Агент Цензура
Шпион7. Шпион в седьмой степени

От автора

Я долго терпел. Долго держал это в себе. Но я знал, что обязан рассказать эту историю. Конечно, материал, который я отсылаю в издательство, проходит определённую редактуру и ценз, а потому сказано будет не совсем всё, но хотя бы большая часть.

Внимание!!!

Названия всех географических объектов, упомянутых в книге, а также имена, фамилии и отчества людей были заменены или искажены мною в целях вашей и их безопасности. Не выдуманными остаются только описанные события. Верить в это или нет – решать вам, а я же просто хочу вам донести, что со мной произошло.

Шпион7: Начало всего нехорошего

Представьте себе: Центральная Африка, саванна, не сильно жаркий по местным меркам летний день, лёгкий ветерок изредка колышет высокую траву, тишину нарушает лишь пение птичек. Вокруг небольшой лес из пальм и других растений семейства папоротников. Красота. А теперь представьте человека, лежащего в кустах с винтовкой в руках: это Я.

Меня зовут Сергей Андреевич Порготонов, и когда я думал, с чего начать мой рассказ, я вспомнил этот день, ведь он перевернул всю мою жизнь. У всех людей большая часть дней может показаться рутинными, причём не важно, какую жизнь вы ведёте: активную или сидячую; бывают и неожиданные приключения, которые выбивают нас из этой рутины, давая возможность развеяться и разнообразить свою повседневность, но бывают и дни, которые меняют в корне нашу жизнь. В отличие от «неожиданных приключений», которые происходят так внезапно и запоминаются только как часть нашей биографии, давая вспомнить прекрасные и не очень моменты в старости, эти дни перевёртывают вашу жизнь с ног на голову: в лучшую или в худшую сторону. И она начинает играть совершенно новыми красками. Именно такой день был и у меня.

Вы, конечно, спросите: как я попал туда, в саванну, и что же я там делаю? Что ж, для начала стоит рассказать вам немного о себе.

Родился и вырос я в городе Оскме, в стране под названием Райсалия.

Немного Райсалии:

С самого детства я мечтал стать шпионом. Да… Помню, как засматривал до дыр кассеты с фильмами про шпионов, восхищаясь ими. Я помню, как они перепрыгивали на мотоциклах глубокие обрывы, в одиночку раскидывали не один десяток противников, при этом даже не вспотев, обладали невероятным интеллектом и мощной харизмой, имели популярность у противоположного пола, знали много тайн и секретов, недоступных обычному обывателю. Были они, выражаясь мои подростковым жаргонизмом, невероятно круты и хороши собой. Они казались для меня некими героями, сверхлюдьми, стоящими на страже добра, правосудия и спокойствия всего мира. Вспомните себя. Разве вы не подражали героям, которых ранее видели на экранах? Вот и я загорелся таким желанием.

Отец хоть и говорил, что дурацкие у меня мечты, но я его не слушал. Я много тренировался каждый день: делал приседания, подтягивания, отжимания, чтобы стать сильнее; много читал всякой литературы: классику, чтобы научиться более выразительно говорить, математику и логику, чтобы мыслить быстрее, криптографию…ну, вы поняли.

И вот наконец, когда я повзрослел и окончил школу, я решил поступить в Государственную Академию Службы Безопасности Райсалии…

Но оказалось, что не я один имею рвение туда попасть. Да и конкурс оказался меньше, чем я рассчитывал.

Поэтому, потерпев в каком-то роде неудачу, я пошёл в полицейское училище. Это, конечно, не шпионская академия, но, по крайней мере, что-то похожее. Там я решил для себя, что раз в разведчики не возьмут, то уж здесь-то я обязан стать лучшим.

До сих пор с улыбкой вспоминаю свои студенческие годы. Тот факт, что главным оружием современного полицейского является уже не столько дубина, сколько записная книжка, ещё не означал, что на занятиях по физической подготовки Александра Степановича Горошникова не приходилось потеть. Наш тренер точно полагал, что если из нас не получится хороших полицейских, то на худой конец выйдут хотя бы какие-то скромные золотые медалисты олимпийских игр. Было нелегко выдержать эти нагрузки, но трудностей я не боялся, ибо понимал, что всё, что нас не убивает – делает сильнее. Проходя полосу препятствий, я старался с каждым улучшить свой результат. На лекциях же я постоянно тянул руку и заваливал преподавателей таким количеством вопросов, что те невольно начинали сомневаться в своём профессионализме. Мой одногруппник однажды сказал «…Могу поклясться, что видел, как старик Каранский перед входом в нашу аудиторию молился».

Помню, как по ночам в нашем общежитии я качал пресс или отжимался, попутно пролистывая уголовный кодекс Райсалии. Лейтенант Павел Геннадиевич Зубровский, ответственный за наше общежитие, каждый вечер совершал обход. Он заглядывал и в мою комнату, но подойти и повторить, что так-то уже отбой, не осмеливался. Он просто гасил фонарик, закрывал дверь и молча уходил, стараясь не шуметь. А моему соседу Васе я…мешал. «Тебе что, больше всех надо?!» – кричал он, щурясь от света соей настольной лампы. Однажды он даже вспылил и полез на меня с кулаками, но один удачный бросок через плечо убедил его так больше не делать. Однако, я всё же понимал, что Вася тоже человек, который просто хотел спать, а потому ради него я согласился пересмотреть свой график, начав уделять самоподготовке исключительно светлое время суток. В итоге все обиды были забыты.

