Дмитрий Парсиев
Вамп

Глава 1

Очень тяжел мир на минус третьем уровне духовности. Каждый вдох – борьба с плотностью, каждый шаг – сражение с силой всемирного тяготения. Здесь даже думать больно. Да-да. Я уже вижу, как вы посмеиваетесь. Мол, ну это ты учудил, Витя. Мол тебе, Витя, даже думать и то больно… смейтесь, сколько хотите. Думать всегда больно, а в этом мире особенно…

Казалось бы, у меня простая задача. Доберись до куска редкой серы, хватай и чеши к порталу. И может быть тебе повезет. Может быть тебе удастся обойти тысячу других таких же раскоряченных бедолаг и попасть в десятку счастливчиков. О чем тут думать? А тут есть, о чем думать. Еще как есть.

Вон к тому куску гребут сразу двое грязных оборванцев. Скорее всего они доберутся до него раньше меня. Какой смысл переть туда третьим, да еще и с явным отставанием? Уж лучше вон на тот кусок нацелиться. На него желающий всего один, и этот один дальше меня. Этот один опоздает. А вон тот кусок подальше вообще бесхозный. Пройди лишние двадцать шагов и бери безо всякой конкуренции.

Но, как всегда есть «но». При гравитации в семь с половиной «же» эти двадцать лишних шагов могут и боком выйти, к тому же там лава побулькивает, там чего доброго и провалиться можно. А тот добытчик одинокий, когда увидит, что вперед меня не успевает, просто напросто изменит курс и погребет мне наперерез. А мне не нужен никакой «перерез». В портале всего десять посадочных талонов, здесь на минус третьем сражения затягиваются до неприличия.

Вы спросите: ну и что ты надумал, Витя? А я отвечу. Надо переть к тому куску, на который двое глаз положили. По той простой причине, что эти двое до куска не дойдут. Эти двое сцепятся раньше. А я их обойду под шумок. Вот так вот. Вот такой мой коварный план. А вы говорите, думать не больно. Больно, еще как. Просто не думать – еще больнее.

Делаю четыре шага. Мучительно толкаю в себя вязкий воздух минус третьего мира, потом давлю из себя отработку. Теперь еще четыре шага. Вдох-выдох, четыре шага. Ага, замечаю, что голубчики, конкуренты мои, уже зыркают друг на друга недобро. Они уже сами понимают, что без боя им не разойтись. Главное, чтоб меня они не сразу заметили. Я двигаюсь немного иным курсом, делаю вид, будто тот кусок мне совсем не интересен.

Есть. Бродяги схлестнулись. Пошло месилово. Бьют друг друга жестоко. О честном поединке даже речи нет, ставка на убийство любой ценой. Первая часть моего плана удалась. Начинаю понемногу загребать в сторону серы, отставляю ногу в бок, будто камешек попался на пути, будто вынужденно ногу сместил, а затем будто еще раз камешек… и снова шаг чуть вбок. А потом еще раз и еще. Бродяги остались за моей спиной, оторвался на несколько шагов. Все, теперь можно не тратить силу на обманные маневры. Я теперь успеваю.

Три шага всего осталось, я уже очень хорошо могу разглядеть ценную добычу: «сверхтяжелая сера, алхимический реагент, чрезвычайно редкий», но тут бродяги меня заметили… и мой коварный план дал сбой… бродяги, сука, резко передумали друг друга убивать. Ну так-то конечно, когда я такой красивый тяну свою руку загребущую к вожделенному куску породы, смысл дубасить друг друга актуальность потерял… припускают за мной рука об руку. Даже друг друга поддерживают. Да я прям миротворец какой-то. Примиряю непримиримых врагов. Ненадолго, конечно, если меня догонят и серу отберут, примирение тоже актуальность потеряет.

Проталкиваюсь через тугую атмосферу. Моя цель – портал. Бродяги отстают от меня почти на десять шагов. Для этого мира отставание большое. К тому же они дыхание посбивали пока дрались. Не догонят. А я уже вижу портальную площадку. Сотня шагов до нее. Для этого мира расстояние большое. Можно и не дойти.

А почему так много народу чешет к порталу? Неужели все успели редкой серы натырить? Нет, ни фига подобного. Больше половины из них даже не пытались искать серу, зачем ее искать, если можно отобрать? Вон та парочка, что не тратила время на маневры, меня явно обгоняет. И явно на меня посматривает. Плохо дело, двое бродяг за мной по пятам чешут, другие двое на подходе встречать будут. Такого мой коварный план не предусматривал.

И что делать? Не знаю, что делать. С четырьмя мне никак не справиться. Хоть серу выбрасывай. Встречающая парочка все ближе. Обойти себя они не дадут. Бродяги за моей спиной в спину дышат. Рвут легкие на ходу, понимают, иного шанса не будет. Думай, голова моя отяжелевшая, думай скорее. Нужен новый план…

А ведь мне только что мысль приходила. Тужусь, напрягаю последние силы перегорающего моего разума. Вспомнил: «хоть серу выбрасывай». Серу можно бросить, они отстанут. Но это плохой план. Что я буду делать без серы? Или тоже попробую отобрать? А у кого я буду отбирать?

Кручу головой и вдруг… вижу, мать. Не надо ни у кого отбирать. Вон лежит кусочек. Маленький, правда, меньше моего. Но хоть какой-то. Шакалы, что меня обошли, уже руки в замах отводят, думают, сейчас меня бить начнут. Фиг вам. Бросаю серу в аккурат между встречающими и догоняющими, как шайбу на сбрасывании. Что, не ожидали? Рвите друг другу глотки. А я в сторонку… я в сторонку.

Шаг… еще шаг… отошел. Спешу к другому куску. За моей спиной начинается битва двое на двое. Плевать. Мне не до них. Подбираю серу. До портала шагов двадцать. Пара ловкачей уже на площадке, дух переводят. Ничего, восемь талонов еще не прокомпостировали. Осталось десять шагов. Еще трое заползли. Половина мест на «Ноевом ковчеге» занята, надо поторопиться, но я и так спешу как могу.

И тут пласт затвердевшей лавы проламывается снизу и башка вылазит: «лавовый аспид, уровень неизвестен». Ну что ж. Вот значит, в чей хвост моя плеть превратилась. Лавовый аспид выталкивает свое тело на поверхность подостывшей корки. Я хлещу его по башке и пытаюсь обойти. Может отстанет? Нет. Не отстает.

Мне каких-то пять шагов осталось. Восемь тел уже на портальной площадке и девятое всего в шаге. Ломлюсь бешеной улиткой, ну же… всего три шага осталось. Аспид хватает меня пастью за пятку. Падаю на четвереньки, пытаюсь вырвать ногу, тщетно. У него пасть – капкан. Сапог рассыпался на пиксели, прощай мой полный сет. Скриплю зубами, ползу к портальной плите. Боль адская, ногу как в мясорубке крутит.

Хватаюсь руками за портальную плиту. Тащу на нее себя вместе с аспидом. Аспид на плиту не хочет. Зацепился и повис, как якорь. А мне проще ногу себе отрубить, чем забить эту тварь. Конкуренты уже на подходе. Черт с ним, лучше без ноги, зато жив останусь. Бью по собственной конечности чуть ниже колена. Удар… второй… третий. Кость с хрустом перерубается. Аспид сползает с портальной площадки забирая с собой часть моей ноги.

«Внимание! Портал полностью заполнен. Начинается перемещение». Портальная площадка окутывается силовым полем. Главное успел. А нога отрастет… я надеюсь… да нафиг, с моей регенерацией обязательно отрастет. «Внимание. Вы перемещены в мир с нейтральной духовностью. Поместите добытую серу в свой инвентарь и откройте окно торговли. Ценный ингредиент понадобится для восстановления настроек и обратной телесной трансформации».

Понимаю, вот для чего сера была нужна. Чтоб превратить меня обратно в демона двадцатого уровня. Открываю инвентарь, наработанным движением перемещаю серу из своей левой руки… это что еще за фигня? Почему вместо целого куска породы, у меня какая-то давленая крупа? И тут же догадываюсь. Пока сражался с аспидом, кусок раскрошился. Он и так был невелик, а теперь…

«Объем вещества критически недостаточен. Восстановление прежних настроек будет осуществлено на 8%. Вы согласны?» Мля. А вот чо будет, если я скажу, что не согласен? Меня выкинет обратно в кратер? Одноногим? Но сраные восемь процентов? Черт с вами, жму на согласие. «Восстановление настроек произведено. Выше головы, оборванцы, может быть вам повезет…»

Я плохо понимаю, куда меня занесло. Окутывающее площадку силовое поле исчезло, теперь вместо кратера с застывшей лавой вижу вокруг помосты, на помостах скамьи, на скамьях разнорасовые разумные. Сидят как зрители в цирке, на нас горемычных кидают оценивающие взгляды.

Ну капец. Сейчас все будет по законам жанра: из одной жопы мы выбрались, но выбрались не на свежий воздух, просто перебрались в другую жопу, – сейчас нас будут в рабство продавать. Или на гладиаторские бои. Ага. Классный будет из меня гладиатор: одноногий, с восемью процентами восстановленного потенциала. Противники будут дохнуть от смеха. Вон уже и распорядитель расхаживает, привлекая внимание почтенной публики.

– Итак, дамы и господа, – соловьем запел распорядитель, – Эти десять закаленных воинов проведшие многие годы борьбы в немыслимом по тяжести мире. Обошли и изрубили на куски тысячи конкурентов, чтобы прорваться к порталу…

Насчет «многих годов» распорядитель, по-моему, приврал. Хотя… там же времени нет как такового. Сколько я шатался по минус третьему одному богу известно.

– Стражники, блюстители, бойцы, телохранители…

– Ищейки, преследователи, ваши верные последователи…

– Они смогут все. Они способны на все, – ушлый распорядитель, не щадя голосовых связок, набивает нам цену, – Плету стихотворно, цена смехотворна. Цена фиксированная. Десять тысяч за каждого. Начинаем с наиболее уважаемых домов. Прошу вас, лорд Тимерий, право первого выбора за вами.

Со скамеек по очереди поднимаются важные лорды и леди и отбирают себе по одному грязному бродяге, будто диковинного щенка для личной псарни. Меня одно радует – гладиаторства не будет. И меня не радует другое, – разобрали всех, кроме меня. И вот прямо сильно сомневаюсь, что меня просто так отпустят и цену за портал не выставят. Выставят, можно даже не сомневаться.

– Неужели никто не возьмет одноногого воина? – голосит распорядитель, и недовольно косится на меня как на подгнивший, несвежий товар, – Неужели никто не проникнется судьбой этого бедолаги? Ведь его придется отправить обратно.

Как обратно? Меня обратно? Не-не. Давай, мужичок, дави на жалость. Пусть лорды проникнутся моей судьбой. На минус третьем с двумя-то ногами делать нечего, а уж мне… тщетно. «Начинается обратный отсчет. Вы будете возвращены на прежнее место: 9… 8… 7… … 4… 3…» Да как так? Неужто все напрасно?

– Постойте, – с заднего ряда поднимается мой припозднившийся спаситель, – Я его возьму.

– Благородный поступок с вашей стороны, лорд… э-э, – распорядитель всматривается, стремясь узреть моего благодетеля, – Лорд Аристарх.

Имя лорда распорядитель почему-то произносит без прежнего энтузиазма. Видимо его узнал. А узнав, понял, что на жалость давил зря… жалость в данном случае неуместна… Поворачивает голову ко мне и взгляд у него сочувствующий:

– Ну что ж, парень, – говорит он мне негромко, – Тебе что так, что этак… не повезло.

Глава 2

Я ослаб, и не только от потери крови. Полноги – это сама по себе большая потеря. Сам подняться не могу… да и смысла не вижу. Куда я упрыгаю на одной ноге? Сижу на жопе, жду, когда ко мне подойдет пресловутый лорд и… оп-па, а я его тоже узнал. Это же тот самый вежливый патриарх вампиров. И пока совершенно не понимаю причины сочувствия ко мне распорядителя.

Этот вампир Аристарх одно из самых адекватных существ, что я встречал. Он харю высокомерную не кривит, сам спускается на площадку, переводит распорядителю нужную сумму, а затем присаживается рядом со мной на корточки. В его глазах участие и радость встречи, будто встретил старого знакомого и захотел перекинуться с ним парой слов.

– Почему он считает, что мне не повезло? – спрашиваю простодушно у вампирского лорда.

Аристарх едва заметно одними только уголками губ усмехается.

– Ты нужен мне на Земле, в своем мире. Там задашь свои вопросы, там будут ответы, – он склоняется к моей шее и чувствую, как морозный вампирский клык протыкает мне кожу.

«Вам в кровь введен сильнейший нейротоксин. Немедленно примите вакцину». И где бы мне ее немедленно взять? – успел подумать, перед тем как вырубиться…

Очухался? Вроде очухался… Жив? Вроде жив. Лежу в мягкой кровати, под покрывальцем. Надо мной потолок беленый, вокруг стены с веселенькими обоями. Комнатка небольшая, но уютненькая. И сила притяжения – родной один «же». Я на Земле? На Земле. И тут же сомневаюсь, что на Земле. Таких неземных девушек на Земле не бывает. А она стоит возле моей кровати, и мне очень хочется думать, что она мне не померещилась.

– Пришел в себя? – спрашивает она неожиданно глубоким голосом с чарующей хрипотцой.

Она не так канонически прекрасна, как Алена, не так откровенно сексуальна, как Куколка, не так мила и жизнерадостна, как Стрелка… она вообще не такая. Ее красота не от мира сего. Волосы ее черны как ночь, кожа бела как молоко, а взгляд ее глаз глубок как космическая бездна. Она очень напоминает Лию, матриарха вампиров, что я встретил тогда в метро. Но тоже не она. Похожа, но не она.

– Как я здесь оказался? – спрашиваю.

– Ты был переправлен порталом, – отвечает внеземная девушка.

– Что, прям сюда?

– Не сюда, – терпеливо отвечает девушка, – В приемный покой нашей больницы. Но ты был без сознания. Мы тебя перевезли в наш дом.

– И долго я тут… в отключке?

– Нет, что ты. Чуть больше суток.

Какой я молодец. Всего пара вопросов, и уже выяснил, что есть некие «мы», эти «мы» имеют свой дом. И эти «мы» не поленились, перевезли, хотя могли оставить меня в больнице… или не могли?

– А почему в больнице не оставили? – ну а что, пока девушка дает ответы, есть смысл задавать вопросы.

