«До конца назначенного и творения нового»
Зороастрийское происхождение иудеохристианской эсхатологии
Сергей Петров

© Сергей Петров, 2024

ISBN 978-5-0065-0415-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Настоящая книга, посвящённая заимствованию иудеями зороастрийской эсхатологии, представляет собой парный том к нашей предыдущей книге¹, которая была посвящена заимствованию иудеями зороастрийского дуализма. Как и предыдущая книга, она озаглавлена цитатой из Устава общины Кумрана, представляющего наряду с другими кумранскими «сектантскими» сочинениями одно из самых ранних и самых ярких свидетельств иранского влияния на межзаветный иудаизм.

Эсхатология чужда Еврейской Библии. Личная эсхатология отсутствует в ней почти полностью. За исключением одного очень позднего текста (второй части Книги пророка Даниила, написанной ок. 165 г. до н.э.) Еврейская Библия не имеет представления о душе и бессмертии души, аде и рае, загробных воздаяниях, эсхатологическом телесном воскресении и страшном суде.

Коллективная эсхатология полностью отсутствует в Пятикнижии. Это компилятивное сочинение, составленное в послепленную эпоху, выражает мысль о том, что евреи обязаны поклоняться Яхве и соблюдать установленные им законы, тогда они будут благополучно жить и плодиться на земле Ханаана. В случае неподчинения Яхве будет наказывать их вплоть до изгнания, но если они покаются и вновь подчинятся ему, они будут возвращены в землю Ханаана, чтобы благополучно в ней жить и плодиться.

Определённого рода иудейская коллективная эсхатология появляется в поздних пророческих книгах Еврейской Библии, но её главное содержание заключается в возрождении царства Израиля во главе с царями из дома Давида и победе над иноверными народами. В ней по-прежнему отсутствуют представления о душе и бессмертии души, аде и рае, загробных воздаяниях, эсхатологическом телесном воскресении и страшном суде.

Эсхатология в собственном смысле появляется во внебиблейских иудейских текстах поздней эпохи Второго храма в форме, которая не оставляет сомнений в прямом иранском влиянии. В той или иной мере таким влиянием были затронуты все течения внутри иудаизма, однако наиболее сильно оно сказывалось на ессеях и последователях Иисуса из Назарета, заложивших основы христианства. Цель данной книги – проследить процесс заимствования межзаветным иудаизмом зороастрийской эсхатологии.

Неэсхатологический иудаизм

Отсутствие представления о душе и бессмертии души в Еврейской Библии

Как «душа» или «дух» на европейские языки обычно переводятся слова библейского еврейского языка nəšama, ruaḥ и nep̄eš.

Слово nəšama образовано от глагольного корня nšm «дышать» и в Еврейской Библии означает буквально «дыхание» или, в переносном смысле, «живое (= дышащее) существо». В масоретском тексте ЕБ оно встречается 23 раза:

«И слепил бог Яхве человека (ha’adam), прах из земли («ap̄ar min-ha’adama), и вдунул в ноздри его дыхание жизни (wayyippaḥ bə’appaw nišmat ḥayyim), и стал человек душою живою (wayəhi ha’adam lənep̄eš ḥayya)» (Септ.: Καὶ ἔπλασεν ὁ θεὸς τὸν ἄνθρωπον, χοῦν ἀπὸ τῆς γῆς, καὶ ἐνεφύσησεν εἰς τὸ πρόσωπον αὐτοῦ πνοὴν ζωῆς, καὶ ἐγένετο ὁ ἄνθρωπος εἰς ψυχὴν ζῶσαν; цсл.: И созда богъ человѣка, персть (вземъ) от земли, и вдуну въ лице его дыханiе жизни: и бысть человѣкъ в душу живу) (Быт. 2, 7).

«Всё, что имело дыхание духа жизни в ноздрях своих (nišmat-ruaḥ ḥayyim bə’appaw; Септ.: πνοὴν ζωῆς; цсл.: дыханiе жизни) на суше, умерло» (Быт. 7, 22).

«А в городах сих народов, которые Яхве, бог твой, даёт тебе во владение, не оставляй в живых ни одной души (lo təḥayye kol-nəšama; Септ.: οὐ ζωγρήσετε ἀπ᾿ αὐτῶν πᾶν ἐμπνέον; цсл.: от нихъ да не оставите жива всякаго дыханiя)» (Втор. 20, 16).

«[Иисус Навин] никого не оставил, кто уцелел бы, и всё дышущее предал заклятию (wə’et kol-hannəšama heḥerim; Септ.: καὶ πᾶν ἐμπνέον ζωῆς ἐξωλόθρευσεν; цсл.: и все дышущее потребиша), как повелел Яхве, бог Израилев» (Нав. 10, 40).

«И побили всё дышущее (nep̄eš; Септ.: ἐμπνέον; цсл.: дышущее), что было в нём, мечем, предав заклятию; не осталось ни одной души (nəšama; Септ.: ἐμπνέον; цсл.: дышущее)» (Нав. 11, 11).

«И открылись источники моря, обнажились основания земного круга от грозного гласа Яхве, от дуновения духа ноздрей его (minnišmat ruaḥ ’appaw; Септ.: ἀπὸ πνοῆς πνεύματος θυμοῦ αὐτοῦ; цсл.: от дохновенiя духа гнѣва его)» (2 Цар. 22, 16).

«Когда он (Вааса) воцарился, то избил весь дом Иеровоамов, не оставил ни души (nəšama; Септ.: πνοὴν; цсл.: дыханiя) у Иеровоама» (3 Цар. 15, 29).

«После этого заболел сын этой женщины, госпожи дома, и болезнь его была так сильна, что не осталось в нём дыхания (nəšama; Септ.: πνεῦμα; цсл.: духъ) … И услышал Яхве голос Илии, и возвратилась душа (nep̄eš; Септ.: ψυχὴ; цсл.: душа) отрока сего в него, и он ожил» (3 Цар. 17, 17, 23).

«От дуновения божия (minnišmat ’eloah; Септ.: ἀπὸ προστάγματος κυρίου; цсл.: от повелѣнiя господня) погибают, и от дыхания носа его (umeruaḥ ’appo; Септ.: ἀπὸ δὲ πνεύματος ὀργῆς αὐτοῦ; цсл.: от духа же гнѣва его) исчезают» (Иов. 4, 9).

«Кому ты (Вилдад) говорил эти слова, и чей дух (wənišmat-mi; Септ.: πνοὴ δὲ τίνος; цсл.: дыханiе же чiе) исходит из тебя?» (Иов. 26, 4).

«Доколе ещё дыхание моё во мне и дух божий в ноздрях моих» (ki-kol-«od nišmati ḇi wəruaḥ eloah bə’appi; Септ.: ἦ μὴν ἔτι τῆς πνοῆς μου ἐνούσης, πνεῦμα δὲ θεῖον τὸ περιόν μοι ἐν ῥινί; цсл.: дондеже еще дыханiе мое есть и духъ божiй сущiй въ ноздрехъ моихъ) (Иов. 27, 3).

«Но дух в человеке и дыхание Шаддая даёт им разумение» (’aḵen ruaḥ-hi ḇe’enoš wənišmat-šadday təḇinem; Септ.: ἀλλὰ πνεῦμά ἐστιν ἐν βροτοῖς, πνοὴ δὲ παντοκράτορός ἐστιν ἡ διδάσκουσα; цсл.: Но духъ есть в человѣцѣхъ, дыханiе же вседержителево есть научающее) (Иов. 32, 8).

«Дух Эла создал меня, и дыхание Шаддая дало мне жизнь» (ruaḥ-’el «aśatəni wənišmat-šadday təḥayyeni; Септ.: πνεῦμα θεῖον τὸ ποιῆσάν με, πνοὴ δὲ παντοκράτορος ἡ διδάσκουσά με; цсл.: духъ божiй сотворивый мя, дыханiе же вседержителево поучающее мя) (Иов. 33, 4).

«Если бы он… взял к себе дух её и дыхание её (ruḥo wənišmato; Септ.: τὸ πνεῦμα; цсл.: духъ), вдруг погибла бы всякая плоть, и человек возвратился бы в прах» (Иов. 34, 14—15).

«От дуновения божия (minnišmat-’el; Септ.: ἀπὸ πνοῆς ἰσχυροῦ; цсл.: от дыханiя крепка) происходит лёд» (Иов. 37, 10).

«И открылись источники вод, обнажились основания земного круга от грозного гласа твоего, Яхве, от дуновения духа ноздрей твоих (minnišmat ruaḥ ’appeḵa; Септ.: ἀπὸ ἐμπνεύσεως πνεύματος ὀργῆς σου; цсл.: от дохновенiя духа гнѣва твоего)» (Пс. 17, 16).

«Всё дышащее (kol-hannəšama; Септ.: πᾶσα πνοὴ; цсл.: всякое дыханiе) да хвалит Яхве!» (Пс. 150, 6).

«Светильник Яхве – дух человека (nišmat ’adam; Септ.: πνοὴ ἀνθρώπων; цсл.: дыханiе человѣкомъ), испытывающий все глубины сердца» (Притч. 20, 27).

«Перестаньте вы надеяться на человека, которого дыхание въ ноздрях его (nəšama bə’appo; цсл.: дыханiе в ноздрехъ его): ибо что он значит?» (Ис. 2, 22).

«Ибо устроен уже тофет его; да, он для царя приготовлен; глубок и широк костёр его, огня и дров много; дыхание Яхве (nišmat yhwh; Септ.: ὁ θυμὸς κυρίου; цсл.: ярость господня), как поток серы, зажжёт его» (Ис. 30, 33).

«Так говорит бог Яхве, сотворивший небеса и пространство их, распростёрший землю с произведениями её, дающий дыхание (nəšama; Септ.: πνοὴν; цсл.: дыханiе) народу на ней и дух (ruaḥ; Септ.: πνεῦμα; цсл.: духъ) ходящим по ней» (Ис. 42, 5).

«Ибо не вечно буду я вести тяжбу и не до конца гневаться; иначе изнеможет предо мною дух (ruaḥ; Септ.: πνεῦμα; цсл.: духъ) и всякое дыхание (nəšamot; Септ.: πνοὴν; цсл.: дыханiе), мною сотворённое» (Ис. 57, 16).

«Ибо во мне нет силы, и дыхание (nəšama; Септ.: πνεῦμα; цсл.: дыханiе) замерло во мне» (Дан. 10, 17).

В Септуагинте слово nəšama переведено на греческий язык 13 раз как πνοή (дуновение, веяние, ветер, дыхание), 3 раза как ἐμπνέον (дышащее), 3 (?)² раза как πνεῦμα (дыхание, дуновение, ветер, дух), 1 раз как ἔμπνευσις (дуновение, веяние, ветер, дыхание), 1 раз как θυμός (дух, гнев) и 1 раз как πρόσταγμα (приказ). В Ис. 2, 22 nəšama масоретского текста в Септуагинте опущено. Ни разу это слово не переведено на греческий как «душа».

Как видно из приведённых цитат, nəšama означает телесное дыхание, которое в человека вдыхает при его сотворении Яхве, которое поддерживает человека в течение его жизни и которое покидает его при его смерти, а также живое существо, жизнь которого поддерживается дыханием. В двух случаях (Иов. 26, 4 и Притч. 20, 27) может сложиться впечатление, что слово nəšama имеет более отвлечённое значение, но при ближайшем рассмотрении это впечатление оказывается неверным.

В первом случае Иов обращается с вопросом к своему другу Вилдаду после произнесённой им речи: «Кому ты говорил эти слова, и чей дух (wənišmat-mi; Септ.: πνοὴ δὲ τίνος; цсл.: дыханiе же чiе) исходит из тебя?» (Иов. 26, 4). Иов здесь насмехается над ложной мудростью Вилдада, указывая на его ничтожность перед богом. Из него исходит дыхание, данное ему богом, т.е. здесь имеется в виду телесное дыхание (как в церковнославянском переводе), а не отвлечённый дух.

Второй случай выглядит более сложным: «Светильник Яхве – дух человека (nišmat ’adam; Септ.: πνοὴ ἀνθρώπων; цсл.: дыханiе человѣкомъ), испытывающий все глубины сердца» (Притч. 20, 27). Русский синодальный перевод отражает традиционное христианское прочтение этого высказывания, согласно которому речь в нём идёт о духе или совести человека, от которых не могут укрыться даже его тайные помыслы. Однако современная библеистика³ отказалась от такого прочтения как вносящего в еврейский оригинал чуждые ему идеи. Масоретский текст этого отрывка (ner yhwh nišmat ’adam ḥop̄eś kol-ḥadre ḇaṭen) означает буквально: «Дыхание человека есть светильник Яхве, осматривающего все глубины утробы». Утроба (baṭen) никогда не называется в Еврейской Библии средоточием мыслей. Яхве вдохнул в человека дыхание, которое проникает в самые укромные части человеческого тела, благодаря чему оно служит как бы светильником, при помощи которого Яхве освещает себе внутренность человека, ср.: «И будет в то время, я со светильником (nerot) осмотрю (’aḥappeś) Иерусалим» (Соф. 1, 12).

Таким образом, и здесь слово nəšama означает телесное дыхание. Нигде в Еврейской Библии оно не имеет значения отвлечённого духа или души.

Как видно из приведённого выше списка цитат, в некоторых случаях синонимом слова nəšama может выступать ruaḥ «ветер; дыхание»⁴. Это слово, образованное от глагольного корня rwḥ «дуть; дышать», встречается в Еврейской Библии 389 раз (378 раз в еврейском тексте и 11 раз в арамейском). Оно относится к Яхве чаще (136 раз), чем к людям, животным или другим богам (129 раз), т.е. примерно в трети всех случаев использования. По меньшей мере в 113 случаях словом ruaḥ называется обычный физический ветер.⁵ В тех случаях, когда оно выступает синонимом слова nəšama, оно означает дыхание, которое вдыхает в человека Яхве и которое поддерживает в нём жизнь. Таким дыханием (ruaḥ) обладают не только люди, но и животные (Быт. 6, 17; 7, 15, 22; Еккл. 3, 19, 21). Это слово может также означать «ветер» или «дух» как отдельное сверхъестественное существо (3 Цар. 22, 21—23).

Чаще всего как «душа» на европейские языки переводится в Еврейской Библии слово nep̄eš. Оно образовано от глагольного корня npš «дышать», который на более глубоком этимологическом уровне может быть связан с корнем nšm, давшем уже разобранное нами слово nəšama. Таким образом, слово nep̄eš означает в самом буквальном значении «дыхание». В масоретском тексте Еврейской Библии оно встречается 754 раза. Примерно в 600 случаях в Септуагинте это слово переведено на греческий как ψυχή «душа». В греческом языке с самого раннего времени ψυχή означает бессмертную часть человеческой личности, продолжающую существовать после смерти тела (уже у Гомера ψυχή умершего пребывает в Аиде). Перевод этим словом еврейского nep̄eš внёс в Еврейскую Библию чуждые ей смыслы.

Согласно Яхвистскому источнику ЕБ, Яхве вылепил человека из земли и вдохнул в него своё дыхание: «И слепил бог Яхве человека (ha’adam), прах из земли («ap̄ar min-ha’adama), и вдунул в ноздри его дыхание жизни (wayyippaḥ bə’appaw nišmat ḥayyim), и стал человек душою живою (wayəhi ha’adam lənep̄eš ḥayya)» (Быт. 2, 7).

Однако как «душа живая» человек не уникален, потому что таким же выражением в Еврейской Библии называются также пресмыкающиеся, «скоты, и гады, и звери земные»: «И сказал бог: да произведёт вода пресмыкающихся, душу живую (šereṣ nep̄eš ḥayya; Септ.: ἑρπετὰ ψυχῶν ζωσῶν); и птицы да полетят над землёю, по тверди небесной. И сотворил бог рыб больших и всякую душу живую пресмыкающихся (nep̄eš ḥayya ha-romeśet; Септ.: ψυχὴν ζῴων ἑρπετῶν), которых произвела вода» (Быт. 1, 20—21); «И сказал бог: да произведёт земля душу живую (nep̄eš ḥayya; Септ.: ψυχὴν ζῶσαν) по роду её, скотов, и гадов, и зверей земных по роду их» (Быт. 1, 24).

В этой связи выражение nep̄eš ḥayya может быть переведено просто как «живое существо». Как уже говорилось, первоначальным значением слова nep̄eš было «дыхание», потом оно приобрело более отвлечённое значение «жизнь» как то, что поддерживается дыханием. Таким образом оно должно пониматься, когда речь идёт о его исхождении из тела при смерти человека: «И когда выходила из неё (Рахили) душа, ибо она умирала…» (wayəhi bəṣet nap̄šah ki meta; Септ.: ἐγένετο δὲ ἐν τῷ ἀφιέναι αὐτὴν τὴν ψυχήν, ἀπέθνησκε γάρ) (Быт. 35, 18).

В нескольких случаях nep̄eš практически отождествляется с кровью: «Только плоти с душею её, с кровию её (bənap̄šo damo), не ешьте» (Быт. 9, 4); «…Душа тела в крови» (ki nep̄eš ha-baśar ba-dam hi) (Лев. 17, 11); «Ибо душа всякого тела есть кровь его» (ki-nep̄eš kol-baśar damo ḇənap̄šo hu) (Лев. 17, 14); «Только строго наблюдай, чтобы не есть крови, потому что кровь есть душа (ki ha-dam hu ha-nap̄eš); не ешь души вместе с мясом» (Втор. 12, 23). Причиной такого отождествления должно было послужить то, что вместе с кровью тело покидает дыхание и жизнь.

2 раза в Еврейской Библии встречается выражение nep̄eš met (вариант nap̄šot met) «мёртвая душа», означающее мёртвое тело: «И ни к какому умершему (nap̄šot met; Септ.: ἐπὶ πάσῃ ψυχῇ τετελευτηκυίᾳ; цсл.: ко всякой души оумершей) не должен он (т.е. иудейский жрец) приступать» (Лев. 21, 11); «Во все дни, на которые он посвятил себя в назореи Яхве, не должен он подходить к мёртвому телу (nep̄eš met; ἐπὶ πάσῃ ψυχῇ τετελευτηκυίᾳ; цсл.: ко всякой душѣ скончавшейся)» (Числ. 6, 6).

Слово nep̄eš и само по себе может означать мёртвого или труп: «Ради умершего (nep̄eš; Септ.: ἐπὶ ψυχῇ; цсл.: о души) не делайте надрезов на теле вашем» (Лев. 19, 28); «И сказал Яхве Моисею: объяви священникам, сынам Аароновым, и скажи им: да не оскверняют себя прикосновением к умершему (nep̄eš) из народа своего» (Лев. 21, 1); тж. Лев. 22, 4; Числ. 5, 2; 6, 11; 9, 6, 7, 10; 19, 11, 13.

Из значения «дыхание» у этого слова развилось значение « (дыхательное) горло» (Ис. 5, 14; Ав. 2, 5). Кроме того, в сочетании с притяжательным местоимением оно выступает как эквивалент соответствующего личного местоимения, напр.: «Душа моя (nap̄ši) не возгнушается вами» (Лев. 26, 11, 30), т.е. «Я не возгнушаюсь вами», и др.

Сторонники взгляда на то, что слово nep̄eš может означать в Еврейской Библии бессмертную душу, чаще всего ссылаются на ряд отрывков из Псалмов, в частности, из 15-го и 29-го, однако тщательное рассмотрение соответствующих текстов опровергает подобное мнение.

Пс. 15, 10: «Ибо ты не оставишь души моей в аде и не дашь святому твоему увидеть тление» (Септ.: ὅτι οὐκ ἐγκαταλείψεις τὴν ψυχήν μου εἰς ᾅδην, οὐδὲ δώσεις τὸν ὅσιόν σου ἰδεῖν διαφθοράν; цсл.: Яко не оставиши душу мою во адѣ, ниже даси преподобному твоему видѣти истлѣнiя). Два полустишия еврейского оригинала этого стиха представляют собой поэтический параллелизм:

ki lo-ta‘azoḇ nap̄ši lišə’ol

lo-titten ḥasidəḵa lirə’ot šaḥat

Ибо ты не оставишь меня Шеол,

Не дашь праведному твоему увидеть Яму.

Слову nap̄ši «душа моя» первого полустишия соответствует ḥasidəḵa «праведный твой», под которым автор имеет в виду себя, т.е. nap̄ši здесь означает просто «я». К Шеол⁶ применён предлог le, означающий «направление движения к», а не «нахождение в», которое было бы передано предлогом be. В этом стихе речь идёт о живом молящемся, находящемся вне Шеол, а не о его душе, пребывающей после смерти в Шеол.

Пс. 29, 4: «Господи! Ты вывел из ада душу мою и оживил меня, чтобы я не сошёл в могилу» (Септ.: κύριε, ἀνήγαγες ἐξ ᾅδου τὴν ψυχήν μου, ἔσωσάς με ἀπὸ τῶν καταβαινόντων εἰς λάκκον; цсл.: Господи, возвелъ еси от ада душу мою, спаслъ мя еси от низходящихъ въ ровъ). Здесь, как и в Пс. 15, 10, мы видим поэтический параллелизм двух полустиший:

yhwh he‘elita min-šə’ol nap̄ši

ḥiyyitani mywrdy (kəṯiḇ) / myrdy (qəre) bor

Яхве, ты поднял меня от Шеол,

Спас мою жизнь от нисхождения в Яму.

Слову nap̄ši первого полустишия соответствует «я» второго полустишия (выраженное суффиксом глагола ḥiyyitani). Второе слово второго полустишия испорчено, но в оригинале определённо говорилось о нисхождении с предлогом min, как и в первом полустишии (ср. параллельное использование предлога le в Пс. 15, 10). Предлог min может означать как «из положения в», так и «из положения рядом с». Здесь он очевидно использован во втором значении. Как и в Пс. 15, 10, слово nap̄ši означает здесь «я», и речь идёт о живом человеке, не желающем попасть в Шеол.

Такое же значение имеет слово nap̄ši в 48-м и 85-м Псалмах, которые также зачастую приводятся как доказательства наличия веры в бессмертие души в Еврейской Библии: «Но Бог избавит душу мою от власти преисподней, когда примет меня» (’aḵ ’elohim yip̄de nap̄ši miyyad-šə’ol ki yiqqaḥeni; Септ.: πλὴν ὁ θεὸς λυτρώσεται τὴν ψυχήν μου ἐκ χειρὸς ᾅδου, ὅταν λαμβάνῃ με; цсл.: обаче богъ избавитъ душу мою из руки адовы, егда прiемлетъ мя) (Пс. 48, 16); «Ибо велика милость твоя ко мне; ты избавил душу мою от ада преисподнего (wəhiṣṣalta nap̄ši miššə’ol taḥtiyya; Септ.: καὶ ἐρρύσω τὴν ψυχήν μου ἐξ ᾅδου κατωτάτου; цсл.: и избавилъ еси душу мою от ада преисподнѣйшаго)» (Пс. 85, 13).

В первом случае масоретский текст буквально значит «Но бог выкупит меня от руки Шеол, ибо он возьмёт меня», во втором – «Ты спас меня от преисподней Шеол», и в обоих случаях речь идёт о том, что Яхве спас молящегося от преждевременной смерти.

Итак, Еврейская Библия никогда не называет словом nep̄eš обитателей Шеол – иудейского загробного мира, куда попадают после смерти все люди, как праведные, так и грешные, и где они вечно пребывают в виде своего рода безличных призрачных теней (некоторое исключение представляют собой лишь рефаимы⁷). Для обозначения таких обитателей загробного мира в Еврейской Библии вообще нет никакого определённого термина кроме разве что слова «мёртвые».

В целом можно сказать, что слово nep̄eš имеет в Еврейской Библии довольно широкий набор значений, в т.ч.: дыхание, горло, жизнь, живое существо, некто, самость («я»), мертвец, труп. Однако оно никогда не означает часть человеческой личности, продолжающую существовать после смерти тела, т.е. душу в общепринятом (индо-) европейском значении этого слова. Представление о бессмертной душе и душе вообще в Еврейской Библии отсутствует, как и представление о посмертном воздаянии⁸.

Отсутствие представления об эсхатологическом воскресении в Еврейской Библии

В Еврейской Библии имеется три рассказа о воскрешении умерших. В первом из них пророк Илия возвращает к жизни сына сарептинской вдовы: «И простёршись над отроком трижды, он воззвал к Яхве и сказал: Яхве, бог мой! да возвратится душа отрока сего в него! И услышал Яхве голос Илии, и возвратилась душа отрока сего в него, и он ожил (wayyeḥi)» (3 Цар. 17, 21—22).

Во втором подобном рассказе пророк Елисей оживляет сына сунамитянки: «И вошёл Елисей в дом, и вот, ребёнок мёртвый (met) лежит на постели его. И вошёл, и запер дверь за собою, и помолился Яхве. И поднялся и лёг над ребёнком, и приложил свои уста к его устам, и свои глаза к его глазам, и свои ладони к его ладоням, и простёрся на нём, и согрелась плоть ребёнка. И встал и прошёл по горнице взад и вперёд; потом опять поднялся и простёрся на нём. И чихнул ребёнок раз семь, и открыл ребёнок глаза свои» (4 Цар. 4, 32—35).

В третьем рассказе мёртвого оживляют кости Елисея: «И умер Елисей, и похоронили его. И полчища моавитян пришли в землю в следующем году. И было, что, когда погребали одного человека, то, увидев это полчище, погребавшие бросили того человека в гроб Елисеев; и он при падении своём коснулся костей Елисея, и ожил (wayəḥi), и встал на ноги свои (Септ.: καὶ ἔζησε καὶ ἀνέστη ἐπὶ τοὺς πόδας αὐτοῦ)» (4 Цар. 13, 20—21).

Естественно, подобное возвращение к жизни не имеет ничего общего с эсхатологическим воскресением мёртвых в конце времён – воскрешаемые Илией и Елисеем люди воскресают лишь на какой-то определённый дополнительный промежуток времени, чтобы потом снова навсегда умереть.

Ещё в трёх отрывках из Еврейской Библии образ воскресения из мёртвых используется не в буквальном смысле, а метафорически – для предсказания будущего возрождения Израиля.

Первый из них входит в состав Книги пророка Осии. Этот израильский пророк жил во второй половине VIII в. до н.э., однако, учитывая следы позднейшего девтерономического редактирования во всей книге в целом и в самом данном отрывке, его датировка представляется затруднительной: «Ибо я (т. е. Яхве) как лев для Ефрема и как скимен для дома Иудина; я, я растерзаю, и уйду; унесу, и никто не спасёт. Пойду, возвращусь в моё место, доколе они не признают себя виновными и не взыщут лица моего. В скорби своей они с раннего утра будут искать меня и говорить: «Пойдём и возвратимся к Яхве! ибо он растерзал – и он исцелит нас, поразил – и он перевяжет нас; оживит нас (yəḥayyenu) через два дня, в третий день восставит нас (yəqimenu), и мы будем жить (wəniḥye) перед лицом его» (Септ.: ὑγιάσει ἡμᾶς μετὰ δύο ἡμέρας, ἐν τῇ ἡμέρᾳ τῇ τρίτῃ ἐξαναστησόμεθα (цсл.: воскреснемъ) καὶ ζησόμεθα ἐνώπιον αὐτοῦ)» (Ос. 5, 14—15 – 6, 1—2).

Осия имеет здесь в виду не коллективное или индивидуальное телесное воскресение, а лишь возрождение еврейского народа по возвращении его из плена: «он (т. е. Израиль) расцветёт, как лилия, и пустит корни свои, как Ливан, расширятся ветви его… возвратятся сидевшие под тенью его» (Ос. 14, 6—8).