Все говорили, что я перетруждаюсь, а я с улыбкой на лице отвечал им: «Ещё посмотрим, кто кем будет в итоге командовать и кто будет смеяться последним».

И вот мне торжественно вручают красный диплом об окончании. Все мои одногруппники ликовали в тот день (стоит понимать, что каждый сам за себя). А я ликовал, скажем так, более яро. Поговаривают, что моё «Ура!» было слышно аж за два квартала от училища.

Я устроился в полицейский участок №20 и начал охранять свой родной город и его жителей от преступности. Правда, в основном моя работа заключалась в поимке людей, которые переходят дорогу в неположенном месте. Из моих так называемых «подвигов» можно выделить разве что задержание двух воришек-карманников, орудовавших на остановке «Степанова» и избавление улицы В. Высоцкого от любителей переворачивать мусорные урны.

Жизнь моя протекала неспешно и даже как-то однообразно, но я всё равно радовался тому, что приношу пользу обществу. Работы было мало, но делал я её на совесть. Однако, даже хорошо, что в нашем городе люди не совершают всяких грубых нарушений общественных правил. Когда народ живёт честно, следит за своим здоровьем и обстановкой дома и у работников социальной службы, навроде нас, полиции, медиков и пожарных мало работы – это предмет для гордости за народное самосознание.

Я не брезговал иногда заглядывать в наше полицейское училище, чтобы пострелять там в тире. Нет, был он и у нас в участке, но там, в училище всё было каким-то родным, привычным. Меня там все знали и охотно пропускали. Мне приходилось платить за патроны, которые я расходовал, так как бюджет, выделяемый учебным заведениям, как правило, строго регламентирован и строго ограничен. Но бывали и случаи, когда мне давали по-дружески пострелять из учебного оружия бесплатно, а пару раз меня даже просили провести мастер-классы для новобранцев.

И вот, в очередной день, когда я разряжал свою обойму в мишень, появился человек по имени Василий Александрович Визор. Наш комендант беседовал с ним, идя по коридору. Они задержались возле тира. Стенки там были прозрачные, поэтому можно было отчётливо разглядеть тех, кто находится в помещении на данный момент. В тот момент я поражал мишень, делая иногда отвод пистолета чуть в сторону, дабы были видны все отверстия, оставленные после пуль. А то так посмотришь порой: одно отверстие в центре, причём ровное, без рваных участков по краям – думать будут, что ты либо стрелял всего один раз, либо попал всего один раз, а остальные мазал. И попробуй потом им доказать, что все остальные пули могли пройти сквозь отверстие от предыдущей. А я мог так сделать, уж поверьте. Поэтому я и отводил пистолет. Пускай на миллиметр от центра сдвинуто будет, но зато видно рваную бумагу, через которую прошло явно несколько пуль.

Заметив мою точную стрельбу, Василий Александрович расспросил коменданта обо мне, и тот ему поверхностно описал кто я и откуда, чем увлекаюсь и какое поведение показываю. Выслушав это, Василий Александрович подозвал меня. И вот я, сняв специальные противошумовые наушники, кои надевают дабы не оглохнуть в замкнутом помещении от эха выстрелов, подхожу к ним. Он поздоровался и после продолжительной беседы предложил мне работу.

Оказалось, это был агент государственной службы безопасности (ГСБР) и в нашем училище он искал кандидатов на вступление в их ряды. И, кто бы мог подумать, он заинтересовался мной. Думаю, сказать, что я согласился – это не сказать ничего. Вместе с ним я поехал в их штаб-квартиру в столице. Проверив мои личные данные, подтвердив все сказанные мною оттуда факты из моей личной биографии и удостоверившись, что угрозы я не представляю, меня взяли на работу. В этот момент я хотел прокричать длинное радостное «Ура!», но, дабы не убавить себе солидности и во избежание каких-либо повреждений барабанных перепонок у сотрудников отдела кадров, я решил повременить до дома.

И вот момент, которого я ждал всю жизнь, наконец настал! Мне, правда, пришлось пройти более суровую переподготовку, но я справился и стал полноценным сотрудником службы внешней разведки. Поначалу я целыми днями занимался всякой мелочовкой: носил кофе, разные документы, заполнял и отправлял формы и отчётности. Ощущал я себя, конечно, больше бухгалтером, чем правительственным агентом, но я не собирался сдаваться. Я частенько лез к начальству с новыми идеями по оптимизации работы отдела. Оказалось, что многие из них оказали весьма эффективными. А операции, которые я спланировал, подарили нам парочку небольших побед в глобальном мире. Например, однажды я вычитал о финансовом кризисе в Англицком Королевстве. Проанализировав имеющиеся у нас данные об активности их флота, я предположил, что они планируют учинить гражданскую войну в Леонсьерре, и под шумок вывести с местного рудника пару тонн алмазов, дабы закрыть дыру в бюджете. Мы отправили туда пару десятков наших бравых пехотинцев и помогли спокойствию в Леонсьерее устоять.

Всё шло к тому, что уже через два месяца я получил звание старшего лейтенанта. Меня повысили на два звания всего за два месяца. Поражает, не так ли? Это впечатлило моё начальство и в тот же день они вызвали меня к себе.

Дело в том, что наша страна находилась в достаточно холодных отношениях с Автономными Штатами Сардинии или АШС.