– Слишком дорого, – мне начинает казаться, что эта девушка обладает безграничным терпением, что будет отвечать на все мои вопросы с неизменной готовностью и предупредительностью, – Не волнуйся, здесь мы о тебе позаботимся не хуже, чем в больнице.

С чего она решила, что я волнуюсь? А, впрочем, ничего она не решала. Просто говорит со мной так, как принято говорить с больничными пациентами. Подозреваю, она – врач или медсестра… сестра милосердия, ей больше походит именно такое словосочетание – сестра милосердия.

– А зачем вам обо мне заботиться? – не, я так-то рад сделать допущение, что эта удивительная девушка увидела меня, бессознательного калеку, и воспылала желанием меня приютить, а заодно и приласкать… но я уже большой мальчик. В альтруизм и любовь с первого взгляда верить отвык. И лучше я сразу задам этот циничный вопрос, чтобы потом не удивляться, с чего это мне выкатывают счет за «заботу».

– Потому что ты один из нас, – мой вопрос девушку не обидел, не оскорбил, не смутил, она несокрушимо спокойна, как пресс-секретарь министерства обороны в чине генерал-полковника стратегических ядерных сил, – Потому что ты тоже вамп.

– Вамп? Это вампир что ли? – начинаю догадываться, что встреча с патриархом вампиров для меня добром не обернулась.

– Нет-нет. Мы вампы. Мы другие, – говорит девушка с ангельским терпением.

Я согласно качаю головой. Очень хочется верить этой девушке. Но я научился держать свои хотелки в узде. Повисает пауза. Я пялюсь на девушку, девушка молчит, наверно ждет от меня новых вопросов.

– Меня зовут Луна, – сообщает она со вздохом.

Она улыбается мне, и улыбка эта неожиданно теплая. Все-таки Луна – очень подходящее для нее имя. Прекрасная, внеземная, недоступная и… холодная. А тут такая теплая улыбка. Меня это сбивает с толку. Я смотрю в ее бездонные черные глаза и безбожно туплю.

– Поставь ему градусник, – вдруг говорит кто-то иронично за ее спиной, – Один естественно-научный факт лучше десятка убедительных заверений.

Луна оборачивается себе за спину, ее теплая улыбка не пропадает, а даже наоборот, подогревается еще на пару градусов. Она смотрит на вошедшего не только тепло, но еще и преданно. В дверном проеме стоит мужчина интеллигентного вида с аристократическими чертами.

– А это Сат, – Луна указывает на интеллигентного аристократа, видимо, продолжает знакомить меня с новыми реалиями, – Сат вечно над всеми подшучивает. Но ты не думай, Сат очень вдумчивый и ответственный человек. Он наш вожак.

Последние слова Луна произнесла с явным уважением без намека на шутку, а я отмечаю про себя это необычное звание – «вожак».

– Ну, а ваше имя, молодой человек, – обращается Сат ко мне, подойдя к кровати, – Можем мы узнать?

– Вик… – начинаю я, но под льдистым хирургическим взглядом Сата голос мой неожиданно срывается в сип, и окончание проглатывается.

– Очень приятно, Вик, – Сат вежливо наклоняет голову в знак приветствия и реально протягивает мне медицинский термометр. Я беру его и на автомате засовываю себе под мышку. С детства забитый шаблон, что докторов нужно слушаться, иного действия мне не оставляет. И я только теперь догадываюсь взглянуть на их всплывающие системки: «Сат, высший вамп, ур. 57», «Луна, высший вамп, ур 36»

– Так вот, – Сат по-профессорски наставительно поднимает вверх указательный палец, – Это трогательная и поучительная история о том, как патриарх вампиров со своей стаей блуждал в мрачном, сыром и темном подземелье. Его спутница и любовь всей жизни по имени Лия ослабла после перехода с минус второго уровня духовности и уже готовилась умереть окончательной смертью. Но на счастье в подземелье им повстречался очень странный демон…

– И что же в нем странного? – невольно перебиваю Сата, несколько уязвленный такой характеристикой, догадавшись, что «странный» демон – это я.

– О-о, – моей уязвленности Сат явно не заметил, приняв за чистое любопытство, – Этот демон был настроен на матрицу этого мира. Будто бы в этом мире он родился. Согласись, это странно… этот мир не демонский.

– Да, странно, – с готовностью соглашаюсь, в этом плане мой случай и впрямь не ординарный.

– Так вот. Этот демон щедро поделился с Лией своей огненной кровью. Настолько щедро, что, Лия в тот же миг прошла трансформацию… за ней трансформацию прошли остальные члены вампирской стаи. Как ты уже догадываешься, все они стали вампами.

– Я только пока не понял, – говорю честно, ибо давно усвоил, что лучше выставить себя дураком и задать глупый вопрос, чем строить из себя умного и творить глупости, – Чем вампиры отличаются от вампов?

– А ты градусник-то достань, – Сат с намеком замотылял указательным пальцем над моей подмышкой.

Достаю градусник.

– Тридцать шесть и шесть, – озвучиваю. Я ни фига не понимаю. Нормальная температура. Что не так-то?

– О-о, я вижу ты удивлен, – Сат снова по-своему истолковал мое замешательство, – Но это факт. Вампы отличаются от вампиров теплокровностью в плане биологическом, а кроме того, что важнее, вампы не являются нежитью в плане духовном!

Ну что ж. Старый хрен Аристарх не просто меня вырубил и не просто меня на Землю порталом перекинул, он мудила этакая, меня обратил в этого самого вампа. Одно радует, я остался живым и теплокровным. Вызываю интерфейс… вкладка личных характеристик:

Исходная, титульная раса: человек.

Вторичная раса: вольный демон.

Текущая раса: высший вамп.

М-да. Хорошо еще мой послужной список не отражает, что в шкуре зомби я побывал тоже. В каком-то смысле быть нежитью мне не привыкать. Не знаю, как теперь истолковали Сат и Луна мою хмурую озабоченную физиономию, но тактично решили оставить наедине с собой. Они двинулись к выходу из комнаты, и когда Луна уже взялась за ручку двери, я задал еще один вопрос.

– А когда?

– Что когда? – не поняла Луна.

– Когда произошла эта трогательная и поучительная история?

– Семнадцать лет назад, – буднично ответила девушка и закрыла за собой дверь.

Жесть. Не соврал распорядитель про «многие годы борьбы в немыслимом по тяжести мире». Может тот мир и не имел времени в привычном понимании, но по ощущениям именно так, именно годы борьбы… а на Земле, значит, с тех пор прошло семнадцать лет: «где мои семнадцать лет… где мой черный пистолет… где меня сегодня нет…». Долой лирику. Я снова здесь. Разберемся, не впервой.

Откидываю одеяло. Не хотел выказывать при Луне и Сате, но левая нога ниже колена зудит и чешется. Знаю, это еще не показатель. Про фантомные боли в отсутствующих конечностях я наслышан. Впиваюсь взглядом. А нога-то отрастает. Ниже колена она маленькая и плохо сформированная, как заготовка, но растет помалу, что не может не радовать. От осознания нефантомности зуда, этот зуд в растущей ноге только усилился. Ничего. Пусть зудит, зудит, значит чешется. А теперь посмотрим характеристики. Подозреваю, что хорошие новости для меня закончились, и не ошибаюсь.

Уровень 1

Специализация – трансформация плотного тела в энергию (активируемая способность, расход на поддержание энергетического тела 1 эпена в секунду)

Силы:

Сила напряжения – 2 (25)

Взрывная (резкая) сила – 2 (25)

Выносливая сила – 2 (25)

Сила телесной крепости – 2 (25)

Эпена – 1

Свободных очков характеристик – 0

Ну что, снова здравствуй первый уровень. Даже не особо удивлен. Другое важнее, насколько порезали в характеристиках. Если смотреть на непосредственные числа, то просто жестоко порезали. Одни гребаные двойки. Это показатели дряхлого старика, а именно так я себя и чувствую, дряхлым стариком.

Но теплится надежда относительно тех циферок, что в скобках. В бытность мою демоном имел везде по двадцатке. Потом в минусом третьем мире, мои двадцатки ужались до единственной двойки, которую я поднял до двух с половиной. То есть при обратной конвертации должны были получиться те самые 25 очков в каждой характеристике.

Очень похоже, что так и произошло бы, если б хватило редкой серы, но ее хватило только на восьмипроцентное восстановление. Двойка – это аккурат восемь процентов от двадцати пяти. Может мне система чего подскажет? Молчит как партизан на допросе. Мол разбирайся Витя сам. Ладно, будем разбираться.

И будем исходить из того оптимистического допущения, что свои урезанные показатели удастся как-нибудь восстановить без повышения уровня. Потому иначе – жопа. Иначе, чтоб вернуть хотя бы прежние демонские силы надо взять больше семидесяти уровней. На моих стартовых условиях, подозреваю, это нереально.

Что еще? Еще сменилась специализация. Вместо прежнего рывка какая-то трансформация в энергию. Нафиг. К энергетическим экспериментам я пока не готов. Тем более там расходуется некая эпена, а у меня этой эпены кот наплакал одним глазом – жалкая однерка. Посмотрим, что у меня со способностями:

Способности: сопротивление ядам 0,3 (3), регенерация 0,3 (3), каменная кожа 0,2 (2), метаболизм 0,4 (4), усиление костной ткани 0,3 (3), сопротивление ментальному воздействию 0,2 (2).

Здесь все осталось, как в минус третьем на порядок порезанном мире, но опять же добавились обнадеживающие целые числа в скобочках. Будем надеяться, что найдется способ вернуть все утраченное. В конце концов у меня нога как-то регенерирует, и регенерирует явно не на жалкие ноль три. Жалкие ноль три, полагаю, мало чем отличаются от обычной человеческой способности к заживлению ран. Так что не дрейфь, Витя, были бы циферки в скобочках, а как те скобочки раскрыть, со временем придумается.

Меня отвлек звук открывающейся двери, и я вынырнул из интерфейса. Снова зашла Луна. Все-таки она потрясающе красива. Ее утонченные черты безупречны. Ее движения наполнены неземной грацией.

– Вик, пора сделать инъекцию, – и голос ее наполнен чарующей хрипотцой.

Ну надо так надо. Я, правда, не вижу в ее руках шприца. Но кто знает, может она носит в инвентаре для сохранности. Выражаю готовность, киваю согласно.

– Поверни голову к окну, – озвучивает несколько странную просьбу.

Поворачиваю голову к окну. Черт знает. Может она стесняется? Может неловкость испытывает? Может ей так спокойней, делать инъекцию, когда пациент не смотрит… и вдруг чувствую, как щекочет мое ухо прикосновение ее волос, как ее губи касаются моей шеи, а затем… затем морозный вампирский клык протыкает кожу: «вам введена сыворотка регенерации, регенерация повышена до показателя 2,3 сроком на три часа».

Слышу удаляющиеся шаги и звук закрываемой двери. Все. В окно можно больше не пялиться. Можно даже издать рыкающий звук. Вот лежал Витя спокойно, вот думал Витя о делах своих скорбных… нет, надо было прийти и совершить такой сексуально-возбуждающий укус в мою чувствительную шею. Луна умотала, а что я теперь со своим стояком делать буду? Не, никакая она не сестра милосердия. Поступать так – совершенно бессердечно.

А кроме того она в один миг разбила на мелкие кусочки мою хрустальную надежду на собственную регенерацию. Реген у меня заемный, Луна впрыснула мне что-то своим вамповским клыком. И подняла до две целых три десятых. Коню понятно, что мои собственные – те самые три десятых. Кстати, у меня тоже должны появится такие клыки. Провожу языком по зубам. Зубы обычные. Снова открываю вкладку персональных данных:

Особые способности: клыки вампа, лазерный резак

Свободных очков способностей – 0

С клыками оказалось все просто. Они вытягиваются по желанию. И так же по желанию втягиваются. Погонял туда-сюда пару раз. Нормально. Клыки работают без скрипа, смазывать литолом не требуется. Осталось приноровиться, чтоб не втыкать их по неопытности в собственную губу, ибо ощущение не из приятных. А вот что за лазерный резак?

Хотел уже полезть в инвентарь, но одернул себя. Спокойно, Витя. Система, конечно, пойдет навстречу. Воплотит твою способность в предмет, как это случилось с плетью. Но лучше не ограничивать себя привычными представлениями. Давай, включай воображение. Это способность, а значит резак не обязан иметь постоянную форму.

Не сразу… очень не сразу, но получилось. И сразу скажу. Резачок у меня хилый, слабенький резачок. Зато поупражнявшись, смог заставить его принимать разные формы: от исходящей из указательного пальца тонкой иглы до некого рассеянного пучка. Практический смысл моих потуг пока не ясен, но начало положено.

Все, хватит валяться. Решительно откидываю покрывало и свешиваю ноги на пол. Левая короче правой, вставать на нее не то чтобы больно, скорее неприятно. Но разрабатывать как-то надо. Я уже заприметил вторую дверь и… да, она ведет в санузел с туалетом, душем, умывальником и большим зеркалом.

Ох. Ну и рожа у меня. Вот реально не сразу поверил, что этот лысый, темноликий, с глубоко залегшими складками от крыльев носа к уголкам рта – это я. Ох не пощадила меня судьбинушка. А превращение в вампа добавило еще пару штрихов к портрету: заострившиеся верхушки ушей и совершенно черные зрачки. М-да, взгляд у меня мягко говоря невеселый, скорбный какой-то взгляд. А, впрочем, в этом даже есть некий шарм, этакий угрюмый скиталец, не знавший слов любви.

Одетая на меня пижама с веселеньким узором в виде легкомысленных смайликов сильно с моей мрачной рожей контрастирует. Мысль о том, что одевала меня скорее всего Луна, отогнал, как несвоевременную и неконструктивную. Не стоит сейчас о таких вещах думать. Лучше подумать, во что мне переодеться. Мой доспех звездного охотника не вынес запредельных нагрузок минус третьего мира, рассыпался в прах. Спереть не могли, он был ко мне привязан, а в инвентаре даже мышь повеситься не сможет: ни крюка, ни веревки.

Скинул пижаму осмотрел тело многострадальное. И раньше лишнего веса не имел, а теперь совсем отощал. Оно и к лучшему, с моими двойками в показателях лишняя масса мне не по карману, увы даже мышечная. Принял душ, взбодрился. Повздыхал и напялил смешную пижаму обратно, другой одежды нет. Выхожу из душа и встречаюсь взглядом с Луной, видать стояла тут, ждала окончания моих водных процедур. В руках держит костыли.

