Ирина Эльба, Татьяна Осинская
Цена прошлого

Глава 1
О соотношении длины женского языка и объема проблем

– Альфия, оформи, пожалуйста, этого клиента.

Оторвав взгляд от компьютера, где было открыто синее окно любимой социальной сети, я с интересом посмотрела на седого мужчину. Возраст посетителя неумолимо приближался к спокойной пенсии. Демонстрирующая дорогие коронки белозубая улыбка подчеркивала серость кожи, а россыпь веснушек на лице придавала ему хулиганский вид. Улыбнувшись в ответ, я учтиво поздоровалась с клиентом и забрала у консультанта бумаги для оформления. Эх, дедульке пора бы уже пансионат для пожилых присматривать (где-нибудь на Каймановых островах), а он все игрушки покупает. Вот интересно, зачем ему среднемоторный спортивный автомобиль, который разгоняется до ста километров в час за четыре секунды? Чтобы сердечный приступ догнать? Или для любовницы? Вероятнее всего последнее, поскольку выбрал дедушка мой любимый красный цвет.

– Итак, Моисей Иосифович, ваш заказ будет доставлен через три дня. Как будете оплачивать?

– А как тебе угодно, куколка?

Ох уж мне эти пожилые донжуаны! Ни одной юбки не пропустят, и все им молоденьких подавай.

– Предпочтительнее переводом.

– Как пожелаешь, конфетка! А еще мы можем…

– Моисей Иосифович, вам звонят из «Эльтуры». У них возникли проблемы с отгрузкой.

– Дурни! Ни на кого нельзя положиться! – забурчал старичок.

Выхватив из рук помощника гарнитуру, ловелас тут же потерял ко мне всякий интерес. Я вздохнула с облегчением и принялась за привычную работу. За соседним столиком сидела моя близкая подруга Алиса и с умным лицом отбивала по клавишам сообщение в чате. Правда, обмануть таким образом она могла разве что клиентов. Коллеги прекрасно знали, кто и чем занимается, когда над душой не стоят покупатели или руководство. Выручало то, что коллектив был молодой и все относились друг к другу с пониманием. В случае чего ребята всегда помогут, однако расплачиваться за это порой приходилось излишним вниманием к личной жизни.

Я отдала помощнику Моисея Иосифовича оформленные документы и пообещала сообщить дату доставки. Теперь можно было вернуться к любимой новостной ленте. Какой-то страшненький мальчик даже успел отлайкать фото моих спортивных красавиц и постучаться в друзья. Интересно, он действительно думает, что может заинтересовать меня своим банальным: «Гюльчатай, открой личико»? Тогда у него непомерное самомнение, а таких я сразу отправляла в бан. Никакого разнообразия и романтики от современных анонимных ухажеров: ни тебе стихов, ни разговоров о модных тенденциях.

– Отшиваешь очередного поклонника? – усмехнулся Мурик – наш лучший консультант, подкравшись ко мне со спины.

– Ты же знаешь, что мое сердце навеки принадлежит тебе, – хмыкнула я, одаривая коллегу насмешливым взглядом.

Большие настенные часы показывали время обеда и отдыха от привередливых покупателей. Я отправила комп в спящий режим, поднялась с насиженного места и направилась к зомбированной достижениями техники подруге. Откатив ее вместе с креслом от стола, закинула ей на коленки наши сумки и повезла в светлое будущее. В смысле – на обед. Алиса мое рвение не разделяла, поэтому активно возмущалась и причитала.

– Алиска, цыц! Ты в последнее время на скелет смахиваешь. Где твои пышные формы? Я сейчас вижу больше вогнутостей, чем выпуклостей! Посмотри сама, – я притормозила напротив зеркала, украшавшего холл офиса, – у тебя даже грудь уменьшилась.

– Ничего подобного! – запальчиво воскликнула подруга, но все-таки оттянула край блузки и заглянула внутрь. – Господи, и правда, где они?!

– А я тебе о чем говорю! Ты со своим «Злобным тушканчиком» выпала из реальности.

– Он не тушканчик, а хорек! И между прочим, очень приятный собеседник.

– Верю, но все равно это не повод все время зависать в чате. Онлайн-знакомства еще никого до добра не доводили!

– Угу, скажи это Светке, – насупившись, пробурчала Алиса.

– Светлана – это счастливое исключение. Кто же знал, что ее знакомый окажется англичанином в поисках русской невесты?

– Вот-вот! Может, я тоже хочу стать таким исключением? Я даже согласна на маленького скромного нефтяного магнатика. Неужели я так много прошу от жизни?

На этот вопрос мне оставалось только тактично промолчать, чтобы не вдаваться в дебри философских размышлений. Тем более что на голодный желудок думалось очень тяжко.

Заскочив в кафе, ставшее для меня уже родным, я с удовольствием вдохнула полной грудью аппетитные ароматы. Если сегодня не съем чего-нибудь мясного, то к концу дня кто-нибудь из клиентов рискует быть покусанным. Эх, а во всем был виноват мой тренер-вегетарианец, агитировавший питаться подножным кормом. Попробовала я этот «путь очищения»… Теперь в моем организме еда не задерживалась, а по ночам стали являться куски мяса под ягодным соусом, бегающие с плакатом «Съешь меня!». Я такого стресса злейшему врагу не пожелаю.

У дальнего окна виднелся свободный столик, и мы с подругой направились прямо к нему, лихо опередив стайку студенток, тоже заприметивших свободное место. Меню мы уже успели хорошо изучить, поэтому сразу подозвали официантку.

– Добрый день, девушки. Вам как всегда?

Мы с Алисой утвердительно кивнули, но после небольшой заминки подружка добавила к основному заказу порцию шоколадного торта, чего раньше никогда не делала.

– И что это на тебя нашло? – поинтересовалась я вполголоса, как только официантка ушла за заказом.

– Хочу вернуть былые округлости, а лучший способ сделать это быстро – шоколад!

– Ты ведь знаешь, что округлости появятся не только там, где тебе нужно?

– Р-р-р! – не выдержала Алиса. – Где справедливость?

– На Пушкинской, в здании Верховного суда, – хмыкнула я.

Подразнив подругу, я улыбнулась и повернулась к окну. Лучше бы я этого не делала, потому что там стоял мой самый страшный кошмар! Высокий, со светлыми короткими волосами и в неизменном сером деловом костюме… На мгновение сердце замерло в груди, а потом забилось раненой птицей, не в силах справиться с нервным напряжением. Неужели он меня нашел?

Я была готова сорваться с места и бежать – куда угодно, лишь бы подальше от него! Но тут мужчина повернулся лицом и… Облегчение было непередаваемым. Не он!

– Альфия, ты чего? – подруга коснулась моей руки, с беспокойством заглядывая в глаза.

– Да так, показалось.

– Опять померещился?

Кто именно, даже не требовалось уточнять. Алиска, как настоящая подруга, прошла вместе со мной через все испытания. В качестве поддержки она предлагала даже нанять профессионалов и кастрировать урода. Надо признаться, идея была довольно-таки заманчивая…

– Ты ведь понимаешь, что так больше не может продолжаться? Альфия, жить в постоянном страхе невозможно!

