Любовь Белых
Тень и Сверх

Глава 1

– Стефания, дорогая, ты там как?

Я опасливо покосилась на ненадёжную запертую дверь, шумно сглотнув.

Ну же Фрэя, думай. Ты же Тень! Неужели ты не убежишь от вроде как собственного мужа?

– Стефания, я беспокоюсь! – донеслось из-за двери.

Вторя моему бешено стучащему сердцу, дверная ручка пришла в движение и активно задёргалась.

Мрак! В Мигарде все мужики такие непробиваемые? Можно подумать, что жене уже нельзя в туалет отлучиться без позволения мужа. И совершенно неважно, что никакая я ему не жена. Вот неважно и всё. Собственно, как и то, что под юбкой моего платья то, чего там быть не должно.

– Дорогой, я в порядке. – теряя остатки самообладания, прорычала я, вцепившись двумя руками в дверную ручку. – Должно быть, съела что-то не то. Подожди меня в спальне. Я сейчас выйду.

Нет, ну ты посмотри, какой пошёл настырный мужик. А если у меня кровь идёт? А если у меня голова болит? А если я, ну, вот просто не хочу? Супружеский долг, супружеский долг…

Должник того и смотри сейчас дверь туалета вышибет!

– Ты уверена?

Я уже ни в чём не уверена. Но не говорить же об этом ему?

– Да, просто дай мне десять минут.

Свершилось. Впервые за двадцать шесть лет боги услышали мои молитвы.

"Бедная Стефания, как она вообще с этим мужчиной жила. Он же невменяемый. Хотя, наверное, понятно как. Он ей положение и достаток, а она ему… Ну, собственно, понятно, что она ему…" – подумалось мне, глядя в отражение небольшого зеркала над умывальником на смуглую брюнетку.

Интересно посол ушёл уже или нет?

Эх, был бы у меня с собой мой меч, мне бы не пришлось, как трусливой крысе, прятаться и бояться. Гончие меня раздери, зачем я вообще за этот заказ взялась? Ошибочка. Неверная постановка вопроса. Знаю зачем. Триста золотых монет и перспектива посмотреть на Мигард! Одна возможность оказаться за стеной уже добавляла плюс сто бонусных очков к заказу. Кто ж знал, что посол, он же Фрэнк Роумер, окажется таким жадным до тела своей жены? Ещё и скрытным!

Ах, если бы этот заказ ограничился взломом и проникновением, я не знала бед. Не пришлось бы устраивать весь этот маскарад и переворачивать дом четы Роумер вверх дном трое суток подряд, чередуя поиски печати и уборку. Ну, пришлось бы терпеть напыщенного посла Мигарда. Правда, при подобных раскладах, я бы не знала не только бед, но ещё и золота. За подобную работу в Зонаке, а по простому – в Зоне, даже я не выручила бы больше десяти, не то, что триста золотых.

Поздно звать лекаря, когда кишки наружу, а дух отправился к праотцам.

Не время заниматься самобичеванием и жаловаться на свершившееся. Уже всё. Печать у меня, старинный сейф взломан, осталось дело за малым – связаться с заказчиком, перебраться через стену, передать ему печать и самое приятное в моей работе – получить оплату. Тогда можно будет отпускать настоящую Стефанию Роумер. Всё просто. Самое сложное позади.

Небольшой синий футляр холодил внутреннюю поверхность бедра. Кто вообще придумал эти печати? Мучайся теперь с ними. Пожалуй, лучше переложить в лиф. Не доверяю я чулкам.

В лифе платья длинный прямоугольный предмет отчётливо выделялся лишней выпуклостью, но всяко надёжнее шёлкового безобразия, что здесь именуется чулками.

Собравшись с духом, я нажала на дверную ручку, прислушиваясь к происходящему в огромном и чужом доме. Было на удивление тихо. Я решила не медлить. Юркнула в полутемный коридор и со всех ног бросилась к входной двери, по пути сорвав с вешалки плащ Фрэнка.

Снять цепочку, провернуть замок до упора, отодвинуть засов, поднять ручку, толкнуть от себя дверь и бежать без оглядки, пока не поймали. Довольно привычная ситуация. Правда, я ни разу ещё ничего не воровала перед носом владельца. Этика, знаете ли, даже у наёмников есть. А ещё у нас есть кодекс, которому я стараюсь следовать. Скука смертная, но в нашем деле без закона никак. Как бы это смешно ни звучало.

Я бежала по ночному, освещённому городу, ненавидя его каждой клеточкой своего тела. Я поражаюсь сама себе. Как мне удалось выполнить это задание, не проколовшись и не выдав себя? Я всегда знала, что за Великой стеной царит совсем другой порядок жизни. Но я не могла себе представить, что он другой до такой степени. Гончие с ними – с электричеством, с техникой и высоченными домами. Люди здесь были до тошноты мерзкими. Чистые, в опрятной одежде, безоружные и надменные. Никто из них не заслуживал той жизни, что они имеют. Никто из них наверняка даже ни разу не бывал за стеной. В Зоне. Им не приходилось бороться за свою жизнь. Не посчастливилось познакомиться со стаей гончих. Они не видели наших домов и наверняка не имеют никакого представления, как следует держать в руках меч. У них и надобности такой нет. Их защищает Великая стена от гончих, как от угрозы. И от нас – жителей Зоны, как от отребья и дикарей. Прокажённых и заражённых.

Мы слишком разные. У них президент – у нас выживший из ума император. Мы работаем от зари до зари в шахтах и цехах – они лишь потребляют наш труд. На огромный Мигард ни одного завода, ни одной фабрики, ни одной шахты! Зачем загрязнять отстроенные и чистые города, когда на это есть Зонак? Маркус Скай – наш недоделанный, но весьма жёсткий и быстрый на расправу император, тоннами отправляет сырьё этим ленивым шакалам. Ни одно празднование не обходится без послов и душещипательных речей о спасении жизней, лже-благодарности и сплошного лицемерия. Как же, люди Зоны трудятся, не покладая рук, чтобы у Мигарда было будущее, ресурсы на борьбу с последствиями катастрофы, что почти уничтожила человечество чуть больше двух веков назад. Обеспечивают великие умы Мигарда, в надежде, что те найдут способ избавиться от радиации, что досталась Зоне, после встречи астероида и какого-то завода.

А есть ли она, эта радиация? Я родилась в Зонаке, как и сотни две других, с кем у меня небольшая разница в возрасте. Люди постарше так же родились и прожили там гораздо больше меня. Что-то я не видела ни копыт, ни хвостов, ни других видимых мутаций у жителей Зоны? Внутренние? Тоже странно. Детей зачать могут, трудятся на износ и живут до шестидесяти-восьмидесяти лет. Разве не должно быть чего-то противоположного?

Мрак бы меня побрал! Мы одинаковые! Нас отделяет стена и различает условия проживания. Но мы не заразные! Почему тогда к нашему сырью прибегают? Почему не брезгуют пшеницей с наших полей? Разве почва не должна была как-то пострадать, а радиация не должна содержаться в наших зерновых и овощах?

Раздери меня гончие! Как жить-то теперь, зная, какая здесь беззаботная и налаженная жизнь? Налаженная и беззаботная БЛАГОДАРЯ НАМ! Нашим потом и кровью эти шакалы получили все блага!

Свернув направо, я пробежала ещё несколько метров и вновь свернула в сторону стены, что чёрной громадиной возвышалась над крышами домов. Погони не было. Можно было остановиться, осмотреться по сторонам и прислушаться к звукам ночного города. Третий периметр Мигарда, что располагался под самой Великой стеной, спал и был молчалив. Но это вовсе не значит, что он продолжит таким быть, когда посол обнаружит не только пропажу своей жены, но и доверенной ему печати. Патрулей я здесь, конечно же, не видела. Что, в принципе, тоже не означало, что таковых здесь не имеется.

Остановившись у самого поворота, я прислонилась к чьему-то забору и прикрыла глаза. В памяти довольно быстро всплыли пухлые и потные руки мужа Стефании на моей талии. Тело содрогнулось и привычно заныло, считывая и перенимая полученную информацию. Десять минут и всё было кончено.