– Вик, постарайся пока не нагружать ногу, – Луна протягивает мне костылики, – Костные ткани пока слишком мягкие. И вот еще…

Подает мне домашний тапочек, один единственный и само собой правый. Дожил ты Витя: пижама, костыли, кефир и манная каша. Начну смотреть футбол, буду болеть за какой-нибудь Уругвай, не так обидно, если проиграют.

– Спасибо, – послушно обуваю тапок и опираюсь подмышками на костыли.

– Сейчас будем обедать, – сообщает Луна, – Я помогу тебе спуститься вниз.

– Не-не, – отказываюсь категорически, – На пару десятков этажей вполне смогу спуститься самостоятельно.

– Пару десятков не надо, – Луна улыбается, – Всего на один.

Глава 3

Насчет манной каши я ошибся, но вот прям очень несильно ошибся, из разряда: не в бровь, а в темя. Получил тарелку овсянки, которую смел за несколько секунд. Не, я не любитель овсяной каши, просто не вижу смысла смаковать невкусную еду. Сат с Луной только по первой ложке зачерпнули, я уже пододвигаю к себе чашку чая. Чай кстати недурственный, на минус третьем о таком только мечтать.

Глядя на мою скорость поглощения пищи, Луна еще больше раскрыла свои прекрасные глаза, а Сат даже крякнул и головой покачал, видимо, в восхищении. Ну а что? Я привыкший жрать на коленке в любых условиях. А последние семнадцать лет мне вообще рассиживаться было некогда.

Попиваю чай, тут уж можно не торопиться, глазею украдкой по сторонам. Домик у них небольшой, но уютный. На втором этаже, как я понял, две спальни, одну из которых выделили мне. На первом маленькая столовая совмещенная с кухонкой и, подозреваю, еще одна спальня. Одним словом, домик на немногочисленную среднебюджетную семью.

– А вы здесь вдвоем живете? – спрашиваю.

– Вчетвером, – отвечает Сат и тут же поправляется, – До твоего появления жили вчетвером. С нами еще Юп и Мерка, но они сегодня на дежурстве.

– Вы в больнице все работаете?

– В приемном покое, – уточняет Сат, – Встречаем экстренных пациентов. Что-то вроде бригады скорой помощи. Обычно наше дежурство ночное, но иногда приходится выходить в дневную. Сегодня как раз такой день. Юп и Мерка на «сутках».

Все-таки это удивительно, вампиры – врачи. Прям разрыв шаблона. Хотя, не вампиры они… вампы.

– Ты удивлен нашим выбором профессии? – от Сата мой скепсис не укрылся.

– Ну… есть немного.

– Это наш осознанный выбор, – Луна подключается к разговору, – Спасаем жизни. По-моему, это здорово.

– Я думал врачи больше не нужны. Каждый может прокачать регенерацию, потом всякие зелья исцеления, целительская магия опять же…

– Все это есть, – соглашается Сат, – Но случаи бывают разные. Иногда ни регенерация, ни зелья помочь не успевают. Требуется экстренная помощь.

Я плохо представляю, что за особый случай может потребовать вмешательства хирурга или какого-нибудь реаниматолога, и, если честно, вдаваться в подробности не хочу.

– А много вообще вампов? – пытаюсь сменить тему, и умница Сат с готовностью ее меняет.

– Все, кто есть, живут в этом доме, – отвечает он, – Так что с тобой – пятеро.

– Хм. Небольшая у нас… «популяция», – опять я удивлен.

– Ну, как я уже говорил, основатели нашей линии два бывших вампира Аристарх и Лия. К сожалению, остаться в этом мире они не смогли. Им пришлось отсюда уходить.

– А что случилось?

– Причина чисто внутренняя. Они так и не смогли полностью настроиться на матрицу Земли. Даже став вампами, они теряли здесь силу. Земля оказалась к ним недружелюбна.

– Ага. А вы значит…

– Да, все верно, – подтверждает Сат мою догадку, – Раньше мы были людьми. Но… обстоятельства сложились так, что по разным причинам всем нам четверым пришлось пройти трансформацию для смены расы.

– Понимаю, Аристарх со своими ребятами вынужден был уйти, а вас оставил здесь.

– А ты знаком с Аристархом? – тут же спрашивает меня Сат. Прям возбудился даже, прям чуть ли не с мольбой ждет от меня положительного ответа.

– Знаком. Меня обратил тоже он, – отвечаю, – Я не сразу понял, почему он меня закинул порталом одного. Теперь понимаю, местный климат ему противопоказан.

– Вик, черт возьми, – вот я не подозревал, что Луна способна ругаться, но глазки у нее разгорелись, по всему видать тема важная и наболевшая, – Не томи. Что велел нам передать Аристарх? Столько лет от него ни единой весточки. Мы тут как брошенные…

Поймав строгий взгляд Сата, Луна осеклась, а я напрягся. А что такое? Луна сболтнула что-то лишнее? А какие от меня у них могут быть секреты? Я ж вроде член семьи теперь? Или не член? Или член, но не семьи?

– Луна несколько преувеличивает, – сухо говорит Сат, – Не все у нас безоблачно. Поначалу совсем тяжко было… видишь ли, невежественного народу здесь хватает. Для многих разница между вампиром и вампом неочевидна. Так что пришлось нам столкнуться с дискриминацией по расовому признаку. И кстати, одна из причин по которой мы выбрали путь врачевания. Все-таки уважаемая профессия…

– Понимаю, – говорю, – Спасая жизни, нарабатываете репутацию и лояльность населения.

– Ну зачем ты так, Вик, – вскидывается Луна, – Мы не ради репутации…

– Прошу извинить, – тут же включаю заднего, похоже я затронул больное место, – Оскорбить не хотел. Правда не хотел.

– Да ладно, – Сат отмахивается и кривится, – Ты полностью прав, Вик. Все эти семнадцать лет мы честно пахали. И да, наша репутация за эти семнадцать лет подросла. И все же. Что Аристарх просил для нас передать?

– А вот это уже совсем странно, – говорю, – Единственное, что сказал Аристарх, я ему нужен здесь на Земле. А еще он сказал, что здесь я получу ответы на все вопросы.

– И больше ничего? – Луна явно расстроена.

– Мне жаль, – а мне реально жаль, ребят я обломал, – Я действительно не понимаю, какой с меня здесь толк. Я выбрался из мира с минус третьим уровнем духовности. Я калека не потому, что у меня нет ноги. Я калека, потому что все мои характеристики снижены в десять раз.

– Да? – Сат явно переспрашивает из вежливости. Он слишком расстроен и погружен в себя, не ожидал, бедолага, что Аристарх не пришлет со мной никакой весточки.

Хоть он и одернул Луну, но я же не слепой, я вижу, он точно так же чувствует себя брошенным здесь. И он может сколько угодно заливать, как сильно он прокачал здесь репутацию. Для всех местных демонов, орков и прочих горожан он мало чем отличается от обычной ненавистной нежити.

Так что зря я напрягся, нет у Сата от меня никаких секретов, может ему просто стыдно, а может не хочет грузить меня проблемами в первый же день. Но уже поэтому я должен сразу расставить все точки. Чтоб не подавать пустой надежды. Открываю просмотровый доступ к своим характеристикам. Пусть сами все увидят. Сат сегодня верно подметил. Один факт лучше десятка заверений.

Единственное, я скрыл свои циферки в скобках. Во-первых, уже вбитая привычка не выкладывать сразу все карты. Во-вторых, я пока сам не знаю, что эти циферки значат. Может я сам питаю пустые надежды… а Сат и Луна молодцы, быстро взяли себя в руки. Начали изучать мои характеристики. Сначала формально, просто чтоб не обидеть невниманием. Потом заинтересованно.

– Ты знаешь, Вик, – протянул Сат, закончив изучать персоналку, – На самом деле все далеко не так плохо, как кажется.

– Да ладно, Сат, – морщусь, – Не надо меня «лечить». Я прекрасно отдаю себе отчет, насколько все плохо.

– Подожди, – пресекает Сат, вот все же чувствуется в нем внутренний стержень, умеет мужик стоять на своем, – Я не пытаюсь замазывать тебе глаза розовыми соплями. Послушай.

– Хорошо, – соглашаюсь, хотя и не без внутреннего сопротивления, – Слушаю.

– Во-первых, ты высший вамп. Это уже значит, что инициировал тебя либо сам Аристарх, либо Лия…

– Ты только не обижайся, Вик, – перебивает его Луна, – Сат всегда все раскладывает по полочкам. Это не от недоверия.

Киваю. Я бы на недоверие не обиделся. Я сам недоверчивый.

– Ты – высший вамп, что указывает на твой диапазон возможностей, – продолжает Сат, – И что еще очень важно. У тебя есть эпена…

– А-а, кстати, что это?

– Эпена – наш вампский аналог магической силы. Да, сейчас она у тебя на минимуме, но главное, что есть. Прокачаешь резервуар эпены, станешь способен на многое. Черт с ней с телесной силой, – Сат улыбается, видя мою хмурую рожу, – Мешки таскать не сможешь. Эка невидаль. Грузчиков и без тебя хватает. А вот стать хирургом…

– Хирургом? – смотрю исподлобья на Сата: он прикалывается? – нет, он не прикалывается.

– Да-да, хирургом, – подтверждает Сат, – Лазерного резака нет ни у кого из нас. Ты хоть отдаешь себе отчет, какие ювелирные разрезы ты способен делать? Тебе же цены не будет.

– Э, ребята, не так быстро, – отгораживаюсь от этих сподвижников раскрытыми ладошками, – Я так-то от медицины далек. Как свинья от калачей.

– Научишься, – Сат вздыхает, – Судя по всему Аристарх вытаскивать нас отсюда не собирается. Так что… времени у тебя навалом.

– Ну не знаю, – качаю головой, – Это все надо осмыслить.

– Осмысляй, Вик, – поддерживает меня Сат, – Ты знаешь, до тебя нас было четверо. Четверка – стабильное число, самодостаточное. И я подумал грешным делом, что вот Аристарх прислал к нам пятого. Что грядут перемены. Но… с твоими силовыми показателями эти перемены возможны только в нашей области, только в медицине.

Не скажу, что полностью принял его доводы, уж очень Сат зациклен на медицине. А с другой стороны, если мои двойки в силовых показателях так и останутся двойками, о том, чтобы бегать по тоннелям и зомбей мочить, можно забыть. Поблагодарив за обед и содержательный разговор, отправляюсь обратно в свою комнатенку. Луна опять порывается мне помогать, но я снова отказываюсь. Хотя, чего там, подъем на костылях на второй этаж – для меня акт борьбы с земным тяготением. Плевать, на минус третьем было тяжелее.

Запираюсь в своей спаленке. Подтаскиваю к окну табуреточку, присаживаюсь по-стариковски с кряхтением, обозреваю окрестности, собираюсь с мыслями. Смотреть не на что. Окно выходит на пыльный замусоренный двор. Единственная полезная информация – на дворе лето. Чтоб выяснять, как за семнадцать лет изменился город, надо выходить на улицу.

Нет, Витя, долой мрачные мысли. В этом доме уже есть два разочарованных жизнью чело… вампа. Они хорошие ребята, хотя и наивные, надеются на помощь, ждут, что Аристарх их заберет в светлый добрый мир без расовой ненависти. Однозначно наивные. Хирурга из меня хотят сделать… и чего только от безнадеги людям в голову не придет, смех, да и только.

Решил начать с отжиманий. Хватило на четыре раза. Лежу мордой в пол, отдыхаю. Новый подход. Теперь три отжимания всего. Ну да, с моей выносливостью отдыхать надо дольше. Отдыхаю дольше. Новый подход. Опять четыре раза. Сука, а кто сказал, что будет легко? Снова отдыхаю. Снова четыре раза.

Для разнообразия решил пресс покачать. Лучше б не разнообразил. Меньше бы расстроился. Снова отдыхаю. Фигня. Я упорный. Буду чередовать отжимания и пресс. Чередую, отдыхаю. Снова чередую, снова отдыхаю, теперь уже дольше. Руки болят, мышцы пресса судорогой свело. Холодный пот на лбу выступил. Походу я перенапрягся.

Слышу, кто-то дергает за ручку двери, а затем стучится вежливо. Вот на фига я заперся? Подымаюсь, помогая себе костылями, ковыляю к двери, отпираю. В комнату заходит Луна. Заходит не сразу, мгновение колеблется, стоя перед порогом, не ожидала, что я запрусь.

– Извини, – говорит она, – Ворвалась к тебе…

– Не-не. Все в порядке. Валяюсь, бездельничаю.

– Вик, мы сейчас в ночную идем. Надо сделать инъекцию.

А, да. Забыл про инъекцию.

– Мне лечь?

– Не обязательно, – опять эта теплая улыбка, – Можешь даже не отворачиваться.

Луна подшагивает ко мне в плотную, кладет ладони мне на плечи и приподнимается на цыпочках, все-таки она ниже меня ростом. Я чувствую, как ее грудь касается моей груди. Губы касаются моей шеи, волосы слегка щекочут мою щеку. Она пахнет цветочными лугами, ночным свежим ветром и звездным летним небом. А затем опять этот разряд эротического тока. Даже перед глазами слегка поплыло: «вам введена сыворотка регенерации, регенерация повышена до показателя 2,3 сроком на три часа».

Она отступает от меня. Мне кажется, или ее это тоже возбуждает? Вон дыхание участилось, легкий румянец на щеках. И она похоже смущена. Разворачивается и поспешно выходит. Уже из коридора доносятся торопливые слова:

– Вик, до утра остаешься один. Захочешь есть, спускайся в кухню. Не стесняйся.

Все, она упорхнула. Пошла вместе с Сатом отрабатывать ночную смену в приемном покое. А я опять остался в смятении. Какие у Луны отношения с Сатом? При мне они знаков особых не выказывали, но ведь это еще ничего не значит. Люди, давно живущие в браке, ведут себя довольно сдержанно, тем более при посторонних. А я как бы совсем еще не свой. Вполне такой посторонний.

Спокойно, Витя. Надо отвлечься. Сделаю еще заходец на отжимания. Раз… два… три… еще на раз меня должно хватит. Поджилочки трясутся, но четвертый я сделаю. Делаю четвертый. Поджилочки уже не трясутся, поджилочки ходуном ходят. При попытке отжаться в пятый раз я рухну мордой в пол. Но я все равно пробую.