Второй из отрывков присутствует в Книге пророка Исайи в составе т. наз. «Апокалипсиса Исайи» (гл. 24—27), возникновение которого большинство исследователей склонны относить ко времени Маккавейской войны (160-е гг. до н.э.). В синодальном переводе он звучит следующим образом: «Оживут мертвецы Твои, восстанут мёртвые тела! Воспряните и торжествуйте, поверженные в прахе: ибо роса Твоя – роса растений, и земля извергнет мертвецов» (Ис. 26, 19). Масоретский текст этого отрывка очевидно неисправен: Yiḥyu meteḵa nəḇelati yəqumun haqiṣu wərannenu šoḵne «ap̄ar ki ṭal ’orot ṭaleḵa wa’areṣ rəp̄a’im tappil, т.е. буквально: «Оживут мёртвые твои, тело моё восстанут (sic)! Пробудитесь и ликуйте, обитатели праха, ибо роса светов – роса твоя, и земля извергнет рефаимов». Септ.: Ἀναστήσονται οἱ νεκροί, καὶ ἐγερθήσονται οἱ ἐν τοῖς μνημείοις, καὶ εὐφρανθήσονται οἱ ἐν τῇ γῇ· ἡ γὰρ δρόσος ἡ παρὰ σοῦ ἴαμα αὐτοῖς ἐστιν, ἡ δὲ γῆ τῶν ἀσεβῶν πεσεῖται; цсл.: Воскреснутъ мертвiи и востанутъ иже во гробѣхъ, и возрадуются иже на земли: роса бо, яже от тебе, исцѣленiе имъ есть, земля же нечестивыхъ падетъ.

Вместо «тело моё» (nəḇelati) масоретского текста Таргумы и Пешитта дают вариант «тела их» (niḇlotam), а вместо императивов haqiṣu wərannenu кумранская рукопись 1QIsaa предлагает имперфекты yaqiṣu wirannenu, что подтверждается Септуагинтой и рядом других древних переводов. На этом основании первоначальный текст Ис. 26, 19 можно восстановить следующим образом: «Оживут мёртвые твои, тела их восстанут! Пробудятся и возликуют обитатели праха, ибо роса светов – роса твоя, и земля извергнет рефаимов».

Как и Осия, автор Апокалипсиса Исайи использует образ воскресения не в буквальном смысле, а только для предсказания возвращения Израиля из изгнания: «Изгоняя её (т. е. Израиль), ты (т. е. Яхве) судился с нею… И вы, сыны Израиля, будете собраны один к другому; и будет в тот день: вострубит великая труба, и придут затерявшиеся в Ассирийской земле и изгнанные в землю Египетскую и поклонятся Яхве на святой горе в Иерусалиме» (Ис. 27, 8, 12—13).

Третий отрывок такого рода содержится в Книге пророка Иезекииля:

1. Была на мне рука Яхве, и Яхве вывел меня в духе и поставил меня посреди долины, и она была полна костей,

2. и обвёл меня вокруг них, и вот, весьма много их на поверхности долины, и вот, они весьма сухи.

3. И сказал мне: Сын человеческий! Оживут (tiḥyena; ζήσεται) ли кости сии? Я сказал: господь Яхве! Ты знаешь.

4. И сказал мне: Изреки пророчество на кости сии и скажи им: Кости сухие! слушайте слово Яхве!

5. Так говорит господь Яхве костям сим: Вот, я введу дух в вас, и оживёте (ḥəyitem).

6. И обложу вас жилами, и выращу на вас плоть, и покрою вас кожею, и дам вам дух, и оживёте (ḥəyitem; ζήσεσθε), и узнаете, что я Яхве.

7. Я изрёк пророчество, как повелено было мне; и когда я пророчествовал, произошёл шум, и вот движение, и стали сближаться кости, кость с костью своею.

8. И видел я: и вот, жилы были на них, и плоть выросла, и кожа покрыла их сверху, а духа не было в них.

9. Тогда он сказал мне: Изреки пророчество духу, изреки пророчество, сын человеческий, и скажи духу: так говорит господь Яхве: От четырёх ветров приди, дух, и дохни на этих убитых, и они оживут (yiḥyu; ζησάτωσαν).

10. И я изрёк пророчество, как он повелел мне, и вошёл в них дух, и они ожили (yiḥyu), и стали на ноги свои (Септ.: καὶ ἔζησαν καὶ ἔστησαν ἐπὶ τῶν ποδῶν αὐτῶν) – весьма, весьма великое полчище.

11. И сказал он мне: Сын человеческий! кости сии – весь дом Израилев. Вот, они говорят: Иссохли кости наши, и погибла надежда наша, мы отсечены!

12. Посему изреки пророчество и скажи им: Так говорит господь Яхве: Вот, я открою гробы ваши и выведу вас, народ мой, из гробов ваших и введу вас в землю Израилеву.

13. И узнаете, что я Яхве, когда открою гробы ваши и выведу вас, народ мой, из гробов ваших,

14. и дам вам дух мой, и оживёте (ḥəyitem; ζήσεσθε), и помещу вас на земле вашей, и узнаете, что я, Яхве, сказал это – и сделал, говорит Яхве.

(Иез. 37, 1—14)

Иезекииль жил и пророчествовал в Вавилонии в 590-570-х гг. до н.э., но последние главы носящей его имя книги считаются поздними добавлениями к его пророчествам, сделанными в персидскую эпоху. Полная костей долина, изображённая в 37-й главе, по всей видимости, вдохновлена погребальным сооружением зороастрийцев – дахмой, а картина воскресения – зороастрийской верой в телесное воскресение. Однако сам иудейский автор этого отрывка обещает в нём не воскресение умерших иудеев, а возрождение Израиля.

Главы 36 и 37 Книги пророка Иезекииля посвящены возвращению евреев в свою землю, ср.: «А вы, горы Израилевы, распустите ветви ваши и будете приносить плоды ваши народу моему Израилю; ибо они скоро придут… И умножу на вас людей, весь дом Израилев, весь, и заселены будут города и застроены развалины» (Иез. 36, 8, 10) и т. д. «Костями» иудейский пророк образно называет своих живых соплеменников: «Кости сии – весь дом Израилев. Вот, они говорят: „иссохли кости наши, и погибла надежда наша, мы отсечены“» (Иез. 37, 11). Соответственно, в Иез. 37, 1—14, как и в Ос. 6, 2 и Ис. 26, 19, речь идёт лишь о национальном возрождении Израиля, но не о телесном воскресении как таковом.

Таким образом, ни в одном из шести разобранных отрывков из Еврейской Библии нет речи об эсхатологическом телесном воскресении. Однако, когда соответствующее представление было заимствовано иудаизмом, последние три из них (Ос. 6, 2, Ис. 26, 19, Иез. 37, 1—14) были перетолкованы как пророчества о таком воскресении, а для его обозначения была приспособлена лексика, присутствующая в этих отрывках. Уже в таргумах (переводах Еврейской Библии на арамейский язык с толкованиями) начинает употребляться, а в раввинистической литературе становится стандартным технический термин для обозначения эсхатологического телесного воскресения – teḥiyyat hammetim (букв. «оживление мёртвых»). Существительное teḥiyyat в нём произведено от глагола ḥaya «жить», который используется в приведённых выше цитатах из ЕБ в значении «оживать, воскресать» (wayyeḥi «и он ожил» в 3 Цар. 17, 22, wayəḥi «и он ожил» в 4 Цар. 13, 21, yiḥyu «они оживут» в Ис. 26, 19, tiḥyena «они оживут», ḥəyitem «вы оживёте», yiḥyu «они оживут, ожили» в Иез. 37, 3, 5, 6, 9, 10, 14), и именно от его каузативной породы pi‘el, в которой этот глагол употреблён в Ос. 6, 2 (yəḥayyenu «он оживит нас»).

В Септуагинте и неканонической иудейской литературе эпохи Второго храма на греческом языке воскресение описывается при помощи глаголов ζάω, ἐγείρω, ἀνίστημι и ἀναβιόω и их различных производных, которые используются с этой целью также в текстах Нового Завета.

Поздняя часть книги Третье-Исайи (V – IV вв. до н.э.) всё ещё отражает традиционную иудейскую эсхатологию, в которой наградой от Яхве является долгая жизнь, заканчивающаяся неизбежной смертью без какого-либо последующего воскресения или посмертного воздаяния: «Ибо вот, я творю новое небо и новую землю, и прежние уже не будут воспоминаемы и не придут на сердце. А вы будете веселиться и радоваться вовеки о том, что я творю: ибо вот, я творю Иерусалим веселием и народ его радостью. И буду радоваться о Иерусалиме и веселиться о народе моём; и не услышится в нём более голос плача и голос вопля. Там не будет более малолетнего и старца, который не достигал бы полноты дней своих; ибо юноша будет умирать столетним, но столетний грешник будет проклинаем. И будут строить домы и жить в них, и насаждать виноградники и есть плоды их. Не будут строить, чтобы другой жил, не будут насаждать, чтобы другой ел; ибо дни народа моего будут, как дни дерева, и избранные мои долго будут пользоваться изделием рук своих» (Ис. 65, 17—22).

Первые свидетельства о вере иудеев в бессмертие души, посмертное воздаяние и телесное воскресение относятся к III – II вв. до н.э.

Эсхатология поздних пророческих книг Еврейской Библии

«День Яхве»

Важным понятием иудейской эсхатологии является «день Яхве» (yom yhwh). По всей видимости, первоначально это выражение означало военную победу исповедующих религию Яхве евреев над своими противниками. Однако с определённого времени иудейские пророки стали вкладывать в него также смысл наказания «богом Израилевым» иудеев за их прегрешения. Предположительно самое ранее употребление этого выражения встречается в Книге пророка Амоса: «Горе желающим дня Яхве! для чего вам этот день Яхве? он тьма, а не свет, то же, как если бы кто убежал от льва, и попался бы медведю, или если бы пришёл домой и опёрся рукою о стену, и змея ужалила бы его. Разве день Яхве не тьма (ḥošeḵ), а свет (’or)? он мрак (’ap̄el), и нет сияния (noga) в нём» (Ам. 5, 18—20).

Евреи ждут «дня Яхве» как блага для себя, но на самом деле он будет для них горем: «Не поколеблется ли от этого земля, и не восплачет ли каждый, живущий на ней? Взволнуется вся она, как река, и будет подниматься и опускаться, как река Египетская. И будет в тот день, говорит господь мой Яхве: низведу солнце в полдень и омрачу землю в день света. И обращу праздники ваши в сетование и все песни ваши в плач, и возложу на все чресла вретище и плешь на всякую голову; и произведу в ней плач, как о единственном сыне, и конец её будет – как горький день» (Ам. 8, 8—10). Очевидно, в Книге пророка Амоса «день Яхве» связывается с гибелью Израильского царства.

Пророк Иоиль использует это выражение в связи с голодом, от которого страдает послепленная Иудея: «О, какой день! ибо день Яхве близок; как опустошение от Шаддая придёт он. Не пред нашими ли глазами отнимается пища, от дома бога нашего – веселье и радость? Истлели зёрна под глыбами своими, опустели житницы, разрушены кладовые, ибо не стало хлеба. Как стонет скот! уныло ходят стада волов, ибо нет для них пажити; томятся и стада овец. К тебе, Яхве, взываю; ибо огонь пожрал злачные пастбища пустыни, и пламя попалило все дерева в поле. Даже и животные на поле взывают к тебе, потому что иссохли потоки вод, и огонь истребил пастбища пустыни» (Иоил. 1, 15—20).

При этом выражение «день Яхве» может означать и наказание «богом Израилевым» враждебной ему человеческой гордыни в целом: «Поникнут гордые взгляды человека, и высокое людское унизится; и один Яхве будет высок в тот день. Ибо грядёт день Яхве Воинств на всё гордое и высокомерное и на всё превознесенное, – и оно будет унижено, – и на все кедры Ливанские, высокие и превозносящиеся, и на все дубы Васанские, и на все высокие горы, и на все возвышающиеся холмы, и на всякую высокую башню, и на всякую крепкую стену, и на все корабли Фарсисские, и на все вожделенные украшения. И падёт величие человеческое, и высокое людское унизится; и один Яхве будет высок в тот день» (Ис. 2, 11—17).

При этом данное выражение в языке пророков продолжает обозначать победу Яхве над враждебными Израилю народами: «Трубите трубою на Сионе и бейте тревогу на святой горе моей; да трепещут все жители земли, ибо наступает день Яхве, ибо он близок – день тьмы (ḥošeḵ) и мрака (’ap̄ela), день облака («anan) и тумана («arap̄el)» (Иоил. 2, 1—2). В этот день Яхве лично выступит во главе божественного воинства против своих врагов: «Перед ними потрясётся земля, поколеблется небо; солнце и луна помрачатся, и звезды потеряют своё сияние (noga). И Яхве даст глас свой перед воинством своим (ḥelo), ибо весьма многочислен стан его (maḥanehu) и могуществен исполнитель слова его; ибо велик день Яхве и весьма страшен, и кто выдержит его?» (Иоил. 2, 10—11).

В Книге пророка Иоиля в «день Яхве» после возвращения иудеев из плена происходит суд над народами в долине Иосафата: «Спешите и сходитесь, все народы окрестные, и соберитесь [в долину Иосафата]; туда, Яхве, низведи (hanḥat) твоих воителей (gibboreḵa)! Пусть воспрянут народы и взойдут в долину Иосафата; ибо там я воссяду, чтобы судить все окрестные народы. Пустите в дело серпы, ибо жатва созрела; идите, спуститесь, ибо точило полно и подточилия переливаются, потому что зло их велико. Толпы, толпы в долине суда! ибо близок день Яхве к долине суда!» (Иоил. 3, 11—14).

Суд огнём

Одним из самых распространённых образов в эсхатологии пророческих книг является огонь как орудие наказания. Возможно, самые ранние случаи его использования встречаются в Книге пророка Амоса: «Взыщите Яхве, и будете живы, чтобы он не устремился на дом Иосифов как огонь, который пожрёт его, и некому будет погасить его в Вефиле» (Ам. 5, 6); «Вот что показал мне господь Яхве: вот, господь Яхве призвал на тяжбу огонь, и он пожрал великую пучину (təhom rabba), пожрал и часть (ḥeleq) земли» (Ам. 7, 4).

Образ огня как наказания для грешников встречается в Псалмах: «Яхве испытывает праведного, а нечестивого и любящего насилие ненавидит душа его. Дождём прольет он на нечестивых горящие угли, огонь и серу; и палящий ветер – их доля из чаши» (Пс. 10, 5—6); «Да покроет головы окружающих меня зло собственных уст их. Да падут на них горящие угли; да будут они повержены в огонь, в пропасти, так, чтобы не встали» (Пс. 139, 10—11).

У Перво-Исайи Яхве использует огонь для наказания как Иерусалима, так и его противников: «Яхве Воинств посетит тебя (т. е. Иерусалим) громом и землетрясением, и сильным гласом, бурею и вихрем, и пламенем всепожирающего огня» (Ис. 29, 6); «И будут народы, как горящая известь, как срубленный терновник, будут сожжены в огне» (Ис. 33, 12).

Третье-Исайя изображает огонь орудием суда Яхве над миром: «О, если бы ты расторг небеса и сошёл! горы растаяли бы от лица твоего, как от плавящего огня, как от кипятящего воду, чтобы имя твоё сделать известным врагам твоим; от лица твоего содрогнулись бы народы. Когда ты совершал страшные дела, нами неожиданные, и нисходил, – горы таяли от лица твоего» (Ис. 64, 1—3); «Ибо вот, придёт Яхве в огне, и колесницы его – как вихрь, чтобы излить гнев свой с яростью и прещение своё с пылающим огнём. Ибо Яхве с огнём и мечом своим произведёт суд над всякою плотью (kol-baśar), и много будет убитых Яхве» (Ис. 66, 15—16).

Сходным образом используется этот мотив в Книге пророка Софонии: «Ни серебро их, ни золото их не может спасти их в день гнева Яхве, и огнём ревности его пожрана будет вся эта земля, ибо истребление, и притом внезапное, совершит он над всеми жителями земли» (Соф. 1, 18); «Итак ждите меня, говорит Яхве, до того дня, когда я восстану для опустошения, ибо мною определено собрать народы, созвать царства, чтобы излить на них негодование моё, всю ярость гнева моего; ибо огнём ревности моей пожрана будет вся земля» (Соф. 3, 8).

В Книге пророка Захарии огонь выступает средством очищения праведников: «И будет на всей земле, говорит Яхве, две части на ней будут истреблены, вымрут, а третья останется на ней. И введу эту третью часть в огонь, и расплавлю их, как плавят серебро, и очищу их, как очищают золото: они будут призывать имя моё, и я услышу их и скажу: „это мой народ“, и они скажут: „Яхве – бог мой!“» (Зах. 13, 8—9).

В Книге пророка Малахии Яхве очищает огнём левитов: «И кто выдержит день пришествия его, и кто устоит, когда он явится? Ибо он – как огонь расплавляющий и как щелок очищающий, и сядет переплавлять и очищать серебро, и очистит сынов Левия и переплавит их, как золото и как серебро, чтобы приносили жертву Яхве в правде» (Мал. 3, 2—3).

Кроме того, в «день Яхве, великий и страшный» (Мал. 4, 5) «бог Израилев» истребит огнём грешников: «Ибо вот, придёт день, пылающий как печь (bo‘er ka-tannur); тогда все надменные и поступающие нечестиво будут как солома, и попалит их грядущий день, говорит Яхве Воинств, так что не оставит у них ни корня, ни ветвей. А для вас, боящиеся имени моего, взойдёт солнце правды и исцеление в крыльях его, и вы выйдете и взыграете, как тельцы упитанные; и будете попирать нечестивых, ибо они будут прахом под стопами ног ваших в тот день, который я соделаю, говорит Яхве Воинств» (Мал. 4, 1—3).

Тьма и землетрясение

В пророческих книгах наступление «дня Яхве» сопровождается разнообразными природными катаклизмами. Из них чаще всего упоминается тьма: «Горе желающим дня Яхве! для чего вам этот день Яхве? он тьма (ḥošeḵ), а не свет (’or) … Разве день Яхве не тьма (ḥošeḵ), а свет (’or)? он мрак (’ap̄el), и нет сияния (noga) в нём» (Ам. 5, 18—20); «Близок великий день Яхве, близок, и очень поспешает: уже слышен голос дня Яхве; горько возопиет тогда и самый храбрый! День гнева («eḇra) – день сей, день скорби и тесноты (ṣara uməṣuqa), день опустошения и разорения (šo’a uməšo’a), день тьмы и мрака (ḥošeḵ wa’ap̄ela), день облака и мглы («anan wa‘arap̄el)» (Соф. 1, 14—15); «Трубите трубою на Сионе и бейте тревогу на святой горе моей; да трепещут все жители земли, ибо идёт день Яхве, ибо он близок – день тьмы (ḥošeḵ) и мрака (’ap̄ela), день облака («anan) и тумана («arap̄el)» (Иоил. 2, 1—2).

Тьма наступит оттого, что Яхве лишит небесные светила сияния: «И будет в тот день, говорит Господь Яхве: низведу солнце в полдень и омрачу землю в день света» (Ам. 8, 9); «Вот, приходит день Яхве лютый, с гневом и пылающею яростью, чтобы сделать землю пустынею и истребить с неё грешников её. Звёзды небесные и светила не дают от себя света; солнце меркнет при восходе своём, и луна не сияет светом своим» (Ис. 13, 9—10); «И будет в тот день: не станет света, светила удалятся. День этот будет единственный, ведомый только Яхве: ни день, ни ночь; лишь в вечернее время явится свет» (Зах. 14, 6—7); «И дам знамения (mop̄ətim) на небесах и на земле: кровь и огонь и столпы дыма. Солнце превратится во тьму и луна – в кровь перед приходом дня Яхве, великого и страшного» (Иоил. 2, 30—31); «Солнце и луна помрачатся, и звёзды потеряют своё сияние (noga)» (Иоил. 3, 15).

Иногда мрак упоминается вместе с землетрясением: «…Потрясётся земля, поколеблется небо, солнце и луна помрачатся, и звезды потеряют своё сияние (noga)» (Иоил. 2, 10). Землетрясение неоднократно упоминается и отдельно как одно из знамений наступления «дня Яхве»: «Я накажу мир за зло, и нечестивых – за беззакония их, и положу конец высокоумию гордых, и уничижу надменность притеснителей… Для сего потрясу небо, и земля сдвинется с места своего от ярости Яхве Воинств, в день пылающего гнева его» (Ис. 13, 11—13); «Ибо так говорит Яхве Воинств: ещё раз, и это будет скоро, я потрясу (mar‘iš) небеса и землю, море и сушу, и потрясу (wəhir‘ašti) все племена» (Агг. 2, 6—7); «Скажи Зоровавелю, правителю Иудеи: потрясу я небо и землю» (Агг. 2, 21).

Землетрясение будет вызвано тем, что Яхве станет на землю своими ногами: «Ибо господь Яхве Воинств коснётся земли, – и она растает, и восплачут все живущие на ней; и поднимется вся она как река, и опустится как река Египетская» (Ам. 9, 5); «Не поколеблется ли от этого земля, и не восплачет ли каждый, живущий на ней? Взволнуется вся она, как река, и будет подниматься и опускаться, как река Египетская» (Ам. 8, 8).

Война Яхве против народов

В нескольких пророческих книгах упоминается военная победа над враждебными Израилю народами в «день Яхве». Победе будет предшествовать нашествие этих народов на Иерусалим.

Самый известный из подобных сюжетов связан с «Гогом в земле Магог» из поздней части Книги пророка Иезекииля, которая датируется персидской эпохой: «И поднимешься на народ мой, на Израиля, как туча, чтобы покрыть землю: это будет в последние дни (bə’aḥarit ha-yamim), и я приведу тебя на землю мою, чтобы племена узнали меня, когда я над тобою, Гог, явлю святость мою пред глазами их» (Иез. 38, 16); «И поверну тебя и поведу тебя, и выведу тебя от краёв севера и приведу тебя на горы Израилевы. И выбью лук твой из левой руки твоей и выброшу стрелы твои из правой руки твоей. Падёшь ты на горах Израилевых, ты и все полки твои, и народы, которые с тобою; отдам тебя на съедение всякого рода хищным птицам и зверям полевым» (Иез. 39, 2—4).

Книга пророка Исайи обещает евреям победу над их соседями: «И полетят на плеча Филистимлян к западу, ограбят всех детей Востока; на Едома и Моава наложат руку свою, и дети Аммона будут подданными им» (Ис. 11, 14). В Книге пророка Софонии в качестве врагов Яхве называются Газа, Аскалон, Азот, Екрон, Приморская страна, Крит, Ханаан, Филистия, Моав, Аммон, Ефиопляне, Ассур и Ниневия (Соф. 2, 4—13), в Книге пророка Иоиля – Тир, Сидон, Филистия (Иоил. 3, 4), в Книге пророка Захарии – Хадрах, Дамаск, Емаф, Тир, Сидон, Аскалон, Газа, Екрон, Азот и Филистимляне (Зах. 9, 1—6).

В Книге пророка Захарии в качестве врага Иудеи и Израиля фигурирует также Греция (Иония), что свидетельствует о датировке этого отрывка эллинистическим временем: «Ибо как лук я натяну себе Иуду и наполню лук Ефремом, и воздвигну сынов твоих, Сион, против сынов твоих, Иония (yawan), и сделаю тебя как меч воителя. И явится над ними Яхве, и как молния вылетит стрела его, и затрубит господь Яхве трубою, и шествовать будет в бурях полуденных (sa‘arot teman). Яхве Воинств будет защищать их, а они будут поглощать (wə’aḵəlu) и попирать пращные камни, и будут пить и шуметь как от вина, и наполнятся как жертвенные чаши, как углы жертвенника. И спасёт их Яхве бог их в тот день, как овец, народ свой; ибо, подобно камням в венце, они воссияют на земле его» (Зах. 9, 13—16).

Книга пророка Аггея говорит о смуте в Персидском царстве в конце VI в. до н.э., однако позднее этот отрывок, как и многие другие подобные в Еврейской Библии, получил эсхатологическое толкование: «Я опрокину престолы царств, и истреблю силу царств народов (goyim), опрокину колесницы и всадников их, и низринуты будут кони и всадники их, каждый мечом брата своего» (Агг. 2, 22).

Яхве будет лично сражаться против врагов своего народа: «Как лев (’arye), как скимен (kəp̄ir), ревущий над своею добычею, хотя бы множество пастухов кричало на него, от крика их не содрогнётся и множеству их не уступит, – так Яхве Воинств сойдёт сразиться за гору Сион и за холм его» (Ис. 31, 4); «Яхве выйдет, как воитель (gibbor), как муж браней (iš milḥamot) возбудит ревность; воззовёт и поднимет воинский крик, и покажет себя сильным против врагов своих» (Ис. 42, 13); «В тот день защищать будет Яхве жителей Иерусалима, и самый слабый между ними в тот день будет как Давид, а дом Давида будет как бог (’elohim), как посланец Яхве (mal’aḵ yhwh) перед ними. И будет в тот день, я буду искать истребить все племена, пришедшие на Иерусалим» (Зах. 12, 8—9).

В некоторых случаях говорится о временном торжестве противников Израиля, вслед за которым в войну вступит сам Яхве: «Вот наступает день Яхве, и разделят награбленное у тебя среди тебя. И соберу все племена на войну против Иерусалима, и взят будет город, и разграблены будут дома, и обесчещены будут жёны, и половина города пойдёт в плен; но остаток народа не будет истреблён из города. Тогда выступит Яхве и ополчится против этих народов, как ополчается в день брани. И станут ноги его в тот день на Масличной горе, которая перед лицом Иерусалима к востоку; и раздвоится Масличная гора от востока к западу весьма большою долиною, и половина горы отойдёт к северу, а половина её – к югу… И придёт Яхве, бог мой, и все святые (qədošim) с ним» (Зах. 14, 1—5).

Яхве выступит во главе войска подчинённых ему богов («святых», «воителей» и пр.): «Поднимите знамя на открытой горе, возвысьте голос, махните им рукою, чтобы шли в ворота властелинов (nədiḇim). Я дал повеление посвящённым (məquddašim) моим и призвал для совершения гнева моего воителей (gibborim) моих, торжествующих в величии моём. Большой шум на горах, как бы от многолюдного народа, мятежный шум царств и народов, собравшихся вместе: Яхве Воинств обозревает воинство битвы (ṣəḇa milḥama). Идут из отдалённой страны, от края небес, Яхве и орудия гнева его (kəle za‘imo), чтобы сокрушить всю землю. Рыдайте, ибо день Яхве близок – идёт, как сокрушение от Шаддая» (Ис. 13, 2—6); «Провозгласите это между народами, освятите войну, возбудите воителей; пусть выступят, поднимутся все мужи войны. Перекуйте орала ваши на мечи и серпы ваши на копья; слабый пусть говорит: „я воитель“. Спешите и сходитесь, все окрестные народы, и соберитесь [в долину Иосафата]; туда, Яхве, низведи (hanḥat) твоих воителей (gibboreḵa)!» (Иоил. 3, 9—11); «Яхве даст глас свой пред воинством своим (ḥelo), ибо весьма многочислен стан его (maḥanehu) и могуществен исполнитель слова его; ибо велик день Яхве и весьма страшен, и кто выдержит его?» (Иоил. 2, 11).

Кроме того, Яхве вдохнёт воинский дух в евреев: «Встань и молоти, дщерь Сиона, ибо я сделаю рог твой железным и копыта твои сделаю медными, и сокрушишь многие народы, и посвятишь (wəhaḥaramti) Яхве стяжания их и богатства их господу всей земли» (Мих. 4, 13); «Посетит Яхве Воинств стадо своё, дом Иудин, и поставит их, как славного коня своего на брани. Из него – краеугольный камень, из него – гвоздь, из него – лук войны, из него выйдет равно всякий надзиратель. И они будут как воители, попирающие грязь улиц на войне, и они будут сражаться, потому что Яхве с ними, и посрамят всадников на конях» (Зах. 10, 3—5); «Вот, я сделаю Иерусалим чашею исступления для всех окрестных народов, и также для Иуды во время осады Иерусалима. И будет в тот день, сделаю Иерусалим тяжёлым камнем для всех народов; все, которые будут поднимать его, надорвут себя, а соберутся против него все племена земли. В тот день, говорит Яхве, я поражу всякого коня бешенством и всадника его безумием, а на дом Иудин отверзу очи мои; всякого же коня у народов поражу слепотою. И скажут вожди Иудины в сердцах своих: сила моя – жители Иерусалима в Яхве Воинств, боге их. В тот день я сделаю вождей Иудиных, как жаровню с огнём между дровами и как горящий светильник среди снопов, и они пожрут все окрестные народы, справа и слева» (Зах. 12, 2—6).