Немного об Автономных Штатах Сардинии:

Они были довольно коварны и вероломны по отношению ко всему миру. Нет, вы не подумайте, что все люди в этой стране плохие, но их транснациональные корпорации и служба внешней разведки те ещё гады. Потому было решено отправить к ним шпиона, дабы всегда знать наперёд, что те замышляют. Участником этой программы и стал я. Мне пришлось пройти ещё одну изнурительную тренировку с углубленным изучением английского языка, и инструктаж на тему того, что мне стоит делать в различных экстренных ситуациях. Через два месяца я был готов.

Меня закинули туда аккуратно: самолётом. Создали легенду обычного гражданина. По весьма качественным поддельным документам я устроился в их штаб внешней разведки. Легенда оказалась настолько правдоподобной, что мне взяли на работу без каких-либо проблем. Я передавал кучу данных нашим, предотвращая тем самым множество террористических актов, устраиваемых РАС. Мне приходилось и на службе у этой организации показывать себя с лучшей стороны, чтобы мне давали доступ к важным документам. Теперь я понимаю, что делал я это слишком хорошо… Мои достижения так понравились тамошним боссам, что меня вызвали на ковёр спустя всего пару лет со дня назначения и предложили поучаствовать в одной операции. Дело в том, что АШС считают своим главным геополитическим врагом страну под названием Чайная Народная Республика.

Немного о Чайной Народной Республике:

Отказываться я не посмел, ибо считал, что в противном случае мог потерять их доверие – и не видать мне больше необходимой и нужной информации. Теперь я понимаю, что сделал это зря.

Вы, конечно, можете подумать, что вот оно! Вот оно начинается, моё главное приключение. Но нет! Ведь книга называется «Агент в 7-ой степени», а не «Агент в 3-ей степени» или «Агент в кубе». Так что, давайте продолжим…

После долгого изучения весьма трудного языка, я отправился в ЧНР. Проблему, состоящую в том, что большая часть, точнее будет сказать все жители ЧНР азиатской внешности, и «европеец» там буду явно выделяться, решили большим количеством грима. То, что накладывать его около часа и что мне в дальнейшем придётся в одиночку наносить его на себя каждое утро уже вызывало тревогу. Аккуратно приземлившись, я пошёл устраиваться в ГСБиРКНР. Там на меня долго смотрели с каким-то подозрением, и я думал: «Всё, сейчас раскроют». Однако, к моему удивлению, в итоге меня приняли.

Что бы вы думали?

У ЧНР были тёрки с Англицким Королевством. Республика – бывшая колония этого государства. И хоть Королевство давно ушло с территории ЧНР, оно всё ещё подоккупирует остров Тарлинь, к которому народ ЧНР неровно дышит. Поэтому ГСБиРКНР решили узнать, чем же они так таким занимаются. А так как большая часть Англицкого Королевства европейцы – ни один житель ЧНР не пройдёт незамеченным. Всё-таки полностью скрыть мою внешность гримом не удалось и кое-какие черты европейца просматривались, а потому я идеально подходил для задания. И вновь тактическая и физическая подготовка: на этот раз уже по стандартам ЧНР. Так, как у Англицкого Королевства и АШС языки одинаковы, курсы языка я прошёл довольно быстро. Поверх моего азиатского грима наложили ещё один слой уже европейского, и вот через пару месяцев я уже лечу в Англицкое Королевство.

Немного об Англицком Королевстве:

Там я тоже пробыл около двух лет. Чтобы снимать периодически накапливающийся стресс, я регулярно ходил на стрельбище. Там я сдружился с одним таким же завсегдатаем его обитателем: полковником Джеральдом Бенедиктом. В разведке он занимал довольно высокую должность, а потому я делал всё, чтобы наладить с ним самые что не наесть тесные контакты. В один прекрасный день он позвал меня в зал совещаний, пообещав устроить сюрприз. Я поначалу думал, что это будет некая вечеринка в честь официального дня рождения, указанного в документах, по которым я устраивался в ВРО, но какого было моё удивление, когда я узнал истинную причину…

Утомлять своим рассказом я вас долго не буду и лишь скажу, что Англицкое Королевство забросили меня во Фракфуртскую Республику, тем было интересно, что происходит у Инарскаой Теократии, а те послали меня в Иразель.

Немного о Франкфуртской Республике:

Немного об Инарской Теократии:

Немного об Иразеле:

И вот глазом я моргнуть не успел, как стал работать сразу на 7 мировых держав. Так что пускай тот человек, который трудится сразу на двух работах, несколько раз хорошенько подумает, прежде чем жаловаться на жизнь. Вы просто не представляете, каково пришлось мне. Первое: всегда надо собирать информацию. Второе: надо помнить, кому какую информацию надо передавать. Вот конфуз получится, если ГСБиРКНР получит документ, предназначавшийся РАС. И надо ещё составлять её на каждом отдельном языке и шифре, который та или иная страна использует. Целых семь работ, вдумайтесь. Зарплат, конечно, тоже семь и они довольно большие, но тратить их некуда и некогда.

Самое страшное: это, конечно, держаться на плаву и выполнять нужные поручения таким образом, чтобы тебя не раскрыли и, не дай Бог не разжаловали, закрыв тем самым доступ к важным документам. А так как государства были враждующими или как минимум соперничающими, то угодить всем было ой как не просто.

Помню, как один раз Инарская Теократия решила поставить наркотики в АШС через Маскелейскую границу, а АШС этого хотели избежать. Что делать? В итоге я взорвал джип наркокурьеров из гранатомёта на границе и весь белый порошок разлетелся по округе. Вроде товар и не был доставлен в пункт назначения, но и местные жители успели им прилично поживиться, когда тот разлетелся по округе. Угодил вроде обоим странам.

