-t
Лес

Наверное, я свернул не туда.

Гуляя по городу и слушая музыку, часто забываю, куда шел. Впрочем, мне не впервые убеждать себя в том, что это нормально. Ведь люди идут по своим делам? Так ведь? И может случиться так, что, замечтавшись, мы не можем отличить настроение, наши эмоции, от реальности, в которую память не может встроиться, так что приходится воображать. И память холодна, холод, расползающийся в венах и артериях, можно победить только силой воображения.

Тропинка, на которую я вышел, становилась уже. Моя и без того неуклюжая походка мешала мне идти по прямой, из-за чего я постоянно заходил на траву, на обочину. Трава была немного желтоватой, что удивило меня, потому что, если мне не изменяла память, был август, третье число. Ладно, подумал я. Разное бывает в природе: то растения вянут раньше времени, то птицы падают – я видел нескольких таких, пока плутал по городу. Тропа сужалась, и стремилась немного вправо, деревья, укутавшие меня от полуденного зноя, сокращались: закручивались вниз, тянулись своими ветвями к черноватой земле. Но… есть ли в моем городе чернозем? И почему деревья, со своими мощными ветвями, какие всегда были в этом лесу, стали утончаться и наклоняться?

Мне не впервые убеждать себя в том, что это в порядке вещей. Но, тем не менее, я же достаточно разумен, чтоб понять, что в этот момент не все в порядке. Лес на окраине города не выглядит знакомым. Я и не понял, как пришел сюда. Музыка, играющая в наушниках, уже не доставляет удовольствия, поэтому я решаю их снять.

Тишина.

Будто время остановило свой ход, чтобы я смог прислушаться к природе, отлучиться от городской суеты, прилечь у ручья и вздремнуть. Но: что это еще за сентиментальные порывы? Земля становится еще чернее, деревья наклонены так, словно их потрепал ураган. Куда я пришел? Теперь я остановился – посреди большой то ли равнины, то ли поляны, где воняло могильным пепельным ароматом, заполняющим мой нос. Деревья свернулись в крючки, арки и непонятные моему глазу фигуры. Выкорчеванные пни были перевернуты: острые корни напоминали вилки, которые ждали того, чтобы насадить на них пару или тройку человеческих тушек. Вдалеке виднелись какие-то столбы. И откуда им взяться в лесу? К слову, это место более не походило на лес – мертвенно-бледная внешность природы восстала во всей "красе", отдавая честь прощанию с человеческим восприятием.

Мне хочется повернуть назад, но я не знаю, откуда пришел, направление не имело значения в этом месте, а ориентиров (если можно было о них вообще говорить) не существовало. Какая тропинка завела меня сюда? Помниться она вела вправо. Тогда я бы вернулся назад, к месту, откуда пришел. Разумно. По крайней мере, так бы рассуждал каждый. Но тропа, что клонилась в одну сторону, как и деревья, была спиралью. Да, точно! Это ведь спираль. Но может ли узенькая тропинка, закручиваясь, привести в другое место? Единственное, что я понял, пока спокойно стоял на месте: это место не объяснить.

Мне нужно выбираться. Мне нужно бежать. Вдалеке я увидел столбы. Может это что-то вроде человеческих построек, жилищ? Тогда необходимо идти туда. Звать на помощь, попросить показать дорогу, а еще – просто передохнуть, ведь я уже часов пять гулял, нигде не присев.

Я, окрыленный ожидающим меня разговором с людьми, пусть даже незнакомыми, пустился бежать туда, куда пал мой взгляд. И хорошо, что регулярные физические упражнения действительно помогают, потому что, хоть я и побежал, сразу же увидел, что цель не так близка, как кажется.

Столбы. Мне действительно так показалось издалека. Вертикальные конструкции напоминали обломки деревянных домов, с висящими на них тряпками или чем-то еще, что я не смог бы разглядеть с такого большого расстояния.

Столбы. Нет, не так.

Виселицы.

Виселица – специальная деревянная конструкция для казни людей путем повешения. Петля, обмотанная вокруг шеи, которая перекрывает доступ к кислороду, а, если повезет, то сразу ломающая позвонки; да, этими петлями был усеян "лес", если его можно так назвать.