Враги Израиля будут разгромлены: «…Я судил совокупить народы, собрать царства, чтобы излить на них негодование моё, всю ярость гнева моего; ибо огнём ревности моей пожрана будет вся земля» (Соф. 3, 8); «От грозного гласа побегут народы; когда восстанешь, рассеются племена» (Ис. 33, 3); «Увидят народы и устыдятся при всем могуществе своём; положат руку на уста, уши их сделаются глухими; будут лизать прах как змея, как черви земные выползут они из укреплений своих; устрашатся Яхве бога нашего и убоятся тебя» (Мих. 7, 16—17); «И вот какое будет поражение, которым поразит Яхве все народы, которые воевали против Иерусалима: у каждого иссохнет плоть его, когда он ещё стоит на ногах своих, и глаза у него иссохнут в яминах своих, и язык его иссохнет во рту у него. И будет в тот день: произойдёт между ними великое смятение от Яхве, так что один схватит руку другого, и поднимется рука его на руку другого» (Зах. 14, 12—13).

Яхве подвергнет народы суду, местом которого Книга пророка Иоиля называет иерусалимскую долину Иосафата: «Ибо вот, в те дни и в то время, когда я возвращу плен Иуды и Иерусалима, я соберу все народы, и низведу их в долину Иосафата, и там произведу над ними суд за народ мой и за наследие моё, Израиля, который они рассеяли между народами, и землю мою разделили» (Иоил. 3, 1—2); «Пусть воспрянут и взойдут народы в долину Иосафата; ибо там я воссяду, чтобы судить все окрестные народы. Пустите в дело серпы, ибо жатва созрела; идите, спуститесь, ибо точило полно и подточилия переливаются, потому что зло их велико. Толпы, толпы в долине суда! ибо близок день Яхве к долине суда!» (Иоил. 3, 12—14).

Победа над враждебными Израилю народами означает одновременно победу над их богами-покровителями («Воинством небесным») и изображается как жертвоприношение: «И будет в тот день: накажет (yip̄qod) Яхве Воинство выси в выси (ṣəḇa’ ha-marom ba-marom) и царей земли на земле. И будут собраны вместе, как узники, в ров, и будут заключены в заключение, и после многих дней будут наказаны (yippaqedu). И смутится Луна, и устыдится Солнце, когда воцарится Яхве Воинств на горе Сионе и в Иерусалиме, и перед старейшинами его будет слава» (Ис. 24, 21—23); «Ибо гнев Яхве на все народы (kol-ha-goyim), и ярость его на всё Воинство их (kol-ṣəḇa’am). Он предаст их заклятию (heḥerimam), отдаст их на заклание (la-ṭaḇaḥ). И убитые их будут брошены, и от трупов их поднимется смрад, и горы размокнут от крови их. И истлеет всё Воинство небесное (ṣəḇa’ ha-šamayim), и небеса свернутся, как свиток, и всё Воинство их падёт, как падает лист с виноградной лозы, и как перезрелая смоква – со смоковницы, ибо насытился меч мой на небесах: вот, для суда нисходит он на Едом и на народ заклятия моего (ḥermi). Меч Яхве наполнится кровью, утучнеет от тука, от крови агнцев и козлов, от тука с почек овнов: ибо жертвоприношение (zeḇaḥ) для Яхве в Восоре и заклание (ṭeḇaḥ) большое в земле Едома» (Ис. 34, 2—6).

Подчинение народов

Пророческие книги утверждают, что после военной победы над народами последние будут подчинены Израилю: «И будет остаток Иакова среди многих народов как роса от Яхве, как ливень на траве, и он не будет зависеть от человека и полагаться на сынов Адамовых. И будет остаток Иакова между народами, среди многих племен, как лев среди зверей лесных, как скимен среди стада овец, который, когда выступит, то попирает и терзает, и никто не спасёт от него. Поднимется рука твоя над врагами твоими, и все неприятели твои будут истреблены» (Мих. 5, 7—9); «В то время приведу вас и тогда же соберу вас, ибо сделаю вас именитыми и почётными (ləšem wəlitəhilla) во всех народах земли, когда возвращу плен ваш перед глазами вашими, говорит Яхве» (Соф. 3, 20); «А для вас, боящихся имени моего, взойдёт солнце правды и исцеление в лучах его, и вы выйдете и взыграете, как тельцы упитанные, и будете попирать нечестивых, ибо они будут прахом под стопами ног ваших в тот день, который я соделаю, говорит Яхве Воинств» (Мал. 4, 2—3).

Особенно многочисленны подобные пророчества в Книге пророка Исайи:

«…Помилует Яхве Иакова и снова изберёт Израиля; и поселит их на земле их, и присоединятся к ним иноземцы (ger) и прилепятся к дому Иакова. И возьмут их (т.е. евреев) народы («ammim), и приведут на место их, и дом Израиля усвоит их (т.е. народы) себе на земле Яхве рабами и рабынями, и возьмёт в плен пленивших его, и будет господствовать над угнетателями своими» (Ис. 14, 1—2).

«Так говорит Господь Яхве: вот, я подниму руку мою к племенам (goyim), и выставлю знамя моё народам («ammim), и принесут сыновей твоих на руках и дочерей твоих на плечах. И будут цари питателями твоими, и царицы их кормилицами твоими; лицом до земли будут кланяться тебе и лизать прах ног твоих… И притеснителей твоих накормлю собственною их плотью, и они будут упоены кровью своею, как молодым вином» (Ис. 49, 22—23, 26).

«Восстань, светись, Иерусалим, ибо пришёл свет твой, и слава Яхве взошла над тобою. Ибо вот, тьма покроет землю, и мрак – народы (ləummim); а над тобою воссияет Яхве, и слава его явится над тобою. И придут народы (goyim) к свету твоему, и цари – к восходящему над тобою сиянию. Возведи очи твои и посмотри вокруг: все они собираются, идут к тебе; сыновья твои издалека идут и дочерей твоих на руках несут. Тогда увидишь, и возрадуешься, и затрепещет и расширится сердце твоё, потому что богатство моря обратится к тебе, достояние народов (goyim) придёт к тебе» (Ис. 60, 1—5).

«Тогда сыновья иноземцев (bəne-neḵar) будут строить стены твои, и цари их – служить тебе… И будут всегда отверсты врата твои, не будут затворяться ни днем, ни ночью, чтобы приносимо было к тебе богатство народов (goyim) и приводимы были цари их. Ибо народ (goy) и царства, которые не захотят служить тебе, погибнут, и такие народы (goyim) совершенно истребятся» (Ис. 60, 10—12).

«И придут к тебе (т. е. Иерусалиму) с покорностью сыновья угнетавших тебя, и падут к стопам ног твоих все, презиравшие тебя, и назовут тебя городом Яхве, Сионом Святаго Израилева… Ты будешь питаться молоком народов (goyim), и груди царские сосать будешь» (Ис. 60, 14, 16).

«И встанут иноземцы (zarim) и будут пасти стада ваши; и сыновья чужестранцев (bəne neḵar) будут вашими пахарями и вашими виноградарями. А вы будете называться жрецами Яхве, служителями бога нашего будут именовать вас; будете потреблять богатство народов (goyim) и славиться славою их» (Ис. 61, 5—6).

«Ибо так говорит Яхве: вот, я направлю к нему (т. е. Иерусалиму) мир как реку, и богатство народов (goyim) – как разливающийся поток для питания вашего; на руках будут носить вас и на коленях ласкать» (Ис. 66, 12).

Процветание Израиля

После поражения народов и их порабощения Израилю наступит всеобщий мир: «Тогда истреблю колесницы у Ефрема и коней в Иерусалиме, и истреблён будет лук войны; и он возвестит мир народам» (Зах. 9, 10); «Перекуют они мечи свои на орала и копья свои – на серпы; не поднимет племя на племя меча, и не будут более учиться воевать. Но каждый будет сидеть под своею виноградною лозою и под своею смоковницею, и никто не будет устрашать их, ибо уста Яхве Воинств изрекли это» (Мих. 4, 3—4); «И будет он судить племена, и обличит многие народы; и перекуют мечи свои на орала, и копья свои – на серпы: не поднимет племя на племя меча, и не будут более учиться воевать» (Ис. 2, 4).

Мир распространится не только на людей, но и на животных: «И заключу для них завет в тот день с полевыми зверями, и с птицами небесными, и с пресмыкающимися по земле; и лук, и меч, и войну истреблю от земли, и дам им жить в безопасности» (Ос. 2, 18); «Тогда волк будет жить вместе с ягнёнком, и барс будет лежать вместе с козлёнком; и телёнок, и молодой лев, и вол будут вместе, и малое дитя будет водить их. И корова будет пастись с медведицею, и детёныши их будут лежать вместе, и лев, как вол, будет есть солому. И младенец будет играть над норою аспида, и дитя протянет руку свою на гнездо змеи» (Ис. 11, 6—8); «Волк и ягнёнок будут пастись вместе, и лев, как вол, будет есть солому, а для змея прах будет пищею: они не будут причинять зла и вреда на всей святой горе моей, говорит Яхве» (Ис. 65, 25).

Земля Израиля чудесно преобразится. Окрестности Иерусалима превратятся в равнину: «Вся эта земля будет, как равнина («araḇa), от Гаваона до Реммона, на юг от Иерусалима, который высоко будет стоять на своём месте и населится от ворот Вениаминовых до места первых ворот, до угловых ворот, и от башни Анамеила до царских точил» (Зах. 14, 10).

От Иерусалимского храма станет течь источник, который оросит всю землю Израиля: «И будет в тот день, живые воды потекут из Иерусалима, половина их к морю восточному и половина их к морю западному: летом и зимой так будет» (Зах. 14, 8); «Потом привёл он (т.е. дух) меня обратно к дверям храма, и вот, из-под порога храма течёт вода на восток, ибо храм стоял лицом на восток, и вода текла из-под правого бока храма, по южную сторону жертвенника» (Иез. 47, 1). Этот поток будет впадать в Мёртвое море, воды которого сделаются здоровыми. «У потока по берегам его с той и другой стороны будут расти всякие дерева, доставляющие пищу; листья их не будут увядать, и плоды на них не будут истощаться; каждый месяц будут созревать новые, потому что вода для них течёт из святилища; плоды их будут употребляемы в пищу, а листья на врачевание» (Иез. 47, 12).

Земля Израиля обретёт необыкновенное плодородие: «Вот, наступают дни, говорит Яхве, когда пахарь застанет ещё жнеца, а топчущий виноград – сеятеля; и горы источать будут виноградный сок, и все холмы потекут» (Ам. 9, 13); «И будет в тот день: горы будут капать вином и холмы потекут молоком, и все русла Иудейские потекут водою, а из дома Яхве выйдет источник, и будет орошать долину Ситтим. Египет сделается пустынею и Едом будет пустою степью – за насилие против сынов Иудиных, ибо они проливали невинную кровь в земле их. А Иуда будет жить вечно и Иерусалим – в роды родов» (Иоил. 3, 18—20).

Иерусалим будет освещаться необыкновенным светом: «И свет луны будет, как свет солнца, а свет солнца будет светлее всемеро, как свет семи дней, в тот день, когда Яхве обвяжет рану народа своего и исцелит нанесённые ему язвы» (Ис. 30, 26); «Не будет уже солнце служить тебе светом дневным, и сияние луны – светить тебе; но Яхве будет тебе вечным светом, и бог твой – славою твоею. Не зайдёт уже солнце твоё, и луна твоя не сокроется, ибо Яхве будет для тебя вечным светом, и окончатся дни сетования твоего» (Ис. 60, 19—20).

Религиозное преображение Израиля

Наряду с материальным благополучием Яхве обещает Израилю религиозное преображение: «И дам им сердце единое, и дух (ruaḥ) новый вложу в них, и возьму из плоти их сердце каменное, и дам им сердце плотское» (Иез. 11, 19); «Вложу внутрь вас дух мой (ruḥi) и сделаю то, что вы будете ходить в заповедях моих и уставы мои будете соблюдать и выполнять» (Иез. 36, 27); «И не буду уже скрывать от них лица моего, потому что я изолью дух мой (ruḥi) на дом Израилев, говорит господь Яхве» (Иез. 39, 29).

Благодаря этому все евреи обретут дар пророчества: «И будет после того, излию дух мой (ruḥi) на всякую плоть, и будут пророчествовать сыны ваши и дочери ваши; старцам вашим будут сниться сны, и юноши ваши будут видеть видения. И также на рабов и на рабынь в те дни излию дух мой (ruḥi) … И будет: всякий, кто призовёт имя Яхве, спасётся; ибо на горе Сионе и в Иерусалиме будет спасение, как сказал Яхве, и у остальных, которых призовёт Яхве» (Иоил. 2, 28—29, 32).

Перед этим Яхве избавит Израиль от чуждых религиозных обычаев: «И будет в тот день, говорит Яхве Воинств, я истреблю имена идолов (ha‘aṣabbim) с земли, и они не будут более упоминаемы, равно как пророков и нечистого духа (ruaḥ haṭṭum’a) удалю с земли» (Зах. 13, 2); «И приду к вам для суда и буду скорым обличителем чародеев (məḵaššəp̄im) и прелюбодеев и тех, которые клянутся ложно и удерживают плату у наёмника, вдовы и сироты, и отталкивают пришельца, и меня не боятся, говорит Яхве Воинств» (Мал. 3, 5).

Он также очистит иудейских жрецов, которые отныне будут приносить жертвы «богу Израилеву» должным образом: «Ибо он – как огонь плавящий и как щёлок очищающий, и сядет плавить и очищать серебро, и очистит сынов Левия и переплавит их, как золото и как серебро, чтобы приносили жертву Яхве в правде. Тогда благоприятна будет Яхве жертва Иуды и Иерусалима, как во дни древние и как в лета прежние» (Мал. 3, 2—3); «В тот день на конских колокольцах будет [написано]: „Святыня Яхве“, и котлы в доме Яхве будут, как жертвенные чаши перед алтарём. И все котлы в Иерусалиме и Иудее будут святыня Яхве Воинств, и будут приходить все приносящие жертву и брать их и варить в них, и не будет более ни одного Хананея в доме Яхве Воинств в тот день» (Зах. 14, 20—21).

После этого Израиль будет пребывать духовно совершенным: «И счастливыми будут считать (wə’iššəru) вас все народы (goyim), потому что вы будете землёю вожделенною (’ereṣ ḥep̄eṣ), говорит Яхве Воинств» (Мал. 3, 12); «Ибо, как новое небо и новая земля, которые я сотворю, всегда будут перед лицом моим, говорит Яхве, так будет и семя ваше и имя ваше» (Ис. 66, 22).

Возвращение Яхве в Иерусалим

Пророческие книги обещают, что в последние времена Яхве вернётся в Иерусалим: «Так говорит Яхве: Я вернусь (šaḇti) в Иерусалим с милосердием, в нём построится дом мой, говорит Яхве Воинств, и землемерная вервь протянется по Иерусалиму. Ещё провозгласи и скажи: Так говорит Яхве Воинств: Снова переполнятся города мои добром, снова утешит Яхве Сион и снова изберёт Иерусалим» (Зах. 1, 16—17); «Так говорит Яхве: Я вернусь (šaḇti) на Сион и буду жить (wəšaḵanti) среди Иерусалима, и будет называться Иерусалим городом истины, и гора Яхве Воинств – горою святыни» (Зах. 8, 3).

Это возвращение описывает поздняя часть Книги пророка Иезекииля: «И слава Яхве вошла в дом путём ворот, обращённых лицом к востоку… И вот, слава Яхве наполнила дом. И я слышал говорящего мне из дома…: Сын человеческий! это место престолу моему (kisə’i) и место стопам ног моих (kappot raglay), где я буду жить (’eškan) среди сынов Израилевых во веки» (Иез. 43, 4—7).

Местом жительства Яхве станет вновь отстроенный храм: «Я наполню этот дом славою, говорит Яхве Воинств… Слава этого последнего дома будет больше, нежели прежнего, говорит Яхве Воинств» (Агг. 2, 7, 9); «Тогда узнаете, что я – Яхве, бог ваш, живущий (šoḵen) на Сионе, на горе святыни моей; и будет Иерусалим святынею, и не будут уже иноплеменники проходить через него… Яхве будет жить (šoḵen) на Сионе» (Иоил. 3, 17, 21); «Ликуй, дщерь Сиона! Торжествуй, Израиль! Веселись и радуйся от всего сердца, дщерь Иерусалима! … Царь Израилев Яхве посреди тебя (bəqirbeḵ) … [В тот день скажут Иерусалиму: ] Яхве бог твой посреди тебя (bəqirbeḵ)» (Соф. 3, 14—16); «И сделаю хромлющее остатком и далеко рассеянное сильным племенем, и Яхве будет царствовать над ними на горе Сионе отныне и до века» (Мих. 4, 7).

Согласно Книге пророка Малахии, возвращение Яхве предварит приход его посланца, которым будет пророк Илия: «Вот, я посылаю посланца моего (mal’aḵi), и он приготовит путь перед моим лицом (ləp̄anay), и внезапно придёт в храм свой (heḵalo) господь (ha-’adon), которого вы ищете (məḇaqšim), и посланец завета (mal’aḵ ha-bərit), которого вы желаете (ḥap̄eṣim); вот, он идёт, говорит Яхве Воинств. И кто выдержит день прихода его (yom bo’o), и кто устоит, когда он явится (bəhera’oto)? … И он сядет (wəyašaḇ)…» (Мал. 3, 1—3); «Вот, я пошлю к вам Илию пророка перед наступлением дня Яхве, великого и страшного, и он обратит сердца отцов к детям и сердца детей к отцам их, чтобы я, придя, не поразил земли проклятием (ḥerem)» (Мал. 4, 5—6).

Принятие религии Яхве народами

Пророческие книги предсказывают, что в последние дни все народы примут веру евреев:

«И будет в последние дни (bə’aḥarit hayyamim): гора дома Яхве поставлена будет во главу гор и возвысится над холмами, и потекут к ней народы («ammim). И пойдут многие народы (goyim) и скажут: Придите, и взойдём на гору Яхве и в дом бога Иаковлева, и он научит нас путям своим, и будем ходить по стезям его, ибо от Сиона выйдет закон (tora) и слово Яхве – из Иерусалима. И будет он судить сильные народы («ammim), и обличит могучие племена (goyim) в отдалённых странах» (Мих. 4, 1—3).

«Чтобы они (т.е. евреи) наследовали (yirəšu) остаток Едома и все народы (goyim), над которыми возвестится имя моё, говорит Яхве, творящий это» (Ам. 9, 12).

«Страшен (nora) будет для них (т. е. Моава и Аммона) Яхве, ибо истощит (?) (raza) всех богов земли (kol-’elohe ha’areṣ), и ему будут поклоняться (wəyištaḥawu), каждый со своего места, все острова народов (kol ’iyye ha-goyim)» (Соф. 2, 11).

«Тогда я поменяю уста народов («ammim) на чистые, чтобы все они призывали имя Яхве и служили ему единодушно (šəḵem ’eḥad)» (Соф. 3, 9).

«Так говорит Яхве Воинств: Ещё будут приходить народы («ammim) и жители многих городов, и пойдут жители одного [города] к жителям другого и скажут: Пойдём умолить лик Яхве (ləḥallot ’et-pəne yhwh) и взыскать (ləḇaqqeš) Яхве Воинств, пойду и я. И будут приходить великие народы («ammim) и сильные племена (goyim), чтобы взыскать (ləḇaqqeš) Яхве Воинств в Иерусалиме и умолить лик Яхве (ləḥallot ’et-pəne yhwh). Так говорит Яхве Воинств: В те дни возьмутся десять человек из всех разноязычных народов (mi-kol ləšonot ha-goyim), возьмутся за полу иудея и будут говорить: Мы пойдём с вами, ибо мы слышали, что с вами бог» (Зах. 8, 20—23).

«Он возвестит мир народам (goyim), и владычество его будет от моря до моря и от реки до концов земли» (Зах. 9, 10).

«И Яхве будет царём над всею землёю; в тот день будет Яхве один, и имя его одно» (Зах. 14, 9).

«И все оставшиеся из всех народов (goyim), приходивших против Иерусалима, будут приходить из года в год для поклонения (ləhištaḥawot) царю, Яхве Воинств, и для празднования праздника Кущей. И если какое из племён (mišpəḥot) земли не пойдёт в Иерусалим для поклонения царю, Яхве Воинств, то не будет дождя у них» (Зах. 14, 16—17).

«Яхве, сила моя и крепость моя и прибежище моё в день скорби! К тебе придут народы (goyim) от краёв земли и скажут: Только ложь наследовали наши отцы, пустоту и то, в чём никакой нет пользы. Сделает ли человек себе богов, а они не боги? Посему, вот, я дам им знать ныне, дам им знать руку мою и могущество моё, и узнают, что имя моё – Яхве» (Иер. 16, 19—21).

«И будет в последние дни, гора дома Яхве будет поставлена во главу гор и возвысится над холмами, и потекут к ней все народы (goyim). И пойдут многие народы («ammim) и скажут: Пойдём и взойдём на гору Яхве, в дом бога Иаковлева, и научит он нас своим путям и будем ходить по стезям его; ибо от Сиона выйдет закон, и слово Яхве – из Иерусалима» (Ис. 2, 2—3).

«И будет в тот день: к корню Иессееву, который станет, как знамя для народов («ammim), обратятся племена (goyim), – и покой его будет слава» (Ис. 11, 10).

«И сделает Яхве Воинств на горе сей для всех народов («ammim) трапезу из тучных яств, трапезу из чистых вин, из тука костей и самых чистых вин; и поглотит на горе сей покрывало, покрывающее все народы («ammim), покрывало, лежащее на всех племенах (goyim). Поглотит смерть навеки, и отрёт Господь Яхве слезы со всех лиц, и снимет поношение с народа своего («ammo) по всей земле; ибо так говорит Яхве» (Ис. 25, 6—8).

«Ко мне обратитесь, и будете спасены, все концы земли, ибо я бог, и нет иного (ki ’ani-’el wə’en «od). Мною клянусь: из уст моих исходит правда, слово неизменное, что предо мною преклонится всякое колено, мною будет клясться всякий язык» (Ис. 45, 22—23).

«И он сказал: мало того, что ты будешь рабом моим для восстановления колен Иакова и для возвращения остатков Израиля, но я дам тебя светом народам (goyim), чтобы спасение моё было до концов земли» (Ис. 49, 6).

«Я приведу на святую гору мою и обрадую их в моём доме молитвы; всесожжения их и жертвы их будут благоприятны на жертвеннике моём, ибо дом мой назовётся домом молитвы для всех народов («ammim)» (Ис. 56, 7).

«Приду собрать все народы (goyim) и языки (ləšonot), и они придут и увидят славу мою. И положу на них знамение, и пошлю из спасённых от них (т.е. евреев) к народам (goyim): в Фарсис, к Пулу и Луду, к натягивающим лук, к Тубалу и Явану, на дальние острова, которые не слышали обо мне и не видели славы моей, и они возвестят народам (goyim) славу мою… Из них буду брать также в священники и левиты, говорит Яхве… Тогда от новолуния (ḥodeš) до новолуния и от полнолуния (šabbat) до полнолуния будет приходить вся плоть (kol baśar) поклоняться лику моему (ləhištaḥwot ləp̄anay), говорит Яхве» (Ис. 66, 18—19, 21, 23).

Впрочем, в Еврейской Библии встречаются и противоречащие этому утверждения о том, что и в конечные времена народы продолжат поклоняться своим собственным богам. Так, пророк Михей предсказывает, что даже «в конце дней», когда «гора дома Яхве поставлена будет во главу гор и возвысится над холмами, и потекут к ней народы («ammim)» (Мих. 4, 1), тем не менее, «все народы (kol-ha‘ammim) будут ходить (yeləḵu) каждый во имя бога своего (’elohaw), а мы (т. е. Израиль) будем ходить (neleḵ) во имя Яхве, бога нашего (’elohenu), во веки веков» (Мих. 4, 5).

Общий обзор

Эсхатология поздних пророков возникла из понятия «дня Яхве», которое, по всей видимости, первоначально означало победу исповедующих религию Яхве евреев над своими национальными врагами. Уже в допленное время (у пророка Амоса) оно стало также означать наказание «богом Израилевым» евреев за их прегрешения. В дальнейшем это понятие объединило оба значения, в результате чего сложилась эсхатологическая схема «наказание Израиля за его прегрешения руками народов – покаяние Израиля и его прощение – наказание народов за их насилие над Израилем».

«День Яхве» будет сопровождаться природными катаклизмами – все небесные светила лишатся своего света и на земле наступит тьма, а также произойдут землетрясения, потому что «бог Израилев» ступит на землю своими ногами. Главным карающим орудием Яхве у поздних пророков выступает огонь. Обычно он используется для уничтожения грешников, но в редких случаях может также служить средством очищения праведников и, в частности, иудейских жрецов.

Произойдёт нашествие на Иерусалим народов (Гога и прочих), которые первоначально одержат победу над евреями, но потом Яхве вступится за свой народ. Он вдохновит евреев на войну и сам примет в ней участие вместе с воинством подчинённых ему божеств. Враждебные Израилю народы будут разгромлены вместе с их богами-покровителями.

Наступит всеобщий мир среди людей и животных. Побеждённые народы вернут находящихся у них в плену евреев и станут рабами Израиля. Всё их богатство будет принадлежать Израилю, а сами они будут служить у евреев пастухами, пахарями и виноградарями.

Земля Израиля оросится источником, который потечёт из Иерусалимского храма, и станет вся плодородной, и её будет освещать необыкновенный свет.

Яхве очистит Израиль от чуждых религий и изольёт на евреев свой дух, вследствие чего они будут безупречно соблюдать заповеди и пророчествовать. Сам «бог Израилев» вернётся в Иерусалим и навсегда поселится во вновь отстроенном храме. Все народы примут религию Яхве и будут приходить в Иерусалим, чтобы поклоняться ему.

Обращает на себя внимание то, что эсхатология даже поздних пророческих книг остаётся в целом в рамках «материализма» допленной еврейской религии. В ней по-прежнему отсутствуют представления о бессмертии души, загробном воздаянии, аде и рае, телесном воскресении и страшном суде. Единственным свидетельством о заимствовании евреями этих зороастрийских идей в Еврейской Библии является вторая часть Книги пророка Даниила.

Возникновение представления о рае в иудаизме

Названия рая

Хотя представление о рае было заимствовано евреями в межзаветную эпоху из зороастризма, чаще всего рай в еврейских текстах называется еврейским выражением gan «eden (синод. «сад Едемский»). Это выражение, буквально примерно «сад радости» или «наслаждения»⁹, в Быт. 2—3 означает сад, который бог Яхве насадил «на востоке» (от Ханаана) и в который он в качестве своего раба поместил созданного им Адама, чтобы его обрабатывать. Этот сад в представлении авторов Еврейской Библии был материальным садом в материальном мире, где Адам и Ева до своего изгнания пребывали телесно, и никоим образом не является раем, т.е. потусторонним местом, где души усопших праведников получают свои посмертные награды.