Помню, как один раз мне поручили добыть компромат на премьер-министра Шревцарии, у которой был выгодный выход к центру Европейского континента. Но ребята из Фракфуртской Республики были против. По итогу я пробрался в его спальню и сфотографировал то, как он спит: храпя, пуская слюни и надувая сопливые пузыри. Несильно приятное глазу зрелище, но и как компромат его не используешь. Другого же, по моим заявлениям, попросту не нашлось.

Самым счастливым временем были те 4 часа перерыва между моими сменами, которые я мог потратить на себя. И то 2 из них я плакал, уткнувшись носом в подушку, а два 2 оставшиеся спал сном покойника.

Постоянный стресс, бесконечные перелёты со сменой часовых поясов, бесчисленные поручения: всё это сказалось на моём психологическом здоровье. Честное слово, иногда хотелось просто застрелиться.

И вот наконец пришлось иметь дело с человеком по имени Абдузахир-Шахир ибн Бассам. Был он для Райсалии террористом, который поставляет оружие опасным повстанцам в среднюю Африку, для АШС – человеком, который не только поставляет оружие опасным повстанцам в Африку, но так же обеспечивает некоторое прикрытие конвоям их армии, для Англицкого Королевства – тем, кто расплачивается за их оружие алмазами с рудников, отжатых у коренного населения. ЧНР была кредитором одного докера, которого Абдузахир однажды ограбил. Франкфуртцам вообще было на него плевать, покуда тот случайно не «заблудился» в близи их военной базы. Он некогда убил родного брата нынешнего лидера Инарской Теократии, за что тот хотел теперь отомстить. А Иразелю Абдузахир поставлял всякие реагенты с чёрного рынка. Такой вот непростой человек.

На Абдузахира я пошёл с винтовкой так как одной из целей было его убить. А как поступить в итоге – решу уже на месте.

В центральную Африку самолётом меня никто доставлять не захотел, заставив нелегально пересекать 4 границы по суше пешком и на попутках. В вопросе самолёта все мои начальники сошлись на том, что, видите ли, «…это может нарушить (какую-то там) конспирацию». Им-то легко говорить «поди и сделай», пока сами сидят в своих кабинетах на мягких креслах. А я?..

Пускай это путешествие было довольно утомительным, зато сейчас я могу поделиться с вами бесценным опытом. Итак, для того чтобы пешком добраться из северной Африки в центральную вам понадобится: приблизительно 12 уколов от невероятно страшных болезней, названия которых вы наверняка услышите впервые, три надувные лодки (или можно обойтись 1-ой надувной лодкой, но при себе в этом случае лучше иметь какое-нибудь универсальное средство, отпугивающее крокодилов и бегемотов), навыки рукопашного боя для защиты минимум от двух львов и достаточно сильные ноги, чтобы тащить на себе громоздкий ранец с пайками на полторы недели и прочим оборудованием. Если вам удастся наладить контакт с местным племенем – они могут пустить вас переночевать у себя в шалаше. Но не надо полагать, что спать внутри этого шалаша безопаснее, чем спать на улице. Нет. Мне трижды приходилось отбиваться от змей, которые заползали в мои покои. Поверьте, в Африке буквально всё пытается вас убить. Недаром континент зовут «могилой белого человека». За время путешествия я несколько раз начинал думать, что в этой фразе имелся ввиду кое-кто конкретный.

Наконец я добрался до места предполагаемой сходки Абдузахира и его партнёров. Схоронился. Жду. Лежу я уже пару часов в камуфляжном тунбане (если кто не знает, это комплект одежды из мешковатых штанов, рубашки-туники и тюрбана), сливающимся с местностью, обтыканный семью наушниками, расположенными в разных местах на моём теле, чтобы работодатели не услышали друг друга. Всё моё руководство следит за этим и говорит, что мне дальше делать.

Лежу я, жду. И вот наконец на заявленную поляну приезжает джип, за ним ещё один с пулемётом на крыше, и ещё один, груженный различными ящиками. И вот он выходит: бородатый загорелый мужчина с пышной бородой и в непонятной шляпе, не похожей ни на тюрбан, ни на ермолку. Выходит, здоровается с оппонентами, открывает ящики, достаёт оружие и начинает его расхваливать. Я докладываю об этом начальству. В ответ слышу:

– Стреляй!

– Stand down! (Отставить)

–  [gāndiào tā!](Добей его!)

–He is an important supplier. (Он важный поставщик.)

– Il n'a pas suivi ces derniers temps les instructions prescrites. Sers-le! Je veux dire, fais peur. (Он в последнее время не выполняет предписанных указаний. Приструни его! То есть напугай.)

– میدونی چیکار کنی از شرش خلاص شو! و فراموش نکن اسلحه اش رو به عنوان يه جايزه بگيري [madwna cheakear kena az shrsh khlas shw! w framwsh nken aslhh ash rw bh 'enwan yh jayzh bguyry](Он мешает многим нашим партнёрам. Избавься от него! Но и оружие в качестве трофея прихватить не забудь!)

– ראשית, שאל אותו על הרעלים והסחורה. [reshit, shaal oto al harelim vhaskhora.](Сначала таки спроси у него про яды и товар.)