Переложив футляр с печатью в карман плаща, я надела его на себя и уже абсолютно безбоязненно направилась к пропускному пункту и пограничникам.

Кто станет останавливать посла Мигарда – Фрэнка Роумера, который подозрительно много времени проводит в Зоне, что якобы отравлена радиацией?

Лжецы и лицемеры! Ублюдки!

Тяжёлые железные ворота пришли в движение. Под вежливые улыбки пограничников Фрэнк Роумер скрылся в темноте Зоны.

Глава 2

Позади заскрипели тяжёлые ворота, наконец-то закрывшись и лишив меня малейшего освещения.

Ох ты ж мрак! Что-то мужские ноги не очень хорошо себя чувствуют в женских башмачках.

Сжав зубы, я решительно шагнула во тьму, превозмогая острую боль в пальцах и пятке. Лучше уйти подальше, а не трансформироваться под носом у пограничников. Подобного им лучше не видеть. Вообще, никому этого лучше не видеть. Я слишком долго храню эту тайну, чтобы раскрыть себя в одно мгновение за несчастные триста золотых.

Когда глаза привыкли к темноте, я отыскала укромное место и воровато оглянулась. Великая стена отбрасывала огромную тень. Можно было только догадываться, не таится ли в её темноте враг. В основном же пустырь с редкими деревьями и сохнувшими кустами пустовал. Не сказать, что у меня был выбор. Продолжать путь в облике Фрэнка Роумера было ещё опаснее, чем одинокой страницей.

– Гончие раздери эти чулки и платье! – агрессивно выдохнула я, остервенело избавившись от неудобной одежды. Только от чулок, конечно же. Платье пришлось оставить, как и узкие башмачки. Можно было бы остаться в одном плаще посла Мигарда, но мне не только не улыбалась такая перспектива, но и не хотелось светить им в дальнейшем. Потому плащ был быстро свёрнут и перехвачен поясом с платья, чтоб удобно было нести, а чулки – оставлены возле трухлявого дерева.

Возвращать своё тело всегда легче, чем считывать и трансформироваться в другого человека. Дело даже не в том, что от подобной трансформации болит каждый сустав, ноет каждая кость в теле. Я просто мелкая. Все мои подопытные и заимствованные личности были выше, крупнее, шире или просто противоположного пола, отчего телу требовалось время для полного перехода, а вот возвращаться к обратному, так сказать, на убыль, легче переносится и быстрее получается. Да и тело моё – знаком каждый шрам, каждый сантиметр кожи, каждый контур и изгиб.

Я шла быстро, уверенно переставляя ноги и прислушиваясь к завыванию ветра. Такие деньжищи за "ничего" не платят. Разумеется, теперь меня ещё больше заинтересовала личность заказчика, что предпочёл сохранить статус инкогнито. Зачем в Зоне печать Мигарда? В некоторых домах до сих пор ставят сургучные, а не чернильные. Какой в ней толк? Во всяком случае по эту сторону стены.

Или…?

Прав был дядя. Я излишне любопытна и задаю слишком много вопросов, как для наёмницы. Ему виднее. Фрай Миллер – легенда, глава Призраков, наёмник, который основал клан Призрак и возглавил его. Сколько он уже у дел? Мне двадцать шесть. Сколько я себя помню, он всегда помышлял заказами и тренировал своих наёмников, создавая элитный отряд, с которым даже законники предпочитают не связываться. Да моё детство и юность проходило в регулярно сменяющих друг друга притонах и убежищах. Я не жалуюсь, было весело.

Был ли у меня шанс вырасти законопослушной и честной девушкой? Наверное, был. Пусть призрачный и зыбкий, но был ведь. Признаться, бывали моменты, когда совесть рычала на меня хлеще голодной гончей. Но не сейчас! Не тогда, когда я побывала за стеной и увидела собственными глазами процветающий мир!

Что бы я делала? С зарёй просыпалась и шла на фабрику? Завод? В шахты? Для того чтобы обрабатывать и содержать зажравшихся, купающихся в роскоши и достатке ублюдков за стеной?! Вышла бы замуж? За какого? Кому нужна жена, всю свою жизнь прожившая с мужчинами? Да и не моё это. Я не вижу смысла в замужестве. Не понимаю причин, по которым девушки лезут в это ярмо бесплатной прислуги и зависимость от супруга. Иного расклада можно не ждать. Непослушная и неудобная жена не нужна никому. Связываться с наёмниками себе дороже. Я уже пробовала. Был один мужчина, что, как мне казалось, что-то такое всколыхнул в моей груди. Ничем хорошим это не закончилось. И недели не прошло, как он отметил жирный заказ в компании своих друзей и продажных женщин. Так поступают почти все, мне не за что его упрекнуть. Такая у наёмников жизнь – ни семьи, ни жены, ни признанных детей, ни привязанностей. Среди них точно нет кандидатов в мои мужья. Завалить меня, подсидеть мой заказ, подставить – да, это пожалуйста. Дружба, отношения и обязательства – не о них.

Когда на горизонте показались крыши домов первого поселения, на небосводе уже проклюнулись первые рассветные лучи. Я ускорила шаг, высматривая свет в окнах крайнего дома с первого ряда. Стайлз должен меня ждать. У меня в запасе ещё сутки, я успеваю, справилась раньше срока. Мрак, если его там не будет!!! Убью гадёныша!

Толкнув низкую калитку, я быстро прошмыгнула к дому, пригибаясь под окнами. Сухая, деревянная дверь, слетевшая с одной петли протяжно заскрипела от порыва ветра, почти распахнувшего её настежь.

Только думала о том, что наёмники не годятся ни в товарищи. Не годятся, как выясняется, и в напарники!

– Стайлз. – отбив три коротких стука о дверной косяк, я осторожно шагнула в тёмный коридор. – Если ты прихватил с собой мой меч, я из тебя ремней наделаю, гадёныш! – осмелев, я повысила голос, ориентируясь по слабому свету из маленьких окон.

– Фрэя?

Я едва разрыв сердца не получила! Стайлз появился из дыры в полу, которой, готова поклясться, раньше там не было. А вот погреб, кажется, там когда-то был.

– Ты зачем крышку с погреба снял? – прошипела я, осматривая пустую комнату. В соседней комнате дела обстояли ненамного лучше. Но помнится, там был старенький диван и низкий стол на трёх ножках. Что этот ненормальный делает в подвале?

– Эта бешеная псина снесла её! Затыкается, только когда спит! – Стайлз ненадолго скрылся в тёмном провале подвала, прежде чем выкинуть мне под ноги мою сумку, а за ней и меч.

– Ты про Стефанию?

Удержаться от упрёков и нравоучений, что всенепременно касались бы лексикона Стайлза и его отношения к девушкам, удалось с трудом.

– Про кого ещё? Здесь есть другие бешеные су…

– Умолкни уже! – хотела, но не смогла сдержаться я. – Она жена посла! Девушка! Тебя в подвал посади, ты ещё хуже верещал бы!

– Не родился ещё тот, кто на это способен, малая. – самовлюбленно хмыкнул наёмник, выбравшись из подвала и вопросительно на меня уставившись. – Где твои вещи?

– Какие вещи? – присев, я проверила меч и расшнуровала сумку, перебирая её содержимое.

– Ты была за стеной! – воскликнул худощавый мужчина, обойдя меня со спины. – Не позаботилась о припасах? Батарейки, аккумуляторы, планшетники…

– Может, я должна была пронести ещё и генератор, чтоб у тебя так зад не пригорал, а? У меня не было на это времени, пришлось сворачиваться раньше и исчезнуть.

– Мрак, Фрэя, – простонал Стайлз, – Опять идти на завод? Могла быть хоть что-то урвать! Призрак говорил, что там этого добра навалом.

– Призрака там не было. – задумчиво отозвалась я, отыскав свой планшетник. – Мне нужно найти сеть и связаться с заказчиком. Ты уже моё золото из сумки себе прикарманил или с тобой рассчитаться?

– Непредвиденные траты. – хмыкнул наёмник. – В расчёте. Расскажешь хоть, как там за стеной? У них правда электричество повсюду?

