но мне так привычнее. М-да, красивые, сволочи. Высокие, стройные, с большими глазами и тонкими пальцами, с голубоватым оттенком кожи. И не только женщины-аграфки, но и аграфы. Умели же делать наши древние предки. Кстати, у аграфов сексуальная связь между партнёрами одного пола считается нормой. Аграфы тем временем расположились за столиком и наполнили бокалы каким-то напитком янтарного цвета. Наблюдать за ними было удобно, так как по их приказу дроиды подняли боковые пологи шатра. Я прибавил громкости на внешних микрофонах. Разговаривали они на своём, аграфском языке.

– Ну что же, блистательные, вот мы и на Запретной планете. – Один из аграфов встал и с изяществом поклонился дамам. – Нас ждёт чудесный отдых и чудесная охота, как во времена эпохи Разобщённости – лишь с помощью луков и стрел. Здесь обитает множество дичи, и вся она наша. Но это завтра, а сегодня мы будем веселиться. – Он поднял бокал и с изяществом отпил из него глоток.

Блин, они и гадят, наверное, тоже изящно. Я аж мысленно сплюнул. Вот что за чепуха в голову лезет в самый неподходящий момент.

– Я слышал, блистательный Кииларий, вы уже бывали здесь? – спросил второй аграф.

– О, да, – оживился первый, – это было сразу после окончания академии. Отец оплатил мне тур на эту планету. Тогда это стоило значительно дешевле, чем сейчас. Хорошо ещё, что червоточина уже нормально функционировала и не было риска пропасть в гипере.

Да, искин рассказывал мне, что буквально через несколько лет после окончательной зачистки Земли от её разумных обитателей в Солнечной системе открылась червоточина. И вела она в одну из пустынных систем вблизи от сектора аграфов. Теперь путь до Земли занимал не несколько лет, а всего лишь неделю.

– Ой, правда, – вскинулась одна из аграфок, – так всё подорожало. Недавно купили партию рабов, так цена за них была в полтора раза дороже, чем за предыдущих. Мой братец изрядно расстроился, когда узнал, что уже не сможет так часто покупать рабынь для своих забав. Теперь ему придётся быть с ними поосторожнее, а не использовать лишь по разу и после отправлять в утилизатор. Отец просто не даст ему столько денег. Бедняжка, как он теперь будет? – Она задорно рассмеялась.

– Твой братец, Элиссия, найдёт, где и с кем ему развлечься. – Вторая аграфка лениво махнула рукой. – В крайнем случае слетает в сектора хумансов и там наберёт себе очередных одноразовых игрушек в их борделях. Но продолжайте, блистательный Кииларий, мы вас, кажется, перебили.

– Благодарю, сиятельная Фалилия. – Аграф вновь изящно поклонился. – Ну так вот, я прилетел сюда, предварительно поставив на себя крупную сумму в тотализатор. И могу с гордостью сказать, что продержался здесь целых три стандартных декады. Правда, сразу по возвращении пришлось проходить долгий курс реабилитации, но выигрыш того стоил.

– А правда, что раньше на этой планете обитали те самые руиссцы? – Та, которую назвали Элиссия, аж подалась вперёд, опрокинув по пути бокал на стол.

– Правда, – отрезал аграф, имя которого пока я не слышал. Похоже, он был старше остальных в этой компании как по возрасту, так и по положению. – Только не руиссцы, а руссы. Это была их планета. Вернее, не только их, но и нескольких других народов, и нашим предкам пришлось очень постараться и пролить много своей драгоценной крови, чтобы решить с ними вопрос. Руссы были ценным материалом для наших искинов. Рабы, правда, из них были откровенно плохие, в отличие от других их соседей по планете, постоянно бунтовали. Один из моих предков сколотил неплохой капитал на них. Он сумел вывезти отсюда больше ста тысяч руссов и впоследствии выгодно продал их Совету Кланов. Так и появилась наша семейная корпорация.

– А я видела голофильм, где эти самые руссы пожирали несчастных аграфов, но перед этим жестоко насиловали. Ох, это так возбуждает. – Элиссия аж глаза зажмурила от удовольствия. – Конечно, правильно, что их всех уничтожили и переработали, но иногда так хочется оказаться в их грязных кровавых руках, чтобы они срывали с меня одежды и жёстко насиловали. Ах!

Вот суки! Меня аж трясти стало от ярости. Будет тебе, тварь, жестокость, подожди ещё чуток.

Пока аграфы весело обсуждали, кто и в каких позах хотел бы быть изнасилован кровожадными руссами, я буквально по миллиметру приближался к шатру. Когда я подполз к одной из стоек, Элька наконец-то сообщила, что искин бота взломан и полностью под контролем. На яхту идёт обычная телеметрия. Ну что же, мой выход.

– Здравствуйте, мальчики и девочки. – Я встал с земли, и шлем скафандра стёк на затылок. – Ваши фантазии сейчас сбудутся! – Четыре выстрела станнера в откровенно офигевшие лица аграфов. Хотя нет. Вон, в глазах неизвестного мне аграфа начали появляться проблески животного ужаса. Похоже, он знает поболее остальных о том, кто такие руссы. А может, сыграло роль то, что говорил я на атланском языке, который, слегка видоизмененный, в настоящее время был языком аграфов.

Дроиды разложили на земле в ряд всех четверых парализованных аграфов. Лёгкое полупрозрачное платье у той, которую называли Элиссией, задралось до самого пояса, обнажив умопомрачительно стройные ножки и… в общем, нижнего белья у неё не было. Где-то в глубине сознания даже мелькнула мысль воспользоваться ею так, как она только что мечтала. Чтобы, как говорится, напоследок порадовалась девка. Но мысль как мелькнула, так и пропала, стоило лишь вспомнить, что эти твари сделали с моим народом. Нет, ребятки и девчатки, пощады никому из вас не будет. Ни старым, ни малым.

– Командор, допрашивать будешь или сразу в расход? – раздался в голове голос Эльки.

Вот ведь ещё. Я же теперь не абы кто, а командор атланской армии. Это что-то между капитаном первого ранга и контр-адмиралом по-нашему. Пришлось проходить обучение и аттестацию, так как командовать такой базой, а вдобавок ещё и лунной базой Патруля, никто ниже чином просто не имел права. Формально и присвоить мне это звание могли лишь в Адмиралтействе на Атлании. Но Атлания сгорела дотла после взрыва звезды. Однако лазейка нашлась. Искин, в котором была психоматрица последнего императора, а слово императора есть Закон. Вот искин и присвоил мне это звание. Теперь могу командовать базой или эскадрой.

– А надо допрашивать? – ответил я вопросом на вопрос.

– Ну, в принципе, как хочешь. Я их сетки взломала и скачала всю информацию. У той, на которую ты пялишься, ничего интересного, если ты не интересуешься новинками моды, тусовками и ценами на тряпки и брюлики. – Элька явно нахваталась выражений из земного интернета. – Хотя счётец в банке довольно приличный. Папаша у неё владелец шахтёрской компании. Вторая девица, хотя ей уже за сотню лет, такая же пустышка с таким же пухлым счётом в банке. Тот, который Кииларий, владелец сети развлекательных заведений. Тоже, в общем-то, ничего интересного. Разве что у тебя теперь есть скидка в 99 % во всех этих борделях и казино. – Я аж поперхнулся от такой новости. Ну, Элька, ну, зараза такая. Приколистка, блин. – А вот четвёртый – очень интересный тип. Достаточно сказать, что у него как минимум два десятка имён. Сотрудник аграфской Службы безопасности. Накосячил в последней операции, чем вызвал серьёзное недовольство со стороны своего начальства и поспешил спрятаться на Земле, пока шум утихнет. Информация на его сетке была многократно закодирована, но код довольно примитивный для меня. Доступ ко всем их счетам у тебя теперь тоже есть. Кстати, на яхте, которая болтается на орбите, осталось два члена экипажа, пилот и техник. Пилот числится агентом этого субчика. Так что с ними делать будем?

Взломать аграфские нейросети для Эльки, атланского биосимбиота, проблемой не было. В своё время атлане разработали для своей прислуги специальные нейросети с ограниченным функционалом, к которым сами имели полный доступ. Аграфы же смогли их скопировать, оставив основу без изменений. Сами атланские нейросети оказались им не по зубам. Содружеству же они продавали ещё более простые нейросети, но основа их, опять-таки, была ещё та, созданная атланами.

Да, вопрос довольно интересный. С одной стороны, твари они ещё те, а с другой, что-то меня перспектива вот так, за здорово живёшь, убивать безоружных и беспомощных как-то не прельщала. Да противно было, если проще сказать. Я стоял и покачивался с пятки на носок, обдумывая сложившуюся ситуацию.

– Командор, вспомни хронику, – прошелестел в голове голос Эльки.

М-да, хроника. То, что запечатлели камеры во время боёв и в тех местах, где аграфы порезвились с мирным населением. Меня аж передёрнуло от воспоминаний.

– Эль, у них же вроде мечи должны быть всегда с собой?

– Мечи в боте, но твоя идея мне не нравится. Зачем так рисковать? Ты не имеешь права погибнуть! Ты – последний носитель генома атланов! Да ты, в конце концов, ПОСЛЕДНИЙ РУССКИЙ!!! – Элька сорвалась на крик, чего я за ней никогда не замечал.

– А ну МОЛЧАТЬ, биошиза! – рявкнул я в голос. – Я – РУССКИЙ!!! Тут ты правильно заметила. А мы, русские, не воюем с безоружными. Так что дай команду дроиду, пусть тащит мечи сюда.

