Алексей Чарыков
Огурец

Слышал ли мой уважаемый читатель анекдот про потных женщин и тёплую водку? Ну, так вот это про ментов. В январе две тысячи пятнадцатого мне дали отпуск. А чем можно заниматься в январе, когда ты не рыбак и не охотник, а дача спит в глубоком анабиозе? Правильно – остаётся чистить снег у дома и пить водку, иногда наоборот, а иногда всё вместе. Этим я и занимался. За два месяца до этого у меня родилась дочка. Радости моей не было предела, вернее предел был, когда закончились деньги, заначенные на обмытие ножек с друзьями. А, впрочем, моя следующая история не совсем про это.

Январским морозным днём моя красавица жена выставила меня на улицу с коляской гулять с дочкой. «Ей-то хорошо, – думал я, пританцовывая, – она так закутана, что никакой мороз не страшен, писать можно в памперс и ни о чём не задумываться, спи себе на здоровье». Мне же находиться на холоде ну никак не хотелось. Намотав несколько кругов вокруг дома, добредя до парка Гагарина и обратно, я понял, что замерзаю. И тут у меня в голове созрел замечательный план. В моем кармане завалялись три сотни. Схожу-ка я в магазинчик, куплю глупенькую¹. «А что, – думаю, – гараж под окнами, зайду, причащусь там, обогреватель включу, глядишь жизнь-то и наладится». Сказано – сделано. Зашёл в Бристоль, взял чекунечик, сырок плавленый и на выход, коляску со своей драгоценностью впереди толкаю. Вдруг голос, явно в мой адрес: «Владимирович, похмели, подыхаю». Дневной свет в купе со снегом слегка ослепил меня на выходе из полутёмного помещения магазина, и я не сразу узнал страждущего.

– Огурец, ты, что ли? Ты же сидеть должен?

– Я, Владимирович, по УДО освободился за хорошее поведение.

– А в Муроме ты как оказался?

– К подруге приехал. Ну, так как, подлечишь?

Передо мной стоял тощий, длинный, молодой ещё парень лет тридцати, с немного детским лицом и таким же по-детски кротким, кажущимся наивным взглядом.

– Ты же, вроде как, в последнее время по героину больше угорал, а просишь похмелить тебя?

– С героином я в завязке, мамке обещал, откинусь с кичи – завяжу.

«Ладно, – говорю, – раз уж такое дело, угощу тебя, пока я в отпуске. Только не на улице – стыдно. Пойдём ко мне в гараж».

Мы шли в мой гараж, а я размышлял. Вот идём мы рядом: я – идейный полицейский с коляской и вор-рецидивист Огурец. И ведь куда я его веду? К себе в гараж. И зачем? Водку с ним пить. Мы шли, Огурец что-то болтал без умолку, а я предался воспоминаниям.

Сергей Сергеевич Ивонтьев – так звали в миру моего героя – воровать начал почти с детского сада. Наверно, у него был диагноз «клептомания» – он брал всё, что плохо лежало. Ещё до моего перевода в Навашинский отдел Серёгу Огурца знали все милиционеры. Он с восьми лет состоял на учёте в Детской комнате милиции, имел две или три судимости «по малолетке». В юном возрасте на раз воровал мотоциклы, мопеды, велосипеды. Как-то, после очередной кражи, малолетнего преступника Серёжу Ивонтьева привели в милицию молодые опера Гретченко Игорь, по прозвищу Грек, и Кузьмин Алексей. Долго кололи его на причастность к краже мотоцикла. В принципе им всё было известно: подельник во всём признался и сдал Огурца с потрохами. Одна неувязочка оставалось: после кражи, вдоволь накатавшись на ворованной технике, друзья расстались, мотоцикл оставался у Огурца, а теперь техники нигде не было. Опера бились с ним уже третий час и всё без толку. Огурец упорно молчал и ни в чём не сознавался. «Странно, – размышлял вслух Игорь, – ты же, Серёга, всегда всё рассказывал, всегда признавался. Что вдруг с тобой случилось?»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Глупенькая – так у нас иногда называется чекушка водки.

Вернуться