– Поверь мне, Стайлс, – отложив планшетник в сторону, я задумчиво посмотрела на своего напарника, подмечая хищный блеск в голубых глазах, – Если я скажу, твоя жизнь никогда не будет прежней. Повременим с этим. Я пришлю кого-то для связи. Как только получу деньги, Стефанию нужно будет доставить к стене. Там сама разберётся как-нибудь. Не раньше. Свидимся ещё.

– Я понял. Поспеши.

Желание переодеться было подавлено желанием не делать этого при Стайлзе. Я могла бы уйти в другую комнату, но не рискнула. Наёмники. У нас так всегда, на минуту потеряешь бдительность и можно лишиться не только золота, но и жизни. Я знаю, что молва о Фрэе, о Тени, что побывала за стеной, разойдётся со скоростью света. Моя цена возрастёт в троекратном размере. Да и триста золотых с неба не падают – не метеориты. Желающих испортить мне карьеру, обломать крылья и подсидеть или убрать с дороги прибавится в ещё большем размере. Не могу сказать, что их до этого было мало. И это свои! Не заказчики и законники – наёмники, чтоб их.

Спасибо хоть кодекс запрещает раскрывать личности. Стукачам и крысам у нас не место. Но если дал повод, потерял бдительность и расслабился… Кодекс никогда не займёт сторону потерпевшего.

Глава 3

Вообще, в Зонаке хорошо. Я привыкла. Даже побывав за стеной, именно их мир мне кажется диким. Да, объектов с электроэнергией на всю зону столько, что можно пересчитать по пальцам рук. Да, техника для нас роскошь. Да, у нас нет машин, если не считать грузовые, что приезжают сюда за сырьём и продовольствием с Мигарда. Да, у нас нет такого многообразия одежды и обуви. Да, Зона далека от комфортной и налаженной жизни, что царит за стеной. Я могу так перечислять до бесконечности, только сути это не изменит – дикари они, а не мы!

Как можно спокойно спать с включённым ночником, зная, что Зонак, превосходящий по территории Мигард, ночью живёт в абсолютной тьме? Как можно уплетать за обе щеки наш хлеб, из нашей же пшеницы, не думая о том, сколько пота и крови в одном хлебном мякише? Как вообще так можно?! Наши шахты, наши заводы, наши фермы, наши леса и поля, наш труд и вся наша жизнь нацелены на обеспечение шакалов за стеной!

Дикари! Самые настоящие.

Где хоть крупица благодарности? Где вообще всё? Почему мы их должны обеспечивать? Почему они не могут ответить тем же?

Тьфу на них! Гончие их раздери! Как мне теперь жить-то со всем этим?

…неужели я единственная, кто в курсе того, что происходит за Великой стеной?

Ох, не лучшее я выбрала время для злости и размышлений. Чуть не прошляпила пересменку рабочих, пока остервенело била ногой ствол широкого дерева, что служил мне укрытием и ничего плохого для меня не делал.

Невысокое серое здание в два этажа и заводскую территорию огласил писк пропускной системы. Мраков кодовый замок никак не хотел замолкать, оглашая округу монотонным и до жути противным писком. Я осторожно выглянула из-за дерева. Четверо мужчин и одна женщина топтались у ворот, бросая хмурые взгляды на орущее исчадие скверны.

Мрак! Выйти и помочь им, что ли? Ночная смена уже ушла, а эти по идее опаздывают на работу. Непохоже, чтобы кто-то беспокоился о простое.

Моих душевных метаний, как и терпения, хватило на считаные минуты.

– Отойдите уже оттуда! – прорычала я, покинув своё укрытие.

Меня послушались, расступившись и дав мне дорогу к боковой панели ворот.

– А ты кто? – запоздало насторожился самый коренастый мужчина.

Хмыкнув себе под нос, я достала из кармана штанов свой набор отмычек и неспешно принялась за работу.

– Ты немая? – не унимался здоровяк.

Поразительно. И пяти минут не прошло, а он уже расслабился в моём обществе и самодовольно усмехался. Хотя стоит признать, на меч он поглядывал с нескрываемым интересом. Стоит ли говорить, что этот интерес был вызван алчностью и жаждой лёгкой наживы?

– Что у вас на заводе творится? – проигнорировав здоровяка, я повернулась к женщине средних лет и предпочла завязать разговор с ней. – Разве не сегодня меняют код допуска?

Женщина выглядела неважно. Даже не разговаривая, я отчётливо слышала прерывистое дыхание и неприятный слуху, сухой кашель.

– Не немая, значит? – громко рассмеялся верзила, переглянувшись худощавым пареньком. – Доложить бы о ней, куда следует. Как думаешь, Брайан? Если она, конечно, не захочет вежливо попросить нас об обратном.

– Позавчера поменяли. – простуженным голосом ответила женщина, смахнув рукавом синего комбинезона пот со лба.

– С чего бы это? – вопрос был риторическим.

Вряд ли Ричард Кенни – владелец и управляющий завода по переработке вторсырья, отчитывается о своих решениях перед обычными рабочими. Я-то знаю, что раньше коды менялись еженедельно. Как-никак, а заводы и фабрики, что оснащены электроэнергией, прочими электрическими приборами и генераторами, излюбленное место наёмников, которые предпочитают и не боятся работать с богачами. Где ещё нам разжиться электричеством? Те же планшетники, увы, не на солнечных батареях. Хотя находились, конечно, умельцы и в наших краях, что из груды металла целый трактор собрать могли, не то что планшетник.

Избавившись от корпуса на электронном замке, я быстро перекусила кусачками два провода, принявшись их зачищать.

– Ты что наделала? Ты сломала! Испортила! – не на шутку разошёлся здоровяк. – Ты хоть знаешь, какой процент оклада с нас снимут за невыполнение нормы? Как мы вообще теперь на работу попадём?

– Ты кажешься большим мальчиком, – не смолчала я, – Что для тебя пятиметровый забор? Дерзай. Уверена ты успеешь вовремя.

Замкнув зачищенные провода, я получила свою пайку тока. Не смертельно, но вполне ощутимо. Жить, конечно, буду, но неприятно всё равно.

Что я опять не так сделала? Вроде всё так. Так, как учил дядя, а током таки шандарахнуло. Думаю, пришло время освежить знания и стребовать от родственничка повторение и закрепление пройденного материала.

Зато мраков замок перестал орать.

Ворота с громким щелчком распахнулись, вызвав почти синхронный выдох рабочих.

– Что стоим? На работу уже не надо? – не смогла не съязвить я, глядя в округлившиеся глаза местного задиры.

Они словно только этого и ждали. Почти все.

Молчун и худой, как я их окрестила, тут же скрылись за воротами на территории завода. Женщину я остановила сама, незаметно подбросив в нагрудный карман комбинезона несколько золотых монет. Разумеется, не открыто, а заговорив зубы о чудодейственной настойке на коре дуба, что всенепременно должна ей помочь.

– Я знаю, кто ты.

Да, именно тот, кто меня больше всех раздражал, предпочёл идти последним.

Нехотя я развернулась к нему, упустив женскую, сгорбившуюся спину из виду. Вопросительно выгнула бровь и на всякий случай перехватила рукоять меча:

– Ну?

– Ты воровка!

Как меня только не называли. Тоже мне открытие.

– Я не просто воровка. Я наёмница. Призрак. Думай в следующий раз, когда открываешь рот в присутствии незнакомого человека. Хотя ты знаешь, лучше просто думай, перед тем как открывать свой рот.

– Я живу честно!

– Я тебя разве за это осуждаю? Так почему тебя задевает то, как живу я? – говорила, а сама проклинала себя на чём стоит свет.

Я теряю время. Если сейчас те трое доложат обо мне кому следует, я не успею ничего из задуманного. Разговор с враждебной настроенным мужиком, у которого, должно быть, этот завод уже в печёнках сидит, бесполезная трата времени.

Мысленно выругавшись, полезла в сумку за планшетником. Хочется этому мужику здесь стоять, пусть стоит. Не стану же я его выгонять на работу силой? Не жена ему вроде. А вот постараться быстрее закончить свои дела и свалить отсюда, это пожалуйста.

– Я пашу на заводе пять лет. – сквозь плотно сжатые зубы пробормотал мужчина. – Каждая серебряная монета заработана мной честно. Моим потом и кровью.