– Давай закроем тему? – Видя, что подруга собирается добавить что-то еще, я состроила умоляющую мордашку. – Пожалуйста.

– Что же, это твое дело.

Не отвлекаясь более на разговоры, мы быстро пообедали и вернулись в офис. Надежда на спокойное завершение рабочего дня умерла прямо на входе. Сослуживцы хаотично носились из стороны в сторону, размахивая отчетами и сводками. Кто-то громко ругался, кто-то требовал освободить ему сканер. Главный бухгалтер, Алексей Иванович, напряженно пыхтел за компьютером, поминая недобрым словом и программиста, и системщика, и руководство, а в особенности принтер, зажевавший лист бумаги. В автосалоне «Фаэтон» творилось что-то непонятное.

Отловив Мурика, мы с Алиской оттащили его в темный угол и начали пытать на тему происходящего. Активно вырываясь на свободу, он признался, что неожиданно вернувшийся шеф затребовал текущие отчеты и по очереди вызывает на ковер начальников отделов. Большего нам не требовалось – мы рванули на рабочие места подбивать статистику.

В «Фаэтон» меня перевели из другого салона чуть больше полугода назад, впрочем, как и Лиску. Произошло это по наказу Миши – мужа моей погибшей сестры. Позиции мы занимали не самые высокие, поэтому на внимание шефа не рассчитывали. Как результат – за прошедшее время я так и не удосужилась запомнить, как зовут директора. Однако это не отменяло того факта, что результаты работы необходимо было продемонстрировать по первому требованию.

Обязанности я исполняла прилежно, поэтому много времени на обновление статистики у меня не ушло. Уже через пятнадцать минут я сложила распечатанные листы аккуратной стопочкой на углу стола и с чистой совестью вновь залезла в социальную сеть.

– Осипова, Юрченко, срочно к директору! – гаркнул Алексей Иванович, выйдя в общий зал.

Переглянувшись, мы с Алисой подорвались с места и уже через пару мгновений топтались у кабинета шефа, не решаясь зайти внутрь. Вопреки ожиданиям, секретаря в приемной не было – не иначе как убежала по заданию директора, лишая нас с подругой последней надежды узнать его имя. Придется импровизировать по ходу дела.

Аккуратно постучав, я самым наглым образом втолкнула внутрь Алиску и только потом прошмыгнула следом, прячась за ее «широкой спиной». Затянувшаяся пауза вызвала недоумение, и я таки выглянула из-за плеча подруги. На краю стола, заваленного бумагами, сидел… Аполлон. Как иначе одним словом описать этот образчик мужской привлекательности, я не знала. Шеф просматривал какие-то документы, иногда делая пометки, и на нас не обращал внимания. В ожидании я начала разглядывать его с головы до ног. Загорелая кожа, обласканная пляжным солнышком, соблазнительно выглядывала из-за ворота расстегнутой рубашки. Сильные руки с длинными пальцами очень эротично управлялись с ручкой. Даже представить боюсь, что прячется дальше, за черным материалом строгих брюк…

Все! Мужчина, я ваша навеки!

Мысленно дав себе затрещину, я постаралась убрать с лица идиотско-мечтательную улыбку, которая, впрочем, была не у меня одной. Заметив, что красавец-мужчина зашевелился и отложил документы в сторону, я ущипнула подругу за бок, возвращая ей способность здраво мыслить. Мне-то уже ничего не поможет – я со здравомыслием давно распрощалась. Что подтверждали размышления на тему «нельзя быть на свете красивым таким». Хоть бы прыщики на лице завел. Хм, а может, ему нос сломать? Хотя нет, ему уже ничего не поможет. Так и будет до конца жизни страдать от женского внимания. И где таких только штампуют? Что Миша, что этот – загляденье. Одно слово, что братья. Даже странно, что мы раньше не встречались.

– Ну здравствуйте, дамы, – приятный голос окончательно меня покорил.

– З-здрасьте, – промямлили мы с Алисой, как две малолетние дурочки на первом свидании.

– Как работается на новом месте? Всем ли довольны, душечки? Никто не обижает?

Интересно, мне сейчас кажется или он над нами издевается? Удивленно всмотревшись в лицо шефа, я поняла, что не показалось. Ничего не скажешь, веселое знакомство.

– Так что, госпожа Осипова, вас все устраивает?

Обращался-то он ко мне, но смотрел почему-то на Алиску. Причем глядел не очень добро. Видимо, разведка донесла до него неверную информацию. Я-то раньше была светленькой (почти как подруга, только у меня этот цвет волос был натуральный), но после памятного случая и поспешного бегства пришлось перекрашиваться. Впрочем, рыжий цвет мне тоже шел. Так вот, из этого краткого монолога стало понятно, что товарищ шеф по какой-то причине точит на меня зуб. Только бы знать, чем я ему успела насолить. Медленно выплыв из-за спины Алиски, я поджала губы и ворчливо ответила:

– Спасибо, шеф! Все отлично!

Переведя свои тигриные глаза на меня и слегка нахмурившись, мужчина жестом попросил Алису выйти, но она даже не пошевелилась. Вот что значит: «Друг в беде не бросит, лишнего не спросит».

– Госпожа Юрченко, вы не могли бы оставить меня наедине со своей коллегой? – Приказ, прозвучавший в голосе шефа, трудно было проигнорировать.

Бросив в мою сторону настороженный взгляд, Алиска все же попятилась к выходу, напоследок пробурчав:

– Я за дверью подожду.

Оставшись один на один с мужчиной, который явно был настроен не очень дружелюбно, я порядком занервничала. Интересно, что же я успела натворить? Вроде никого из клиентов не обижала, да и бумаги содержала в порядке.

– Мое главное правило по жизни: «Кто как работает, тот так и зарабатывает». Именно поэтому я не беру на работу друзей и знакомых во избежание конфликтов. Вас с подругой мне навязали, заставив при этом платить чуть ли не в два раза больше, чем остальному персоналу. Может, вы соизволите объяснить, с какой стати Михаил пошел на такие жертвы?

– Хотелось бы вначале узнать, что именно вы понимаете под словом «жертвы»?

– Он прожил в другой стране больше пяти лет, а тут вдруг приехал и сразу же полез в управление компанией. Предупреждаю заранее: несмотря на то что Миша мой брат и его мнение для меня имеет весомое значение, я не потерплю в своем салоне смазливых подстилок, увлеченных лишь своей внешностью. Сюда люди приходят работать, а не развлекаться. Ясно?

– Так точно, шеф! Только и вы уясните один момент: я никогда не была и не буду чьей-либо «подстилкой»!

– Я что, по-вашему, на дурака похож?

«Очень!» – хотелось мне ляпнуть, но я сдержалась. Слишком уж нравится эта работа, чтобы терять ее из-за длинного языка и уязвленной гордости.

– Никак нет, шеф!

Поскольку директор продолжал скептически взирать, я вздохнула и продолжила:

– Устроилась я сюда не столько благодаря Михаилу, сколько из-за любви к машинам. Если бы вы просмотрели наши с Алисой рекомендации, то не ставили бы вопрос «таким» боком. Относительно же наших отношений с Мишей – мы с ним хорошие друзья, и не более! – Судя по насмешливо приподнятой брови, он мне не поверил. – Шеф, я младшая сестра Марины – его покойной жены.