Пока не рухнул. Держат ручонки. Ладно, идем вверх. На минус третьем привык к тому, что одно простое усилие может растянуться по времени в десятки раз. Сжимаю зубы и толкаю локти на разгиб. И потихоньку идет. Суставы ломит будто в мясорубке, но я продолжаю. Тащу и тащу… из меня какой-то утробный вой рвется, а все равно тащу и тащу…

Есть. Пять отжиманий. Руки подкашиваются, и я чувствительно припечатываюсь подбородком об деревянный пол. Отдыхай Витя. Ты молодец. «Внимание. Вы совершили чрезмерное усилие, задействован стрессовый режим регенерации, ресурс регенерации снизился до показателя 1,9» Это чо щас такое было? Офигело пялюсь на системное сообщение.

«А я скажу тебе, Витя, что это такое было, – говорю мысленно сам себе, – это ты вышел, Витя, за собственные пределы. Сейчас можешь немножко отдохнуть, а потом продолжим». И я продолжаю: «Внимание. Вы совершили чрезмерное усилие, задействован стрессовый режим регенерации, ресурс регенерации снизился до показателя 1,5»

По-моему, я уже изучил все сучки и трещинки деревянного пола. Ничего. Для повышения навыка медитации это только на пользу. Жаль, что нет у меня такого навыка. Но все равно на пользу. Сколько раз я уже вышел за свой предел? Не помню, сука. У меня кровь носом идет, закапал все трещинки и сучки, теперь придется медитировать на неприглядного вида подсохшие бурые кляксы.

Я отдохнул. Иду на очередной заход. Пошел отсчет. Первый… второй… когда ж закончится это самоистязание? Делаю пятый отжим. Ни оливкам, ни винограду по пять отжимов не делают. Потому что отжимать на пятый раз уже нечего. А я из себя давлю. По ощущениям от меня даже жмыха не осталось, но я все равно жму. Сейчас свалюсь… нет сука, держу пока. И делаю еще одно отжимание, шестое. «Внимание. Вы совершили чрезмерное усилие, задействован стрессовый режим регенерации, ресурс регенерации снизился до показателя 0,2»

Жесть. Я не только исчерпал всю заемную регенерацию, даже из своего резерва хапанул. Э, а не случилось ли так, что я от перенапряга свой реген насовсем понизил? Лезу в персоналку. Выдыхаю. Все нормально. Через час регенерация вернется в нормальный для меня показатель в ноль три. Скверно другое, мои силовые характеристики по-прежнему на двойках.

Зато разглядывание персоналки натолкнуло на мысль. У меня ведь тоже вампский клык. А вампский клык – это, на минуточку, моя особая способность. Смогу я сам себе инъекцию сделать? Да, показатели не сдвинулась, но я шесть раз только что отжался. Так или иначе прогресс есть. Выдвигаю острые как шприцы клыки и с мыслью об инъекции втыкаю в собственную нижнюю губу.

Получилось, мать. «Вам введена сыворотка регенерации, регенерация повышена до показателя 0,5 сроком на три часа; метаболизм понижен до показателя 0,3 сроком на 1 час». Ну да, бесплатно ничего не бывает. Но главное, работает. Загоняю в нижнюю губу еще одну инъекцию: реген – 0,8; метаболизм – 0,2. Гулять так гулять, повторяю процедуру: реген – 1,1; метаболизм – 0,1.

На этом хватит пока. Сгонять метаболизм до нуля откровенно боязно. Как бы ненароком в кому не впасть. А теперь еще один заход на отжимания. Жму, и прям чувствую, как внутренние телесные силы переходят в тот самый стрессовый режим. Делаю пять отжиманий… делаю еще одно… красный туман перед глазами, соображаю плохо, но продолжаю и делаю седьмое.

Лежу на полу деревянной колодой, сил нет даже голову повернуть, читаю новое сообщение: «Внимание. Вы совершили чрезмерное усилие, задействован стрессовый режим регенерации, ресурс регенерации снизился до показателя 0,1 сроком на 5 часов. Выносливая сила + 1» Ты это сделал, Витя. Сила: плюс один. Все, можешь отдыхать.

Глава 4

Вот не припомню, чтоб когда-то поутру мне было так хреново. Даже на минус третьем… даже до апокалипсиса, когда просыпался с тяжелейшего бодуна. Мышцы забило так, что руку полностью разогнуть не могу. Да и не хочу. Любая попытка пошевелиться отзывается целым каскадом мышечной боли.

Чтоб немного себя отвлечь, вызываю интерфейс и открываю вкладку персоналки:

Уровень 1

Специализация – трансформация плотного тела в энергию (активируемая способность, расход на поддержание энергетического тела 1 эпена в секунду)

Силы:

Сила напряжения – 2 (25)

Взрывная (резкая) сила – 2 (25)

Выносливая сила – 3 (25)

Сила телесной крепости – 2 (25)

Эпена – 1

Свободных очков характеристик – 0

Способности:

сопротивление ядам 0,3 (3), регенерация 0,4 (3), каменная кожа 0,2 (2), метаболизм 0,4 (4), усиление костной ткани 0,3 (3), сопротивление ментальному воздействию 0,2 (2).

Особые способности: клыки вампа, лазерный резак

Свободных очков способностей – 0

И несмотря на адскую боль я доволен. Я еще не победил, но путь виден, и первые шаги сделаны. Не только прокачалась выносливая сила, и к регенерации одна десятая добавилась. Не зря вчера нижнюю губу истыкал. Она до сих пор опухшая, будто пчелы пожалили.

Однако вставать все-таки надо. Чую, скоро заглянет Луна делать мне инъекцию. Как бы она не расстроилась, увидев мое овощеподобное состояние. Морщусь, шиплю, как змея, но с кровати сползаю. М-да. А моя нога за ночь совсем нисколько не отросла. Весь реген потратил на выход за свой предел.

Делать нечего, делаю себе три инъекции, поднимая регенерацию и снижая метаболизм до ноль-одного. Боль в мышцах как-нибудь перетерплю., а конечность надо отращивать. Охая, доползаю до душа. Под горячей струей становится легче. Не знаю, сколько ребята платят за горячую воду, но отказать себе в удовольствии не могу.

Наверно, целых полчаса так простоял. Кожа раскраснелась, кровушка по жилам разогналась, жить можно. Выключаю воду. Вытираюсь, облачаюсь в пижаму с веселыми смайликами, костыли под мышками, правый тапочек обут. Вместе со мной из душевой кабинки выкатываются клубы горячего пара. Мысленно обещаю себе, что счет за коммуналку ребятам компенсирую.

Выхожу из спальни в коридор, с первого этажа доносятся голоса, звон посуды. А я со вчерашнего обеда не жрал. Надеюсь, меня накормят. Делаю морду кирпичом, спускаюсь вниз, стараясь не гримасничать. Легче мне, конечно, стало. Но совсем боль не ушла. В столовой кроме Луны и Сата вижу еще двоих. И вот сразу становится понятно, что эти двое – пара. Сидят рядышком, касаются друг друга непринужденно, проявляют взаимную заботу.

Они даже чем-то неуловимо похожи, как люди, что давно вместе, обретают одинаковые привычки, жесты и мимику, манеру общения. А у этих даже прически одинаковые. Оба носят растаманские дреды. Они меня замечают первыми.

– Хай, ты тот самый? – весело спрашивает девушка.

– Поверь, он самый тот, – важно подтверждает ей парень, и девушка смеется, будто ей напомнили смешную шутку.

– Эй, вы двое, полегче, – одергивает их Луна, – Чтоб усваивать ваши прикольчики, нужно пройти долгий период адаптации.

– С последующим курсом реабилитации, – так же важно подтверждает парень.

– Не обращай на них внимания, Вик. Как ты догадался, это Юп и Мерка, теперь вся семья в сборе.

Киваю, здороваюсь со всеми сразу. Сажусь за стол. Луна ставит перед мной тарелку овсянки. Юп и Мерка откровенно пялятся на меня, когда я беру в руку ложку. Я морщусь и ответно впериваю взгляд в этих дредоносцев. Они оба одновременно спохватываются.

– Ой, Вик, извини, – Мерка строит гримаску ненатурального раскаяния, – Мы очень хотим на это посмотреть…

– На что посмотреть? – бурчу, – Как я буду кашу жрать?

В знак подтверждения Мерка часто и мелко трясет головой, дреды на ее башке болтаются как крученые макаронины. Походу о скорости моего потребления пищи Луна с Сатом уже растрепали. Подчеркнуто неторопливо зачерпываю ложкой кашу, отправляю в рот, тщательно и медленно жую. У меня так и так нижняя губа распухла, быстро кушать не в состоянии. Юп и Мерка синхронно тягостно вздыхают. «Вот же ж показушники, хреновы», – думаю с неудовольствием.

– Дайте человеку спокойно поесть, – пытается их пристыдить Луна.

– «Человеку»! – Юп тут же цепляется за сказанное и задирает вверх указательный палец, явно пародируя Сата, – Дай «человеку» мяса, если уж кровь «человеку» не полагается.

– А что, мы… в смысле вампы, пьем кровь? – спрашиваю осторожно.

– Они тебе даже этого не рассказали… – Юп обвинительно повышает голос, – …чистюли.

– Вот ты и расскажи, – парирует Луна, а я отмечаю, что Сат вообще в разговоре не участвует, к выходкам Юпа и Мерки он совершенно индифферентен.

– Вообще-то мы не пьем кровь, – начинает рассказывать Мерка вместо Юпа, – Как видишь, рацион у нас самый обычный, человеческий…

– Но пить кровь мы способны, – вскидывается Юп.

– Люди тоже способны пить кровь, – возражает Мерка.

– Да, но люди не получает за это опыт!

А вот тут я уши свои островерхие навострил. Тема набора опыта – зело важная тема. А Юп и Мерка, похоже, не так сдержаны на язык, как Сат и Луна.

– Ага, только для получения опыта жертву нужно высушить полностью, то есть до смерти, – Мерка смотрит на Юпа обвиняюще, и тут уже, пользуясь случаем, за сказанное цепляюсь я сам.

– Погодите, – встреваю, – За убийство так и так опыт дают. В чем разница?

– Никакой разницы, о том и речь, – говорит Мерка таким тоном, будто подводит итог старому спору, но задетый Юп не желает прекращать разговор.

– Ты просто не знаешь, – упрямится он, – Ты никого и никогда до смерти не выпивала.

– Оставьте этот пустой спор, дети мои, – голос, наконец, подает Сат, – Мы никого не убивали, не убиваем, и убивать не собираемся. Слава богу, у нас другой способ набора опыта. Вполне мирный. Точка!

На некоторое время устанавливается тишина. Каждый молча поглощает свой завтрак. Я тоже глотаю кашу, распухшая нижняя губа совершенно не держит, мне приходится прижимать ее пальцем, чтоб овсянка обратно не вываливалась. Глядя на мои мучения, Мерка не выдерживает первой:

– Вик, что у тебя с губой?

– Ставил инъекцию с сывороткой регенерации.

Вот, сука, не ожидал, что эти четверо способны так громоподобно ржать. А еще врачи… никакого, мля, гуманизма. И главное, совершенно не понимаю, что не так…

– Вик, прости, – Луна первая отсмеялась, – Но зачем так варварски это делать?

– А как по другому-то? – мне теперь не только обидно, еще и злиться начинаю.

– В интерфейсе ставишь галочку: «режим само-инъекции». Все просто, и никакого самоистязания.

Мля-я. Чувствую, как краснею до корней волос. Вот молодец ты, Витя. Очень по-русски. Покуда гром не грянет, вамп в инструкцию не глянет. Поднимаюсь из-за стола.

– Спасибо за завтрак, – говорю подчеркнуто сухо, – Если не возражаете, я у себя чай попью.

Под всеобщее молчание Луна подрывается с места, наливает мне чай и подает кружку. Принимаю с коротким кивком и пытаюсь идти на костылях, одновременно держа в руке кружку. Само собой, задача непосильная. Чувствую спиной, как на меня смотрят четыре пары глаз. К дьяволу отбрасываю костыли и костыляю на своих двоих, при этом безбожно припадая на короткую левую ногу.

Понимаю, что веду себя как мальчишка, но поделать с собой ничего не могу. Разве только шаг приходиться сбавить, мое слабое тело к быстрому подъему по лестнице не способно. Одышка, ломота в суставах и мышечная боль безжалостно настигают уже на сраной третьей ступеньке. Луна подхватывает мои упавшие костыли, догоняет на лестнице, отбирает кружку.

– Вик, не дури, врач сказал не нагружать ногу. А я между прочим врач. Вот и слушай врача.

Честно сказать, забота Луны мне приятна. Принимаю от нее костыли, ковыляю дальше наверх, Луна поднимается следом. Захожу в свою спальню, Луна тоже заходит. Ставит кружку с чаем на табуретку.

– Вик, не обижайся на нас, – просительно говорит Луна, – Мы тут все немного… нервные. И твое появление такое… такое неоднозначное. Нас всех это всколыхнуло. Сегодня на ночном дежурстве только о тебе и говорили.

– О том, как я кашу жру? – не, ну реально, что еще они могли обсуждать? Разве только мои двойки в показателях.

– Ну зачем ты так? Ты пойми, мы все живем очень однообразной жизнью: дом-работа. А тут появился ты, такой загадочный, неведомый… Сат говорит, что ты поднялся прямо из преисподней, что Аристарх отправил тебя потому, что ты способен на решительный поступок, что ты наконец раскачаешь наше тихое болото…

– Благодарю за доверие.

– Ты все-таки обиделся, – констатирует Луна со вздохом, – Пожалуйста, не суди о нас скоропалительно. Я сейчас сделаю тебе инъекцию и оставлю одного.

Луна подходит ко мне, а на меня опять накатывает смятение.

– Подожди, послушай, – я пытаюсь подобрать слова, но не могу даже собраться с мыслями и вываливаю то, что лежат на поверхности, – Луна, ты очень красивая девушка. Потрясающе красивая. Какие у тебя отношения с Сатом?

– Вик, давай не так сразу, а? – мне кажется, или в ее прекрасных глазах какая-то потаенная боль?

– Ладно не сразу так не сразу, – стараюсь не выдать досаду и раздражение. Ну а что? Трудно сказать: живем вместе или не живем вместе? – вечно у женщин все не просто.

Она виновато улыбается и смотрит на меня с благодарностью, видимо за то, что согласился замять тему, снова подшагивает, кладет мне руки на плечи и приподнимается на цыпочках, но я нахожу в себе силы отстраниться.

– Нет. Твои инъекции слишком уж эротичны. А я не хочу с первого дня пребывания устраивать любовный треугольник. Справлюсь как-нибудь сам.