Я усмехнулась, сняв с планшетника заднюю крышку:

– Не поверишь, но каждая золотая монета, заработанная мной, точно так же заработана моим потом и моей кровью. Ты на свою честную и правильную работу не опаздываешь, нет?

Подсоединив планшетник к оголённым проводам напрямую, я выжидательно уставилась в тёмный экран. Сердце пропустило удар. Наконец-то появилась шкала зарядки.

– И кто только такую мерзость, как ты, в жёны возьмёт! – сплюнув себе под ноги, злобно процедил мужчина. Этого ему показалось мало. Поэтому он, проходя мимо меня, ещё и демонстративно замахнулся. Не будь у меня в руках планшетника, я бы ему этот кулак в… В общем, продемонстрировала бы наглядно "гибкость" его позвоночника и плечевого сустава.

– Эй, мужик! – весело крикнула ему вдогонку. – Беспокойся о том, кто за тебя пойдёт. Если ты, конечно, не загнёшься раньше на заводе, чем встретишь такую идиотку. Отважную идиотку.

Не знаю, слышал он меня или нет. Длина проводов и планшетник в моих руках не позволяли как следует рассмотреть, куда он там именно направился. Он не ответил и не вернулся.

– Давай моя кровиночка, включайся.

Вся обратившись в слух, я отчаянно давила на кнопку включения. Позитивного настроя как не бывало. Даже приподнятое настроение куда-то улетучилось. Приветственная заставка на экране раздражала и вгоняла в уныние. Планшетник не хотел запускаться и прогружать систему.

– Я обещаю, что куплю тебе запасную батарею! Сколько аккумуляторов ты хочешь? Два? Куплю два! Только включись быстрее… – с рычащими нотками в голосе, выговаривала я, пытаясь договориться со своенравной техникой.

Сработало! Система запустилась, затребовав пароль для разблокировки.

– Вымогатель. – буркнула я, застучав пальцами по сенсорному экрану.

Почта. Входящие мимо. Исходящие. Мистер Зед. Написать сообщение. «Выполнено.». Отправить.

Так, всё, отсюда лучше убираться. Постараюсь по пути к центру и Иге раздобыть ещё немного пропитания этому вымогателю. Медлить не стоит.

Лёгкая вибрация застыла на кончиках пальцев, как раз в тот момент, когда я отсоединяла провода. Грубо выругавшись, я повернула планшет экраном вверх и разразилась отборной руганью.

«Призрак у законников. Ига. Первое отделение. С выкупом тянут.» – гласило столь своевременное сообщение.

Гончие меня раздери! Фрая упекли в тюрьму? Каким это интересно образом? И где я возьму золото на его выкуп? Последние монеты, что милостиво оставил в моей сумке Стайлз, я подбросила работнице завода. Я планировала по пути к Иге заскочить в несколько мест и пополнить запасы. Да, это большие крюки. Но до этого мракового сообщения я и не планировала туда торопиться. А теперь?

"Дядя, как ты мог угодить к законникам? И как, гончие меня раздери, мне к тебе быстро добраться, не имея и медянки в кармане?"

Глава 4

– Не нужно было тебе сюда приходить.

Начинается. Завёл свою шарманку.

– …ты так ничего и не поняла. Будь я тебе хоть родным отцом, ты не должна была приходить. – выговаривал дядя, пока я пыталась не вывихнуть челюсть при зевоте.

Нет, правда, меня это всё мало интересует. Я не исключаю того факта, что я тупенькая. Но я прекрасно знаю, что Призрака, кроме меня, никто отсюда не вытащит.

Стоит, брови свои густые с проседью хмурит. Морщинистые руки обхватывают прутья решётки, а серые глаза смотрят внимательно и изучающе. Я прекрасно знаю, что это за взгляд. Фрай всегда так смотрит, когда устраивает кому-то очередную проверку или закидывает крючок на крупное дело. Только я не понимаю, что я должна ответить?

Я не спала двое суток. Пришлось докатиться до грабежа. И неважно, что это были разбойники. Наёмники так грязно и грубо не работают. Конечно же, я себя уже оправдала десятки раз. Ещё я заделалась конокрадом. Серебра, что удалось урвать у разбойников, мне не хватило бы даже на старую клячу.

Я всё верну. Обещаю.

…ну ладно, коня точно верну. Насчёт разбойников ещё могу передумать.

В общем, я не могу сказать, что путь сюда был лёгким и спокойным. А что же делает Фрай? Кроме того, что по мозгам мне кап-кап-кап.

– Ты действительно считаешь, что, кроме меня, тебя есть кому вытащить? – вволю назевавшись, я решила наконец-то высказаться. – Оглянись, Призрак! Ты в тюрьме. Выкупа нет. Даже когда он будет, кто его за тебя станет платить? Я единственная, кто может хоть чем-то помочь.

– Ты хоть представляешь, какой будет за меня выкуп? Что ты несёшь девчонка?!

– Я очень хорошо это представляю. А ещё я прекрасно знаю, что ты не настолько глуп и жесток, каким хочешь казаться. Ни за что не поверю, что ты спускал всё золото в дела и свой клан. Просто скажи мне, где оно? Когда назначат выкуп, я его внесу.

Я вовсе не жадная. Без тени сомнения я отдам всё, что у меня есть за своего дядю. Точнее, добавлю. Всё-таки садиться мне на шею, при этом сидя на как минимум килограмме золота, я не позволю. Не хватит – добавлю.

Миллер свёл свои бровищи на переносице и громко рявкнул:

– Ничего у меня нет! Убирайся отсюда!

На несколько минут я выпала во мрак. Во-первых: Фрай никогда не кричит. Во-вторых: весь этот свод правил, касаемо привязанности и доверия, никогда прежде не распространялся на нас. В-третьих… Гончие меня раздери, что происходит?!

– Хорошо.

Дядя мерил большими и громкими шагами свою камеру. Лишь услышав мой голос, он остановился и посмотрел на меня:

– Уходи. – жестокий приказ на выдохе. Почти беззвучный.

– Я не против, если у тебя есть кто-то другой, кто мог бы о тебе позаботиться. – с нажимом проговорила я. – Дай слово, что выберешься отсюда! Дай слово, что не бросишь меня!

– Ты слишком болтлива для наёмницы. – шёпотом поведал он.

– Я отдала законниками достаточно серебра, чтобы говорить здесь открыто и не бояться.

Я считала, что причина подобного поведения единственного близкого для меня человека кроется в осторожности. Даже у скверны есть уши, я согласна. Но ведь я обо всём позаботилась. Да и мы ничего такого не обсуждаем, за что можно было бы увеличить выкуп или в нём отказать.

Ох, как же я зла! Если бы мне ещё сегодня не нужно было на встречу с заказчиком или его поверенным, я бы раздобыла ещё серебра и попросила впустить меня в эту мракову камеру! Кто, как не я, знаю слабые места своего родного дяди? Кто в курсе его проблем с поясницей и постоянной мигрени? Кто такой же безрассудный, что воспользуется этими знаниями перед носом у законников?

– Наслаждайся одиночеством. – сквозь сжатые зубы процедила я. – Лови каждую минуту, проведённую здесь. Потому что, я очень скоро вернусь и ты вообще забудешь, что такое тишина и покой!

Громко хлопнув металлической дверью, я остановилась в узком коридоре и перевела дух.

Старый, неблагодарный и упёртый пёс! Разве так тяжело сказать, что о нём позаботится кто-то другой? Сложно намекнуть, что у него всё схвачено?

А если нет?

Да ну, ерунда какая-то. Фрай Миллер всегда и ко всему готов. Да и не тяготил он как-то к тюремным казематам. Только я ему, что плохого сделала? Мог бы просто сказать: «не волнуйся». Мне бы этого хватило. Нет же, надо было мне все нервы вымотать!

Где-то неподалёку хлопнула дверь, заставив меня вздрогнуть. Возможно, дядя был не так уж и неправ. В первом отделении было больше чем двое законников, которым я заплатила за вынужденный обеденный перерыв. Выходит, подслушивать нас всё же могли.

Только это всё равно ничего не меняет. Фрай мог бы быть немного дружелюбнее.

Оглянувшись, я никого не увидела. Кто бы это ни был, а встречаться со мной ему не хотелось.