Вот после этих слов мужчина переменился: из взгляда ушли скепсис и осуждение, он отлепился от стола и сделал шаг в мою сторону. Ну да, уж Марину он точно хорошо знал. Вся семья Миши боготворила ее и очень тяжело переживала гибель. Странно, вроде бы уже пять лет прошло, а сердце до сих пор болит. Единственным утешением осталась Юлька – моя племяшка, которая в настоящее время кочевала от бабушки к бабушке.

– Но как такое может быть, что мы ни разу не встретились? – озвучил мои недавние мысли директор.

– Понятия не имею, – честно призналась я. – Видимо, когда я приезжала вместе с Юлей, вы были в командировках. И все же ваше лицо мне кажется знакомым.

Действительно, где-то я его видела. Сказать, что в семейных альбомах? Так нет, точно помню, что вживую виделись.

– Ладно, сейчас не об этом. Несмотря на выяснившееся родство, я настаиваю на полной отдаче работе. В противном случае последует увольнение.

– Все ясно, шеф!

– И заканчивайте называть меня шефом. Имени-отчества вполне достаточно.

Я тяжело вздохнула и решила признаться:

– Если бы я знала имя…

Брови мужчины поползли еще выше, а потом на лице появилась ехидная улыбочка. Было неясно, что она значила, но явно ничего хорошего.

– Андрей Романович.

– Приятно познакомиться! – на автомате сказала я, а потом виновато улыбнулась: – Ну, я пойду?

– Давай-давай. И передай подруге, что подслушивать нехорошо.

Кивнув, я развернулась к двери и уже взялась за ручку, когда мне в голову закралась шальная догадка:

– Простите, шеф, но… вы, случайно, никогда на свадьбах в розовые женские футболки не переодевались?

С минуту в кабинете царила звенящая тишина, а потом послышался зубовный скрежет и тихий рык. Ну, вот мы и узнали друг друга! Елки ж зеленые, кто меня за язык тянул? Пискнув, я со всей дури дернула на себя дверь, выбегая в коридор. Подруга от такого поворота влетела (в прямом смысле этого слова) в кабинет начальства. Андрей, у которого на лице читалась явная жажда крови, рванул за мной следом, не обращая внимания на Алиску. На адреналине я рванула вперед по коридору, отчаянно понимая, что на высоких каблуках далеко не убегу. Спасительная дверь женского туалета, обнаруженная по пути, была расценена мной как дар свыше. Заскочив внутрь, я прыгнула в первую свободную кабинку и закрылась на щеколду. Несколько секунд спустя раздался грохот ударившейся о стену двери, а потом и грозный голос начальника:

– Осипова, по-хорошему выходи, или хуже будет!

– Судя по вашей интонации, хуже быть просто не может!

По ту сторону кабинки послышалось смачное ругательство, а потом хлипкая преграда затряслась под напором злого босса. Ну все, можно заказывать белые тапочки!

– Андрей Романович, миленький, не нервничайте вы так! Я правда не хотела пускать слух, что вы голубой. Это само как-то получилось. – Тихое, угрожающее рычание в ответ напугало меня еще больше. – Шеф, блин, дело-то давно минувших дней! И вообще, я вам, можно сказать, услугу оказала!

– Это какую же услугу, интересно знать?

– А вы вспомните, сколько тогда появилось желающих переубедить вас в неправильности ориентации!

– Одного воспоминания о стилисте Жорже выше крыши хватает! Сам не знаю, как я тогда сдержался и не выпорол тебя, ведьма языкатая! Зато сейчас меня ничто не остановит!

К счастью, планы босса провалились. Послышался перестук женских каблучков, а потом слаженный визг. Чертыхнувшись, Андрей Романович принялся что-то объяснять вошедшим дамам, но те явно были настроены скептически. Снова чертыхнувшись, шеф тихо прошептал в щелочку:

– Ничего, не последний день работаешь. Еще свидимся!

Вот и непонятно, радоваться мне этому факту или запасаться пустырником.

Глава 2
Об особенностях женской психики и мужской логики

– Да-а-а, подруга, учудила!

Отсиживаясь в туалете последние несколько часов, я с грустью смотрела на веселившуюся подругу, даже не представляя, как быть дальше. Убить-то меня Андрей Романович не убьет, но нервы пощекочет знатно. Что же он так не вовремя приехал? Хотя нет, вопрос в другом: чем я думала, когда вспомнила тот случай? Словно прочитав мои мысли, подруга спросила:

– Что между вами произошло? Чем ты шефа так обидела?

– Ой, там такая глупая история вышла. До сих пор удивляюсь, как он узнал, что тот слух пустила именно я. Точно одна из его пассий донесла!

– И все же?

Я отобрала у подруги сумку, которую она принесла по моей просьбе, и начала активно в ней рыться, лишь бы занять руки.

– Блин, ты помнишь Лизку? Она еще с тобой и Мариной в одном классе училась. Так вот, мы с ее братом в то время встречались, и он уговорил меня поехать на свадьбу к сестре. Все было чин по чину: и тамада развеселый, и спиртного с два десятка ящиков. Естественно, под конец вечера все упились в зюзю и завязалась «душевная» беседа. Пока мужики бегали за добавкой горячительного, дамы решили перемыть им косточки. Ну и завели тему про Андрея, который якобы игнорирует всех девушек. Я всего разговора не слышала, поэтому сразу не поняла, про какого именно «Андрюшечку» речь. На мероприятии присутствовали два стилиста: Жорж, который на самом деле был обычным Гошей, и Андре. Так вот, эти два мальчика были «голубками». Не знаю уж, настоящими или разводили пиар-кампанию, но слухи про них ходили ого-го. В общем, ляпнула я тогда, мол, ваш Андрюша – голубой, поэтому на баб должным образом и не реагирует. До сих пор помню обалдевшие лица подружек невесты! Я еще про себя недоумевала, чему это они так удивляются. Самое обидное, что за полчаса до этого разговора Андрей Романович чем-то испачкал свою рубашку, и поскольку вещей почти ни у кого не было, ему пришлось одолжить футболку Жорика. Розовую.

Самыми памятными моментами с того вечера были крики Лизки: «Андрюша, почему ты скрывал свою небесную натуру?» – и гонки на выживание после того, как ему доложили, кто пустил этот слух. И разве пьяному мужику докажешь, что ты просто ошиблась?

Закончив свой рассказ, я печально вздохнула и перевела взгляд на хихикающую Алису. Ну да, ей не приходилось на высоченных шпильках удирать от злого мужика в розовой футболке со стразами! Кстати, после того случая я возненавидела этот цвет и зареклась влезать в чужие разговоры. Елки ж зеленые, я думала, что Андрей Романович за прошедшие шесть лет все забудет, ан нет. Злопамятным оказался! И что, спрашивается, дуться на шестнадцатилетнюю девочку, которой я тогда была?

– Знаешь, Филя, в чем заключается проблема? Ты его мужское самолюбие и гордость ущемила.