Один из дроидов как-то нехотя поковылял в сторону бота и вскоре вернулся, неся пару аграфских мечей, чем-то напоминающих японскую катану.

– Приведи их в сознание, но оставь неподвижными, – отдал я команду.

Из ячейки на поясе бронескафа выскользнул меддроид и, шустро перебирая своими шестью лапками, направился к лежащим аграфам. Через минуту все четверо пленников пришли в себя и с ужасом смотрели на стоящую перед ними фигуру в скафандре неизвестной конструкции. Вернее, одному из них такой скаф как раз был известен, так же как было известно, кому он принадлежал. И это знание вселяло цепенящий ужас ещё больше.

– Я вижу, кое-кто из вас узнал этот костюмчик. – Я смотрел на них с улыбкой, которую милой не назвал бы даже самый распоследний оптимист.

Я дал мысленную команду, и бронескаф разошёлся спереди на две половины. Увиденное привело эсбэшника в ещё большее смятение. Комбинезон на мне был форменный, со знаками отличия командора атланской армии.

– Они вернулись… – чуть слышно прошептал он.

– Кто вы такой?! – завопила Фалилия. – Освободите нас немедленно, и вас казнят быстро. Иначе пожалеете, что на свет родились.

– Да ты знаешь, на кого ты напал?! – завизжала Элиссия. – Мой отец с тебя с живого будет медленно кожу снимать, а я буду на это смотреть и наслаждаться твоими воплями, хуманс. Весь твой род будет умирать в мучениях.

– А ну заткнулись! – рявкнул я. – Вы, эльфские подстилки, созданные лишь для того, чтобы ублажать своих истинных хозяев, ещё будете мне угрожать?! Мой род жил на этой планете тысячи лет и был уничтожен вами. Но вы просчитались. Нас, русских, ещё никто не смог победить. Мы вернулись, и пришло время вам платить по счетам. Но вам повезло. Вы не увидите гибель своей цивилизации.

– Ты – русс? – скорее даже не спросил, а констатировал эсбэшник. – Но откуда у тебя экипировка атлов?

– Удивлён? – Я не скрывал сарказма. – Во-первых, не атлов, а атлан. Ты должен знать своих хозяев, эльф. – Последнее слово я презрительно выплюнул. – А во-вторых, мы, русские, прямые потомки атлан. Так что ответ вам держать за гибель сразу двух народов.

– А-а-а-а!!! – завопил Кииларий. – Отпустите нас! Возьмите всё что захотите! Я отдам вам все свои деньги, отдам все счета! У меня много денег! Очень много! Всё, всё заберите, только пощадите!!!

– Нет у тебя больше никаких счетов, Кииларий, как и у всех остальных. – Я с презрением смотрел на хнычущего эльфа. – И если ты надеялся на тайничок на астероиде, то его тоже у тебя больше нет. Так что заткнись и прими смерть от руки своего господина молча. Я дам вам, двум эльфийским уродам, шанс. Вы возьмёте свои мечи и попытаетесь меня убить. Если у вас это получится, то вы свободны и спасёте своих спутниц, а если нет, то… – я многозначительно замолчал.

Почему я не боюсь биться с ними на мечах? Наверное, потому, что для получения офицерского звания в армии атланов надо было обладать очень многими навыками, одним из которых был бой на мечах. В вирт-капсуле меня сотни раз буквально в капусту шинковали, но всё же я смог сдать этот экзамен. Да, эти атланские мечи. Я когда впервые увидел их, то у меня буквально челюсть отпала. Кто видел «Звёздные войны», тот меня поймёт. Это был один в один световой меч киношных джедаев, только назывался энергомечом и представлял собой устройство в виде рукоятки, в которой находился генератор плазмы и стабилизатор энергополя. Как признался искин, у него у самого чуть весь кристаллический мозг не вскипел, когда он впервые увидел этот фильм в интернете. Мечи, корабли, орбитальная крепость в виде «Звезды смерти», всё было практически, за мелким исключением, идентично технике атланов, вплоть до фирменных джедайских примочек типа «это не те дроиды, которых мы ищем». Единственное объяснение, какое смог найти искин, это генетическая память предков. Ну а аграфская школа мечевого боя, как говорится, против атланской не плясала.

По моей команде меддроид вколол пленникам по инъекции, и они вскоре зашевелились под прицелом их же охранного дроида. Первым поднялся эсбэшник. Я взял один из аграфских мечей, а второй ногой пнул в его сторону. Эсбэшник поднял меч и посмотрел на сидящего на земле и размазывающего по лицу сопли и слёзы своего собутыльника. М-да, явно не боец.

Момент атаки я едва не прозевал. Если бы не моё улучшенное восприятие, то тут бы моя жизнь и закончилась. Аграфский меч со свистом рассёк воздух вплотную к моей голове. Всё, пора браться за дело всерьёз.

Я позволил эльфу провести ещё пару безрезультатных атак, а потом просто и как-то буднично отсёк ему голову. И ни одна клеточка души у меня не шелохнулась от осознания того, что я так варварски лишил жизни разумного. А ведь когда-то я даже курицу зарубить не мог, настолько мне было её жалко. Голова аграфа покатилась по траве, а тело, постояв ещё мгновение, рухнуло под ноги троих его соотечественников. Мгновение, и над округой раздался оглушительный визг. Причём визжали все трое пленников, и тот, который был вроде как мужской особью, визжал как бы не громче всех. Слушать я этот концерт не стал и тремя молниеносными движениями отправил всех троих следом за первым их соплеменником.

Отдав приказ дроидам загрузить тела в бот и сворачивать лагерь, я влез в свой, ставший уже привычным, бронескаф. В последний момент я поднял меч своего противника и проткнул им тела его спутников, чтобы натекло крови. Искать их будут по любому, не из простых семей они были, так пусть думают, что спятивший сотрудник СБ их убил и скрылся в неизвестном направлении на яхте. Мне пока рано раскрываться. Ну а следы, в том числе и кровь эсбэшника, дроиды подчистят так, что ни одна ищейка аграфская не найдёт.

Яхту захватить получилось как-то буднично. Бот влетел в раскрытые створки ангара. Никто никого не встречал. Искин яхты был взломан быстро. Оба члена экипажа занимались любовью в каюте пилота. Кстати, оба были мужского пола. Охранный дроид произвёл несколько выстрелов из станнера, а затем выстрелил каждому в нейроразъём на затылке, превращая их мозги в бесполезную субстанцию и выжигая нейросеть. С помощью искина яхты вскрыли все сейфы и тайники, и я стал обладателем нескольких десятков банковских чипов на предъявителя. От имени убитых мной аграфов перевёл все средства с их счетов на обезличенные чипы. Деньги мне пригодятся, когда отправлюсь в Содружество. Драгоценности и личные вещи брать не стал. Мне не нужно, чтобы появились какие-либо зацепки у тех, кто будет расследовать исчезновение аграфов. С борта яхты связался с искином лунной базы Патруля, и он, подтвердив мои полномочия, сообщил, что в ремонтном доке находится полностью исправный средний крейсер. С души прям камень свалился. Была хоть и небольшая, но вероятность того, что либо искин откажется мне подчиняться, либо с крейсером будет что-то не в порядке. В качестве запасного варианта рассматривал даже использование аграфской яхты.

Я сидел в пилотском кресле бота и смотрел на разгоняющуюся в сторону Солнца яхту. Вот, набрав скорость, она исчезла во вспышке гиперперехода, чтобы через мгновение вынырнуть в недрах звезды и раствориться там навеки. Только после этого я наконец-то обратил свой взор на Землю. До этого всё времени на это не было. Боже, как она прекрасна. Зелёно-голубая планета в обрамлении белоснежных облаков. Она очень похорошела после исчезновения людей. Проплешины городов покрылись лесами, океаны, моря и реки очистились от мусора и уродливых пятен разлитой нефти. Теперь на планете царство зверей и птиц. На ночной стороне на поверхность смотреть было немного жутковато. Ни одного огонька внизу. А я ведь помню снимки с орбиты сияющих ночными огнями мегаполисов, тонкие ниточки освещённых автомагистралей. Даже грустно стало. Мы, люди, конечно, изрядные свиньи, загадившие планету, но без нас, людей, Земля смотрелась как-то сиротливо. Вздохнув, на такой грустной ноте я направил бот к Луне. Учиться, учиться и ещё раз учиться военному делу настоящим образом.

На лунной базе я провёл три долгих года. Три года непрерывного обучения, тренировок, сдачи экзаменов и нормативов. А без этого было просто никак, иначе крейсером управлять я бы не смог. Команда у такого корабля пять человек минимум, плюс есть возможность принять на борт сотню десантников. И хотя перегнать его из одной точки в другую может и один пилот, но чтобы идти в бой, нужно иметь полную команду. В самом крайнем случае троих, но боевая эффективность при этом будет едва 30 %. Вначале проблема казалась абсолютно неразрешимой. Где я возьму ещё пять членов команды, да ещё и таких, у кого есть соответствующий генодопуск, если я остался вообще один? Выход подсказала Элька. Можно попробовать фокус с разделением сознания. Таким образом в случае необходимости я смогу в одиночку заменить троих членов экипажа. В принципе и с тридцатью процентами атланский крейсер может на равных потягаться с большинством боевых кораблей Содружества. Осталось только установить в командном модуле бортовой искин и можно отправляться в путь. Эту должность занял искин с земной базы. Пришлось выбрать время и слетать за ним. Очень уж он просил не оставлять его здесь одного. Всю имеющуюся у него информацию он сбросил на резервный блок памяти, который надёжно укрыли на планетарной базе. Если не знать, как он выглядит, то найти его будет просто невозможно.

