Анна Струкова
Ленка Зеленова. Будни экологиста

Форум

Если вы впервые окажетесь на каком-нибудь форуме федерального масштаба, люди на нём разделятся для вас на 2 типа:

Первый – бог знает кто. Какие-то неизвестные, разноранговые, разночинные представители отрасли. С кем-то за следующие пару дней вы завертитесь в вихре тимбилдингов, мастер-майндов, познакомитесь, обменяетесь соц.сетями и будете дружественно ставить друг другу лайки, с кем-то – больше никогда не увидитесь, с кем-то с удивлением обнаружите через пару лет, что встречались здесь.

Второй – «этот, как его, забыл». Это люди, которых вы где-то уже видели, может быть, даже по телевизору или в социальном ролике, или на афише… Фамилия вертится на языке, а вспомнить никак не получается.

«Ты что! Это ж Такая-то! Руководительница общественного движения «Такие-то за такое-то». – подсказывает более опытная коллега Марианна. Это она меня сюда и вытащила, на экологический форум. Она у нас тоже руководительница. Вдохновляющая вообще женщина. Приехала в наш городок по рабочим делам, огляделась и решила создать волонтерское объединение. Стали раз в месяц устраивать акции по сбору вторсырья. Через некоторое время к ним примкнула я – надоело выкидывать мусор каждые два дня. Приехала на акцию, естественно, щемясь и чураясь. Марианна тогда сдержанно, но железно отчитала меня – я, как любой новичок, не разобралась в видах пластика и понамешала всякого в кучу. Но потом я как-то втянулась. Стала увереннее сортировать, помогать другим участникам, пока волонтеры были в запаре, сама стала волонтером – классическая схема включения в ОЭД – организованную экологическую деятельность.

«Подойди к Такой-то, познакомься! – шепчет Марианна, – Обменяйся контактами, пригодится. Она вообще не строгая, очень лояльная дама.

Киваю, иду знакомиться, но не успеваю: Такую-то деликатно тронув за локоть уводит за собой какой-то усатый товарищ. Усатого тоже помню откуда-то. Откуда – не помню. Но знаю, что я его знаю. Семен? Роман? Валентин? Ну, да ладно…

Я ведь и сама – Такая-то. Кто-то для кого-то. На стойке регистрации девушка спросила меня, какую я организацию представляю. А я не знаю. Никакую. Я сама по себе.

– Никакую, – говорю. Я сама по себе.

– Ага, физическое лицо. А фамилия ваша как?

– Зеленова. Елена Зеленова.

В ответ девушка кивнула, с минуту порыскала в груде неразобранных бейджиков на тонкой зеленой шнуровке, нашла мой и протянула. С ним и хожу. «Елена Зеленова», представляю себя.

Что я расскажу о себе? Кто я? В сфере экологии я не работаю. НКО, волонтерского объединения у меня нет, премий великих никаких не брала – у меня даже нет аудитории, чтобы попросить за меня голосовать. Ну, вращаюсь в каких-то экологических кругах, помогаю проводить дармарки, сортирую вторсырье и помогаю другим с этим разобраться, хожу на уборки, иногда выступаю в библиотеках перед детьми, рассказываю им про то, что бумажные стаканы – не бумажные…

– Девушка, вы не знаете, во сколько начало?

– Что? – выхожу из состояния задумчивости. Рядом стоит молодой человек в деловом костюме. Усатый. Блин, да как же его зовут –то? Роман? Семен? Валентин?

– Начало церемонии награждения. Коллега вот спрашивает, боится опоздать.

– А! – соображаю. – В 19:30 церемония. Я сама первый раз, регламент не знаю, но написано, что в 19:30.

– Спасибо! – протягивает руку. – Константин! Я тут тоже впервые. А вы? – глядит на бейджик, – Елена. Чем занимаетесь?

– Ох, – улыбаюсь. – чем я только не занимаюсь. Природу берегу.

– Понимаю! – улыбается в ответ Константин. – Я тоже. А фамилия, простите, ваша настоящая? Не псевдоним?

– Не-е-е, – протягиваю. – Моя фамилия, родная. Со мной с самого начала.

Начало

С моей фамилией только природу защищать. Мне так в школе сказали на одном из школьных субботников, когда я ещё была не Еленой, а просто Ленкой, но уже Зеленовой.