– Сам ты не справишься, – мягко, но твердо говорит Луна, – Завтра ты должен выйти на работу.

– Да? Не знал, что здесь такое суровое трудовое законодательство.

– Только для нас. Мы – вампы, мы должны неукоснительно соблюдать уложения гвоздя.

– Чьи уложения?

– «Гвоздя», Вик. Гильдия Вольных Охотников, аббревиатура ГВО, в простонародии «Гвоздь». За последние годы гильдия вошла в силу, разрослась до уровня трудового профсоюза. Она много чего контролирует. В том числе и условия нашего здесь пребывания. Понятно?

Припоминаю гильдию, Турист-отель, бегемотоподобного орка Боргу.

– Понятно.

– Тогда не спорь и… – Луна смотрит на меня лукаво, – …получай удовольствие.

– Ну смотри, ты сама настояла.

Позволяю Луне сделать мне очередную инъекцию… и опять прокатывает неконтролируемая волна возбуждения. Прихожу в себя от ее сдавленного шепота: «ну все, Вик, все, отпускай меня, черт». Отпускаю. Не помню, когда сжал ее в объятиях. Ее глаза подернуты поволокой, может я и ошибаюсь, но готов спорить, что она возбуждена не меньше меня.

– Мы потом вернемся у этому… разговору… обязательно, – она торопливо выходит из комнаты и закрывает за собой дверь.

Заваливаюсь на кровати на спину, руки завожу за голову, гляжу в потолок, прихожу в себя. Жду, когда схлынет возбуждение и накатившая злость на Луну. Чего я собственно завелся? Всяко бывает в жизни. Живут люди с нелюбимыми мужьями или женами. И не расходятся. Никогда не понимал, но кто я такой, чтоб кого-то судить? В конце концов, ее жизненных обстоятельств я не знаю. А время оно само по местам все расставит.

Хотя, складывается у меня подозрение, что у этой семейки тайн и секретов хватает. За семнадцать-то лет и у обычных людей скелеты в шкафу появляются. А тут вампы. Их всего четверо, и живут в окружении, прямо скажем, не самом дружелюбном. Юп вон не просто так про кровь сегодня заговорил. Видать, поднакопилось у мужика. Но я и Сата понимаю. Сат разумен, Сат осторожен. Ведет семейство по пути мирного развития. Кто я такой, чтоб судить Сата?

Черт. Что ж нога-то так зудит и чешется? А, ну да. Я ж сам себе три инъекции вкатил, пусть и слабых, и потом Луна еще одну. У меня реген сейчас разогнался выше тройки. А в те времена, когда у меня была тройка в регенерации на мне рваные раны в считанные минуты зарастали. И даже отжиматься пока не буду. Пусть уже чертова конечность отрастет до нормы. Хватит с меня этих инъекций от Луны. Ни к чему хорошему они не приведут.

Видимо задремал, а проснулся от выскочившего сообщения: «регенерация успешно завершена, состояние тела – 100% целостности». Вот и чудно. Сто процентов целостности это хорошо. Можно переходить к «отжимным процедурам», только бы пожрать сначала. Тарелка овсянки, как прошлогодний снег – лишь в воспоминаниях, да и те поблекли и давно растаяли.

Выхожу в коридор без костылей. Ходить по дому в одном тапке считаю бессмысленным, а второго мне не выдали. Не хочу лишний раз выставлять себя шутом, ничего, полы здесь чистые как в операционной, можно и босиком походить. Зато так можно идти бесшумно. Полы не только чистые, но и нескрипучие. В доме тихо, пользуясь возможностью подкрадываюсь к двери второй спальни на втором этаже. Ничего не слышу. А, впрочем, что я могу услышать? Люди спят после ночной смены.

Спускаюсь вниз и подкрадываюсь к еще одной закрытой двери. Раньше я предположил, что там тоже спальня. А дверка-то закрыта неплотно. Заглядываю в щель. Двуспальная кровать. Из-под одеяла торчат две башки, рассыпав по подушкам кручено-макаронные дреды. Посапывают. Юп погрубее, Мерка – потоньше. Дрыхнут голубчики.

Простейший метод исключения не оставляет сомнений – Сат и Луна занимают вторую спальню наверху. Даже не скажу, что особо расстроился, и без того уже догадался, что Сат и Луна тоже – пара. Все. Тайный любовник – не мое амплуа. Если Луна с Сатом, то с Сатом. Предпочитаю играть в открытую, я не картежник, и вообще тяготею к командным видам спорта. Тема закрыта. Никаких больше инъекций.

Прохожу на кухню. Открываю холодильник. Забавный агрегат. Вместо электричества запитан неизвестной мне энергией. Но холодит исправно, и даже лампочка испускает синеватый магический свет. На полке нахожу сыр и колбасу. На столе имеется нарезанный хлеб. А еще недавно я думал, что на бутерброды смотреть не смогу. Нормально смотрю, после овсянки можно сказать, смотрю вполне одобрительно. Подкрепляться желательно основательно. Регенерация требует обильного питания.

Кипячу воду на магической плитке, завариваю чай. Жаль газеты нет никакой. Любопытно, что стало с миром за семнадцать-то лет. А, впрочем, вряд ли здесь в ходу газеты. Скорее новости передаются прямо через интерфейс. Надо будет у Луны спросить, как это у них работает. Может подписываться надо? Ну это потом. Допиваю чай, доедаю бутеры. Пора.

И опять при подъеме наверх сдыхаю на четвертой ступеньке. Коленки трясутся, поджилки дрожат. Развалина, да и только. Затаскиваю тушку свою дряхлую на второй этаж, добираюсь до комнаты, падаю на кровать. Пять минуток на отдых, а потом за работу. Кстати, Луна говорила про режим самоинъекции. Надо посмотреть.

Интерфейс… характеристики… особые способности… ага, режим самоинъекции… так, еще и описание есть. Куда деваться, почитаю инструкцию: «доступны инъекции: повышенная регенерация, повышенный метаболизм, повышенное сопротивление ядам… для усиления свойств инъекции можно задействовать эпену…». О сколько же открытий чудных сулит нам чтение инструкций нудных… м-да. И поэтично, и поучительно. Даже моя единичка эпены позволяет усилить инъекцию на двадцать процентов.

На всякий случай просматриваю более общую инфу по инъекциям: «…внимание, для предотвращения побочных эффектов при введении инъекции представителям иных рас…», – по фигу, представители иных рас пусть бреются вафельным полотенцем. Их побочные эффекты меня не волнуют. Вкатываю самоинъекцию. Ну вот. Совсем другое дело. Будто рюмочку намахнул: «Гарсон! Реген три раза на четвертый столик…»

Кстати, как быстро восстановится потраченная единичка эпены? Через пять минут? Тогда подожду… через пять минут, если не стеснять себя в пафосе, то назовем громко – «бар маны»… бар маны восстановился, то есть единица эпены снова в моем распоряжении. Вторая инъекция… еще пять минут, и третья. Ну что, Витя, поотжиматься не желаешь? А надо, мля…

Может выход за «свой предел» мне стал легче даваться, может Система, однажды поддавшись, стала сговорчивей… не знаю, но уже через полтора часа самоистязания с блаженным вдохом роняю со стуком голову на деревянный пол, читая вожделенный текст: «Внимание. Вы совершили чрезмерное усилие, задействован стрессовый режим регенерации, ресурс регенерации снизился до показателя 0,1 сроком на 5 часов. Выносливая сила + 1, Сила телесной крепости + 1, регенерация + 0,1, метаболизм + 0,1» Отлично. Можно отдохнуть.

Глава 5

На этот раз вырубился прямо на полу. Системный таймер показывает, что проспал около трех часов. Дело к вечеру, но еще заход на «холодный отжим» за сегодня сделать успею. Как там поживают мои характеристики?

Сила напряжения – 2 (25)

Взрывная (резкая) сила – 2 (25)

Выносливая сила – 4 (25)

Сила телесной крепости – 3 (25)

Эпена – 1

Свободных очков характеристик – 0

Способности: сопротивление ядам 0,3 (3), регенерация 0,5 (3), каменная кожа 0,2 (2), метаболизм 0,5 (4), усиление костной ткани 0,3 (3), сопротивление ментальному воздействию 0,2 (2).

Все отлично. Не знаю, сколько времени уйдет на то, чтобы догнать свои параметры до указанных в скобках значений, но, когда это случится, я… только не сглазь, Витя… на первом уровне буду иметь такие цифры, какие не каждый доберет к пятидесятому. Сами посудите: когда будучи молодым, здоровым и сильным парнем я впервые получил системные характеристики, они значились в пределах от 12 до 15.

Учитывая, что за каждый уровень в силу идет всего единичка, догнать до двадцати пяти все четыре показателя я смог бы как раз уровню к сорок пятому – пятидесятому. А теперь сравним соотношении прокачки: с первого уровня и с пятидесятого… да я просто имею колоссальную фору. Если бы не превратился в вампа, с таким заделом мне бы светил прямой путь в архидемоны. Что, впрочем, неважно, теперь мне светит прямой путь в какие-нибудь архи-вампы… только не сглазь, Витя…

Слышу, как хлопнула дверь, шаги в коридоре, голоса… надо сходить на разведку, посветить лицом, чтоб потом не отвлекали. Выхожу, сразу натыкаюсь на Луну. Она свежа, как хорошо отдохнувший… вамп.

– Вик. Мы в ночную. Хозяйничай, – Луна идет к лестнице, а мне приходит мысль, и мысль неприятная. Они все четверо работают, а я вроде как на иждивении…

– Подожди, Луна, – окликаю, – Я в порядке. Нога отросла. Не хочу в доме торчать.

– Вот и отлично, – в коридоре появляется Сат, мой разговор с Луной он явно слышал, – Пора осваивать азы профессии.

– Сат, – Луна косится на меня с сомнением, – Вик еще не окреп. Сегодня ему выходить не обязательно…

– Бросьте, – принимаю вид молодцеватый, – Крепче уже не стану. Сто процентов целостности. Мне бы только это… одежку какую…

Все-таки они классные ребята. Все четверо кинулись подбирать мне одежку. Сат и Юп повытаскивали чуть не весь свой гардероб. Поэтому все их вещи, что выглядят новыми или дорогими я старательно отбраковывал, ссылаясь на якобы «не мой фасон». В итоге выбрал старые крепкие штаны Юпа и ношеную ветровку Сата. Башмаки тоже выбрал разношенные. Сат пытался их отобрать, напирая, что этим башмакам на свалке давно прогулы ставят.

– Зато удобные, ногу не натирают, – аргументирую свой выбор, – Вот скажите, братцы, какая меня ждет работа? Явно ведь не связи с общественностью?

– Ну это как посмотреть, – хмыкает Юп, – Санитар на входе в каком-то смысле – визитная карточка приемного отделения.

– Вот видите, – не ведусь на юповский подкол, – Санитара ноги кормят. Так что, спасибо, Сат, лакированные штиблеты выпрошу у тебя, когда соберусь сводить девушку в ресторан.

На том порешили. Юп и Сат выделили мне еще по футболке, и кое-чего по мелочи, вроде трусов, носков. На этом гардеробную эпопею, к моему облегчению, закончили. Успели перед выходом попить чаю, и вот я выхожу в город по прошествии семнадцати лет.

Не скажу, что внешне город как-то кардинально изменился. Ну вывески всякие поналепили, в витринах подсветка магическая, старый асфальт частично поменян на булыжную мостовую, как явное указание на деградацию индустриального уклада. Ну еще вот фонарей понатыкали вдоль дорог монструозного вида, будто это не фонари, а прожекторы ПВО. Черт знает, может просто дизайн такой?

Народ все такой же разнорасовый. Снует деловито, кто пешком, кто на извозчике. Мы, кстати, пешком. Сат сказал, что больница недалеко, так что они всегда ходят пешком. А я подозреваю, ребята деньги экономят… оно может и недалеко, но я еле дошел. Помню вон у Куколки показатели и то были по семерочке, а у меня двойки гребаные. Я слабее любой девчонки… но дошел.

Больницу я вспомнил. Она и до апокалипсиса была больницей. Сат отвел меня в административное здание в отдел кадров, где какой-то хамоватый орк меня оформил. Вот некоторые вещи не меняет даже апокалипсис. Мелкий чин, умишко воробьиный, а туда же, раздуваясь от самодовольства, старательно выказывает свою власть, а Сат, умный интеллигентный… вамп… врач, между прочим, вынужден себя держать вежливо и предупредительно.

– Зачем ты привел сюда это мясо? – рявкнул орк, как только мы с Сатом вошли в кабинет, – Я уличными патрулями не заведую.

– Вы ошибаетесь, уважаемый, – Сат отвечает терпеливо, – Он «высший», вы же видите. Освобожден от патрулирования.

– Действительно, высший, – орк прочел мою системку, однако толерантности во взгляде не прибавилось, зато прибавилось подозрительности, презрительности и омерзительности, – Вы что там, клятая полунежить, научились клепать высших кровососов?

– Нет, не научились. Он прибыл из другого мира.

– А-а, – облегченно тянет орк, припоминая, – Это тот одноногий?

– Он самый.

– Ладно, – «смягчается» орк, типа одолжение делает, – Оформляю санитаром.

– Медбратом, – поправляет Сат в робкой попытке выбить мне должность получше.

– Ты мне указывать еще будешь, кровосос, – тут же вызверяется орк, – Санитаром нах!

«Вы приняты на должность санитара в городскую больницу во врачебную бригаду Сата» – оповещает меня система. Вот чо за нах? То демоны меня в свой взвод опередили… «воюй, сказал комбат, а что недострелили, так я невиноват…» Теперь орк-хамло меня в больницу на работу принял, даже согласия не спросил. И это при том, что Сат отмазал меня от какого-то патрулирования. Это что за патрулирование такое, если грязная санитарская работа гораздо предпочтительнее?

Не знаю, но выясню. Сат мне не отвечает. Идет насупленный, сопит в обе носопырки громко и недовольно. Еще бы, такой удар по утонченному докторскому самолюбию от орочье-чиновничьего быдла. Да и ладно, я и сам уже догадался, что «полунежить» – еще не самый обидный эпитет в отношении нашего брата вампа.

– Вот, Вик, – Сат меня привел, – Наше рабочее место. И сразу скажу, в саму больницу нам нельзя. Оштрафуют. Можем находиться только в пределах этого пристроя… а, – тут он припоминает и добавляет нехотя, – …еще можем в подвал спускаться. Там у нас морг.

– Морг? – переспросил я довольно громко, стоявшие в белых халатах Луна, Юп и Мерка разом ко мне обернулись, – А что покойнички… они разве в зомби больше… не того?