Вначале мне не хотелось верить в то, что я увидел. Конечно, ведь страх заставляет померкнуть картинку перед глазами, заставляет сразу же забыть то, что видишь, хотя разум и пытается сказать: да, это правда. Свернув с тропинки, я попал в какой-то невероятно тягучий и мрачный лес, состоящий из виселиц. Трупы были повешены буквально на каждой из них. Что мне делать? Бежать? Нет, это не выход, потому что я вряд ли найду обратную дорогу. А лесная тропинка, несмотря на то, что она закручивалась вправо, вела в том же направлении, но уже с обратной стороны.

Не описать всего того ужаса, который я испытал, когда на всех порах подбежал сюда. Я-то думал, что встречу людей, которые помогут мне выбраться из этой глухой чащи. И это правда. Я встретил их, но уже будучи в подвешенном состоянии.

Мои ноги пошли сами собой, топтая землю, на которой уже не было травы – только черная земля, пропитавшаяся кровью; а взгляд не отрывался от вида разлагающихся тел. Воняло, но мне даже не хотелось прикрыть нос. Повешенные тела источали нечто такое, как сказать, зловещее, что отпугивало меня, хоть я и продолжал идти.

Посмотришь на лица замученных – пробирает дрожь. Эти лица не смог бы показать даже ни профессиональный актер, ни тем более обычный человек. Это не сцена в кино, это все я вижу перед собой, и, кроме того… а реальны ли эти трупы? Такой вопрос не приходил мне в голову ранее. А ведь должен был!

Я решил проверить. Может быть, это просто какой-то розыгрыш, банальная провокация, чтобы напугать незнакомого человека. Ладно, я действительно напуган. Напуган! Выходите, шутники. Впрочем, это мог быть какой-нибудь арт-объект. Тогда я назвал бы художника этого "произведения" настоящим извращенцем. Как ни посмотри, а проверить, настоящие ли передо мной трупы, необходимо.

Я подошел к одной из виселиц – ох, как же воняет – и потянулся руками к телу повешенного. Предприняв немного усилий, я дотянулся до ног. Если это кукла, манекен, то он должен разлететься, потому что я дерну со всей силы, и этот манекен рассыпется на детали, как и мой страх.

Ух!

Мой рывок был достаточно сильным, чтобы оторвать пластиковые детали головы и туловища. Но… этого не произошло. Только на шее этого человека появились кровавые пятна, бледная полоса от веревки сочилась густой темной кровью. Что? Неужели это все по-настоящему? Это живые, нет, мертвые люди!?

Я чуть отступил назад, запнулся на ровном месте и упал. Встав, я заметил, что землю на моих штанах и руках не так просто стряхнуть, ведь она оказалась липкой. Вымокшая в крови тысяч невинных, она пахла тяжелым ароматом человеческих страданий и пыток.

Что ж, я убедился, что трупы были настоящими. Тысячи… Невозможно было разглядеть, насколько далеко простирается лес из виселиц. И откуда я пришел? Куда ни посмотри – пейзаж одинаков в любом направлении.

Я решил пойти вперед, куда плелся до того, как попробовал дернуть труп, который представился мне манекеном наперво. Будто неведомый голос, или нет, уверенность в правильном направлении движения вела вперед. И заставляла смотреть. Может я умер? Я в аду?

Я – обычный студент, не выделяюсь среди других. Моя жизнь проходит также, как и у остальных: я учусь, гуляю, слушаю музыку, регулярно занимаюсь физическими упражнениями, особенно пробежками по утрам. Что еще нужно для жизни? Если я умер, то не заслуживаю ада. Или, чтобы его избежать, нужно выделиться, показать себя? Помню, что у меня нет особых достижений, но разве это приговор?

Каждый живет так, как хочет.

И я не верю в загробную жизнь, так что это место – плод деятельности какого-нибудь больного, маньяка, или как их там еще называют. Мне нужно выбраться отсюда, а я просто хожу здесь, как в галерее! Где же разум, когда он так нужен? Если подумать, то я не знаю в каком направлении пойти, чтобы выйти на тропу, где я вошел в лес. Также невозможно определить стороны света, трава здесь не растет – вероятность найти мох стремиться к нулю. Две этих проблемы дополняются невозможностью определить горизонт, ведь, несмотря на относительно свободное расположение виселиц друг от друга, они загораживают обзор, мешая смотреть вдаль.