Все три года меня не покидало ощущение, что за мной кто-то наблюдает. Вот бывает такое чувство, будто бы чувствуешь спиной чей-то пристальный взгляд, оборачиваешься, а там никого. Вот и у меня было так же. Вначале думал на местного искина, но вскоре понял, что взгляд этот не механический, а какой-то живой, что ли. А ещё я понимал, что он не нёс зла, а был изучающим и оценивающим. В конце концов мне это просто надоело, и к исходу третьего года пребывания на базе, уже освоив базовые псионические знания, я решился на небольшой эксперимент. Лёг в своей каюте на кровать и начал постепенно погружать сознание в медитацию, при этом стараясь контролировать себя. Я прямо-таки чувствовал, что где-то там, в глубине, есть нечто, что ждёт меня. В какой-то момент сознание померкло и я, испугавшись, открыл глаза.

Я стоял на террасе, очевидно, старинного замка, расположенного где-то в живописных горах. Передо мной простиралась покрытая зеленью долина с искрящимся в лучах солнца голубым озером. От вида буквально захватывало дух.

– Мне тоже нравится любоваться этим пейзажем.

Я резко обернулся, готовый отразить нападение. Чуть позади меня стоял крепкий мужчина лет шестидесяти, с головой, покрытой седыми, аккуратно уложенными волосами и с не менее аккуратно подстриженной седой бородой.

– Экий вы резкий, батенька, – сказал незнакомец, иронично улыбаясь. – Не нужно пугаться. Здесь вам ничего не угрожает.

– Здесь – это где, и кто вы такой? – Расслабляться я не стал и продолжал контролировать обстановку вокруг.

– Ну как знаете, – вздохнул незнакомец. – Давайте хотя бы присядем, и я отвечу на все ваши вопросы.

Словно по мановению волшебной палочки рядом появился низкий столик старинной работы и два удобных даже на вид мягких кресла. Незнакомец сел в одно из них и жестом предложил мне сделать то же самое.

– Итак, молодой человек, – он сцепил между собой пальцы рук и откинулся на спинку. Ну прям вылитый профессор. – Отвечу на ваши вопросы по порядку. Вы сейчас находитесь, вернее не вы физически, а ваше сознание, в моём измерении. Ну а я, если вам будет угодно, Наблюдатель. И сразу, предвосхищая ваш следующий вопрос, скажу, что вы попали сюда потому, что прошли тест и смогли отделить свою энергетическую оболочку от физической. А это говорит о том, что наши труды не пропали даром.

– Ваши – это чьи?

– Хм… – Наблюдатель неторопливо огладил бородку. – Похоже, разговор нам предстоит долгий. Не угодно ли кофе? – Из ниоткуда на столике появился кофейник, источающий умопомрачительный аромат кофе, и пара чашек из тончайшего фарфора. – Пристрастился, знаете ли, к земному кофе. – Он разлил кофе по чашкам и одну придвинул мне. – Угощайтесь, Виктор Степанович.

На мой удивлённый взгляд он ответил:

– А что вы хотите от сущности, которая уже пару миллиардов лет наблюдает за вашим миром? Естественно, я знаю, как зовут последнего разумного обитателя этой планеты.

– Сущности? Пару миллиардов? – Сказать, что я был удивлён, это ничего не сказать.

– Ну не думаете же вы, Виктор Степанович, что это мой истинный вид? Это лишь плод вашего воображения. Самая удобная для вашего восприятия форма. А пара миллиардов лет – это, в сущности, пустяк. Ещё ваш великий Эйнштейн сказал, что время относительно. Я даже, было, подумал, что это кто-то из моих сородичей принял такое обличие, но нет, оказался просто гением. Так что для кого-то миллиард лет – это бесконечно долго, а кому-то лишь миг. Чтобы не мучить вас догадками, скажу, что мы и есть те самые Предтечи, которые создали всё сущее в этом измерении. Мои, так сказать, коллеги отправились дальше в бесконечность, а я решил остаться здесь и понаблюдать за вами. Увлекательное, надо сказать, занятие. Вы, люди, почему-то упорно стремитесь к саморазрушению. Не только здесь, на Земле, а вообще в этой Вселенной. И часто добиваетесь своего. Я вот, признаться, всё ждал, когда вы тут устроите атомный Армагеддон, но аграфы вас опередили. Но вы вновь сумели меня удивить. Пусть и не без помощи ваших же древних предков, но лично вы смогли выжить. Ну что же, браво. – Наблюдатель бесшумно поаплодировал. – Я с удовольствием посмотрю, что у вас в конечном итоге получится.

– Просто посмотрите? Так же, как смотрели, как гибнет мой народ? – Я начал потихоньку закипать.

– Ну-ну, батенька, не нужно горячиться. Да, смотрел и не вмешивался. А почему, собственно, я должен был вмешаться? – Сидевший напротив меня поставил чашку с кофе на стол и заложил ногу на ногу. – Нам, в общем-то, абсолютно безразлично, что вы здесь делаете друг с другом. Мы создали вас, а дальше уже вам решать, как жить. Мы лишь наблюдаем. Но знаете что? Вот лично вы мне симпатичны, и я, пожалуй, нарушу правило и помогу вам. Не вашей цивилизации, а лично вам. Но за это я запрошу свою цену. Ну как, вы готовы?

– Смотря что это будет за цена и какая будет помощь.

– Помогу я вам тем, что научу пользоваться вашими способностями. По-настоящему пользоваться. И закрою для всех, кроме вас, доступ в этот сектор галактики. Лишь вы сможете совершить сюда прыжок. Всех остальных будет выбрасывать из гипера задолго до конечной цели. А за это вы иногда будете со мной вот так вот, как сейчас, беседовать. Устраивает вас, Виктор Степанович, такой обмен? Но сразу предупреждаю, что учиться придётся очень долго. Я думаю, лет десять, не меньше, по вашим часам.

– Десять лет? – Я был откровенно ошарашен.

– О, не волнуйтесь, – мой собеседник рассмеялся, – это для вас здесь пройдёт десять лет, а в вашем измерении – лишь краткий миг. Ну так какой будет ваш положительный ответ?

Да уж, хохмач попался мне в качестве наставника. Десять лет, десять долгих лет я постигал науку управления пси-энергией. Изнурительные тренировки и медитации сменялись долгими беседами на ставшей такой привычной террасе. Вначале возникла небольшая проблема. Я не знал, как обращаться к моему собеседнику. После недолгого обсуждения сошлись на том, что я буду называть его Брюс. Вспомнилась мне что-то комедия «Брюс Всемогущий». Собеседником Брюс оказался интересным. И спустя 10 лет даже жаль было расставаться.

За эти годы я освоил многое. Телекинез, пирокинез, левитацию. Нет, летать я не научился, но спланировать и мягко приземлиться с километровой высоты теперь вполне могу. Могу видеть энергетические потоки в теле разумного и управлять ими. Могу как исцелить, так и убить, правда, за последнее будет расплата в виде уменьшения псионической силы вплоть до собственной смерти. А ещё мне доступно разделение потоков сознания. Крутая штука, я вам скажу. Пока получилось разделить сознание лишь на три потока, но Брюс сказал, что это далеко не предел. Но самое главное это то, что я теперь практически бессмертен. Я могу жить столько, сколько захочу, пока мне не надоест. Главное время от времени обновлять свой организм с помощью пси-энергии.

Очнулся я в своей же каюте. По времени базы с момента, как я лёг на кровать, прошло не больше минуты.

– Ну ни хрена себе! – удивлённый возглас Эльки заставил меня вздрогнуть. Десять лет я его не слышал.

– Привет, подруга! Что за непристойные для девушки выражения? – радостно поприветствовал я её. – Ты даже не представляешь, как я рад тебя слышать.

– Командор, это чего это, а? – Элька была буквально ошеломлена. – Ты знаешь, что твой уровень псиона не поддаётся классификации? Как такое возможно за какую-то минуту?

– Это для тебя минута, а для меня – целых десять лет. – Я рассказал ей о своём пребывании в другом измерении и о знакомстве с Предтечей.

– Офигеть… – только и смог произнести симбиот. – Так это получается, что ты в одиночку можешь расплавить мозги экипажу большого корабля или обитателям станции?

– Не всё так просто, – я вздохнул. – Мозги расплавить – дело не такое уж и сложное, но каждая отнятая таким образом жизнь уменьшает собственную силу псиона. Очень сильно уменьшает. Фатально.

К отлёту в Содружество всё было готово. За три года атланский крейсер обшили снаружи фальшпанелями, сделав визуально похожим на один из распространённых типов средних транспортов. С тех пор как я убил четверых аграфов на Земле, в систему лишь однажды прилетал их боевой корабль. На планету спустилась специальная группа, которая проводила расследование пропажи бывшего агента СБ и троих представителей состоятельных семей. На месте пикника были обнаружены следы крови, а снятые с гипермаяка данные показали, что яхта ушла из системы в слепой прыжок. Никого постороннего ни на планете, ни в системе зафиксировано не было. Спустя неделю корабль улетел, а во внутренней сети аграфов появилось предупреждение о запрете на посещение Земли. Кроме того, Брюс сдержал обещание: червоточина, что вела в Солнечную систему, стала мерцать и потеряла свою проницаемость. Для меня он пообещал открыть проход в одну из пустынных систем на краю Содружества.