– Того. Еще как того, – Юп с удовольствием подключается к разговору, – Мотай на ус, Вик, первое, что ты делаешь для пациента – это пристегиваешь ремнями к каталке. Считай, золотое правило нашей техники безопасности.

– Жесть, – вырывается из меня, – А нафига такие сложности? Еще и морг…

– Ну мы должны предъявить… скажем так, тело… представителю страховой компании. А после передать родственникам, если таковые объявятся.

– На хрена родственникам зомбаки? – реалии современного медобслуживания откровенно поражают мое неподготовленное сознание.

– Эх, Вик. Всякое бывает. Поработаешь с нами, не такого насмотришься.

– Да хватит, Юп, жути нагонять, – пеняет ему Мерка и поясняет, – Обычно родственники просят, чтоб тело мы упокоили. В последней просьбе, сам понимаешь, отказать мы не можем. Родне отдаем как положено, вполне мертвенького.

– Как это мертвенького? – переспрашиваю ошарашенно, – Оно ж рассыпается… упокоенное тело…

– А на то у нас есть способность – свежевание, – снова встревает Юп, – Тебя ж на работу приняли? У тебя она должна открыться.

Открываю системку: «вам доступна новая способность – свежевание. Подтвердите обретение способности», – что характерно отказа система не приемлет. По всему видать, не умеющему «свежевать» санитару в больнице делать нечего. Подтверждаю, способность полезная, в жизни пригодится.

Луна мне выдала белый халат, который я тут же надел. Все мля. Я теперь заправский санитар. Готов ставить зомбакам уколы… желательно железным колом и проверять давление… желательно пудовым прессом. Но проходит час, пошел второй, а мы сидим рядком на кушеточке, провожая скучающими взглядами проходящих через приемный покой редких посетителей.

Один раз, правда, в приемное отделение затащили до невменяемости бухого хоббита извозчика, лягнутого в башку собственным ослом. Луна начала было делать ему перевязку, а Юп показывать, как тело крепится ремнями к каталке, но прибежал какой-то больничный врач, наорал на нас, что мы де пытаемся отжать его застрахованного пациента, и укатил хоббита в больничные глубины. Мы вернулись на кушеточку.

– Слушайте, ребята, – спрашиваю осторожно, – Вы не подумайте, я против такой непыльной работенки ничего против не имею…

– Не спеши с выводами, – откликается Юп, дреды его колышутся, как спелые колосья, – Скоро стемнеет, поверь скучно не будет.

– А что, наши пациенты болеют только в темное время суток? – задаю резонный вопрос.

– В точку, – подтверждает Юп, – Когда вылазят скрипуны, тогда и наши пациенты появляются.

– Юп, – Мерка толкает своего парня локтем в бок, – Объясни Вику нормально. Он ведь про скрипунов даже не слышал.

– Правда ваша, – подтверждаю, – Не слышал.

– Ну, скрипуны – неизбежное зло любого портового города… – начинает объяснять Юп.

– Пардон, – вежливо останавливаю Юпа, зачем-то перейдя на французский, – Не знал, что город перешел в разряд портовых. Это, типа, последствие глобального потепления?

– Это, типа, последствие наличия межмировых порталов, – отвечает Юп, – У нас тут транспортный хаб. Стационарные порталы коротко называют портами. И этих портов у нас пять штук. Поверь, через магические порты проходят такие объемы грузов, что нашим морским портам в привычном понимании и не снились.

– Зате-ейливо.

– А ты думал… половина городского населения работает в портах, вторая половина обслуживает тех, кто работает в портах.

– Ну а кто ж такие скрипуны? – задаю еще один резонный вопрос.

– Твари неживого хаоса. Вокруг портов постоянно появляются спонтанные «пробои» из параллельных пространств. Что-то вроде побочного эффекта. Вот из них скрипуны и лезут.

– И скрипуны эти опасны… – делаю предположение.

– Очень опасны, – Мерке тоже захотелось принять участие в моем просвещении, – Они не просто наносят раны, а еще запускают самые непредвиденные мутации.

– И что за мутации? Рога могут вырасти?

– Зря смеешься. И рога, и жабры, и копыта, но хуже другое… – Мерка явно не шутит, она предельно серьезна, – …мутация внутренних органов. Вот вчера, к примеру, у одного парня печень мутировала и превратилась в почку. Иметь лишнюю почку может и неплохо, но при этом не иметь ни одной печени – совсем нехорошо.

– Это верно, – хмыкает Юп, – Когда у тебя нет ни одной печени, лишняя почка радости не приносит.

– Э-э. И как это лечить?

– А вот тут мы подошли к главному. Магия исцеления здесь бессильна. Она не воспринимает мутировавший орган как болезнь. Подлечить почку она может, а вот превратить ее обратно в печень – фиг!

С моих губ готов был сорваться очередной резонный вопрос, но тут притащили пациента, резко стало не до разговоров. Бедолагу уложили на каталку. Юп и Мерка умело и привычно фиксируют его ремнями. Я пока не лезу, просто смотрю. Собственно, ничего сложного. Затянуть ремнями ноги, руки, голову… так я тоже смогу.

– Рваная рана от плеча до локтя правой руки, – проговаривает Сат по ходу осмотра, Луна делает пометку в ЛПО, то бишь в листе первичного осмотра, – Срезайте одежду.

Юп кинулся было за ножницами, но Сат его останавливает:

– Это задача Вика, – говорит он и смотрит на меня льдистым своим хирургическим взглядом.

«Для Вика, так для Вика, – думаю, – не зря я упражнялся со своим лазерным резаком». Выставляю от ногтя указательного пальца сантиметровое лезвие и в несколько движений срезаю рукав довольно плотной кожаной куртки. Сат недовольно хмурится, видимо, считает мои действия недостаточно умелыми. Зато сам я от себя тихо офигеваю. Толстую куртку портового грузчика мой резак раскроил как бумажку… движением пальца… без усилий… это ж просто круть!

– Наблюдаю скоротечные мутации кожного покрова и мышечных тканей в области ранения, – продолжает Сат осмотр теперь уже голой руки, – Что явно указывает, рана нанесена скрипуном.

Луна с непроницаемым видом делает пометки в ЛПО, а у меня глаза лезут из орбит. Кожа вокруг раны прям на глазах превращается в какую-то роговую крокодилью шкуру. Из оголенной мышцы словно бамбук ползут какие-то отростки, закручиваясь в колечки и спирали. Мне даже подумать страшно, во что превратится эта рука через несколько минут.

– Юп, анестезия… давай сразу универсальную, – командует Сат.

Я думал, Юп сейчас куснет пациента своим клыком, но он лишь загоняет ему в вену иглу с гибкой трубкой, а конец трубки надевает себе на клык. Соглашаюсь, так эстетичней, да и удобней. Кровь по трубке поднимается вверх до клыка Юпа, навстречу кровяному току из клыка вниз устремляется светлая жидкость, видимо та самая анестезия.

Жидкость смешивается с кровью, а затем эта смесь будто под давлением закачивается в тело пациента. Юп сдергивает трубку с клыка, несколько капель оставшейся в ней крови брызгают ему на подбородок, отчего Юп становится похож на «настоящего» вампира.

– Мерка, диагностируй, – Сат отдает следующее распоряжение.

Мерка вставляет свой клык в эту же трубку. И снова кровь поднимается вверх пока не достигает ее клыка. Мерка будто пробует кровь на вкус, а может так оно и есть.

– Квартерон. Три четверти – орк, одна четверть – гном, – отчитывается Мерка, из-за надетой на клык трубки голос ее слегка шепелявит, – Группа крови два-джей-четыре-сигма-положительная.

– Готовь антимутаген, – Сат кивает удовлетворенно.

И опять из клыка в трубку проливается жидкость, смешивается с кровью и уходит в тело.

– Наблюдаю снижение мутагенной активности, – говорит Сат, – Что с ритмами?

– Остановка правого сердца, – это уже Луна, – Левое сердце сто восемьдесят.

– Штатно, – кивает Сат, – Но куб адреналина можно…

Теперь «переходящую» трубку надевает Луна. Процедура повторяется.

– И сразу реген ему, – добавляет Сат, – Может удастся обойтись без ампутации, хотя… слишком много тут у него понаросло…

А у пациента действительно «понаросло», без содрогания на его руку смотреть невозможно.

– Может попробуем посрезать? – предлагает Юп.

– Да куда там… потеря крови слишком… а, впрочем, попробуем… Луна, метаболик третий ему, Вик будет резать.

– Вик? – Четыре пары глаз, одна из этих пар моя, таращатся на Сата.

– Ну а что? – спокойно отвечает Сат, – Не сложнее, чем куртку срезать. Мы подскажем. Рано или поздно молодому человеку надо осваиваться.

Ага. Молодой человек – это типа я. Да по фигу. Крови я не боюсь. Порежу, чего там. В край, если напортачу, парню так и так руку ампутируют. Снова активирую резак.

– Срезай сразу с корнем, – Сат ободряюще подмигивает, – Задача простая, должна остаться только «чистая» кожа и мышечная ткань.

Это жесть, конечно, резать по живому, но я режу. Сначала всю ороговевшую кожу.

– Края прижигать не забывай, – прикрикивает на меня Сат.

Да ну в жопу. Я автоген что ли? Но все-таки пробую. Перенастраиваю резак на пучок, пробую… мля, получается, присушенная кожа тут же перестает кровить.

– Хорошо, Вик, теперь мышцу.

Куда мне деваться, принимаюсь за мышцу. Тут все сложнее. Отличить «чистую» мышечную ткань от мутировавшей сразу не получается, но Сат терпеливо подсказывает. Справляюсь и мышцей.

– Отлично, – Сат любуется моей работой, но загордиться собой не успеваю, – Лазерный резак – вещь, ну а ты, Вик, не переживай. Научишься со временем…

Вот жеж Сат… добрый вамп. Мог бы и меня похвалить.

– Все. Заканчиваем, – Сат без всяких трубок вытягивает пальцами прямо из своего клыка что-то вроде паучьей нити, продевает в иглу и начинает шить.

Ну круто, конечно. Нафига на нитку тратиться с такой способностью. Сат штопает ловко, умело. Пять минут и страшная рана стянута широкими, но частыми стяжками. При чем чудо-нитка, извлеченная из Сатова клыка прямо на глазах растягивается в пленочку. Еще минута, и вместо шва – сплошная заплата. Рана полностью закрыта.

– Оформляй, – бросает Луне Сат, – Повезло парню. Руку сохранили, денег ему сэкономили. М-да. Только вот вряд ли он оценит нашу заботу…

Глава 6

Дальше пациенты повалили один за другим. Мой круг обязанностей очертился: принимаю, кладу на каталку, фиксирую ремнями, срезаю лишнюю одежду. А, да, еще Луна настроила мне право на просмотр личных данных на наличие страховки. Если пациент застрахован, я жму на кнопку, за ним приходят две гоблинские медсестренки, и укатывают в больницу. Если страховки нет, пациент – наш клиент.

Иногда Сат доверяет мне «чего-нибудь порезать». Правда, когда в очередной раз я как-то не так «порезал» мутировавший кишечник, Сат обозвал меня крабом криворуком и долго ругался. Не, я тоже Сата понимаю. Мало того, что работа напряженная, так еще вонь с той кишки была такая, что глаза резало. В общем, моя карьера хирурга закатилась сразу после резкого взлета. Из хирургов пришлось в одночасье переквалифицироваться в полотеры. Потому как последствия неудачного разреза пришлось устранять тоже мне.

Ближе к утру мы начали зашиваться, и у меня добавилась еще одна обязанность – не дать клиен… пардон, пациенту сдохнуть, до того, как дойдет его очередь. Моя единичка эпены позволяла раз в пять минут вводить только одну вакцину из двух имеющихся: либо регенерацию, либо метаболик. И я вводил на свое усмотрение, ребята были слишком заняты.

Я рассудил так: если пациент потерял много крови, то регенерация ему важнее, а если сильно повреждены внутренние органы, то метаболик поддержит жизнедеятельность на уровне химических и биологических процессов. Чуть позже, когда озвучил Сату свой терапевтический подход, Сат его одобрил, но посоветовал чередовать обе вакцины. Ну я и так чередую. Тоже научился втыкать в вену иглу с трубкой. Пять минут – прыскаю реген, еще пять минут – прыскаю мет. Ничо сложного.

В целом, работа, конечно, каторжная, зато время пролетает незаметно. Один только гном, поганец, нам сильно кровь попортил. Вернее, гномов было двое, потому что один притащил другого. Обычно нам просто спихивали пациента, а этот гном был толи родственником, толи корешом пострадавшего. Уходить он не собирался, решив проконтролировать, как будут лечить его друга, и постоянно мешался.

Лично я вытолкать этого доброхота не смог и вынужден был терпеть, как он дышит на меня смесью чеснока и перегара и лезет с дурными советами. Мало того, когда за потерпевшего взялись Сат с ребятами, гном и здесь не отходил. Чего-то требовал, стращал и ругался.

– Так, – Сат посмотрел на него строго, – Присутствовать при операции, а тем более выдвигать требования могут только плательщики. Вы подтверждаете готовность оплатить лечение вашего товарища?

Пьяный гном икнул и быстренько из приемного покоя сдриснул. А Сат молодец, ловко от гнома отделался. Надо будет взять на заметку, гномы – редкие жадюги. Второй гном, который покалеченный, имел серьезную травму головы. Половина его башки стремительно мутировала в какую-то звериную морду с вытянутой пастью. Даже смотреть жутко.

Сат и ребята потратили на него много сил и времени, буквально вытащили с того света. Ему даже черепную кость нарастили, а это требует вливания огромного количества силы. Но как только этот гаденыш очнулся, устроил скандал, заявил, что лечили его плохо, бездарно… вообще не лечили, а теперь деньги вымогают. Одним словом, редкостная гнида.

Сату пришлось вызывать дежурного представителя страховой компании, чтоб тот подтвердил факт проведенной операции. Представитель неожиданно занял сторону гнома. И в итоге тот свалил, не подписав никаких бумаг, умудрился отбрехаться и не дать доступ к собственным системным логам, хотя мы имели на этот доступ полное право. Даже спасибо не сказал. Остаток смены отрабатывали с тягостным осадком на душе.