Не знаю почему, но я всегда на субботники ходила. Не притворялась больной, хромой, не сваливала втихую, пока никто не видит. Просто оставалась и сгребала листву в мешки. Запах этой старой, уставшей от жизни, но еще теплой листвы успокаивал меня. Я копошилась в ней, загребала руками и не было для меня в этом ничего стыдного или противного. Наоборот, что-то даже медитативное. Пока можно было жечь – мы ее жгли на пришкольном участке. Собирали огромной кучей и поджигали. Ну, не сами, конечно, – подключался физрук. А школа у нас находится в низине, как и вся наша слобода (городское разделение нашего провинциального городка до сих пор в простонародье их предполагает). Так вот, едешь по дамбе, глядишь вниз, а по обеим сторонам с огородов частных хозяйств стелется с перспективой в небо, а все ж больше по земле дым от костров. Однажды кто-то также видел и дым нашего костра, разведенного на пришкольном участке, когда еще было можно. Ну, а потом стало нельзя – и листву мы стали грузить в мешки, а мешки в машину. Я тогда наивно полагала, что это для удобства, что её потом обязательно где-то высыпают, на особом полигоне или пустыре для органических отходов. На самом деле нет. И вся эта дурацкая практика сгребать листву в мешки, чтобы отправить валяться триста лет на мусорном полигоне стала меня сильно угнетать. Я б сказала бесить. Нет, вымораживать. И сколько б ни писали потом постов, экспертных материалов, как бы ни просвещали народ – приказ есть приказ: собрать в мешки и вывезти с территории. И до сих пор боятся паразитов, зимующих в листве. Хотя, вообще-то, лес, как биосистема, полностью оправдал свое существование, растет себе, радуется и не загибается от паразитов… Там, в общем, по этому поводу разворачиваются большие споры, грузить не сильно хочется. А может быть, я уже просто за годы этого так наслушалась, насмотрелась на дурацкую фотофиксацию бесполезных акций с подписью: «Мы провели субботник!», что устала.

Дак вот, субботники… Не листвой единой. Мусор мы, конечно, тоже собирали. Осколки пивных бутылок, сигаретные бычки – тоже очень медитативно, кстати. Наверное, я просто не очень брезгливый человек и для меня это не больше, чем тренировка мелкой моторики. Также за нами была закреплена территория вверх и вниз по улице. Мы весело топали по тротуару, болтая и подпинывая друг друга. Замечали бумажку или бутылку – подбирали и складывали в мешок. Многие сбегали, но всё равно с нескольких классов нас набиралось приличное количество, и мешки никогда не заполнялись полностью, так что мы с ними полупустыми возвращались к школе. За это нам платили 300 руб. После каждого субботника мы ходили в банк и со сберкнижки (да, такое явление дитя нулевых тоже застало) снимали денежку. Даже сейчас мне было бы приятно получить за субботник 300 руб.

В институте субботников не было. Я, как и все студенты, спокойно ела из кошачьих лотков, именуемых пластиковой посудой, жгла руки кипятком, потому что стакан разъело от температуры, выкидывала это все в здоровенный контейнер, стоящий в столовой и не сильно парилась, куда оно там потом денется. Не парило меня это и на работе: обеденный перерыв пополнял мое мусорное ведро, стоящее под столом, вспененными подложками, упаковками неопознанного рода, объедками, пластиковыми стаканчиками. Потом родился сын – и мой мир наполнился влажными салфетками, памперсами, удобными упаковками, из которых можно выдавливать фруктовое пюре прямо в рот… В общем, озарение пришло ко мне не сразу.

Озарение

Мы с Кирюхой – моим сыном – пошли в лес. Обычный такой участок в городской среде, но все-таки не парк. Там вообще интересный рельеф: идешь по улице и вдруг ныряешь в закуток – щель между двумя домами. По небольшой тропинке проходишь вглубь зарослей, пересекаешь что-то вроде болотца – на самом деле это маленький ручей, который в дождь или во время паводка разливается. Стоячая неглубокая вода образует топь и тогда, конечно, там никто не ходит. Но к лету всё пересыхает, цветет буйным цветом – осокой, лопухами. В общем, типичная провинциальная феерия. Терпеливого и безбоязненного путника эта тропинка выводит на заливной луг, который поднимается выше. Некоторые здесь держат коз, так что их можно встретить пасущимися на этих лугах. Но когда коз нет, можно развалиться на траве, поискать и найти землянику. Есть в этом что-то такое волшебное, детское. Только тебе не надо – кровь из носу – набирать бидон или ведро. Достаточно собрать горсточку, так, в охотку, в удовольствие. И листьев вдобавок – насушить, а потом в чай.

На вершине луга растут три липы – тоже ждут любителей чего-нибудь пособирать. А на суку третьей липы кто-то повесил качели. Причем, традиция эта давняя – на моей памяти сменилось 3 рода качелей. Вначале были обычные, на веревках. Они протерлись. Затем кто-то повесил новые, на ремнях. Протерлись и эти. Теперь же висят качели на цепях – эти точно не протрутся.

А тропинка от качелей и лип тянется еще выше, в сторону, и теряется в дубраве. Потом дубраву сменяет березовая роща. И роща эта длится до самого пруда, километра два. Но на пруд этот люди обычно не ходят – там, в основном, обитают орнитологи – много разных птиц прилетает пожить, высидеть птенчиков или просто попить. Я не орнитолог, так что даже близко не назову, что это за птицы. Но видовое разнообразие полное.

В эти дивные места мы с Кирюхой и отправились, когда ему было года три с половиной. Просто мне надоело торчать на детской площадке и я как-то заговорщически его спросила: «Заяц, а хочешь пойдем с тобой в настоящий поход?»

Для меня это точно был настоящий поход, я сто лет не была в этих местах и, разумеется, не представляла, что меня там ждёт. Кирюха сделал круглые глаза и сказал: «Канефна!»