И тут я думаю: если промахнусь – потеряю доверие первой половины работодателей моей профессии, если попаду – лишусь доверия других. Что же делать? А они продолжают меня доставать: «Стреляй!», «Fais-lui peur.» (Просто припугни его.), «» [ bié ràng tā pǎo liǎo!] (Не дай ему уйти!), «Why are you stuck?» (Ты чего завис?), «Don't even think about killing him! Tell me what you can't do!!» (Даже не думай убивать его! Скажи, что у тебя не получается!!), «ראשית, למד על תרופות» [reshit, lamed al trufot] (Cначала узнай про лекарства.) – кричат они. Я понял, что за это время я порядком устал. Сотни этих поручений, требования выглядеть и вести себя порядочно, сотни заданий, необходимость всем угодить. И сейчас они галдят мне во все уши, и я не знаю, кого слушать. Я лежу, глаза уже спиралькой закручиваются, голова начинает кружится. Я понял, что мои нервы сильно сдают.

Я не знаю, что на меня тогда нашло, но я дал волю чувствам и неистово завопил:

– А-а-а-а-а-а-а!!!!!!!! *********!! Всё, с меня хватит!!!!!!! Ты, לך. *********! Ты, *** *** بالاخره! Va-t'en, *******! **** *****, get off me! ** **** you! И наконец: пошёл ты *****! Я ухожу-у-у!!!!! А-а-а!!

Я выскочил из своего укрытия, разорвал на себе все провода от наушников, предварительно прокричав в них все те фразы. Удивительно, но после этого я почувствовал некую…лёгкость на сердце и смог вдохнуть полной грудью. Я давно хотел выговориться, и я это сделал. А ведь и впрямь. Довольно с меня! Теперь могу идти куда хочу и когда захочу.

Однако, по-прежнему оставалась одна весомая проблема: террористы. Они стояли в неком замешательстве и часто переглядывались в попытках понять, что сейчас происходит. Представьте, что из неоткуда выскакивает незнакомец и вопит что-то непонятное с явным желанием на кого-то наброситься… Вот.

Правда, вскоре они опомнились.

О-о-у, эту погоню надо было видеть. Когда они начали в меня выпускать пули, я еле успел спрятаться за ближайшим деревом, успев захватить с собой свой «Barrett M82».

И вот эти вооруженные люди просят, чтобы им ответили на все вопросы, но сами при этом не дают ничего сказать, глуша все звуки автоматными очередями.

Из-за дерева я пытаюсь объяснить им, что «…произошла ошибка» и они «…всё не так всё поняли». Но чужаку с винтовкой, который «случайно забрёл сюда, пока охотился» отвертеться оказалось невозможно. После провальных переговоров я решил действовать более жёстко. Выглянув из-за дерева в нужный момент, я выстрелил. Один из бандитов преставился сразу. Второму я сначала прострелил ногу, а потом добил в голову.

Эти ребята явно поняли, что в меткости им со мной не тягаться и запрыгнули по машинам. Тут же в мою сторону полетела очередь из пулемёта «Gatlin M134».

Стрелок делал это явно спонтанно, потому как был морально не готов, и поэтому разрядил всю первую ленту «в молоко». Я успел скрыться и начал бежать. Меня начал нагонять один из джипов. Ещё немного, и прикончили бы. Но я оказался быстрее. Я стрельнул в его колесо, из-за чего водитель потерял управление, и машина влетела в дерево, которое впоследствии упало на неё. Ящики в кузове сдетонировали, а потому о последующей угрозе со стороны пассажиров можно было не волноваться. Мне пришлось выкинуть свою винтовку «Barrett M82», так как в ней уже закончились патроны и сейчас она превратилась довольно неудобный балласт.

Остался один джип, который пилотировал сам Абдузахир-Шахир. Изначально он разрядил в кусты несколько обоим. Так он, кажется, хотел меня выкурить. Это сработало: я действительно больше не мог оставаться средь пальм и мне пришлось выбежать на открытое пространство саванны. Абдузахир последовал за мной. Он плакал и, высовываясь из окна и грозя мне кулаком, кричал что-то вроде [man tuhanu mar dianga] (Я убью тебя). Он был явно недоволен тем, что я убил его партнёров и сорвал ему сделку.

Я выхватил пистолет Макарова (ПМ), который был припрятан у меня за пазухой, и направил его на злодея, когда тот в очередной раз высунулся из окна машины, дабы попытаться на ходу попасть в меня из автомата.

Стреляю: попадаю в лоб. Машина теряет в управлении, переворачивается на камне и днищем кверху. В итоге Абдузахир-Шахир ибн Бассам, главный террорист Африки, был ликвидирован. Моей жизни, как и жизням многих других хороших людей больше ничего не угрожало.

Обе машины не подлежали восстановлению, а потому мне вновь пришлось идти пешком.

Еле переставляя ноги, под конец дня я всё же доковылял до ближайшего городка, где снял комнату в местном отеле. Комната сама была довольно просторной и тёмной. Свет почти не проходил сквозь заколоченные окна. Я поставил свой чемодан на тумбочку и плюхнулся на кровать. Наконец отоспавшись чуть больше двух часов, я почувствовал себя намного лучше. Лежа на спине и облегчённо глядя на качающийся на потолке вентилятор, я облегчённо вздыхал. Правда, мысли мои были о чём-то другом. Будто я что-то забыл. И тут до меня дошло…

Точ-но…!!! Я же разом уволился из семи разведывательных организаций семи могущественнейших государств и даже не подумал попросить политического убежища хоть у одного из них. *****

Приключение 1: Можно ли всё исправить?