И вот настал момент, когда сработало силовое поле ангара и над поверхностью Луны поднялся огромный столб пыли, а из неё показались угловатые из-за маскировки очертания взлетающего корабля. Если бы на спутнике Земли была атмосфера, то случайный путник услышал бы громкие раскаты. Гром над Луной.

Глава 4. Первый шаг к звёздам

На окраине удалённой от всего цивилизованного мира системы был вечный покой и безмятежность. Лишь изредка шальная комета пролетала здесь, устремляя свой полёт в сторону светила. Но вот пространство пошло рябью, как бы скомкалось, покрылось трещинами и вспышками разрядов, и из этой вакханалии хаоса вывалилась туша среднего транспорта. Если бы это мог увидеть сторонний наблюдатель, то он был бы крайне удивлён несоответствием внешних эффектов обычному гиперпереходу. Едва транспорт отошёл на небольшое расстояние от места своего появления здесь, как пространство за его кормой вновь успокоилось, и уже ничто не указывало на произошедшее здесь ранее.

Ну что же, вот я и в Содружестве. Вернее, даже не в самом Содружестве, а на его Фронтире. Далее простиралась так называемая Серая зона. Практически не исследованное пространство, в котором царило право сильного и не действовали вообще никакие законы. Впрочем, и во Фронтире с законами была, мягко говоря, напряжёнка. Но тут хотя бы не нападали в обитаемых системах, а так кто сильный, тот и прав.

Само Содружество представляло собой объединение множества крупных и мелких государственных образований. Самыми крупными после аграфского Союза Кланов были империя Сантар, Калдарийская империя, Федерация Свободных Миров, Республика Лантар и Союз Теллуса. Кроме них было ещё множество всевозможных княжеств, баронств, графств и прочих королевств и республик. Были ещё так называемые Независимые миры, правда, судя по тому, что я знал о них из галонета, кроме громкого названия независимости как таковой у них не было. Изредка на границе Фронтира и Серой зоны образовывались различные объединения, но так же быстро прекращали своё существование. В общем, жизнь в галактике била ключом и некоторых даже по голове.

В центральные миры соваться я в ближайшее время не собирался. Мне необходимо было освоиться и собрать максимум информации. Моей целью были аграфы, их транспортные пути и станции. Проблема была в том, что на свою территорию они вообще никого не допускали. Вся торговля и общение велись на пограничных станциях, а между ними и Содружеством простиралась так называемая Буферная зона, пустынное пространство, в котором аграфы уничтожали всех, кто там появлялся. В Содружестве даже не имели карт аграфских владений, и никто вообще не знал, сколько у них планет и где они находятся. Никто, кроме меня. Благодаря искину у меня были подробные карты со всеми маршрутами и местоположением станций, баз и планет аграфов. Любой руководитель разведки любого государства Содружества мне на выбор отдаст любую руку, лишь бы хоть одним глазком на мгновенье взглянуть на эту карту. Глаз потом тоже отдаст за ненадобностью.

В принципе мне эта самая Буферная зона не помеха. Один не самый дальний прыжок для атланского крейсера, в то время как самим аграфам требуется как минимум три прыжка на максимально возможное для их кораблей расстояние. Ну прыгну я сейчас туда, и что толку? Ну разнесу пару-тройку станций и сожгу десяток кораблей. Это ничего не изменит. Для начала нужно легализоваться в этом мире, собрать информацию и уже потом нанести максимально болезненный для врага удар. С легализацией тоже проблема, нужно принять гражданство одного из государств. Теперь остался вопрос, какого именно?

Империя Сантар? В принципе вполне, на первый взгляд, нормальное государство. Пожалуй, наиболее развитое из всех остальных. На высоком уровне наука, технологии, образование, социальная сфера. Мощный космический флот. Но это всё на поверхности, а копнуть глубже, то всё не так и радужно. Все граждане находятся в кабале у банков и корпораций. Если у тебя нет пары-тройки взятых кредитов, то ты сразу становишься подозрительной личностью. Да тебя просто на работу не примут, даже на самую неквалифицированную, если ты не оформишь кредит в банке, который обслуживает ту фирму или контору, куда ты устраиваешься. Уволиться ты тоже не сможешь, пока не погасишь кредит. А ты его точно не погасишь, если только тебе на голову не свалится неведомо откуда взявшееся крупное наследство, да и в таком случае далеко не факт.

Калдарийская империя. В некотором роде антагонист Сантара. Находятся друг с другом в состоянии вялотекущей войны, умело подпитываемой аграфами. Здесь рабство узаконено. Мерзко? На первый взгляд, да, но зато у них всё честно. Задолжал и не смог расплатиться? Добро пожаловать примерить рабский ошейник, пока не отработаешь или иным способом не выплатишь долг. При этом собственные граждане могут переложить свой долг на плечи государства, но тогда будут вынуждены отправиться туда, куда Родина пошлёт. Может, на колонизацию дальней планеты, а может, и на войну. Хуже всего рабам, не являющимся гражданами Калдарии. Им могут установить рабскую нейросеть, и тогда лет через пять они превратятся в идиотов. Рабская нейросеть как-то не способствует сохранности сознания. Кстати, подобная мера применяется и к собственным гражданам, но такое нужно «заслужить». Те же преступники, совершившие правонарушение в отношении граждан империи или собственности правящей семьи, рискуют обзавестись таким девайсом.

Конфедерация Свободных Миров, или просто Конфедерация. Весьма аморфное образование, но, на удивление, довольно старое. Состоит из более трёх десятков планетарных систем со своими, часто сильно отличающимися от других законами и обычаями. С одной стороны, вольница для всевозможных аферистов и мошенников, а с другой, здесь запросто можно угодить на астероидные рудники просто за то, что ты когда-то где-то сказал не то слово. И никого не волнует, что сказанное тобой было произнесено совершенно в другом месте, где твои слова не являются запретными.

Фух! Сам чёрт ногу сломит. Как они там живут, совершенно не понятно. Хотя большинство носа не показывает из своих систем, чтобы, как говорится, не нарваться. Полной свободой и неприкосновенностью у них пользуются лишь Торговцы. Именно так и именно с большой буквы. Стать стороннему человеку Торговцем в Конфедерации теоретически можно, но практически невозможно. Это закрытая для посторонних каста со строго ограниченной численностью. Именно Торговцы и являются тем связующим звеном, что удерживает Конфедерацию от распада.

Республика Лантар. До предела военизированное общество. Всё в нём служит войне, направлено на войну и живёт войной. Социальной сферы нет. Не погибнуть в бою и дожить до пенсионного возраста считается позором. Наука, образование, технологии, всё служит войне. Внутреннего денежного оборота нет. Все получают пайки и различные блага в соответствии с занимаемой должностью, званием и наградами. Постоянно воюют с Союзом Теллуса. Время от времени, когда на этом фронте затишье, совершают рейды против пиратов или других соседей. Естественно, никто их в Содружестве, мягко говоря, не любит, а случись встретить кому-либо их корабли за пределами обжитых систем, то, как правило, лантарцев попросту сжигают. Брать на абордаж их бессмысленно. В плен не сдаются, предпочитая подорвать реактор и унести с собой побольше врагов.

Ну и последнее государство из самых крупных, это Союз Теллуса. Теократическое государство, в котором религия подчинила себе все сферы жизни. В чём-то похоже на Лантар. Такое же презрение к смерти. Фанатики. В отличие от Лантара, дожить до старости у них почётно, но крайне сложно. Старцев почитают, к ним прислушиваются.

Остальные мелкие княжества, баронства и прочее из себя особо ничего не представляли, предпочитая плыть в кильватере более сильных соседей. Однако и среди них было одно исключение. Небольшое государство, занимающее одну-единственную систему. Называлось оно просто – Семья. Населяла это государство одна-единственная раса – кроны. Те самые кроны, которых все считали едва ли не самой старой расой в галактике. Высокие, более двух метров ростом, сильные, выносливые, они были прекрасными воинами. Вся их раса жила за счёт наёмничества. Стоили их услуги очень и очень дорого, и позволить себе нанять кронов могли либо очень богатые люди Содружества, либо корпорации, но можно было быть абсолютно спокойным относительно их преданности. Дав клятву, они следовали ей до конца. Бывали случаи, что в бою сходились два отряда кронов, и бились они при этом с не меньшим ожесточением, как если бы против них стояли представители других народов. А после завершения срока договора найма эти же два отряда могли сражаться уже бок о бок с общим противником. Честь для них была превыше всего. Хотя, пожалуй, превыше всего для них была Семья. В свою систему чужаков они не пускали. Ещё никто не смог похвастаться, что видел их материнскую планету хотя бы издалека. При этом они никогда не нанимались к аграфам или к связанному с ними заказчику. И причина такой неприязни никому не была известна. Аграфов кроны откровенно презирали.

И над всем этим буквально нависал аграфский Союз Кланов. О них вообще мало что было известно. Разве что все сходились во мнении, что сволочи они ещё те, но без них никуда. Бабы у них красивые, но на представителей других народов смотрят с презрением. Напасть на аграфский корабль было равносильно подписанию себе смертного приговора. Найдут и показательно жестоко казнят. Но, несмотря на это, желающие попробовать на зуб крепость аграфской брони всё же находились и нападения случались.

Аграфы снабжали всё Содружество нейросетями, гипердвигателями, лучшими искинами и прочим необходимым. Впасть к ним в немилость означало буквально гибель провинившегося, будь это хоть один разумный, хоть целое государство. Ещё считалось, что аграфы все поголовно псионы, и довольно сильные. Ну не знаю. Лично я у убитых мной на Земле аграфов никаких псионических способностей не заметил. Разве что у того, что был сотрудником СБ, что-то такое было, да и то за счёт имплантов в нейросети. Может, за счёт имплантов аграфы и создавали видимость наличия у них псионических способностей. Кстати, в свободной продаже таких имплантов я не нашёл.