Прислушиваясь к окружающим звукам, я медленно пошла в сторону выхода. Совсем небольшой коридор заканчивался массивной дверью с небольшим квадратным окном. Мне уже приходилось здесь бывать, так что заблудиться я не боялась.

Законники такие же люди. Оклад маленький, работа тяжёлая и порицаемая. Во всяком случае она стала порицаемой, когда наш двинутый по всей голове император разрешил выкупать абсолютно любых преступников, включая убийц и маньяков.

Остановившись у двери, я немигающим взглядом уставилась на пустой стол, за которым прежде сидели дежурные законники и на котором я оставила свой меч. С отсутствием законников я готова была смириться. Я им за это и заплатила. А вот с тем, что законники стали промышлять воровством, я смириться уже не смогла.

Рвано выдохнув, я шагнула вперёд. Дверь отлетела в сторону, не выдержав моего напора. Я замерла в открытых дверях, блуждая взглядом по расставленным то тут, то там пням, которые здесь заменяли лавочки. Ногу предусмотрительно выставила вперёд. На тот случай, чтоб меня этой же дверью не прибило.

– Где мой меч?! – отыскав двоих законников, что сидели у левой стены и невозмутимо хрустели яблоками, я перешла на крик. – Быстро вернули мне мой меч!

Нечистые на руку служители порядка посмотрели на меня как на умалишённую. Тот, что был поплотнее, даже выронил из рук яблоко, которое, упав, медленно покатилось в мою сторону.

– Мы не брали. Мы вообще отсюда никуда не отходили! – хмуро пробасил второй законник, у которого явно нервы были покрепче, чем у его напарника. Ну или он просто со мной недостаточно знаком.

– Да? – хищно прищурившись, я сделала шаг вперёд. – Куда же он делся? Мрак забрал или скверна им полакомилась?

Законники молча переглянулись.

– Если через пять минут вы не отыщете и не вернёте мой меч, – я замедлила шаг, с громким хрустом опустив подошву на недоеденное яблоко, – Я сделаю с вами тоже, что с этим яблоком. Живо выполнять! – окончательно вошла в образ я.

– Отставить. Какая наглость, называть ворованное своим и требовать его возвращения. – проговорил тихий мужской голос за моей спиной.

Медленно обернувшись, я встретилась глазами с молодым мужчиной, что стоял в открытых дверях, привалившись плечом к косяку.

А это ещё кто такой? Тот любитель хлопать дверью? Что-то он не похож на законника. Собственно, он вообще не похож на жителя Зоны.

– Тебе чего? – не отпуская взгляд карих глаз, с вызовом спросила я. – Платят мало? Так будь умненьким мальчиком. Верни моё оружие и в следующий мой визит сюда я принесу тебе меч ничуть не хуже.

– Визит? – беззаботно рассмеялся незнакомец, на котором даже формы не было. Ну или я что-то пропустила. Наш император додумался до того, что законникам можно находиться при исполнении в майках и обычных штанах? – У тебя хорошее чувство юмора. С тобой на допросах будет весело. В камеру её. – отведя взгляд, мужчина прищурился, ожидая приближение дежурных. – После этого сразу два рапорта мне на стол.

Да кто ты такой? Гончие меня раздери, если это не он увёл мой меч!

– Я пыталась договориться по-хорошему. – хищно оскалилась я.

– Я могу и по плохому. – молниеносно оказавшись передо мной, мужчина вытянул вперёд руки и слегка наклонил на голову.

Секунду назад я готова была сражаться. Не только за себя и свою свободу, но и ещё за справедливость. Меч мой. Он не просто дорогой – он мне дорог. Это подарок дяди на моё шестнадцатилетие. Мало того что этот мужчина решил его украсть, так он настолько подлый, что решил бросить в тюрьму меня, чтобы скрыть собственное преступление! Скорее всего, в этой несостоявшейся схватке я бы победила. Если бы она, конечно, была.

…если бы я не увидела на руках незнакомца светло-коричневые перчатки – митенки, что постоянно преследуют меня во снах с самого детства.

Глава 5

– Откуда у тебя эти перчатки?

Пока двое мужчин пытались втиснуть меня в дверной проём, я глазела на подозрительного мужчину и странные перчатки на его руках.

Ничего так комфортненько. Правда, кожа на руках и плечах саднит от не слабой хватки рук дежурных. Ну, и поясница неметь начала. Всё-таки долгая езда на лошади без сна меня поистрепала. Это я ещё успела ногами упереться о дверные балки, повиснув на руках у законников. Ничего, ноги у меня сильные. Я долго так упираться могу. Пусть держат. Нечего мне в тюрьме делать.

– Сколько тебе лет, девочка? – откинув со лба длинную тёмную чёлку, грозный дядя окинул хмурым взглядом творящееся перед его носом непотребство. – Прекратите этот балаган!

Мне двадцать шесть лет, конечно. Только вот этому слащавому хмырю я вообще ничего не скажу. Какой привет такой ответ. Он что-то на мой вопрос насчёт перчаток не торопится отвечать. Почему я должна? Потому, что он просто из тюрьмы вышел? Он же даже не представился.

– Опусти ноги! – потребовал хмырь. Даже схватил меня за коленку, пробуя её выпрямить.

Ну да-ну да. Так я и перестала упираться. Этот болван меня понял бы, если б его ни за что в тюрьму тащили.

– Откуда у тебя эти перчатки? – как ни в чём не бывало, я задала свой вопрос снова. – Скажешь правду, так и быть, пойду в камеру.

Карие глаза прищурились, впившись в моё лицо цепким взглядом. Гладко выбритый подбородок приподнялся вверх, и мужчина кивнул.

– Эти перчатки у меня с рождения.

Врёт ведь. Не могут они у него быть с рождения. В моих снах эти перчатки носил милейший маленький мальчик. Разумеется, не такого большого размера, но это они. Точь-в-точь они. Та же золотая вязь на каёмке пальцев и по центру кисти. Те же символы, те же линии. А центральный рисунок мне всегда казался очертанием уходящего солнца, чьи лучи доходили до тоненького ремешка на запястье.

– И для чего они?

– Ты сказала, что пойдёшь в камеру, после того как я отвечу. – прорычал хмырь, больно вцепившись в моё бедро и резко его на себя дёрнув.

Взвизгнув, я оттолкнулась левой ногой от дверного косяка и прыгнула на обладателя таинственных перчаток. Ошалев от моего напора, мужчина пытался устоять лишь долю секунды. Пока вслед за моей второй ногой к нам не присоединились законники, что всё это время меня держали.

Пользуясь всеобщим замешательством, под отборную мужскую ругань я высвободила руки и тут же запустила их в карман хмыря. Конфета, какой-то непонятный кругляш и связка ключей – весь скарб, что мне достался.

– Ладно, уговорил. – томным голосом поведала я, дождавшись, когда дежурные поднимутся и отряхнутся.

Мужское лицо напряглось. Хмырь посмотрел на меня так, как будто я собираюсь лишить его чести прямо здесь и сиюминутно.

Ну да, лежим мы на земле немного провокационно. Моя левая нога согнута в колене около его паха, а руки уже удерживают вес тела, по бокам от мужского туловища. Тёмные пряди волос ерошит ветер, отчего они время от времени касаются мужского лица, и хмырь морщится.

– Встань! – потребовала моя жертва.

Я широко улыбнулась, отметив, как сжался подо мной мужчина. Казалось, он готов был провалиться под землю, лишь бы не касаться меня и не контактировать с моим телом.

Осознав, что я знаю о его намерениях, он грозно прокричал:

– Поднимите же её!

– Да ладно-ладно, сама встану. – с долей сочувствия протянула я. Ещё не хватало, чтобы сейчас дежурные меня опять облапали, отыскав свежестыренное. – Ты ничего такой. Удобненький. – едва слышно шепнула, прогнувшись в спине и медленно-медленно поднимаясь.

Мужчина вздрогнул, чем сам спровоцировал меня на то, чтобы упереться руками в его бёдра перед тем, как окончательно выпрямиться.

Я издевалась, а не заигрывала. Понятия не имею, какой у меня вкус на мужчин, но конкретно этот персонаж явно не в моём вкусе. Он какой-то другой. Не такой. Странный.

