Анна Былинова
Метка Вселенной или улыбка решает все

Глава 1

Если вы думаете, что чудес не существует, то думайте на здоровье, автор доказывать ничего не собирался, а просто хотел рассказать историю.

Однажды Вселенной наскучило смотреть на блогеров, актеров и певиц, и она решила обратить внимание на простую воспитательницу из детского сада «Калинка» Катю Горемыкину.

Вселенная пошарила своим огромным, необъятным глазам по закоулкам земли, сфокусировала взгляд на маленьком уездном городке и на обшарпанной бледно–коричневой пятиэтажке в старом районе. Потом она еще больше сфокусировала свой взгляд, проникла сквозь стены, скользнула по угрюмому подъезду, по старой выщербленной лестнице и заглянула в квартиру номер «13», в которой сейчас сладким сном спала Катя. Не удивительно, ведь часы показывали 5:59.

«Ага, вот ты где у меня спряталась!», – довольно сказала Вселенная и несколько секунд любовалась спящей. Густые ресницы Кати слегка подрагивали, наверное она видела интересные сны. Тёмные волосы молодой женщины были раскиданы на подушке, аккуратный носик дышал ровно и размеренно. Пухлые губы были слегка приоткрыты, и изо рта тянулась маленькая струйка слюны и впитывалась в подушку.

«Ути–пути, какая милота!», – умилилась гостья.

Налюбовавшись своей подопечной, Вселенная притронулась к Катиному плечу, оставляя на нем свою метку.

Метку она оставляла на тех людях, коих собиралась испытать на прочность. Люди думали, что это чёрная метка, метка проклятия, – называли как угодно, но никто не догадывался, что это была метка самой Судьбы. Никто не думал, что таким образом Вселенная не смеётся, а даёт человеку великий шанс пройти испытания и получить свой главный подарок, который хоть раз в жизни получает каждый человек на огромной земле, правда, не каждый это замечает.

Так вот, Вселенная поставила на плече Кати метку в виде красненького прыща и тихо покинула пределы человеческого жилья, чтобы продолжить наблюдение как будет меняться жизнь женщины уже с высоты необъятной галактики.

Будильник проснулся по своему обыкновению раньше всех и принялся заливисто хохотать. Все дело в том, что Катя прошлым днём была в благодушном настроении и подбирала мелодию для будильника и ей попался весёлый мужской хохот, женщина поставила его себе на уведомления и благополучно об этом забыла.

Катя вздрогнула, ее барабанные перепонки скукожились в ухе. Первая мысль, пронзившая мозг была такой: «Кто–то проник в квартиру! Грабитель! Маньяк!

Продрав глаза, она оглядела комнату и поняла, что жуткий смех раздаётся из телефона. Она схватила аппарат и судорожно принялась тыкать пальцем в экран.

«Фу–х, какой ужас!», – подумала Катя, вставая. Так, утро её началось с ужаса. Вообще Катя при любой мало-мальски нестандартной ситуации любила говорить: «Какой ужас!».

Женщина пошла в ванную и попутно заглянула в спальню четырнадцатилетней дочери Муси. Вообще Катину дочь зовут – Маруся, а сокращенно – Муся.

– Мусь, – тихо сказала она, – просыпайся. Пора вставать!

Девочка сонно заворчала и натянула одеяло на голову. Подростки они такие, бунтовать начинают даже когда ещё с постели не встали.

– Вста–вай, – строже сказала Катя, – в школу опоздаешь.

Так начинался каждый их день за исключением выходных. Будильник звонил в шесть утра. Катя собиралась на работу, а Муся – в школу. Жили они вдвоём в съёмной квартире. Отца своего Муся никогда не видела, а Катя предпочитала не вспоминать о нем – о своей первой любви – Толике, который бросил её сразу же, как узнал, что Катя беременна.

Муся росла чудесным ребёнком. За эти годы Катя несколько раз ходила на свидания с разными мужчинами, но те, как только узнавали, что у Кати есть дочь, мигом пропадали, и вскоре она оставила попытки найти спутника жизни.