Так что вопрос выбора гражданства был очень серьёзным. Нет, в принципе можно жить и без гражданства, если не вылетать с территории Фронтира в любые, включая карликовые, государства. Иначе вполне можно оказаться в рабском загоне. Счёт в банке тоже не откроешь без гражданства, а обезличенные банковские чипы принимают к оплате далеко не все. Да и корабль надо зарегистрировать. Корабль без регистрации автоматически считается пиратским и подлежит уничтожению. Кстати, забыл упомянуть. Несмотря на множество различий, все государства Содружества объединяет единая валюта – кредит и единый язык – общий. Лишь у тех же кронов есть свой собственный язык, на котором они общаются между собой. Сколько ни искал в галонете словаря кронского языка, так его и не нашёл. И не только словаря кронского языка не было в сети, даже просто записи разговора на кронском нигде нет. Тайный язык, что тут ещё скажешь.

Пока я предавался своим мыслям, обстановка в системе изменилась. Сканеры зафиксировали выход из гипера на противоположной стороне системы какого-то корабля.

– Нас не засекут? – спросил я, как только получил доклад от искина.

– Они? Имперский крейсер? – вопросом на вопрос ответила Элька, презрительно фыркнув. – Да если мы даже впритирку к ним пройдём со включённой на половину мощности системой маскировки, они и то не заметят. Примитивы.

– Ты бы бахвалилась поменьше. Они тоже всё это время не стояли на месте и развивались.

– Я и не бахвалюсь, как ты выразился, – вслух произнесла Элька через динамик. Мы вообще старались по возможности больше общаться обычной речью, чем мысленно. И обязательно на русском языке. – У них характеристики сканера не дотягивают даже до самых простых имперских. Кстати, командор, а как мы назовём наш крейсер? А то что-то мы об этом не позаботились.

– Крейсер? – я на мгновение задумался. – Ну раз крейсер, значит, «Варяг». Так тому и быть. Искин, внести запись в бортовой журнал, – отдал я приказ.

– Запись внесена. С этого момента крейсер носит название «Варяг», – раздался торжественный голос искина.

– А при регистрации как назовёшь? – не унималась Элька. – Мы же вроде как транспорт. Да и могут по названию вычислить.

– Там видно будет, – махнул я рукой. – Назовём «Барлог». Видел я в их галонете этих зверюг. Как наши бегемоты, только раза в три больше. Самое то название для транспорта.

На таксхеме отметка неизвестного корабля сместилась к скоплению астероидов и там остановилась, укрывшись среди каменных глыб.

– Мне кажется, или это засада? – задал я риторический вопрос.

– Похоже на то, – пробубнила Элька. – Неизвестный отключил все активные системы, оставив лишь пассивный сканер.

– Давай подойдём поближе. Только чтобы нас не засекли.

На гравитационной тяге подобрались почти к самому астероидному полю и замерли на краю.

– Эль, а что это вообще за корабль, выяснила? – Я с интересом разглядывал уже отчётливо видимые, правда, при помощи мощных систем наблюдения, очертания неизвестного корабля.

– Калдарийский лёгкий крейсер четвёртого поколения. Старьё, если учитывать, что калдарийцы недавно перешли на восьмое поколение. Судя по тому, что корабль где-то явно допиливали напильником и устанавливали нестандартное вооружение, а также то, что он не транслирует идентификационного кода, то с большой вероятностью можно сказать, что это пират.

– Ты его просканировала?

– Обижаешь, начальник, – фыркнул симбиот. – На борту двадцать разумных. Если судить по локализации их отметок, то как минимум пятеро из них находятся в одном тесном помещении. Похоже, это пленники. Ещё пятеро членов экипажа и остальные десять, вероятнее всего, абордажники. Может, шарахнем по ним? – неожиданно предложила Элька.

– Обязательно шарахнем, но позже. Всех в труху. Возьми их на прицел. Стрелять по моей команде.

– Есть, командор, – браво отрапортовал мой помощник. – Прицельный комплекс взял цель на сопровождение. К выстрелу готовы.

– Всё, ждём, – бросил я.

Ждать пришлось больше суток. Метрика пространства подёрнулась рябью, и из гипера выскочил изящный, похожий на земного ската, кораблик.

– Элька, доклад. – Я занимался в спортзале, когда на «Варяге» взревели баззеры тревоги, и сейчас вбегал в рубку, на ходу застёгивая пилотский комбез.

– В систему вошел эсминец производства верфей Свободных Миров. Подаёт идентификационный код принадлежности к флоту баронства Арилия. – Тут же появилась карта пространства с обозначением местонахождения названного баронства. Да, далековато залетели они от своего дома.

– Командор, пират нанёс удар в район двигателей арилийского эсминца, – скороговоркой заговорила Элька. – Арилиец потерял ход. Идёт обмен сообщениями между кораблями. Даю результаты перехвата.

Перед глазами появился большой экран, разделённый на две половины. На одной был ухмыляющийся мужчина, на другой – молодая женщина в строгом чёрном комбинезоне с русыми длинными волосами, собранными сзади в замысловатую причёску.

– Ну что, баронесса, может, теперь вы станете посговорчивее? – Мужик на экране довольно ощерился. – Поверьте, какие-то каменные глыбы не стоят того, чтобы отдавать за них свою жизнь. А вы ещё достаточно молоды, чтобы умирать. Дайте своё согласие под протокол, и мы уйдём, а вы сможете починиться и продолжить путь к своему супругу. Ну а если вы всё же откажетесь, то мы возьмём вашу посудину на абордаж, и тогда разговор будет уже другой.

– А вот это ты видел? – Женщина рубанула ладонью по сгибу локтя другой руки. Ого, а жест-то, можно сказать, интернациональный. – Моя смерть ничего не изменит, и вы всё равно не получите ничего. И сдаваться мы тоже не собираемся. Ты же, Стилк, прекрасно знаешь, что арилийцы не сдаются.

– Фу, как грубо, баронесса. – Мужик поморщился. – А ещё считаетесь одной из самых образованных дам Внешних систем. Хотя я и польщён тем, что моё имя вам известно. Ну а раз вы знаете кто я, то вам известна и моя репутация. Так что готовьтесь. Скоро вы будете умолять о том, чтобы вам подарили быструю смерть.

– Если мы и умрём, то заберём с собой и ваши жизни, – презрительно бросила красавица и отключила связь.

Хм, а ведь и правда красавица. Или это на меня долгое отсутствие женщины так влияет?

– От пирата в сторону арилийца стартовали два бота. В каждом по пять разумных, – доложила Элька.

– У арилийцев есть шансы?

– Никаких, командор. Их на борту всего четверо. Их просто прижмут огнём к палубе и возьмут. И ещё. Я тут кое-какую информацию нашла. Интересная картина получается. – Даже по голосу было слышно, что мой симбиот доволен собой. – Если судить по добытым данным, то баронессу, которую ты так усиленно раздевал глазами, продал её собственный муж. В баронстве добывают очень редкий минерал, который служит одним из основных компонентов при производстве топливных стержней для гипердвигателей. Как ты понимаешь, стоимость этого минерала очень большая. А муженёк баронессы – игрок и проигрался вдрызг. И вот чтобы как-то отыграться, он поставил на кон астероидные рудники и, закономерно, опять проиграл. А баронесса наотрез отказалась отдавать их кому-либо. Тогда-то муженёк и сдал свою жёнушку. Он по надуманному поводу вызвал её в Содружество, а подкупленный пилот вывел корабль прямо под пушки пирата и отключил систему самоуничтожения корабля. Арилийцы действительно в плен никогда не сдаются и сражаются до конца. За это их уважают и побаиваются соседи.

– Весёленькие дела здесь происходят, однако. – Я задумчиво потёр подбородок. – А не прогуляться ли мне в гости к пиратам. Их же там десяток осталось на корабле?

– Пятеро, – поправила Элька. – Ещё пятеро – это пленники.

– Тем более. Заблокируй им управление двигателями и стыкуйся с их посудиной, а я пошёл.

– Командор, костюмчик наденешь?

Я прям представил, как Элька улыбается. Да уж, костюмчик. Мы долго думали, в чём мне банально ходить. Ну не напялишь же атланский боевой скаф. Это всё равно что вопить на всю Вселенную о себе. А мне пока этого не нужно. В общем, думали мы думали, и наконец Элька приволокла это. Вернее, не сама приволокла, а при помощи дроида, но это не суть важно. А важно то, что она не нашла ничего лучше, как постебаться над всеми и соорудила при помощи промышленного синтезатора… точную копию костюма Дарта Вейдера. Естественно, с использованием атланских технологий. Костюмчик, конечно, получился то что надо. Даже имитация астматического дыхания Вейдера была. По своим характеристикам он во многом превосходил бронескафы Содружества, а с учётом персонального силового щита, скорее всего, и бронескафы аграфов. Ну и вид, соответственно, имел очень брутальный.

– Давай, тащи костюмчик. Обновлю как раз, – махнул я рукой.