– И что мне теперь делать?

– Позволить ему доказать, что он – настоящий мужик! Желательно не один раз.

– Лиска, тьфу на тебя! У всех людей весна с птичками, цветочками да любовью ассоциируется, а у тебя один секс на уме!

– У меня нехватка витамина… как он там называется?

– Цыц! Ничего не хочу слушать! Вон лучше своему виртуальному знакомому расскажи о нехватке витаминов. Думаю, он не откажется «помочь».

– Проблема не в том, откажется он или нет. Просто… А вдруг он страшненький? Или маньяк? Что-то неохота мне встречаться с ним вживую.

– Тогда прекрати общаться со своим «сусликом» и не морочь голову ни ему, ни себе!

– Он не «суслик», а «хорек»! Когда ты уже запомнишь?

– Когда он ник сменит! Ладно, проехали. Ты лучше на разведку сходи, узнай, ушел шеф или нет.

– Мне вот интересно знать, что ты будешь делать, если Андрей Романович здесь на всю ночь останется?

– Что-что, на толчке ночевать буду! – Раздраженно передернув плечами, я вытащила из сумки косметичку и принялась поправлять макияж, намекая подруге, что разговор окончен.

Ухмыльнувшись, она царственно прошествовала к выходу из дамской комнаты, мурлыкая под нос какую-то песенку. Вот ведь зараза! Знает, что я попала в достаточно щекотливую ситуацию, и наслаждается этим. Видите ли, у нее личной жизни нет, так она хоть за чужим «реалити-шоу» понаблюдает. ЖЖЛ[1], блин!

Подруга вернулась минут десять спустя, причем с не самым радужным выражением лица. Бросив на меня обеспокоенный взгляд, она подошла к распахнутому окну и выглянула наружу.

– Ну, не томи! Что там?

– У самого выхода из салона я нарвалась на Андрея Романовича. Он как раз выяснял у Мурика, куда это ты пропала.

– Ну? – Я аж рот от удивления приоткрыла.

– Не нукай. Когда увидел меня, перегородил дорогу и попросил передать следующее: «В этот раз не уйдешь!»

– И что это значит?!

– А то, дорогая моя, что сегодня тебе суждено вкусить плоды расплаты.

– Али-и-иска, выручай! Я не хочу расплачиваться за ошибки молодости!

– И что ты мне прикажешь делать?

– Отвлеки его. – Я лукаво улыбнулась, разглядывая подругу. – Две пуговички долой, и все мужики у твоих ног!

Подавив зависть к Алискиному третьему (пусть и похудевшему) размеру, я ловким движением воплотила свои слова в жизнь и всучила ей наши месячные отчеты.

– Родина не забудет твоей жертвы! – Я вытолкала ее за дверь. – Главное, помни, проход должен быть свободным и безопасным!

– С тебя речото![2] – сердито буркнула подруга, поправляя волосы, и решительным шагом направилась к двери шефа.

Обождав пять минут, я мелкими перебежками двинулась вдоль стеночки, бросая взгляды на приоткрытую дверь в кабинет Андрея Романовича. Тихие голоса, доносившиеся оттуда, служили хорошим знаком.

Набрав в грудь побольше воздуха, я рванула мимо вражеского пристанища, мысленно прикидывая, за какое время успею выгрести из стола нужную мелочевку и покидать в сумку. Полумрак, царивший в главном зале, красноречиво извещал, что коллеги уже давно разбежались по домам, избавленные от участи ожидания расправы от босса.

На рабочем месте я быстро покидала скарб в сумку и собралась бежать к выходу, как заметила высокую широкоплечую фигуру, которая надвигалась на меня, как айсберг на «Титаник». Приглушенно пискнув, я со всех ног рванула к заветной стеклянной двери, отделяющей наш автомобильный рай от реального мира. Честное слово, мне оставалось сделать последние два шага, когда массивное тело Андрея впечатало меня в стенку. У-у-у, что за день такой, а? Невезуха полная!

– Господи, надеюсь, мне в спину сейчас упирается полицейская дубинка, – придушенно произнесла я, поясницей ощущая бо-о-о-льшие неприятности.

– Если ты решила, что лесть спасет тебя от хорошей порки, то очень ошибаешься!

– Да какая лесть, Андрей Романович? Не скромничайте! – Стоило Андрею ослабить объятия, как я уточнила: – Кхм, шеф, а что вы имеете в виду под словами «хорошая порка»?

– Что имею, то и введу, – зловеще прошептал мужчина, обхватывая меня за талию и утягивая в темноту помещения.

От последней фразы, прозвучавшей довольно двусмысленно, я слегка покраснела, чувствуя себя кольцом, которое Голум утягивает в пещеру.

– Шеф, а может, не надо? – тихо спросила я, терпеливо дожидаясь, пока меня поставят на пол.

– Надо, Федя, надо! – тоном, не терпящим возражений, произнес Андрей Романович.

Оставалось только надеяться, что он не собирался заматывать меня в обои и отхаживать прутиком (или чем там Шурик Федю воспитывал?!). Пока босс шел в направлении своего кабинета, я пыталась понять, как он смог вырваться из плена Алискиного «обаяния». Впереди замаячил свет, показавшийся мне тем самым, в конце тоннеля. Доносившиеся из кабинета голоса одновременно и обрадовали, и огорчили. Зажмурившись от резкого перехода из полумрака коридора в ярко освещенную комнату, я подождала, пока Андрей Романович поставит меня на ноги. Приоткрыв один глаз, я оказалась под прицелом двух взглядов: одного удивленного, другого ехидного.

– Я не понял, Андрей, это что, новый способ транспортировки сотрудников? – строго вопросил Михаил.

– Мишка! – радостно взвизгнула я, подбегая к другу.

Попытка обнять его за шею и повиснуть провалилась, я смогла дотянуться только до торса, и то в прыжке.

– Мишки в лесу водятся, – привычно пробурчал свояк[3], чмокая меня в макушку. – Итак, Филька, что ты успела тут натворить?

– А что сразу я? – обиженно засопев, я посмотрела на Мишу исподлобья. – Ты бы лучше своего брата спросил, зачем он меня преследует!

– За «надом», – безапелляционно ответил Андрей Романович, прислоняясь к столу и с интересом поглядывая в нашу сторону.

– Он меня обижает! – без малейших угрызений совести пожаловалась я другу. – Сначала вызвал на ковер и устроил нагоняй…

– Какой негодяй!

От получившейся рифмы Алиса чуть не засмеялась, но вежливо прикрыла рот рукой.

– Потом гонялся за мной по всему зданию…

– Подлец!

– Представляешь, даже грозился выпороть!

– Давно пора, – с серьезным лицом кивнул друг.

– Вот так, да? Решил мужскую солидарность проявить? – Поджав губы, я отвернулась от Миши, встречаясь взглядом с Алиской. – Ну а ты чего ржешь? Я тебя о чем просила?

– Не вини подругу, – примирительно отозвался Андрей, с самодовольной улыбкой глядя на меня. – Она просто не смогла устоять перед нашим обаянием.

– Точнее, перед бутылкой французского вина, которое Андрей пообещал ей за «невмешательство», – счел нужным уточнить его брат.