– Коснись ещё раз. – как мне показалось хрипло, попросила моя жертва, что жертвой больше не выглядела. Карие глаза сверкали лихорадочным блеском и смотрели выжидающе. Он словно в самом деле ждал, что я ещё раз его облапаю. Будто ему это… понравилось.

– Ну уж нет. – язвительно фыркнула я. – Обещала идти в камеру. Значит, в камеру.

Отряхиваясь и смущаясь, я добровольно вошла в первое отделение законников города Ига. К моему счастью, меня не только не остановили, но и ни разу не дотронулись. Во всяком случае дежурные. Хмырь к нам так и не присоединился.

Отходит от шока, должно быть, бедняжка. Лихо его напрягла моя близость.

Две деревянные, спасибо мраку, пустые койки и небольшое оконце под потолком. Вот и весь интерьер отведённых для меня апартаментов. Поразительно, но когда тяжёлые двери закрылись за моей спиной, я даже не вздрогнула. Не то что бы я когда-то представляла подобное. Если честно, у меня и малейшей мысли не было, что я могу оказаться в подобном месте. Я не просто самоуверенна и самонадеянна – для меня существует понятие «грязный заказ». Убийства, воровство у тех, кто сам доедает последнюю краюху хлеба, заговоры, мародёрства, политические дрязги и опиумные препараты – никогда не пятнали мою репутацию.

Да и какое это имеет значение? Меня ведь сюда упекли не из-за моей квалификации, а из-за меча, на которой позарился власть имущий. Хмырь наверняка даже не подозревает с кем связался.

Ничего. Очень скоро ему предоставится такая возможность. Я намерена не только вернуть свой меч, но и прихватить с собой столь интересующие меня перчатки.

До сегодняшнего дня я не знала, что способна на подобное – гореть в пламени алчности, едва ли не облизываясь на чужое. Стыдно признаться, но ради себя и для себя я так ни разу и не украла. Не в этой жизни уж точно.

…но сегодня всё изменится.

Не могу это объяснить. Помешательство, одержимость или своеобразная месть хмырю, неважно. Важно лишь то, что я хочу эти перчатки!

Потерев усталые глаза, я отпустила себе несколько пощёчин, которые должны были бы помочь мне взбодриться и продержаться подольше. Тряхнула головой и выжидательно уставилась в крохотное оконце.

Наконец-то послышались едва различимые мужские голоса. Шагов было не разобрать, но я уверена, что я успею вынести отсюда всё, что мне нужно, до возвращения дежурных. Если, конечно, хмырь их не уволил, как угрожал. Тогда я успею прихватить ещё и Фрая.

– Ну что, боги, вы по-прежнему на моей стороне? – шепнула, запустив руку в корсет, куда успела сбросить содержимое чужого кармана.

Боги не просто были на моей стороне – боги, похоже, поучаствовали в моём вызволении. Мне даже не пришлось ничего взламывать. Один из пяти ключей на связке подошёл к моей камере.

Внутренне ликуя, я оставила дверь открытой. Со связкой ключей в замочной скважине. Двинулась по коридору, прислушиваясь к звенящей тишине. Сердце пропустило удар, когда за дверью, мимо которой я проходила, что-то громыхнуло.

Ну вот и хмырь нашёлся.

Мысленно досчитав до десяти, я глубоко вдохнула и положила руку на дверную ручку. Тихий щелчок и полоска света разрезала полутёмный коридор. Выдох. Расправив плечи, я уверенно шагнула внутрь, морщась от яркого света.

Каково же было моё удивление, когда глаза привыкли к резкой смене освещения, а хмыря так и не увидели.

Немного обшарпанный диван, с протёртой обивкой на подлокотнике. Огромный, заваленный папками стол, что, казалось, занимал всю комнату. Две деревянные, грубо обтёсанные табуретки. Стул с мягкой обивкой под зашторенным окном. Во всю стену справа множество заставленных книгами и папками полок.

…и ещё одна приоткрытая дверь.

"Шикарно живёшь!" – мысленно восхитилась я, тенью скользнув к столу.

Гончие меня раздери! Я урвала куш!

Приставленный к стулу, мой меч нашёлся неподалёку окна. Небрежно брошенные, перчатки – под одной из папок, среди бардака на столе.

Усмехнувшись, я достала из корсета конфету. Быстро избавившись от обёртки, положила её в рот, смакуя кофейный привкус леденца, а фантик, выпрямив по краям, оставила на столе хмыря.

Всё, можно уходить. Всё, что хотела, я получила.

…я же говорила.

Глава 6

Мраковые идиоты. Не зря их не уважает народ.

– А ты как это?

Едва я вышла в коридор, как послышался скрежет дверей. Видимо, я всё-таки немного себя переоценила. Потому как дежурные вернулись гораздо раньше, чем я планировала.

"Ну, Фрай, извиняй. Своя шкура сейчас дороже. Так и быть, поучаствую в твоём выкупе золотом." – широко улыбаясь, подумала я.

– Как и обычно. – пожав плечами, двинулась к ним, демонстрируя всем своим видом решительность и уверенность. – У всех есть цена. Его, – небрежный кивок в сторону кабинета хмыря, – Оказалась мне по карману. – ещё одна улыбка растянула мои губы и, поравнявшись с законниками, отсалютовала рукой, бросив: – Всего хорошего, мальчики.

Стоит ли говорить, как и с какой скоростью я уносила ноги, едва тяжёлая дверь закрылась за моей спиной?

Да, разумнее было выждать. Не срываться с места, а идти спокойно и невозмутимо. Но как-то мне жутко от одной мысли, что меня не то что поймают, а настигнут и отберут перчатки.

Лучше бежать. Наёмника зачастую кормят не только заказы, но и ноги. Вот и не стоит давать себе послаблений. Чем больше будет расстояние между мной и хмырём, тем больше времени у меня будет на изучение столь интересующих меня перчаток.

Бежала долго. До глубокой темноты, опасаясь наткнуться на стаю гончих, которым с моей усталостью я рискую не дать бой. Любят мраковые псовые темноту, что ж тут поделать. Собственно, как и одиноких путников. На группы людей это шакалье не рискует нападать, а вот бегущая я, с заплетающимися ногами и затёкшей спиной – от тяжести меча в заплечных ножнах, – для них лакомый кусочек.

Обошлось. В очередное пристанище наёмников я добралась без приключений. Правда, споткнувшись о булыжник в тени дерева, порвала ботинок.

В небольшой домик входила без стука, хлопая полуоторванной левой подошвой. Мне бы поспать и помыться, а не вот это всё.

– Тень? – старик Лео – хозяин первого пристанища Иги, тут же возник передо мной, поднеся к моим ногам тлеющий огарок свечи. – Какого мрака ты так выглядишь?

Я не знала, как я выгляжу и что Лео интересовало больше, поэтому просто пожала плечами, прошаркав к комнате, зашторенной покрывалом вместо двери.

Старик живо подсуетился, организовав мне банку с зажжённой свечой, и заискивающе наблюдал за моими действиями.

– Мне нужна проволока. – рассмотрев свой ботинок, я засунула руку под кровать. Свою сумку нашарила быстро. Предположительно в том же месте и таком же положении, как я её оставила. – Я заплачу. Не волнуйся. Возникли некоторые…

– Проблемы? – попытался угадать Лео, недовольно поджав сухие губы.

– Задержки. – договорила, закопавшись в содержимом сумки.

Так, ну, кажется, всё на своих местах.

– Я даю вам пристанище. Крышу над головой. Дай мне хоть что-то! – возмущённо затарахтел старик.

Неожиданно меня его упрёк так взбесил, что я вскочила с кровати, пыхтя аки не прочищенная от сажи печь:

– Получу оплату и заплачу, Лео! Не раньше. Хочешь выгнать меня? – прищурившись, я поправила мятый воротник на кофте мужчины. – Выгоняй. Призрак тебе это с рук не спустит. На его деньги ты здесь живёшь и шикуешь, выйдя на пенсию раньше положенного. Только учти, тогда ты не только без платы за пристанище останешься, ты ещё и должен мне будешь!