– Вот как тут быть? – бледный от злости Сат задал риторический вопрос никому конкретно не адресованный, – Мы пашем в условиях полевого госпиталя. Делаем почти невозможное. А потом эти… эти… слов нет…

А я этого гнома запомнил, и имя, и адрес, и место работы. Гном все это указал, когда заполнял претензию по «факту оказания медицинских услуг ненадлежащего качества». Я пообещал сам себе, что паскудыш заплатит. Ребятам, правда, ничего не сказал. Не надо им знать о моих планах, сто пудов – не одобрят.

Когда небо начало светлеть наплыв пациентов пошел на убыль, а с приходом утра и вовсе иссяк.

– Ну что, Вик, – обратился ко мне Юп, когда мы расселись рядком на кушеточке со стаканчиками кофе в руках, – Сбежать от нас еще не появилось желания?

– Брось, Юп, – говорю, – Вы делаете большое дело. А уродов хватало во все времена. Если зацикливаться на каждом уроде, никакое дело с места не сдвинешь.

– Золотые слова, – вдруг гаркнул Юп на все приемное отделение, и все заулыбались, даже мрачный Сат хмыкнул.

– А ты, Вик, удачу носишь, – вдруг сказала Луна своим глубоким голосом, – Сегодня не потеряли ни одного пациента. Такие «сухие» дежурства нечасто выпадают.

– Тогда это стоит отметить, – Сат допил свой кофе и поднялся с кушетки, – Господа! Дежурство окончено. Предлагаю пропустить по рюмочке.

– Ну если сам Сат это предлага-ает… – протянул Юп.

Мы сняли свои халаты, что вечером были белыми, а к утру стали не красными даже, какими-то бурыми, и пошли по тихой утренней улочке, заполненной птичьей трелью и терпким тополиным запахом. Юп мне нашептал по секрету, что хозяин кафешки, в которую мы направляемся, знавал Сата еще до «апокалича», очень хорошо к нему относится и делает приличную скидку.

Кафешка оказалась маленькая, уютная и, как бы это сказать, очень человеческая. Видимо потому, что хозяин ее оказался человеком… во всех смыслах. Сата он уважительно называл Сатурн Генрихович, самолично застелил свежую скатерть, самолично принял заказ и самолично принес нам еду и выпивку.

Я почувствовал, что косею, уже после второй рюмки, а потому решил на алкоголь не налегать. Все ж таки способности мои не те, что прежде. А Сат с Юпом намахивают только так, чувствуется докторская закалка. Луна с Меркой, кстати, тоже не особо от них отстают. Видно, что все они устали не только физически, душевно тоже. Теперь вот, снимают стресс старым как мир способом.

Луна сидит ровно напротив меня и нет-нет да останавливает на мне взгляд своих бездонных глаз. И от ее взглядов мне становится неспокойно как-то. Ну зачем она? Ведь я уже дал себе слово, что отбивать ее у Сата не буду. Мы семья, а Луна мне что-то вроде двоюродной сестренки. И все на этом. Чтоб отвлечься завожу разговор на тему скрипунов.

– Слушайте, ребята, – говорю, – Я так понял, что эти скрипуны по ночам лезут из всех щелей. А дома или вот в приемном покое тоже могут вылезти?

– Что по ночам, это верно, – отвечать мне вдруг взялся сам Сат, – От солнечного света они загибаются почти мгновенно…

– Как вампиры… – встрял Юп и демонстративно вытянул свои клыки.

– Да. Как вампиры, – с усмешкой подтвердил Сат, – Но во всех домах стоят сторожевые амулеты. Ни к нам домой, ни в больницу они не сунутся. По дорогам, которые освещены магическими фонарями, тоже можешь ходить безбоязненно.

Ага. Понимаю. Те монструозные фонари вовсе не прожектора ПВО, а защита от скрипунов.

– А почему тогда столько пострадавших? – спрашиваю.

– Дураков всегда хватает, – это уже снова Юп, – Бухнет в баре, захочет отлить по дороге домой, зайдет в кустики, куда фонарь не добивает и… вуаля… лови встречу со скрипуном.

– Вон как, – киваю и беру на заметку. Ходить по ночам надо со всей предосторожностью.

– А почему их так называют?

– Их появление сопровождается звуком похожим на скрип. Так что, пропиши себе на подкорке: скрип услышал, делай ноги.

Сат с Юпом заказали еще графинчик водки, а я присоединился к Луне и Мерке, которые попросили чаю. Но меня и от чая разморило, да и ребята, по-моему, тоже носами клюют. Сат расплатился за всех, и мы отправились домой.

Дома Мерка взялась поить чаем поднабравшегося Юпа, а я пошел в свою комнату. Сат и Луна тоже пошли в свою спальню. Поймал себя на мысли, что мне прям не терпится посмотреть, – у них одна кровать на двоих, или они спят порознь. Осадил себя, сделал внушение, что это не мое дело и торопливо, чтоб себя не искушать первым зашел в свою комнату.

Сил хватило только на то, чтобы скинуть с себя куртку, ботинки снял еще в прихожей на первом этаже, и завалился на кровать. Проспал до вечера. Дневной зной спал. В открытое окно колыша занавески ветерок задувает вечернюю прохладу. Тихо, даже умиротворенно. Так бы и валялся, вставать совершенно не хочется, но звон посуды с первого этажа напоминает о еде. Мысль о еде заставляет осознать, что я опять голоден.

Ничего, пять минут потерплю. Сначала хочу взглянуть на свои показатели. Во время дежурства система выдавала оповещения, которые я не читал, было некогда. Теперь можно… даже нужно.

Уровень 3

Специализация – трансформация плотного тела в энергию (активируемая способность, расход на поддержание энергетического тела 1 эпена в секунду)

Сила напряжения – 3 (25)

Взрывная (резкая) сила – 2 (25)

Выносливая сила – 4 (25)

Сила телесной крепости – 3 (25)

Эпена – 1 (2)

Свободных очков характеристик – 2

Способности: сопротивление ядам 0,3 (3), регенерация 0,7 (3), каменная кожа 0,2 (2), метаболизм 0,7 (4), усиление костной ткани 0,3 (3), сопротивление ментальному воздействию 0,2 (2), диагностика крови 1.

Особые способности: клыки вампа, лазерный резак

Свободных очков способностей – 2

А неслабый такой прогресс за ночь дежурства. И опыта подкинули, аж два уровня взял… и характеристики поднялись на единичку, все кроме резкой силы. Что в общем понятно, резких движений я старался не делать. Регенерация и метаболизм поднялись до ноля семи, что тоже объяснимо, я этих вакцин за ночь вкачал пациентам бесчисленно. Эпена осталась на единичке, но зато появилась двойка в скобочках, что означает, видимо, потенциал развития.

А, да, еще появилась «диагностика крови». Юп говорил, для нас эта способность естественно присуща, как часть способности «клык вампа», что она прокачивается легче всего, даже без вложения очков способностей. Вот и ладно, пусть и дальше «сама прокачивается». При всем уважении к ребятам, я себя доктором ну никак не вижу. Со временем придется им об этом сказать, но не сейчас. Сначала восстановлю свои старые параметры, а потом уже и буду принимать решения и делать заявления.

А пока однозначно только одно, пока не подниму все показатели до значений в скобках, свободные очки трогать не буду. Пусть копятся. Свое добро карман не жмет. Все, можно идти вниз. Спускаюсь в столовую и вижу только стоящую у плиты Луну.

– А где все?

– Ушли по делам, – отвечает Луна, – Мы часто берем подработку на стороне. Садись, Вик. Буду тебя кормить.

Она ставит передо мной тарелку плова и пока наливает чай, плов я успеваю умять. Луна забирает пустую тарелку, не сдерживая улыбки.

– Вик, мне страшно подумать, в каких переделках ты успел побывать за свою жизнь.

– Та… ничо особенного, – пожимаю плечом и кривлю щеку.

– Прибедняешься, – констатирует Луна и улыбается, – У тебя такой взгляд…

– Какой?

– Ну, будто ты видел нечто за гранью… не знаю, как объяснить…

– Может и видел. Только ничего такого за той гранью нет, – не люблю говорить о себе, но именно рядом с Луной мне почему-то хочется выговориться, – Понимаешь, меня занесло по моей же дурости в мир с отрицательной духовностью. Очень тяжелый мир… но я выбрался, повезло… а потом еще раз повезло, меня нашел Аристарх и заплатил за мое вызволение.

– А как ты познакомился с Аристархом? Если, конечно, это не секрет…

– Секрет, – говорю с улыбкой, – Но с тобой я им поделюсь.

– Рот на замок, – Луна проводит щепоткой перед своими губами, будто застегивает молнию, – Никому не расскажу.

– Тот «очень странный демон», что поделился с Лией своей кровью – я.

– Демон? – Луна ошарашена, – Ты раньше был демоном?

– Был, – отвечаю просто, – Но сначала был человеком.

– То есть, это уже вторая твоя трансформация?

– Ну да, – рассказывать, что я побывал еще и зомбаком не имею ни малейшего желания, впрочем, тот период я практически не помню.

– Потрясающе. Фактически ты стоял у истоков нашей расы!

– Ну, если быть до конца честным, я там не стоял… валялся, прислоненный к стеночке.

– Опять прибедняешься, – Луна смотрит на меня без осуждения, просто озвучивает наблюдение, – Посуди сам, Вик, в каждом из нас частичка твоей крови.

Мне неловко слушать про «истоки расы» и «частички крови», на деле я просто подвернулся Аристарху, как подходящий донор, не больше.

– А ты, Луна. Как ты стала вампом? – перевожу тему разговора.

– У меня все очень тривиально. Аристарх пришел в больницу в поисках лекарства для своей Лии. Он искал Сата, но сперва встретил меня… он говорил, что на Лию я похожа…

– Ты вправду на нее похожа. Черные волосы, молочно-белая кожа и космический взгляд. Воплощение галактики, ты похожа на млечный путь.

– Спасибо. Мне давно не говорили комплиментов.

– Я просто озвучил наблюдение, как доктор доктору.

– Пусть так, но я не была врачом.

– Да?

– Я была пациенткой Сата. И моя болезнь была неизлечима.

– Но ты должна была стать «игроком».

– А я и стала. В моем интерфейсе постоянно горела иконка вечного дебафа, неизбывного проклятия. Я не смогла исцелиться даже с приходом системы. Все мои характеристики были порезаны на восемьдесят процентов.

– Жесть.

– Вот именно. И когда Аристарх предложил мне трансформацию как способ избавиться от проклятия, я согласилась.

– Вот как. А остальные?

– Сат был главой отделения гематологии и моим лечащим врачом. Я к тому времени пролежала в больнице больше полугода. Сама не заметила, как у нас завязались… отношения. Он, кстати, присутствовал при моем обращении. Помочь Аристарху он ничем не смог, но попросил, чтоб тот обратил и его тоже…

– То есть Сат пошел на это ради любви к тебе?

– Получается так, – Луна вдруг понизила голос и опустила взгляд, будто в произошедшем чувствует себя виноватой, – Когда наша больница стала «поселением», он имел очень высокую репутацию, фактически был правой рукой коменданта. А сейчас… сам видишь.

– Думаешь, он жалеет, что стал вампом?

– Думаю, он никогда в этом не признается.

– Ну да, ну да. Сат – мужик, – киваю согласно, – А Мерка и Юп?

– Эти двое пошли на трансформацию вполне осознанно. С приходом системы они не получили целительских способностей, хотя работали врачами в отделении у Сата и вне медицины себя не мыслили. Зато теперь Юп – потрясающий реаниматолог и анестезиолог, Мерка не имеет равных в диагностике.

– Это да. Это я и сам понял, что Юп прирожденный ре… экхм… аниматор, – мне захотелось поднять Луне немного настроение.

– Шутишь, – Луна не удержалась, улыбнулась, – Только пожалуйста, не вздумай при Юпе такое ляпнуть. Ре-анимато-лог!

– Понял, понял… постараюсь не спутать.

Луна замолчала, уставившись в свою кружку с чаем. Вон как получается. Она ведь не сказала, что Сата полюбила… она сказала, что у них завязались отношения. А это может означать что угодно помимо любви. Благодарность, привязанность к врачу от которого зависела ее жизнь… а потом еще и чувство вины… Луна явно чувствует за собой вину, если бы Сат остался человеком, сейчас не терпел бы все эти унижения…

– О чем ты задумался, Вик?

– Я? Да так… слушай, а почему у вас у всех такие «планетарные» имена? Они что-то значат?

– Нет. Нет, Вик. Ничего они не значат, – Луна снова улыбнулась только уже совсем невесело, – Сата именно так и зовут – Сатурн, так родители назвали. Ну а мы уже за компанию… Луна, Юпитер, Меркурий… тогда нам это казалось… правомерным что ли… чуть не демиургами себя считали, думали, будем создавать новую расу. Увы, для расы нас слишком мало. Скорее нежизнеспособная боковая ветвь, неудачная мутация…

– И что за упаднический настрой? – раздается с порога голос Юпа.

Ни я, ни Луна не заметили, как вернулись ребята, а они уже проходят к столу.

– Луна, ставь чай, – требует Юп, потирая ладошки, – На смене один кофеин хлебаем…

Глава 7

Вторая моя ночная смена в приемном отделении началась с потери пациента. К нам привезли мелкого гоблина с раскуроченной грудной клеткой. Бедолага имел уже не зеленоватый цвет кожи, как положено, а какой-то серый. И без того мелкие птичьи черты лица его заострились еще сильнее. Дыхание очень поверхностное и частое. Зрачки не просто расширены, подернуты мутной пеленой.

– Мы ничем уже не поможем, – Сат покачал головой, и посмотрел на меня своим жестким взглядом, – Давай, Вик. Укол в сердце. Вот сюда, видишь? В этот желудочек. Он умрет мгновенно… безболезненно. Это твоя работа, Вик.

Вот чо Сат меня «лечит»? Думает, мне трудно добить умирающего гоблина? Подхожу к телу, вытягиваю свой резак в тонкую иглу и… понимаю, что убить беззащитного мелкого парня действительно не просто. Это не то, что в бою. Паренька мне жаль.

– Точно не поможем?

– Вик, Сат не ошибается, – говорит Юп, – Это будет акт милосердия. Только не забудь активировать «свежевателя». Зомби нам тут ни к чему.

Киваю. У мелкого гоблина под развороченными ребрами хорошо видно едва бьющееся маленькое сердце. Я уже научился видеть признаки скоротечной мутации. Он не жилец. Его сердце стремительно превращается в какой-то другой орган. Может тоже в почку… да хоть в мозг… как разница?

Набираюсь решимости и делаю укол в сердце, в тот самый желудочек, указанный Сатом. Он тут же затихает, будто успокаивается, даже болезненная гримаска на лице разглаживается.