– И ты, Брут? – Трагичность момента разрушил громкий урчащий звук, донесшийся, как ни странно, из моего живота.

Покраснев, я перевела взгляд на пол и тихо извинилась.

– Меняются сезоны и года, но твоя любовь к еде останется навсегда! – По-отечески потрепав меня по голове, Мишка галантно предложил Алисе руку и пошел на выход. – Приглашаю вас в ресторан, дорогие дамы. Отметим мой приезд!

Довольно улыбнувшись, я посеменила следом за друзьями, но у самой двери была остановлена жарким шепотом Андрея, который успел преодолеть разделяющее нас расстояние. Его дыхание опалило кожу, заставляя маленькие волоски на шее встать в стойку.

– Если ты думаешь, что это конец, то очень сильно ошибаешься. Наша игра только началась…

* * *

После того как мы вышли из здания, Андрей Романович поспешно покинул нас, отговорившись какими-то делами, так что ужин прошел в теплой, почти семейной атмосфере. Сидя с бокалом сока в руке, я с грустью смотрела на тарелку, где некогда красовался лосось под винным соусом. Поглядывая на мило беседующих Алису и Мишу, я с грустью понимала, что от десерта придется отказаться, если сегодня я хочу еще пойти на тренировку. А я хотела, поэтому решительно поднялась из-за стола.

– Извините, ребята, но мне уже пора бежать. – Друзья тоже попытались встать, но я остановила их жестом: – Михаил Романович, где ваши хорошие манеры? Нельзя оставлять девушку без десерта!

При этих словах Алиска мечтательно вздохнула и стрельнула томным взглядом в Мишу. Та-а-ак, а вот это уже интересно! Надо будет завтра устроить за обедом допрос с пристрастием.

– Михаил, надеюсь, вы, как настоящий джентльмен, отвезете мою подругу домой?

– Всенепременно! – склонив голову в шутливом поклоне, друг перевел насмешливый взгляд на Лиску.

В такие моменты я чувствовала себя третьей лишней. Небось опять задумали какой-нибудь розыгрыш, как в старые добрые времена, когда вместе с ними была Марина. Эх…

Поцеловав две правые щеки, я выскочила на улицу. Небо уже успело потемнеть от застлавших его тяжелых туч. Ядовитый, наполненный водой воздух вечно бодрствующего города противно лип к телу. Белые росчерки молний недвусмысленно предупреждали о скорой грозе, разгоняя гуляющие парочки и компании по кафешкам и домам.

Запрыгнув в машину, я завела двигатель и включила проигрыватель, настраиваясь на боевой лад. Сегодня предстояло показать Рэмбо, что его тренировки не проходят зря. Возможно, в случае выигрыша я стребую с тренера его настоящее имя, которое до сих пор оставалось тайной. Кажется, для нынешнего спарринга он хотел пригласить свою подружку. Эта дамочка меня не переносила, а значит, стоило настроиться на жесткий бой. Ох, чую, придется мне в ближайшие дни ходить во всем закрытом! Женский бокс, чтоб его!

* * *

Стерва силиконовая! Так я и знала, что будет целиться в лицо. Завтра придется встать пораньше, чтобы замазать синяк на скуле.

– Давай, Альф, давай, работай руками! – подбадривал меня Рэмбо, без тени улыбки наблюдая за нашим боем. – Запомни, твое главное преимущество – скорость! Ставь блок! Правый хук! Ай, ну кто так делает правый хук?

О чем я только думала, записываясь в эту секцию? О, точно, я думала: «Как же мне скучно! Может, новым видом спорта заняться?» Вот и занялась… на свою голову. Кстати, эта самая голова в настоящее время страдала больше всего. Наш спарринг сейчас больше всего напоминал бои без правил. Что-то подружка тренера чересчур разошлась.

– Рэмбо, бей в свой гонг и закрывай этот бой! – выплевывая изо рта пластину, прокричала я.

– Еще две минуты!

– Тогда уйми свою бабу! А то ей моя красота покоя не дает.

– Что, кишка тонка самой справиться? – зло прошипела девушка, тоже избавляясь от капы.

Сделав обманный выпад, она со всей силы врезала мне по челюсти, тут же отскакивая в сторону. Я прямо почувствовала, как у меня зубной состав тронулся! Когда девица занесла руку для очередного удара, мое терпение лопнуло. Как там говорится: чем больше шкаф, тем громче падает? Резко присев, я сделала сопернице подсечку, заставляя ее завалиться на спину. Мне очень хотелось подойти и добавить кулаком, но не вовремя вспомнилась мудрость «лежачего не бьют».

– Альф, ты что творишь? Я тебе куда велел засунуть свои «восточные искусства»?

– Ты сначала свою протеже туда засунь, а потом уже ко мне претензии предъявляй! – беззлобно огрызнулась я, переваливаясь через канаты.

Сейчас у меня было только одно желание – найти маты и полежать на них чуток. А потом можно было продолжить тренировку… или не продолжить. Единственное желание сменило вектор, и теперь я хотела понежиться в горячей ванне с душистой пеной и гидромассажем. А еще лучше – с настоящим мускулистым массажистом в полотенце, обернутом вокруг бедер, и вооруженного…

– Никогда бы не подумал, что ты такая опасная, – раздался голос, который я меньше всего ожидала сейчас услышать.

С обреченным вздохом я повернулась к Андрею Романовичу. Как ни прискорбно, но в черной майке, только подчеркивающей подтянутое тело, он выглядел еще привлекательнее. Сразу захотелось залезть к нему на ручки и отдохнуть, но я нашла в себе силы остаться стоять на месте.

– Я не опасная, а злая и уставшая. Это похуже будет. Шеф, вы что, следите за мной?

– Да, – с серьезным выражением лица ответил начальник. – Жду, когда ты завернешь в какой-нибудь темный угол, чтобы воспользоваться ситуацией и… выпороть тебя.

– Знаете, я начинаю думать, что вы как минимум латентный БДСМщик.

– Не пробовал, но я всегда открыт для новых предложений!

Судя по улыбке, озарившей загорелое лицо, эти предложения он ждал именно от меня и прямо сейчас. Если бы не тяжелый спарринг, я бы даже нашла чем его удивить.

– Андрюха, – подал голос Рэмбо, до этого занимавшийся реанимацией своей пассии, – сделай доброе дело! Покажи Альфу, как правильно наносить удары.

– Без проблем!

От взгляда, которым Андрей меня одарил, по спине пополз неприятный холодок. Нервно облизнув губы, я сделала шаг назад в безуспешной попытке сбежать от нового спарринг-партнера. Однако он оказался проворнее и, взяв меня за руку, потянул к соседнему рингу. Ковыляя за ним, я с грустью обдумывала предстоящий «бой». Что-то мне подсказывало, что Андрей Романович оторвется по полной: и за «голубого», и за сегодняшний день, и авансом на будущее всыплет. Тяжела, однако, женская доля.

– Давай сначала посмотрим, что ты умеешь. – Как ни странно, шеф был серьезен.

Неужели и вправду собрался учить? Мне оставалось только внимательно наблюдать и ориентироваться по ситуации.