Вопреки моим ожиданиям старик не дрогнул и не испугался. Не признавая своей вины, он улыбнулся, обнажив зубы, которые не знали, что такое зубной порошок или паста, и огорошил меня ещё больше:

– Поговаривают, что Призрака списали со счетов, Тень. – сверкнув лихорадочным блеском в глазах, Лео рассмеялся. – Не будет выкупа. Забудь. Близится борьба за власть в клане, так что, ты теперь не имеешь никаких привилегий, девчонка. Или плати, или убирайся!

Невероятно, что мои принципы в одно мгновение превратились в мантру:

"Детей и стариков не бить! Детей и стариков не бить! Детей и стариков не бить! Детей и стариков не бить! " – снова и снова мысленно повторяла я.

…а хотелось! Гончие меня раздери, если за двадцать шесть лет, мне когда-то хотелось врезать кому-то сильнее, чем мерзкому старикану!

Главное ведь что… Я могу понять, что Лео вправе отказать мне без платы в предоставлении убежища. Правда, могу. Этика, опять же. Я ведь тоже не возьмусь за заказ, в оплате которого заказчик не сможет заплатить в оговорённый срок и возместить дополнительные расходы, если такие будут иметься, конечно. Да и за бесплатное спасибо я не стану работать. Но ведь это нормальная практика – платить поутру или в день отбытия из Иги.

Ига – один из самых развитых городов Зонака. Здесь селятся не власть имущие, конечно, но далеко не бедные люди. Ига – наиболее популярен в наших кругах. Большинство заказов идёт отсюда.

Старик просто обезумел. Как иначе объяснить, что плата ему потребовалась ночью и сиюминутно? Ещё и упрекнул меня в мифических привилегиях! Это злило больше всего. Ни разу Фрай не делал мне поблажек и послаблений! Никогда никого за меня не просил! Никогда не защищал перед своим кланом! Перед чужими, да. Защищал и неоднократно. Но ведь так он делал постоянно – стоял громоотводом за свой клан перед другими. Он не столько защищал своих, сколько ни позволял другим главарям подрывать его репутацию и подсиживать Призраков. Клан – его детище. Я не стану осуждать Фрая за подобную самоотверженность и жестокость.

– Хорошо. Я уйду. – едва совладав со злостью, я подхватила сумку и направилась к выходу из владений Лео.

Плевать, что у меня глаза едва открываются. Плевать, что спину ломит и пальцы, что выглядывают из дырявого ботинка, болят. Плевать, что до другого пристанища добираться несколько часов. Я не имею права остаться здесь. Не с Лео. Не у него в доме. Он уже обосновал свою позицию. Рисковать я не стану, как и пытаться его разуверить.

Посочувствую ему.

Когда Фрай вернётся, а он вернётся, день освобождения Призрака совпадает с датой смерти Лео. Старый маразматик только что вынес себе смертный приговор. А я… а мне о другом думать надо.

Под истерический хохот старика я шагнула в ночную темноту, ни грамма не сожалея о содеянном. За домом в стойле меня поджидала украденная лошадь, что в подмётки не годилась моей Селесте. Но за неимением, как говорится…

Я тот редкий наёмник, что может похвастать домом. Мой дом в Урюке, что западнее Иги. Увы, лошадь моя тоже осталась дома. Всё не должно было стать таким сложным. Не здесь. Я ждала трудностей с той стороны стены, а никак не с этой. Мигард – неизведанный и безумный мир. Зона – моя родина, но почему-то именно она уготовила мне такие трудности.

Ничего, справлюсь. Как только получу плату за заказ и передам печать заказчику, отправлюсь домой. Найду себе поверенного в Иге и уйду в отпуск. Там уж пусть он разбирается, как вытаскивать Фрая, хлопочет о нём и строчит мне отчёты. За золотом не постою, но оставаться в этом городе не стану. Старик верно подметил, грядут перемены. Лучше мне быть отсюда подальше.

Даже верхом на лошади я умудрилась дважды задремать и отключиться. Дважды приходилось сбиваться с дороги и разворачивать коня в нужную сторону. Дважды, приходя в себя, я вздрагивала и чудом удерживалась в седле.

…а вот на третий раз прилив сил и бодрости мне был обеспечен. Одинокий всадник, следующий за мной на расстоянии не более тридцати метров, не оставил от моей усталости и следа.

Пустив лошадь в галоп, я предвкушающе улыбнулась. Кто бы это ни был, а он увязался не за той девчонкой. Впрочем, он и сам очень скоро это поймёт.

Глава 7

Мрак! Что здесь делает императорский конь?! Или просто императорское седло на коне?

Лошадей я, конечно, рассмотреть не успела, но вот седло, что удалось урвать из императорских конюшен в качестве доказательства выполненного экзамена для Фрая, я запомнила на всю жизнь. Да и как не запомнить? После этого задания меня наконец-то наёмники стали принимать за свою. Я даже больше скажу, точно такое же седло – мой трофей, висит в моей спальне в изголовье кровати у меня дома. В Урюке.

Какого мрака у моего преследователя копия моего трофея?

С мечом лазить по деревьям то ещё удовольствие. Не добавлял комфорта и рваный ботинок. Но пришлось. Нужда, она такая, что хочешь заставит сделать.

Заприметив по дороге озеро, я направила лошадь к нему и спешилась. Куртку пришлось снять и оставить у самой кромки воды. Для отвлечения внимания. Я же бросилась обратно, выискивая наиболее подходящие для обзора деревце.

"Ну-ну, преследователь, поторопись. Жду, не могу, как не терпится с тобой познакомиться." – вела внутренний монолог я, восседая на широком суку.

Одинокий всадник не заставил себя долго ждать. Заметив издалека мою лошадь, он остановился под моим деревом и спешился. Из-под полов чёрного плаща блеснула сталь кинжала. Мужчина медленно двинулся к озеру, держа оружие наготове.

"Ну, здрасьте!" – мелькнула ошалелая мысль.

Ещё один хмырь на мою и без того подпорченную карму.

Вот зачем этому мужику, с седлом из императорских конюшен нужен кинжал? Пригрозить или пустить в дело? И самое интересное, я никак не пойму, зачем ему я?

– Наёмница! – прогремел мужской голос. – Я пришёл за заказом! Выходи по-хорошему.

Мужчина поднял с земли мою куртку и оглянулся. Очевидно, в поисках хозяйки верхней одежды.

Я медлила. Не зная, как лучше поступить, я не решалась спускаться с дерева и обозначать своё присутствие. Хмырь номер два вселял некие опасения, что вместо золота я получу остриём кинжала промеж глаз. Ну, или как он там предпочитает избавляться от неугодных? С другой же стороны, любовь к золоту взывала к нездоровому оптимизму.

Принять решение было мучительно непросто.

…но мне и не пришлось.

Приближающийся топот копыт заставил мои глаза округлиться. Нет, я всё, конечно, понимаю. Имея дела с наёмниками, нужно быть ко всему готовым. Ну чтоб прям по двое, по трое за мной охотились? Это что-то новенькое.

Когда на горизонте появился ещё один всадник, я даже разочаровалась. Значит, не так уж и хотят от меня избавиться, раз послали всего двоих. Может, и правда отдать печать и получить золото?

Каково же было моё удивление, когда во втором всаднике я узнала хмыря номер один.

"И ты, гадёныш, с седлом императорских лошадей?" – разочарованно подумала я.

– Эй! – остановившись под деревом, что я уже по праву считала своим, новоприбывший замахал руками. – Девчонку видел? Длинные тёмные волосы, пять нелепых косичек, невысокая и вооружённая мечом.

Я едва не захлопала в ладоши. Выходит, что хозяин перчаток, которые я стянула вместе со своим мечом, не заодно с хмырём номер два. Может, не такой уж он и хмырь? Неизведанная доселе радость затопила сердце. Только была она недолгой.

Гончие меня раздери! Как он меня нашёл? Это ведь невозможно. До убежища меня никто не вёл. От него хвоста тоже не было. Да и стоит вспомнить, сколько раз я отключалась и сбивалась с дороги, путая след. Не намеренно, конечно, а из-за усталости. Но всё-таки…

Надо будет это обязательно выяснить.