Закрепившееся в европейских языках название рая (гр. παράδεισος, лат. paradisus и пр.) является иранским по происхождению. Оно, по всей видимости, восходит к не засвидетельствованному в письменных источниках мидийскому слову *paridaiza-, персидский эквивалент которого имел форму *paridayadā, а авестийский – pairidaēza-. Эти иранские слова означают буквально « (круговая) стена»; их второй компонент восходит к ПИЕ слову, отражённому также в индоар. dehī- и гр. τεῖχος «стена». В мидийском и персидском это слово со временем стало означать окружённый стеной сад или парк.

Персидская форма, возможно, засвидетельствована в надписи Артаксеркса II из Суз:

vašnā: AMhā: imām: hadiš

По воле Ахурамазды этот дворец,

tya: jivadiy: paradayadām: adam: akunavām

При жизни как сад (парадиз) я построил.

(A²Sd)

Однако некоторые исследователи видят в слове p-r-d-y-d-a-m глагол в значении «я освятил [дворец]», в таком случае вторая часть надписи может быть понята как: «При жизни освятил я и построил».

Авестийское слово дважды используется в Авесте (в позднем трактате Видевдат) для обозначения места, где должны быть изолированы ритуально нечистые лица: «Там, в том месте, пусть поклоняющиеся Мазде оградят ему (т.е. мужчине, который нёс труп в одиночку) ограждение» (aētaδa. hē. aēte. mazdaiiasna. aiŋ́hā̊. zəmō. pairi. daēząn. pairi. daēzaiiąn) (Видевдат, 3.18); «Там, в том месте, пусть поклоняющиеся Мазде оградят ей (т.е. женщине, родившей мёртвого ребёнка) ограждение» (a aētaδa. hē. aēte. mazdaiiasna. aiŋ́hā̊. zəmō. pairi. daēząn. pairi. daēzaiiąn) (Видевдат, 5.49).

Иранское слово послужило источником для поздне-акк. pardēsu, элам. partetaš, евр. и арам. pardes, сир. pardaisā, арм. partēz, гр. παράδεισος и лат. paradisus. В латинских дохристианских текстах слово paradisus изредка встречается как грецизм в значении «сад». В значении «рай» оно впервые появляется в древнелатинских переводах Библии, получает широкое распространение с Тертуллиана и позднее заимствуется из латыни в другие европейские языки.

Любопытно, что в армянском переводе Библии словом partēz (<ср.-ир. pardēz) переводится греческое слово κῆπος «сад» (Лк. 13, 19; Ин. 18, 1; 19, 41). Для обозначения эсхатологического рая (гр. παράδεισος) используется иранское же слово draxt (<ср.-ир. draxt «дерево») (Лк. 23, 43; 2 Кор. 12, 4; Откр. 2, 7), и этим же словом называется Едемский сад в Книге Бытия. Кроме того, и в армянском переводе 4-й книги Ездры παράδεισος греческого оригинала переводится как draxt. В сирийском христианстве, тесно связанном с армянским, ситуация оказывается обратной. Для обозначения эсхатологического рая (гр. παράδεισος) сирийский Новый Завет использует слово pardaisā, а греческое слово κῆπος переводит как ganṯa (> араб. janna (tun)).

Многочисленны упоминания о царских садах (partetaš) в эламских табличках из Персеполя (509—458 гг. до н.э.). Судя по ним, в окрестностях персидской столицы существовало не менее 15 «парадизов». Эти данные подтверждаются свидетельствами античных авторов. Арриан сообщает, что в Персиде было много парадизов (Индика, 40.2—5), а Диодор Сицилийский – что Персеполь был окружён парадизами (История, 19.21.3).

Самым ранним греческим автором, упоминающим персидские «парадизы» является Ксенофонт (ок. 430 – ок. 355). Так, в «Анабасисе», он описывает парк Кира Младшего во Фригии: «Отсюда (т.е. из города Колосса) в три перехода он проходит 20 парасангов до фригийского города Келен, города густо населённого, обширного и богатого. Здесь у Кира был дворец и большой парк (παράδεισος), полный диких зверей, на которых он охотился верхом, когда считал нужным поупражнять самого себя и своих коней. Посреди парка протекает река Меандр, но истоки её находятся во дворце…»¹⁰ (Анабасис, 1.2.7) (перевод М. И. Максимовой). В «Домострое» он вкладывает рассказ о них в уста Сократа: «Мало этого, – продолжал Сократ, – он (т.е. персидский царь) заботится, чтобы во всех местах, где он живёт и куда наезжает, были сады, так называемые „парадисы“ (παράδεισοι), и чтобы они были наполнены всеми лучшими произведениями земли; в этих местах он сам по большей части живёт, когда не мешает этому время года»¹¹ (Домострой, 4.13) (перевод С. И. Соболевского). Судя по пояснению «сады, так называемые „парадисы“» (κῆποί τε ἔσονται, οἱ παράδεισοι καλούμενοι), греческие современники Ксенофонта со словом παράδεισος были знакомы ещё не очень хорошо.

Примерно тогда же, когда в греческий язык входит слово παράδεισος, в еврейский язык входит имеющее то же происхождение слово pardes. В Еврейской Библии оно встречается 3 раза. В Книге Неемии им называются лесные угодья персидского царя, находившиеся, вероятно, где-то на территории Сирии: «И сказал я (т. е. Неемия) царю: Если царю благоугодно, то дал бы мне письма к заречным областеначальникам (paḥawot «eḇer ha-nahar), чтоб они давали мне пропуск, доколе я не дойду до Иудеи, и письмо к Асафу, хранителю царских лесов (šomer ha-pardes ’ašer la-meleḵ; Септ.: φύλακα τοῦ παραδείσου, ὅς ἐστι τῷ βασιλεῖ; цсл.: стражу дубравы царевы; Вульг.: custodem saltus regis), чтоб он дал мне дерев для ворот крепости, которая при доме, и для городской стены, и для дома, в котором бы мне жить» (Неем. 2, 7—8).

В двух остальных случаях ЕБ обозначает словом pardes великолепные сады: «Рассадники твои – сад с гранатовыми яблоками (pardes rimmonim) (Септ: ἀποστολαί σου παράδεισος ροῶν; цсл.: лѣторасли твоя садъ шипковъ), с превосходными плодами, киперы с нардами, нард и шафран, аир и корица со всякими благовонными деревами, мирра и алой со всякими лучшими ароматами; садовый источник – колодезь живых вод и потоки с Ливана» (Песн. 4, 13—15); « [Я] устроил себе сады (gannot) и рощи (pardesim) (Септ.: κήπους καὶ παραδείσους; цсл.: вертограды и сады), и насадил в них всякие плодовитые дерева; сделал себе водоёмы для орошения из них рощей, произращающих деревья» (Еккл. 2, 5—6).

Прообразами для садов Песни Песней и Книги Екклесиаста, созданных в персидскую или раннеэллинистическую эпоху, должны были послужить персидские «парадизы», в первую очередь сад персидского наместника Иудеи в Рамат Рахели.¹²

В еврейском и арамейском языках раввинистической эпохи слово pardes продолжало означать сад или парк. Исключением является рассказ о четырёх иудейских мудрецах, которые вошли в «сад».¹³ Эта история известна по ряду текстов (ВТ Хагига, 14b; Тосефта, Хагига, 2, 3—4; ИТ Хагига, 77b, 8—23; Шир ха-Ширим Рабба, 1, 3, 1, 3-я книга Еноха и др.), основным из которых является трактат Вавилонского Талмуда «Хагига»: «Раввины учили: Четверо вошли в сад (pardes), и это были Бен Аззай, Бен Зома, Ахер и рабби Акива. Рабби Акива сказал им: Когда вы достигнете камней чистого мрамора, не говорите: „Вода! Вода!“, ибо сказано: „Говорящий ложь не останется пред глазами моими“ (Пс. 100, 7). Бен Аззай взглянул и умер… Бен Зома взглянул и сошёл с ума… Ахер срезал ростки (т.е. стал вероотступником). Рабби Акива вышел невредимым» (ВТ Хагига, 14b.8—9).

Далее сообщается, что Ахер (Элиша бен Авуйя) стал вероотступником, потому что увидел наверху сидящего ангела Метатрона и предположил на этом основании, что есть «две власти» (т.е. два Бога) (ВТ Хагига, 15а, 5—6). В других вариантах этого рассказа сообщается, что Метатрон сидел у входа в седьмой небесный дворец, в котором пребывает сам Яхве, т.е. слово pardes означает здесь небо. Рассказ о четырёх иудейских мудрецах имеет определённое сходство с рассказом апостола Павла о своём мистическом опыте, в котором небо называется греческим вариантом того же слова: «Знаю человека во Христе, который назад тому четырнадцать лет (в теле ли – не знаю, вне ли тела – не знаю: Бог знает) восхищен был до третьего неба. И знаю о таком человеке, – только не знаю – в теле или вне тела: Бог знает, – что он был восхищен в рай (εἰς τὸν παράδεισον) и слышал неизреченные слова, которых человеку нельзя пересказать» (2 Кор. 12, 2—4). На основании этого сходства высказывалось даже предположение, что апостол Павел является прообразом Ахера.

В повествовании о Сусанне и старцах, представляющем собой неканоническое добавление к Книге пророка Даниила, дошедшее до нас на греческом языке в составе Септуагинты, словом παράδεισος 11 раз (Дан. 13, 4, 7, 15, 17, 18, 20, 25, 26, 36 (2), 38) называется сад мужа Сусанны Иоакима в Вавилоне: «Бѣ же Iоакiмъ богатъ зѣло, и бѣ ему вертоградъ (παράδεισος) близ двора его» (καὶ ἦν ᾿Ιωακεὶμ πλούσιος σφόδρα, καὶ ἦν αὐτῷ παράδεισος γειτνιῶν τῷ οἴκῳ αὐτοῦ) (Дан. 13, 4).

Многочисленны упоминания о «парадизах» в эллинистическом Египте: «В Египте источником сведений о парадизах служат в первую очередь папирусы. Древнейшие данные относятся к первым десятилетиям III в. до н. э. Свидетельства египетских папирусов позволяют также заключить об определённом изменении в значении слова парадиз. Как правило, парадиз означает определённый вид земельной собственности, который можно описать как сад или огород… Парадизы часто упоминаются наряду с виноградниками и оливковыми деревьями… Некоторые египетские парадизы обозначаются в папирусах как hiera gē („священная земля“). При этом подразумевается, что соответствующая земля принадлежит божеству, но управляется царём как его земным представителем. В папирусе II в. до н.э. сохранился земельный реестр из окрестностей города Арсинои, в котором дважды упоминаются „священные“ парадизы. Особенно любопытно сообщение о том, что иудейская община в Арсиное владела парадизом, который описывается словом hieros: proseukhē Ioudaiōn… hierās paradeisou (Пап. Тебт. 86, 18—20). Этот синагогальный парадиз мог служить источником фруктов и других продуктов для ритуального использования, например, на празднике Суккот»¹⁴.

Данный контекст позволяет лучше понять обстоятельства перевода Еврейской Библии на греческий язык в Египте III – II вв. до н.э., включая передачу еврейского слова gan «сад» словом παράδεισος.

В Септуагинте слово παράδεισος встречается 27 раз:

«И насадил бог Яхве рай в Едеме (gan-bə‘eden; Септ.: παράδεισον ἐν ᾿Εδὲμ; цсл.: рай во Едемѣ) на востоке» (Быт. 2, 8).

«И дерево жизни посреди рая (ha-gan; Септ.: ἐν μέσῳ τοῦ παραδείσου; цсл.: посредѣ рая)» (Быт. 2, 9).

«Из Едема (me‘eden) выходила река для орошения рая (ha-gan)» (Септ.: ποταμὸς δὲ ἐκπορεύεται ἐξ ᾿Εδὲμ ποτίζειν τὸν παράδεισον; цсл.: Рѣка же исходитъ из Едема напаяти рай) (Быт. 2, 10).

«И взял бог Яхве человека, и поселил его в саду Едемском (gan-«eden; Септ.: ἐν τῷ παραδείσῳ τῆς τρυφῆς; цсл.: въ рай сладости)» (Быт. 2, 15).

«От всякого дерева в саду (ha-gan; Септ.: ἐν τῷ παραδείσῳ; цсл.: въ раи) ты будешь есть» (Быт. 2, 16).

«Не ешьте ни от какого дерева в раю (ha-gan; Септ.: ἀπὸ παντὸς ξύλου τοῦ παραδείσου; цсл.: от всякаго древа райскаго)» (Быт. 3, 1).

«Плоды с дерев (mipperi «eṣ ha-gan) мы можем есть» (Септ.: ἀπὸ καρποῦ τοῦ ξύλου τοῦ παραδείσου φαγούμεθα; цсл.: От всякаго древа райскаго ясти будемъ) (Быт. 3, 2).

«Только плодов дерева, которое среди рая (ha-gan; Септ.: τοῦ παραδείσου; цсл.: рая), сказал бог, не ешьте их…» (Быт. 3, 3).

«И услышали голос бога Яхве, ходящего в раю (ha-gan; Септ.: ἐν τῷ παραδείσῳ; цсл.: въ раи) во время прохлады дня; и скрылся Адам и жена его от лица бога Яхве между деревьями рая (ha-gan; Септ.: τοῦ παραδείσου; цсл.: посредѣ древа райскаго)» (Быт. 3, 8).

«Голос твой я услышал в раю (ha-gan; Септ.: ἐν τῷ παραδείσῳ; цсл.: въ раи)…» (Быт. 3, 10).

«И выслал его бог Яхве из сада Едемского (gan-«eden; Септ.: ἐκ τοῦ παραδείσου τῆς τρυφῆς; цсл.: из рая сладости), чтобы возделывать землю, из которой он взят» (Быт. 3, 23).

«И изгнал Адама, и поставил на востоке у сада Едемского (gan-«eden; Септ.: ἀπέναντι τοῦ παραδείσου τῆς τρυφῆς; цсл.: прямо рая сладости) херувима и пламенный меч обращающийся, чтобы охранять путь к дереву жизни» (Быт. 3, 24).

«Лот возвел очи свои, и увидел всю окрестность Иорданскую, что она, прежде нежели истребил Господь Содом и Гоморру, вся до Сигора орошалась водою, как сад Яхве (gan-yhwh; Септ.: ὡς ὁ παράδεισος τοῦ θεοῦ; цсл.: яко рай божiй), как земля Египетская» (Быт. 13, 10).

«…Как долины, как сады (gannot; Септ.: παράδεισοι; цсл.: садiе) при реке, как алойные дерева, насажденные Яхве, как кедры при водах» (Числ. 24, 6).

«И почил Манассия с отцами своими, и погребен в саду при доме его, в саду Уззы (bəgan-beto bəgan-«uzza; Септ.: ἐν τῷ κήπῳ τοῦ οἴκου αὐτοῦ, ἐν κήπω ᾿Οζά; цсл.: въ вертоградѣ дому своего, въ вертоградѣ Озы)» (4 Цар. 21, 18).

«И почил Манассия с отцами своими, и похоронили его в доме его» (Септ.: καὶ ἐκοιμήθη Μανασσῆς μετὰ τῶν πατέρων αὐτοῦ, καὶ ἔθαψαν αὐτὸν ἐν παραδείσῳ οἴκου αὐτοῦ; цсл.: Оуспе же Манассiа со отцы своими, и погребоша его въ саду дому его) (2 Пар. 33, 20).

«И письмо к Асафу, хранителю царских лесов… (šomer ha-pardes ’ašer la-meleḵ; Септ.: φύλακα τοῦ παραδείσου, ὅς ἐστι τῷ βασιλεῖ; цсл.: стражу дубравы царевы)» (Неем. 2, 8).

«Рассадники твои – сад с гранатовыми яблоками (pardes rimmonim)» (Септ: ἀποστολαί σου παράδεισος ροῶν; цсл.: лѣторасли твоя садъ шипковъ) (Песн. 4, 13).

«Устроил себе сады (gannot) и рощи (pardesim) (Септ.: κήπους καὶ παραδείσους; цсл.: вертограды и сады)» (Еккл. 2, 5).

«Ибо вы будете как дуб, которого лист опал, и как сад (ganna; Септ.: παράδεισος, цсл.: вертоградъ), в котором нет воды» (Ис. 1, 30).

«Так, Яхве утешит Сион, утешит все развалины его, и сделает пустыни его, как рай («eden), и степь его, как сад Яхве (gan-yhwh) (Септ.: καὶ θήσω τὰ ἔρημα αὐτῆς ὡς παράδεισον κυρίου; цсл.: и поставлю пустыню его яко рай, и яже ко западомъ его аки рай господень)» (Ис. 51, 3).

«Стройте домы и живите в них, и разводите сады (gannot; Септ. (Иер. 36, 5): παραδείσους; цсл.: вертограды) и ешьте плоды их» (Иер. 29, 5).

«Ты находился в Едеме, в саду божием (bə‘eden gan-’elohim)» (Септ.: ἐν τῇ τρυφῇ τοῦ παραδείσου τοῦ θεοῦ ἐγενήθης; цсл.: въ сладости рая божiя былъ еси) (Иез. 28, 13).

«Кедры в саду божием (bəgan-’elohim; Септ.: ἐν τῷ παραδείσῳ τοῦ θεοῦ; цсл.: въ раи божiи) не затемняли его; кипарисы не равнялись сучьям его, и каштаны не были величиною с ветви его, ни одно дерево в саду божием (bəgan-’elohim; Септ.: ἐν τῷ παραδείσῳ τοῦ θεοῦ; цсл.: въ раи божiи) не равнялось с ним красотою своею. Я украсил его множеством ветвей его, так что все дерева Едемские в саду божием («aṣe-’eden ’ašer bəgan-ha’elohim; Септ.: τὰ ξύλα τοῦ παραδείσου τῆς τρυφῆς τοῦ Θεοῦ; цсл.: древеса райская сладости божiя) завидовали ему» (Иез. 31, 8—9).

«Перед ним земля как сад Едемский (gan-«eden; Септ.: παράδεισος τρυφῆς; цсл.: рай сладости), а позади его будет опустошенная степь» (Иоил. 2, 3).

В 23 случаях в Септуагинте словом παράδεισος переводится евр. gan (na), в 3 случаях – евр. pardes. В 2 Пар. 33, 20 в Септуагинте присутствует слово παράδεισος, хотя в масоретском тексте сад не упоминается, однако параллельное место в 4 Цар. 21, 18 упоминает gan, который в Септуагинте переведён как κῆπος.

Почти всегда (21 случай) сад Яхве называется в Септуагинте словом παράδεισος, единственный случай именования его словом κῆπος присутствует в Книге пророка Иезекииля: «Тогда скажут: эта опустелая земля сделалась – как сад Едемский (gan-«eden; Септ.: κῆπος τρυφῆς; цсл.: вертоградъ сладости)» (Иез. 36, 35).

Слово gan встречается в Еврейской Библии 42 раза, в большинстве случаев оно переводится в Септуагинте как παράδεισος (в значении как сада Яхве, так и обычных человеческих садов), в остальных случаях – обычно как κῆπος: «…Как масличный сад (gan; Септ.: κῆπον; цсл.: вертоградъ)» (Втор. 11, 10); «…Между двумя стенами, что подле царского сада (gan; Септ.: κήπου; цсл.: вертограда)» (4 Цар. 25, 4); «…И ты будешь, как напоенный водою сад (gan; Септ.: κῆπος; цсл.: вертоградъ)…» (Ис. 58, 11) и др.

Слово «eden как обозначение сада встречается в Еврейской Библии 14 раз (кроме приведённых выше мест тж. Быт. 4, 16; Иез. 31, 16, 18 (2), 35). В Септуагинте это слово в 3 случаях транслитерировано (Быт. 2, 8, 10; 4, 16) и в 9 случаях переведено на греческий словом τρυφή «нега, роскошь» (цсл. сладость), точно соответствующим смыслу еврейского слова (в Ис. 51, 3 в Септуагинте слово пропущено, а в Иез. 31, 18 переведено 1 раз).

Во всех случаях, когда в Септуагинте сад Яхве называется словом παράδεισος, оно переводится на церковнославянский как «рай». Причина этого в том, что ко времени церковнославянского перевода за словом παράδεισος уже давно прочно закрепилось данное значение.¹⁵ Однако для переводчиков Септуагинты слово παράδεισος всё ещё означало просто «сад», что видно по тому, что в нескольких случаях они называют им обычные человеческие сады (а также один раз называют сад Яхве словом κῆπος). Представления о рае у переводчиков Септуагинты (III – II вв. до н.э.) ещё не было.

Подтверждением этому служат и более поздние сочинения Иосифа Флавия (I в. н.э.). Пересказывая библейскую историю об Эдемском саде, он 1 раз называет его словом παράδεισος и 4 раза – словом κῆπος; «Далее [Моисей] рассказывает, что Господь Бог устроил на востоке сад (παράδεισον) и насадил в нём всевозможных растений; среди последних находилось также одно древо жизни, а другое – познания, по которому можно было бы узнать, что такое добро и что зло. Затем он ввёл в тот сад (κῆπον) Адама и жену его и повелел [им] ходить за растениями. Этот сад (κῆπος) был орошаем рекою»¹⁶ (Иудейские древности, 1.1.3); «Когда же Господь Бог пришёл в сад (κῆπον), то Адам, который раньше встречал его с радостью и доверчиво, теперь, в сознании вины своей, стал прятаться»¹⁷ (Иудейские древности, 1.1.4); «В то же самое время Господь, определив им такие страдания, выселил Адама и Еву из рая (κήπου) в другое место»¹⁸ (Иудейские древности, 1.1.4).

Словом же παράδεισος Иосиф Флавий называет земные сады или парки. Так, о замке Гиркана в Заиорданье он говорит: «Кроме того, он построил также целый ряд поселений различной величины и украсил их обширными садами (παραδείσοις)»¹⁹ (Иудейские древности, 12.4.11). Описывая знаменитый источник у Иерихона, Флавий сообщает: «Источник орошает большее пространство, чем всякий другой; он прорезывает долину в семьдесят стадий длины и двадцать ширины и питает на этой долине прекраснейшие, густо насажденные друг возле друга парки (παραδείσους)»²⁰ (Иудейская война, 4.8.3). Об окрестностях Иерусалима во время римской осады он говорит: «Печален был вид всего края. Страна, которая прежде щеголяла своими древесными насаждениями и парками (παραδείσοις), была теперь повсюду опустошена и обезлесена»²¹ (Иудейская война, 6.1.1).

Межзаветные тексты

Слово παράδεισος 3 раза встречается в греческом переводе Книги Премудрости Иисуса сына Сирахова: «И я, как канал из реки и как водопровод, вышла в рай» (Септ.: κἀγὼ ὡς διῶρυξ ἀπὸ ποταμοῦ καὶ ὡς ὑδραγωγὸς ἐξῆλθον εἰς παράδεισον; цсл.: И азъ яко раскопанiе из рѣки и якоже водотечiе изыдохъ въ рай) (Сир. 24, 30 (32)); «Благотворительность, как рай, полна благословений» (ḥsd k‘d²² l’ tkrt (MS A); Септ.: χάρις ὡς παράδεισος ἐν εὐλογίαις; цсл.: Благодать яко рай во благословнiихъ) (Сир. 40, 17); «Страх Господень – как благословенный рай» (yr’t ’lhym k‘dn brkh (MS B); Септ.: φόβος κυρίου ὡς παράδεισος εὐλογίας; цсл.: Страхъ господень яко рай благословенiя) (Сир. 40, 28 (27)).

Перевод был сделан в конце II в. до н.э. с еврейского оригинала, написанного в начале того же века. В двух случаях у нас имеется еврейский текст отрывков, греческий перевод которых содержит слово παράδεισος, из которых ясно, что переводчик переводил им евр. «eden. В еврейском оригинале и греческом переводе Книги Премудрости Иисуса сына Сирахова речь идёт о саде (Яхве или обычном человеческом), в ней отсутствует представление о бессмертии души и загробном рае.

Несколько раз слово παράδεισος встречается в греческом переводе Книги стражей (ядро которой возникло предположительно в III в. до н.э.), входящей в качестве первой части в 1-ю (Эфиопскую) книгу Еноха. Во время первого небесного путешествия Еноха Уриил рассказывает ему об ангелах, стерегущих мятежных стражей, в число которых входит:

«Гавриил, один из святых ангелов, который поставлен над змеями, и над раем, и над херувимами».

Эф.: gäbərə {ʾ} elə 1 {ʾ} əmənä mäla {ʾ} əkətə ḳədusanə zädibä {ʾ} äkisətə wäzädibä gänätə wäzäkirubelə.

Codex Panopolitanus: Γαβριήλ, ὁ εἷς τῶν ἁγίων ἀγγέλων ὁ ἐπὶ τοῦ παραδείσου καὶ τῶν δρακόντων καὶ χερουβείν.

Хронография Георгия Синкелла: Γαβριήλ, ὁ εἷς τῶν ἁγίων ἀγγέλων ὁ ἐπὶ τοῦ παραδείσου καὶ τῶν δρακόντων καὶ χερουβίν.

(1 Ен. 20)

Данное сообщение восходит к Быт. 3, 24, и упоминаемый в нём сад (эф. gänätə) не является эсхатологическим раем.

Во время своего второго небесного путешествия Енох переносится с запада на восток земли:

«И я пришёл в сад правды (арам. prds qšṭ» (4Q206); гр. τὸν παράδεισον τῆς δικαιοσύνης; эф. gänätä ṣədəḳə) и увидел разнообразное множество тех деревьев; там росло много больших деревьев, – благовонных, великих, очень прекрасных и великолепных, – и дерево мудрости, доставляющее великую мудрость тем, которые вкушают от него. И оно похоже на кератонию; его плод, подобный виноградной кисти, очень прекрасен; запах дерева распространяется и проникает далеко. И я сказал: «как прекрасно это дерево и как прекрасен и прелестен его вид»! И святый ангел Руфаил, который был со мною, отвечал мне и сказал: «это то самое древо мудрости, от которого твои предки, – твой старый отец и старая мать, – вкусили и обрели познание мудрости, и у них открылись очи, и они узнали, что были наги, и были изгнаны из сада ({ʾ} əməgänätə) «».

Codex Panopolitanus: Καὶ ἦλθον πρὸς τὸν παράδεισον τῆς δικαιοσύνης, καὶ ἴδον μακρόθεν τῶν δένδρων τούτων δένδρα πλείονα καὶ μεγάλα δύο μὲν ἐκεῖ, μεγάλα σφόδρα καλὰ καὶ ἔνδοξα καὶ μεγαλοπρεπῆ, καὶ τὸ δένδρον τῆς φρονήσεως, οὗ ἐσθίουσιν ἅγιοι τοῦ καρποῦ αὐτοῦ καὶ ἐπίστανται φρόνησιν μεγάλην. ὅμοιον τὸ δένδρον ἐκεῖνο στροβιλέᾳ τὸ ὕψος, τὰ δὲ φύλλα αὐτοῦ κερατίᾳ ὅμοια, ὁ δὲ καρπὸς αὐτοῦ ὡσεὶ βότρυες ἀμπέλου ἱλαροὶ λίαν, ἡ δὲ ὀσμὴ αὐτοῦ διέτρεχεν πόρρω ἀπὸ τοῦ δένδρου. τότε εἶπον ὡς καλὸν τὸ δένδρον, καὶ ὡς ἐπίχαρι τῇ ὁράσει. τότε ἀπεκρίθη Ῥαφαήλ, ὁ ἅγιος ἄγγελος ὁ μετ» ἐμοῦ ὤν Τοῦτο τὸ δένδρον φρονήσεως, ἐξ οὗ ἔφαγεν ὁ πατήρ σου.