После прозвучавшего сигнала мы закружили по рингу, делая пробные выпады и вычисляя слабые места. Первые серьезные удары Андрей Романович даже не стал блокировать, а уходил в сторону. Зато его ответный ход отдался чувствительным шлепком по моему мягкому месту.

– Эй, так нечестно! – возмущенно проговорила я, на мгновение останавливаясь.

Шеф тут же воспользовался моментом и нанес очередной удар, который повалил меня с ног. Нет, было не больно, но жуть как обидно. К тому же для закрепления эффекта Андрей уселся сверху. Беспредел вообще.

– Когда дерешься с мужчинами, твой главный козырь в скорости. Силенок маловато, поэтому остается изматывать соперника обманками и ждать, пока он выдохнется. Поняла?

– Угу, поняла-поняла, только слезьте с меня.

Поднявшись, шеф протянул мне руку и помог принять вертикальное положение. Поправив амуницию, я кивнула Андрею Романовичу в знак готовности.

Мы вновь закружили по рингу: делали выпады, прикрывались, получали удары. В какой-то момент Андрей раскрылся, оставляя незащищенным лицо. Сделав короткий замах, я хотела впечатать кулак ему в скулу, но промахнулась. Раздался не очень приятный хруст, а потом несколько крепких словечек. Первые кровавые струйки прочертили бордовые дорожки к подбородку, мелкими бисеринками осыпаясь на пол.

Сдернув с рук перчатки, я схватила полотенце и обильно смочила его водой, на скорую руку вспоминая правила оказания первой помощи. Подскочив к шефу, всучила ему мокрую ткань.

– Андрей Романович, не задирайте голову! Кто вас учил этой глупости? Так, наклонитесь чуть вперед, чтоб подбородок касался груди. Вот так. – Осторожно приложив полотенце к его носу, я огляделась в поисках Рэмбо.

Где-то тут лед был…

– Подбородок должен касаться твоей груди или моей? – гнусаво переспросил босс, убирая мою руку и аккуратно вытирая лицо.

– Докуда дотянется. Сильно болит?

– Очень. Кажется, я вижу свет в конце тоннеля и… ангела.

Муки совести за сломанный нос испарились, не начавшись. Раз Андрей Романович способен флиртовать – значит, все не так плохо. Оказав первую помощь, я с чистой совестью перепоручила директора заботам Рэмбо и отправилась переодеваться. Все, на сегодня с меня хватит приключений!

Глава 3
Сладкие сны

– Не прибедняйтесь, Андрей Романович! Ваша травма не настолько серьезна! – возмущалась я, глядя на начальника. – Вы и сами можете добраться до дома.

– И как вы, Альфия Федоровна, себе это представляете? Неужели и вправду думаете, что я способен вести машину одной рукой?

– А что вам мешает вести двумя? Подумаешь, кровь из носа немного идет. Химчистка салона потом все исправит.

– Ваши доводы напрасны. Раз я сказал, что вы отвезете меня домой, значит, так и будет!

Я подавилась очередным потоком возражений и во все глаза уставилась на шефа. Вот те раз! Он еще и командовать вздумал. Ничего себе номер.

Пока я открывала и закрывала рот, подобно рыбе, Андрей успел за руку дотащить меня до своей машины и всучить ключи. Открыв дверцу, он проворно втолкнул меня внутрь, а потом сел с пассажирской стороны.

В салоне витал запах дорогой кожи, смешанный с еле уловимыми ароматами кофе и хвои. Осторожно коснувшись руля, на котором красовался фирменный знак, я легко провела пальцами по оплетке, словно знакомясь. Теперь можно было вставлять ключ и заводить мотор. Выехав с парковки, мы влились в медленно плывущий по вечернему городу поток машин, а вокруг не на шутку разыгрывалась стихия.

– Куда ехать?

– Пока что прямо, – бросил на меня взгляд попутчик.

Его длинные пальцы медленно скользили по дисплею, листая подборки песен. Тихая музыка заполнила салон, как нельзя лучше отражая состояние души и настраивая на философский лад.

– Зачем ты устроилась на работу? – неожиданно спросил Андрей Романович. – Насколько я знаю, ты дама обеспеченная.

– Мне нравится быть полезной, к тому же машины – моя слабость, особенно езда на них.

– Гоняла раньше?

– Нет, но всегда мечтала об этом. Именно на пределе возможностей спидометра начинается настоящая жизнь.

– У всех свои предпочтения. Кстати, на этом повороте нам нужно направо.

– А раньше сказать не могли? – недовольно пробурчала я.

Под аккомпанемент возмущенных гудков и шуршание дворников по лобовому стеклу я перестроилась на крайнюю правую полосу и завернула на полупустую дорогу. Дождь тем временем весело тарабанил по крыше, подпевая давно забытым звездам поп-эстрады и омывая запыленный город.

– Вот мы и приехали, – на въезде в подземный гараж новенькой многоэтажки гнусаво произнес шеф.

Интересно, он сам покупал себе квартиру или предоставил это хлопотное дело профессионалам? Искоса взглянув на мужчину, я пришла к выводу, что все, вплоть до крючков для ключей, подбирали опытные люди. Ну не станет такой солидный мужчина заморачиваться глупостями по обустройству новых территорий… а жаль. Судя по машине и предпочтениям в одежде, у Андрея прекрасный вкус.

Сонный охранник провел опознание и пропустил нас в гараж. Припарковавшись на указанном месте, я выжидательно уставилась на шефа.

– Ну и что сидим, глазки строим? – выбираясь наружу, спокойно спросил он.

– Жду, когда вы уже пойдете домой, – раздраженно отозвалась я и последовала его примеру.

– А проводить? Тем более после тренировок не стоит отсиживать свою симпатичную…

– Андрей Романович!

– Что? – удивленно отозвался мужчина. – Мы с тобой родственники, так что я вполне могу пригласить тебя в гости.

– Помимо родственных связей нас связывает еще и трудовой договор.

– Он действует только в стенах автосалона, – отрезал шеф. – Так что милости прошу ко мне в гости.

Я отчетливо поняла, что моя мечта о горячей ванне накрылась медным тазом, и, устало вздохнув, пошла следом за начальством.

В просторном зеркальном лифте мы поднялись на тринадцатый этаж. Общая площадка была больше похожа на часть квартиры, но я ошиблась. Открыв одну из боковых дверей, шеф пропустил меня в прихожую, попутно забрал сумку и водрузил ее на небольшой деревянный столик. Быстро скинув обувь, он прошел вперед, включая освещение в остальных комнатах. Хм, а у него тут довольно-таки мило! Одни расписные ткани (кажется, их называют «батик») чего стоят! Сразу видно, что ручная работа.

Я скромно пристроила туфли в уголке прихожей и потопала следом за хозяином жилплощади. Комнаты, выдержанные в одних тонах, преимущественно темно-бежевых и коричневых, гармонично сочетали в себе предметы старины и современные веяния моды. Особенно меня впечатлила стеклянная перегородка, делящая гостиную на две зоны. Тонкое стекло подсвечивало множество маленьких лампочек, излучающих мягкий синий свет и превращающих воду, струящуюся по перегородке, в лазурную завесу. Радужные блики метались по потолку, то и дело выхватывая из полумрака кусочки черно-белой росписи. Кажется, умелая рука художника перенесла на потолок чью-то фотографию.