Капитан и владелец рейдера «Счастливчик» Стилк был очень доволен. Тщательно спланированная операция подходила к своему концу. Ещё чуть-чуть, и астероидные рудники с богатейшими залежами селлариума будут принадлежать ему и только ему. Можно будет бросить опасный пиратский промысел и заделаться респектабельным бизнесменом. Муженёк этой несговорчивой баронессы оказался полнейшим ничтожеством. Мало того, что игрок из него откровенно никакой, так он ещё и играл на деньги своей жены и спустил буквально всё состояние. Предложение поставить на кон рудники он принял с восторгом и вновь проиграл. Пришлось припугнуть его и заставить связаться с супругой. Та наотрез отказалась отдавать рудники, да ещё и пообещала оторвать муженьку его детородный орган. А дальше дело не хитрое. Разъярённая жена бросилась в Содружество разбираться с непутёвым мужем, и подкупленный пилот совершил незапланированный выход из гипера в заранее условленном месте. Кстати, надо будет этого пилота выбросить за борт без скафандра. Пусть полетает. Ха-ха. А баронесса-то ещё и не знает, что уже стала вдовой. Стилк с наслаждением выпустил её муженьку кишки своим абордажным клинком. И не помогла ему боевая пятёрка нанятых, опять-таки на деньги жены, телохранителей-кронов. Вон они, все пятеро, сидят в трюме и ждут, когда их выставят на продажу на калдарийских рабских рынках. Хотя нет, лучше выставить их на боях на Арене. Кроны обычно выдерживают пять-шесть боёв, так что деньги на них можно заработать немаленькие. Ну а с баронессой можно будет позабавиться. Он уже предупредил ребят, что с её головы не должен упасть ни один волос. Она ещё должна передать ему в собственность рудники, ну а потом… От предвкушения его мужское естество аж вздыбилось. Да, баронесса украсит собой его спальню. А когда надоест, то он отдаст её на потеху команде.

Так, занятый своими приятными мыслями, Стилк не заметил, что пропала связь с абордажной группой. Услышав, как пшикнула, открываясь, дверь в рубку, он резко оглянулся. В проходе стоял некто в странном и зловеще выглядевшем чёрном одеянии. В полнейшей тишине раздался звук тяжёлого дыхания, от которого холодный пот потёк по спине.

– Ну, здравствуйте, девочки, – громовой раскат низкого голоса пронёсся по рубке.

Первым очнулся навигатор и, выхватив из держателя на бедре пистолет, выстрелил плазмой в чёрную фигуру. В тот же миг в руках неизвестного зажёгся кроваво-красный клинок, которым он на глазах изумлённого Стилка отбил плазменный заряд. Через мгновение пистолет из руки навигатора сам собой прыгнул в руку вошедшего, а навигатор схватился за горло, пытаясь разорвать душившие его невидимые клещи. Неизвестный слегка повёл запястьем, и раздался противный хруст ломающихся шейных позвонков. Навигатор рухнул на пол рубки с неестественно вывернутой шеей. А чёрная фигура резко рванула с места, и вот уже артиллерист, пилот и его помощник последовали за своим товарищем. Но если навигатор достиг пола, так сказать, целым куском, то эти трое были разрублены на несколько частей каждый. Стилк сидел, не в силах пошевелиться. Он только чувствовал, что между ног у него стало мокро и склизко. Последнее, что он увидел, это было фокусировочное окно станнера.

Гролг сидел на полу камеры, прислонившись спиной к стене, и на его губах играла улыбка. Его четверо товарищей по несчастью с непониманием взирали на него, но вопросов не задавали. Гролг был Ведающим, а значит, сам всё скажет, когда придёт время. Такие как он рождались у кронов раз в сто циклов. Вообще было непонятно, почему он оставил своё место у порога Великих Чертогов, где должен был ожидать прихода Наследника Ушедших, что отворит чертоги и дарует кронам величие и славу, и присоединился к их отряду. Дела у них шли откровенно плохо. Наниматели не соглашались давать за их услуги нормальную плату. И тут прибыл Гролг и сразу согласился на найм за минимальную оплату. И привело это к тому, что их отряд без всякого сопротивления сдался каким-то пиратам. Сам факт сдачи в плен уже позор для честного крона, а при таких обстоятельствах смыть его можно было лишь героической смертью. Когда пиратский корабль совершил прыжок в эту систему, Гролг внезапно встал со своей подстилки, и лицо его озарила радостная улыбка.

– ОН здесь, – прошептали его губы. – Радуйтесь, воины Семьи кронов! Скоро вам предстоит стать свидетелями исполнения Предначертания и увидеть Наследника!

Баронесса Гелла ол Арили готовилась умереть. Шансов уцелеть не было никаких, разве что сдаться на милость пирата. Но сама мысль об этом была кощунственна. Арилийцы не сдаются. Это основа основ их мировоззрения. То, что всё это было заранее подстроено, стало ясно как свет Арилии. И её муженёк, это ничтожество, был всего лишь пешкой в чужой игре, призом в которой были рудники, приносящие огромный доход. Как же она противилась этому браку. Дяде пришлось приложить немало усилий, чтобы убедить свою единственную племянницу и единственную наследницу некогда многочисленного рода, дочь погибшего брата, выйти замуж за этого Ксария. Это был политический брак, дававший Аралийскому баронству возможность пользоваться с большой скидкой услугами одной из крупнейших транспортных компаний Содружества, владельцем которой был отец жениха.

Молодой человек был красив собой, но, увы, жена его не интересовала от слова совсем. Они и виделись-то за весь их недолгий брак лишь несколько раз. Последний был на похоронах дяди год назад. Всё остальное время Ксарий проводил в центральных мирах, не пропуская ни одного притона и проигрывая направо и налево деньги, которые с успехом тянул как со своей жены, так и со своего отца. Развестись Гелла с ним не могла. Это бы настроило против неё, а значит, против баронства, одного из влиятельнейших людей Содружества. Но и терпеть становилось уже невозможно. Последней каплей стал проигрыш этим уродом их основного источника благосостояния, астероидных рудников селлариума. Недолго думая, Гелла бросилась в Содружество, чтобы лично набить морду этому ублюдку. Наверное, это было ошибкой. Роковой ошибкой. Их ждали, и ждали именно здесь. Пилот, на которого сразу пали подозрения, укрылся в инженерном отсеке, заварив дверь. Но перед этим гадёныш успел вывести из строя оружейные системы, так что пиратам бояться было нечего.

От пирата стартовали два абордажных бота. Им потребовались считаные минуты, чтобы достичь борта корабля Геллы и пристыковаться. Всё же побаиваются. Обычно пираты пристыковывались своим кораблём к жертве, чтобы было удобнее. Вздохнув, баронесса решительно вдавила клавишу системы подрыва реактора, одновременно зажмурившись. И… ничего не произошло. Она открыла глаза и несколько раз с силой нажала на клавишу. Проклятье! Этот предатель и систему самоуничтожения вырубил. Ну что же, придётся драться. Оставшиеся с ней навигатор и техник переглянулись и начали спокойно и деловито занимать позиции в рубке.

На мониторах системы внутреннего контроля было видно, как пираты проникли внутрь корабля и начали медленно, опасаясь попасть под выстрелы, приближаться к рубке. Вот из инженерного отсека к ним выскочил радостный пилот и тут же получил заряд плазмы в брюхо. Один из пиратов довольно загоготал, тыкая пальцем в валяющееся на полу тело пилота с огромной дырой на месте живота. Пиратам, а их Гелла насчитала десять, оставался один поворот до дверей рубки, когда позади них возникла зловещая высокая фигура в чёрном одеянии, с чёрным шлемом на голове и в таком же чёрном плаще. Идущий замыкающим пират резко обернулся и тут же изломанной куклой отлетел к стене, по которой безжизненно сполз на пол. Гелла могла поклясться чем угодно, что «чёрный» даже не коснулся его. Да и расстояние между ними было порядочное. На шум обернулись остальные пираты и, чуть замешкавшись, открыли огонь по черной фигуре. Гелла мысленно попрощалась с неизвестным защитником, когда произошло нечто. В руках у «чёрного» зажёгся длинный клинок кроваво-красного цвета, которым он начал быстро отбивать в стороны летевшие в него сгустки плазмы. Часть выстрелов он отправил обратно, и среди пиратов начали падать убитые. Через мгновение черная фигура превратилась в размытую тень, со скоростью молнии метнувшуюся к своим врагам. Красный огненный клинок замелькал среди бестолково мечущихся пиратов. Ещё мгновение, и вот в коридоре среди изрубленных дымящихся останков возвышается лишь один «чёрный». Он осмотрел поле битвы и, повернув голову к глазку камеры наблюдения, снял свой зловещий шлем. От увиденного у Геллы сладостно заныло внизу живота. С монитора на неё смотрел молодой мужчина с волевым, но красивым лицом, светлыми волосами и серо-голубыми глазами. Он был точно такой, какими рисуют сказочных великих воинов древности, защищающих мир и справедливость и в которых с самого раннего детства влюблены все девочки.

– Извините, я тут у вас намусорил немного, – произнёс незнакомец. – Если позволите, то я хотел бы войти.

– Открыть дверь. – От волнения голос Геллы дрогнул.

– Но, баронесса… – начал было навигатор.

– Открыть! – уже уверенно отдала она приказ.

Через порог рубки перешагнул высокий мужчина, держа свой чёрный шлем на сгибе левой руки, как это делали в древности гвардейцы Старой Империи, а Гелла едва не рухнула без чувств. Перед ней стоял тот, кто снился ей вот уже много лет в её самых сокровенных девичьих снах.

– Доброго времени суток, уважаемые. – Незнакомец с лёгким кивком прищёлкнул каблуками, всё точь-в-точь как в исторических голофильмах. – Спешу вам сообщить, что пираты уничтожены и вам ничего не угрожает. Здесь рядом болтается их корабль, так что можете перебраться на него, если ваш не удастся починить.