Значит не суждено испытать женское счастье, – с грустью думала Катя. Всю свою любовь с тех пор она отдавала подрастающей дочери и чужим ребятишкам. Она уже как восемь лет работала воспитателем в детском саде «Калинка». Работа ей нравилась, детей она любила. Но последнее время женщина чувствовала в себе грусть, она вдруг поняла, что годы идут, ничего не меняется и уже вряд ли что-то изменится.

Вот и в это утро Катино сердце снова было охвачено грустью. Она отправилась на работу, но на остановке вспомнила, что по рассеянности, одолевавшей её последние дни, забыла ключи от ворот детсада, и ей пришлось вернуться домой.

Забрав ключи, которые лежали почему–то в ванной, она бросилась назад на остановку – вот–вот должен был подойти автобус. Все дело в том, что Катя жила в отдалённом районе, и автобус приезжал один раз в полчаса. Она всегда садилась на рейс в 6:30, однако сегодня она опаздывала из–за забытых ключей.

Часы на руке женщины беспощадно показали 6:29, когда она выходила из подъезда; Катя выругалась и ускорила шаг, но тут же поскользнулась на скользком тротуаре и упала на пятую точку, больно ударившись копчиком. Слезы брызнули из глаз. Осознавая, что по щекам у неё течёт тушь, Катя встала и, слегка прихрамывая, торопливо посеменила на остановку. Однако, все равно не успела. Автобус мигнул ей на прощание габаритными огнями и скрылся за поворотом.

– Ешкин кот! – досадно крикнула вслед автобусу Катя.

Рейса на семь часов ждать нельзя, поскольку к семи часам родители станут приводить своих детей, а к этому времени детский сад должен быть открыт, а это значит, что Кате нужно было срочно вызывать такси.

Когда она, наконец, приехала на работу, выложив таксисту нехилую сумму, ведь зима, район дальний, было уже 6:55.

У детсадовских ворот стояла темно–синяя старенькая «тойота», возле нее ее хозяйка – Оксана Степановна – мать ревуна Митеньки Смирнова. Оксана Степановна, завидев выходящую из такси Катю, демонстративно взглянула на часы и фыркнула. Упрекнуть Катю в том, что та опоздала на работу, она не могла, потому что Катя не опоздала, но вид соответствующий все равно сделала.

– Кателина Васи–ина! – закричал ревун Митенька и бросился к ней. Дети, они такие, чувства проявляют радостно.

– Здравствуй, Митенька. Доброе утро, Оксана Степановна! – поздоровалась Катя, отмечая про себя как всегда недовольное лицо Оксаны Степановны.

– Здрасти, пятнадцать минут стоим, зима же на дворе…– процедила мамаша, все – таки не сдержавшись.

Катя остановилась, демонстративно посмотрела на сугробы и деланно удивилась:

– И вправду, зима! Чего же вы так рано?

Она открыла ворота и первой ступила в тихий и тёмный двор детского сада.

– Мы с Митенькой встаём в пять утра – важно сказала Оксана Степановна и съязвила в спину Кати: – Мы режим соблюдаем в отличии от некоторых.

И в подтверждении слов матери, Митенька вдруг заревел во весь голос.

Катя взглянула на мальчика, льющего град слез, и вздохнула.

– И видно.

Что она могла сказать мамочке Мити? Что ребёнку нужно высыпаться в его возрасте, а не вставать в пять утра? Уже было говорено другими воспитательницами, на что Оксана Степановна рявкнула: – «Это не ваше дело! Занимайтесь своей работой и не лезьте, куда не следует!». Сама Оксана Степановна всегда была бледна, хмура, видно было, что она и сама не высыпается. Странная, странная женщина.

Глава 2

Утро в детском саду, слава богу, продолжилось без происшествий, правда , когда часы пробили девять, Катю вызвала к себе медсестра Ксения Николаевна – маленькая, полная и чрезвычайно приятная девушка.

– Катерина Васильевна, ну что ж вы так, – закачала головой Ксения, как только воспитательница вошла в кабинет. – Медосмотр – то у вас просрочился. Вы представьте, что наши уважаемые мамочки скажут, когда узнают? Вдруг кто справку запросит, то – все. Привет, санэпидемстанция, роспотребнадзор, пожарная служба.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.