Из-за своего неуемного любопытства я чуть не врезалась в спину шефа, застывшего каменным изваянием на пороге кухни.

– Опять эти бездельники не поменяли лампочки. – В голосе засквозило неприкрытое раздражение. – И за что, спрашивается, я им деньги плачу?

– Да ладно, у меня фонарик на телефоне есть! – влезла я с умным предложением.

– В таком случае уступаю тебе дорогу, светлячок, – ухмыльнулся начальник, отступая в сторону.

Достав из сумки свое «яблочко», я боком протиснулась мимо Андрея Романовича, случайно задев его грудью. Тихий хриплый вдох послужил мне наградой.

Осветив фонариком пространство, я уверенно прошла к кухонной зоне, которая отделялась от столовой чем-то вроде барной стойки. Современное разделение пространства на зоны не удивило. Я щелкнула выключателем над плитой. Мягкий желтый свет не сильно помог с освещением, но и то хлеб.

– Шеф, где у вас можно найти чайные принадлежности?

– Во-первых, они прямо перед твоим курносым носом, а во-вторых, не называй меня шефом. Это сильно раздражает.

– А как мне тогда вас величать? Хозяин или повелитель?

– Очень заманчиво звучит… – со смешком отозвался он, не покидая своего поста у двери.

Судя по интонации, мысли начальства ускакали совсем не в том направлении. Эх, почему он мой босс? Был бы обычным мужиком, я б давно предложила перейти в иную плоскость отношений. А тут еще гормоны так не вовремя проснулись. Полгода нормально себя без мужика чувствовала, а тут…

Надо выпить успокоительного чаю! Срочно!

Пошарив по полкам, я быстро разобралась, где что стоит. Набрала воды в чайник и поставила кипятиться, нашла заварник и все, что к нему полагается. Горящий взгляд, прожигающий спину, не оставлял сомнений в намерениях мужчины и дальнейшем развитии вечера. Залив кипятком ароматную заварку, я повернулась к Андрею Романовичу, скрестив руки на груди.

– Так как мне к вам обращаться в неформальной обстановке?

– По имени. – Оттолкнувшись от стены, он стал медленно приближаться ко мне, отбросив полотенце со льдом в сторону.

К моему неудовольствию, его нос был абсолютно целым. Припомнив, как совсем недавно я прикидывала последствия для красивой внешности при поломке этого выдающегося органа, мне стало сложно сдерживать рвущийся из груди смех. А кто сказал, что мечты не сбываются?

– В таком случае, Андрей, пожалуйте к столу. Тебе сколько сахара?

– Четыре кубика.

– Сластена, – тихо хмыкнула я, разливая ароматную заварку с липой.

Расставив чашки на столе, я залезла на стул и с наслаждением вдохнула медовый запах. Под пристальным взглядом Андрея было слегка неуютно и одновременно жарко. Нервно облизнув губы, я попыталась нарушить тишину:

– У тебя красивая квартира. Интересно, кто дизайнер?

– Женщина, как нетрудно догадаться. Виктория работает исключительно с мужчинами, и на результат еще никто не жаловался.

– Наверное, выполняет сразу несколько функций, – сухо ответила я, с удивлением обнаружив в себе отголоски ревности.

– Не без этого, – мечтательно вздохнул шеф, чем заработал мой возмущенный взгляд. – Вкусный чай.

– Смею предположить, что его выбирала все та же Виктория. Что же, надо отдать должное ее вкусу. Сразу видно, что у нее много «талантов».

Лукавая улыбка, расцветшая на губах Андрея, заставила меня скрипнуть зубами и сильнее сжать кружку. Эх, как я не люблю это противное чувство – женскую зависть! А кое-кто явно провоцирует меня, подбивая на глупые и необдуманные поступки. Уверенность в том, что весь этот концерт на тренировке – тщательно продуманный план по соблазнению, крепла с каждой минутой.

– Как поживает Юльчонок? Я ее уже три месяца не видел.

Резкий переход на другую тему заставил меня подавиться глотком чая. Откашлявшись, я промокнула губы протянутой Андреем салфеткой, а потом ответила:

– Сейчас племяшка с бабушкой. Понятия не имею, как наши мамы еще не передрались из-за нее.

– Да уж, единственная внучка для них на вес золота. Родители уже не знают, как уговорить нас с Мишей на новых «киндеров».

– Ну, с Мишкой все понятно, а вот ты… Что же не радуешь стариков прибавлением в семействе?

Отставив кружку и поднявшись со стула, Андрей уперся руками в стол по бокам от меня и склонил свою темную голову:

– А что, есть желание помочь?

Ох, какой же у него голос. Снова облизнувшись, я вперилась взглядом в соблазнительные губы мужчины, мысленно решая, поддаться его чарам, а потом искать новую работу или же состроить из себя оскорбленную невинность и сбежать в лучших традициях американского кино. Пока я билась над этой нелегкой дилеммой, наглая рука шефа скользнула мне под юбку, обжигая обнаженную кожу на границе чулок. Второй рукой он надавил мне на поясницу, заставляя податься вперед и сползти на край стула. От этих действий колени сами собой раздвинулись, открывая мужчине простор для маневра. Сильные пальцы соскользнули на внутреннюю сторону бедра, а потом поднялись выше… От легких движений рукой ткань нижнего белья намокла.

– Даже так? – прошептал Андрей, и появившаяся улыбка заставила меня задрожать всем телом.

Не разрывая зрительного контакта, он отодвинул в сторону тонкую преграду из кружева и скользнул пальцем внутрь, вырывая из моей груди протяжный стон желания. Все это: зрительный контакт, интимные ласки без прелюдий и поцелуев и полный комплект одежды на нас обоих – придавало происходящему особую пикантность, заставляя терять голову. Присоединив к первому пальцу второй, он начал ритмично двигать ими, иногда делая круговые движения у самого входа.

От участившегося дыхания у меня закружилась голова, а губы приоткрылись в немой мольбе о поцелуе. Жадный огонек страсти, горящий в глазах Андрея, оживлял в моем воспаленном мозгу совсем уж бесстыдные картинки. Прислонившись спиной к краю стола, я всем телом выгнулась навстречу шефу, уже не сдерживая стоны удовольствия. Ох, что же он со мной делает? Или это мое воздержание во всем виновато.

– Предпочитаешь кровать или стол?

Хриплый шепот прошелся по шее, вызывая толпу мурашек. Легкие, почти невесомые поцелуи, смешивающиеся с покусываниями, заставляли всхлипывать от неудовлетворенного желания. Я была готова уже сама его изнасиловать, если он не перейдет к основному действу.

– Да-а-а…

Вот и все, что мне удалось выдавить из себя. Потянувшись к брюкам мужчины, я попыталась расстегнуть ремень, но эта железяка оказалась с какой-то секреткой и ни в какую не поддавалась моим дрожащим рукам. Тихий смешок хорошего настроения не прибавил, поэтому я перешла к расстегиванию молнии. Тут тоже получился облом: застежка не поддавалась, поскольку ткань сильно натянулась на «мужской гордости».