(1 Ен. 32)

Здесь речь идёт о дереве познания добра и зла из Быт. 2—3. Фраза греческой рукописи οὗ ἐσθίουσιν ἁγίου τοῦ καρποῦ αὐτοῦ («от которого едят святой плод его») обычно признаётся испорченной и восстанавливается как οὗ ἐσθίουσιν ἅγιοι τοῦ καρποῦ αὐτοῦ («от которого едят святые плод его»). Греческое предложение очевидно является буквальным переводом арамейской конструкции, начинавшейся с dy. Эфиопский перевод (wä {ʿ} əṣ́ä ṭəbäbə {z} äʾəmənehu bäli {ʿ} om {u} yäʾämərəwa läṭəbäbə {ʿ} äbayə) безличен: «Дерево мудрости, доставляющее великую мудрость тем, которые вкушают от него». Если восстанавливаемый греческий текст соответствует утраченному оригиналу, речь в нём не может идти о душах праведников в раю, поскольку «святыми» в Книге стражей называются только ангелы. Кроме того, согласно 1 Ен. 22, души усопших пребывают в горных ущельях на западе.

Примечательно, что в сад на востоке Книга стражей помещает только дерево познания, в то время как дерево жизни находится на западе, где его ранее видел Енох в ходе своего путешествия: «Оттуда я пошёл в другое место земли, и он (Михаил) показал мне там горный хребет огненный, который горел день и ночь. И я взошёл на него и увидел семь великолепных гор… И седьмая гора была между ними; в своей же вышине они все были подобны тронному седалищу, которое было окружено благовонными деревьями. И между ними было одно дерево с благоуханием, которого я ещё никогда не обонял ни от тех, ни от других деревьев; и никакой другой запах не был похож на его запах; его листья, цветы, ствол не гниют вечно, и плод его прекрасен; а его плод подобен грозду пальмы… И он (т. е. Михаил) отвечал мне, говоря: „эта высокая гора, которую ты видел, и вершина которой подобна престолу Господа, есть Его престол, где воссядет Святый и Великий, Господь славы, вечный Царь, когда Он сойдёт, чтобы посетить землю с милостью. И к этому дереву с драгоценным запахом не позволено прикасаться ни одному из смертных до времени великого суда; когда всё будет искуплено и окончено для вечности, оно будет отдано праведным и смиренным. От его плода будет дана жизнь избранным; оно будет пересажено на север к святому месту, – ко храму Господа, вечного Царя. Тогда они будут радоваться полною радостью и ликовать в Святом; они будут воспринимать запах его в свои кости, и продолжительную жизнь они будут жить на земле, как жили их отцы; и в дни их жизни не коснётся их ни печаль, ни горе, ни труд, ни мучение“²³» (1 Ен. 24—25).

Выражение «сад правды» или «праведности» (эф. gänätä ṣədəḳə; арам. [prd] s qšṭ» (4Q209)) встречается также в Книге небесных светил – предположительно самой древней части 1-й книги Еноха: Согласно эфиопской версии, мир делится на 4 ветра. 4-й ветер включает 3 части земли, одна из которых – сад: «И четвёртый ветер называется северным: он разделяется на три части: первая из них назначена для жилища людей, вторая для водных морей и с долинами, и лесами, и реками, и мраком, и туманом; и третья часть с садом правды» (wärabə {ʿ} ə näfasə zäsəmu mäsə {ʿ} ə yətəkäfälə 3 kəfəl {ä} 1 ʾəmənehomu maḫədärə lä {s} äbəʾə wä {k} aləʾ {ə} läʾäbəḥərətä mayatə wäbäḳälayatə {w} äbäʾomə {w} äbäʾäfəlagə wäbäṣələmätə wäbägime wäśaləsə kəfələ bägänätä ṣədəḳə) (1 Ен. 77).

Арамейский текст несколько отличается от эфиопского:

8 [wḥzyt tlt …] t ’r»» ḥd mnhwn lmdbr bh bny ’nš» wḥd mnhwn [lkl ymyn]

И я увидел три части земли, одна из них для жизни сынов человеческих, одна из них – для всех морей

9 [wlnhryn wḥd mnhyn] lmdbryn wlš [b» wlprd] s qšṭ»

И рек, и одна из них – для пустынь, для семи (?) и для сада праведности.

(4Q209, фр. 23)

Предположительно, земля здесь представляется в виде трёх концентрических кругов, центральный из которых занимает «сад праведности»²⁴. Он соответствует Едемскому саду из Быт. 2—3 и не является эсхатологическим раем.

Слово prds’ (pardesā) имеется в отрывке на арамейском языке из Книги гигантов, обнаруженном в Кумране. Книга гигантов предположительно первоначально входила в состав 1-й книги Еноха, но позднее была заменена Книгой притчей. Отрывок (6Q8 2) содержит фразу prds’ dn kl’ («весь этот сад») и касается сновидения гиганта Ахии, в котором мир представляется ему в виде сада. По всей видимости, о том же сне говорится в отрывке из среднеперсидского перевода Книги гигантов, осуществлённого манихеями, в котором упоминается сад (ср.-перс. bwyst’n).²⁵

Несмотря на разнородность и противоречивость источников, вошедших в состав 1-й книги Еноха, можно сделать вывод, что в её первоначальном варианте отсутствовало представление об эсхатологическом рае.

Такое представление обнаруживается в Книге притчей, которая предположительно заменила Книгу гигантов в составе 1-й книги Еноха. Большинство исследователей датируют Книгу притчей I в. н. э. Она сообщает, что в последние дни «Господа духов» «будут прославлять все его святые, которые на небе, и все избранные, живущие в саду жизни (эф. gänätä ḥəyəwätə)» (1 Ен. 61). Ранее упоминается «сад, где живут избранные и праведные (эф. gänätə bäḫäbä yənäbəru ḫəruyanə wäṣadəḳanə bäḫäbä) и куда взят мой дед, седьмой от Адама, первого человека (т. е. Енох)» (1 Ен. 60). Далее о Енохе сообщается, что он был вознесён к Богу, в «место для избранных и праведных (mäkanä läḫəruyanə wäläṣadəḳanə). И там я видел первых отцов праведных, от древнейшего времени живущих в том месте (wäbähəyä rə {ʾ} iku {ʾ} äbäwä ḳädämətä wäṣadəḳanä {ʾ} əlä {ʾ} əmə {ʿ} alämə bä {w} əʾətu mäkanə yäḫädəru)» (1 Ен. 70). Здесь Едемский сад уже определённо отождествлён с эсхатологическим раем, в котором пребывают души почивших праведников, и находится на небе.

Примечательно, что о введении Еноха в Едемский сад упоминает уже Книга Юбилеев (ок. сер. II в. до н.э.): «И он был взят из среды сынов детей человеческих, и мы привели его в рай (сад: эф. gänätä) Едем к славе и почести. И вот здесь он записывает суд и вечное наказание, и всякое зло сынов детей человеческих. И ради него Он (Бог) послал потоп на землю²⁶; ибо он был поставлен в знамение, и чтобы дать свидетельство против всех сынов детей человеческих, чтобы объявлять все деяния родов до дня суда. И он принёс в жертву курение… которое было приятно Богу, на горе полудня; ибо четыре места Божии существуют на земле: рай (сад: эф. gänätä) Едем, и гора востока, и эта гора, на которой ты теперь, – гора Синай, и гора Сион» (Юб. 4, 23—26). Здесь Эдемский сад – ещё не загробный рай, а такое же материальное место, как и гора Синай или Сион.

Отождествление Эдемского сада с раем может присутствовать в ряде еврейских сочинений, созданных раньше Книги притч. Псалмы Соломона (сборник из 18 апокрифических псалмов, сочинённых в Палестине на еврейском языке в II – I вв. до н.э. и сохранившихся только в греческом переводе) утверждают: «Праведники Господни будут жить по нему (т.е. закону) вовек, рай (παράδεισος) Господень, дерева жизни – праведники Господни» (ὅσιοι κυρίου ζήσονται ἐν αὐτῷ εἰς τὸν αἰῶνα· ὁ παράδεισος τοῦ κυρίου, τὰ ξύλα τῆς ζωῆς, ὅσιοι αὐτοῦ) (Пс. Сол. 14, 2). Судя по упоминанию в другом месте этого сочинения (Пс. Сол 3, 11—16) телесного воскресения, слово παράδεισος может означать здесь рай, но с полной уверенностью это утверждать нельзя.

Такое значение данное слово определённо имеет в фрагменте из Оракулов Сивилл, который упоминает «цветущий сад рая» (παραδείσου ἐριθηλέα κῆπον), однако данный фрагмент не поддаётся точной датировке:

43 Вот за такие дела придёт к вам жгучее пламя,

44 Будет вас вечно палить огонь, который не гаснет,

45 И постыдитесь тогда обмана негодных кумиров.

46 Те же, кто Господа чтит, воистину сущего Бога,

47 Вечную жизнь обретут, и в жизни той бесконечной

48 Все, поселившись в Раю, в саду, прекрасно цветущем,

49 Сладостный хлеб вкусят, со звёздного посланный неба.

43 τοὔνεκεν αἰθομένοιο πυρὸς σέλας ἔρχετ᾽ ἐφ᾽ ὑμᾶς,
44 λαμπάσι καυθήσεσθε δι᾽ αἰῶνος τὸ πανῆμαρ
45 ψευδέσιν αἰσχυνθέντες ἐπ᾽ εἰδώλοισιν ἀχρήστοις.
46 οἱ δὲ θεὸν τιμῶντες ἀληθινὸν ἀέναόν τε
47 ζωὴν κληρονομοῦσι, τὸν αἰῶνος χρόνον αὐτοί
48 οἰκοῦντες παραδείσου ὁμῶς ἐριθηλέα κῆπον
49 δαινύμενοι γλυκὺν ἄρτον ἀπ᾽ οὐρανοῦ ἀστερόεντος.

(Фр. III, 43—49)

Сходное представление о райской пище, дарующей бессмертие, отражено в сочинении предположительно I в. н.э. «Иосиф и Асенеф»²⁷. В нём к дочери египетского жреца Асенеф является «человек с неба», который представляется как «начальник дома Господня и стратиарх всего воинства Вышнего». Асенеф получает от него медовый сот: «…Сот сей есть дух жизни. Ибо сот сей сотворили пчёлы в раю радости божьем (τοῦ παραδείσου τῆς τρυφῆς τοῦ θεοῦ) из росы роз жизни и всех цветов, которые суть в раю божьем (ἐν τῷ παραδείσῳ τοῦ θεοῦ). Поэтому все ангелы божии вкушают от него, и все избранные божии, и все сыны Вышнего, ибо это есть сот жизни, и всякий, кто вкусит от него, не умрёт вовек»²⁸.

Гость даёт Асенеф вкусить от сота и сообщает ей: «Вот, ты вкусила хлеб жизни и отпила чашу бессмертия и помазана помазанием бессмертия. Вот, с сегодняшнего дня плоть твоя процветёт как цветы жизни земли Вышнего, и кости твои утучнятся как кедры рая радости божьего (τοῦ παραδείσου τῆς τρυφῆς τοῦ θεοῦ)»²⁹.

Доступ к древу жизни в раю вновь откроет людям жреческий мессия согласно Завещанию Левия, входящему в состав Завещаний двенадцати патриархов (I в. до н.э. – I в. н.э.): «И вот он отверзет двери рая (τοῦ παραδείσου) и удалит угрожающий Адаму меч. И он даст святым вкушать от древа жизни, и дух святости будет над ними»³⁰ (Зав. Лев. 18, 10—11). Под «святыми» здесь должны иметься в виду праведники, ср.: «побеждающему дам вкушать от древа жизни, которое посреди рая Божия (ἐν τῷ παραδείσῳ τοῦ θεοῦ)» (Откр. 2, 7).

2-я книга Варуха говорит о небесном Иерусалиме, который отличается от земного Иерусалима и пока сокрыт от людей вместе с раем. О нём Бог сообщает Варуху: «Это не та постройка, что ныне построена среди вас, которая была открыта мне, которая была приуготовлена издавна, с того времени, когда я решил создать рай (prdys’). И я показал её Адаму прежде чем он согрешил. Но когда он нарушил заповедь, она была взята от него, как и рай. И после этого я показал её моему рабу Аврааму ночью, среди частей жертвенных животных. И ещё я показал её Моисею на горе Синай, когда я показал ему образ скинии и всех её сосудов. И вот, теперь она сохраняется у меня, как и рай (prdys’)» (2 Вар. 4, 3—6).

На Синае Бог показал Моисею «величие рая (prdys’), и завершение веков, и начало дня суда… и зев геенны (ghn’), и место воздаяния… и вид будущего мучения» (2 Вар. 59, 8—11). В конечные дни праведников ожидает награда: «Ибо пространства рая (prdys’) будут развёрнуты перед ними, и красота величия животных, которые под престолом, будет показана им» (2 Вар. 51, 11).

Примерно современная 2-й книге Варуха 3-я книга Ездры (рубеж I – II вв. н.э.) сообщает о последних днях: «Явится яма мучений, а напротив неё – место покоя; откроется печь геенны, а напротив неё – рай наслаждений» (Et apparebit lacus tormenti et contra illum erit locus requietionis, et clibanus gehennae ostendetur et contra eam iucunditatis paradisus) (4 Ездр. 7, 36); «…Будет явлен рай, тот, плоды которого не увядают и в котором наслаждение и исцеление» (Et quoniam ostendetur paradisus, cuius fructus incorruptus perseverat, in quo est saturitas et medella) (4 Ездр. 7, 123); «Ибо для вас открыт рай, посажено древо жизни, приготовлен грядущий век, устроено блаженство, построен город, покой установлен, благо свершено и мудрость закончена» (Vobis enim apertus est paradisus, plantata est arbor vitae, praeparatum est futurum tempus praeparata est abundantia, aedificata est civitas, probata est requies, perfecta est bonitas ante perfecta sapientia) (4 Ездр. 8, 52).

В Откровении Авраама (также рубеж I – II вв. н.э.) Авраам возносится на небо, откуда созерцает весь мир: «И я видел там сад Эдем и плоды его, источник и реку, исходящую из него, и его растительность, и праведников. И я видел в нём пищу их и покой»³¹ (Сильвестровский сборник: И видѣхъ ту садъ Едемъ и плодъ его. Источникъ исходящюю рѣку от него и дубие его и цвѣния ихъ. И правдѣ дѣющихъ. И видѣхъ в немь пихъ и покои; Палея: И видѣх тоу садъ Едемъ и плоды его. Источники исходящюю рекоу из него. И доубие его. И цветение его. Правдоу дѣющих вiдѣхъ в немъ и пищоу их. И покои вiдѣхъ тоу)³² (Откр. Авр. 21). Таким образом, в этом сочинении Едемский сад находится на земле.

В противоположность Откровению Авраама, 2-я книга Еноха (I в. до н.э., до разрушения Иерусалимского храма) помещает рай на третье небо:

«И пояста мя оттуда мужа, възведоста на третье небо, и постависта мя посреди породы. И мѣсто то невидимо добротою видѣниа: все древо благоцвѣтно, весь плод зрѣлъ, все брашно присно кипя, все дыхание благовонно. И четыре реки мимо текущи тихимъ шествиемъ. Всяк град добръ ражающи на пищю. И древо жизненое на мѣстѣ томъ, на немже почиваетъ Господь, егда ходитъ Господь в рай, и древо то нескажемо добротою благовоньства. И другое древо въскрай – маслинно, тучя масло выину. И все древо благо плода, нѣсть ту древа бесплодна. И все мѣсто благовонно. И аггели, хранящи породу, свѣтлѣ зѣло, непрестаннымъ гласомъ благымъ пѣниемъ служат Богу по вся дни. И ркох: „Коль благо мѣсто се зѣло!“ Отвѣщаста ко мнѣ мужа: „Мѣсто се праведникомъ, Еноху, уготовано есть, иже претръпя напасть в житии семъ, и озлобятъ душа их, и отвратят очи свои от неправды и сотворятъ суд праведенъ: дати хлѣб алчющимъ и нагиа покрыти ризою, а въздвигнути падшаго и помощи обидимымъ; иже пред лицем Господнимъ ходитъ и тому единому служитъ, – тѣмъ есть уготовано се в наслѣдие вѣчно“».

«И взяли меня оттуда мужи, и подняли на третье небо, и поставили меня посреди рая. Место то несказанно прекрасно видом: всякое дерево благоцветно, и всякий плод зрел, и всевозможные яства изобилуют, всякое дуновение благовонно. И четыре реки протекают там покойным течением. И всё, что рождается в пищу, прекрасно. И древо жизни на месте том, и на нём почивает Господь, когда приходит в рай, и древо это невыразимо прекрасно благоуханием. И рядом другое дерево – масличное, источающее постоянно масло. И всякое дерево благоплодно, и нет там дерева бесплодного. И всё место благовонно. Ангелы, охраняющие рай, прекрасные весьма, благим пением своим служат Богу непрестанно все дни. И сказал я: „Сколь чудесно это место!“ Отвечали мне мужи: „Место это, Енох, уготовано праведникам, которые претерпят напасти в этой жизни, и душам которых причинят зло, и которые отвратят очи свои от неправды и сотворят суд праведный: дать хлеб алчущим, покрыть нагого одеждой, поднять падшего, помочь обиженным; которые пред лицом Господа ходят и ему одному служат, – тем уготовано это <место> в наследие вечное“».³³

Рай в Новом Завете

В греческом тексте Нового Завета слово παράδεισος встречается 3 раза. Павел использует его для описания собственного сверхъестественного опыта: «Знаю человека во Христе, который назад тому четырнадцать лет (в теле ли – не знаю, вне ли тела – не знаю: Бог знает) восхищен был до третьего неба. И знаю о таком человеке, – только не знаю – в теле или вне тела: Бог знает, – что он был восхищен в рай (εἰς τὸν παράδεισον) и слышал неизреченные слова, которых человеку нельзя пересказать»³⁴ (2 Кор. 12, 2—4). Теоретически Павел может здесь описывать два разных события и отличать «третье небо» от «рая», однако сравнение с 2-й книгой Еноха, помещающей рай именно на третье небо, говорит в пользу отождествления Павлом этих понятий.

Иисус употребляет это слово в обращении к раскаявшемуся разбойнику, распятому вместе с ним: «И сказал ему Иисус: истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю (ἐν τῷ παραδείσῳ)»³⁵ (Лук. 23, 43). Здесь слово παράδεισος означает место, куда попадают души праведников после смерти.

Наконец, в Откровении Иоанна Богослова Христос обещает ангелу Ефесской церкви «Побеждающему дам вкушать от древа жизни, которое посреди рая Божия (ἐν τῷ παραδείσῳ τοῦ θεοῦ)»³⁶ (Откр. 2, 7). Здесь, как и в предыдущем случае, по-видимому, имеется в виду эсхатологический рай.

Рай в Коране

В Коране рай обычно называется словом janna (tun) (<евр. gan «сад»), встречается также слово Эдем («adn (un)): «Он простит тогда вам ваши грехи и введёт вас в сады (jannātin), где внизу текут реки, и в жилища благие в садах вечности (jannāti «adnin)» (61.12) (Коран цитируется в переводе И. Ю. Крачковского). Также еврейское происхождение имеет арабское название ада (jahannamu <евр. ge hinnom «Геенна», «долина Еннома»).

Иранское слово *paridaiza- было заимствовано арабами у сирийских христиан (сир. pardaisā) в форме al-firdawsu³⁷. Оно дважды встречается в Коране: «Поистине, те, которые уверовали и творили благое, для них будут сады рая (jannātu al-firdawsi) пребыванием» (18.107); « [верующие] наследуют рай (al-firdawsa), они в нём пребудут вечно» (23.11).

Коран изобилует описаниями рая как сада, например: «Образ сада (al-jannati), который обещан богобоязненным: там – реки из воды не портящейся и реки из молока, вкус которого не меняется, и реки из вина, приятного для пьющих, и реки из мёду очищенного. И для них там всякие плоды и прощение от их Господа» (47.16—17).

Описания рая как сада обычны для пехлевийской литературы. Так, Бундахишн сообщает, что на третий день после смерти душа покидает тело: «Если душа праведна, тогда на пути к ней приближается образ упитанной коровы, полной молока, принося душе довольство и тучность. Потом к ней приближается образ пятнадцатилетней девушки, прекрасной, одетой в белые одежды, приятной всеми своими членами, которая радует душу. Потом приближается образ сада, полного цветов, полного воды, полного плодов, полного процветания, который наполняет душу радостью и удовольствием. Это райская земля (did bōyestān kirb rasēd ī purr-bar ud purr-āb ud purr-mēwag ud purr-padēx kē ruwān urwāhmanīh ud padēx-menišnīh rasēd ī ast būm ī wahištīg³⁸)»³⁹ (Бундахишн, 30.13).

Сходное описание встречается в Визидагиха-и Затспрам: «Когда тело умирает, на третью ночь на рассвете к ней приходит образ ветра с юга, со стороны светов, подобный самому благоуханному ветру. Этот ветер есть вестник радости, который несёт весть о рае. Потом встают образ вод и образ растений в чём-то, подобном саду, изобилующему водой и множеством молодых деревьев, исполненных почками, в который направляется его душа (pas āb-kirb ud urwar-kirb pad ēwēnag ī bōyestān homānāg ī ābōmand ī was-nihāl ī purr-škōf be ēstēd kē-š ruwān andar frāz rawēd)»⁴⁰ (Визидагиха-и Затспрам, 30.52).

Зороастрийский образ райского сада мог влиять на арабов как напрямую, так и через иудеохристианское посредничество.

Рай Корана знаменит своими гуриями: «Там скромноокие, которых не коснулся до них ни человек, ни джинн… Они – точно яхонт и жемчуг» (55.56, 58); «А черноокие, большеглазые, подобные жемчугу хранимому – в воздаяние за то, что они делали… Мы ведь создали их творением и сделали их девственницами, мужа любящими, сверстницами, – для владык правой стороны» (56.22—23, 34—37), и др.

По всей видимости, этот образ, чуждый иудеохристианству, был заимствован арабами непосредственно из зороастризма. С одной стороны, на него могло повлиять представление о даэне, выражающееся в некоторых текстах отчётливо сексуальным языком: она является праведнику «с телом девицы прекрасной, блестящей, белорукой, плотной, стройной, статной, великорослой, с выдающимися грудями и славным станом, благородной, с сияющим лицом, пятнадцатилетней по возрасту, и столь прекрасной телом, как прекраснейшие из созданий» (Яшт 22 (Хадохт-наск)) (перевод К. Г. Залемана).

С другой стороны, пехлевийские тексты утверждают, что праведники после телесного воскресения будут сожительствовать со своими жёнами: «…Кто достиг (возраста) зрелости, того воскресят в возрасте сорока лет, а того, кто был мал, пока не умер, воскресят в возрасте пятнадцати лет. И каждому дадут жену и ребёнка, и они так (же) будут сожительствовать с жёнами, как теперь на земле, но (у них) не будут рождаться дети (ud har (w) kas zand ud frazand dahēnd ud abāg zan māyišn ōwōn kunēnd čiyōn nūn andar gētīg bē frazand-zāyišnīh nē bawēd⁴¹)»⁴² (Бундахишн, 34.24); «Каждый мужчина, который на земле имел одну жену, будет иметь одну. Тот, у которого их было много, будет иметь много. У кого не было жены, получит жену такого же роста и такого же вида, ибо мужчина будет любить жену такого же вида больше, чем всех женщин на земле. Жёны будут соединены с мужьями и не будут соединяться с другими» (har mard-ē kē pad zamīg zan ēk {be} ā-š ān {ī} +ēk kē-š was būd ā-š ān was bawānd kē-š nē būd zan-ē ī ham-bašn ī +ham-čihr pēš ēstādag mard ān {ī} ēk zan ham-čihrīh rāy ā-š dōsttar dārēd kū wisp kanīg ī abar zamīg zan-iz mard hamīhēd ud +nē urwāzēnd ō any-z)⁴³ (Визидагиха-и Затспрам, 35.52).

Возникновение представления об аде в иудаизме

Названия ада

Представление об аде, как и представление о рае, было заимствовано евреями из зороастризма, но в иудейских текстах межзаветной и раввинистической эпохи ад обычно называется еврейским словом геенна (gyhnm), которое восходит к названию долины, огибавшей Иерусалим с юго-запада.

В Еврейской Библии название этой долины упоминается 13 раз в трёх формах – 3 раза как «долина Хиннома» (ge hinnom), 9 раз как «долина сына Хиннома» (ge ben-hinnom) и 1 раз как «долина сыновей Хиннома» (ge bəne-hinnom). Происхождение личного имени Хинном неизвестно. В Синодальной Библии эти названия передаются как «долина Енномова (или Еннома)», «долина сына Енномова» и «долина сыновей (или сынов) Енномовых (или Еннома)».

5 раз эта долина упоминается в Еврейской Библии просто как географический ориентир: Нав. 15, 8 (2: ge ben-hinnom, Септ.: φάραγγα ᾿Ονὸμ; ge hinnom, Септ.: φάραγγος ᾿Ονὸμ); Нав. 18, 16 (2: ge ben-hinnom, Септ.: νάπης ᾿Οννάμ; ge hinnom, Септ.: Γαίεννα); Неем. 11, 30 (ge hinnom, в Септ. нет).

Своей известностью она обязана тому, что в ней допленные иудеи приносили своих детей в жертву всесожжения Яхве. Так, царь Ахаз «совершал курения в долине Бен-Хинном (ge ben-hinnom; Септ.: ἔθυεν ἐν Βενεννὸμ) и проводил сыновей своих через огонь» (2 Пар. 28, 3), а царь Манассия «проводил сыновей своих через огонь в долине Бен-Хинном (ge ben-hinnom; Септ.: ἐν Γεβενεννὸμ)» (2 Пар. 33, 6).

Местом, где в долине приносились человеческие жертвы, был тофет (top̄et), букв. «печь» (имя нарицательное, образованное от глагола ’ap̄a «печь»). Девтерономический историк утверждает, что в конце VII в. до н.э. иудейский царь Иосия «осквернил (ṭimme’) тофет (hattop̄et), что в долине Бене-Хинном (ge bəne (bny) -hinnom, Септ.: τὸν Ταφὲθ τὸν ἐν φάραγγι υἱοῦ ᾿Εννὸμ), чтобы никто не проводил сына своего и дочери своей через огонь в жертву молк (ləḇilti ləha‘aḇir ’iš ’et-bəno wə’et-bitto ḇa’eš lammoleḵ)» (4 Цар. 23, 10). Однако это утверждение не может соответствовать действительности, потому что Иеремия, пророчествовавший после Иосии, в 620-580-х гг. до н.э., говорит о тофете как о месте продолжающихся человеческих жертвоприношений.

Всего Иеремия упоминает долину, которую он всегда называет ge ben-hinnom, 5 раз. Впервые он говорит о ней в своей храмовой проповеди: « [Сыны Иуды] построили высоты тофета (bamot hattop̄et) в долине Бен-Хинном (ge ben-hinnom, Септ.: ἐν φάραγγι υἱοῦ ᾿Εννόμ), чтобы сжигать сыновей своих и дочерей своих в огне (liśrop̄ ’et-bənehem wə’et-bənotehem ba’eš)» (Иер. 7, 31); «За то вот, приходят дни, говорит Яхве, когда не будут более называть это тофетом и долиной Бен-Хинном (ge ben-hinnom, Септ.: φάραγξ υἱοῦ ᾿Εννόμ), но долиною убийства (ge’ haharega), и в тофете будут хоронить по недостатку места» (Иер. 7, 32).

Позднее Яхве приказывает Иеремии взять «старейшин из народа и из старейшин священнических», выйти «в долину Бен-Хинном (ge ben-hinnom; Септ.: εἰς τὸ πολυάνδριον υἱῶν τῶν τέκνων αὐτῶν), которая у ворот Харшиф» (Иер. 19, 2) и провозгласить там, что иудеи «наполнили место сие кровью невинных и построили высоты Ваала, чтобы сжигать сыновей своих огнём во всесожжение Ваалу (liśrop̄ ’et-bənehem ba’eš «olot labba‘al)» (Иер. 19, 4—5), и «за то вот, приходят дни, говорит Яхве, когда не будут более называть место сие тофетом и долиной Бен-Хинном (ge ben-hinnom; Септ.: Πολυάνδριον υἱοῦ ᾿Εννόμ), но долиною убийства (ge’ haharega)» (Иер. 19, 6).