Кирюха был вне себя от восторга. Он обнаружил на старой раките муравьев и с удовольствием наблюдал, как они бегают двумя параллельными цепочками и останавливаются каждый друг с другом, будто здороваются. Я представила, как они обмениваются рукопожатиями своими маленькими лапками. Двадцать тысяч рукопожатий, замахаешься здороваться. Это вам не экологический форум, где всего 150 человек. Думаю, для муравья не составило бы труда познакомиться со всеми.

В общем, пока Кирилл наблюдал за муравьями, я обнаружила, что они активно обрабатывают и превращают в свое жилище пластиковую бутылку. И хотя она напоминала почти террариум – внутри была полна земли, испещренной лазами муравьев, а из нее густо валила какая-то растительность, я решила, пока не поздно, извлечь её и забрать, потому что муравейники, по-моему, должны выглядеть иначе. Я потянула за бутылку, которая была уже наполовину вкопана в землю, и из неё посыпали муравьи. Кирилл не видел, он пытался вскарабкаться на дерево. Я была спокойна – у него не получалось.

– Простите, чуваки! – извинилась я перед муравьями. – Но мне кажется, так будет лучше. Вы шустрые ребята, быстро отстроитесь заново….

Отряхнув бутылку от остатков муравьиной цивилизации, я сунула её в рюкзак. Кирилл уже окончательно прикипел к раките – она стала его любимой, и он ещё много лет, проезжая по дамбе на троллейбусе, смотрел на неё и махал рукой (она была очень высокой). Но тогда мне пришлось разлучить его с новым другом и двинуться дальше. Чем глубже мы продвигались, тем грустнее мне становилось. Слишком много мусора, причем старого: пыльного, поистертого, местами вросшего в землю. Новый тоже был – преимущественно засунутый в дупла деревьев, развешенный, как новогодние игрушки, на ветвях… Странная забава – мне такое в голову не приходило. В рюкзаке уже не было места. Я положила туда еще пару бутылок, какие-то фантики, несколько алюминиевых банок… Дальше я шла, стараясь избегать мусора взглядом – к маниакальному желанию собрать его прямо сейчас примешивалось чувство досады: мне было не во что собирать. Только у качелей на смотровой площадке я нашла пакет, на котором красовалась надпись: «Меньше пластика – это не фантастика».

Я поняла, что до пруда мы сегодня точно не дойдем, да и Кирюха с непривычки подустал и начал хныкать. На самом деле, на лугу тропинки множатся, выйти обратно к цивилизации можно разными способами. Так что, избрав самый короткий, мы пошли обратно к остановке. Дошли мы до неё с полным пакетом мусора. Собирая, я не думала о том, куда дену пакет, рассчитывала, что, ну, на крайний случай, довезу его до дома. Но на остановке была урна и я оставила пакет возле неё. Потом эта урна сослужит мне большую службу и ещё не раз меня выручит.

Через пару дней мы пришли сюда снова. Я уже была вооружена перчатками и двумя пакетами – майками, взятыми из дома. Я прошла тем же путем. Оба пакета набрала ещё до того, как вышла на луг. Муравейник был отстроен – изъятая бутылка никак не помешала муравьям отгрохать себе царские хоромы. Кирилл пообщался с ракитой. Собранный мусор я также оставила у урны. Предыдущего пакета там уже не было.

Ночью лес не отпускал меня. Мне снилось, как я гуляю по нему, как распускаются цветы, щебечут птицы, снуют муравьи. Какой-то был очень светлый и радостный сон. С тех пор мы стали наведываться сюда часто. Я поставила себе цель: очистить этот лес от мусора. Для этого надо было устроить большой субботник.

Большой субботник

– Жень, мне нужна твоя тележка, – заявила я своей новой знакомой по детскому саду Кирилла. Оказалось, что она живет ровно напротив входа в лес.

– Тележка? В смысле, какая? Садовая? – Не понимала Женя.

– Ну, да. Я хочу устроить субботник у нас в лесу. Мне надо на чём-то вывезти мусор. Я не справлюсь вручную.

Женя думала секунду.

– Ну, надо, бери…

Свалка похожа на шляпу фокусника. Ты думаешь, там ничего нет или есть что-то незначительное. Тянешь за виднеющийся край ситцевой ленточки – а ей всё нет конца и края. Я такую тоже нашла, когда привела в порядок видимый участок леса. Чего там только не было, но, в основном, стеклянные бутылки. Место было непростое – овраг с обрывистыми, осыпающимися краями, бездонная балка, наполненная мусором или ТБО – твердыми бытовыми отходами, если говорить языком нормативно-правовых актов. Когда я впервые наткнулась на эту свалку, то стала гуглить, что вообще можно сделать в таком случае.

Леса у нас защищают. Значит, должны и следить за порядком. Зачем нам лесничества и лесники? Я позвонила лесничим:

– Я нашла большую свалку в лесу. Скажите, что мне делать?

– В каком лесу? Дайте координаты.

Называю адрес, район, описываю вход в лес…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.