После шокирующего осознания произошедшего меня обуял страх. Итак, я послал куда подальше всех семерых боссов семерых самых могущественных разведывательных организаций семи самых главных мировых держав. Все они слышали, как я разговариваю на других языках, а это значит: они (те, кто стоял позднее по хронологии моего найма) могли догадаться, что я работаю не только на них. Например, если ИМиНБГИ узнает, что я пошёл к ним на службу только ради того, чтобы шпионить в пользу ГУВР – то мне не поздоровится. А они точно догадаются. Ведь ИМиНБГИ знают, что за всё время работы они ни разу не засылали меня ни в какие франкоговорящие страны. И далее по кругу.

– Замечательно! – воскликнул я, имея ввиду, разумеется, плохой смысл данного выражения. – Лучше просто не бывает!

Я раскрыл свои чемоданы и начал перерывать их сверху донизу. Признаться честно, копался я в них не столько ради того, чтобы понять, что у меня теперь есть за душой, сколько из-за накатившего приступа паники, которой я так хотел избежать.

Факт

Паническая атака сопровождается потливостью, учащённым сердцебиением и чувством нехватки воздуха. Очень часто происходит потеря ориентации в пространстве. Человек может начать безрассудно мельтешить туда-сюда в поисках спасения (как, например, пассажир тонущего корабля).

Ах, как глупо я себя ощутил в то короткое мгновение, когда подумал, что моё спасение может лежать на дне этих чемоданов. Что я надеялся там отыскать? Машину времени? Портал в другое измерение, в котором никто и никогда не слышал о персоне, именующейся «Агент Псевдоним»?

Одежда, ножи, записные книжки, карабины от скалолазного оборудования и прочее барахло, которое уж точно в одно мгновение не решит моей проблемы, было разбросано по всей комнате… Казалось, что всё уже потеряно, но тут я собрал волю в кулак и со словами «Соберись!» всыпал себе пощёчину. Я остановился и выдохнул. Проделав ещё пару раз дыхательную гимнастику, я решил присесть и всё хорошенько обдумать.

Да, с одной стороны, я себя сдал с потрохами и не попросил убежища ни у одной из влиятельных организаций. За шпионаж мне грозит пожизненная тюрьма, если не смертная казнь. А смертной казни за шпионаж будут предшествовать самые жестокие пытки для получения информации. Но, с другой стороны, всё это время я верой правдой служил своей родине…и, пожалуй, хорошо себя показывал и в других конторах. Да, иногда халтурил и нарочно заваливал задания…, но это было исключительно тогда, когда пересекались интересы двух гигантов (поступить как-то однобоко и подвести кого-либо из них я там не мог). Но по большей части я всё же добросовестно делал свою работу! Как не наградить меня за всё, что я пережил? Кто, как не я заслуживает помилования?! И тут я подумал: может ещё не поздно всё исправить?

Первым и самым очевидным вариантом защитника-опекуна являлась моя родная Райсалия. А что? Первая страна, из которой я и отправился в путь. Идеальный кандидат для расхлёбывания этой каши. Если я просто покаюсь в провале миссии и объясню, в чём была причина – думаю, они поймут. Тем более ГСБР прекрасно осведомлены о моём нелёгком пути.

Естественно, предварительно написав телеграмму, я отправился в Масовку. В аэропорту «Дедушкино» я сразу встретил двух агентов ГСБР, присланных специально по мою душу. Я поклонился, и мы проследовали в главный штаб ГСБР. Внутри все, кто мне встречался, смотрели на меня как-то косо. Как будто бы я совершил нечто плохое. Уже тогда мне стало как-то неуютно. Ситуация ухудшилась тогда, когда заместо кабинета директора меня проводили в допросную.

Там я просидел примерно минут 20 прежде, чем в дверь вошёл глава ГСБР. Он начал меня хвалить, вспоминая проделанные мною на службе подвиги. Я приятно смущался, пока весь этот мёд лился в мои уши. Но тут глава ГСБР неожиданно сказал:

– Только вот у нас есть сведения, что из нашего архива пару месяцев назад были украдены документы с кодами пуска ядерных ракет…

И неожиданно у меня замерло сердце. Я вспомнил, как пару месяцев назад от РАС поступил приказ добыть эти самые коды. Я начал тянуть длинное «А-э-э…», пытаясь правильно начать беседу, но меня опередил глава:

– Не отнекивайтесь, Псевдоним. Я прекрасно знаю, что это были вы. – Он включил на телевизоре запись и начал её комментировать. – Судя по нашим камерам видеонаблюдения, 12-того июня сего года вы прошли через парадный вход нашего штаба, ни проронив ни единого слова направились в архив, откуда изъяли папку с кодами, засунули её под плащ и так же молча покинули здание. Что скажете по этому поводу?

– Но ведь за день до этого я предупредил вас об этом, послав шифровку! И вы мне даже ответили.

– Ложь!! – воскликнул глава. – Никакой шифровки мы от вас не получали!

– Что?!! Да я точно помню, как садился её писать!

– Неужели? – Глава скрестил руки на груди. – Что ж, агент Псевдоним, постарайтесь объяснить. Давайте: вспомните и расскажите, чем вы занимались в тот день?

Я вздохнул и начал загибать пальцы.