Наконец, уже во время осады Иерусалима вавилонянами Иеремия обвиняет иудеев в том, что они «построили высоты Ваала в долине Бен-Хинном (ge ben-hinnom), чтобы проводить сыновей своих и дочерей своих в жертву молк (ləha‘aḇir ’et-bənehem wə’et-bənotehem lammoleḵ)» (Иер. 32, 35). Вероятно, ту же самую долину Иеремия имеет в виду, когда предсказывает, что в будущем Иерусалим вновь будет отстроен (Иер. 31, 38) и «вся долина трупов и пепла» («emeq happegarim wəhaddešen) будет «святыней Яхве» (Иер. 31, 40).

Из приведённых цитат ясно, что у переводчиков Септуагинты не было единства в переводе топонима ge (ben- или bəne-) hinnom. Они дают разные варианты перевода, причём среди них ни разу не встречается новозаветная форма γέεννα (ближе всего к ней форма Γαίεννα в Нав. 18, 16).

Начало превращения «геенны» в место наказания можно видеть уже в поздних книгах Еврейской Библии, а именно в Третье-Исайе и второй части Книги пророка Даниила. В последней главе Третье-Исайи (V – IV вв. до н.э.) Яхве обещает «собрать все народы и языки», чтобы они пришли в Иерусалим и увидели славу «бога Израилева» (Ис. 66, 18): «Тогда из месяца в месяц и из субботы в субботу будет приходить всякая плоть пред лице моё на поклонение, говорит Яхве. И будут выходить и увидят трупы людей (pigre ha’anašim), отступивших от меня, ибо червь их не умрёт, и огонь их не угаснет, и будут они посрамлением (dera’on) для всякой плоти» (Ис. 66, 23—24).

Хотя прямо это здесь не говорится, выходящие из храма, по всей вероятности, будут видеть трупы в находящейся рядом с ним долине Хинном. На такую мысль Третье-Исайю должно было навести пророчество Иеремии о том, что «в тофете будут хоронить по недостатку места» (Иер. 7, 32), и именование долины Хинном «долиной трупов и пепла» («emeq happegarim wəhaddešen) (Иер. 31, 40).

Третье-Исайя говорит не о загробном воздаянии, но лишь о надругательстве над трупами врагов Яхве, которые будут пожираться червями и сжигаться огнём, но при этом каким-то чудесным образом сохраняться. Однако здесь уже можно видеть зерно позднейшего представления об адском пламени.⁴⁴

Дальнейшее развитие этой идеи присутствует во второй части Книги пророка Даниила (165 – начало 164-го г. до н.э.), которая содержит единственное в Еврейской Библии выражение представления об эсхатологическом телесном воскресении: «И многие из спящих в прахе земли (wərabbim miyyəšene ’admat-«ap̄ar) пробудятся (yaqiṣu), одни для жизни вечной (ḥayye «olam), другие на вечное поругание и посрамление (laḥarap̄ot lədirə’on «olam)» (Дан. 12, 2).

Слово dr’wn («посрамление») во всей Еврейской Библии встречается всего 2 раза – в приведённых стихах Ис. 66, 24 и Дан. 12, 2. По всей видимости, под «вечным посрамлением» автор второй части Книги пророка Даниила имеет в виду неугасимый огонь долины Хинном, о котором говорит Третье-Исайя, однако в Дан. 12, 2 этот огонь жжёт уже не трупы, а воскресшие тела грешников. На этом основании можно предположительно говорить о появлении у иудеев представления о пламени геенны во II в. до н.э.

Межзаветные тексты

В межзаветных иудейских сочинениях образ огненного ада встречается неоднократно, но само слово геенна употребляется редко. Так, в 4-й Книге Сивилл, иудейское ядро которой, вероятно, восходит к II в. до н.э. – I в. н.э., говорится: «Тех, кто, живя нечестиво, / Истинной веры не знал, земляная толща накроет / Душного Тартара, пропасть поглотит ужасной геенны» (ὅσοι δ» ὑπὸ δυσσεβίῃσιν / ἥμαρτον, τοὺς δ» αὖτε χυτὴ κατὰ γαῖα καλύψει / Τάρταρά τ» εὐρώεντα μυχοὶ στύγιοί τε γεέννης) (КС, 4.184—186). Перед этим сообщается, что Бог «порочных в пламень отправит, / в мрак преисподней» (ὑπὸ ζόφον ἐν πυρὶ πέμψει) (КС 4.43—44). Здесь слово γεέννα употребляется уже в форме, известной по Новому Завету.

3-я книга Ездры (кон. I – нач. II в. н.э.) сообщает, что после страшного суда «явится яма мучений, а напротив неё – место покоя; откроется печь геенны, а напротив неё – рай наслаждений» (et apparebit lacus tormenti et contra illum erit locus requietionis, et clibanus gehennae ostendetur et contra eam iucunditatis paradisus) (3 Ездр. 7, 36). По всей видимости, редкость упоминаний геенны в сочинениях эпохи Второго храма вызвана тем, что в переводах на другие языки это семитское слово оказывалось скрытым за другими словами.

Предположительно самые ранние упоминания огненного ада в межзаветных текстах содержатся в 1-й книге Еноха. Образ огненной бездны появляется уже в Книге стражей (III – II вв. до н.э.), где она предназначена для уничтожения в судный день мятежных стражей: «И в великий день суда он (Азазел) будет брошен в жар» (Пан.: καὶ ἐν τῇ ἡμέρᾳ τῆς μεγάλης τῆς κρίσεως ἀπαχθήσεται εἰς τὸν ἐνπυρισμόν; Синк.: καὶ ἐν τῇ ἡμέρᾳ τῆς κρίσεως ἀπαχθήσεται εἰς τὸν ἐμπυρισμὸν τοῦ πυρός; эф. wäbä {ʿ} əlätə {ʿ} äb {a} yə ʾənətä k {ʷ} ənäne kämä yətəfänäwə wəsətä {w} aʿəyə) (1 Ен. 10, 6); «Крепко свяжи их (Семъйязу и его соучастников) под холмами земли на семьдесят родов до дня суда над ними и до окончания родов, пока не совершится последний суд над всею вечностью. В те дни их бросят в огненную бездну (гр. τὸ χάος τοῦ πυρὸς; эф. m {ä} təḥətä ʾəsatə); на муку и в узы они будут заключены на всю вечность. И немедленно Семъйяза сгорит и отныне погибнет с ними; они будут связаны друг с другом до окончания всех родов» (1 Ен. 10, 12—14).

В Послании Еноха (II в. до н.э.) мы, вероятно, впервые в еврейской литературе встречаем представление об огненном аде, который ждёт грешников после судного дня: «Их дух будет брошен в огненную печь» (tətəwädäyə mänəfäsomu wəsətä {ʾ} ətonä {ʾ} əsatə) (1 Ен. 98, 3); «Горе вам, грешники, ибо вы будете гореть в озере огненного пламени (bäwa {ʿ} əyä lahəb {ä} ʾəsatə təwə {ʿ} əyu) за слова своих уст и за дела своих рук» (1 Ен. 100, 9); «Их духи будут умерщвлены, и они будут восклицать и взывать в пустом необитаемом месте и гореть в огне, где нет земли» (wämänafəsətihomu yətəḳätälu wäyəṣärəḥu wäyä {ʿ} äwäyəwu bämäkanä bäd {ə} wə zäʾiya {s} ətärəʾ {i} wäbäʾəsatə yən {ä} dədu ʾ {ə} səmä ʾihälo) (1 Ен. 108, 2).

Сходное представление отражено в третьей части 1-й книги Еноха – Книге видений (II в. н.э.): «И суд совершился, прежде всего, над звёздами, и они были судимы и оказались виновными, и пришли к месту осуждения, и их бросили в глубокое место, наполненное огнём, пылающее и наполненное огненными столбами. И те семьдесят пастырей были судимы и оказались виновными, и точно также были брошены в ту огненную пропасть (ma {ʿ} əməḳ {ä} ʾəsatə). И я видел тогда, как была открыта подобная пропасть в средине земли, наполненная огнём, и как принесли тех ослеплённых овец, и они все были судимы и найдены виновными, и брошены в ту огненную пропасть, и они сгорели: а пропасть эта была направо от того дома (т. е. Иерусалимского храма). И я видел, как сгорели те овцы, и кости их сгорели» (1 Ен. 90, 24—27). Пропасть рядом с храмом, очевидно, расположена в долине Хинном.

Самая поздняя часть 1-й книги Еноха – Книга притчей (предположительно I в. н.э.) также говорит о наказании огнём мятежных стражей: «И я взглянул и обратился к другой стороне земли, и увидел там глубокую долину с пылающим огнём. И они (ангелы наказания) принесли царей и сильных и положили их в глубокую долину. И там мои очи видели, как сделали для них орудия, – железные цепи безмерного веса. И я спросил ангела мира, говоря: «эти цепи – орудия, – для кого они приготовлены»? И он сказал мне: «они приготовлены для отрядов Азазела, чтобы взять их и бросить в преисподний ад (mätəḥətä k {ʷ} əlu däyənə): и челюсти их будут покрыты грубыми камнями, как повелел Господь духов. Михаил и Гавриил, Руфаил и Фануил схватят их в тот великий день суда и бросят в этот день в печь с пылающим огнём»» (1 Ен. 54, 1—6). Далее она также сообщает о посмертном наказании огнём грешников, которые говорят о себе: «Мы будем низвергнуты в пламя адского мучения (ʾəməlahəba läkəbädä {s} iʾolə)» (1 Ен. 63, 10).

Устав Кумранской общины (II в. до н.э.) говорит, по-видимому, о конечной гибели грешников в огне в эсхатологические времена: «И наказание всем, поступающим так, – множество ударов от руки всех ангелов истребления на вечную гибель в яростном гневе бога мщений на вечный трепет и стыд до конца с позорной гибелью в огне тьмы (b’š mḥškym). И все сроки их поколений – в печали, скорби и горьком зле в тёмных пропастях до их гибели без остатка и без спасения» (1QS 4:11—14).

Завещания двенадцати патриархов (ок. I в. до н.э. – I в. н.э.) обещают наказание вечным огнём для Велиара и грешников: «И будете народом Господним и языком одним; и не будет там духа заблуждения Велиара, ибо он будет брошен в огонь навек (καὶ οὐκ ἔσται ἔτι πνεῦμα πλάνης τοῦ Βελίαρ, ὅτι ἐμβληθήσεται ἐν τῷ πυρὶ εἰς τὸν αἰῶνα)» (Зав. Иуд. 25, 3); «На нечестивых же наведёт Господь огонь вечный и погубит их до рода родов» (Ἐπὶ δὲ τοὺς ἀσεβεῖς ἐπάξει κύριος πῦρ αἰώνιον, καὶ ἀπολέσει αὐτοὺς ἕως γενεῶν) (Зав. Завул. 10, 3).

Во 2-й книге Еноха (I в. н.э.) вознесённый ангелами Енох на севере третьего неба видит ад, где «всякая мука и мучение на месте том, и тьма, и мгла, и нет там света, но огонь мрачный разгорается всегда на месте том, и река огня растекается повсюду» (всяка мука и мучениа на мѣстѣ томъ, и тми, и мгла, и нѣсть ту свѣта, но огнь мрачен възгарая ся выину на мѣстѣ томъ, и рѣка огненнаа находящи на вся мѣста та).

В 4-й Маккавейской книге (сер. I – нач. II в. н.э.) казнимые иудейские братья предрекают Антиоху Епифану вечное мучение в огне: «Ибо мы за злострадание и терпение получим награды добродетели, и будем у Бога, ради которого и страждем. А ты за самодовольное убиение нас потерпишь, по Божескому суду, вечное мучение огнём (αἰώνιον βάσανον διὰ πυρός)» (4 Мак. 9, 8—9); „За это воздаст тебе божеское правосудие сильнейшим и вечным огнём и муками, кои во всю вечность не облегчатся для тебя“ (ἀνθ» ὧν ταμιεύσεταί σε ἡ θεία δίκη πυκνοτέρῳ καὶ αἰωνίῳ πυρὶ καὶ βασάνοις, αἳ εἰς ὅλον τὸν αἰῶνα οὐκ ἀνήσουσί σε) (4 Мак. 12, 12).

Откровение Авраама (кон. I – нач. II в. н.э.) устами «бога Израилева» обещает врагам иудеев вечную огненную муку в подземном аду, отождествляемом с чревом Азазела: «И я сожгу огнём тех, кто хулил его (т.е. иудейский народ), властвуя над ним в этом веке, и предам поносящих меня посрамлению грядущего века. Ведь я предназначил их в пищу адскому огню и к непрестанному парению в пространстве подземных бездн, чтобы быть наполнением утробы червей. Увидят их праведники, избравшие волю мою и соблюдавшие заповеди мои, и будут радоваться гибели покинутых. А те, кто следовал идолам и убийствам своим, будут тлеть в утробе Злого, в чреве Азазела, палимые огнём языка его» (Откр. Авр. 31).⁴⁵

2-я книга Варуха (кон. I – нач. II в. н.э.) предрекает огонь душам грешников по их смерти: «Приготовившим хранилища премудрости и тем, у кого были найдены сокровищницы разума, не удалившимся от милосердия и сохранившим истину Закона будет отдан грядущий мир («lm’ d’t’); жилище же других, весьма многих, будет в огне (nwr’)» (2 Вар. 44, 14—15). После телесного воскресения и суда они попадут навсегда в адское пламя: «Тогда не будет больше места покаянию, рубежей времени, долготы веков, перемен к облегчению. Не будет более места мольбе, дара любви, [покаяния душе], ни ходатайства за прегрешения, ни умолений отцов, ни молитв пророков, ни помощи от праведных. Но будет только приговор к истязанию, путь в огонь (nwr’), стезя в пекло (gwmr’)» (2 Вар. 85, 12—13).

Геенна в Новом Завете

Еврейское слово gyhnm (gehinnom) было заимствовано в арамейский в формах gyhnm (gehinnam) или gyhnh (gehinna). Последняя форма стала источником греческого слова женского рода γέεννα, которое встречается в текстах Нового Завета 12 раз.

Евангелие от Марка вкладывает его в уста Иисуса, наставляющего своих учеников: «И если соблазняет тебя рука твоя, отсеки её: лучше тебе увечному войти в жизнь, нежели с двумя руками идти в геенну, в огонь неугасимый, где червь их не умирает и огонь не угасает (εἰς τὴν γέενναν, εἰς τὸ πῦρ τὸ ἄσβεστον, ὅπου ὁ σκώληξ αὐτῶν οὐ τελευτᾷ καὶ τὸ πῦρ οὐ σβέννυται). И если нога твоя соблазняет тебя, отсеки её: лучше тебе войти в жизнь хромому, нежели с двумя ногами быть ввержену в геенну, в огонь неугасимый, где червь их не умирает и огонь не угасает. И если глаз твой соблазняет тебя, вырви его: лучше тебе с одним глазом войти в Царствие Божие, нежели с двумя глазами быть ввержену в геенну огненную, где червь их не умирает и огонь не угасает» (Марк. 9, 43—48).

Упоминание о «неумирающем черве» и «неугасающем огне» указывает на Ис. 66, 23—24 как на источник этого образа (Септ.: ὁ γὰρ σκώληξ αὐτῶν οὐ τελευτήσει, καὶ τὸ πῦρ αὐτῶν οὐ σβεσθήσεται). Речь здесь, по всей видимости, идёт об участях праведников и грешников после телесного воскресения и суда. Мы не можем в точности знать, восходит ли конкретно это высказывание к историческому Иисусу, однако в употреблении им самого арамейского слова геенна сомневаться нет оснований.

В несколько изменённом виде то же высказывание повторяется в Евангелии от Матфея в двух вариантах: «Если же правый глаз твой соблазняет тебя, вырви его и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не всё тело твое было ввержено в геенну (εἰς γέενναν). И если правая твоя рука соблазняет тебя, отсеки её и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не всё тело твое было ввержено в геенну (εἰς γέενναν)» (Матф. 5, 29—30); «Если же рука твоя или нога твоя соблазняет тебя, отсеки их и брось от себя: лучше тебе войти в жизнь без руки или без ноги, нежели с двумя руками и с двумя ногами быть ввержену в огонь вечный (εἰς τὸ πῦρ τὸ αἰώνιον); и если глаз твой соблазняет тебя, вырви его и брось от себя: лучше тебе с одним глазом войти в жизнь, нежели с двумя глазами быть ввержену в геенну огненную (εἰς τὴν γέενναν τοῦ πυρός)» (Матф. 18, 8—9).

В Евангелии от Матфея Иисус ещё несколько раз использует слово геенна, очевидно, в том же значении места вечного наказания грешников после их телесного воскресения: «А я говорю вам, что всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду; кто же скажет брату своему: «рака́», подлежит синедриону; а кто скажет: «безумный», подлежит геенне огненной (εἰς τὴν γέενναν τοῦ πυρός)» (Матф. 5, 22); «И не бойтесь убивающих тело, души́ же не могущих убить; а бойтесь более того, кто может и душу и тело погубить в геенне (ἐν γεέννῃ)» (Матф. 10, 28); «Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что обходите море и сушу, дабы обратить хотя одного; и когда это случится, делаете его сыном геенны (υἱὸν γεέννης), вдвое худшим вас» (Матф. 23, 15); «Змии, порождения ехиднины! как убежите вы от осуждения в геенну (τῆς γεέννης)?» (Матф. 23, 33).

Единственный случай употребления слова геенна в Евангелии от Луки соответствует Матф. 10, 28 и, очевидно, восходит к Q: «Но скажу вам, кого бояться: бойтесь того, кто, по убиении, может ввергнуть в геенну (εἰς τὴν γέενναν): ей, говорю вам, того бойтесь» (Лук. 12, 5).

За пределами Синоптических Евангелий в Новом Завете слово геенна встречается единственный раз – в Послании апостола Иакова, где оно употреблено в метафорическом смысле: «И язык – огонь, прикраса неправды; язык в таком положении находится между членами нашими, что оскверняет всё тело и воспаляет круг жизни, будучи сам воспаляем от геенны (ὑπὸ τῆς γεέννης)» (Иак. 3, 6).

Ад в Новом Завете

В Септуагинте название еврейской обители мёртвых Шеол (šə’ol) почти всегда (ок. 60 случаев) переводится греческим словом ᾅδης (Аид> рус. ад). Только в трёх случаях (2 Цар. 22, 6; Пс. 17, 5; Притч. 23, 14) оно переведено словом ϑάνατος («смерть»).

В Новом Завете слово ᾅδης встречается 10 раз. В одном случае оно входит в состав цитаты из Септуагинты, а именно в рассказе Деяний Апостолов о Пятидесятнице, когда Пётр произносит проповедь, цитируя Пс. 15, 10: «ибо ты не оставишь души моей в аде и не дашь святому твоему увидеть тления» (масор.: ki lo-ta‘azoḇ nap̄ši lišə’ol / lo-titten ḥasidəḵa lirə’ot šaḥat; Септ.: ὅτι οὐκ ἐγκαταλείψεις τὴν ψυχήν μου εἰς ᾅδου οὐδὲ δώσεις τὸν ὅσιόν σου ἰδεῖν διαφθοράν) (Деян. 2, 27). Далее Пётр поясняет своим слушателям: «Он (т.е. псалмопевец) прежде сказал о воскресении Христа, что не оставлена душа его в аде, и плоть его не видела тления (οὐ κατελείφθη ἡ ψυχὴ αὐτοῦ εἰς ᾅδου οὐδὲ ἡ σὰρξ αὐτοῦ εἶδε διαφθοράν)» (Деян. 2, 31).

Известное высказывание в Евангелии от Матфея об апостоле Петре как камне, на котором зиждется церковь, могло возникнуть только через несколько десятилетий после смерти исторического Иисуса, однако сам образ ненасытной преисподней восходит к Еврейской Библии: «И я говорю тебе: ты – Пётр, и на сем камне я создам церковь мою, и врата ада не одолеют её (καὶ πύλαι ᾅδου οὐ κατισχύσουσιν αὐτῆς)» (Матф. 16, 18).

Восходящее к Q высказывание Иисуса использует слово ᾅδης (евр. šə’ol) в значении нижней области мира согласно еврейской космологии: «И ты, Капернаум, до неба вознесшийся, до ада низвергнешься (ἕως ᾅδου καταβιβασθήσῃ), ибо если бы в Содоме явлены были силы, явленные в тебе, то он оставался бы до сего дня; но говорю вам, что земле Содомской отраднее будет в день суда, нежели тебе» (Матф. 11, 22—24); «И ты, Капернаум, до неба вознесшийся, до ада низвергнешься (ἕως ᾅδου καταβιβασθήσῃ)» (Лук. 10, 15).

Откровение Иоанна Богослова использует слово ᾅδης как синоним смерти: «Я есмь первый и последний, и живой; и был мёртв, и се, жив во веки веков, аминь; и имею ключи ада и смерти (καὶ ἔχω τὰς κλεῖς τοῦ θανάτου καὶ τοῦ ᾅδου)» (Откр. 1, 17—18); «И я взглянул, и вот, конь бледный, и на нём всадник, которому имя смерть; и ад следовал за ним (ὄνομα αὐτῷ ὁ θάνατος, καὶ ὁ ᾅδης ἠκολούθει μετ᾿ αὐτοῦ)» (Откр. 6, 8); «Тогда отдало море мёртвых, бывших в нём, и смерть и ад (ὁ θάνατος καὶ ὁ ᾅδης) отдали мёртвых, которые были в них; и судим был каждый по делам своим. И смерть и ад (ὁ θάνατος καὶ ὁ ᾅδης) повержены в озеро огненное» (Откр. 20, 13—14).

Всего один раз в Новом Завете словом ᾅδης называется место посмертных мучений грешников, а именно в притче о богаче и Лазаре: «Умер и богач, и похоронили его. И в аде, будучи в муках (καὶ ἐν τῷ ᾅδῃ… ὑπάρχων ἐν βασάνοις), он поднял глаза свои, увидел вдали Авраама и Лазаря на лоне его» (Лук. 16, 22—23).

Эсхатология Кумрана

Наряду с дуализмом свидетельством иранского влияния на иудаизм Кумрана является его развитая эсхатология зороастрийского типа: «В той мере, в какой дошедшие до нас кумранские тексты позволяют судить, ядром и стержнем общественных и религиозных воззрений кумранской общины были концепция дуализма и обусловленные ею представления о предестинации (т.е. предопределении) и избранничестве. В тесной связи с этим комплексом представлений находятся также эсхатологические и мессианистические воззрения»⁴⁶.

Кумранские тексты I в. до н.э. – I в. н.э., созданные в ессейской или близкой к ней среде, содержат ряд отрывков, которые свидетельствуют о вере кумранитов в посмертное воздаяние и телесное воскресение.

Согласно Уставу общины, приверженцев Духа истины после смерти ожидает награда: «вечная радость в бесконечной жизни и венец славы с одеянием величия в вечном свете» (śmḥt «wlmym bḥyy nṣḥ wklyl kbwd «m mdt hdr b’wr «wlmym) (1QS 4:7—8). Приверженцев Духа лжи ожидает наказание:

12 kwl hwlky by lrwb ngw‘ym byd kwl ml’ky ḥbl lšḥt «wlmym b’p «brt ’l nqm {w} t lz‘wt nṣḥ wḥrpt

Всем, поступающим так, – множество ударов от руки всех ангелов истребления на вечную гибель в яростном гневе бога мщений на вечный трепет и стыд

13 «d «m klmt klh b’š mḥškym wkwl qṣyhm ldwrwtm b’bl ygwn wr‘t mrwrym bhwywt ḥwšk»d

До конца с позорной гибелью в огне тьмы. И все сроки их поколений – в печали, скорби и горьком зле в тёмных пропастях до

14 klwtm l’yn šryt wplyṭh lmw

Их гибели без остатка и без спасения.

(1QS 4:11—14)

Сцена подобного эсхатологического суда может быть изображена в одном из Благодарственных гимнов, согласно которому «потоки Велиала» (nḥly bly‘l) подобно пожирающему огню затопят берега рек и каналов (šn’bym), превратят «основания гор в огонь» (yswdy hrym lśrph), а «корни гранита – в потоки лавы» (wšwršy ḥlmyš lnḥly zpt), и проникнут в Великую Бездну (thwm rbh) и Аваддон «до гибели и истребления навеки» («d klh wnḥrṣh l‘d) (1QH XI.29—36). В данном тексте, примечательно включающем два иранизма (šn’bym «каналы» и nḥrṣh «истребление»), собственно еврейские мотивы соединены с чертами, заимствованными из зороастрийской эсхатологии, в которой конечный суд над миром производится огнём и расплавленным металлом.

Последний суд будет предварён телесным воскресением. «Мессианский Апокалипсис» обещает, что «славные дела, которых не было, совершит господь, как он сказал, ибо он будет исцелять раненых, оживлять мёртвых и благовествовать бедным» (wnkbdwt šlw’ hyw y‘śh ’dny k’šr d [br] [ky] yrp’ ḥllym wmtym yḥyh «nwym ybśr) (4Q521 2 II.11—12); в том же тексте упоминается «оживляющий мёртвых своего народа» (hmḥyh ’t mty «mw) (4Q521 7 II.6). Далее следует фрагментарный текст, описывающий, по всей видимости, области, которые бог приготовил для мёртвых: « […] и мост бездн […] застыли проклятые […]» (wgšr th [wmwt…] qp’w ’rwr [ym …]) (4Q521 7 II.12—13). Подобные представления могли быть заимствованы кумранитами из зороастрийской эсхатологии, в которой душа умершего должна пройти над бездной по мосту Чинват, а грешники наказываются в т.ч. холодом.

В одном из Благодарственных гимнов молящийся благодарит бога (’l) за то, что он очистил его от греха, «чтобы соединиться с сынами твоей истины и в жребии – с твоими святыми, чтобы поднять из праха съедаемых червями мёртвых на совет вечный и от духа лукавого – к [твоему] разуму, чтобы предстоять перед ликом твоим с вечным воинством и духами […], чтобы обновиться со всем, что будет, и со знающими в единстве ликования» (lhyḥd ‘ [m] bny ’mtk wbgwrl «m qdwšykh lhrym m‘pr twl‘t mtym lswd ‘ [wlm] wmrwḥ n‘wh lbynt [kh] wlhtyṣb bm‘md lpnykh «m ṣb’ «d wrwḥy […] lhtḥdš «m kwl nhyh w‘m yd‘ym byḥd rnh) (1QH XIX.11—14). В другом гимне говорится, что в «срок суда» (qṣ mšpṭ) «лежащие в прахе поднимут знамя, и съедаемые червями мёртвые воздвигнут стяг» (wšwkby «pr hrymw trn wtwl‘t mtym nś’w ns) (1QH XIV.34).

Телесное воскресение может описываться глаголом «пробуждаться» («r): «Тогда меч бога станет разить в срок суда, и все сыны его истины пробудятся, чтобы уничтожить сынов нечестия» (w’z tḥyš ḥrb ’l bqṣ mšpṭ wkwl bny ’ [m] tw y‘wrw lhtm [bny] rš‘h) (1QHa XIV.29—30).

Текст кумранского Псевдо-Иезекииля, в отличие от библейской Книги пророка Иезекииля, может толковать видение долины сухих костей как пророчество именно о телесном воскресении, используя для его выражения глагол «вставать» («md), который используется в этом значении в Дан. 12, 13: «И оживут, и встанет народ большой, люди, и благословят Яхве Воинств, который оживил их» ([wyḥyw w] y» [m] d «m rb ’nšym wybrkw ’t yhwh ṣb’wt «š [r ḥym]) (4Q385 2 8—9). Дамасский документ также обещает, что «встанет Учитель праведности в конце дней» («d «md ywrh hṣdq b’ḥryt hymym) (CD-A VI.10—11).