– Нет, не видел. – пробасил с берега мужчина, припрятав кинжал за спину.

Странный он, этот хмырь. Ну, тот, что на меч мой позарился. Зачем я ему нужна? Тут ведь вот какое дело, я его обокрала, да. Но почему он один? Где ищейки? Где патруль или отряд законников? Что же он сам пустился в погоню?

– Уверен? – озирался по сторонам второй в очереди по мою душу. – А хозяин второй лошади где?

Ты смотри на него, а! Он ещё и башковитый. Вот уж не сказала бы о нём такого в нашу прошлую встречу.

– Отошёл нужду справить.

Я мысленно хохотнула. Всё-таки интересное представление разыгрывается.

– Я подожду. Спрошу у него, может, он её видел. – авторитетно заявил брюнет, спрыгнув с лошади.

– Мы никого не видели!

Вот умора. Совсем врать не умеет. Стыдно. В его-то годы должен был уже научиться.

– А что это ты так нервничаешь? За спрос стали серебро брать? – беззаботно рассмеялся предположительно законник.

А сверху он был даже очень ничего. Широкий разворот плеч под совсем тонкой кофтой так и притягивал мой взгляд. Гладкие и блестящие тёмные волосы так забавно трепал ветер, что можно было залюбоваться, как он откидывает их с лица. Если бы не его улыбка, то я, возможно, и позабыла о своих планах на сегодня. Хищная, опасная, она оскалом зверя застыла на его губах, заставив меня очнуться.

Он мне, что, нравится?! Я, что, всерьёз его только что рассматривала?! Как мужчину?! Что со мной происходит?! Что за странные мысли лезут мне сегодня в голову?! Я же всегда была далека от мужчин… и от таких вот, как этот!

Заметив планшетник в его руках, я ещё больше растерялась. Гончие меня раздери, но я не помню, как он у него оказался! Откуда он его вообще достал?

Я пыталась извернуться и так, и эдак, чтобы рассмотреть, что там происходит на экране, но все попытки были тщетны. Здесь только спускаться. С такой высоты не видно ничегошеньки.

Внезапно мужчина опустил планшет и несколько раз крутанулся на месте, будто кого-то выискивая. Секунда, другая и карие глаза поднялись вверх, впиваясь в меня насмешливым взглядом:

– Попалась!

Я не сразу поняла, что это было сказано про меня. Даже когда это поняла – продолжила сидеть на месте. Зато отчётливо увидела метнувшуюся к дереву тень.

– Осторожно! – повинуясь непонятному импульсу, я поспешила предупредить своего врага об опасности.

Было поздно. Планшетник подлетел вверх, когда его хозяина сбил с ног мужчина в чёрном плаще. Под мой вздох жалости и сожаления гаджет ударился о землю с оглушающим треском. Непозволительное расточительство! Чтобы собрать или заполучить один такой нужен год. Причём неважно – год работать или год искать детали и собирать.

Ладно. Пришло время вмешаться. С законником я уж как-нибудь разберусь. Не впервой. А вот заказчика стоит проверить.

Спрыгнув на землю, я поморщилась от боли в ушибленных пальцах, что синими опухшими сосисками виднелись в дырявом ботинке, и, перехватив рукоять меча, тут же обнажила оружие. Хвала богам моя сталь не окрасилась кровью.

Улучив момент, я огрела рукоятью меча по голове владельца сёдла с императорских конюшен, метя в височную кость. Бедняга рухнул и свернулся на земле калачиком. Я на всякий случай проверила состояние его костей и пульс, прежде чем взглянуть на его противника:

– Он жив. А ты теперь мой должник.– с нескрываемым удовольствием произнесла я. – И не думай, что тебе удастся меня обмануть!

Дав мужчине время прийти в себя, я убрала меч в ножны и, не испытывая стеснения, принялась шерстить по карманам своей жертвы. Ничего. Пусто. Была ещё надежда на сумку, что болталась на седле его коня, но и она очень быстро рассеялась.

Десять золотых. Достаточно, чтобы путешествовать месяц, оплатить ночлег и скромное пропитание на одного. Ничтожно мало, чтобы заплатить мне за мою работу.

Глава 8

Ну и хмырь! Кинуть меня решил?

Увы, всё не так однозначно. Существовала и другая причина, по которой на мой след не просто вышли, но и решили прокатить с оплатой… Мраковая такая причина – я вляпалась в заказ, что не подразумевал наличие свидетелей. Даже если этот свидетель – наёмник. Я!

Гончие меня раздери, я не понимаю, зачем и кому понадобилась печать посла Мигарда? Хотя не сказать, что подозрений у меня не было. Одно из этих подозрений буквально сверкало в рассветных лучах на чёрном жеребце.

– Мраковое седло! – рвано выдохнула я, шарахнувшись от коня в сторону.

– Что ты сказала? – гнусаво задал вопрос тот, чьё имя я вот-вот узнаю.

Обернувшись, я увидела у дерева законника. Обнажённый по пояс мужчина, комкал рукой свою кофту, прикладывая её к носу.

Подавив вздох восхищения его мускулатурой, я шагнула в его сторону, попутно расшнуровывая сумку.

– Сядь. – приказала, стараясь не таращиться на его торс. – Тебе нужно запрокинуть голову, чтобы остановить кровотечение из носа. Никогда нос не разбивали?

К счастью, в сумке оказалось всё необходимое – заветный пузырёк, без которого ни один разумный наёмник не отправится в дорогу.

– Что ты ищешь?

Испуганно вскинувшись, я подняла голову, нос к кадыку столкнувшись с мужчиной.

"Ему бы в наёмники идти. Крадётся, лучше Фрая. Я даже шороха не услышала."– нервно подметила я.

Его лицо было всего лишь в паре сантиметров от моего.

Он смотрел мне в глаза, а я не могла поднять на него взгляд, потому что он был так близко… Я замерла, не зная, как себя вести дальше. Лишь глупо таращилась на выпирающий мужской кадык.

– Что ты искала в сумке? – повторил свой вопрос мужчина, сбросив с меня оцепенение.

Соберись, Фрэя! Что за робость? Что за смущение? Разве я не распрощалась с ними вместе с детской колыбелью?

– Спиртовая настойка. Лучше обработать раны. – шумно сглотнув, я решилась поднять взгляд, с удовлетворением отметив свою правоту. – У тебя рассечение на переносице.

– Ты хочешь сказать, что решила помочь тому, кого обокрала?

Да я вообще ничего не хотела сказать! Точнее, хотела, конечно, но больше не хочу. Раздражает меня этот хмырь! Ох, как раздражает.

– Ты упёк меня, в камеру. Ни за что. – напомнила я. – А ещё ты мне должен. – кивнув на неподвижное тело, распростёртое на земле в нескольких шагах от нас, я улыбнулась: – Чтобы платить по счетам, особенно моим, тебе лучше оставаться здоровым и живым.

Мужчина ухмыльнулся.

– Я тебе ничего не должен. Ты спасала свою шкуру, а не мою. – презрительно выплюнул он.

Ах он ещё и не должен мне ничего? Может, мне привести в чувство того мужика, что ему нос расквасил? Пусть повторит. Ясно же, что урок не усвоен. На этот раз я даже вмешиваться не стану. Пусть хоть убьёт его.

– Сразу видно шакальё Мигарда. – прошипела я, пройдясь по мужчине надменным взглядом. – Волосы. Одежда. Никакой чести. Никакой ответственности. Долга. Эгоизм и… взгляд. Зоновцы так не смотрят. Мы никогда ни в чём не уверены. Мы никогда не смотрим так – пренебрежительно и долго. Длительно глядя другому человеку в глаза. У нас нет на эти глупости времени. Ты смотришь, думаешь о чём-то, анализируешь и подмечаешь. Пытаешься это делать. У тебя есть на это время и, предположу, полномочия. У нас – нет. Мы действуем на инстинктах, если хочешь. И если кто-то помог нуждающемуся, он вправе его призвать к долгу. Или помог потому, что мог. Безвозмездно. Но ни один зоновец не станет смотреть так на того, кто минутой ранее спас его жизнь! У нас свои проблемы, у тебя – свои. И ты, хоть убей, не поймёшь, почему мы делаем одно, а ты – другое.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.