Застонав (на сей раз от разочарования), я переместила руку Андрея со своей попы на его брюки. Щелчок ремня и звук «собачки», скользящей по молнии, прозвучали волшебной мелодией. Со всей страстью хрупкого женского тела я дернула брюки вниз, следом за ними спуская черные боксеры.

То, что предстало моему взору, заставило замереть в нерешительности. С первого полового акта я привыкла трезво соизмерять свои возможности с габаритами партнера, но сейчас впервые почувствовала себя Дюймовочкой… Как там говорил Джордж Клуни: «Он мог бы играть в гольф без клюшки с руками за спиной…» Эта фраза замечательно подходила к ситуации.

Схватив за талию, шеф одним плавным движением усадил меня на стол, попутно задрав юбку чуть ли не до груди. Нащупав завязки на нижнем белье, он довольно улыбнулся и резко дернул за них, чуть ли не разрывая на части.

– Наконец-то… – Андрей подтянул меня ближе к себе.

До решающего события этого дня оставался какой-то жалкий миллиметр, когда молчаливую тишину квартиры взорвала громкая трель. Подскочив от неожиданности, я чуть не врезалась лбом в многострадальный нос Андрея.

– Черт, – сквозь зубы прорычал босс, упираясь руками в стол.

– Это что? – тяжело дыша, спросила я.

– Охранник с поста звонит.

– Ты кого-то ждешь?

– Нет… Но догадываюсь, кто этот кайфоломщик, преследующий меня весь день.

Пока Андрей общался по домофону, я успела привести себя в порядок и поплескать в лицо холодной водой. Тело горело от неудовлетворенного желания, но та часть сознания, которая не поддалась порывам страсти, шептала, что все к лучшему. Услышав шаги, я нерешительно обернулась к Андрею, на лице которого читалось явное неудовольствие.

– Это Миша?

– А кто же еще? У братца поразительная способность появляться где не надо и когда не надо.

Тут можно было поспорить, мне как раз показалось, что Михаил очень даже вовремя.

– Он уже поднимается? – стараясь не смотреть на Андрея и чувствуя ужасную неловкость, я прошла в прихожую.

– Да.

Короткий ответ, без каких-либо пояснений. Все ясно – к нам вернулся суровый босс автосалона. Почувствовав себя круглой дурой, я схватила сумочку, туфли и поспешила к лифту. Железные створки не спешили открываться, испытывая мое терпение. Услышав тихий звон, я отступила в сторону с таким расчетом, чтобы выходящий Михаил не увидел меня сразу. Как только кабинка опустела, я влетела внутрь и быстро нажала кнопку.

– А ты что тут делаешь? – обернувшись, Михаил удивленно изогнул брови.

– Андрей Романович тебе все расскажет! – с преувеличенной радостью отозвалась я под закрывающиеся дверцы.

Прислонившись головой к стеклянной поверхности, я закрыла глаза, чтобы не видеть своего взлохмаченного отражения с лихорадочным румянцем на щеках и раздражением в глазах. Однако на этом неприятности не закончились. Стоило выскочить на улицу, как я в мгновение ока промокла до нитки. Стихия разбушевалась не на шутку. Не зря я не хотела отвозить шефа домой – кто бы теперь меня отвез. Машины под рукой нет, деньги на телефоне закончились. Вернуться в квартиру к Андрею, чтобы вызвать такси, я могла только через труп своей гордости!

Вздохнув, я равнодушным взглядом обвела двор, единственным светлым пятном которого оказалась каморка охранника. Была не была! Удерживая в руках любимые туфли, я поплыла на свет, искренне надеясь, что там найдется добрый ангел, который поможет позвонить.

Молодой охранник, увидев мокрую и продрогшую девушку, поступил как настоящий джентльмен: накинул мне на плечи шерстяной плед, усадил на мягкий стул, налил горячий чай. Он оказался очень общительным человеком, представился Денисом и, пока я ждала такси, развлекал меня веселыми историями.

Завидев нужную машину, я поспешно распрощалась с парнем, отчего-то испытывая странную смесь раздражения и вины. В салоне такси я сквозь прикрытые веки следила за проносящимися мимо огнями, не желая думать ни о чем. Духота и медленная музыка, льющаяся из колонок в такт дождю, сморили меня окончательно. Мне захотелось вина со специями… И как по мановению волшебной палочки, в моей руке оказался бокал с дымящимся напитком. В тот самый момент, когда я собиралась сделать первый глоток, водитель такси нажал на гудок, вырывая из нутра машины звук, подозрительно похожий на мой телефонный будильник. С каждой минутой он становился все громче и громче, пока я не проснулась.

Вот так всегда! Я лежала в теплой кровати и бессмысленно смотрела в потолок, постепенно возвращаясь из страны грез. «Яблочко» давно замолкло, с чувством выполненного долга дожидаясь повтора. Так это был просто сон? Я протяжно выдохнула, не зная, радоваться или расстраиваться. Странно все-таки, что мне привиделся шеф, живущий в моей старой квартире, да и бывший друг Денис – в образе охранника ни с того ни с сего приснился. Неспроста все это, но главное, чтобы сон не оказался вещим, ведь самым страшным в нем был портрет на потолке гостиной… Он в точности повторял фотографию, которая навеки запечатлела меня и моего несостоявшегося мужа.

Глава 4
Вот так всегда!

Новый рабочий день порадовал меня хмурым лицом шефа, на котором отчетливо виднелись синяки под глазами и пластырь на носу. Значит, врезала я ему прилично, в какой-то мере даже гордость брала. Правда, долго любоваться делом рук своих Андрей Романович не позволил, кивком поздоровавшись с коллективом (при этом одарив меня убийственным взглядом), он закрылся в своем кабинете. Чувство вины, до этого момента спавшее крепким сном, зашевелилось где-то на задворках сознания, подталкивая пойти и извиниться перед боссом. Задвинув внутренние противоречия поглубже, я погрузилась в работу. Многочисленные клиенты успешно отвлекали от грустных мыслей, но фрагменты сладкого сна то и дело всплывали перед глазами, заставляя переводить взгляд на закрытую дверь кабинета. Нужно было срочно что-то с этим делать!

В обеденный перерыв я буквально вытолкала подругу из автосалона. Нарушая традицию, я потащила ее в незнакомое кафе; меня прямо разрывало от желания рассказать Алиске про случай на тренировке и про сон. Не обращая внимания на задумчиво-мечтательное выражение ее лица, я прыгнула с места в карьер:

– Лиска, я почти переспала с Андреем Романовичем!

Подруга, в это время делавшая глоток сока, чуть не выплюнула содержимое на стол. Справившись с ситуацией, она посмотрела на меня с некоторым укором:

– Что, преследовала босса, пока он тебе не отдался?

– Ты правда обо мне такого плохого мнения? – было немного обидно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Сноски

1

ЖЖЛ – Железная Женская Логика.

Вернуться

2

Masi «Recioto della Valpolicella DOC Classico» – красное сладкое десертное вино.

Вернуться

3

Свояк – муж сестры.

Вернуться