– Вот и все. Отмучился, – Мерка с головой накрывает гоблина застиранной серой простынкой.

Мне приходит сообщение о получении опыта, которому я впервые в жизни не рад.

– Юп, – говорит Сат, – Помоги Вику оттолкать каталку в морг, заодно дорогу покажешь.

– Я и сам справлюсь.

– Да где ты справишься, а хотя… Вик, смотрю ты взял два уровня… куда вложился?

Вот же ж Сат, внимательный сукин сын, все подмечает.

– Поднял силовые характеристики, – отвечаю, фактически не соврав.

– Мы ведь это уже обсуждали, – Сат мною недоволен, – Ты не грузчик, и твоему резаку для хирургии сила не нужна. Вкладывай все в эпену. Вик, я серьезно…

Не, я Сата прекрасно понимаю. Он предельно прагматичен. Довести мои силовые показатели с двоек хотя бы до десяток – значит вложить восемь-ю-четыре-равно тридцать два уровня. Луна, Юп и Мерка за семнадцать лет даже до сорокового недотянули. А Сат ждет, что я начну вкладываться именно в эпену, без нее хирурга из меня выйдет. Вот что мне делать? И врать не хочется, и раскрываться раньше времени тоже. Но тут мою сторону принимает Юп.

– Вика тоже можно понять, – говорит он, – Как жить мужику с двойками в показателях? Пусть уж хоть до пятерочек доведет. Двенадцать уровней возьмет быстро.

– Да что ж я разве указываю Вику? – Сат недовольно хмурится, – Его дело. Пусть сам решает.

От меня отстали, вот и ладно. Хотя, подозреваю, ненадолго. Сат въедливый… в хорошем смысле, всегда гнет свою линию. Но надеюсь, хотя бы уровня до двенадцатого на мозги мне капать не будет. Я оттираю Юпа от каталки, мол дорогу показывай, сам покачу. Уж тело мелкого гоблина мне транспортировать по силам.

До морга мы двинули по переходу, из больницы выходить не пришлось. Длинный коридор, постепенно снижающийся до уровня минус первого этажа по типу пандуса. Так что докатил без проблем. А вот перевалить тело с каталки на металлический стол сам не смог, Юп мне помогал. Задрала моя беспомощность, надо срочно поднимать характеристики.

На обратном пути Юп взялся объяснять мне принципы хозрасчета нашей медицинской бригады.

– Понимаешь, Вик, пациент платит сто монет, – рассказывает он, – Пятьдесят забирает больница, еще тридцать забирает профсоюз…

– Это который «Гвоздь»?

– Он самый. Нам с операции всего двадцать монет остается. На пятерых, Вик! А самое хреновое знаешь, что?

– Пока нет.

– Если пациент скончался, денег нам не платят, а вот мы все равно должны выплатить больнице двадцать пять монет. Типа за пользование инфраструктурой. Вот так вот. Считай, каждая смерть – наш чистый убыток. Вот такая экономика…

– Эксплуатация какая-то… а кровососами они почему-то нас называют.

– Вот именно.

– А тот гном вчерашний, который от платы отбоярился… получается тоже наш чистый убыток?

– А как же, – подтверждает Юп, – Двадцать пять монет больница с нас вычтет… если не больше. Тот гном ведь еще и жалобу накатал. Запросто можем на штраф попасть.

– Я чет не понял. Профсоюз же вроде должен за наши права бороться? Или он только деньги отжимает?

– Так в том и дело, Вик. Если б не профсоюз, нам бы вообще работать не разрешили.

– Херня какая-то. Реально вас… то есть нас тут за негров держат… слушай, Юп, а это что за дверь?

– Раньше был тренажерный зал… вернее, зал и сейчас тут есть, только теперь он нафиг никому не нужен.

– Юп, я гляну, а? Там открыто?

– Не знаю. Может и открыто. На черта его запирать.

Тяну за ручку, действительно не заперто. Заглядываю и сразу понимаю, то что нужно. Тренажеры на любые группы мышц, все, что душе угодно.

– Ты чего довольный такой, Вик? – Юп смотрит на меня со снисхождением, – Многие пробовали поднять силовые показатели через упражнения, ни у кого не вышло. Системное ограничение. Это я тебе как доктор говорю.

– Мой случай особый, – осторожно возражаю, – Я слетел до двоек, когда загремел в мир с отрицательной духовностью. Вдруг удастся вернуть хотя бы часть прежних показателей.

Не то что я не доверяю Юпу, скорее просто боюсь сглазить, а потому про цифры в «скобочках» опять умалчиваю.

– Ну что ж, попробуй, – говорит Юп, – Вдруг да получится… – тут ему приходит какая-то мысль, и он резко вдохновляется, – А действительно, вдруг получится! Это же будет прецедент! Можно будет диссертацию написать.

У-у-у. Эвон куда Юпа занесло – диссертацию. Нафиг, нафиг. Мне слава не нужна. Теперь уже точно рассказывать никому ничего не буду.

Мы возвращаемся в приемный покой, где меня уже ждет мой «клиент»: креплю тело ремнями к каталке, проверяю наличие страховки, срезаю лишнюю одежду, вкатываю «кубик» регена. Эту работу я выучил на отлично.

Ближе к утру мы опять начали зашиваться. Сат снова решился меня привлечь в качестве «недохирурга». Но сегодня я не лажаю. Не туплю. Режу как надо. Своим резаком владею все лучше, даст бог, скоро так наловчусь, комарам на лету буду жало подтачивать. В общем, ночь прошла штатно, хотя и не без нервов.

Сперва «потеряли» еще одного пациента, и мне пришлось делать еще одну ходку до морга под недовольный бубнеж сопровождающего Юпа. А потом к нам притаращилось очередное пьяное хамло. Здоровенный мужичина потный, вонючий с брезгливой харей, начал наезжать, едва войдя в приемный покой.

– Слышь ты, кровососик, – это он мне, – Сюда подошел…

Что мне делать, я подошел.

– Штанину мне закатай, упырь, – мурло указывает пальцем на окровавленную штанину, – Ну чо вылупился. Суетись.

Паскудник уселся на нашу кушетку и вытянул ногу в грязном башмаке, видимо, облегчая мне доступ «к штанине». Сат увидел в моих глазах что-то нехорошее и предупреждающе покачал головой, мол не ведись, Вик, мол он специально провоцирует. Ну я и не ведусь. Смотрю этому уроду на кончик носа и представляю мысленно, как буду срезать ему лазерным резаком сначала левую ноздрю, потом правую…

Мудак вперился в меня своим налитым глазом, видит, что я не кидаюсь выполнять его требования, скинулся в зверя. Заорал так, что волосы на теле встопорщились. Голосистый, сука. А я стою себе, на переносицу его смотрю, прикидываю мысленно, как переведу свой резак в режим тонкой иглы и проткну ему глазное яблоко… и отверстие прижгу, чтоб глаз через отверстие вытекал медленно-медленно… животное совсем взбеленилось и переключилось на Луну.

– Слышь ты, кровососка, щас сосать будешь, поняла? Быстро сюда подошла, – рявкает так, что уши закладывает, – Вы тут все мне будете…

После того, как он начал оскорблять Луну, планка моя с грохотом упала на бетонный пол. Тут бы мне и пришел конец, этот гондон меня бы в грязь втоптал и не вспотел, но ситуацию снова спас Сат. Сцедил в шприц из своего клыка дозу убойной анестезии, подошел сбоку и воткнул в шею. Гнида тут же отключилась.

– На каталку его, – спокойно приказывает Сат.

Кладем тело на каталку. Я с особым удовольствием креплю ремни и мстительно взрезаю его штанину до самого паха, заманается зашивать обратно. Сат осматривает его ногу.

– Мутации нет, – сообщает Сат, – Пьяный урод просто где-то поранил ногу.

– Я бы все-таки ампутировал, – вношу кровожадное предложение, но все смотрят на меня с осуждением.

– Вик, мы давали клятву Гиппократа.

– А гиппопотаму вы клятву не давали? – огрызаюсь, хотя понимаю, что сам неправ.

– Не говори ерунду, Вик, – морщится Сат, – Вколи ему реген и выкатывай на выписку. Не наш пациент…

Пациент может и не наш, но настроение испоганил. Реген я ему вколол и на выписку откатил, а еще глянул наличие страховки. Не, мне по фигу, есть ли у него страховка, я его персональные данные считал. Имя, адрес, место работы. У меня походу начинает оформляться список личных врагов. Гном – первый, этот – второй.

И кстати, далеко не все наши пациенты бухие. Их, конечно, достаточно, хватает и тех, что под наркотой. У меня диагностика крови поднялась до второго ранга, я теперь наличие в крови препаратов влет определяю. Но добрая треть поступивших оказывается в трезвом уме и твердой памяти.

– Слушай, Юп, – спрашиваю ближе к утру, когда поток пострадавших от скрипунов сошел на нет, – Ты говорил, горожане нарываются по пьяной глупости. Но ведь и трезвых хватает…

Юп пожимает плечами:

– Так среди трезвых тоже дураков достаточно. Не забивай себе голову.

– Не только в дурости дело, – возражает Луна, – Бывает, перегорают отпугивающие светильники. Бывает, защитные артефакты из строя выходят.

– Вот именно, – Мерка решила проявить женскую солидарность, – у тебя, Юп, кругом одни дураки. Один ты умный.

– Э, девочки. Давайте без наездов, – Юп примирительно выставляет ладони, – Я так-то по ночам по городу не шляюсь. Работаю, знаете ли, по ночам.

По окончании смены мы уже ни в какую кафешку не пошли, сразу отправились домой. Оно и верно. После того как Юп просветил меня об уровне наших заработков, сам понимаю, на кафешки мы ни разу не зарабатываем. А еще, оказывается, ребята за дом платят пятьсот монет в месяц. Короче, после апокалипсиса врачи лучше жить не стали. Живут от зарплаты до зарплаты… хотя, я не знаю, как зарабатывают другие больничные целители. Может это только нашего брата вампа так притесняют.

Дома мы попили чай и разбрелись по своим комнатам отсыпаться. Прежде чем провалиться в сон, открываю свои характеристики:

Уровень 5

Снова взял два уровня. Отлично, хотя и предсказуемо. Вчера мне до четвертого совсем немного оставалось. Теперь же едва перевалил за пятый. Завтра хорошо если возьму хотя бы один.

Специализация – трансформация плотного тела в энергию (активируемая способность, расход на поддержание энергетического тела 1 эпена в секунду)

Что за трансформация в энергию, пока загадка для меня. Не потому что я такой нелюбопытный. Спецуха моя пока не активна, система ругается и требует более высоких силовых показателей… будто от перехода «в энергию» я могу надорваться.

Сила напряжения – 4 (25)

Взрывная (резкая) сила – 3 (25)

Выносливая сила – 6 (25)

Сила телесной крепости – 4 (25)

Эпена – 1 (2)

Свободных очков характеристик – 4

А прогресс неплохой, сегодня даже «резкая сила» прокачалась. Выносливость вообще на две единицы поднялась. Так держать, Витя. Еще бы эпену подтянуть, чтоб Сат ко мне с ее прокачкой не приставал.

Способности: сопротивление ядам 0,4 (3), регенерация 1 (3), каменная кожа 0,4 (2), метаболизм 1 (4), усиление костной ткани 0,5 (3), сопротивление ментальному воздействию 0,4 (2), диагностика крови 2.

И здесь прогресс налицо. «Лед тронулся, господа присяжные…» Даже каменная кожа и костная ткань вверх поползли. Причина мне неизвестна, но самому факту от этого рад не меньше.

Особые способности: клыки вампа, лазерный резак

Свободных очков способностей – 4

Ну что ж. Свободные очки пусть копятся. Пока прокачка и так идет, вкладывать их не рискну, чтоб не дай бог там чо не сбойнуло. Уже засыпая, успел подумать, что неплохо бы заранее прикинуть стратегию прокачки способностей, но система как обычно скупа на информацию. Справок и гайдов не предоставляет… зараза такая.

Сегодня проспал меньше, а выспался лучше, сказываются прокачанные циферки, я в этом уверен. Мне все больше нравится моя комната. Окно выходит в уютный дворик, охотно впуская внутрь тепло и запахи лета. И занавесочка колышется до того уютненько… поваляться что ли еще? Ну, пятнадцать минуточек можно и поваляться… но тут перед мысленным взором встает давешний мудозвон, что орал на меня, а потом на Луну… отчетливо вспоминаю ту словесную гниль, что извергалась из его грязной пасти: «отсосешь», – сам сука отсосешь.

Кулаки и зубы сжимаются сами собой. Желание поваляться как ветром сдуло. Сученок ответит. И гном тоже ответит. Поднимаюсь решительно, одеваюсь, спускаюсь в столовую. Внизу опять вижу одну только Луну, и отмечаю невольно, что я этому рад.

– А где ребята? Опять по делам… – спрашиваю с потаенной надеждой, что именно так и окажется.

– Да, Вик, – Луна улыбается, она тоже рада меня видеть, – Как раз собралась обедать. Садись.

Помогаю Луне накрыть на стол, берусь нарезать хлеб, мы садимся… сам не заметил, как успокоился. Вот есть люди с шилом в жопе, сами по жизни взбудораженные и окружающих заводят, а есть наоборот… вот Луна как раз из второй категории. Рядом с ней медитировать можно. Одно слово – сестра милосердия. Пять минут рядом посидел и спокоен как слон.

Хотя нет, не совсем спокоен. Иногда она как глянет на меня глазищами бездонными и весь душевный покой пропадает. И главное непонятно, что она там себе думает? Не знаю, что думает, но невольно вспоминаю, как ее губы касались моей шеи… нет уж, тема закрыта. Подрываюсь, отношу в раковину свою пустую тарелку, включаю воду. Пока мыл свою тарелку, Луна тоже поднялась из-за стола и подошла… тоже с тарелкой.

– Давай, помою заодно, – говорю.

Принимаю тарелку и случайно касаюсь ее руки. Да что ж такое? Почему меня так шибает эротическим током? Я вроде не мальчик давно. Но эта женщина меня притягивает. Заканчиваю с посудой, перекрываю воду. Надо валить. Валить, пока глупостей не наделал.

– Луна, я сегодня пораньше хочу на работу пойти.

– Зачем? Там другая бригада дежурит.

– В тренажерку.

– Вик, ты как будто меня избегаешь…

– Вот еще. Ничего подобного, – таращу глаза, изображая честность и пячусь к прихожей, где мои ботинки стоят.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.