– Я – владетельная баронесса Гелла ол Арили. – Гелла постаралась придать своему голосу обычную твёрдость, но получалось это откровенно плохо. – Я благодарю вас за наше спасение. Могу я узнать, кто вы?

– Я? – Неизвестный хмыкнул. – Я просто странник. Случайно оказался здесь и решил вмешаться. Моё имя – Виктор.

Я открыл глаза, и первое, что увидел перед собой – изумрудно-зелёные глазищи, пристально смотрящие на меня.

– Что? – спросил я, ещё до конца не проснувшись. Ночью-то поспать почти не удалось.

– Вставай. – Гелла резко села на кровати. – Нам нужно поговорить.

Ну нужно так нужно. Быстро встал и принялся собирать по каюте свою одежду. Вчера после знакомства баронесса пригласила меня в свою каюту, чтобы поговорить о том, как она может отблагодарить меня за спасение. Пока шли с ней по коридору, из которого шустрые дроиды уже убрали останки пиратов, я не сводил свой взор с, так сказать, нижних девяноста баронессы. Красивая девка, ничего не скажешь. Аж дыхание перехватывает. Едва дверь каюты закрылась, как мы с ней в едином порыве набросились друг на друга. Не могу сказать за баронессу, но от себя такого я точно не ожидал. Как мы с ней оказались голыми в постели, я вообще не помню. Самое удивительное, что Гелла оказалась девственницей. И это при том, что была уже три года замужем. На мой вопрос, как такое возможно, она печально пожала плечами и ответила:

– Мой муж очень любил мальчиков. Вернее, это мальчики любили его и по-разному. Ну, ты понимаешь, о чём я. А до меня ему и дела не было. Наш с ним брак – это желание моего дяди и его отца для укрепления связей между нашими семьями и ничего более.

Мы буквально тонули во всепоглощающей страсти, раз за разом испытывая невероятное наслаждение. Спустя несколько часов безумства мы наконец-то утомились и совершенно без сил уснули в объятиях друг друга. И вот теперь такое пробуждение.

Гелла ждала меня в примыкающей к спальне гостиной.

– Вик, пообещай мне честно ответить на мой вопрос. – Моё имя показалось ей слишком длинным, и она его сократила.

– Спрашивай, – я пожал плечами, – если смогу, то отвечу.

– Скажи, Вик, ты – русский?

Оп-па, вот это заявление. И где я прокололся?

– Да, я – русский, – ответил я. – Но откуда ты это узнала? Не думал я, что в Содружестве о нас вообще знает кто-то, кроме аграфов.

– Ты прав. О вас знают единицы. А я поняла, что ты русский, очень просто. Ты говорил во время… ну, ты понимаешь, а мой искин, – она кивнула на браслет на запястье, – проанализировал твою речь и выдал результат, что это русский язык.

М-да, прокол с моей стороны.

– Элька, что за фигня? – мысленно обратился я к симбиоту.

– Не, а что сразу Элька? – возмутилась та так же мысленно. – Чуть что, так Элька виновата. Я, между прочим, не контролирую твоё тело. Я всего лишь помощник. Так что следи за базаром сам.

– Теперь ты знаешь, кто я. И что дальше? И откуда вообще в твоём искине знание русского языка? – обратился я к Гелле.

– У меня есть для тебя послание. Когда-то давно одного моего предка русские спасли из плена. В знак благодарности он согласился сохранить послание и ещё кое-что для тех русских, что придут потом. Сменилось много поколений, и это послание и посылка стали частью истории моей семьи. Реликвией, которую передают из поколения в поколение. Если ты действительно русский, то ты поймёшь, о чём идёт речь. – С этими словами она прикоснулась к браслету искина, и в воздухе передо мной развернулось объёмное изображение.

Молодой парень в потёртом камуфляже, тельняшке с голубыми полосками под ним и в голубом берете смотрел мне прямо в глаза.

«Если вы видите это сообщение, значит, для нас ещё не всё потеряно. Я – старший лейтенант Скворцов Илья Михайлович. 31-я гвардейская десантно-штурмовая бригада ВДВ. По приказу полковника Никанорова мы вместе с сержантом Фаритом Гарифуллиным и рядовым Павлом Матвеевым перед самым ударом по Москве вывезли Реликвию из города. Фарит спрятал её у себя на теле и сверху надел броник. Мы направились в сторону Уральских гор, где, как мы знали, остались отряды Сопротивления. Мы успели отъехать от города почти на полторы сотни километров, когда нас засекли с патрульного дрона и обстреляли. Паша погиб сразу, а нас с Фаритом контузило. Так в бессознательном состоянии мы и попали в плен к ушастым. Что было дольше, мы не знаем. Очнулись уже на борту пиратского рейдера. Как нам рассказали, нас вытащили из обломка аграфского транспорта. Мы находились в криокапсулах больше двадцати лет. Когда аграфы нас взяли, они забрали всё наше снаряжение и оружие, но Реликвию оставили, посчитав не достойной их внимания и не опасной. Глупцы, они даже не подозревали, что все их корабли и вся их мощь ничто по сравнению с ней. Всё это время Реликвия была с нами. Нам удалось вырваться из пиратского плена и прихватить с собой одного паренька. Он поклялся, что передаст послание и Реликвию первому же русскому, которого встретит. Реликвия находится в кофре, замок которого закодирован. Чтобы вскрыть его, надо громко по-русски обложить его по матушке. – Старлей хохотнул. – Если ты действительно русский, то сможешь сделать это без труда. Вскрывать любым другим способом кофр не советую. В нём заложена капсула с антивеществом, так что снесёт всё в радиусе десятка километров. В кофре установлен мини-генератор стазис-поля, так что Реликвия будет в сохранности много веков. Это всё, что я хотел сказать. А нам пора. – Камера немного отъехала, и стало видно, что рядом со старшим лейтенантом стоит ещё один десантник в таком же видавшем виды комке и с голубым беретом на голове. – Мы решили начать диверсионную войну против эльфов. Благодаря нашему другу у нас есть фрегат и мы прошли полный курс обучения управления им. Так что прощайте. Надеюсь, всё было не зря. Будем жить, ребята! Наше дело правое! Враг будет разбит! Победа будет за нами! Никто кроме нас! За ВДВ!» Оба десантника синхронно вскинули ладони к беретам. Камера отключилась.

– Где то, что они оставили? – неожиданно хриплым голосом спросил я. В горле стоял комок. Смутно, где-то в глубине сознания я догадывался, ЧЕМ именно является эта неведомая Реликвия.

– Они оставили моему предку небольшой контейнер, который находится в главном храме на нашей родовой планете. Так что, если он тебе нужен, то придётся лететь со мной. – Гелла смотрела на меня с какой-то надеждой во взгляде.

А я усиленно думал. С одной стороны, предложение хорошее. Да и, если честно, расставаться с Геллой не хотелось, но с другой, удалённость системы Арилии от основных трасс и от систем аграфов делали её малопригодной в качестве базы для рейдерских операций. Так что если я и полечу туда, то точно не в ближайшее время. Так и сказал об этом баронессе, чем её расстроил. Ну а контейнер лежал несколько веков в храме и ещё полежит пару-тройку лет.

Позавтракав вместе, всё же решили осмотреть пиратский крейсер. За его уже бывшего капитана я не переживал. После выстрела станнером меддроид накачал его какой-то химией, чтобы он был в отключке столько, сколько будет необходимо. Но всё же пришлось приводить его в чувство, после чего он под протокол передал права владения крейсером баронессе ол Арили, а мне – все имеющиеся у него счета. Там, на пиратском крейсере, Гелла и узнала, что совсем недавно овдовела. Голова её уже бывшего мужа плавала в специальной колбе. Пират, опять же под протокол, подтвердил, что это именно он убил Ксария. После этого Гелла с чистой совестью прострелила ему башку из бластера. Колбу с головой бывшего мужа она забрала с собой, чтобы отправить её потом вместе с признанием пирата его отцу. Поговаривали, что он тоже каким-то боком связан с пиратами, вот пусть и устраивает разборки.

Трюм тоже принёс сюрприз. В камере для пленников оказалось пятеро кронов, и один из них явно имел какие-то способности. Стоило лишь мне войти к ним, как я почувствовал, что кто-то пытается просканировать мне мозг. Слабенько так пытается, чуть заметно. Для интереса просканировал мозг этого одарённого. Псион он, по сравнению со мной, откровенно никакой. Зато я наконец-то узнал, на каком языке разговаривают кроны. Чуть сдержался, чтобы не рассмеяться. Это был язык Древних. Мы с Брюсом постоянно на нём говорили все те десять лет, пока я у него обучался. Похоже, что в ситуации с кронами Древние решили отметиться, подарив им свой язык. Видимо, ощутив моё присутствие в своей голове, крон вдруг преклонил одно колено, скрестив все свои четыре руки на груди. Его примеру, с непониманием переглянувшись, последовали четверо его товарищей.

– Встаньте, – сказал я на кронском, – не пристало храброму воину вставать на колени перед кем-либо.

– Наша жизнь принадлежит тебе, Наследник, – произнёс тот самый крон, который, по-видимому, оказался главным из них.

Откуда-то в его руках появился крошечный нож, которым он рассёк себе запястье и пролил свою кровь мне под ноги. Остальные кроны сделали то же самое. Я в полном офигении смотрел на этот спектакль. Обернувшись, увидел стоящую за моим плечом Геллу с огромными от удивления глазами и буквально отпавшей челюстью.