– Я проснулся, умылся, сделал зарядку, позавтракал, почистил зубы. С утра до обеда я присутствовал на банкете у одного фракфуртского миллионера, пытаясь разузнать, откуда тот берёт в таких количествах сырьё для выпуска своих «сумочек из натуральной крокодиловой кожи». Потом шла вербовка этого математика из Лисбонса… не помню уже, как его звали. Потом я летел в Иденерию удалять записи пограничников о пойманной ими на радары подводной лодке. И под самый вечер я сел писать шифровку. Поставил перед собой, значит, печатную машинку—телеграф, написал первую строку… Затем я лёг спать. На следующее утро я встал и полетел в Райсалию, прошёл в штаб ГСБР, где забрал документы, после чего сразу отправился в Красное море перехватывать танкер с реагентами для химического оружия.

– Стоп-стоп-стоп. Это меня не интересует. Можете подробнее описать момент написания шифровки.

– Я же говорю: написал первую строку… – И тут я замялся. – А…что было потом? Я написал первую строку, изложил всю суть и…уснул? Стоп. А я нажал «ОТПРАВИТЬ»? Ну, мне же тогда ответили. Или мне это всё только приснилось?

– Что означает «вам это только приснилось»? – сквозь зубы процедил глава.

Я сглотнул подступивший к горлу комок.

– Вероятно…я действительно забыл отправить письмо… Ой.

Лицо главы сильно покраснело.

– Псевдоним! – крикнул он.

Я хотел под землю провалиться в тот момент. Но неожиданно на меня снизошло озарение…а точнее будет сказать воспоминание:

– На сколько мне известно, РАС тогда не смогли воспользоваться кодами. Они сослались на то, что когда пытались их применить – система выдавала ошибку. Значит ли это, что украл я всё-таки старые коды? Они ведь у нас, вроде, обновляются каждый год.

Глава как-то зло усмехнулся.

– О-о, нет. К сожалению, свежие. По вашей милости нам в спешке пришлось менять существующие ядерные коды спустя всего неделю после их утверждения. Подключили сотни людей. Благо, хоть мы вовремя обнаружили, что вы забрали у нас бумаги.

– Так значит, всё обошлось? – поспешил подвести черту я. – Ничего страшного ведь не случилось? Враг ведь не получил наши коды! Значит, технически, я не предавал никого!

– О нет, друг мой! Страшного очень много. По уставу тут пожизненный срок…минимум.

– Но ведь устав не учитывает определённых обстоятельств! – возразил я. – Я ведь был уставшим и не смог отослать шифровку. Это получилось случайно! Я не хотел этого, честно!

Глава тяжело вздохнул и ответил:

– Агент Псевдоним, мне прекрасно известно о ваших похождениях и тех трудностях, с которыми вы сталкивались на протяжении последних четырнадцати лет. Но ваша усталость никак не отменяет факта вашей измены родине. Ваша «ошибка» чуть не стоила нам всем жизней. Поэтому, по закону, мы всё же обязаны вас задержать. Уж простите.

– Подождите, но…Сколько я сделал во благо своей страны! Что одна оплошность по сравнению с годами преданной службы?!

– Простите, товарищ Псевдоним, но мы не можем делать исключения.

Я хотел было ещё что-то возразить, но из уст главы прозвучало короткое «Взять его».

Тут же сзади ко мне подошли двое и попытались схватить. Почувствовав их руки возле своих предплечий, я подался вперёд, потом нарочно упал, в один толчок проскользил по полу у них между ног, резво поднялся и дал дёру. Благо, за время службы я отточил свои рефлексы и скорость до максимума.

«Схватить его! Не дайте ему уйти!» – эти слова я услышал, когда находился уже в конце коридора.

Я бежал так быстро, как только мог. По дороге я старался не попасться бывшим коллегам-агентам. Было это, скажу я вам, довольно сложно. Покуда добрался до выхода, вспомнил, наверное, десять танцевальных движений из «диско» и двадцать акробатических трюков, за которые на олимпиаде по гимнастике мне дали бы все 40 баллов любые судьи, какими-бы сварливыми и придирчивыми они ни были. Миновав КПП, я оказался на улице. Там мне удалось оторваться. Сделал я это, использовав дымовые бомбочки. Бросив их к ногам погони, я смог временно ослепить и дезориентировать их. Скрывшись за дымовой завесой, я исчез. Еле-еле мне это удалось. Трудно поверить, но первые 5 километров я пробежал за 6 минут. Новый мировой рекорд! Жалко, что никто не видел. Хотя, в этой ситуации, именно хорошо, что никто меня не видел или просто не придал значения куда-то сильно спешащему человеку. Столица, что с неё взять? Все куда-то спешат.

Отдышавшись в первом удобном переулке, я более спокойным темпом, стараясь не попасть на камеры видеонаблюдения, и не напороться на блокпосты, аккуратно выбрался из города. В столичный аэропорт было соваться теперь небезопасно, а потому автостопами я добрался сначала до Кировогорска, а там уже по классике: поддельные документы, качественная резиновая маска, напёрстки на кончики пальцев дабы скрыть свои отпечатки – и «вуаля», другой человек. Каким-то чудом мне удалось выбраться.

Сожалею, мой читатель, но подобрать слов, чтобы описать всю ту тоску, с которой я покидал Райсалию в тот день, я не смог.

Простейшая конструкция дымовой бомбы:

Устройство своей дымовой бомбы я вам не расскажу: оно секретное.