Думай… О!

Имея на руках три проблемы, я почти сдался. Но мой отец говорил: никогда не сдавайся. Как же этот банальный совет помог мне сейчас!

Я понял, как выйти отсюда. Утром, собираясь на прогулку, я по привычке посмотрел прогноз погоды, чтобы понять подходит ли погода для прогулки. В голове возникло число, нет, буквы: С-В. Направление ветра. Это можно использовать. Я сразу вспомнил о зажигалке в кармане моей кофты. Я не курю, ее мне отдал случайно – уже не помню как, память такая штука – мой друг. С тех пор она так и валяется в кармане. Если я подожгу одну из виселиц, то по испущенному дыму пойму направление сторон света, а так будет проще выбраться! Я примерно помнил топографию города и этого леса на окраине. Он находился на севере. Следовательно, если дым пойдет в направлении юго-запада, то мне необходимо идти, держась чуть левее.

Я достал зажигалку из кармана и нажал кнопку поджога. Горит.

Подошел поближе к одной из виселиц. Нагнувшись и встав на одно колено, я попытался поджечь деревянное основание конструкции. Но не вышло. Что ж, попытка не пытка. Не имея хвороста или другого материала для розжига под рукой, придется разжечь огонь, надеясь только на удачу.

Несколько попыток спустя у меня все-таки получилось разжечь маленький огонек, после чего я принялся дуть на него со всей силы, что могут выдать мои легкие. Пламя потихоньку разгоралось, как и мое внутреннее счастье от того, что выход представляется возможным. Пошел дымок, и, выждав момент, когда он поднимется на достаточное расстояние в высоту, чтобы можно было определить отклонение от вертикали, я увидел, что дым отклонился в сторону. Как же я был рад! Вспомнив направление ветра, я повернулся прямо туда, куда идет дым, и чуть левее. Уверенной походкой зашагал вперед, даже не думая об оставленном в лесу огне. Более того, пусть это проклятое место горит. От шока у меня свело, наверное, мозг, раз я так спокойно отнесся к происходящему: к настоящим мертвецам, к виселицам, к поджогу. Возможно, какая-то часть меня все еще верила, что это только сон, не более. Слишком причудливым выглядел образ перед моими глазами. Но сейчас не стоит думать об этом – нужно думать о выходе из этого кошмарного места.

Поначалу я так обрадовался, что захотел засунуть наушники в уши и идти, весело что-нибудь напевая. Однако, они оказались разряжены. Да и телефон почти сел – было пятнадцать процентов заряда. Когда я выходил из дома, заряд был на уровне семидесяти процентов. Неужели я так долго здесь нахожусь? И правда: я потерял счет времени, но определить примерно, какое сейчас время суток, невозможно. Небо светло, хоть и затянуто облаками. Солнца не видно. Само это место выглядит, как будто специально подсвечено, как экспонат в музее.

По моим ощущениям, я брожу здесь уже около двух или двух с половиной часов. Надолго же растянулась прогулка!

Я уже отошел на достаточное расстояние от места поджога, чтобы забыть путь назад. А лес все не кончался. Мой и без того встревоженный разум охватила настоящая паника – невозможно найти выход! Где конец этого проклятого леса? Каждый шаг давался тяжелее предыдущего, мои ноги устали; хоть я и считаю себя достаточно спортивным, но почему-то именно здесь, на этой выжженной земле, покрытой густым слоем крови и пахнущей зловонным запахом трупов, меня начала одолевать усталость. Силы кончались быстрее, чем если бы я ходил так же стремительно, но по обычной городской улице.

Вид мертвых тел уже не так сильно привлекал мое внимание. Но посмотреть хотелось. Смутное ощущение не покидало меня – а что, если среди повешенных я узнаю кого-нибудь? Встретив больше пяти сотен (не считал) мертвых тел, я никого не узнал. А если бы и узнал, то отказался бы верить в увиденное, побежал бы оттуда стремительно, как пуля, не оглядываясь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.