Внутренние данные кумранских документов подтверждаются свидетельствами античных авторов об эсхатологии ессеев, прежде всего, Иосифа Флавия: «По учению ессеев, всё представляется на усмотрение бога. Души они считают бессмертными и придают большое значение стремлению к справедливости» (Ἐσσηνοῖς δὲ ἐπὶ μὲν θεῷ καταλείπειν φιλεῖ τὰ πάντα ὁ λόγος, ἀθανατίζουσιν δὲ τὰς ψυχὰς περιμάχητον ἡγούμενοι τοῦ δικαίου τὴν πρόσοδον) (Иудейские древности, 18.1.18) (перевод И. Д. Амусина).

О том же он говорит в «Иудейской войне»: «…Улыбаясь под пытками, посмеиваясь над теми, которые их пытали, они (т.е. ессеи) весело отдавали свои души в полной уверенности, что снова их получат в будущем. Они убеждены в том, что тела тленны и материя их не вечна, души же всегда пребывают бессмертными, и, устремляясь из легчайшего эфира, соединяются с телами, словно привороженные самой природой – своими темницами. После того как они освобождаются от телесных уз, они радостно, словно освободившись от длительного рабства, устремляются ввысь. В согласии с сынами эллинов они рассказывают, что добрым душам предназначено местопребывание за океаном – область, не обременённая ни дождями, ни снегом, ни жарой, которую освежает постоянно дующий с океана мягкий зефир, для дурных же душ уготована мрачная и холодная подземная бездна, наполненная бесчисленными наказаниями»⁴⁷ (Иудейская война, 2.8.153—155) (перевод И. Д. Амусина).

С Иосифом Флавием согласен Ипполит Римский: ессеи «признают, что тело воскреснет и будет бессмертным, так же, как уже бессмертна душа, которая, отделившись, отдыхает до суда в некоем приятном и светлом месте… Они говорят, что будет суд и всё сгорит, и неправедные будут наказаны навечно»⁴⁸ (Опровержение всей ересей, 9.27) (перевод И. Д. Амусина).

Храмовый свиток упоминает эсхатологический «день творения» (ywm hbryh) (11Q19 XXIX.9). Согласно Благодарственным гимнам, в этот день бог «создаст новые вещи, преобразит старые вещи и утвердит вечные сущности» (lbrw’ ḥdšwt lhpr qymy qdm wl [hq] ym nhywt «wlm) (1QH V.17—18). Устав общины сообщает, что «равными мерами поставил [их] (т.е. духов истины и лжи) бог до конца назначенного и творения нового» (ky’ bd bbd śmn ’l «d qṣ nḥrṣh w‘śwt ḥdšh) (1QS III.23). Выражение «творение нового» («śwt ḥdšh) выглядит как калька с авестийского выражения frašō. kərəti- (> пехл. frašegird), как и выражение «бог знания» (’l hd‘wt) (1QS III.15), которым обозначается в том же тексте божество, должное произвести «творение нового», выглядит как калька имени Ахура Мазда. Кумранские тексты делят мировую историю на три эры, которые точно соответствуют эрам Творения (пехл. Bundahišn), Смешения (Gumēzišn) и Разделения (пехл. Wizārišn) в зороастризме.

В Уставе общины и других кумранских текстах неоднократно упоминается «святой дух» (rwḥ qwdš и др. варианты) бога, играющий важную роль в т.ч. в эсхатологии: пророки открыли учение бога через «его святой дух» (rwḥ qwdšw) (1QS VIII.16), чтобы «утвердить святой дух (rwḥ qwdš) ради вечной истины» (1QS IX.3); человек призывается «смотреть на свет жизни и со святым духом (rwḥ qdwšh) соединиться» (1QS III.7); в «срок суда» (mw‘d mšpṭ) бог «очистит его (т.е. человека) святым духом (rwḥ qwdš) от всех нечестивых дел» (1QS IV.21) и т. д. В Еврейской Библии выражение «святой дух» встречается всего 3 раза (Пс. 50, 13; Ис. 63, 10, 11). Частоту употребления этого понятия в кумранских текстах и его эсхатологическую роль можно объяснить влиянием зороастрийского представления о Святом Духе (spəṇtō maniiuš).

Одним из ключевых терминов для кумранского иудаизма (и – шире – для всего иудаизма поздней эпохи Второго храма) является слово raz «тайна». Оно является заимствованием из иранского и родственно санскритскому слову rahas- «уединённое место; одиночество; тайна» (<индоар. RAH «быть покинутым, одиноким»). В древнеперсидских текстах это слово не встречается, что объяснимо их крайне ограниченным объёмом, зато в изобилии присутствует в среднеперсидских пехлевийских сочинениях, например, в зороастрийской энциклопедии «Денкард» («Дело веры»): Arzanig bawišn pad harw raz i paygar i yazd… ud raz i paygar i xweš az kas-ez nihan nest… ud raz i xir i xweš aweš nimayend («Достойным надлежит быть каждой тайны войны божеств… и тайна их войны ни от кого не сокрыта… и они являют ему тайну своих вещей») (6.214).

Слово raz 9 раз встречается в арамеоязычной части Книги пророка Даниила, причём показательно, что именуемая им тайна смены мировых царств и прихода им на смену «в последние дни» вечного Царство Божьего сама вдохновлена зороастрийской апокалиптикой.⁴⁹ Царь Вавилона Навуходоносор видит тревожный сон, после чего созывает вавилонских мудрецов, чтобы они изъяснили ему его смысл, но сам сон не рассказывает. Поскольку мудрецы не могут этого сделать, царь приказывает всех их умертвить, включая живущих в Вавилоне иудейских пленников – Даниила и троих его товарищей. Даниил просит у царя времени, чтобы объяснить ему смысл сна: «Даниил пришёл в дом свой, и рассказал дело Анании, Мисаилу и Азарии, товарищам своим, чтобы они просили милости у бога небесного (’elah šəmayya)⁵⁰ об этой тайне (raza)» (Дан. 2, 17—18), «и тогда открыта была тайна (raza) Даниилу в ночном видении, и Даниил благословил бога небесного (’elah šəmayya)» (Дан. 2, 19).

После этого Даниил является к царю и заявляет ему: «Тайны (raza), о которой царь спрашивает, не могут открыть царю ни мудрецы, ни обаятели, ни тайноведцы, ни гадатели» (Дан. 2, 27); «Но есть на небесах бог, открывающий тайны (razin); и он открыл царю Навуходоносору, что будет в последние дни» (Дан. 2, 28); «Открывающий тайны (razayya) показал тебе то, что будет» (Дан. 2, 29); «Мне тайна (raza) сия открыта… чтобы открыто было царю разумение и чтобы ты узнал помышления сердца твоего» (Дан. 2, 30).

Даниил объявляет царю, что во сне он видел истукана с головой из золота, грудью и руками из серебра, чревом и бёдрами из меди, голенями из железа и ногами из железа и глины. Оторвавшийся от горы камень ударил в ноги истукана и сокрушил его, после чего стал великой горой и наполнил собою всю землю. Золотая голова в этом сне означает царство Навуходоносора, за которым последуют ещё четыре царства, после чего «бог небесный» воздвигнет царство вечное: «И сказал царь Даниилу: истинно бог ваш есть бог богов и владыка царей, открывающий тайны (razin), когда ты мог открыть эту тайну (raza)!» (Дан. 2, 47). Ещё раз слово raz встречается в рассказе о втором сне Навуходоносора, за истолкованием которого царь вновь обращается к Даниилу: «Я знаю, что дух святых богов в тебе, и никакая тайна (raz) не затрудняет тебя» (Дан. 4, 6).

Эсхатологический смысл имеет слово raz в найденных в Кумране арамеоязычных отрывках 1-й книги Еноха. Енох повествует о бедствиях, которые обрушатся на человечество во времени Ноя, потом заявляет:

25 … [wb] ’t [rhwn y’] th rš [»] tqyp […]

…И после них придёт большее нечестие, чем было

26 by [w] my [hwn bd] y yd“ ’nh brzy [mry’ dy] qdyšyn „ḥwywny w’ḥzywny [wdy blwḥt]

в их дни. Ибо я знаю тайны господа, которые святые сообщили мне и показали мне, и которые на скрижалях

27 šmy’ qryt wḥzyt ktyb bhwn dy [d] r mn dr yb’š bkdn wb’š lhw’ [«d dy yqwmwn]

небесных я прочёл. И я увидел написанным в них, что поколение за поколением будет творить таким образом зло, пока не встанут

28 dry qwšṭ» wb’yšth wrš‘h yswp wḥms’ ykl’ mn ’r»»…

поколения праведности, а зло и нечестие кончатся, а насилие исчезнет с земли…

(4QEnc ar 5 II 25—28)

Целиком 1-я книга Еноха сохранилась только в эфиопском переводе. В нём в этом отрывке арамейскому raz соответствует эфиопское məśəṭiratä: «И после этого неправда будет ещё гораздо больше, чем та, которая совершалась на земле прежде; ибо я знаю тайны святых, так как он – господь – дозволил мне видеть их и открыл их мне, и я прочитал их на скрижалях небесных. И я видел написанное на них, что род за родом будет беззаконновать, пока не восстанет род правды, и беззаконие будет обречено на погибель, и грех исчезнет с земли, и всё доброе появится на ней»⁵¹ (1 Ен. 106.19 – 107.1) (перевод А. В. Смирнова).

Слово raz встречается в кумранских документах ок. 55 раз и играет важнейшую роль в идеологии кумранитов. Им обозначается подлинный, глубинный смысл иудейских писаний, отличный от их буквального, поверхностного смысла. Подлинного смысла своих слов не понимали даже сами иудейские пророки, а даром его понимания, согласно Комментарию на Книгу пророка Аввакума, обладал лишь основатель и глава Кумранской общины – «учитель праведности, которому бог поведал все тайны (raz) слов своих пророков-рабов» (1Q pHab VII.5). В Благодарственных гимнах учитель, обращаясь к богу, заявляет: «Я слышал твой чудесный совет в твоём святом духе. Ты открыл внутри меня знание тайны твоего ума» (šm‘ty lswd pl’kh brwḥ qwdškh [p] tḥth ltwky d‘t brz śklkh) (1QH XX.12—13). Согласно кумранскому Уставу общины, поступающих в неё надлежит «умудрять чудными тайнами (rzy pl’) и истиной среди людей общины» (1QS IX.18).

Основной смысл тайного учения, которое кумраниты передавали словом raz, заключается в заимствованной из зороастризма дуалистической эсхатологии. Неоднократно оно используется в сочетании rz nhyh (raz nihye) – «тайна бытия». Второй элемент этого сочетание представляет собой действительное причастие породы nip̄«al от глагола hyh «быть, становиться». В Еврейской Библии эта форма, обычно переводящаяся прошедшим временем, встречается 8 раз (3 Цар. 1, 27; 12, 24; 2 Пар. 11, 4; Неем. 6, 8; Притч. 13, 19; Иоил. 2, 2; Мих. 2, 4; Зах. 8, 10), однако не в том значении, как в кумранских текстах. Чуждый библейским текстам онтологический смысл выражения raz nihye предполагает его заимствование из иностранного – персидского (raz bawišn?) или греческого (μυστήριον τοῦ εἶναι?) источника.

Автор Устава общины заявляет о себе: «Из источника своего знания он (т.е. бог) открыл мне свет, и его чудеса видели мои глаза, а свет моего сердца – тайну бытия, и сущее вечно – опора моей десницы» (mmqwr d‘tw ptḥ ’wry wbnpl’wtyw hbyṭh «yny w’wrt lbby brz nhyh whwy’ «wlm mš‘n ymyny) (1QS XI.3—4).

Историческое (и в т.ч. эсхатологическое) измерение понятия «тайна бытия», чуждое несколько более ранним или современным ей иудейским книгам премудрости, представляет кумранская Книга тайн:

2 […] rzy pš»

[…] тайны греха

3 […] wlw’ yd‘w rz nhyh wbqdmwnywt lw’ htbwnnw wlw’

[…] и они не знают тайну бытия и прошлого не понимают, и не

4 yd‘w mh «šr ybw’ «lyhmh wnpšmh lw’ mlṭw mrz nhyh

знают того, что случится с ними, и души свои не спасли от тайны бытия.

5 wzh lkm h’wt ky yhyh bhsqwr mwldy «wlh wglh hrš» mpny hṣdq kglwt [ḥ] wšk mpnw

И вот вам знак того, что это будет: когда будут заперты порождения лжи, нечестие исчезнет от лица праведности, как исчезает тьма от лица

6 ’wr wktwm «šn w’ [ynn] w «wd kn ytm hrš» l‘d whṣdq yglh kšmš tkwn

света. Как рассеивается дым, и нет его больше, так рассеется нечестие навсегда, а праведность явится как солнце, управляющее

7 tbl wkwl twmky rzy pl’ ’ynmh «wd wd‘h tml’ tbl w’yn šm l» [d] ’wlt

земным кругом. А всех, противодействующих чудесным тайнам, больше не станет. А знание заполнит земной круг, и там больше не будет безрассудства.

(1Q27 1 I.2—7)

Автор «Книги наставлений» (1Q/4QInstruction, Musar le Mevin) призывает читателя: «Созерцай тайну бытия, и понимай сроки рождения спасения, и знай, кто наследует славу и труд […] и за их печали – радость вечную» ([hbṭ brz] nhyh wqḥ mwldy yš» wd» my nwḥl kbwd w» [m] l hlw’ […] wl’blyhmh śmḥt «wlm) (4Q416 1 I.10—12).

Та же книга содержит наиболее обширный отрывок, касающийся «тайны бытия», во всей кумранской литературе:

1 [… hbṭ brzy pl’] y ’l hnwr’ym tśkyl r’š […]

[…] созерцай чудесные тайны бога трепета, внимай началу […]

2 [… hbṭ …] qdm lmh nhyh wmh nhyh bm [h …]

[…] созерцай […] древности (?), что существует, и что существует в […]

3 […] lmh hwy’ lm [h] nhyh bmh [yhyh bkwl …]

[…] что существовало, и что будет существовать в […]

4 [m‘śh… ywm w] lylh hgh brz nhyh [wdrwš tmyd w’z td» ’mt w‘wl ḥkmh]

дело […] день и ночь размышляй о тайне бытия и изучай постоянно, и тогда ты будешь знать истину и ложь, мудрость

5 [… hbn m‘śh… bkw] l drkyhmh «m pqwdwt [mh lkwl qṣy «wlm wpqwdt «d w’z td»]

[…] понимать дело […] на всех их путях вместе с их наказаниями во все вечные сроки, и наказание навсегда. И тогда ты будешь различать

6 [byn ṭwb lr» km‘śyhm ky’] ’l hd‘wt swd ’mt [wbrz nhyh prš ’t ’wśh m‘śyh …]

между хорошим и плохим в их делах, ибо бог знания есть совет истины, и в тайне бытия он изложил её основу. Её дела […]

7 [lkwl ḥkmh wlkwl «rmh y] ṣrh wmmšl [m‘śyh] l [kwl… ytwl ’t kwl… b’]

во всей мудрости и во всей хитрости он созиждил её, и правление её дел – согласно всем […]

8 [prš lmbyntm lkwl m‘śh l] hthlk byṣr m [byntw wyprš l’ … ryh wbkwšr mbynwt]

он изложил их умам, каждому творению, чтобы ходить в зиждении своего ума […] и в правильности ума

9 [nwd‘w nstry mḥšbtw «m tt] hlkw [tmyd bkwl m‘śyw ’lh šḥr tmyd whtbwnn bkwl twṣ’wtmh]

явлены тайны его мысли, когда он ходит постоянно во всех своих делах. Обращайся постоянно к этим вещам и понимай все их исходы.

10 [w’z td» bkbwd «wlm «m rzy pl’w] wgbwrw [t m‘śyw w’th mbyn rwš]

И тогда ты будешь знать вечную славу с чудесными тайнами и мощь его деяний. И ты, понимающий, наследуешь

11 [p‘ltkh bzkrwn h… ky’ ḥrw] t hḥwq wḥqw [q kwl hpqwdh ky ḥrwt mḥwqq l’l «l kwl]

свою награду в напоминании […] ибо запечатлён закон и установлено всякое наказание, ибо запечатлено установленное богом против всех

12 [‘… bny šyt wspr zkrwn ktwb lp] nyw lšmry db [rw whw’h ḥzwn hhgwy wspr zkrwn]

[…] сыны Сифа, и книга напоминания написана перед его ликом для держащих его слово. И это – видение размышления и книга напоминания.

13 [wynḥylh l’nwš «m «m rwḥ ky’ ktbnyt qdwšym yṣ] rw w‘y [d lw’ ntn hgwy lrwḥ bśr ky’] lw’

И он даст её в наследство Еносу вместе с народом духа, ибо согласно начертанию святых – его зиждение, но он не дал размышление свидетелем духу плоти, ибо он не

14 [yd» byn ṭwb lr» kmšpṭ rwḥw…]

различает между добром и злом согласно суду его духа…

(4Q418 43, 44, 45 I.1—14)

«Тайна бытия» в этом остающимся во многом непонятным отрывке предстаёт как замысел бога о мире от его творения до последнего суда и преображения. Человеческому уму доступно её изучение, которое даёт представление о подлинном смысле вещей. Любопытное утверждение «согласно начертанию святых (т.е. богов) – его (т.е. бога-творца) зиждение» ([ktbnyt qdwšym yṣ] rw) (4Q418 43, 44, 45 I.13) может иметь в виду участие других богов в творении мира.

Привлекает к себе внимание недоверие к плоти, выраженное в приведённом отрывке: «Но он не дал размышление свидетелем духу плоти, ибо он не различает между добром и злом согласно суду его духа…» (w‘y [d lw’ ntn hgwy lrwḥ bśr ky’] lw’ [yd» byn ṭwb lr» kmšpṭ rwḥw…]) (4Q418 43, 44, 45 I.13—14); «Он отделил тебя от всякого духа плоти, и ты отделись от всего, что он ненавидит, и воздержись от того, что ненавистно душе» (hbdylkh mkwl rwḥ bśr w’th hbdl mkwl «šr śn’ whnzr mkwl t‘bwt npš) (4Q418 81 1—2).

Сходные воззрения выражает Устав общины: «Я же принадлежу к неправедному человечеству и к совету лживой плоти; мои преступления, моя вина, мой грех {…} с испорченностью моего сердца – к совету червей и ходящих во мраке… Я же, если пошатнусь, милость бога – моё спасение навек. И если запнусь о плотский грех, суд мой – в праведности бога, что стоит вечно» (w’ny l’dm rš‘h wlswd bśr «wl «wwnwty pš‘y ḥṭ’ty {…} «m n‘wwt lbby lswd rmh whwlky ḥwšk… w’ny ’m ’mwṭ ḥsdy ’l yšw‘ty l‘d w’m ’kšwl b‘wwn bśr mšpṭy bṣdqt ’l t‘mwd lnṣḥym) (1QS XI.9—10, 11—12).

Такой отрицательный взгляд на телесное бытие, передаваемый выражениями «лживая плоть» (baśar «awel) и «плотский грех» («awon baśar), совершенно чужд как Еврейской Библии, так и зороастризму. Его источником могла быть только греческая философская религия. Автор Благодарственных гимнов (предположительно Учитель праведности) обращается к богу со словами: «И в тяготах моих ты утешил меня, и прощением я возвеселюсь и утешусь о первом грехе» (wbṣwqwty nḥmtny wbslyḥwt «št‘š» w’nḥmh «l pš» r’šwn) (1QHa XVII.13). К сожалению, контект не позволяет уточнить, имеется ли в виду под выражением pš» r’šwn («первый грех») грех, совершённый автором ранее в жизни, или событие, описанное в 3-й главе Книги Бытия. Если верно второе, то мы имеем дело с самым ранним свидетельством о возникновении представления о первородном грехе.

Связанные с понятием raz воззрения не ограничивались рамками кумранской общины, но в той или иной степени распространялись и на другие иудейские круги, в том числе и на те, в которых возникло христианство. В Новом Завете греческое слово μυστήριον, которым передаётся арамейское слово raz, встречается 28 раз. Синоптические Евангелия вкладывают его в уста Иисуса, обращающегося к своим ученикам: «Вам дано знать тайны Царствия Божия» (ὑμῖν δέδοται γνῶναι τὰ μυστήρια τῆς βασιλείας τοῦ θεοῦ) (Марк. 4, 11); «Вам дано знать тайны Царствия Небесного» (ὑμῖν δέδοται γνῶναι τὰ μυστήρια τῆς βασιλείας τῶν οὐρανῶν) (Матф. 13, 11); «Вам дано знать тайны Царствия Божия» (ὑμῖν δέδοται γνῶναι τὰ μυστήρια τῆς βασιλείας τοῦ θεοῦ) (Лук. 8, 10). Ключевое для учения Христа понятие «тайна Царства Бога» (τὸ μυστήριον τῆς βασιλείας τοῦ θεοῦ) на его родном галилейско-арамейском языке должно было звучать как raz malḵuṯa ḏelaha.

Как мы видим, послепленные иудеи не только заимствовали основное ядро зороастрийского вероучения (эсхатологический дуализм), но и вчитали его в свои собственные священные писания при помощи способа истолкования, именуемого у зороастрийцев же заимствованным иранским термином.

В кумранских текстах встречаются и другие заимствованные из иранского языка слова. Так, среди этих текстов обнаружены фрагменты одного или двух сочинений на арамейском языке, действие которых происходит при дворе персидских царей (4Q550). Эти фрагменты получили условное наименование «Прото-Есфирь» (хотя следы самой Книги Есфирь – единственной из всех библейских книг – в Кумране не обнаружены). В одном из повествований говорится о вражде между двумя придворными персидского царя с именами bgsrw (Багасро) и bgwšy (Багоши), второго из которых казнят. В другом упоминается царь Дарий и персидский придворный по имени ptryzh, должность которого наследует его сын. Фрагменты содержат выражение «уши царя» (’wšy mlk’) (4Q550a 5; 4Q550b 1), в котором слово ’wšy «уши» является иранизмом. Это выражение является, по всей видимости, синонимом известного по другим источникам выражения «очи царя», которым называли соглядатаев правителей Персии.

Кумранский Свиток войны описывает эсхатологическую войну выражением «битва и побоище сильное перед ликом бога» (qrb wnḥšyr ḥzq lpny ’l) (1QM I.9), в котором слово nḥšyr происходит от иранского слова naxšir «охота». Им, вероятно, обозначалась охота в охотничьих парках иранской знати с полным истреблением дичи, и его использование свидетельствует о хорошем знании автором Свитка войны иранских обычаев.

Кроме того, из иранизмов встречаются в Благодарственных гимнах šn’b (šinab) «канал» (1QHa XI.29), в Апокрифе Книги Бытия – ’sprk (asparaka) «копьё» (1QapGen ar XXII.31) и ndn (nadan) «ножны» (1QapGen ar II.10) (последнее тж. в 1 Пар. 21, 27), а в Арамейском таргуме на Книгу Иова – dḥšt (daxšt) «степь» = евр. «araḇa (Иов. 39, 6), nzk (nizak) «копьё» = евр. ḥanit (Иов. 39, 23) и ḥrtk (xurtak) «шип» = евр. ḥoaḥ (Иов. 40, 26).

Эсхатология апокрифов

Книга Премудрости Иисуса сына Сирахова

Оригинал Книги Премудрости Иисуса сына Сирахова был написан по-еврейски ок. 200 г. до н.э. в Иерусалиме. В конце того же века книга была достаточно вольно переведена на греческий язык жившим в Египте внуком её автора. К настоящему времени благодаря находкам фрагментов рукописей в Каирской генизе, Кумране и Масаде известно около двух третей оригинального еврейского текста в нескольких редакциях.

Книга Премудрости Иисуса сына Сирахова, как и Еврейская Библия, отрицает существование личности после смерти: «Кто будет восхвалять Всевышнего в аде (ᾅδου), вместо живущих и прославляющих Его? От мёртвого, как от несуществующего (ἀπὸ νεκροῦ ὡς μηδὲ ὄντος), нет прославления; живый и здоровый восхвалит Господа» (Сир. 17, 24—26).

«Ад» (евр. š’l) – это место, предназначенное всем, где нет наград или наказаний: «Давай и принимай, и утешай душу твою, ибо в аде нельзя найти утех» (δὸς καὶ λάβε καὶ ἀπάτησον τὴν ψυχήν σου, ὅτι οὐκ ἔστιν ἐν ᾅδου ζητῆσαι τρυφήν) (Сир. 14, 16—17); «Не бойся смертного приговора: вспомни о предках твоих и потомках. Это приговор от Господа над всякою плотью. Итак, для чего ты отвращаешься от того, что благоугодно Всевышнему? десять ли, сто ли, или тысяча лет, – в аде нет исследования жизни (MS B: ’yš twkḥwt bš […] l ḥyym)» (μὴ εὐλαβοῦ κρίμα θανάτου, μνήσθητι προτέρων σου καὶ ἐσχάτων· τοῦτο τὸ κρίμα παρὰ Κυρίου πάσῃ σαρκί, καὶ τί ἀπαναίνῃ ἐν εὐδοκίᾳ ῾Υψίστου; εἴτε δέκα εἴτε ἑκατὸν εἴτε χίλια ἔτη, οὐκ ἔστιν ἐν ᾅδου ἐλεγμὸς ζωῆς) (Сир. 41, 5—7).

Эденом («dn) Сирахид называет просто сад, а не место пребывания душ праведников (Сир. 24, 30 (32); 40, 17; 40, 28 (27)).

По всей видимости, традиционное для иудаизма отрицание бессмертия души, выраженное в Книге Премудрости Иисуса сына Сирахова, было присуще саддукейским кругам и продолжало существовать в иудаизме до конца межзаветного периода наряду с заимствованной из зороастризма личной эсхатологией.

1-я книга Варуха

Книга имеет форму письма, адресованного писцом пророка Иеремии Варухом из вавилонского изгнания оставшимся в Иерусалиме иудеям. Оригинал книги был предположительно написан на еврейском языке во II – I вв. до н.э.; до нас дошёл только греческий перевод.

Судя по двум высказываниям, автор предполагал продолжение индивидуального существования духа умершего в Шеоле: «Открой очи твои, посмотри, потому что не мёртвые в аде, которых дух взят из внутренностей их (οὐχ οἱ τεθνηκότες ἐν τῷ ᾅδῃ, ὧν ἐλήφθη τὸ πνεῦμα αὐτῶν ἀπὸ τῶν σπλάγχνων αὐτῶν), воздадут славу и хвалу Господу» (1 Вар. 2, 17); «Господи Вседержителю, Боже Израиля! услышь молитву умерших Израиля (τῶν τεθνηκότων ᾿Ισραὴλ) и сынов их, согрешивших пред тобою, которые не послушали гласа Господа Бога своего, за то и постигли нас бедствия» (1 Вар. 3, 4).

1-я книга Еноха

Книга стражей

Книга стражей (гл. 1—36) наряду с Книгой небесных светил (гл. 72—82) является древнейшей частью 1-й книги Еноха, ядро которой возникло в III в. до н.э.

Введение (гл. 1—5) к Книге стражей, представляющее собой её самую позднюю часть, открывается эсхатологическим предсказанием: «Слова благословения Еноха, которыми он благословил избранных и праведных, которые будут жить в день скорби, когда все злые и нечестивые будут отвержены [, а праведные спасутся (wqšyṭyn yplṭwn)]»⁵² (1 Ен. 1, 1). Далее предсказание продолжается: «Земля погрузится, и всё, что на земле, погибнет, и совершится суд над всем и над всеми праведными. Но праведным он уготовит мир и будет охранять избранных, и милость будет господствовать над ними; они все будут божьи, и хорошо им будет, и они будут благословлены, и свет божий будет светить им. И вот он идёт с мириадами святых, чтобы совершить суд над ними, и он уничтожит нечестивых, и будет судиться с всякою плотью относительно всего, что грешники и нечестивые сделали и совершили против него»⁵³ (1 Ен. 1, 7—9).