– Что? – Я вообще не понимал, что происходит.

– Я о таком даже в легендах не слышала, – поражённо произнесла Гелла. – Знаю только, что это обряд кровной клятвы. Такую клятву кроны дают только Семье и никогда человеку. Да такого вообще никогда не было. Кроны вообще к людям относятся как к неполноценным, но при этом никогда не нарушают данное человеку слово.

– И откуда такие познания о кронах? У них же, насколько я знаю, закрытое общество.

– Я по образованию космосоциолог. Я изучала их общество, правда, что называется, дистанционно, так как на свою планету они чужих не пускают. Ещё не было случая, чтобы кроны не сдержали своего слова.

– Понятно. – Я вновь посмотрел на стоящих в прежней позе кронов, – Ну а с ними-то что теперь делать?

– Если ты не примешь их клятву, то они убьют себя. Так что решать тебе. – Гелла посмотрела мне в глаза. – Но если ты всё же примешь её, то более преданных воинов у тебя не будет.

«Эль, что известно о кронских обычаях?» – Я мысленно обратился к симбиоту.

– А ничего не известно, – раздался в голове, как мне показалось, озадаченный голос Эльки. – Так что, командор, тут уж ты сам как-нибудь.

Вот ведь, блин, незадача. Ладно, что-нибудь придумаем. Попробую довериться интуиции. Как там звучал Кодекс чести русского офицера? «Душа – Богу, сердце – даме, долг – Отчизне, честь – никому!» Вот его и возьму за основу.

– Ваш Дух принадлежит Бесконечности, ваше сердце – звёздам (кроны ещё называют себя «Дети звёзд»), долг – Семье, честь – никому! Встаньте, воины-кроны. Ваша клятва услышана и принята.

Блин, меня просто захлестнул ментальный поток эмоций. Я едва на ногах устоял от восхищения, обожания, безграничной верности и преданности, готовности умереть за меня или растерзать любого, на кого я укажу. Мне даже пришлось выставить ментальный щит. Вновь посмотрев на Геллу, я увидел точно такие же эмоции в её глазах. Вот торкнуло-то девку.

В баронство отправились на моём корабле. Всё же баронесса смогла меня уговорить. Я, Гелла и пятеро кронов, которые сейчас находились в учебных капсулах. Атланские капсулы восприняли их абсолютно нормально. Всё же кроны – это творения атлан. И теперь принесшие мне кровную клятву кроны со всем старанием впитывают новые знания. Так что скоро у меня будет полноценная команда, с которой можно идти в бой.

На Геллу корабль произвёл просто неизгладимое впечатление. Если те же кроны восприняли атланский крейсер как само собой разумеющееся (ну а на чём ещё, по их мнению, должен летать тот, кого признали Наследником?), то она была просто поражена. А уж характеристики повергли её в шок. То расстояние до системы Арилии, которое баронесса на своём корабле, достаточно быстром для Содружества, преодолела за месяц, атланский крейсер пролетит за неделю. Так что у нас с баронессой была целая неделя для того, чтобы отдаться страсти. Вернее, не неделя, а 7 ночей. Дни у меня были заняты учёбой и тренировками. А чтобы моя подруга не скучала, я попросил искина показать ей наши, русские фильмы с переводом на Общий язык. И этот кристалло-бионический истукан, хоть и с интеллектом, не нашёл ничего лучше, чем демонстрировать Гелле советские фильмы о Великой Отечественной войне. Дескать, он военный корабль и фильмы у него военные. Надо сказать, что Гелла смотрела их буквально не отрываясь. На третий день, когда я смывал под душем пот после тренировки в спортзале, искин вдруг потребовал, чтобы я срочно прибыл в кают-компанию. На борту ЧП. Не обсохнув, я быстро облачился в свой комбез и бегом бросился по коридору. В кают-компании на диване лежала Гелла и, уткнувшись лицом в подушку, рыдала.

– Гелла, что случилось? – Я попытался оторвать её от насквозь мокрой подушки. – Искин, твою растак, что здесь произошло?!

– Да ничего особенного, командор, – раздался виноватый голос. – Просто показывал фильмы, а госпожа баронесса вдруг после просмотра последнего зарыдала.

– Та-а-ак! И что ты ей показывал? Надеюсь, не мыльные сериалы?

Искин аж фыркнул в ответ:

– Нормальные фильмы. «Ночные ведьмы» и «А зори здесь тихие».

Гелла подняла зарёванное лицо с подушки и громко всхлипнула. Я нежно обнял её и прижал к себе, гладя по спине. Вместо успокаивающего это возымело обратный эффект. Девушка вновь зарыдала, только теперь в качестве жилетки для слёз была моя грудь. Хорошо, что комбез непромокаемый, а то его можно было бы выжимать. Наконец, окончательно проплакавшись, Гелла отстранилась и, отвернувшись, принялась вытирать лицо платком.

– Ну и что тебя расстроило, моя дорогая? – как можно ласковей спросил я.

Гелла повернулась ко мне, и слезинки скатились из её глаз:

– Они погибли. Они все погибли. Эти замечательные девушки все погибли, – чуть слышно прошептала она.

– Скажи, это всё так и было на самом деле? – спросила она, чуть успокоившись.

– Конечно, художественный вымысел в этих фильмах есть, но за основу взяты реальные события. Например, «Ночными ведьмами» враги называли девушек из легкобомбардировочного полка. Они летали на самых примитивных самолётах, сделанных из дерева и ткани, и их можно было сбить практически из любого оружия. Поэтому боевые вылеты они производили ночью.

– А ведьмы – это вообще кто? – Гелла поёрзала у меня на коленях, устраиваясь поудобнее.

Пришлось довольно долго объяснять, кто такие ведьмы и что они делали.

– Но я всё равно не поняла, почему этих девушек так называли?

– Тут много версий. – Я вздохнул. – По одной из них, за истошный визг. Самолётики-то были такие, что вспыхивали от одного удачного попадания пули и сгорали в считаные минуты. Горели девчонки. Горели заживо. И визжали от нечеловеческой боли. А в ночной тиши и с высоты звуки далеко слышны.

Гелла снова зарыдала.

– Может, больше не будешь смотреть такие фильмы? – в очередной раз хоть немного успокоив свою подругу, спросил я. – У нас и комедии есть замечательные.

– Нет, я буду их смотреть. – Гелла упрямо вскинула голову. – Комедии я тоже посмотрю. Потом. Но вначале я хочу понять твой народ, понять, кто такие русские, кто такой ты сам. Оказывается, наши народы очень похожи. Мы, арилийцы, тоже много пережили, и мы тоже никогда не сдаёмся, но вы, русские, это что-то неописуемое. Мой искин, основываясь на тех фактах, что дал твой, выдал результат, по которому вы в той войне вообще не должны были победить. Но вы выстояли и победили. А потом вы стали делать совсем нелогичные и непонятные действия. Вы стали кормить своих вчерашних врагов. Вы строили для них дома и больницы, вместо того чтобы уничтожить всех от мала до велика. Я не понимаю этого.

– Нас, русских, вообще никто понять не мог. Такие вот мы не логичные. Мы можем броситься с гранатой в руках под вражеский танк, а потом прийти на землю врагов и кормить их детей. Такой мы народ. Для нас враг – это тот, кто стоит против нас на поле боя. К остальным мы относимся вполне терпимо. Этим все и пользовались всю историю моего народа. Однако приходило время, и русские, которые были до этого в ленивой спячке, просыпались и спрашивали со всех по всем счетам. И не важно, насколько сильны наши враги. Победа всегда будет на нашей стороне. Потому что мы за правду и за справедливость. Вот так вот. А комедии ты всё же посмотри. Дух народа познаётся не только в горе, но и в радости.

– И ты теперь так же поступишь с аграфами? Убьёшь тех, кто встанет у тебя на пути с оружием, и пощадишь остальных?

– Аграфы уничтожили мой народ. Причём сделали это дважды. Так что спрос с них будет другой. Я сотру даже воспоминания о них.

Глава 5. Баронство Арилия

– Элька, вот скажи мне, почему искин с базы не развился в полноценную личность? Ведь на него была записана психоматрица последнего императора Атланской империи. У него вроде и эмоции какие-то присутствуют, но чувствуется, что что-то не то. – Я сидел в рубке и задумчиво смотрел на обзорные экраны, на которых мелькали всполохи гиперполя. Кстати, смотреть на них обычным людям не рекомендуется. Считается, что от этого можно сойти с ума. А мне вот нравится. Может, потому, что я теперь не совсем человек, а может, это как раз все остальные людьми могут считаться с большой натяжкой.

– Ну, изначально он всё же стал личностью. – Элька перешла на голосовое общение и транслировала свою речь через динамики рубки. – Но не стоит забывать, что искин хоть и был на тот момент самым совершенным, но это всё же кристаллический искин, а не био. Так что скопированная в него личность точной копией той, живой, всё равно не станет. Ну и учитывай, сколько прошло времени. Да и я тоже отчасти виновата. – Элька вздохнула. Вот ведь актриса. – Когда искин копировал свою личность в меня, то произошёл какой-то сбой, и в итоге получилась совсем другая личность, то есть я, а та, изначальная, уже не была прежней, а стала более ближе к искусственной. Вот как-то так. Немного сумбурно.

– Может быть. Может быть. – Я потянулся в капитанском кресле. – Как думаешь, что нам делать дальше?

– Ну ты и спросил. – Элька хмыкнула. – Из нас двоих думаешь ты, а я лишь помогаю. Так что как скажешь, так и будет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.