Вторым хорошим вариантом показались АШС, как главный противник Райсалии. Хоть меня и сочли предателем кучка надменных придурков из руководства и мне не хотелось всамделешно предавать родину таким образом, другого варианта у меня просто не было. Не надо винить меня. Поставьте себя на моё место. По сути, сейчас я был, что называется, выброшен в открытый океан, где вокруг сплошь и рядом плавают акулы и, если не найти хоть какой-нибудь «плот» – меня съедят. Тут уж, как говорится, хватайся за всё, за что можно.

С порога встретили горячо, даже обняли. Затем взяли под руку и повели внутрь, попутно рассказывая о том, какая беззаботная жизнь теперь меня ждёт, какая пенсия обеспечена и сколько комнат будет в моём загородном сверхсекретном охраняемом особняке. От меня требуется только выложить все те знания, которые таятся у меня в голове. Но я забыл одну очень важную вещь об АШС: они всегда помогают только тем, в ком видят выгоду! Если ты полезен – поздравляю, будешь осыпан деньгами, а если нет – будешь списан в утиль, как ненужное барахло. А что я? Да, наворовал информации на пятьдесят лет вперёд: из меня её вытяни за раз, и пускай под откос.

Как только дверь отворилась, я с ужасом обнаружил, что это была допросная. Об этом говорило наличие посреди комнаты специального стула. Представьте себе стул с ремнями для рук и ног, к которому приделаны различные свёрла, циркулярные пилы, шприцы с гадостью, состав которой лучше не знать, держатели век и мощной лампой, стремящейся иссушить твои роговицы до состояния гнилых ананасов.

– Are we sure we've come to the right place? (А мы точно пришли туда, куда надо?) – тревожно спросил я в надежде, что мы всё же перепутали дверь.

За спиной прозвучал лёгкий смешок.

– Don't worry, we've come to the right place. (Не переживайте, мы пришли точно по адресу.)

Моя реакция после такого ответа была молниеносной. Конвоиры уже собрались схватить меня, но я с локтя пробил им носы, после чего врубил свои магнитные туфли, немного пробежался по внешней стороне вентиляционной трубы, после чего помчался наутёк уже по земле. Выбравшись из штаба, я на парковке реквизировал машину только что прибывшего сотрудника, вдавил газ, а дальше выбирался из города по проверенной схеме побега из Масовки.

Мои магнитные туфли

На подошве каждой туфли закрепляются по два электромагнита. К каждой туфле подведён провод, идущий к выключателю, крепящемуся на внутренней стороне запястья (обычно он скрывается рукавом пиджака или рубашки).

Идти на поклон к ГСБиРКНР казалось не очень хорошей идеей, ведь они запросто в виду дружеских отношений с моей родиной могли сдать меня Райсалии и ГСБР. Аглицкое Королевство, Франкфуртская Республика и Иразель были под колпаком у Автономных Штатов Сардинии, а позиция этих гигантов по отношению ко моей персоне были уже известны. Но попытаться всё-таки стоило.

В ЧНР я замаскировался под другого сотрудника, дабы сперва подслушать, что обо мне говорят. Ещё даже не переступив порог штаба, я застал двух беседующих сотрудников.

–  [nǐ tīngshuō guò bào lǐ de shì mǎ？](Слышал что-нибудь о Бао Ли?) – спрашивал один.

–  [nǐ shì shuō nà gè？ shì ā，zhè jiā huǒyǒu máfán liǎo.](Ты про того самого? Да уж, не поздоровится этому парню.) – Отвечал ему второй.

Бао Ли был моим псевдонимом, под которым РАС засылали меня в Чайную Народную Республику. Информации о том, что «этому парню не поздоровится» мне вполне хватило, чтобы развернуться на 180 градусов и пойти прочь, постоянно ускоряя шаг.

В Англицком Королевстве возле штаба на меня наставили кучу пистолетов ещё до того, как я успел начать объяснения. Все пальцы себе отбил, пока переломал их наряду, высланному меня задержать.

Во Франкфуртской Республике я заметил на столбе объявлений свою фотографию, под которой красовалась надпись «За предоставление любой информации о местонахождении этого человека вознаграждение 100 000₾». Как будто стояв до этого на низком старте в ожидании именно меня, к столбу подошёл человек в деловом костюме и повесил свежее объявление, где к цене за «предоставление любой информации» были приписаны два нолика. Ну, если уже меня объявили в национальный розыск – ничего хорошего ждать не стоит.

А в Инаре… Ну, когда ещё в аэропорту на тебя несётся группа разъярённых полицейских, которые, выхватывая оружие, орут и попутно просит окружающих задержать тебя – невольно начинаешь пятиться назад.

В Иразеле я провёл разведку наблюдением издалека при помощи бинокля. В окне я увидел двоих людей в лабораторных халатах, собирающих заветный стул с ремнями для запястий. За их спинами красовалась доска с моей фотографией и обозначенными красной ниточкой предполагаемыми маршрутами передвижения. Я вообще умею читать по губам, но в данном случае не стоило тратить усилий, чтобы понять, о чём те двое говорили.

Я понял, что на меня все охотятся, что я изгой, голова которого ценнее всех слитков золота на нашей планете. Я впал в отчаяние, ведь теперь мне не дадут покоя нигде. Мне некуда податься. Но… Сдаваться так просто я не был намерен. Это было бы слишком просто. Я усмехнулся. А ведь игра, затеянная против меня, может быть даже слегка интересной. Самому даже стало любопытно, как долго я смогу скрываться от всех семи разведок.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.