Введение завершается более точным определением судеб грешников и праведников: «А вы (неправедные) не претерпели до конца и не выполнили закона Господня; но преступили его, и надменными, хульными словами поносили его величие из своих нечестивых уст; вы, жестокосердые, не обретёте никакого мира! И посему вы проклянёте ваши дни, и годы вашей жизни прекратятся; велико будет вечное осуждение, и вы не обретёте никакой милости. В те дни вы лишитесь мира, чтобы быть вечным проклятием для всех праведных, и они будут всегда проклинать вас как грешников, – вас вместе со всеми грешниками. Для избранных же настанет свет, и радость, и мир, и они наследят землю; а для вас, нечестивые, наступит проклятие. Тогда избранным будет дана мудрость и они все будут жить и не согрешат опять ни по небрежности, ни по надменности, но будут смиренными, не согрешая опять, так как имеют мудрость. И они будут наказаны в продолжение своей жизни, и не умрут в муках и в гневном осуждении, но окончат число дней своей жизни, а состареются в мире, и годы их счастья будут многими: они будут пребывать в вечном наслаждении и в мире в продолжение всей своей жизни»⁵⁴ (1 Ен. 5, 4—9).

Примечательно, что, несмотря на позднее происхождение введения к Книге стражей, его эсхатология в целом остаётся в традиционных иудейских рамках. Грешникам грозит смерть, а праведникам обещаются долгие годы счастливой жизни. Посмертное воздаяние не упоминается. Подобная точка зрения обнаруживается и в основном тексте Книги стражей: «И теперь во смирении будут поклоняться все праведные и будут пребывать в жизни, пока не родят тысячу детей, и все дни своей юности и свои субботы они окончат в мире»⁵⁵

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Сергей Петров. «И он сотворил духов света и тьмы»: Зороастрийское происхождение иудеохристианского дуализма. 2024.

Вернуться

2

В Иов. 34, 15 ruḥo wənišmato масоретского текста переведено в Септуагинте одним словом πνεῦμα.

Вернуться

3

См., напр.: Proverbs 10—31. A New Translation with Introduction and Commentary by Michael V. Fox. New Haven & London, 2009. P. 676—677.

Вернуться

4

Ср.: «И египтяне – люди, а не бог; и кони их – плоть, а не дух (или ветер)» (umiṣrayim ’adam wəlo-’el wəsusehem baśar wəlo-ruaḥ; Септ.: Αἰγύπτιον ἄνθρωπον καὶ οὐ θεόν, ἵππων σάρκας καὶ οὐκ ἔστι βοήθεια; цсл.: Египтянина человѣка, а не бога, конски плоти, а не будетъ помощи) (Ис. 31, 3).

Вернуться

5

Hans Walter Wolff. Anthropology of the Old Testament. Philadelphia, 1974. P. 32.

Вернуться

6

Слово šə’ol является по происхождению именем богини загробного мира и в Еврейской Библии обычно употребляется в женском роде, см.: Сергей Петров. «Завет народу и свет племенам»: Ахеменидская Персия в судьбах иудаизма. 2020. С. 209—211.

Вернуться

7

См.: Сергей Петров. «Вот б-ги твои, Израиль!» Языческая религия евреев. 2017. С. 179—181; Сергей Петров. Конь, колесо и колесница. 2019. С. 333—343.

Вернуться

8

См. об отсутствии в ЕБ представления о посмертном воздаянии: Сергей Петров. «Вот б-ги твои, Израиль!» Языческая религия евреев. 2017. С. 168—171.

Вернуться

9

См.: Сергей Петров. «Вот б-ги твои, Израиль!»: Языческая религия евреев. 2017. С. 251—253.

Вернуться

10

Ἐντεῦθεν ἐξελαύνει σταθμοὺς τρεῖς παρασάγγας εἴκοσιν εἰς Κελαινάς, τῆς Φρυγίας πόλιν οἰκουμένην, μεγάλην καὶ εὐδαίμονα. ἐνταῦθα Κύρῳ βασίλεια ἦν καὶ παράδεισος μέγας ἀγρίων θηρίων πλήρης, ἃ ἐκεῖνος ἐθήρευεν ἀπὸ ἵππου, ὁπότε γυμνάσαι βούλοιτο ἑαυτόν τε καὶ τοὺς ἵππους. διὰ μέσου δὲ τοῦ παραδείσου ῥεῖ ὁ Μαίανδρος ποταμός· αἱ δὲ πηγαὶ αὐτοῦ εἰσιν ἐκ τῶν βασιλείων.

Вернуться

11

Ἔτι δὲ πρὸς τούτοις, ἔφη ὁ Σωκράτης, ἐν ὁπόσαις τε χώραις ἐνοικεῖ καὶ εἰς ὁπόσας ἐπιστρέφεται, ἐπιμελεῖται τούτων ὅπως κῆποί τε ἔσονται, οἱ παράδεισοι καλούμενοι, πάντων καλῶν τε κἀγαθῶν μεστοὶ ὅσα ἡ γῆ φύειν θέλει, καὶ ἐν τούτοις αὐτὸς τὰ πλεῖστα διατρίβει, ὅταν μὴ ἡ ὥρα τοῦ ἔτους ἐξείργῃ.

Вернуться

12

См.: Сергей Петров. «Завет народу и свет племенам»: Ахеменидская Персия в судьбах иудаизма. 2020. С. 76—80.

Вернуться

13

См.: Сергей Петров. Каббала: Возрождённое иудейское язычество. 2022. С. 144—145, 152—154.

Вернуться

14

Anders Hultgård. Das Paradies: Vom Park des Perserkönigs zum Ort der Seligen // La Cité de Dieu = Die Stadt Gottes. Hg. von M. Hengel, S. Mittmann und A.M. Schwemer. Tübingen, 2000. S. 23—25.

Вернуться

15

Кирилл и Мефодий переводили παράδεισος славянским словом иранского происхождения рай, а более поздние болгарские переводчики передавали его на славянском как пород (а), см., напр., во 2-й книге Еноха: «И пояста мя оттуда мужа, възведоста на третье небо, и постависта мя посреди породы… И аггели, хранящи породу, свѣтлѣ зѣло» (Краткая редакция); « [Древо жизни] огнезрачно и покрывает весь пород… Корень емоу есть въ породѣ на исходѣ земном» (Пространная редакция).

Вернуться

16

Φησὶ δὲ τὸν θεὸν καὶ παράδεισον πρὸς τὴν ἀνατολὴν καταφυτεῦσαι παντοίῳ τεθηλότα φυτῷ: ἐν τούτοις δ᾽ εἶναι καὶ τῆς ζωῆς τὸ φυτὸν καὶ ἄλλο τὸ τῆς φρονήσεως, ᾗ διεγινώσκετο τί εἴη τὸ ἀγαθὸν καὶ τί τὸ κακόν. εἰς τοῦτον δὲ τὸν κῆπον εἰσαγαγόντα τόν τε Ἄδαμον καὶ τὴν γυναῖκα κελεῦσαι τῶν φυτῶν ἐπιμελεῖσθαι. ἄρδεται δ᾽ οὗτος ὁ κῆπος ὑπὸ ἑνὸς ποταμοῦ.

Вернуться

17

Τοῦ θεοῦ δ᾽ εἰς τὸν κῆπον ἐλθόντος ὁ μὲν Ἄδαμος πρότερον εἰς ὁμιλίαν αὐτῷ φοιτῶν συνειδὼς αὑτῷ τὴν ἀδικίαν ὑπεχώρει.

Вернуться

18

Καὶ ὁ μὲν θεὸς ταῦτα προστάξας αὐτοῖς πάσχειν μετοικίζει τὸν Ἄδαμον καὶ τὴν Εὔαν ἐκ τοῦ κήπου εἰς ἕτερον χωρίον.

Вернуться

19

Προσῳκοδόμησε δὲ καὶ αὐλὰς τῷ μεγέθει διαφερούσας καὶ παραδείσοις ἐκόσμησε παμμήκεσι.

Вернуться

20

Ἄρδει γοῦν πλέονα τῶν ἄλλων ἁπάντων, καὶ πεδίον μὲν ἔπεισιν ἑβδομήκοντα σταδίων μῆκος εὖρος δ᾽ εἴκοσιν, ἐκτρέφει δ᾽ ἐν αὐτῷ παραδείσους καλλίστους τε καὶ πυκνοτάτους.

Вернуться

21

Ἦν δ᾽ ἐλεεινὴ καὶ τῆς γῆς ἡ θέα: τὰ γὰρ πάλαι δένδρεσι καὶ παραδείσοις κεκοσμημένα τότε πανταχόθεν ἠρήμωτο καὶ περικέκοπτο τὴν ὕλην.

Вернуться

22

Очевидно, в рукописи утрачена конечная буква нун.

Вернуться

23

Codex Panopolitanus: Καὶ τοῦτο τὸ δένδρον εὐωδίας, καὶ οὐδεμία σὰρξ ἐξουσίαν ἔχει ἅψασθαι αὐτοῦ μέχρι τῆς μεγάλης κρίσεως, ἐν ᾗ ἐκδίκησις πάντων καὶ τελείωσις μέχρις αἰῶνος· τότε δικαίοις καὶ ὁσίοις δοθήσεται. ὁ καρπὸς αὐτοῦ τοῖς ἐκλεκτοῖς εἰς ζωὴν εἰς βορρᾶν, καὶ μεταφυτευθήσεται ἐν τόπῳ ἁγίῳ παρὰ τὸν οἶκον τοῦ θεοῦ βασιλέως τοῦ αἰῶνος. τότε εὐφρανθήσονται εὐφραινόμενοι καὶ χαρήσονται καὶ εἰς τὸ ἅγιον εἰσελεύσονται· αἱ ὀσμαὶ αὐτοῦ ἐν τοῖς ὀστέοις αὐτῶν, καὶ ζωὴν πλείονα ζήσονται ἐπὶ γῆς ἣν ἔζησαν οἱ πατέρες σου, καὶ ἐν ταῖς ἡμέραις αὐτῶν καὶ βάσανοι καὶ πληγαὶ καὶ μάστιγες οὐχ ἅψονται αὐτῶν.

Вернуться

24

Это выражение встречается также в латинской версии Жития Адама и Евы (in paradisum iustitiae) (Vita Adae, 25.3) и в армянской версии 4-й книги Ездры (7, 36 и 8, 52).

Вернуться

25

Eibert J.C. Tigchelaar. Eden and Paradise: The Garden Motif in Some Early Jewish Texts (1 Enoch and Other Texts Found at Qumran) // Paradise Interpreted: Representations of Biblical Paradise in Judaism and Christianity (Themes in Biblical Narrative). Leiden, 1999. P. 46, fn. 20.

Вернуться

26

Текст испорчен, предполагаемый первоначальный вариант: «И ради него вода потопа не пришла на землю Едема» (The Book of Jubilees. Translated by James C. Vanderkam. Lovanii, 1989. P. 28).

Вернуться

27

Цит. по изданию: Joseph und Aseneth. Hrsg. von Eckart Reinmuth. Tübingen, 2009.

Вернуться

28

…τοῦτο τὸ κηρίον ἐστὶ πνεῦμα ζωῆς. καὶ τοῦτο πεποιήκασιν αἱ μέλισσαι τοῦ παραδείσου τῆς τρυφῆς <τοῦ θεοῦ> ἐκ τῆς δρόσου τῶν ῥόδων τῆς ζωῆς καὶ πάντ <ων> τῶν ἀνθέων τῶν ὄντων ἐν τῷ παραδείσῳ τοῦ θεοῦ. διότι πάντες οἱ ἄγγελοι τοῦ θεοῦ ἐξ αὐτοῦ ἐσθίουσι καὶ πάντες οἱ ἐκλεκτοὶ τοῦ θεοῦ καὶ πάντες οἱ υἱοὶ τοῦ ὑψίστου, ὅτι κηρίον ζωῆς ἐστι τοῦτο καὶ πᾶς, ὃς ἂν φάγῃ ἐξ αὐτοῦ, οὐκ ἀποθανεῖται εἰς τὸν αἰῶνα χρόνον.

Вернуться

29

…ἰδοὺ νῦν ἔφαγες ἄρτον ζωῆς καὶ ἔπιες ποτήριον ἀθανασίας καὶ κέχρισαι χρίσματι ἀφθαρσίας. ἰδοὺ δὴ ἀπὸ τῆς σήμερον ἡμέρας αἱ σάρκες σου βρύουσιν ὡς ἄνθη ζωῆς ἀπὸ τῆς γῆς τοῦ ὑψίστου καὶ τὰ ὀστᾶ σου πιανθήσονται ὡς αἱ κέδροι τοῦ παραδείσου τῆς τρυφῆς τοῦ θεοῦ.

Вернуться

30

Καίγε αὐτὸς ἀνοίξει τὰς θύρας τοῦ παραδείσου, καὶ στήσει τὴν ἀπειλοῦσαν ῥομφαίαν κατὰ τοῦ Ἀδάμ, καὶ δώσει τοῖς ἁγίοις φαγεῖν ἐκ τοῦ ξύλου τῆς ζωῆς, καὶ πνεῦμα ἁγιωσύνης ἔσται ἐπ» αὐτοῖς.

Вернуться

31

Русский перевод Александра Кулика цитируется по: Александр Кулик. Откровение Авраама // Вестник Еврейского университета. №5 (23). 2001.

Вернуться

32

Н. Тихонравов. Памятники отреченной русской литературы. Т. I. СПб., 1863.

Вернуться

33

Список краткой редакции конца XVI в. из Библиотеки РАН по изданию: Библиотека литературы Древней Руси. Т. 3. СПб., 2004. Пространная редакция 2-й книги Еноха сообщает дополнительные подробности о древе жизни: «И красно паче всея твари сущея. От въсюду златовидно, и цръвено образом. И огнезрачно и покрывает весь пород. Имать от всѣх саженных дрѣвь и въсѣх плодовь. Корень емоу есть въ породѣ на исходѣ земном» (Матвей Соколов. Материалы и заметки по старинной славянской литературе. Выпуск третий. VII. Славянская книга Еноха Праведного. М., 1910).

Вернуться

34

Οἶδα ἄνθρωπον ἐν Χριστῷ πρὸ ἐτῶν δεκατεσσάρων· εἴτε ἐν σώματι οὐκ οἶδα, εἴτε ἐκτὸς τοῦ σώματος οὐκ οἶδα, ὁ θεὸς οἶδεν· ἁρπαγέντα τὸν τοιοῦτον ἕως τρίτου οὐρανοῦ. καὶ οἶδα τὸν τοιοῦτον ἄνθρωπον· εἴτε ἐν σώματι εἴτε ἐκτὸς τοῦ σώματος οὐκ οἶδα, ὁ θεὸς οἶδεν· ὅτι ἡρπάγη εἰς τὸν παράδεισον καὶ ἤκουσεν ἄρρητα ρήματα, ἃ οὐκ ἐξὸν ἀνθρώπῳ λαλῆσαι.

Вернуться

35

Καὶ εἶπεν αὐτῷ ὁ Ἰησοῦς· ἀμὴν λέγω σοι, σήμερον μετ᾿ ἐμοῦ ἔσῃ ἐν τῷ παραδείσῳ.

Вернуться

36

Τῷ νικῶντι δώσω αὐτῷ φαγεῖν ἐκ τοῦ ξύλου τῆς ζωῆς, ὅ ἐστιν ἐν τῷ παραδείσῳ τοῦ θεοῦ μου.

Вернуться

37

Арабская форма этого иранского слова была принесена арабскими мусульманами обратно в Иран, где от него было произведено прозвище великого иранского поэта Фирдоуси («Райский»).

Вернуться

38

Пехлевийский текст цитируется по изданию: Fazlollah Pakzad. Bundahišn: Zoroastrische Kosmogonie und Kosmologie. Band I. Kritische Edition. Tehran, 2005.

Вернуться

39

Domenico Agostini & Samuel Thrope. The Bundahišn: The Zoroastrian Book of Creation. Oxford, 2020.

Вернуться

40

Anthologie de Zādspram. Paris, 1993.

Вернуться

41

Пехлевийский текст цитируется по изданию: Fazlollah Pakzad. Bundahišn: Zoroastrische Kosmogonie und Kosmologie. Band I. Kritische Edition. Tehran, 2005.

Вернуться

42

Перевод О. М. Чунаковой: Зороастрийские тексты. М. 1997. С. 308.

Вернуться

43

Anthologie de Zādspram. Paris, 1993.

Вернуться

44

В зороастризме ад не связан с огнём.

Вернуться

45

Сильвестровский сборник: Азъ иждьгу огньмь поносившая имъ властьствующая в нихъ въ вѣкъ и дамъ покрывшая ма ругомъ оукоризньству вѣка настающаго. Яко ты оуготовахъ пищю огню адову и парение непрестаньное по аеру подземнымъ преисподнихъ. Палея: И азъ изъжроу с нiмъ поносiвшаа им и властьствующа в нiх в вѣкъ и дамъ покрывшая мя роугом и оукоризньствоу вѣка настоащего. Яко то оуготовах пiщоу огнѣ адовоу паренье непрестанно по аероу под земнымi преисподнiх наполнены чрева червьна. Оузрять бо в ни правды творьци избравъши мое желание сохранше явѣ заповеди твои и възрадоуються веселоующи о погибелi оставльшихся моужь. И шедъше во слѣдъ идолъ и въ слѣдъ оубиствъ своих боудоуть бо тлѣющи въ оутробѣ лоукавого черви Азазила и палимi огнемъ языкы Азазилова.

Вернуться

46

И. Д. Амусин. Кумранская община. М., 1983. С. 153.

Вернуться

47

…Μειδιῶντες δὲ ἐν ταῖς ἀλγηδόσιν καὶ κατειρωνευόμενοι τῶν τὰς βασάνους προσφερόντων εὔθυμοι τὰς ψυχὰς ἠφίεσαν ὡς πάλιν κομιούμενοι. Καὶ γὰρ ἔρρωται παρ᾽ αὐτοῖς ἥδε ἡ δόξα, φθαρτὰ μὲν εἶναι τὰ σώματα καὶ τὴν ὕλην οὐ μόνιμον αὐτῶν, τὰς δὲ ψυχὰς ἀθανάτους ἀεὶ διαμένειν, καὶ συμπλέκεσθαι μὲν ἐκ τοῦ λεπτοτάτου φοιτώσας αἰθέρος ὥσπερ εἱρκταῖς τοῖς σώμασιν ἴυγγί τινι φυσικῇ κατασπωμένας, ἐπειδὰν δὲ ἀνεθῶσι τῶν κατὰ σάρκα δεσμῶν, οἷα δὴ μακρᾶς δουλείας ἀπηλλαγμένας τότε χαίρειν καὶ μετεώρους φέρεσθαι. καὶ ταῖς μὲν ἀγαθαῖς ὁμοδοξοῦντες παισὶν Ἑλλήνων ἀποφαίνονται τὴν ὑπὲρ ὠκεανὸν δίαιταν ἀποκεῖσθαι καὶ χῶρον οὔτε ὄμβροις οὔτε νιφετοῖς οὔτε καύμασι βαρυνόμενον, ἀλλ᾽ ὃν ἐξ ὠκεανοῦ πραῢς ἀεὶ ζέφυρος ἐπιπνέων ἀναψύχει: ταῖς δὲ φαύλαις ζοφώδη καὶ χειμέριον ἀφορίζονται μυχὸν γέμοντα τιμωριῶν ἀδιαλείπτων.

Вернуться

48

Ὁμολογοῦσι γὰρ καὶ τὴν σάρκα ἀναστήσεσθαι καὶ ἒσεσθαι ἀθάνατον, ὃν τρόπον ἢδη ἀθάνατός ἐστιν ἡ ψυχή ἣν χωρισθεῖσαν νῦν ἔστιν εἰς ἕνα χῶρον εὒπνουν καὶ φωτεινὸν ἀναπαύεσθαι ἕως κρίσεως… λέγουσι δὲ καὶ κρίσιν ἔσεσθαι καὶ τοῦ παντὸς ἐκπύρωσιν, καὶ τοὺς ἀδίκους κολασθήσεσθαι εἰσ αεί.

Вернуться

49

См.: Сергей Петров. Арии: первые у Бога. Зороастрийское происхождение «авраамических» религий. 2023. С. 443—454.

Вернуться

50

Выражение «бог небесный» в арамеоязычных документах империи Ахеменидов могло означать Ахурамазду, см.: Сергей Петров. «Завет народу и свет племенам»: Ахеменидская Персия в судьбах иудаизма. 2020. С. 100—104.

Вернуться

51

Wäʾəmədəḫəräzə təkäwənə ʿämäṣ́a fädəfadä ʾəməʾənətä täfäṣämätə ḳädami dibä mədərə ʾəsəmä ʾäʾämərə məśəṭiratä ḳədusanə ʾəsəmä wəʾətu ʾəgəziʾə ʾärəʾäyäni wäʾäyədəʿäni wäbäṣäfəṣäfä sämayə ʾänəbäbəku: wärəʾiku ṣəḥufä bälaʿəlehomu ʾəsəmä təwələdə ʾəmətəwələdə təʾebəsə ʾəsəkä tətənäśaʾə təwələdä ṣədəḳə wäʾäbäsa tətəḥägʷälə wäḫäṭiʾätə tətəgäḥäsə ʾəmədibä mədərə wäkʷəlu śänayə yəmäṣəʾə dibeha.

Вернуться

52

Пан.: Λόγος εὐλογίας Ἑνώχ, καθὼς εὐλόγησεν ἐκλεκτοὺς δικαίους οἵτινες ἔσονται εἰς ἡμέραν ἀνάγκης ἐξᾶραι πάντας τοὺς ἐχθρούς, καὶ σωθήσονται δίκαιοι.

Вернуться

53

Пан.: 7. καὶ διασχισθήσεται ἡ γῆ σχίσμα ῥαγάδι, καὶ πάντα ὅσα ἐστὶν ἐπὶ τῆς γῆς ἀπολεῖται, καὶ κρίσις ἔσται κατὰ πάντων. 8. καὶ μετὰ τῶν δικαίων τὴν εἰρήνην ποιήσει, καὶ ἐπὶ τοὺς ἐκλεκτοὺς ἔσται συντήρησις καὶ εἰρήνη, καὶ ἐπ» αὐτοὺς γενήσεται ἔλεος, καὶ ἔσονται πάντες τοῦ θεοῦ, καὶ τὴν εὐδοκίαν δώσει αὐτοῖς καὶ πάντας εὐλογήσει καὶ πάντων ἀντιλήμψεται καὶ βοηθήσει ἡμῖν, καὶ φανήσεται αὐτοῖς φῶς καὶ ποιήσει ἐπ» αὐτοὺς εἰρήνην. 9. ὅτι ἔρχεται σὺν ταῖς μυριάσιν αὐτοῦ καὶ τοῖς ἁγίοις αὐτοῦ, ποιῆσαι κρίσιν κατὰ πάντων, καὶ ἀπολέσει πάντας τοὺς ἀσεβεῖς, καὶ ἐλέγξει πᾶσαν σάρκα περὶ πάντων ἔργων τῆς ἀσεβείας αὐτῶν ὧν ἠσέβησαν καὶ σκληρῶν ὧν ἐλάλησαν λόγων, καὶ περὶ πάντων ὧν κατελάλησαν» κατ» αὐτοῦ ἁμαρτωλοὶ ἀσεβεῖς.

Вернуться

54

Пан.: 4. ὑμεῖς δὲ οὐκ ἐνεμείνατε οὐδὲ ἐποιήσατε κατὰ τὰς ἐντολὰς αὐτοῦ, ἀλλὰ ἀπέστητε καὶ κατελαλήσατε μεγάλους καὶ σκληροὺς λόγους ἐν στόματι ἀκαθαρσίας ὑμῶν κατὰ τῆς μεγαλωσύνης αὐτοῦ. ὅτι κατελαλήσατε ἐν τοῖς ψεύμασιν ὑμῶν, σκληροκάρδιοι, οὐκ ἔστιν εἰρήνη ὑμῖν. 5. τοιγὰρ τὰς ἡμέρας ὑμῶν ὑμεῖς καταράσεσθε καὶ τὰ ἔτη τῆς ζωῆς ὑμῶν ἀπολεῖται, καὶ τὰ ἔτη τῆς ἀπωλείας ὑμῶν πληθυνθήσεται ἐν κατάρᾳ αἰώνων, καὶ οὐκ ἔσται ὑμῖν ἔλεος καὶ εἰρήνη. 6. τότε ἔσται τὰ ὀνόματα ὑμῶν εἰς κατάραν αἰώνιον πᾶσιν τοῖς δικαίοις, καὶ ἐν ὑμῖν καταράσονται πάντες οἱ καταρώμενοι, καὶ πάντες οἱ ἁμαρτωλοὶ καὶ ἀσεβεῖς ἐν ὑμῖν ὀμοῦνται, καὶ πάντες οἱ ἀναμάρτητοι χαρήσονται, καὶ ἔσται αὐτοῖς λύσις ἁμαρτιῶν καὶ πᾶν ἔλεος καὶ εἰρήνη καὶ ἐπιείκεια, ἔσται αὐτοῖς σωτηρία, φῶς ἀγαθόν, καὶ αὐτοὶ κληρονομήσουσιν τὴν γῆν καὶ πᾶσιν ὑμῖν τοῖς ἁμαρτωλοῖς οὐχ ὑπάρξει σωτηρία, ἀλλὰ ἐπὶ πάντας ὑμᾶς κατάλυσις, κατάρα. 7. καὶ τοῖς ἐκλεκτοῖς φῶς καὶ χάρις καὶ εἰρήνη, καὶ αὐτοὶ κληρονομήσουσιν τὴν γῆν, ὑμῖν δὲ τοῖς ἀσεβέσιν ἔσται κατάρα. 8. τότε δοθήσεται τοῖς ἐκλεκτοῖς φῶς καὶ χάρις, καὶ αὐτοὶ κληρονομήσουσιν τὴν γῆν. τότε δοθήσεται πᾶσιν τοῖς ἐκλεκτοῖς σοφία, καὶ πάντες οὗτοι ζήσονται, καὶ οὐ μὴ ἁμαρτήσονται ἔτι οὐ κατ» ἀλήθειαν οὔτε κατὰ ὑπερηφανίαν, καὶ ἔσται ἐν ἀνθρώπῳ πεφωτισμένῳ φῶς καὶ ἀνθρώπῳ ἐπιστήμονι νόημα, καὶ οὐ μὴ πλημμελήσουσιν 9. οὐδὲ μὴ ἁμάρτωσιν πάσας τὰς ἡμέρας τῆς ζωῆς αὐτῶν, καὶ οὐ μὴ ἀποθάνωσιν ἐν ὀργῇ θυμοῦ, ἀλλὰ τὸν ἀριθμὸν αὐτῶν ζωῆς ἡμερῶν πληρώσουσιν, καὶ ἡ ζωὴ αὐτῶν αὐξηθήσεται ἐν εἰρήνῃ, καὶ τὰ ἔτη τῆς χαρᾶς αὐτῶν πληθυνθήσεται ἐν ἀγαλλιάσει καὶ εἰρήνη αἰῶνος ἐν πάσαις ταῖς ἡμέραις τῆς ζωῆς αὐτῶν.

Вернуться

55

Пан.: Καὶ νῦν πάντες οἱ δίκαιοι ἐκφεύξονται, καὶ ἔσονται ζῶντες ἕως γεννήσωσιν χιλιάδας, καὶ πᾶσαι αἱ ἡμέραι νεότητος αὐτῶν, καὶ τὰ σάββατα αὐτῶν μετὰ εἰρήνης πληρώσουσιν.

Вернуться